Глава 1. Лия де Эстия

Накануне свадьбы Лия написала предсмертную записку. Пока девушка медленно выводила слова на хрустящем листе пергамента, ее сердце напевало меланхоличную мелодию.

Она была уверена, что умрет после первой же брачной ночи. Самоубийство невесты опозорило бы ее семью. Но бесчестная, позорная смерть была тем, чего Лия хотела больше всего.

Смерть.

Это то, что она заслужила? Жалкий конец для принцессы, посвятившей свою жизнь стране и королевской семье? Ее достижения и усилия превратились в пепел в тот день, когда семья продала ее как общее благо – в обмен на богатство. Независимо от того, как сильно она старалась, в конце концов, она оставалась лишь инструментом для удобства других.

О, но смерть была бы прекрасным спасением от той жизни, с которой ей предстояло столкнуться.

Бён Гёнбек, человек, помолвленный с ней, практически годился ей в отцы. Однако, несмотря на то, что она воспользовалась правом вето, ей не оставили выбора. Этот человек был настолько могущественным, что родители не могли отказать ему. Хотя, колебались ли они вообще хоть немного?

Когда королевская семья приняла предложение Бёна, Ли поклялась отомстить. Испортить самое качественное добро, приготовленное королевской семьей. А именно – ее саму. Это была единственная месть, которую Лия, находясь в таком беспомощном состоянии могла совершить.

Лошадей уже оседлали. Сегодня она отправится в дом Бёна, где состоится свадьба.

Все приготовления были сделаны без разрешения девушки. В ближайшие дни Лия представляла себе, что будет происходить в ее голове. После трехнедельного путешествия в экипаже она прибудет в Оберде. Там она обменяется клятвами со старым Бёном, разделит клятвенный поцелуй и...проведет с ним ночь.

Все приготовления были сделаны без разрешения девушки. В ближайшие дни Лия представляла себе, что будет происходить в ее голове. После трехнедельного путешествия в экипаже она прибудет в Оберде. Там она обменяется клятвами со старым Бёном, разделит клятвенный поцелуй и...проведет с ним ночь.

Сознание Лии ярко нарисовало лицо Бён Гёнбек, взволнованного мыслью о том, что его грязные руки будут касаться новоиспеченной молодой невесты. Неприятные мурашки пробежали по спине, ей было противно думать, что этот жабоподобный мужлан оседлает ее тело.

Но Лия уже совершила необратимое. После их первой ночи Бён обнаружит, что его новая невеста нечиста.

В Эстии считалась, что девственность невесты – это самое важное. Узнав, что ему продали лишенную невинности девушку, за которую он заплатил немалые деньги, Бён пришел бы в ярость и был бы глубоко оскорблен.

С ним шутки плохи. Его власть распространялась даже на дикарей на окраинах. Более того, в нем было достаточно ярости для подавления столичной знати. Таким образом, королевскую семью, которая уже потеряла всю свою власть и осталась лишь роскошной оболочкой, постигнет ужасная участь под гнетом Бёна. Им придется вывалить больше денег, чем они получили от него, просто чтобы подавить гнев мужчины.

А Лия будет лишена своего королевского имени и навеки осуждена как человек, опорочивший королевскую честь.

Это был бы идеальный конец. Жаль только, что Лия не сможет своими глазами увидеть гибель королевской семьи. Потому что к тому времени она уже будет холодным трупом.

– Принцесса, вот брачные документы.

Перед самым отъездом из Эстии человек из военного суда принес бумаги, которые Лия должна была подписать. Не сопротивляясь, она написала свое имя, размазав по бумаге тонкие чернила.

『Лия де Эстия.』

Роскошная подпись была такой же, что и та, которую она оставляла на своих письмах. Черные буквы, выведенные на белой бумаге, напоминали чистое ночное небо.

Когда девушка отложила перо, графиня Мелисса, фрейлина, наблюдавшая за ней со стороны, разрыдалась. Как только заплакала она, другие женщины, до сих пор сдерживавшие слезы, начали реветь в унисон. Даже у человека из военного суда, предоставившего зал для бракосочетания, было ужасное выражение лица.

Все горевали по ней, но Лия была спокойна. Она изящно отложила газету и выпрямила спину.

– Хватит. Я должна идти. Нельзя терять времени.

– Принцесса…

– Лия! – раздался взволнованный голос. Лия остановилась и, медленно оглянулась. Девушка увидела мужчину, встреча с которым не сулила ничего хорошего. Тот, тяжело дыша, подошел к ней.

Наследный принц Эстии, Блейн.

Глядя на своего сводного брата с блестящими серебристыми волосами, Лия безмятежно улыбнулась. Одним из немногих преимуществ этого ужасного брака было то, что ей больше не нужно было видеть Блейн.

Парень жестом приказал слугам и стражникам вокруг Лии немедленно прекратить погрузку ее багажа в карету. В ответ на его заносчивое проявление власти девушка только посмотрела прямо на него. Увидев, что она не избегает его взгляда, как раньше, Блейн хрипло рассмеялся.

– Так, так, так. Не та ли это шлюха, которая приманила большую рыбу? Похоже теперь она стала высокомерной и гордится собой.

Это было замечание, лишенное всякого благородства, словно его сделал уличный торговец. Но поскольку теперь, когда ей предстояло покинуть дворец, ей больше не придется иметь с ним дела, Лия ответила без малейшего волнения:

– Пожалуйста, отойдите. Если я задержусь еще немного, то не смогу покинуть столицу до конца сегодняшнего дня.

Это была не та реакция, которую ожидал Блейн. Ее безразличие расстроило принца, его лицо исказилось в гневе и он поднял руку поднял руку. Вместо того чтобы вздрогнуть, Лия холодно возразила мужчине, который уже собирался сильно ударить ее по щеке.

– Теперь я принадлежу Бён Гёнбеку. Вы посмеете испортить его собственность, брат?

Глава 2. Принцесса и Дикарь

Глаза Блейна вспыхнули гневом. Он медленно опустил руку и подошел ближе.

– Даже и не думай, что этот брак позволит тебе сбежать от меня. – он наклонился к ней очень близко и в этот момент презрительный, словно змеиный, шепот пронзил ухо Лии. – В тот день, когда я взойду на трон.… Я буду первым, кто привезет тебя сюда, в столицу.

Это была угроза, но Лия не чувствовала страха. Вместо этого с губ девушки сорвался тихий смешок, кольнувший принца где-то глубоко внутри. Она хотела было сказать в ответ что-то язвительное, но поняла, что обмен словами с этим бесчувственным человеком был бы ужасной тратой ее времени. Не попрощавшись, девушка села в карету, совершенно не обращая на него внимания.

Когда дверца кареты закрылась, Блейн закричал и забарабанил в дверь кулаками. Но Лия уже не слышала его многословной брани и оскорблений – она предпочла не слушать. Что бы ни говорил принц, его слова не имели никакого эффекта; как если бы кто-то пытался деревянным копьем пробить сталь.

Карета тронулась. Стоило ей свернуть за угол, как по щеке Лии скатилась слеза. Девушка слегка отодвинула занавеску и выглянула в окно. Дворец Эстии быстро удалялся из поля зрения, уходил из ее рук.…

Это место, где девушка прожила всю свою жизнь, однако в ней не было ни сожаления, ни печали. С самого начала Лия никогда не принадлежала этому месту.

Тем не менее, какие-то остаточные чувства беспокоили ее.

“…”

Девушка прикусила нижнюю губу и со вздохом задернула занавеску. Она не знала, почему продолжает думать о нем. Дерзком, непокорном, загадочном человеке.

Судя по тому, что она слышала, этот негодяй покинул дворец день назад. Ах! Девушка мысленно выругала себя. С ее стороны было глупо тосковать по уже разорванным отношениям. Но, проклиная себя за глупость, она все еще не могла избавиться от нахлынувших мыслей.

Лия погрузилась в свои размышления. Тем временем карета покинула столицу и добралась до ее окраин. Дома исчезли; их встретила открытая равнина, поросшая травой. Это была прекрасная картина, но она совершенно не тронула девушку. Лия с несчастным видом откинулась на спинку сиденья.

Ей хотелось, чтобы время шло быстрее, чтобы ее скучная и бесполезная жизнь поскорее закончилась. От скуки девушка закрыла глаза, как вдруг почувствовала, что ветер переменился.

В царившей тишине раздался оглушительный трубный звук. Лия немедленно выпрямилась, а ее волосы встали дыбом. Вслед за первым, один за другим затрубили рога. Сердцебиение девушки сбилось с ритма от хаотических звуков, которые распространялись по некогда мирным равнинам.

Лия одернула занавески и выглянула в окно. Увидев развернувшуюся перед ней сцену, она с трудом сглотнула комок, подступивший к горлу. Десятки всадников двигались в их сторону. Королевские рыцари, охранявшие ее карету, поспешно закричали:

– Это засада!

С этого момента карета ускорилась и начала сильно сотрясаться. Однако преследователи двигались на удивление проворно. Они запросто догнали процессию и окружили ее по периметру. Пронзительные звуки инструментов и криков смешались в воздухе. Повсюду звенели обнаженные железные мечи.

Из ниоткуда вылетела веревка и обвилась вокруг горла рыцаря, охранявшего Лию около движущейся кареты. Затем он жалко свалился с лошади, сильно ударившись головой о землю.

Градом посыпались стрелы. Обезумевшие лошади брыкались и сходили с ума.

Выглянув в окно, девушка увидела, как кучер упал на землю. Лия крепко зажмурилась. Карету, которую теперь тащили только лошади, страшно трясло. В мгновение ока весь ее мир перевернулся с ног на голову.

“….”

Девушка хватала ртом воздух. Карета была перевернута, колеса сломаны, дверца сорвана с петель. Если не считать царапин, подпортивших кожу, и кружащейся головы девушке удалось пережить аварию невредимой. Когда она наконец пришла в себя, Лия отодвинула сломанную дверцу кареты.

Выползая из разбитого экипажа, девушка почувствовала холодный ветер, пропитанный запахом крови. Она огляделась, в ушах стоял звон. В лужах крови королевские рыцари сражались с преследователями. Битва оказалась бессмысленной. Королевские рыцари были легко разгромлены, словно какой-то пустяк. Один рыцарь взревел, захлебываясь кровью:

– Как смеете вы, дикари...!

Он не успел договорить. Острый изогнутый клинок пронзил шею рыцаря и из его горла на траву полилась кровь. При виде этого ужасного зрелища Лия закрыла рот руками в попытке подавить крик.

Образы налетчиков прочно засели в ее сознании. Холодные глаза, темные волосы и татуировки на загорелой коже.

Люди, напавшие на королевскую процессию – дикари, "Курканы".

Среди звероподобных людей появилась заметная фигура. Высокий мужчина на гигантском коне подъехал к Лие.

Из-под растрепанных темно-каштановых волос Лию пронзал горячий взгляд золотистых глаз. В тот момент, когда их взгляды встретились, у девушки перехватило дыхание. Замерев, она открыла рот.

– Почему…

Ее шепот, едва произнесенный прерывающимся голосом, быстро потонул в смехе мужчины.

– Разве ты не помнишь?

Протянув руку, он поднял Лию с земли и посадил ее перед собой на коня. Сопротивляясь, девушка изогнулась всем телом, но мужская сила легко совладала с ней. Большая рука крепко обхватила ее за талию, так что вертеться было бесполезно.

Ухмыльнувшись, мужчина позади девушки что-то пробормотал ей в макушку. От его слов у Лии по спине побежали мурашки.

– Я же сказал, что разрушу твою жизнь.

Глава 3. В обшарпанной гостинице

Было организовано бракосочетание Лии и Бён Гёнбека из Оберде. К разочарованию девушки, ее мнение не было услышано, ему не придавалось никакого значения в этом политическом браке. Лию просто поставили перед фактом, без всяких предварительных обсуждений.

“Разве Бён Гёнбек не верный герой Эстии? Лучшее выражение благодарности от королевской семьи – это вы!”

“Я сказал тебе, что твое тело принадлежит королевской семье. Твоя обязанность, как принцессы – исполнить долг.”

“Это на благо Эстии.”

Слова, которые должны были утешить Лию, еще больше разожгли гнев. Чтобы обязать девушку выполнить долг, люди начали шептать ей на ухо призывы подчиниться королевскому указу. В конце концов, Бён Гёнбек не захочет иметь нерешительную жену!

Узнав, что она существует только для того, чтобы заключить выгодный договор, девушка впала в отчаяние. И как только безмерная печаль покинула Лию, гнев пришел ей на смену.

Когда взгляд девушки скользнул по официальному документу, уведомляющему ее о союзе с Бён Гёнбеком, она приняла решение. Лия вознамерилась надолго покрыть позором королевскую семью Эстии, даже если для нее самой это означало преждевременную смерть.

Поскольку девушка отказалась смириться с судьбой, которую королевская семья нарисовала для нее, злобный план начал осуществляться.

Кто-то составит ей компанию этой ночью. Тогда королевскую семью обвинят в том, что та отдала лишенную девственности невесту великому и могущественному Бёну.

“…….”

На мгновение, когда план девушки уже был готов к исполнению, она затаила дыхание. Кончики пальцев сильно дрожали, и страх медленно подкрадывался к ней.… Отчего волосы встали дыбом, а ноги слегка затряслись.

Однако этот проблеск уязвимости быстро исчез; ее решимость осталась непоколебимой.

Ночь только начиналась. Лия крепко прикусила нижнюю губу и продолжила украшать собой улицу, окутанную лишь темнотой и непристойностью.

Пьяные люди неуверенными шагами шли под зажженными лампами, висевшими между старыми зданиями. Хихиканье звучало как вульгарные, грязные шутки, произносимые возбужденными голосами.

Лия поплотнее укуталась в мантию и сильнее натянула капюшон. После тщательной проверки каждого заведения, мимо которого она проходила, девушка, наконец, нашла место назначения – обшарпанную гостиницу, что выглядела так, будто вот-вот рухнет.

Когда она нерешительно толкнула деревянную дверь, пальцы, касавшиеся ручки обдало холодом.

Гостиница уже была полона захмелевших и пьяных людей. Естественно, своим появлением девушка привлекла к себе некоторое внимание. Но вскоре часть из тех, кто обратил взоры на Лию, потеряла к ней интерес, и продолжила болтать между собой.

Перед тем как приехать сюда, она уже обо всем договорилась. Ее партнер будет сидеть в самом укромном уголке отеля и одет в темную одежду, чтобы не привлекать внимания.

Взгляд девушки метался по всему заведению. Вскоре ее внимание привлек мужчина в темном плаще в неприметном углу. Он скрывался в тени, вдали от суеты и шума. При беглом взгляде его можно было и не заметить. Человек, казалось, растворился в темноте – тень и он слились в одно, трудно различимое тело.

Лия медленно начала приближаться к таинственному мужчине. Подойдя к нему, она постучала по столу, за которым тот сидел, и в тот же миг рука, державшая бокал, замерла в воздухе.…

Его руки, обмотанные кожаными перчатками, были такими большими, что стакан в них казался игрушечным.

– Ты мой партнер на сегодняшний вечер? – смело спросила она.

Прошла мучительная секунда. Губы мужчины только приоткрылись, прежде чем он произнес:

– Похоже, что так…

Его голос был низкий и грубый, с небольшой хрипотцой. Лия тяжело моргнула. Она слышала, что мужчины с таким голосом нежны и красивы.

Но его баритон, эхом отдававшийся в ушах девушки, отличался от того, что она себе представляла. Хотя, удивление продлилось недолго. В любом случае, стоит только все сделать правильно, это скоро закончится.

– Следуй за мной, – приказал мужчина, на что она покорно кивнула в ответ. Вскоре он повел ее к лестнице, ведущей на второй этаж здания.

Деревянная лестница скрипела при каждом ее шаге. Пройдя по длинному коридору, они вошли в комнату в самом его конце. Мужчина открыл ей дверь и пропустил внутрь первой.

Удивительно, но съемная комната оказалась лучшей в гостинице. Тяжелые шторы и уютная мебель – все это выглядело романтично и достойно пар, желающих, чтобы их первая ночь прошла незабываемо. Однако сейчас это не имело никакого значения, потому что эта ночь не предназначалась для романтики.

Войдя в комнату вслед за ней, мужчина закрыл и запер дверь. Щелчок прозвучал для Лии как смертный приговор.

“Теперь нет пути назад…”

Собравшись с духом, она обернулась и посмотрела на мужчину.

– …!

Некоторое время назад этот мужчина сидел в тени, низко сгорбившись, отчего Лия не сразу обратила внимание на его высокий рост. Теперь, увидев его во всей красе, трудно было не заметить разницу в росте. Лия была на голову ниже незнакомца. Несмотря на тусклый свет в комнате, она отчетливо видела его широкие плечи и крепкое телосложение.

Девушка была откровенно смущена резким контрастом их телосложения. Мужчина, похоже, заметил это, поскольку его губы медленно изогнулись в слабой улыбке. Одной рукой он небрежно отбросил тяжелый плащ, открывая лицо.

Девушка увидела здоровую бронзовую кожу, темно-каштановые волосы и тусклый, но свирепый взгляд.

В темноте его пронзительные золотистые глаза оставались ясными и яркими, и при этом выражали зверскую дикость.

Несмотря на угловатость, черты его лица были ужасно красивы. Преисполненная всепоглощающего восхищения этим человеком, она беззастенчиво устремила на него любопытный взгляд.

Сердце Лии бешено забилось. У нее пересохло в горле. И тут девушку осенило.

Он не был человеком.

– ...Куркан? – невольно пробормотала она себе под нос. Когда это запретное слово небрежно сорвалось с языка, губы девушки слегка задрожали. Темная кожа, огромное телосложение и золотистые ясные глаза с ярко окрашенными зрачками были характерными чертами Куркана.

Он поднял брови и холодно согласился.

– Давно уже никто меня не называл Курканом. В наши дни нас обычно именуют дикарями. – сказал он, запнувшись на последнем слове.

Глава 4. Квартал красных фонарей

Курканов редко называли по именам. Большинство континентов презирали их, воспринимая как дикарей или зверей. Причиной этому послужило то, что раса унаследовала кровь животных. Негуманное и неприличное происхождение. Эти существа опасны, импульсивны и им нельзя доверять.

Однако Курканы обладали завидными для людей качествами – хорошими физическими способностями и красотой. Чудовищная натура не могла затмить их выдающуюся внешность, дарованную Богами.

Такое несоответствие сделало их популярными. На самом деле среди рабов лучшим классом всегда являлись Курканы. Даже в Эстии, где рабство запрещено законом, ими тайно торговали.

На самом деле принцесса Лия уже видела нескольких Курканов – рабов. Однако она впервые столкнулась с представителем их расы, обладающим такой величественной аурой.

Сквозь затуманенное сознание девушка смогла точно определить только одну вещь. Мужчина перед ней не годился ни для сексуального рабства, ни для увеселительных представлений. Скорее, каждая клеточка его тела излучала властность. Лия уже успела представить сцену того, как он презрительно смотрит на людей сверху вниз.

…

Ее тело двигалось инстинктивно. Лия отступила назад, но вскоре уперлась в стену. Девушка очутилась в ловушке. Неприятный мороз пробежал по спине.

Мужчина с веселым блеском в глазах наблюдал за ней из угла. Медленно и неторопливо он преодолел разделявшее их расстояние. Незнакомец подошел так близко, что их тела соприкоснулись. Легкие Лии словно парализовало. Такое простое повседневное действие как дыхание в тот момент давалось девушке с трудом. И все, что она могла – стоять неподвижно на своем месте.

Длинным пальцем мужчина сбросил шляпку с головы Лии. Чувства этого существа были обострены до предела. И не было ничего странного в том, что он заметил. Мужчина нахмурился при виде жесткого дешевого каштанового парика, который носила девушка, и тут же сорвал его. В тот же момент ослепительно-серебристые волосы Лии мягко рассыпались по ее спине. Поблескивающие на свету локоны доходили девушке талии.

Его золотистые глаза прищурились. Скользящий, знойный взгляд, казалось, опалял обнаженные участки кожи; прожигал дыры в тех местах, куда он смотрел. Хотя на ней и была одежда, девушка ощущала себя нагой.

Тонкая шея, ключица, слегка обнаженная сквозь потрепанную одежду, и небольшая грудь, которая то вздымалась то опускалась, пока она тяжело дышала – мужчина изучал все. Нетрудно было понять, что девушка, загнанная им в угол, не была простолюдинкой.

– Не могу поверить, что дама вашего положения посещает квартал красных фонарей. На аристократов нельзя положиться, я полагаю?

Лия расправила напряженные плечи. Вместо того чтобы возразить, она спокойно открыла рот и сказала то, что вертелось у нее в голове:

– Похоже, вы не знаете, какова была моя цель, когда я последовала за вами.…

Девушка смотрела на него и чувствовала, что умирает внутри. Она выбрала не того мужчину! Но как ей объяснить свою ошибку, не раскрыв, кто она?

– Цель? – губы мужчины изогнулись в насмешливой улыбке, с полным пониманием того, каковы были мотивы девушки.

….

Он молчал. Не каждый день аристократ, с плохой маскировкой, приходит в такое место. Она что-то скрывает.

Хотя у мужчины возникло еще больше вопросов, он не стал настаивать на ответе. В то же время, его молчание сильно взволновало Лию, ее сердце бешено колотилось в груди. Девушка знала, что в этот момент ее лицо напоминало помидор.

В смущении Лия невольно опустила глаза. Возможно, незнакомец просто искал себе развлечение на вечер. Именно это мужчина и собирался получить в сложившихся обстоятельствах. Девушка, предположившая, что он проститут, должно быть, заинтересовала его. Язык тела мужчины говорил Лие, что тот совершенно не намерен отпускать ее в ближайшее время.

Молча Лия, наконец, решила, как ей поступить дальше. В любом случае она больше никогда его не увидит. Если такова плата за разрушение чистоты королевской семьи, то девушка готова ее заплатить. Как говорят, на войне все средства хороши.

Дрожащими руками она вцепилась в край юбки. С самого начала Лия была полна решимости сделать это, даже при том, что знала, что может умереть. Следовательно, в данный момент у нее не было причин бояться.

Когда она медленно подняла глаза и поймала обжигающий взгляд мужчины, то заметила, что его золотистые зрачки слегка сузились. Девушка была поражена. Возможность наблюдать эту особенность в такой близости вызывала в ней благоговейный трепет.

Глубоко очарованная, девушка потеряла счет секундам, но глубокий, гортанный смешок вернул ее в чувство.

Затем Лия слегка толкнула Куркана в грудь, пытаясь освободить пространство между ними. Однако сила ее хрупких рук была слаба – мужчина практически не сдвинулся с места. Даже наоборот, увидев безуспешные попытки девушки, он ухмыльнулся еще шире.

“Он определенно наслаждается этим” – Лия сердито посмотрела на него.

– Не веди себя самонадеянно. Я только искала того, кому можно было бы заплатить и заняться сексом.” – выплюнула девушка с явным раздражением в голосе. В его глазах она не выглядела как благочестивая женщина, так почему же пыталась вести себя подобным образом?

Мужчина только хрипло рассмеялся над ее прямотой. Он весело спросил в ответ:

– В таком случае мне следует называть тебя "хозяйка"?

Этот человек определенно самоуверен. Лия стиснула зубы и дрожащими руками развязала узел платья. Она просто хотела, чтобы все это поскорее закончилось. Пока девушка пыталась раздеться, мужчина прошептал ей на ухо, заставляя ее дрожащие руки замереть:

– Это моя задача.

Прежде чем девушка успела возразить, большие руки легко подняли ее. Этот человек обращался с ней, как с ребенком!

Будучи прижатой к его груди, Лия смотрела на него. Смущение переполняло девушку.

– Ты боишься? – поинтересовался он.

Она так и не успела ответить, потому что сразу после заданного вопроса мужчина бросил ее на кровать и ловко забрался сверху. Ложе заскрипело под его весом. Тонкие пальцы схватили Лию за подбородок, а большой палец прошелся по пухлой нижней губе.

– Почему ты осмелилась прийти сюда?

Голос, звеневший в ушах, заставил тело девушки содрогнуться. Тем не менее, его запугивание не могло поколебать ее решимости не раскрывать причину визита и свою личность.

– Просто делай то, что я тебе сказала, – притворившись смелой, она подняла бровь. – Не волнуйся. Я обещаю тебе заплатить.

После этих слов глаза мужчины блеснули озорством. Затем он ласковым голосом прошептал:

– Раздвинь ноги.

Глава 5. Пожалуйста, простите меня, госпожа

За время, проведенное во дворце, Лия слышала много вульгарных выражений от своего сводного брата Блэра. Но ни одно из них не заставило ее вздрогнуть так, как грубые слова этого мужчины, возвышающегося над ней.

Может это из-за его низкого, глубокого голоса? Девушке казалось, что слова мужчины прозвучали грубее и оскорбительнее. Находясь под пристальным взглядом, она попыталась скрыть беспокойство, хотя лицо все равно горело от смущения.

Мужчина, уставившийся на раскрасневшуюся Лию, улыбнулся и вскоре убрал свои большие руки с ее лица. Однако он быстро нашел им применение. Звуки рвущейся ткани заполонили комнату. Его грубые сильные руки не подходили для аккуратного снятия девичьей одежды. Поэтому мужчина, поддавшись своим первобытным инстинктам, просто рывком стянул ее.

Лия слабо задрожала; словно овца, попавшая в лапы зверя. Некоторое время назад она говорила решительно, однако теперь не могла скрыть наполнявшего ее страха. Страха сделать это в первый раз, а тем более с незнакомцем!

Лия широко распахнула глаза, когда по телу пробежал неожиданный холодок. Внезапно для себя она обнаружила, что осталась в одном нижнем белье. Мужчина с гордостью посмотрел на Лию, восхищенный собственной работой.

Темную комнату озаряли лишь тусклый огонек настольной свечи и тонкая полоса лунного света, пробирающегося сквозь щель между штор. Тем не менее, этого было достаточно, чтобы осветить ее тело. Золотистые глаза пристально осмотрели Лию. Его взгляд заставил девушку вздрогнуть.

Поскольку Лия была принцессой, ее тело всегда холили и лелеяли. Благодаря этому оно осталось девственно чистым – без каких-либо следов и шрамов. Кожа девушки была белоснежной и такой же безупречной, как и светлые серебристые волосы.

Лия подумала, что мужчина тотчас же начнет лепетать слова похвалы. Однако его лицо неожиданно ожесточилось и он произнес слова, которые девушка ожидала меньше всего:

– Ты слишком худая, – Куркан осторожно схватил Лию за запястье и нежно сжал его, словно веточку, которая может легко сломаться от сильного порыва ветра. Он пробормотал:

– Ты нормально питаешься?

Да как он..! Его довольно забавная честность успокоила взбудораженные нервы Лии.

Она бесшумно вдохнула и затем, не задумываясь, потянула край пояса его штанов. Руки Лии, словно живущие собственной жизнью, двигались довольно порывисто!

Взгляд Куркана мгновенно переместился с запястья девушки на дерзкую кисть, стягивавшую его брюки. Он был удивлен действиями Лии. Мужчина снова заглянул в ее нежное лицо.

– Перестань болтать и просто сними их, – приказала свекольно-красная Лия.

В отличие от девушки, мужчина все еще был одет. Куркан ухмыльнулся, когда она приказала ему снять одежду, и рассмеялся, когда та снова попыталась стянуть с него штаны и печально провалилась.

Лия не знала, отчего ему было так весело, но мужчина, казалось, смеялся каждый раз, когда девушка говорила. В итоге ее нервы не выдержали и она раздраженно произнесла:

– Не говори со мной так.

– Как?

– Такие…. выражения как "раздвинь ноги", – сказала девушка, поморщившись.

Яркие золотистые глаза пронзили ее. Тем не менее Лия смотрела прямо на мужчину, не боясь его взгляда.

Незнакомец медленно наклонил голову в сторону и слегка прищурил глаза.

– Я человек низкого происхождения, без образования. Пожалуйста, простите меня, госпожа, – попросил он с явной насмешкой.

Мужчина схватил Лию за бедра и раздвинул их. Втиснувшись всем телом, он сумел удержать их так, что даже если бы девушка извивалась и пыталась сжать ноги, было уже слишком поздно. Его талия уже зажата между ее бедер. Не зная, что делать, Лия схватила его за подол рубашки.

Когда незнакомец снял с себя несколько слоев одежды, открывая обнаженный торс, у Лии отвисла челюсть. Будучи одетым он выглядел безупречно: привлекательный и сильный. Но когда мужчина оказался почти голым, реальность показала себя совершенно с другой стороны.…

Его крепкие мускулы перекатывались при каждом движении. Они были изящны и прекрасны, как тщательно вылепленная греческая статуя. Но его кожа...она была ужасающей.

Рубцы разных размеров покрывали все туловище мужчины, а тот, что на груди, выглядел огромным и болезненным. Тем не менее, эти шрамы придавали ему еще более свирепый вид.

Страх сжал сердце, когда глаза девушки скользнули по рубцам на теле Куркана. Мужчина ухмыльнулся Лие, которая неосознанно обняла саму себя и не заметила, что смотрит на него слишком долго. Затем девушка почувствовала, как сильные руки подняли ее ягодицы и верхнюю часть тела с кровати. Ногами она обхватила его стройную талию.

Пораженная внезапной переменой положения, в поисках опоры Лия коснулась бедра мужчины. При этом она почувствовала под ладонью что-то горячее.

Ах! Девушка тут же отдернула руку, как будто ее ошпарили. Она вздрогнула, когда мужчина щелкнул языком, потянул Лию за запястье и положил его на свое плечо.

Лия закрыла глаза и беззвучно закричала. Не смотря на то, что у нее не было никаких познаний о мужском теле, она понимала, что он далеко не обычный. Девушка не могла поверить, что ощущала под своей ладонью горячую кожу другого человека. Чьи-то руки легли на ее затылок.

Несмотря на то, что ноги Лии были обернуты вокруг него так же крепко, как коала обхватывает дерево, из-за крупного телосложения мужчины их взгляды все равно находились на разном уровне. Куркан некоторое время молча смотрел на нее, потом начал медленно сжимать свои руки. Чем сильнее он надавливал, тем их лица становились все ближе. Мужчина остановился только тогда, когда они почти соприкоснулись носами.

Его золотистые глаза сверкнули, и у Лии перехватило дыхание. Мужчина наклонился и коснулся своим лбом ее, а затем прошептал:

– Давай сделаем все по порядку.

Прежде чем девушка успела что-то сказать, он прижался губами к ее губам. Поцелуй был легким и нежным. Впрочем, это длилось недолго. Последующий поцелуй был жадным и ненасытным. Его горячий язык исследовал ее приоткрытые губы и проник внутрь.

Жаркий, дикий и безумный поцелуй. Бархатистый язык мужчины грубо блуждал внутри рта девушки. Иногда он ненадолго отстранялся и тут же возвращался обратно, не давая девушке сделать нормальный вдох. Мужчина посасывал ее губы и делал такие вещи, о которых она раньше и не подозревала.

После такого Лия уже не могла игнорировать странное ощущение, которое медленно поднималось внутри нее... особенно когда она почувствовала, как клыки царапают ее плоть.

Глава 6. Долгая, Беспокойная ночь (1)

Тем временем пока язык Куркана изучал рот девушки, его руки заскользили по телу Лии. В отличие от грубого поцелуя, ласки мужчины оказались на удивление нежными… Можно даже сказать, успокаивающими. Возможно, из-за того, что он знал: какой бы острой на язык ни была женщина в его объятиях, она однозначно была невинна.

Прервав поцелуй, мужчина провел языком по мочке ее уха. Тем временем одна из его рук начала озорно опускаться вниз, от ямки между ключицами к талии, а затем снова вверх, чтобы обхватить ее вздымающиеся груди… Инстинктивно Лия напряглась от чужого прикосновения и мысленно приготовилась к тому, что должно произойти. Мужчина крепко сжал ткань, отделявшую его ладонь от кожи девушки, и без колебаний сорвал ее.

Это движение в одно мгновение обнажило груди Лии. Встретившись с прохладным воздухом, розоватые вершины ее холмиков напряглись. Куркан скользнул по ним взглядом, и вскоре, к изумлению Лии, он издал тихий смешок, прежде чем пробормотать:

– Прелесть.

Ладони мужчины в половину превосходили размеры небольшой груди девушки. Тем не менее он играл ими с такой жадностью, словно был вознагражден интересной игрушкой. Кожа Лии напряглась под развратным прикосновением мужчины.… Розовые бугорки были зажаты между его пальцами – он потирал их, щипал в свое удовольствие.

Пульс девушки участился и подскочил, когда внезапно губы незнакомца переместились к ее шее. Он жадно попробовал и прикусил кожу Лии, затем повторил это действие еще раз и еще... Девушка задыхалась. Слегка приоткрыв губы, она изо всех сил пыталась восстановить нормальное дыхание. Сердце бешено колотилось у в груди, тем самым усугубляя положение девушки. Лия невольно хваталась за мощные широкие плечи мужчины, пока он прикасался к ней как ему заблагорассудится.

Вскоре чувствительное тело девушки начало одновременно реагировать на все стимуляции, которыми он одаривал ее. От обильных ласк пробудились странные чувства, и плечи Лии пробила мелкая дрожь. Эти ощущения были схожи, но все же отличалось от щекотки.

Однако девушку больше беспокоило покалывание одного из ее холмиков – мужчина настойчиво терзал левую грудь, оставив без внимания другую. Невнятный звук вырвался откуда-то из глубин:

– Мм… Почему… Только с этой стороны…

– Никакого нытья. Сейчас я доберусь и до другой стороны. – пробормотал он, слегка мурлыча. Даже в этот разгоряченный момент мужчина не переставал подшучивать над ней – она определенно не ныла!

Но тот остроумный ответ, созревший в голове девушки, застыл в горле. Мужчина жадно впился губами в ее плоть. Незнакомец не останавливался до тех пор, пока кожа Лии не покраснела. Это была его метка, так он заявлял свои права на нее. Сегодня эта девушка будет принадлежать только ему.…

Наконец, мужчина добрался до правой груди. Стоило его теплым губам слегка пососать ее холмик, и Лия выгнулась навстречу ласкам. Незнакомец крепко держал девушку за поясницу, чтобы та не могла ускользнуть.

Он нежно дразнил ее соски мягким языком, иногда покусывал их клыками, тем самым вызывая легкую боль. Постыдные звуки лизания и посасывания заполнили некогда тихую комнату.

Нижняя часть ее тела начала пульсировать. Чтобы скрыть это, Лия сжала ноги – по крайней мере, попыталась. Прежде чем девушка успела сомкнуть свои раздвинутые конечности, рука мужчины впилась ей между бедер. Незнакомец строго сказал:

– Они должны быть широко раскрыты.

Короткий стон сорвался с губ, и Лия быстро прикусила язык. Девушка не могла поверить в то, что только что услышала. Сияющие золотые глаза пристально смотрели на нее, наблюдая за тем, как в ней понемногу растет возбуждение. Ошеломленная обостренными чувствами, девушка вцепилась ногтями в плечи незнакомца и закрыла глаза.

Однако в следующее мгновение глаза Лии широко распахнулись. Она почувствовала, как его рука схватила нижнюю часть тела, все еще прикрытую тонкой тканью. Тело девушки сопротивлялось, но мужчина не имел ни малейшего намерения отпускать ее. Большие сильные пальцы ласкали Лию снаружи, вызывая ответную волну удовольствия, пронизывающую изнутри.… Мир замедлился, когда девушка обнаружила, что испытывает непривычное, соблазнительное желание.

– Давай пока начнем с малого, – Лия вопросительно посмотрела на мужчину. И от его ответа у нее перехватило дыхание. – Ты пробовала мастурбировать?

От этого вопроса у Лии на мгновение закружилась голова.

"Он действительно варвар, который не соблюдает приличия...!"

Девушке удалось проглотить горькие слова, которые едва не сорвались с ее губ. Не в силах придумать, что сказать, она только покачала головой.

– Какая жалость. Было бы здорово, вставь ты туда свои маленькие пальчики…

– ...

"Какой негодяй!"

Лия хотела заставить его закрыть рот, изрыгавший только непристойности. Тем не менее, девушка была не в состоянии сделать это, так как ее мысли то и дело возвращались к пальцам, неустанно гладившим верх тонкого нижнего белья.

– Мы можем заняться этим в следующий раз... а сейчас, – он улыбнулся и чмокнул ее ухо. – Я заставлю тебя чувствовать себя хорошо.

Голос мужчины стал еще ниже. Он крепче обнял Лию. Соприкосновение дало ощутить его твердую и горячую кожу.…Палец, дразнивший ее прикрытую плоть, постепенно начал тереться более настойчиво, еще сильнее распаляя девушку.

Мужчина наклонился к Лие. Его губы завладели ее губами, а их языки вновь сплелись в чувственном танце.

С самого начала, мужчина не сводил глаз с Лии. Он наблюдал за тем, как она подчиняется его прикосновениям. Как и ожидалось, стоило девушке утонуть в наслаждении, ее нижнее белье намокло. Влажная ткань прилипла к складкам, открывая вид на небольшую щель между лепестками Лии.

Ее напряженные бедра содрогнулись. Стойкий жар в нижней области продолжал вызывать дрожь и покалывание. Насытившись, мужчина отодвинул ее трусики в сторону, обнажая пухлые нижние губы. Затем твердый инородный предмет коснулся входа Лии и проник внутрь.…

Средний палец погрузился глубже во влажную щель; он проникал внутрь до тех пор, пока ладонь мужчины не ощутила тепло тела девушки. Лия чувствовала все – как палец медленно скользил вдоль ее стенок и как он усиленно растягивал ее.

– Н...не останавливайся. – запнувшись попросила Лия, пока он с трудом скользил в узком пространстве. Намокшие пальцы, двигавшиеся во влагалище издавали чавкающие звуки, отчего щеки девушки запылали огнем.

Незнакомец то проникал внутрь Лии то поглаживал ее раскрасневшиеся половые губы. Вскоре, в добавление к этим действиям, он начал слегка сгибать пальцы, вызвав тем самым приглушенный крик девушки. Она застонала.

– Ха...ммм..ах...подожди, остановись, мхм...

Но, как и с самого начала, он не обращал на нее никакого внимания. Незнакомец упрямо задвигал пальцами быстрее и грубее.

Заерзав, Лия посмотрела на мужчину и встретилась взглядом с его золотыми глазами. Глубокая складка образовалась между прямыми и густыми бровями, когда он заметил крупную слезу, скатившуюся по щеке девушки.

Вытирая свободной рукой уголки ее глаз, он прошептал:

– Почему ты уже плачешь? Мы же еще не начали. – Волна страсти захлестнула Мужчину и мельком блеснула во взгляде его запавших золотистых глаз. Он был уверен в одном – впереди предстояла долгая и беспокойная ночь.

Глава 7. Долгая, Беспокойная ночь (2)

Толстые пальцы снова вошли внутрь и по-звериному настойчиво задвигались вдоль ее стенок.

В ответ, разгоряченное нутро девушки, дрожа, полностью принимало постороннее вторжение. Когда мужчина достигал самых чувствительных мест, Лия становилась все более влажной.

Ощущение, которое крадучись поднималось снизу живота, начало разгораться по всему телу, как лесной пожар. Сбитая с толку растущим удовольствием, девушка поспешно оттолкнула незнакомца.

К несчастью, мужчина был тверд, как скала, и не сдвинулся с места ни на дюйм. Сидя на нем, Лия извивалась и качала головой. Она обняла незнакомца и прошлась ногтями по его спине. Однако нахлынувшая волна ощущений не спала, а мужчина не дрогнул и продолжил свои действия.

Лие казалось, будто ее загнали на край обрыва. Когда его пальцы начали ритмично тереть снаружи, иногда проскальзывая в пульсирующую область, перед глазами девушки будто взорвался фейерверк.

– …!

Лия распахнула глаза и раскрыла рот в изумлении. Она выгнулась дугой, запрокинув голову.

Складки девушки стали еще мокрее, хотя прежде казалось, что это было невозможно. Прерывистые вздохи удовольствия сопровождались почти невыносимым ощущением, сотрясавшим ее тело.

– Ох..мм..ах ...! – громко простонала девушка. Придя в себя, Лия поняла, что изо всех сил цепляется за мужчину и дрожит. Колени, которые она едва чувствовала, потеряли устойчивость. Девушка, сотрясаемая мелкой дрожью, всем телом повалилась на незнакомца.

– Ааах!

Это был ее первый опыт в жизни. Новое ощущение потери контроля над своим телом на мгновение заставило девушку онеметь.

Мужчина наблюдал, как Лия всхлипывает, обуреваемая тягучей смесью стыда и удовольствия. Уголки его тонких губ слегка приподнялись.

– Разве это не было приятно? – протянул незнакомец, в то время как его озорные пальцы подразнивали клитор, заставляя твердеть от прикосновения.

В ответ на эти действия, чувствительный бугорок слегка вытянулся, словно требуя к себе еще большего внимания. Наконец, девушка поняла, что именно было источником той пульсации.

– Перестань,стой... – взмолилась она, но мужчина сделал иначе. Незнакомец положил Лию на кровать и заставил ее кончить еще раз. Девушка так сильно вцепилась в простыню, что побелели костяшки пальцев.

Когда маленький язычок показался сквозь приоткрытый рот Лии, Куркан взял в плен ее губы и начал посасывать его, заставляя подчиниться.

Разрываясь между оргазмом и грубыми поцелуями, девушка не заметила, как медленно стягивалось ее тонкое нижнее белье. Наконец осознав, что оно было снято и что теперь она была полностью открыта и незащищена перед мужчиной, Лия рефлекторно поджала ноги. Однако мозолистые руки Куркана вновь развели их в стороны.

Такое простодушное отношение с его стороны. Лия еще никогда ни перед кем не представала в такой позе. В довершение к стыду девушки, мужчина откровенно уставился на ее влагалище.

– Что здесь произошло? – насмешливый голос заставил Лию снова покраснеть. В отличие от других, девушка не была обладательницей густой растительности на теле. Его длинные пальцы массировали розовые лепестки. Вздохнув, Лия едва слышно ответила:

– Все так, как и было....

– С рождения?

Девушка кивнула. Незнакомец схватил Лию за запястье и резко поднял ее руку. Увидев гладкую подмышку, мужчина коротко простонал и пробормотал очень неспокойным тоном:

– Никогда бы не подумал, что мне это так понравится.

– ...

“Почему он такой?” – казалось, Куркан был намерен облизать ее во всех местах! Его грудь беспокойно вздымалась и опускалась.

Он начал снимать штаны.

"О боже мой…" – У Лии отвисла челюсть, когда она посмотрела между ног мужчины.

Девушка предполагала, что он будет большим, поскольку незканакомец обладал крупным телосложением. Но такой размер точно не был нормальным. Без преувеличения, он был толще предплечья Лии. Член, затвердевший как камень, коснулся пупка девушки. На его конце слегка поблескивала влага, а по длине выпирали вены.

Курканы унаследовали кровь зверей, а соответственно и части их тел были не меньше, чем у зверя.

Мужчина рассмеялся, как будто знал, о чем думает Лия. Он томно вздохнул и провел рукой по бедру Лии.

– Удивлена? – потертое место обдало жаром, словно к нему поднесли огонь. – Но это из-за тебя. Ты должна взять на себя ответственность и успокоить его.

Лия схватилась за одеяло, испуганные слова слетели с ее губ:

– Нет. Как это во мне поместится?!

– Стоит попробовать.

В узкую щель просунулась круглая головка. Давление уже сильно ощущалось, хотя это был только кончик.

Нутро девушки оставалось достаточно влажным, но все еще узким и тесным. Мужчина мучительно вздохнул, а его губы сжались в тонкую линию.

– Ты такая узкая…

Но в отличие от грубого голоса, глаза мужчины были безмятежны, как спокойное море. Без ведома Лии его толстый член уже оказался наполовину внутри нее и медленно продолжил входить дальше.

Мужчина уверенно продвигался глубже и остановился только тогда, когда увидел заплаканное лицо Лии. Девушка едва могла дышать, но, почувствовав, как что-то вошло в нее, нетерпеливо спросила:

– Т..ты вставил его до конца...?

– Ты недооцениваешь меня, не так ли? – ответил Куркан с озорной улыбкой. – Впереди еще долгий путь.

С этими словами он полностью вошел в нее.

Глава 8. Пучки удовольствия

Мысли и чувства Лии спутались. Она была раздосадована...

"Что только что произошло?"

Не выказывая никаких угрызений совести, и даже забавляясь ее ошеломленным, растерянным выражением на лице, мужчина похвалил Лию и лизнул щеку девушки:

– Ты приняла его целиком.

Наконец-то половой орган вошел в нее до конца. Лия не могла в это поверить. Ей казалось, что ее чрево вот-вот взорвется. С первого взгляда можно было увидеть, что часть живота Лии выпирает. Девушка часто дышала, изо всех сил цепляясь за простыни.

Словно желая успокоить ее, мужчина проявил внимание к обнаженным холмикам. Он нежно коснулся бюста девушки. Незнакомец щипал, нажимал и покручивал затвердевшие кончики груди. Подавшиеся вперед привлекательные округлости под его пальцами казались шелковыми.

Затем незнакомец медленно вынул свой член и на мгновение застыл.

– …

Мужчина прищурился и посмотрел на место соединения их тел. Он слегка нахмурился, заметив пятна крови на белой ткани, но вскоре снова начал двигаться в знакомом ритме.

Похоже, девушка немного расслабилась, потому что стала более гладкой. Его горячий орган мягко терся о ее влажные внутренние стенки. Мужчина медленно выходил из нее и также плавно возвращался. Он неторопливо повторял движения, пока Лия полностью не привыкла к нему.

Лия думала, что сможет выдержать, если все продолжится в том же темпе, но толчки стали жестче.… Куркан ускорился. Он сжал губы, пытаясь контролировать свою силу и желание истерзать ее, словно безумец. Мужчина понимал, насколько хрупким было существо в его руках.

– Больно? – спросил он сквозь стиснутые зубы.

Несмотря на легкий дискомфорт, Лия покачала головой в ответ на вопрос мужчины. Его огромная штука в животе партнерши доводила девушку до умопомрачения – незнакомец растягивал ее намного сильнее, чем Лия считала возможным.

К счастью, боль постепенно утихла.… Девушка медленно отпустила простыни, за которые держалась, и смело коснулась нижней части живота.

Ее живот и впрямь выпирал! Лия все еще не могла поверить в то, что что-то такое огромное и длинное смогло войти в нее целиком. Слегка надавив кончиками пальцев, девушка почувствовала очертания полового органа, систематично проталкивавшегося в ее лоно.

Лия задохнулась от удивления, лицо побелело, а глаза расширились.

Молча наблюдая за тем, что она делает, мужчина коротко рассмеялся.

Незнакомец вытащил свой орган, прежде глубоко погруженный в девушку, но оставил головку прямо возле входа, словно целуя его. И тут застывшее лицо Лии просветлело. Она собралась с духом и спросила:

– ...Теперь все кончено?

– Ни в коем случае. – и зверь снова пронзил ее, – Мы только начали.

Именно в этот момент Лия увидела его истинную природу… Он начал интенсивно вбиваться в нее, показывая, что быстрый ритм, продемонстрированный им всего несколько секунд назад, был всего лишь шуткой.

Повсюду раздавались шлепающие звуки бьющейся друг о друга плоти. Не находившая себе места Лия безуспешно пыталась сопротивляться.

– Ах, угх...!

Вспышка белого света сверкнула перед глазами Лии. Каждый раз, когда он вонзался в нее, тело девушки отбрасывало назад, а глаза наполнялись слезами. Это было больно. Однако, в то же время, она не могла отрицать, что где-то внутри нее пробуждались пучки удовольствия.

Это было необъяснимое чувство. Лия, метавшаяся от жгучего ощущения, обхватила ногами талию мужчины. Барабаня пятками по задней части его бедер и колен, она умоляла:

– Угх...тихо...помедленнее!

Но похоже, мольбы Лии почему-то еще больше раззадорили мужчину. Он затрясся в возбуждении и издал глубокий стон… Девушка чувствовала, как внутри нее увеличивается смертоносное оружие.

Лия не могла поверить, что он стал еще больше, чем раньше. Слезы, скопившиеся в уголках ее глаз, покатились по алым щекам. В беспомощности девушка оттолкнула его. И мужчина не раздумывая схватил ее за руки. Повинуясь своей натуре, он принялся покусывать и облизывать пальцы Лии.

– Я стараюсь быть медленнее, так что…

"Этот человек – лжец."

Лия плакала, пока Куркан растлевал ее. Каждый раз, когда незнакомец бился о тело девушки, он неестественно глубоко вонзался внутрь нее. И не только это. Его пухлые губы посасывали упругие розовые соски. Лия даже не могла нормально застонать, настолько сильно переполняло ее чувство наслаждения.

Это и есть половое сношение? Лия представляла себе только нежные поцелуи, мягкие ласки и умеренно приятное чувство удовлетворенности. Но делать это с этим человеком ни шло ни в какое сравнение с образом в голове девушки. Она чувствовала себя так, словно ее заживо съедает зверь.

Затекшие ноги беспомощно болтались в воздухе. Она находилась на грани. Внутри начало расти необычное чувство. Лие казалось, что она вот-вот сойдет с ума. Девушка пыталась контролировать себя, но у нее это плохо получалось.

– Хмм… Угх, только не так, пожалуйста, помедленнее...!

– Тебе что, не нравится?

Мужчина резко вышел из девушки. Внезапно почувствовав себя опустошенной, Лия сжала ноги. Половой орган незнакомца теперь был полностью выставлен напоказ. Девушка смогла увидеть его блестящий кончик, пропитанный смесью их жидкостей. От него исходил такой сильный возбуждающий эротический аромат, что у нее чуть не разболелась голова.

Мужчина ухмыльнулся и сказал:

– Тогда почему здесь чуть ли не наводнение?

Девушка облизнула губы и отвернулась от возмутительных слов. Она сделал это также и потому, что больше не могла смотреть на разъяренного "змея" мужчины.

Со слезами на глазах Лия проклинала его:

– Дикарь... животное…

Он тихо рассмеялся в ответ на ее слезливое бормотание:

– А ты, как я погляжу, хорошо осведомлена.

С этими словами Куркан обеими руками сжал лодыжку Лии. Лизнув ее стопу и щиколотку, он снова проткнул девушку своим неистовым мечом.

Читать далее

Глава 9. Глаза зверя

Уже насквозь промокшая девушка без сопротивления приняла мужской орган. Даже не так. Ее лоно жадно жадно засосало его в себя. Предварительно возбужденная плоть Лии бесконечно пульсировала. Она чувствовала стыд. Собственное тело выходило из-под контроля и казалось чужим.

Словно ему все еще было этого недостаточно, мужчина скользнул руками от ее икр к бедрам, а затем схватил за упругий зад.

Слишком хорошо зная, что величайшее удовольствие женщинам доставляет проникновение в самые отдаленные места, незнакомец вошел так глубоко, как только мог.

– Аааах… – тело Лии затрясло в изумлении.

Мужчина легонько, словно хотел отругать, шлепнул ее по попе, оставив след от руки.

– Не двигайся, – он обращался с ней как с ребенком. Незнакомец прищурился, когда девушка посмотрела на него глазами, полными слез. Он пробормотал что-то на непонятном ей языке. Это был язык Курканов.

Затем мужчина откинул вспотевшие волосы на затылок. Он сделал короткое предупреждение – коснулся ее раскрасневшихся белых бедер и вскоре сжал их – определенно говорил подготовиться.

– Перестань так на меня смотреть.

Лия не поняла, о чем говорил Куркан. Однако ей и не дали шанса поразмыслить над этим. Мужчина схватил девушку за бедра. Стройная талия незнакомца напряглась, когда он резко вошел в лоно.

Лия чувствовала, что ее маленькое тело может быть разорвано его грубыми руками в любой момент.

Она покраснела от смущения. Сильнее всего девушка чувствовала стыд из-за своего положения. Нижняя часть ее тела была в воздухе – неудобная поза, когда талия была почти согнута пополам, а бедра прижаты к его мускулистому торсу. Все это время толстый и длинный член мужчины терся о нежную внутреннюю кожу Лии.

– Ах! Ухмм… Ах!

Внезапно до ушей девушки донесся гортанный звук. Зверь застонал от удовольствия, когда ее нутро задрожало и сжалось. Синие вены вздулись на его шее, а челюсть напряглась.

Для более свободного проникновения, будучи обладателем такой неизмеримой силы, он с легкостью схватил ноги девушки и раздвинул их шире. Лия отчаянно закричала.

– Ох! Аааах! Ты ... ты слишком быстр!

Вопреки ее мольбам, мужчина, казалось, не собирался замедляться. В течение нескольких секунд они оба не произносили ни слова. Только скрип кровати, судорожное дыхание, крики и стоны наполняли комнату.

Прижав его голову поближе к себе, Лия сильно укусила Куркана за плечо и царапнула спину ногтями. Когда она уже не могла это выносить, ее зубы впились в обнаженную шею мужчины. Вскоре их взгляды встретились.

– …

Лия остановилась. Она почувствовала, что тонет в его горячем взгляде. Глаза, сверкавшие золотом, действительно принадлежали зверю.

Но у девушки не было много времени на разглядывание. Поскольку в следующее мгновение Куркан поцеловал ее. И на этот раз Лия без колебаний раскрыла губы.

Кровать под ними заскрипела, и девушка подумала, что та сейчас рухнет под ними. Но даже несмотря на то, что ложе громко протестовало под его дикими толчками, мужчине было наплевать. Он продолжил вдалбливаться в тело девушки. Его твердая, как камень, грудь прижалась к телу Лии.

– Угх....

Мужчина испустил горячий стон. Мужское достоинство набухло, и из него хлынула жидкость. Он изливался глубоко в девушку. Аномально огромное количество жидкости наполняло Лию. Ее было так много, что она уже не помещалась и начала вытекать наружу.

С облегчением, что все наконец закончилось, девушка обессиленно опустилась на кровать. Тяжело прикрыв глаза, она воспользовалась моментом, чтобы успокоить неровное дыхание.

Лия не могла поверить, что он кончил в нее.

Девушке рассказывали, что Курканы не смогут забеременеть или оплодотворить кого-то, если не будут соблюдены особые условия. Тем не менее человек, кончивший внутрь без предупреждения, выглядел невоспитанным.

Несмотря на это, не было никакого смысла отвечать на его грубость. Лия покраснела и тяжело дышала, не говоря ни слова.

Девушка почувствовала себя немного лучше, поэтому осторожно приподнялась. Мужчина все еще не вышел из лона Лии. Когда он осторожно отстранился, его половой орган выскользнул, издавая липкие вязкие звуки.

Ее тело дрожало от ощущения все еще вытекавшей из него жидкости. Лия, прикрывавшая чрево руками, казалась очень взволнованной и смущенной.

– …?

Как раз в тот момент, когда она обрадовалась тому, что все закончилось, его член снова пришел в боевую готовность. Стоило девушке пройтись по нему глазами, как, словно бунтуя против ее желаний, орган резко набух до размеров, что были у незнакомца в возбужденном состоянии.

Мужчина ухмыльнулся.

Увидев это, Лия перевернулась и быстро убежала прочь. Правда на самом деле не она, а ее отчаянно бьющееся сердце улетело куда-то далеко. Сама же Лия смогла отползти от него лишь на каких-то жалких 30 сантиметров. Ее рука едва успела коснуться края кровати, как девушку потянули назад.

– Ты никогда не сможешь убежать от меня, – он легко схватил Лию за талию.

Вспомнив ее предыдущее положение – ползком на четвереньках, мужчина улыбнулся и сказал:

– Хорошая идея, может, попробуем сзади?

Глава 10. Я хочу умереть (1)

Недолго думая, он резким толчком вставил свой орган сзади. Он вошел так глубоко, что его мошонка шлепнула по пухлому заду девушки. Невероятный объем стыда и, в то же время, удовольствия пронзил Лию.

– Ах..!

Трясущиеся руки вскоре схватили одну из подушек. Шея выгнулась назад, рот сжался, розовые вершины ее полушарий напряглись, а нутро задрожало. Девушка разрыдалась – она только что кончила от простого проникновения.

Раньше Лия не имела понятия о таком ужасном образе действий. Несмотря на то, что с ней так обращались, девушка наслаждалась этим. Она чувствовала себя распутной женщиной – смущенной тем фактом, что такая непристойная поза была причиной ее разрядки.

Несмотря на протестующие крики, Лия не могла остановить звуки, которые один за другим срывались с губ.

– Х..хватит...этого...у..уф...агх! – она умоляла его продолжить в нормальном, приемлемом положении. Но жидкость, смесь ее и его соков, так и продолжила стекать по бедрам девушки. Влажные чавкающие звуки заполнили большую комнату.

– А..ах, нет…

– Я думаю, тебе больше нравится эта позиция. М?

– Ахх! Ты, варв...ах..!

Он засунул пальцы в ее открытый рот, чтобы промокнуть их, прежде чем сжать вздымающиеся холмики. Лия почувствовала, как влажные шершавые пальцы гладят ее соски.

Как ни странно, девушка находила такое вульгарное действие очень возбуждающим. Каждый раз, когда мужчина щипал ее розоватые возвышенности, что-то брызгало снизу и пачкало простыни.

В нижней части живота разгорелся недвусмысленный жар, поглотивший волю к сопротивлению.

Не осознавая этого, Лия приподняла к нему бедра, позволив верхней части своего тела рухнуть на кровать, при этом до невозможности прогнув спину. Такая поза "полулежа", не прижимала шары девушки к ложу и позволяла им остаться в воздухе – очень удобное положение для человека позади.

Лия больше не могла этого выносить. Последний кусочек здравого смысла упорхнул прочь.

Мужчина зарычал, как зверь, и навалился на спину девушки, кусая нежную кожу на загривке.

Горячее дыхание и поцелуи дождем сыпались на стройную шею и плечи. Соединенные тела покрылись потом. Голые конечности тесно переплелись в темноте…

Большие руки схватили Лию за лицо, и толстый язык вторгся в ее рот.

Он врезался в девушку глубже и быстрее. Руки мужчины сомкнулись на ее талии в тот момент, когда толчки стали более яростными... более мощными. Лия вскоре достигла еще одного оргазма; все тело девушки застыло от ощущения, истощившего ее силы.

После нескольких толчков мужчина, наконец, издал стон и тоже кончил.

Горячая жидкость ударила ей в живот, и Лия беззвучно задрожала. Слезы застилали глаза, поэтому девушка видела все словно в тумане. Усталые веки вскоре закрылись, и прежде чем она поняла это, Лия потеряла сознание.

***

– …

"Боль… Все болит."

Глаза Лии распахнулись. Как только она увидела над собой странный деревянный потолок, ее сердце упало.

Собственное прерывистое дыхание достигло ушей. Ей казалось, что она задыхается. Девушка медленно повернулась на бок, и у нее тут же перехватило дыхание от представшей картины. Мужчина спал, обхватив ее тело своими длинными руками и ногами.

Они оба - полностью голые, но девушке не было холодно. Несмотря на ледяной рассветный воздух, тепло, исходящее от мужчины, согревало.

Лия оглядела свое тело. Похоже, он вымыл ее, пока она была без сознания. На секунду девушка почувствовала благодарность. Но тут на нее нахлынули воспоминания о прошлой ночи. Лия с трудом проглотила грубые слова, подступившие к горлу.

Это был невероятный опыт. Совершенно новое ощущение разрывало и пронзало ее снова и снова. Все то жаркое темное время на закате Куркан был с ней груб и беспощаден.

Щеки девушки покраснели. Несмотря на его бессердечие, она должна была признать, что это оказалось действительно приятно.…Ночь все еще была жива в ее сознании. Это будет воспоминание, которое Лия не забудет до самой смерти.

Девушка тихонько вздохнула. Несмотря на то, что совершила глупую ошибку, приблизившись к этому человеку, Лия все же достигла своей цели – она была лишена девственности – испорченный товар королевской семьи.

Скоро на улице рассветет. Теперь девушка должна была немедленно вернуться во дворец. Она осторожно передвинула тяжелые, толстые руки, лежавшие сверху. Делая это, Лия забыла как дышать… боялась, что мужчина очнется от глубокого сна.

– !!

Крепкие руки быстро обхватили ее за талию, губы прижались к уху, и низкий, хриплый голос прошептал:

– ...Куда ты пошла?

Из-под тяжелых век на Лию устремился острый взгляд золотистых глаз. Она оттолкнула его руку и сказала:

– На одну ночь…

Ее голос прозвучал хрипло. Это из-за того игривого крика прошлой ночью. Покраснев, она запоздало откашлялась и снова заговорила с большим рвением:

– Это развлечение на одну ночь подошло к концу.

Глава 11. Я хочу умереть (2)

– Ааа, – однако Куркан, казалось, совсем не слушал. Вместо этого он посмотрел на тело Лии и облизнул губы. – Давай сделаем это еще раз.

Девушка изумленно открыла рот. В отличие от Лии, у которой все болело и ныло, мужчина не выказывал никаких признаков усталости. Тусклые глаза тут же хитро заблестели.

Она с раздражением замотала головой, почувствовав, как в комнате поднимается знакомый обжигающий жар.

Мужчина издал глубокий смешок. Тем не менее, он все еще обнимал ее тонкую талию, окончательно заключая в ловушку, чтобы та не смогла убежать. Неумолимо Лия брыкалась и вырывалась из его рук, но, заметив что-то, внезапно остановилась.

Глаза девушки изучали его тело. Прошлой ночью они жарко общались в темноте, поэтому она пропустила эту странную деталь.

Кожа мужчины оказалась чистой, без каких-либо татуировок.

Все Курканы, которых Лия видела раньше, имели татуировки. Будь то лицо, шея или предплечья – их кожа была покрыта большими нательными рисунками. А человек, с которым девушка недавно разделила ложе, был первым Курканом, чье тело не покрывали чернила…

Его золотистые глаза, властное телосложение и неизмеримая сила – Лия могла поклясться, что мужчина являлся членом варварского клана. Однако она никак не могла понять, почему на нем не было ни одной метки.

Сведя брови Лия смотрела на тело незнакомца. Заметив это, мужчина крепче обнял девушку.

– Что тебя так заинтересовало?

Лия хмуро посмотрела ему в лицо.

– У тебя нет татуировок...Отодвинься подальше, я хочу посмотреть.

Свободной рукой она оттолкнула его, но незнакомец так и остался рядом. Чтобы отвлечь внимание, мужчина оставил дорожку поцелуев на щеках и носу девушки.

– Предлагаю поочередный обмен информацией. Если ты ответишь на мой вопрос, я отвечу на твой.

Прежде чем Лия успела согласиться, он спросил:

– Почему ты потратила свой первый раз, проведя ночь с врагом?

В королевстве Эстия чистота невесты была превыше всего. Для дворян это имело еще большее значение, поскольку целомудрие отражало честь семьи. Следовательно, с нечистой невестой можно было законно развестись. А в худшем случае убить ее.

Все это могло произойти с простой дворянкой, что уж говорить о Лие. Королевской принцессе, которой вскоре предстояло участвовать в важном политическом браке. Если ее сочтут нечистой, честь девушки, как и честь семьи, рухнет на самое дно.

Было много причин, по которым Лия выбрала этот путь. Она не хотела отдавать свою чистоту какому-то старику на 25 лет старше ее. Тому, кого девушка никогда не встречала, тому, кто ищет свежее, более молодое мясо для удовлетворения своих потребностей.

Супружеская жизнь, ожидавшая Лию, тоже не лучше. Как и большинство жен могущественных аристократов, таких как Бён Гёнбек, она бы жила несчастной жизнью в непримечательном дворце. Впустую растрачивала бы свои молодые годы. Такая смерть для девушки была бы наиболее мучительной.

Королевская семья продавала ее как элитный товар. Оттого разрушить их репутацию было бы великой радостью для Лии. Больше всего ей хотелось избавиться от беспокойной и мучительной жизни.

Однако девушка не могла рассказать об этом мужчине. Поэтому она избегала его взгляда и просто кусала губы.

– …

Почувствовав ее нерешительность, Куркан не стал расспрашивать дальше. Он улыбнулся, лежа на боку и обхватив рукой свой точеный подбородок. Мужчина посмотрел на Лию и сказал:

– Разве ты не хочешь убежать?

Идея была многообещающей и по-настоящему заманчивой. И вот уже почти согласившись, Лия пришла в себя. Конечно, это звучало так, будто могло решить все ее проблемы. Но тем не менее девушка осознавала, что такого бы не произошло.

Она вздохнула, понимая, что если бы еще чуть-чуть ослабила бдительность, то этот человек раскусил бы ее.

Честно говоря, если бы девушка действительно захотела, то легко могла бы сбежать. Королевская семья гнила уже довольно долгое время, и Лия сама взяла на себя ответственность за большинство дворцовых дел. Немного помощи, храбрости и удачи – и она смогла бы покинуть Эстию.

Однако Лия не хотела этого делать. Она не желала, чтобы за ней всю жизнь гонялись, как за преступницей. Скорее, хотела покинуть этот мир и оставить королевскую семью наедине со страданиями. И самое главное…

Она чувствовала себя опустошенной.

С того момента, как поняла, что ее окончательно бросила семья, Лия потеряла волю к жизни. Девушка больше не хотела жить. Ее ненависть была направлена не только на королевскую семью, но и на нее саму. Лия ненавидела себя за то, что по глупости посвятила жизнь семье, ужасно обращавшейся с ней.

Отомстить и покончить с собой – вот чего девушка хотела больше всего. Она медленно закрыла и открыла глаза. Мужчина молча ждал ответа.

Секс на одну ночь. Кто-то, кого она больше никогда не увидит. Разговор без вежливости, формальностей и имен.

– Я… – спонтанно Лия произнесла то, что никогда никому не говорила. – Я хочу умереть.

Глава 12. Давай Встретимся Снова (1)

Утверждение Лии было четким и ясным. Рассказав свою личную тайну, девушка плотно сжала губы.

Куркан впервые за все время притих. Он был настолько ошеломлен, что все слова просто вылетели из головы. Лия вглядываясь в лицо незнакомца, ожидая реакции. И внезапно девушка в шоке затряслась.

Она заметила движение в его золотистых глазах: зрачки сузились, и обод красного цвета окутал их.

На мгновение Лия испугалась так, что душа ушла в пятки. Мужчина, заметив вызванный им страх, тяжело вздохнул.

Куркан взъерошил волосы, провел ладонью по лицу и на мгновение прикрыл глаза.

Когда же он открыл свои мрачные очи вновь, угроза в его взгляде исчезла. Она была спрятана за обычным расслабленным выражением лица.

Мужчина подтянул маленькое тело Лии спиной к себе и прижал к груди. Незнакомец убрал серебристые волосы на одну сторону и заговорил, слегка прижавшись губами к обнаженной белоснежной коже на задней части шеи девушки.

– А что касается моей истории. Рассказа о Куркане, у которого нет татуировок... Я поведаю тебе при следующей встрече, – на его губах появилась слабая улыбка, глаза озорно блеснули, – Будет довольно забавно.

"Что за нелепица!"

Казалось, мужчина был совершенно уверен, что встретит ее снова. Осознав заносчивость его слов, Лия молча рассмеялась. Эта предвкушающая улыбка незнакомца, с минуты на минуту может спасть с лица.

Нахмурившись, он еще раз уточнил:

– Держись за жизнь, пока я не закончу рассказывать тебе свою историю, хорошо?

Поскольку это останется пустым, ничего не значащим обещанием, девушка согласилась. Лия живо кивнула, наблюдая за действиями незнакомца. Он положил ее голову на подушку, а сам поднял свое огромное тело с кровати.

– Давай что-нибудь поедим.

Мужчина покрутил корпусом в одну и в другую сторону. Красивые мышцы спины изгибались и растягивались, следуя за движениями. Мужчина также размял угловатые плечи, узкие бедра и позвоночник. Хотя телосложение Куркана и было крупным, девушке его спина показалась довольно привлекательной. Она выглядела такой крепкой.

Лия невидящим взглядом уставилась на голого мужчину, бродящего вокруг. И тут ее взгляд бессознательно переместился на “юг” и встретился с его возбужденным членом. Девушка поспешно натянула одеяло, закутавшись в кокон.

Лия не могла поверить, что они так непринужденно разговаривали голышом!

"Изумительный экземпляр, он так самоуверенно себя вел будучи раздетым – даже чересчур самоуверенно. Этот мужчина совершенно не знает приличий! Бесстыжий, наглый, похотливый дикарь!"

Несмотря на это, Лия не могла отвести от него глаз. В своих раздумьях она пришла к мысли о том, что ей нелегко связать восхитительный образ незнакомца со словом “зверь”.

Держа поднос в одной руке, Куркан посмотрел на Лию, плотно завернутую в одеяло, и рассмеялся. Тем не менее он не стал стягивать его с девушки. – Холодно, да?

Вместо этого он сел рядом с ней и поставил поднос себе на колени. Рядом с тарелкой рагу из мяса и овощей лежала буханка пшеничного хлеба с изюмом. Тушеное мясо было еле теплым, поскольку его приготовили еще до пробуждения Лии.

Девушка не особо хотела есть, поэтому отказалась от блюда и отвернулась. Но Куркан заставил ее взять ложку. И все, что Лие оставалось сделать, это принять поднос с рагу и хлебом, теперь уже разорванным на мелкие кусочки – мужчина заранее поломал его для девушки.

Для захудалой гостиницы блюдо было прекрасным.

Тушеное мясо не имело запаха, а пшеничный хлеб был мягким. Хотя ранее Лия не хотела есть, с каждой новой ложкой ее аппетит рос. Через некоторое время она наконец насытилась, поэтому легонько ударила по подносу, чтобы привлечь внимание. Мужчина встретился взглядом с девушкой.

Поняв, чего она хочет, незнакомец покачал головой. Вместо того чтобы забрать поднос, Куркан оторвал большой кусок хлеба, обмакнул его в похлебку, оставшуюся от рагу, и протянул ей.

– Ешь больше. Ты тоньше зимних веток.

Лия приняла еду и, медленно пережевав смоченный хлеб, проглотила. Было ли это потому, что она была голодна, или просто ее чувства затуманили способность здраво мыслить? Девушка не знала почему, но простое рагу и пшеничный хлеб казались ей вкуснее, чем деликатесы королевского дворца.

Пока Лия с аппетитом ела, мужчина молча ухаживал за ней. Жуя, девушка постоянно искоса поглядывала на незнакомца, пока он старательно рвал хлеб.

Довольно большой кусок выпечки в ее руках казался маленьким в его. Лия и правда была миниатюрной и худой по сравнению с женщинами ее возраста. Но находясь рядом с ним, девушка и вовсе чувствовала себя маленьким ребенком.

Она украдкой бросила внимательный взгляд на мускулистое предплечье. Бесспорно, те же части рук Лии вместе взятые едва ли могли сравниться с его. Даже бедра Куркана были такими толстыми, что могли бы сойти за пень.

Это наблюдение заставило девушку вспомнить страсть, которую они разделили прошлой ночью. После всех этих напряженных занятий он совсем не выглядел уставшим. Неудивительно, это все из-за подтянутого тела...и скульптурных мышц, перекатывающихся при каждом его движении...

"О чем я только думаю?"

Лия быстро стряхнула с себя мысли, бунтовавшие в голове. Когда мужчина поймал ее оценивающий взгляд, он нахмурился и сказал:

– Не смотри на меня так.

Лия с недоверием посмотрела на незнакомца. Она не могла понять, что его обидело. В связи с этим, услышав слова, прозвучавшие как предостережение, девушка непонимающе захлопала глазами.

С невозмутимым лицом мужчина указал пальцем на нижнюю часть своего тела. Туда, где его возбужденный половой орган по своему обыкновению умолял ее о внимании.

Как следствие, с этого момента Лия сосредоточилась на подаваемой им еде и ни разу не удостоила Куркана взглядом.

Глава 13. Давай Встретимся Снова (2)

После того как треть рагу и хлеб были съедены, желудок девушки запротестовал. Лие казалось, что ее живот бы лопнул, если бы в него попал еще хоть один кусочек.

Девушка положила ложку. Незнакомец, в свою очередь, недовольно посмотрел на нее. Нахмурившись, он приподнял одну бровь, как бы спрашивая, почему Лия съела так мало. Мужчина уже собирался возмутиться, когда девушка встала и передала ему поднос.

Пришло время снова стать принцессой Эстии.

Времени оставалось все меньше.Скоро улицы покроет яркий дневной свет. А девушке никак нельзя оказаться замеченной.

Стоило только Лие ступить на пол, как нижняя половина тела напряглась, и ноги задрожали. Тем не менее она спокойно оделась, словно ничего и не было. Прикрыв обнаженное тело, девушка завернула себя в несколько слоев одежды. Она укутала оголенную кожу так плотно, что что могло показаться, словно вокруг нее образовался панцирь.

Надев парик и застегнув ворот мантии, Лия стала выглядеть точно так же, как и при первой встрече, когда только вошла в гостиницу.

Она снова посмотрела на мужчину. Он все еще сидел на кровати, завороженно глядя на Лию.

Подойдя к незнакомцу, девушка бросила ему на колени одну золотую и сказала:

– Мне понравилось.

Мужчина нахмурился, глядя на монету, холодившую кожу. Куркан спокойно взял ее в руки и вернул Лие.

– Это прекрасно. – глаза незнакомца прищурились, и он широко улыбнулся. – Давай встретимся снова, госпожа.

***

За гостиницей ждала заранее приготовленная повозка. Лия, притворившись служанкой, работающей во дворце, попросила кучера о помощи.

– Пожалуйста, отвезите меня туда.

Стоило девушке запрыгнуть в экипаж, как она почувствовала обрушившуюся на нее усталость. С губ Лии сорвался болезненный стон. Все тело ломило, словно его избили.

К ужасу Лии, кучер вел повозку грубо. Когда старая колымага сильно задребезжала, девушка, побледнев, закрыла глаза. Она была рада, что успела поесть, хотя и злилась на мужчину за то, что он заставил ее это сделать. При ином исходе событий сейчас бы Лию тошнило еще сильнее.

Девушку высадили у задней двери дворца – входа для служанок. Она дала кучеру несколько монет в качестве платы и стала ждать. Прежде чем пойти дальше, она убедилась, что мужчина уехал.

Лие было известно, что время смены дворцовой стражи, маршруты передвижений охраны и караульные посты строго соблюдались. И благодаря этому знанию она смогла проскользнуть мимо них и побрести вдоль высокой стены дворца, соединенной с пышным лесом. Когда принцесса прощупала холодную каменную кладку и надавила на нее, та неслышно сдвинулась, открывая черный коридор.

Этот проход был лишь одним из многих тайных ходов дворца Эстии. Информация о всех туннелях держалась в строжайшем секрете, известном только королевской семье. Для проведения ремонтных работ, происходивших время от времени, трудящихся отбирали строго. Люди, чей смертный приговор скоро должен был быть приведен к исполнению, назначались на создание таких коридоров. Конечно, это было сделано с целью предотвратить распространение тайных сведений.

Однако с годами про некоторые проходы забыли. Как например про тот, через который сейчас шла Лия.

Пройдя длинный коридор, девушка ловко прокралась к себе в комнату. А там едва удержалась от того, чтобы не рухнуть в мягкую роскошную постель сразу.

Лия сильно пропиталась запахом города. Поэтому, чтобы перебить смрад, схватила духи и распылила их на себя.

Одетая в тонкую ночную рубашку, девушка аккуратно расчесала свои длинные волосы и привела в порядок матрас.

Нежели, чем быть избалованными, принцессы должны были быть дисциплинированными. Лия поддерживала опрятный вид своей комнаты. Девушка не могла показать свое несовершенство служанкам, приходившим будить ее утром. Когда все было готово, она наконец опустила голову на подушку.

Лия посмотрела в окно. Слабый свет пробивался сквозь щель между раздвинутыми шторами. На далеком небе начинался рассвет. Скоро девушке нужно будет приступить к утренней работе. Но сейчас ей нужно еще немного поспать. Она должна восстановить силы.

Однако разум отказывался дать Лие покой. Девушка не могла заставить себя уснуть. События, произошедшие всего несколько часов назад, то и дело всплывали и наводили беспорядок в ее голове.

В частности, в сознании вспыхнул образ мужчины. Теперь, когда его больше не было рядом, холодный воздух обжигал кожу. Температура тела незнакомца, ранее окутывавшая Лию, была такой высокой, что про одеяла можно легко забыть. Из-за его размеров девушке казалось, что кровать в гостинице очень маленькая. Это ощущение не уходило и когда они прижимались друг к другу.

Но сильнее всего в память врезались грубые, резкие выражения. Хотя слова мужчины и были на удивление вульгарны, его прикосновения оказались мягкими и теплыми.

Он не обращался с Лией как с аристократкой. Благодаря этому она могла действовать безо всякого притворства и, вместе с тем, своенравно.

От мыслей о произошедшем девушке становилось легче.

"Когда человек верен своим инстинктам, словно зверь, ему не о чем беспокоиться.…"

"Давай встретимся снова, госпожа." – слова звенели у нее в ушах.

"Может быть, я действительно… увижу его снова?"

Вспоминая мгновения, проведенные с Курканом, и их разговоры, Лия презрительно рассмеялась. Девушке казалось нелепым, что она ищет хоть какую-то надежду на то, что снова увидит его.

Подобно миражу в пустыне, это была иллюзия, созданная ее капризным умом. Очень скоро смерть заберет Лию; поэтому она должна отодвинуть эту зарождающуюся надежду в самый дальний угол сознания.

Этот человек – сплошная загадка. Девушка даже не знала его имени. Все было просто диким сном и несбыточной мечтой.

Отпустив воспоминания о незнакомце, Лия закрыла глаза. В попытке согреться в темноте она крепко обняла мягкие одеяла.

Глава 14. Незваные Гости

Королевство Эстии, расположенное на юго-западе континента, славилось своей культурой и искусством. Собственно говоря, большинство известных истории художников родились на этой огромной территории.

Великие творцы так любили свою родину, что без колебаний посвящали свои работы любимой королевской семье.

Отражением сущности эстетически прекрасного королевства являлся дворец, расположенный в центре. Замок Эстии – вершина искусства – полностью соответствовал своему окружению. По словам историков, он настолько привлекал своей оригинальностью, что у людей просто захватывало дух от такого зрелища.

Дворец был построен из красного кирпича и серого камня, а также покрыт специальным лаком, великолепно блестевшим на солнце. Один только внешний вид строения производил глубокое впечатление. А интерьер был просто бесподобен.

Длинные коридоры, стены которых украшали изящные вертикальные колонны, вели в десятки комнат. Каждое помещение было украшено белым мрамором и другими цветными камнями, золотом и самоцветами.

Залы украшали прекрасные произведения искусства – скульптуры и картины, выполненные выдающимися художниками. Как жаль, однако, что королевскую семью они совершенно не заботили. Для нее эти творения были всего лишь украшениями и не заслуживали никакого ухода. Совершенно логично, что время сильно повредило их.

Однако все знали, что в отличие от великолепной оболочки дворца, люди в нем были несчастны.

Дворяне больше не боялись короля.

Правителя Эстии когда-то очень уважали и даже считали могущественным, как солнце. Но сейчас же его свет, его мощь, нельзя было сравнить даже с маленькой лампадкой.

Упрямый по натуре, король цеплялся за свою бессмысленную гордыню и закрывал глаза на реальность. Он продолжал стоять на своем даже когда его суверенная власть достигла самого дна.

Помолвка принцессы была явным признаком падения королевской семьи. Бён Гёнбек из Оберде не желал никого, кроме принцессы Лии. А королевская семья быстро продала ее. Без каких-либо возражений и тщательного обсуждения.

Военная мощь Бён Гёнбека из Оберде защищала границу от Курканов. Это та власть, которая изначально должна была принадлежать королю страны. Чтобы выставить напоказ свое богатство и превосходство, Бён носил пурпурные одежды. Это то, что только королевская семья могла себе позволить и должна была носить.

Пурпурный краситель – редкий и драгоценный товар в королевстве. Единственный способ его добычи – измельчение огромной массы раковин моллюсков, живущих в теплых водах.

К тому же, краски, полученной от дробления целой тысячи этих крошечных животных, хватало только лишь чтобы окрасить небольшой кусок ткани.

А поскольку Бён Гёнбек монополизировал поставки краски, были времена, когда даже королевская семья не могла заполучить ее в свои руки.

Высокомерие и наглость Бён Гёнбека критиковали многие. Но они осмеливались лишь говорить за его спиной. Никто не решался открыто выказать неповиновение.

Бессильный король не мог даже мечтать о том, чтобы помешать ему. На самом деле, было бы логичнее назвать Бён Гёнбека королем.

– ...Принцесса, стоит ли мне отправить запрос на подготовку новой кареты?

Услышав голос Мелиссы, Лия пришла в себя. При взгляде на принцессу, улыбка графини смягчилась. Мелисса знала, что девушка погружена в свои мысли, поэтому мягко вывела ее из оцепенения.

– Да, благодарю вас, графиня.

Лия не могла поверить, что отвлеклась прямо посреди работы. Девушка могла лишь упрекнуть себя, но ее реакция была вполне оправданной. Все из-за письма, которое Кердина послала сегодня утром через слугу.

『Мы давно не ужинали вместе. У меня есть для тебя подарок, так что приходи во дворец королевы.』

“Ужин с Кердиной…”

Для Лии это был худший кошмар. Девушка пыталась скрыть свои чувства. И тем не менее, с того момента, как получила сообщение, она была вся на нервах.

Лия случайно прикусила язык. Сейчас не время думать о таких вещах. Рядом находилась не только графиня Мелисса. Министр финансов и граф, отвечающий за судебные вопросы, также составляли девушке компанию. Принцесса попыталась успокоиться и снова сосредоточиться на работе.

В эту минуту девушка просматривала бумаги, предоставленные чиновниками королевского дворца.

Поскольку Лия отвечала за большинство дел, сейчас она отдавала распоряжения и инструктировала людей о деталях работы. Девушка старалась наверстать время, которое будет потеряно из-за свадьбы.

Пусть королевская семья и бросила Лию, но остальные не имели к этому никакого отношения. Не желая подводить свой народ, девушка старалась выполнять свои обязанности до самого конца.

– Прежде чем покинуть дворец, я хочу напоследок реорганизовать налоговую систему. – Лия протянула заранее подготовленные документы.

Она отдала их Лорану, министру финансов, который вздохнул и затем передал бумаги графу Валтейну. Лицо которого, в свою очередь, сразу стало серьезным. Мужчина забормотал, поглаживая свои густые усы:

– Я думаю, что мы столкнемся с сильным сопротивлением со стороны Великобритании. Уверен, сильнее всех против этого будет Бён Гёнбек из Оберде…

Граф Валтейн хотел еще что-то сказать, но вовремя спохватился. А проницательная Лия по выражению его лица поняла, что именно. Стоя рядом с мужчиной, графиня Мелисса сердито посмотрела на него. Для Лии и ее подчиненных Бён Гёнбек не был никем иным, как врагом.

– Графиня.

– Прошу прощения, принцесса.

Только когда Лия позвала ее, Мелисса перестала бросать на графа уничтожающие взгляды. Принцесса невозмутимо посмотрела на графа Валтейна.

– Продолжайте. – холодный голос девушки не выражал никаких эмоций.

Граф Валтейн осторожно заговорил:

– Бён Гёнбек недавно предложил снизить налоги, взимаемые с Оберде. Он обосновал это тем, что защита границ от дикарей приносит большой ущерб владениям...

Лия нахмурила брови. Самой большой причиной власти Бён Гёнбека были Курканы. Он использовал их как аргумент для того, чтобы пользоваться всеми видами уникальных преимуществ. И даже несмотря на то, что по сравнению с другими правителями мужчина уже и так обладал множеством привилегий, он рьяно продолжал требовать большего.

Обмакнув перо в чернила, Лия открыла рот:

– Его жадности нет конца. На данном этапе даже вторжение Курканов принесет нам больше пользы.

Валтейн и Лоран хором откашлялись. Лия попыталась скрыть веселую улыбку, когда графиня Мелисса громко рассмеялась над их неловкостью.

– Разве ваши помощники не контактируют с ними? Во-первых, следует проверить, действительно ли Оберде необходимо снижение налогов. Мы примем решение, основываясь на полученных сведениях.

– Хорошо, принцесса. Мы поступим согласно вашему приказу. – вежливо ответил Лоран.

Лия нерешительно подписала документ и с горечью пробормотала себе под нос:

– Или, может быть, будет лучше, если я сама поеду в Оберде...

“….”

В кабинете воцарилась тишина. Слова, неосознанно слетевшие с губ девушки, создали тяжелую атмосферу. Лия застыла и пожалела, что так выплеснула свои мысли. Теперь в воздухе витала неловкость. Обстановка душила.

К счастью, голос снаружи прервал напряженность:

– Ваше Королевское Высочество, это баронесса Синель.

– Войдите.

Увидев встревоженное лицо баронессы, Лия приготовилась к ужасным новостям. Тем не менее, внешне девушка никак этого не показала. Принцесса все так же сохраняла спокойное выражение.

Баронесса Синель работала в главном дворце. Визиты этой девушки всегда означали печальные известия. Бледная и уставшая она вошла в кабинет. Все глаза были устремлены на баронессу, стиснувшую полы своего длинного платья.

– Дикари...прислали письмо в королевский дворец.

– …! – Лия вскочила со своего места. Все с ужасом в глазах посмотрели на Синель.

– Там написано: "Мне хотелось бы наладить дружеские отношения с Эстией. Поэтому я желаю направить к вам представительство для проведения совещания по обсуждению этого вопроса...”

Синель на мгновение задержала дыхание, а затем дрожащим голосом произнесла:

– Король дикарей заявил, что возглавит послов и сам посетит Эстию.

Глава 15. Страна Монстров

Курканы – дикари, унаследовавшие кровь зверей. Поговаривают, что они существовали на континенте еще до того, как появились первые исторические записи.

Эта народность проживала в пустынях, расположенных на западном краю континента. Курканы делились на племена. Каждое основывалось на типе животного, от которого была унаследована кровь.

Объединить эти племена мог только один человек – король Курканов.

Как именно король пришел к власти, никто не знает. Однако большинство полагает, что такой расклад событий обосновывался принципом естественного отбора – выживает сильнейший.

Жители континента осуждали варварское поведение Курканов и называли их дикарями. Главная причина презрения была связана с обычаем этой расы заключать браки посредством принуждения.

Для дикарей самое заветное – обладать возлюбленным, держать его рядом с собой. Стоило только Куркану признать кого-то своим спутником жизни, он делал все, что только можно, лишь бы получить руку партнера. В случае, если законными путями этого сделать не удавалось, дикарь не стал бы отступать. Куркан даже готов пойти на преступление, вплоть до похищения и насильственного принуждения возлюбленного.

Однако страны континента могли лишь на словах критиковать эту практику. Они не посмели бы предпринять военные действия. И это потому, что когда-то им уже приходилось испытать вкус поражения.

В прошлом страны образовали коалицию и попытались вторгнуться на земли Курканов.

На первый взгляд эта война была вызвана обычаями дикарей. Однако истинные намерения вторженцев оказались иными. В тайне коалиция желала захватить как можно больше Курканов и продать их по высокой цене в рабство. Группы, преследовавшие те же интересы, вступили в союз с коалицией и честолюбиво участвовали в завоевании. Однако вскоре организация распалась.

Страна монстров… В этом нет никакого преувеличения.

Жители континента никак не могли привыкнуть к климату земель Курканов. В этих местах днем палило жаркое солнце. А ночью земля становилась холодной, как лед. Люди с континента никак не могли понять, как дикари умудрялись жить там.

Однако климат был наименьшей из проблем вторженцев. Курканы рождены, чтобы стать великими воинами. Проницательные и храбрые, они и знали каждый дюйм пустыни. Благодаря этому дикари играли с союзными войсками, как с игрушками. Они нападали на них, используя местность и климат в своих интересах. Потерпев ряд жалких поражений, вторженцы решили навсегда отступить.

По сей день континент предпочитает терпеть присутствие Курканов. У него просто нет другого выбора. А Курканы продолжают жить в своем изолированном мире, без вмешательств со стороны континента.

Но теперь хрупкий мир был на волосок от разрушения.

***

Это был первый раз, когда Курканы попросили аудиенции у других стран континента. Участники конфликта хотели мира и гармонии.

Однако Лия, честно говоря, не могла в это поверить. Она знала, что у нынешнего короля жестокий характер. Корона, покрытая кровью, украшала его голову - правитель дикарей захватил трон, убив предыдущего короля.

“Почему этот свирепый и кровожадный человек хочет мира? Тут определенно что-то не так.”

Эстия располагалась недалеко от границ Курканов. В случае начала масштабной войны она первая бы оказалась под ударом и пострадала бы сильнее всех. Поэтому, принцессе нужно было уже сейчас начать составлять план действий.

В голове Лии роилась куча мыслей. И внезапно она вспомнила мужчину, с которым провела ночь. Надменный Куркан, обманувший ее, притворившись проститутом. Девушка почему-то представила его в короне…

Воображение Лии живо нарисовало самодовольное, но красивое лицо незнакомца. Блеск в его ярких глазах, навсегда запечатлелся в сознании девушки. Несомненно, он бы идеально сочетался с великолепной золотой короной.

Однако идея о том, что король Курканов отправился в чужую страну, оказался в кварталах, где процветала незаконная проституция, и притворился жрецом наемной любви, была абсурдной и невозможной. Лия содрогнулась от этой нелепой мысли и спокойно оценила ситуацию.

– Что сказал его Величество?

– Это была не просьба, а требование. Они четко намерены наладить с нами дружеские отношения. Его Величество поинтересовался, можем ли мы принять их требование сразу. А также попросил подготовиться к встрече с Курканами.

– Понятно.

"Гостеприимная встреча для Курканов…" – сама мысль об этом раздражала.

Аристократы всегда жаждали развлечений и наверняка не упустят такой возможности. И среди этих жадных ублюдков был Бён Гёнбек из Оберде.

Лия устало надавила пальцами на виски. От одной мысли о встрече с ним у девушки начинала болеть голова. Она надеялась избегать этого мужчину как можно дольше до дня их свадьбы, но теперь ничего не могла поделать.

– Полагаю, нам нужно подготовиться к приему этого особого гостя.

Граф Валтейн кивнул, в его глазах читалось напряжение. Лия обреченно вздохнула.

Встреча с новым королем Курканов и Бён Гёнбеком, который сражался против дикарей всю свою жизнь, в одно и то же время? Нет ничего хуже этого.

Принцесса могла только надеяться, что в зале для заседаний не произойдет кровавой бойни.

***

Вторая половина дня завершилась окончательным согласованием планов и обсуждением деталей приветственной конференции. К тому времени, как был закончен неплановый осмотр банкетного зала, солнце уже начало садиться.

Теперь настало время посетить покои королевы.

Лия неохотно шагнула к дворцу. Чем ближе девушка подходила, тем сильнее напрягалось ее тело, а грудь тяжело вздымалась.

К Лие подошла прислуга королевы. В отличие от веселых и жизнерадостных служанок принцессы, у камеристок этого дворца был мрачный вид. Они что-то пробормотали себе под нос. Лица этих девушек не выражали абсолютно никаких эмоций.

Лия последовала за бледными камеристками. Те сопроводили ее в приемную. Когда за девушкой закрылись двери, все слуги вскоре удалились.

– Мама, – осторожно проговорила Лия.

– А? Ты пришла! – красивая женщина расплылась в улыбке. Ее лицо расцвело, как цветок. Словно радость шла от всего сердца. Любому другому улыбка этой женщины показалась бы восхитительной и освежающей.

Каштановые вьющиеся волосы зачесаны на одну сторону. Поникшие голубые глаза придавали добросердечный вид. По внешности женщины можно было судить о ее нежной натуре. Кердина, королева Эстии, являлась полной противоположностью принцессы.

– Я ждала тебя, Лия.

Глава 16. Она не помнит меня

Кердина поприветствовала Лию мелодичным, нежным голосом и ласковым взглядом. Принцесса слегка задрожала, но быстро подавила накатившие эмоции, не желая показаться нервной. Поскольку девушка сконцентрировала свой взгляд на Кердине, она не сразу обратила внимание на окружающую обстановку.

Комната была заполнена разноцветными платьями и шкатулками с драгоценностями. Кердина мягко улыбнулась и объяснила удивленной Лие:

– Все эти подарки прислал для тебя Бён Гёнбек. Они чрезвычайно драгоценны и прекрасны…

Мужчина определенно знал, что если бы послал подарки напрямую принцессе, она бы их вернула. Исходя из этих соображений, он отправил их прямо в покои королевы.

Лия представила, как наденет выбранные Гёнбеком украшения, и к горлу тут же подступила тошнота. Принцесса захотела избавиться от подарков как можно скорее. Но теперь, поскольку они были в руках Кердины, у нее не было другого выхода. Пришлось смириться.

Королева взяла в руки бархатную шкатулку и вытащила сверкающее ожерелье, усыпанное дорогими драгоценными камнями. Лия покорно подошла к матери и села рядом. Кердина надела украшение на девушку. Холод металла кольнул обнаженную кожу, а щелчок запирающегося замка вызвал неприятное ощущение. Принцессе показалось, словно кандалы сомкнулись вокруг ее шеи.

– Оно тебе очень идет! С первого взгляда я поняла, что оно предназначено только для тебя. У Бён Гёнбека, несомненно, отличный вкус. – Кердина все продолжала безостановочно нахваливать ожерелье.

– Спасибо, мама. – безразлично ответила Лия.

Довольная тем, что дочь надела ожерелье, Кердина улыбнулась, грациозно встала и протянула принцессе руку. Девушка неохотно приняла этот жест. Мать и дочь направились в столовую.

Когда они сели за стол, нервы Лии были на грани. Она внимательно следила за каждым своим движением, стараясь не ошибиться.

Время шло. Легкие закуски сменились главным блюдом из морепродуктов и мяса, а затем был подан ароматный десерт. Все это время Кердина и Лия продолжали вести светскую беседу:

– Жаль, что Блейн не смог присоединиться к нам. Он так увлекся охотой…

– Он ведь обещал поймать для Вас лису, верно, мама?

– Да, это дитя – единственный, кто заботится обо мне. Как мать Блейна, я довольна его крайней преданностью родителям. Правда, боюсь, что буду ревновать, когда он станет наследным принцем.

Когда трапеза подошла к концу, Лия маленькими глотками потягивала вино. Тут взгляд девушки остановился на пироге, стоявшем перед ней. Мужской призывающий к действию голос все еще звучал в ее ушах:

'Ешь больше. Ты тоньше зимних веток.' – Куркан настаивал на том, чтобы Лия съела еще хлеба и рагу.

Стоило подумать о незнакомце, и насмешливая улыбка расцвела на лице девушки. Это воспоминание вызвало соблазн съесть поданный десерт.

"Может, я могу взять небольшой кусочек?" – толстый пирог с сырной начинкой, казалось, продолжал манить принцессу. Она одушевленно протянула руку к нему.

– Лия. – раздался яростный голос. Он прозвучал так сурово, словно человек, произнесший имя, намеревался выпороть девушку.

Испугавшись, Лия отдернула руку.

"Верно. Я, похоже, сошла с ума. Съесть пирог на глазах у Кердины..."

– Я просто хотела попробовать. Лишь маленький кусочек. Я ... я просто хотела узнать, каков он на вкус, – неловкие оправдания полились из рта девушки.

Кердина пристально посмотрела на Лию, а затем мягко улыбнулась и поинтересовалась:

– Надеюсь, ты не пренебрегаешь диетой? Не забывай, у тебя скоро свадьба.

– Да, я буду осторожна. Простите.

Лия положила вилку. Все еще наполовину полная тарелка не давала покоя. Девушка то и дело бросала на нее взгляд. И хотя принцесса уже съела свою обычную норму, в этот день она чувствовала себя особенно голодной.

Лия попыталась сопротивляться аппетитному запаху еды. Чтобы перебить голод, она успокоила пустой желудок вином.

***

Мужчина, ловко забравшись на толстые ветви ближайшего дерева, смотрел на прекрасный королевский дворец.

Погруженный в темноту замок Эстии тускло освещался лунным светом. Изящный пейзаж был похож на произведение искусства. Однако в золотистых глазах мужчины не промелькнуло и капли интереса. Прищуренный взгляд был явно сосредоточен на чем-то другом.

"Она заперта в ловушке… Словно кукла в живописном дворце."

Она так похудела с их последней встречи. Взгляд мужчины похолодел.

– Ишакан! – окликнув товарища, стройный молодой человек начал взбираться на дерево. Он, словно проворный кот, взгромоздился на нижнюю ветку. – Все готово. Как ты и просил, я отправил письмо, получил ответ и разобрался с остальными делами.

Потом юноша наклонил голову и поинтересовался:

– Что ты собираешься делать дальше?

Ишакан задумался над ответом на вопрос Суха. Интрижка на одну ночь не входила в его первоначальный план.

Было много причин, почему Куркан приехал в Эстию. Однако самая важная – его интерес к Лие. Мужчина хотел проверить, помнит ли она его. Ишакан думал, что если встретит девушку и поговорит с ней, то сможет избавиться от воспоминаний о прошлом. Возможно, если бы Лия захотела, он заодно удовлетворил бы и ее просьбы.

Но когда мужчина услышал, что та ищет любовника на одну ночь, его план рассыпался как песок.

Не было ничего необычного в том, что люди благородных кровей исполняли свои сексуальные желания при помощи сомнительных средств. Зачастую они даже гордились этим. Но то, что Ишакан прикинулся жиголо, чтобы приблизиться к Лие, казалось просто нелепым.

Мужчина хотел предложить достойный секс на одну ночь принцессе, которая напустила на себя вид целомудренной девушки, но вела себя дерзко. Не привыкшая к такому образу действий, Лия явно боялась. В конце концов, это был ее первый раз... Ишакан поддался воспоминаниям об их ночном романе. В этот момент в ушах прозвучал тихий шепот:

'Я хочу умереть.'

Это не было ложью. Лия несомненно уже приняла окончательное решение. Он видел это в ее черных, будто мертвых глазах.

– Она не помнит меня, – нахмурился Ишакан.

Суха закатил глаза:

– Это было в прошлом. Кроме того, ты сильно изменился с тех пор.

Парень прав. Нынешний Ишакан изменился до неузнаваемости.

– Да, совершенно верно. Но для начала… – заговорил мужчина, резко дернув рукой, рассекая ночной воздух.

Гораздо более серьезным и зловещим тоном он спросил:

– Не следует ли нам познакомиться с принцессой?

Глава 17. Король Курканов

Говорят, что если животное растет в оковах с рождения, то оно вряд ли освободится от них даже после того, как вырастет.

Лия прекрасно знала об этом. Зверь не стал бы разрывать оковы. И не потому, что он любил или боялся своего хозяина, а потому, что привык к неволе.

Даже если бы кто-то показал животному как освободиться, оно все равно не стало бы пытаться. Некоторые назвали бы зверя глупым за нерешительность. Однако, что если мысль об оковах так глубоко укоренилась в сознании, что тот даже не допускал и идеи о том, что вырваться на свободу было возможно?

Лия была такой же. Правда вдобавок к этому, она боялась действующей королевы.

Каждое мгновение принцесса страшилась за свою жизнь.

Королева была самым большим кошмаром Лии...

Все трагедии начинаются с пламенной любви. Во время пиршества король с первого взгляда влюбился в деревенскую девушку. Ее откровенный тон и яркая улыбка обворожили мужчину, раньше не видавшего ничего подобного. Это привело к тому, что девочка, выросшая в маленькой провинциальной семье, стала королевой Эстии.

Правда один лишь добрый характер не мог помочь выжить во дворце. Никто не поддерживал юную особу. День ото дня она увядала на глазах, становилась все тоньше и тоньше. Единственное, на что была способна девушка, – цепляться за любовь короля.

Кульминацией всех страданий стало рождение Лии. Когда пришло время принцессе появиться на свет, у королевы возникли осложнения. Ввиду этого девушка с трудом смогла родить и впоследствии стала бесплодной.

Неспособная к деторождению королева была позором для правящей семьи. А некогда пылающая любовь остыла… Слабый, безвольный король легко подчинился требованиям жадных дворян, желавших свергнуть королеву. Некоторое время спустя несчастная девушка была изгнана из дворца.

Это случилось, когда Лие было всего три года. В таком возрасте она даже не могла ясно понимать происходящее, однако последние слова матери отчетливо врезались в памяти:

'Мне очень жаль, Лия... Мне так жаль...'

'Ты должна продолжать жить…'

'Не перечь Кердине.'

'Просто делай, что она говорит, несмотря ни на что.'

Это были ее последние слова. Вскоре королеву обнаружили мертвой. Правящая семья объявила, что угнетенная положением дел девушка решила наложить на себя руки. Хотя, конечно, все знали, что это не было самоубийством.

Честолюбивая графиня Кердина заняла трон, на котором когда-то восседала мать Лии. Правда поселение Кердины в королевском дворце прошло довольно шумно. Она принесла с собой младенца.

Мальчик являлся единокровным братом Лии. Еще до изгнания предыдущей королевы, у Кердины состоялся роман с королем.

Все привело к тому, что общество Эстии погрузилось в хаос. Тот факт, что новая королева не была девственницей и имела роман с королем, вызвал переполох.

Такой позор…

Тем не менее, при поддержке могущественной семьи и с благосклонностью короля, Кердина смогла добиться того, чтобы ее сына объявили наследником престола. Как результат – недовольные возгласы стихли.

Крайне целеустремленная, хитрая Кердина постоянно твердила:

'Я совершенно ничего не смыслю в сложных политических делах и управлении королевством. Думаю, мне лучше просто заняться выполнением домашних обязанностей.'

Однако что бы она ни говорила, королева была ядовита, словно гадюка. Умела подчинять себе дворян и превращать их в своих марионеток.

Кердина прекрасно знала, как управлять дочерью свергнутой королевы. Женщина тщательно планировала свои действия, стараясь не делать того, что могло показать, будто она открыто ущемляет Лию. Вместо этого королева контролировала каждое движение принцессы, формируя ее характер и привычки по своему усмотрению. Постепенно она усилила свою власть над жизнью Лии.

'Ты – цветок Эстии.'

Слова королевы запечатлелись в сознании принцессы с ранних лет. Это привело к появлению у Лии навязчивой идеи. Одержимости, заключавшейся в том, что она должна стать идеальной принцессой – ее образование, деятельность и красота должны были быть безупречными.

Лия ничем не отличалась от произведений искусства Эстии, которые служили для одной только цели... Когда-то королева выращивала скот, и стоило тому набрать достаточную массу, как его тут же продали на рынок. Такое же предназначение королева выбрала для Лии.

Только самые близкие люди знали правду о том, как Кердина незаметно для других издевалась над принцессой. Остальные же не имели об этом никакого представления и высоко отзывались о королеве и ее добросердечной и благожелательной материнской натуре.

Лие хотелось закричать на этих людей и спросить их:

'Что толку было воспитывать меня, стараясь сделать совершенной..? В конце концов, она же просто продала меня этому старому Бён Гёнбеку!'

***

Лия стояла перед зеркалом, а оттуда на нее смотрела красиво одетая, словно кукла, девушка.

Бледное лицо покрыто слоями яркого макияжа. Тонкие, безжизненные волосы собраны в пучок. Контрастировавшие с темной подводкой на веках фиолетовые глаза казались еще более яркими. Образ завершало облегающее шею бриллиантовое ожерелье, подаренное Бён Гёнбеком.

– Принцесса, я внесу последние изменения в ваш наряд.

Лия слегка кивнула ей в ответ. Причиной необычайно красивого образа принцессы была встреча с Курканами.

В этот же момент, остальная часть дворца занималась подготовкой к банкету. Как и ожидалось, все дворяне выразили желание присутствовать на мероприятии. На самом деле, даже аристократы других стран приехали в Эстию по этому особому случаю.

Все с нетерпением ждали встречи нового короля Курканов и Бён Гёнбека.

Трусишка Бён немедленно стал возражать, когда услышал, что король дикарей собрался посетить Эстию. Даже при том, что это был дружеский визит.

Люди прекрасно понимали, что Бён не сможет сохранить свой нынешний уровень власти, если Курканы и Эстия заключат мирный договор. Поэтому среди народа разошлась молва о том, что королева Кердина начала предпринимать шаги по уничтожению Бёна ради наследного принца.

Но несмотря на напряженную политическую борьбу, назревавшую где-то в глубине, на поверхности возникла теплая и дружественная атмосфера. Всем не терпелось увидеть Курканов, прославившихся захватывающей дух, выдающейся внешностью. Служанки Лии то и дело говорили об этом каждый день.

Наконец пришло время, когда Курканы посетят Эстию. Приветственный банкет должен состояться на следующий день. А прямо сейчас все собирались официально поприветствовать своих гостей. Для этого Кердина специально наказала Лие одеться экстравагантно, чтобы похвастаться гордостью королевской семьи.

Вот так принцесса и оказалась в этом причиняющем боль и дискомфорт платье.

Пока служанки одевали Лию, баронесса Синель беседовала с ними. И тут она вдруг расхохоталась. Лия слабо улыбнулась и спросила:

– О чем вы разговариваете?

– Говорят, что король Курканов – необычайно красивый мужчина, – ответила горничная, и ее щеки тут же заалели.

Графиня Мелисса, старшая из служанок, бросила на них грозный взгляд и откашлялась. Остальные тут же прекратили болтать, но Лия успокоила их легкой улыбкой.

В чрезмерной строгости никогда не было ничего хорошего. Вместо этого принцесса предпочла разрядить атмосферу, поскольку все и так были излишне взволнованы. Однако именно в этот момент у Лии вдруг засосало под ложечкой. Девушке показалось, словно все ее внутренности сжались в тугой комок.

Вдали, под теплыми лучами солнца, корабли приближались к берегу Эстии.

"Они прибыли."

Глава 18. Ишакан

Огромные, величественные лодки и корабли коснулись земли Эстии. Даже издалека принцесса могла сказать, что Курканы пришли не с пустыми руками.

Пока Лия смотрела на сверкающие белые бриллианты, свободно покачивавшиеся в такт движению деревянных лодок, ее зрение затуманилось. Девушка вдруг вспомнила, как мало съела в тот день – всего лишь горсть лесных ягод и чашку чая.

Принцессу крайне раздражало то, что ей было приказано урезать дневной рацион и контролировать диету еще сильнее, чем обычно. Конечно, все это для того, чтобы добиться еще более тонкой талии. Служанки жалели Лию, они просто не могли смотреть на то, как скудно питается их хозяйка. Но ничего поделать с этим не могли, поскольку должны были подчиняться приказам свыше.

Королева лично контролировала еду принцессы. Если бы Кердина узнала, что та съела хотя бы на крошку больше, чем положено, то и Лию, и кухарок постигла бы жестокая участь.

Для Кердины принцесса была всего лишь инструментом, а не человеком. Чтобы угодить многочисленным дворянам и приезжим Курканам, Лия должна выглядеть неотразимо, особенно сегодня.

Неудобство было почти невыносимым, принцесса поморщилась, держась за перила. Голова закружилась от боли, вызванной тугим корсетом, сдавливавшим пустой желудок. Ткань впивалась в кожу. Было очевидно, что к концу банкета на теле останутся следы.

Лия нахмурила брови, когда перед глазами все стало расплываться. Боясь испортить идеально накрашенное лицо, она заставила себя выпрямиться.

Из-за угла графиня Мелисса с жалостью смотрела на принцессу.

“Через какие только страдания не прошел этот ребенок…”

Среди дворцовых подчиненных графиня была с Лией дольше всех. Увидев, как дрожит худое тело девушки, она сразу поняла, в чем дело. Поспешно подойдя к ней, Мелисса быстро поддержала падающую принцессу.

Лия едва держалась на ногах. А остальная прислуга, ничего не подозревая о трудностях, с которыми боролась госпожа, продолжала восхищаться красотой девушки.

– Принцесса! – одна из служанок взвизгнула – Вы только посмотрите, насколько Вы прекрасны!

– Вы единственная, кто может так великолепно смотреться в этом платье.

– А что если Курканы влюбятся в Вас?

Последняя фраза принадлежала Синель. Услышав это замечание, графиня Мелисса тут же упрекнула баронессу, бросив на нее самый злобный ядовитый взгляд, который только могла.

После небольших корректировок здесь и там, принцесса, наконец, была готова. С невозмутимым лицом она направилась в королевский дворец с несколькими служанками в придачу.

***

Главный зал был самой роскошной частью королевского дворца. Потолок расписан фресками, изображающими богатую историю Эстии. Мраморные колонны украшены различными видами детальной резьбы. А трон сделан из золота, слоновой кости и драгоценных камней.

В зале собрались различные уважаемые гости, но как только вошла Лия, она оказалась в центре их внимания. Принцесса ускорила шаг, направляясь в укромный уголок и стараясь не столкнуться с другими королевскими особами, прибывшими до нее.

Заметив Лию, расхаживающую по залу, Блейн криво улыбнулся. Он был так занят подготовкой мер по защите от Курканов, что так и не смог встретиться с ней после возвращения с охоты. Принц мысленно отметил, что поговорит с сестрой после окончания встречи.

Почувствовав на себе его взгляд, Лия отвела глаза. Принцесса подошла к отцу и поздоровалась. Потом поприветствовала Кердину и, кивнув Блейну, заняла отведенное ей место.

Вскоре раздался мощный звук трубы; шумный зал погрузился в тишину.

Все затаили дыхание. Глаза людей были прикованы к роскошным дверям зала. Никто не смел и моргнуть, ибо в тот момент история разворачивалась прямо у них на глазах.

Гигантские двери открылись, впуская в зал солнечный свет. Постепенно слабые очертания Курканов стали четче – загорелая кожа и яркие глаза заворожили всех в зале.

Люди ахнули в удивлении. Настолько дикари оказались прекрасны. В отличие от официальной одежды Эстии, сшитой так, чтобы идеально облегать тело, одежда Курканов была скроена из большого количества натуральной ткани, свободно висевшей на телах.

Но, несмотря на красоту каждого Куркана в отдельности, все могли отличить их предводителя по одному только внешнему виду.

Загорелая кожа мужчины сияла под солнечными лучам. На каждом участке тела просматривались мускулы, сильные и огромные, как у зверя. Куркан неторопливо вошел, медленно переставляя одну ногу за другой, шагая совершенно беззаботно.

Его золотистые глаза внимательно осмотрели зал. А затем остановились на принцессе, ошеломленно уставившейся на него.

“Этого не может быть...”

У Лии перехватило дыхание, а сердце бешено забилось.… Кроме того, принцесса заметила слабый намек на улыбку, появившуюся на губах мужчины, когда острый взгляд его бездонных глаз прошелся по всему телу девушки.

Мужчина шагнул вперед, все еще смотря на Лию. Он остановился перед королевской семьей, и знакомый низкий голос эхом разнесся по залу.

– Да благословит свет Эстию, – сказал мужчина с многозначительной улыбкой, – Я король Курканов, Ишакан.

Лия вцепилась в подол своего яркого аляпистого платья, желая сорвать его.

“Это он!”

Глава 19. Ахиллесова пята (1)

В одно мгновение Лия почувствовала, как земля уходит из-под ног. Она бессознательно впилась ногтями в ладонь; костяшки пальцев побелели, еще чуть-чуть и суставы бы вылетели с положенных им мест. Лия больше не могла найти в себе силы и посмотреть в лицо Ишакану.

"Человек, которому я отдала невинность, оказался королем Курканов?"

Даже дешевые комедийные шоу, разыгрываемые на общественном рынке, не были так смешны, как сложившаяся ситуация. Принцесса чуть не упала в обморок от веселого поворота судьбы.

Нет, это не было просто забавным стечением обстоятельств. Весьма вероятно, что Ишакан намеренно приблизился к ней.

Лия почувствовала пронзительную боль, разрывающую грудь. Ее поймали с поличным. Король Курканов знал ее ахиллесову пяту.

Принцесса использовала этого мужчину, Ишакана, как средство для осуществления своих планов.

“Хах, какая ирония… Похоже теперь он понял весь мой замысел.”

Король Курканов знал, как Лия потеряла девственность. Он даже был осведомлен о самом сокровенном желании девушки – смерть.

Принцессу охватил ужас. Ишакан же теперь мог шантажировать ее такой важной тайной.

Лия попыталась восстановить самообладание и задержала дыхание. Она старалась усмирить мысли, бомбардировавшие разум. Принцесса находилась на публике, и слишком много глаз наблюдало за ней. Поэтому нельзя было выказать и малейшего намека на волнение.

Лия собралась с мыслями и уставилась вперед пустым взглядом, как кукла. Но из-за золотистых глаз мужчины, продолжавших пронзать ее насквозь, это стало трудной задачей.

Ишакан смотрел только на Лию. Он не сводил с нее глаз с тех самых пор, как вошел в зал, и оторвал взгляд только тогда, когда приветствовал короля.

Как бы ни хотелось, но люди не могли проигнорировать восхитительного Куркана. Особенно его поразительные глаза, которые откровенно сосредоточились на определенном человеке.

“….”

По залу медленно разнесся ропот. Аристократы как-то странно переглянулись.

Прекрасная принцесса, известная как цветок Эстии, и молодой, сильный король дикого племени.

Это был действительно увлекательный и отличный сюжет для выдуманной сказки. А тот факт, что Лия являлась невестой Бён Гёнбека, подлил масла в огонь и еще больше взволновал увлеченных наблюдателей.

Некоторые напряженно посмотрели на чванливого Бён Гёнбека. Всем было интересно, как он отреагирует на то, что красивый монарх уставился на его невесту, как на конфету.

Лия тоже не удержалась и бросила на него мимолетный взгляд.

Как и ожидалось, тиран сидел на самой верхней трибуне, среди высшей знати, собравшейся в королевском дворце. Таким образом, со своего места он мог прекрасно видеть Лию и Ишакана.

Лицо Гёнбека покраснело. Гнев внутри вскипал все сильнее. Очевидно, дыхание давалось мужчине с трудом. Такое тяжелое и громкое, оно было слышно даже оттуда, где сидела Лия.

Не в силах сдержать своей ярости, Бён уже собирался, как разъяренный бык, сорваться со своего места. Однако глубокий сухой кашель вернул его в чувство:

– Кхм...

Король Эстии, чье присутствие до сих пор игнорировалось, попытался привлечь внимание к своей персоне. Конечно, ему это удалось. Все присутствующие обратили свой взор на короля. Наконец, Лия была освобождена от удушающих взглядов людей. Принцесса с облегчением вздохнула.

Король недовольно посмотрел на Ишакана, а тот лукаво улыбнулся в ответ. Куркан невозмутимо оставил без внимания немой вопрос о проявленной им же самим неучтивости по отношению к правителю Эстии.

Когда уголки тонких губ приподнялись, мужчину окружила приятная атмосфера. Это несколько изменило ауру вокруг Куркана, спрятало его опасную и жестокую натуру. Благородный класс, презиравший дикарей, впервые увидел, что варвары могут показать себя с дружелюбной стороны.

Сияющее лицо Ишакана, естественно, привлекало взгляды людей. Король Эстии снова кашлянул, чтобы вернуть внимание на себя, и обратился к Куркану:

– Добро пожаловать в королевство Эстия.

На удивление, Ишакан вежливо ответил ему:

– Благодарю Вас за теплый прием.

Пораженный таким учтивым приветствием, король слегка смягчился. Лия мысленно бросалась проклятиями. Она не могла поверить, что ее отец так слепо поверил в притворную вежливость Куркана.

И это не говоря уже о том, что некоторое время назад Ишакан представился другим человеком и обманул принцессу... А сейчас…

“Он тоже притворяется? Просто делает вид, что интересуется мной?”

Его приезд, и впрямь не предвещал ничего, кроме неприятностей.

"Наверняка он намерен посмеяться надо мной и все испортить". – подумала Лия.

Удастся ли принцессе остановить его?

Куркан уже обнаружил слабость девушки. Кроме того, осталось совсем немного времени до того, как Лию увезут в Оберде. Оба этих факта приведут к тому, что работа принцессы во дворце перевернется с ног на голову.

С раздражением следя за разговором Ишакана с отцом, Лия прикидывала, что еще можно сделать в этом затруднительном положении.

Каждый из мужчин прощупывал другого. Чрезвычайно вежливая беседа. Ишакан проявил уважение к старому королю, поклонившись ему, но не настолько глубоко, чтобы подчиниться и подтвердить превосходство соперника. Нет, Куркан действовал безупречно – не заискивал и, в то же время, не пренебрегал вежливостью и этикетом.

С того момента, как Лия впервые увидела этого Куркана, она знала, что он определенно будет сильным противником.

Закончив разговор с королем, Ишакан обменялся короткими приветствиями с Кердиной и Блейном. И наконец, встал напротив Лии.…

Все внимание аристократов, воодушевленных явным проявлением интереса Ишакана к принцессе, тут же устремилось на эту пару. Лия выпрямила спину и плечи и окинула взором представителей дворянства, чьи глаза горели любопытством.

– Я Лия де Эстия. – к счастью, речь девушки не отразила хаоса, бушевавшего внутри.

Спокойная и царственная, она протянула руку королю Курканов. Правда в отличие от невозмутимой наружности, кончики пальцев Лии заметно дрожали, выдавая ее беспокойство.

Время замедлило свой ход, когда Ишакан принял крошечную руку принцессы, и практически остановилось, когда голова мужчины склонилась, чтобы запечатлеть поцелуй на ее тыльной стороне.

Таков был акт приветствия в Эстии – жест, показывающий уважение к женщине.

Несмотря на подражание этикету королевства, Ишакан и не пытался скрыть свою истинную природу. Прижавшись ртом к руке принцессы, мужчина приоткрыл губы, и слегка задел клыками ее шелковистую кожу.

– …!

Глава 20. Ахиллесова пята (2)

Глаза Лии едва заметно расширились от удивления, но она продолжила стоять неподвижно. Тайком принцесса крепко сжала в кулак свободную руку, спрятанную в складках юбки.

Зубы, царапающие кожу, напомнили девушке о той ночи, которую они провели вместе. Не желая больше это терпеть, Лия начала оттягивать руку на себя, но Ишакан тут же крепче сжал ее и в конце концов отстранился сам.

Множество глаз наблюдало за ними, но это не помешало королю Курканов осмелиться на такое дерзкое приветствие! Хотя слово “смелый” совершенно точно не могло дать полного описания его поступка.

Более того, его спокойное и уверенное выражение лица осталось прежним, а улыбка ни разу не дрогнула. Только принцесса выглядела взволнованной. Краснота на щеках явно выдавала смущение.

Вскоре Ишакан отпустил кисть Лии, и девушка, словно ошпаренная, обхватила ее другой рукой.

Солнце среди бела дня ярко светило, а канделябры в зале, в которых отражался трепещущий свет огня, выглядели просто ослепительно.

Однако сердце принцессы было окутано тьмой. Задыхаясь, она чувствовала, что тонет в зыбучих песках.

***

Наконец приветственный банкет подошел к концу. Лия тут же поднялась со своего места и торопливо, словно демон преследовал ее, покинула зал. В спешке девушка не смогла должным образом попрощаться с дворянами, но ей было все равно.

Раздраженная, она шла без остановки, просто желая немедленно вернуться в свою комнату, запереть все двери, спрятаться под одеялами. На тот момент сильное инстинктивное желание убежать в безопасное место казалось единственным разумным вариантом.

Служанки быстро последовали за принцессой. Они шли позади, растерянно переглядываясь, но Лия хранила молчание.

Запершись в своей спальне, девушка не спала всю ночь. Она хотела отправиться в мир Морфея, но почему-то не могла. Мысли о том человеке взбаламутили сознание, создали полный беспорядок в голове.

Ночь, которую они провели вместе, истории, которыми они делились, жар страсти – все это не давало покоя Лие.

Ворочаясь, дергаясь и крутясь в постели всю ночь, принцесса почти не сомкнула глаз.

Когда Лия встала на следующее утро, казалось, будто она побывала в какой-то передряге. Темные круги под глазами совершенно не красили лицо. Поэтому принцесса постаралась скрыть их под слоем пудры.

Затем Лия приступила к выполнению своих обязанностей.

И о боже, ей предстояла груда работы...

На время заключения мирного договора Курканы решили остаться в Королевском дворце Эстии. После банкета обе стороны надеялись прийти к полноценному соглашению.

"Этот Куркан уже понял, что старый король Эстии ему не ровня. В этом нет никаких сомнений", – пренебрежительно подумала Лия.

Договор был последней вещью, о которой сейчас думала девушка. На данный момент первостепенную важность имел предстоящий торжественный банкет для Курканов. От одной мысли о том, что на собрании ей придется столкнуться с самыми разными людьми, в том числе с Бён Гёнбеком, у принцессы закружилась голова.

Возможность заключения мирного договора скорее всего окажется под угрозой во время банкета, так как Курканам придется встретиться с Бён Гёнбеком – жестоким человеком, обозлившимся на их вид. по этой причине, во время переговоров могут возникнуть разногласия.

Лия подписала последний документ на столе и отложила перо. Девушка нахмурилась, когда острая боль пронзила голову, мешая сосредоточиться на работе.

Принцесса встала, намереваясь отвлечься. Она хотела проветрить голову. В противном случае Лия могла бы совершить ошибки, которые несомненно привели бы к необратимым последствиям.

– Пойду подышу свежим воздухом, – обратилась к находящимся в комнате девушка.

Графиня Мелисса, до этого помогавшая принцессе, бросила на нее встревоженный взгляд. Прошло много времени с тех пор, как Лия произносила эти слова. Последние известия, похоже, дурно сказались на ней.

Лия смогла выйти на прогулку в сопровождении служанок, только после того, как заверила Мелиссу, что чувствует себя прекрасно.

Она прошла по коридору рядом с внутренним двором и вдохнула росистый аромат трав, который вскоре успокоил ее нервы.

Лия долго смотрела на сад.

Среди декоративных растений расположились дорожки из тубероз. Белые цветочные бутоны этого растения, собравшиеся в густые соцветия, выглядели восхитительно. Еще немного, и они полностью распустятся.

Но прежде всего, эти цветы требовали дополнительного ухода. Лия уже собиралась сказать садовнику, чтобы тот занялся туберозой, когда ее взгляд наткнулся на знакомую фигуру вдалеке.

Поняв, кто это, девушка мгновенно замерла. Из легких резко выбило весь воздух.

Он был там.

Под лучами солнца, пробивающимися сквозь листву, Ишакан, прислонившись к дереву, стоял и лениво курил.

То, что Курканы любят табак, было общеизвестно. Однако их сигареты отличались от сигарет континента. Белесый туман рассеивающегося дыма был совершенно уникальным. Сухой, но неуловимо сладкий аромат, дошедший до ноздрей девушки, явно подходил Ишакану.

Тут же служанки, стоявшие позади принцессы, начали перешептываться.

– Это тот самый король Курканов?

– О боже. Он настоящий? Его внешность такая..!

– Но не слишком ли он свиреп? Я его боюсь.

Графиня Мелисса подошла к Лие и сказала:

– Принцесса, что нам делать?

Ввиду того, что отношения Лии с этим человеком формально никому не известны, им следовало покинуть это место прямо сейчас. Но пусть даже принцесса прекрасно это понимала, она все равно остановилась и взглянула на Ишакана.

Мужчина смотрел себе под ноги, когда услышал хихиканье служанок, доносившееся издалека. Среагировав на звук, он медленно поднял усталый взгляд ястребиных золотых очей.

Их глаза тотчас встретились. Но зрительный контакт был прерван, когда Ишакан отвел взгляд.

Мужчина достал из внутреннего нагрудного кармана маленькую пачку сигарет и засунул туда окурок листового табака. Пока он занимался своими делами, Лия углубилась в тенистую часть коридора, где она стояла прежде. Все это время девушка внимательно следила за движениями Куркана.

Несколько шагов – и он исчез из ее поля зрения. Лия развернулась, намереваясь оставить мужчину в покое.

– Стойте, где стоите.

Принцесса уже выходила со служанками из коридора, как вдруг большие руки схватили ее за предплечье.

– Ах..! – вскрикнула девушка, когда Ишакан потянул Лию на себя.

От резкого движения принцесса споткнулась и упала прямо на твердую грудь мужчины. Она поспешно подняла глаза, и их взгляды на мгновение встретились.

– Куда Вы направляетесь, принцесса? – спросил он низким, ехидным голосом.

В таком положении Лия чувствовала, как тепло тела Куркана окружало ее. Затем тихий шепот мужчины сильно взволновал девушку:

– Уверен, тебе есть что сказать.

Глава 21. Его Услуги

Испуганные служанки замерли и отреагировали слишком поздно. Графиня Мелисса в гневе схватилась за юбку и закричала на мужчину:

– Как грубо!

Она посмотрела в глаза Ишакану и тут же оцепенела. Лицо графини побледнело, дыхание сбилось. Тело пробила дрожь, вызванная чувством абсолютного ужаса. Принцесса немедленно встала перед Мелиссой, защищая ее от взгляда Куркана.

– Он – король.

Ишакан повернулся к Лие. Графиня вздохнула с облегчением, когда внимание к ее персоне сошло на нет. Принцесса посмотрела мужчине прямо в глаза:

– В Эстии прикосновение к телу королевской особы без разрешения считается оскорблением. Пока Вы здесь, я бы хотела, чтобы Вы соблюдали этикет нашего королевства.

Служанки просто выполняли свои обязанности. Ишакану следовало делать то же самое. И, к удивлению, он признал свою вину:

– Я совершил ошибку.

Все служанки, как и Лия, отпрянули назад от неожиданности. Они не могли поверить, что извинения так легко вырвались из уст короля. Никто из членов королевской семьи никогда бы не поступил так; признать ошибку означало отказаться от своей гордости.

Но Ишакан раскаялся как ни в чем не бывало и ласково посмотрел на Лию. Принцесса боролась с желанием отвернуться, но встретилась с пристальным взглядом мужчины.

– Охота – это вторая натура Курканов… – начал объяснять Ишакан и его губы растянулись в улыбке, – Так что, если Вы повернетесь ко мне спиной, мой природный инстинкт прикажет мне преследовать и пытаться поймать Вас.

В отличие от расслабленной улыбки мужчины, его слова таили в себе пугающий смысл. В воздухе повисла напряженная атмосфера. По тому, что он говорил и как себя вел, можно было сделать точный вывод. Ишакан воспринимал Лию как добычу. Но принцесса даже не шелохнулась. Она посчитала, что промолчать будет гораздо лучше, чем вести с бессмысленный спор с этим человеком.

Ишакан уставился на Лию, и губы мужчины медленно растянулись в улыбке.

– Вы покажете мне дворец?

Его слова были подобны яду и точно не сулили ничего хорошего. Невеста Бён Гёнбека проводит время с королем Курканов? Это будет сплетня века.

Лия точно знала, если она согласится, то слух о том, что король Курканов флиртует с принцессой Эстии, распространится как лесной пожар.

И хотя девушка прекрасно осознавала это, она не имела возможности отклонить его просьбу. По сравнению с тем мощным оружием, которое Ишакан мог использовать против Лии, слухи были пустяком.

Мужчина протянул руку, прося девушку составить ему компанию. Она неохотно положила свою ладонь поверх его в знак согласия.

– Принцесса…

Испуганные служанки позвали Лию. Графиня Мелисса задрожала, вспомнив страх, который испытала, столкнувшись лицом к лицу с Ишаканом.

– Я в порядке. Вы можете идти вперед.

– Но...

– Я должна развлечь гостя.

Успокоив перепуганных служанок, Лия повела мужчину вдоль дороги, показывая окрестности. Ишакан неторопливо последовал за ней. Принцесса попыталась сразу направиться в укромное место. Однако полностью избежать людей было невозможно. С каждым шагом появлялось все больше любопытных взглядов, провожавших их.

Глаза этих людей, словно пчелы, то и дело жалили Лию.

Девушка пошла быстрее. И только после того, как они вошли в тихий сад, принцесса перевела дух.

Вокруг росли кусты и кустарники, что скрывали фигуры Ишакана и Лии от прохожих. Посреди сада на квадратной каменной плите был установлен фонтан, из которого тихо лилась вода.

Фонтан представлял собой скульптуру, вырезанную известным художником. Этот шедевр отточили в соответствии с прекрасной обнаженной формой мужского божества. Подобно этому, заброшенные произведения искусства были расставлены в садах по всему дворцу Эстии.

Ишакан остановился вслед за Лией, вставшей перед фонтаном. Убедившись, что они наконец остались одни, принцесса повернулась и посмотрела на мужчину.

В отличие от изящного, прекрасно украшенного дворца Эстии, Ишакан выглядел крепким, грубым и диким. Куркан выделялся на фоне великолепного дворца, как капля крови на абсолютно белоснежной коже.

– Вы знали об этом с самого начала?

Ишакан поднял брови. А Лия повторила свой вопрос, лицо девушки не выражало никаких эмоций.

– Я спрашиваю, когда Вы связались со мной, знали ли Вы уже тогда, что я – принцесса Эстии?

На этот вопрос, потребовалось немалое мужество. И вместо того, чтобы объясниться, Ишакан просто сказал:

– Что если я скажу "да"?

– …

Теперь, когда они остались наедине, Куркан тут же показал свое истинное лицо, отбросив все условности этикета. Он изъяснялся грубо и прямолинейно.

Лия не нашлась, что ответить. Ишакан рассмеялся и шагнул к ней.

– И что, если я с самого начала знал и приблизился к тебе? Что тогда ты будешь делать?

– Мне интересно, воспользуетесь ли Вы моей слабостью и примените ее против меня, – глаза мужчины блестели, пока он с большим удовольствием слушал Лию, находя все, что она говорит, увлекательным.

– Ишакан. – внезапно вмешался Куркан.

Принцесса не поняла, что он имел в виду. Дружелюбным тоном мужчина продолжил:

– Не обращайся ко мне, как к королю Курканов. Зови меня Ишакан.

“Это приказ или просьба..?” – подумала Лия.

В любом случае, у девушки не было выбора, поэтому она попыталась назвать его по имени:

– Ишакан…

Было странно называть его так по-будничному. Когда имя слетело с языка принцессы, ее сердце бешено забилось. Чтобы скрыть свое волнение, девушка повысила тон:

– Я хочу, чтобы Вы пояснили свои действия. Вы рассматриваете меня как принцессу? – спокойно возразила Лия. – То, как Вы воспринимаете меня, будет диктовать то, как я должна относиться к Вам. Будь то как к королю Курканов или как к... проституту.

На этом Ишакан расхохотался. Тирада, которую выдала девушка, показалась ему весьма очаровательной. Лия же, в свою очередь, была зациклена на острых клыках мужчины, показывавшихся каждый раз, когда его рот широко открывался.

– Если я попрошу тебя обращаться со мной как с проститутом, ты заплатишь мне за мои услуги?

Ему действительно нравилось играть с ее словами. Лия поджала губы и сдержала свой гнев:

– Я дам тебе столько, сколько ты захочешь.

Глава 22. Наследный Принц Эстии (1)

Пусть лицо девушки и покраснело, но произнесенная фраза прозвучала уверенно и дерзко. Лия не привыкла к подобным разговорам. Чтобы хоть как-то остыть, она похлопала себя по пылающим щекам тыльной стороной ладони. Ишакан присел на край фонтана.

– На людях я буду обращаться с тобой как с принцессой. Но когда мы одни, можем ли мы просто вести себя... уютно?

– Уютно?

– Дерзкое поведение подходит тебе больше, чем роль чопорной и правильной принцессы, – мужчина приподнял изящную бровь, – То, что ты показала мне в ту ночь.

Брошенная напоследок фраза несла в себе глубокий смысл, но Лия предпочла проигнорировать ее.

– Если ты собираешься обращаться со мной как с принцессой, постарайся держать себя в рамках приличия. Например, как ты схватил меня сегодня утром...

Не успела девушка договорить, как Ишакан внезапно схватил ее за запястье. Мужчина лукаво ответил, глядя в глаза Лии:

– Но сейчас мы одни, так что я не должен обходиться я с тобой как с принцессой.

“Неужели все звери такие?”

Устав от наглых действий Куркана, девушка ничего не ответила и свирепо посмотрела на него. Правда внимание Ишакана было приковано к чему-то другому. Нахмурившись, он пробормотал:

– Черт побери… Стала еще тоньше, чем прежде. Ты нормально питаешься?

Худое запястье Лии значительно отличалось от большой руки мужчины. В рамках подготовки к приветственному банкету для Курканов принцессу посадили на еще более строгую диету, что привело к еще большему похудению.

Вместо объяснений Лия вырвала свою кисть из хватки мужчины. Поняв, что его руки теперь пусты, Ишакан быстро опустил их в фонтан.

“Как странно…Он внезапно начал мыть руки… Неужели считает, что я грязная?”

Принцесса не могла в это поверить. Этого мужчину было так трудно разгадать. Зачем ему делать что-то подобное посреди разговора? Лия прикусила губу и нерешительно заговорила о том, что ее мучило:

– То, что случилось той ночью… Ты можешь сохранить это в тайне?

Мысль о том, что другие узнают о ее плане, пугала девушку. Принцесса даже представить себе не могла, насколько плохо все обернется, если Ишакан откроет этот секрет другим.

Глаза мужчины сузились, когда он заметил отчаяние Лии. Он склонил голову набок и рассмеялся:

– Даже не знаю...

Услышав двусмысленный ответ, принцесса почувствовала, как сжался желудок. Не в силах больше сдерживать себя, она закричала:

– Чего ты от меня хочешь?! Что ... – воскликнула Лия, но была прервана следующим действием мужчины.

Куркан засунул что-то ей в рот. Глаза девушки расширились от удивления. Принцесса не имела понятия, что это такое, но все равно стала жевать. Нежная липкая мякоть отдавала сладостью во рту. Тело девушки было в восторге – нежный вкус удовлетворил голод, мучивший Лию из-за того, что она практически не ела.

– Косточки нужно выплевывать.

Длинные тонкие пальцы мужчины раздвинули ее рот. Ишакан, ухмыляясь, взял косточку, лежавшую на языке принцессы.

– Это был сушеный плод финиковой пальмы. Тебе понравилось?

– …!

Лицо девушки покраснело, когда она наконец поняла, что он только что сделал. Лия была настолько поглощена сладким вкусом плода, что не сразу сообразила ход его действий.

Принцесса ничего не могла сказать. Смущенная, она уставилась на Ишакана. Щеки девушки все еще горели. Мужчина небрежно сунул ей в рот еще один финик, который Лия, в свою очередь, охотно приняла.

– Я хочу только одного...

Когда девушка снова ощутила яркий сладкий вкус на языке, Ишакан с мрачным видом прошептал:

– Я хочу, чтобы ты приняла все, что я тебе дам.

Можно было только догадываться, что именно мужчина имел в виду, говоря это. Сердце принцессы забилось быстрее. Словно одержимая, Лия с наслаждением смаковала финик во рту.

Сушеные плоды финиковых пальм не входили в основной рацион питания в Эстии. Девушка ела их только один раз. Раб из рода Курканов угостил Лию, когда та была еще ребенком.

Это произошло так давно... Настолько давно, что Лия уже и не помнила ни вкуса финика, ни лица мальчика, который так любезно поделился с ней едой.

Смакуя плод, принцесса чувствовала восторг от ощущения незнакомой сладости. Девушка один за другим посасывала, а затем поглощала сахаристую мякоть фиников. Вскоре она невольно облизнула губы, тем самым издав чавкающий звук.

Оттенок сожаления промелькнул на кончике языка Лии.

В отличие от принцессы, Ишакана этот звук вовсе не смутил. Скорее, он был глубоко заинтересован в том, чтобы хрупкое тело девушки получило хоть какие-нибудь питательные вещества.

Испытующие глаза короля следили за Лией, пока та пировала финиками, принесенными Ишаканом. Каждый раз, прежде чем он засовывал плод в рот девушки, она поворачивала голову и выплевывала косточки в свою ладонь.

Теперь, после того, как все было съедено Лия не знала, что с ними делать дальше.

Мужчина на мгновение заколебался и протянул руки. Ишакан схватил косточки, покрытые ее слюной, и мгновенно швырнул их в кусты.

Лия не сразу поняла эту выходку, поэтому Ишакан поспешил дать объяснение.

– Это семена, поэтому они должны быть возвращены в почву.

Принцесса не нашла в словах мужчины ничего предосудительного и кивнула в знак согласия. Конечно, садовник не возражал бы против нескольких мелких семян, разбросанных на его рабочем месте. Он, вероятно, даже не обратит на это внимания.

Лия вытерла губы, молча подошла к фонтану и вымыла руки. Смывая оставшуюся липкость с рук, она украдкой взглянула на Ишакана.

Девушке все в нем казалось странным.

“Может это потому, что он из чужой страны?”

Все, что делал мужчина, приводило принцессу в замешательство. И к тому же, он полностью разрушил ее структурированный распорядок на сегодняшний день.

Увы! Принцесса поняла это слишком поздно. Кердина будет пристально следить за всеми приготовлениями к предстоящей конференции. И под подготовкой подразумевалась и сама Лия! Боже, она и вправду съела все финики, зная, что завтра ей придется надеть обтягивающее талию платье на глазах у Кердины.

Тревога отразилась на лице девушки, когда та испугалась, что ее живот начал выпирать.

Пусть Лия и сожалела об этом сейчас, но она просто не смогла удержаться и не съесть сладкие финики, таящие во рту.

“Когда я в последний раз хорошо ела?”

Принцесса даже не могла точно сказать… Хотя нет, она вспомнила!

Тут же в голове начали проносится события, произошедшие после их жаркой ночи. То время, когда Ишакан щедро кормил ее хлебом и рагу. Вспомнив об этом, девушка нахмурилась.

Встав позади принцессы, Куркан выдернул ее из раздумий, схватив за руку. Лия вздрогнула от неожиданности. Она еще больше растерялась, когда Ишакан положил что-то ей на ладонь. Затем он нежно закрыл пальцы девушки, заставляя принцессу сжать предмет.

Посмотрев вниз, Лия увидела коробочку с финиками. Она недоуменно моргнула, глядя на аккуратно расставленные плоды, заключенные в изящную упаковку.

По внешности Ишакана легко можно предположить, как он с жадностью пожирает сырое мясо, с которого еще капает кровь. Но увидеть, что этот мужчина носит с собой коробочку с финиками, было несколько удивительно. Даже можно сказать, это выглядело не в его характере.

– Курканы верят, что сладкая пища может изгнать злых духов. А еще я люблю сладости. Возьми мой подарок с собой.

Услышав это, Лия резко закрыла крышку коробки. Вкусные финики скрылись из виду.

Девушка вернула вещицу мужчине. Это был решительный отказ. Однако вместо того чтобы принять коробочку, Ишакан возразил:

– Я не подсыпал в него яд.

– Все совсем не так. Я не могу принять это, так что забери.

– Почему?

– Потому что я на диете. – выпалила она.

В глазах Ишакана вспыхнул интерес, мысль о том, что девушка намеренно морит себя голодом, разозлила его.

– Диета для чего?

– …

– Причина тебя не касается.

Лие совсем не нужна была его жалость. Чтобы не позволить их разговору продолжиться в нежелательном направлении, принцесса сменила тему.

– Зачем ты приехал сюда, в Эстию? – глядя мужчине прямо в глаза, она бесстрашно спросила, – Ты и впрямь от меня ничего не хочешь?

– Хочу, – он кивнул головой в сторону предмета, лежавшего в руках Лии. – Съешь все это. Это приказ того, кто знает твою слабость. – Куркан дотронулся до угла коробочки. Промасленное дерево было гладким, без единой царапины. – Может мне еще покормить тебя?

Когда Ишакан фыркнул от смеха, лицо принцессы напряглось. Она совершенно не хотела, чтобы ее снова соблазнили поесть. После такой угрозы девушка вынужденно приняла коробочку сладостей и произнесла холодным голосом:

– Я прошу тебя забыть о том, что случилось той ночью. Если ты действительно считаешь меня принцессой этого королевства, пожалуйста, не веди себя непристойно.

– Непристойно?

– Я имею в виду прикосновения без разрешения.

– Будь конкретней. Я необразованный зверь, поэтому совершенно не понимаю, на что ты намекаешь.

– Например, внезапно хватать меня за руку... или засовывать пальцы мне в рот.

Лукавая улыбка появилась в уголках глаз Ишакана. Не в силах сдержаться, он громко расхохотался. Струи, лившиеся из устья фонтана брызгали и нарушали спокойствие воды, освещенной лучистым солнцем. Смех этого мужчины точно так же нарушал душевное спокойствие Лии и вызвал хаос в ней.

– Тебе ведь нравится, когда я их вставляю?

Лия зажмурилась, сразу поняв его грубое заявление. Ишакан сильно отличался от людей, которых принцесса встречала раньше. Однако девушка не могла отрицать, что ее всегда тянуло к людям с необычной подоплекой.

Лия резко подняла глаза, желая огрызнуться и отчитать Куркана за похотливый темперамент. Однако тут же в страхе осеклась, почувствовав чье-то присутствие.…

Стук башмаков по плохо вымощенным камням сада заставил ее сердце учащенно забиться.

– …!

Принцесса чуть не выронила коробочку, а ее лицо исказилось от ужаса. Парень с такими же серебристыми волосами как у Лии уставился на них безэмоциональным взглядом.

Это был единокровный брат Лии, Блейн.

Глава 23. Наследный Принц Эстии (2)

Без сомнения, Блейн был привлекателен. Его серебристые волосы и глубокие голубые глаза являлись полным отражением черт Лии. Однако красота принца – это всего лишь маска. Ибо внутри он был уродлив. В Блейне скрывалось нечто настолько отвратительное, что даже трудно себе представить.

Холодный и вспыльчивый, наследный принц Эстии внушал страх многим. По правде говоря, Лия приходила в ужас всякий раз, когда он смотрел на нее. Как, например, в этот самый момент.

Пронзительный взгляд брата скользнул по девушке. Внимательно осмотрев коробку в руках Лии, он медленно перевел глаза на Ишакана. Наблюдавший за происходящим Куркан любезно поприветствовал Блейна без малейшего намека на смущение:

– Доброе утро, Ваше Высочество!

С самого начала Ишакан притворялся, будто знаком с принцем. Только тогда Блейн узнал его. Парень скривил рот и сухо поприветствовал в ответ. Затем в атмосфере воцарилась тишина.

Странная аура витала вокруг. Звук воды, льющейся из фонтана, эхом отдавался в безмолвии. И спустя некоторое время оглушающей тишины Блейн наконец открыл рот:

– Я не знал, что король Курканов будет здесь.

Ишакан нанес ответный удар:

– Это то место, куда мне запрещено входить?

– Что ж, мне не известны, каковы нормы поведения среди Курканов. – сказал Блейн, стиснув зубы, – Однако здесь, в Эстии, не хорошо видеть незамужнюю женщину наедине с мужчиной.

Пока злорадная речь лилась из его рта, парень оглянулся на Лию. Казалось, колкие слова, словно кинжалы, нацелились на принцессу.

– Сестра.

От этого слова Лия закусила губу. Хотя Блейн был ее единокровным братом, он никогда не относился к ней уважительно. А вот Лию строго воспитывали. С самого детства в нее вбивали мысль, что она должна уважать наследного принца и всегда вести себя с ним учтиво.

Блейн же то обращался к Лие по имени то называл сестрой, когда ему того хотелось. Казалось, сейчас он официально обратился к ней, только потому что рядом был король Курканов. В конце концов, если бы кто-то узнал, что в правящей семье творится бедлам, это не привело бы ни к чему хорошему.

– Я пришел сказать тебе кое-что. Отойдем в тихое место. – в голосе принца были слышны нотки подавляемого гнева.

Лия уже сталкивалась с подобной ситуацией и очень хорошо знала, что если она будет сопротивляться, злость Блейна только возрастет. Поэтому девушка покорно ответила:

– Да, Ваше Высочество.

Вслед за ее словами принц схватил сестру за запястье и грубо потянул за собой. Девушка споткнулась о неровные края каменной плиты, тело пошатнулось, но Блейну было на это наплевать.

Пока ее тащили прочь, Лия оглянулась на Ишакана. Девушка испытывала мучительную боль, но смогла посмотреть на мужчину с невозмутимым видом.

Их взгляды встретились. Ишакан не сводил глаз с Лии. Он был раздражен. Куркан хотел наброситься и задушить того человека. Тем не менее, Блейн станет следующим правителем Эстии, и спор с ним только все усложнит. Более того, такой переполох, скорее всего, затронет саму принцессу.

Но все же Ишакан не мог не спросить:

– Нужна помощь?

Золотистые глаза смотрели на девушку с надеждой на ответ. Однако, к разочарованию мужчины, Лия опустила взгляд, тем самым показав, что отказывается.

"Это к лучшему..." – подумала она.

Принцесса не хотела тащиться куда-то за Блейном. В глубине души девушка отчаянно желала помощи Куркана. Но она уже давно поняла, что следовать зову сердца – наивно.

“Этот человек – король Курканов, пришедший разрушить Эстию. Должно быть, он заранее продумал все политические планы. Пусть даже намерения Ишакана на данный момент не ясны, будет лучше не связываться с ним.”

Лия отбросила эти мысли и недоверчиво покачала головой. Она чувствовала на себе упорный взгляд Ишакана.Стараясь не обращать на него внимания, принцесса просто позволила Блейну утащить себя.

Стоило им только оказаться в укромном уголке сада, подальше от глаз Куркана, как тело Лии грубо прижали к дереву. Ветви кустов, находившихся около ствола, поцарапали и местами порвали тонкую ткань платья девушки.

Нещадно, Блейн дернул Лию за волосы, портя прекрасно накрученные локоны. Рывок оказался таким сильным, что голова принцессы откинулась назад.

– Что вы делали?

Девушка испугалась. Он оттягивал волосы с такой силой, что Лие казалось, ее шея может сломаться в любой момент. Боль полностью затуманила разум. Лия едва могла расслышать, что говорил Блейн.

Встряхнув девушку, принц снова спросил:

– Я задал вопрос! Что вы делали с этим человеком? – его голубые глаза горели безумием.

И тут, вдобавок ко всему, словно жестокого обращения с Лией было еще недостаточно, Блейн сделал нечто гораздо более ужасное.

В глазах принцессы промелькнуло отвращение. Он лапал ее. Блейн настойчиво трогал плечи, грудь, талию девушки... и даже попытался приподнять подол юбки.

Лия с трудом смогла переступить через свое воспитание, но все-таки ударила принца по щеке. Хорошенько ударила. Пусть сила девушки и намного ниже его, но она не могла позволить такому отвратительному поведению продолжаться.

Блейн отпустил волосы и яростно отшвырнул сестру. Стоя на довольно большом расстоянии, Лия хмуро посмотрела на Блейна. Он выглядел так, словно был одержим дьяволом.

– Не раскачивай бедрами перед Курканами. – возвышаясь над девушкой, холодно предупредил парень. – Ты меня поняла, сестра?

Глава 24. Нарушитель (1)

Услышав оскорбления в свой адрес, Лия побагровела от злости. Девушка сердито фыркнула, выпрямилась и поправила свое растрепанное платье, прежде чем бросить на брата колкий взгляд.

– Не волнуйтесь, брат, – прошипела она и заверила – Пусть я и прихожу в ужас от мысли о Бён Гёнбеке, я бы на такое не пошла.

Блейн смотрел на принцессу с маниакальной усмешкой. Но при упоминании этого человека лицо парня на мгновение поморщилось. Затем вокруг него будто сгустились тучи, и принц нахмурился.

– А ты хороша, – сказал он, – у тебя отлично получается отнекиваться. Не говоря уже о том, как ловко ты прячешься в садах с королем Курканов, – язвительно прошептал Блейн.

Лицо принца начало приближаться. Оно продолжало наклоняться к девушке до тех пор, пока его рот не поравнялся с ухом Лии. Настолько близко, что даже можно было услышать дыхание Блейна

Принц скользнул рукой по волосам девушки. Затем его ладонь опустилась на щеку Лии. Длинные тонкие пальцы нежно погладили ее по лицу. Блейн склонил голову с глумливым беспокойством.

– Он сказал, что влюблен в тебя? – спросил принц, надув губы, что заставило Лию сжать челюсти. – Просил тебя переспать с ним?

Лия заставила себя держать рот на замке. Сначала она хотела сказать Блейну, что так оно и было, но передумала.

– Между нами ничего не было, – ответила принцесса, – Он интересовался мной только потому, что я невеста Бён Гёнбека.

Блейн только молча смотрел на сестру, пытаясь найти в ней хоть какой-нибудь намек на нечестность. Парень не верил ни единому слову, но пока решил закрыть на это глаза.

Раньше они были близки, он и Лия. В детстве они заботились друг о друге так же, как заботились бы о настоящем брате или сестре.

Блейн просто обожал Лию, давал то, что она хотела, и даже больше, исполнял все ее желания. И принцесса была такой же. Из-за своей одинокой натуры, в образе Блейна она нашла себе товарища.С течением времени люди стали часто принимать их за родных брата и сестру. А Блейн и Лия никогда не пытались переубедить их в этом.

Но, как и во всех семьях, со временем они разошлись.

Лия взрослела. И Блейн наблюдал за тем, как она раскрывала свои многочисленные таланты, становясь все более и более успешной, нуждаясь в нем все меньше и меньше. И это терзало принца, заставляло чувствовать себя недостойным стоять рядом с ней. Постепенно восхищение парня переросло в зависть, а его любовь – в ненависть.

Блейну не нравилось, что сестра развивалась и процветала. Он захотел раздавить ее любой ценой.

Их отношения рушились на глазах. И в один момент Лия получила ценный урок, который привел к окончательному разрыву их некогда крепкой связи.

Решающим фактором стала кончина матери. Когда принцесса поняла истинную причину ее смерти, она больше не могла поддерживать иллюзию дружеских отношений и, наконец, оставила Блейна. Лия просто не могла совместить новую информацию о нем, с тем, некогда знакомым ей, человеком.

И стоило только Лие разорвать отношения, как Блейн сбросил с себя маску и во всей красе показал свое истинное лицо.

Посмотрев в сердитые лазурные глаза принца и увидев, что тому больше нечего сказать, Лия резко дернула головой, тем самым стряхнув руку брата с подбородка. Вслед за этим девушка оттолкнула его, намереваясь уйти. Блейн отступил назад.

– Лия, – крикнул принц, и она остановилась. От его голоса по спине пробежали неприятные мурашки. Пальцы брата снова оказались в волосах девушки. Мозолистые конечности нежно погладили кожу, когда Блейн заправил несколько прядей за ухо принцессы.

– Ты должна научиться слушать меня, сестра. – сказал он, прежде чем серьезно взглянуть на девушку, – И не ходи туда, где я не могу тебя увидеть, – предупредил парень, и Лия коротко кивнула.

Все, чего принцессе сейчас хотелось, так это чтобы все поскорее закончилось. Она так устала.

***

Когда Лия наконец вернулась в свои покои, горничные уже собрались около двери и ждали ее во главе с Мелиссой .

Как только графиня увидела принцессу, то тотчас же побежала к ней. Приблизившись и остановившись перед девушкой, она воскликнула:

– Принцесса! Наследный принц искал Вас, – Лия кивнула в ответ.

– Да, я уже виделась с ним, – ответила девушка с мягкой улыбкой. Мелисса уставилась на нее, разинув рот, но затем спохватилась и закрыла его. – Тебе не о чем беспокоиться, – заверила Лия.

Однако несмотря на утверждение принцессы, в глазах графини все еще читалось беспокойство. Но как бы Лия ни хотела объяснить все подробнее, она не могла рисковать. Нельзя было рассказывать больше, чем положено для чужих ушей.

Принцесса вспомнила, как Блейн оттащил ее в сторону, схватив за волосы, и осознала, что все еще была довольно потрепана. Девушка не смогла придумать предлога, чтобы объяснить, почему одежда оказалась в таком плохом состоянии. Кивнув, графиня быстро достала шаль и накинула ее на плечи Лии.

Принцесса коротко поблагодарила Мелиссу и направилась в свои покои.

Зайдя внутрь девушка села на стул, а служанки подали ей чай. Лия взяла чашку и сделала глоток. Теплота жидкости, стекающей по горлу, успокоила бешено колотящееся сердце. Принцесса почувствовала, как расслабились мышцы, а затем ушло и внутреннее напряжение, когда она сделала глубокий вдох, наслаждаясь ощущением от расчесывания волос – графиня старалась вернуть госпоже приличный вид.

Когда чашка Лии наполовину опустела, Мелисса нерешительно нарушила молчание:

– Принцесса, если позволите... – начала она, продолжая расчесывать волосы, – Что случилось с королем Курканов?

Услышав этот вопрос, Лия замолчала и поставила чашку на стол. Она легко могла выйти из сложившейся ситуации просто солгав. Поэтому с опытной непринужденностью принцесса надела на себя маску спокойствия, ободряюще улыбнулась и ответила:

– Он просто интересовался мной. Похоже, ему было очень любопытно, как выглядит невеста Бён Гёнбека из Оберде, – закончив, Лия сделала еще один глоток чая.

Графиня понимающе кивнула. Она не сомневалась ни в одном слове, произнесенном госпожой.

– Какое облегчение. – вздохнула Мелисса, когда чувство тревоги немного отступило. – Я так волновалась, особенно после того, как Вы исчезли. Он кажется слишком грубым и суровым, – поделилась девушка своими опасениями.

Лия же не возражала и довольствовалась тем, что графиня продолжила болтать о пустяках, как обычно. При других обстоятельствах графиня рассказывала о том, что произошло за день, и зачастую это касалось Блейна. Однако встреча с королем Курканов этим утром оказалась настолько незабываемой, что Мелисса не могла перестать говорить об этом.

– Ах да, и глаза... – сказала графиня, мечтательно вспоминая лицо Ишакана.

Сделав паузу, Мелисса тут же, нахмурилась, поняв, как свободно она говорила. Обычно графиня старалась не беседовать с принцессой так небрежно. Тем временем рука Лии замерла в воздухе. Девушка так и не отпила чай, вспомнив золотые глаза Ишакана.

Глава 25. Нарушитель (2)

Глаза Ишакана были особенно уникальны, такие редко встречались среди людей. Находясь в гневе, мужчина одним только взглядом мог вызвать у оппонента глубокий ужас. Инстинктивный страх, возникающий у жертвы, столкнувшейся с рычащим зверем.

Вскоре мысли Лии вновь вернулись к Блейну. Девушка думала, поведает ли он Кердине о том, что произошло сегодня. Сама мысль об этом беспокоила принцессу.

“Не думаю, что он расскажет Кердине, но... что, если расскажет?” – Лия нервничала, – “Неужели он просто оставит все как есть?”

Принцесса безостановочно мучилась от переживаний. Кердина – не Блейн. Она не отпустит Лию просто так, как это сделал бы принц.

“Я должна найти способ выбраться отсюда.” – подумала про себя девушка, прежде чем острая боль пронзила голову.

Боль была просто невыносимой. Принцесса быстро допила чай и встала, поморщившись.

– Будь добра, отмени мое расписание на сегодня, – обратилась Лия к графине, – Я прочитаю отчеты в своей комнате.

Мелисса подошла к девушке с обеспокоенным видом:

– Принцесса...

– Все хорошо, – перебила ее Лия и мягко улыбнулась, – Я в порядке, – заверила она. – Поверь, все дело только в строгой диете, которую я сейчас соблюдаю. Мне просто нужно отдохнуть.

Мелисса сомневалась в сказанном. Она знала, что дело не только в этом. Лие действительно нездоровилось. Но графиня также знала, что принцесса не позволит ей помочь, и поэтому неохотно кивнула. Затем она ушла, чтобы девушка могла отдохнуть.

Когда графиня удалилась, Лия также велела служанкам, все еще находившимся в комнате, оставить ее одну и запретила им входить до завтрашнего утра. Оставшись одна, принцесса надела ночную рубашку и тут же рухнула на ближайший стул.

Лия решила, что у нее не хватит сил на полноценный ужин. Кроме того, в преддверии конференции нужно было немного снизить количество еды.

“Возможно, попрошу на ужин два ломтика яблока. Надеюсь отдохнуть как можно скорее.” – сейчас девушке очень хотелось побыть одной.

Вздохнув, Лия повернулась к окну и уставилась в пустоту. Сидя на стуле, она наблюдала за тем, как краснеет закатное небо, как кончается дневной свет и как улица погружается во тьму.

Смотря на луну, освещающую ночное небо, Лия сжала подлокотник. Пальцы рук дернулись, когда стремление открыть окно стало сильнее.…

А вместе с ним и желание прыгнуть.

Это мимолетное знакомое ощущение посещало принцессу время от времени. Правда у нее никогда не хватало мужества пойти на такой шаг. Лия могла только фантазировать всякий раз, когда эта мысль приходила в голову. Но теперь…

“Еще чуть-чуть”, – подумала она. – “Еще немного потерпеть.”

Принцесса мысленно отсчитывала дни; сначала заключение мирного договора, а когда Курканы уйдут... После этого все прекратится. Всему придет конец. Как только доведет королевскую семью Эстии до разорения и позора, Лия наконец сможет по-настоящему отдохнуть.

Веки девушки волнительно затрепетали от мысли о боли и агонии, которые увидит на их лицах…

Принцесса представила, как ветер пронзит ее тело, когда она наконец сделает прыжок.

Легкий стук раздался в беззвучной комнате, и Лия резко открыла глаза, нахмурившись. Ничего.

Она подумала, что это была уловка разума, но затем это повторилось снова, а потом еще раз.

"Трижды", – подумала девушка.– “Кажется, звук доносится со стороны окна.”

Лия встала и осторожно подошла к окну. Обхватила ручку и повернула ее. Затем тихонько толкнула оконное стекло и ахнула от удивления.

Принцесса резко поднесла руку ко рту, чтобы никто не услышал.

– К..как?! – удивленно выдохнула она, заикаясь.

В свою очередь, человек снаружи, сидевший на краю ветки дерева, только спокойно смотрел на Лию. Он играл с камешком в ладони, подбрасывая тот в воздух и ловя той же рукой, словно это было легкое повседневное дело.

А Лия оказалась несколько озадачена. Поздней ночью охрана королевского дворца усиливалась, и проскользнуть мимо нее было довольно трудно. Если о случившемся узнают, это наверняка навлечет на стражников неприятности, и Блейн не будет таким снисходительным, как сегодня в саду.

Погруженная в свои мрачные мысли и не зная, что делать, принцесса не заметила, как Ишакан без разрешения уже перепрыгнул с ветки в ее комнату.

Несмотря на крупное телосложение, мужчина двигался легко и быстро. Его приземление на балконе Лии тоже было довольно грациозным. У девушки перехватило дыхание, когда она увидела, как Куркан спрыгнул с дерева.

– Где ты, по-твоему, находишься?! – тихо зашипела принцесса, когда Ишакан выпрямился.

– В твоей комнате, – сухо ответил мужчина. Ему показалось странным, что она спросила, хотя сама прекрасно знала ответ.

Не обращая внимания на растущее недовольство принцессы, Ишакан вошел в комнату, бесстыдно оглядываясь. Лия бросилась за ним, но Куркан лишь проигнорировал ее предостережения и жалобы.

Покончив с осмотром покоев, мужчина наконец обратил свое внимание на девушку. Мягко улыбнувшись, он сказал:

– Милая ночнушка. Это в ней ты спишь?

Лия совершенно забыла, что на ней ночная рубашка. Осознав это, девушка схватила ближайшее одеяло и накрылась им.

– Что ты здесь делаешь?! – шепотом прошипела она. Принцесса была так удивлена присутствием Куркана, что не могла придумать, что сказать еще. Мысли путались в голове. Кровь прилила к лицу от смущения.

– Мне было любопытно кое-что узнать, и вот я здесь, – томно ответил мужчина.

Лия нахмурилась и отодвинулась, намереваясь выгнать его. Правда на мгновение задумалась о том, чтобы попросить Куркана посетить завтрашний банкет в качестве одного из ее официальных сопровождающих. Принцесса уже собиралась начать говорить, но была прервана. Ишакан продолжил свою мысль и серьезно посмотрел на Лию…

– Почему ты не попросила меня о помощи?

Глава 26. Захваченная Бесстрашным Хищником (1)

– … – Лия внезапно застыла на месте.

Девушка вспомнила слова, произнесенные Ишаканом, когда Блейн небрежно потащил ее прочь из сада.

‘Нужна помощь?’

Принцесса думала, что за его словами и действиями скрывалось что-то еще, будь то злобный замысел или политический ход.

Однако, в отличие от запутанных мыслей, человек перед Лией оказался довольно прост. Намерения Куркана были чисты. А если точнее, мужчина просто хотел знать, почему принцесса не попросила его о помощи. Глаза, смотревшие на Лию с детским любопытством, принуждали ее ответить.

Девушка будто оказалась в трансе. Губы сами зашевелились:

– Я…

Несколько раз поколебавшись, она наконец произнесла благоразумно подобранные слова:

– Разве ты не знаешь причины?

“Существует так много различных порядков, законов, правил этикета и политических условий, требуемых от принцессы. И он действительно не догадывается..?”

Было много других причин, по которым Ишакан не мог помочь Лие. Как королю, ему следовало это знать.

Однако мужчина выглядел смущенным – вероятно, пытался притвориться невежественным.

– Я не знаю, – раздался спокойный и расслабленный голос. – Курканы очень искренны. Если мы что-то ненавидим, то говорим "нет". Если нам это нравится, мы говорим "да". Все просто.

Лия медленно перевела взгляд на окно. Холодный ветер медленно проникал в покои, заставляя длинные занавески ритмично раскачиваться. Темная комната, в которой находились только они двое, освещалась лунным светом.

Можно даже сказать, эта обстановка была похожа на ту, что царила той ночью… В тот раз принцессе не нужно было ни о чем думать. Она просто поддалась своим чистым инстинктам.

От воспоминаний у девушки пересохло во рту. Избегая пронзительного взгляда мужчины, Лия строгим голосом сказала:

– Убирайся.

Ишакан ухмыльнулся, ничуть не обидевшись, на ее грубую просьбу.

– Ладно. Если таково твое желание.

Услышав небрежный ответ, Лия почувствовала облегчение. Однако ненадолго. В следующую секунду привычное поле зрения девушки изменилось, она будто взлетела к потолку. Оказалось, что Ишакан одной рукой приподнял миниатюрное тело девушки и, поддерживая за ягодицы, крепко прижал его к себе.

Принцесса замерла, но в конце концов обняла Ишакана за плечи, боясь упасть. Лия была ошарашена и взволнованно потребовала:

– Отпусти меня!

Как и ожидалось, мужчина не обращал внимания на ее приказы. Видя, что одни только слова не помогают, принцесса изо всех сил попыталась вывернуться.

Но разве может хрупкая девушка сравниться с силой зверя? Ишакан без каких-либо усилий предотвратил ее попытку сбежать, крепко удержав на месте.

Лия встретилась с лицом Куркана. Его глаза так и пылали восторгом. Ишакан намеренно приблизил к лицо к принцессе и прошептал:

– Ты велела мне убираться.

Теплое дыхание мужчины коснулось ее губ. Куркан был так близко, что при малейшем движении их носы соприкасались. Лия поспешно откинула голову назад и торопливо заговорила:

– Поставь... меня... на землю!

– Нет.

Ишакан тут же быстрыми и легкими шагами пересек спальню и ловко спрыгнул с перил, с которых всегда хотела сброситься Лия, но не осмеливалась.

***

Король Курканов был жестоким существом, олицетворяющим свои дикие владения. Он обладал такой мощью и силой, что все верили, будто он ничего не боится. Даже похитить принцессу из дворца.

Держа Лию, мужчина ни разу не дрогнул. Как будто в руках находилось всего лишь легкое перышко.

Во тьме ночи фигура Ишакана проворно и легко скользила по земле, а затем, наконец, исчезла в тени ближайших деревьев.…

Даже строгая охрана во дворце не стала для него помехой. Мужчина бродил по окрестностям и выбирал немощеные дороги, недоступные для простолюдинов.

Несмотря на то, что территория кишела охранниками, Куркан легко избегал их. Грациозные движения, без единого звука – характерная черта охотника, присущая его виду.

Девица в беде, Лия, хотела закричать, чтобы мужчина отпустил ее. Но, подумав дважды, в конце концов отбросила эту идею. Девушка осознавала, что больше всего пострадает именно она, если их обнаружат вместе в этот ночной час.

Сидя на руке Ишакана, принцесса оглядывалась вокруг. Они быстро миновали замок Эстии. Девушка не могла себе представить, что кто-то может так легко проникнуть во дворец! Теперь ей казалось нелепым то, как она все это время пробиралась через потайной ход.

Прохладный ветер трепал волосы принцессы, запутывая их. Ночи в Эстии всегда были холодными, но даже в тонкой ночной рубашке Лия не замерзала. Ее согревало горячее от природы тело Ишакана.

Стоило им выйти за пределы дворца, как сердце девушки забилось быстрее. Боясь, что Куркан может это почувствовать, Лиа прижала руку к груди. Все время принцесса вела себя жестко перед Ишаканом, не желая казаться уязвимой. И сейчас девушке также не хотелось, чтобы сердцебиение выдало ее.

Лия внутренне вздохнула. Она пыталась найти уединение, спрятавшись в стенах своих покоев, но вместо этого к ней пришел источник беспокойства, искавший ее саму. Мало того, ночь, которую принцесса предполагала провести в умиротворении, теперь была взбудоражена во всех отношениях.

Нервничая и воодушевляясь одновременно, девушка чувствовала себя ребенком, совершающим какую-то пакость за спиной своего родителя.

Вскоре пара добралась до опушки леса, и Ишакан поставил Лию на ноги. Издалека был виден дворец; доносившиеся оттуда слабые звуки отдавались эхом в ночи, а вид мерцающих огней захватывал дух.

В отличие от хорошо освещенной резиденции принцессы, в лесу было темно. Лия часто заморгала, чтобы привыкнуть к полумраку. Ишакан же все это время смотрел на серебряные волосы, слабо блестевшие в лунном свете. Символ принадлежности к королевской семье Эстии.

Затем мужчина запрокинул голову и раскинул руки в воздухе. Заметив это, Лия остолбенела. Еще больше она удивилась, когда Куркан щелкнул пальцами.

“Что ты делаешь?” – хотела спросить принцесса, как вдруг с неба, раскачиваясь и издавая хлопающие, словно крылья птицы, звуки, упал плащ. Ишакан без труда схватил его.

Странное событие, разыгравшееся перед Лией, заставило девушку, широко раскрыв глаза, изучать верхушку ближайшего дерева. Подняв взгляд, принцесса прищурилась. Девушку совершенно не заботило, что ее шея может сломаться под таким неестественным углом. Однако как бы Лия ни смотрела, она не видела там ничего, даже малейшего движения.

Таким образом, принцесса могла только предположить, что кто-то прячется в тени.…

В этот момент девушка почувствовала, как мягкая ткань обернулась вокруг нее. Ишакан осторожно накинул плащ на Лию, одетую в легкую почти прозрачную ночную рубашку. Мужчина коротко сказал:

– Кое-кто следует за мной. Это один из моих людей. Здесь, в Эстии, таких называют рыцарями эскорта, верно?

По пути сюда принцесса не почувствовала ни малейшего намека на чье-то присутствие. Судя по всему, чувства восприятия Куркана были выше среднего.

Большим куском ткани Лия прикрыла волосы, поскольку они определенно привлекли бы чье-нибудь внимание. Принцесса надежно завязала ленту и туго натянула подол плаща, чтобы полностью скрыть свою фигуру. Меньше всего ей хотелось оказаться раскрытой посторонними.

Только после того, как Ишакан убедился, что Лия полностью укрыта, он заговорил:

– Я хотел осмотреть королевскую столицу, но не очень хорошо знаком с местностью, ведь являюсь всего лишь жителем далекой, восточной стороны пустыни. И поэтому решил, что было бы приятно снова увидеть тебя... и Эстию, конечно. – он улыбнулся и повторил. – Конечно.

Глава 27. Захваченная Бесстрашным Хищником (2)

Наряду с озадачивающим поведением Куркана, его оправдание звучало неубедительно.

– Если это причина, по которой ты прибыл сюда, я должна сказать, что ты действительно целеустремлен и неустрашим.

– Да, действительно. Я даже попросил милости у врага и вошел на его территорию. Но ты ведь тоже была храброй. Ты совершаешь дерзкие поступки и, похоже, привыкла выходить на улицу. – последние слова Ишакан произнес невнятно.

– Знаешь, есть вещи, которые следует держать в секрете, – Лия нервно теребила подол плаща, бормоча себе под нос. Затем она выпалила, – Приветственная конференция для Курканов состоится завтра.

Ишакан почувствовал беспокойство принцессы и прищурил глаза.

– Я отпущу тебя до восхода солнца. А до тех пор ты должна проводить время со мной.

Лия повиновалась. Ишакан потащил девушку за собой, и они оба направилась в центр.

Сначала принцесса шла неохотно. Но чем дольше они слонялись по округе, тем сильнее ускорялся ее шаг. Глаза, которые до этого смотрели только на дорогу, теперь сияюще осматривали окрестности.

Лия впервые оказалась на улице без какой-либо цели. Бродить просто так в свое удовольствие… Для нее это было непривычно.

Как счастливый ребенок, девушка маниакально шныряла вокруг. Она бессознательно последовала за восхитительным запахом съестного, который привел ее к уличному торговцу. Но подойдя к прилавку с едой, принцесса испуганно отступила назад.

Искушение в виде глазированных, насаженных на вертел фрикаделек штурмом атаковало разум девушки. Она не ожидала такого нападения этим вечером. Не сразу, принцесса заставила себя держать дистанцию, игнорируя цепкий аппетитный запах.

В то же самое время король Курканов стоял, скрестив руки.

В противовес тому, как он насильно тащил Лию за собой в город, когда они пришли на центральную площадь, мужчина оставил принцессу одну, предоставив ей свободу принимать все решения и действовать самостоятельно, без ограничений.

Куркан терпеливо наблюдал за девушкой издали, но ни разу не оторвал от нее своего острого взгляда.

Лия была полностью погружена в суетливую, многолюдную обстановку, когда Ишакан что-то высунул прямо перед ней, заставив принцессу замереть на месте.

Это оказались те самые фрикадельки, на которые она недавно глазела! Фарш из свинины был спрессован в шарики и нанизан на шпажку. Аппетитный пикантный запах жаренной еды распространился в воздухе. От соуса, покрывавшего фрикадельки, у Лии еще сильнее потекли слюнки.

– Съешь это. Разве мы не договорились, что ты возьмешь все, что я дам?

Девушка истекала слюной, поскольку днем она вообще ничего не ела. От этого зрелища у принцессы заурчало в животе.

Однако Лия помнила, что завтра утром ей придется надеть обтягивающее платье перед Кердиной. Девушка задумалась, не совершила ли ошибку, съев те финики.

Принцесса хотела отказаться, но искушение было слишком велико. Даже если закроет глаза и отвернет голову, она не сможет сопротивляться.

“Может быть только один кусочек…”

И вот, девушка осторожно поднесла шпажку ко рту. Когда принцесса надкусила мягкое мясо, жареная золотистая поверхность раскрошилась, и оттуда засочился сок.

После того, как Лия попробовала мясной шарик, она уже не могла удержаться от того, чтобы съесть еще.

– Королевская семья Эстии бедна? Я думаю, что продажи одной картины из дворца хватит для того, чтобы обеспечить вас провиантом на несколько месяцев. – пробормотал Ишакан, но принцесса не расслышала ни слова. Вместо этого она жадно уплетала еду.

Вскоре девушка пришла в себя и была потрясена тем диким поступком, который только что совершила.

“Я доела всю шпажку!”

Лию охватило чувство стыда. Она не могла поверить, что не совладала с собой.

“Съела все фрикадельки в одиночку! Да еще и вела себя словно нищая, которой дали милостыню.”

Ишакан усмехнулся, увидев шокированное и опустошенное выражение принцессы, рот которой все еще был испачкан острым соусом.

– Тебе не нужно делать такое лицо, будто на тебя свалился весь мир.

– Но завтра мне нужно надеть платье...

Девушка взволнованно прикусила нижнюю губу. Ишакан протянул руки. Его шершавые пальцы коснулись губ принцессы.

– Не кусай их. А то это пропадет впустую. – мужчина стер остатки соуса с губ девушки и попробовал. То, как он прошелся языком по своему пальцу, облизнув его, было так естественно и...чувственно, что Лия не знала, как реагировать.

До принцессы слишком поздно дошло, и она вскрикнула от самых сокровенных мыслей. Девушка не могла поверить, что Ишакан нарушал все правила приличия, которым она училась с самого рождения.

– Одна шпажка не повлияет на твою фигуру. Ты такая худая! – Куркан взял у принцессы опустошенную палочку и холодно произнес. – Все будет в порядке.

– …

Слова Ишакана застряли у в голове. Лия сжала кромки рукавов и произнесла:

– Я хочу знать, почему ты так со мной поступаешь.

“Как он мог заявить, что это не имеет большого значения?” – сказанное мужчиной противоречило порядку и правилам, которых принцесса придерживалась всю свою жизнь.

Страх. Она опасалась его – незваного гостя, намеренно нарушавшего границы. Лия всегда была настороже. В этот момент она казалась ежиком, покрытым иголками, предупреждающими хищника, притаившегося рядом.

– Ты мне сочувствуешь? Или тебе просто нужен очередной секс на одну ночь ... – девушка не смогла закончить фразу, потому что Ишакан расхохотался. Он рассмеялся так, будто услышал веселую шутку.

– Секс на одну ночь? Ты и такое предполагаешь? Я и не думал… Ах, я был так наивен…

“Он далеко не наивен,” – нахмурилась Лия. – “Это слово ему совсем не подходит.”

Затем Ишакан задал совершенно бесстыдный вопрос:

– Секс на одну ночь… Хочешь повторить?

Глава 28. Неудачная Встреча (1)

Лия открыла и закрыла рот, не в силах придумать, что сказать. Она не понимала, как и почему их разговор повернул в такое русло, а Ишакан вел себя так, словно нашел себе очередную секс-партнершу.

Несмотря на раскрасневшееся лицо девушки, Куркан лишь прищурился, задумчиво глядя на нее.

– Ты хочешь сделать это еще раз? – спросил мужчина и огляделся по сторонам, прежде чем снова повернуться к принцессе. – Я не против заняться этим на улице. – он пожал плечами.

Лия потрясенно уставилась на Куркана, разинув рот.

“Прелюбодеяния на улице!?” – мысленно крикнула она. Девушка словно получила пощечину от безумной мысли Ишакана. Сказать, что принцесса была удивлена – ничего не сказать. Это возмутительная идея!

Не дожидаясь, пока Лия оправится от шока, Ишакан схватил ее за запястье и потащил за собой. Когда они достигли переулка, девушка все еще чувствовала себя как в тумане.

Свет с главной дороги просачивался вдоль стен. Место, куда они пришли, оказалось тихим. Но несмотря на то, что в самом переулке никого не было, время от времени мимо проходили люди. Лия обхватила себя руками, прежде чем наконец обрела голос:

– Не здесь! – прошипела принцесса, но не попыталась помешать мужчине подойти ближе. Лицо Ишакана вдруг оказалось так близко, что девушка почувствовала, как его дыхание коснулось лица. Напряженный взгляд Куркана был сосредоточен только на ней. Мужчина подошел еще ближе и заговорил тихим голосом:

– Ты... – он замолчал.

От хриплого голоса у Лии по спине побежали мурашки. В ее животе скопилась смесь напряжения и нервозности. Девушка и не заметила, как подняла обе руки и сложила их в молитвенном знаке.

– Не бойся. – сказал Ишакан. Глаза принцессы скользнули вниз к его губам, наблюдая за каждым их движением, идущим в такт со словами:

– Ты можешь свободно говорить со мной, – мужчина наклонился еще ближе. Его губы оказались совсем рядом с ухом девушки, – Тебе не нужно вести себя как принцесса, когда мы наедине. – прошептал он, кивнув. Таким образом Куркан призывал вспомнить о том, что произошло в дворцовых садах, и старался подбодрить Лию, побудить ее открыто высказывать свои мысли.

Вскоре возникшее внутри напряжение улеглось и сменилось мириадами спутанных ощущений.

“Мне не нужно вести себя как принцесса…” – с тоской подумала девушка.

Никогда в жизни она не слышала таких слов, адресованных в свой адрес. Лия стремилась быть идеальной принцессой во всех отношениях. А эти слова просто рушили стены ее привычного мира. Даже графиня Мелисса, которая была с девушкой с самого детства, никогда не говорила такого.

Переполненная смешанными чувствами, Лия наконец глубоко вздохнула.

– Ты что, с ума сошел?! – шепотом воскликнула она, но Ишакана, казалось, не беспокоила ее реакция.

– Ну, принцесса, выросшая прекрасным во всех смыслах человеком, это действительно необычно, – он лукаво улыбнулся девушке, поддразнивая. И Лия покачала головой, не веря своим ушам.

– В таком случае, ты действительно душевно болен.

Ишакан – первый человек в жизни принцессы, который осмелился предлагать такие возмутительные вещи прямо перед ней. Этот незнакомец из пустыни действительно заставлял Лию почвствовать многое из того, чего она раньше не испытывала. Девушка раздосадовано вздохнула и решила держать рот на замке.

Между ними воцарилась тишина. В безмолвии Лия медленно закрывала и открывала глаза. Несмотря на то, что принцесса назвала Ишакана сумасшедшим, она чувствовала, что тоже сходит с ума.

“Он действительно опасный человек, тот с кем не стоит связываться.” – мрачно подумала девушка. – “Вражеский король с неизвестной целью.”

Однако Лия все равно интересовалась королем Курканов и, не видя другого способа утолить свое любопытство, открыла рот, чтобы заговорить:

– Ты ... – но ее тут же оборвал громкий смех и гулкая музыка, эхом отдававшаяся в переулке. Теперь же интерес принцессы с мужчины переместился на источник шума. Она отодвинула Ишакана в сторону, чтобы выглянуть наружу, и увидела группу цыган, танцующих в переулке.

Их смех также привлек внимание Куркана, повторившего действия Лии. Затем он пробормотал что-то себе под нос:

– Томарис. – хмыкнул Ишакан.

Лия в замешательстве посмотрела на него.

– Вы, люди, скорее знаете их как цыган. – уточнил для нее мужчина, продолжая наблюдать за ними. – На самом деле, они мне не очень нравятся. – признался он.

Как и большинство людей на континенте, Курканы держатся подальше от этой народности. В сущности, цыгане никогда не оседают надолго на одном месте и выполняют разную работу, чтобы заработать себе на жизнь. Их занятость варьируется от продажи ремесленных изделий до заманивания людей в нелепые астрологические мифы. Они могут зарабатывать пением, танцами и так далее.

Но наиболее вопиющей деятельностью является проституция. Она возникает всякий раз, когда цыгане собираются вместе. И, конечно, это ставит под угрозу общественную безопасность и мир. Но, несмотря на негативную репутацию цыган, они продолжают существовать, потому что все еще есть люди, обеспечивающие их работой.

Среди этой народности также имеются и те, кто хорошо разбирается в искусстве колдовства. По такой причине зачастую богатые купцы и даже дворяне тайно прибегали к их услугам, покупая любовные зелья или проклятые куклы. Бывали и случаи, когда люди платили цыганам, чтобы те наколдовали им безопасность и источники доходов.

Отсюда же вытекало и старое поверье, что если кто-то свяжется с цыганами, то произойдет что-то плохое. Поэтому большинство людей просто закрывают глаза на их беззаконие.

Действительно, эта народность приносит так много беспокойств.

– Они как сорняки, – проворчал Ишакан, – Сколько ни выдергивай их, все равно вылезают. – мужчина сокрушенно вздохнул, – Испортили весь настрой.

Он недовольно нахмурился, прежде чем повернуться к Лие и снова притянуть ее к себе:

– Как ты думаешь, мы сможем продолжить с того места, где остановились? – спросил Куркан, поддразнивая девушку, но Лия не нашлась, что ответить. Он посмеивался над ее безмолвием, пока они не услышали, как кто-то настойчиво зовет мужчину:

– Ишакан!

Это был шепот.

– Ишакан! – повторил он.

Глава 29. Неудачная Встреча (2)

Взглянув на источник звука, Лия ахнула от удивления. В тени прятался человек. Он высунул голову на свет и смотрел на них.

Это оказался стройный мужчина с худощавым телосложением. Его пристальный острый взгляд был похож на кошачий. Незнакомец поспешно подошел к паре и, прежде чем снова исчезнуть, быстро указал на узкую улочку.

Нахмурившись, Ишакан вышел посмотреть, что происходит. Лия последовала за ним и тоже выглянула. Стоило девушке увидеть, на что ранее показывал незнакомец, ее сердце ухнуло вниз.

Мужчина средних лет флиртовал с какими-то цыганками. Позади него стояли рыцари, одетые в повседневную одежду. Они покорно наблюдали, как мужчина весело смеется вместе с девушками. Зрачки Лии сузились, когда она увидела, что именно за человек там стоял...

Это был ее жених, Бён Гёнбек.

– Поразительно, – задумчиво произнес Ишакан, – Разве это не Бён Гёнбек? – спросил он принцессу, наклонившись поближе к ее капюшону. Девушка же тем временем поправляла подол плаща.

Всем известно, что Гёнбеку очень нравились любые виды развлечений. Всякий раз, когда забредал в западный район королевства, он непременно направлялся прямо в квартал красных фонарей, чьи переулки были заполнены алкоголем и женщинами.

Однако принцесса не ожидала увидеть его сегодня.

“Надеюсь никто из рыцарей нас не заметит и мы сможем легко ускользнуть.”

Однако желанию Лии не суждено было случиться. Рыцари уже обнаружили пару. Девушка увидела, как они переглядывались, искоса поглядывая в их сторону.

Один из рыцарей подошел ближе к господину и тихо что-то прошептал.

Бён Гёнбек ослабил хватку на талии цыганки. Ухмылка сошла с лица, и он нахмурился, когда перевел взгляд в сторону парочки.

Лия была полностью прикрыта и хорошо замаскирована. А вот Ишакан – нет.

Они не могли побежать. Их наверняка бы поймали.

Лия оказалась в сложной ситуации. Она не ожидала, что тайная вылазка из замка поздней ночью обернется угрозой. В худшем варианте развития событий принцесса предполагала, что ее поймают стражники королевской семьи. А теперь все могло оказаться еще хуже.

– Для побега уже слишком поздно. – спокойно сказал Ишакан.

Его невозмутимость явно контрастировала с паникой, которую Лия испытывала в этот самый момент. Она в отчаянии смотрела на мужчину. Глаза Куркана блеснули также опасно, как и у приближающихся фигур. Принцесса ясно понимала, что ее спутник не собирался убегать.

Внезапно Лия вспомнила о враждебной натуре Курканов. А человек перед ней являлся их лидером.

Приблизившись к Куркану и словно прочитав его мысли, рыцари одновременно схватились за рукояти своих мечей. Бён Гёнбек, возглавляющий свиту, остановился перед ними.

– Что это у нас? Куркан? – спросил он насмешливо, и Лия ошеломленно посмотрела на своего жениха. Гёнбек разговаривал с королем так небрежно. Однако, кроме Лии, никто не был удивлен его обращением.

Вместо ответа Куркан только посмотрел на Бёна сверху вниз.

Гёнбек не был низкорослым от природы, но в сравнении с Ишаканом вполне мог сойти за такового. И это неравенство Бён старался компенсировать действиями, ведя себя жестче, чем обычно.

– Ты выжил из ума? Должно быть, так оно и есть! Беспечно бродил в стенах дворца. – высказался Гёнбек, а Ишакан усмехнулся.

– В чем проблема? Я не собираюсь никому причинять вред. И я волен бродить настолько беспечно, насколько захочу, – ответил Куркан с живым остроумием.

Бён Гёнбек недовольно фыркнул и собирался уже нанести ответный удар, но осекся, увидев Лию, спрятавшуюся за спиной Ишакана.

Он приподнял бровь и осмотрел девушку с ног до головы. Внимание Бёна привлекли ее аккуратно подстриженные ногти.

– Где ты нашел эту женщину? – он усмехнулся, – Она такая... маленькая и худая. Правда, полагаю, на лицо она не такая уж и красавица.

В этот момент Лия поняла, что Бён, вероятно, принял ее за проститутку. И это было облегчением. Девушка быстро спрятала руки под плащ, стараясь не выдать себя. Гёнбек рассмеялся, когда та скрыла пальцы, и повернулся к Ишакану:

– Тебе, должно быть, нравится моя невеста, – язвительно заявил Бён, – Ты поэтому выбрал ее? – он перевел взгляд на Лию, – Я, конечно, не знаю, где ты ее взял, но если хочешь, могу дать тебе парочку рекомендаций. Я знаю немало людей, которые имеют поразительное с ней сходство, – похвастался мужчина, думая, что делает одолжение, но Ишакан только весело фыркнул.

Гёнбек ставил себя наравне с королем Курканов просто потому, что был помолвлен с Лией. Ну и дурак.

– Чтобы компенсировать твое происхождение из дикого племени, могу позволить тебе опробовать нашу прогрессивную культуру, развившуюся здесь, в Величественном Королевстве, – гордо заявил он. – считай это одолжением с моей стороны. – Бён подмигнул, гордо посмеиваясь, и рыцари последовали его примеру.

Но Ишакан оставался хладнокровным и непоколебимым. Он лишь коротко ухмыльнулся.

– Похоже, только ты здесь ошибаешься, Бён Гёнбек. – сказал Куркан с насмешливым разочарованием. Смех прекратился, и улыбка снова стерлась с лица Бёна.

– Я? Ошибся? В том, что ты флиртуешь с похожей на принцессу проституткой?! – недоверчиво спросил он, и Ишакан пожал плечами.

– Это я здесь играю роль проситута, – просто заявил мужчина.

Глава 30. Азарт Убийства (1)

Бён Гёнбек лишь тупо уставился на девушку. Лия пыталась игнорировать это. Сейчас ее задачей было подавить подступающий к горлу смех, поэтому она только глубоко вдыхала и медленно выдыхала.

Принцесса прекрасно знала, что Бён относится к тому типу мужчин, кто может легко растеряться. Однако картина, представшая перед ней, превзошла все ожидания. Лия изо всех сил старалась сдержать переполняющий ее смех, глядя на разинувшего рот и заикающегося в неверии Бён Гёнбека.

– Ч-что?! – возмущенно пробормотал он.

Ишакан прищелкнул языком, раздражаясь от того, что приходится повторять, но все равно произнес снова:

– Я же сказал, роль проститута играю я. Неужели с возрастом вы стали плохо слышать? – ответил мужчина, чем полность ошарашил Бён Гёнбека.

– Как ты смеешь, мерзавец!

– Как насчет того, чтобы прежде чем брать молодую невесту сначала позаботиться о своем здоровье? Это очень серьезный вопрос, о котором стоит побеспокоиться. – Ишакан слегка ухмыльнулся, наблюдая за тем, как лицо Бёна сначала побледнело, а потом побагровело от злости. И это поставило окончательную точку, как и полностью вбило клин между ними.

– Как тебе не стыдно?!

Лия наблюдала за происходящим со стороны, и все сильнее веселилась. Чем дольше длился диалог, тем труднее ей становилось сдерживать смех, бурлящий внутри. Девушке даже пришлось отвернуться, чтобы не рассмеяться вслух.

Принцесса увидела, что со стоявшими напротив цыганками все было наоборот. Они прижались друг к другу, ссутулив плечи. Явно боялись.

Проследив за испуганным взглядом девушек, Лия поняла, кого именно они сверлили глазами. Источником их страха оказался Ишакан.

Девушка видела, как цыганки о чем-то перешептываются. Рассмотрев получше, по их губам она смогла разобрать что-то вроде “Курканы”.

Девушки продолжали тихо переговариваться между собой. Некоторые заметили, что Лия смотрела на них.Толкнув локтями других собеседниц, они перевели взгляд на принцессу и затихли. Тем не менее Лия видела, что они все еще продолжают шептаться, но только так, чтобы она не могла читать по их губам.

Однако принцесса оказалась не единственной, кто это заметил.

Взгляд Ишакана скользнул по окрестностям, прежде чем обратился в сторону цыган. Мужчина приподнял бровь, сделал шаг в сторону и наказал Лие спрятаться за ним. Девушка охотно повиновалась, укрывшись за его широкой спиной.

Увидев это, Бён Гёнбек пришел в еще большую ярость.

– Я пытался вежливо отослать тебя, но теперь ты напросился на неприятности!

Внезапно рыцари Гёнбека выступили вперед, вытащив мечи. Простые зрители испуганно закричали и, не теряя ни секунды, бросились прочь. Тем временем Лия прикусила губу, наблюдая, как события выходят из-под контроля.

Со стороны могло показаться, что происходящее было всего лишь результатом внезапного приступа ярости. Но принцесса точно знала, что это не так. Все было заранее спланированным спектаклем, разыгранным только для галочки.

Ибо Бён Гёнбек понимал, что его положение и власть проистекают из одного-единственного фактора: продолжающейся войны с Курканами. В своем отчаянном стремлении сохранить влияние и контроль он разработал план, который, несомненно, приведет к катастрофе и сорвет подписание договора.

Если король Курканов поднимет свой клинок против него в королевстве Эстии, это может положить конец всем усилиям, направленным на утверждение мира.

Ишакан и Бён Гёнбек понимали значение сложившейся ситуации, знали всю подноготную. Однако, несмотря на то, что жених Лии имел скрытый мотив, король Курканов был не из тех, кто трусит перед вызовом. Он не собирался отступать.

Когда рыцари подняли свои мечи против него, Ишакан разразился смехом, глумясь над ними. Затем он одарил Гёнбека самодовольной ухмылкой.

– Ты думаешь, это все, что нужно, чтобы победить меня? – спросил мужчина. Даже во взгляде Куркана читалось чувство победы. – Ответь мне, как ты думаешь, этого будет достаточно? – требовательно спросил он.

Когда Лия посмотрела на короля Курканов, то почувствовала как кожа покрылась мурашками, а по спине побежал холодок. Дикая аура окружила Ишакана. Принцесса была сбита с толку, а затем спиной ощутила чье-то присутствие. Девушка повернулась, чтобы посмотреть. Когда она увидела знакомое лицо, у нее перехватило дыхание.

Это был человек, который не так давно внезапно появился в переулке. Он встал перед ней, преклонив одно колено, как если бы отдавал дань уважения кому-то, кого очень почитал, и тихо прошептал:

– Ваше Высочество, Ишакану и Бён Гёнбеку потребуется гораздо больше времени, чтобы закончить свои дела. Покорнейше прошу Вас принять мои услуги. – мужчина намекал, что в любой момент эти двое могут вступить в драку. Лия не хотела попасть под перекрестный огонь, поэтому коротко кивнула ему.

Мужчина резким движением попросил ее последовать за ним в переулок. Лия успела отойти на два шага, когда рыцари бросились на Ишакана. Услышав звук звенящих мечей прохожие вскрикнули и разбежались, стараясь спрятаться в домах.

Лия попыталась оглянуться, но настойчивая рука удержала ее.

– Слишком опасно останавливаться и смотреть, Ваше Высочество. Мы должны продолжать двигаться! – настаивал мужчина – Ну же, быстрее!

Как бы сильно он ни хотел убежать и увести принцессу в безопасное место, в нескольких кварталах от драки, Лия просто не могла не остановиться. Любопытство взяло верх, и она обернулась, чтобы посмотреть, как продвигается бой.

Поняв, что девушка больше не следует за ним, мужчина обернулся и едва не выругался, увидев, как она бездумно стоит и наблюдает за происходящим.

– Нет! – воскликнул он и быстро подошел к принцессе, – Пожалуйста, если вы останетесь, у нас будут неприятности! Меня убьют!

Но мольбы мужчины не были услышаны. Схватка полностью загипнотизирована Лию. Девушка завороженно смотрела на то, как Ишакан быстро одолел рыцарей. Она слышала о могуществе Курканов раньше, но никогда не видела ничего подобного вживую.

Глава 31. Азарт Убийства (2)

Лия хотела подойти поближе, но залитые кровью улицы заставили ее остановиться. Ноги стали ватными, а металлический запах крови ударил в нос. Он окружил девушку со всех сторон, отчего у нее голова пошла кругом.

Ишакан двигался быстро и грациозно, так что враги с трудом поспевали за ним. Куркан выскочил из-за спины к одного из рыцарей, побежавших в сторону Лии, и одним рывком сломал ему шею. Затем зарубил другого, что был поблизости.

Мужчина быстро пригнулся, избежав нападения сзади, схватил рыцаря за руку, перевернул и прижал к земле. Вдруг раздался треск ломающейся кости, за которым последовал громкий пронзительный крик. Тогда Ишакан двинулся на следующего.

С пальцев Куркана стекала кровь. Но не успела капля достигнуть земли, как мужчина уже убил другого рыцаря, разбрызгав повсюду еще больше багровой жидкости. Один за другим враги продолжали падать навзничь, пока в итоге не оказались уничтожены, разгромлены наголову своей предполагаемой добычей. Король Курканов одержал над ними верх.

И судя по блеску в золотых глазах, Ишакан явно наслаждался азартом убийства.

Лия наблюдала за всем этим, прикрыв рот рукой и пытаясь подавить вздох изумления. Происходящее вызывало волнующий трепет в ее теле. Люди говорили, что Курканы обладают физическими способностями, превосходящими обычного человека, но девушка не ожидала, что они окажутся настолько сильными.

Король даже не вспотел, его дыхание оставалось ровным, несмотря на количество людей, с которыми он сражался. На теле Ишакана не было ни царапины, но он купался в крови людей, которых привел с собой Бён Гёнбек.

Внезапно Лия подумала о рыцарях Эстии. Поскольку они так долго жили в мире, то не утруждали себя необходимостью отполировывать как собственные навыки, так и оружие. Эти люди и не думали, что им придется выступить против мощи Курканов.

Если начнется война, Лия, возможно, будет вынуждена встать на колени, умоляя Бён Гёнбека сохранить им жизнь. И если это случится, Эстия окажется во власти Бёна.

Принцесса встряхнула головой, чтобы избавиться от неприятных мыслей и мрачной пелены, окутавшей сознание.

Последняя надежда Эстии – мирный договор. Они должны как можно скорее закрепить его с Курканами. Больше медлить нельзя.

***

Сегодняшний вечер казался гораздо длиннее предыдущих.

Блейн стоял под ночным небом, глубоко вдыхая холодный воздух. Он смотрел на потемневший горизонт, на луну, что отливая серебром, слабо освещала небо. Она напоминала парню об одном человеке.

Но пусть они и имели примерно один окрас, он все равно отличался. Блейн не мог игнорировать тот факт, что уникальный цвет волос той девушки совпадал только с его собственным. Как бы он ни старался найти такой же оттенок в чем-то другом, результат был один.

Взгляд парня будто приковало к луне. Он продолжал смотреть до тех пор, пока не подступили облака и не скрыли ее свет. Блейн опустил взгляд, медленно поднял стеклянный кубок с вином до уровня глаз и слегка покрутил его. Некоторое время парень наблюдал, как со слабым плеском кружится темная жидкость. Затем он поднес бокал к губам и одним глотком осушил, не оствив и капли вина.

Увидев, что содержимое закончилось, принц отставил емкость в сторону.

– Блейн. – услышал он тихий голос позади себя и обернулся.

– Мама, – сухо поприветствовал парень.

Женщина мягко улыбалась, преисполненная любовью к единственному родному сыну. А вот лицо Блейна было абсолютно лишено каких-либо эмоций. Он только моргнул, так и не улыбнувшись в ответ.

Такая холодная реакция, но Кердина не возражала.

– Ты уже закончил? – спросила она.

В ответ принц лишь пододвинул к ней пустой бокал. Женщина уставилась на кубок и поправила шаль, накинув ту на плечи. Затем снова заговорила:

– Мы простудимся здесь, давай зайдем внутрь.

Но Блейн не двинулся с места. Он стоял, облокотившись на перила, и продолжал пристально смотреть на мать. Вскоре облака продолжили свой путь и луна снова открылась взору. Ее свет отражался в серебристых локонах Блейна, образовывая чудесный глянец.

Серебряные волосы – знак того, кто предназначен для трона. Насколько же необыкновенными они были, сверкая в лунном свете... Восхищенно глядя на сына, Кердина с мягкой улыбкой выдержала его пристальный взгляд.

Словно почувствовав, куда смотрит женщина, Блейн провел рукой по волосам.

– А что будет, когда в мирный договор подпишут? – холодно и расчетливо спросил он, не поддаваясь натиску ее теплого взгляда. – Состоится ли тогда брак Бён Гёнбека и Лии?

Кердина лишь понимающе улыбнулась, уверенно шагнула к Блейну и нежно коснулась его щеки.

– Когда ты станешь королем, – тихо начала она, а ветер донес ее голос. – Когда это произойдет, все, что ты захочешь, все в этом королевстве будет твоим, Ваше Высочество.

Блейн коротко улыбнулся ей. В некотором волнении, он двинул рукой, тем самым сбив пустой стакан. Тот, ударившись о каменистую поверхность, разбился вдребезги. Кердина посмотрела на рассыпавшиеся повсюду осколки, прежде чем снова перевести взгляд на сына.

– Моим? – спросил парень. – Не Бён Гёнбека? – в Блейне закипала ярость, но королева уже ожидала этого.

Мягкая и приятная для глаз улыбка не спала с лица Кердины. Уголки алых губ остались в том же положении, как и когда она только побеспокоила сына.

– О, мой милый сын, – проворковала женщина с ангельской улыбкой.

Но Блейн продолжал смотреть на нее, полным ненависти и презрения взглядом. Кердина лишь снова одарила принца ослепительной улыбкой:

– Ни о чем не беспокойся, я обо всем позабочусь.

Глава 32. Взяточничество (1)

К счастью, вчерашний инцидент остался почти незамеченным. На следующий день Лия проснулась, чувствуя себя совершенно отдохнувшей после волнующего опыта очередной вылазки из замка.

Подготовка к сегодняшней конференции началась рано утром. Слуги сновали вокруг, чтобы убедиться, что все и вся пройдет гладко. На завтрак Лия съела только одно печенье, покрытое медом, и кусок хлеба, смоченный в вине.

Другие могут счесть такую трапезу скудной, но для Лии этого было более чем достаточно. Она даже намеренно съела больше, чем требовалось, чтобы предотвратить любые несчастные случаи. Например, такие как обморок из-за недостатка энергии, причиной которому мог стать сегодняшний парад.

Как только принцесса закончила надевать нижнее белье, служанки занялись остальной одеждой для церемонии. Они покорно следовали за девушкой, чтобы помочь со всеми приготовлениями.

Пока камеристки готовили ей платье, Лия расслабленно сидела за туалетным столиком, усеянном большим количеством документов, и перечитывала то, что пропустила накануне. Одна из служанок протянула принцессе перо и аккуратно поставила чернильницу на стол. Другая подошла ближе, держа в руках кисточку и пудру.

– Моя госпожа, ваше лицо, пожалуйста, – просила она.

Но Лия только продолжила читать. Осторожно, чтобы не расплескать чернила, она обмакнула перо, тщательно записала что-то, и просмотрела еще больше документов.

Несмотря на то, что принцесса почти не спала, она не чувствовала усталости. На самом деле, девушка стала даже более проницательной и внимательной к деталям, и практически ничего не упускала. Хотя события вчерашнего дня все еще крутились у нее в голове.

Бесспорно, Бён Гёнбек проделал отличную работу по сдерживанию дикарей на западе, но с тех пор многое изменилось.

Война за трон вдвое сократила силы Курканов. Большей частью она же и стала причиной продолжительной войны с континентом. Поэтому, когда Ишакан убил правившего тогда короля и занял его место, все закончилось довольно быстро.

Взойдя на трон, Ишакан немедленно созвал бесчисленные племена Курканов и те поклялись ему в верности. Так зародилась настоящая Матерь Пустыни.

Лия опустила глаза, глубоко задумавшись.

“Если бы я стала новым королем Курканов, то что бы я сделала в такой ситуации? Стало бы улаживание разногласий разрозненных племен одновременно самым простым и спокойным способом объединения нации?”

Но каким бы ни был вопрос, ей на ум приходил только один ответ.

“Враг наверняка есть.”

Скорее всего, Курканы только притворялись, что заинтересованы в заключении мирного договора, при этом имея скрытый мотив – развязать войну. Нынешний визит может быть просто уловкой, чтобы оценить противника.

Бён Гёнбек также не хотел мира с Курканами.

Казалось, что из всех вовлеченных королевств Эстия была единственной, кто действительно хотел, чтобы мирный договор провалился.

Вспомнив события прошлой ночи, Лия слегка повернулась, наклонила голову и тихо позвала:

– Графиня, – Мелисса, нежно расчесывавшая принцессе волосы, остановилась. Она подняла голову и посмотрела в зеркало, встретившись со взглядом Лии. – Пожалуйста, свяжись с графом Валтейном. Скажи ему, что я хочу встретиться с ним позже на конференции, – приказала девушка, и Мелисса кивнула.

– Следует ли сообщить ему, чтобы он встретился с Вами помимо конференции? – Лия коротко кивнула, а графиня сделала легкий реверанс. – Тогда я скажу баронессе Синель, чтобы она передала послание.

– Спасибо, – сказала Лия.

Мелисса сделала еще несколько штрихов, прежде чем уйти для выполнения приказа. Но для начала она напомнила горничным, что те должны закончить подготовку принцессы.

Когда графиня ушла, Лия взяла брошь с бриллиантами и аметистами. Через зеркало девушка увидела, что Мелисса подошла к Синель. Баронесса выглядела глубоко раздосадованно. Принцесса некоторое время понаблюдала за их разговором, и, наконец, снова обратила внимание на лежащие перед ней документы.

Кердина скоро начнет искать ее. Пока этого не произошло, Лия хотела оставаться в своих мыслях, внимательно следя за приготовлениями к конференции.

“Чтобы Курканы добровольно заключили договор, необходимо сделать им заманчивое предложение.Такое, от которого не смог бы отказаться даже их король.”

При этой мысли девушка крепче сжала перо и нацарапала еще одну подпись.

– Принцесса? – Лия подняла глаза и изогнула бровь.

– В чем дело? – спросила она, и горничная покраснела, прежде чем опустить глаза.

– Нет, ничего, моя госпожа.

Девушка еще какое-то время не сводила глаз с горничной, а затем, убедившись, что все в порядке, вернулась к документам. Но стоило ей начать писать, как руки окоченели. Золотые глаза Ишакана вспыхнули в сознании Лии. Ей казалось, будто он прямо сейчас смотрел на нее.

***

Ишакан сделал затяжку, выпустил клуб дыма и уставился на улицу невидящим взглядом. По комнате разносился сухой, несколько сладкий аромат. Продолжая курить, мужчина наблюдал, как струйки дыма обволакивают тело, а затем полностью рассеиваются в воздухе. Он испустил еще один клуб дыма.

Одетый до этого времени Ишакан наблюдал, как разноцветные ткани, украшавшие его кожу, снимались одна за другой. Затем точно такая же участь постигла и драгоценности.

Когда слуги закончили выбирать лучшую одежду из гардероба Куркана, они снова принялись одевать его.

Торс все еще оставался открыт. Слуги, одевающие Ишакана, блуждали глазами по его обнаженной коже, восхищаясь ее гладкостью, безупречностью, и тем, что та не имела каких-либо татуировок.

И тем не менее мужчина совершенно не ощущал на себе этих голодных взглядов. Его разум был слишком занят мыслями о миниатюрной девушке с серебристыми волосами…

Глава 33. Взяточничество (2)

Неподалеку, молча наблюдая за слугами, стояла женщина, чьи пышные волосы зрительно увеличивали голову относительно остального тела. Она осторожно обошла толпу слуг, прежде чем протянуть королю пепельницу, в которую тот ловко стряхнул истлевшую часть сигареты.

– Дженин, – начал Ишакан, – где Хабан?

– Он осматривает конференц-зал. – ответила девушка. – Сказал, что хочет загладить свою вину за произошедшее во время вчерашней небольшой стычки. – она говорила прямо и довольно высокомерно. Для других, подобное изречение, возможно, прозвучало так, будто женщина защищала Хабана, но Ишакан знал, что это не так. Он снова стряхнул появившийся пепел и выпустил очередной клуб дыма.

Прошлой ночью Лия стала свидетельницей проблеска истинной природы Курканов. Ишакан предпочел бы, чтобы такого не произошло...ей не стоило это видеть.

Несомненно, было бы лучше, если бы Хабану удалось увести принцессу до того, как все началось. Но в то же время Ишакан думал, что, возможно, это был еще один фактор, которого нельзя было избежать в тех обстоятельствах.

– Что же мне тогда делать? – спросил король – Я родился таким, я не мог бы скрывать это всю оставшуюся жизнь.

– Я знаю, но...

– Я не из тех, кого легко напугать, – продолжил он, оборвав женщину на полуслове, и нежно улыбнулся. – Ты знаешь, какой храброй она была? Вместо того, чтобы испугаться и трястись в ужасе, сейчас она усердно работает, беспокоясь о прошлой ночи.

Ишакан вздохнул:

– Я не знаю, как использовать ее в наших интересах на переговорах. – признался мужчина, бросив сигарету в пепельницу, и принялся дальше облачаться в парадные одежды. – Она всегда была такой, такой бесстрашной.

Непослушные каштановые локоны Куркана зачесали назад, убрав тем самым преграду, скрывавшую лоб и острый взгляд глаз. Одеяние с высоким воротом было украшено яркой вышивкой с золотыми нитями. Слуги тщательно вдевали маленькие пуговицы в петлицы одну за другой, а затем аккуратно одернули края, чтобы на ткани не осталось складок.

– Думаю, что во время переговоров самой проблемной частью будет принцесса, поскольку она является ядром королевской семьи. – обеспокоенно сказал мужчина.

– Но переговоры – это всего лишь предлог, верно?

– Да...но…

Ишакан снова взял в руки листовой табак и поднес его ко рту. Она – одна из многих причин, по которым он приехал в Эстию. Правда, похоже, постепенно Лия приобретает все более важное значение, чем что-либо еще. Ишакан вздохнул и выпустил дым, погрузившись в свои мысли.

– Но это продолжает беспокоить меня, – тихо закончил мужчина.

Дженин не знала, про кого именно говорил Ишакан, но вполне догадывалась. Женщина моргнула и задала вопрос:

– Разве Вы здесь не для того, чтобы отплатить ей за доброту? У Вас есть к ней личный интерес?

Вместо ответа Ишакан лишь ухмыльнулся. Это дало Дженин ясное представление о том, что он задумал.

– Вы сделаете ее своей невестой. – заявила она, а Ишакан хохотнул.

Сама идея была абсурдной.

– Ты размышляешь совсем как Куркан. Не забывай, что она – эстианка.

– А какое это имеет значение?

Ишакан вздохнул:

– Просто постарайся рассматривать данную ситуацию не только с точки зрения Куркана.

Услышав такое заявление, Дженин задумчиво нахмурила брови и замолчала. Но вскоре снова обрела голос:

– Это будет нелегкий путь. – сказала она в ответ.

Действительно, Дженин трудно давалось осознание такого рода вещей. В конце концов, она вышла замуж будучи в плену, что являлось вполне обычным укладом среди курканских племен. Для дикарей вовсе не имело значения, что Лия уже была помолвлена с Бён Гёнбеком.

Ишакан не торопился с ответом и между тем выбирал, какие аксессуары наденет сегодня. Особенное внимание он уделял тому, что будет висеть на шее.

– Шаг за шагом. – произнес мужчина, – Начнем, пожалуй, с сегодняшнего банкета.

Дженин кивнула в знак согласия, прежде чем тоже взглянуть на драгоценности.

– Тот, что справа, кажется, подойдет Вам больше. – услужливо подсказала она, и Ишакан согласился.

Он взял в руки ожерелье, с огненно – красным рубином в центре. В этот момент дверь распахнулась, и внутрь зашла служанка-Куркан и остановилась позади них.

– Ваше Величество, он прибыл. – доложила девушка, и король выпрямился.

Наконец-то прибыл человек, которого он долго ждал. Ишакан взял ручное зеркальце, переданное ему другой слугой, и проверил свой затылок.

– Впусти его, – приказал он.

Девушка тут же повиновалась, и вышла из комнаты. Когда дверь открылась в следующий раз, внутрь вошел мужчина средних лет.

Его наряд вполне подходил для банкета. Несмотря на то, что тот был создан в соответствии с последними эстианскими тенденциями, мужчина, несомненно, выделялся бы в толпе, даже среди Курканов.

Он стоял во весь рост, выпрямив спину. Аура уверенности окутала этого человека. Однако несмотря на всю свою браваду, он не мог скрыть холодный пот, проступивший на висках. Мужчина прошелся взглядом по комнате, прежде чем остановиться на Ишакане и встретиться с его золотыми глазами. Гость быстро сглотнул и замер.

– Полагаю, это наша первая встреча. – начал Ишакан, и мужчина коротко кивнул:

– Да, приятно наконец познакомиться с королем Курканов.

Ишакан приветливо улыбнулся, несмотря на позднее приветствие.

– Пожалуйста, не нервничайте, – сказал он, – я не кусаюсь.

Мужчина только издал легкий смешок, прежде чем снова воцарилась тишина. Гость не знал, как еще ответить на это легкое поддразнивание.

– Действительно, Курканы не едят людей. – добавила Дженин с искренней улыбкой.

И хотя это должно было успокоить человека, он все же продолжал волноваться. Дженин отошла в сторону, когда Ишакан пошел к гостю, чтобы наконец пожать руку. Затем король жестом указал на ближайший стул.

– Садитесь, пожалуйста, – предложил Ишакан, – Нам нужно многое обсудить.

Но человек не двинулся и по-прежнему твердо стоял на месте.

– Я не собираюсь рассказывать ничего, что может навредить Эстии. – уточнил мужчина, пока Ишакан внимательно изучал его.

“Этого, как я погляжу, не так-то легко одурачить.” – подумал король Курканов. – “Так вот почему Лия держит его поблизости? Признаю, у нее хорошее чутье на людей.” – он задумался, и затем издал легкий смешок.

– Вам это и не понадобится, – заверил Ишакан. – Вы здесь по другой причине.

Куркан подал знак своим слугам, и одна из них двинулась, чтобы принести коробку, стоявшую в углу. Девушка поднесла ее ближе к двум мужчинам и поставила между ними.

Гость не хотел иметь ничего общего с содержимым коробки. Однако стоило служанке поднять крышку, как его глаза расширились от удивления. Увидев реакцию мужчины, Ишакан подошел к нему и прошептал прямо в ухо:

– Все, чего я хочу, – начал он, – Это сблизиться с Вами, – Куркан отстранился, а мужчина настороженно посмотрел на него, – граф Валтейн.

Глава 34. Бесценный Подарок

Гости начали собираться. Все были поражены экстравагантностью банкета, приготовленного для Курканов. На столах стояло множество вин и деликатесов Эстии, даже украшения являлись произведениями искусства. Казалось, королевство хотело заявить о себе, продемонстрировать все, что у него есть и что оно может предложить тем, кто вступит с ним в союз.

Многие дворяне, казалось, наслаждались великолепным пиршеством, чего нельзя было сказать о Лие.

Да, конечно, принцесса отвечала за подготовку и ей следовало радоваться тому, что все прошло довольно гладко. Однако девушка была совершенно измотана. С каждой минутой мысль о недельной конференции все меньше и меньше будоражила разум. Принцесса лишь хотела, чтобы все поскорее закончилось.

С пустым выражением лица Лия неохотно волочила ноги, заставляя себя посетить конференцию. Подол кремового платья волочился по полированному мраморному полу вслед за ней. Несмотря на усталость, принцесса с достоинством шла по коридору, затылком ощущая пристальные взгляды и тихое бормотание вокруг.

Лия даже осмелилась предположить, почему.

Очевидно, причиной тому стал король Курканов, Ишакан. Он произвел впечатление на публику, явно продемонстрировав свой интерес к Лие. Это разожгло сплетни по всему дворцу и среди его людей. Некоторые даже распускали злонамеренные слухи о варварском короле и его отношениях с прекрасной принцессой.

Чем больше ходили пересуды, тем сильнее искажались факты и истина. Доходило даже до мысли, что у них был тайный ребенок.

Лия могла только посмеяться над этим. Что за нелепица.

Даже Бён Гёнбек, услышав эти сплетни, пришел в ярость. Он изо всех сил старался пресечь слухи в зародыше, пока те не распространились еще дальше. А вот Лия и пальцем не пошевелила. В конце концов, это были всего лишь слухи.

Люди слышат только то, что хотят услышать, ужасная правда их не касается. Но раз уж Лия больше не имела так называемого достоинства, которое должна была защищать, рассердить Бён Гёнбека, по крайней мере, стоило. И слухи сделали свое дело.

Принцесса взглянула на банкетный зал.

До сих пор ни одного Куркана не было видно. А из-за своей политической гордости даже члены королевской семьи Эстии не появились бы до их прибытия.

Причина, по которой Лия оказалась там первой, заключалась в том, что ее долгом было принимать и приветствовать гостей. Это также служило хорошей отговоркой. Лучше находиться там, чем общаться с Кердиной и Блейном. Даже мысль об этом была невыносима.

Поприветствовав всех присутствующих, девушка быстро огляделась в поисках графа Валтейна, прежде чем ей пришлось поздороваться с очередными прибывшими гостями. Принцесса знала, что ее сообщение было успешно передано, поэтому он, должно быть, уже ждал ее.

Когда придет время, многие захотят поддержать Лию. Одним из таких людей был граф Валтейн. В конце концов, он являлся представителем власти, поддерживающей принцессу.

“Хотя,” – размышляла девушка, – “власть – это преувеличение.”

В конце концов, единственная польза принцессы заключалась в том, чтобы быть проданной в невесты тому, кто больше заплатит. И тем не менее граф Валтейн гордился своим положением доверенного лица Лии. Он служил ей глазами и ушами.

Поскольку принцессе не разрешалось покидать замок, она не могла ходить туда, куда вздумается. Бывали даже случаи, когда граф приезжал тайно, чтобы помочь ей решить внутренние проблемы, с которыми столкнулся дворец. Кроме того, именно благодаря Валтейну девушке удавалось улизнуть из дворца. Например, когда он ради нее открывал неиспользуемые ирригационные туннели.

Принцесса хотела услышать от него последние новости. Она знала, что какими бы ни были у него сведения, те все равно заслуживали внимания. В конце концов, Лие понадобится та информация, о которой не имели представления ни дворец, ни его высшие светские круги.

Девушка еще раз оглядела комнату, прежде чем ее глаза наконец остановились на графе Валтейне, быстро приближавшемся к ней, словно ребенок к своему подарку. Мужчина даже выглядел так, будто готов был запрыгать от радости, если бы не другие люди вокруг.

– Принцесса! – воскликнул он, увидев девушку.

Честно говоря, они не виделись уже довольно долгое время. Казалось, что прошло уже несколько лет с их последней беседы, хотя это было не так. Лия кивнула в знак согласия, позволяя графу успокоиться, прежде чем отвести того в укромный уголок банкетного зала. Место открытое, но достаточно уединенное для разговора с глазу на глаз.

– В чем дело? – спросила она, и Валтейн облегченно выдохнул...

– Я вчера чуть не умер, – мрачно выдал он.

– Что?! – испуганно спросила Лия, прежде чем граф выпрямился и улыбнулся ей.

– Я встретился с королем Курканов.

Лия не знала, что сказать, и только ошеломленно смотрела на Валтейна. Мужчина выглядел очень взволнованно, и это создавало впечатление, будто его только что спасли из какой-то лисьей ловушки.

– Заметьте, король разыскал сначала меня. Будто он тоже хотел вмешаться во внутренние дела Эстии. Я, конечно, не выдал никаких секретов, но он был абсолютно убедителен и, несомненно, харизматичен! – похвалил собеседник.

“Он искал графа Валтейна?!”

Лия не ожидала, что у Ишакана хватит смелости сделать это. Чем больше она слушала графа, тем сильнее проступал пот на ее лбу и висках.

– Он хотел склонить меня на свою сторону, и даже сделал подарок!

– Подарок? – спросила Лия и слегка нахмурилась. – Какой подарок?

– Десять рулонов шелка, – тихо ответил мужчина, и принцесса, прищурившись, уставилась на него. – У..уверяю Вас, это был не обычный шелк, – начал заикаться граф под равнодушным взглядом девушки.

Он огляделся вокруг и подошел ближе, а Лия повернулась к нему ухом.

– Это был пурпурный шелк, – благоговейно прошептал Валтейн.

Девушка отпрянула с потрясенным выражением лица.

Пурпурные шелка считались чуть ли не бесценными. Заветная мечта многих из тех, кто не принадлежал королевской семье. Однако даже если у человека был потенциал для приобретения этого продукта, далеко не факт, что он смог бы его заполучить. Доступ к пурпурным шелкам имело очень ограниченное число людей.

Глава 35. Вы разочаровываете меня, Принцесса

Фиолетовые краски чрезвычайно ценились, поскольку их было сложно производить. Даже небольшое число миллионеров могло владеть лишь несколькими обрезками пурпурного шелка. Лишь королевская семья Эстии и Бён Гёнбек из Оберде имели достаточное количество ткани для пошива одежды.

Этот шелк являлся наивысшим символом богатства и власти. Даже маленький кусочек считался поистине бесценным.

– Он был намного ярче и красивее, чем любой другой пурпурный шелк, который я когда-либо видел, – мечтательно вспоминал граф. Никакие слова не могли бы по-настоящему описать то великолепие и совершенство. – Очень похож на Ваши глаза. – добавил он, подумав, а кончики ушей принцессы покраснели от похвалы.

Пока Лия пыталась побороть румянец, Валтейн все продолжал бессвязно бормотать:

– Конечно, я не принял презент. Тот человек сказал, пусть это и подарок, но, конечно, не безвозмездный. Я не знаю, что он собирался попросить, но твердо отказал ему, – заверил граф, и его веселое лицо стало серьезным. Правда, девушка успела увидеть в его взгляде толику сожаления о том, что пришлось отвергнуть такой великолепный дар.

Валтейн неизменно любил наряжаться. Он всегда был в курсе последних модных тенденций в городе и часто посещал портняжную мастерскую. И сильно радовался, когда что-то, придуманное им, становилось популярным. Именно поэтому со стороны Валтейна отказ от драгоценного подарка Ишакана значил многое.

– Спасибо, – произнесла Лия благодарным шепотом, прежде чем граф покачал головой и ободряюще улыбнулся ей.

– Не говорите так. Я делал только то, что было правильно. – мужчина тряхнул головой, словно желая избавиться от тоски по пурпурному шелку. Потом продолжил говорить с серьезным лицом. – Во всяком случае, я не удивлюсь, что, так же как и со мной, он встретится и с другими дворянами. Вам следует быть осторожной.

Слова графа звучали правдиво, но это лишь малая часть правды.

В том обществе Валтейн скорее был единственным в своем роде. Многие аристократы и дворяне приняли бы подарок без раздумий и, таким образом, оказались бы в долгу перед Курканами. На данный момент все, что могли сделать Лия и граф, так это следить за тем, кто из дворян вопреки обыкновению поддержит дикарей на заседании правительства.

– Курканы поражают меня, – продолжал Валтейн, – Подкупают других такими грандиозными предметами. Я уверен, что они даже могут дать кому-то взятку чем-то гораздо более изысканным, чем драгоценные камни или золото. – Лия обеспокоенно нахмурилась, прежде чем согласиться.

И все же принцесса сомневалась, что эти десять рулонов пурпурного шелка – все, их запасы. По слухам, Курканы из пустынь обладали невообразимым богатством. Для Эстии, возможно, это и был бесценный товар, но для тех, кто производил ткань, такой подарок едва ли как-то сильно повлиял бы на поставки.

Поразмыслив, Лия снова повернулась к графу:

– Мы также не можем исключить, что Курканы знают, как самостоятельно создавать пурпурный шелк.

Как раз в тот момент, когда граф собирался дать ей ответ, на пиру воцарилась тишина. Это произошло так резко, будто кто-то окатил огонь ведром воды. Все взгляды устремились на вход, и в воздухе что-то изменилось.

Поняв, кто привлек всеобщее внимание, люди начали перешептываться...

– Варвары… – услышала Лия откуда-то издалека, когда, наконец, появились, почетные гости – Курканы.

Все они были облачены в свои традиционные одеяния темного цвета. Это резко контрастировало с яркой одеждой Эстии, поэтому неудивительно, почему многие присутствующие оказались так заинтересованы. Вопреки тому, что одежда Курканов была официальной, она никак не стесняла их. Каждое движение дикарей отдавало свирепостью.

То, как они выглядели, как стояли, ходили и высоко держали подбородок, говорило о том, что они не являлись обычными людьми. Возглавлял свиту не кто иной, как сам Ишакан.

Взгляды новоприбывших скользнули по банкетному залу. Лие внезапно представилась картина хищника, вторгшегося на чужую территорию.

Некоторым из дворян не удавалось совладать с собой и они вздрагивали, когда взгляды Курканов останавливались на них.

Однако сильнее всего бросались в глаза церемониальные одежды Ишакана. Воротник выполнен в традиционном стиле Курканов: черная ткань, расшитая золотыми нитями. Такого раньше никогда не видели в Эстии. Но и это оказалось не самым захватывающим зрелищем.

Нет.

Им стал пурпурный шелк, обернутый вокруг торса Ишакана в качестве пояса. Богато украшенные узоры покрывали все пространство драгоценной ткани. Свет отражался от поверхности всякий раз, когда попадал на шелк. Даже Лия, которая редко искала роскоши жизни, не могла не возжелать его. Теперь девушка поняла, из-за чего граф Валтейн так тосковал и сожалел.

Пурпурный шелк Курканов был на целую ступень выше остальных на всем континенте.

Принцесса так зациклилась на ткани, что не заметила, как откровенно начала пялиться. Она не понимала этого до тех пор, пока не подняла голову и не встретилась с понимающим взглядом Ишакана. Девушка на мгновение задержала на нем глаза, потом отвела их и подумала о том, чтобы возобновить разговор с графом.

Повернувшись к Валтейну, Лия опешила от свирепого взгляда, который тот бросал на кого-то перед собой.

“Он смотрит на Ишакана?” – удивилась принцесса.

Но глаза графа продолжали решительно смотреть вперед, что побудило девушку сделать то же самое. И тут перед ней возникла темная тень, заставившая задохнуться.

Золотые глаза смотрели на Лию сверху вниз, на лице мужчины была явная ухмылка.

– Почему Вы избегаете моего взгляда? – спросил он, подходя ближе. – Я знаю, что Вы увидели меня.

Лия нервно огляделась, не зная, какой дать ответ под пристальными взглядами стольких людей. Это только заставило Ишакана ухмыльнуться еще больше. Он нежно взял девушку за руку.

Дворяне поблизости подавились воздухом, некоторые вздрогнули. Даже граф Валтейн не мог поверить в такое проявление неуважения и затаил дыхание...

Ишакан наклонил голову, поднес руку Лии к губам и нежно поцеловал бледные костяшки пальцев.

– Вы разочаровываете меня, принцесса, – сказал он под сосредоточенными взглядами людей.

Глава 36. Могу ли я пригласить Вас на танец? (1)

Король Курканов двигался, как опытный охотник, нацелившийся на заветную добычу. Обычно человек, занимающийся такой деятельностью сначала выжидает, а потом идет на убийство в тот момент, когда жертва меньше всего этого ожидает. Именно так Ишакан поступал с Лией сейчас.

Образно говоря, он связал принцессе руки и та поняла, что легко отделаться от этого человека ей не удастся.

В безмолвном отчаянии Лия прикусила губу и попыталась высвободить кисть из сильной хватки, а мужчина же только крепче сжал ее. Однако затем отпустил, заметив прерывистое дыхание девушки. Он не мог не нахмуриться, наблюдая такую реакцию. А Лия наконец выдохнула с облегчением.

– Я предполагал, что Вы будете рады приветствовать меня, – продолжал Ишакан, – Но, видимо, ошибся.

Мужчина наклонился, остановившись в миллиметре от ее уха, и прошептал:

– Ты сердишься, принцесса?

Лия бросила на него косой взгляд.

– Люди смотрят. – твердо ответила она тихим голосом, напомнив ему об обещании обращаться с ней как с принцессой на людях.

Ишакан отстранился, ухмыляясь девушке.

За их обменом репликами наблюдали все, находившиеся поблизости. Те словно смотрели пьесу, нетерпеливо предвкушая, что же будет дальше. Лия понимала, что в данный момент она не могла позволить себе потерять самообладание. Ишакан был дикарем, не знавшим и не заботившимся о приличиях и манерах, так что вся вина определенно легла бы на ее плечи. А это поставило бы принцессу в нежелательное положение при дворе и среди народа.

Девушка пыталась придумать подходящий ответ. Граф Валтейн уже было двинулся ей на помощь, но звук фанфар прервал разговор. Горны затрубили так, что всем стало понятно: король наконец-то “вступил в бой”.

Фанфары смолкли, и оркестр начал играть величественную пьесу. Вместе с музыкой в зал вошел король и поприветствовал всех присутствующих. Дворяне перестали глазеть на принцессу и Ишакана и, когда король проходил мимо, склонили головы в знак своего почтения и уважения. Однако напряжение в воздухе осталось неизменным.

Люди все еще искоса посматривали на короля Курканов и принцессу Эстии.

И, если судить по тому, как он неодобрительно прищурился, король тут же это заметил.

Как и любого другого, взгляд новоприбывшего приковал к себе пурпурный шелковый пояс, который Ишакан носил с хвастливым высокомерием. После некоторого времени пристального рассматривания, правитель Эстии отвернулся. Кердина и Блейн также были сильно поражены, но старались не показывать своего изумления.

Правда, на самом деле принц сосредоточился отнюдь не на поясе, а на физической близости между Лией и Ишаканом.

И если Куркан и заметил еле уловимый взгляд парня, то никак на него не отреагировал. Блейн осознал, что гипнотизировать Ишакана было бесполезно. По этой причине холодный взгляд льдисто-голубых глаз переметнулся на Лию. Он будто говорил:

“Не забывай о своем положении. Ты – принцесса Эстии.”

Лия бесшумно и быстро отошла в сторону, увеличив расстояние между собой и Ишаканом. Когда же члены правящей семьи направились к своим местам, она последовала за ними. Трое сели, и лишь король Эстии остался стоять, произнося приветственную речь уважаемым гостям.

Блейн воспользовался возможностью, чтобы придвинуться поближе к Лие и сделал предупреждение:

– По-моему, я велел тебе перестать общаться с этими дикарями. – тихо зарычал парень, делая вид, что слушал речь короля. Лия надеялась, ей удастся проигнорировать его, но это оказалось довольно трудно.

– Я думал, ты умна, сестра. Что из моих слов тебе было непонятно? Только не говори мне, что ты влюблена в этого варварского короля. – усмехнулся он, делая глоток из бокала, – Ты все-таки собираешься предать свою страну?

– Я не собиралась иметь с ним дело, – быстро возразила принцесса и вздохнула, сдавшись под напором брата. Девушка пыталась не поддаться на его подстрекания, но эмоции взяли верх. Она со всей ненавистью посмотрела на Блейна. – Все действия шли с его стороны, это он искал меня. Я же ничего не сделала. – принцесса старалась четко произносить каждое слово. – И я не смогла бы сделать что-то, что поставило бы под угрозу мирный договор.

– Конечно, дорогая сестра. – Блейн кивнул с хитрой улыбкой на губах, но взгляд оставался стальным и холодным как лед.

Парень торжествовал, довольный тем, что ему удалось выжать из нее хоть какую-то реакцию. Он молча жестом показал девушке, чтобы та продолжила смотреть на гостей. И Лия с радостью сделала это.

– Тогда позволь мне украсть твой первый танец. – предложил Блейн, все еще глядя вперед. Девушка с надменным видом выпрямилась на своем месте.

– Простите, брат, – сказала она насмешливым тоном, – Но я думаю, что это право принадлежит моему жениху.

Услышав такое заявление, Блейн сухо усмехнулся.…

– Даже не думай, попытаться сжульничать и выкрутиться, – напомнил он ей.

Лия все еще не замужем, и поэтому вполне логично, что ее первый танец должен был проводиться с кем-то из семьи. То, что она помолвлена не имело никакого значения. Девушка осознавала положение дел, но хотела держаться как можно дальше от Блейна. А танец с Бён Гёнбеком вполне мог это обеспечить.

– Теперь, когда я думаю об этом… Кажется, я не видела Бён Гёнбека, – произнесла Лия, оглядываясь вокруг, а принц безразлично пробормотал:

– Что и следовало ожидать, – сказал парень, – Он же станет бесполезен, как только заключат мир. Эти дикари… Я так жду их отъезда.

Подобные замечания только доказывали Лие, что принц все еще не имел представления о том,какие планы у нее были относительно договора.

С другой стороны, варвары уже сделали первый ход, приехав в Эстию.

Под прикрытием договора шаг за шагом, мало помалу, каждый Куркан начал красть секреты королевства. Если так продолжится и дальше, то как только Курканы и Бён Гёнбек решат отречься от Эстии, та окажется совершенно беззащитной.

А вот Блейн все еще был совершенно уверен, что мир удастся заключить. Он даже не задумывался о том, что что-то может пойти не так. Убежденный тем, будто с договором не возникнет никаких проблем.

Даже сейчас Лия упорно трудилась, чтобы все прошло так, как надо. А вот Блейн лишь пожинал плоды ее усилий. Принцесса крепко сжала кулаки в скрытом раздражении и гневе, прежде чем огрызнуться:

– Если Вы хотите, чтобы этот мирный договор был заключен абсолютно в нашу пользу, вам лучше воздержаться от того, чтобы называть их этим унизительным термином, – прошипела девушка, сохраняя свое лицо приятным и грациозным для толпы, – Кроме того, мы не знаем, каков будет результат, так что не списывайте со счетов Бён Гёнбека.

Глаза Блейна сузились, и на мгновение Лия испугалась, что тот открыто выругается на нее. К счастью, король закончил свою речь, и раздались хлопки. Принц с сестрой вернули своим чертам приятное выражение, и зааплодировали вместе с толпой.

С окончанием торжественной речи банкет официально начался, и теперь гости принялись наслаждаться пиршеством. Музыка и танцы заполнили тишину, развлекая всех присутствующих. Принцесса увидела, что некоторым даже удалось пригласить Курканов присоединиться на танец.

Лия четко ощущала на себе чей-то взгляд и встала, чтобы пройтись. Несмотря на множество глаз в зале, девушка сразу же заметила Ишакана, пусть тот и стоял чуть ли не в километре поодаль. И как бы ей ни хотелось посмотреть на него в ответ и также заставить его смутиться от пристального взгляда, сделать это она не могла. Лия была полна решимости больше не давать Блейну повода сомневаться в ее намерениях.

Однако не только Блейн действовал девушке на нервы. Теперь очередная проблема оповестила ее о своем присутствии:

– Принцесса! – весело поприветствовал голос, различимый сквозь музыку и смех в зале.

Лия сдержала стон и остановилась, прежде чем обернуться, чтобы поприветствовать мужчину яркой, ожидаемой от нее, улыбкой.

Глава 37. Могу ли я пригласить Вас на танец? (2)

– Бён Гёнбек из Оберде, – приветствовала Лия, – приятно видеть Вас.

Услышав это, мужчина одарил ее своеобразной яркой улыбкой. Он был ужасно уверен в себе, и принцесса понимала почему.

Наряд Гёнбека… Его тело с головы до пят покрывали пурпурные шелка. И пусть такая одежда и была редкой и дорогой, Лия всем своим нутром считала ужасной потерей тот факт, что именно Бён Гёнбек, а не кто-то другой, носил эти ткани.

Банкет только начался, а его лицо уже заметно покраснело. И пурпурный цвет наряда только добавлял нелепости к и без того несуразному виду Бёна. Лия попыталась сдержать гримасу отвращения.

"Это немного грубо, но..." – подумала Лия, окидывая Гёнбека взглядом. – “Он – просто олицетворение жадности.”

Девушка задумалась, прежде чем заставить себя придумать комплимент, соответствующий ситуации.

– Какой у вас славный наряд. – наконец сказала она с нежной улыбкой, и мужчина только гордо улыбнулся.

– Конечно, я постарался выглядеть достойным Вас, – хвастливо произнес Бён.

В этот момент Лия предположила, что, если бы представилась возможность, Гёнбек тотчас же прислал бы ей платье, подходящее к его наряду. Принцесса лишь невесело рассмеялась, когда события прошлой ночи промелькнули у нее в голове.

Несмотря на то, что все его охранники были разгромлены, Бён Гёнбек выглядел практически безразличным. Лия посочувствовала Ишакану, ведь тому приходится иметь дело с таким человеком.

Хотя было кое-что, говорящее о том, что Гёнбека в некотором плане задела прошлая ночь. А именно, то, как он пристал к принцессе и стоял очень близко к ней, будто хотел утереть нос Ишакану, показав что Лия принадлежала ему.

События прошлой ночи продолжали всплывать в памяти. Вспомнив разговор про похожих на нее проституток, девушка подавила желание нахмуриться. Потом ее мысли обратились к столь же вероломным поступкам, которые совершила она сама.

– Могу ли я иметь честь пригласить Вас на танец? – наконец спросил мужчина, протягивая принцессе руку.

Пусть девушка и желала сказать "нет, спасибо", у нее не было другого выбора, кроме как согласиться. В конце концов, в глазах публики Лия действительно принадлежала Бёну.

Принцесса с искусно скрываемым отвращением вложила свою ладонь в его. И к удивлению девушки, Гёнбек на мгновение отстранил ее руку, а затем сплел их пальцы вместе. Лия посмотрела на соединенные конечности.

“Если и за руку мне его держать неприятно, то противно даже думать о том, что я буду чувствовать, когда наступит кошмарный медовый месяц.” – вздохнула девушка.

Посреди танца радостная праздничная музыка внезапно стихла. Вскоре болтовня, как и смех, прекратилась, стоило одному мужчине нагло встать прямо перед помолвленной парой.

Ишакан ждал удобного момента, чтобы устроить им засаду. Он повременил до тех пор пока пара не начала проходить мимо и сделал свой ход. Король Курканов встал прямо перед ними и протянул руку, раздумывая, посмеет ли Лия отказать ему.

– Не окажете ли Вы мне честь станцевать со мной хотя бы одну песню, принцесса? – спросил он с очаровательной и самодовольной улыбкой.

Это предложение прозвучало словно падение булавки в гробовой тишине комнаты. Приглашая принцессу на первый танец и тем самым пренебрегая этикетом Эстии… Ишакан явно получал от этого удовольствие.

Лия понимала, что он подначивал ее. Однако обычаи королевства требовали, чтобы первый танец принцесса провела либо с членом своей семьи, либо с женихом. Король Курканов даже не стал ждать окончания одного танца и намеренно вмешался, попросив девушку составить ему пару при следующей песне.

Лия невидяще смотрела на протянутую руку, обдумывая различные последствия каждого своего ответа. Посчитав, что та слишком долго медлит, Гёнбек бросил на Ишакана хмурый взгляд, но постарался изобразить на лице безразличие:

– Король Курканов. – пылко приветствовал мужчина.

Ястребиные глаза Ишакана устремились на него.

Гёнбек отпустил ладонь Лии и, обвив рукой ее талию, с вызовом притянул к себе, глядя на собеседника.

– Прошу прощения, но принцесса – моя невеста. – напомнил он вежливым тоном, и Ишакан сухо хмыкнул, прежде чем его губы сложились в презрительную усмешку.

***

Бён был в восторге от явного проявления неприязни, промелькнувшего на лице Ишакана. Гёнбек посчитал, что прямо сейчас нанес серьезный удар по гордости короля варваров! Ведь до этого Ишакан уж слишком расслабленно чувствовал себя на банкете. Самодовольным тоном Бён продолжал сыпать соль на рану...

– В Эстии принято, что первый танец принцессы принадлежит мне, – произнес он с ухмылкой. – Надеюсь, Вы поймете.

Мужчина был настолько самоуверен, что упустил из виду простой факт. Он сражался не с обычным человеком, а с королем Курканов. И как король, Ишакан вежливо позволил подстрекательствам завершиться самим, поскольку уже знал, кто будет смеяться последним.

– Это так? – язвительно заметил Куркан, а Гёнбек в замешательстве уставился на него, – Я думал, что весь этот банкет должен был быть в нашу честь, разве нет? – спросил он, оглядываясь вокруг.

От досады у Бёна закипела кровь:

– Король или нет, традиция диктует ... – начал было протестовать Гёнбек, но Ишакан прервал его, шагнув вперед.

Король продолжал смотреть на собеседника сверху вниз. Люди поблизости наблюдали за происходящим с напряженным вниманием, ожидая, что произойдет дальше.

– Так вот, как Эстия обращается со своими уважаемыми гостями? – спросил Ишакан, приподняв бровь. Его голос был низким и тихим, но легко разнесся по залу.

Даже Курканы прекратили празднества, наблюдая за напряженным обменом мнениями между их королем и местным дворянином. Дикари уставились на Бёна немигающим взглядом, полным ненависти и желания убивать.

Затылком ощущая колкие глаза, Гёнбек почувствовал, как воздух вокруг сгустился и повисла удушливая атмосфера. Другие дворяне оказались достаточно мудры, чтобы спокойно продолжить заниматься своими делами, остерегаясь чужеземных гостей. На висках Бёна проступил пот, он старался сохранять самообладание.

Ишакан, в свою очередь, обратил свое внимание на Лию:

– Принцесса? Что Вы на это скажете? – спросил он, широко улыбаясь.

Лия поняла, что загнана в угол. Почувствовав взгляд толпы, она покорно приняла приглашение, вложив свою кисть в протянутую руку мужчины. Тотчас же для себя девушка отметила, насколько теплыми были его ладони по сравнению с другими.

Стиснув зубы в безмолвном гневе, Бён Гёнбек отпустил принцессу и отступил назад. Он в последний раз взглянул на них обоих, прежде чем демонстративно уйти, дымясь от злости.

Толпа расступилась перед Ишаканом и Лией, когда те двинулись к центру бального зала. Люди будто наблюдали картину луны в ночном небе. Они завороженно смотрели на контрастирующие фигуры принцессы и короля Курканов: ее бледное лицо ярко выделялось на фоне его загорелой кожи; а серебристо-белые локоны, плавно струящиеся при каждом движении, представляли собой полную противоположность темно-каштановых волос мужчины.

Даже их одеяния сильно отличались, но при этом так хорошо сочетались друг с другом.

Пара начала грациозно танцевать среди толпы, и вскоре рядом стоявшие дворяне вернулись к своим делам. В зале вновь воцарилась шумная и радостная атмосфера.

Лия практически висела на плечах мужчины, а он крепко держал ее за талию. Они были так близко физически, но оставшаяся часть танца прошла в полной тишине.

Однако беззвучие длилось недолго, поскольку кто-то из Курканов зарычал в сторону музыкантов, и те, испугавшись, тут же заиграли.

Эта музыка предназначалась только для них двоих.

Глава 38. Красный как Кровь

На первый взгляд можно было предположить, что Ишакан – плохой танцор. Однако, увидев мужчину в действии, – как грациозно он двигался в такт музыке, – Лия подумала иначе. Казалось, будто тот заранее изучил традиционный танец Эстии…

Тем не менее Лия не удержалась:

– Похоже, у Вас врожденная способность привлекать неприятности, – сказала она, наконец нарушив молчание.

Они закружились. Юбка Лии затрепетала вокруг нее, словно распустившийся цветок, а затем грациозно упала, вернувшись в первоначальное положение.

Услышав это заявление, Ишакан нахмурился:

– Ты действительно будешь упорно продолжать разыгрывать роль принцессы даже во время танца?

Девушка боролась с желанием наступить ему на ногу:

“Даже если я вложу все свои силы в мощный удар, этот толстокожий мужчина вряд ли хоть что-то почувствует.” – раздумывала она. Принцессе казалось, будто под кожей у него был железный скелет.

Увидев ухмылку партнера, Лия не удержалась и огрызнулась:

– Почему ты вообще продолжаешь все время причинять мне неприятности? – недоверчиво спросила она, и он только усмехнулся еще шире.

– Наверное, потому, что это тебя так сильно раздражает. – сказал Ишакан самодовольно.

Лия яростно уставилась на мужчину, раздумывая, действительно ли он это имел в виду или просто смеялся над ней. Чувствуя, что партнерша не может получить прямого ответа, Куркан в очередной раз выстрелил самодовольной ухмылкой.

– Тебе нравится твой жених? Бён Гёнбек? – спросил он с притворным любопытством, и чем недовольнее становился взгляд Лии, тем шире становилась его улыбка.

“Да этот человек..!” – с раздражением подумала принцесса, борясь с растущим желанием причинить тому телесные повреждения. Теперь стало ясно, что Ишакан просто наслаждается затруднительным положением девушки.

– Мои чувства по этому поводу не имеют значения. – дипломатично ответила Лия, – Как принцесса, я обязана выйти за него замуж.

– Ах, Вы слишком добры, принцесса. – насмешливо похвалил ее мужчина и, притянув к себе, прошептал на ухо. – Не думаешь, что тебе следует немного расслабиться?

Лия бы предпочла, чтобы Ишакан не приезжал в Эстию и не околачивался поблизости. Но, увы, реальность совсем далека от мечты. Вместо того чтобы удостоить мужчину ответом, девушка решила сменить тему.

– Ты так хорошо исполняешь классический танец Эстии, как так получилось? – поинтересовалась она.

– С детских лет меня строго обучали различным видам танца. – ответил честно Ишакан, но Лия посмотрела на него скептически.

Девушке с трудом верилось, что он с раннего возраста занимался подобными вещами. Она вообще не могла себе представить, какое у мужчины было детство, не говоря уже о том, что тот ходил на уроки танцев с его-то поведением.

– Любопытно? – произнес Куркан с усмешкой и сдержал смешок.

– Ни капельки.

– Что за прекрасная лгунья.

– Пожалуйста, оставь меня в покое. – раздраженно вздохнула Лия, стараясь сохранять хладнокровие. В конце концов, ей все еще нужно было соблюдать приличия.

Ишакан прищурился, заметив, что губы принцессы задрожали.

– Почему ты всегда настаиваешь... – сдавленно, будто была готова заплакать, пробормотала Лия и остановилась.

Прежде чем продолжить девушка попыталась отстраниться от партнера. Однако тот крепче сжал ее, не давая сделать этого.

Ишакан снова склонился к принцессе и шепотом спросил:

– Ты все еще хочешь умереть?

И Лия твердо без колебаний ответила:

– Да.

Музыка прекратилась, и заиграла другая. Девушка, наконец, сумела выбраться из рук Ишакана.

– Было очень приятно танцевать с Вами, король Курканов. – притворно-вежливо улыбнулась она.

– С превеликим удовольствием, принцесса Эстии.

Лия присела перед ним в реверансе.

– Если позволите, я пойду поищу своего жениха. Пожалуйста, расслабьтесь и наслаждайтесь банкетом.

Не дожидаясь ответа, Лия развернулась на каблуках и пошла прочь, тем самым заранее пресекая все, что хотел сказать мужчина.

Принцесса шла быстрым шагом. Ей казалось, будто она сбегала.

Девушке пришлось уйти как можно скорее, и тому была причина. Лия заранее успела предположить единственный возможный вариант развития событий в том случае, если бы она тогда осталась. Принцесса нутром чуяла, что Ишакан собирался предложить ей свою помощь. И если бы он действительно сделал это, то девушка бы приняла ее...

Уходя, она чувствовала на себе, провожающий взгляд толпы. Лие хотелось исчезнуть. Их взгляды скользили по ней, словно глаза хищника, наблюдавшего за своей добычей. Девушка остановилась лишь тогда, когда наконец увидела Мелиссу в нескольких шагах перед собой.

– Графиня… – начала она, но замолчала.

Мелисса, мягко улыбнувшись, аккуратно взяла Лию за руку и повела прочь.

– Принцесса, возможно, вам следует немного отдохнуть. – произнесла та, и проводила девушку в отдельную комнату отдыха.

Наконец оказавшись в уютном помещении, Лия рухнула на ближайший к ней длинный диван. Мелисса занялась тем, что принесла ей стакан воды и помогла сесть поудобнее.

Дыхание принцессы стало прерывистым, а перед глазами появились черные пятна. Графиня молча подошла к ней сзади, в успокаивающем жесте положив руку ей на плечо и нежно погладила.

– Мне стоит ослабить Ваш корсет. – сказала Мелисса, но ее остановили.

– Нет, не надо, – прервала Лия. – Мне еще нужно встретиться с Бён Гёнбеком.

Принцесса не сомневалась, что глубоко оскорбила жениха, приняв приглашения Ишакана на танец. Ей нужно было прямо сейчас успокоить этого человека и избежать любых других последствий. Графиня с жалостью посмотрела на девушку, но Лия лишь слегка улыбнулась.

Пусть она и звалась принцессой, на этом ее привилегии заканчивались. По сравнению с другими членами правящей семьи, Лия была так же беспомощна, как и любой другой человек в замке. Но даже так, девушка уже практически наяву видела свою кончину. И чем ближе та подступала, тем сильнее становилось желание умереть.

“Потерпи,” – сказала она себе, – “еще немного.”

Скоро все это закончится.

Лия собралась с духом и наконец встала, но Мелисса попыталась остановить ее.

– Принцесса, я прошу вас пересмотреть ваше решение.– умоляла графиня.

Но они не смогли продолжить разговор, поскольку выйдя из комнаты, увидели человека, ждавшего снаружи.

Это был посыльный, военный помощник ее жениха.

– Бён Гёнбек из Оберде желает видеть принцессу Лию. Не могла бы она последовать за мной? – сообщил он обеим.

Мелисса обеспокоенно посмотрела на Лию. Та утешила графиню взглядом и быстрой улыбкой. Затем кивнула мужчине. То быстро двинулся с места, и девушка молча пошла за ним.

Мужчина привел Лию в сад, расположенный далеко от банкетного зала. Первоначально это было популярное место, украшенное небольшим открытым железным столом, с резными и отлитыми замысловатыми узорами, и с соответствующего дизайна стульями. Сейчас сад был пуст, если не считать жениха девушки. Должно быть, он отпугнул всех, кто осмелился прийти в его место отдыха. В данный момент этот человек лишь сидел и попивал свою любимую темно-красную жидкость.

На столе стоял еще один бокал вина. Казалось, будто Гёнбек ожидал, что Лия будет искать его после танцев. Мужчина, который привел ее, жестом велел идти вперед. Стоило девушке двинуться дальше, как военный помощник удалился, оставив пару наедине.

– Бён Гёнбек... – начала принцесса, но мужчина тут же оборвал ее, со звоном поставив пустой бокал на стол.

Когда тот убедился, что они остались одни, его приятная манера поведения тут же исчезла.

– Как ты могла так унизить меня? Я твой жених! – зло выплюнул он, и Лия с трудом сдержалась, чтобы не вздрогнуть.

От мужчины несло алкоголем. Гёнбек с ненавистью посмотрел на принцессу. Его взгляд был затуманен, а действия вялые. Мужчина тяжело дышал, а Лия застыла на месте. Через несколько мгновений Бён наконец вздохнул и снова наполнил пустую емкость. Подняв свой бокал, он жестом указал на другой и предложил:

– Не хочешь выпить со мной, принцесса?

Лия посмотрела на наполненный кубок, послушно поднесла чашу к губам и сделала глоток бурлящего красного, как кровь, вина... Возможно, девушка и не хотела, но это была ничтожная цена за искупление ошибки, допущенной в банкетном зале.

Пока принцесса пила вино, Бён Гёнбек внимательно наблюдал за ней, потягивая напиток из своего бокала. Все происходило в полной тишине. Наконец допив, Лия поставила бокал обратно на стол. В этот момент ею овладело странное чувство. Девушка в замешательстве нахмурилась, уставившись на бокал.

Такой чистый и отполированный…

Как будто никто даже не пил из него.

Странное чувство нахлынуло на принцессу, когда в глубине ее сознания зазвенели тревожные колокольчики. Что-то казалось неправильным. Что-то было не так…

– Я... – проговорила девушка, стараясь сморгнуть неясное ощущение, – Мне нужно идти сейчас...

“Меня шатает? Такое ощущение, будто все качается...”

– Тут что-то...

– Нет, – перебил девушку Бён Гёнбек, придвигаясь ближе и касаясь ее щеки.

– Останься, – приказал мужчина, когда Лия смутно взглянула на него, – Останься со мной, – Бён присел на корточки и одарил принцессу маниакальной улыбкой, – Только до тех пор, пока действие наркотика не пройдет.

И холодный ужас пронзил низ живота Лии.

Глава 39. Любовное зелье (1)

Лия чувствовала себя так, словно ее окатили холодной водой, поймали в ловушку кошмара. Девушка слушала слова этого человека, и разум все сильнее окутывал туман. Дыхание стало прерывистым, она пыталась восстановить контроль над своим вялым телом...

– Наркотики?.. Что… Вы... имеете в виду?

Как же Лие хотелось, чтобы это оказалось простым розыгрышем. Тогда она могла бы забыть произошедшее, отшутиться, сказав, что Бён был слишком пьян. Однако принцесса понимала, – правда далеко не такая добродушная. Неужели неприятностям, которые обрушатся на нее сегодня, нет конца и края?

Гёнбек сухо усмехнулся на вопрос девушки:

– Ах, притворяешься невинной овечкой, понимаю, – промурлыкал эстиец, когда его пальцы грубо схватили принцессу за подбородок.

Несмотря на боль, которую причиняли ей эти прикосновения, Лия не могла заставить себя даже закричать.

Все тело, включая язык, отяжелело, будто его залили свинцом. Конечности отказывались подчиняться…

– Я хорошо обращался с тобой из-за твоего статуса, – усмехнулся Гёнбек, – И как ты отплатила мне... Повела себя как стерва! – в гневе грубо тряхнул Лию за подбородок – Я вижу, как ты сходишь с ума при виде этого дикаря. И как прикажешь мне быть уверенным, что ты осталась нетронутой? – процедил он.

Мужчина облизнул губы, посмотрел на принцессу с самодовольным видом и наклонился ближе, шепча ей на ухо:

– Похоже, мне придется лично в этом убедиться.

Холодный ужас наполнил Лию, и она попыталась пошевелиться. Девушка наблюдала, как Бён поднял руку, чтобы погладить ее шею, провел пальцами вниз, схватился за вырез платья и начал стягивать его вниз.

Принцесса беспомощно зажмурилась. Она никогда не чувствовала себя такой глупой. Лия хотела оттолкнуть Гёнбека, убежать от него как можно дальше. Но единственное, на что она была сейчас способна, так это дрожать под его прикосновениями. Девушка подавила рыдания, не в силах позвать на помощь.

Лия почувствовала, как ослабла тугость платья; увидела, как лента, крепившая одежды, упала на пол. Она ощутила, что Гёнбек придвинулся ближе. Его горячее дыхание коснулось обнаженной кожи, и принцесса вздрогнула от отвращения.

Затем у Лии потемнело в глазах...

Где-то сквозь глубины сознания она слышала пьяные смешки, постепенно то появляющиеся, то затихающие где-то поблизости. На некоторое время Бён остановился и оглянулся, чтобы посмотреть на источник шума.

Именно в этот момент девушка начала приходить в себя. Собрав все свои силы, она мощно наступила ему на ногу. Так сильно надавила каблуком, что Гёнбек с визгом отстранился, споткнулся о какой-то выступ и упал назад.

– Ах ты сука! – зашипел тот.

Лия, не теряя ни секунды, подобрала всю одежду к груди и побежала. Бён выкрикивал вслед ругательства, с трудом поднимаясь на ноги, чтобы последовать за ней.

Непокорные ветви, задевали и царапали нежную кожу, а девушке лишь оставалось морщиться от боли каждый раз, когда это происходило. В какой-то момент принцесса потеряла туфли, и теперь ноги болели так, словно она бежала по полу, утыканному гвоздями. Лия запуталась в стянувшихся к носкам чулках и упала, но быстро поднялась и направилась к банкетному залу.

Принцесса лихорадочно огляделась, услышала приглушенные возгласы и спряталась. Она рискнула выглянуть из укрытия, но тут же нырнула обратно, зажав рот рукой, тем самым подавляя резкий вздох.

Кусты прекрасно скрывали Лию, и когда она снова выглянула из-за листвы, то увидела слуг Бён Гёнбека, ищущих ее.

К счастью, поиски прекратились еще до того, как удалось найти принцессу, поскольку люди в спешке ушли проверять другие места. Лия с облегчением опустила плечи, затем сделала несколько медленных, успокаивающих вдохов и огляделась.

Сад оказался похож на лабиринт. Насаждения искусно расположили таким образом, чтобы придать пространству больше эстетики. Деревья и кустарники создавали идеальную основу сада, обеспечивая тень для посетителей и даже давая любовникам возможность уединиться.

Собравшись с силами, Лия решительно поднялась из своего укрытия, в последний раз огляделась и бросилась в глубь сада.

Руки и ноги болели. Но пусть девушку и тяготило сильное желание сесть и отдохнуть, ей нельзя было этого делать. Побег от Бён Гёнбека сейчас являлся первостепенной задачей.

Однако за каждым поворотом принцессу ожидал тупик. Не имея возможности убежать, она вскоре почувствовала себя добычей, преследуемой ради забавы.

Теперь Лия четко осознала, чем все это кончится. Слуги Бён Гёнбека схватят ее и приведут к нему. Семья принцессы даже не сможет ничего с этим поделать. И не имело значения, насколько неблагородными были намерения Бёна. Аристократы же просто отошли бы в сторону и затем стали бы распространять слухи; но при этом самой девушке говорили бы как им ее жаль и извинялись бы за то, что ничем не могут ей помочь.

Никто не защитит. Никто не сможет помочь.

Раньше Лия думала, что поскольку она вынуждена отказаться от своего тела, то, по крайней мере, ей предоставят хоть какой-то выбор в этом вопросе. Но только не таким образом... Девушка не хотела вот так сдаваться Гёнбеку.

– Подожди! Я вижу ее! – раздавшийся крик предупредил принцессу о чьем-то приближении. – Она там!

Когда Лия снова побежала прочь, выжимая из себя все оставшиеся силы и направляя их в ноги, что-то сухое и сладкое ударило ей в нос. Разум подсказывал, – нужно последовать за запахом. В надежде, что тот приведет ее к сладостному облегчению, принцесса последовала туда, куда вел ее орган чувств.

Пройдя напролом сквозь кусты, девушка выскочила из-за деревьев. В этот момент Лия увидела, как потемнели облака, стоило им отплыть от луны. Та же, нависая в вышине, осветила принцессу. Однако ночное небо только усиливало ощущение, что девушка оказалась в ловушке.

Воздух вокруг стал тяжелее, и Лие казалось, будто она задыхается.

Затем, словно глоток свежего воздуха, принцесса увидела мужчину, беззаботно прислонившегося к дереву и курившего сигарету. Вскрик оповестил человека о ее присутствии. Принцесса бросилась к мужчине и, наконец добравшись, вцепилась в него изо всех сил. Тот же в шоке уставился на Лию.

Девушка безостановочно рыдала, прижавшись к мужчине. Его теплые руки обхватили ее,создавая преграду от остального мира. Когда человек пригладил спутанные волосы Лии, та, наконец, подняла глаза и отстранилась.

Она была в безопасности.

– И..Ишакан, – выдавила девушка и поперхнулась.

Слезы снова бесцеремонно потекли по щекам. Принцесса могла только в отчаянии звать его по имени. Ей казалось, что она вот-вот лопнет, так сильно болело все: грудь, руки, ноги, голова...

Глава 40. Любовное зелье (2)

Ишакан поднял ладони к щекам девушки. Он вытирал ей слезы каждый раз, когда та всхлипывала. Наконец, достаточно успокоившись, принцесса посмотрела на Куркана, а он молча уставился в ответ.

– Ли-ия! О Ли-ия! – голос Бён Гёнбека звенел в тишине ночи.

Он нараспев выкрикивал ее имя, и по спине девушки пробежала дрожь. Бён громко хихикнул, медленно приближаясь к их местонахождению.

Ишакан почувствовал, как принцесса снова задрожала. Одного этого ему было достаточно, чтобы понять, что именно произошло. Мужчина сжал челюсти и скрипнул зубами. Осторожно выпустив девушку из объятий, он расстегнул плащ и обернул его вокруг маленького тела.

Пальцы Лии тут же схватили пурпурный шелк, и она посильнее укуталась в ткань.

– Скажи мне, – мягко, но строго произнес Куркан, встретившись с ней взглядом, – должен ли я избавиться от него?

Зрение все еще было затуманено, но принцесса отчетливо видела золотистый блеск его глаз. Мужчина все еще ждал ответа. Как как же сильно ей хотелось сказать “да”…

Лия отрицательно покачала головой. Ишакан закрыл глаза и глубоко вздохнул, прежде чем открыть их и посмотреть на принцессу, в его золотистом взгляде что-то опасно сверкнуло. Губы короля сжались в тонкую линию, прежде чем он мягко спрятал девушку позади себя и повернулся туда, откуда собирался выйти Бён Гёнбек.

– Оставайся здесь, – сказал Ишакан тихим голосом и двинулся вперед, но что-то удержало его.

Это была Лия. Ей было трудно говорить, но, несмотря на пересохшее горло, девушка тихо произнесла:

– Ты… – она сглотнула, – Ты не можешь...

“Он не может убить Бён Гёнбека, он не должен.”

Чем больше Лия пыталась отговорить его, тем мрачнее становилось лицо Ишакана. И впервые с тех пор, как они встретились, мужчина повысил на нее голос:

– Даже в этот момент ты все еще беспокоишься о королевской семье?! – в ярости воскликнул Куркан.

Его зрачки сузились, заставляя Лию почувствовать неподдельный гнев, бурливший в Ишакане из-за ее решения.

– Даже доброта имеет свои пределы, миледи.

Мужчина кипел от злости, но Лию это не испугало. Ей нельзя было отступать.

– Не… королевской семьи, – ответила принцесса, пытаясь обрести голос, – А для Эстии... Я... не могу позволить... невинным страдать… – Тихо закончила она.

Несмотря на ужасный характер, Бён Гёнбек очень помог Эстии тем, что не только блокировал нападения Курканов, но и держал их в узде на западных границах. Его жизнь тесно сплетена со многими невинными людьми.

Чего нельзя сказать о Лие, чье существование никак не связано с другими. Ее смерть ничего не изменит.

– Я просто... хочу уйти отсюда. – продолжала девушка, а Ишакан молча смотрел на нее, тем самым показывая, что внимательно слушает. – Пожалуйста, умоляю тебя… – принцесса крепче сжала его руку.

Ишакан грузно дышал. Пока он обдумывал все, его грудь то тяжело вздымалась, то опускалась. Затем дыхание вернулось в норму. Мужчина тихо выругался себе под нос на курканском языке, поднял руку и потер глаза большим и указательным пальцами. После минутного молчания король наконец заговорил:

– Ты испытываешь терпение Куркана, – предупредил он.

Принцесса захотела извиниться перед Ишаканом за все причиненные неприятности. Она открыла рот, но никакого голоса не последовало, только короткий выдох. Тело замерло, хватка ослабла, и девушка со стоном ссутулилась.

Все силы покинули Лию, и она упала.

С принцессой происходило что-то странное. Температура стала накаляться. С каждой секундой ей становилось все жарче, и девушка начала хватать ртом воздух. Первой мыслью было, что адреналин от бега спал, и на смену пришла ужасная усталость.

Но становилось все хуже...

– Ты..! – присев на корточки, Ишакан тихо выругался.

Мужчина дотронулся до принцессы и почувствовал, как поднялась температура ее тела. Он отругал себя за то, что сразу не понял, что с ней было что-то не так.

От прохладного прикосновения Лия застонала. Обычно температура тела Куркана была выше ее собственной. Но сейчас все было в точности наоборот.

– Что ты ела?

Стоило девушке услышать вопрос, и бокал с вином вспыхнул в сознании.

Принцесса вспомнила, каким чистым был стакан после того, как она выпила из него. Насколько, вопреки ожиданиям, гладко напиток прошел по горлу. Память воскресила и слова жениха том, что он составит ей компанию, до тех пор, пока действие наркотика не пройдет...

– Бён... вино... – прошептала принцесса, а перед глазами появились черные пятна...

– Иди сюда. – прошептал в ответ обеспокоенный голос Ишакана.

Вместе со словами мужчина обнял Лию за талию, ладонью подперев ее спину так, чтобы девушка уперлась ему в грудь. Другой рукой коснувшись подбородка принцессы, Куркан приподнял его и приблизился к устам партнерши.

Мужчина одним движением заставил Лию приоткрыть губы. И, прежде чем девушка это поняла, что-то скользнуло из его рта в ее.

Принцессу словно ударило током. Она вцепилась в Ишакана, не в силах даже думать о том, чтобы оттолкнуть его. Разум окутало туманом.

Проникнув языком внутрь, мужчина попробовал остатки вина у во рту девушки и нахмурился. король медленно оторвался и посмотрел на нее.

– На днях он встречался с Дормарисом, помнишь? – спросил Куркан, и принцесса кивнула, вспомнив, как тот общался с цыганами. Ишакан вздохнул. – Он купил у них любовное зелье.

На последних словах сердце Лии ухнуло вниз...

Значит ли это, что она влюбится в него?! В Бён Гёнбека?!

– Эй, не волнуйся, все хорошо. – поспешил успокоить Ишакан, заметив, как участилось дыхание девушки, – Это всего лишь название. На самом деле это дешевый афродизиак. Настоящие приворотные зелья немногочисленны и редки... – продолжал он.

Но Лия с трудом слушала мужчину, рассеянно причмокивая губами. Внезапно ее тело сильно затрясло.

Горячо. Все накалилось, словно огненный шар сжигал ее изнутри. Лие показалось, будто она кипела. Зрение начало расплываться... Часто моргая, девушка изо всех сил старалась не заснуть и держать голову прямо. Но становилось только хуже.

Подняв взгляд, Лия увидела Ишакана, озадаченно смотревшего на нее.

– Противоядие… Нам нужно противоядие… – невнятно пробормотала принцесса, и Куркан тихо усмехнулся, еще крепче обнимая девушку...

– Не волнуйся... – услышала она его шепот, – Противоядие прямо здесь.

В этот момент перед глазами Лии все потемнело.

Глава 41. Вкусно (1)

Все силы покинули тело. Словно хлопковая кукла, отягощенная водой, Лия рухнула в объятия Ишакана.

Куркан посмотрел на нее и наклонил голову.

– Выбирай. Что ты теперь собираешься делать? – спросил он.

Девушка открыла рот и жарко выдохнула. Лихорадка набирала силу, и ясность мышления постепенно покидала разум. А ранее появившиеся мысли медленно тонули в бездне искреннего желания.

Лия подняла ресницы и кротко моргнула. Она протянула дрожащую руку и осторожно ухватилась за край мужской одежды.

Одного этого было достаточно для ответа. Ишакан крепко обнял принцессу и молча пошел через сад. Слуги Бён Гёнбека ходили где-то поблизости, и было прекрасно слышно, как жених Лии метал громы и молнии:

– Вылезай немедленно! Ты думаешь, что сможешь спрятаться? – кричал тот в гневе. – Я буду ласков, если ты сейчас выйдешь!..

Однако в руках надежного убежища Лия не испытывала ни малейшего страха. Казалось, что возгласы, предназначавшиеся ей, происходили из какого-то другого мира. Будто сквозь дрему девушка еле различала крики, слабо и прерывисто доходившие до ушей. Она была в безопасности. Под покровом все того же сна Лия ощущала объятья; чувствовала, что державший ее мужчина оберегал ее. Девушка еще сильнее прижалась к Куркану.

Ишакан на мгновение остановился и посмотрел на Лию, затем бросил взгляд в ту сторону, откуда кричал Бён. Король глазами указал куда-то наверх, и на его лице появилась ухмылка. Принцесса услышала, как над их головами зашуршали листья.

Девушке было любопытно, и она хотела посмотреть на источник звука. Однако тяжелая голова не слушалась. С зельем в теле Лие не удавалось нормально контролировать тело, а лихорадка все продолжала усиливаться. Принцесса сдержанно заерзала от некоторого дискомфорта.

Вдобавок к ощущению жжения, которое с недавнего времени поселилось в девушке, нижняя часть ее тела онемела. Щекотливо-покалывающее чувство то и дело волнами накатывало на принцессу. Не в силах избавиться от этого досаждающего ощущения, она корчилась в муках, пытаясь найти выход. С трудом ловя ртом воздух, Лия беспрерывно крутила бедрами. Ей казалось, что она умрет, если сейчас же не даст выход пламени, горевшему внутри.

Ишакан посмотрел на девушку сверху вниз и прищелкнул языком.

– Подожди немного. Иначе мы закончим тем, что займемся этим на глазах у людей твоего жениха.

Он прикусил покрасневшую шею Лии.

– Мне все равно.

Слова, слетевшие с губ девушки, не были пустыми. Она точно не шутила. Ишакан рассмеялся. Ему, без сомнения, было под силу исполнить ее желание.

Принцесса в спешке замотала одурманенной головой. Улыбнувшись, Ишакан тихо фыркнул, поцеловал Лию в лоб и продолжил идти.

Девушка полностью доверила ему свое тело. Каждый раз, когда Лия моргала, окружающая обстановка быстро сменялась одна за другой. Через некоторое время яростные крики Бёна уже не были слышны. Музыка из банкетного зала также больше не достигала их ушей. Никаких лишних шумов. Только тихий, умиротворяющий стрекот цикад в траве и пение ночных птиц раздавались в воздухе.

Когда принцесса снова закрыла и открыла глаза, она оказалась в незнакомом месте.

Воздух пропитал аромат свежих цветов. Тонкий и густой, словно сливки, он щекотал нос. Еще нераскрывшиеся верхушки цветов были окрашены в розоватый оттенок, а уже распустившиеся бутоны колыхались от легких потоков воздуха. Их белые лепестки весело трепетали на ветру.

Великолепный вид тубероз в лунном свете был невероятно прекрасен. В Эстии Лия прожила всю свою жизнь и видела множество привлекательных мест во дворце. Однако здесь она никогда не бывала. Все было таким странным и непривычным, что казалось сном.

Ишакан осторожно опустил Лию на землю.

– Хорошее место, чтобы покурить, и цветы здесь красивые. – пробормотал он.

Услышав, как мужчина произнес это таким тоном, Лия почувствовала тепло, разливающееся внутри. Голос Ишакана, заявивший, что он пришел сюда из-за красивых цветов, был усладой для ушей девушки. Ведь Лие тоже нравился свежий и тонкий аромат тубероз. Однажды она даже попросила садовника посадить их в королевском саду.

По какой-то причине туберозы в этом углу дворца, в хаотичном порядке рассыпанные по земле, были красивее тех, которые садовник старательно взращивал всем сердцем и душой. Принцесса чувствовала, что вот-вот опьянеет от запаха цветов, растущих здесь повсюду.

Ишакан сбросил пальто. Длинный ряд замысловатых пуговиц на его одежде лопнул от одного движения руки. Инкрустированные драгоценными камнями застежки, мерцая словно звезды, рассыпались по цветнику.

Дорогая изысканная одежда, которой некий ремесленник, должно быть, посвятил долгие часы и в которую вложил так много сил, теперь лежала скомканной на земле. Ткань, вероятно, испачкается в траве, но Куркан не выказал никакого беспокойства по этому поводу. Мужчина расстелил пальто и усадил на него Лию.

Его руки быстро завернули подол платья, обнажая белые ноги.

– … – Он нахмурил брови.

Ишакан осторожно обхватил руками лодыжки Лии. Ее чулки были изорваны в клочья и испачканы грязью и кровью. Мужчина вздохнул и принялся нежно поглаживать икры девушки.

– Ты должна была хотя бы приказать мне отрезать ему ноги. – пробормотал он.

В глазах короля отражалась смесь разнообразных эмоций. Приподняв брови, Ишакан с несколько сердитым выражением лица поднял платье принцессы до уровня бедер.

– Благодаря тебе я стану самым терпеливым Курканом в мире, – заявил он, прежде чем сильнее задрать юбку и дать девушке подол.

– Держи.

Лия сделала, как ей было сказано, и обеими руками вцепилась в платье. Прохладный ветерок ласкал разгоряченную кожу.

Внезапно принцессу осенило – она действительно собиралась заняться сексом на улице!

Глава 42. Вкусно (2)

Во время каждого банкета бесчисленное множество людей зачастую пряталось в саду, чтобы насладиться уединением. Лия иногда выходила на улицу, желая насладиться ночным бризом, и не раз бывало так, что она была вынуждена в спешке отворачиваться, став свидетельницей страстных криков.

– Здесь уже и так много людей, что занимаются этим. Так что мы даже не будем выделяться.

Неужели он только что догадался, о чем думала Лия?

Конечно, для принцессы мысль, что их могли застать была ужасающей. Но еще более шокировал факт того, что она вообще согласилась заняться чем-то подобным. Ведь это действительно так...

– Почему? Потому что так ведут себя животные? Так говорит придворный этикет Эстии? Хотя… Думаю, это недалеко от истины, ведь сейчас ты занимаешься этим именно со зверем.

Лия размыкала и смыкала губы, смотря на мужчину затуманенным взглядом.

“Как он узнал? Неужели Ишакан смог прочитать все мои мысли?”

– Я их не читал. Ты говоришь все вслух. Похоже, ты совсем опьянела от наркотика.

Куркан слегка прикусил ее подрагивающие губы.

– Видимо, зелье довольно сильное...

Рука Ишакана долго ласкала икры принцессы, потом схватилась за бедро. Изящные пальцы давили так сильно, что казалось еще чуть-чуть и кожа попросту лопнет. Лия была готова почувствовать неимоверную боль. Однако, вопреки ожиданиям, ее окутало удовольствие. Внутренняя сторона бедер девушки дрожала от странного возбуждения. Между ног зудело неимоверно сильно, и Лия думала, что больше не выдержит. Она сглотнула и уставилась на мужчину перед собой.

Принцесса знала, какое удовольствие он ей доставит. Талия инстинктивно задрожала, стоило девушке представить, как она почувствует его длинные пальцы глубоко внутри себя и как они будут двигаться, возбуждая еще больше. Сотрясаясь и вздрагивая, Лия неосознанно немного раздвинула ноги.

Ишакан, молча наблюдавший за ней, усмехнулся:

– Ты думаешь, этого достаточно? Раздвигай шире.

Принцесса теряла терпение. Внутри все так зудело, что она сходила с ума. Девушка широко раздвинула ноги, в надежде, что Куркан поскорее прикоснется к ней. Вслед за ее действием, Ишакан поцеловал Лию в область чуть выше колен и похвалил:

– Вот так. Умница.

Взгляд мужчины устремился к самой глубокой точке между ног принцессы. Прямой и откровенный он казался почти осязаемым. Лия поджала пальцы ног, не в силах вынести предвкушения. Возбуждение усилилось.

Без ведома девушки нижняя часть тела уже стала влажной. Она так сильно намокла… Как только осознание данного факта достигло разума, щеки принцессы заалели. Покрасневшей Лие казалось, что она в любой момент могла взорваться.

Девушка прикусила губу и прошептала:

– И..Ишакан.. я.. я чувствую себя так странно...

Глаза, смотревшие вниз, снова поднялись. Золотистый цвет вокруг зрачков стал глубже. Ишакан уложил Лию поудобнее.

– В каком плане странно? – со знанием дела спросил озорник.

– Ухх, хааа...

Принцесса закрыла глаза и подавила стон. Ее тело возбуждалось и разгорячилась даже от малейшего прикосновения нежной ткани одежды к коже. Внутри все сжалось. Лия чувствовала, как горячая жидкость капала и стекала по бедрам. Ей казалось, что если так пойдет и дальше, то она умрет .

Последующие слова принцессы прозвучали как рыдание:

– Внизу… Внизу странное ощущение…

– Какое?

– Там мокро...и вода продолжает выходить...

Мужчина сорвал с девушки нижнее белье. Кусок влажной ткани упал на белую туберозу. Ишакан крепко сжал бедра Лии обеими руками, чтобы та не могла сдвинуться с места, и просунул голову между ними.

– Да тут потоп.

Принцесса вдруг забеспокоилась. Влажное состояние девушки Куркан описывал так, будто та была прорвавшейся плотиной. Это заставило Лию волноваться. Что если незнакомый наркотик мог как-то испортить ее тело?

Ишакан усмехнулся:

– Ты хочешь, чтобы я это прекратил?

Лия не могла точно определить, кивнула ли или умоляла его сделать это. Она пыталась прийти в себя, а Куркан тем временем медленно опускал голову все ниже и ниже. Девушка почувствовала, как горячее дыхание обдало ее лоно. Широко раскрыв глаза, она вскрикнула:

– Агх!

Нежная и слегка твердая плоть лизнула принцессу снизу. Именно то место, где жар, казалось, достигал температуры раскаленного железа. Куркан напряг язык и лизнул еще раз и еще. Он словно хотел подробно исследовать то место, распробовать его на вкус. Затем мужчина двинулся чуть выше и стал посасывать клитор. В ответ на ласковое, теплое стимулирование тело девушки изогнулось.

Бедра Лии лихорадочно пытались подпрыгнуть, но, из-за крепко сжимающих их рук, не сдвинулись ни на дюйм. Мужчина продолжал атаковать ее лоно языком. В воздухе раздавались влажные звуки, слюна Ишакана смешивалась с соками принцессы. Все это сопровождалось частым и тяжелым дыханием Лии.

– Ах..ах.. Н-нет… Стой...

Это ощущение выходило за рамки. Чувство исступления, пробужденное Курканом, граничило с болью. От невозможности больше выдерживать эту пытку, на глазах Лии проступили слезы. Однако Ишакан не остановился. Его безжалостная, неумолимая атака продолжалась, он проникал языком внутрь, потом снова лизал.

Средний палец скользнул по гладкой поверхности лепестков принцессы, затем раскрыл их и неспешно погрузился внутрь. Вставляя палец, мужчина не оставил без внимания набухший клитор и лизнул его.

Чавкающие и хлюпающие звуки раздались, когда Куркан согнул вставленный палец под небольшим углом и медленно повел им несколько раз вперед-назад. Влажные стенки влагалища плотно сжимали инородный объект, словно показывая, что они именно этого и ждали.

– Хуф, ха… Н-нет, вынь, пожалуйста, пальцы...!

– Это лишь один палец и тебе трудно даже с ним?

Ишакан снова стал посасывать ее лоно, вызывая еще больше влажных, чавкающих звуков. Он удовлетворенно улыбнулся.

– Я собираюсь вставить кое-что побольше, поэтому обязательно нужно расширить тебя.

Теперь уже несколько пальцев Ишакана двигалось быстро и резко внутри девушки. Грубые рывки снизу сопровождались постоянным движением мягкого языка и посасыванием сверху. Внезапно Лия увидела иллюзию молнии, вспыхнувшей прямо перед глазами.

Обнаженная кожа девушки была такой горячей, что накалилась докрасна. Не в силах сдержаться, принцесса, чуть не плача, громко выкрикнула имя мужчины:

– И-Ишакан… Ах, аах!

Он вонзился пальцами глубоко внутрь. Девушка, запрокинув голову, издала полу-крик полу-стон. Она согнулась, и низ живота задрожал в конвульсиях.

Кульминация была долгой и такой сильной, что разум принцессы опустел. Ощущение, которое яростно поразило тело, не утихало легко. Внутри все содрогнулось, и из Лии брызнул любовный сок.

Мужчина медленно вытащил пальцы из ее мокрой дырочки. И вслед за ними потянулась липкая нить. Облизнув один палец, Ишакан рассмеялся:

– Очень вкусная.

Читать далее

Глава 43. Две фигуры, нежащиеся в лунном свете (1)

В обычном случае, услышь Лия его непристойное заявление, возможно, покраснела бы. Такие эротические слова определенно заставили бы ее неприятно вздрогнуть в смущении. Однако сейчас принцесса совершенно не могла как-либо отреагировать. И в этот самый момент она лишь невидяще смотрела в одну точку.

Казалось, всепоглощающее удовольствие от интенсивной атаки Ишакана притупило все функции в мозгу, превратив его в размятый пудинг. В ослабленном состоянии девушка могла лишь бессильно хвататься дрожащими руками за подол платья.

Алые отпечатки ладоней украшали бледные бедра. Ишакан, все еще не насытившись, с силой втянул плоть принцессы между губами, оставив еще одну яркую отметину.

Он действовал так дико и неистово. Теперь всю внутреннюю сторону бедер девушки усеяли его отметины.

И они несли в себе четкий смысл.

Ты моя.

Измученная и совершенно беспомощная, Лия вдруг отпрянула. Пока мужчина продолжал растлевать ее, глаза принцессы случайно наткнулись на это. Король дикарей держался за орган, который только что вытащил из-за пояса брюк.

Видя такого огромного монстра, даже с затуманенным наркотиками сознанием, девушка почувствовала себя неловко. Она подумала, что ей будет довольно трудно принять его, а может и вовсе непосильно.

Толстый ствол обрамляли выпуклые сосуды насыщенного винного оттенка. Налившийся кровью конец полового органа заметно пульсировал. Открытая головка члена была размером с голову молодого зверя, и сказать это – не стало бы преувеличением.

Пальцы Ишакана погладили половые губы принцессы. Затем мужчина постучал головкой толстого члена по ее входу. Такое действие, установившее между ними более тесный контакт, заставило сердце Лии забиться быстрее.

Из-за наркотика, бегущего по венам говорить было сложно. Речь искажалась, слова становились невнятными. Было практически невозможно держать все под контролем, но тем не менее принцесса боролась с тяжестью своего языка:

– Он слишком большой…Он..Он не войдет… – заикаясь проговорила она.

Смех Ишакана, прозвучавший откуда-то издалека, задел уши:

– В прошлый раз он пришелся тебе впору. Уже забыла?

Конечно нет. Девушка никак не могла забыть их горячее знакомство. Как она могла? Это был самый шокирующий опыт в жизни Лии. Однако, не увидев на ее лице никакой реакции, Ишакан пришел к выводу, что та действительно забыла.

Из его горла вырвалось тихое ворчание, и он озорно рассмеялся.

– Тогда я должен почаще вставлять его, чтобы ты не забывала.

Прежде чем Лия успела что-то ответить, Ишакан вошел в нее. Она просто не могла не вскрикнуть, когда толстый член оказался внутри. Огромное удовольствие и неизбежная боль, пришедшая вместе с ним, были ошеломляющими.

Вместить член Куркана оказалось довольно сложной задачей для тела девушки. И хотя мужчина старательно расширял лоно Лии пальцами, оно крепко сжало орган в слабой попытке вытеснить посторонний предмет.

Принцесса была настолько заполнена, что на ранее плоском животе виднелась небольшая выпуклость. Слезы, смешанные со слюной, потекли по подбородку.

В этот момент Ишакан начал немного покачиваться взад и вперед, а затем крепко схватил Лию за талию и одним рывком безжалостно протолкнул член глубоко внутрь. Орган, так бесцеремонно вонзившийся в принцессу, внезапно ударил в ее самую сокровенную часть.

На этот раз девушка даже не смогла закричать. Она только тряслась, а ее прерывистое дыхание сопровождалось короткими восклицаниями. Влажное и липкое лоно, содрогаясь, заглатывало большого незваного гостя.

– Черт возьми, Лия… – Ишакан издал гортанный стон.

Его адамово яблоко подпрыгнуло. Кипя от возбуждения мужчина дрожащим голосом пророкотал:

– Угх...ты так сильно сжимаешься…

Ноги Лии, беспомощно болтающиеся в воздухе, почти коснулись земли. Ишакан схватил ее лодыжки и приподнял их.

– Осторожнее с ногами.

Только тогда девушка вспомнила о ранах на ступнях. Процесс соития, их единение – доводили ее до сумасшествия. Принцесса слишком опьянела от возбуждения, поэтому боль ушла на самый дальний план. Куркан положил ноги Лии себе на плечи.

Когда бедра девушки приподнялись, ее талия прогнулась, что позволило платью свободно сползти вниз, открыв кожу еще больше.

Ишакан нахмурился. Возможно, причиной этому послужил тот факт, что платье было слишком громоздким. Даже когда он придерживал его руками, оно все равно мешало. Куркан не обладал терпением, достаточным для того, чтобы аккуратно развязать каждую из сложных лент и узлов на платье принцессы.

Но мужчине было необходимо снять его полностью и как можно быстрее.

Вены на руках вздулись в напряжении, готовясь избавиться от надоедливой одежды. Пальцы Ишакана зацепились за мягкий шелк и органзу и без особых усилий полностью сорвали платье с девушки.

При звуке рвущейся ткани в голове Лии промелькнула вспышка беспокойства. Однако чувство тревоги продлилось недолго и исчезло так же быстро, как и появилось.

Ишакан взял принцессу за бедра и приподнял. Ее ноги покачивались в воздухе, а тело изогнулось.

Мускулы сильно напряглись. Девушка уже было подумала, что Куркан смягчится, как вдруг он одним резким движением надавил на нее всем своим весом и начал безжалостно вколачиваться в нее.

Быстрые, тяжелые движения. Ишакан полностью выходил из девушки, а потом снова входил на всю длину. Он будто вдавливал ее в землю. Лия широко раскрыла глаза, из-за такого ярого напора по лицу потекли слезы.

Тело принцессы больше ей не принадлежало. В унисон с Курканом она раскачивалась в таком же быстром ритме. Большой член с каждым толчком пронзал живот девушки. Задыхаясь, Лия лишь исступленно моргала.

– Ах! Ах!..

Разгоряченное тело просто принимало мужчину. Девушка лежала содрогаясь, потрясенная до такой степени, что не могла пошевелиться. Беспрерывно раздававшиеся стоны принцессы служили музыкой для ушей Ишакана.

Куркан довел Лию до такой грани, что у нее просто не осталось свободного пространства для раздумий о необходимости сдерживать свои скандальные стоны, даже при том, что они были на улице и их мог кто-то услышать.

Глава 44. Две фигуры, нежащиеся в лунном свете (2)

Слишком жарко. Ишакан был подобен адскому пламени, загорелому божеству, льнущему к ней. Какой бы эпитет не подбирался, он так или иначе оказывался связан с огнем, потому что в тот момент Лия горела в безжалостном пожаре. От сильного возбуждения рот девушки открылся против ее воли:

– Е..Еще…Ахх, вот тут... угх...ммм...

– Здесь?

– Да, мхм... хорошо..т..так хорошо.

Большой член терся о ее внутренности, исследовал гладкие, горячие стенки. Каждый толчок отдавался мыслью в голове, – девушке казалось, что она сойдет с ума. Король стимулировал буквально каждую клеточку лона. Удовольствие от этих движений каскадом обрушивалось на принцессу. Словно стремительный водопад оно окатило ее всю, поскольку мужчина не пропускал ни одного потаенного места.

Хрипло дыша, Ишакан продолжил свою атаку и схватил набухшую грудь. Мозолистые пальцы скользнули по фарфоровой коже и ущипнули. Оба холмика прекрасно помещались в руках, а их выпирающеи вершины приглашали Ишакана прикоснуться к ним. Мужчина подметил состояние Лии, у него возникла коварная мысль.

Король принялся усердно натирать одновременно оба соска и быстрее закачал бедрами. Набухший орган вдалбливался в то место, где он и Лия стали одним целым, в то время как верхняя часть тела девушки подверглась нападению его пальцев.

– Аааххх, угх!

Волнующее ощущение сотрясло тело, заставляя чрево напрячься. Принцесса почувствовала, как что-то лопнуло в нижней части живота, и ее внутренние стенки содрогнулись. В результате чего телесные жидкости стремительно засочились в том месте, где была соединена пара.

Член Ишакана вонзился в самую глубокую часть тела Лии. Непрекращающийся ритм соприкосновения их плоти доказывал желание мужчины слиться с девушкой воедино. Куркарн отпустил грудь, но только для того, чтобы дотянуться до ее ягодиц и крепче прижать к себе. Теперь между ними больше не было видимых щелей. Живот и грудь принцессы оказались прижаты к мускулистому телу. Она отчаянно стонала и вскрикивала. Орган внутри нее запульсировал и увеличился в размерах. Ишакан издал глубокий стон.

Что-то теплое стало нескончаемо изливаться внутрь. Семя мужчины заполняло девушку, головка его члена подергивалась прямо у шейки матки. Руки и ноги Лии обмякли, но остались висеть на Куркане.

Ишакан наслаждался моментом. Разум мужчины пребывал в чистом блаженстве, а его орган, все еще находившийся внутри принцессы, неторопливо двигался.

Король посмотрел вниз, туда, где соединялись их тела.

Телесные жидкости и сперма смешались. Эти соки особенно выделялись на лобке Лии, поскольку там у нее практически не было волос.

Глядя на покрасневший и распухший клитор, Куркан испустил хитрый смешок. Он щелкнул по нему, заставив принцессу застонать. От этого она смогла немного прийти в себя. Девушка попыталась оттолкнуть ладонь, которая снова начала возбуждать ее.

– Ах...хи...Н-нет…

Однако Лия тут же пожалела об этом. Ишакан убрал руку. Но тут же схватил принцессу за талию. Мужчина сел на пол и усадил Лию сверху.

Член, все еще находившийся внутри, изменил свое положение и продвинулся глубже, целуя вход в матку. Куркану без проблем удалось добраться до самых глубоких частей девушки, – несмотря на то, что его орган уже не был возбужден, он все еще имел довольно большой размер.

Лия, до сих пор всхлипывавшая от последствий оргазма, опешила. Ишакан поддержал девушку за талию, чтобы та не упала назад, и притянул к себе, положив руку ей на затылок.

– Я помассирую тебе грудь. Иди сюда.

Пальцы ущипнули соски принцессы. Мужчина лизнул хнычущее лицо Лии, при этом нежно поглаживая большим и указательным пальцами набухшие вершины холмиков. Смочив губы слюной он снова лизнул ее. Язык скользнул по мокрым от слез щекам, а затем дошел до ставших ярко-красными мочек ушей. Куркан принялся кусать и посасывать их.

Белые груди оказались в руках Ишакана. Он обхватил ртом и прошелся клыками по одному соску, и тем временем слегка похлопал и нежно покрутил другой пальцами.

Лия изогнула талию и крепко схватила его за предплечье. Ногти впились в руку короля, но поцарапать твердую кожу было трудно.

Принцесса дергалась и извивалась, не в силах выдержать щекотливое ощущение. И в этот момент почувствовала, как внутри член Куркана восстановил силу и в очередной раз затвердел. Нижняя часть его тела медленно начала восстанавливать прежний напор и расширять ее стенки.

Лия чувствовала одновременно страх и предвкушение, думая о том, что мужчина снова сделает это с ней. Противореча самой себе, она уставилась на Ишакана, желая, чтобы тот трогал и гладил ее еще сильнее. Девушка увидела искорки веселья, вспыхнувшие в глазах партнера.

– Хочешь, чтобы я вбивался в тебя?

Принцесса поколебалась, потом кивнула. В этот момент сердце забилось сильнее, и она выгнула спину. Ишакан откинулся назад и ухмыльнулся. Его рука с груди скользнула к передней части живота девушки, где тот выпирал под натиском мужского органа. Изобразив беспокойство, Куркан отрицательно покачал головой. Лия изогнулась и лизнула мужчину, не обращая внимания на его действие.

– И что же мне делать, с тобой, которой так понравилось заниматься этим? Не могу же я круглые сутки входить в тебя.

Он схватил девушку за грудь с озорным выражением на лице.

– Ах, может мне надо приобрести похожую игрушку и послать во дворец.

Лия прикусила губу. Она ненавидела Куркана за то, что он постоянно говорил такие вульгарные вещи. Глаза принцессы наполнились слезами печали. Воспаленный мозг был не в состоянии отфильтровать мысли и поэтому они просто соскользнули с ее языка:

– Почему...почему ты все время говоришь такие вещи..?

Лия всхлипнула. Глаза затуманились, и казалось, что в любой момент из них могут пролиться слезы, но девушка заставляла себя сдерживать рыдания.

– Не делай этого...

“Я уже уронила свое достоинство, не унижай меня еще сильнее.”

Ишакан замолчал, и его губы слегка приоткрылись. Он непонимающе посмотрел на Лию, а потом тихо пробормотал:

– ...Хорошо.

Мягкий и нежный ответ.

Принцесса посмотрела в чистые глаза. Подобно меду, сладкие и очаровательные. В тот момент глаза, смотревшие на нее, были лишены каких-либо признаков колкости и ярости.

Ветер трепетал вокруг них, принося с собой пьянящий запах цветов. Приятный аромат вскоре наполнил ноздри девушки. Сладость взгляда мужчины и вдыхаемого запаха заставляли сердце биться сильнее. Так хорошо, неужели она заслужила это? Лия беспокоилась, что учащенное сердцебиение звучало очень громко, и Ишакан мог его услышать.

Хрупкий лепесток мягко проплыл по ветру и присоединился ко многим другим, уже упавшим на грудь Куркана. Гладкая загорелая кожа теперь была усыпана белыми лепестками. Лия немного поколебалась, прежде чем мягко смахнуть их.

– ...напоминают тебя.

При внезапном звуке голоса девушка перевела взгляд на его источник. Ишакан снял один из лепестков с ее волос и пробормотал:

– Они похожи на тебя. Эти цветы.

Сердце принцессы забилось еще сильнее. Ишакан разразился раскатистым смехом и обнял ее.

– Поцелуй меня. – поглаживая серебристые волосы попросил он.

Глава 45. Ложе из роз (1)

Лия нежно коснулась лица партнера, ее изящные пальцы мягко скользнули по лбу, медленно пробираясь вниз к острым скулам и останавливаясь у его губ.

Ишакан закрыл глаза, позволив принцессе нежно откинуть прилипшие ко лбу волосы. Тонкие пряди темно-каштановых волос тут же поддались прикосновению. Покалывающее возбуждение пробежало по телу мужчины.

Лия быстро приблизила свои губы к его. Это было легкое, нежное прикосновение – словно перышко дотронулось влажных губ мужчины... разжигая желание большего.

Ишакан нежно причмокнул губами, призывая к поцелую, и рассмеялся, когда девушка случайно поцеловала его в уголок рта.

Мужчина обхватил рукой затылок принцессы и притянул к себе. И между парой снова исчезло все расстояние, – они погрузились в дикий поцелуй.

Удивленная Лия попыталась отстраниться, но Куркан, словно предвидя реакцию, крепко держал ее, не давая сдвинуться с места.

– Ммм… – тихий стон сорвался с губ девушки.

Легкий поцелуй давно превратился ненасытный, и каждый из партнеров подпитывал огонь ненасытного плотского желания другого.

Горячий язык короля втиснулся между губ принцессы. Он исследовал ее рот, проскальзывая то по небу то по зубам. Мужчина грубо и необузданно вовлек девушку в глубокий поцелуй. Затем он облизал ее нижнюю распухшую губу и нежно прикусил.

Ишакан действовал так пылко, что у Лии закружилась голова. Девушка начала падать назад под напором поцелуя, и мужчина схватил принцессу за затылок, а другой рукой принялся мять ее зад.

Лия поколебалась секунду, а потом обняла Куркана в ответ. Ее и без того слабое осознание реальности пошатнулось – тут же утопая в подкашивающем разум чувстве. Жар, исходящий от сплетенных тел, распалял страсть; пот действовал как клей, скрепляющий пару, делающий неразделимыми.

Когда они прервали поцелуй, взгляд Ишакана больше не был нежными, а его член, теснящийся в лоне принцессы, затвердел. Нижнюю часть тела девушки покалывало, и невыносимое ощущение поднималось откуда-то из глубины. Возбужденного лица Лии было достаточно, чтобы заставить короля действовать.

– Хннн, ах...Ишакан…

Единственным человеком, за которого она могла уцепиться среди пылающего восторга, был мужчина пробудивший в ней это. Оседлав волну наслаждения, принцесса выкрикнула имя Куркана и сильно укусила того за плечо, оставив следы на медной коже.

– Ах, угхх…

Ишакан, в отличие от своих остервенелых рук, исследующих все изгибы и вершины девушки, лишь слабо двигал нижней частью тела. Он как будто сдерживал себя, стараясь не напугать принцессу. Однако это имело противоположный эффект – легкие толчки сводили Лию с ума.

Одна часть принцессы надеялась, что дикарь просто возьмет ее без какой-либо сдержанности. Девушка хотела, чтобы он мучил каждый сантиметр тела и потушил пламенеющее в ней желание раз и навсегда. Если бы в тот миг жар Ишакана расплавил ее до основания, принцесса не стала бы возражать.

Куркан тоже хотел терзать каждый сантиметр тела партнерши, полностью насладиться этой жгучей похотью и найти ей выход.

Грудь Лии слегка вздрогнула, она подпрыгнула на члене Ишакана, заключив его самого в объятиях.

Мужчина откинулся назад, усаживая девушку себе на живот, чтобы не дать ей задействовать израненные стопы. Одежда, разбросанная по земле, давно превратилась в смятый беспорядок из-за их неистового союза.

Откинувшись назад, мужчина упал на ложе из роз.

Лежа там и утопая в лепестках белых тубероз, контрастирующих с насыщенным темным цветом его кожи, Ишакан походил на картину.

Лия бросила короткий взгляд на короля и тут же набросилась на него. Она обхватила затылок Куркана обеими руками и прижалась лицом к его лицу. Принцесса словно хотела вжиться в в этого человека – сама потеря прикосновения, близости с ним казалась невыносимой. Уста девушки скользнули по остро очерченным скулам, затем коснулись точеного подбородка.

Рассыпая по лицу мужчины неистовые поцелуи, Лия отчаянно пытались найти его губы. Последовал очередной шквал маленьких быстрых поцелуев. И вот, наконец определив расположение губ мужчины, принцесса просунула меж них язык. Те действия, что он совершал с ней несколькими минутами ранее запечатлелись в сознании. Девушка неуклюже попыталась повторить его движения.

Мужчина также проявлял участие. Он отвечал ей, ловко сплетая их языки.

– Ха..хух..

Исступленный восторг от упоительного поцелуя с Курканом и внутренней заполненности членом, доводили принцессу до безумия. Она инстинктивно напрягла бедра, и стала украдкой потирать клитор о его гладкий пресс. Девушке казалось, что Ишакан уже заметил, как она промокла под ним.

Лия всхлипывала и скулила.

– Внутри так зудит… – пожаловалась она.

Мужчина посмотрел на раскрасневшуюся и плачущую Лию, прижавшуюся к нему, и вздохнул.

– Ты сводишь меня с ума.

Он прикусил кончик ее носа.

– Знаешь, как сейчас выглядит твое лицо? Представляешь, насколько эротично и привлекательно?

Куркан посмотрел на Лию, которая не могла внятно ответить. Он сокрушенно вздохнул и медленно пробормотал:

– Похоже я действительно очень удачлив, раз решил покурить этим вечером. Одна только мысль о том, что ты могла показать такое лицо этому ублюдку Бён Гёнбеку, заставляет меня...

Ишакан не договорил. Тем не менее, он еще сильнее сжал Лию, а после минутного молчания холодно произнес:

– Мне следовало убить его.

Мужчина тут же начал двигать талию девушки вверх. Из-за того, что она сидела на нем сверху, член входил глубже, чем раньше. Головка врезалась туда, куда никогда не должна была попасть.

Лия беспрестанно задыхалась и терлась лицом о его грудь. Через какое-то время она уже не могла этого выносить. Ее протестующие крики пропускались мимо ушей, поэтому девушка попыталась слезть с его живота.

– Ах, слишком глубоко, угх..!

Ишакан удержал ее и с силой надавил на спину. Не имея другого выбора, кроме как снова лечь, Лия крепко прижалась к нему.

– Куда это ты собралась?

Ишакан крепко обхватил ягодицы принцессы обеими руками. Пухлая плоть выпирала между его пальцами.

Мужчина был слишком возбужден, чтобы пытаться контролировать свою силу.

Со следующими толчками он вонзал в Лию толстый член так сильно, что можно было услышать глухие звуки ударов, свидетельствовавших о довольно жестком контакте. Мужчина подбрасывал девушку вверх и вниз, а ее тело тряслось в такт его движениям.

Глава 46. Ложе из роз (2)

– Это то, чего ты хотела. Тебе стоит вволю насытиться.

– Ххх, ах… Аах, Ишакан! .. – протестующе кричал голос Лии, в то время как разум хотел большего.

– Я должен наполнить тебя как следует, чтобы на некоторое время погасить твою похотливую жажду.

Беспомощные стоны и всхлипы девушки резонировали в тишине ночи. Звук шлепающих тел и тяжелое дыхание усилились. Глаза принцессы блестели от слез. Запрокинув голову, она смогла лишь слабо различить трепещущий лунный свет.

Лия безудержно впилась ногтями в спину Ишакана. Разум опустел; ее охватило невероятное, неописуемое наслаждение.

– Ик, хаааах! – обольстительно всхлипнула Лия и выгнула бедра.

Она кончила, и по ногам потекла любовная жидкость. В лунном свете девушка выглядела особенно хрупкой и чувственной. По ее спине пробежал холодок, а руки и ноги не переставали дрожать.

Хватка Куркана усилилась. Вместо того, чтобы остановиться, мужчина толкнул все еще возбужденный член глубже. Он слизнул слюну, стекавшую из открытых губ девушки, и слегка прикусил ее щеку.

– Сегодня я буду заполнять тебя до тех пор, пока не насытишься! – заявил король.

***

Сколько раз они сделали это?

Лия потеряла всякое подобие реальности и уже не могла точно сказать, где кончается она и начинается Ишакан. После второго раза память затуманилась. Все, что осталось, – это смутное воспоминание об их безумном союзе. Последний осколок сдержанности давно вырвался из оков, а Ишакан стал брать ее подобно зверю.

Последнее, что помнила принцесса, был собственный безумный крик, – восклицания восторженного наслаждения. Похоже, после этого она потеряла сознание.

Чтобы подготовиться к банкету, девушка не достаточно питалась. И вполне естественно, что тело не смогло справиться с таким яростным напором страсти.

***

Лия заставила свинцовые веки подняться. Ей отчаянно хотелось смочить пересохшее горло.

“Вода, мне нужна вода.”

– …

Длинный кусок колышущейся ткани привлек внимание. Занавес, расшитый замысловатыми узорами, свободно развевался на ветру. Сознание медленно возвращалось к девушке, она начала замечать окружающее. Глаза безучастно смотрели в одну сторону, словно изучая замысловатые узоры на занавесках.

Лия оказалась в тихой темной комнате. Глаза застилала дымка. Тишина была настолько напряженной, что если бы в помещении упало маленькое перышко, это можно было бы услышать.

В окно заглядывал серебристый свет идеально круглой луны. Небо украсил мир звезд. Через прозрачные стекла и сквозь призму затуманенного взгляда, Лия видела маленькие, сверкающие драгоценные камни, усеивавшие небо.

Так бесподобно.

Принцесса почувствовала, как кто-то дотронулся до ее волос. Девушка часто заморгала, пытаясь понять, то ли она все еще находилась во сне, то ли этот транс был реальностью. Тепло, игриво касающееся и нежно перебирающее волосы, успокаивало.

Через некоторое время Лия осознала, что лежит на кровати. Ее голова покоилась на теплом, твердом возвышении – точнее, в качестве подушки выступало чье-то крепкое бедро.

Мужчина, прислонившись к кровати, расслабленно курил. Рука, с зажатой между указательным и средним пальцами сигаретой, была поднята под углом девяносто градусов, а другая мягко касалась Лии.

Ишакан глубоко затянулся и выдохнул. Густой дым, последовавший за долгим дыханием, рассеялся в рассветном воздухе. Прохладный, но сладкий аромат медленно разносился по комнате.

После долгого наблюдения за движениями Куркана, Лия заерзала. Сил подняться самой у нее не было. Поэтому все, что девушке удалось – лишь слегка пошевелить головой. К счастью, мужчина, чье бронзовое бедро она использовала в качестве подушки, сразу это заметил. Золотистые глаза, до этого устремленные в далекие сумерки, повернулись к девушке.

Принцесса причмокнула губами и пробормотала:

– Воды...

Ишакан приподнял Лию и прижал к груди. Он положил сигарету в медную пепельницу, лежавшую на постели, и потянулся к прикроватному столику.

Мужчина взял кувшин и набрал в рот воды. Посмотрев на пересохшие губы, он поцеловал девушку и начал медленно вливать жидкость ей в рот. Принцесса жадно глотала прохладную воду. Она выпила все до последней капли. Ее глаза задержались на Куркане, прося большего.

Ишакан снова тем же способом напоил Лию. После утоления жажды к ней наконец стали возвращаться некоторые чувства. Однако в теле по-прежнему не было сил, а разум все также застилал туман. Принцесса чувствовала себя так, словно кто-то постоянно тыкал в ее голову маленькой иглой. Восприятие было искажено, все плыло перед глазами.

– У меня кружится голова... – кротко сказала она.

Как только девушка заскулила и замотала головой, Ишакан пропустил что-то сквозь ее губы:

– Не глотай, просто подержи несколько секунд во рту, а потом выплюни... Да, именно так.

Сигаретный дым мягко заполнил рот, и, что интересно, как только прохладный аромат проник в ее влажную полость, боль исчезла. Постепенно утихло и головокружение.

Лия захотела проглотить дым, но сил на это не нашла, поэтому просто подержала его во рту и выплюнула, как ей и велели.

– Молодец. – Ишакан одарил девушку легким поцелуем.

Принцессе понравилось ощущение прохлады, и она пожелала попробовать еще. Лия снова открыла рот, но Куркан категорично убрал сигарету.

– Нет. Даже лекарство в больших количествах – яд. – отверг безмолвную мольбу успокаивающий голос.

Девушка с грустью посмотрела на мужчину, и теплая рука накрыла ее глаза. Глубокий, низкий голос короля звучал как колыбельная:

– Теперь с тобой все будет в порядке.

Одно это утверждение волшебным образом успокоило принцессу.

“Да, все будет хорошо.”

Она закрыла глаза, прячась в темноте его ладони.

Сонливость преградила ход мыслям. Лия медленно погрузилась в глубокий сон.

Глава 47. Я ждал Тебя (1)

Первые лучи солнца пробрались сквозь окно и дотянулись до спящей принцессы. Упоительно спокойная и мирная обстановка, свободная от хаоса и суматохи, соблазняла Лию остаться в этом месте навсегда. Погруженную в сладкий сон, ее совершенно не заботил внешний мир.

Для того, кто в последнее время не имел возможности нормально поспать, спокойствие девственной тишины было лучом спасения.

Через некоторое время девушка наконец вернулась из царства Морфея.

– … – Спросонья Лия чувствовала себя дезориентированной.

Она потерла глаза, пытаясь стряхнуть остатки сонливости.

“Ах!”

Поднести пальцы к глазам оказалось все равно, что двигать горы. Конечности вопили в унисон, невыносимая ноющая боль сковала мышцы. Было так больно, что при каждом движении принцессе казалось, будто она слышит похоронный звон колоколов.

Некоторое время Лия боролась, но, смирясь с яростными протестами своего тела, упала обратно на кровать. От резкого движения постельное белье резко приподнялось, а затем упало вниз. Прохладные пуховые одеяла успокоили тело.

Внезапно поняв, чем прикрывается, девушка широко раскрыла глаза. Мягкая элегантная ткань на самом деле была шелковой, выкрашенной в темно-синий цвет. Серебристый блеск на одеяле, указывал на наивысшее качество. Кроме того, несмотря на то, что покрывало было тонким, оно согревало принцессу.

Замысловатый узор из цветов и венков ночных георгин был расшит золотыми и бронзово-коричневыми нитями. На кромке две полосы волнообразных узоров очерчивали цветочный орнамент. Также в вышивку были искусно вставлены изображения веток и листьев, что гармонировали с георгинами.

Излишне говорить о том, что узор экзотический и совершенно незнакомый Лие. Он не был создан в Эстии.

Море цветов индиго и золота вокруг заставило принцессу удивленно заморгать. Она медленно осмотрелась.

Над ней возвышался изящный балдахин кровати, а на темном потолке были вырезаны фигуры диких лошадей и георгины. Позолоченный ободок окружал края того места, где потолок встречался со стенами глубокого небесно-голубого оттенка.

Оглядевшись, принцесса увидела на стенах тоже тот же узор, что и на одеяле – на их поверхности она обнаружила тонкие завитки. Сбоку от девушки висела скульптура в виде лошадиной головы, нависшей над круглым столом из красного дерева.

Неподалеку от него виднелось огромное окно, простиравшееся от пола до потолка. Большие лиловые шторы были задернуты, чтобы скрыть свет. Правда некоторые лучи все же сумели проникнуть внутрь и осветить мягкий бархатный ковер.

Понаблюдав за уникальным цветом и узорами комнаты, Лия постепенно пришла к осознанию того, что на самом деле находится внутри королевского дворца Эстии. Однако комната, в которой она находилась, была оформлена в курканском стиле. Скорее всего, именно так королевский дворец, из вежливости, украсил комнаты, где остановились гости из пустынь.

“Но почему я здесь?”

Лия безучастно посмотрела на емкость, стоявшую на столе, откуда исходил приятный аромат. Прищурившись, она поняла, что источником запаха оказался не кто иной, как табак, который обычно курил Ишакан.

Принцесса попыталась подойти поближе, но остановилась, почувствовав исходящую от ступней боль. Подтянув одеяло вверх, она увидела обмотанные бинтами ноги. Картина конечностей, тщательно завернутых в льняную ткань от подошв до тонких лодыжек, поспособствовала тому, что вскоре сознание девушки стали поражать обрывки воспоминаний.

“Так...Я выпила вино,предложенное мне Бён Гёнбеком, и…”

Она постепенно восстанавливала порядок событий вчерашнего вечера, и тут ее челюсть медленно поползла вниз, – до девушки наконец-то дошло воспоминание о том, что произошло между ней и Ишаканом. Щеки принцессы мгновенно покраснели; казалось, они вот-вот вспыхнут огнем. Лия схватила наволочку и смущенно спрятала лицо.

– Ааа...

Когда раздумья о вчерашнем промелькнули в голове, девушка пожалела, что вообще вспомнила об этом. Ее привели в смятение и ужас мысли о том, как непристойно она цеплялась за Ишакана, плача и умоляя того о помощи. О том, как во время занятий любовью ее рот извергал беспардонные и постыдные слова.

Увы! Принцесса вела себя как зверь, потому что потеряла самообладание под воздействием зелья.

Лия вцепилась в ни в чем не повинную подушку. Как бы она ни сожалела о том, что произошло той ночью, сделанного не исправить.

– …

Принцесса осторожно согнула ноющие ноги. Пульсирующая боль служила ярким напоминанием о том, как Ишакан неистово овладевал ею. Бронзовая кожа, скользящая вдоль ее тела, гладкая текстура его пульсирующих мышц и ритмичное движение нижних частей, шлепающих друг о друга в момент максимального единения – все воспоминания о диком романе будоражили нервы и отдавались болью в конечностях.

Лия не была уверена, но предположила, что некоторые части ее тела, вероятно, опухли. Она намеревалась спокойно стерпеть боль, но чувство безнадежности медленно закрадывалось в душу...

Судя по свету, падавшему из окна, полдень уже наступил – солнце висело высоко в небе. Девушка предположила, что половина утра попросту канула в лету. Затем пришло осознание того, что из-за ее отсутствия во дворце, возможно, уже подняли шум. И хуже всего – она не имела представления, как все уладить.

Пальцы принцессы пробежались по волосам, разделяя их на пробор. Без особой энергии пытаясь упорядочить роящиеся в голове мысли, девушка шумно выдохнула.

Первое, что необходимо было сделать – вернуться в главный дворец.

Рука едва могла двигаться, ее ломило от боли, но Лия заставила себя потянуть за веревку, свисавшую с балдахина кровати. В ответ раздался звонок, и, после слабого стука, открылась дверь.

Появившаяся женщина была довольно крупного телосложения. По сравнению с ней проход казался совсем маленьким. Высокий рост, мускулистость, сильно загорелая кожа и широкие плечи – все это было характерно только для Курканов. Женщина низко опустила голову и вежливо поздоровалась с Лией.

В ответ девушка посмотрела вошедшей прямо в глаза.

– Рада познакомиться с вами, принцесса. Я – личный страж Ишакана. Можете звать меня Дженин.

Взгляд Лии скользнул по женщине, стоявшей перед ней. Принцесса не видела ее во время приветственного банкета и конференции для Курканов. Тем не менее, пусть и не появлялась на публике, но, будучи личным стражем, Дженин должна была обладать высоким статусом.

К удивлению Лии, женщина ответила ей таким же любопытным взглядом. Лишь по прошествии некоторого времени Дженин, откровенно наблюдавшая за девушкой, осознала грубость своих действий. Взволнованная, она поспешно извинилась перед принцессой:

– Простите, что так пристально смотрела. Это было невежливо с моей стороны. – на грубом лице женщины появился красноватый оттенок. – Меня просто поразило то, что у Вас такая белая кожа и маленькое телосложение.

Такое примечание, последовавшее за извинением, тоже сочли бы грубым в Эстии. Однако для Лии эта откровенность показалась довольно приятной, поэтому она мягко улыбнулась в ответ.

Действительно, принцесса была меньше среднестатистической женщины. Более того, бледный цвет ее лица выглядел довольно необычным, особенно в сочетании с серебряными волосами. Для Курканов Лия больше походила на стеклянный манекен, чем на человека.

– Прошу прощения. Прошу простить мою неучтивость, – искренне выразила раскаяние Дженин.

– Все в порядке. – настояла Лия и махнула рукой беспрестанно извиняющейся женщине.

Дженин робко подошла к кровати и осторожно поставила на нее поднос, что до этого находился в ее руках.

– Я принесла Вам легкий завтрак, – сказала она, опустив голову.

Именно в этот день Лия обнаружила несоответствие между культурой эстийцев и Курканов. Поднос, над которым возвышалось множество деликатесов, с одним только ассортиментом хлеба высотой в три яруса, оказался определением легкой еды у Курканов.

Увидев перед собой кулинарное зрелище, принцесса украдкой вздохнула. Затем она нерешительно потянулась к верхней буханке, боясь, что одно неверное прикосновение – и изящно балансирующие батоны рассыплются.

– Вот Ваши напитки… Правда я не знакома с вашими предпочтениями, поэтому приготовила только эти… Это Вам на десерт...

Стаканы, поставленные женщиной на стол, полностью заполнили небольшое пространство. Тот, что стоял на краю, мог в любой момент упасть и разбиться, тем самым расплескав все содержимое. Лия протянула руку с целью спасти его от грозящего падения.

Факт того, что девушка взяла только один стакан молока, поразил Дженин.

– Мне этого достаточно.

– Да??

Из-за шокированной реакции Курканки на ее выбор съесть такое скудное количество пищи, Лия отправила в рот еще один фрукт. Наблюдая за трапезой принцессы, женщина неловко заерзала. Она осторожно повысила голос, словно опасаясь:

– Вам не нравится? Хотя я приготовила эстийскую еду...

– Я просто мало ем. – коротко ответила Лия.

– ...

Выражение лица Дженин стало еще более озадаченным. У нее возникли опасения касаемо того, не пыталась ли принцесса заморить себя голодом. Лия слегка улыбнулась, словно прочитав мысли Курканки. В то же время она, похоже, выяснила, почему Ишакан предпочел не выставлять Дженин на всеобщее обозрение.

Трапеза Лии быстро закончилась: кусок хлеба, стакан молока и несколько фруктов. Собирая посуду, женщина украдкой поглядывала на принцессу, размышляя про себя, не захочет ли та съесть еще.

Однако решимость Лии не поколебалась. С ее точки зрения она и так уже съела слишком много.

Пока девушка смотрела на убиравшую посуду Дженин, она обратила внимание на татуировку на тыльной стороне ее руки. Присмотревшись, принцесса отметила, что рисунок тянулся до предплечья, прикрытого рукавами.

Лия вдруг вспомнила Ишакана, в особенности его тело, на удивление лишенное каких-либо татуировок.

Глава 48. Я ждал Тебя (2)

Глубоко погруженная в свои мысли, Лия не осознавала, что слишком долго смотрела на замысловатый рисунок чернил на коже Дженин. Заметив восхищение принцессы, женщина закатала рукава, позволяя той лучше разглядеть татуировку.

Показав свое предплечье, она обратилась к Лие:

– У меня только одна татуировка.

К счастью, Курканка не сочла любопытство девушки грубым.

Лия на мгновение колебалась, – обдумывала, будет ли приемлемо спрашивать об этом женщину, стоявшую перед ней. Но в конечном итоге решилась и высказала сомнение касаемо интересовавшего ее факта:

– Раньше я думала, что у всех Курканов есть татуировки, но оказалось, что у вашего короля их нет.

После этих слов щеки девушки вспыхнули от смущения. Такое утверждение звучало равносильно признанию того, что она уже видела Ишакана обнаженным во всей его красе. Но, к счастью, Дженин осталась безразлична и, похоже, вовсе не думала о ситуации в этом ключе.

– Да, у короля Ишакана вообще нет татуировок.

Глаза Дженин сверкнули обожанием. Ее тон был полон гордости за Курканского короля:

– Это означает, что он никогда не проигрывал.

Лия знала истории о том, что Курканы силой определяли свой ранг. Но впервые услышала, какое значение имеют для них татуировки. И теперь, она выяснила что Ишакан никогда не проигрывал битв...

Новость была удивительной, но почему-то казалась разумной. Оказаться пораженным… это совершенно не подходило Ишакану. Ему больше подобало сидеть на самом высоком троне и победоносно смотреть на всех сверху вниз. Лия вспомнила дерзкие золотистые глаза:

– Вчера король помог мне.

Охваченная стыдом, принцесса схватила одеяло и продолжила медленно говорить:

– Пожалуйста, передайте ему мою благодарность.

– Всенепременнейше. – Дженин впервые улыбнулась.

С нарастающим беспокойством Лия быстро сменила тему:

– Не могла бы ты принести мне одежду?

– Конечно, принцесса. У короля появилась какая-то работа, поэтому его сейчас здесь нет. Я провожу вас во дворец.

Лия размышляла над тем, что было бы лучшим выбором: отправиться во дворец с Дженин или позвать сюда служанок. Оба сценария ужасны. Но последний, казалось, был немного лучше, поскольку все стало бы выглядеть так, словно принцесса посетила Ишакана не в одиночку. Однако среди прислуги были и те, кто боялся Курканов.

Даже графиня Мелисса испугалась, когда столкнулась с Ишаканом. Поразмыслив несколько минут, Лия решила не беспокоить служанок просьбой прийти к ней, и вместо этого сделала выбор в пользу посещения дворца вместе с Дженин.

С помощью Курканки девушка смогла одеться надлежащим образом. Хотя королевская стражница и была несколько неуклюжей, – скорее всего, не привыкшей прислуживать такой маленькой принцессе, как Лия, – она старалась изо всех сил.

Дженин помогала девушке надеть мягкое платье. И в то же время, пусть и не обладала даром легко завязывать разговор, старалась поговорить с ней.

Так Дженин пыталась заставить Лию чувствовать себя более комфортно рядом с ней и, с другой стороны, хотела составить благоприятное впечатление о курканских женщинах. И, судя по спокойствию и доверчивым движениям принцессы, похоже, ей это удалось.

Как только девушка оделась, Дженин тут же обхватила ее за талию, чтобы поддержать.

Поскольку Лия не могла ходить с царапинами и ранами на ногах, стражница короля решила понести ее на руках: одна – под ногами, а другая поддерживала спину. Так, обычно, жених несет свою невесту.

– Прошу прощения, принцесса.

Пораженная, Лия закатила глаза, но в одностороннем порядке решила, что лучше всего опереться на Дженин. Они направились прямо к карете. Принцесса была благодарна за огромную поддержку со стороны стражницы.

Во время поездки в экипаже, когда окружающая обстановка начала меняться, Лия ушла куда-то в себя и отдалась потоку бесцельных раздумий. Но по мере приближения ко дворцу, она принялась размышлять о проблемах, которые до сих пор отодвигала в сторону.

В душу закралось неприятное чувство; смутные очертания замка, виднеющегося поодаль, вызвали внутри неосязаемое чувство страха.

Когда карета остановилась, Лию охватило непреодолимое желание не выходить. В итоге подавив желание остаться, она открыла дверцу и вышла из кареты. Как и следовало ожидать, стоило ногам коснуться земли, их пронзила боль. Однако принцесса продолжила идти – сейчас саднящие раны волновали ее в последнюю очередь.

Девушка посмотрела на богато украшенный вход. Шероховатые известняковые стены, покрытые специальным лаком, блестели на солнце.

С обеих сторон вход охраняли скульптуры предыдущих монархов, установленные на постаменты; в далекие времена целые поколения художников работали над созданием этих статуй. Фонтан перед зданием, рядом с которым остановилась карета, величественно изливал несколько прозрачных струй, выходивших из центра и образовывавших красивые арки. Солнечные лучи ловили капли и делали их похожими на алмазы, падающие в водный бассейн. Идеально подстриженные живые изгороди, превращенные в изображения различных животных, аккуратно очерчивали периметр въезда.

Несмотря на все это, красота дворца особо не утешала принцессу.

– …

В Лие возросло какое-то зловещее чувство.

“Что-то не так” – когда карета остановилась перед крутой лестницей, кто-нибудь должен был выйти и поприветствовать ее.

Однако, вопреки ожиданиям, девушку никто не встречал.

Лия поспешно вошла внутрь.

Во дворце было жутко тихо. Пока принцесса быстрым шагом шла вдоль молчаливых коридоров, тревога продолжала нарастать и бурлить в ней. Казалось, рядом не было ни души.

Дженин, шедшая позади, настороженно произнесла:

– Ваше Высочество, в гостиной наверняка кто-то должен быть.

С этими словами они направились туда. Прихрамывая, Лия подошла к открытой двери комнаты и замерла.

А остановиться девушку заставила приветствовавшая ее публика. Все, от служанок королевского дворца до кухонных разнорабочих, собрались в гостиной.

Однако Лию обескуражили не сами слуги, а человек, сидевший перед ними и пивший чай в одиночестве.

Возможно, он излучал зловещую ауру, или же роль сыграл его мерзкий характер, но человек в центре вселял страх, отчего окружающие люди дрожали в испуге.

Со своего места Лия видела, как тряслись слуги, прижав головы к груди, словно совершили тяжкий грех.

Парень лениво положил руку на спинку дивана и открыл рот:

– О, а ты довольно рано. – его сверкающие голубые глаза сузились, посмотрев на Лию. – Я ждал тебя, сестра.

Похоже, появление девушки не осталось незамеченным – Блейн ждал ее.

Глава 49. Безжалостный и Жестокий (1)

Лия почувствовала тошноту. Ей с трудом удавалось сдерживать подступающую к горлу желчь. Конечно, девушка предполагала, что скоро Кердина позовет ее.

Однако для Лии оказалось полным шоком, что Блейн уже довольно долго ждал ее. Парень покрутил чашку с уже остывшим чаем. На элегантном столе из красного дерева остались крошки от закусок и пирожных.

Принц холодно посмотрел на Лию. Он тщательно изучил ее с головы до ног и отметил, что та была одета в курканскую одежду. Девушка ощутила оценивающий взгляд, и это заставило ее неловко поерзать на месте.

“Ну почему из всего возможного времени я должна была столкнуться с ним именно сейчас?”

Лия крепко вцепилась в платье. Ее собственная одежда была разорвана в клочья, так что у нее не оставалось выбора, кроме как надеть то, что принесла Дженин.

Блейн перевел взгляд на стражницу, стоявшую за спиной принцессы. Та лишь коротко кивнула ему и застыла с пустым выражением лица. Принц усмехнулся в ответ на неуважительное приветствие. Он почувствовал себя крайне униженным и осмеянным эскортом, положение которого, по мнению парня, было намного ниже его собственного.

– Теперь я точно знаю, что ты с ними регулярно общаешься.

Лия подняла глаза и тихо прошептала:

– Мне лишь нужна была их помощь

Блейн медленно поднялся с дивана и подошел к принцессе.

– Какая помощь?

– ...

*ХЛОП!*

Запачканная закусками рука Блейна ударила Лию. На щеке начала образовываться отметина от шлепка.

– Расцениваю твое молчание как попытку дерзить мне. Я спросил, за какой помощью ты к ним обращалась.

Лия подняла глаза и встретилась взглядом с Блейном. Место, куда он ударил, на удивление, совсем не ныло. Вместо этого ее грудь поразила острая пульсирующая боль, но девушка искусно игнорировала недуг.

Лия моргнула, глядя Блейну прямо в глаза, и отодвинула его руку. Это заставило кронпринца нахмуриться. Явный протест и грубый отказ девушки ответить на вопрос разозлили его. Парень снова поднял руку.

Лия задела его гордость, и он нисколько не собирался это терпеть.

В преддверии очередной пощечины, девушка закрыла глаза и стала ждать. Однако вокруг все стихло, и боли от грязной руки так и не последовало.

Лия медленно открыла глаза, приветствуя тишину. Перед замахнувшимся и собиравшимся ударить Блейном стояла Дженин и крепко держала его руку.

– Ты – единственный, кто ведет себя невежливо!

Блейн нахмурился и попытался высвободить руку, однако твердая хватка не позволила ему вырваться. В этот момент, в сравнении с мускулистой великаншей Дженин, Блейн казался просто слабым ублюдком. Силы покинули его. Он был совершенно беспомощен.

Несмотря на присутствие будущего короля Эстии, Дженин не выказывала ни малейшего признака подчинения. Угождать ему было совершенно бесполезным усилием. У женщины не было для этого ни причин, ни желания. Она лишь молча посмотрела на Блейна и сжала его запястье.

– Будь осторожен. – предупредила она.

Хватка на запястье парня разжалась, и женщина предостерегающе посмотрела на него.

– ...

Блейн, глядя на Дженин, помассировал руку. Если бы взглядом можно было убить, женщина бы уже умерла. Принц пылал яростью и ненавистью ко всем Курканам. Причину тому объясняло их неповиновение и его неспособность что-либо сделать.

К разочарованию парня, Дженин осталась невозмутима. Ее спокойное отношение подпитывало его злобу еще больше. Блейну понадобилась легкая мишень, чтобы выплеснуть свой гнев.

Принц метнул взгляд в ту сторону, где выстроились дрожащие от страха слуги, и, словно змея, заскользил по ним глазами. И вот он нашел, что искал.

Несчастная жертва, сын *швейцара, чье маленькое дрожащее тельце пряталось углу. С грубой силой Блейн дернул ребенка за воротник, схватил его за ноги и швырнул через всю комнату. Прежде чем кто-либо успел среагировать и остановить принца, хрупкое тело бедного мальчика оказалось подброшено в воздух.

*БАМ!*

Голова ребенка с силой ударилась о край стола, а тело рухнуло на пол. Красная жидкость запятнала стол, а из раны тут же потекла кровь.

– Аааа!!! – Среди служанок раздался крик ужаса.

Потрясение вернуло Лию в чувство. Ребенок лежал неподвижно. Не было слышно ни плача ни крика. Принцесса тут же подбежала к мальчику и прижала его к себе. К счастью, он все еще дышал. В этот момент Лия почувствовала прилив ужаса.

Баронесса Синель, стоявшая позади Блейна, поспешно подбежала к девушке и забрала у нее ребенка.

Лия глубоко вздохнула, глядя на смеющегося сводного брата. Каким бы невменяемым он ни был, он не имел права вымещать свой гнев на ребенке. Девушка не могла поверить, что в них текла одна кровь.

– Сестра. – голос парня внезапно смягчился. – Моя единственная сестра, разрушает репутацию королевства. Я не могу просто стоять и ничего не делать.– прошептал Блейн, медленно моргая.

Густые ресницы скрывали злобный блеск. Блеск безумства, что появлялся в то время, когда принц наслаждался результатом своей жестокости.

– Ты хоть знаешь, какой скандал сейчас разгорается?

Лия крепко сжала руки в кулак. Все тело дрожало от гнева. Девушка стерпела бы, если бы он ударил только ее. Но она не могла остаться в стороне и позволить Блейну оскорблять людей Эстии.

Не думая, она шевельнула губами и произнесла слова, которые при обычных обстоятельствах никогда бы не сорвались с ее уст:

– *Ты – наследный принц!

“А самое главное, – мой брат...” – хотела добавить девушка.

– Как ты мог так поступить?

-------------------------------------------------------------

Прим. пер.:

1)Швейцар, придверник или портье — человек, чьей основной обязанностью является встреча посетителей у входной двери в какое-либо заведение.

2) Здесь снова возникли сложности с “you” в английском языке. Напоминаю, что Лия строго воспитывалась, и для нее обратиться к брату на “ты” – неприемлемо. Но думаю, “слова, которые при обычных обстоятельствах никогда бы не сорвались с ее уст” включают в себя и менее уважительное обращение к принцу. Поэтому перевод осуществлен с учетом этого факта.

Глава 50. Безжалостный и Жестокий (2)

Мощный всплеск негодования был направлен на Блейна. Тишина гостиной только усиливала звучный и громкий голос девушки.

– Знаешь ли ты, что со мной вчера случилось?

– ... – приклеенная к лицу Блейна насмешливая улыбка тут же сползла. Услышав слова девушки, принц напрягся.

Но Лия не обратила внимания на его реакцию. Несмотря на бушующую внутри ярость, ее дыхание внезапно выровнялось. Руки заледенели и стали влажными на ощупь, а с шеи начал стекать холодный пот. Одна нога задрожала, но принцесса напряглась и заставила ее не дергаться. Она посмотрела на брата.

Блейна ошеломил свирепый и испепеляющий взгляд Лии.

– Не смей поднимать руку на здешних людей. Все эти люди невиновны.

Девушка выплюнула эти слова ровно в тот момент, когда ее сердце, которое недавно лишь учащенно билось, начало бешено колотиться. Перед глазами стали возникать вспышки света, а зрение затуманилось.

Лия никогда не сдастся. Ради людей она будет бросать ему вызов снова и снова и не отступит. Даже если Блейн в этот самый момент потащил бы ее к Кердине, она все равно сохранила бы свою позицию.

Смотря прямо на Лию, принц нахмурил брови:

– Ты... – онемев от храбрости сестры, парень не знал, что сказать в ответ.

Лия тем временем почувствовала сильную тошноту и головокружение. Ноги, на которых она держалась из последних сил, подкосились. Почувствовав, как нечто поднимается изнутри, девушка моментально подняла руки и прикрыла рот.

Что-то горячее брызнуло из нее. Мокрые от пота ладони покраснели. Бордовый сгусток крови грязным пятном растекался по рукам принцессы. На языке ощущался привкус железа, и изо рта до самого подбородка потекла струйка красной слюны.

Лия уставилась на свои руки и заморгала.

– Ах...

В следующее мгновение у девушки подкосились ноги. Лия почувствовала, как все вокруг стало утихать. Глаза закрылись, и разум погрузился в темноту. Девушка начала стремительно падать на пол.

Столпотворение началось сразу же, как девушка потеряла сознание.

– Лия!!!

Среди криков кто-то подхватил ее падающее тело.

***

Цыгане – порождения беззакония. Они были скитальцами, что экзотически украшали себя дорогими высококачественными тканями и позолоченными украшениями. Головные уборы, сделанные из роскошных шелков, и богато расшитые одежды являлись символами их свободного духа.

Цыгане свободно бродили по всему континенту, поскольку не были ограничены обычаями. Терять этим людям нечего – они ничем не владели и не имели связей, привязывающих их к определенной стране. Данный факт способствовал тому, что скитальцы действовали не опасаясь ничего. Их абсолютно не беспокоили последствия собственных поступков относительно других людей.

Однако цыгане боялись лишь одного – Курканов.

Любой уголок континента мог быть домом для странников, только единственный регион остался нетронутым ими. За всю историю существования Западная Песчаная Пустыня не видела цыган. Никто не знал, почему скитальцы с рождения избегали Курканов, но одно можно было сказать наверняка – они их ужасно боялись.

– Хабан. – Ишакан протянул руку к человеку, который тут же достал тряпку.

Ткань предназначалась для того, чтобы стереть кровь с мозолистых ладоней короля.

Пусть кусок материи полностью пропитался алым цветом, его оказалось не достаточно. Руки Ишакана все еще покрывала бордовая жидкость.

Кроме ладоней, все тело мужчины было залито кровью. Густая жидкость, не принадлежавшая ему, стекала по темной коже. Словно яркое доказательство тому, насколько могущественным был этот человек.

Ишакан вытер щеку тыльной стороной ладони и посмотрел на устроенный им беспорядок. Разглядывая месиво, мужчина тихо пробормотал:

– Я перестарался?

– Думаю, да. – коротко ответил Хабан.

Однако с точки зрения Ишакана так было гораздо проще и быстрее.

– И все-таки мне удобнее пользоваться руками. Клинок более обременителен.

Мужчина бросил эти слова так небрежно, будто только что закончил какое-то легкое упражнение. А вот картина перед ним была ужасна.

Стоя напротив искореженных и разорванных трупов, Ишакан спокойно достал сигарету. Табак был, как обычно, завернут в лист. Король снова махнул рукой Хабану.

Тот поджег сигарету, и Ишакан сделал глубокую затяжку, вдыхая успокаивающий аромат табака.

Жуткая картина изуродованных тел и брызг крови мрачно напоминала о том, насколько чудовищны были Курканы. Их дикая природа проявлялась в моменты, подобные этому.

Хабан, наблюдавший за тем,как медленно остывают обжигающие глаза Ишакана, заговорил:

– Если Вы встретите аристократов Эстии в таком виде, для решения этой проблемы вам даже не понадобится взятка.

– Не совсем уверен. Я еще не поднимал перед ними этот вопрос.

Услышав слова Ишакана, Хабан издал тихий смешок. С тех пор как он прибыл в Эстию, ни один день не прошел в спокойствии. Группа людей, выступающих против заключения мира, в том числе Бён Гёнбек из Оберде, пыталась помешать соглашению.

Гёнбек, похоже, не замечал того факта, что используемые им военные стратегии, были практически бесполезны. Убийцы, которых он послал, тоже оказались совершенно некомпетентны.

В данном вопросе Королевство Эстии проявило себя чересчур наивно. Лишь принцесса догадалась, что Курканы не заинтересованы в мирном договоре.

– Во всяком случае, теперь все усложнилось из-за убийц. Мы потеряли из виду Томари.

Хабан тоже достал сигарету и нахмурился. Они пришли сюда сегодня из-за цыган. Однако из-за внезапного нападения наемников планы изменились. Скитальцы, которые были первоначальной целью убийства двух мужчин, бежали.

– Томари умеют скрываться и сбрасывать любые хвосты. Обладают отлично развитой способностью прятаться… Стоит только упустить беглецов, и во второй раз поймать их будет сложно.

Хабан пожевывал сигарету. Табак отдавал горечью на языке, но мужчина не обращал внимания на неприятный привкус. Он беспокоился о том, удастся ли ему реализовать намеченный план Ишакана. Усилия Хабана до сих пор ни к чему не привели. Король смахнул прилипшие к лицу волосы и грубо завел их на затылок:

– Мы можем подготовить группу, которая отправится за ними? Хватит ли у нас людей?

– Наши ряды несколько ограничены, но я постараюсь.

При мысли о том, что план увенчается успехом, Хабан воспылал вновь обретенной мотивацией.

Среди окрашенного кровью пола эхом раздался стук чьих-то шагов.

– Дженин! – Хабан радостно встретил ее.

Однако у женщины не было времени на обмен приветствиями. С выражением лица, не предвещающим ничего хорошего, она подошла к Ишакану и доложила. Ее тон был слегка напряженным и встревоженным:

– Принцесса упала в обморок.

Читать далее

Глава 51. Мимолетная Связь (1)

Ишакан вопросительно поднял брови, и Дженин вкратце рассказала о событиях, произошедших в покоях принцессы.

Выслушав все, король прищурился и нахмурил брови. Однако при этом не зарычал и не подал никакого признака гнева. Тихим голосом, глядя женщине прямо в глаза, он произнес:

– По-моему, я велел тебе позаботиться о ней, Дженин.

Густой дым медленно сгорающей сигареты вздымался вверх перед его лицом. Глаза Ишакана сузились, и обрамленные сверкающим золотом зрачки, в которых все еще теплилась жажда убийства, запульсировали.

– А ты стоишь здесь. – королю больше ничего не пришлось говорить. Смысл его слов был ясен.

Лицо Дженин тут же побледнело и она пала ниц. Встав на колени перед Ишаканом, женщина поклонилась и ударилась головой о землю. Упираясь в пол дрожащими руками, она признавалась в совершенном проступке.

Хабан, стоявший рядом, не мог нормально дышать, глядя на разыгравшуюся перед ним сцену. Видеть Дженин, моляющую о прощении, оказалось довольно тяжело.

– Ошибиться один раз – нормально, но дважды – нет. – Ишакан устало выдохнул и скомандовал, – Вставай. Прошу, будь осмотрительнее в следующий раз.

– Спасибо Вам. – Дженин снова поклонилась, коснувшись лбом земли, а затем поднялась на ноги.

Погруженный в свои мысли, король вдруг пробормотал:

– Ее вырвало кровью. Это действительно странно.

Хабан и Дженин переглянулись. Похоже, по взгляду друг друга они все поняли и пришли к единому мнению. Вместо женщины, которую ругали всего минуту назад, первым заговорил Хабан. В его словах звучал разумеющийся подтекст:

– Не потому ли, что ты мучил ее прошлой ночью?

Замечание прозвучало бодро, словно человек говорил – “да это же яснее ясного”. Ишакан коротко улыбнулся и покачал головой:

– Это, конечно, может быть причиной... Правда вчера я дал ей лишь один раз вдохнуть дым. – он поднял сигарету, показывая, про что говорил. Глаза Хабана тут же расширились в удивлении:

– Разве это не яд для людей?

– Если правильно использовать, то может быть и лекарством. – ответила Дженин ошеломленному Хабану. Она заверила того, что Ишакан ни в коем случае не причинит вреда принцессе, не говоря уже о том, чтобы дать ей яд.

– Правильно. Все кажется довольно подозрительным... Побочная реакция, проявившаяся рвотой кровью...

Король бросил сигарету на пол. Окурок упал в лужицу крови и пропитался красной жидкостью. В листовом табаке все еще виднелись тлеющие угольки, поэтому Ишакан наступил на сигарету и полностью затушил ее. Сжав руки в кулаки, он тихо сказал:

– Вам не кажется, что во дворце Эстии что-то происходит?

***

Время от времени у Лии случались приступы головокружения. То ли из-за того, что Кердина еще сильнее урезала ее дневной рацион, то ли из-за привычки поздно ложиться спать из-за плотного графика. Принцесса не могла сказать точно.

Что она знала наверняка, так это то, что ее впервые вырвало кровью. Обморок, случившийся сразу после этого тоже был ей вновинку.

Когда Лия, наконец, пришла в себя, первым делом она увидела, Мелиссу, чьи глаза глаза покраснели и опухли от долгого и непрерывного плача.

– Принцесса! – воскликнула графиня, как только поняла, что та проснулась.

Ее вскрик прозвучал довольно громко. Не удивительно, что уже несколько мгновений спустя орда горничных и слуг немедленно окружила Лию, облегченно и радостно взывая к ней.

Мелисса помогла девушке сесть, аккуратно подложив подушку ей под спину. Служанки же тем временем суетились вокруг:

– Принцесса!

– Как Вы себя чувствуете?

– Где-нибудь болит?

– Вам что-нибудь нужно?

Вопросы и беспокойное внимание продолжали сыпаться на девушку со всех сторон. Графиня Мелисса даже забыла об этикете и приличиях и крепко вцепилась в руку Лии. Принцесса же старалась разобрать каждый брошенный ей вопрос, все больше и больше запутываясь в потоке голосов.

Лишь несколько позже Мелисса наконец осознала свое положение.

– Отойдите все! – немедленно приказала она. – Принцесса только проснулась, дайте ей место.

Несмотря на добрые намерения женщины, все почувствовали себя глубоко оскорбленными. Не то чтобы она ошибалась. Присутствующих главным образом задел тот факт, что это именно графиня первая без угрызений совести нарушила зону комфорта принцессы, когда та только очнулась. Осознав иронию своих слов, Мелисса спрятала смущение за кашлем.

Баронесса Синель единственная осмелилась озвучить свое недовольство:

– Неужели мы не можем даже выразить наше облегчение от того, что принцесса наконец проснулась? – спросила она и, стоит отдать должное, заставила графиню сконфузиться.

– Баронесса, это не так, как вы можете… – начала та, но Синель оборвала ее.

– Если мне не изменяет память, графиня, Вы первая вторглись в личное пространство принцессы! Вцепились и радостно закричали, когда она очнулась, – напомнила баронесса, не забыв добавить подробностей.

После своего заявления Синель разрыдалась, побуждая других дам и дочерей в комнате последовать ее примеру. Одна за другой они все заревели, наполнив пространство воющим гулом. Лия приподнялась в попытке успокоить плачущих девушек.

Мелисса тут же вытерла слезы и заставила принцессу снова откинуться на подушку. Затем произнесла гораздо тверже и решительнее:

– И все же принцесса только недавно проснулась. Вам не кажется, что ей нужно еще немного отдохнуть, прежде чем утешать вас?

Даже баронесса не могла отрицать правдивости этих слов. В результате, служанкам пришлось подавить всхлипы, и в комнате снова воцарилась тишина.

Присутствующие успокоились. Почувствовав, что затылок сильно вспотел, Лия проворно перекинула волосы вперед. Затем выпила немного воды, поданной графиней, и стала узнавать о событиях, произошедших пока она была без сознания.

– Вы проспали весь день. – поведала Мелисса.

После того, как принцессу вырвало кровью и она потеряла сознание, дворец тут же пришел в хаос. Блейн, стоявший перед Лией, моментально подхватил ее, прежде чем та упала на пол.

Графиня также рассказала Лие о том, как держа девушку на руках, парень с испуганным выражением на лице немедленно приказал вызвать врачей.

– Принц, определенно, беспокоился о Вашем здоровье, – заметила Мелисса, – Его поведение в тот момент полностью шло вразрез с обычным, постоянно истязающим Вас.

Мелисса содрогнулась от воспоминаний об отвратительных поступках Блейна. Несмотря на желание сказать о нем еще что-нибудь осуждающее, она сдержалась и продолжила рассказывать принцессе обо всем произошедшем.

Закончив, графиня тут же переключилась на другую тему.

– Впрочем, должна отметить, что варвары создали вполне приличное впечатление о себе. – отметила женщина, имея в виду в основном Дженин.

“Она, должно быть, сильно впечатлила Мелиссу… Если судить по тому, как графиня мимоходом вспомнила и принялась хвалить ее.”

Продолжив слушать, принцесса согласилась с тем, что Дженин, безусловно, показала себя с довольно приятной стороны.

В тот момент, когда Лия потеряла сознание, Курканка немедленно оттолкнула в сторону отчаянно кричавшего Блейна. Она обхватила руками бесчувственное тело принцессы, бросилась к кровати и уложила девушку.

Потом Дженин расстегнула пояс Лии, затруднявший дыхание и кровоток. А вслед за этим взяла на себя командование растерянными служанками.

Но на этом ее подвиги не закончились.

Врачи прибыли довольно поздно и даже не смогли правильно определить,какой именно недуг беспокоил принцессу. Дженин осмелилась подойти и оценить положение девушки. И затем предложила зажечь странную свечу, которая, по ее мнению, могла помочь Лие оправиться.

Это и впрямь сработало, – принцесса действительно выжила.

Глава 52. Мимолетная Связь (2)

– Вскоре Ваш цвет лица вернулся к нормальному оттенку. Увидев это, я даже разрыдалась от счастья! – робко поведала Лие Мелисса.

Губы графини задрожали, а глаза наполнились слезами:

– Я действительно думала, что могло случится нечто ужасное... – продолжила она.

Лия решила сменить тему разговора, желая предотвратить очередной фонтан слез графини:

– А что случилось с Бён Гёнбеком из Оберде?

Когда она принялась докладывать об этом человеке, лицо Мелиссы просветлело:

– На этот раз Бён Гёнбек оказался полностью унижен, – гордо объявила она.

– Существует ли хоть что-то, что может его унизить? – спросила Лия, с сомнением приподняв бровь.

– Я тоже не думала, что такое возможно, – хихикнула графиня, прежде чем весело продолжить свой рассказ, – Не знаю, сколько он выпил, но его обнаружили у фонтана без штанов. К концу банкета все аристократы, выходившие из зала, видели его в таком позорном виде.

Вспомнив этот момент, Мелисса поморщилась.Она оказалась в числе многих свидетелей, и поэтому смогла дать принцессе подробное описание компрометирующего обнаружения мужчины.

Во всей красе, он предстал перед всеми, лежа лицом вниз с обнаженным задом.

– Кроме того, у него сломана нога, так что некоторое время он, вероятно, будет хромать. Однако всем хорошо известно, что Бён Гёнбек так легко не напивается. – заметила Мелисса, – Я даже слышала от кого-то: не важно, насколько он пьян, он не из тех, кто совершает такие ужасные ошибки. Так что вполне возможно, ему в вино добавили яд или наркотик. – графиня задумалась, но вскоре отмела мысли, как незначительные.

Судя по настроению Мелиссы, скорее всего, слух о том, что Гёнбек сделал с Лией прошлой ночью, не распространился по всему дворцу.

Поскольку план Бёна сорвался, он, скорее всего, расценит это как собственное поражение. Он осрамился. Сверх того, его позор видели аристократы и Курканы. Скорее всего, после данного инцидента Гёнбек что-нибудь потребует для урегулирования дела.

Лия задумалась, стоит ли говорить о случившемся. Однако долго не мучилась этим вопросом, поскольку пришла к заключению, – она не осмелится озвучить свои догадки Мелиссе. Даже если бы девушка начала рассказывать, скорее всего все закончилось бы тем, что она выплевывала бы ненавистные слова в сторону жениха, и никак не смогла бы остановиться.

Погруженная в глубокие раздумья, принцесса не заметила, как графиня замолчала и теперь просто наблюдала за ней, ничего не делая. В комнате воцарилась неловкая тишина. Мелисса хотела нарушить молчание, но сделать этого почему-то не смогла.

В конце концов, возникшая ранее легкая атмосфера постепенно рассеялась, не оставив ничего, кроме тяжелого чувства, зависшего в воздухе. Графиня колебалась довольно долго, собирая все свое мужество, прежде чем, наконец, снова привлечь внимание Лии:

– Принцесса, – позвала она, выводя девушку из задумчивости.

Лия сразу поняла, что графиня хотела поговорить о чем-то, но колебалась, поэтому ранее говорила окольными путями, подводя к волнующей ее теме.

Мелисса почувствовала, как ее рот потяжелел, словно язык в эту секунду налился свинцом. Сделав глубокий вдох, она наконец смогла разомкнуть губы, и переступив себя, заговорила:

– Я...я хотела, чтобы Вы знали… – начала она, задыхаясь, с силой выдавливая из себя слова, – Я была той, кто менял Ваши одежды в тот раз... Я одна... – снова замолчала.

По глазам графини Лия видела, что та в этот момент боролась с потоком эмоций.

– Принцесса, а Вы… у Вас… совершались ли какие-либо нежелательные приставания в отношении Вас?

Ишакан, несомненно, оставил следы по всему телу Лии. Помимо бесчисленных следов укусов, на бедрах и ягодицах сохранились кровоподтеки от засосов и отпечатки рук.

По внешнему виду повреждений, усыпавших ее тело, посторонний, вероятно, пришел бы к заключению, что кто-то довольно жестоко и грубо обошелся с девушкой; и эти действия совершенно точно не относились к категории “порочный роман”. Вполне естественно, что графиня Мелисса, основываясь только на своих выводах, неправильно истолковала последствия.

– О нет, это не что-то нежелательное. – легко ответила Лия, приведя графиню в замешательство.

– Тогда...В таком случае… был ли… Ваш партнер... один из варваров? – спросила Мелисса. – Возможно ли… король Курканов?

Приняв во внимание тот факт, что госпожа, вероятно, состояла с кем-то из них в сексуальных отношениях, графиня тут же исправилась в своем к ним обращении. Не могла же она и дальше называть их варварами, не так ли?

К сожалению, Мелисса была встречена молчанием, поскольку Лия отказалась отвечать дальше. Графиня не могла не начать беспокоиться о возможных последствиях, и поднесла руку к губам, – одна из ее многочисленных привычек, проявляющихся во время стресса.

Видя, как Мелисса наполняется бессмысленным беспокойством, Лия наконец ответила на вопрос, который ей еще не успели задать. Тот самый, о котором графиня действительно беспокоилась:

– Не волнуйся, – сказала принцесса, – Не стоит переживать о моей девственности.

Это был неопределенный ответ, – не ложь, но и не абсолютная правда.

Однако если девушку спросить напрямую, невинна ли она, то, очевидно, нет. Принцесса уже давно потеряла свое целомудрие. Однако, вопреки первоначальным планам, завершить все только одной ночью оказалось невозможно.

Лия задумалась, удастся ли ей заставить такую наивную графиню Мелиссу понять свои рассуждения:

– И еще, я... – голос принцессы дрогнул. Она прочистила горло, пытаясь сохранить холодный и расслабленный вид. – Я не собираюсь заводить с ним никаких отношений. Это лишь мимолетная связь.

Для Мелиссы такое заявление прозвучало как пощечина. Она была потрясена тем, что сказала Лия.

– При..принцесса... – заикаясь пробормотала графиня, все еще находясь не в своей тарелке.

Женщина не могла подобрать слов, для ответа на это внезапное откровение. Графиня лишь смогла невнятно прошептать:

– Что происходит?

Услышав ошеломленный вопрос, девушка смогла лишь мрачно отвести взгляд:

– Я тоже не понимаю, графиня.

Таков был ее ответ, ибо Лия действительно не знала, что с ней происходит. Она даже не могла понять Ишакана. Вся его сущность являлась загадкой, которую девушка была не в силах разгадать. Каждый раз, когда принцесса думала, что наконец-то раскусила Куркана, он приходил и снова удивлял ее, иногда делая вещи, которые она от него и не ожидала.

Таков был ее ответ, ибо с тех пор, как она встретила его, все благоразумие и мотивы Лии начали рушиться…

Глава 53. Отвергнутые Подарки (1)

Королевские советники практически гнались за экипажем наследного принца, стараясь не отставать. Наконец, карета свернула с главной дороги и поехала в направлении экстравагантно обустроенного здания. Блейн все еще кипел от гнева, выплевывая бесконечные ругательства себе под нос.

Продолжая сыпать проклятиями в стенах экипажа, принц наконец добрался до резиденции королевы.

– Оставайтесь здесь. Дальше я пойду один. – враждебно произнес парень, зло посмотрев на советников. Те вздрогнули и попятились, пропуская его во дворец одного.

Следует отметить, что поместье королевы, несомненно, было самым величественным во всем дворце.

Обладая находчивостью и зорким глазом Кердина выбрала едва ли не самое дорогое и драгоценное из существующих произведений искусства и разместила в своей резиденции. Она даже велела сверху донизу украсить свои покои драгоценными камнями и золотом.

Однако помпезность и грандиозность не могла скрыть отчаяния и уныния, которым пропахло это место.

Идя по коридору, Блейн с отвращением поглядывал на каждую статую, мимо которой проходил, а затем наугад толкал двери залов. Он совершенно не беспокоился о том, как выглядит в глазах других, закатив такую сцену.

– Наследный принц! – воскликнул граф Уэддлтон, вскочив со своего места от удивления, когда Блейн распахнул очередные двери.

Кердина же осталась невозмутимой и с нежной улыбкой встретила принца довольно спокойно.

– Проходи, – пригласила она его.

Дорогой лисий мех лежал на коленях королевы. Ее руки плавно скользили по мягкой шерсти, когда она вновь обратилась к принцу в довольно обыденной манере:

– Я думала сделать *горжетку из этой прекрасной лисы, подаренной тобой, – беззаботно сообщила Кердина.

“Да вы только посмотрите, она в полном восторге. Даже похвалила серый мех, и подметила, как он идеально подходит для шарфа!” – подумал принц.

Резко, однако мягким голосом Блейн поправил ее:

– Но ведь это не моя добыча, разве не так?

В его словах скрывалась враждебность, но Кердина только хихикнула и, прикрыв губы костяшками пальцев, улыбнулась сыну:

– Не будь таким занудой, дитя. Пусть лису и поймал рыцарь, который охотился с тобой, это все равно считается твоей добычей. Ведь рыцарь же принадлежит тебе, не так ли? – заметила она, величественно восседая на своем месте, продолжая поддерживать образ королевы.

Ярко улыбаясь, с безупречным выражением лица, Кердина была похожа на ангела, но в комнате царило напряжение.

Граф посмотрел на королеву, потом на принца и снова на королеву. Почувствовав, что назревает конфликт, Уэддлтон тут же принялся оправдываться:

– Думаю, мне лучше идти, – извинился он, собирая свои вещи, и медленно двинулся к выходу без дополнительных подсказок.

Ни Блейн, ни Кердина не сделали ничего, чтобы остановить его. Граф поспешно вышел из комнаты. Даже присутствовавшие служанки молча вышли из зала, чтобы дать им возможность уединиться.

Когда в комнате остались только Блейн и Кердина, принц, наконец, открыто посмотрел на мать:

– Это Вы сделали?! – тут же требовательно спросил он.

– Что сделала? – спросила женщина, разыгрывая замешательство.

– Принцессу вырвало кровью, и затем она тут же лишилась чувств. – зашипел парень, – Я спрашиваю, это Вы ее отравили?

Королева лишь по-совиному удивленно моргнула. Блейн закатил истерику, а Кердина только продолжала хлопать ресницами. Когда принц наконец закончил, она ответила холодным голосом:

– Почему ты об этом думаешь? – спросила в вежливой манере женщина, но это только еще больше разозлило Блейна.

– Потому что такие поступки свойственны именно Вашему характеру!

– Блейн, мой любимый сын, – тихо выдохнула Кердина, откладывая лисий мех в сторону.

Она встала, не торопясь подошла к парню и осторожно заключила его в свои объятия.

Почувствовав прикосновение, Блейн вздрогнул. Все его конечности окоченели, не в силах оттолкнуть мать. Рука женщины поднялась к затылку сына, скользнула вниз по шее, а затем повторила движения в успокаивающей манере.

Ее губы зашевелились, и Кердина прошептала прямо ему на ухо:

– Разве ты не сказал, что она твоя? – спросила женщина довольно холодно, – Так зачем же мне вмешиваться в твои дела?

– Мама...

– Почему ты все время беспокоишься? – поинтересовалась Кердина, наконец отстранившись, чтобы посмотреть Блейну в глаза. Тот, в свою очередь, нахмурил аккуратные брови. – Ты боишься, что ее украдут? Какой-то… дикарь? – спросила она, приподняв бровь.

– Я просто беспокоюсь о ее чистоте. – неохотно признался парень.

– Ах, – сказала королева с мягкой улыбкой, – Значит, тебя беспокоит только ее непристойное поведение и то, сохранила ли она свое целомудрие?

Было довольно забавно наблюдать, как сын волнуется. Кердина с легкой нежностью наблюдала, как Блейн крепко стиснул зубы.

– Не волнуйся, сын мой. – сказала женщина, легонько похлопав того по плечу. – Как только переговоры закончатся, ты будешь признан единственным наследником короля.

‘Тебе не нужно беспокоиться об этом. Я могу достать для тебя все, что пожелаешь.’ – именно эти слова Кердина повторяла ему много раз. Голос матери звучал в ушах парня как колыбельная.

В итоге, Блейн отвернулся, показывая свое недовольство. В контрасте с яростными эмоциями, бушевавшими в парне с тех пор, как Лия упала в обморок, сейчас перед Кердиной предстал умиротворенный принц . Женщина с жалостью посмотрела на Блейна, прежде чем продолжить:

– Поверь мне, я тоже была потрясена, когда услышала, что случилось с принцессой, – заверила она, – и если тебе удастся навестить ее, передай мои пожелания о скорейшем выздоровлении и дай ей время хорошенько отдохнуть.

– Хорошо, но Вы, тем временем, оставьте ее в покое, – сказал принц, и Кердина кивнула, как бы отмахиваясь от его беспокойства.

– Да, да, пока она полностью не поправится, я смогу даже изменить ее расписа..

– Что?! Нет! – внезапно взорвался Блейн, вырываясь из рук матери.

Женщина потрясенно посмотрела на него. Глаза Кердины широко раскрылись от удивления, стоило сыну снова в ярости закричать:

– Не приближайся к ней! – требовал он. – Никогда!

-----------------------------------------------------------

Прим. пер.:

Горже́тка – маленький меховой шарф или цельная (с головой, лапами и хвостом) шкурка пушного животного, которую носили на шее как аксессуар к женским часто декольтированным платьям, а также на пальто в качестве воротника.

Глава 54. Отвергнутые Подарки (2)

Кердина потеряла дар речи, продолжая ошеломленно смотреть на Блейна. После напряженной паузы она нарушила тишину:

– Но я делаю это ради тебя! – воскликнула женщина возмущенно.

Блейн предпочел не отвечать, даже когда услышал резкий пронзительный тон ее голоса.

“Уж лучше промолчать.”

Принц считал мудрым не говорить матери о своих собственных взглядах и мыслях касаемо ее решений – не важно были ли они правильным или нет.

Грудь Кердины то вздымалась, то опускалась. Женщина недоуменно смотрела на сына, ожидая что тот начнет как-то наступать в ответ. Однако тишину комнаты наполняло лишь ее хриплое дыхание.

Через несколько мгновений королева, наконец, успокоилась достаточно для того, чтобы снова вернуть себе королевскую осанку. Словно забыв о своем недавнем всплеске эмоций, она одарила Блейна еще одной любезной улыбкой. Конечно, та была фальшивой, поскольку внутри женщину обуревали совершенно другие чувства.

Как королева Эстии, она всегда должна поддерживать идеальный образ, представлять собой грацию и красоту.

– Я бы никогда так не поступила, Блейн, – мягко настаивала она.

Принц прищурился, глядя на нее:

– Тогда я постараюсь тебе поверить.

– Я буду держаться подальше, пока она выздоравливает, как ты и хочешь, но, пожалуйста, – Кердина одарила сына ослепительной улыбкой, которая все равно не успокоила его нервы, – я прошу тебя не срывать на мне злость в следующий раз.

Женщина выдохнула и направилась к своему месту. В отчаянии королева швырнула лисий мех на пол; словно и не было того восхищенного взгляда, которым она ранее осматривала подарок. Кердина прошлась по нему, как по половой тряпке.

– Возможно, пришло время поговорить с этими... дикарями.

Последнее слово женщина выплюнула так, будто говорила о чем-то отвратительном. Затем она снова посмотрела на Блейна с улыбкой:

– Не хочешь ли присоединиться ко мне за ужином с ними? – Кердина потерла каблук своих туфель о мех, вытирая подошвы от грязи.

Королева с некоторым весельем понаблюдала за тем, как мех сминался под ее ногами, и снова подняла взгляд с выжидательной улыбкой.

– Я очень надеюсь, что на этот раз ты сможешь поохотиться на оленя. – печально вздохнула она. – Меня уже тошнит от лис. А вот прекрасный, величественный олень куда лучше.

Глаза Блейна сузились, когда он пристально посмотрел на королеву. Обычно они не спорили долго – в конце концов, парень пошел ей на уступку и согласился на ужин:

– Конечно, мама, – коротко бросил он.

***

После происшествия Лия смогла отдохнуть пару дней. Но всякий раз, вспоминая о количестве отложенной работы, она чувствовала беспокойство. С другой же стороны, девушка радовалась, что ей больше не нужно было присутствовать на конференции.

Будь все как обычно, Лие так или иначе пришлось бы столкнуться с напряженной обстановкой, витающей вокруг королевы. Более того, не обращая внимание на то, что принцессу рвало кровью, Кердина точно приказала бы ей, как кукле, стоять в банкетном зале и выполнять свои обязанности.

Да, это могло бы случиться, если бы не Блейн, запретивший посещать покои принцессы, пока та выздоравливала.

Он взял на себя смелость сообщить всем, что Лия внезапно заболела.Также парень приказал не пускать никого постороннего в резиденцию принцессы. Чтобы никто не смог проникнуть внутрь, Блейн удвоил число охранников по периметру королевского дворца и послал нескольких стражников охранять покои девушки.

Даже Кердина, привыкшая пренебрегать приказами мужа, не осмелилась бы бросить вызов Блейну. Принц знал о данном факте, поэтому использовал преимущество против королевы. Лие казалось странным такое поведение брата, но в то же время она особо об этом не беспокоилась. Принцесса просто оставила все как есть, решив, что это всего лишь очередная прихоть Блейна.

Пока она несколько дней отдыхала во дворце, Бён Гёнгбек из Оберде каждый день присылал ей огромный букет роз и драгоценности.

Подарки предназначались для того, чтобы показать, как сильно он желал привлечь внимание.

По мнению девушки, Гёнбек пытался вернуть к себе расположение, надеясь, что она забудет совершенный им грех. Лие казалось немного милым то, как Бён изо всех сил старался заставить ее простить его обильным количеством ежедневных подарков.

Но несмотря на то, что она знала о них, принцессе так и не удалось открыть хоть один – Мелисса тут же возвращала их отправителю. Лия даже не видела самих подарков. Ей просто сообщали, что Бён Гёнбек прислал презент.

Принцесса спросила графиню, почему та отослала подарки обратно. В ответ женщина лишь пожала плечами.

– Букет был слишком велик. Я даже подумала, не превратить ли его в удобрение, прежде чем отправить обратно, – надменно произнесла она, и Лия хихикнула.

– Хорошо. Пожалуйста, продолжай поступать также и с остальными подарками. – похвалила девушка, и Мелисса кивнула.

– Разумеется! А завтра, принцесса... – графиня замолчала, испуганно посмотрев в сторону, и понизила голос, опасаясь суетящихся вокруг них служанок, – Ее Величество попросила вашего присутствия. Похоже, она будет обедать с королем Курканов.

Глава 55, Король сродни Ребенку

Лия натянуто улыбнулась, услышав заявление Мелиссы. Тем не менее девушке показался очаровательным тот факт, что графиня перестала называть Курканов варварами. Благодаря этому, ее улыбка несколько смягчилась:

– Пожалуйста, передай, что я буду присутствовать.

Принцесса понимала, – она не могла постоянно сидеть в стенах замка, пусть даже на это у нее была уважительная причина.

Мирное соглашение уже находилось на завершающей стадии. Такой договор не подписывается в одночасье, поскольку в процессе возникают довольно трудноразрешимые вопросы. Поэтому, прежде чем Эстия с полной уверенностью сможет заключить мир, Лия должна была собрать как можно больше информации.

Пока принцесса пребывала взаперти в своих покоях, она посылала и получала новости через графа Валтейна. А теперь он будет слишком занят своими собственными обязанностями, и не сможет помочь.

Лие также пришли вести от Лорана из министерства финансов. Он сообщил ей, что готов предложить новый план налоговой реформы на следующем заседании совета.

Очевидно, что дворяне, в том числе и Бён Гёнбек, будут яростно протестовать против этого нововведения. Лия и не ждала, что законопроект легко одобрят.

По этой причине она намеревалась объединить подписание мирного договора с планом реформ.

Среди аристократов, выступавших против изменений в системе, главную роль играл Гёнбек. Как только мирный договор будет одобрен, влияние этого человека пошатнется. Поэтому дворяне давили именно на Бёна, настаивая, чтобы тот не допустил заключения мирного договора.

Ввиду сложившихся обстоятельств, лучшим способом для принцессы казалось именно объединение двух вопросов на совещании.

Лия и Мелисса обсуждали мирный договор, когда в кабинет вошла горничная, объявив о прибытии какого-то предмета.

– Похоже, Бён Гёнбек прислал еще один подарок.

Графиня раздраженно пробормотала, что скоро вернется. Затем она удалилась из комнаты, и Лия, оставшись одна, подошла к окну.

Внимание девушки приковали туберозы в саду. Их красивые бутоны расцветали каждую ночь… Данный факт заставил принцессу задуматься: осталось бы поведение тубероз неизменным, если бы их разместили в ее покоях?

Теперь, вспомнив о цветах, Лия поняла, что не видела его уже довольно давно. Но она знала, – в отношениях между ними все шло правильно. Для них вполне естественно не встречаться нигде, кроме публичных собраний.

Однако…

Лия продолжала молча смотреть в окно. Она не могла позволить себе такую роскошь, как погрузиться в свои глупые мысли. Девушка повернулась, чтобы посмотреть на стопку документов на столе, и в тот же момент внезапно открылась дверь.

– Принцесса! – воскликнула вошедшая графиня. В руках она что-то держала.

Это оказались туберозы, около трех или четырех штук, аккуратно срезанные и перевязанные белой лентой в тон цветку. Стоило только Лие обратить на них внимание, и она больше не могла отвести взгляд.

Принцесса, наконец, озадаченно взглянула на Мелиссу. Графиня положила букет на стол, что-то достала из-под него и передала девушке.

Это оказалось платье из пурпурного шелка с яркими узорами, пошитое в курканском стиле.

А вместе с ним – простая записка:

『Как ты? Было трудно с тобой увидеться.』

Надпись сделана на континентальном языке. Черты букв выглядели кривыми и грубоватыми.

Прочитав записку, Лия тихо ахнула и поднесла руку к губам.

Послание было ласковым, а слова походили на детские каракули, и девушка улыбнулась. Она представила, как густые брови Ишакана сошлись на переносице, в то время как он, держа в больших руках чернила и бумагу, изо всех сил старался нацарапать отчетливые буквы.

Осознав, что кто-то может увидеть ее реакцию, принцесса быстро овладела собой. Однако сделала это слишком поздно, поскольку тут же поймала на себе взгляды окружающих ее служанок.

Проявив уважение, те отвели глаза и сделали вид, что ничего не заметили. К сожалению, то же самое нельзя было сказать о баронессе Синель. Она, разумеется, подняла шум из-за ткани:

– О Боже! Это платье из пурпурного шелка! Пурпурные одежды, что были на варварах в тот раз, выглядели так прекрасно, что все дворяне непрестанно говорили об этом… Сейчас все ищут эту ткань. – Синель ахнула от явной зависти.

Баронесса даже спросила, можно ли разочек прикоснуться к платью. Ее губы приоткрылись в предвкушении, будто она была готова начать пускать слюни. И лишь после того, как Мелисса, нахмурившись, искоса посмотрела на нее, Синель пришла в себя.

Лия взяла лишь записку и цветы, а наряд вручила графине:

– Пожалуйста, отправь платье обратно, – тут же сказала она.

В ответ прозвучал вздох удивления.

– Принцесса! – баронесса топнула ногой, явно возмущенная ее решением.

Однако Лия не могла позволить себе принять что-то столь дорогое. Особенно с учетом продолжающихся переговоров, это было бы слишком похоже на взятку.

Тем не менее, Мелисса отказалась забрать у девушки платье:

– Но, принцесса, посланец, принесший все это, сказал, что если какой-то из подарков будет возвращен… – она сглотнула, нервно оглядываясь, произнося следующие слова, – Тогда король больше не будет посещать банкеты.

Глава 56. Дерзкая Королева (1)

В конце концов Лия решила оставить платье себе и не отсылать его обратно. Поскольку девушка не могла без повода надеть такую дорогую ткань, она лишь приказала хранить ее в безопасности до тех пор, пока не представится удобный случай. Последовав указанию принцессы, служанки дворца смогли воочию увидеть и насладиться пурпурным шелком Курканов.

Похоже, Ишакан уже хорошо разобрался в Лие и понял как заставить ее делать то, что хочется ему. Он знал ее слабость, поэтому девушке ничего не оставалось, кроме как смириться.

Пусть король Курканов и был коварен, Лия испытывала к нему странное чувство, которое не могла хоть как-то описать.

Принцесса решила не углубляться в эмоции, что не поддаются четкому определению. Данное действие стало бы пустой тратой времени. К тому же, Лия нутром чувствовала, что сейчас было не самое подходящее время.

Для этого вообще никогда не было подходящего времени, с самого начала ей нельзя было бездумно показывать свои эмоции. Для всех в данный момент девушка отдыхала. Однако на самом деле, напряженный график еще не раз заставлял ее терять сознание.

Наконец, настал день обеда. Все были заняты с самого рассвета.

Запрет на въезд во дворец отменили, и теперь принцессе предстояло позаботиться обо всей работе, что оказалась отложена после произошедшего с ней несчастного случая. Лия заранее договорилась с министром финансов Лораном и графом Валтейном о встрече, которая состоится позже этим вечером.

Несмотря на то, что приготовления к обеду начались рано, принцесса особо не торопилась. Ее медлительность полностью контрастировала с суетой, устроенной горничными.

Поскольку мероприятие пройдет в саду, волосы девушки украсили свежими цветами и драгоценными камнями. Она надела платье нежного цвета, расшитое нитями в тон ткани. Дизайн был прост, но, тем не менее, элегантен.

По мнению Синель, платье прекрасно подходило принцессе. Она заявила, что все дворцовые дамы и господа, непременно, восхитятся потрясающим образом Лии.

Мелисса также сделала замечательный комплимент одним лишь единственным замечанием:

– Если граф Валтейн увидит Вас сегодня в этом наряде, то наверняка не поверит своим глазам!

Продолжая слушать бесконечные комплименты в свой адрес, Лия надела последний штрих, завершающий образ – белые кружевные перчатки. После чего отправилась в путь несколько раньше.

Однако перед резиденцией принцессы не оказалось кареты. Лишь взволнованный кучер стоял и ждал снаружи. Спрашивать, что случилось, девушке не пришлось:

– Давно не виделись, принцесса.

Лию поджидал мужчина, притворяющийся вежливым, но вечно совершающий невероятно грубые поступки. Она услышала, как служанки, шедшие позади, громко ахнули при виде незваного гостя, прежде чем остановиться в нескольких шагах поодаль.

Как бы то ни было, Ишакан улыбнулся принцессе. Золотистые глаза ярко сверкали, отражая лучи солнца. Казалось, будто они сами были небесным светилом.

Лия широко раскрыла глаза и удивленно моргнула, внимательно наблюдая за Курканом.

Похоже, Ишакан пришел один. Но пусть в зоне видимости и не было рыцарей эскорта, девушка не исключала того, что кто-то мог прятаться поблизости, следуя за королем, как и в прошлый раз.

Мужчина уже некоторое время смотрел на принцессу, намеренно не отводя глаз. Убедившись, что Куркан не имел каких-то скрытых козырей в рукаве, Лия уверенно заговорила:

– Ваше Величество, как вы попали сюда? Обед проводится в другом месте. – заметила она, изображая любопытство.

Ишакан лишь отмахнулся от угрожающего подтекста, прозвучавшего в голосе девушки. Именно этого он от нее и ожидал:

– Я слышал, на континенте существует правило этикета, которое гласит, что мужчинам положено сопровождать престижных дам.

Он имел в виду эскорт. Однако предстоящее событие – лишь обед, на котором соберется всего несколько человек, и поэтому необходимость в сопровождении оказалась бы излишня. Особенно для таких высокопоставленных лиц, как король Курканов и принцесса Эстии.

Мужчина, вероятно, не знал, что сложный и трудный этикет применялся в зависимости от конкретной ситуации.

Нет...

Чем больше Лия думала об этом, тем больше Ишакан казался ей человеком, который достаточно упрям, чтобы делать все, что ему заблагорассудится, независимо от того, понимает ли он до конца обычаи этого места. Он поступил так, поскольку мог так поступить.

Поэтому вместо того, чтобы указать на ошибку мужчины, Лия решила затронуть другую тему:

– Я хотела вернуть Вам платье, – призналась она, и губы Ишакана скривились в самодовольной усмешке.

– Но Вы не можете. – глядя на нее сверху вниз, Куркан сохранял на лице снисходительную улыбку. – Вы делаете это потому, что хотите насладиться обедом без меня, принцесса?

Лия подумала, что ее слегка подташнивает. Сердце забилось немного быстрее. Для себя девушка решила, что в этом виноват очень крепкий черный чай, который она пила утром.

Не обращая внимания на волнующее ощущение, Лия холодно ответила:

– Вы пытаетесь задобрить меня, как сделали это с графом Валтейном? – поинтересовалась она, прищурившись.

Затаив дыхание и судорожно глотая воздух, служанки королевского дворца стояли неподвижно, нервно переводя взгляд с одного на другого. Баронесса Синель неловко теребила платок, который держала в руке.

Ишакан расхохотался на глазах у всех дам.

– Склонить на свою сторону принцессу простым шелковым платьем... Не слишком ли это дешево? – он кокетливо улыбнулся, и девушка с трудом подавила желание презрительно фыркнуть.

Лицо мужчины начало приближаться к Лие. Так как он был на голову выше, то чтобы прошептать принцессе на ухо, ему пришлось нагнуться:

– Я подарил его только в качестве замены твоего испорченного платья, Лия.

На девушку вдруг нахлынуло воспоминание. Она до сих пор ясно помнила, как с нее сорвали платье и положили на ложе из тубероз.

Жар прилил к щекам принцессы.

Ишакан уставился на мертвенно-бледное лицо Лии, которое постепенно приобретало красный оттенок. Было забавно наблюдать, как ее щеки меняют цвет.

– Ты наденешь его ради меня? Я тщательно выбирал платье, думая, что оно тебе подойдет, – хрипло проговорил он, понизив голос.

Глава 57. Дерзкая Королева (2)

– Ты же знаешь, что я не могу этого сделать, верно? Почему ты втягиваешь меня в неприятности? – тихо прошипела она.

Услышав грубый ответ, Ишакан нахмурился. Он упрямо приблизил к Лие лицо, не обращая внимания на свидетелей.

– Подобная просьба от человека, который услужил тебе всем своим телом, – это чересчур? – прошептал он.

Как только принцесса повернула голову, пусть и слегка, но острый кончик ее носа коснулся его щеки.

– Я тебе довольно сильно помогла, так? Даже чуть не умерла. – холодно процедила в ответ девушка.

Пусть она и сказала это, он все равно поступил бы также. Если бы не Ишакан, Бён Гёнбек поймал бы Лию в ту ночь в саду. Куркан дернулся и слегка коснулся лбом ее лба.

– Ты должна отплатить мне тем же, принцесса, – мягко потребовал он.

В конце концов Лия сделала шаг назад. Но Ишакан только приблизился к ней. Чем настойчивее она будет убегать, тем сильнее он будет провоцировать ее.

И вот, девушка поняла, что больше не может избегать взгляда этого мужчины – ее глаза медленно поднялись и встретились с его... В ответ на действие принцессы, в глазах Ишакана появился довольный блеск.

– Скажи, чего ты хочешь. – беззвучно, одними губами произнесла Лия.

– Прогуляйся со мной до места проведения обеда. – мужчина игриво приподнял брови.

Бросив на Ишакана косой взгляд, Лия неохотно сделала первый шаг вперед. Она решила идти от Куркана на большом расстоянии. Создать себе пространство подальше от него.

Однако девушка кое-что упустила. Их тела разительно отличались друг от друга, как небо и земля. Ишакан быстро догнал Лию всего за пару шагов.

– Как же быстро ты, однако, ходишь, – пошутил он, и принцесса раздраженно прикусила нижнюю губу.

“Я не могу доверять этому человеку.”

Мужчина озорно рассмеялся, а Лия нахмурилась.

– Я пришел сюда из-за тебя. Было сложно увидеться с тобой в последние дни. – Ишакан ворчал, говоря, что принцесса, запертая в башне, не должна быть такой недосягаемой.

Про себя девушка отметила, что поведение Куркана было довольно милым, хотя такой эпитет не совсем ему подходил.

Лия осторожно посмотрела на спутника. Его каштаново-черные волосы естественным образом спадали на широкий лоб. Четкая линия поперек переносицы на уровне бровей, придавала мужчине свирепый вид. Однако взгляд, которым он одаривал девушку, был мягким.

Руки Лии зачесались. Ладони пронзило невыносимо зудящее ощущение, вероятно похожее на почки, прорастающие весной.

Лия сжала руки в белых кружевных перчатках в кулаки и медленно двинулась вперед. Ишакан шел рядом, идеально подстраиваясь под шаг спутницы. Они уже приближались к саду, где планировалось провести обед. Как-никак, он находился в шаговой доступности от дворца принцессы.

Чем дольше Лия шла, тем больше думала о тех, кто мог увидеть их вместе, поэтому выбрала дорогу, по которой будет проходить как можно меньше людей. Служанки следовали за ними на таком расстоянии, чтобы не слышать разговора господ.

Погода была хорошая. Прогулка под теплым солнцем оказалась лучше, чем Лия ожидала. Они оба молчали, но воцарившаяся тишина совсем не давила. Наоборот, уютное, словно одеяло, чувство окутало их.

Прошло много времени с тех пор, как принцесса выходила на прогулку в последний раз. Как кошка, нежащаяся у окна в полдень, Лия от всего сердца наслаждалась солнечными лучами, пребывая в беззаботном расположении духа. Прогулка на свежем воздухе никогда раньше не была такой приятной. Вероятно, сейчас девушка ощущала такое удовольствие, потому что много дней пробыла во дворце...

Внезапно Лие в голову пришла одна мысль.

Вполне возможно, что Ишакан, зная об этом обстоятельстве, нарочно попросил ее прогуляться с ним сегодня. Однако принцесса не потрудилась попросить у Куркана подтверждения и позволила своим мыслям ускользнуть.

Когда они уже почти дошли до сада, Ишакан, молчавший всю дорогу, вдруг заговорил:

– Ты сегодня прекрасно выглядишь. – сделал комплимент мужчина.

От этого простого заявления у Лии перехватило дыхание. Пока она обдумывала ответ, Ишакан продолжил говорить, не дожидаясь ответа:

– Я уже говорил, что наследный принц тоже будет присутствовать на обеде?

На лбу Ишакана появились глубокие морщины.

Казалось, он был недоволен новостями, сорвавшимися с его губ. Но мужчина больше ничего не добавил, а также не спросил девушку, о чем та думала, поскольку они уже приблизились ко дворцу королевы.

Служанки ожидали снаружи, чтобы поприветствовать гостей. На их лицах промелькнуло удивление, стоило им увидеть прибывшую пару. Вероятно, они не ожидали, что Лия и Ишакан придут вместе. Тем не менее служанки только поклонились, когда принцесса проходила мимо них, – бесстрастная, словно кукла, без какого-либо выражения на лице.

– Они ждут внутри, – сообщила старшая горничная, провожая пару.

В сопровождении служанок они направились в сад. Даже издали Лия взаприметила скатерть цвета золотого песка. Стол был украшен красивыми цветами, маленькими фруктами, кружевами и искусно разбросанными повсюду лепестками. Изысканные столовые приборы и керамика выстроились в ряд.

“Все это слишком причудливо для обеда…” – подумала Лия.

Дворяне уже сидели на своих местах. Во главе стола расположились король и Кердина, а Блейн – с левой стороны от них. План рассадки был заранее составлен, и Лие предстояло сесть рядом с братом, а Ишакану – напротив.

Девушка замедлилась, уверенно встала перед всеми присутствующими, и одарили их пустым взглядом.

Увидев Лию, Кердина улыбнулась. Платье королевы ярко блестело под прямыми лучами солнца. Струящаяся ткань юбки спадала до пола. Длинное платье без шарообразного подола было, несомненно, не в эстианском стиле.

Глаза принцессы слегка расширились, когда она поняла, во что нарядилась королева.

Это было то самое шелковое платье, – подарок Ишакана Лие.

Глава 58. Проделки и Недоли

Тихий, еле уловимый смешок вывел Лию из оцепенения. Девушка посмотрела на его источник и увидела, что Ишакан улыбался с несколько озадаченным выражением на лице. Он перевел взгляд на принцессу. Смысл, отражающийся в золотых глазах был предельно ясен:

“Ты ей его отдала?”

Лия едва заметно покачала опущенной головой. На долю секунды ее захлестнула волна тошноты, заставившая немедленно поднести тыльную сторону белой ладони ко рту и прикрыть его.

Без сомнения, во дворце принцессы оказался предатель. К тому же он имел очень близкие отношения с Лией.

До вчерашнего дня для посторонних вход во дворец был под строжайшим запретом. Только те, кто имел специальное разрешение и находился подле принцессы, знали о спрятанном там чрезвычайно ценном сокровище – *тирийском фиолетовом шелке. Созданная при помощи краски, добытой из десяти тысяч измельченных моллюсков, темно-пурпурная ткань предназначалась только для членов королевской семьи.

Для того, чтобы вынести платье, должен был вмешаться человек из дворца принцессы. А точнее, – одна из камеристок Лии.

Этот план предназначался для того, чтобы отдалить принцессу от своих служанок. Вот только и для преступников использование такого очевидного способа стало проблемой. Теперь они не могли сбежать.

Следовательно, Лия все также не будет в безопасности. Ей придется продолжать держать маску королевской дочери и в своих покоях.

Даже если бы они и пришли к какому-то заключению, между служанками в будущем возник бы раскол. Тем не менее, сейчас Лия не понимала, с чего следовало начать и вообще как найти подозреваемого. Она также беспокоилась о том, что графиня Мелисса, узнав о случившемся, будет жестоко казнить себя.

Принцесса взглянула на радостную Кердину. Под бездушной улыбкой эта женщина спокойно скрывала свои зловещие намерения, ожидая реакции девушки.

Лия надеялась, что королева проявит к ней благосклонность, оставив на некоторое время одну. Однако та снова начала вить сети своей игры, медленно душа девушку.

В данный момент у принцессы не было сил развлекать Кердину. Лия опустила глаза.

– Очень красивое платье. – послышался явный саркастический голос. – Не ожидал, что королева наденет одежду Курканов.

Кердина и Ишакан встретились взглядами. В отличие от мужчины, чье лицо не выражало никаких эмоций, на губах женщины мелькнула кокетливая улыбка.

– Это для того, чтобы услужить королю Курканов.

Она совсем не волновалась. Крала чужие подарки, и даже перед их владельцами вела себя уверенно.

– Мир, к которому обе нации будут стремиться вместе, безусловно, потребует взаимопонимания. Я просто делаю все, что могу, как хозяйка королевского дворца.

Король Эстии поднял голову. Когда он услышал речь Кердины, в его глазах отразилось безусловное восхищение супругой. Взгляд на мудрую жену был полон нежности. Лия прикусила губу, чувствуя, как к горлу возвращается тошнота. Рвотный позыв был настолько сильным, что она едва могла его подавить.

Губы Ишакана дрогнули. Бесстыдное поведение Кердины все сильнее подогревало его гнев, но, к своему удивлению, мужчина взял верх над эмоциями и терпел. Он незаметно взглянул на Лию, которая, все еще покусывая губы, направилась к своему месту, сохраняя невозмутимый вид.

Вялой походкой принцесса добралась до стула и молча села. Ровно в тот момент, когда она коснулась сиденья, приступ головокружения снова сделал ее голову тяжелой.

Именно королевская семья отчаянно нуждалась в переговорах о дружественных отношениях. У Кердины не было причин злить Ишакана. Особенно учитывая тот факт, что она хотела предоставить все полномочия правления Блейну.

Просто чтобы досадить Лие, они пытались уничтожить Бён Гёнбека, и в то же время навредить мирному договору с Курканами своими глупыми выходками. Подобная жертва была весьма подозрительной, если не сказать необычной. Казалось, происходило что-то, о чем принцесса не подозревала.

Девушка снова сосредоточилась на окружающем и взглянула на Кердину, отметив для себя ее отношение к Ишакану во время обеда:

“Похоже, надо как следует наблюдать за ее действиями...и шелковым платьем цвета тирийского пурпура...”

Лия чувствовала себя странно. Обычно, если бы произошло подобное, она бы смогла умело держать свои эмоции в узде. Однако сегодня отчего-то сделать это было довольно трудно. Бесполезные импульсы душевного волнения продолжали вспыхивать из ниоткуда.

Прямо сейчас принцесса хотела встать и дать Кердине пощечину. Девушка желала закричать на нее, потребовать, чтобы та сняла платье, ведь оно принадлежало ей! Обычная Лия никогда о таком бы не подумала.

Изменилась ли она после того, как сблизилась с Ишаканом? Бессильная принцесса и король, правящий западной пустыней, – совершенно разные миры.

Лия посмотрела через стол на Ишакана, безучастно сидевшего на своем месте. Стул Куркана, казалось, был совершенно ему не по размеру – слишком маленький. В сравнении с крупным телосложением и высоким ростом мужчины, остальные сидевшие выглядели карликами.

Ишакан смотрел на Кердину. В его глазах читалась борьба с каким-то разожженным порывом эмоций. В глубине золотистого цвета горело тусклое пламя. Несмотря на то, что мужчина выглядел относительно сдержанным и был молчалив, воздух вокруг него потяжелел. Не стоит забывать о том, какой страшный человек находился перед всеми.

Эстиец, приставленный к королю Курканов для обслуживания за столом, выглядел мертвенно-бледным. Паренек отчаянно боролся с сильной нервозностью и страхом перед этим великим человеком.

Выражение лица Ишакана наводило леденящий кровь ужас, а колкие глаза казались кинжалами, что могут пронзить и приковать к месту любого. Почувствовав на себе взгляд Лии, он вдруг повернул голову. В тот же миг золотистые острые, как лезвия, глаза, в которых горели угольки ярости, сразу же смягчились.

Лия поняла. Он терпел Кердину только ради нее.

У Ишакана также возникло сильное желание задушить королеву Эстии. Образ ее тела, лежащего лицом вниз на траве в разорванном в клочья платье, казался заманчивым. То, что Кердина надела этот наряд, было просто оскорблением и надругательством в отношении пурпурных тканей. И единственное спасение для них – быть порванными в клочья.

Однако мужчина спокойно выдохнул. Если бы он действовал импульсивно, Лия попала бы в беду. Так что у него не было другого выбора, кроме как сдерживать свою ярость.

-----------------------------------------------------------------

Прим.пер.:

Тирийский фиолетовый (Древнегреческий: πορφύρα Porphúra; латинский: пурпура), также известный как Финикийский красный, Финикийский фиолетовый, королевский фиолетовый, императорский фиолетовый, или же императорский краситель, красновато-фиолетовый натуральный краситель.

Глава 59. Поймали с Поличным

Деликатная атмосфера, воцарившаяся за обедом, походила на тонкий лед, который мог расколоться в любой момент. Между Лией, Ишаканом и Кердиной бушевала безмолвная война. Острое желание каждого человека превзойти или защищать другого скрывалось за их наружностью.

Только король Эстии, ничего не замечая, расплылся в широкой улыбке и объявил о начале обеда.

Прозвенел маленький колокольчик, и на тщательно сервированный стол подали закуски. День стоял теплый, а из сада доносился восхитительный аромат цветов.

Утонченный вкус блюд, приготовленных дворцовыми поварами, вызывал восхищение и контрастировал с напряжением, витавшим в воздухе. Шаткое равновесие, танцующее на краю обрыва, могло легко с него сорваться.

За обедом беседу вели король и Кердина. Ишакан не принимал в ней особо активного участия, но умеренно реагировал на то, что те говорили.

– Похоже, Эстия и Курканы были вовлечены в бесполезную истощающую войну. Если бы мы имели возможность поговорить раньше, уже сейчас между нами царил бы мир.

– Действительно, очень жаль, что оба народа пожертвовали столь многим, – Кердина издала легкий смешок, в ее тоне чувствовалось безразличие. Блейн же молча положил вилку на стол, покончив с едой, скривил рот и рассмеялся.

Обед продолжался в сопровождении светской беседы. После закуски принесли основные блюда. Лия, пробовав первое – жареную сельдь с нежной сметаной, – почувствовала себя так, словно ей в горло вонзился шип. Несмотря на мягкую текстуру еды девушке было трудно и больно глотать.

Лия уповала на то, что Блейн не будет приставать к Ишакану, который и так терпел все ради нее и не устраивал сцен.

– …? – что-то коснулось ноги принцессы.

Неосознанно она посмотрела на противоположную сторону, и глаза Ишакана слегка прищурились в улыбке. Яркие и сияющие, они были полны озорства. Лия могла только догадываться, что задумал мужчина. Она слегка оттолкнула его, уперевшись ногой в его туфлю.

Мероприятие проводилось в палисаднике, поэтому стол был небольших размеров. Вокруг него расположилось примерно восемь человек. План рассадки стратегически структурирован. Данную схему королевская семья разработала для дипломатических средств. Самые важные люди сидели ближе всех; чем меньше было расстояние, тем сильнее подчеркивалась близость во взаимоотношениях с королевской семьей.

Если учесть телосложение Ишакана, то он был достаточно высок, чтобы дотянуться ногами до противоположной стороны.

Возможно, мужчина толкнул стул принцессы как намек, что для него тот оказался маловат?

“Надо ли сказать прислуге поменять стул?” – округлив глаза, подумала Лия.

Вместе с тем, лицо девушки вспыхнуло, стоило ей подумать о последствиях. К ее глубочайшему ужасу, подобная просьба в текущий момент стала бы ошибкой и полнейшим позором. Движение под столом тем временем становилось все менее двусмысленным.

Нежное прикосновение толкнуло туфли Лии. Ее обувь скользнула по гладким шелковым носкам и, слетев с пятки, упала с ног. Девушка, в попытке снова надеть исчезнувшие туфли, торопливо вытянула ноги, но наступила лишь на мягкую траву.

Лия щупала ногой землю в поисках обуви, как вдруг что-то легонько ударило ее по боковой стороне ступни. Это оказался носок прочного, искусно сделанного ботинка. Принцесса ощутила прохладу дубленой кожи сквозь разделявший их шелк. Затем мужская туфля аккуратно наступила на верх носка; легонько, так чтобы не сделать девушке больно, но оставить грязь.

Лия подтянула ноги ближе к себе и посмотрела вниз. Перед ее глазами предстало черное пятно, появившееся на белых шелковых носках. Девушка поджала пальцы ног, щеки ее запылали. Принцесса зарумянилась, жар добрался до шеи. Слегка рассерженная его мелкими проделками, она смотрела на Ишакана. Казалось, мужчина был в восторге от того, что ему удалось подшутить над Лией. Увидев ее в волнении он фыркнул.

В ответ принцесса шаркнула ногами, глазами умоляя Куркана не дразнить ее так. Однако затишье было недолгим. Вскоре в лодыжке появилось щекочущее ощущение. Причиной тому стало мягкое легкое прикосновение к косточке. Жесткая кожа ботинка медленно скользнула вверх по икре девушки и снова вниз.

В нижней части живота возникло странное покалывание. Бедра невольно задрожали.

– Тебе плохо?

Лия, отвлеченная тем, что происходило под столом, удивилась. Сидевший рядом с ней Блейн нахмурил брови:

– Тебе плохо? Не вынуждай меня повторять дважды. – тихо прошептал принц, и на его лице промелькнуло беспокойство.

Увидев, как покраснело лицо девушки, Блейн решил, что та нездорова. Волнение парня было вызвано воспоминанием недавней сцены, – когда Лию вырвало кровью и она упала перед ним в обморок.

Король и королева не проявили никакого интереса к происходящему, так как были слишком заняты обменом взглядами и словами любви друг с другом.

Лия подняла голову и, чувствуя на себе взгляды Ишакана и Блейна, облизнула губы.

– ...Нет.

Руки девушки продолжали дрожать, поэтому она крепко сжала столовые приборы. Ей хотелось опустить конечности и оттолкнуть ноги Ишакана, но этикет требовал держать обе руки на столе во время еды.

– У тебя нездоровый вид, – констатировал Блейн. Он протянул руку и коснулся ее щеки.

Именно в этот момент туфли, рисовавшие круги на лодыжках девушки, залезли под юбку и потянули ее ноги вверх. Мгновенное изменение положения и прохладный носок на гладких икрах заставили принцессу кратко вдохнуть и напрячься.

– ...

Блейн слегка прищурился. Медленно убрав руки, он взял несколько столовых приборов, лежавших перед ним, и уронил их на пол. Слуги, что были позади, подбежали, собираясь поднять упавшие предметы, но принц подал им знак, коротко махнув рукой, и наклонился сам.

Действия по сбору посуды шли медленно и долго. Когда же Блейн, сжимая столовое серебро, выпрямился, вернувшись в изначальное положение, его лицо было ужасно искажено гримасой.

Глава 60. Когда Иссякает Терпение (1)

– Хах. – из-за стиснутых зубов принца вырвался резкий смешок.

На тыльной стороне его ладоней проступили четкие синие линии. Блейн стал свидетелем откровенных заигрываний, происходивших под столом.

Кровь парня вскипела от провокационных прикосновений между Лией и Ишаканом. В ярости Блейн презрительно швырнул подобранную им посуду дрожавшему слуге, что тревожно ожидал подле с тех пор, как кронпринц сам наклонился, чтобы поднять фарфоровый предмет.

Паренек впервые видел, как королевская особа делала подобное самостоятельно. Выражение, появившееся на лице Блейна после этого, было пугающим.

С нервным и смиренным видом слуга немедленно принес принцу новый набор. Блейн, неохотно принявший его, никак не мог забыть увиденное. Руки крепко сжимали холодный белый фарфор. Хватка принца была такой сильной, что казалось еще чуть-чуть и посуда сломается под давлением.

В отличие от Блейна, который изо всех сил пытался сдержать ярость, Ишакан неторопливо поднес чашку к губам и ухмыльнулся. Его поза была настолько расслабленной, что можно было с уверенностью сказать, – в обеденной обстановке он чувствовал себя совершенно комфортно.

Судя по поведению Ишакана, казалось, тот намеренно действовал так, чтобы Блейн увидел.

В следующее мгновение Кердина склонила голову набок и посмотрела в их сторону. Она прищурилась, глядя на слугу, и на ее лице появилось выражение явного недовольства. Брови женщины с отвращением нахмурились – похоже, королева заметила, что Блейн сам поднимал посуду.

Чтобы принц да вел себя как представитель низкого ранга перед уважаемым гостем! Кердина резко вдохнула и метнула “кинжалы” в невинного дрожащего слугу, который боялся даже взглянуть ей прямо в глаза.

Лия так и не смогла найти слетевшие туфли. Она смущенно спрятала ноги глубоко в юбках платья, надеясь, что это остановит Ишакана от новых пикантных прикосновений.

Куркан тихо рассмеялся, в его глазах мелькнуло веселье. Низкий рокот его голоса щекотал уши девушки и в то же время вызывал желание спрятаться где-нибудь. Она почувствовала толчок под столом и быстро сунула ноги обратно в изящные туфли, ранее украденные Ишаканом.

Блейн сжал нож в руке, напряженная хватка мешала ему разрезать еду. Поданный ароматный ягненок, заправленный тимьяном и копченой лавандой, остался нетронутым.

Конечно, какое-то время Блейн пытался как-то с ним разделаться. Однако в тот момент, когда его глаза встретились с глазами Ишакана, лениво улыбавшимся напротив за круглым столом, парень грубым жестом положил приборы.

Разъяренный принц, до сих пор игнорировавший короля Курканов, впервые заговорил с ним:

– Еда Вам по вкусу?

На лице Ишакана мелькнуло удивление. Он, похоже, развлекался, насмехаясь над Блейном. Мужчина вопросительно уставился в ответ, словно спрашивая: “хочешь тоже попробовать?”.

– Я слышал, что в песчаной пустыне трудно достать ингредиенты, и боюсь, что незнакомая еда может Вам не понравиться.

Слова Блейна подразумевали, что пища, которую сейчас ел Ишакан, была гораздо более ценной, чем та, коей тот питался обычно. Однако вопреки колкому замечанию, выражение лица Куркана оставалось прежним: расслабленным и беззаботным. В конце концов, он был королем. Какой бы редкой ни была еда, разве существовало что-то, чего он не мог получить? Ишакан тут же открыл рот и, растягивая слова, произнес:

– Именно об этом я и хотел сказать. Она превзошла мои ожидания...

Мужчина наклонил голову и посмотрел на Лию. От больших аметистовых глаз до маленького носика, пухлых губ и небольшого подбородка – он очертил глазами все ее лицо. Двигаясь взглядом дальше, Куркан достиг того места, где ее фарфоровая кожа соприкасалась с вырезом платья, который с обеих сторон мягко обвивал ее плечи, словно шелковый кокон.

Глаза Ишакана буквально раздевали принцессу, изучая каждый мягкий изгиб и подмечая каждую особенность строения красоты, находившейся перед ним. Вскоре он потянулся за салфеткой, затейливо расшитой кружевом. Кончики его пальцев расслабленно обхватили ее, затем Куркан поднес кусочек ткани ко рту.

– ...гораздо лучше.

Принцесса была удивлена, узнав, какую ласку мог выразить этот человек с помощью легкого, приятного и спокойного тона. Для того, кто являлся истинным зверем в постели и знал, как использовать свое тело, чтобы заставить женщину чувствовать себя хорошо, он оказался удивительно нежен. С неописуемым блеском в глазах Ишакан прошептал:

– Я хочу надолго остаться в Эстии.

С противоположной стороны стола послышался скрежет зубов. Глаза Блейна убийственно сверкнули. Благородный сарказм, предназначенный унизить Ишакана в эстианском обществе, не нанес ему ни малейшей царапины. Перед человеком, что являл собой воплощение свирепого зверя, резкие слова были неэффективны; все лают, но не кусают его.

В этот момент даже нечуткий король Эстии, казалось, понял, что ситуация приняла странный оборот. Он недоуменно посмотрел на Блейна и Ишакана.

Однако они оба уже давно позабыли о короле. Блейн, полностью охваченный злобой, оставил все принципы, что говорили ему держать рот на замке. Хрупкий характер политической ситуации, стоявшей перед ним, был застлан пеленой ярости. С гневом в глазах он заговорил:

– Я слышал, что король Курканов еще не женился. Вы собираетесь похитить для себя невесту родом из Эстии? – принц произнес то, чего не должен был говорить.

Удивленная Лия схватила его за предплечье, но парень тут же стряхнул ее руку.

– Блейн. – почувствовав серьезность ситуации, король Эстии предупредительно окликнул того по имени.

Но, несмотря на предостережения своей семьи, принц отбросил и проигнорировал их.

– По крайней мере, надеюсь, что король так не поступит.

Блейн завершил свою речь, скривив рот в усмешке:

– На континенте это считается варварством.

Глава 61. Когда Иссякает Терпение (2)

Атмосфера обеда стала такой, словно ее окатили ледяной водой, что вызвало озноб у всех наблюдателей происходящей сцены. Пусть континент и презирал Курканов, называя варварами, данное высказывание всегда произносилось только за их спинами.

Никто никогда не осмелился бы сказать это в их присутствии, тем более прямо в лицо их королю!

Кердина уставилась на Блейна, потрясенная тем, как прямолинейно он себя вел в присутствии Курканов, а в особенности Ишакана.

В ледяном напряжении яркие золотисто-желтые и холодные голубые глаза столкнулись друг с другом. Блейн метал молнии в Ишакана; между ними бушевала внутренняя битва. Во взгляде принца сквозила неумолимая ненависть.

– Я говорю так из-за беспокойства.

Ишакан, ни разу в жизни не проигравший ни одного боя, был не из тех, кто станет избегать провокаций Блейна. Вместо ответа мужчина усмехнулся принцу, который прилюдно обнажил когти и излучал враждебность. Его улыбка была похожа на поддразнивание шаловливого маленького ребенка.

Куркан слегка откинул голову назад и поднял брови.

Увидев томный взгляд оппонента, Блейн стиснул зубы, не давая ядовитым словам слететь с его губ. Парень всем своим естеством презирал человека перед собой.

– Эстия, похоже, не собирается заводить дружественных отношений. – Лия посмотрела на Ишакана дрожащими глазами, однако его взгляд сосредоточился на Блейне, не замечая ее. – Я думал, у вас та же цель, но теперь так не считаю.

Непринужденный смех исчез. Губы мужчины сжались в прямую линию, в золотистых глазах собралась буря.

– Сегодняшний обед предназначен для того, чтобы допросить меня?

– Нет, – от имени королевской семьи Эстии ответила Лия, нарушив молчание. – Это недоразумение, мой король.

– … – Ишакан медленно перевел взгляд. Он посмотрел на Лию с ничего не выражающим лицом.

Понимаю всю тяжесть сложившейся ситуации, Лия быстро прикрыла Блейна:

– Принц хочет мира с Курканами больше, чем кто-либо другой. Он – тот, кто отменяет рабство представителей вашего вида.

Принцесса не знала, о чем думают Блейн и Кердина, но ей отчаянно хотелось сохранить мир в Эстии.

Блейн открыл было рот, чтобы что-то сказать, но остановился, почувствовав, как Лия сжала его предплечье. К счастью, парень промолчал.

– Однако он оговорился, поскольку не очень хорошо умеет выражать свои чувства. – она вздохнула, прежде чем продолжить – Могу я попросить прощения от его имени?

Все понимали, что все сказанное Лией – лесть чистой воды, попытка умиротворить короля Курканов, к которому отнеслись неуважительно. Вопрос был лишь в том, примет он извинения или нет.

Вскоре Ишакан, не мигая смотревший на Лию, спросил:

– ...Разбираться с рабством – это работа принца?

– Совершенно верно.

Ишакан рассмеялся, словно пребывал в веселом расположении духа. Лия, наоборот, замолчала. Конечно, Блейн ни за что бы не заинтересовался Курканами или работорговлей. Всем этим занималась Лия. Но, как всегда, то, чего добилась принцесса, стало вкладом Блейна.

Данная установка стала вполне естественной, поскольку Лия привыкла к тому, что ее постоянно грабили. Вся ее жизнь не принадлежала ей.

Ишакан взглянул на девушку, понизил голос и спокойно произнес:

– Это уже второй раз, принцесса.

Для других такой ответ звучал бессмысленно. И лишь Лия понимала.

– ...Благодарю.

Ради нее Ишакан снова сдержал себя. Терпение не было добродетелью Курканов, и в первую очередь этот факт касался их королей. Лия уже не представляла, как отплатить мужчине за то, что он дважды сдержал свой гнев ради нее.

Несмотря на тревожную атмосферу, обед продолжался. Светская беседа прекратилась, и никто не смел упомянуть о жарком обмене мнениями, который произошел несколько минут назад. Слуги осторожно ждали, не смея пошевелиться, дабы ненароком не ошибиться и не ослушаться. Они словно ступали по тонкому льду.

Лия мелко нарезала ароматную баранину. Однако кусочек словно камень застрял у нее в горле. Было необычайно трудно съесть его, – даже само глотательное движение без какой-либо еды отзывалось болью. Аппетит у девушки совершенно пропал, но она продолжила набивать рот, стараясь хоть чем-то занять себя.

Внезапно раздался мягкий голос:

– Лия. – позвала королева и тело принцессы тут же напряглось. – Как тебе сегодняшняя еда? – при этих словах Кердина широко улыбнулась.

Затем женщина неторопливо обмакнула кусок баранины, наколотый на серебряную вилку, в сметану с травами и отправила его в рот. Это было предупреждение от королевы.

Наблюдая за действиями Кердины, Лия отложила приборы. Принцесса бессознательно переедала, пытаясь отвлечь свое внимание от Ишакана.

Она расслабилась! В течение нескольких дней из-за внезапной болезни Лия могла есть сколько душе угодно без вмешательства Кердины. Конечно, до смешного мало, по сравнению с нормальным представлением о трапезе, но и далеко за пределами стандарта королевы.

– А принцесса не слишком много ест?

Это было сказано с намерением унизить ее. Обжора.

– Не думаю, что я много ем, – ответила Лия и опустила голову.

– Ах, еда, должно быть, ужасная. – как только эти слова слетели с губ Ишакана, Кердина недовольно вздохнула.

Этот обед организован королевским дворцом. Заявление о том, что еда испорчена, для нее был равноценен оскорблению.

Лия нервно посмотрела на Кердину. Выражение лица королевы стало кислым после разговора Ишакана с ее любимым сыном.

– Это потому, что королю не понравились блюда? Мы должны были приготовить немного курканской еды, но я хотела познакомить Вас с культурой Эстии, и вот...

Она улыбнулась, взмахнув шелковым платьем, сверкавшим на солнце. Ишакан был в восторге, характер этой женщины казался ему до смешного забавным, – осмелилась украсть его подарок Лии.

– Я даже решила надеть курканскую одежду. Ах, мне неловко.

Третьего раза не будет. Терпение Ишакана лопнуло. Его большая бронзового загара рука подняла бокал с вином. Глубоко-насыщенного цвета содержимое закружилось ярко-красными бликами. Мужчина поднялся со своего места и, не колеблясь, опрокинул стакан над головой Кердины.

– Ахх!

Кердина закричала. Ее идеально накрашенное лицо и покрытые лаком волосы стали пропитываться спиртом. На платье, что было на ней, тоже появилось большое пятно. Драгоценная одежда, которую нельзя купить даже за богатства знатных домов, оказалась испорчена.

– Ой! – произнес мужчина.

Кердина метнула на Ишакана острые, как кинжалы, глаза. Вино капало с ее волос и стекало по подбородку. Женщина совершенно промокла.

Более того, у Куркана все еще хватало наглости улыбаться. Веселье и раздражение плясали в его золотистых глазах.

– Это моя вина, Ваше Величество. Я пришлю Вам новое платье.

Но в отличие от улыбающихся губ, его глаза сквозили холодом:

– На этот раз того цвета, что подойдет королеве.

Глава 62. Сгинь

Кердина моргнула. Затем, словно рыба на суше, она медленно приоткрыла губы и снова закрыла их.

Потеряв дар речи, женщина раздраженно сверкнула глазами.

Ситуация за обедом превратилась в полную неразбериху. Лия непонимающе наблюдала за разворачивающейся перед ней сценой – разум оказался слишком потрясен, чтобы осознать катастрофу, разразившуюся в тот момент, когда Кердина спровоцировала Ишакана и потянула за последнюю нить терпения.

Честно говоря, это было, действительно, ожидаемое событие. В тот самый момент, когда королева украла платье у Лии, воспламенился фитиль. Вопиющее неуважение и обман стали всего лишь спичкой, что зажгла бомбу замедленного действия.

Как бы отчаянно Лия ни старалась, ее попытки исправить положение были тщетны. Независимо от того, сколько усилий она прикладывала, чтобы отсрочить будущее, в конечном итоге обе стороны все равно столкнулись бы в конфликте. Ее умоляющие попытки умиротворить короля Курканов лишь выиграли немного времени. В конечном итоге, взрыв все равно бы неизбежно произошел.

С краев хрустального бокала стекали алые капли. Ишакан медленно поставил стакан, и на его губах появилась презрительная улыбка. Золотые глаза смотрели на Кердину с чистой ненавистью, и смысл, прятавшийся в них, их был ясен. “Сгинь”.

Встретившись взглядом с Ишаканом, королева напряглась. Мужчина перед ней обладал пугающе мощной аурой. Вселяющий ужас образ заставил женщину заикаться.

Глядя на ее жалкое состояние, Куркан не сдержал сарказма.

– Это платье... Мне показалось, оно Вам не идет. – данное заявление было явным оскорблением. Тон голоса мужчины не выражал ничего, кроме презрения.

Кердина только и могла, что наклонить голову и приподнять уголок рта. Темно-красные губы изогнулись дугой. Демонстрируя самую элегантную и красивую улыбку, королева пыталась утаить свои ранее смелые действия. Чистый образ ее яркой улыбки, смешанный с запахом алкоголя, в этой казусной атмосфере походил на сорняк, не к месту выросший в палисаднике.

Кердина изящным жестом подняла руку и подозвала служанку. Затем она встала со своего места и с благородным видом проговорила Ишакану:

– Я отлучусь на минутку, чтобы переодеться.

В сопровождении горничных, поспешивших на помощь своей госпоже, Кердина уверенным шагом покинула столовую. Король, оставшийся один после того, как его внезапно бросила жена, нервно оглядел стол.

Глаза правителя Эстии останавливались везде, кроме Ишакана. Трусливый король был так напряжен, что даже не мог обвинить Куркана в откровенно грубом поведении. Отец Лии в тот момент точь-в-точь походил на щенка, потерявшего хозяина.

В самом деле, он совершенно не заслуживал титула “король Эстии”. То немногое благородное достоинство, которое еще оставалось в этом человеке, теперь было разрушено. Такой лидер, как он, мог привести свою страну только к одному исходу – к гибели.

Взгляд Лии метнулся к королю. Принцесса почувствовала, как на плечи наваливается груз семьи, – тяжелее, чем валун, упавший со скалы. Сердце девушки сжалось от чувства безысходности. Беспорядок, с которым теперь ей приходилось иметь дело, казалось, был неразрешим. С губ Лии сорвался обиженный вздох.

“Насколько же вы глупы? От этих переговоров зависит судьба всей страны, но...вместо того, чтобы помочь…Не могу поверить, что вы все портите…”

Даже если правитель Эстии попросит прощения и преклонит колени перед королем Курканов, этого будет недостаточно. Ишакан и так оказал излишнее милосердие ранее. Вдобавок, гордость королевской семьи Эстии не дала бы отцу Лии поступить так.

Охватило ужасное чувство одиночества. Принцесса почувствовала себя так, словно ее бросили в зону боевых действий. С обеих сторон продолжалась жестокая резня, и как бы отчаянно она ни пыталась остановить безумие, ее крики оставались неуслышанными. Даже когда голос становился хриплым, а горло кровоточило, ее отчаянные просьбы не находили отклика в диких степях.

Охваченная горем, Лия медленно поднялась со своего места. Она поняла, что больше нет причин оставаться на обеде. Все было разрушено. Она посчитала, – лучше уйти и заняться чем-то другим, чем бессмысленно убивать время здесь.

Когда девушка уже собралась было двинуться, перед ней возникла тень.

– Принцесса. – человек, которому постоянно оказывали неуважение, протянул руку Лие.

Девушка медленно подняла на него взгляд. Ее очи прошлись по крупному телу, затем добрались до глаз, потом до ладони. Руки Ишакана были почти вдвое крупнее ее собственных, и тем не менее это небольшое различие таило в себе так много возможностей.

Принцесса нерешительно подняла руку, уже намереваясь вложить пальцы в его широкую ладонь. Однако она остановилась. Лия не была уверена, к чему может привести подобное решение, и поэтому не могла заставить себя с готовностью принять его.

Видя ее неуверенность, Ишакан не стал настаивать. Он только спокойно наблюдал за девушкой, терпеливо ожидая. Лия застыла на месте. Разум затуманился, эмоции противоречили сами себе.

В такие минуты Ишакан был необыкновенно терпелив. Несмотря на то, что он являлся человеком, всегда использующим силу и действующим безрассудно, чтобы добиться желаемого, только Лие он показывал другую сторону себя – проявлял заботу и терпение.

Понимая, что находиться с Ишаканом лучше, чем оставаться здесь, принцесса протянула ладонь, чтобы взять мужчину за руку, как вдруг строгий голос прервал ее:

– Сядь, – холодно произнес Блейн. – Куда это ты собралась? Обед еще не окончен.

Глава 63. Неутолимая Жажда Власти (1)

Блейн все также прямо сидел за столом и использовал безжизненный обед как предлог, чтобы заставить принцессу остаться.

– Я сказал, не уходи, Лия.

Однако девушка ничего ему не ответила.

Не в силах вынести ее молчания, Блейн пнул ногой стул под собой. Его бровь дернулась; было ясно, что парень зол на Лию. Ее непослушание вызвало неудержимую ярость, захлестнувшую Блейна целиком. Сильная озлобленность отразилась на лице принца. Всегда уступчивая Лия осмелилась бросить ему вызов! Рука сжалась в кулак, и Блейн ударил им по столу, гремя тарелками, пытаясь запугать девушку и заставить ее остаться.

Однако было слишком поздно. Лия уже протянула руку к Ишакану. Стоило им коснуться его, мужчина тут же обхватил пальцы принцессы. Он сжал свою ладонь так сильно, что даже Лия поразилась. Куркан поменял расположение рук, твердой и уверенной хваткой вцепившись девушке в запястье, и притянул ее к своей груди.

За доли секунды пара стремительным шагом удалилась от обеденного стола и покинула сад.

Блейн, все еще охваченный гневом, попытался догнать их. Однако его протянутая рука, норовившая вернуть Лию назад, промахнулась всего на пару сантиметров. И Ишакан утащил девушку за собой. Кожи парня коснулся лишь холодный воздух.

– ...

Блейн опустил руку и сжал ее в кулак так сильно, что ногти впились в кожу и пронзили плоть. Однако он не обращал внимания на боль. Это было ничто по сравнению с чувствами смятения и ярости, обуявшими его в тот момент. На мгновение взгляд принца скользнул по пустому месту, где несколько минут назад сидела Лия. Стоило ледяным голубым глазам наткнуться на стул Ишакана, как они тут же сильно задрожали, направляя всю враждебность на короля Курканов.

Это был последний шанс для принца. Когда Ишакан выволок Лию из сада, Блейн отреагировал и крикнул рыцарям, стоявшим на страже у входа в обеденную зону остановить их. Однако было уже слишком поздно.

Вкупе с длинными ногами Куркана, скорость шага позволила паре быстро оторваться. Вскоре сад, где проходил обед, исчез из виду.

Они остановились в коридоре с мраморными колоннами, что был возле садового лабиринта дворца.

Сыновья и дочери знати, игравшие неподалеку, заметили напряженного Ишакана, тащившего Лию, и, поняв, что это важные фигуры, быстро разбежались, как муравьи, облитые водой.

Вокруг сразу же воцарилась тишина. Упади сейчас шпилька, это непременно бы услышали.

Ишакан посмотрел на Лию и выдохнул, наконец разжав ее запястье.

В тот момент, когда горячая ладонь отпустила ее, принцесса спрятала руку за платье. Однако мужчина заметил это движение и тут же снова притянул конечность девушки к себе.

На белом тонком запястье проступили красноватые следы. Пусть даже Ишакан и пытался нежно держать девушку, ее кожа оказалась настолько бледной и хрупкой, что хватка, которую Куркан считал достаточно легкой, оставила на ней отпечатки ладоней. Принцесса действительно была сделана из стекла.

– Почему..!? – резко повысив голос, застигнутый врасплох, Ишакан замолчал.

Охваченный смешанными чувствами, мужчина поднес свою руку к лицу, закрыв ею глаза. Громкий вздох сорвался с его губ, и он уныло пробормотал:

– Ты должна была сказать, что тебе больно.

Когда Куркан произнес эти слова, Лия осознала, насколько сильно оказалась встревожена произошедшим. Хотя мужчина сжимал ее руку до покраснения, она совсем не чувствовала боли или неудобства. Подобные мелочи были для девушки несущественными.

Лия подняла голову. Светло-фиолетовые глаза встретились с глубоким золотистым цветом. Губы принцессы раскрылись, и из них вырвались слова, которые она всю дорогу собиралась сказать:

– Я приношу свои глубочайшие извинения от имени королевской семьи.

Однако Ишакан грубо остановил Лию, приблизившись к ней вплотную:

– Прекрати. – скомандовал он.

Зрачки мужчины расширились, и солнце, пламенеющее в его глазах, запульсировало. Сквозь золотистый ореол пробежал целый рой эмоций.

– Ты не грешница. Почему ты всегда так извиняешься?

Чувство разочарования и злости обрушилось на Ишакана. Каждый раз, когда он взаимодействовал с Лией, казалось его снова и снова окатывали волны сильной ярости. Однако причина, стоящая за этим, сильно отличалась от того, о чем думала Лия.

– Что, черт возьми, Эстия с тобой сделала? Продать тебя Бён Гёнбеку им не достаточно? Ты же чертов щит...

Из того, что Ишакан увидел, только Лия сделала хоть какое-то усилие во время обеда. Она одна держала себя в руках, пытаясь сохранить дружеские отношения; лишь она самоотверженно думала о своей стране.

Потеряв дар речи и не в силах понять ее действий, мужчина наклонил голову и тихо прошептал:

– Королевство так важно для тебя? До такой степени, что ты готова защищать наследного принца? – Ишакан отчаянно пытался обуздать свои бушующие эмоции.

Только ради Лии его гнев утих.

Принцесса же кусала губы, не произнося ни единого звука. Куркан поднял руку и приподнял подбородок девушки.

– Почему ты ничего не сказала?

Его большой палец скользнул по ее губам и надавил, приоткрыв рот. Лия собиралась уже укусить его, но вовремя остановилась.

– Если ты чувствуешь себя обиженной, нужно демонстрировать свой гнев. Кричи, говори что угодно. Даже если ты не...

Стоило Лие услышать эти слова, и некогда умершие в ней волнующие эмоции вновь ожили. Пусть она думала, что сможет перетерпеть и промолчать, ее губы зашевелились сами по себе:

– ...Что изменится, если я так поступлю?

Ничего. Это абсолютно ничего не изменит.

Глава 64. Неутолимая Жажда Власти (2)

Пусть даже сейчас девушка поступала несправедливо по отношению к нему, пусть даже она покажется ему жалкой, но Ишакан все равно уйдет, несмотря ни на что. Они жили в совершенно разных мирах... И когда он исчезнет, единственным человеком, кто позаботится о созданном этим мужчиной беспорядке, будет Лия.

Хотя принцесса прекрасно все понимала… Слезы комом встали в горле. Смятение острым шипом пронзило сердце. Лия была сильной, но в то же время хрупкой натурой.

Девушка моргнула и вдохнула прохладный воздух. Мускусный запах мужественности, исходивший от Ишакана, ударил в нос, – настолько близко они стояли. Лия попыталась взять себя в руки и предостерегла его:

– Не симпатизируй мне, если не собираешься брать на себя ответственность.

– Симпатия? Ты несешь чушь. – сказал Куркан, стиснув зубы.

– Разве наши любовные утехи к этому не относятся?

– ...– Ишакан промолчал, слова словно застряли у него в горле.

Лия вырвалась из хватки; движение будто показывало, что она освобождалась от мужчины, как эмоционально, так и физически. Стоило Лие повернуться, как Ишакан снова развернул ее и притянул к себе.

– Отпусти меня!

Однако Куркан не ослабил хватку. Лия боролась, била мужчину в грудь, пытаясь вывернуться из его тела. Она ненавидела Ишакана за то, что он играл с ней. За то, что беспокоил ее и создавал беспорядок, который ей приходилось убирать. За то, что подрывал мир, который она так старалась сохранить.

Но больше всего девушка ненавидела себя за то, что позволила Ишакану таскать себя за собой.

Разница в их силе была как небо и земля. Куркан легко одолел принцессу, заставив отказаться от непрестанной борьбы.

– Я… – начал говорить он, но голос сорвался.

Лия уставилась на мужчину. Взгляд золотых глаз, который некоторое время назад полыхал гневом, смягчился.

– Если я скажу, что возьму на себя ответственность...

Силы мгновенно покинули принцессу. Душевная борьба стихла, девушка затаила дыхание.

Словно околдованный, Ишакан, не мигая, уставился на Лию. Следующие слова, которые он произнес с осторожностью, стали подтверждением их отношений.

– Тогда что ты будешь делать?

***

Блейн неподвижно стоял, уставившись на пустой стул. Однако, сколько бы ни смотрел на него, принц знал, – она уже не вернется. Время не отмотать назад, а человека здесь больше не было.

Его зубы сильно прикусили замерзшие губы, и негодование вырвалось наружу:

– Хах...Черт… – несмотря на то, что король сидел рядом, Блейну было все равно, и он выругался.

*БАМ!*

Парень излил свою ярость на стол, что сотрясся, гремя фарфоровой посудой. Нетронутые бутерброды и деликатесы, перевернулись в воздухе и смешались с другой едой. Бокал с вином опрокинулся и разбился об пол.

Резкий пронзительный звук, столкнувшегося с землей и разбившегося вдребезги стекла, разжег ярость Блейна.

Он тут же схватился за край скатерти и стащил со стола. Вместе с ней потянулась вся посуда и ранее прекрасно сервированная еда.

*БАХ!*

*ГРОХ!*

*ЗВЯК!*

Блейн выругался и разбросал оставшиеся стаканы и тарелки повсюду. Острые вилки и ножи полетели за спинами дежуривших горничных. Но, к счастью, им удалось увернуться от атаки серебра.

Никто не мог остановить принца.

Даже король ничего не сказал и только с тревогой наблюдал за действиями парня. Лишь когда Кердина вернулась к обеду, Блейн, дававший выход своему гневу, прекратил разрушение.

В новом элегантном платье и с напудренным лицом Кердина появилась с присущим ей королевским видом. От нее больше не пахло алкоголем, скорее, теперь от ее тела исходила эссенция жасмина, даруемая ароматными духами.

Восстановив отточенное самообладание, женщина вернулась к обеду и посмотрела на пустые стулья, за которыми когда-то сидели Лия и Ишакан. Правда они уже давно удалились, и остались только Блейн и король.

Увидев сына в таком состоянии, она прижала руку к груди:

– Блейн...

Король, которого безмерно обрадовало возвращение жены, даже не был замечен Кердиной. В поле зрения женщины находился только Блейн. Тяжело дыша, парень медленно поднял глаза, чтобы встретиться с ней взглядом.

– Я с уверенностью считал, что это мое, но, очевидно, таковым не было. – пробормотал он с дрожащими глазами.

Было ясно как день, что принц находился в состоянии безумства.

– Похоже, даже если бы я стал королем, я не смог бы победить его. Недостаточно просто быть королем Эстии.

Глаза Блейна сверкнули, в ледяных радужках сформировалось злое наваждение. Зрачки расширились, переполненные маниакальным бредом. Улыбка растянулась на губах, исказив лицо парня.

– Если бы только у меня было больше власти. – зловещий тон, лежащий в основе голоса, в полной мере передал его дурные намерения.

При этих словах глаза Кердины расширились. Однако ее реакция была вызвана отнюдь не тем, что ей больно видеть страдания своего любимого ребенка.

Скорее…

– Да, мой любимый Блейн...

Всепоглощающая радость наполнила женщину, когда та прошептала свое согласие, сразу же поняв ход мыслей принца. Такова была их связь как матери и сына.

– Отсутствие власти – это, действительно, большая помеха. Поэтому будь жадным, амбициозным и стремись к власти.

– Мама...

Кердина ласково улыбнулась Блейну, охваченному плохими эмоциями – неадекватностью и завистью. Она подпитывала его порочные желания сладкими словами поддержки. Атмосфера фальшивой привязанности и любви опустилась на обед, полностью разрушенный всего несколько минут назад.

– Ты будешь занимать самый высокий пост на континенте, Блейн.

Глава 65. Подготовка контраргументов (1)

Лия понимала, что ей следовало помешать Ишакану, попросить того прекратить. Его слова были бессмысленны, и в этой ситуации политика и любовь вместе привели бы только к одному – к катастрофе.

Ни один из них не мог подобрать подходящих слов. Словно перетягивание каната. Тонкую грань можно было пересечь в любой момент, но ни один из них не хотел отпускать веревку.

Пусть заявление мужчины и звучало неправдоподобно, какая-то часть души девушки желала ему поверить. Ей так сильно хотелось положиться на Ишакана...

Однако Лия чувствовала себя нелепо. Как она могла доверять врагу своей страны? Их цели противоречили друг другу, а сердца расходились во мнениях: каждый преследовал интересы своих народов. С одной стороны, Ишакан – самый могущественный король, правящий Курканами, а с другой – Лия – практически беспомощная принцесса, изо всех сил пытающаяся спасти страну.

Идиотка. Каждый раз, находясь с ним, она становилась такой. Обычный ход мыслей и логика испарялись перед этим человеком, сменяясь искушением и эмоциональными импульсами.

Больше всего принцесса хотела сделать то, чего желало сердце – надеть то красивое пурпурное шелковое платье, подаренное ей Ишаканом, насладиться трапезой в тишине и дружелюбной атмосфере.

Девушка мечтала заявить о триумфе своего вклада в страну; хотела, чтобы люди признали, что именно она стремится отменить рабство, а не наследный принц.

Такие простые желания Лие приходилось подавлять из-за соблюдения правил этикета и дисциплины.

С самой первой встречи Ишакан только распалял в ней мятежный дух. Незажженные чувства, которым следовало истлеть, не оставив после себя и искры, превратились в огромное пламя.

Было трудно противостоять жгучей потребности перестать сдерживаться и удовлетворить те самые сокровенные чувства и необузданные желания.

Ишакан являлся топливом, достаточно мощным, чтобы заставить искру вспыхнуть пламенем, вопреки желанию девушки.

Когда графиня Мелисса услышала, что произошло во дворце, ей стало очень обидно за принцессу. Особенно ее беспокоила ситуация с фиолетовым шелковым платьем. Такой великолепный и изысканный наряд, который нельзя было купить за деньги, оказался украден и испорчен еще до того, как Лия успела к нему прикоснуться.

Мелисса хотела немедленно выяснить личность преступника, однако принцесса сразу успокоила ее.

– У меня есть причина, по которой я рассказала тебе. Я бы хотела оставить этот вопрос.

– Но, принцесса...!

– Я хочу, попросить тебя, как старшую служанку, взять на себя инициативу и проследить, чтобы между прислугой не произошел раскол. Я знаю, что то, о чем я прошу тебя, довольно обременительно, но... – Лия взяла графиню за руку и посмотрела на нее темно-фиолетовыми глазами. Молящий взгляд.

– ...

– Если кто-то из горничных и предал меня с целью заработать состояние, я уверена, что тот был вынужден сделать это ввиду неизбежных обстоятельств. Так или иначе, я все равно скоро уеду... Что бы ни делала королева, мы просто должны с этим смириться.

Мелисса не отвечала и лишь плотно сжала губы. С мертвенно-бледным лицом она заставила себя заговорить:

– Как они могут не давать Вам покоя? – сухая морщинистая рука закрыла лицо. Графиня некоторое время молчала. – ...Если бы только я происходила из семьи с большей властью.

Слова, которые прошептала женщина, казалось, были полны раскаяния. Всякий раз, когда с Лией случалось что-то плохое, графиня всегда винила себя. Мелиссе было ужасно обидно за принцессу, она сожалела о том, с какими бесчисленными несправедливостями той приходилось справляться.

– Графиня.

– Прошу прощения. Я говорила неподобающим образом в присутствии Вашего Высочества.

– Нет, я – единственная, кто виновата. Я недостойна иметь на службе такого человека, как ты, – Лия подошла к графине и раскрыла перед ней объятия.

Мелисса тут же обняла принцессу. Глубоко вздохнув, она произнесла:

– Нет, это я не заслуживаю иметь такую хозяйку, как Вы. Вы – все, что у меня есть и на кого я могу положиться.

– Не будь такой, Мелисса.

– Ее Величество может попросить меня служить другому хозяину, как только Вы покинете дворец, но мне ненавистна эта идея.

Лия слабо улыбнулась, как будто знала, что Мелисса имела в виду. Графиня хотела поскорее сменить тему.

Участь принцессы уже предрешена – она обещана Бён Гёнбеку, а люди уже предвкушают их воссоединение. Мелисса никогда не сможет этого изменить. Женщина не обладала подобной силой и винила себя за это.

Лия вспомнила свой окончательный выбор – смерть вместо несчастного существования – и молилась, чтобы он не причинил Мелиссе слишком много страданий. Как только девушка подумала о предстоящем покое, память внезапно воспроизвела голос:

「Если я скажу, что возьму на себя ответственность...тогда что ты будешь делать?」

Слова мужчины застряли в голове подобно назойливому жуку, наводящему смуту внутри принцессы. Он продолжал неуклонно летать вокруг нее, независимо от того, как сильно та пыталась прогнать насекомое.

Голос Ишакана, его глаза и нос над красивыми губами… Нежное и искреннее выражение лица мужчины – все ожило в сознании Лии. Она мысленно очерчивала ровную линию его подбородка, изгиб бровей и глубоко посаженные глаза своими собственными.

Стоило нежелательным воспоминаниям воскреснуть, как принцессу поразило осознание. Все это время ее сердце чего-то хотело... Лия хотела жить.

***

Аристократические круги, общаясь друг с другом в зале, особенно довольствовались сплетнями, окружавшими скандальный приветственный банкет для Курканов.

Сплетники не отказывали себе в обсуждении истории отношений между королем Курканов и принцессой. Одной мысли о взаимодействии цветка Эстии и молодого и сильного короля дикарей было достаточно, чтобы создать провокационную картину.

Королевская дочь, с яркими фиалковыми глазами, являлась знатной фигурой, которой завидовали все аристократы, особенно женщины. Встречалось довольно много дворян, недовольных и тем фактом, что она стала невестой старого, но такого могущественного Бён Гёнбека.

– Во всяком случае, король варваров внезапно объявился и оставил о себе впечатление, как о потенциальном любовнике! Все с нетерпением ждут, когда Бён Гёнбек вскипит от гнева. – граф Валтейн был так взволнован, что продолжал трепаться о сплетнях, ходящих светских кругах. – Вы необычайно красивы, однако я не знаю, как Курканы воспринимают эстийскую красоту. Интересно, сочтут ли они меня...

Заметив свирепый взгляд министра финансов Лорана, граф Валтейн прекратил свой треп. И пусть его язык все еще чесался продолжить, в конце концов он на это не решился и сменил тему.

Мужчина достал из кармана маленькую бархатную коробочку, перевязанную розовой лентой. Затем он развязал ее и с гордостью открыл, слегка подтолкнув к центру стола.

Содержимое коробочки было разложено на бумаге *тишью цвета персика, – незнакомое зрелище для человека, которому его представили, министра Лорана.

Граф Валтейн гордо выпятил грудь и высокомерно произнес:

– Это последняя тенденция. – он держал шкатулку так, словно в ней была таинственная и чрезвычайно изысканная драгоценность.

– Финиковые пальмы? – прозвучал озадаченный голос министра.

---------------------------------------------

Прим. пер.:

Бумага тишью (tissue paper) или, как ее еще называют, папиросная обeрточная упаковочная бумага – это тонкая, нежная и привлекательная декоративная бумага разных оттенков.

Глава 66. Подготовка контраргументов (2)

– Да. Хотите попробовать? Это сушеный финик – пища Курканов. Было трудно их разыскать.

Граф Валтейн эксцентрично продемонстрировал свой опыт в этикете поедания плодов финиковых пальм.

– Есть их довольно сложно. Обязательно нужно сразу научиться делать это правильно! Ни первая ни вторая попытка ни к чему не приведет, – без правильной техники Вы лишь попусту потеряете время. Уверяю Вас, многие не знают об этом способе.

Уникальный и любопытный товар вызвал интерес министра финансов Лорана. Он взял вилку, которой пользовался для закуски, наколол финик и съел его. Затем мужчина сразу же выпил чай.

– Ох, будто сахар ем...

– Это не сахар! Финиковые пальмы от природы сладкие.

Несмотря на опровержение графа, Лоран не смог легко разгладить хмурую складку на лбу. Валтейн улыбнулся, наблюдая, как министр пьет вторую чашку чая.

Хотя граф ненавидел сладкое, он уже съел два финика – его вкусовые рецепторы меняются подобно сезонам. Лия, которая все это время находилась рядом, могла только удивленно смотреть на него.

– Думаю, финики пользуются популярностью в наши дни из-за того, что они благотворно влияют на самочувствие и придают бодрости, – продолжал хвалить сладости Валтейн.

– ...

Пока мужчины продолжали вкушать диковинный плод, в голове Лии внезапно всплыл Ишакан. Сознание возобновило в памяти картину того, как тот ел финики. Но стоило воспоминаниям только вспыхнуть, девушка тут же поспешно стряхнула их.

Культура Курканов в последние дни приобретала в Эстии все большую популярность. Иностранные обычаи были весьма привлекательны для аристократов, ведь те ужасно любили новые развлечения.

С точки зрения правителя, подобный расклад был бы неблагоприятен. Тем не менее, чем больше человек пытается подавить людей и запретить им делать то, что они хотят попробовать, тем больше они находят подобное увлекательным. Следовательно, вариант попытки предотвратить становление курканской культуры новым модным веянием не рассматривался.

Единственное, что можно было сделать в подобной ситуации – подождать, пока Курканы вернутся в пустыни после переговоров, тем самым забрав с собой тенденцию.

Граф Валтейн предложил финики Лие, но та отказалась их есть. Вместо этого девушка отхлебнула немного слабо заваренного черного чая и подняла главную тему, с которой хотела разобраться:

– Как обстоят дела с тем одолжением, о котором я Вас просила?

– Да, принцесса. – Валтейн тут же поставил чашку. – Я узнал, что Курканы в настоящее время передвигаются в Эстии тремя формированиями.

Первому было поручено встретиться с ключевыми фигурами королевства и задобрить их. Эту группу уже видели в действии: Курканы взяли на себя инициативу приблизиться к графу Валтейну.

Цель второго формирования – выследить и схватить цыган. Начнем с того, что отношения между Курканами и цыганами уже и так были испорчены. Тем не менее, похоже их конфликт оказался намного крупнее, чем выглядел на первый взгляд.

– Последняя группа, как и ожидала принцесса, занимается поиском рабов-Курканов, живущих в неволе здесь, в Эстии.

Услышав слова графа Валтейна, Лия кивнула. Рабство являлось незаконным. Однако перед лицом денег закон не существовал. На порабощенных Курканов имелся огромный спрос, – они были сильными и в то же время дорогостоящими. Работорговцы незаконно пленили их и продавали, зарабатывая на этом целое состояние.

– Так Вы сделали то, что я велела?

– Конечно. Все будет происходить согласно Вашему распоряжению.

На лице Лии появилась улыбка. Увидев ее довольное выражение лица, мужчина просиял, словно ребенок, которого только что похвалили.

– Граф Валтейн сделал для нас великое дело. Благодаря его стараниям у нас, по крайней мере, будет возможность выйти из переговоров. – Лоран высказал свое мнение с мрачным лицом. – Однако, не будет ли слишком трудно проводить переговоры прямо сейчас? Тот инцидент во дворце, который не должен был произойти, все-таки произошел.

Услышав напоминание о катастрофе, случившейся во дворце королевы, Лия чуть не поддалась чувству разочарования. И не потому, что она не могла понять министра финансов. Просто такая реакция была естественной.

– Необходимо попытаться правильно использовать эту ситуацию. Как вы знаете, мы не можем просто стоять в стороне и ничего не делать.

Лия посмотрела сначала на одного мужчину, потом перевела взгляд на другого. Она четко изложила свои дальнейшие размышления, подчеркнув, как важно быть в хороших отношениях с Курканами.

– Договор – это последний шанс для Эстии.

– ...

Граф и министр финансов тяжело вздохнули и согласно кивнули.

Лоран, казалось, глубоко задумался на некоторое время, прежде чем заговорить:

– Можно сказать, мы уже беспомощны. Стоит вам уехать, принцесса... Даже если нам удастся договориться о сделке, как мы можем управлять разлагающейся страной сами?

– По этой причине я не могу нормально спать в последние дни. Неужели королева действительно думает, что наследный принц справится со всем этим?

– По-видимому это так. Вероятно, потому что наследный принц беспощаден и честолюбив.

– Не понимаю, почему принц ведет себя так глупо, в то время как его мать – умна и хитра как лиса.

Граф Валтейн, с губ которого невольно сорвалась жалоба, немедленно огляделся по сторонам. Он только что одним заявлением оскорбил двух самых влиятельных людей в Эстии.

Убедившись, что служанок нигде не видно, мужчина озорно рассмеялся, будто ребенок, пойманный на подозрительном поведении.

– Думаю, королева пожалеет об этом, как только Вы уедете. Она упадет на землю, полная раскаяния, и немедленно призовет Вас обратно.

Судя по всему, не только он так думал. Министр финансов Лоран украдкой кивнул в ответ на страстную речь графа, сказав, что Лия не должна прощать королеву, даже если та встанет на колени.

Валтейн перестал лепетать только после того, как Лия подняла руки. Она тихо вздохнула, и мужчина сморщил нос, смутившись и размышляя не сказал ли он что-то не так.

– Граф Валтейн.

Когда он услышал последующие слова, его глаза расширились от удивления.

– Я думаю заняться поиском рабов самостоятельно.

Глава 67. Разрушитель Оков (1)

Пелена облаков застелила ночное небо. Луну заволокло туманом, и ни один луч света не мог просочиться сквозь него. Непроглядная тьма опустилась на Эстию, окутав королевство тайной. Ночи, подобные этой, вызывают в душе тревогу, людям становится жутко выходить на улицу по одиночке.

Маленькая керосиновая лампа освещала дорогу перед повозкой. Пламя в ней горело ярко, однако его было недостаточно, чтобы полностью озарить путь.

Кучер, находившийся впереди целой вереницы повозок, повернул голову, осторожно оглядев окружающую местность. После многих лет странствий он знал достаточно, чтобы распознать те моменты, когда ни в коем случае нельзя игнорировать свою интуицию.

Сегодня кучер чувствовал себя на редкость встревоженно. В нем клубилось непреодолимое желание выскочить из повозки и скрыться в темноте ночи. Мужчине хотелось поскорее выбраться из мрачного леса, через который лежал их путь, однако густые ряды деревьев, казалось, протянулись бесконечно далеко и вовсе не собирались заканчиваться.

Уже некоторое время наемники, сопровождавшие повозки, чувствовали зловещую атмосферу окружающего леса. Они постоянно сжимали ножны своих мечей на случай внезапной атаки.

– Черт побери!

Выругался кучер, натягивая поводья, чтобы остановить лошадей. Он попытался привлечь внимание животных, несколько раз хлестнув их, однако те не замедлили хода. Лошади продолжали взволнованно фыркать и визжать, словно были напуганы ужасным существом.

Мужчина оказался беспомощен и мог лишь смотреть вперед, охваченный ужасом. Внезапно воздух пронзил резкий свист. Слишком поздно осознав, что это был за звук, кучер выпучил глаза.

– Ааа, это варвары!

Закричал он через долю секунды, и вместе с тем с неба упали черные тени. Они, словно обезумевшие звери, в искусной атаке вскарабкались на повозки. Яркие глаза ужасающе светились в темноте, и этот блеск также позволял увидеть выдающийся оскал. На лицах “гостей” застыла довольная ухмылка.

Наемники вскрикнули и выхватили мечи. Однако их реакция не шла ни в какое сравнение с Курканами, которые, молниеносно спрыгнули с кареты. И, наравне с их быстрым появлением, в следующую же секунду послышались звуки рвущейся плоти и падающих на землю тел. Кровавая баня, устроенная Курканами среди наемников, сопровождалась треском костей.

– Угххх...

Кучер едва успел сползти с повозки. Всевозможные ужасающие звуки боли и резни вокруг пронзали уши. Душераздирающие вопли наводили страх. Мужчина прикрыл рот дрожащей рукой, заставляя себя не кричать. Внезапно на него обрушился порыв холодного воздуха, – повозка, до этого скрывавшая его тело, перевернулась.

Ледяной воздух пропитался запахом смерти. Вокруг кучера лежали только трупы. Мужчина заметил одного из своих спутников. Тот посмотрел на небо, а затем брызнула кровь; и последнее, что увидел тот наемник, были такие же как и у него лица. Кучер в ужасе наблюдал, как его спутник с глухим звуком замертво рухнул на лесную землю. Там его и похоронят. Горячая кровь наемника медленно растекалась по земле, его тело холодело.

На фоне затененной луны просматривался силуэт мускулистого мужчины. Он безжизненно посмотрел на женщину, которая перешагнула через тела, не обращая внимания на замершего кучера, и заглянула внутрь перевернутой кареты. Несомненно, если бы кто-нибудь увидел яркие глаза цвета желтого топаза, он узнал бы в нем вожака стаи.

– Ишакан. – гигантская женщина протянула ему табачный лист.

Пока она ухаживала за остальными, худощавый мужчина старательно обыскивал фургоны вместе с другими Курканами. Человек, который один за другим освещал лампой лица рабов, проверяя их, внезапно воскликнул:

– Здесь нет!

– И снова тщетная попытка..?

Мужчина на мгновение замолчал, покуривая листовой табак, послевкусие успокаивало в этой тихой кровавой ночи. Он медленно пробормотал, выпуская дым листового табака:

– Удивительно. Я был абсолютно уверен, что предоставленная информация была точна.

Куркан наклонил голову и пристально посмотрел на кучера, находившегося поодаль. Оказавшись во внимании этих пронзительных, сверкающих глаз, мужчина онемел от страха. Даже если бы хотел закричать, не смог бы произнести ни единого звука. Ноги приклеились к земле, и он не мог убежать из-за сковавшего чувства страха.

Кучер почувствовал, как по внутренней стороне бедра потекла теплая жидкость. Похоже, он испачкал штаны мочой.

Ишакан ухмыльнулся. Золотые глаза сверкнули, когда он поднял бровь, дразня кучера, словно хищник.

– Ты что-нибудь об этом знаешь?

У кучера застучали зубы. Неконтролируемая дрожь сотрясала тело, пока он смотрел на ужасающего человека перед собой. Тем не менее мужчина знал, что если он продолжит молчать, то лес станет его могилой. Кучер заставил себя открыть рот, чтобы произнести хоть что-то внятное, слова вырвались из него едва разборчивым бормотанием:

– Д-другие работорговцы...

– Неужели другой работорговец купил и забрал Курканов?

– Д-да...

Ишакан прищурился. Он был погружен в свои мысли и склонил голову набок. Затем поднял голову и кивнул женщине, сидевшей сбоку.

– Пожалуйста, пощадите меня. Я просто управляю повозкой…Этого, вероятно, должно быть достаточно, чтобы заплатить за мои грехи.

Женщина коротко кивнула и вдруг подняла кулак.

*БУХ!*

Она ударила кучера по затылку. Он тут же беззвучно упал в обморок.

Пристально смотря на кучера перед собой, Ишакан коротко спросил:

– Он мертв?

– Ты хорошо справился с контролем своей силы, Ишакан. – она указала вокруг.

Хабан занервничал из-за невежественного ответа Дженин и добавил:

– Я думаю, он мертв.

– Нет. Он еще не умер.

Вслед за этим мелким препиранием, Хабан принялся проверять пульс кучера. В заключении не было ничего интересного:

– Он не умер.

Хабан с сомнением покачал головой и прищелкнул языком. Дженин приподняла подбородок, подав тем самым знак мужчине и как бы подтверждая свое превосходство. Ишакан, посмеялся над их молчаливой перебранкой, закурил табак и сказал:

– Он – третий?

Хабан топнул ногами, когда с побагровевшим от злости лицом произнес:

– Это, конечно, не похоже на совпадение.

В настоящее время Ишакан выслеживал Курканов, порабощенных в Эстии. Он уже выяснил местонахождение сородичей, которых продавали аристократам и богатым купцам.

В процессе выуживания Курканов, подверженных опасности оказаться пойманными и проданными, они неожиданно столкнулись с многочисленными трудностями. Каждая зацепка приводила к провалу, их группа опаздывала всего на несколько часов. Это самая неприятная проблема, с которой они постоянно сталкивались, выслеживая сородичей.

Подтверждали, что Курканов купили. Группа отслеживала и загоняла в угол работорговцев, коих уже насчитывалась целая вереница, однако путь их торговли оказывался лабиринтом. Каждый раз причина была одна и та же. Другой работорговец покупал Курканов прямо перед тем, как им удавалось освободить их.

Это уже третий раз, когда они упустили такую возможность, при том, что все произошло за довольно короткий промежуток времени.

– Должно быть кто-то движется на шаг впереди нас.

Глава 68. Разрушитель Оков (2)

Хабан крепко сжал кулаки, услышав заключение Ишакана. Король Курканов поспешил успокоить подчиненного,чье самолюбие было задето:

– Это не твоя вина, Хабан. Все лишь потому, что в дело, вероятно, вмешиваются Томари.

Трудности в работе доставляли цыгане, которые тоже охотились за работорговцами. Тем не менее, Хабан сделал все, что мог.

– В данной ситуации проблема кроется далеко не в отсутствии у тебя навыков. Скорее в том, что кто-то другой действует на опережение. Они передвигаются быстро, и это позволяет им избежать нашей хватки, – Ишакан, казалось, глубоко задумался.

– Я не знаю, что это за работорговцы. Как насчет того, чтобы сначала разобраться с этими парнями? – Хабан достал сигарету и сунул ее в рот.

Выпустив дым, он продолжил:

– Как нам найти их?

– Действовать быстрее.

Глаза Хабана расширились от шока. Он озадаченно посмотрел на Дженин и осторожно переспросил:

– ...У тебя все хорошо? Мы и так работаем настолько быстро, насколько можем, сохраняя при этом осторожность в своих действиях.

– У нас нет выбора. Мы должны оказаться внутри аукционного дома и найти их там. Для этого надо обязательно прийти по крайней мере за час до них.

Ишакан рассмеялся. Выдыхая дым в темноту, он мог вживую представить, сколько крови прольется при их нападении, как много багряной жидкости окрасит его руки. Дженин, знавшая свирепость короля в сражениях, особенно по отношению к людям, поработившим их род, посмотрела на него, подняв брови.

В ответ Ишакан произнес тоном, от которого воздух стал еще холоднее:

– Что? Ты же знаешь, что я хорошо владею собой, верно?

***

Первое заседание Совета Кабинета министров после приветственного банкета Курканов. Только Лия присутствовала на встрече от имени правящей семьи. Король заявил, что устал, а наследный принц не пришел, потоскольку занимался охотой. Однако подобное было частым явлением, так что все привыкли к его отсутствию.

Заседание поглотила тяжелая атмосфера. Сгустившийся воздух настороженности и неловкости был настолько ощутим физически, что казалось, его можно порезать ножом. Министр финансов Лоран глубоко вздохнул и откашлялся. На лбу так и читалось, что он напряжен.

– Нам необходимо провести реформу нынешней налоговой системы.

В тот момент, когда он произнес вступительную фразу, весь комитет погрузился в хаос. Лия оглядела конференц-зал, непоколебимое пустое выражение лица скрывало ее мысли. Большинство присутствующих членов совета решительно возражали против этой идеи. Заявив, что это полная чушь и реформа бесполезна для экономики Эстии, они в одностороннем порядке выразили несогласие.

– Будет ли законопроект принят или нет, – решится после заключения мирного договора. Сегодня разъяснения в отношении реформы...

По мере того как министр финансов продолжал, настроение, повисшее в зале конференции, становилось все мрачнее. Каждый глубоко погрузился в свои мысли, ломая голову над тем, как поступить с мирным договором. Это хрупкое сотрудничество в любой момент могло оказаться расторгнутым неблагоприятно для Эстии.

Лия презрительно рассмеялась в глубине души. Она знала, что эта встреча была намеренным актом, предназначенным дать им больше времени. По завершении переговоров с Курканами, до тех пор пока планы реформ еще не утверждены, оппозиционной партии необходимо будет набрать силу.

Лия была полна решимости – она должна положить этому конец. Так, мир сможет поддерживаться в течение длительного времени даже без ее присутствия в Эстии. Это будет последний долг принцессы перед страной. После того, как предложение о реформе закончилось, Лия заговорила. Ее голос прозвучал громко и отчетливо среди бурной дискуссии в зале заседаний:

– Есть одна вещь, которую я должна сообщить всем вам.

Аристократы разом замолчали и повернулись к Лие.

– Мы собираемся усилить наблюдение за работорговцами и начать серьезные репрессии. Это также необходимо для успешного заключения мирного договора с Курканами.

В обычных обстоятельствах аристократы ворчали бы о том, почему они должны беспокоиться о работорговцах в угоду дикарям. Однако сегодня возникла атмосфера, полная сочувствия. Некоторые даже предлагали разыскать рабов-Курканов и самим освободить их.

Реальность же заключалась в том, что все получили взятку. Лия точно определила аристократов, которые в прошлом относились к Курканам враждебно, но внезапно изменили свою позицию. Она была вынуждена сосредоточиться на них.

После того, как заседание совета закончилось, аристократы собрались вместе и приступили к обсуждению, продолжая развивать темы дискуссии, которые имели место ранее. Лия также побеседовала с министром финансов Лораном и графом Валтейном.

– Спасибо за вашу тяжелую работу.

– Все в порядке, принцесса...

Девушка утешила довольно изможденного министра финансов.

– Моя миссия на этом не заканчивается. – ударил себя в грудь Лоран. – Вы идете сегодня к работорговцам?

Лия кивнула, ответила "да", но граф Валтейн изобразил отвращение на лице и тайно прошептал:

– Бён Гёнбек идет. Он подходит.

Действительно, Бён Гёнбек из Оберде шагал вперед на костылях. Прихрамывая, он старательно приближался к Лие. В настоящее время они находились в месте, где собрались другие аристократы, так что Гёнбек,, вероятно, пришел сюда специально, чтобы показать другим, что его отношения с Лией были в порядке.

Министр финансов и граф Валтейн с недовольными выражениями на лицах отступили назад, позволяя Бёну подойти к ним. Он поднял глаза с мерзкой ухмылкой на лице и небрежно поприветствовал троих:

– Давно от вас ничего не слышно.

– ...

Он действительно был бесстыдным человеком. Лия удивлялась, как кто-то может быть таким наглым. Принцесса молча смотрела на Гёнбека. Однако его не беспокоило неповиновение Лии. Он продолжил свою праздную болтовню, отнимая у них время:

– Сегодня вечером надежно заприте свою спальню и задвиньте щеколду на окне. Было бы лучше, если бы Вы поместили на него панель. Расставьте лампы вдоль отведенных для Вас мест в Королевском дворце и прикажите своим служанкам не спать...

Принцесса была поражена тем, что он бормотал. Она не выдержала и оборвала его:

– Бён Гёнбек из Оберде. Что Вы хотите мне сказать?

Бён был в ярости. Смысл слов Лии эхом отозвался в его сознании: “Убирайтесь”.

– Разве это не вина дикарей, находящихся в Королевском дворце? Вы все одурачены их великолепной оболочкой!

Затем мужчина повернулся и повысил голос:

– Уж не слишком ли знать занята тем, что восхваляет варваров и следует за ними?

Это заявление должно было привлечь внимание аристократов, присутствующих в конференц-зале.

– Мирный договор ... Не надо так глупо претворять в жизнь такую нелепую вещь. Принцесса, Вы наивны. Вы не знаете, насколько поверхностен договор, какие-то чернила на бумаге. Это несущественно и не будет иметь ценности.

Когда Лия лишь спокойно посмотрела на него, лишенная той реакции, которую он хотел у нее вызвать, Бён Гёнбек наморщил лоб.

– В любом случае, я пошлю своих рыцарей в Королевский дворец. Я прикажу им охранять Вас всю ночь, поэтому, пожалуйста, примите сегодня одного стражника.

Затем, не попрощавшись, он повернулся и ушел, грубо оставив позади свой совет.

Глава 69. Аукционный Дом (1)

– Что это было..? – проговорил Валтейн, вновь подходя к Лие.

Мужчина вернулся ровно на то место, которое несколькими минутами ранее специально уступил Бён Гёнбеку.

– Неужели в тот момент, когда сломал ногу, он еще и головой ударился? – недоверчиво спросил граф о поведении, свидетелем которого только что стал.

– Думаю, да. Он даже подумывает послать своих рыцарей во дворец! Как бы он ни пренебрегал королевской семей, это уже слишком.

Затем Валтейн сделал оговорку о том, что для таких дел существуют универсальные законы и порядки. Все это Бён пару мгновений назад нарушил. Он сунул свой нос в дела королевской семьи, где ему были не рады, да и не нуждались в нем.

Стоявшего рядом с графом Лорана также разгневало вопиющее неуважение и неправомерное вмешательство Гёнбека.

Однако, в отличие от тех двоих, что злились и тихо бранили недавнего вторженца, Лия лишь нахмурилась и не высказалась относительно данного вопроса.

Это был не первый раз, когда Бён Гёнбек совершил такой дерзкий поступок, и не второй! Тот факт, что он продолжал делать подобное, вызывал у девушки отвращение. Этот надменный человек, предполагающий, что его флирт с Лией обернется успехом, достоин только презрения.

Они еще даже не поженились, а Гёнбек уже вел себя так, словно принцесса стала его трофеем. Девушка в отчаянии вздохнула. Такая судьба ей уготована, и ради своей страны Лия вынуждена стерпеть это.

Вместе с тем Бён плохо обращался с Курканами. Он глубоко ненавидел их, отказываясь называть иначе, как "дикарями", и проклинал их род, желая тем смерти.

Но, несмотря на подобное отношение, Гёнбек знал Курканов лучше, чем кто-либо другой. Поэтому его грубые слова в их адрес не были бессмысленными. Наверняка произошел некий инцидент, который привел в такой ужас даже дерзкого и бесстыдного Бёна.

Впрочем Курканы, захваченные в плен, никогда не проявляли какого-либо необычного поведения. Вероятно причиной стал представитель их рода, не обращенный в рабство.

Посему было бы здорово, если бы Бён поделился своей текущей информацией об очаровательном народе, но он уже покинул конференц-зал.

– Прежде всего, пусть Бён Гёнбек из Оберде делает то, что хочет. – смирилась принцесса.

Поскольку переговоры по договору скоро закончатся, жених Лии прямо сейчас наверняка весь на нервах. Так или иначе лучше позволить ему выйти сухим из воды и не создавать дополнительных проблем. Такое решение также являлось одним из способов убедить Гёнбека в том, что он все еще может использовать королевскую семью в качестве своей марионетки.

Кроме того, стоит только Бёну оказать давление, и королевская семья не сможет его остановить. Если бы она выступила против него напрямую, ничем хорошим бы это не кончилось.

Даже когда Лия вернулась в свои покои, слова Бён Гёнбека, которые, казалось, предупреждали о надвигающейся катастрофе, продолжали всплывать в ее голове. Девушке не удавалось забыть их, и на протяжении всех дел, включенных в дневное расписание, она размышляла над сказанным им.

После простого ужина графиня Мелисса встретилась с Лией наедине. Принцесса собиралась уйти на ночь, поэтому ей нужно было подготовиться.

Как обычно, сегодня графиня причесала Лию. Изящные и тонкие пряди ее волос постепенно превратились сначала в одну косу, затем в две. Их скрепили булавками на затылке, и Лия ловко спрятала серебряный цвет под каштановым париком.

Девушка посмотрела на себя в зеркало и внезапно вспомнила, как некогда ночью ускользнула из дворца. Тогда она тоже надела парик и незаметно покинула окружавшие стены. С того момента ее жизнь погрузилась в хаос. Это был первый раз, когда она встретила Ишакана.

– Принцесса? – позвала Мелисса, и Лия пришла в себя.

Неподвижная, бесстрастная поза девушки обеспокоила графиню. Она боялась, что принцесса заболела.

Каждый раз, когда Лия ускользала из дворца, Мелисса волновалась. Женщина не могла не думать о том, что за стенами замка с принцессой может случиться что-то ужасное. Графиня походила на мать, наблюдающую за тем, как ее дочь впервые выпархивает из дома, оставляя позади безопасное гнездо.

– Вам действительно нужно в это ввязываться? – Мелисса выразила свое беспокойство и заботу о Лие.

– Как тебе известно… граф не может решить эту проблему в одиночку. – ответила девушка, мягко покачав головой.

Вместо того чтобы возразить, графиня просто осторожно стряхнула пыль с плаща, в котором была Лия. Принцесса мягко улыбнулась, глядя на красивое недовольное лицо Мелиссы.

– Я оставляю это в твоих руках, графиня, – улыбнулась Лия.

– Конечно. Не волнуйтесь, принцесса. Пожалуйста, возвращайтесь в целости и сохранности. – Мелисса кивнула, ее взгляд говорил Лие, что та может доверять ей.

Попрощавшись с графиней, девушка вошла в потайной ход, скрытый за шкафом в ее спальне.

Масляная лампа, которую Лия держала в руках, слабо освещала несколько ступенек впереди. И вот спустя время перед ней возникла дверь, ведущая наружу из дворца.

Холодный ветер ударил по телу, стоило только выйти из темного секретного туннеля.

Лия посмотрела на небо. В отличие от вчерашнего пасмурного дня, сегодня было ясно. Особенно луна... Сегодня она была необыкновенно огромной. Круглая белая луна плыла в небе, излучая успокаивающий свет. Создавалось впечатление, будто она – командир, глава всех звезд.

В обычном случае, увидев эту картину, Лия подумала бы, что та просто прекрасна. Однако, возможно, из-за слов, сказанных Бён Гёнбеком на заседании Совета министров, серебристые лучи лунного света казались зловещими и мрачными. Затем туман скрыл полную луну от глаз девушки.

Наконец, она начала движение. Лия не могла оставаться в этом месте вечно, ведь ей еще предстояло выполнить определенную задачу.

Черная карета без фамильного герба ждала у входа, который только что появился в поле зрения принцессы. Когда она осторожно стукнула в окно транспорта, плотная занавеска внутри шевельнулась. Убедившись, что это действительно Лия, граф Валтейн открыл дверь.

– Вы прибыли. Теперь мы отправляемся.

Глава 70. Аукционный Дом (2)

Карета ехала медленно. Сквозь цокот копыт и шум колес граф Валтейн с напряженным выражением лица пробормотал:

– Чувствую себя спокойнее, зная, что Вы рядом. Если бы я поехал один, думаю, мне было бы очень не по себе... Пожалуйста, возьмите...

Мужчина вытащил маску. Заранее подготовленная для конспирации вещь ничем не выделялась. Простая и черная она была достаточно большой, чтобы скрыть лицо принцессы целиком. Граф помог Лие надеть и надежно закрепить маску, завершив ее образ.

– Надеюсь, мы сможем покончить со всем этим сегодня.

– Да, хотелось бы. Меня довольно легко заставить нервничать, поэтому очень надеюсь, что не совершу какую-либо ошибку. – тихо сказал Валтейн. Его сердце колотилось от волнения так сильно, что, казалось, оно вот-вот взорвется.

Аукцион, в котором им предстояло принять участие сегодня, был огромным и в то же время бесчестным. Там собралось сразу несколько работорговцев, намеревающихся представить свой товар. Массовое участие означало, что количество рабов на аукционе далеко не маленькое.

На самом деле новость о масштабных репрессиях, о которых объявили в тот же день во время заседания Совета министров, уже начала циркулировать в кругу работорговцев. Лия намеренно слила эту информацию, чтобы вынудить поставщиков Курканов начать крупный аукцион до начала расследования.

Принцесса упорно трудилась, чтобы спровоцировать сегодняшние публичные торги, в надежде, что ее тайная деятельность принесет плоды.

– Не нервничайте так сильно, граф Валтейн.

Хотя Лия и успокаивала мужчину, сама она тоже волновалась. В конце концов, они долго готовились к этому. Если бы сегодняшняя операция провалилась, дальнейший план действий превратился бы в еще более запутанную схему. Какими бы ни были обстоятельства, им необходимо добиться успеха.

Карета подъехала к скромному и старинному зданию, расположенному на окраине столицы. Двухэтажный особняк с садом, не отличался большими размерами. Из дома доносились радостные мелодии. Создавалось впечатление, что это было обычное помещение, предназначенное для танцев.

Однако атмосфера в задней части особняка резко контрастировала с фасадом. Стражники, державшие наготове обнаженные мечи, бдительно охраняли дверь. Их устрашающий стан свидетельствовал о тайных и незаконных событиях, происходивших за стальной преградой.

Карета остановилась у задней двери. Валтейн глубоко вздохнул и первым покинул экипаж. Затем он помог принцессе выйти.

Стражники угрожающе посмотрели на Лию и графа. Дикие, непривычные взгляды заставили Валтейна вздрогнуть. Тем не менее принцесса находилась рядом, а их миссия, которая еще даже не началась, зависела от этого самого момента.

Валтейн достал из кармана золотую монету и показал ее стражникам. Этот особый предмет содержал в себе опознавательный знак, дававший им право на вход. Охранники проверили рисунок на лицевой и оборотной сторонах монеты, затем положили ее на весы. Она была идеальна. Монета уравновесила небольшую гирю, и маятник на весах встал точно посередине.

– Добро пожаловать.

С угрюмыми лицами стражники открыли дверь, вежливо пропуская пару внутрь. Стоило только войти, и перед ними появился служащий, задачами которого являлись помощь и сопровождение посетителей.

Первый этаж особняка оказался довольно посредственным. Интерьер был оформлен с простотой, ничего интересного для глаз случайных наблюдателей. Однако, когда они спустились по лестнице, ведущей в подвал, перед ними предстал запутанный коридор. Это был лабиринт, в котором без проводника любой посторонний человек мог легко заблудиться. Граф Валтейн тихо прошептал Лие:

– Эта проверка, похоже, становится все более тщательной. На самом деле, довольно пугающе. – произнеся эти слова, он тут же закрыл рот.

Пара и служащий шли по лабиринту. Наконец, спустя долгое время, прошедшее со спуска в коридор, их провели в ослепительно-яркую приемную. Помещение было хорошо организовано и оформлено. Обстановка сильно отличалась от безвкусного первого этажа. Принцесса и граф увидели столик с легкими закусками, чаем и вином.

Слуга оставил их в гостиной и вернулся в лабиринт. Граф подошел к выпивке, налил в бокал вина и поспешно пригубил его, чтобы смочить напряженное горло. Внезапно кто-то постучал в дверь, и вскоре снаружи комнаты послышался голос:

– Не могли бы вы уделить мне минутку? Есть кое-что, что вам следует узнать о сегодняшнем товаре.

Валтейн немедленно опустил свой бокал и встал. Он надел свою слегка искривленную маску и торжественно произнес:

– Я скоро вернусь.

Оставшись одна, Лия оглядела комнату. Пусть и временно арендуемое помещение, но обставлено оно роскошной мебелью. В ожидании графа девушка осмотрела каждый предмет убранства один за другим. Черный чай, от которого она не отпила и глотка, давно остыл.

Тикали напольные часы, шли минуты. Убедившись, что чашка остыла, принцесса встала со старого кресла, в котором сидела, ожидая Валтейна.

– ...

“Граф отсутствует уже слишком долго.”

Без колебаний девушка направилась к двери. Когда ее рука потянулась, чтобы взяться за дверную ручку, Лия вдруг почувствовала сладкий мятный аромат.

Из-за спины донесся приказ, произнесенный шепотом:

– Остановись.

Ранее в комнате Лия не замечала и малейшего движения, не говоря уже о присутствии другого человека.

Холодное покалывание пробежало по шее, когда что-то острое коснулось ее. Небольшой и острый кинжал прижимался к нежной девичьей коже. Слабое нажатие – и на теле немедленно появится порез.

Низкий голос немедленно скомандовал:

– Не двигайся.

Лия застыла на месте еще до того, как был отдан приказ. Этот сильный и неповторимый мужской запах она узнала бы где угодно. Знакомый аромат и низкий голос заставили сердце пропустить удар, а затем забиться чаще.

– Медленно повернись.

Лия неспешно обернулась. Мужчина, стоявший перед ней, внезапно заколебался, раздумывая, стоит ли убрать кинжал. Мгновение спустя он все-таки отвел лезвие от кожи, затем резко схватил девушку за подбородок. После минутного молчания он снял маску с принцессы.

– ...Лия?

Ишакан уставился на нее с озадаченным выражением лица. Девушка не смогла ответить и просто моргнула. Она не была готова увидеть его снова. Ее сердце колотилось так, словно вот-вот разорвется из-за этой внезапной и неожиданной встречи.

– Почему ты здесь..?

Ишакан не мог отвести от нее глаз. Он был явно взволнован и удивленно пробормотал:

– Тебя что, похитили?

Золотистая окантовка зрачков в миг похолодела. Пока Ишакан не перевернул аукционный дом вверх дном, Лия быстро проговорила:

– Нет, это не так...

Язык отяжелел. Принцесса не могла подобрать нужных слов для изъяснения. На лице Ишакана застыло пугающее выражение. Лия была погружена в свои мысли и нашла в себе силы только для того, чтобы испуганно прошептать ему:

– Я владелец здесь.

Глава 71. Ночь полнолуния (1)

– ...

Тишина наполнила воздух. Разум Ишакана, казалось, не мог осмыслить слова Лии, лишившие его дара речи. После нескольких минут размышлений мужчина постепенно вышел из замешательства, наконец поняв сказанное ею. Золотистые глаза остановились на маленьком личике, находившемся впереди, и Куркану все-таки удалось овладеть языком:

– ...Ты здесь владелец?

Глаза Ишакана обратились к черной маске, упавшей на землю. Когда он убирал эту вещь с лица девушки, он и представить себе не мог, что за ней прячется принцесса. Зрачки золотистых глаз медленно сужались, становясь кошачьими.

Мужчина снова повернулся, чтобы посмотреть на Лию, все с тем же ожесточенным выражением лица.

– Ты должна дать мне убедительное объяснение, Лия.

Принцесса осторожно вздохнула. Оцепенев от напряжения, она чувствовала себя так, словно на грудь навалился груз, мешающий свободно дышать. Колючий взгляд обжигал кожу.

Девушка начала говорить, глядя прямо на Ишакана. Однако из ее рта не вылетело и звука. Язык отяжелел и не мог пошевелиться. Страх лишил дара речи. Она хотела произнести хоть слово, но ей не удавалось.

– Ха…– вздохнул Ишакан.

Затем он внезапно обнял ее. Куркан отошел к креслу, сел в него и разместил Лию у себя на коленях. Хрупкая принцесса Эстии снова была рядом с королем Курканов, как и много дней назад. Она чувствовала исходящее от него тепло.

Он аккуратно коснулся ладонью ее замерзшей щеки. Уникальная высокая температура тела мужчины приятно ощущалась на лице, возвращая ее бледной коже ярко-розовый цвет. Строгое выражение лица Ишакана постепенно смягчилось.

– Похоже, я переборщил, – тихо прошептал он.

Ощущение теплого дыхания на коже напомнило принцессе, что она тоже должна дышать. Лия закрыла глаза и глубоко втянула воздух в легкие. В ту же минуту она осознала, с какой нежностью и любовью к ней относился этот мужчина.

Истинная природа Курканов подобна острым когтям зверя. В любой момент они могли протянуть руку и причинить серьезный вред. Поэтому поведение Ишакана казалось довольно необычным.

То, как он смотрел на принцессу, контрастировало с выражением, которое появлялось на его лице во время общения с другими. Даже будучи человеком способным заставить других съежиться от страха, Куркан питал слабость к Лие.

– Я знаю, что ты не такой человек.

Когда эти слова достигли ее ушей, Лия лишь пару раз моргнула. Он даже не знал, что принцесса пыталась освободить рабов, но с такой уверенностью произнес последнюю фразу. Будто это основано на каком-то его личном опыте.

– Ранее... признаю, то, что произошло ранее довольно неприятно. Но может, теперь ты чувствуешь себя немного лучше? – спросил Ишакан и подбадривающе кивнул.

Небольшой смешок сорвался с губ мужчины, когда он слегка погладил щеки девушки большими пальцами. Под теплом прикосновения ее тело расслабилось.

“Пришло время объяснить Ишакану, почему я пришла в это место.”

В течение долгого времени Лия пыталась искоренить работорговцев. Однако, несмотря на многочисленные попытки репрессий, внезапных обысков и арестов, торговцы не ослабели. Принцесса не видела конца этому незаконному бизнесу. Даже если она поймает одного торговца и освободит рабов, всегда появится другой. Они численно превосходили девушку.

Это была проблема, которая никогда бы не разрешилась, если бы Лия не атаковала саму суть проблемы.

Она пришла к выводу, что спрос на рабов никогда не исчезнет. Королевская семья Эстии не обладала достаточной властью для санкционирования дворян или богатых торговцев, – главных потребителей рабства. Оставалось единственное решение – прекратить само снабжение.

Однако это было легче сказать, чем сделать. В конце концов, ей пришлось столкнуться с поставщиками Курканов напрямую. Работорговцы скрывались сплошь и рядом, сновали везде в поисках новых людей с хорошими способностями.

Победить эту систему простым методом было невозможно.

– Итак, ты пришла прямо сюда под видом работорговца? – тон мужчины звучал неуверенно, свет в его глазах померк.

– Поскольку у гостей ограниченная информация, я была вынуждена приехать в качестве торговца...

В течение многих лет Лия занималась фальшивой работорговлей. Она сделала себе имя среди поставщиков людей, и в конце концов ее признали работорговцем, занимавшим высокое положение в правительстве и поддерживаемым высокопоставленными аристократами.

Эти годы принцесса заранее сообщала торговцам информацию о репрессиях, постепенно завоевывая их доверие. И так она дошла до того, что сплотила работорговцев, убедив их открыть большой аукцион.

Однако, поскольку этот грандиозный аукцион проводился через коалицию нескольких работорговцев, все они, включая Лию, являлись организаторами этого грандиозного аукциона.

– Даже если я завоевала их доверие, они не до конца мне верят. Эти люди довольно мнительные, поэтому продолжают присматривать друг за другом. – сказала девушка Ишакану.

По этой причине, пусть и организаторы аукциона, им все равно пришлось пройти строгие процедуры входа. Охрана не позволяла просто так ступить внутрь кому попало.

– Ты тоже имеешь дело с торговлей Курканами? – спросил мужчина.

– Только старыми и больными. У меня недостаточно средств, чтобы приобретать молодых, здоровых Курканов. Я выкупила не так много, но все они в безопасности, так что тебе не о чем беспокоиться. – уверенно заявила Лия. Она прекрасно знала цель Ишакана в этом аукционном доме.

Мужчина не попросил принцессу отдать ему спасенных ею Курканов. Он просто слегка улыбнулся и задал вопрос:

– Так вот какие сделки ты заключаешь?

Лия медленно кивнула. Поскольку подобное приобретение в глазах других выглядело недостаточным и неубедительным, принцесса недавно купила много рабов-Курканов и планировала спрятать их во время аукциона. Ишакан усмехнулся.

– Правда… есть причина, по которой королевская семья Эстии еще не разорена. – говоря это, мужчина нахмурил брови. – Знаешь что? Один работорговец всегда оказывался на шаг впереди нас. Я подумал, что он довольно талантливый человек, поэтому стал гоняться за ним. А потом выяснилось, что это была ты.

Искренность отражалась в абсурдных словах, слетевших с его губ.

На самом деле, Лия заранее предположила, что Ишакан начнет спасать Курканов, поэтому передвигалась еще быстрее. Ей было необходимо вмешаться, чтобы получить преимущество.

Однако принцесса не поведала об этом Ишакану. Незачем упоминать данный факт, поскольку переговоры еще не начались. Лия должна была скрыть как можно больше деталей.

Читать далее

Глава 72. Ночь полнолуния (2)

Лия избавилась от давящих мыслей и сказала:

– Не ожидала встретить тебя здесь.

Хотя девушка и надеялась, что Ишакан примет участие в этом аукционе, она не полагала, что они встретятся друг с другом. Изначально принцесса планировала уехать до начала торгов, сохранив статус инкогнито. Лучшим вариантом действий, как она думала , было бы также проникнуть в качестве гостя. Но неожиданно все закончилось тем, что Лия раскрыла себя как работорговец.

– Как ты сюда попал? – спросила она.

Принцессе с трудом верилось, что он нарушил строгие правила безопасности. Ишакан даже добрался до приемной.

Куркан рассмеялся над ее удивлением:

– Разве ты должна быть удивлена больше, чем я? – игриво намекнул он.

После этого в комнате на мгновение воцарилась тишина. Лия слишком поздно поняла, что уже довольно долго сидела на коленях у Ишакана. Подсознательно это не казалось ей странным. На самом деле, девушка привыкла к соприкосновениям ее кожи с его. Тот факт, что она чувствовала себя комфортно рядом с Ишаканом в такой интимной позе, удивил ее.

Как только инстинкты отдали приказ, принцесса начала вырываться из его хватки. Однако мощные руки мужчины, обхватившие талию, отпускать не собирались. Пойманная в стальные объятия, Лия подняла голову и не сразу нашла взглядом его глаза.

– То, о чем я спрашивал на днях.., – несколько смущенно проговорил Ишакан.

Лия остолбенела, как только услышала низкий и слабый голос. Поскольку принцесса начала избегать его взгляд, мужчина схватил ее за подбородок и приподнял, чтобы их глаза встретились.

– Ты думала об этом? Ты сбежала, не дав мне ответа.

Его хриплый голос щекотал ухо. Это показалось девушке странным. Чувства, которые Куркан пробудил в ней, заставили на мгновение остановиться, хотя она заранее подготовила свой ответ. Лия хотела попросить его забыть о том разговоре, хотела сказать, что тогда как бы невзначай упомянула эту тему, чтобы он оставил ее в покое, хотела потребовать, чтобы Ишакан перестал о ней заботиться. Однако эти слова отказывались слетать с губ.

В прошлом принцесса сказала бы это без колебаний. Но теперь слова комом застряли в горле. Что бы то ни было, она не смогла бы их произнести, даже если бы захотела.

Его большой палец медленно коснулся губы принцессы, скользнув вниз к плотно сомкнутому рту. Коснувшись ее носа своим, Ишакан прошептал:

– Ты не обязана всю жизнь загонять себя в рамки ответственности, Лия.

– ...

Тепло чужого дыхания и нос, нежно ласкающий ее, заставили принцессу испытать неописуемые эмоции. Почему он был таким милым?

– Похоже, ты единственная, кто хочет продолжить переговоры. Почему ты так привязана к королевской семье?

“Беги, Лия. Отбрось все это и живи свободно.” – его искаженные слова звучали так сладко, что даже финик, покрытый медом, не мог сравниться с ними. Этот скрытый смысл манил ее.

Девушка восхищенно посмотрела на собеседника. Тяжесть ответственности на ее плечах была почти невыносимой, и свобода, которую Лия выбрала – это смерть – что станет судьбой, уготованной ей как принцессе. Ишакан же уговаривал избавиться от всего бремени, тяготившего как ум, так и душу.

Если Куркан, как и обещал, возьмет на себя ответственность за нее, сможет ли принцесса отказаться от всего? Ведь мужчина, сидевший напротив, своим появлением перевернул жизнь девушки с ног на голову.

Лия беспомощно вымолвила:

– ...Зачем тебе делать это для меня?

– ...Пока, скажем… Что мы совместимы в постели.

Услышав дерзкие слова, принцесса пронзительно посмотрела на Куркана. Ишакан расхохотался, увидев ее пристальный взгляд. Затем смех постепенно стих, позволяя атмосфере вернуться к уютной тишине.

Золотистые глаза неотрывно смотрели в фиалковые омуты Лии. Мужчина опустил взгляд, который очертил маленький носик и обратился к мягкому изгибу губ.

Большой палец, который до этого касался уст девушки, медленно проник в ее рот. К изумлению Куркана, мягкий, бархатистый язык лизнул его в ответ. Ресницы Лии задрожали, инстинкты подвели принцессу.

Свет в глазах Ишакана засиял еще ярче.

“Странно.” – девушка не могла найти подходящих слов, чтобы четко описать их, но его золотые очи сегодня показались ей особенно необыкновенными.

Он словно околдовал ее, притянул к себе.

Король медленно приблизил свое лицо к лицу Лии. Его большой палец медленно скользнул по ее зубам. Ишакан прищурил глаза, улыбнулся и соблазнительно прошептал:

– Ты знала, что сегодня полнолуние?

*ХЛОП!*

В следующую секунду дверь широко распахнулась, прервав парочку, погруженную в свой собственный мир. Внезапный звук удивил принцессу, и та быстро отстранилась от Ишакана.

Это оказалась Дженин. Она стояла в дверном проеме, держа графа Валтейна за воротник. Челюсть женщины медленно поползла вниз. Слова встали поперек горла, когда она ошеломленно указала на Лию.

Валтейн, вошедший в комнату вместе со стражницей короля, был очень удивлен, увидев Ишакана и Лию вместе.

В помещении создалась несколько напряженная и своеобразная атмосфера.

Пока граф мысленно ругался, кто-то появился из-за головы Дженин.

– Ахх!

Человек, чье восклицание услышали все в комнате, тоже оказался застигнут врасплох присутствием принцессы. Это был красивый Куркан, который на днях провожал Лию в королевский дворец. Он открыл рот и забормотал:

– Что это...? Почему принцесса здесь...?

Ишакан прищелкнул языком, на его лице отразилось недовольство.

Человек по имени Хабан моментально вошел внутрь, поэтому король притянул Лию к себе. Ишакан вел себя так, словно остальные были чумой, которой нельзя было положить глаз на принцессу.

– Ты сказал, что хорошо себя контролируешь! – взбудоражено воскликнул Хабан.

– Да. Не получилось. – спокойно ответил Ишакан, снимая Лию со своих колен. Затем он схватил девушку за заднюю часть шеи и притянул ее голову к своей груди. Другая его рука опустилась к тонкой талии, а большой палец принялся описывать на ней маленькие круги. – Похоже я солгал, Хабан.

Хабан уставился на красное лицо Лии и спросил:

– Что Вам сказал Ишакан?

– Он ничего не сказал, кроме того, что сегодня полнолуние... – озадаченно ответила Лия.

Ишакан рассердился и накричал на Хабана:

– Ты несешь много чепухи!

Дженин отпустила воротник графа и медленно приблизилась к принцессе. Затем она осторожно забрала Лию у Ишакана, поставила позади себя и убедилась, что ее крупное тело полностью скрывает девушку.

Не имея ни малейшего представления об их разногласиях, Лия спросила, что происходит. Дженин обернулась и уставилась на нее. Голос женщины звучал напряженно:

– Когда Курканы упоминают полнолуние, это обычно имеет сексуальный подтекст.

– А? – Лия открыла рот от удивления.

– В день, когда восходит полная луна...

Дженин посмотрела на Валтейна, а затем, убедившись, что только Лия ее услышит, тихо прошептала:

– Наступает брачный сезон.

Глава 73. Планы Лии (1)

Удивлению Лии не было предела, но она сделала все возможное, чтобы скрыть свои чувства. Конечно, принцесса знала о брачном сезоне, однако читала об этом только в книгах.

Девушка пошатнулась, пытаясь собраться с мыслями, в то время как Дженин спокойно продолжила свое объяснение:

– Логично, что Куркан будет спариваться и стремиться удовлетворить инстинкт размножения, – сказала она.

Хабан вклинился в разговор и заверил Лию в том, что ей не следует беспокоиться. Для их вида было совершенно обычным делом действовать более импульсивно в присутствии партнера.

Услышав упоминание об этом, Лию внезапно посетила одна мысль. Она тут же повернулась к Дженин, которая, казалось, всегда сопровождала Ишакана.

– Возможно ли... – начала Лия, но женщина тут же перебила ее, предвидя то, что принцесса собиралась сказать дальше:

– Мы не пара, – примирительно сказала она. – У людей часто возникает недопонимание, поскольку мы всегда вместе, но уверяю Вас, мой муж выглядит намного лучше.

Дженин продолжила свои объяснения. Она горделиво поведала о том, что в отличие от Ишакана ее супруг не вел себя легкомысленно. Не забыла она упомянуть, как он был внимателен и осторожен. Женщина так расхваливала своего мужа, что у Лии уже сложилось очень хорошее впечатление об этом неизвестном мужчине. Похоже, Дженин не впервой было петь оды о партнере.

Закончив хвалебную речь, женщина вернулась к основной теме, как ни в чем не бывало. Ишакан и Хабан только слегка пожали плечами.

– Поведение Курканов несколько отличается во время полнолуния. Тело принцессы не сможет с этим справиться. – Дженин решила не вдаваться в подробности, посчитав, что Лию бы это сильно шокировало. – Вам следует держаться от Ишакана как можно дальше. Особенно сегодня.

Затем руки женщины, большие и сильные, аккуратно протянулись к принцессе. Она взяла завязки плаща Лии, осторожно потянула их и провела незатейливые манипуляции, чтобы лучше скрыть светлую кожу девушки. Дженин обращалась с принцессой осторожно, будто та была хрупкой, как фарфоровая кукла. Возможно, женщина боялась прикоснуться к Лие после того, как стала свидетелем ее обморока ранее. Отношение Хабана было точно таким же.

– Ваше высочество, – начал он, – меня зовут Хабан. Я приношу извинения за то, что не представился официально, когда мы встретились на днях.

Наряду с любезным представлением, мужчина смягчил свой голос. Казалось, он осторожничал, считая, что говоря громче, мог повредить ушам Лии. Хотя Хабан и чувствовал себя нелепо, ему не хотелось рисковать, подвергая сомнению хрупкость девушки.

– Ох, – выдохнула Дженин, заметив дрожавшую фигуру графа. – Мне жаль, что напугала Вас, – пробормотала она. Лицо Валтейна было бледным.

Граф хотел выразить негодование о том, что умер бы, если бы Дженин продержала его за воротник чуть дольше. Но вместо этого не произнес ни слова и воздержался от высказывания своих жалоб.

Ишакан встал со своего места, скрестив руки на груди, тем самым разрядив напряженную обстановку. Величественность позы мужчины говорила о его уверенности.

– Работорговец, которого мы преследовали, оказался принцессой, – сказал он.

Дженин и Хабан посмотрели на Лию с расширенными от удивления глазами. Им было трудно поверить, что эта хрупкая девушка являлась источником всех их проблем и что она всегда была на шаг впереди них.

Ишакан весело рассмеялся:

– Думаю, что получил серьезный удар.

В то время как все остальные с забавой обсуждали новость, граф Валтейн оставался осторожным. Он схватил Лию за край плаща, его глаза выражали ледяной страх. Мужчина слышал о необоснованной жестокости Курканов и поэтому сейчас дрожал. Он боялся, что ему свернут шею по малейшему поводу.

Чтобы успокоить графа, Лия нежно похлопала его по руке. Однако это только заставило Валтейна съежиться еще больше, так как Ишакан, который только что закончил говорить, уставился на него.

Пока бедный граф еще не потерял сознание, Лия заговорила:

– Итак, каковы ваши планы?

Ишакан не отводил взгляда. Это было чудо, что каким-то образом все собрались в одно и то же время и в одном и том же месте. Принцесса знала, – поблизости прятались и другие Курканы.

Однако Лия не могла понять, что происходило в голове Ишакана. Этот человек – сплошная загадка. Но, по крайней мере, девушка была уверена, что какая бы стратегия ни сидела в его мыслях, она, скорее всего, не приведет к мирному решению. Если бы Ишакан стал действовать так, как ему хотелось, он разрушил бы тщательно подготовленный план Лии. Он желал устранить корень проблемы. Она нуждалась в средстве контроля над потенциальными противниками, о которых не догадывалась ранее.

– Раз уж наши цели совпадают, было бы лучше объединить усилия, – предложила Лия.

– Ну что ж… Вы правы…– Ишакан медленно улыбнулся. – И какие у Вас соображения по этому поводу, принцесса? – он согласился обсудить ее план более подробно.

Лия коротко объяснила свою позицию, стремясь убедить мужчину изменить свой план действий в наименее катастрофическое направление.

– Итак, мы встретимся там, где держат Курканов...

– Не нравиться мне это. Как можно довериться кому-то столь же пугающему, как принцесса? – сказал Валтейн, застенчиво приподнимая уголок рта, заставляя себя не рассмеяться над собственной шуткой. Он предполагал, что если не сдержится, их вышвырнут из комнаты.

– Мы отправимся за ними. Вместе, – авторитетным голосом предложил Ишакан.

– Но… – Лия быстро возразила. Идея была абсурдной.

– Мы можем незаметно следовать за вами, – спокойно добавил Ишакан. – Вы должны позволить это.

Король знал, как оказывать давление на других. Лия не предвидела этого, и в то же время не могла найти предлога, чтобы возразить. Возможно, подключение к делу Курканов и пересмотр ее нынешнего плана было к лучшему.

Лия на мгновение задумалась, прежде чем произнести:

– Если я соглашусь, ты будешь следовать моим планам? – тихо спросила она.

Легкая улыбка появилась на губах Ишакана.

– Только ты можешь низвести короля Курканов до такого подчинения.

– Мне не нужно, чтобы кто-то стоял у меня на пути, – сказала Лия, прекрасно зная, каким озорным и хитрым был король перед ней.

Глава 74. Планы Лии (2)

Ишакан казался вполне удовлетворенным планом Лии, что успокоило девушку, так как человек, который мог вызвать наибольшее беспокойство, теперь был готов сотрудничать. Принцесса уже собиралась продолжить разговор, как вдруг они услышали стук в дверь.

Это оказался действующий работник аукциона. В одно мгновение Курканы исчезли. Комната несколько опустела, словно кроме Лии и Валтейна в ней никого и не было. Посторонние посетители тщательно скрыли все следы своего присутствия и испарились.

Принцесса и граф также быстро надели свои маски.

Как только они позволили сотруднику войти, дверь открылась и внутрь ступил сопровождающий.

– Все ждут, – объявил он.

Перед началом аукциона работорговцам предстояло встретиться, чтобы провести короткое собрание. Это было самым трудным препятствием на пути, но самой важной частью плана принцессы.

– А теперь идем . Показывайте дорогу. – Голос Лии удивил сотрудника, и тот быстро опустил глаза.

– Хорошо, тогда я проведу Вас, леди.

Лия и Валтейн последовали за эскортом. Граф молча вытер мокрую от пота ладонь о подол плаща. Видя, как он нервничает, девушка пожалела, что не объяснила ему ситуацию должным образом заранее и просто втянула в это дело.

Принцесса равнодушно смотрела вперед, созерцая темное окружение. Ишакан, вероятно, молча следовал за ними, но она совсем не ощущала его присутствия.

Лия планировала взять на себя инициативу на встрече с работорговцами. Она не могла доверить это Валтейну, поскольку он был довольно пуглив, и для него оказалось бы трудно провернуть подобное. После всего, через что уже прошла Лия, стало бы бесполезно предоставлять ложную информацию этим хитрым работорговцам. Поэтому после тщательного обдумывания принцесса решила принять активное участие в обсуждении.

Однако планы девушки оказались резко прерваны неожиданным появлением Курканов. Она не знала чего ожидать от Ишакана, но прекрасно понимала, что он вполне способен на совершение определенных вещей…

По дороге голову девушки обуревали самые разные и запутанные мысли. Единственное, на что ей оставалось надеяться, так это на то, что Ишакан будет терпелив.

Пройдя по лабиринту коридоров, они наконец прибыли на собрание. Их встретило довольно мрачное помещение. В центре находился круглый стол, за которым восседали работорговцы. Позади каждого расположился его сопровождающий. Валтейн некоторое время поколебался, подошел ближе и остановился рядом с эскортом.

В сумме в комнате присутствовало восемь работорговцев, включая принцессу. Среди них были не только граждане Эстии, – некоторые прибыли из разных уголков континента. Лицо каждого скрывала маска, а тела окутали бесформенные плащи – все, чтобы затруднить распознавание личности. Лия наблюдала за ними.

За круглым столом не имелось определенных мест для посетителей, не было разделения на места для тех, кто выше или ниже по рангу. Однако, несмотря на предполагаемое равенство, скрытое ранжирование между присутствующими не исчезло. Напротив Лии сидел человек довольно крепкого телосложения. Он являлся самым могущественным работорговцем среди находившихся за столом.

Ровно также, как принцесса наблюдала за всеми, все наблюдали за ней в ответ. С момента прибытия девушки они открыто смотрели на нее. Пусть, как и другие, Лия надела маску и плащ, но скрыть маленькое худощавое телосложение она не могла. Хрупкая кожа, проглядывавшая сквозь наряд, явно не принадлежала мужчине.

Со злобным блеском в глазах все продолжали пристально разглядывать принцессу даже после того, как она заняла свое место. Девушка ощущала некую похотливость в их взгляде, но упорно старалась не замечать этого. Она заговорила:

– Это первый раз, когда я нахожусь перед всеми вами.

Разразился шквал смеха. Мужчина крепкого телосложения хриплым голосом произнес:

– Не знал, что ты женщина.

Один за другим открыли рты и другие работорговцы:

– У тебя прекрасный голос. Интересно, а личико тоже?

– Ее тело такое маленькое.

– Женщины небольшого телосложения в наши дни очень популярны. Благодаря принцессе они довольно хорошо продаются. – грубо отозвался один.

Лия была готова к их бесцеремонному поведению, но все же ее сердце начало погружаться в беспокойство. Нервозность девушки вызывало знание того, что Ишакан прятался поблизости, наблюдая за происходящим.

Принцесса постучала пальцем по столу. Работорговцы мгновенно замолчали.

– Так ли важен пол, когда дело доходит до покупки и продажи? – спросила она уверенным и холодным тоном. – Разве прибыль не должна быть самой значимой вещью?

Пусть Лия не могла увидеть лица присутствующих и их реакцию, но она знала, что все внимание этих людей сосредоточилось на ней. Девушка слегка наклонила голову.

– Если я единственная из присутствующих с таким образом мыслей, то, наверное, мне не следовало приходить.

Как только принцесса закончила, мужчина по другую сторону от нее снова громко рассмеялся:

– Редко встречаешь женщину-работорговца. Все удивлены. Надеюсь, ты понимаешь, – сказал он, положив руку на подбородок. – Кроме того, нас застали врасплох. Было неожиданностью обнаружить, что тот, кто собрал нас всех вместе, – такая маленькая леди, как Вы.

В его голосе ясно слышалась насмешка. Широкая улыбка расплылась по лицу работорговца.

Лия холодно посмотрела на мужчину:

– Я приму это как извинение.

– Ха-ха, да… В любом случае, давайте сотрудничать должным образом. В будущем мы будем часто видеться.

Начало оказалось неплохим, но это означало, что с данного момента Лия не сможет отступить. Принцесса направила разговор в серьезное русло, а ее план начал претворяться в жизнь. Девушка оставалась тверда в своих намерениях.

Однако вскоре произошло событие, которое потрясло ее сердце.

– Раз уж это похоже на судьбу, я хотел бы предложить всем небольшое развлечение...

Затем мужчина громко крикнул, приказав кому-то войти. Задняя дверь открылась, и в комнату быстро вошла очередь сладко пахнущих женщин. Держа подносы, наполненные алкоголем, они одна за другой садились рядом с работорговцами.

– Ты не должна чувствовать себя такой напряженной, – засмеялся мужчина. Его руки обвились вокруг талии женщины, расположившейся рядом. Лия напряглась, удивленная этим внезапным и неприятным проявлением великодушия.

– О, и не волнуйся, о тебе я тоже позабочусь, – заверил он принцессу, посмеиваясь над ее смущением. – Подайте этой даме варварского мужчину!

Глава 75. Планы Лии (3)

Работорговцы по-своему проявляли гостеприимство. Демонстрация уважения и доброжелательности для них являлась важнейшей задачей, поскольку это помогало завоевать доверие настороженных компаньонов.

Валтейн, ставший свидетелем подобной сцены, сохранял спокойствие. Он стоял неподвижно, поглощенный мыслью о том, что Ишакан наблюдает за ними из тени.

Однако граф понимал, – Лие нельзя было отказаться от благосклонности, проявленной работорговцами. И что еще хуже, она не могла позволить себе действовать опрометчиво, поскольку окружающие наблюдали за ней.

Они внимательно следили за каждым движением принцессы. Любой необдуманный поступок мог мгновенно разрушить то небольшое доверие, что ей удалось создать, – ошибка, которую Лия никак не должна допустить.

По прошествии времени в комнате появился Куркан, назначенный для обслуживания принцессы. Как и на других рабынях, на нем была богато украшенная одежда, и мужчина также держал в руке поднос с бокалом и вином. Но внимание девушки привлекла его стройная фигура. Тело этого Куркана внешне походило на комплекцию Хабана.

И все же мужчины несколько отличались друг от друга. Наиболее очевидная разница между ними заключалась в мускулатуре. Телосложение Хабана считалось худощавым, однако в то же время оно выглядело подтянутым и крепким. А у раба, казалось, были только кожа да кости.

Мускулы у мужчины совершенно отсутствовали. И если бы не отличительные признаки: светлые глаза, темная кожа и татуировки на задней части шеи, Лия бы и не поняла, что он Куркан.

Ступая тихо, раб приблизился к Лие и сел рядом с ней. От него исходил сладкий персиковый запах. Фруктовый аромат защекотал нос девушки, и та напряглась.

Торговец, который все еще ласкал сидевшую рядом рабыню, посмотрел на Лию.

– Тебе не нравится? – спросил он. – Он – дорогой раб, которого я отдаю тебе. Или, может быть, ты предпочитаешь более атлетичных?

Мужчина приготовился позвать другого раба, готового заменить слабого Куркана, расположившегося около принцессы. Однако, понимая щекотливость ситуации, девушка не могла позволить еще большему числу посторонних войти в комнату. Исходя из этих соображений, Лия поспешила остановить работорговца.

– Нет, все в порядке. Просто не ожидала, что подобное произойдет во время нашей встречи, – произнесла она сдавленным голосом.

– Тебе не нужно быть такой правильной. Просто устраивайся поудобнее и расслабься. Наслаждайся жизнью! – воскликнул мужчина. Он сильнее сжал руки, притягивая рабыню к себе, отчего девушка слегка вскрикнула.

Лия нахмурилась. Принцессе казалось, будто она сидит на стуле из шипов. Раб налил ей бокал сладкого фруктового вина.

– Пожалуйста, выпейте, леди.

Лия неохотно приняла предложенный ей напиток, и мужчина, осознав это, взволнованно сдвинул брови. Его взгляд слегка помутнел, и он осторожно спросил:

– Вы не любите вино?

На вопрос Лия подняла бокал с напитком и слегка смочила губы. Сильный вкус вина просочился на язык, и она посмотрела на раба, который теперь счастливо улыбался. Странное ощущение охватило принцессу. Девушка не могла найти подходящих слов, чтобы выразить его.

Поскольку Курканы – прирожденные воины, их порабощение являлось труднодостижимой целью. Однако, чем сложнее задача, тем ценнее желанный результат. А если же Куркан ко всему прочему был особенно красив, то эта ценность только возрастала, становясь практически неисчислимой.

Как результат, работорговцы посвятили себя порабощению этих исключительных товаров с намерением удовлетворить своих жадных клиентов. Но поднялся вопрос о том, как все это провернуть, ведь Курканы были такими великолепными воинами. Конечно, они бы легко победили наемников.

Ответ крылся в уязвимой молодежи жителей пустынь.

Зрелые Курканы являлись сильными и опытными бойцами. Поймать их было практически невозможно, а приручить – еще труднее. В случаях удачной поимки, вероятность побега взрослых Курканов оставалась очень высокой. Поэтому торговцы выискивали тех, кто был еще молод и наивен, ведь те не имели достаточной силы, чтобы бороться с похитителями.

Отвратительный цикл действий. Молодой и невоспитанный Куркан ничем не отличался от юного зверя. А из слабых и лишенных самосознания детей путем строгого воспитания можно легко вырастить рабов.

Однако их воспитание далеко ушло от нормального. Детей жестоко избивали и оскорбляли до тех пор, пока они не забывали, кем были когда-то; до такой степени, что личности Курканов в них полностью стирались. При помощи безжалостного насилия юных пленников учили покорности и послушанию, чтобы те стали кроткими рабами, неспособными противостоять своим хозяевам даже после достижения зрелого возраста.

Из-за сложного процесса порабощения, Курканов продавали по чрезвычайно высоким ценам. Торговцы, конечно, желали применять данную практику как можно чаще, поскольку она приносила им большие суммы денег, однако сделать этого не могли. У них быстро заканчивался товар, потому что Курканы-рабы являлись редчайшей диковиной.

Множество потребителей отчаянно хотело заполучить варваров, что заставляло работорговцев и наемников трепетать. Отравленные жадностью и желанием, их глаза наливались кровью.

Позже был проложен маршрут работорговли, базой которого стала Эстия. Королевство представляло собой привилегированное место для подобного дела, ведь оно граничило с западной пустыней, – домом Курканов.

Глава 76. Ценный Куркан (1)

В то же время работорговля привлекла и внимание принцессы. Причиной тому послужила растущая активность ее непосредственных участников. Шла борьба, в которой соперничающие работорговцы стремились заполучить себе стратегическое расположение в Эстии, – наиболее удобном для похищений месте. Пытаясь подавить сопутствующие волнения, Лия узнала об охоте на варваров, и это глубоко ранило ее.

Девушка негодовала из-за жестокой реальности и участи рабов-Курканов и в то же время ненавидела себя – ту, которая ничего не могла поделать со сложившейся ситуацией, хотя и являлась принцессой Эстии.

Чем больше Лия думала об этом, тем сильнее злилась. Жизни Курканов походили на ее собственную.Она даже в некотором роде отождествляла себя с ними. Девушке приходилось терпеть жестокие меры Кердины, пытающейся разрушить ее жизнь. Она не могла оказать сопротивление и вынужденно существовала под гнетом сей женщины. Будучи привязанной к правящей семье Эстии с рождения, Лия ничем не отличалась от раба. Сродни тому, как раса и кровь Курканов диктовали их мужество, происхождение и королевская кровь, текущая в венах принцессы, свидетельствовали о ее смертоносной судьбе.

「Ты, должна быть идеальной принцессой, Лия.」– шептал на ухо голос Кердины, стоило Лие воскресить в памяти некоторые моменты из прошлого.

Девушка вздрогнула. Она прикусила губу, чтобы отогнать ненужные мысли. Сейчас Лия находилась не в той ситуации, когда могла бы вспоминать о чем-то угнетающем. У нее имелась задача, которую нужно было выполнить, и люди, которых нужно было спасти.

Последнее обязательство, которое принцесса должна выполнить для своего королевства. Бремя будущего Эстии тяжким грузом лежало на ее плечах.

Когда Лия осторожно опустила свой бокал, Куркан сидевший рядом наклонился вперед и прошептал:

– Мне любопытно знать, какое лицо скрывается за этой маской… Насколько Вы красивы?

Тонкий палец коснулся плеча Лии. Девушка вздрогнула и тотчас же отстранилась от раба, как бы ненароком коснувшись его руки. Она сделала глубокий вдох.

Раб простодушно улыбнулся. Возможно, он намеренно заставил принцессу выпить слишком много, желая, чтобы та потеряла рассудок. Когда Куркан крепко прижался к Лие, она посмотрела на него и прошептала:

– Послушай меня внимательно.

– Да?

– Я не собираюсь ничего с тобой делать, так что веди себя сдержаннее, – сказала она, а затем еще тише добавила, – Я здесь, чтобы спасти тебя.

Взгляд Куркана дрогнул, но он умело сдерживал свои эмоции.

– Ваша шутка жестока, – ответил раб.

– Скоро поймешь, шучу я или нет. Ты можешь бежать? Если не можешь, скажи это сейчас.

Лия спросила его заранее, поскольку знала, что бывали случаи, когда рабам перерезали определенные мышцы, с целью сделать пленников менее подвижными. Это препятствовало их побегу в тех случаях, если они захотели бы или ранее пытались совершить подобное.

Курканец тихо усмехнулся. На его лице была все та же цветущая улыбка. Однако теперь в глазах мужчины загорелся огонь.

– Конечно. – принцесса уловила в нежном голосе едва заметное желание убивать. Перспектива посеять хаос приводила Куркана в восторг. – Я могу сделать больше, чем это, – прошептал он ей на ухо.

Хотя казалось, что ситуация Лии и Курканов была схожей, между ними имелось ключевое различие. Варвары могли всю жизнь провести в качестве рабов, но, даже несмотря на то, что им приходилось терпеть побои и жестокое обращение, они без колебаний хватались за любую возможность сбежать.

Этому мужчине, например, на протяжении всей жизни промывали мозги, но он без колебаний преодолел навязанные установки. Внутри него безудержно текла кровь Курканов. Она же делала их грозными воинами и непобедимыми противниками.

Независимо от того, насколько молод, болен или слаб Куркан, его истинная сущность никогда не менялась. Не имеет значения, раб он, воин, ребенок или старец. Рожденный Курканом, Курканом и умирает.

Эти люди отличались от Лии, которая лишь колебалась из раза в раз...

Под маской девушка снова сильно прикусила губу. Поток эмоций, вызванный тем, что она увидела надежду и мужество раба, застал ее врасплох. В одно мгновение девушка ощутила, что они были разными, как небо и земля. Однако принцесса быстро отбросила эти чувства и затем повысила голос, чтобы все услышали:

– Я хотела бы обсудить разделение прибыли.

Услышав слово “прибыль”, работорговцы сразу же сосредоточились на нем. В их глазах засверкала жадность. Присутствующие уделили Лие все свое внимание.

– Распределение прибыли? – спросил работорговец, поднимая бокал с вином и делая глоток.

Это был мужчина с крепким телосложением; тот, кто, казалось, занимал среди них самое высокое положение. Лия знала об огромном влиянии этого человека.

– Каждый получит свою долю, – сказал он. – И затем мы разделим оставшиеся 30%.

– Верно. И, раз уж мы разделим 30%, я хочу провести осмотр предлагаемых вами Курканов. Необходимо быть педантичнее. В конце концов, не только мы пострадаем, если будем продавать некачественный товар.

Лия склонила голову и убедительно продолжила:

– Конечно, это делается для того, чтобы избежать потерь.

Глава 77. Ценный Куркан (2)

– Ха-ха, мне это нравится. – рассмеялся работорговец над словами Лии.

Опуская пустой бокал на стол, мужчина не сводил глаз с принцессы. А Курканка, находившаяся рядом с ним, тут же двинулась, чтобы наполнить сосуд.

Работорговец поднес бокал к губам, отхлебнул и вновь взглянул на Лию. Маска, скрывавшая лицо девушки, и черный плащ не давали ему сделать какие-то конкретные умозаключения. Единственное, что оставалось, так это смотреть на обнаженную кожу ее руки.

– Твоя самоуверенность довольно ошеломительна, – высказался он, а затем спросил, – Считаешь, что твои рабы так уж хороши?

– Они достаточно хороши, чтобы изменить ход этого аукциона.

Данное заявление не было ложью, потому что в здании присутствовал сам король Курканов. Однако работорговец рассмеялся над, казалось бы, нелепым заявлением Лии и ответил:

– Я покажу тебе все, о чем ты просила. Но поскольку это довольно конфиденциально, я не могу допустить, чтобы мой товар увидело большее количество людей. – Он оттолкнул в сторону рабыню, сидевшую рядом. – Все будет хорошо, если пойдем только мы вдвоем. В таком случае я позволю тебе провести осмотр.

– Звучит неплохо, – небрежно ответила принцесса, кивая головой.

Работорговец мгновенно поднялся с места и жестом подозвал Лию.

– Иди за мной.

Мужчина открыл заднюю дверь, через которую ранее вошли рабы, и девушка молча проследовала за ним. Она знала, что была не одна, поэтому старалась действовать как можно быстрее.

Коридор, ведущий к задней двери, сильно отличался от того, которым Лия изначально воспользовалась, чтобы попасть в зал совещаний. Здесь горел яркий свет, а пол покрывал толстый ковер. Этот коридор соединял комнату собрания с аукционным залом.

Работорговец остановился перед большой железной дверью и достал ключ.

*Клац!*

Отперев замок, мужчина резко открыл преграду. Он демонстративно вытянул руки, наигранно джентльменским жестом приглашая принцессу войти.

Стоило Лие переступить порог, и дверь позади нее закрылась. Атмосфера внутри отталкивала даже больше, чем она ожидала. Возникшее чувство отвращения было невозможно описать.

Маленькая девочка, свернувшись калачиком, лежала на огромной кровати, покрытой мягкими одеялами. Крошечные конечности выглядели очень тонкими. Было ясно, что Курканка пока не достигла половой зрелости. Ее еще не сформировавшиеся кости сковывали большие, тяжелые кандалы с цепями.

Когда работорговец вошел в помещение, девочка поднялась, а ее пустое выражение лица сменилось страхом. Она вздрогнула и отбежала в угол комнаты.

Мужчина приобнял Лию за плечи.

– Как ты знаешь, молоденькие Курканки – самые дорогие. Итак, что думаешь? Твои сомнения рассеяны? – удовлетворенно спросил он. Было очевидно, что работорговец гордился своим товаром.

Мужчина придвинулся ближе к принцессе. Настолько близко, что она смогла ощутить его хриплое дыхание.

– Здесь только мы вдвоем. Прежде чем ты уйдешь, почему бы тебе не снять все это? С момента, как ты заговорила, я беспрестанно продолжал задаваться вопросом, какое же лицо у обладательницы такого красивого голоса...!

Не было необходимости продолжать слушать лавину грязи, вырывающуюся из прогнившего рта работорговца. Лия знала, что ее защитник наверняка последовал за ней.

Девушка произнесла его имя.

– Ишакан.

Работорговец, резко выдохнув, внезапно задрожал. В следующее мгновение по комнате эхом разнесся звук глухого удара – грузное тело торговца рухнуло на пол. Из него брызнула струя горячей жидкости, окрасив ковер в темно-красный цвет.

Сильная рука обхватила принцессу сзади за талию. Ишакан положил голову девушке на плечо, предварительно проведя носом по ее шее.

– Ты испытываешь мое терпение, верно? – прошептал он. Под расслабленным тоном мужчины скрывалась постепенно растущая ярость. – Я чуть не убил их всех, Лия.

***

Аукционный дом восьми работорговцев вскоре наполнился потенциальными покупателями. Они столпились, словно тучи, собирающиеся в гигантский шторм.

Расположение Эстии посреди континента придавало ей статус эпицентра работорговли. Однако королевство объявило о своих намерениях предпринять решительные меры против данной практики, что побудило сегодняшних участников прийти с набитыми карманами. Ведь для них это событие можно было рассматривать как последний аукцион рабов на здешних территориях.

Дабы соответствовать ожиданиям гостей, работорговцы привезли в качестве лотов свои лучшие товары и с гордостью подготовились к этому особому случаю. По столице королевства распространилось множество слухов. Люди говорили о высококачественных товарах и заветных рабах, которые будут представлены на мероприятии.

Из-за этого аукцион оказался до отказа заполнен посетителями, собравшимися в подвале большого особняка. Несмотря на удаленное расположение, – ведь здание находилось на окраине столицы – свободного места нигде не наблюдалось.

Спокойно ожидая начала аукциона, нетерпеливые гости наслаждались поданными им алкоголем и закусками. Даже разговаривая между собой и обсуждая рабов-варваров, которых продадут сегодня, они не могли не обратить свой взор на плотный занавес, закрывавший сцену. С нетерпением предвкушая величайшее открытие, все присутствующие внимательно следили за происходившим; им было любопытно узнать, когда же наконец поднимется занавес.

Публика пребывала в радостном возбуждении. Но время, назначенное для начала аукциона, уже прошло, а шторы так и не сдвинулись ни на сантиметр. Обычно, если процедура затягивалась, то чтобы усмирить негодование гостей, делали объявление.

Однако никакого объявления так и не последовало.

Глава 78. Кровь (1)

Гости уже устали ждать начала аукциона. Былое веселье покинуло их, а на лицах отразилось явное беспокойство. Даже усердно трудившиеся до этого слуги, что неустанно ухаживали за гостями, пропали. Раздражение продолжало витать в воздухе, пока один из посетителей громко не прокричал:

– Что случилось? Произошло что-то плохое?

С каждой минутой гости становились все более и более встревоженными. Когда аукционный зал зароптал от недовольства, занавес наконец зашевелился.

Предполагалось, что шторы как обычно поднимутся без проблем, но все произошло вопреки ожиданиям. Занавес двигался со скрипом. Ткань медленно и наперекос поднималась вверх. Создавалось впечатление, будто этим делом занимался один человек и использовал только одну руку.

На открывшейся наконец сцене не было ни малейшего намека на свет. Из темноты вышел странный человек.

Костюм сидел на нем свободно и выглядел так, словно незнакомец откуда-то его украл. Человек подошел к центру сцены и решительно прокричал:

– Дженин!

Внезапно зажегся свет. Крепкая фигура мужчины, теперь видимая, ошеломила гостей. Их челюсти поползли вниз, а глаза расширились.

На сцене находился варвар. Куркан.

– Спасибо, что пришли на сегодняшний аукцион! – воскликнул он, и его голос радостно прозвенел в воздухе. Ямочки на щеках подчеркивали широкую и милую улыбку мужчины.

Посетители, не понимая ситуации, задавались вопросом, являлось ли все это частью презентации. Происходящее могло оказаться представлением, организованным для заключительного аукциона рабов в королевстве.

Однако более проницательные гости поняли, что происходит, и сразу же начали искать выход.

Человек на сцене продолжал говорить, привлекая внимание толпы:

– Как все и предвидели, сегодня мы отмечаем совершенно особенное событие! Это верно... – мужчина протянул руки вперед и крикнул, – Теперь вы все рабы, за которыми гонятся работорговцы!

В аукционном зале сразу же воцарилась тишина, словно всю аудиторию окатили ледяной водой. Куркан счастливо рассмеялся, стоя перед парализованными гостями. Две изящные впадинки на щеках мужчины, казалось, стали еще глубже, когда он продемонстрировал злую улыбку.

– Как думаете? Звучит забавно, не правда ли?

Тишины как не бывало. Гости отчаянно кричали, минуя других людей, стулья и столы. Они спотыкались обо все на пути к выходу. В помещении воцарился полный хаос. Куркан рассмеялся, наблюдая, как люди мчатся к дверям, позабыв о сохранении своего достоинства. Мужчина прищурился, глаза его сияли экстазом.

– Леди и джентльмены! Ну а теперь...

Внезапно со всех сторон появились звероподобные существа. Мужчина спрыгнул со сцены и присоединился к толпе.

– Я надеюсь, что вы все хорошо бегаете! – крикнул он.

***

Как только Лия освободила девочку от цепей, та побежала к работорговцу. Вскочив на бывшего владельца, она яростно топтала, хватала и рвала мертвое тело, приходя в безумное неистовство. Маленькая Курканка словно пыталась убить его во второй раз.

Ишакан схватил бушующую девочку и оттянул в сторону. Затем мужчина обыскал изуродованный труп и достал связку ключей. Он заполучил его – первый символ свободы рабов-Курканов.

– Хабан, Дженин.

Эти двое сразу появились по зову Ишакана. Затем он бросил им ключи:

– Все соберутся здесь, – сказал король.

Хабан и Дженин, взяв связку, начали свои поиски. Вскоре они закончили, вернувшись со всеми пленными Курканами. Все были хорошо одеты, поскольку их собирались представить на аукционе. Пока Хабан вел их за собой, Дженин доложила Ишакану:

– На одного меньше, чем мы ожидали. Может, его спрятали где-то в другом месте.

– Он очень агрессивный, поэтому его могли запереть в отдельной комнате! – крикнула девочка.

Она сидела на корточках в углу, но вдруг вмешалась. Маленькая Курканка резко встала на ноги со словами “его нужно спасти”. И посмотрев Ишакану в глаза, она решительно шагнула вперед.

– Я могу сказать вам, где это место.

Ишакан повернулся к Хабану и Дженин.

– Сколько у нас времени до начала аукциона?

– Очень мало, – ответил Хабан.

Ишакан на мгновение задумался над ответом Хабана, прежде чем принять решение.

– Я пойду с принцессой. Что касается всех вас... – мужчина замолчал, уголки его рта приподнялись. – Пожалуйста, поприветствуйте гостей аукциона.

Глаза Хабана и Дженин хищно заблестели. С последнего хорошего дельца прошло довольно много времени, да и оно не шло ни в какое сравнение с тем, что происходило сейчас. Взволнованные тем, что им предстоит повести за собой других Курканов, они исчезли.

Лия надеялась, что граф Валтейн не будет слишком напуган надвигающейся кровавой бойней. Она и Ишакан ушли на поиски.

Глава 79. Кровь (2)

Изначально замысел Лии состоял в том, чтобы незаметно спасти рабов. Освободить их всех, включая Курканов, а затем сбежать до начала аукциона. Однако план сорвался в тот момент, когда в дело вмешался Ишакан. В одночасье девушке пришлось смириться со всеми изменениями, вызванными его появлением.

Принцесса предвидела, что произойдет кровавая бойня...

Пройдя по маршруту, о котором им рассказала девочка, Ишакан и Лия вошли в подвал, благополучно избежав работников особняка.

– Сколько людей ты собираешься убить? – спросила девушка, шепотом обращаясь к королю.

– Всех работорговцев. Что касается посетителей… Что ж, думаю, те, кому повезет, выживут.

Ишакан, несший Лию на руках, на мгновение остановился и вдруг оглянулся. Далекий крик эхом донесся из аукционного зала.

– Мы должны действовать быстро, – сказал мужчина.

Последний раб-Куркан, похоже был заперт где-то в самой глубокой части лабиринта особняка. Чем дальше они шли, тем сильнее менялось окружение. Хорошо отделанные стены сменились мокрой каменистой кладкой. Прогнившая деревянная лестница скрипела при каждом шаге.

Освещения было так мало, что они не могли видеть ничего перед собой, но Ишакан умело указывал путь.

– Не могу поверить, что его заперли в подобном месте, – прошептала Лия в объятиях мужчины.

Все здесь напоминало подземную тюрьму. Или же загон для лошадей, только с бо́льшим пространством.

“Раз уж собирались продавать, то могли бы хоть ради приличия разместить его в месте почище.” – подумал Ишакан.

– Предполагаю, они не давали ему и малейшего глотока воды, пока он не потерял сознание, – просто и неторопливо проговорил мужчина. – Только когда Куркан не может больше терпеть и находится на грани голодной смерти, ему предлагают кусок хлеба. Акт кормления – это средство для выработки послушания.

Ишакан говорил естественно, и легкость его тона только еще больше подчеркивала бесчеловечный характер обращения с рабами.

– Причина, по которой я зашел так далеко сегодня, заключается в том, что здесь наверняка присутствуют покупатели, которые собирались обзавестись свирепыми натренированными зверьками, – этими словами он закончил свою речь.

– Ты... говоришь так, как будто сам испытал это.

Ишакан усмехнулся. Вместо того чтобы ответить, он просто продолжил идти. Постепенно темнота начала отступать. Локация вновь сменилась, и они оказались в помещении, что было намного светлее, чем коридор ранее.

Внутри, на вершине темной крыши расположилось маленькое окошко. Сквозь него просачивался лунный свет, а свисающие повсюду факелы добавляли пространству еще больше яркости. В центре круглого помещения находилась железная клетка.

Внутри лежал скованный кандалами маленький мальчик. Казалось, Куркан был без сознания, но как только он почувствовал присутствие других людей в комнате, то зашевелился. Мальчик настороженно встал. Его тело напряглось, приняв угрожающую позу. Хотя глаза маленького Куркана выглядели усталыми, Лия все еще чувствовала ненависть, исходящую от его взгляда. Мальчик ничем не отличался от дикого зверя.

– ...

Ишакан поставил Лию на пол и некоторое время молча смотрел на ребенка. Лунный свет, падавший на лицо мужчины, делал его взгляд более холодными, чем обычно.

Его ранее сомкнутые губы медленно зашевелились:

– Ты… – золотые глаза Ишакана пленили Лию.

Этот мужчина излучал особую энергию, и принцессе казалось, что она могла бы вечно смотреть на его золотистые радужки. У Лии было такое чувство, будто ей дали способность прочитать все мелкие эмоции, бушующие внутри Ишакана.

– Ты помнишь всех Курканов, которых спасла? – тихо спросил он.

Это был странный вопрос. Мужчина посмотрел на Лию так, словно надеялся, чтобы та дала ему именно тот ответ, который он хотел услышать. Однако девушка понятия не имела, чего желал Ишакан, но и соврать она не могла.

Некоторые воспоминания казались очень смутными и далекими. Кроме того, бывало слишком много случаев, в которых все происходило настолько быстро, что Лия не имела возможности как следует рассмотреть лица Курканов, которых освобождала. Утверждать, что она помнила их всех, стало бы обманом. Когда девушка медленно покачала головой, в глазах Ишакана отразилась едва заметная горечь.

– Понимаю.

Ишакан больше ничего не сказал. Затем взял ключ, встал перед клеткой и принялся по очереди открывать три или более замков. Пока в помещении звенело железо, Лия раздумывала:

“Должна ли я была кивнуть головой, пусть и солгала бы?”

Горькая улыбка мужчины встревожила ее. Колеблясь, принцесса подошла к Ишакану. Он бросил последний замок на пол и посмотрел на нее.

В тот момент, когда девушка открыла рот, чтобы начать разговор, железная дверь резко распахнулась.

Мальчик тут же рванул в сторону Лии и прыгнул на нее. Не ожидавшая внезапного нападения принцесса упала на каменный пол. Маленький Куркан, с явным выражением безумия на лице, свирепо смотрел на своего “врага”. Обнажив оскал, он двинулся вперед, чтобы разорвать шею Лии, но Ишакан успел вмешаться. Предплечье мужчины блокировало зубы ребенка.

Когда в помещении отчетливо раздался чавкающий звук укуса, из руки Ишакана моментально потекла кровь. Король отшвырнул мальчика. А тот, подобно тряпичной кукле, отлетел в сторону и, врезавшись в стену, неподвижно соскользнул на пол. Звон цепей исчез.

Дрожащий голос произнес:

– Ишакан…

Кровь текла по его предплечью и капала на пол. Лия перевела взгляд на рану, и увидела следы зубов. Ее сердце упало.

– Мы должны остановить кровотечение, – настаивала она. – Я могу остановить его своей одеждой...

– Нет, Лия.

Ишакан отступил на несколько шагов, не давая девушке прикоснуться к нему. Мужчина нахмурился и запустил руку в растрепанные волосы. Он был встревожен и раздосадован чем-то.

– Тебе следует держаться от меня подальше. Сама знаешь, сегодня полнолуние.

Мерцание ночного светила пробивалось сквозь небольшое окно. Стоя в жутком, холодном свете луны они оба смотрели друг на друга. Лия непроизвольно прикрыла рот рукой.

– Вид крови... сильно усложняет контроль над собой.

Передняя часть брюк Ишакана начала набухать.

Глава 80. Мольба (1)

После слов Ишакана, Лия вспомнила, о чем ей рассказывала Дженин. На самом деле, она этого и не забывала. С того самого момента, как женщина поведала принцессе об истинной природе Курканов, проявляющейся в полнолуние, в ее голове беспрестанно крутились мысли о данном факте. Сейчас на ум приходило лишь одно слово, раздававшееся эхом сквозь смутные воспоминания.

Спаривание…

Увидев, что Лия потеряла дар речи, Ишакан засмеялся. Ее глаза были широко открыты, а губы едва могли произнести полное предложение:

– Но рана...

– Заживет, даже если я ничего не сделаю, – пожал он плечами.

Ишакан подошел к отброшенному им мальчику, который неподвижно лежал на земле. Проверил пульс и убедился, что ребенок все еще дышит.

– Он жив, – пробормотал мужчина и также добавил, что ребенок, скорее всего, не сможет прийти в сознание до завтрашнего дня.

Поскольку над мальчиком так долго издевались, было вполне естественно, что он из последних сил набросился на Лию.

Ишакан поднял маленького Куркана, положил его в углу комнаты и тяжело вздохнул. Король заставлял себя не встречаться взглядом с Лией. Словно загнанный зверь, он медленно попятился и прислонился спиной к железным прутьям клетки.

– Хаа...

Мужчина вздохнул и поднял руку к волосам. Когда пальцы коснулись темно-каштановых прядей, вдоль предплечья к локтю неровными дорожками потекла кровь. Рана все еще оставалась открытой. Подобравшись к самому краю, темно-красные струйки срывались вниз, образуя лужу на полу.

Лия медленно приблизилась к Ишакану, которого ее действия удивили. На протяжении всех их многочисленных взаимодействий король всегда проявлял инициативу первым. Принцесса вспомнила тот момент, когда он пришел к ее резиденции, чтобы проводить на обед. Его чарующая дьявольская улыбка и притягивающие золотые глаза запечатлелись в сознании девушки.

Стоя, все так же облокотившись на железные прутья, Ишакан уставился на Лию. Мужчина желал, чтобы она сейчас же остановилась. Он пытался сдержаться. Но простых усилий было недостаточно, чтобы скрыть неукротимое желание, горевшее в его глазах.

– Не подходи, Лия, – пробормотал Ишакан сдержанным голосом. – Ты понимаешь, что делаешь?

– Да, понимаю, – прошептала принцесса заливаясь румянцем. – В последний раз... Это потому, что ты помог мне тогда.

Хотя Лия не знала, как чувствует себя Куркан в период гона, она ясно помнила собственные ощущения, вызванные тем подмешанным в напиток зельем. Сильное возбуждение отдавалось в теле ужасной болью. Лихорадка и зуд не давали покоя, вызывая желание поскорее освободиться от этого обжигающего чувства. Ишакан, возможно, испытывает те же страдания.

– На этот раз я помогу тебе.

– С твоим-то телом?

“Тебе обязательно говорить вслух нечто настолько очевидное?” – Лия немного смутилась, но нерешительно кивнула.

– Ты добра, Лия. – глаза мужчины сузились, когда тот улыбнулся, пытаясь скрыть чувство дискомфорта. – Но разве у тебя на самом деле нет другой причины?

– ...

Лия не ответила. По правде говоря, она уже была готова. Соблазнена мужчиной, стоявшим перед ней. Рассудок принцессы мог бы возразить против связи с Ишаканом, но тело помнило то удовольствие, которое он мог доставить. Этот Куркан притягивал ее, и поэтому Лия хотела ответить взаимностью...

Девушка почувствовала, как по шее поднимается жар. Она вспомнила то истомное наслаждение, которое испытывала всякий раз, когда их кожа находилась вплотную друг к другу. Блаженство от теплой интимности его прикосновения. Лие нравилось, как они сливались воедино, нравилось, как Ишакану удавалось опустошить ее разум и освободить от любых забот или мыслей. То были единственные моменты, когда принцесса могла забыть о тяготах и сложных ситуациях, омрачавших ее повседневную жизнь, пусть даже временно.

“Еще раз, только лишь еще один раз. Это будет последний.”

Руководствуясь таким несовершенным оправданием, Лия подошла к Ишакану. Тот наблюдал за ней со зловещим блеском в глазах. Принцесса остановилась перед мужчиной, но сразу взгляд не подняла. Она сделала еще шаг вперед, а затем с самым решительным выражением лица и уверенным голосом, на который только была способна, сказала:

– Сначала мы должны разобраться с этим. – теперь Лия подняла голову и посмотрела прямо в глаза Ишакану.

Настойчиво, и в то же время нежно, принцесса взяла его за руку своими маленькими ладошками. Но мужчина вывернулся из хватки девушки.

– Все в порядке, – настаивал он.

Ложь была настолько очевидной, что даже самый наивный ребенок в мире не поверил бы в нее. Лия проигнорировала заявление и мягко усадила Ишакана на пол. Затем села напротив.

Внутренняя часть платья была сделана из мягкого материала, поэтому ее довольно удобно использовать в качестве повязки для раны. Однако принцесса долгое время боролась с тканью, безуспешно пытаясь оторвать лоскут побольше.

Ишакан рассмеялся над слабыми попытками девушки. Потом все-таки вмешался, остановив ее неуклюжие руки, и резко дернул за подол.

– ...

Длинный лоскут отделился от юбки с такой легкостью и быстротой, что Лия покраснела. Стыд охватил девушку с ног до головы, стоило ей осознать разницу в их силах. Она так долго пыталась оторвать кусочек, а Ишакан моментально преуспел в этом.

Лия взяла лоскут и осторожно, но крепко обернула его вокруг предплечья мужчины. Кровотечение остановилось. Крепкие руки Ишакана тут же обвились вокруг талии девушки.

– Иди сюда, – пробормотал он.

Пока та не успела опомниться, Куркан усадил удивленную принцессу себе на бедро и уткнулся лицом в ее шею. Сделав глубокий вдох, он пробормотал:

– Ты сладко пахнешь…

“Должно быть, это из-за аромата вина, которым меня угощал тот раб-Куркан.” – подумала девушка.

Лия съежилась от щекочущего кожу носа. Однако мужчина лишь крепче сжал принцессу в объятиях.

Ишакан снова потерся лицом о ее шею. Медленно вдохнул, а потом так же неторопливо выдохнул. Кожу Лии обдало теплом.

Глава 81. Мольба (2)

Лия вздрогнула от удивления и издала тихий нечленораздельный звук. Однако она быстро успокоилась и поспешно вытерла кровь, вновь стекавшую по руке Куркана.

– Не двигайся. Повязку трудно наложить, – сказала девушка.

Но Ишакана, похоже, рана не волновала. Пока принцесса с трудом пыталась перевязать его предплечье, мужчина беспрестанно касался ее. Руки ласково блуждали по всему телу Лии. Затем одним движением Куркан стянул с девушки парик и отбросил его в сторону.

Каждое шевеление так или иначе отзывалось в бедрах Ишакана; стоило ему дернуть рукой, и “сиденье” Лии тут же раскачивалось. Это постоянно выводило принцессу из равновесия.

– Если ты так и продолжишь двигаться, я не смогу сделать все должным образом...!

Вместо того чтобы понять беспокойство девушки, Ишакан проигнорировал ее жалобы, чувствуя удовлетворение от собственных действий.

– Порой болеть – это нормально.

Лия сдалась и грубо завязала повязку – бесполезно пытаться тщательно обработать рану, пока Куркан продолжает вертеться, уж лучше побыстрее закончить лечение.

Из-за толщины предплечья ткани потребовалось больше, чем ожидалось. Когда девушка завязала маленькие остатки материи в узел, мышцы Ишакана напряглись. Она посмотрела на него и спросила:

– Не болит?

– Болит. – ответил, не задумываясь.

– Слишком туго? Хочешь, я немного ослаблю повязку. – забеспокоилась Лия, испугавшись, что была слишком беспечна.

– Нет, дело не в этом, – хрипло произнес Ишакан. И когда он приподнял бедра, что-то большое, теплое и твердое уперлось в девушку снизу. Почувствовав явные очертания мужского достоинства, Лия окаменела. – Здесь, – прошептал он.

Принцесса застыла на месте подобно статуе. Руки, державшие предплечье Ишакана, отпустили его и дрожа зависли в воздухе.

– Можешь полечить и здесь? – прошептал мужчина, лизнув мочку Лии.

– ...Прекрати, пока я и это не перевязала. – произнесла девушка и, все-таки решив немного ослабить узел повязки, принялась поправлять его.

С покрасневшим лицом, настойчиво игнорируя смех Ишакана, принцесса, наконец, закончила. Но не успела она почувствовать удовлетворение от проделанной работы, как Куркан слегка погладил девушку по щеке.

– Пожалуйста, прикоснись ко мне, Лия, – умолял он.

Девушка вдруг пожалела, что предложила помощь. Она хотела взять свои слова обратно, но в то же время не делала этого. Пока Лия боролась с внутренним конфликтом, возбужденная плоть Ишакана вновь прижалась к ее телу, и сильный жар, исходивший от органа, заставил принцессу потерять рассудок.

Она спустилась с бедер Куркана и села на колени между его ног, повернувшись лицом к мужчине. Наконец приняв решение, девушка коротко вздохнула. Она протянула дрожащую руку и медленно развязала верхнюю часть его брюк. В голове Лия настойчиво продолжала напомнить себе, что делает это лишь для того, чтобы помочь Ишакану, получившему ранение из-за нее. Но в то же время она была взволнована и смущена смелостью своих действий.

Принцесса довольно долго колебалась, прежде чем снять с Ишакана исподнее, – последний барьер, стоявший между ней и его интимной зоной. Лия видела отчетливые очертания полового органа, и они пугали ее.

Несмотря на внутренний протест, рука девушки двигалась так, словно обладала собственной волей, когда тянула тонкую ткань нижнего белья мужчины. Наконец, покрытое венами большое и пульсирующее мужское достоинство было освобождено.

Глаза принцессы расширились, когда член набух еще больше. Теперь, поскольку принцесса была трезва, форма и цвет мужского достоинства ярко запечатлелись в ее мозгу.

Из-за усилившейся эрекции на кончике члена уже образовались капельки полу-прозрачной жидкости. Казалось, что чем дольше Лия смотрела, тем больше становился половой орган Ишакана. Принцесса наблюдала, как он удлинялся, пока не достиг живота мужчины.

“Я даже еще ничего не сделала... И как, черт возьми, в меня это поместится? А Ишакан, похоже, совести не имеет, раз собирается вставить в меня эту штуку.” – негодовала девушка, продолжая удивленно рассматривать член.

Поглядев на нее с минуту, Куркан наклонился и произнес:

– Твой взгляд обжигает, ты словно пожираешь его глазами.

– ...

Лия посмотрела на мужское достоинство, прежде чем осторожно протянуть руку и коснуться его кончиками пальцев.

“Теплый...” – промелькнуло в ее голове.

Не зная, что делать, принцесса обхватила член рукой, и ту сразу обдало жаром. Половой орган был весьма крупного размера и не помещался в маленькой ладони девушки. В этот момент Лия заколебалась и взяла его уже обеими руками. Кроме своего любопытства, она не знала ничего, поэтому озадаченно взглянула на Ишакана, как бы спрашивая совета.

Мужчина пристально смотрел на принцессу. Золотистые глаза внимательно изучали каждое ее движение и выражение лица.

– Попробуй пошевелить руками, – сказал он. – Не дави слишком сильно...

Длинные пальцы мужчины коснулись лица Лии. Затем, медленно скользя по коже, перешли к ее уху. Ишакан наклонился и прошептал:

– Ну же...

Лия почувствовала, как жар приливает к щекам. Казалось, температура ее тела резко подскочила. Принцесса склонила голову, чтобы скрыть румянец, и плотно закрыла глаза, чтобы не видеть тех смущающих вещей, которые она совершала. Но девушка не могла заглушить ни звук своих ласк, ни хриплый голос Ишакана, наполненный удовольствием.

– Ммм, хааа...

Гулкие звуки и низкий голос мужчины ласкали слух. Словно пытаясь немного отвлечься, Куркан притянул принцессу за талию и крепко сжал ее ягодицы. Он стонал и шептал имя девушки, словно мантру.

– Лия...

Странное чувство возникало внутри каждый раз, когда Ишакан звал ее. Сознание заволокло туманом, словно принцесса вмиг опьянела. Лоно заныло, изнемогая и желая чего-то.

Острые зубы слегка укусили шею Лии, поцарапав гладкую поверхность ее кожи. Куркан почти сразу отстранился, но его действия пробудили в девушке странные желания.

Ишакан, тяжело дыша, уткнулся лицом в плечо принцессы, а потом медленно поднял голову. Лия осторожно открыла глаза. Когда их горящие страстью взгляды встретились, она не удержавшись бросилась вперед, чтобы поцеловать.

Ишакан прижал губы принцессы к своим. Положив ладонь на затылок Лии, он жадно впился в ее уста, иногда покусывая их. Даже когда она фыркнула, почувствовав, что задыхается, Куркан не отпустил ее. Слюна, которую было невозможно проглотить, стекала с уголков губ девушки.

Лия вздрогнула, и ее руки дернулись. Она случайно прошлась вверх по головке полового органа, слегка приподняв крайнюю плоть. Когда же пальцы вновь спустились вдоль ствола члена, принцесса будто ощутила, как в нем бурным потоком текла кровь. Ишакан напрягся, а орган в руках девушки сильно запульсировал.

Куркан отстранился от губ Лии. Его сердцебиение участилось, а губы непроизвольно открылись:

– Ух, Лия...

Горячие струи спермы хлынули из кончика члена и брызнули на лицо девушке.

– Ах... – прилипшая жидкость стекала по щекам принцессы.

Лия замерла, потрясенная ощущением горячего и влажного вещества, которое теперь покрывало ее кожу. Она лишь удивленно моргнула. Даже ресницы оказались немного липкими.

Ишакан, как зачарованный, уставился на Лию. Потом его лицо исказилось, а золотистые глаза воодушевленно запылали.

Глава 82. Трудно насытиться (1)

Видеть прекрасное лицо Лии, покрытое его телесными жидкостями, было уже слишком. Желание взревело в Ишакане, и тот навалился сверху, опрокинув партнершу. Склонившись над принцессой, он пригвоздил ее руки к полу. В этот момент Ишакан больше походил на хищника, чем на любовника, ведь охота обычно заканчивается тем, что жертва оказывается загнанной в угол, без возможности выбраться.

Пораженная резкостью происходящего, Лия на мгновение застыла. Затем попыталась шевельнуться, но не смогла сдвинуться ни на сантиметр. Куркан не контролировал силу хватки, из-за чего запястья пронзила боль. Принцесса была растеряна и напугана, – в голове внезапно промелькнули воспоминания об озверевшем ребенке, который напал на нее.

“Полнолуние, должно быть, привело его в беспамятство и заставило потерять рассудок.” – эта мысль наполнила Лию страхом, и по телу пробежала дрожь, что не осталось незамеченным ее захватчиком.

Ишакан засмеялся, усиливая хватку. Девушка проглотила свой страх и посмотрела на него снизу вверх.

– А ты не слишком напугана. – его губы искривились в веселой усмешке, но глаза светились опасностью.

Когда их взгляды встретились, половой орган мужчины снова начал набухать, удлиняясь и задевая живот принцессы. Он с каждой секундой становился тверже и горячее. Намерения Ишакана были предельно ясны.

– Если думаешь убежать, тебе следует сделать это сейчас...

Шепот едва достиг ушей девушки, как Куркан сорвал с нее одежду, обнажив розовые соски. Небольшие белые груди выглядели так соблазнительно в лунном свете, что ни один волк не упустил бы возможности попробовать их на вкус и насладиться ими. Свет разума угасал, подобно пламени свечи, с каждой секундой все глубже погружаясь во тьму. Ишакан сумел выдавить из себя еще одно предупреждение:

– Это твой последний шанс, Лия...

Мужчина говорил серьезно. Если бы она оттолкнула его и убежала, он бы не стал останавливать. Другого шанса не будет.

Страх закипел в принцессе. Сердце бешено колотилось. Она, конечно, осознавала, те опасность и удовольствие, что ожидали впереди, и беспрестанно дрожала… Но, возможно, в другом смысле это был ее последний шанс. И Лия решила не растрачивать его впустую.

“Ишакан сказал, что сейчас не может вести себя благоразумно… Но похоже не только он один. Будь я в здравом уме, то не участвовала бы в подобном.”

Вместо ответа Лия, обвив руками шею Куркана, притянула того ближе. От ее прикосновения трепещущий огонь мгновенно вспыхнул огромным пламенем, и Ишакан покачал головой. Мужчина пробормотал что-то на курканском языке, которого девушка не могла понять.

– Ты… – медленно подняв лицо, он тихим угрожающе-предупредительным тоном произнес. – Ты... и вправду такая рискованная и соблазнительная... Я схожу с ума...

Мужская рука схватила грудь Лии. Словно голодный зверь, Ишакан прикусил розовый бутон соска, что показался меж его пальцев. И когда покалывающее прикосновение мурашками прокатилось по всему телу, с нежных губ принцессы сорвался тихий стон. Она поджала пальцы ног, а округлые бедра чувственно двинулись вверх и опустились.

Жадный взгляд Куркана не упускал ни малейшей реакции девушки, подмечал даже самый слабый вздох. Мужчина продолжал облизывать и покусывать нежные соски до тех пор, пока они не затвердели. Наконец, он удовлетворенно отпустил розовые бутоны, и принялся снимать с Лии остатки разорванной одежды.

Принцесса инстинктивно попыталась прикрыться тонкими руками, но было слишком поздно. Ишакан оттянул их в стороны и, продолжая крепко держать, путешествовал взглядом по ее телу. Золотистые глаза прошлись сверху вниз… и там, между ног, посмотрели на влажную ткань, прилипшую к складкам ее нежных лепестков.

– Что? – несколько удивленно спросил мужчина. Он тихо рассмеялся, потерев пальцами нижнее белье Лии. – Уже мокрая. Ты возбудилась, прикасаясь ко мне?

Девушка желала, чтобы в такие моменты он притворялся невежественным, но Ишакан никогда не упускал возможности смутить ее. Не в силах признать этот постыдный факт принцесса зарделась. С каждым вдохом ее лицо пылало все сильнее, и она отвернулась, ожидая продолжения. Мгновения прошли и в недоумении Лия наконец оглянулась. Ишакан с озорством в глазах сидел, прислонившись к стальным прутьям и расставив ноги. Он точно знал, чего хочет ее сердце.

– Сделай это, – засмеялся мужчина, когда девушка недоуменно моргнула, глядя на него. – Было бы здорово, если бы ты сделала...

Куркан не закончил фразу, замолчав со спокойной улыбкой, которая отнюдь не скрывала его волнения. Остатки терпения подходили к концу.

“Значит, для того, чтобы продолжить, я должна двигаться сама.” – поняла девушка.

Лия поднялась и неторопливо подошла к Ишакану. Она забралась на его тело, расставив колени по бокам, и тут же посмотрела вниз. Вид возбужденной плоти мужчины на время посеял в принцессе сомнения. Член стал настолько твердым, что не было необходимости придерживать его рукой. Кроме того, он выглядел пугающе большим. Все еще колеблясь, девушка принялась постепенно опускаться.

Кончик головки начал понемногу проникать в слизистую оболочку Лии, и Ишакан гортанно застонал. В ответ на проникновение лоно принцессы немного сжалось. Продолжив движение, девушка слегка качнула бедрами.

Глава 83. Трудно насытиться (2)

Бедра принцессы задрожали, когда закругленный кончик целиком вошел в нее. Ее ладонь, покоившаяся на плече Куркана, непроизвольно сжалась в кулак. Мужские руки по бокам шевельнулись, взяв контроль, и девичий вздох эхом разнесся по комнате:

– Хннннн...

Лия не могла привыкнуть к этому огромному размеру, как ни старалась. Когда же Ишакан снова надавил на нее, она посмотрела на него чуть ли не плача. Однако этот человек не знал пощады и не собирался останавливаться. Но и бросать принцессу на произвол он не собирался. Руки Куркана помассировали бедра девушки, обхватывая округлую попку, пытаясь заставить ее расслабиться.

– Тебе нужно опуститься еще ниже, я и на половину не вошел.

В глазах на миг потемнело. Лия была уверена, что по крайней мере половина члена уже находилась внутри. Девушка ощущала его в животе и не сомневалась, – еще больше в нее определенно не поместится. Думая об этом сейчас, тот факт, что в прошлом он входил целиком казался невероятным. В глазах уже собрались бусинки слез, готовясь пролиться от безысходности. Принцесса ссутулившись нависла над Курканом, уверенная, что дальше не сможет, но мужчина не собирался ее отпускать.

Длинные пальцы скользнули между ног девушки. Ишакан взял свой член, вытащил из Лии и принялся водить им вдоль прохода. Руки принцессы в панике скатились к предплечьям партнера и сжали их.

– Нет... – прошептала она.

– Ты давишь на рану.– сказал Ишакан той, кто крепко держала его за забинтованную руку.

Лия поспешно убрала ладонь, и мужчина воспользовался возможностью теперь уже пальцами погладить ее интимное место.

– ... Ах.... Иша...кан...

Куркан неумолимо потирал, покручивал и пощипывал возбужденный бугорок между ног принцессы. Это было невыносимое ощущение, трепещущее и щекочущее. Вдруг Ишакан остановился. В этот момент ноги девушки ослабли, и она вздрогнула, когда мужское достоинство скользнуло во влажную внутренность.

– ……! – принцесса задохнулась от неожиданности.

Лия запрокинула голову с широко распахнутыми глазами, руки и ноги тряслись, а тело неконтролируемо содрогалось.Слюна капала с распахнутого рта, но девушка даже не думала сомкнуть губы. Все, что она могла, – это дрожать.

Ишакан придвинулся ближе и, лизнув влажные уста Лии, увлек ее язык в страстный танец. На какое-то время она потерялась в ненасытном поцелуе, а когда пришла в себя и посмотрела вниз, то увидела, как ее живот выпирает, и эта выпуклость повторяет очертания мужского органа.

Слезы, которые уже какое-то время норовили пролиться, наконец сорвались и хлынули из глаз. Принцесса пожалела о своей глупости. Было безумием желать чего-то такого неистового и непреодолимого. Девушка подавила рыдания, уткнувшись лицом в грудь Ишакана. Но как бы жалко она ни выглядела, Куркан не давал ей передышки. Его нетерпение по отношению к ней было гораздо более настойчивым. Мужчина задвигал талией вверх и вниз, и шлепки ритмично бьющихся друг о друга тел поразили уши принцессы. При этих непристойных звуках Лия мгновенно кончила.

– Ухххх….

Тело непроизвольно согнулось. Сильное наслаждение буквально пронзило девушку. Но не успел закончиться первый оргазм, как последовала очередная волна удовольствия, когда Ишакан безрассудно погрузился в нее, отбросив всякое терпение. Большой орган погружался в лоно, то затрагивая чувственные места Лии, то погружаясь пугающе глубоко. Когда принцесса сама начала двигаться в такт с ним, глаза Куркана загорелись. Вопреки окружающей темноте мужчина все прекрасно видел.

Лия изо всех сил схватилась руками за железные прутья клетки. В попытке хоть как-то контролировать себя, девушка старалась удержаться, но пальцы быстро разжались и слетели с холодного металла. Запредельное удовольствие было так велико, что принцесса не могла даже нормально вздохнуть. Она чувствовала себя так, словно ее обуяло жаркое пламя, лишь мольбы из раза в раз продолжали срываться изо рта Лии:

– Пожалуйста, прошу…

Ишакан укусил принцессу за шею достаточно сильно, чтобы оставить следы своих зубов.

– Что... что?! – раздраженно прорычал он.

– Пожалуйста, прекрати...

– Ты хочешь, чтобы я остановился? – ехидно усмехнулся Куркан.

– Да..ухм...пожалуйста... – умоляла она, пытаясь контролировать тело и расшатанные чувства.

– Почему… Я ведь только его вставил... – Ишакан смотрел на лицо Лии, пока та продолжала плакать и умолять. Однако он так и не остановился. Большая рука схватила белую грудь и сжала сосок, отчего слез только прибавилось.

– Ох, агх...! – тело сильно затрясло.

Внутренности девушки содрогнулись, и липкая влага полилась по бедрам. Ишакан обнял Лию и поцеловал, стараясь хоть немного успокоить ее. Слизывая слезы принцессы, мужчина прошептал:

– Попроси меня вставить его...

Никогда в здравом уме Лия бы не сказала подобного. Но рассудок уже покинул девушку, вот почему она произнесла эти безумные слова:

– Войди... внутрь...пожалуйста… Ишакан...!

Прозвучавшие слова ввели короля в безумие. Зверь вырвался из оков, и мужское достоинство глубоко вонзилось в принцессу.

Лия неистово целовала щеки и кусала губы партнера. Отдаваясь Куркану, девушка впилась ногтями в его плечи.

– Ох, Боже… Кажется, я сейчас умру…пожалуйста...

Принцесса продолжала кричать и стонать, когда ее накрыл очередной оргазм. Голова запрокинулась назад, а нижняя часть живота напряглась и сжалась.

– Кхх.. – Ишакан нахмурил брови, крепко обняв Лию за талию.

Горячее семя выстрелило внутрь девушки и продолжило наполнять ее лоно. Принцесса на время застыла в изогнутом положении, а затем, рухнув на Ишакана, издала короткий стон. Все тело Лии онемело, а пальцы на ногах поджались. Она продолжала содрогаться в болезненном, бесконечном оргазме. И даже сквозь это мучительное наслаждение, девушка почувствовала, как мужской орган снова набухает внутри нее.

Лия уставилась на голодного зверя перед собой.

– Ты сказала что поможешь мне, так?

И хотя король уже дважды кончил, его золотые глаза все еще были полны страсти. Куркан легко приподнял расслабленное тело партнерши, и когда мужское достоинство выскользнуло из нее, струйки липкой спермы потекли по девичьим бедрам.

Ишакан облизнул губы.

– Мне еще как следует не помогли.

Глава 84. Пожалуйста, остановись (1)

Темная ночь стала бездонной пропастью дьявольского греховного желания.

Они уже дважды занялись любовью, но это все равно не утолило голод мужчины. Лия по началу и не удивилась его ненасытной похоти; она считала, что знает, насколько он жаден и до какой степени энергичен. Но теперь же принцесса осознала, какой невероятно наивной была. Простая помощь? Да она буквально вошла в логово голодного зверя и преподнесла себя на блюде!

Мужской орган, покрытый любовными соками, был неутомим. Сколько раз он овладеет ею, прежде чем окажется удовлетворен? Два, три, четыре? Насытится ли зверь к рассвету? Рыдая, Лия хлопнула Куркана по плечу, безмолвно протестуя.

– Что? Тебе наскучила это положение? Хочешь, я возьму тебя в позе сзади? – спросил Ишакан, зная, что проблема отнюдь не в этом.

Король поднял принцессу на ноги, развернул и подтолкнул в сторону железных прутьев. Когда грузное тело навалилось сзади, твердый металл прижал белые груди и обжег холодом нежную щеку Лии. Девушка тяжело вздохнула и приподняла бедра, а мужчина, в свою очередь, развел ее ноги в стороны и скользнул членом вдоль влажных половых губ, потираясь о них.

Жгучее удовольствие пронзило принцессу от макушки до пят. Легкий поцелуй коснулся ее плеча и отозвался мириадами искр по телу. И вновь разгорелся пожар, который, как думала Лия, был полностью потушен.

Ишакан обхватил груди девушки и, наклонившись так близко, что его губы задевали ее волосы, прошептал:

– Ты немного прибавила в весе.

Девушку охватило состояние блаженства. Она уже была готова глубоко погрузиться в то чувство неги и спокойствия, даримое прикосновениями Куркана, однако произнесенная им реплика вывела ее из транса. Принцесса застыла от удивления. В последние дни надзор Кердины не был таким строгим, поэтому Лия ела столько, сколько душе угодно. Вполне очевидно, что это отразилось на ее теле. Девушка крепко вцепилась в прутья клетки. По задней части шеи поднялся жар, и та моментально покраснела. Лие стало стыдно за свое, как она думала, безобразное тело, и в этот самый момент ей очень хотелось прикрыть его хоть чем-то.

“Надо было держать себя в руках и соблюдать диету...” – укоряла себя принцесса.

Ресницы девушки задрожали и она моргнула. Лия долго колебалась, прежде чем тихо спросить:

– Это плохо...?

Простой вопрос заставил сердце принцессы бешено забиться.

“Сейчас он, определенно, холодно улыбнется и перечислит все недостатки моего несовершенного тела. ” – ожидала она. Девушка мысленно готовилась к тому, что Ишакан прямо сейчас начнет корить ее и язвительно насмехаться, указывая на каждый участок тела, где та набрала вес...

“Как же хорошо, что я нахожусь спиной к нему.” – Лия радовалась этому факту, ведь так она могла скрыть свое лицо от Куркана.

С нетерпением и тревогой принцесса все продолжала ждать ответ. Но Ишакан лишь откинул серебристые волосы в сторону и, обнажив тонкую белую шею, покрыл ее нежными поцелуями.

– Ты о чем? – хрипло спросил он.

– Я набрала вес, и...

Мужчина лизнул мочку Лии и прошептал:

– То, как ты выглядишь сейчас, мне нравится гораздо больше. А если бы и здесь слегка прибавила, стала бы еще совершенней.

У Куркана в запасе было множество выражений, способных поведать о том, какой удивительной ему казалась девушка, что находилась рядом. Вместе с теплыми словами Ишакан снова и снова проводил языком вдоль шеи принцессы, а затем кусал ее.

Лия смущенно пожала плечами. Внутри у нее все сжалось, а сердце заколотилось так же, как после недавно заданного вопроса. Однако теперь чувства были совершенно иными, а тревога и нервозность полностью исчезли.

– ...

Принцесса прижалась разгоряченным лицом к холодным железным прутьям, а Ишакан больше не мог вести пустые разговоры. Мужское достоинство, словно и не было предыдущих раз, снова набухло. Не теряя времени Куркан надавил головкой на лоно девушки, вновь открывая его и проникая внутрь. Он вошел в Лию с такой силой и резкостью, что та поднялась на цыпочки, практически оторвавшись от земли из-за разницы в их росте. Глубокий мужской стон эхом разнесся в тишине ночи. Куркан вплотную прижался к телу партнерши, и обжигающе горячее дыхание коснулось ее шеи.

Ишакан схватил обеими руками набухшие соски и, сжав их, принялся покручивать и оттягивать. Пульсирующая боль и удовольствие охватили принцессу. Король атаковал ее как сверху, так и снизу, что для девушки было уже слишком. Беспомощно дрожа, она сглотнула и сумела вымолвить:

– Ахх... не надо грудь...

– Не хочешь это, не хочешь то. – Ишакан сжал оба соска. Стоя все так же на мысочках, принцесса затряслась и непроизвольно застонала, а за спиной прозвучал голос Куркана, – Помоги мне с этим, Лия. Что я могу сделать?

Глава 85. Пожалуйста, остановись (2)

– Один...ах...просто трогай один… – девушка имела в виду участок тела.

Лия старалась донести до Ишакана мысль о том, чтобы он либо ласкал грудь, либо безжалостно толкался снизу. Однако мужчина по-другому воспринял ее заявление.

– Только один? – усмехнулся он, опустив руку вниз. Длинный палец надавил на выступающий клитор и заставил тело принцессы резко содрогнуться. Куркан мягко потер заветное место девушки и озорно прошептал:

– Ты такая жадная. Как-никак, у меня всего две руки.

Ишакан так перевернул слова принцессы, что выставил ее как похотливую женщину. Лия открыла рот, чтобы возразить, но из него вырвались лишь стоны.

Задыхающиеся звуки громким и отчетливым эхом разносились в пустом влажном помещении. Не в силах более выдерживать напор, девушка попыталась отодвинуться, но безуспешно – она была поймана в ловушку между железными прутьями и Ишаканом. Мужское достоинство продолжало двигаться внутри, грудь подпрыгивала в такт, а тело вздрагивало каждый раз, когда Куркан умело крутил и щипал ее соски кончиками пальцев.

Лия мучительно всхлипывала. Балансируя на цыпочках, ее ноги быстро уставали, но если она хоть немного опускалась, то член тут же болезненно вбивался в самое нутро. Ощущая себя загнанной в угол, принцесса была ошеломлена испытываемыми ощущениями. Разум продолжал пустеть от беспрерывных быстрых толчков. Когда Куркан в очередной раз врезался в ее глубины, возникло странное чувство, с которым было сложно совладать.

– ……!

Зуд и покалывание, сопровождались ощущением, словно что-то пыталось выйти из нее. Давление было слишком сильным, и каждый раз, когда мужское достоинство терлось о стенки влагалища, девушке казалось: еще чуть-чуть и случится непоправимое…

Лия срочно окликнула партнера:

– Ишакан, хааа, подожди...

Она отчаянно схватила его за предплечье.

– Подожди... подожди, остановись...Ах, нет... – умоляла принцесса.

– Что значит "нет"? Разве тебе это не нравится? – тяжело дыша ответил он и, игнорируя впившиеся острые ногти Лии, продолжил безжалостно входить в нее. Куркан изогнул бедра, чтобы сделать звуки более влажными, и прошептал, – Ты здесь такая мокрая.

Принцесса смирилась со стыдом и решилась откровенно признаться:

– Ишакан, я, кажется, сейчас... описаюсь...

Король лизнул заплаканные щеки девушки, сильнее вонзая свой орган в ее внутренние стенки.

– Все в порядке. Сделай это.

– Хааа… Пожалуйста, прекрати...

Мужской палец сильнее потерся о клитор, и влагалище тут же сжалась. Принцесса покачала головой из стороны в сторону, отчаянно умоляя:

– Нет... Ах, что ты делаешь? Я больше не могу терпеть, хнннннн!

Спазм сотряс тело, а ноги подкосились, и когда Лия непроизвольно насадилась на член, ее пробила сильная дрожь. Девушка не выдержала того, насколько глубоко он вошел, и воскликнула:

– Ха, ааааах! – спина выгнулась, и из щели между ног хлынул поток влаги; прозрачная жидкость закапала на пол, скользнув по ногам и бедрам принцессы.

Лия застонала, потрясенная предательством своего тела. Девушка не могла поверить в то, что не сдержалась…

“Я ведь не маленький ребенок,.. как стыдно!” – негодовала она мысленно.

– Я же сказала тебе остановиться! – сетовала принцесса. – Так почему же....?!

Этого бы не случилось, если бы Куркан отпустил ее. Лия была ошеломлена произошедшим и смущена поведением собственного тела. Она вздохнула и вдруг поняла, – это не моча, ведь жидкость не имела запаха. Затем к принцессе пришло осознание того, что партнер давно ничего не говорил.

– Ишакан...? – позвала его по имени.

Мужчине потребовалось время, чтобы ответить. Напряженный голос басом пророкотал:

– Хаа, Лия…

Ишакан наклонил голову к спине девушки. Провел по ней губами, затем кончиком носа и, наконец, уткнулся лбом в белую кожу. Его дыхание было хриплым и тяжелым.

– Я же просил тебя не вести себя так эротично...

С болезненным стоном Куркан схватился за железные прутья. Лия наблюдала за тем, как его руки протягиваются по обе стороны от ее лица, а затем напрягаются. На мясистых предплечьях вздулись вены, а мышцы задрожали, и железные прутья со скрипом согнулись.

– Хаа... Прости... – горько прошептал он. – Мне очень жаль...

Не ожидавшая извинений Лия глубоко вдохнула. Тревожное предчувствие закралось в душу. Внутри принцессы происходило что-то странное, напряжение в голосе Куркана передалось ее телу. Сначала девушка подумала, что ей показалось, но теперь она отчетливо поняла происходящее. Лия по-настоящему испугалась.

– Иш...Ишакан… – голос дрожал, когда она звала его по имени. – Внутри...такое странное чувство...

Мужской орган набухал, все сильнее наполняя девушку.

Глава 86. Не волнуйся (1)

Ощущение набухающего внутри мужского достоинства было ярким и обескураживающим, – он пульсировал и шевелился, прижимаясь к самым мягким частям тела, впиваясь в органы. В какой-то момент Лия подумала, что вот-вот лопнет. От боли у нее перехватило дыхание, – лоно растянулось так сильно, что казалось: еще чуть-чуть и оно разорвется. Принцесса тут же взвизгнула:

– Угх...больно…!

Ишакан был глух к ее крикам, продолжая прерывисто и тяжело дышать. Острые зубы впились в заднюю часть шеи Лии, когда мужской орган, извиваясь внутри, подобно змее, принялся бурно эякулировать. Горячая, вязкая сперма потекла по внутренним стенкам. Куркан, казалось, был полон решимости не дать ни капле вырваться наружу, проталкивая жидкость все дальше, а принцесса чувствовала, как продолжает наполняться и как мужское семя рывками проникает глубоко в чувствительный канал.

Это казалось бесчеловечным. Далеко за пределами возможностей Лии. Девушка вспомнила предупреждение: "Тело принцессы не сможет выдержать напора Куркана в полнолуние". Теперь она, наконец, в полной мере осознала истинный смысл, сокрытый в каждом слове. Лия ерзала на месте, пытаясь передвинуться и облегчить боль, и внезапно вспомнила, что Курканам нужно соблюсти определенные условия, чтобы вызвать беременность. Глаза девушки расширились.

“Нет, не может быть…”

Моргнув со страхом во взгляде, она попыталась оттолкнуть Ишакана.

– Ах! Нет...

“На этот раз я действительно могу забеременеть!”

Мужчина влил в нее уже столько семени, что, казалось, попросту не мог не оплодотворить. В ужасе принцесса попыталась отстраниться от Куркана, вынуть его член, но мужское достоинство отказывалось сдвинуться с места.

– Пожалуйста, Ишакан, достань его! – криком и плачем приводя того в чувство. Куркан дернулся, словно очнулся от чар, его зубы ослабили хватку на шее.

– Хаа... Прости, Лия...

Обняв девушку, он стал медленно опускаться вместе с ней. Расстелив свой плащ одной рукой, он уложил принцессу, и та как ребенок зарыдала в его объятиях.

– Тебе настолько больно? Не плачь...

– Вытащи, достань...

– ...Нет, если я выну его сейчас, он разорвет тебя.

Обнимая Лию сзади, он нежно погладил ее набухший живот и поцеловал во влажный уголок глаза. Язык мягко лизнул следы укусов, оставленные на шее девушки.

– Просто подожди еще немного, – успокаивал мужчина. – Это скоро закончится.

– Но если... Ах... если ты оставишь его внутри... Я забеременею... Угх, пожалуйста...

– Нет, все в порядке, – заверил он. – Этого не произойдет.

Куркан все продолжал успокаивать Лию. Но вопреки заверениям, его орган не выказывал никаких признаков уменьшения. Девушка была уверена, что Ишакан солгал. Казалось, это никогда не закончится, и она так и останется в ловушке, мучительно насаженная на него. Принцессу подобная мысль настолько шокировала, что та принялась отчаянно извиваться, царапая предплечья и бедра мужчины; даже его икрам не удалось избежать ран, но уже от ногтей на пальцах ее ног. Длинные конечности Ишакана переплелись с ее, и девушка протестующе застонала:

– Нет...

– ...Лия, перестань двигаться.

Крепко прижав принцессу к себе, Куркан помешал ее сопротивлению. Тело мужчины было ужасно горячим, обжигающим, заставляющим температуру девушки резко подскочить. Конечности, до этого беспрестанно дрожавшие, напряглись, стоило Лие почувствовать, как в нее снова начала литься сперма. Горячая жидкость словно обжигала изнутри, и принцесса схватилась за живот, снова взвыв:

– Ааах!

– Хаа, хаа...мммнн! – Ишакан издал громкий стон и крепче прижал девушку к себе.

Бедра Куркана пробило мелкой дрожью, словно он больше не мог вынести возбуждения. Но даже подобное небольшое движение заставляло девушку содрогаться, ведь набухший мужской орган, растянув ее, упирался в самую приятную точку. Глаза Лии закатились от боли и удовольствия, и она снова брызнула.

– Хс... Хаагх. – Жидкость хлынула по ногам принцессы, когда внутренние мышцы судорожно сократились.

Ишакан находил эти ощущения невыносимыми, каждое последующее сжатие вызывало большую эйфорию, чем предыдущее. Сладкое блаженство от чувства стянутости охватило член, и мужчина больше не мог этого выносить. Куркан снова яростно задвигал бедрами.

Как бы Лия ни пыталась сдерживаться, каждый раз, когда Ишакан врезался в нутро, из нее вырывалось все больше жидкости, разливаясь по полу. Принцессе казалось, что ее тело разбито. Из открытого рта стекала слюна, а слезы градом катились по щекам.

– Ах... ум... агх… – всхлипывала она.

Девушка все продолжала рыдать, пока ее тело снова и снова извергало из себя жидкость. К тому моменту, когда поток, наконец, прекратился, она уже полностью промокла. Тело, исчерпавшее все силы, обмякло. Девушку накрыло такое болезненное удовольствие, что она больше не могла пошевелить и пальцем.

В отличие от опустошенной принцессы, член мужчины все еще был тверд, беспрестанно входя в нее и наполняя своим семенем. Постепенно, сознание стало покидать измученное тело. Тихий вздох коснулся ушей Лии, когда Ишакан принялся закрывать ей глаза рукой. Зрение полностью потемнело, и девушка потеряла сознание.

Глава 87. Не волнуйся (2)

Секс с Ишаканом никогда не заканчивался нормально. Процесс всякий раз продолжался до тех пор, пока Лия больше не могла этого выносить, – Куркан доводил ее до самой критической точки как физически, так и морально. Если они будут и дальше продолжать в том же духе, то подобное может привести лишь к безвременной смерти принцессы. Девушка была уверена, что это действительно может убить ее.

Блуждающая в бессознательном мире Лия сквозь сон отчетливо услышала чей-то звонкий голос:

– Ты действительно бессовестный. Так жестоко поступить с принцессой...

“Я все еще сплю, или это реальность?” – не в силах поднять веки, девушка лежала неподвижно, прислушиваясь. Говорящий продолжил бесконечную тираду жалоб:

– Ты не проводил обряд, так что она не должна была забеременеть, но все равно ты зашел слишком далеко! Что нам теперь делать? Ты так сильно ее укусил, а ведь принцесса должна носить платья!

Твердая рука мягко скользнула по волосам девушки, нежно поглаживая.

“Щекотно” – подумала Лия сквозь туман, окружавший разум, и тут же услышала второй, более низкий и грубый баритон:

– Согласен. Ишакан, на этот раз ты был слишком суров.

– Удивительно, что принцесса вообще выжила! – воскликнул первый голос.

– Хабан. Дженин.

Кто-то третий со спокойным тоном присоединился к разговору.

– Убирайтесь. Я выслушаю все ваши жалобы позже. – брови принцессы нахмурились, когда рука коснулась щеки. Говоривший издал слабый смешок. – Вы оба слишком шумные. Еще разбудите ее.

Два других голоса мгновенно смолкли. Стоило только воцариться тишине, и Лия снова почувствовала, как ее охватывает усталость. Она вновь окунулась в мир Морфея, ведомая ласковой рукой, нежно касающейся волос.

***

– ...

Когда принцесса наконец открыла глаза, то обнаружила, что ее голова покоится на мускулистом бедре, а тело лежит на мягкой кровати. Часто моргая, девушка посмотрела вверх, пытаясь сориентироваться. Теплая рука откинула волосы с ее глаз.

– Проснулась?

Лия пошевелилась. Онемение в теле и затуманенный разум затрудняли движение, и Ишакан поспешил помочь, подвинув принцессу так, чтобы та могла прислониться к его груди. Большие руки бережно обвили девушку, будто она была сделана из тонкого и хрупкого фарфора.

Склонив голову и взяв подбородок Лии пальцами, Куркан нежно поцеловал ее, и в ту же секунду из уст в уста потекла холодная вода. Принцесса машинально сглотнула, а мужчина поднес кувшин к своим губам, набрал еще жидкости, а затем принялся снова поить партнершу. Девушка жадно глотала каждую каплю, и как только ее рот достаточно увлажнился, язык Ишакана протиснулся вслед за водой, облизывая зубы и щекоча небо.

– Ааах... – тихий стон сорвался с уст принцессы.

Король усмехнулся, снова углубляя поцелуй. Одна рука нежно погладила ее по щеке и, пройдясь по подбородку, скользнула вниз. Просочившись под тонкий материал ночной рубашки, Куркан ущипнул чувствительные девичьи соски большим и указательным пальцами.

Бедра принцессы непроизвольно задрожали в мечтательном отклике, подстегиваемые колкими ощущениями. Широкая ладонь, тем временем, скользнула вниз по спине, мимоходом легонько шлепнула Лию по заду и, коснувшись бедер, задрала подол ночной рубашки. Кончики мужских пальцев прижались к слегка влажной щели, и девушка резко пришла в себя.

– Аах, Ишакан!

Принцесса поспешно оттолкнула его. Куркан же послушно отступил и, улыбаясь, поднял руку, чтобы облизать пальцы. Затуманенный разум вдруг прояснился, и на Лию нахлынули воспоминания о предыдущей ночи. Она рефлекторно посмотрела на свой живот, а затем с побледневшим лицом на Ишакана.

– Не волнуйся, ты не забеременела, – сказал он в ответ на ее подавленный взгляд.

“Как? Это точно невозможно.” – Лия поджала губы. Она ясно помнила, как член пульсировал внутри нее, наполняя матку невероятным количеством семени.

– Лжешь...

Ишакан усмехнулся.

– Если подвергаешь сомнению мои способности к оплодотворению, то ты ошибаешься. Чтобы зачатие произошло, нам необходимо провести обряд перед спариванием. Всем Курканам приходится это делать.

Лия закрыла глаза, глубоко вздохнув с облегчением. Мужчина обнял ее и озорно прошептал на ухо:

– Что? Грустишь? Хотела от меня ребенка?

– ...

– Или тебе понравилось вчерашнее соитие? Если хочешь, я всегда буду заканчивать также, как прошлой ночью.

Принцесса уставилась на него, а Ишакан рассмеялся.

– Сколько я спала?

– Не так уж долго. Солнце еще не взошло.

“Какое счастье, что я рано проснулась.” – Лия почувствовала облегчение, а Ишакан нахмурился, будто был чем-то разочарован. Поспешно поднимаясь, принцесса проигнорировала его выражение. Но пусть разумом она и была готова встать и пойти, ее тело совершать подобное отказывалось. Ноги подкосились, и девушка бы тут же рухнула, если бы не Ишакан, который моментально среагировал и подхватил Лию.

– Куда ты собралась?

Ответ был очевиден, но девушка все же произнесла:

– Во дворец. Мне нужно возвращаться.

– Уходи после завтрака. – словно зная, что она откажет, Ишакан улыбнулся с хитринкой в глазах. – Если ты позавтракаешь со мной, я расскажу тебе кое-что интересное.

Глава 88. Кровь Волка (1)

Лия колебалась. Она желала спросить Ишакана о многом, но больше всего на свете ей хотелось просто уйти. Было трудно смотреть ему в лицо, когда моменты прошлой ночи продолжали мелькать в голове, – видения бесконечного и пугающего соития преследовали принцессу.

Мгновения, когда Лия плакала и безуспешно сопротивлялась, словно ребенок. Все ее чувства находились на пределе. Происходившее казалось первобытным и грубым, а Ишакан полностью поддался примитивным порывам, которые принцесса понять не могла. Суровое испытание крепко запечатлелось в сознании, и воспоминание о прикосновениях мужчины заставило девушку дернуться от смущения. Это было уже слишком, все это. Сжав кулаки, Лия впилась ногтями в ладони и произнесла:

– Что бы то ни было, мне это не нужно.

Оттолкнув его, принцесса попыталась восстановить величественную осанку. Придав силу дрожащим ногам, она едва смогла сделать пару шагов, когда что-то зацепилось за подол. Пошатнувшись, Лия обернулась и увидела, что Ишакан наступил на край ее сорочки. Девушка потянула за юбку, но выдернуть не смогла, та словно была прибита гвоздем.

Негодующе нахмурилась, она сдалась. Разочарование отчетливо читалось на лице принцессы, когда та упала обратно на край кровати, и Ишакан улыбнулся ей сверху вниз.

– Ты все равно не сможешь вернуться в одиночку, ведь даже ходить нормально не можешь.

Заключив Лию в объятия, он переложил ее поудобнее, соорудил из мягких подушек спинку и укрыл одеялом. Довольный своими усилиями, Куркан нежно поцеловал девушку в лоб.

– Подожди минутку, хорошо? Я принесу тебе что-нибудь вкусненькое.

Он накинул халат на обнаженное тело и, небрежно завязав пояс, неторопливо вышел за дверь. Шаги, удаляясь все дальше, постепенно стихли. Оставшись одна, Лия какое-то время сверлила взглядом закрытую дверь, а затем медленно огляделась. Просторная комната, напоминавшая номер в высококлассной гостинице, была обставлена тяжелой мебелью, роскошной и величественной. Рядом с принцессой на кровати лежала бумага, которую Ишакан держал в руках, когда она проснулась.

Текст на курканском.

“Должно быть, он написал все это, пока я спала... чернила еще свежие и блестят от влаги.”

Лия изучила текст. Хотя почерк Ишакана на эстийском был плохим, его каллиграфия на родном языке выглядела безупречно. В отчетливых жестких линиях чувствовалось мастерство.

Дверь открылась, и на пороге вновь возник Ишакан, держа поднос, уставленный тарелками с едой. Фрукты, мясо, хлеб, сладости – огромное разнообразие, и, на взгляд принцессы, достаточное, чтобы накормить смену караула во дворце. Девушке пришлось подавить вздох, когда он поставил его перед ней.

“Неужели нужно съесть все это? Или может, он хочет, чтобы я, как на банкете, попробовала по чуть-чуть от каждого блюда?”

Такое огромное количество еды утром было далеко от нормального в понимании обычного человека, однако Куркан, поставив поднос на прикроватный стол, сделал заявление, которое еще сильнее повергло девушку в шок.

– Поскольку сейчас утро, я принес только это, – объяснил Ишакан. – Для легкого перекуса.

Лия уставилась на “простой” завтрак. Столик у кровати почти стонал под тяжестью груза.

– Но скажи мне, если захочешь еще, – добавил он. – Ты потратила много энергии прошлой ночью.

– ...

Это напомнило Лие как ей приносила завтрак Дженин.

“Похоже Курканы привыкли есть в подобных количествах.” – подумала девушка.

Ишакан придвинул стол поближе к кровати и, подтащив стул для себя, сел напротив принцессы. Пока Лия оставалась на своем месте, мужчина подал ей одну из тарелок с едой. Девушка также приняла от Куркана нож и вилку. Они оказались маленькими, словно были созданы специально для ее ладоней.

Вымыв руки в тазе с водой, Ишакан взял ими хлеб и начал отрывать от него куски. Казалось, мужчине было совершенно наплевать на этикет и необходимость использования посуды. Наблюдение за тем, с каким энтузиазмом он ест, разожгло аппетит принцессы. Она обратила свое внимание к пище и принялась жадно поглощать ее. Еда была незнакомой, но на вкус восхитительной; вилка и нож снова и снова аккуратно нарезали и переносили отделенные порции в рот. Сначала девушка съела немного овощей. Затем откусила тонкий ломтик лепешки, посыпанной козьим сыром. Лия особенно отметила его солоноватый и пикантный вкус. Съев ломтик целиком, она притронулась к блюду, обернутому в зелень. Это оказалась долма, приготовленная на пару из мелко измельченного мяса с различными специями, обернутого в виноградные листья. От насыщенного ароматного запаха Лия чуть не истекла слюной, и не успела она опомниться, как съела уже три штучки.

Желудок принцессы и так уже был заполнен большим количеством еды, но каждое новое блюдо оказывалось все более привлекательнее, чем предыдущее. еще одно съестное напоминало необычайного цвета йогурт. Попробовав, Лия подумала, словно в ее горло проник дым. После еще пяти ложек она определила, что это какая-то смесь жаренной мякоти баклажанов.

Девушка уже зачерпнула блюдо в шестой раз и почти положила в рот, когда поняла, сколько съела, и испуганно отложила прибор. Когда Лия отодвинула тарелку, Ишакан взглянул на нее.

– Ты закончила?

– Слишком много.

“Мне действительно не следовало есть йогурт, но вся еда была такой вкусной и непохожей ни на что другое, что я когда-либо пробовала раньше... Но это не оправдание...” – Принцесса сожалела о своем недостатке самообладания.

– Поешь немного фруктов.

Ишакан не предлагал. Он отдавал ей приказ.

Читать далее

Глава 89. Кровь Волка (2)

Несмотря на отказ, Ишакан поднес виноградину ко рту Лии. Он дразняще водил ею по губам девушки, пока та, наконец, не уступила.

“Ха.. Он невыносим.” – с такими думами принцесса приняла небольшую ягоду.

Виноград оказался сладким и восхитительным. Лия некоторое время не глотала его, держа на языке, чтобы насладиться вкусом подольше. Как только первая ягода была съедена, Ишакан надавил на ее губы еще одной, но девушка отказалась, и на этот раз она говорила серьезно. К счастью, Куркан прекратил.

– Тогда выпей чаю.

Пододвинув к принцессе чашку горячего напитка, Ишакан вновь склонил голову над едой. Лия так привыкла клевать пищу подобно птичке, что ей было странно видеть, как кто-то ест с таким аппетитом, – упорно пробуя каждое блюдо на подносе, одно за другим. Когда мужчина придвинул к себе другую тарелку, девушка протестующе вскрикнула.

– Нет!

Ишакан удивленно поднял глаза, держа финик на полпути к губам. Его брови приподнялись.

– Что?

– Просто... не их, – неловко сказала принцесса, ее лицо вспыхнуло.

Последнее, в чем нуждался Ишакан, – это в пище, которая повышала его выносливость. Мужчина, не требуя дальнейших объяснений, последовал просьбе девушки. Лия тут же осмотрела поднос в поисках других опасных блюд. Если в будущем они снова будут есть вместе, ей придется следить, чтобы “вредных” продуктов рядом не появлялось. Все, что усиливало энергию Ишакана, в конечном счете на нее оказывало противоположный эффект.

Отодвинув поднос в сторону, Куркан налил себе чашку чая.

– О графе Валтейне можешь не беспокоиться. Здесь с ним хорошо обращаются.

Это – одна из вещей, о которых принцесса хотела спросить раньше, поэтому она была благодарна за то, что мужчина ее успокоил. Ишакан посмотрел на девушку, а затем снова заговорил:

– И… Прости, что так набросился на тебя вчера вечером.

Лицо Лии вспыхнуло. Именно этой темы она больше всего хотела избежать. Подвинув чашку к лицу, чтобы скрыть его, девушка заставила себя спросить:

– Что… Что с тобой случилось? Это было так странно...

– Ты когда-нибудь видела случку собак?

Никто другой не осмелился бы задать принцессе Эстии подобный вопрос. Девушка отрицательно покачала головой, и Ишакан нахмурился. С минуту он выглядел озадаченным, как будто подыскивал подходящие слова.

– Надеюсь, ты, по крайней мере, слышала, что в Курканах течет кровь зверей. Во мне – кровь волка. И вот, именно так ведут себя звери, когда размножаются.

Лия представила себе волка, темно-коричневого и золотоглазого, как Ишакан. Не в силах устоять перед любопытством, она спросила:

– Ты можешь превращаться в животное?

Услышав, как девушка так серьезно задала этот абсурдный вопрос, мужчина расхохотался.

– Нет. У нас нет такого таланта, принцесса.

Затем смех стих, и мужской голос перешел в еле слышимый ропот:

– Потому что мы смешаны с человеческой кровью.

Люди называли их выродками. Лия увидела как горечь этих слов отразилась в глазах Ишакана. Во внешнем мире о Курканах не имелось  практически никакой информации, что оставляло их культуру, обычаи и историю открытыми для разного рода домыслов. Многие слышали, что в их жилах течет кровь зверей, но ничего более, о чем можно было бы сказать с уверенностью.

Принцесса пыталась найти более углубленную информацию. Большинство людей на материке презирали Курканов, считая тех дикарями, поэтому даже ученые никогда не интересовались ими. Таким образом, выполнить задуманное оказалось трудно. Лия и вправду хотела понять Курканов, а не использовать полученную информацию для манипулирования ими в переговорах. Чем больше она изучала, тем любопытнее девушке становилось узнать о стране, в которой родился Ишакан, о культуре, к которой он принадлежал, о людях, которых он вел.

Лия хотела узнать больше об Ишакане.

Как только девушка поняла, в каком ужасном направлении движутся ее мысли, она быстро оборвала их. Удивленное сердце забилось быстрее.

– Скажи спасибо, что я не превращаюсь в неистового зверя, – с усмешкой сказал мужчина, – Тебе было бы трудно справиться с этим, принцесса.

– …– последняя фраза смутила девушку, и она вновь покраснела.

– В любом случае, что если окажется, что я несколько перестарался? Тебе, должно быть, будет трудно все уладить. – не подозревая о волнении девушки, Куркан сам перевел разговор на другую тему.

Лия облегченно выдохнула и, улыбнувшись, ответила:

– Главное – это работорговцы. Я все равно собиралась выкорчевать корень проблемы.

“Правда сделали это Курканы.”

Работорговцы погибли. Никто из знати высокого статуса не был включен в список жертв, – дворяне считали аукционы рабов вульгарными и посылали представителей вместо того, чтобы присутствовать самим. Тем не менее теперь никто не стал бы протестовать. Представители знати не хотели бы привлекать внимание к этому событию, ведь тогда бы раскрылся и тот факт, что они были причастны к незаконной деятельности.

Но, конечно, общественное мнение, остававшееся враждебным по отношению к Курканам, тоже никак не изменилось бы.

Ишакан тихо усмехнулся, ставя пустую чашку на стол. Чай Лии же был практически нетронут.

– Будут ли переговоры, когда мы вернемся? – спросила она.

Золотые глаза спокойно смотрели на девушку. Однако на ласковый взгляд это было не похоже. В глубине глаз Куркана читалась укоренившаяся жажда победы.

– Эта мысль так взволновала меня, что я едва мог заснуть, принцесса.

– Ты мне не ответил, – сказала Лия, избегая его полуприщуренного взгляда.

– Ах.

Девушка задала этот вопрос, не ожидая многого. Ишакан мог ответить что угодно. Но он превзошел ее ожидания и легко сбросил свою бомбу.

– Королева Кердина из рода Томари.

Глава 90. Цыгане (1)

Небо было темным. Влажный воздух накрыл лес толстым одеялом, проникая сквозь деревья, шевеля их листья слабым беспокойным ветром, предупреждающим о дожде. Десятки людей столпились на поляне, вдыхая сырость, – все присутствующие прибыли посмотреть на охоту принца.

Гончая рыскала по влажной земле. Оруженосцы отгоняли мелкую дичь, расчищая тем самым путь Блейну, чтобы ему было легче охотиться.

Бок-о-бок с наследным принцем на лошади ехал граф Уэддлтон. Как биологический отец Кердины, он был обязан последовать за Блейном, когда тот решил отправиться на охоту. Блейну не нравилось его общество, но Уэддлтон старательно цеплялся за разговор.

Граф несколько раз заводил речь на различные темы, но долго не решался начать именно ту, что интересовала его больше всего. Наконец, он набрался смелости и спросил:

– Было ли какое-либо обсуждение о реформировании налоговой системы во время последнего заседания кабинета министров? – голубые глаза принца метнулись к собеседнику. Игнорируя ледяной взгляд, граф не отступал.  – Похоже, принцесса Лия хочет продолжать, несмотря на возражения Бён Гёнбека...

Слушавший с непроницаемым выражением лица Блейн поднял лук, и Уэддлтон тут же замолк. Нервно вздрогнув, граф поблагодарил свою счастливую звезду за то, что оружие принца было нацелено на далекий куст, а не в его сторону.

В воздухе повисла тишина. Блейн прищурил глаза; вслед за напряжением рук, натягивающих тетиву, вены на его запястье проступили наружу. Стоило только острому наконечнику найти цель, как стрела оказалась тут же выпущена. Яростный свист рассек воздух, и уже через мгновение по лесу эхом разнесся рев раненого существа. Среди кустов показался олень. Его огромные рога цвета слоновой кости походили на раскидистые ветви.

Зверь, пошатываясь пробирался сквозь кусты и, обессилев, рухнул. Тело с тяжелым стуком ударилось оземь, а из шеи потекла теплая, свежая кровь. Слуги быстро побежали осматривать упавшего зверя.

– Великолепно, Ваше Высочество! – весело сказал граф Уэддлтон.

Блейн проявил исключительную меткость. Любой другой был бы рад продемонстрировать подобное мастерство и так быстро свалить оленя, но принц просто молча наблюдал.

– Отправьте его во дворец королевы, – равнодушно сказал он.

Оруженосцы быстро подняли тушу оленя и унесли, а Блейн уставился на то место, где та лежала всего несколько секунд назад. Темная кровь все еще окрашивала примятую траву,  впитываясь в землю.

– Интересно, нравится ли королю варваров охота, – задумчиво произнес принц.

– Как же он может не любить это занятие? – Уэддлтон ответил так, словно с нетерпением ждал возможности заговорить. – Варвары – звери по своей природе. Говорят, что они вообще отказываются от оружия и убивают свою добычу голыми руками.

Подобных историй было множество, и граф был рад плохо отзываться о нецивилизованных Курканах, которые, по слухам, также использовали зубы, чтобы вгрызаться в плоть жертвы сразу же после ее убийства. Слушая рассказ Уэддлтона, Блейн впервые рассмеялся.

– Я бы не отказался поохотиться с ним, – сказал он, улыбаясь.

***

Инцидент с работорговцами стал предметом сплетен по всей Эстии и остальному континенту. Поскольку королевство являлось центром работорговли, эта история быстро распространилась и затронула остальную часть черного рынка. Работорговцев изничтожили, а их богатства пропали. С исчезновением поставок уникального товара в виде Курканов цены на оставшихся рабов взлетели до небес.

Дворяне пришли в ярость и жаждали выразить недовольство относительно всех освобожденных варваров, бродящих по улицам. Однако они придержали свои языки. Рабство являлось незаконным. Работорговцы, набивавшие свои карманы грязными деньгами, теперь покоились в подземном царстве, и ввиду этого дворяне, нанимавшие и покровительствовавшие им, не осмелились вмешаться в происходящее, чтобы не разделить их участь.

Распространился также и слух, утверждающий, что Бён Гёнбек из Оберде будет выступать от имени знати на следующем заседании кабинета министров. Неужели он искренне верил, что принцесса Лия спокойно примет подобное возражение? Курканы ненавидели этого человека. И то, что этот вопрос будет решен мирным путем,  казалось невозможным. Гёнбек, выглядел полным решимости сорвать предстоящие переговоры с дикарями, а некоторые утверждали, что он и вовсе пытался спровоцировать военную конфронтацию.

Лия должна была найти решение.

После акции против работорговцев граф Валтейн значительно похудел. Он уже объяснил принцессе, что произошло после того, как они расстались в тот день.

– Так что не думаю, что в ближайшее время смогу есть мясо... Особенно что-нибудь сырое...  – заключил он подавленно.

Глава 91. Цыгане (2)

Граф Валтейн стал ярым сторонником дружественных дипломатических отношений с Курканами. Лия похвалила его за усердную работу и дала несколько дней отдыха. После того, что мужчина пережил, они ему были жизненно необходимы.

Лия и Валтейн также решили оставить неизменным число курканских заложников, которых будут держать в качестве главного козыря на переговорах. В большем попросту не было необходимости. В отличие от своего предшественника, Ишакан являлся королем, который изо всех сил старался защитить свой народ. Лия подозревала, что он согласился бы на переговоры, даже если бы у них был только один Куркан.

Но, конечно, одно лишь это не приведет к заключению мира. Данного фактора было недостаточно, чтобы повлиять на решение короля жителей пустыни. Лия упорно трудилась, чтобы завершить переговоры благоприятно, стараясь хвататься за любую возможность. И, хотя дело и так шло довольно напряженно, у девушки постоянно появлялись дополнительные проблемы.

Одна из них заключалась в том, что атмосфера во дворце принцессы быстро испортилась. После того, как Кердина выставила напоказ украденное фиолетовое шелковое платье, Лия приказала графине Мелиссе проигнорировать и не искать преступника. Однако без расследования и без известного виновника придворные дамы начали с подозрением поглядывать друг на друга. А те, кто действительно служил Лие, взяли на себя смелость обнаружить отвратительного предателя.

Если ситуация обострится и найдется человек, чья вина будет доказана, тогда Лие придется вмешаться. Это действительно тревожило ее. Но на самом деле больше всего девушку  беспокоил отнюдь не конфликт между служанками.

Внезапно голос Ишакана эхом отозвался в ее мыслях:

– Королева Кердина – из рода Томари.

Когда  он сказал это, Лия потеряла дар речи. Мужчина рассмеялся.

– Хочешь знать больше?

Ошеломленная, принцесса кивнула. Она чуть не пролила свою чашку чая, ее внутренности сжались от напряжения.

– Напомни мне об этом в следующий раз.

Девушка удивленно открыла рот – он произнес это так обыденно и легко.

– Должен же быть предлог для нашей новой встречи.

Лия потеряла дар речи. Ишакан определенно видел ее насквозь. После их первой ночи в гостинице принцесса была полна решимости никогда больше с не встречаться этим мужчиной, но почему-то он всегда опережал и перекрывал все пути к отступлению. Как итог, девушке пришлось вернуться во дворец, оставив все свои вопросы без ответа.

Конечно, вполне возможно, что Ишакан солгал, но это не было связано с официальными переговорами и явно не выглядело как шутка... Тот факт, что в последнее время мужчина преследует цыган, прибавлял еще больше веса его заявлению.Томари презирали почти так же, как жителей пустынь. Дворяне ни за что не допускали смешанных браков с цыганами. Для них это аналогично женитьбе на Курканке. Но если Кердина действительно цыганка... Это могло бы перевернуть вверх дном всю королевскую семью и даже нарушить порядок наследования. Если бы выяснилось, что в жилах Блейна течет цыганская кровь, этого оказалось бы достаточно, чтобы поставить под сомнение его права на трон.

Но какой бы интригующей ни была новость, Лия понимала, что сейчас лучше не поднимать данный вопрос. Она решила отложить эту тему до тех пор, пока не услышит подробности от Ишакана.

Однако как бы принцесса ни старалась их потопить, навязчивые мысли снова и снова всплывали на поверхность сознания. Выйдя из дворца и направившись к месту назначения, она думала о Кердине, прокручивая в голове все предыдущие события, рассматривая их с точки зрения того, что королева – цыганка.

– Принцесса, – нетерпеливо сказала графиня Мелисса, – Вы уверены, что хотите встретиться с ним снова?

Вопрос заставил Лию застыть на месте.

– ...Я должна. – помедлив, ответила она.

– Я боюсь, что он снова что-нибудь с Вами сделает.

– Нет, не должен. Но признаю, что не могу быть в этом полностью уверена. – Лия повернулась к графине. – Пожалуйста, графиня, останься рядом со мной.

– Конечно, – ответила Мелисса, решительно сжимая кулаки.

Лия улыбнулась, и они пошли дальше вместе. Принцессе нужно было с кое с кем встретиться сегодня. Однако поскольку она не могла доверять другим своим фрейлинам, девушка вышла в сопровождении одной лишь графини. Место, куда они направлялись, – главный дворец, где собиралась знать.

***

В главном дворце дворяне приветствовали Лию, а та вежливо отвечала на их любезности, оглядывая толпу. Прошло всего мгновение, прежде чем она нашла мужчину, которого искала, окруженного толпой. Он продолжал счастливо болтать, пока не почувствовал пристальный взгляд принцессы.

Лия двинулась к нему. По мере ее приближения, выражение лица мужчины становилось все растеряннее. Он смотрел на девушку таким взглядом, словно считал, что ему это снится. Даже когда Лия остановилась прямо перед ним, Гёнбек продолжал бесцеремонно пялиться на нее, совершенно не задумываясь о том, что подобное поведение – грубо по отношению к принцессе. Но не только он, все поблизости делали то же самое. Очевидно, причиной этому стало то, что девушка никогда не подходила к Бёну первой. Она слегка наклонила голову и заговорила:

– Вы заняты?

Мужчина посмотрел на нее так, словно небо и земля разверзлись прямо перед ним.

– Ох, нет, я не занят, – пробормотал он.

– Тогда давайте немного поговорим, Бён Гёнбек из Оберде, – вежливо произнесла принцесса.

Глава 92. Невеста Бён Гёнбека из Оберде (1)

Самый простой способ справиться с Бён Гёнбеком заключался в том, чтобы извлечь выгоду из его слабостей. Лия знала, что если она продолжит манипулировать чувствительным эго этого человека, то он неизбежно примет глупые и непродуманные решения.

Изначально принцесса не планировала так поступать, но действия Курканов в аукционном доме поставили Бён Гёнбека в невыгодное положение. Наблюдение за тем, как освобожденные варвары смело разгуливают по улицам столицы, все сильнее било по самолюбию и вполне могло спровоцировать нетерпеливого человека на действия. Уже ходили слухи, что он начнет военные маневры. У Лии не было другого выбора, кроме как вмешаться.

В прошлом девушка всегда относилась к  Гёнбеку с холодным безразличием. Тот факт, что принцесса сама подошла, чтобы начать разговор, должно быть, ошеломил Бёна, и он настороженно наблюдал за ней, оставаясь отчужденным и рассеянным на протяжении всей беседы. Это еще больше облегчило задачу Лии.

Закончив с Гёнбеком, девушка  подозвала графиню Мелиссу, которая нервно наблюдала издали.

– Уверена, все сложится так, как ты пожелала, – сказала ей Лия.

Графиня вздохнула, положив руку на грудь.

– Принцесса! Почему Вы продолжаете делать такие опасные вещи? – вопрошала женщина. Но пусть в голосе и  слышалось беспокойство, ее глаза сверкали озорством. – Бён Гёнбек, наверняка, был сбит с толку.  – засмеялась она. –  А как очарованно смотрел!

Но смех затих, когда Мелисса задумалась о собственных словах.

– Я беспокоюсь, – добавила она с тревогой. – Вы храбро беседовали с ним, но мы не знаем пределов его амбиций или того, что он может сделать для их достижения...

– Все в порядке, – заверила ее Лия. – Он не может добиться всего.

Гёнбек заглотил наживку, которой принцесса поманила прямо перед ним. К тому времени, когда мужчина узнает правду, будет уже слишком поздно, и планы Лии продвинутся так далеко вперед, что он не сможет ее остановить. Осознание этого облегчало душу.

–  Не хотите ли прогуляться, графиня? – спросила девушка.

Мелисса ободряюще улыбнулась.

– С удовольствием, принцесса.

Вместе они направились в сад, и Лия намеренно выбрала менее посещаемые дорожки, чтобы у них появилась возможность прогуляться, не будучи подслушанными.

– Я хочу тебе кое-что сказать, – начала она, и глаза графини расширились. Принцесса рассмеялась. – Не волнуйся, все в порядке.

Взгляд женщины скользнул по шее Лии, скрытой высоким воротом платья. Без сомнения, она вспоминала то, что обнаружила этим утром. К счастью, в тот момент в комнате они были одни. Тогда на нежной коже девушки Мелисса увидела множество пугающих отметин, покрывавших ее тело в еще большем количестве, чем в прошлый раз. Особенно женщину поразили четкие отметины зубов на задней части бледной шеи.

Графиня не стала допытываться, решив вместо этого молча прислуживать своей принцессе. Как итог она одела Лию в скромное платье с высоким воротом, закрывающим ту до самого горла.

– Принцесса, – наконец произнесла она.

– Да, графиня.

– Вы знаете, что все, о чем бы Вы ни попросили меня, я сделаю без колебаний...

Мелисса встревоженно замолчала, явно беспокоясь о чести Лии и о том, как это может отразиться на ее безопасности. Графиня прекрасно понимала, что может случиться с нечистой невестой. И опасения женщины были вполне естественны, ведь она уже дважды наблюдала последствия “бурной любви”, оставленные на принцессе.

Разумеется она также слышала о произошедшем от графа Валтейна, видевшего Лию и Ишакана вместе на аукционе. Мелисса не всегда умела выражать свои мысли словами, но сейчас говорила без колебаний:

– Я слышала… Слышала, что цыгане продают зелья, способные навести морок. Говорят, что если употребить его, то мироощущение переменится. Зрение человека затуманится, и тот не будет способен различить сон и явь. Если Вам нужно... Я куплю его для Вас до Вашего отъезда...

Девушка поняла ход мыслей Мелиссы. Если бы оказалось так, что Лия потеряла свою девственность с Ишаканом, то она могла бы заставить Бён Гёнбека выпить зелье во время их первой брачной ночи и обмануть, брызнув несколькими каплями крови животного, чтобы испачкать кровать. В таком случае он и не заметил бы подмены.

Несмотря на собственный благородный статус, графиня не осуждала Лию. Всегда строго относившаяся к соблюдению этикета и норм морали, сейчас она даже вызвалась помочь ей, призывая солгать королевской семье и обмануть Бён Гёнбека.

– Я верю в Вас, принцесса, – сказала Мелисса. Ее сердце сдавила боль, отчего глаза увлажнились и покраснели. – Я верю, что у Ваших решений всегда есть причина. Но, пожалуйста, разделите со мной свое бремя, чтобы я могла помочь Вам нести его.

Графиня знала Лию лучше, чем кто-либо. Принцесса не рассказывала о трудностях и предпочитала решать проблемы лично, отказываясь от посторонней помощи. Но как бы та ни старалась скрыть свои несчастья от других, они, казалось, только удваивались. Чем больше решала она проблем, тем больше их появлялось, и Лия не хотела рисковать кем-то еще.

Принцесса осознавала ставки в игре и имела представление о конечном исходе. Как она могла раскрыть свои планы графине, когда они в результате закончились бы ее собственной смертью?

– Спасибо, – тихо прошептала Лия. Конечно, девушка была благодарна Мелиссе за беспокойство о ней. – Когда придет время, я попрошу тебя о помощи.

Глава 93. Невеста Бён Гёнбека из Оберде (2)

Настал день переговоров. Утреннее небо было ясным.

Поскольку сегодня состоится только первый этап переговоров, обе стороны пришли к согласию о конкретном числе представителей с каждой стороны. Для участия были направлены трое человек от Эстии и трое от Курканов. Конечно же, Лия представляла интересы королевской семьи, а придворный советник граф Валтейн и министр финансов Лоран помогали ей. Они первыми прибыли в зал переговоров и,  осмотрев пустое помещение, заняли свои места. Валтейн и министр финансов изо всех сил пытались скрыть нервозность во взгляде. Они боялись Курканов. Однако особенно мужчин тревожило знание того, что принцесса собиралась предпринять на переговорах. Застыв, словно статуи, двое одновременно набрали воздуха в легкие, когда двери начали открываться. Лия встала в знак уважения.

– Приветствую короля Курканов, – поприветствовала их девушка.

– Да благословит свет Эстию. – улыбнулся в ответ Ишакан. – Прошло так много времени, принцесса.

Стоило его увидеть, и Лию захлестнула волна эмоций. Девушка ощутила укол беспокойства, и хотя старалась сохранить безмятежный образ, она была уверена, – выражение лица выдавало все чувства. Валтейн продолжал посылать ей многозначительные взгляды, но девушка  сделала вид, что не замечает, и посмотрела на остальных представителей Курканов.

Спутники Ишакана оказались неожиданностью для принцессы. Дженин и Хабанан стояли напротив и почтительно кланялись. Откровенно говоря, эти двое никак не могли помочь королю в дипломатических вопросах, но тем не менее Ишакан, думая о чувствах Лии, выбрал именно их, чтобы та могла волноваться меньше. Тот факт, что она знала их, успокаивал девушку, ведь с незнакомцами дела бы обстояли намного сложнее.

Но в то же время подобная забота мужчины горечью отдавалась в сердце. Поступок Ишакана отчетливо показывал его отношение к этим переговорам. Что бы ни сделала Эстия, Курканы не одобрят мирный договор.

В отличие от отчужденной Лии, король, казалось, пребывал в хорошем настроении. Он медленно сел напротив девушки и заговорил:

– Для меня большая честь иметь возможность лично побеседовать с принцессой, о которой я имею представление лишь по слухам.

Это была явная ложь. Они уже общались раньше. Между ними произошло даже значительно большее, чем просто разговор. Однако, по крайней мере, он говорил вежливо и вел себя прилично, учитывая официальность данного мероприятия.

– Вы преувеличиваете, – мягко ответила Лия. – По правде говоря, это для меня большая честь, что мы можем вот так поговорить.

После завершения официальных приветствий можно было начинать переговоры. Ишакан, казалось, сразу же решил втянуть ее в неприятности.

– И что Вы думаете? – спросил он.

Не понимая смысла вопроса, Лия заколебалась. Ишакан покачал головой и принялся объяснять:

– Мой вопрос относится к началу нашего разговора.

Девушка знала, что он будет настаивать до тех пор, пока не получит от нее желаемый ответ.

– Это прекрасное начало, – вздохнула она.

Ишакан расхохотался.

– Спасибо за Ваше гостеприимство, принцесса, – довольно сказал он с радостной улыбкой.

Валтейн и Лоран недоуменно переглянулись. Решив проигнорировать наглость Ишакана, Лия сосредоточила свое внимание на документах, которые она подготовила заранее.

– Во-первых, я хочу, чтобы вы прочитали это, – начала она, протягивая Ишакану документ с подробным изложением повестки дня переговоров на сегодня. Однако мужчина и не собирался его читать.

– Я плохо владею континентальными языками, – сказал он, откладывая бумаги в сторону. – Не могли бы Вы объяснить это простыми словами, пожалуйста?

Лия знала, что он хотел сразу перейти к основным спорным вопросам и считал ненужными такие тонкости, как повестка дня. Король собирался поскорее завершить переговоры, а затем просто поболтать и пофлиртовать с принцессой.

– Эстия подготовила несколько уступок, – сказала девушка, смягчаясь. – Во-первых, мы передадим Курканов, которые в настоящее время находятся на нашем попечении. Королевская семья спасла тех, кого держали в рабстве, всего насчитывается тридцать человек. Во-вторых, мы одолжим часть западной территории Курканам на неопределенный период времени, включая доходы, полученные от сбора урожая в этом регионе...

Обычно, когда дело касается переговоров, основным принципом является согласование деталей после изложения условий каждой из сторон. Ишакан слушал, скрестив руки на груди и откинувшись на спинку стула. Он усмехнулся, когда девушка закончила.

– И это все?

– ...

Условия, которые она представила, являлись, безусловно, заманчивыми. Но для короля Курканов, не боявшегося войны, возможно, единственным привлекательным предложением стала бы передача ему всего королевства.

Оставался только один выход. Лия глубоко вздохнула. Все, что она собиралась сказать дальше не имело ничего общего со здравым смыслом. Однако разумные доводы не помогали справиться с упрямым Ишаканом. Отложив документы в сторону, она встретила сверкающий золотистый взгляд.

– Вы знаете, что я невеста Бён Гёнбека из Оберде?

Заинтересованно смотря на девушку, глаза Ишакана сузились. А последующие слова прозвучали ужасно холодно:

– Женившись на принцессе Бён Гёнбек получит право на престол.

В комнате воцарилась мертвая тишина. Непринужденное хорошее настроение Ишакана полностью исчезло. Вскоре он заговорил с коротким смешком:

– Другими словами... Ты хочешь сказать, что собираешься сделать Бён Гёнбека королем Эстии? – Свирепо спросил мужчина, в его голосе звучала опасность. Обстановка сильно накалилась.

– Если вы не подпишете мирный договор, да. – Лия изо всех сил старалась, чтобы ее голос не дрожал. – Это может случиться.

Читать далее

Глава 94. Взять принцессу Эстии (1)

В комнате воцарилась тишина. Ишакан уставился на Лию, плотно сжав губы. Пусть даже девушка изо всех сил старалась оставаться бесстрастной и не обращать внимания на усиливающуюся панику, сдавливающую грудь, под пронзительным взглядом ее дыхание участилось.

Согласно законам Эстии о престолонаследии, женщины не имели права на трон. Блейн в настоящее время являлся единственным законным преемником нынешнего правителя. Но если бы Гёнбек стал частью королевской семьи, женившись на Лие...

Именно это сказала Бёну принцесса, когда говорила с ним в последний раз. Он мог бы стать королем, если бы вступил с ней в брак, –  вот и все, произнесенного оказалось достаточно. В глазах мужчины тут же вспыхнула безмерная алчность. В тот момент его воображение расправило крылья и унеслось далеко прочь.

Но эти честолюбивые мечты могли бы оказаться разбитыми вдребезги. Существовало одно важнейшее условие: их брак должен был продлиться определенный период времени, прежде чем положение Бёна узаконят. Если Лия умрет в первую брачную ночь, право на наследование Гёнбеком престола исчезнет в зародыше. Тогда все его дерзкие устремления окажутся тщетны.

Принцесса скрыла от мужчины эту часть правды. Ее ласковые слова успокоили его и отвлекли. Теперь девушка убедилась, что он Гёнбек не предпримет никаких действий на границе во время переговоров, хотя и не могла отрицать возможности того, что позже все может усложниться. Если такое время наступит, она не сможет позволить себе быть застенчивой или нерешительной. Лие придется показать себя такой же уверенной в себе, как она делала это сейчас, сидя перед Ишаканом.

– Отлично, – наконец сказал мужчина. Он взъерошил волосы и грустно усмехнулся. – Должен признать, что Вы привели неожиданный аргумент.

Спутники короля тоже были сильно ошарашены. Рот Хабана широко раскрылся от удивления, а глаза Дженин, казалось, вот-вот выскочат из орбит. К Ишакану, на время показавшему истинные чувства, вновь вернулось самообладание. Он выпрямился, прислонившись к спинке стула, и улыбнулся Лие.

– Хорошо. Я приму Ваши условия и подпишу мирный договор.

– ....!

На лице девушки мелькнуло удивление, и ее глаза расширились. Неужели это действительно было так просто? Но, к несчастью для нее, Ишакан являлся грозным противником.

– Однако вместе с тем, я прошу Эстию продемонстрировать свое доверие, – сказал он.

Мгновенно в голове Лии возникли просьбы, которые он мог бы сделать, и контрмеры, которые она могла бы предложить. Но Ишакан еще не закончил.

– Я слышал, что для укрепления отношений между двумя странами нет ничего лучше, чем брачный союз.

Девушка хлопнула глазами. Король наклонился вперед, поставив локти на стол и подперев подбородок руками. Мужчина выглядел уверенным и свирепым, а его голос звучал соблазнительно, словно он шептал своей возлюбленной:

– Я хотел бы взять принцессу Эстии в качестве своей невесты, – прошептал он. – Что Вы об этом думаете?

– Это абсурд! – крикнул Лоран, вскочив со стула. Валтейн схватил его за одежду и потянул вниз, возвращая на место.

Молниеносное действие графа было обусловлено тем, что Дженин и Хабан, стоявшие по стойке "смирно" позади короля, сразу же посмотрели на министра финансов. Пусть даже взгляд Курканов ничего не выражал, в тот момент от них исходило значительное давление. Валтейн, что воочию видел и осознавал, на что способны эти двое, под столом пнул Лорана в качестве предупреждения.

Ишакан невозмутимо наблюдал за происходящим.

– Разве это не схоже с Вашими условиями? Если сравнить, то они кажутся совершенно одинаковыми. Вас не должно это слишком удивлять.

Вытянув длинные пальцы, он легонько постучал по столу.

– В таком случае, давайте на сегодня закончим. Не думаю, что мы сможем должным образом обсудить все в нынешнем состоянии. Нам нужно время, чтобы остудить головы и прояснить ситуацию. Вы можете назначить вторую встречу на более поздний срок?

Все тело Лии напряглось, а губы еле зашевелились:

– Я могу... это сделать, – выдавила она.

– Тогда я прошу Вас тщательно все обдумать, принцесса.

Ишакан поднялся. В ходе разговора девушка на время забыла о том, насколько массивной была фигура мужчины, ведь когда он сидел, та не казалась такой крупной. Теперь же огромное тело возвышалось над столом. Пристально посмотрев на Лию с минуту, Ишакан улыбнулся ей сверху вниз, а затем вышел из комнаты.

Глава 95. Взять принцессу Эстии (2)

Когда дверь за ними закрылась, Лия крепко сжала руки. Граф Валтейн и министр финансов, вместо того чтобы попрощаться с королем Курканов, только глубоко вздохнули, провожая того взглядом. С исчезновением удушающего давления этого человека их словно вновь вернули к жизни.

Лия задумалась. Нечто скрывалось за той загадочной улыбкой, которой Ишакан одарил ее, уходя. Будто мужчина намекал ей на что-то. Собрав все старательно подготовленные документы, девушка встала.

– Я пойду первой.

Валтейн и Лоран, обессиленно развалилившиеся за столом, удивленно подняли глаза.

– Принцесса?

– Мне надо кое-куда, – неопределенно сказала она. Лия поспешила из комнаты, так и не рассеяв их замешательства.

Открыв дверь, девушка начала выходить и тут же изумилась поджидавшему за дверью сюрпризу. Ишакан стоял практически перед входом, и принцесса чуть не врезалась в его грудь, резко остановившись на цыпочках. Мужчину это позабавило.

– Куда пойдем? – спросил он дерзко и так уверенно, будто они уже договорились о свидании.

“Ох... Мне предстоит пройти долгий путь, прежде чем я смогу одержать верх над этим мужчиной...” – в тот же миг поняла Лия.

Неподалеку от комнаты переговоров находилось только одно подходящее для уединенной беседы место. Жестом сказав следовать за ней, девушка повела Ишакана по длинному коридору.

“Комната Славы” - просторное помещение, заполненное разнообразными картинами и скульптурами. Отличительную особенность этого места составляло то, что все произведения искусства в нем были обращены в одно то же направление.

Множество глаз с полотен и статуй смотрели на круглое окно в центре куполообразного потолка. Сквозь стекло, освещая пол, пробивался единственный яркий дневной луч. Комната символизировала стремления королевства, надежду на непоколебимое процветание и свет небес, вечно благословляющий Эстию.

Выдающиеся художники королевства неустанно трудились, чтобы наполнить помещение своими творениями, вкладывая душу в каждое произведение. Однако каждый раз, оказываясь здесь, Лия чувствовала разочарование. Принцесса была сыта по горло пустым тщеславием и красочной показухой Эстии. Да, шедевры могут представлять собой нечто величественное, но уж точно не это государство. Стране было бы лучше, если бы она продала половину произведений искусства из королевского дворца, чтобы наполнить опустевшую казну.

Особенно в глубине души Лия хотела выставить на торги все великолепные творения из Комнаты Славы, но благородные семьи, ценившие данное проявление добродетели, кое им разрешалось только видеть, никогда бы этого не допустили. Поэтому девушке приходилось держать свое желание при себе.

Только что вошедший внутрь Ишакан выглядел удивленным. Принцесса думала, что его привлекли статуи и полотна. Однако вопреки ее ожиданиям, вместо того, чтобы рассматривать произведения искусства, он разглядывал маленькое окошко в потолке. С задранной вверх головой мужчина аккуратно взял девушку за руку и повел за собой. Почти дойдя до середины комнаты, он мягко подтолкнул Лию под свет, заставляя ее серебристые волосы засиять, а фиолетовые глаза очаровательно заискриться. Куркан улыбнулся.

– Так прекрасна, – сказал он, заставив принцессу покраснеть от похвалы.

Тот факт, что он предпочел адресовать неожиданный комплимент ей, а не окружающим их шедеврам, жутко смущал. Девушка отвела взгляд, стесняясь смотреть Ишакану в глаза. А Куркан оставался таким же настойчивым, как и всегда, – положив руки ей на плечи, он наклонился и прижался губами к девичьему лбу. Затем, переместившись чуть ниже, легкий нежный поцелуй коснулся ее щеки.

Девушка старалась не смотреть на уста мужчины, когда тот отстранился. И к удивлению принцессы, он не поцеловал ее губ.

Слегка улыбнувшись, Ишакан вздохнул и спросил:

– Ты завтракала?

– ...Да.

– Что ты ела?

– Фрукты и овощи.

– Сколько?

– Половину тарелки салата и персики, – ответила Лия, чувствуя, что он слишком напористо ее расспрашивает.

Услышав ответ, мужчина стал более серьезным. Его последующая реплика ввела Лию в ступор:

– Ты съела коробку персиков?

Это был такой абсурдный вопрос, однако человек, задавший его, точно не шутил. По итогу Лия попросту не смогла ответить и уставилась на Ишакана. Он тяжело вздохнул.

– Ладно. Тогда пока просто присядь.

Взяв Лию за запястье, он оглядел помещение в поисках места, где можно было бы расположиться вместе. Но  комната предназначалась лишь для созерцания королевской выставки тщеславия.

– Здесь негде присесть? – разочарованно спросил мужчина.

В конце концов он сел перед одной из скульптур, прислонился к ней и, похлопав себя по бедру, предложил его принцессе в качестве сиденья. Она была настроена скептически.

– В конце концов, стульев у нас нет, – пожал плечами Куркан, озорно улыбаясь.

Глава 96. Множество мыслей (1)

Лия понимала, что Ишакан попросту пользовался ситуацией, но импульсивно все равно села ему на бедра. Мужчина учтиво и крепко обнял ее, но в то же время действовал осторожно, не распуская рук. Принцесса не смогла удержаться от хихиканья. Куркан вел себя как настоящий стул.

От груди и до самых кончиков пальцев распространилось ощущение комфорта и неизменного покоя. По телу пошли мурашки, отчего Лия непроизвольно вздрогнула. В этой странной ситуации девушка старательно сопротивлялась желанию уткнуться лицом в плечо Куркана.

Ишакан вытащил из кармана нечто, завернутое в коричневую бумагу. Когда он потянул за уголки, перед глазами девушки предстало печенье размером с ладонь. Сдоба была испещрена красочной смесью шоколадной крошки, фруктов и орехов. Печенье выглядело таким пышным и сочным, что, казалось, и половины хватит чтобы насытиться.

Мужчина оторвал часть бумаги обернул ей нижнюю половину печенья, а затем вложил съестное в руку Лии.

– Ты ведь не забыла о своем обещании?

Верно. Обещание принимать все, что он даст, до сих пор оставалось в силе. Лия долго смотрела на печенье, прежде чем осторожно откусила кусочек. Сладость мягкого и слегка влажного десерта пробудила все дремлющие в ней чувства. Девушка сглотнула и объявила, что печенье восхитительно.

При мысли о большем у принцессы потекли слюнки, но она протянула остальное обратно Ишакану, игнорируя изнывающие вкусовые рецепторы. Вместо того чтобы забрать сдобу, мужчина взял руку Лии и, поднеся к своему рту, откусил такой же маленький кусочек, как тот, что съела она.

– Вкусно, – произнес король. – Почему ты не ешь больше?

– Я не голодна, – ответила принцесса и быстро сменила тему, чтобы Ишакан не попросил ее съесть еще. – Пожалуйста, расскажи мне о королеве.

Когда девушке показалось, что смены темы будет недостаточно и Куркан снова начнет жаловаться на тему пищи, она добавила:

– Как ты узнал, что она цыганка?

Лия все ждала ответа, но время шло, а с губ Ишакана не слетало и слова. Принцесса уже собиралась еще немного поднажать, как вдруг мужчина усмехнулся и поднес руку девушки, до сих пор сжимающую печенье в пальцах, обратно к ее губам. Король знал, – Лия пытается помешать ему накормить ее. Но Ишакана так просто не обмануть.

– Я расскажу тебе, как только ты закончишь есть, – сказал он.

Улыбка сделала взгляд Куркана нежным и ласковым. Посмотрев в его глаза, принцесса согласилась и снова неспешно надкусила печенье.

Рецепторы на языке были рады вновь почувствовать богатый сладкий вкус, мягкую текстуру печенья, шумный хруст орехов и тающий шоколад, смешивающийся с кусочками фруктов. Лия испытывала эйфорию от этих ощущений, но все равно сожалела о содеянном.

“Не следовало откусывать тот первый кусочек... Не попробуй я его, сейчас бы могла намного легче контролировать свои порывы..." – теперь же мысли о печенье плотно окутали сознание девушки. Лия старалась забыть вкус, но тот прочно укоренился на языке и не хотел исчезать.

Пускай принцесса знала, что не должна это есть, она не могла остановиться. Импульсивное желание было чуждым, но голод заставляла девушку поглощать все больше и больше, пока печенье не закончилось, а невыносимый аппетит не исчез. Лия смутилась. Она лгала самой себе. Она не наелась.

Ишакан протянул руку и нежно коснулся уголков губ девушки, смахивая крошки печенья. Рефлекторно она сжала обертку.

“Испачкалась, пока так поспешно ела...” – и только тут девушка поняла, что съела печенье целиком.

Лие стало стыдно. Должно быть, она выглядела очень невоспитанной, пренебрегая всеми правилами этикета, чтобы насладиться закуской. К сожалению, это казалось повторяющейся закономерностью. Она не знала почему, но каждый раз рядом с Ишаканом, ее обычно ничтожный аппетит резко возрастал. Принцесса чувствовала себя виноватой за отсутствие самоконтроля.

Сожалея, девушка нервно теребила обертку от печенья, пока Ишакан не забрал ее и не скомкал в ладони. Наблюдая за этой сценой, Лия невольно подумала:

“Хочу еще...”

Глава 97. Множество мыслей (2)

Поняв, куда ведут мысли, Лия резко упрекнула себя. Вчера вечером в зеркале принцесса с ужасом обнаружила, что заметно прибавила в весе.

“Раз уж не сдержалась и съела печенье, то остаток дня больше ни крошки в рот не возьму. Тогда-то точно смогу быть уверена, что больше ничего не наберу. Возможно, стоит и завтрашний завтрак уменьшить...”

– Я доела печенье, – сказала девушка. – Теперь ты ответишь на мои вопросы?

– Ну… Хорошо, – неохотно сказал Ишакан. Лия бросила на него острый взгляд, и тот вздохнул. – В общем, среди Курканов есть те, кто умеет использовать магию. С помощью одного из них я и узнал, что королева – Томари.

– Колдовство... Но ведь только цыгане используют...

– Да. В них течет кровь Томари.

Удивленная, Лия глубоко вздохнула. В отличие от Курканов, чье дикое наследие видно сразу, черты лица цыган более утонченны и лишены каких-либо животных качеств. Оба народа всегда враждебно относились друг к другу. Даже сейчас цыгане спасались от преследований Курканов. А новость о том, что те и другие связаны кровью... Была довольно шокирующей.

И в то же время Лия ясно понимала, что помимо простого факта о кровной связи, за всем этим крылась какая-то серьезная история, о которой Ишакан не спешил поведать девушке.

– Я удостоверился в сказанном, присмотревшись к королеве за официальным обедом в тот раз.

Лия колебалась.

– Почему... почему не рассказал мне сразу? – спросила она.

– Тогда я был занят.

“В тот момент столько всего произошло... Сложно выразить все одним простым “занят”...” – мысленно согласилась Лия.

– Кроме того, – добавил Ишакан, когда девушка погрузилась в воспоминания об официальном обеде. – не было причин говорить тебе, верно?

– ...

– Принцесса всегда беспрекословно подчинялась приказам. Зная эту информацию, ты легко посадила бы Бён Гёнбека на трон, разве не так? Поэтому мне и пришлось попридержать несколько козырей в рукаве. А теперь ты выдвинула мне подобное условие...

Лия молчала. Она чувствовала на себе пристальный взгляд Ишакана, и было так странно и неловко притворяться, что не замечает его, ведь их лица находились всего в нескольких сантиметрах друг от друга. Мужчина не стеснялся рассматривать девушку, глубокие темные зрачки, казалось, заглядывали в самую душу.

– Я тебя не понимаю, – подытожил свои раздумья Куркан.

Принцесса закрыла глаза и глубоко вздохнула.

“Что бы сделал Ишакан, окажись он на моем месте..?” – задалась вопросом Лия.

Ответ сию же минуту возник в голове:

“Да, как только предоставилась бы малейшая возможность, он бы без колебаний сорвал кандалы с лодыжек. И не стал бы убегать. Ишакан бы отомстил тем, кто подчинил его и плохо с ним обращался.” – девушке нетрудно было представить, короля Курканов, запятнанного кровью ее врагов.

По сравнению с этим месть, которую задумала Лия, казалась незначительной. Он не поймет ее. Не постигнет умом ее желания...

– Я не могу, – прошептала принцесса.

Золотые глаза сузились. Девушка же, решив больше не избегать его, встретилась с мужчиной взглядом.

– Обеспечение мирного договора – мой последний долг перед Эстией.

Как бы сильно принцесса ни желала смерти, она не хотела заканчивать свою жизнь безответственно. Дорогие ей люди останутся здесь. Они будут жить и после ее смерти, и перед своим уходом Лия хотела заложить для них прочный фундамент.

Ишакан серьезно смотрел в глаза девушки.

– Ох. – глубоко вздохнул он, проводя по ее лицу ладонью – У меня большие неприятности...

Принцесса не понимала. Она озадаченно смотрела на него и уже хотела спросить, что тот имел в виду, но Ишакан улыбнулся ей.

– Эта твоя жертвенность… Из-за нее мне так хочется пойти тебе навстречу и подписать соглашение... – тихо сказал Куркан.

Лия моргнула, удивленная нежностью в мелодичном голосе мужчины. Ее щеки вспыхнули, и она быстро произнесла:

– Принятие важного решения только из-за чего-то подобного...

– Это не единственная причина.

Король придвинулся ближе к принцессе, и она позволила их носам соприкоснуться. Затем он прошептал:

– Тогда я говорил серьезно.

Глаза Лии широко раскрылись. Обычное поддразнивающее и озорное отношение Ишакана исчезло, а глаза стали темными и притягательными. Около уха раздался приятный низкий голос:

– Разве не лучше стать женой Куркана, чем выйти замуж за графа, властвующего на границе?

Губы девушки тут же приоткрылись. Она собиралась ответить, но не смогла произнести ни слова. Лия тщательно обдумывала сказанное.

Королева Курканов…

Ишакан предложил это во время переговоров, и тогда принцесса решила, что тот просто ее дразнит. Она никогда бы не подумала, что он говорил всерьез. Мысли нескончаемым множеством крутились в голове, и Лие казалось, словно внутри бушевал шторм.

Искренен ли Ишакан? Не было никаких причин доверять его словам. Самое большее, что их связывало – пара ночей, проведенных вместе. Отношения, начавшиеся с ублажения тел, безусловно, крепки, но недолговечны. Стоит молодому и красивому телу исчезнуть – и все разрушится.

Глава 98. Похищение невесты (1)

Глядя в золотистые глаза, Лия не могла не вспомнить их первую встречу.

“Была ли она заранее спланирована им, но замаскирована под совпадение?” – раздумывала девушка.

Казалось, будто это случилось вчера: Ишакан в плаще, а она в маскировке. Воспоминание совершенно не развеяло сомнений девушки.

Курканы вербовали высокопоставленных чиновников государства. Не было бы ничего странного, если бы их король сделал что-то, чтобы скомпрометировать Лию, – ключевую фигуру в эстийском обществе. Принцесса знала, как легко Ишакану удалось бы при помощи нескольких сладких слов лжи сорвать переговоры и выведать секретную информацию королевства. Разум твердил, что Куркан обманывал ее, но глупое сердце хотело ему верить. Ясное суждение, затмеваемое неоднозначными эмоциями, становилось все более размытым.

Осознав, что продолжает колебаться даже после перечисления целых двадцати девяти различных причин, по которым она не должна доверять ему, девушка поняла для себя одну вещь. Она потеряла способность объективно мыслить, когда дело касалось Ишакана.

Вывод был неутешительный. И пока Лия старательно боролась с обуревавшими мыслями, мужчина тихо ждал ее ответа. Он взглянул на слегка подрагивающие серебристые брови, а затем на приоткрытые губы.

Однако время шло, а девушка так ничего и не говорила, Ишакан нахмурился.

– Да, в это нелегко поверить, – сказал он наконец после продолжительного молчания.

Наклонившись вперед, Куркан медленно накрыл губы принцессы своими. В этом коротком прикосновении не было никакого эротического подтекста, – только простой и робкий поцелуй пронизанный привязанностью.  Ишакан отстранился, чтобы посмотреть ей в глаза.

– Что ты собираешься делать после заключения мирного договора?

– ... – девушка молчала.

– Ты все еще хочешь умереть?

Она, снова не ответив, опустила взгляд.

– Ты губишь себя ради ради личной выгоды?

Принцесса не могла легко ответить ни на один из заданных вопросов. Не зная, куда смотреть, Лия блуждала глазами по экспонатам, и наконец, ее взгляд упал на круг света на полу. В полутемном помещении полоска, тянущаяся из окна вниз, была похожа на веревку, по которой она могла бы подняться и сбежать отсюда. Подальше от этой душной комнаты туда, где простирается голубое небо, а кожу обдувает прохладный ветерок.

В девушке вновь вспыхнул знакомый порыв. Однако на этот раз он не исчез сразу же, как появился. Теперь Лия отчетливо поняла, что за желание пронзило ее мысли, и оно тут же распространилось по всему ее телу. Порыв невозможно было игнорировать, ведь он, словно огромная волна, окатил принцессу с головы до ног.

Этот мужчина все испортил. Он пошатнул ее, казалось бы, непоколебимую решимость, и даже сумел разрушить твердую стену безэмоциональности, которую она так старательно воздвигала вокруг себя все эти годы. Лия была сломлена. Все твердо намеченные планы теперь погублены.

Девушка приоткрыла рот.

“Я не должна говорить...” – колебалась она, понимая, что потом пожалеет о своих словах.

Но принцесса отбросила эти мысли и задыхающимся голосом произнесла:

– Я не хочу умирать...

Эти слова заставили тело содрогнуться. Голова закружилась, словно от нехватки кислорода, а дыхание сперло от волнения.

Золотистые глаза, не отрываясь, смотрели на смятенную Лию. Ишакан не давил на нее и ждал, просто наблюдая за дрожавшей в его объятиях девушкой.

Сломленная и разбитая изнутри, она надрывно прошептала:

– Я хочу жить.

***

С самого начала Курканы являлись противоестественной расой. Они родились вопреки законам природы и были полны недостатков. Стать полноценными взрослыми или завести потомство они могли только после выполнения определенных обрядов.

Если они не присутствовали на церемонии совершеннолетия, то даже не смогли состариться. Другими словами, навсегда оказались бы в ловушке между подростковым возрастом и взрослой жизнью.

Было решено, что Курканы, спасенные из рабства, отправятся обратно в пустыню, чтобы пройти церемонию совершеннолетия. Тогда они переродятся воинами, что смогут внести свой вклад в процветание их родины.

Намереваясь попрощаться с ними перед отъездом, Ишакан отправился в степь за пределами столицы. Поля густо поросли мискантусом, и всякий раз, когда дул ветер, по округе раздавался шелест бьющихся друг о друга колосков.

Место отбытия находилось в самом начале степи. В отличие от Курканов, уже прошедших обряды посвящения, прошлые рабы были намного меньше ростом; их тела полностью скрывали мантии, а за плечами свисали мешки. Глядя на Ишакана, они почтительно ждали благословения на дальнюю дорогу.

– Пусть песчаные бури унесутся с вашего пути, – произнес мужчина, и Курканы склонили головы в знак благодарности.

Женщина, стоявшая впереди группы, осторожно заговорила:

– Мы думали, что наш король бросил нас.

Ишакан усмехнулся.

– Я тоже был брошен в когда-то.

Взгляд короля похолодел, когда он заговорил, вспомнив своего предшественника:

– Я поднялся из тех же глубин, в которых вы все некогда обитали.

Глава 99. Похищение невесты (2)

Дженин и Хабан спокойно наблюдали за предводителем, пока память воскрешала яркие события прошлого. Когда Ишакан решил стать новым королем, то спросил, подчинятся ли они его воле. Взывая о помощи, мужчина поклялся:

‘Я никогда не стану таким, как он.’ – конечно, речь шла о его предшественнике...

Воспоминания Дженин и Хабана быстро прервались – Ишакан махнул рукой.

– Время пришло, – заявил он. – Вам еще предстоит преодолеть  долгий путь.

Один за другим король прощался с каждым из отбывающих. Тем временем Куркан, обслуживавший Лию в аукционном доме, подошел к Хабану.

– Простите, – начал он, улыбаясь. – Но та девушка, которая спасла нас. Вы случайно не знаете, где она живет и не замужем ли она?

– ... – Хабана словно молния поразила, его глаза дрогнули и он застыл на месте. Но сладострастный парень дружелюбно продолжил:

– Если она одинока, могу я прийти и похитить ее позже? Думаю, это была любовь с первого взгляда. Конечно, сначала я вежливо поинтересуюсь, согласна ли она на то, чтобы ее взяли в жены...

Дженин молниеносно закрыла ему рот рукой, заставляя замолчать. Почти одновременно с ней Хабан сделал тоже самое. Теперь, стоя с зажатым двумя ладонями ртом, молодой человек удивленно смотрел то на одного то на другого приближенного короля. Он был смущен. Ишакан, заметивший эту сцену, улыбнулся.

– Лушан, – спокойно позвал он.

Хабан и Дженин убрали руки, а молодой Куркан снова оглядел их, прежде чем ответить:

– Да, мой король.

Ишакан молча уставился на Лушана. Чем дольше парень ожидал, тем сильнее нервничал. Постепенно его лицо сменило выражение с расслабленного суровое, и он опустил взгляд – долго устоять под пристальным взором золотых глаз оказалось Куркану не по силам. Молодой человек задрожал и сжал руками края мантии.

– Искренне надеюсь, что ты не осуществишь ни один из этих планов, – спокойно, но в то же время твердо произнес Ишакан.

– ...Мне очень жаль. – Лушан низко поклонился.

Хабан и Дженин с жалостью посмотрели на него. Невежество совершенно не отменяло вины парня и, даже наоборот, считалось грехом. Лушану повезло, что все закончилось простым предупреждением. Когда напряженная обстановка несколько спала, Курканы попрощались и направились в сторону пустыни.

Ишакан провожал взглядом спины своих сородичей, пока те пробирались сквозь густую поросль мискантуса. Дувший с той стороны легкий прохладный ветерок трепал его темные волосы. Зарывшись в них рукой, мужчина облизнул слегка засохшие губы. Воспоминания о жарком солнце и золотых песках родного края одно за другим возникали в его голове. Король скучал по многим вещам тех мест. Но пока что он не мог вернуться. Осталось еще очень много незавершенных здесь дел.

Ишакан развернулся и неспешно пошел обратно. Хабан и Дженин последовали за ним, вместе с тем заведя разговор:

– Думаю, что Бён Гёнбек из Оберде – безумец.

– Принцесса лишь упомянула, что он может получить права наследования, а тот начал вести себя так, будто он уже король.

Нет никаких сомнений в том, что, женившись на Лие и став одним из кандидатов в правители, Гёнбек будет изо всех сил стремиться к трону. Граф контролировал границы Эстии только благодаря своей военной мощи. Но если бы он получил власть в королевской семье через брак, это изменило бы всю историю.

Знать, следовавшая за принцессой, являлась центральной опорой государственного управления Эстии. Их преданность Лие была исключительной, и если бы девушка призвала их перейти на сторону графа Оберде, они бы беспрекословно подчинились. При подобном раскладе Бён заручится поддержкой огромного числа высокопоставленных людей.

Таким образом, получив признание от народа – легитимность – за то, что защищал его с помощью военной и финансовой мощи, а также приобретя права на наследование и поддержку аристократов со стороны Лии, Гёнбек станет настоящей угрозой положению наследного принца.

Изначально желание Бёна было простым. Он собирался жениться на принцессе всего лишь потому, что хотел иметь красивую жену благородных кровей. Однако теперь мужчина жаждал большего. Своими намеками на трон Лия раздула угли его жадности, и они начали полыхать.

– В этой стране полный бардак, – проворчал Хабан, – А принцесса так старается все разрешить в одиночку, жертвуя собой...

Ишакан улыбнулся и сказал:

– Везде, где встречаются Томари, проблемы неизбежны.

– А что насчет королевы? – поинтересовалась Дженин, раздвигая мискантус перед собой.

– Ну, меня это беспокоит.

Шедший позади Хабан со всей серьезностью спросил:

– Если королева – цыганка, владеющая магией, то разве дворцу не угрожает опасность?

– Поздно говорить об опасности. Весь дворец уже в ее руках.

Колдовство не было всемогущим. Работать приходилось долго, а условия для выполнения оказывались далеко не простыми. Но трудности возникали только в начале, – стоило колдовству вступить в действие, и его было уже сложно развеять. Кроме того, с течением времени магия продолжала набирать мощь, и, следовательно, разрушить ее становилось все труднее.

Прошло много лет с тех пор, как королева вошла во дворец. Это место наверняка пронизано ее заклинаниями. И вполне вероятно...

– Она могла околдовать и короля, – произнес Ишакан.

– Это должно быть довольно древнее заклинание. Промывание мозгов, верно?

– Возможно. Он – первый, к кому она обратилась.

Должно быть, потребовалось много усилий, чтобы завоевать любовь правителя и убедить изгнать предыдущую королеву.

Предводитель Курканов задумался:

“Поведение короля на том обеде было далеко не нормальным. Эта “промывка мозгов” началась уже давно и, наверняка, так глубоко укоренилась, что теперь он больше не может отличить свои мысли от приказов Кердины... Но главная проблема в том, что мы не знаем, насколько далеко королева зашла. Вряд ли она остановилась только на правителе.”

Ишакан нахмурился.

– Позови Моргу, – приказал он.

Дженин взглянула на Хабана, выражение ее лица потемнело. Женщине не понравилась эта идея.

– Если мы отправим Морга во дворец, – сказал Хабан, делая последнюю попытку убедить Ишакана не делать этого, –  Мы можем потерять след Томари, за которыми следим в данный момент.

Король Курканов покачал головой.

– Другого выхода нет. Прямо сейчас этот вопрос гораздо более срочный.

Хабан и Дженин мрачно переглянулись. Ишакан устремил взгляд на горизонт, в направлении дворца Эстии, хотя тот находился слишком далеко, чтобы его можно было разглядеть. Губы мужчины изогнулись в улыбке. Он слышал тихий, дрожащий шепот Лии в своем сознании, согревающий глубины его сердца:

‘Я хочу жить.’

Ишакан отчаянно хотел исполнить ее желание.

Глава 100. Неожиданный Посетитель

Голова шла кругом. Лие казалось, словно все происходящее – это сон. Каждый раз, когда девушка вспоминала разговор с Ишаканом в Комнате Славы, ее сердце заходилось в бешеном ритме. Мрачная тень безысходности, что всегда витала над принцессой, теперь испарилась в свете обнадеживающего солнца.

Еще ничего не было решено наверняка. И тем не менее в глубине души девушки росла слабая надежда, уверявшая ее, что каким-то образом все образуется. Сама Лия никогда бы не испытала подобного оптимизма.

Мирная свобода разума длилась недолго. Незваный гость ворвался в кабинет принцессы, даже не предупредив о своем визите.

– Давненько я не видел твоего лица, Лия.

Девушка оторвала взгляд от просматриваемых документов.

– Ваше Высочество, – тихо сказала она.

Позади Блейна, стоявшего в дверном проеме, столпились служанки дворца принцессы. Им не удалось остановить внезапно ворвавшегося в резиденцию посетителя, и они, беспокоясь о Лие, последовали за ним. Оглядев новоприбывших, девушка вздохнула и отложила перо в сторону.

– Подайте чай, – приказала она.

Чай был предлогом, чтобы отправить служанок подальше, ведь те могли снова ввязаться в неприятности, как в прошлый раз. Блейн высокомерно сел на диван перед столом Лии, вытянув ноги. Серебристого оттенка волосы, такого же, как и у принцессы, мягко светились подобно луне. Девушка посмотрела на брата с явным безразличием.

– Почему ты так на меня смотришь? – резко спросил Блейн.

Принцесса прикусила губу, сдерживая раздражение.

– Скажите, зачем Вы пришли?

– Я собираюсь поохотиться с дикарями, – произнес он. – Хочу, чтобы ты тоже присутствовала.

Это была не просьба, принц отдавал ей приказ. Рука девушки, лежавшая на столе, задрожала, и она с силой сжала ее в кулак.

“Блейн уже испортил обед, что он планирует на этот раз?”

– Мы едва провели нашу первую встречу по переговорам. – Лия видела, как изогнулись его губы, но продолжила говорить. – Пожалуйста, не могли бы Вы проявить терпение, пока переговоры полностью не закончатся?

Блейн рассмеялся.

– А ты стала еще высокомернее!

Принц встал с дивана и медленно подошел к сестре, положив руки на ее стол. Девушка настороженно посмотрела на него, а тот широко улыбнулся.

– Похоже, что-то произошло с тех пор, как варварские отродья прибыли во дворец, – прошептал он. – Ты принимаешь все, что они хотят.

Его бледные пальцы нежно коснулись волос Лии, будто он приводил их в порядок.

– Если тебе так нравится этот зверь, может стоит его отправить спать на псарню в качестве твоей личной шавки?

Принц внезапно сжал волосы. Обернутые вокруг длинных пальцев серебристые пряди оказались туго натянуты, что причиняло девушке боль.

– Было бы здорово увидеть его среди псов, – поддразнил Блейн.

– Случись так, и дворяне наверняка восхитились бы гостеприимством Эстии. – сказала Лия, не меняя выражения лица.

Принцесса ожидала, что брат поднимет руку и даст ей пощечину, но удара так и не последовало. Он только рассмеялся и погладил лицо девушки тыльной стороной ладони.

– Принеси платок в день охоты, – скомандовал парень.

И на этом все. Прежде чем служанки успели принести чай, Блейн удалился. Лия снова подняла перо, и ее рука застыла в воздухе. Пока чернила, собиравшиеся на самом кончике, словно слезы, капали вниз, окрашивая бумагу в черный цвет, принцесса все глубже погружалась в свои тревоги.

Только недавно исчезнувшая мрачная тень, вновь свалилась тяжким грузом и закралась в душу.

Лия чувствовала себя ужасно.

***

Вновь и вновь повторяющиеся громкие возгласы эхом раздавались из-за плотно закрытой двери. Хриплые звуки безошибочно узнаваемы и достаточно развратны, чтобы у кого угодно загорелись уши и щеки, но Блейн, сидевший на соседнем диване, был равнодушен. На его лице отражалась только невероятная скука. Служанки, стоявшие позади принца, прикладывали все возможные усилия, чтобы их лица оставались одинаково бесстрастными, и молча наполняли бокал каждый раз, когда Блейн его опустошал.

Из-за закрытой двери донесся последний стон. Через несколько мгновений дверь открылась, и Кердина вышла из дверного проема, откидывая в сторону мокрые от пота волосы. Когда женщина увидела сына, ее глаза распахнулись от удивления.

– Блейн?

Сильный, густой и тошнотворно-сладкий аромат струился из-за плеч королевы. Когда Блейн нахмурился, глядя на мать, та только мягко улыбнулась и открыла дверь шире, чтобы показать сцену позади себя.

В спальне, бесстыдно развалившись на кровати и мечтательно смотря в потолок,  лежал обнаженный король. Взгляд его был расфокусирован и лишен духа. Глаза словно как у куклы.

Кердина поправила помятое платье, чтобы лучше скрыть фигуру, все еще улыбаясь. Глаза с необычным изгибом и опущенными вниз уголками хитро сузились.

– Не знаю, побочный ли это эффект заклинания или нет... Но, похоже, это займет некоторое время.

Босая, королева подошла к Блейну, села рядом и нежно промолвила:

– Ты долго ждал? Почему не вошел?

Блейн фыркнул.

– Как я мог войти, зная, чем ты там занимаешься?

– Это гораздо лучше, чем мать, тратящая драгоценное время сына впустую, – сказала женщина, потягивая напиток из бокала, поданного служанками.

Взгляд Блейна невольно переместился на короля, который все еще лежал в тишине спальни. Увидев серебряные волосы, парень задумался. Кровь не может лгать, внешние черты лица у них очень похожи. Блейн слышал, что в молодости король был очень красивым мужчиной, таким же красивым, как и его сын.

Подметив, что принц не может отвести взгляд от отца, Кердина расхохоталась. Тот тут же посмотрел в сторону, но было слишком поздно. Кердина уловила ход его мыслей.

– Хочешь, чтобы я сделала Лию такой же, – безжизненной куклой? – спросила она, холодно улыбаясь. Ее мягкий голос был соблазнителен.

Глава 101. Охота с варварами (1)

– В этом нет необходимости. – холодно ответил принц.

– Хорошо, Блейн. – Кердина нежно погладила его по голове. – Верное решение. Сделай я это, было бы не так весело, верно?

– … – он не ответил, поэтому женщина продолжила:

– Подожди еще немного, и ты получишь ее. Это будет намного лучше, чем просто марионетка, подобная тому человеку. – сказала она, кивнув в сторону распахнутой двери комнаты, в которой все так же предаваясь забвению, лежал король, – Так что не торопись.

Королева ласково посмотрела на сына, но тот ни слова не произнес. Наклонившись, она провела рукой по серебристым волосам, слегка растрепав их.

– Все станет твоим, – прошептала Кердина. – Лия, эта страна... этот континент...

Амбиции женщины не ограничивались одним только маленьким королевством. Она была убеждена, что добьется всего, чего пожелает.

– Что касается охоты, я уже слышала об этом, – королева слегка улыбнулась.

Она знала об истинной причине визита Блейна.

– Сначала я была немного удивлена. Однако потом решила – все складывается довольно удачно. Дикари в любом случае попытались бы разыскать меня, так что лучше встретиться с ними в заранее подготовленном месте.

Кердина польстила Блейну, похвалив его действия, и тот, мягко посмотрев на мать, наконец заговорил:

– Даже если поставлю твою жизнь под угрозу? – голос был напряжен. Принц сжал кулаки, и под бледной кожей вздулись вены. – Ты и тогда поддержишь меня?

Глаза Кердины расширились, но она быстро расслабила лицо. Вскоре ее губы плавно образовали дугу.

– Конечно, Блейн. – посмотрев в голубые глаза, полные любви и ненависти, женщина еще шире улыбнулась. – Уверена, что у тебя есть на то свои причины. Если тебе понадобится мое тело, я предоставлю его... Все, что  захочешь. Я позабочусь о том, чтобы ты сохранил корону, мой дорогой сын.

Голос матери был одновременно любящим, приторным и бесчувственным. Слушая ее, Блейн ощущал горький привкус во рту.

"Я уже зашел слишком далеко", – подумал он.

***

Казалось, что дождь может начаться в любой момент. Пасмурное небо совершенно не подходило для охоты, но это не останавливало тех, кто собирался принять в ней участие. В конце концов, главной целью собрания было отнюдь не убийство зверей.

Лия опустила взгляд от хмурого неба и осмотрела окрестности. По всему лесу были разбросаны палатки и горели костры, создавая уютный временный лагерь.

Участники и слуги усердно трудились, заканчивая подготовку к охоте. Повара также не отлынивали и раскладывали необходимые принадлежности, собираясь приготовить обед из добычи, что будет поймана сегодня.

Хотя пришло более ста человек, лишь немногие принимали непосредственное участие в ловле. Правитель Эстии не приехал в охотничьи угодья, сославшись на болезнь. Тем не менее, пусть на мероприятии присутствовали лишь королева, принц, принцесса и король Курканов, для такого небольшого количества участников, подготовлено оно было, воистину, роскошно.

Графиня Мелисса стояла рядом с Лией, явно нервничая. Баронесса Синель обычно всегда находилась среди последователей принцессы и любила участвовать в такого рода мероприятиях, но сегодня ее нигде не было видно.

“Интересно, куда она запропастилась..?” – Решив отложить выяснение этого вопроса до конца охоты, Лия медленно направилась к тому месту, где держали ястребов.

Сидевшая в большой клетке птица взмахнула крыльями. Девушка улыбнулась. Это был ястреб Лии, и, похоже, он узнал ее.

Натянув толстые перчатки, принцесса протянула птице несколько кусочков сырого цыпленка. Девушке нравилось, что ястреб выглядел таким смелым и грациозным, даже когда просто ел. На первый взгляд казалось, что тот мог и самостоятельно легко поймать кролика или голубя, но на самом деле он не очень хорошо охотился.

Лия никогда не тренировала птицу. Она просто вознаграждала ее вкусной едой, хотя все, что та умела, – это кружить в воздухе и вести беззаботную жизнь, наполненную мирскими удовольствиями.

Ястреб Кердины, наоборот, был более проворен и в своем упрямстве напоминал хозяйку. Он отлично охотился, а когда не мог поймать добычу напрямую, гнал ее к охотникам, чтобы те схватили ее вместо него. Все дворяне, заинтересованные в *соколиной охоте, жаждали заполучить ястреба Кердины.

Принцесса же просто вывела своего любимца на прогулку. Лия не была жадна до охоты и, как и ее птица, она хотела только наслаждаться лесом по-своему.

– ... – ястреб, до этого жадно клевавший сырое мясо, внезапно остановился и бросил взгляд в сторону. Остальные присутствующие животные сделали то же самое – лошади и охотничьи собаки одновременно подняли головы, чтобы посмотреть в одном направлении.

Гончие, что пару секунд назад звонко лаяли, заскулили и поджали хвосты. Лошади перестали жевать морковь и попятились, бросив еду точно так же, как это сделал ястреб Лии. Их переполнял инстинктивный страх перед главным хищником.

Глаза людей, естественно, проследовали за взглядом животных, и некогда шумный лес погрузился в тишину.

Все напряглись, ощутив присутствие короля Курканов – Ишакана.

-----------------------------------------

Прим. пер. :

*Соколиная охота – это разновидность охоты на дичь, в которой вместо привычного ружья используются прирученные хищные птицы. В данной охоте используются птицы из семейства соколиных и ястребиных.

Глава 102. Охота с варварами (2)

Ишакан шел медленно. Прогуливаясь, он чувствовал себя не в своей тарелке.

“Может это потому что на мне охотничий костюм?” – раздумывал он.

Лия смотрела на вальяжно идущего мужчину, который почему-то выглядел более внушительно, чем обычно. Его образ с *колчаном за спиной и мечом на поясе был непривычен, но вполне подходил Ишакану.

Следом за королем шли Курканы, выбранные им для сопровождения на охоте. Всего было пятеро человек, включая Хабана и Дженин. Среди них оказался один, которого Лия никогда раньше не видела – мужчина с длинными доходящими до пояса волосами, завязанными в хвост, и татуировкой, тянувшейся от края века до щеки. Изящные миндалевидные глаза и слегка приподнятые вверх уголки губ создавали впечатление, что он постоянно улыбался.

Разговаривая с Хабаном, этот незнакомец случайно бросил взгляд на Лию. Изогнутые в улыбке глаза внезапно округлились. Мужчина выглядел несколько ошарашенным. Однако он быстро взял себя в руки и хитро подмигнул принцессе.

Блейн проверял свою лошадь, но заметив Ишакана, двинулся в его сторону. Двое мужчин некоторое время молча сверлили друг друга взглядом. Принц заговорил первым.

– Спасибо, что согласились поохотиться с нами сегодня, Ваше Величество, – суровым голосом произнес он.

В этот момент из соседней палатки вышла Кердина. Как и Лия, она была одета в простое и удобное для передвижения платье. Женщина сонно огляделась. Увидев собравшихся Курканов, она невольно улыбнулась и грациозно подошла к Ишакану, чтобы поприветствовать.

– Давно не виделись, – сказала Кердина. – Как Вы поживали?

Курканы уставились на королеву, словно та являлась странным существом. Сверлящие злобные взгляды не заставили женщину дрогнуть и она лишь ласково улыбнулась. Ишакан расслабленно улыбнулся в ответ.

– Благодаря гостеприимству Эстии, мое пребывание было весьма благоприятным.

Хотя званый обед, на котором он присутствовал, оказался испорчен, никто не упомянул об этом. Все улыбались и разговаривали как ни в чем не бывало.

“Как говорят в обществе – “вчерашний враг, сегодня – друг”. Но всякий раз, когда вижу подобное, не могу удержаться от смеха.” – подумала про себя Лия.

Принцесса подошла последней. Она планировала просто поздороваться с ним и немедленно удалиться. Но...

“Сомневаюсь, что Ишакан позволит мне это сделать...”

Девушка приблизилась, и Курканы, до этого сверлившие взглядами Кердину, теперь обратили взоры на Лию. Конечно же, Ишакан заметил принцессу еще тогда, когда она только шла в их сторону, и с тех пор не сводил с нее глаз. Стоило девушке остановиться неподалеку, как на лице короля сразу появилась искренняя улыбка.

– Принцесса. – как всегда равнодушный к окружающим, он тихо и ласково промолвил, – Есть ли какое-то животное, которое Вы бы хотели? Я поймаю его для Вас.

Лия собиралась ответить, но кто-то другой заговорил первым:

– Моя сестра будет охотиться сама. –  Блейн крепко схватил ее за запястье и оттащил назад, поставив позади себя. – Нет нужды в излишней заботе, Ваше Величество.

Внимание Ишакана было приковано не к Блейну. Его глаза сосредоточились на запястье Лии и жесткой хватке, сковавшей его. Ослепленный злобой, король медленно перевел взгляд на лицо Блейна.

– Принц... Чего Вы так боитесь? – губы мужчины изогнулись в пустой улыбке, а глаза сверкнули холодно и зловеще. Хриплый и спокойный голос остро пронзал уши. – Вы думаете, я собираюсь похитить принцессу и жениться на ней прямо здесь?

Любой слушающий мог бы сказать, что Ишакан пытался спровоцировать Блейна. Принц глубоко вздохнул, пытаясь сдержать раздражение.

– Почему я должен бояться? – возразил он.

Едва ответивший голос был полон гнева, но Блейн умело сохранял улыбку на лице.

– Вы лично прибыли в Эстию с намерением подписать мирный договор... Полагаю, Вы не сделаете ничего, что могло бы послужить поводом для начала войны. – произнес принц холодным, подобно морозному зимнему ветру, тоном. – Также не думаю, что Вы столь жадны до вещей, у которых уже есть владелец.

– ...Владелец. – Ишакан коротко усмехнулся, повторив последнее слово Блейна. Лия, зажатая меж двух огней, посмотрела на Кердину.

Королева выглядела счастливой. Обычно ее спровоцировало бы любое проявление легкомыслия или неуважения к ее драгоценному сыну, поэтому принцессе подобная реакция показалась странной. Встревоженная, она не спускала глаз с мачехи.

Ишакан тоже мельком взглянул на Кердину и многозначительно улыбнулся.

– Похоже... это будет действительно веселая охота, – произнес он.

Золотистые глаза лукаво и загадочно блеснули.

– Не могу дождаться начала, – сказав это, Ишакан развернулся.

Блейн впился глазами в спину Куркана, прежде чем тоже отвернулся и потащил Лию к своему лагерю. Там он отпустил ее, приказав не двигаться с места.

Девушка наблюдала, как брат продолжал приготовления к охоте, – проверял тетиву лука, осматривал седло лошади и многое другое. За все это время Блейн ни разу не взглянул на Лию. Лишь когда все приготовления были завершены, он, наконец, обернулся к ней.

– Лия, – несколько грубо сказал принц, протягивая руку.

Девушка молча вложила в его ладонь платок, принесенный с собой. Это не был какой-то важный предмет, – просто некая вещица, которую она случайно нашла во дворце. И хотя Блейн, наверняка, знал об этом, он молча принял ткань. Парню было все равно, откуда та взялась, важно то, что именно Лия вручила ее.

– Хочешь оленьи рога? – спросил он, повязывая платок вокруг запястья. – Или лисий хвост подойдет?

Девушка знала, что брат будет продолжать беспокоить ее, пока она что-нибудь не выберет, поэтому ответила особо не задумываясь, без энтузиазма:

– Хочу волчий мех.

И не случайно волк пришел на ум первым среди множества зверей. Ее голова постоянно вспоминала об Ишакане. Лия не знала, куда деться от этих мыслей.

-------------------------------------------------

Прим. пер.:

* Колчан (реже тул) – часть снаряжения лучника, контейнер для ношения стрел.

Глава 103. Посмотри на Меня, Лия (1)

Блейн был доволен ее покорностью, пусть и не искренней.

– Как тебе будет угодно, сестра. – он криво улыбнулся. – Жди здесь. Я достану тебе самую большую шкуру.

Принц удалился, уводя слуг и лошадей в лес. Убедившись, что брат ушел, Лия огляделась. Курканы тоже готовились к отбытию, седлая коней. Как ни странно, ни один из них не держал в руке хлыст, – они прекрасно умели обращаться с животными и без подобных инструментов.

Курканам намеренно выделили самых буйных охотничьих собак. Однако и те вели себя на удивление послушно, хотя жители пустыни совершенно не использовали лакомства или крики, которые обычно применялись для подчинения гончих. Охотников изумило то, как непослушные собаки, словно те уже были прекрасно выдрессированы, повиновались малейшему свисту и похлопыванию по бедру.

Слуги, находившиеся неподалеку, наблюдали за всем с любопытством и страхом. Их пугало это зрелище, ведь такой хороший контроль был основан на родстве варваров с животными. Внешне Курканы выглядели точно также как люди, но по сути являлись совершенно иными существами.

Лия некоторое время созерцала происходящее вместе со всеми, и, стоило ей немного повернуть голову в бок, как глаза тут же встретились со взглядом Ишакана. Стушевавшись, девушка тут же посмотрела в другую сторону и спряталась в отведенных ей покоях, решив не дожидаться отбытия Курканов.

Поведав о своем желании уединиться, принцесса велела сопровождающим дамам отдохнуть в палатке напротив. Она хотела немного перевести дух, прежде чем отправиться на соколиную охоту с Кердиной - королева изъявила желание пойти в лес с Лией, и девушка не могла отказать.

Прошло много времени с тех пор, как они в последний раз оставались наедине. Одна только мысль о том, что ей снова придется терпеть эту женщину, мгновенно истощила эмоциональный ресурс принцессы и вызвала тошноту.

– … – Оставшись одна, Лия неспешно прошла в глубь палатки.

Наконец остановившись, девушка вытащила из-за пазухи платок, совершенно отличный от того, который она отдала Блейну. По четырем углам белоснежной ткани, что покоилась в руках принцессы, золотыми нитками был вышит красивый узор, выполненный в эстийском стиле. Этот платок Лия лелеяла и часто носила с собой.

Однако сегодня она принесла его, чтобы отдать Ишакану, но, несмотря на свои намерения, упустила эту возможность. Девушку останавливали взгляды, следившие за ней и каждым ее действием. Когда укол сожаления больно вонзился в сердце, Лия с силой сжала платок в руках.

"Я просто отдам его, независимо от того, кто нас увидит...", – подумала она.

Впервые Лие захотелось действовать, не беспокоясь о том, что скажут другие. Но то были только мысли... Она лучше всех знала, что не сможет этого сделать.

До этого ходившая кругами по палатке принцесса остановилась. Посмотрев на платок, она почувствовала резкий прилив разочарования и грусти. Девушке захотелось бросить его на пол, растоптать и разорвать, чтобы выместить на клочке ткани все свои эмоции. Но вместо этого она лишь вновь крепко сжала платок в руке.

Как бы ни злилась, принцесса должна сохранять свое достоинство.

Лия убрала платок.

– ……! – кто-то внезапно обнял ее сзади, напугав так сильно, что девушка даже не смогла закричать.

Глаза принцессы расширились в удивлении, а дыхание участилось. В ноздри тут же ударил обжигающе-теплый и вместе с тем освежающий запах. Шею обдало легким холодом, – гость, не удержавшись, вдохнул аромат девичьей кожи, а затем развернул Лию к себе большой крепкой рукой.

Широкая ладонь приобняла талию принцессы, а другая мягко коснулась щеки, и мужчина наклонился ближе, страстно нетерпеливо прижимаясь к ее устам. Он болезненно прикусил нижнюю губу девушки и тут же углубил поцелуй.

Лия приняла это действие бессознательно, почти рефлекторно. Под натиском мужчины, она начала отступать назад и, споткнувшись обо что-то, упала на длинный диван.

Тонкие запястья оказались прижаты гораздо более сильными руками, а серебряные волосы разметались повсюду. Приблизившись практически вплотную, золотые глаза, полные озорства, посмотрели на девушку. Нежно потеревшись кончиком носа о ее, мужчина поздоровался:

– Привет.

Лия сделала глубокий вздох. Ее сердце билось так бешено, что, казалось, в любой момент готово было вырваться из груди. Ишакан поцеловал раскрасневшуюся щеку девушки.

– Удивлена?

Лия определенно была удивлена, но других эмоций, вызванных этим человеком, оказалось даже больше. Ей пришлось прикусить губу, чтобы от радости не сболтнуть ничего лишнего. Ишакан же, словно знал, о чем думала Лия:

– У тебя есть кое-что для меня.

Фраза прозвучала так уверенно, словно Куркан просил вернуть то, что одолжил на время.

“Разве не только цыгане обладают магией? Как он ему удается так хорошо читать мысли людей?” – принцесса несколько раз облизнула губы и тихо призналась:

– Есть...

Девушка попыталась поднять руки, чтобы дотянуться до ткани, спрятанной у груди, но Ишакан не отпускал. Она взглядом умоляла освободить ее, однако мужчина только улыбнулся.

– Может мне поискать?

Куркан легко перехватил запястья девушки одной ладонью.

“Я всегда знала, – у Ишакана большие руки, но не думала, что настолько...”

Пока Лия поражалась тому, что он может в одной ладони уместить оба ее запястья, мужчина принялся за поиски. Свободная рука в кожаной перчатке плавно скользнула по шее девушки и спустилась к груди.

– Думаю, что ты спрятала где-то здесь...

Глава 104. Посмотри На Меня, Лия (2)

– Нет! – воскликнула Лия. – Не надо, отпусти меня...!

Чем сильнее принцесса суетилась, тем, казалось, сильнее раззадоривала Ишакана. Он целовал лицо и шею девушки, все сильнее опьяняя ее чувства, но та не отказалась от сопротивления. Все-таки сумев оттолкнуть мужчину, Лия вытащила платок сама, но с удивлением обнаружила, что юбка платья задралась до бедер.

Мужчина громко поцеловал принцессу в колено и тут же бесстыдно уставился меж ее ног. Широкая ладонь плавно опустилась ниже и крепко сжала бедро. Из-за кожаных перчаток прикосновение казалось странным. Холодный материал вызвал мурашки по телу, и Лия вздрогнула.

– Какая досада, – пожаловался Куркан. – У меня не так много времени.

“А будь у тебя время, то что, черт возьми, ты бы сделал?” – Лия быстро сомкнула ноги.

Улыбнувшись, Ишакан начал подниматься. Под перемещающимся телом, вес которого сегодня был больше из-за тяжелого меча, диван пронзительно заскрипел.

Лия вновь оглядела короля с ног до головы. Лука и колчана теперь не наблюдалось – вероятно, те уже были прикреплены к седлу коня, стоявшего снаружи. Но вот меч мужчина держал при себе. Длинная рукоять торчала из черных ножен, зафиксированных на поясе кожаной *портупеей, пересекающей широкую мужскую грудь.

Хотя Лия никогда раньше не видела, как Ишакан обращается с мечом, она почему-то была уверена, что тот прекрасно им владеет.

Куркан забрал у принцессы платок и привязал к рукояти. Наверняка, увидев этот кусочек ткани, все станут гадать, от кого же Ишакан получил подобный подарок. Лия уже было собиралась отговорить мужчину, но он задал ей вопрос:

– Так какого зверя тебе поймать?

“Когда охота закончится, Ишакан принесет мне добычу... Что ж, он намеревался сделать это с самого начала... И тогда не все ли равно? Люди в любом случае начнут судачить, будь то о платке или чем-либо еще. И несмотря ни на что, всегда найдется кто-нибудь, кто будет сплетничать о нас и перемывать нам кости…”

Лия глубоко погрузилась в свои мысли и была удивлена, когда поняла, что они начинают звучать довольно дерзко и воинственно. Словно она постепенно перенимала характер Ишакана и становилась похожей на него.

– Не знаю, о чем думал Блейн, когда приглашал тебя, – сказала принцесса, меняя тему.

– Полагаю, он пытается определить иерархию, – ответил Куркан, наблюдая за все еще сидевшей на диване девушкой. – Я буду соревноваться уверенно, хотя у королевы и принца могут быть свои трюки.

“Причина только в этом?” – не могла поверить Лия. Однако Ишакан выглядел спокойным.

– Вполне естественно немного сходить с ума, когда влюбляешься, – сказал он.

“И почему он ни с того ни с сего упомянул о любви?” – недоумевала принцесса.

Глядя на ничего не понимающую девушку, Ишакан склонил голову набок.

– Только посмотри, Лия. – золотистые глаза прищурились, а на губах появилась легкая улыбка. – Разве я не веду себя как глупец?

– ... – принцесса ошеломленно посмотрела на собеседника.

Тот же только по-обыденному приподнял брови, все продолжая улыбаться. Он выглядел невозмутимым, будто и не сказал ничего странного.

Слова эхом отдавались в голове Лии. С каждой секундой их смысл приобретал все более четкую форму. Глаза девушки медленно округлились от удивления, и она испуганно прижала руку ко рту.

“Что я только что услышала?”

Принцесса, обуреваемая сомнениями, все продолжала молча сидеть, не зная, как реагировать. Тем временем Ишакан взял девушку за руку и принялся что-то в нее складывать.

Это оказалось печенье с начинкой из мелко нарезанных фиников. Мужчина вложил около пяти штук размером с полпальца и остановился, когда в ладони Лии больше не осталось места.

– Я немного побуду с наследным принцем, а ты тем временем съешь все это, – сказал Куркан, прижимая еще одно печенье к ее губам.

Принцесса прожевала и рефлекторно проглотила лакомство. Сладость пальмовых фиников мимолетно коснулась языка и тут же испарилась. Лия проглотила все слишком быстро, чтобы полностью насладиться вкусом.

Тем не менее, печенье не было ее самой большой заботой. Девушка резко встала с дивана.

–Только что..! – воскликнула она и осеклась. Принцесса пыталась произнести эти слова, но не могла перестать заикаться. – Только что, то, что ты мне сказал...

-----------------------------------------------

Прим. пер.:

*Портупе́я (фр. porte-épée; дословно porter – «носить» и épée – «меч») – часть военного снаряжения, ременная или галунная перевязь в виде ремней (галуна) различной длины и ширины, перекинутая через одно плечо для ношения холодного оружия, ташки, позднее – личного огнестрельного оружия и полевой сумки.

Глава 105. Ты Набрала Вес? (1)

Ишакан просто смотрел на раскрасневшееся лицо Лии. Этот мужчина всегда вел себя одинаково. Он ведь мог бы сразу прямо обо всем рассказать, но не стал, чтобы подразнить девушку. И снова у нее не было выбора, кроме как спросить напрямую.

– Что…что ты имел в виду? – поинтересовалась принцесса, а затем крепко зажмурилась, смутившись.

“Вопрос прозвучал так глупо... следовало выразиться благороднее и изящнее.” – лицо вспыхнуло до ужаса сильно, и она ощутила, как кровь приливает к кончикам ушей.

Лия так и стояла с закрытыми глазами в ожидании, но ответа долго не было. Она медленно приоткрыла веки и ахнула, глубоко вздыхая от удивления.

Ишакан пристально смотрел на нее, не мигая. Зрачки золотистых глаз сузились, словно заметили и следили за самой аппетитной добычей в мире. Увидев, что девушка, словно испуганный кролик, дрожит всем телом, мужчина не удержался от комментария:

– Ты убийственно милая, – промурлыкал он.

Лия вздрогнула.

“Звучит так, словно если бы вела себя хоть на каплю милее, он бы съел меня, еще и кости бы обглодал...”

Принцесса затаила дыхание, а Ишакан крепко обнял ее, погладив по спине. Острые клыки слегка сжали мочку уха, а затем переместились чуть ниже. Пока мужчина прикусывал и время от времени посасывал чувствительную кожу, девушка ошеломленно моргала, сжимая печенье в руке.

Вдалеке послышался слабый свистящий звук. Куркан замер, нахмурившись.

– Теперь мне действительно нужно идти, – вздохнул он. – Не удивляйся, если Морга появится.

Принцесса вышла из оцепенения. Она впервые услышала это имя, но предположила, что Ишакан, должно быть, имеет в виду длинноволосого Куркана, которого та видела раньше.

– Он умеет колдовать и довольно умело. Характер у него немного странный, но... – мужчина сделал паузу. – В любом случае, мне уже пора.

Большими и сильными руками Ишакан приподнял Лию за хрупкие плечи и коротко, но страстно поцеловал ее. Отстранившись, он закусил нижнюю губу и игриво улыбнулся.

– Я обязательно отплачу тебе за платок. Дождись, и не разочаруешься.

Лия успела только моргнуть, прежде чем Куркан исчез так же быстро, как и появился. Оставшись одна, растерянная девушка медленно опустилась на диван. Печенье вывалилось из ее руки и, упав с глухим стуком, раскатилось по полу.

– Ах... – вырвался запоздалый возглас.

Все это казалось нереальным. Будто огромная волна захлестнула ее с головой и унесла куда-то прочь. Принцесса приложила тыльную сторону ладони к щеке и поняла, что жар лишь усилился. Она медленно глубоко вдохнула и также неторопливо выдохнула.

Разум был полон странных мыслей. Лия старалась сдержать свое сердце, но чувства внутри ревели все громче и громче; клокотали, подобно свежевыловленной рыбе, изо всех сил пытающейся вырваться на свободу. Эмоции были головокружительными. Девушка не могла их контролировать. Слова Ишакана неумолчно звенели в ушах, спутывая сознание.

– Принцесса. – внезапно снаружи донесся голос Мелиссы.

Лию словно окатили ледяной водой, и трепещущее сердце мгновенно успокоилось. К девушке вернулся холодный рассудок.

“Ох, я совершенно забыла про соколиную охоту с Кердиной...”

Мягкие и нежные чувства, подаренные Ишаканом, бессильно улетучились, и их сменило до боли знакомое ощущение. Мрачная тень королевы нависла над бедной Лией. Вновь оказавшись в полуденном кошмаре, девушка бессильно ответила:

– Уже выхожу, – произнесла она, покидая палатку.

***

Кердина закончила приготовления и уже кормила своего ястреба. Вонзив острые когти в толстые перчатки, птица тихо схватила и съела единственный кусок мяса, предложенный хозяйкой. Сытый ястреб охотится не так эффективно – поэтому королева и ограничилась небольшим количеством еды.

– Добро пожаловать, Лия.

Принцесса натянула пару кожаных перчаток, закрывавших предплечья, и открыла клетку своей птицы. Развязав веревку на лапе, она отпустила ястреба, а когда тот выпорхнул наружу, охотники поспешили следом. Колокольчик, прикрепленный к хвосту, позволял легко обнаружить его местонахождение.

Хотя птицы начали в одно и то же время, ястреб Кердины уже значительно обогнал ястреба Лии. Девушка прикусила губу, наблюдая за парящим в воздухе любимцем.

Проводив птиц мимолетным взглядом, королева повернулась к принцессе и улыбнулась.

– Ну что идем?

Поманив за собой служанок, Кердина двинулась вперед прогулочным шагом, а Лия последовала за ней. Если они будут идти достаточно медленно, охотники сами найдут ястребов, а также их добычу, и вернутся.

Мрачный лес, несмотря на холод, оказался наполнен щебетанием птиц. Поправляя подол платья, принцесса пристально посмотрела на мачеху.

“Если, как сказал Ишакан, она – цыганка, то может ли она использовать магию?”

Лия слышала, что очень немногие Томари способны на это. Тем не менее Ишакан не привел бы Куркана, умеющего колдовать, если бы у него не имелось на то веской причины.

Добавление магии к умениям Кердины еще больше бы осложнило ситуацию. Однако Лия и так до сих пор справлялась с большинством проблем.

Девушка переключила свое внимание на служанок. Молчаливые дамы с невыразительными лицами происходили из знатных семей высшего общества и следовали за королевой, словно бесстрастные тени.

Принцесса прекрасно понимала, что мачеха не была благословлена близким кругом друзей. Поскольку королевская семья утратила свой авторитет, служанки, наверняка, тоже в тайне пренебрегали Кердиной. Однако поскольку та не выказывала особой доброты, дамы со страхом следовали за ней. Должно быть, женщина каким-то образом обнаружила их слабости.

Лия неустанно искала слабость самой Кердины, но, к сожалению, ничего не обнаружила.

“Тогда я подумала, что она просто обладает потрясающими способностями налаживания отношений с людьми. Но если здесь замешано колдовство…”

Вещи, о которых задумывалась девушка, начали сходиться воедино... Даже эгоистичный король резко пал, стоило ему принять Кердину в роли супруги.

“А что если его рассудок омрачил вовсе не возраст?”

– ..! – до этого погруженная в мысли принцесса удивилась.

А поразило Лию то, что Кердина, остановившись, посмотрела на нее и мило улыбнулась…

Читать далее

Глава 106. Ты Набрала Вес? (2)

– О чем думаешь? – спросила Кердина. – Нам наконец-то спустя долгое время удалось встретиться, а мы даже не разговариваем.

– Прошу прощения...

– За что ты извиняешься? В конце концов, ты была занята переговорами эти дни, – произнесла женщина, с напускной грустью. – Пожалуйста, помни только, что  не стоит перенапрягаться. Мирный договор не так важен для будущего Эстии.

Лия молчала. Она знала, что Кердине еще есть, что сказать.

– Признаться честно, на мой взгляд это с самого начала было нелепой затеей. Как можно ужиться с варварами? – привлекательное лицо королевы начало искажаться. И без того опущенные уголки глаз, стали еще ниже. Доброжелательная маска треснула и на свет явился ее истинный облик – холодный и суровый. – Такие бестактные и вульгарные...

Резко остановившись, Лия сглотнула. Горло сдавило, а во рту внезапно пересохло. Слова Кердины развеяли сомнения, которые возникли у девушки после званого обеда. Королева с самого начала не хотела вести переговоры.

“Но почему?” – недоумевала принцесса, – “С точки зрения того, что Блейн унаследует трон, подобная позиция совершенно бессмысленна. Ведь мирный договор позволит обуздать влияние Бён Гёнбека…”

Из глубоких раздумий ее вывела вновь заговорившая королева:

– Но, Лия... – внимательно осмотрев девушку, она нахмурилась и продолжила, – Ты набрала вес?

Жалящее замечание ударило словно обухом по голове. Принцессе показалось, как что-то давит на грудь. Бессознательно она вцепилась в юбку платья.

– Как бы ни была занята, тебе не следует пренебрегать чем-то настолько элементарным, не думаешь?

Рука королевы плавно и элегантно взмыла в воздух, а затем мягко погладила бледную щеку принцессы. Хотя со стороны жест выглядел нежным и ласковым, Лия от прикосновения задрожала.

– Надеюсь, ты не разочаруешь меня.

Стоя перед Кердиной, Лия ощущала себя маленькой бессильной девочкой. Пропитанная глубоким чувством беспомощности, она смогла лишь тихо прошептать:

– Я буду стараться. – не в силах встретиться с королевой взглядом, девушка стояла, опустив глаза в пол.

– Зови меня мамой.

– М..мама.

– Да, замечательно, – улыбнулась женщина, видя страх, запечатленный в глазах Лии. – Ты такая послушная. Я хорошо воспитала своих детей, тебе не кажется?

Девушка быстро кивнула в ответ. Увидев это, Кердина расплылась в яркой улыбке и засмеялась. Громкий звон ее голоса эхом разнесся по лесу.

В этот момент сзади послышался шум.

– Наследный принц! – крикнул обезумевший и вспотевший слуга, спеша к ним.

Глаза королевы тут же сузились, и она требовательно спросила:

– Блейн? Что с ним случилось?

Ее спокойный и благородный вид исчез, а лицо посуровело. Сверкнувшие глаза Кердины выбили слугу из колеи, и тот заикаясь проговорил:

– Его высочество ранен.

***

Иерархия среди Курканов была такова: во главе стоял король, а под его эгидой существовало несколько вождей. Те, в свою очередь, являлись предводителями племен, на которые делились жители пустыни уже многие года. Каждому вождю, также как и монарху, давались трехсложные имена. Так, лишь услышав, как зовут Куркана, можно узнать каков его ранг.

*Морга, вождь племени, в жилах которого текла кровь змеи, обладал талантом к колдовству.

Как и цыгане, лишь немногие Курканы имели способности к магии. Морга благодаря этому врожденному дару был признан и поднялся на вершину иерархии. Вдобавок к выдающимся навыкам, он обладал красивой андрогинной внешностью, очарование которой придавал приятный светло-коричневый оттенок кожи. Можно сказать, природа отнюдь не обделила этого мужчину.

Но вот репутация Морги являлась одной из наихудших среди Курканов. Безумство его личности было прямо пропорционально величине выдающихся способностей.

– Хм, марс сегодня в зените, – расслабленный голос продолжал говорить с легкостью, – Фортуна не благосклонна. День будет полон насильственных и агрессивных направленностей. Овен может стать особенно нетерпеливым и склонным к жестокости, так что ему следует быть осторожным.

Повернувшись к своему спутнику, он спросил:

– Ох, а твой знак зодиака случайно не Овен?

– Нет.

– Тогда под каким созвездием ты родился?

– Понятия не имею.

Морга недовольно прищелкнул языком в ответ.

– Не хорошо, Хабан, не хорошо. Смотри под ноги.

– Ах..! – в этот момент Хабан споткнулся о выступающий корень дерева и упал, ударившись о землю с тошнотворным криком.

--------------------------------------------

Прим. пер.:

Да, никакой ошибки нет. В корейском имя “Морга” состоит из трех иероглифов 모르가 и читается как “Mo-reu-ga”. Его имя трехсложно, как и говорилось об именах вождей, просто на русский не передается.

Глава 107. Напряжение (1)

Падение не прошло бесследно – Хабан повредил колено, и на его глаза тут же навернулись слезы. Оставив стонущего от боли мужчину позади, Морга просто спокойно пошел дальше.

Хабан жалобно взглянул на Дженин, но и  та уже убежала вперед. Ему ничего не осталось, кроме как смириться и глубоко вздохнуть от наблюдаемой картины – женщина поравнялась с Ишаканом и посмотрела на него глазами, переполненными преданностью и уважением. Несомненно, она очень верная подчиненная.

Подобно тому, как регулярные нагрузки тренируют мышцы тела, частое использование магии только улучшает способности колдуна. И чем сложнее оказывается получившееся заклинание, тем сильнее становится маг.

К сожалению для окружающих, Морга неустанно работал над развитием своих способностей. Он использовал магию так же легко, как дышал, а целью его всегда оказывались сородичи, находившиеся поблизости.

Поскольку Курканы рождались с высоким сопротивлением к колдовству, успешно наложить на них заклинание было очень сложно. Таким образом, они являлись превосходными подопытными в цепи экспериментов по использованию заклинаний повышенной сложности.

Опасаясь оказаться жертвами беспорядочных колдовских нападок, Курканы постепенно начали отдаляться от Морги. Со временем они и вовсе перестали к нему приближаться.

Единственным, на кого магу так и не удалось наложить заклинание был Ишакан. И перед королем мужчина вел себя учтиво.

“Какой покладистый мелкий змееныш...” – кротость Морги перед Ишаканом еще больше разозлила Хабана.

– Агрх… – прорычал он и ударил кулаком по земле.

Да, тогда Куркан шел быстро и особо не смотрел под ноги. Однако причиной падения оказалась вовсе не его неловкость. Мужчина запнулся о выступающий корень именно из-за заклинания Морги.

И самым отвратительным был тот факт, что как бы заносчиво ни вел себя маг, Хабан не мог даже просто дотронуться до него – настолько были велики навыки этого человека. Куркан не мог не стиснуть зубы от злости.

Не так давно на банкете именно Морга околдовал Бён Гёнбека. Заклинание заставило графа поверить в то, что он сам споткнулся и упал, поскольку был смертельно пьян. И это позволило Хабану сломать ногу дворянину без каких-либо проблем.

После Морга уехал на поиски Томари, и мужчина не ожидал, что они снова встретятся так скоро.

Подавляя боль Хабан встал и, хромая, последовал за остальными, горюя про себя кровавыми слезами.

В лесу уже собралась огромная толпа. Люди, до этого суетливо готовившиеся к охоте, перевели взгляд в сторону Курканов, и на их лицах тут же отразился испуг.

Хабан не обратил на это внимания, ровно как и остальные. Люди всегда боялись их. И этот страх уже стал настолько обыденным, что не вызывал никакого интереса.

Нагнав Моргу, Хабан остановился рядом с ним, неприязненно нахмурившись. Маг очарованно уставился на принцессу.

– Та, о которой я только слышал... – продолжал он смотреть на нее, восхищаясь.

– Цветок Эстии, известный своей необычайной красотой.

– Да. Она прекрасна.

– Ты впечатлен? – спросил Хабан, но не потому, что был заинтересован в ответе, а просто чтобы отвлечься от боли в колене.

Мужчина угрюмо посмотрел на Моргу. Маг же вновь обернулся в сторону принцессы, и выражение его лица на мгновение окаменело.

– …

Глаза Морги широко распахнулись в удивлении, но, встретившись взглядом с принцессой, Куркан поспешно улыбнулся. Когда маг завершил своеобразное приветствие и отвернулся, лицо его было бледным и уставшим. Некогда вальяжный образ полностью испарился.

– Что с тобой?

Однако даже на вопрос Хабана, заметившего резкие перемены в напарнике, Морга довольно продолжительное время не мог дать ответ. Он долго стоял неподвижно, озадаченно размышляя и, наконец, медленно заговорил:

– Что же теперь делать... – промолвил маг, нервно поглаживая подбородок. –  Похоже, все гораздо опаснее, чем я думал.

***

Громкий лай разнесся по округе, когда гончие обнаружили очередную дичь для добычи. Блейн повернулся на шум собак и, вытащив стрелу, прицелился. Следуя взглядом за острым наконечником, голубые глаза осматривали окрестности.

В какой-то момент принц заметил предводителя варваров неподалеку. Тот восседал на самом крупном жеребце, принадлежавшем королевским конюшням Эстии. Им пришлось выделить Куркану именно это животное, просто потому, что лошади меньшего размера не подходили его телосложению.

Продолжая следить взглядом за Ишаканом, принц немного опустил лук.

“Зверь верхом на звере.”

Блейн усмехнулся, проглотив свои мысли. Но какое бы веселье и цинизм парень ни испытал, они тут же исчезли, когда он увидел платок, привязанный к рукояти меча Ишакана.

– …

Блейн знал, кому принадлежала ткань с вышитым на углах золотым узором в эстийском стиле. От прилива ярости его руки задрожали. Принц стиснул зубы и решительно повернулся вперед, вновь поднимая лук и натягивая тетиву. Трясущиеся пальцы отпустили стрелу, однако из-за неустойчивости та отклонилась, со свистом исчезнув в густых кустах.

Секунду спустя по лесу разнесся громкий визг, и из кустов вырвался дикий кабан с большими, острыми бивнями. В глазу его торчала та самая стрела.

Зверь бросился в сторону Ишакана и Блейна...

Глава 108. Напряжение (2)

В этот момент все слуги обнажили мечи и вскинули копья, готовясь отразить нападение. Ишакан вытянул руку в сторону, а Дженин тут же подала ему копье.

Схватив оружие, мужчина, замахиваясь, без колебаний поднял и отвел локоть назад. Крепкие мускулы напряглись и заметно выступили сквозь ткань одежды, туго растянувшейся на теле. Зрачки золотистых глаз сузились и хищно блеснули. От глубокого вдоха широкая грудная клетка раздулась и замерла в таком положении, – Ишакан задержал дыхание.

Не прошло и секунды, как твердое копье из ясеня рассекло воздух, подобно стреле, и пронзило жесткую кожу и плоть животного насквозь, вылетев с другой стороны. Обезумевший кабан, мчавшийся в их сторону, упал замертво.

– ...

Все присутствующие ошеломленно уставились на зверя. Хотя копье и предназначалось для охоты, поймать кабана только при помощи одного его было попросту невозможно. Обычно нескольким людям приходилось объединять силы и нападать, прибегая к помощи гончих собак. Но Ишакан легко справился в одиночку.

Кроме того, копье пробило животное насквозь. Обычному человеку подобное совершенно не по силам. Однако в отличие от ошеломленной толпы, Курканы стояли спокойно с чрезвычайно невозмутимыми лицами. Подобное, казалось бы, бесстрастное отношение еще сильнее испугало народ.

С некоторым запозданием слуги подошли к кабану и потащили мертвую тушу прочь. Ишакан, наблюдая как за зверем образуется кровавый след, заговорил:

– Я бы не поймал его без той стрелы.

Король Курканов посмотрел на Блейна. Его глаза слегка изогнулись.

– Считайте, что это добыча принца.

Вежливая уступка являлась насмешливой. Сказанное подразумевало уверенность Ишакана в том, что позже он сможет поймать сколь угодно подобной дичи, поэтому только что убитый зверь был ему не нужен. Мужчина гордо стоял, наблюдая за реакцией принца.

Лицо Блейна на мгновение исказила гримаса презрения. Искоса посмотрев на Куркана, он холодно заявил:

– Ничья. Эта добыча никому не принадлежит.

Растерянные *ловчие затащили бесхозного кабана в повозку. Блейн взглянул на небо, – серое и облачное,  будто в любой момент мог пойти дождь.

Принц пришпорил лошадь, и та, вздрогнув от резкой “команды”, быстро тронулась с места. Охотничья процессия двинулась глубже в лес.

По мере того как сужалась тропинка, группа растягивалась и выстраивалась в более длинные ряды. И хотя, согласно задумке, для охоты они должны были разойтись в разные стороны, Ишакан следовал за Блейном всю дорогу. Неторопливая погоня медленно разъедала нервы принца. Когда Куркан наконец поравнялся с ним, парень не выдержал и открыл рот. Однако прежде чем слова успели слететь с его губ, рядом раздался низкий хриплый голос:

– Ты сказал мне не желать того, у чего уже есть владелец...

Блейн посмотрел на Ишакана.Ослабив поводья, Куркан продолжал неторопливо говорить:

– Если бы не было владельца, нет, если бы дело касалось вовсе не вещи, тогда разве это не был бы другой разговор?

– В каком смысле?

– В самом что ни на есть прямом. Я выразился максимально точно...

Ишакан на мгновение остановился. В кратком молчании двое мужчин уставились друг на друга.

– У нее нет хозяина, она не вещь. Это означает, что она свободна выбирать, кого захочет.

Ишакан вновь сделал паузу. Уничтожающий обмен взглядами походил на кровавое сражение на мечах. Куркан снова атаковал:

– И в любом случае, на наследного принца ее выбор бы точно не пал… о чем ты так беспокоишься? – он  улыбнулся. – Что, неужели ты планировал совершить кровосмесительный брак?

Раздался пронзительный смех. Ухмыляясь, Блейн взъерошил волосы.    Платок, повязанный вокруг запястья, нежно коснулся его щеки.

Голубые глаза мгновенно вспыхнули безумием, и среди наблюдавших за происходящим слуг раздался сдавленный крик. Причиной тому послужил поднятый принцем лук.

Наконечник стрелы, заостренный точильным камнем, был направлен на Ишакана. Целясь прямо в золотистые глаза Блейн холодно произнес:

– Продолжайте говорить, Ваше Величество.

-------------------------------------------

Прим. пер.:

* Ловчий отвечал за организацию и проведение охот при дворе великого князя/короля/царя. Различались ловчие: охотники, псари, бобровники, сокольники, подлазчики, рыболовы, подледчики (подледный лов рыбы), неводчики.

Глава 109. Предложение (1)

Натянутая Блейном тетива лука наводила ужас. Слуги не осмелились отговаривать его. Чувство тревоги, возникшее из-за того, что вспыльчивый принц и впрямь мог отпустить стрелу, заставило ловчих и охотников вздрогнуть и затаить дыхание.

В этот момент среди парализованных страхом людей раздалось фырканье. Ишакан, не удержавшись, прыснул от смеха, чем ввел остальных в еще больший ступор. Несмотря на то, что его глаз с минуты на минуту могла пронзить стрела, ситуация, казалось, забавляла мужчину. В золотистых очах  заплясали веселые огоньки.

– Можешь ли ты  отпустить тетиву? – высокомерно спросил Куркан. – Малец, который только и может, что прятаться за юбкой матери.

– …!

Рука, державшая тетиву лука дернулась, и дыхание Блейна стало более взволнованным и резким. Наконечник стрелы задрожал, но остался направленным на Ишакана.

– Ты никогда ничего не делал сам. Даже толком не знаешь, чего хочешь. Постоянно безнравственно используешь принцессу в качестве щита. – мужчина погладил подбородок. – Оглянись вокруг, кронпринц. Здесь нет никого, кто вступился бы за тебя, так что ты собираешься делать?

Золотистые глаза переливисто блестели в тенистом лесу. Куркан тихо прошептал Блейну:

– Сможешь пустить в меня эту стрелу?

Блейн заскрежетал зубами, бормоча череду бранных ругательств. И в тот же  момент, когда глаза Ишакана удовлетворенно изогнулись в улыбке, принц сделал то, чего делать не следовало.

Стрела рассекла воздух.

– ...

Блейн тяжело и прерывисто дышал. Поскольку его рука дрожала, он не смог сконцентрироваться на первоначальной цели и промахнулся. Вместо глаза стрела угодила Ишакану в плечо.

Уголки губ Куркана медленно поползли вверх.

Затем все произошло в мгновение ока. Ишакан резко поднял лук и выстрелил в бок лошади принца. Та, заржав, встала на дыбы и резко рванула вперед, а не ожидавший этого Блейн рухнул на землю. Король тут же спрыгнул со своего коня, и, приблизившись, наступил на запястье принца. Послышался звук ломающихся костей, и парень взвыл от боли.

– Ваше Высочество!!!

Лес тут же погрузился в хаос. Слуги Блейна закричали, а рыцари обнажили мечи.

Среди шумных людей только Курканы оставались тихими. Они наблюдали за происходящим безо всякого выражения и эмоций, как будто предвидели эту суматоху. Но когда рыцари бросились вперед, Курканы преградили им путь, не позволяя приблизиться к Ишакану и принцу.

– С дороги!

– Мы не можем этого сделать. Именно наследный принц предложил борьбу за иерархическое доминирование.

– Борьба за доминирование! Какое нелепое и варварское поведение...!

Хабан с ничего не выражающим лицом предупредил буйного рыцаря:

– Иди, если хочешь умереть.

– ...

Курканы, ожесточившись, смерили остальных ледяным взглядом. Хотя там не было и десяти варваров, рыцари испуганно попятились.

В то время как позади продолжалась суматоха, Ишакан выдернул стрелу из плеча и бросил ее на землю. Не обращая внимания на кровь, хлещущую из раны, он схватил Блейна за шею и поднял его.

Принц сопротивлялся как мог, изо всех сил стараясь вырваться. Однако вопреки безнадежным попыткам, его ноги уже оторвались от земли, а лицо стало краснеть, приобретая багровый оттенок. Запястье теперь было вывернуто в неестественном направлении.

Ишакан улыбнулся Блейну, смотревшему в ответ так, словно хотел убить.

– Разве не ты напал первым? – последовал веселый и полный искренности шепот, – Я лишь защищаюсь, принц.

***

Охота закончилась наихудшим из возможных способов.

Блейна увезли обратно в повозке, словно одного из трофейных животных. Когда Кердине сообщили о произошедшем, та тут же примчалась к сыну. От увиденного у женщины будто случился припадок. Позабыв о благородном царственном поведении, она кричала как сумасшедшая.

Многие испугались, увидев обычно добрую и нежную королеву беснующейся. Даже если она вышла из себя из-за травмы сына, ее поведение все равно было странным.

Отчаянно плача, Кердина увидела приближающихся Курканов, посмотрела на них налитыми кровью глазами, а затем уставилась на Ишакана. Он говорил спокойно, глядя на трясущуюся в гневе женщину:

– Всему виной безнравственность.

Уголки губ Кердины приподнялись. С жуткой улыбкой на лице женщина злобно произнесла:

– Ты пожалеешь об этом, король.

Глава 110. Предложение (2)

Так и закончилась охота, произошедшее сильно всполошило дворец. Не зная, как подойти к делу, королевская семья решила пока не проводить судебное разбирательство. Пусть Блейн и оказался тяжело ранен, но обстоятельства сложились довольно непростым образом.

Даже если Ишакан слишком остро отреагировал, принц выстрелил первым. Однако в то же время, по словам сопровождающих, находившихся в тот момент неподалеку, Блейна спровоцировали.

Король Курканов, вероятно, просто воспользовался ситуацией. Из-за действий принца теперь добиться успешного завершения переговоров было невозможно. Вместо того чтобы поддаться провокации Лии, смышленый хитрец использовал Блейна для достижения желаемого.

Единственное, что показалось странным – это причина, по которой принц вышел из себя. Ярость накрыла его с головой именно тогда, когда Ишакан упомянул инцест.

В Эстии разрешались кровнородственные браки для сохранения родословной. Однако прибегать к ним не рекомендовалось. Подобный союз появлялся только в случаях крайней необходимости.

Естественно, у Лии и Блейна не было причин для заключения кровосмесительного брака. Тем не менее, принц все равно набросился на Ишакана, будто тот задел его за больное.

До сих пор принц постоянно мучил Лию, словно считал ее предметом и личным имуществом. Моральное удовольствие, получаемое от унижений сестры, являлось обычным признаком чувства неполноценности и сильной жажды обладания.

“Сказанное тогда в палатке Ишаканом, а теперь и Блейн, ведущий себя так, словно заинтересован во мне… Все это так странно...”  – Лия вздохнула и положила документ, который держала в руке.

“Но какой в этом смысл сейчас? Теперь все кончено...”

На маленьком столике лежала груда бумаг, но те принцессу не интересовали. Девушка выглянула в окно. Там, вдалеке, горели яркие огни, освещающие дворец королевы. Именно там Кердина разместила Блейна и сейчас ухаживала за ним.

Конечно королева ожидала какого-нибудь конфликта во время охоты, но не предполагала, что сын окажется настолько серьезно ранен. Образ мачехи, явно пребывающей не в себе, тут же всплыл перед глазами.

Продолжая сверлить взглядом дворец, Лия задернула штору. Затем, отвернувшись, она медленно приблизилась к дивану и рухнула на него.

– ...

Закрыв лицо ладонями, девушка тяжело вздохнула. С момента возвращения из леса она не могла взять себя в руки. Несмотря на то, что Лия специально осталась в спальне одна, чтобы посмотреть документы, обуздать бушующий разум и сконцентрироваться ей так и не удавалось.

Прямо сейчас было трудно даже упоминать о мирном договоре. Вся тяжелая работа и приложенные усилия закончились ничем.

“Что мне теперь делать?”

Сколько бы ни думала об этом, она больше ничего не могла сделать. Поскольку переговоры закончились таким образом, возможность налоговой реформы также стала неопределенной.

Было бы слишком очевидно, если бы Лия снова попыталась манипулировать Бён Гёнбеком, соблазняя его речами о престолонаследии. Девушка также не могла воспользоваться цыганским происхождением королевы, поскольку у нее не было реальных доказательств.

Принцесса чувствовала себя потерянной. Она так долго кусала губы, что те уже распухли и покраснели.

– ..? – стук в стеклянную дверь балкона вывел девушку из раздумий.

Знакомое чувство. Лия увидела тень, проступающую сквозь занавеску. Медленно встав, она неторопливо пошла вперед. Будто не в силах дождаться того мига, когда та доберется до него, незваный гость все продолжал барабанить пальцами по стеклу.

Отодвинув занавеску, принцесса посмотрела на мужчину по другую сторону тонкой прозрачной двери. И прежде чем успела спрятать свое удивление и сделать вид, что догадалась о его персоне, Лия застыла на месте.

Всегда яркие золотистые глаза сейчас не отливали прежним блеском и лишь тускло смотрели на нее. В этом взгляде отчетливо читалась смесь сострадания, привязанности, печали и гнева. Все чувства были направлены на Лию.

“Почему он так смотрит..?”– не могла понять принцесса.

Увидев ее озадаченное выражение, Ишакан быстро стер поглотившие его эмоции с лица. С привычным озорством он улыбнулся, снова постучав по стеклу.

Лия запоздало открыла засов, и мужчина нетерпеливо шагнул внутрь.

– Что у нас на ужин?

У Лии невольно вырвался смешок. Улыбнувшись, Ишакан притянул девушку ближе, положив подбородок ей на голову.

– Я не успел поесть, потому что был занят, и уверен, ты тоже не ела.

Игнорируя тот факт, что дело, отвлекшее его от трапезы – это ломание запястья Блейну, Куркан, будто ничего не произошло, предложил:

– Пойдем поедим чего-нибудь вкусненького вместе.

Но Лия покачала головой. У нее не было аппетита. Девушка мягко отстранила  мужчину от себя.

– Как твое плечо? – спросила она.

“Я слышала, что Блейн выстрелил в него из лука, но он выглядит вполне здоровым.” – раздумывала про себя принцесса.

– Болит, – нахмурившись, ответил Ишакан.

– ...Сильно?

– Я редко получаю травмы, но из-за тебя меня уже дважды ранили.

Конечно, девушка не была ответственна за то, что Блейн выпустил в него стрелу, но Ишакан и вправду пострадал, посему она слушала его без пререканий.

Куркан нежно провел пальцами по переносице принцессы.

– Ты чувствуешь себя виноватой, Лия? Вот почему мы должны поужинать вместе. Больному для выздоровления необходимо хорошо питаться.

Лия улыбнулась.

“Как, однако, хорошо у Ишакана развита *казуистика. Звучит правдоподобно.”

Но вскоре голову посетила другая мысль и, незаметно для самой девушки, уголки ее губ стремительно опустились.

Переговоры сорваны, и Курканы скоро вернутся в пустыню. Осталось совсем не так много времени, которое можно провести с Ишаканом.

Мысль о расставании заставила сердце странно сжаться. Лия привыкла к тому, что Ишакан ежедневно переворачивает ее жизнь с ног на голову, и теперь его присутствие стало для нее обыденным, а все ненормальное – привычным.

“Смогу ли я вернуться к тому, как было раньше?”

Девушка знала ответ. Это невозможно. Когда она молча посмотрела в пол, то услышала короткий вздох. Ишакан поникшим голосом произнес:

– Все кончено.

Принцесса медленно подняла взгляд. Посмотрев в ее глаза, мужчина неспешно продолжил:

– Случилось, что случилось. Даже если наказания и не последует, рано или поздно король прикажет изгнать Курканов...

Ишакан положил руки на щеки девушки, передавая ей свое тепло.

– Эта страна рухнула бы в любом случае, вне зависимости от исхода переговоров. Перестань цепляться за них и отбрось сожаления.

И он сказал то, чего Лия никогда бы себе не представила:

– Пойдем со мной в пустыню.

Горько-сладкий шепот проник глубоко в ее сердце.

– Будь моей невестой, Лия.

-----------------------------------------------------

Прим. пер.:

Казуи́стика (от лат. casus – случай, казус) – в общеупотребительном бытовом значении под этим термином понимают изворотливость в аргументах при доказательстве сомнительных или ложных идей; крючкотворство; использование умных, но необоснованных рассуждений, особенно в решении моральных вопросов – синоним софистики.

Глава 111. Прости

Лия даже не поняла, что затаила дыхание. И только когда почувствовала, как сердце болезненно сжалось, она, наконец, резко втянула ноздрями воздух.

Шок и удивление опустошили разум. Девушка не могла ни о чем думать; в голове ни единой мысли – словно белый лист. Обнимая онемевшую и оцепеневшую от чувств Лию, Ишакан продолжал шептать:

– Видела когда-нибудь пустыню? Ты даже не представляешь, как прекрасно смотреть на бесконечную полосу золотого песка, тянущуюся в даль.

Свирепые глаза мужчины мягко опустились вниз и с любовью посмотрели на принцессу, опасно притягивая к себе. Та, как зачарованная, уставилась на Ишакана в ответ. Девушка  представила себе песок, простирающийся далеко вперед, подобно водам океана.

“Я никогда не видела пустыню, но, несомненно, она должна быть также прекрасна, как его золотые глаза...” – мелькнула мысль.

– И там не только песок. В самой глубокой части пустыни, где живут Курканы, есть зеленые луга. Если захочешь, я могу посадить там как можно больше твоих любимых цветов.

Его лицо внезапно придвинулось к ней, так близко, что их ресницы соприкоснулись. Полные золота глаза сияли, словно звезды.

– В том месте у тебя будет все, что пожелаешь.

Я сделаю так, чтобы это произошло. – именно такое твердое убеждение слышалось в его словах.

Глаза Лии увлажнились, и она крепко зажмурилась. Отчаяние захлестнуло принцессу, а ноги задрожали так, будто могли подкоситься в любой момент.

К девушке внезапно пришло осознание того, что не важно, лгал Ишакан или говорил правду, теперь для нее это не имело значения.

“И то, и другое хорошо. Даже если это сладкая как мед ложь, и даже если я умру, поверив в это... Я не возражаю.”

Для подобного была только одна причина.

“Ты мне нравишься, Ишакан.”

Слова, которые нельзя произнести, крутились в голове так сильно, что Лия  боялась. Боялась, что они ненароком соскользнут с языка. Девушка плотно сжала губы и уткнулась лицом в грудь Куркана.

По правде говоря, Ишакан понравился ей с первой их встречи. С той самой ночи, проведенной вместе, Лия никогда не забывала его.

Благородную непорочную принцессу испортил незнакомец. Она подпустила его к себе, хотя знала, что это опасно. В конечном итоге невинная личность оказалась разрушена вдребезги.

Но, по иронии судьбы, девушке нравилось ее испорченное “я”. Она получала удовольствие от тех мгновений, когда ей удавалось освободиться от контроля и забыть о порядках.

И сейчас Лию тоже настигло то самое чувство. Принцесса хотела последовать за искушавшим ее мужчиной. Мечтала освободиться от пут бесчисленных ограничений, сковывавших ее всю жизнь. Всей душой желала убежать в пустыню золотого песка, о которой он ей шептал.

Но не могла.

Это было непозволительной роскошью. Родившись под именем Эстии, Лия унаследовала задачи и обязанности принцессы. Даже имея возможность запятнать репутацию королевской семьи собственными руками, окончательно оставить ее девушка была не в состоянии.

От противоречивых желаний голова пошла кругом, отдаваясь пульсирующей болью в висках. Лие пришлось заставить себя успокоиться, прежде чем дать ответ, которого ни один из них не хотел:

– ...Мне очень жаль.

Ишакан молча уставился на нее. Голос девушки был сдавленным, будто она задыхалась, а слова выходили с трудом:

– Я... я не могу бросить Эстию.

Произнеся это, принцесса замолчала. Мужчина долго буравил ее взглядом, но с дрожащих уст больше не слетело ни слова. Когда Лия прикусила нижнюю губу, его лицо исказилось, и скрытые ранее эмоции появились вновь.

– ...Ты, – внезапно раздраженно произнес Куркан. – Ты когда-нибудь думала о том, что ты мыслишь ненормально?

Лия непонимающе моргнула. Голос Ишакана стал громче:

– Твоя преданность Эстии, твой выбор умереть, не сопротивляясь королевской семье..!

Глава 112. Заставь меня скучать по Тебе

Ишакан крепче обнял Лию. На изрядно напрягшихся руках тут же вздулись синеватые вены.

– У тебя действительно ни разу не возникло мысли, что это ненормально?!

Золотые глаза метали искры. Увидев пламенеющую ярость во взгляде Куркана, принцесса ощутила странную смесь замешательства, раздражения и неприятия.

Девушка не понимала, о какой ненормальности говорил мужчина. Всю себя она несомненно должна была посвящать Эстии. Для принцессы действовать в интересах страны – совершенно естественно, ведь это ее долг…

Внезапно нерушимые устои, которые Лия никогда не подвергала сомнению, стали осыпаться, подобно разбитому стеклу. Осколки убеждений, всегда указывавших ей жизненный путь, оказались под ногами всего из-за одного вопроса. Нового, который девушка никогда раньше себе не задавала.

“Действительно ли это то, что я должна делать?”

В момент сомнения зрение принцессы резко затуманилось. Силы тут же покинули и без того слабое тело, а ноги подкосились.

– Лия! – Ишакан в спешке подхватил падающую девушку.

Принцессу словно громом поразило. Голова раскалывалась так сильно, как если бы кто-то ударил по ней увесистой кувалдой. Лия не могла издать и звука. Тяжело дыша и содрогаясь в объятиях Ишакана, она лишь открывала и закрывала рот в немом крике.

К счастью, острая боль оказалась кратковременной. Когда мучительное чувство отступило, принцесса постаралась сфокусировать зрение, но оно все равно оставалось расплывчатым. Немного придя в себя, Лия ощутила влагу на лице и поняла, что плачет.

– Ах... – тихий звук с запозданием вырвался из груди, и девушка подняла взгляд на Ишакана.

Куркан смотрел на нее, плотно стиснув зубы. По какой-то причине, он выглядел так, словно страдал больше, чем сама Лия.

Пошевелиться было трудно, но принцесса смогла высвободить руку и дотянуться до щеки мужчины, чтобы погладить ее. Нежно и ласково, точно так же, как некогда Ишакан успокаивал ее.

Напряженная челюсть постепенно расслабилась. Король медленно закрыл глаза и благодарно потерся щекой о руку Лии в ответ. На какое-то время он задержался в таком положении, а затем быстро повернул голову и поцеловал ее ладонь.

Аккуратно поймав девичью кисть своей рукой, Ишакан продолжил касаться губами бледной кожи. Нескончаемая череда поцелуев накрыла тыльную сторону запястья и неторопливо поднялась вверх до самых кончиков пальцев.

С легкостью подняв Лию, мужчина направился к кровати. Он попытался уложить принцессу, но та лишь крепче прижалась к нему.

Девушка упрямо не хотела отделяться от Ишакана, – точно как избалованный ребенок. Когда она твердо вцепилась в его шею, Куркан коротко вздохнул и сел на край кровати, держа ее в своих объятиях.

Ни один не произнес ни слова. Мужчина прижал Лию к груди, и в наступившей тишине единственным звуком, который они слышали, было дыхание друг друга.

Ишакан размеренно гладил принцессу по спине, а затем сухими и шероховатыми пальцами аккуратно вытер слезы с ее покрасневших глаз, убирая прилипшие к лицу пряди серебристых волос. Сквозь нежные касания ярко ощущалась его привязанность к ней.

Как долго он ласкал ее?

Когда Лия наконец успокоилась, она услышала тихий голос:

– ...Я должен был найти тебя раньше. – вновь вздохнул Куркан, целуя девушку в макушку. – Подумай еще раз, Лия. Я дам тебе немного времени, прежде чем уйду.

– ...

– Чем быть принцессой Эстии или женой Бён Гёнбека, намного приятнее и интереснее стать королевой Курканов.

Задай Ишакан снова этот вопрос, ее ответ остался бы неизменным. Но Лия не осмелилась бы произнести его вслух.

Времени оставалось не так уж много. Больше чем тратить эмоции на бесполезные вещи, принцесса хотела сохранить хорошие воспоминания. Часы, проведенные с Ишаканом, были самыми счастливыми в ее жизни.

Но Куркан уже досконально изучил Лию и видел ту насквозь. Он распахнул дверь сердца, которую девушка изо всех сил старалась запереть. Вцепившись в нее мертвой хваткой, Ишакан настойчиво продолжал пробивать себе путь к истерзанной душе, которая, едва залатав раны, уже смирилась с предстоящей участью.

– Тебе лучше всерьёз подумать об этом. Ты ведь на самом деле не хочешь выходить замуж за Бён Гёнбека, верно? – мрачно спросил избегающую его взгляда Лию. – Ты будешь скучать по мне.

– ...Заставь меня...

Краткий ответ озадачил Ишакана, и тот резко застыл на месте. Принцесса с беспокойством посмотрела на него. Она не привыкла к подобным вещам, поэтому не знала, что делать, но по-своему старалась, пусть и неуклюже. Слегка опустив глаза, Лия осторожно стала приближаться к губам мужчины, внимательно смотревшего на нее.

– И днем.. – прошептала она, нежно целуя его в губы и отстраняясь вновь. – И ночью заставь меня скучать по тебе.

“Оставь мне незабываемые воспоминания, Ишакан...” – моля про себя, девушка молча посмотрела на Куркана.

Золотистые глаза задрожали от созданного принцессой шторма.

– Лия, ты... – взгляд стал свирепым, а голос слегка сердитым. – Ты знаешь, что думает мужчина, когда ему говорят такие вещи?

“Откуда мне знать.”

Губы Ишакана скривились, когда принцесса отрицательно покачала головой. Пока девушка старательно обдумывала, что же такого она сказала, мужчина резко почесал затылок и, выдохнув, произнес:

– Да, тебе не нужно знать.

Быстрым движением он накрыл губы Лии своими. Однако в отличие от легкого и нежного поцелуя девушки, его поцелуй был диким. Куркан прикусил нижнюю губу принцессы, а затем принялся дразнить ее язык, потирая и посасывая его. Он упорно мучил чувствительное небо и отстранился только тогда, когда Лия застонала. Проведя пальцами по ее слегка припухшим губам, Ишакан посмотрел на девушку.

– В будущем не говори так ни с одним другим мужчиной.

Тяжело дыша и стараясь справиться с недостатком кислорода в легких, принцесса вздрогнула, когда Куркан схватил ее за запястье.

– Сюда, Лия.

Медленно потянув девушку за руку, мужчина заставил ее прикоснуться к собственной груди. Ощущение прикосновения к себе было странным; она никогда не делала этого раньше. Губы Лии задрожали. Она не знала, что делать.

Их скрепленные руки спустились с груди принцессы и вместе скользнули вниз по животу. Медленно проникнув между ног, ведущая Лию ладонь остановилась и, слегка надавив сверху, заставила ее сжать лобок.

– Ты сказала, что не хочешь идти со мной... – сказал Ишакан замершей девушке. – Я научу тебя, как делать это в одиночку, без меня.

Глава 113. Обостренные Чувства

От слов Ишакана ее лицо вспыхнуло. Лия даже не могла отказаться, так как соблазнила его первой.

Отодвинувшись к изголовью кровати, мужчина усадил принцессу между своих ног спиной к себе. Прижимая Лию, он наклонился, чтобы аккуратно снять с нее тапочки. Изящные стопы девушки теперь оказались совершенно обнажены.

Когда подол ночнушки плавно заскользил вверх, обнажая стройные бедра, принцесса позвала Куркана по имени:

– Ишакан… – это был робкий протест с ее стороны.

– Смущаешься? – спросил мужчина, проводя губами по ее волосам.

Конечно, она стеснялась. Было бы странно, если бы это было не так. Но Ишакан задал этот вопрос не для того, чтобы получить ответ.

– Может закрыть тебе глаза?

Она не совсем понимала, что он имел в виду, но кивнула головой. В любом случае этот вариант казался лучше, чем если в открытую заниматься теми вещами.

Увидев, что секунду спустя Ишакан вытянул перед ее глазами, Лия потеряла дар речи.

– Это...

– Я получил его, ловя животных.

Куркан небрежно помахал платком, который ранее принцесса отдала Блейну. Почему он держал это в руках? Ишакан улыбнулся ее изумлению.

– Тебе понравился зверь, на которого я охотился?

В тот же миг ее сердце заколотилось, а по и без того пылающему лицу стал распространяться жар. Принцесса резко опустила голову. Ишакан засмеялся и лизнул обнажившуюся кожу ее шеи.

– Если бы я знал, что тебе так понравится, то снял бы с него шкуру и отдал тебе.

– ...Не делай этого. – даже если кожа Блейна имела какую-то ценность, Лия не хотела получать подобный дар.

Вместо ответа на отказ мужчина слегка укусил девушку сзади за шею. Принцесса тут же отстранилась, заводя руку через плечо и отталкивая лицо Ишакана. Ранее ей пришлось прикрывать шею из-за следа укуса, оставленного Курканом в прошлый раз.

“Не хочу снова носить платья с высоким воротом...”

Ишакан поймал протестующую руку и требовательно прошелся по ней языком.

– Закрой глаза, Лия.

Платок мягко скользнул по лицу принцессы, погружая ту в темноту. Тщательно проверяя, не будет ли девушке неудобно, Ишакан ловко завязывал узел у нее на затылке.

– Благодаря тебе я кое-что понял. – вопреки небрежному тону голоса, содержание его речи оказалось довольно необычным, – Я очень ревнив.

Лия удивленно моргнула под платком. Когда ресницы потерлись о ткань, возникло неприятное щекочущее ощущение, поэтому она снова закрыла глаза и спросила:

– Ты?

Он всегда был таким расслабленным и невозмутимым. Откуда у такого красивого и самодостаточного мужчины  в сердце могло зародиться подобное чувство? Это казалось невероятным.

– Тогда днем в лесу было то же самое, – ответил он, окончательно расправившись с узлом.

Ощущение того, что глаза завязаны, заставило Лию почувствовать себя странно; отчего-то пальцы ног невольно поджались. Ишакан притянул девушку к себе и крепко обнял.

– Я не могу представить тебя с другим мужчиной...

Куркан закрыл рот и больше ничего не сказал. Заключенная в его объятия, Лия не знала, как ответить. Она могла только надеяться, что платок полностью скрывал ее покрасневшие уши.

Протянув мощную руку, мужчина обхватил бедро принцессы широкой ладонью. Нахмурившись, он недовольно пробормотал:

– Почему ты не набираешь вес?

Лия притворилась, что не расслышала вопрос. Ей было трудно контролировать диету, ведь Ишакан то и дело подкармливал ее тем или иным. И хотя принцесса продолжала ограничивать себя в еде там, где мужчина не видел, ее аппетит в последнее время значительно возрос.

“И это Ишакан разрушил. Я даже не могу вспомнить, как мое прошлое “я” воздерживалось от приемов пищи.”

К счастью, Куркан не стал заострять внимание на этом вопросе. Принцесса, боявшаяся, что ей придется как-то оправдываться, если он продолжит настаивать, вздохнула с облегчением.

Тем временем Ишакан схватил ее левую грудь, чем сильно удивил ничего не видящую девушку. Лия вздрогнула. Улыбнувшись, мужчина свободной ладонью взял ее руку и поместил на бюст с правой стороны.

– Для начала, потрогай свою грудь. Я же буду касаться другой.

Принцесса поколебалась, а затем подчинилась, украдкой сжимая руку. Над ее ухом послышался тихий смешок, и Лия почувствовала покалывание возбуждения внизу живота. С закрытыми глазами остальные чувства обострились. Даже малейший шорох воротника или случайное касание пальцев каждый раз заставляли девушку вздрагивать. Утопая в усиленных ощущениях она неторопливо подражала движениям Ишакана.

Мужчина нежно погладил ее грудь и ущипнул уже возбужденный сосок указательным и большим пальцами. Повторяя его действия, Лия чувствовала себя очень странно.

Согласно обычаям и этикету королевской семьи, прикасаться к себе считалось аморальным. Принцессу учили, что она не должна предаваться плотской похоти и что ее долг – угождать мужу.

Сейчас Ишакан учил ее нарушать еще одно табу,преступать установленный порядок. Одна эта мысль отозвалась в теле странным ощущением, и невольно спина принцессы прогнулась в форме полумесяца. Приятное чувство покалывало. В наслаждении Лия вытянула ноги, задевая простынь кончиками пальцев. Дрожащие бедра слегка разошлись в стороны, открывая глубокое и потаенное место.

Запрокинув голову на плечо Ишакана, принцесса глубоко вздохнула. Возможно, из-за того, что она ничего не видела, ей было легче раскрепоститься. Простонав, Лия повернула голову в бок и коснулась губами шеи партнера, а свободной рукой принялась гладить и растирать его твердое предплечье. Затем, уже без указаний Ишакана, она ущипнула и потерла свой сосок. Это было приятно.

– Ты очень хорошо справляешься, Лия.

Глава 114. Помни

Голова моментально пошла кругом, словно девушка резко опьянела. Тихая похвала вызвала у Лии приятный трепет. Стоило ей откинуть голову назад и приоткрыть губы, как Ишакан тут же прильнул к ним, будто только и ждал удобного момента. Упоительное чувство было настолько сильным, что принцесса едва не потеряла связь с реальностью, когда мужчина углубил поцелуй и сплелся с ней языками.

– Ах, мхмм...

Пока Лия проливала удовлетворенные стоны, купаясь в сладостном наслаждении, Ишакан, не разрывая поцелуй, потянул ее руку вниз от груди.

Пальцы, всего несколько секунд назад сжимавшие правый сосок, теперь дотронулись до ноги. Куркан провел ладонью девушки по ее влажным от пота бедрам и коснулся мокрого нижнего белья. Смущение, нахлынувшее на принцессу после этого действия, в разы превзошло то, которое она испытала, впервые притронувшись к своей груди.

От невыносимого чувства стыда Лия запоздало попыталась одернуть руку. Но не смогла. Ишакан крепко держал ее кисть, препятствуя сопротивлению.

Плотно прижимая пальцы принцессы сверху, мужчина проник за ткань ее нижнего белья, а затем заставил девушку прикоснуться к себе и ощутить влагу намокшей киски напрямую.

– Хаа, Ишакан...

В сумбурной смеси неловкости и чувственной неги Лия не могла найти себе места. Она то сводила и разводила колени, то ерзала словно на иголках. Каждый раз, когда пальцы проскальзывали вверх по мягкой плоти половых губ, бедра девушки невольно вздрагивали, и под напором этих неустанных ласк начал набухать клитор. Всякое, даже самое невесомое, прикосновение к нему отзывалось очередной вспышкой жара на щеках принцессы; в какой-то момент Лие даже стало казаться, что ее лицо вот-вот расплавится.

Но на этом все не закончилось. Куркан двинул руку еще глубже. Когда кончики пальцев коснулись сочащейся влагой щели девушка громко всхлипнула.

– Теперь ты можешь сделать это сама, Лия? – Ишакан нежно покусывал мочку уха принцессы, тихим шепотом распаляя ее еще сильнее. – Я поласкаю изнутри, а ты потри сверху.

С этими словами Куркан скользнул толстым пальцем по мокрой киске девушки и ввел его в лоно. А побагровевшая от смущения Лия все же последовала указаниям партнера и принялась потирать клитор.

Глубоко и быстро двигая пальцем, Ишакан ловко изгибал его внутри, при каждом резком сильном толчке провоцируя постыдные влажные звуки, разносящиеся по комнате. Принцесса, неловко шевеля рукой, пыталась подстроиться под ласки Куркана, но, как бы ни старалась, ей было трудно поспевать за его темпом.

– Как долго... хааа… мне нужно..?

– До тех пор, пока ты не кончишь. Прикоснись и к своей груди тоже.

Из-за невозможности видеть Лия испытывала небольшие трудности в точности движений. Однако теперь, благодаря излишней обходительности Ишакана, положившего ее руку куда надо, девушка одновременно касалась груди и клитора.

– Ты умная принцесса, так что сможешь сделать то, чему я тебя научил, верно?

Если бы не платок, Лия, определенно, смерила бы Куркана негодующим взглядом. Сейчас же она находилась в полной темноте, и даже простое движение пальцами требовало определенной концентрации.

Принцесса вернулась к ласкам клитора, вновь вздрагивая всем телом, а Ишакан, сам подстроившись под ее движения, продолжил ублажать ту изнутри. Туман стыда и удовольствия полностью застелил разум Лии, отчего голова пошла кругом еще сильнее.

Проведя языком по ушной раковине партнерши, Куркан шумно вдохнул.

– Да. Ты хорошо справляешься, – прошептал он.

Девушка почувствовала, как за ее спиной постепенно твердеет нечто горячее. Возбуждение Ишакана моментально разожгло пожар в теле принцессы, и та сильно задрожала.

В кромешной темноте все звуки и ощущения многократно усилились и стали еще ярче. Лия даже не заметила, как к движущемуся внутри пальцу прибавился второй. Пронзающее влагалище движение с каждым толчком становилось все более и более невыносимым. Чем дольше влажный звук терзал уши принцессы, тем сильнее стучало сердце и нарастало удовольствие.

Покалывание в животе усилилось, а жар в лоне достиг максимально высокой отметки.

– Хммхм...

Лия застонала и начала быстрее тереть клитор, слепо следуя инстинкту, гонящемуся за бо́льшим наслаждением. Ишакан тем временем широко раздвинул ее ноги рукой и, зафиксировав в таком положении, внимательно наблюдал за каждым движением девушки.

– Запомни это отчетливо. – раздался приглушенный голос над ухом.

Еще один палец скользнул в лоно Лии. Повысившееся чувство растяжения вызвало во всем теле дрожь оглушительного удовольствия. Принцесса застонала вновь. Пальцы, терзающие нутро, задвигались быстрее, жестче и интенсивнее, а рука, потирающая клитор, стала еще нетерпеливее.

– Что ты делала со мной в своей постели.

– Мхм, да, ах... Ишакан, ммм...!

– Каждый раз лежа на кровати и прижимая к себе одеяло... ты будешь вспоминать все, чему я учил тебя в этот момент.

Низкий голос шептал, пронзая уши:

– Никогда не забывай об этом, Лия.

В этот момент спина девушки выгнулась дугой. Все ощущения, собравшись воедино, вспыхнули жарким пламенем, раздаваясь напряжением во всем теле и заставляя влагалище сжаться в исступлении. Крепко зажмурившись, принцесса увидела белые искры перед глазами.

– Аххх...!

Задрожав, Лия достигла первого оргазма.

Глава 115. Невинная Принцесса

Пока отзвуки яркого оргазма сотрясали тело Лии, Ишакан медленно перебирал пальцами внутри, не торопясь доставать их из сокращающегося лона. Спустя время, когда хриплые стоны принцессы стихли, а дыхание несколько нормализовалось, мужчина все-таки освободил влагалище, а затем искусно развязал узел платка, скрывающего глаза партнерши.

Мягкая ткань скользнула вниз, и к девушке вновь вернулась способность видеть. От открывшегося перед ней зрелища той хотелось зарыдать в голос. Большая рука Ишакана, поглаживающая белое бедро Лии, была полностью покрыта пролитой ею жидкостью.

Поняв, на что именно смотрит принцесса, Куркан намеренно переместил руку обратно к ее киске. Он провел тыльной стороной ладони по мокрым половым губам и, услышав хлюпающий звук, молча улыбнулся.

Ишакан, казалось, вынуждал Лию признать деяние, совершенное ею. Слова никак не шли в голову, и принцесса лишь поджала губы. Безусловно, ей было приятно и все завершилось тем, что она бурно кончила.

В этот момент девушка вспомнила о члене, упиравшемся в спину. Подогнув под себя ноги, она резко развернулась к Куркану лицом. Сидя на коленях между голенями мужчины, Лия посмотрела вниз, – передняя часть его штанов значительно выпирала.

Ишакан, судя по всему, и не собирался этого скрывать. Вальяжно откинувшись на спинку кровати, он хищно облизывал принцессу развратным взглядом.

Пламенеющие страстью золотистые глаза восхищенно осматривали каждый кусочек тела Лии. Вскоре Куркан встретился взглядом с принцессой и медленно расплылся в улыбке. Хотя Ишакан и не сказал вслух, чего хочет, он предельно ясно дал это понять.

Его глаза были полны желания. Он хотел вонзить в нее свой затвердевший член, жаждал увидеть, как Лия будет плакать и умолять, изнывая в нескончаемых оргазмах.

Садистские нотки в его взгляде казались девушке скорее игривыми, чем пугающими. Она сглотнула. От предвкушения в нижней части живота возникло зудящее чувство.

Придвинувшись ближе и устроившись между бедер Куркана, Лия положила руки ему на грудь. Она провела ладонями по плотным мышцам грудной клетки, широким плечам и большим предплечьям, а затем, взявшись за край рубашки, стянула ее с него, обнажая гладкую смуглую кожу. Мужчина спокойно наблюдал за действиями принцессы.

– Ишакан.

По началу ей было трудно разомкнуть губы, но потом говорить стало легче. Лия собралась с духом:

– Я хочу, чтобы тебе тоже было хорошо.

Принцесса желала подарить Ишакану воспоминание о себе, надеясь, что он также будет думать о ней днями и ночами. Медленно поглаживая обнаженный торс, Лия задала вопрос:

– Как мне это сделать?

Золотые глаза по-необычному сверкнули. Взгляд дикого зверя был устрашающим, но принцесса не избегала его. Ишакан, пристально смотревший на нее, внезапно вздохнул:

– ...Хаа.

Он облизнул губы и с беспокойством в голосе произнес:

– Ты действительно... продолжаешь говорить опрометчиво.

Большая рука нежно обхватила подбородок Лии, просунув указательный и средний пальцы ей в рот. Глаза Куркана сузились. Исследуя пальцами внутреннюю сторону маленького рта, словно желая что-то проверить, он пробормотал:

– Знаешь, о чем я только что подумал? Если бы ты могла заглянуть в мою голову, то сейчас же убежала бы из спальни.

Вытащив влажные пальцы, Ишакан сжал ее сосок и лукаво ухмыльнулся.

– Сделай это своим ртом.

Немного запоздало поняв, что он имел в виду, Лия медленно опустила взгляд. Мужское достоинство так увеличилось в размерах, что казалось еще чуть-чуть и ткань штанов порвется.

Девушка нерешительно ослабила поясной ремень и сняла с Куркана брюки. Когда она осторожно потянула вниз нижнее белье, напряженный член, наконец освободившись от сковывающей ткани, моментально поднялся ей навстречу.

“Это...?”

Сбитая с толку, принцесса уставилась на массивное мужское достоинство перед собой. По всему стволу четко вырисовывались вены, а влажный кончик блестел от вытекающей из него жидкости. Все это выглядело так... вызывающе.

Хотя на днях Лия ласкала член руками, ей и мысли не приходило взять его в рот.

“Он вообще войдет?” – задавалась вопросом она.

Принцесса подумала, что это невозможно, поскольку член выглядел еще больше, чем раньше.

Улыбаясь и поглаживая подбородок длинными пальцами, Ишакан наблюдал за колеблющейся Лией.

– Сможет ли это сделать невинная принцесса?

Лия решительно вздохнула. Положив ладонь на твердое мужское бедро, девушка моментально ощутила, как под той дернулись и напряглись крепкие мышцы. Второй рукой она взяла горячий ствол и, наклонившись, обхватила губами головку. Та оказалась такой большой, что принцессе пришлось раскрыть рот как можно шире.

“Это все-таки трудно.” – подумала Лия, но решила продолжить старания из-за приятного стона, донесшегося сверху. Когда она, как кошка, лизнула кончик члена, Ишакан снова улыбнулся.

– Возьми его поглубже.

Следуя просьбе, девушка попыталась сильнее заглотить член. Однако не успел он войти и на треть, как кончик уже уперся в небный язычок. Твердый мужской орган заполнил рот, и принцесса подавилась. На ее глаза тут же навернулись слезы. Ишакан погладил Лию по плечу и прошептал:

– Не переусердствуй...

Но из-за пламенного жара, звучащего в тихом голосе, она не могла сдаться. Принцесса принялась энергично посасывать член, стараясь взять его как можно глубже.

Серебристые волосы водопадом рассыпались по спине и плечам Лии, скрывая ее от глаз партнера. Нежным касанием Ишакан перекинул шелковистые локоны на одну сторону, а затем и вовсе аккуратно собрал их в кулак, открывая лицо девушки. Взглянув на нее, он тут же застонал:

– Ахх, мм…

Жаркое дыхание слетело с его губ, а острые золотистые глаза приобрели красноватый оттенок.

– Хаа, Лия… Почему ты такая соблазнительная...

Ишакан мучительно нахмурился. Словно не выдержав, он запрокинул голову назад, испустив глубокий, гортанный рык.

Глава 116. Вина

Наблюдая за этой сценой, Лия сама несколько разволновалась, поэтому стала лизать и сосать член еще усерднее. Ускорившийся темп выбил из легких Ишакана протяжный низкий стон, и мужчина бессознательно качнул бедрами вперед, стремясь проникнуть еще глубже.

– Ах, кккх, я скоро кончу... – хрипло сказал он, глядя вниз.

Вид представший перед Курканом возбуждал еще сильнее, – принцесса смотрела на него снизу вверх, а ее щеки распухали всякий раз, когда мужское достоинство скользило по губам внутрь.

– Лия, ты чересчур сексуальная, я правда не могу устоять.

Мужчина схватил девушку за волосы, останавливая, и, взяв член свободной рукой, начал водить ею вверх-вниз. Закрыв рот, принцесса застыла на месте.

Лия не могла оторвать глаз от Ишакана. Образ мужчины, опьяненного сексуальным желанием и обнажающего самую потаенную и истинную часть своей природы, был очень пылким и впечатляющим.

Издав короткий стон, Куркан тихим голосом попросил:

– Открой рот.

Лия медленно распахнула губы. Коснувшаяся ее языка головка члена интенсивно пульсировала. Мужской орган дрогнул, и в ту же секунду густой поток спермы стал заполнять рот девушки.

– Хааа... ха... – Ишакан жадно глотал воздух.

Вслед за расширяющимися и сужающимися легкими его грудная клетка быстро поднималась и опускалась в такт движению. Как и партнер, Лия тоже испытывала трудности с учащенным дыханием. Пытаясь осторожно привести его в норму, она продолжала смотреть на мужчину.

С самой их первой встречи Куркану нравилось кончать в нее. Точно как животные метили свою территорию, он словно хотел оставить свой след на принцессе.

Пока Лия держала вязкую жидкость во рту, теплые мужские руки всюду гладили ее тело. Наконец, Ишакан нежно ощупал покрасневшие и припухшие уголки губ,  а затем стер попавшую на них сперму.

– Выплюнь сюда.

Принцесса послушно выпустила семя ему на ладонь. Когда смешанная со слюной липкая сперма скопилась в углублении, Куркан свободной рукой повалил девушку на спину и вылил жидкость на ее лобок. Набрав немного на палец, он вставил его глубоко в лоно Лии.

Ишакан продолжил бесстыдно размазывать свое семя по темно-розовой нежной плоти. Он проводил пальцами по влажным половым губам, а затем вновь и вновь проталкивал сперму внутрь девушки. Несмотря на то, что мужчина только что кончил, его член снова налился кровью и увеличился в размерах.

Схватив стройные белые икры смуглыми руками, Куркан широко раздвинул их в стороны. Толстый половой орган потерся о безволосый лобок и стал входить в лоно принцессы.

– Аххх..! – Лия выгнула спину.

Хотя Ишакан подготовил ее влагалище и растянул его пальцами, девушке все равно оказалось трудно принять мужское достоинство сразу.

Но тем не менее удовольствие было намного сильнее боли. Когда член мучительно расширил внутренние стенки, с уст девушки сорвался задыхающийся стон. Куркан наклонился и обнял задрожавшую принцессу.

– Ха... Лия, Лия...

Ишакан припал к губам девушки и тут же углубил поцелуй. Он жадно вобрал язык Лии и пососал его; а затем нежно укусил ее подбородок и лизнул щеку, когда начал плавно двигать бедрами.

– Ах, Ишакан, подожди...!

Нахлынувшее удовольствие застелило разум. Король не поддержал просьбу принцессы и лишь резче толкнулся вперед. Его бедра так громко хлопнули по ее ягодицам, что кожа Лии покраснела.

Громко застонав девушка посмотрела на партнера. Ровно в тот момент, когда она встретилась с ним взглядом, все остальное исчезло вдали. Не в силах справиться с нахлынувшими эмоциями и глубокой привязанностью к принцессе, Ишакан открыто выражал свои чувства.

– Лия... – послышался опьяненный жаром шепот. – Беги со мной, прошу...

Лия моргнула. Она была напугана. Боялась сейчас случайно сказать “да” даже в стоне наслаждения.

– Я возьму на себя ответственность за все, так что пойдем со мной в пустыню...

Он обхватил лицо Лии ладонями, нежно зарываясь пальцами в серебристые локоны, и продолжил говорить:

– Если кто-нибудь спросит…

С чавкающим звуком мужское достоинство проникло глубоко внутрь. По телу Лии тут же прошли мурашки, и она издала похожий на крик стон. Смотря на изнывающую в огромном удовольствии девушку, Ишакан опаляющим голосом произнес:

– Скажи, что я похитил тебя и опорочил…

Мужчина отчаянно выдохнул. Золотистые глаза пристально смотрели на Лию. Ишакан приподнял девушку за талию.

– Что король Курканов совершил “Похищение Невесты”... и что заставил тебя обручиться.

Принцесса, отчаянно борясь с желанием сердца, продолжала плакать и стонать, ощущая как он пронзает ее. Сквозь всхлипы она снова и снова выкрикивала его имя, а затем каждый раз поспешно изо всех сил кусала губы. Девушка чувствовала, что если бы между этими действиями помедлила хоть на секунду, то непременно сказала бы, что хочет последовать за ним.

– Ты... просто вини во всем меня... –  Ишакан поцеловал извивающуюся под собой принцессу. – Тебе не нужно ни за что брать ответственность, Лия.

Глава 117. Ты хорошо лжешь

Проглотив слезы, Лия шумно выдохнула. Это было жестокое и вместе с тем сладкое предложение руки и сердца. Ни одна другая женщина в мире никогда не получала подобного.

Но девушка не могла ответить.

Встретившись с ее молчанием, Ишакан лишь горько улыбнулся. Вид его потускневших глаз заставил сердце Лии болезненно сжаться. В надежде хоть как-то утешить мужчину она торопливо  поцеловала его.

Неумело облизнув губы партнера, принцесса скользнула языком внутрь.  Острые зубы, словно приветствуя, слегка прикусили нежную плоть, а затем позволили ей пройти дальше. Втянув язык девушки, Куркан принялся дразнить его, посасывая и сплетаясь с ним в страстном танце, а затем привычным движением втолкнул его обратно в рот Лии и продолжил свою игру уже там. Волнующий душу поцелуй был ласковым и грубым одновременно. Он словно воплощал в себе сам характер Ишакана.

Когда их губы разомкнулись, мужчина уставился на принцессу:

– Ты... – хрипло прошептал он, – не всегда честна.

Золотые глаза были полны озорства. Куркан прикусил кончик носа девушки и легко вздохнул.

– И хорошо лжешь.

Лия ничего не сказала, но, похоже, Ишакан уже знал. Знал, что она чувствует и какой ответ хочет дать.

На этом разговор закончился, и мужчина закинул ноги принцессы себе на плечи. Из-за значительной разницы в размерах их тел, корпус Лии оказался приподнятым с кровати практически наполовину. В этом положении член проник еще дальше.

– Ахх...! – глаза Лии расширились.

Когда Ишакан навалился сверху, бедра принцессы практически вплотную прижались к ее животу, а голени, скользнув вперед по его плечам, с дрожью повисли в воздухе. В тот момент, когда мужское достоинство медленно вошло глубоко в нее, волнующий жар распространился от нижней части живота и пробежал по всему телу девушки.

Лия издала короткий стон и резко согнулась в спине. От этого движения позвонки вдоль ее позвоночника стали выпирать еще отчетливее. Но неудобное положение тела быстро заставило девушку откинуться обратно на простыни, а снисходительный до этого Ишакан начал безжалостно вбиваться в нее.

Внезапная волна мощного оргазма обрушилась на принцессу. Пребывая в исступлении она протянула руки вверх и, обвив шею Куркана, прижала того к себе. Голова непроизвольно запрокинулась назад, и Лия взмолила дрожащими губами:

– Ишакан, я то… я только что кончила...

Ее внутренности сильно намокли, так что мужчина наверняка знал об этом, и тем не менее он, не останавливаясь, продолжил раскачивать поясницей. Девушка действительно думала, что умрет. Царапая его спину ногтями, она отчаянно заговорила:

– Ха… Тяжело... хнн, аах, я больше не могу...

– Устала?

– Да.. ммм... я устала… Давай немного отдохнем....

Куркан улыбнулся и сильнее пошевелил талией.

– Ты отличная лгунья, должен ли я тебе поверить?

Лия никогда не врала о подобном, и в то же время нельзя было сказать, что Ишакан беспочвенно клевещет на нее. Взгляд девушки постепенно затуманился. Изо рта вырывались лишь приглушенные сдавленные стоны.

Принцесса чувствовала, как с уголков губ стекает слюна, но проглотить ее попросту не могла. Окончательно вымотавшись, она обессилела, и руки девушки безвольно упали с шеи Куркана.

– Аххх, ааааа…!

Лия снова кончила. Мужчина подхватил обмякшее тело и обнял его. Большие предплечья крепко обвили спину девушки, в то время как широкие ладони ловко скользнули под ее шею, аккуратно придерживая. Цепкий взгляд внимательно осматривал дрожавшую в изумлении принцессу.

Все также наблюдая за Лией и продолжая держать ту в своих объятьях, Куркан встал с кровати. В душу беспомощно повисшей девушки закралось смутное подозрение, и она содрогнулась, но мужчина лишь крепче обнял ее.

Легко подхватив принцессу одной рукой, Ишакан прижал ее к стене. Холод камня моментально передался телу девушки, а ноги безвольно качнулись в воздухе. Лия даже не успела шокироваться тому, что занимается сексом стоя – сейчас весь ее разум был сосредоточен на страхе упасть на пол. Она инстинктивно обвила бедрами талию Ишакана. Стоило Лие изо всех сил сжать их, как мужское достоинство снова пронзило ее лоно, будто только этого и ожидало.

Горячий, огромный член входил в девушку, и каждый толчок эхом разносился по комнате непристойными звуками. Тело Куркана бешено раскачивалось в такт яростным движениям, он неистово вбивался во влагалище партнерши, стараясь проникнуть как можно глубже. Груди Лии также резко подпрыгивали, а соски терлись о мускулистую грудь Ишакана.

– Хааа... мхм... аа..!

Хотя принцесса уже несколько раз кончила, она снова почувствовала покалывание в нижней части тела. Меж половых губ тут же брызнул поток жидкости. Лия чувствовала, что сходит с ума. Картинка перед фиолетовыми глазами размылась, а в уголках ее век собрались слезы и тонкими дорожками потекли по щекам.

– Произнеси мое имя. – горячий язык слизнул бегущие слезы. – Ты должна помнить, с кем ты это делаешь.

Единственный, на кого Лия могла положиться и кому могла довериться – мужчина, стоявший перед ней. Из последних сил она обняла Куркана и в вихре страха и удовольствия произнесла его имя:

– Ах, Ишакан...

Чувство удовлетворения вспыхнуло в золотистых глазах, когда девушка вжалась в его тело еще сильнее.

– Молодец... хааа... Лия...

Зубы Куркана впились ей в шею, причинив острую боль, и принцесса громко вскрикнула.

– Ах, Ишакан, хаа...хнн!

Толстая, твердая плоть глубоко вошла в чувствительное лоно и в тот же момент  горячая жидкость стала заполнять внутренности девушки. Конечности Лии непроизвольно содрогнулись на пике неописуемого удовольствия, и даже после того, как ее тело обмякло, пальцы рук и ног все продолжали трястись.

Пока принцесса терялась в неукротимом оргазме, пытаясь вернуть себе самообладание, Ишакан вновь задвигал немного размягшим членом внутри нее. Он словно старательно втирал свое семя в ее влагалище. Все также находясь в тумане чувственной кульминации, Лия отчаянно застонала.

Глава 118. Пришло время узнать

– Ах...

Внутренности Лии уже были полностью пропитаны спермой. Девушка не понимала, чего еще хотел добиться Ишакан продолжая двигаться в ней. Перед глазами все плыло, а дыхание давалось с трудом. Цепляясь за последнюю ниточку сознания, принцесса изо всех сил старалась ее не потерять. Она сосчитала, сколько раз Куркан эякулировал, и пришла в отчаяние.

Всего дважды... В этот раз Лия совершенно не желала падать в обморок, но Ишакан никогда не останавливался до тех пор, пока не достигал полного удовлетворения.

Так было каждый раз, когда они занимались сексом. Даже когда Лия со слезами умоляла его, говоря, что больше не может, Куркан нежно ласкал ее и утешал, продолжая проникать в лоно, в конечном счете, заставляя девушку стонать до потери сознания.

Принцесса беспомощно окликнула мужчину:

– Ишакан…

– Да, Лия.

Девушка пробормотала первое, что пришло в голову, чтобы помешать партнеру снова соблазнить ее:

– Я хочу есть. – выпалила она, особо не надеясь на какой-то эффект.

Однако ненасытный мужчина, которого, казалось бы, никакие мольбы не могли убедить отпустить ее, остановился. Прямые густые брови раздосадованно изогнулись.

– ...Черт, – сказал он, нахмурившись. – Если подумать, ты ведь даже не поужинала.

Ишакан с озадаченным выражением лица внимательно осматривал тело Лии. Он словно хотел убедиться, не похудела ли она еще больше от того, что снова голодала.

Тихо вздохнув, Куркан вытащил член. Когда заполнявшая нутро жидкость потекла наружу, Лия издала невнятный стон. Густая сперма, смешавшись с любовным соком девушки, покатилась вниз, покрывая красные припухшие половые губы и бедра принцессы.

Взяв в руку край хлопчатобумажной простыни, Ишакан аккуратно вытер Лию, а затем наспех очистил мужское достоинство. Вскоре, откинутое ранее одеяло, следуя за крепкой хваткой мужских пальцев, быстро заскользило по кровати. Куркан плотно обернул его вокруг девушки и произнес:

– Ты должна была сразу сказать, что голодна...

Лия произнесла это без причины, а Ишакан, похоже, решил, что она находится на грани голодной смерти. Тем не менее, благодаря сложившейся ситуации теперь девушка могла расслабиться. С этого момента дрейф полубессознательного транса подхватил ее разум, и принцесса слушала шепчущего ей о чем-то короля вполуха.

Ишакан просил ее поехать с ним во дворец, где остановились Курканы, и поужинать. Заверял, что о кровати беспокоиться не нужно и что он пришлет кого-нибудь привести тут все в порядок. А также обещал доставить Лию обратно до восхода солнца.

Вздыхая, принцесса только кивала в ответ. Она была не в том состоянии, чтобы внимательно слушать.

***

В объятьях Ишакана Лия прибыла во дворец, где временно поселились Курканы.

В тот момент у девушки даже не было сил поднять веки. Она задремала в руках короля и проснулась только когда мягкий голос позвал:

– Лия.

Одновременно с прозвучавшим именем, теплое касание легло на ее лоб. Нахмурившись от щекочущей ласки, принцесса открыла глаза. Она лежала на кровати, а перед ней стоял поднос, полный тарелок с едой.

Груда разнообразных блюд, когда-то заставляющая задуматься о том, кто сможет осилить все это, уже не удивляла. Однако одна проблема все-таки присутствовала. Лия хотела есть, но вот сил на это у нее не было. Наблюдая, как она с тревогой смотрит на тарелки, Ишакан нежным голосом спросил:

– Покормить тебя?

Девушка кивнула, и мужчина немедленно принялся за еду, будто только и ждал разрешения. Словно маленький птенец Лия открывала и закрывала рот, с закономерной периодичностью пережевывая все, что Куркан давал ей.

На самом деле, принцесса ужасно устала и едва могла приоткрыть глаза, поэтому не обращала внимания на то, что ела. Она просто принимала и поглощала пищу. Лия съела уже довольно много, прежде чем вспомнила о необходимости сократить свой рацион. Ишакан не смог сдержать короткий смешок. Он открыто улыбнулся и прошептал:

– Думаю, в следующий раз мне придется сначала покормить тебя.

Мужчина хотел еще подразнить принцессу, но побоялся, что она откажется открыть рот, поэтому больше ничего не сказал и продолжил кормить ее.

После столь долгой трапезы Лия почувствовала сонливость еще отчетливее и, позабыв об этикете, широко зевнула. Прижавшись чуть ближе к Ишакану, она пробормотала:

– ...Cпать...

– Хорошо. Ты съела больше, чем обычно.

Король махнул рукой, и кто-то забрал поднос с оставшейся едой. Принцесса лениво поерзала, устраиваясь поудобнее. Чувствуя тепло Ишакана, она начала терять способность бороться со сном. Мужчина нежно положил руку на голову девушки, мягким жестом прислоняя к себе.

– Возвращайся ко сну, Лия. Я доставлю тебя обратно в целости и сохранности.

Низкий голос был спокойным и убаюкивающим. Слушая тихий смех, прозвучавший чуть позднее, принцесса постепенно погрузилась в глубокий сон. Все это время Ишакан плавно гладил Лию по серебристым волосам и, убедившись что та окончательно окунулась в мир Морфея, медленно выдохнул.

– ...

Потянувшись к прикроватному столику, мужчина схватил сигару. Он зажег ее об угли в курильнице и, положив в рот, сделал затяжку. Золотистые глаза, которые до сих пор были теплыми для Лии, погрузились в зловещий холод.

– Хабан.

Прятавшийся в тени

Хабан бесшумно вышел из укрытия и, приблизившись к королю, пал ниц, преклонив колено. Ишакан выдохнул облачко дыма и приказал:

– Позови Моргу сюда.

Пришло время выяснить, что случилось с Лией.

Глава 119. Преданность Эстии

– Ты и у Ишакана спросишь, какой у него знак зодиака?

– Не мели чепуху, Хабан.

Мужчина быстро прикрыл рот рукой в ответ на упрек Морги, пряча улыбку. Не обращая внимания на веселость собеседника, вождь вытер тыльной стороной ладони холодный пот, проступивший на лбу от волнения.

Обычно он стал бы мучить Хабана различными заклинаниями, но в данный момент был совершенно не в настроении этим заниматься. Морга аккуратно завязал длинные волосы на затылке и сделал глубокий вдох. Завершив приготовления, он вошел в спальню короля.

В самой дальней части комнаты на широкой кровати сидел крупного телосложения мужчина. Одной рукой он прижимал к себе сверток толстого одеяла, а другой держал сигару.

Мужчина неторопливо сделал затяжку и затем также медленно выпустил дым. Серая густая субстанция уже заполнила все помещение, и хотя листовой табак предназначался для подавления животной природы Куркана, в его глазах не было и намека на расслабленность. Уж слишком яро в мужчине бурлили эмоции, чтобы на него это подействовало. Золотистые глаза пронзительно уставились на вошедшего.

– Ишакан. – вождь склонил голову в знак уважения.

– Морга, – медленно произнес мужчина.

Названный медленно поднял голову и на секунду забыл, как дышать. Он увидел человека, которого король бережно держал в объятьях.

Маленькая девушка, завернутая в белое одеяло, была ослепительна. Бледная кожа и хрупкое телосложение создавали впечатление, что стоит прикоснуться, и принцесса Эстии тут же растает подобно снежинке, пойманной в ладонь.

Морга уставился на нее. Определенно, принцесса была красива, и, как ни странно, всегда притягивала взгляды людей.

Вождь вспомнил ее образ, увиденный во время охоты. Безэмоциональное, точно кукольное, лицо идеально сочеталось с сумраком серо-зеленого леса. Даже безразличные, ничего не выражающие фиолетовые глаза были прекрасны.

Но та же самая принцесса теперь спала самым мирным сном. Ее щеки раскраснелись, и она полностью отличалась от той холодной фигуры из леса. Девушка казалась совершенно другим человеком.

Глядя на ее беззащитные слегка приоткрытые губы, Морга мог понять, почему Бён Гёнбек был так одержим ею.

“Если даже такой бездушный человек проявляет немного дружелюбия... О, нет.”

Мужчина быстро поймал бесконтрольно просочившиеся сквозь поток сознания мысли и избавился от них. Если бы Ишакан узнал, о чем он думает, то немедленно разорвал бы его на куски.

Морга не хотел ничтожной преждевременной смерти. Блестящий колдун со светлым будущим, желавший еще долго оставаться вождем своего племени, поспешно перечислил в голове двадцать пять формул лекарственных трав в обратном порядке.

Так он вернул самообладание. Кашлянув, Морга произнес:

– Вдыхать дым – не опасно. Тем не менее, листовой табак ядовит, не вздумайте жевать его во рту. Убедитесь, что только вдыхаете дым.

– Знаю.

Морга коротко кивнул и подошел к кровати, а Ишакан, слегка отодвинув одеяло, вынул руку принцессы.

“Даже тонкие линии вен, просвечивающиеся сквозь ее кожу, элегантны.”

После секундного восхищения вождь осторожно взял руку Лии. Он достал стеклянный флакон и капнул немного зелья ей на запястье.

Прозрачная, как роса, жидкость начала быстро чернеть на бледной коже, а затем задымилась и, потрескивая, рассеялась в воздухе. Пусть и выглядело все зловеще и ядовито, для Лии это не представляло никакой опасности. Когда Морга посмотрел на чистое запястье, на котором не осталось никаких следов, он нахмурился.

– Не могу разобрать до конца, но... теперь я уверен. – твердо произнес мужчина. – Принцесса подвергается мощной промывке мозгов.

Преданность Эстии

“Похоже, на нее наложены и другие чары, но поскольку они все замысловато переплетаются друг с другом, единственное, что можно подтвердить прямо сейчас, – это самое сильное заклинание, действующее на ее разум.”

– Промывание мозгов основывается на собственных идеалах человека. Принцесса любит Эстию, и, по всей видимости, из этого чувства заклинание и взяло начало.

Посаженное в разум небольшое семя “промывки мозгов” с течением времени разрасталось и становилось все крупнее,  пока не заставило принцессу поставить страну выше собственного благополучия. Отсюда же появилась и привязанность к королевской семье. Ведь Эстия может существовать только когда существует правящий род...

– Поскольку заклинание продолжало действовать долгое время, оно, вероятно, настолько опутало разум принцессы, что она просто не может отличить собственные мысли от навязанных. – голос Морги был напряжен. – Но если вы опрометчиво избавитесь от данного влияния, она потеряет рассудок.

Это была промывка мозгов, которая ловко вплеталась в ценности, убеждения и идеи, формировавшиеся у принцессы на протяжении всей ее жизни. Теперь сей “союз” являлся фундаментом ее ментальных структур. Строго говоря, в настоящий момент это даже трудно было считать промыванием мозгов.

– Преданность Эстии... теперь сама жизнь принцессы.

Закончив свою речь, Морга посмотрел на девушку с сочувствием. Она всю жизнь чтила королевскую семью, играя роль Цветка Эстии, и работала, не заботясь о себе, с той преданностью, что была навязана кем-то другим.

И в конце концов оказалась продана Бён Гёнбеку... Принцессу использовали от начала и до конца, стараясь извлечь как можно больше выгоды из ее костей и плоти.

Глава 120. Раскрытие

Ишакан спокойно выслушал, а затем стряхнул сгоревшую часть табака в пепельницу, стоявшую на прикроватном столике. Тихий голос эхом разнесся по спальне:

– Я недавно говорил с ней на эту тему, но реакция оказалась слишком бурной. Ее маленькое тело содрогалось от боли, а она даже не могла закричать...

Ишакан замолчал, крепче прижимая к себе принцессу. Через силу подавив нахлынувшие эмоции, он снова спокойно заговорил:

– Она сказала мне, что хочет умереть. Это тоже из-за магии?

Морга не смог скрыть печального выражения на своем лице. Грубые, как шипы, слова с трудом вырвались из его горла:

– Это... инстинктивный защитный механизм.

Тяжелый взгляд короля подтолкнул Моргу к продолжению разговора.

– Принцесса, должно быть, пыталась преодолеть заклинание по-своему. Интуитивно она яростно боролась против промывания мозгов, но каждый раз терпела поражение, и в конце концов, в качестве последнего средства она выбрала...

Единственный способ сбежать от чар, определенный подсознанием принцессы. Губы Морги дрожали, когда он произнес:

– Смерть.

В комнате воцарилась тишина. После долгого молчания Ишакан коротко усмехнулся. Его губы растянулись в слабой ухмылке, но глаза остались холодными.

Морга дрожал, опустив взгляд в пол. Он не осмеливался посмотреть в лицо своему королю. Куркан знал, что гнев Ишакана был направлен не на него, однако его тело все равно тряслось от страха. Холодный пот струился по спине мужчины, и на несколько мгновений все перед его глазами потемнело.

Возможно почувствовав напряжение, струящееся по комнате, принцесса пошевелилась и издала слабый звук протеста. Удушающая атмосфера исчезла в мгновение ока. Ишакан вздохнул и погладил Лию по голове.

– Прости. Я не сержусь на тебя, Морга.

– Ах, я понимаю...

Морга, словно воскреснув из мертвых, судорожно втянул ноздрями воздух. Но не успел вождь полностью прийти в себя, как на него свалился новый вопрос:

– Могу я убить королеву?

Ишакан спросил о лишении жизни правительницы Эстии так, будто мог сломать ей шею, когда бы ни пожелал.

И он не блефовал. Король мог бы это сделать, если бы захотел. Но только не сейчас. Морга ответил так быстро, что чуть не прикусил язык:

– Некоторые заклинания могут вплетать жизни других. Пока мы не узнаем, какие заклинания были наложены на принцессу, мы не должны беспечно приближаться к королеве. – произносимые слова ранили гордость мага. – Самая большая проблема в том, что она более могущественна, чем я ожидал.

Сила королевы сейчас находилась на одном уровне с Моргой. Однако способности колдуна росли по мере того, как он преуспевал в более сложных заклинаниях.

Королева наложила и продолжает накладывать сотни заклинаний на многих людей. Чем большим успехом она пользуется, тем сильнее становится.

Даже Морге в одиночку не справиться. Чтобы обнаружить заклинания, которые наложила королева, и найти способ снять их, ему придется вернуться в королевство Курканов, чтобы привлечь других магов. Потребуется значительное время, чтобы распутать эти чары, поскольку они окутывали принцессу всю ее жизнь. На все может уйти по меньшей мере год.

– Сначала принцессу нужно доставить в Курканат...

Закончив объяснение, Морга мельком взглянул на Лию. Несмотря на сказанное, он понимал, что из-за заклинания принцесса никогда не оставит Эстию.

– ...Тогда...

Ишакан сделал еще одну затяжку. Он изо всех сил пытался подавить звериную натуру, которая разгоралась все больше под напором сильных эмоций.

– Я как-нибудь это сделаю.

***

Воздух заполнял горький аромат лекарств. Руки благороднейшей женщины Эстии были испачканы прилипшими к ним целебными травами. Некогда ухоженные ногти обломались, а кожа огрубела.

Но Кердина не прекращала измельчать и смешивать растения сама. Отстранив всю прислугу, она искренне посвятила себя работе.

Взвесив травы на весах, женщина принялась в определенном порядке добавлять их в котел, кипящий на небольшой жаровне. С каждым новым предметом цвет пузырящейся жидкости быстро менялся. Он стал зеленым, когда Кердина кинула в емкость синеватые листья, и прозрачным, когда она добавила утреннюю росу, а засохшие лепестки роз сделали отвар кроваво-красным…

Наконец, королева подошла к кровати, на которой покоился Блейн. Все его тело было забинтовано, и он лежал неподвижно, словно труп. С болезненным и горьким выражением лица женщина выдернула прядь его волос и, подойдя к котлу, бросила ее в бурлящее снадобье. Жидкость замерцала ослепительным золотом, а затем поспешно потемнела и приобрела густой черный цвет.

Осторожно перелив готовое зелье в стакан, Кердина по капле влила его в рот Блейна.

Спустя долгое время плотно закрытые веки слегка дрогнули. Серебряные ресницы колыхнулись, и вслед за этим раскрылись голубые глаза.

– Блейн...!

Кердина расплакалась и поцеловала его в лоб.

– Блейн, мой сын, мой дорогой сын...

В отличие от охваченной эмоциями матери, принц был спокоен. Он лишь безэмоционально уставился на заливающуюся слезами королеву. Когда спутанное сознание наконец пришло в норму, парень медленно проговорил:

– ...Мама.

Но первые его слова были адресованы вовсе не Кердине. Блейн заговорил о том, что его ужасно мучило.

– Я думаю, мне нравится принцесса.

– ...

Лицо королевы побледнело. Женщина окаменела, а Блейн непоколебимо продолжил:

– Я не просто хочу это дитя, – тихо сказал он. – Я хочу заполучить ее сердце.

Глава 121. Обнадеживающие мысли

Кердина потеряла дар речи. Измученные глаза, под которыми в результате нескольких бессонных суток уже появились темные синяки, задрожали от смеси противоречивых чувств.

Женщина через силу заставила уголки губ приподняться. Странная натянутая улыбка выглядела особенно жутко из-за налитых кровью глаз, тупо уставившихся вперед. Пальцы, облепленные влажными кусочками трав, медленно погладили лицо принца. С дрожащих губ шепотом полились коварные слова:

– Сомневаюсь, Блейн. Любовь – не такое грязное чувство. Она не так мрачна и уродлива, как те эмоции, которые испытываешь ты.

– ...

– Ты не влюблен. Ты просто хочешь обладать этим ребенком.

Блейн молча смотрел на свою мать. Он вспомнил, как впервые рассказал ей о своих чувствах к принцессе. Тогда она сказала точно то же самое. Ничего не изменилось.

– Я же говорила. Когда ты станешь королем, а затем императором, весь континент ляжет у твоих ног. Таких женщин будет много...

– Мама.

Сухие губы принца еле шевелились.

– Если я не последую твоей воле, ты тоже наложишь на меня заклятие?

– Блейн!

Возглас эхом разнесся по спальне. Часто и неровно дыша, Кердина посмотрела на перевязанное запястье сына. И вместо того чтобы снова закричать, она сокрушенно обняла его и взмолила:

– Не будь так жесток к своей матери. Я все делаю ради тебя.

Тонкие пальцы принялись увлеченно перебирать серебристые волосы.

– Мы почти закончили, верно? Осталось совсем чуть-чуть. Если хочешь, что ж, я дам тебе ее сердце. Но потом ты поймешь. В нем нет ничего особенного...

Шепчущий голос был полон безумной любви к своему ребенку. Так происходило всегда. Насколько бы глупо он себя ни вел, Кердина хвалила сына и позволяла делать все, что тот пожелает.  Она неизменно давала Блейну только самое лучшее, пророча ему наивысший статус и несметные богатства.

Принц слабо улыбнулся мысли, пришедшей в голову. Даже не находясь под властью колдовских чар, он ничем не отличался от остальных.

– Я пойму, когда получу его, так? – прерывисто зашептал Блейн. Обращаясь к  смотревшей на него немигающим взглядом королеве, он проговорил, – Прошу, отдай мне сердце Лии. Если я смогу заполучить его... то сделаю все, что ты захочешь, мама.

***

Как и ожидалось, сознание снова покинуло девушку. Правда, на этот раз она не упала в обморок, а просто уснула.

По крайней мере, так думала Лия.

Открыв глаза, принцесса отметила, что лежит на кровати в своем дворце. Сквозь окно в комнату лился тусклый солнечный свет. То были проблески утренней зари.

Сев, девушка внимательно осмотрелась. Постельное белье, приведенное в сущий хаос пылким романом, было в полном порядке. В начисто убранной спальне Лия находилась одна. Все выглядело так, словно произошедшее прошлой ночью оказалось лишь бредовой иллюзией, сотканной ее воображением.

Необъяснимая пустота больно пронзила сердце. Лия закусила губу и повернула голову. Внезапно ей на глаза попала маленькая записка, лежавшая на прикроватном столике. На оторванном уголке бумаги грубыми буквами было написано:

[Ты отправишься со мной в пустыню?]

“Почерк Ишкана по прежнему плох, но, похоже, стал немного аккуратнее. Он практиковался?”

Лия хихикнула, представив Ишакана, держащего перо в большой руке и пишущего на этом маленьком клочке бумаги. Она обняла записку и довольно забила ногами по кровати. Это было неподобающее поведение для принцессы, но никто ведь не видел.

– ...

Девушка перечитала записку еще несколько раз, а затем положила ее обратно на грудь.

Странно, но это заставило Лию вспомнить о невыносимой головной боли, возникшей прошлой ночью. У принцессы и раньше часто случались приступы мигрени. Однако вчера она впервые испытала настолько сильную боль.

“Похоже, я достигла предела моих психических возможностей, но, на удивление, это помогло прояснить голову.”

Каждое утро ее тело было словно свинцом налито. Лия страдала от хронических мигреней и жила под давлением огромной мрачной тучи депрессии и уныния, укоренившейся в самой глубине ее души.

Но сейчас разум девушки был ясен и ничем не затуманен, словно солнце в погожий день. Ей казалось, что она может сделать все, что угодно. Чистые, как родниковая вода, и обнадеживающие сердце мысли нахлынули неудержимо.

“А может, отправиться в пустыню с Ишаканом – вполне себе хорошая идея?”

Все равно все планы оказались испорчены. Переговоры и налоговые реформы не состоятся. В сложившейся ситуации лучше смотреть в будущее, чем отказываться от своей жизни. Если задуматься, этот путь мог оказаться именно тем, по которому Лия должна пойти ради Эстии. Даже если в один миг ей придется отказаться от своего имени, она будет также следовать долгу принцессы, чтобы защитить свою страну.

Множество мыслей, о которых Лия еще вчера не подумала бы, стало заполнять голову. Если она действительно станет королевой Курканов, то сможет убедить их не вторгаться в Эстию. Она постаралась бы возобновить переговоры или попыталась бы наладить какую-то торговлю между двумя странами.

И... она могла бы быть с Ишаканом.

В тот же миг сердце девушки забилось так, словно вот-вот взорвется. Ее тело сотрясалось от накала переполняющих эмоций. Лия не могла это контролировать.

Не в силах усидеть на месте, она расхаживала по комнате, пока ее воображение безгранично продолжало рисовать картинки.

В пустыне она станет свободной. Будет просто Лией, а не принцессой Эстии. Она сможет есть все, что захочет. Ей не придется видеть лицо сводного брата и терпеть бдительный надзор мачехи.

Представляя себе жизнь без всех этих уз и ограничений, Лия осела на пол. Она так разволновалась, что температура тела мигом подскочила вверх. Стараясь остудиться, принцесса намеренно легла на холодный мрамор и глубоко вздохнула, вместе с тем приводя мысли в порядок.

Еще оставалось время. Она должна была тщательно обдумать это решение.

Но Лия знала, что ее сердце уже склонилось в одну сторону.

Глава 122. Графиня Мелисса

Король Эстии распорядился изгнать Курканов. Однако, признав, что имела место взаимная несдержанность, он отсрочил приведение приказа в действие на срок в одну неделю.

Было также принято решение, что сразу после отъезда жителей пустыни Лия покинет дворец и отправится на пограничные земли. Намного раньше, чем она ожидала. Ввиду этого, принцесса работала каждый день, усердно стараясь разрешить оставшиеся нюансы и передать полномочия нужным людям до своего отбытия.

Сегодня график девушки был очень плотным. И перед началом тяжелого рабочего дня в ее покои пришла графиня Мелисса. Она принесла деревянный гребень и принялась хлопотать над прической принцессы.

Навыки Мелиссы в укладке волос были так же хороши, как и годы, которые они провели вместе. Никто не мог справиться с локонами Лии столь умело, как она.

– Бён Гёнбек подал прошение на аудиенцию. Он скоро направится к западной границе. Оттого, по-видимому, и хочет прежде встретиться с Вами.

– Ответь на него согласием. В любом случае, мне придется с ним увидеться.

Затем их разговор плавно перетек в тему о работе. Беседа продолжалась все то время, пока графиня создавала принцессе прическу. Наблюдая, как прядь за прядью распутываются и выпрямляются серебристые волосы, Лия сказала:

– Я не видела баронессу Синель.

Старательная рука на мгновение замерла в воздухе, и женщина тихо ответила:

– Она взяла отпуск по болезни.

Мелисса пояснила, что сама распорядилась об этом деле, пользуясь полномочиями старшей горничной, но не сообщила Лие, потому что та в последнее время была очень занята.

– Другими словами, ты насильно заставила ее уйти, – спокойно подметила Лия.

– ...

Графиня положила гребень на туалетный столик.

– Мне очень жаль, принцесса. Я пыталась что-то сделать, но ситуация только ухудшилась... Поэтому я подумала, что будет лучше, если баронесса возьмет отпуск по болезни и немного отдохнет.

Похоже, над Мелиссой издевались, считая виновницей кражи пурпурного шелкового платья. Однако правда еще не раскрыта. Лие необходимо было встретиться с ней лично и выслушать историю с ее стороны.

– В моем расписании есть пара свободных часов сегодня днем.

Лия оставила это время для отдыха. Правда отдых – лишь на словах. Пусть официально в эти часы она была свободна, большую часть времени принцесса проводила, просматривая документы за чашкой чая.

– Я собираюсь навестить баронессу Синель.

– Не слишком ли это неожиданно?

– Бывают ситуации, когда приходится отодвинуть этикет на второй план.

Произнося эти слова, девушка вздрогнула. Она не привыкла говорить подобные вещи. Графиня Мелисса тоже выглядела немного удивленной. Лия не стала заострять на этом внимание и невозмутимо продолжила:

– В любом случае, прошу тебя все подготовить. Раз уж я собираюсь навестить больного, мне необходимо преподнести ему презент.

Закончив утреннюю работу, Лия пообедала и собралась уходить. Садясь в карету, она взяла с собой упаковку печенья, приготовленного шеф-поваром дворца принцессы. Это были любимые лакомства баронессы Синель.

Ни одна из камеристок принцессы не происходила из влиятельных семей, и баронесса жила в районе, расположенном в некотором удалении от центра столицы. По дороге туда Лия обдумала все и сделала собственные предположения.

Конечно, было бы лучше, если бы все прошло тихо, но ситуация усугубилась. Но в то же время, служанки дворца принцессы не стали бы выделять баронессу как преступницу и подвергать ее гонениям безо всякой на то причины. Должно быть, она вела себя подозрительно.

Может, Синель взяла у кого-то в долг и украла платье, чтобы расплатиться?

“Нет. Не думаю, что она пошла бы на подобное из-за личных проблем. Будь это баронесса, она бы честно попросила меня о помощи.”

Размышляя об этом, Лия, сама того не заметив, прибыла в резиденцию четы Синель. Королевская карета остановилась перед небольшим скромным особняком.

Заметив подъехавший экипаж, поливавшая в саду цветы девушка, широко раскрыла глаза.  Она увидела выходящую из кареты Лию и пораженно пробормотала:

– Принцесса...

– Леди.

Лия улыбнулась и, прослезившись, бросилась обнимать девушку. Камеристка, в свою очередь, зарыдала и вцепилась в нее так, словно боялась вот-вот упасть на земь.

Барон Синель, оставшийся дома, чтобы утешить жену, был удивлен появлением принцессы, и вдвойне потрясен плачем жены.

Лия безмолвно продолжала обнимать камеристку. Спустя некоторое время, наконец успокоившись, хозяйка проводила гостью внутрь дома. Наливая чай, она пояснила:

– Я не получаю зарплату из-за того, что нахожусь в отпуске по болезни… Пришлось отказаться от некоторых слуг, чтобы немного сэкономить. В любом случае, мне все равно нечего делать дома.

Шли минуты. Чай в выцветшей чашке медленно остывал. Лия терпеливо ожидала, когда баронесса Синель заговорит.

Молчание затянулось и горячая до этого посуда успела стать едва теплой. Вдруг по щекам девушки вновь покатились слезы.

– Я так расстроена... Я ведь просто следовала приказу...

Баронесса вытерла уголки глаз носовым платком, но вскоре они снова увлажнились. Она сжала ткань и продолжила:

– В тот день мне сказали вынуть пурпурное шелковое платье и отнести его слуге снаружи... Что я и сделала.

– Кто отдал тебе этот приказ?

Баронесса Синель крепко зажмурилась. Девушке было нелегко ответить на этот вопрос. Поколебавшись некоторое время, она наконец осторожно заговорила, словно боясь, что слова могут в кровь разодрать ей горло:

– ...Графиня Мелисса.

Глава 123. Колдовство Кердины

Лия думала, что не удивится имени, которое слетит с уст баронессы. Но теперь она осознала, что была слишком самоуверенна.

– ...Графиня…Мелисса... – слабым голосом повторила принцесса.

В глубине души Лия отчаянно хотела... Жаждала сейчас же услышать “нет, это ошибка”. Но реальность оказалась жестока.

Камеристка медленно кивнула.

Еще мучительнее было то, что баронесса, сказавшая удушающую правду, тоже страдала. Она горевала от осознания того, что ее слова ранят принцессу.

В гостиной надолго повисла тишина. Лия отхлебнула холодного чая, и тот помог ей немного прийти в себя.

Одно из двух. Лгала либо баронесса Синель, либо графиня Мелисса.

Конечно, Лия хотела доверять графине.

Но в то же время... Теперь казалось вполне логичным то, почему Синель не защищалась перед другими служанками и смирилась со своим отстранением, обреченная на позор. Во дворце принцессы Мелисса являлась самой влиятельной персоной после Лии. Что бы ни сказала баронесса, ей бы не поверили. Кроме того, зная, как глубоко Лия доверяла графине, камеристку, вероятно, вышвырнули бы еще до того, как она закончила говорить.

Мелисса всегда стояла бок о бок с принцессой, потерявшей мать в раннем возрасте. Она была той, кто изливал безусловную любовь и нежность по отношению к Лие. Ее чувства, определенно, ничем не отличались от материнских. Между принцессой и графиней существовала связь, которую не могли разорвать ни деньги, ни власть.

Но не похоже, чтобы баронесса Синель лгала. Лия хотела верить в непричастность своих служанок. Возможно, ни баронесса ни графиня не лгали.

Принцесса, чей разум сейчас был яснее и чище, чем в другие дни последних лет, внезапно нашла иное объяснение.

“Колдовство Кердины... Это вполне возможно. Если бы она умела накладывать заклинания, то наверняка бы протянула свои руки и к моему дворцу.”

Внезапно Лия почувствовала страх. Пока она раздумывала, насколько сильна королева, в ее голову закралась смутная догадка.

“Неужели Кердина околдовала и меня? Но я никогда не вела себя странно, подобно королю или графине.”

Сравнивая себя с отцом, безвольной марионеткой Кердины, девушка мысленно покачала головой.

– Спасибо, что рассказали мне, баронесса. Учитывая сложившуюся ситуацию, я думаю, что будет лучше, если вы пока продолжите свой отдых.

Лия пообещала тщательно обдумать то, о чем поведала ей леди, и достала подарок, который принесла с собой. Спустя некоторое время камеристка полностью успокоилась. Из слегка покрасневших от недавнего плача глаз больше не текли горькие слезы. В этот момент Лия протянула девушке бумагу. Растерянно смотря на лист, сбитая с толку баронесса взяла его.

– Это... – изумленно пробормотала она.

В ее руках оказался документ о праве собственности на небольшую ферму. Баронесса потеряла дар речи.

– Я улаживаю некоторые дела, прежде чем отправиться на границу, – тихо начала Лия. – И в равной степени наделяю придворных дам дворца принцессы землями, поэтому, прошу, не отказывайтесь.

– Нет! Я не могу принять Ваш дар. Я же ничего для этого не сделала...!

– Все в порядке. Это награда за всю тяжелую работу, которую ты проделала для меня до сих пор.

– Принцесса…

Глаза баронессы потрясенно расширились, а недавно прекратившиеся слезы снова потекли по щекам. Лия еще еще ненадолго осталась рядом с девушкой, чтобы успокоить ее, а затем отправилась обратно во дворец.

На сердце было тяжело. Задумавшись, принцесса выглянула в окно кареты и провела в таком положении все время пути.

К моменту прибытия во дворец, мысли девушки в некоторой степени упорядочились.

“Поговорю с графиней Мелиссой, выслушаю ее объяснения, и тогда уже решу, действительно ли здесь замешано колдовство.”

– ..?

Выйдя из кареты, Лия резко остановилась. Во дворце было слишком тихо.

Отправляясь навестить баронессу, принцесса взяла в сопровождение только рыцарей. Она не стала брать с собой фрейлин ввиду сложившихся обстоятельств и их отношения к леди Синель. Вот почему предполагалось, что служанки, как обычно, будут сновать по дворцу тут и там. Сейчас же Лия не видела даже прозорливых детей рабочих.

Только навязчивый звук собственных шагов эхом отдавался в пустых коридорах. Холодный воздух коснулся кожи девушки. Лия потерла тыльную сторону ладони от внезапного озноба и направилась в свои покои, чтобы переодеться.

Принцесса вошла в комнату и тут же вздрогнула от удивления, увидев женщину, сидящую на ее кровати. Тело рефлекторно напряглось, и Лия с трудом зашевелила губами:

– Ээ, почему Вы...

Кердина медленно встала и, не говоря ни слова, неторопливо подошла к девушке. Внезапно в нос ударил горький запах. Он исходил от королевы.

“Почему от нее пахнет травой, а не обычными духами?”

Но у принцессы не было времени на раздумья. Глаза Кердины остановились прямо перед ней. Обычно не вызывавший плохих чувств взгляд в настоящий момент, подобно кинжалу, злобно пронзал Лию. Кердина окончательно сняла маску великодушия и доброты. Она больше не собиралась ничего скрывать.

Женщина цокнула языком.

– Я хотела постепенным внушением добиться от тебя пользы, а потом избавиться.

От холодного голоса у Лии мурашки побежали по коже, и она отступила назад. В голове стоял шум, будто кто-то звонил в громовой колокол. Мысль о побеге охватила все ее тело.

Девушка молниеносно повернулась и схватилась за дверную ручку. Но как бы она ни старалась, дверь не открывалась.

Позади раздался смех. И в этот момент нестерпимая боль ударила в голову Лии.

– ..!

Девушке казалось, будто кто-то проник в ее мозг и изо всех сил сжал его. От мучительной боли Лия упала. Оказавшись на животе, она протянула трясущуюся руку вперед и так сильно вцепилась в ковер, что костяшки пальцев побелели. Ее затошнило. С полуоткрытых губ потекла прозрачная слюна, а по щекам заструились жгучие слезы.

Кердина бесстрастно наблюдала за корчащейся в агонии Лией, а затем щелкнула пальцами. Она снова и снова повторяла это действие и каждый раз  принцесса хваталась за голову и в ужасающих судорогах извивалась на полу от очередного прилива боли.

– Ах, ааа, арг, аааааааа......!

Глава 124. Во власти Кердины

– Хм. Оно сломано сильнее, чем я думала. Этот варварский колдун вполне неплох. Но похоже он не смог копнуть глубоко.

Кердина раздраженно нахмурилась.

– На самом деле, когда я накладывала свое первое заклинание четыре года назад, мне было очень сложно. Тогда из-за моей неопытности осталась небольшая брешь. И стоило ему обнаружить ее, он тут же попытался избавиться от промывания мозгов.

Женщина продолжала терзать Лию как можно больше, чтобы окончательно сломить ее волю, а затем “великодушно” спросила:

– Тебе больно, Лия?

Принцесса отчаянно закивала. Мольбы о сохранении жизни и о прощении бесконечной тирадой в спешке разлетелись по комнате. Сейчас Лия была готова даже поцеловать ноги Кердины, лишь бы пытка прекратилась.

Королева усмехнулась и щелкнула пальцами. Адская боль в одно мгновение бесследно исчезла. Опираясь на трясущиеся руки, принцесса с трудом смогла сесть. Она судорожно втягивала воздух, стараясь наполнить им задыхающиеся легкие.

Кердина присела перед девушкой на полусогнутых ногах и нежно погладила по серебристым волосам. Беспрерывно дрожащая принцесса попыталась отвернуться, но ровно в тот же момент ощутила, словно у нее оборвалось сердце.

Лие не удавалось пошевелить и пальцем. Она чувствовала себя совершенно чужой в собственном теле. Даже вдохи и выдохи были незнакомы. Будто ее душа находилась в чьем-то другом теле...

По спине заструился холодный пот. В глазах девушки появился ужас, и Кердина тут же расплылась в улыбке:

– Не нужно так бояться.

Женщина неспешно с нажимом провела ногтем под подбородком Лии, оставляя красную линию на белой коже. У принцессы не было другого выбора, кроме как принять боль. Глядя в трепещущие зрачки, окаймленные фиалковым цветом, Кердина изящно улыбнулась.

– Ты когда-нибудь душила того, кого любишь?

В этот момент неподдающиеся воле Лии руки задвигались и сомкнулись вокруг ее собственной шеи. Девушка стала душить саму себя. Глаза Кердины, неотрывно наблюдавшие, как та постепенно краснела от нехватки кислорода, лукаво изогнулись.

Только когда сознание принцессы начало угасать, ее руки разжались. Она тут же порывисто вздохнула. Лие казалось, словно ее сердце вот-вот разорвется. Однако и вдохнуть полной грудью она не могла. Потому что не получила на то “разрешения”.

– Ты когда-нибудь вонзала нож в сердце?

Губы не слушались девушку и не желали размыкаться. Какое-то время Кердина молчала в ожидании ответа, а затем издала короткое “Ах..”.

Она провела по губам пальцем, и только после этого принцесса смогла заговорить:

– Ох, нет...

– Ты ведь не хочешь, чтобы это произошло? Ты ненавидишь боль.

– Да... ненавижу...

– Хорошо. Тогда не думай о бесполезных вещах. – прошептала женщина, ласково поглаживая болезненно-бледную щеку Лии. – И ты же не расскажешь Блейну? Не думаю, что ему бы понравилось узнать, в каком ты состоянии. Разумеется, об этом никому знать не следует. Так будет лучше. – на ее губах появилась ужасающая улыбка. – Давай сохраним это в секрете между матерью и дочерью?

С отсутствующим выражением лица Лия медленно кивнула. Слезы, вытереть которые принцессе было неподвластно, катились по ее щекам. Собираясь на кончике подбородка, они капля за каплей срывались на холодный пол. Королева ухмыльнулась.

– С сегодняшнего дня начни снова соблюдать диету. Свадьба уже не за горами, а ты сильно прибавила в весе.

Женщина грациозно встала и посмотрела на уныло сидящую на полу девушку.

– Тогда я пойду, – тихо сказала она. – Было приятно поговорить с тобой, Лия.

Дверная ручка, которая ранее не сдвинулась с места, несмотря на отчаянные рывки принцессы, с мягким щелчком повернулась. Кердина слегка поправила платье и, открыв дверь, скрылась за порогом спальни.

– ...

Оставшись одна, Лия вздохнула и опустила голову. Серебристые волосы, аккуратно уложенные этим утром, теперь беспорядочно растрепались по ее плечам.

Из груди вырвался глухой смех. Как же комично. С ее стороны было слишком самонадеянно полагать, что она отличается от куклоподобного короля и не подвергается колдовству. Теперь принцесса осознала, что находится в жалком положении. Еще одна марионетка.

Предупреждение Кердины было ясным: “Я могу контролировать твое тело, и если ты сделаешь какую-нибудь глупость, я заставлю тебя страдать”.

Лия представила, как душит Ишакана и вонзает нож в его сердце. Разум, что лишь недавно прояснился, снова помрачнел. Тьма, которая, казалось, навсегда исчезла, расползлась и окутала девушку с головы до ног.

Просидев долгое время в тишине, принцесса медленно подняла голову. Она потупленным взором оглядывала все вокруг. Воспоминания о наполненной пьянящим счастьем эйфорической ночи, проведенной в этой комнате с Ишаканом, сейчас казались ей совершенно далекими.

Лодыжки Лии все еще были скованы толстыми крепкими цепями. Свободы, о которой она мечтала, никогда не существовало. Сердце, где еще недавно теплилась надежда, болезненно сжалось.

– Ишакан... – произнесла Лия в отчаянии.

На глазах снова навернулись слезы. Ей никогда в жизни не удастся ступить на пески пустыни. Она никогда не будет с ним.

Глава 125. Лия, прислуживающая Кердине

Туберозы в саду дворца принцессы полностью распустились. Вид маленьких белых цветов, неспешно колышущихся на ветру, зудящей щекоткой отдавался в сердце. Лия уставилась на простирающиеся клумбы пустым взглядом, а затем ровным голосом приказала:

– Уберите все. Лучше заменить их на другие цветы.

Именно принцесса когда-то попросила посадить здесь туберозы. Прозвучавший только что и в корне отличающийся от этого приказ несколько озадачил камеристок девушки, но те тут же объяснили подобное поведение собственной догадкой. Всем известно, что настроение невесты перед свадьбой довольно переменчиво.

Однако чувства Лии отнюдь не скакали вверх и вниз. Наоборот. Они скорее напоминали четкую прямую линию. Ту, которая не подавала и намека на какой-либо подъем и постоянно находилась ровной.

– Принцесса!

Лия медленно обернулась на звук зовущего ее голоса. Бён Гёнбек из Оберде. Похоже, он приехал раньше назначенного времени и, не обнаружив девушку во дворце, пришел в сад.

По какой-то причине мужчина притих. Когда он увидел Лию, стоявшую перед белоснежным цветником, его глаза тут же расширились. Гёнбек ошеломленно уставился на девушку, а затем не торопясь подошел к ней. Он вел себя довольно сдержанно, что было не в его характере.

– Вам нравятся туберозы? – спросил граф.

– ...Нет, – прошептала Лия, отворачиваясь от белоснежных цветов. – Не нравятся.

Вдвоем они двинулись на прогулку по саду. Этим вечером Бён Гёнбек должен был отправиться к западной границе, поэтому сейчас он спешил затронуть в разговоре как можно больше тем.

В основном речь шла о связанном со свадьбой. Он сообщил, что уедет раньше, чтобы позаботиться о приготовлениях. Вслух раздумывал о том, какое свадебное платье лучше всего подойдет принцессе. А также высказал огромное количество идей относительно оформления дома новобрачных.

Лия молча слушала Гёнбека и время от времени кивала головой. Ее отрешенность заставила мужчину нахмуриться.

– Прошу, хотя бы попытайтесь изобразить улыбку. Вы так холодны.

Когда девушка приподняла уголки рта, граф был удовлетворен. Он украдкой взял ее за руку. Вместо того, чтобы с осуждением вырвать запястье, принцесса пустила все на самотек. У нее не было ни сил ни воли избавиться от хватки.

Лия едва замечала течение времени. Она так и продолжала безучастно идти вперед, перенесясь глубоко в свои мысли. Прогулка завершилась и Бён Гёнбек удалился. Когда Лия вернулась во дворец, Кердина уже ждала ее.

Королева сидела на диване в гостиной, а Мелисса обслуживала ее. Жена графа выполняла поручения со всей преданностью. Зрачки ее были безжизненны, а взгляд пуст. Подобно придворным дамам из дворца королевы, женщина двигалась монотонно, словно живая кукла.

Лия понаблюдала за этой сценой, а затем подошла к Кердине и склонила голову.

– Я встречалась с Бён Гёнбеком из Оберде, – сказала она.

– Вот как.

Королева кивнула и указала на место рядом с собой. Принцесса послушно села подле нее, вылила холодный чай из чашки мачехи и, взяв чайник, налила свежий напиток.

Кердина воспринимала это как должное. Она больше не носила маску перед Лией. Теперь она показывала свою истинную натуру.

Женщина посещала дворец принцессы так часто, как если бы он был ее собственным, и вместе с тем иногда вызвала Лию во дворец королевы, чтобы та служила ей. Кердина, казалось, находила большое удовольствие в обращении с падчерицей как с горничной.

По мере того как время, которое принцесса проводила с королевой, увеличивалось, количество употребляемой ею еды заметно уменьшалось. Кердина каждый день раздевала Лию и заставляла ее стоять перед зеркалом, указывая на каждую дефектную область; не упуская из виду немного пухлые предплечья и бедра, а также слегка увеличившуюся грудь. Она обращала внимание на любую мелкую деталь, доказывая, что принцессе следует скорректировать свою диету.

Сегодня женщина сделала то же самое. Она поставила Лию перед большим зеркалом, сняла с нее нижнее белье и осмотрела обнаженное тело. Затем Кердина достала измерительную ленту, чтобы убедиться, что талия принцессы все же стала немного тоньше, чем была накануне.

– Мы не можем позволить Цветку Эстии проявить какие-либо недостатки, не так ли?

– ...Да. – ответила Лия.

Взгляд девушки был темным и тусклым. Кердина ласково погладила ее по щеке, будто хвалила домашнее животное за послушание.

– Отлично. Я позабочусь о твоей прическе.

Взяв деревянный гребень, который подала ей графиня Мелисса, королева самолично принялась расчесывать волосы Лии. Она с восторгом смотрела на серебристые, мягкие, как шелк, локоны и аккуратно касалась каждой новой пряди.

Лия стояла неподвижно, уставившись на Мелиссу, расположившуюся в углу комнаты подобно бездушной кукле. Сердце принцессы, которое казалось совсем недавно очерствело, снова начало покалывать.

– Если я буду вести себя смиренно...

Лия открыла рот, чтобы заговорить с Кердиной.

– Пожалуйста, не забудьте освободить их.

– Конечно, Лия. Я отпущу их в тот день, когда ты отправишься в Оберде на свадьбу. Я дала обещание от своего имени, – мягко произнесла женщина. – А когда придет время, я верну тебя в королевский дворец.

– ...Да, мама.

Глава 126. Пытаясь ускользнуть от Него (1)

Играя с волосами Лии как заблагорассудится, Кердина собрала несколько струящихся прядей в незамысловатую прическу, а затем направилась к двери. Девушка проводила мачеху до главного входа дворца принцессы, а затем вернулась в свой кабинет.

Сев за стол, Лия взяла несколько документов. Окруженная одиночеством  принцесса – в кабинете не было ни одной служанки, которые некогда изо дня в день помогали ей, – пробежала глазами по строкам многочисленных бумаг и скривила губы в усмешке.

Вернуть во дворец? Кердина просто хотела продолжать мучить ее и использовать для какой-то цели. Никакая другая причина не заставила бы эту женщину привести Лию обратно. Она бы этого не допустила.

Девушка сухо хмыкнула, уронив голову на стол. Закрыла глаза и сосчитала дни до свадьбы. Впрочем, до вечного покоя оставалось совсем немного времени.

Воля к жизни уже давно исчезла. Смерть была единственной возможностью отомстить за себя, и единственным способом освободить всех.

Кердина дала слово, что в тот день, когда Лия уедет на границу, она снимет со служанок дворца принцессы заклинание промывки мозгов. Этого обещания девушка добилась с трудом, стелясь перед королевой и стараясь, точно собака, показать свою преданность. Так что теперь после свадьбы она могла покончить с собой в первую же ночь с Бён Гёнбеком…

– …

Ярко представляя свои последние минуты, Лия закрыла лицо руками. С недавних пор она не могла думать здраво. В тот самый день принцесса сломалась и с тех пор все ее мысли были мрачны и угрюмы. С каждым разом она все больше погружалась в черную скверну депрессии, которая противно хлюпала в мозгу, словно пропитанная проливным дождем сырая земля.

Боль, которую Кердина запечатлела в теле Лии, и ужасное чувство удушения живо прокручивались в голове снова и снова. Всякий раз, когда девушка пыталась избавиться от этих воспоминаний, в разуме всплывало его имя. И именно оно сильнее всего терзало душу Лии. Ведь теперь это имя она должна была забыть.

– Ты когда-нибудь душила того, кого любишь?

– Ты когда-нибудь вонзала нож в сердце?

Тихий голос снова зазвенел в ушах. Плечи принцессы слабо задрожали. Глотая слезы, она закрыла уши руками и крепко зажмурилась. Девушка изо всех сил старалась самостоятельно подавить нарастающий страх.

Несчастье становится только больше, когда им делятся. Ему не было места в ее темноте. Лия всем сердцем желала, чтобы этот сияющий мужчина всегда находился под ярким солнцем.

***

Время шло довольно быстро. А для принцессы оно и вовсе неуловимо и стремительно неслось вперед, потому что она находилась далеко не в здравом уме.

Но в любом случае это не имело значения. Лия, наоборот, только и хотела, чтобы время ускорилось.

Завтра – день, когда Курканы должны будут уехать.

Несмотря на позднюю ночь, принцесса в одиночестве гуляла по дворцовому саду. Весь день Кердина изводила ее приказами. Девушка ужасно устала и хотела немедленно лечь спать, но не могла. Она была уверена, что Ишакан навестит ее сегодня вечером.

Лия так скучала по нему, но в то же время не хотела его видеть. Принцессе была невыносима мысль, что при встрече ей придется наговорить ему жестоких слов или бессердечно отвергнуть, чтобы оттолкнуть от себя.

Лучше бы Ишакан просто ушел. Если бы он это сделал, тогда Лия могла бы поверить, что любовь, о которой он шептал ей, была ложью, льющейся из его уст в попытке украсть секреты Эстии.

Тогда она могла бы закончить свою жизнь без сожалений.

Лия продолжала идти медленно, желая, чтобы король Курканов нашел ее, и в то же время надеясь, что он этого не сделает. Ее ноги, бесцельно бродившие по витиеватым тропинкам, остановились перед клумбами тубероз. Если точнее, перед тем что когда-то являлось клумбами. Сейчас вырванные с корнем цветы лежали на земле, – работа садовника, готовившего почву для новых растений.

Белые туберозы, беспорядочно разбросанные повсюду, были покрыты грязью и выглядели неприглядно.  Внимательно осмотрев раздавленные и сломанные цветы, Лия нашла один, который все еще был цел.

В тот момент, когда она протянула к нему руку…

– …

Маленький камешек упал у ее ног. Девушка медленно подняла глаза.

На ветке дерева, прислонившись спиной к толстому стволу, сидел мужчина с зажженной сигарой в руке. Он выдохнул дым, и тот неторопливым туманом поплыл прямо перед его расслабленным лицом.

То, как мужчина глядел на девушку сверху вниз, казалось довольно естественным. Даже в темноте ярко-золотистые глаза пристально смотрели на Лию так, словно их обладатель знал, почему она бродит по саду, не в силах пойти в свою спальню.

Принцесса опустила взгляд и в ту же секунду окружила свое сердце прочной стеной. Она надеялась, что теперь этот мужчина не сможет проникнуть в ее чувства.

Как только Лия перестала смотреть на него, Ишакан потушил сигару и легко спрыгнул с дерева. Несмотря на значительную высоту, он приземлился беззвучно. Его движения были невероятно проворными.

От мужчины неторопливо тянулся свежий запах листового табака. Втянув сладкий аромат, едва коснувшийся кончика носа, Лия заговорила первой:

– Приветствую Вас, король Курканов.

Ишакан горько улыбнулся в ответ на почтительное обращение. Нахмурившись, он произнес:

– Существуют разные способы отказа.

Лия заговорила, все еще избегая его взгляда:

– Уже поздно. Встреча на заднем дворе дворца принцессы не сулит ничего хорошего, так что...!

Она прервалась на полуслове, удивленно вдохнув. Обжигающий жар пробежал по всему телу, обдуваемому прохладным вечерним ветерком.

– Довольно нравоучений.

Большие теплые руки крепко обнимали принцессу. Тихий голос нежно окутывал ее.

– Позволь мне обнять тебя на мгновение, Лия.

Глава 127. Пытаясь ускользнуть от Него (2)

Слезы мгновенно обожгли глаза, и Лия сильно прикусила губу. Ей хотелось крепко обнять Ишакана и расплакаться. Хотелось уткнуться в него лицом и зарыдать во весь голос. Но это были лишь мысли, на самом деле, ей нельзя было даже положить голову ему на грудь.

“И все же… можно ли хоть ненадолго прильнуть к этому теплу?”

Принцессе следовало оттолкнуть Куркана, но она не могла. Чувство полного удовлетворения наполнило ее тело. Эмоции, которые девушка глубоко похоронила, снова всплыли на поверхность. В этот момент Лия находилась в самом безопасном месте в мире. Здесь никто не мог ее запугать. Здесь она могла наслаждаться полным покоем.

Ишакан молча обнимал принцессу, держа ее продрогшее тело, пока то не растаяло в его тепле.

– Ты сильно похудела с тех пор, как я видел тебя в последний раз.

Мужчина накрыл щеку девушки ладонью, но она отвернула голову. Прохладный ночной ветер пронзил разгоряченное тело и заставил Лию взять себя в руки. Она медленно приоткрыла губы:

– Возвращайтесь.

Принцесса по-прежнему не смотрела Куркану в глаза. Она не могла сделать этого. Лия была уверена, что если бы встретилась с ним взглядом, то ее сердце непременно оказалось бы в плену, а чувства вырвались наружу. Однако Ишакан не собирался следовать ее просьбе.

– Не хочу, – сказал он, усмехнувшись, а затем провел рукой по своим спутанным волосам и пробормотал. – В конце концов ты выбираешь Бён Гёнбека?

Лия почувствовала покалывание во рту. Слово “нет” так и вертелось на кончике языка. Склонив голову набок, Ишакан слегка встряхнул ее.

– Завтра я уезжаю. Ты все равно ничего не скажешь по этому поводу?

– ...С самого начала… – Лия подняла голову. – Между нами никогда ничего не было.

– …

Миндалевидные глаза с приподнятыми вверх уголками мгновенно сузились. Лия посмотрела прямо в них. Глаза, самого красивого цвета, который она когда-либо видела в своей жизни. Девушка представляла себе золотой песок пустыни, когда произнесла:

– Я никогда не давала точного ответа. Разве не было достаточно того, что мы какое-то время наслаждались обществом друг друга?

Резкие слова ранили больнее кинжала.

– Или Вы хотите, чтобы я заплатила Вам за секс? Курканы не кажутся такими уж бедными.

Губы Ишакана скривились.

– Если твоей целью было вывести меня из себя, то ты в некоторой степени в этом преуспела.

Лия увидела свое отражение в глазах мужчины. Оно было совершенно отвратительно. Девушку тошнило от самой себя, ведь она, после того, как получила от Ишакана столько любви и помощи, так чудовищно растоптала его сердце, даже сказав, что заплатит ему за секс.

“Надеюсь, он ненавидит меня также, как и я себя сейчас.”

– Лия.

“Спаси меня, Ишакан.”

Она проглотила слова, которые хотели вот-вот вырваться наружу.

“Что еще ты хочешь от него?” – вопрошала девушка у самой себя.

Ишакан являлся королем страны. Просить его взять в жены принцессу-марионетку было бы наглостью. Сдерживая мольбу, подступившую к горлу, девушка ожесточила выражение лица.

– Что для тебя Эстия?

Все шло совсем не так, как она себе представляла. Эмоции, которые она подавляла в течение нескольких дней, нахлынули волной, будто только и ждали этого момента. Лия попыталась скрыть прерывистое дыхание.

– Эстия – мое все. Страна, которую я люблю, и страна, ради защиты которой я рисковала всем. – хотя голос девушки звучал холодно, она говорила с запинкой. – Я родилась принцессой, поэтому и умру принцессой.

Было трудно выносить наплыв сумасшедших эмоций. Как можно крепче сжав обезумевшее сердце и переступая через себя, Лия закончила речь:

– Не вмешивайтесь больше в мою жизнь. Меня тошнит от этого.

Закусив нижнюю губу, принцесса отвернулась от Ишакана, словно убегая. У нее защемило сердце.

Говорить противоположное настоящим чувствам оказалось ужасно трудно. Несмотря на то, что девушке удалось удачно скрыть свои внутренние переживания, она дрожала как ребенок, который солгал впервые в своей жизни. Лия ощущала пристальный взгляд на спине. Она понимала, что не сможет и дальше вести разговор, потому сказала:

– Я вернусь первой. Надеюсь, что король насладится своей вечерней прогулкой в меру, поскольку скоро ему предстоит долгое путешествие.

Сделав первый шаг, принцесса услышала тихий шепот.

– Жизнь… – его голос был полон гнева, и Лия вздрогнула. – Да, это твоя жизнь. И ты всегда защищала ее…

Сильный импульс сотряс тело девушки. Одержимая сильным желанием она была готова повернуться, но сжала руки и едва сдержалась. Ногти глубоко впились в ладони. Боль и давление позволили ей остановить тело, прежде чем то повернулось бы к Ишакану лицом. На ногах словно повис тяжелый груз, Лие пришлось приложить немало усилий, чтобы сделать первый болезненный шаг, а потом второй.

– …!

Глава 128. Тебе не убежать

Неожиданная сила потянула девушку за плечо и развернула ее. Золотистые глаза, с которыми та встретилась, сияли настолько ослепительно, что у Лии перехватило дыхание. Ишакан смотрел вниз с каменным лицом. Но вот очи, открыто выражавшие свирепую ярость , пронзали принцессу до кончиков пальцев.

Словно позабыв обо всем, Лия неотрывно вглядывалась в глаза Куркана. Определенно, этот прекрасный цвет, который она больше никогда не увидит, накрепко запечатлелся в ее сознании.

Когда девушка запоздало пришла в себя и отвела взгляд, большая рука схватила ее за подбородок и развернула голову, вынуждая восстановить зрительный контакт. Ишакан медленно заговорил:

– Слушайте меня внимательно, Ваше Высочество. – ужасающе низкий, навязчивый голос заставил Лию внутренне вздрогнуть. – Благородную жизнь, которую ты ведешь как принцесса... Я растопчу и разрушу.

Шероховатые пальцы слегка надавили на щеки девушки. А слова, тихим шепотом льющиеся из уст мужчины, проникали глубоко, в самые потаенные уголки ее сердца:

– Я сделаю так, что ты больше не сможешь говорить от лица принцессы Эстии…

Сверкающее золото пронеслось в душе Лии подобно вспышке света.

– Тебе не убежать.

И с этими словами Ишакан исчез. Он испарился в мгновение ока, словно растворился во тьме. Лия, оставшись одна, уставилась в пустоту и горько улыбнулась.

– …

“Не от чего бежать. Если он и отправится за мной в погоню, то найдет лишь труп.”

Взгляд непроизвольно упал на туберозы, разбросанные по земле. Девушка вспомнила, что среди беспорядочных куч цветов точно находился один нетронутый, но сейчас она его нигде не видела. Смерив взглядом пустую землю, которая только недавно была усеяна прекрасными растениями, Лия медленно зашагала прочь в направлении спальни.

Теперь она осталась совершенно одна.

***

Накануне отъезда из королевского дворца Эстии.

Курканы оживленно сновали из стороны в сторону, укладывая багаж и выполняя поручения, предписанные королем. Перед гостевой резиденцией выстроился ряд экипажей и повозок.

Внезапно все Курканы одновременно остановились и посмотрели в одном направлении.

Озаряемый со спины блеклым светом луны к ним неторопливо шел мужчина.

– Ишакан!

Хабан, руководивший погрузкой, бросился навстречу королю. Дженин поставила тяжелую коробку на землю и тоже подошла к новоприбывшему. Собравшиеся вместе Курканы выглядели очень напряженными. Морга, Хабан и Дженин обменялись тяжелыми взглядами.

– Принцесса... – осторожно начала женщина.

– Отказалась. Она бессовестно отвергла меня.

Хотя Ишакан и говорил небрежно, скрыть своих чувств он не мог. Особенно, когда с болезненным стоном закрыл глаза руками

– ...Ха.

Простояв так некоторое время, мужчина убрал ладони и спросил:

– Она казалась слишком обеспокоенной, с ней правда все в порядке?

Король выглядел необычайно угнетенным и лишенным покоя. В ответ Морга лишь удивленно моргнул и разинул рот. Он бы и дальше так стоял, но благодаря Дженин, слегка толкнувшей его в бок, пришел в себя и запоздало ответил:

– Сейчас мы ничего не можем сделать. Лучшее решение – доставить принцессу в Курканат как можно скорее.

– …

Ишакан вздохнул, постукивая себя по подбородку.

– Дженин.

Женщина встрепенулась, как только прозвучало ее имя, и ответила:

– Все приготовления выполнены. Я и Хабан будем вести два центральных фланга.

– Морга.

– Мы не можем снять отслеживающее заклинание, но ему можно возвести преграду. Я поставлю ее, как только встречусь непосредственно с принцессой.

– Хабан.

– Я разузнал весь маршрут. Что касается места налета, то оно будет на равнинах.

Мужчина имел в виду равнины на окраине столицы, где поросль мискантусов густо покрывала земли. Слушая доклад Хабана, Ишакан оглядел груз, который Курканы старательно упаковывали до сих пор.

Когда король снял ткань, покрывавшую повозку, перед ним открылась несложная конструкция из веревки и крюка из прочного железа, достаточно крепкого для захвата и переноса тяжелых грузов.

– Мы думаем опрокинуть карету с его помощью.

– Неплохо.

Стоя рядом с Хабаном Ишакан поднял железный крюк и туго натянул веревку, чтобы убедиться, что та надежно закреплена, а затем пробормотал:

– Она не должна брать на себя никакой ответственности.

Именно так. Ишакану было наплевать, назовут ли его отвязным бандитом или нарушителем спокойствия.

Положив железный крюк обратно в повозку, король повернулся лицом к Курканам, холодно улыбаясь.

– Итак… – золотистые глаза сверкнули. – Не пора ли нам похитить мою невесту?

Глава 129. Ты будешь королем

В глубине дворца королевы находилось помещение, никому не известное. Оно было создано путем переделки секретного прохода, информация о котором из поколения в поколение передавалась строго только членам королевской семьи.

Чиновников и рабочих, ответственных за перестройку этого места, Кердина убила, убедившись, что теперь лишь она одна знала о его существовании.

Комната была заполнена всевозможными лекарственными травами, тушами мертвых животных и другими сомнительными предметами. Достав порошок из сушеных ящериц и глаза лягушки, умершей при полной луне, Кердина поочередно расположила ингредиенты на весах. Тщательно взвесив каждый, она осторожно добавила их в кипящий котел.

Когда жидкость изменила цвет, женщина вытащила последний компонент: слегка поблескивающую серебрянную нить. Точнее вовсе не нить, а длинный волос, принадлежавший ее падчерице.

Безупречный серебристый цвет был так прекрасен, что казалось его достали прямо с луны. Как только волос оказался в котле, жидкость окрасилась и приобрела ровно такой же блестящий оттенок. Однако после несколький помешиваний она почернела.

Ожидая, пока горячий пар рассеется, женщина на мгновение задумалась. Волосы принцессы достать было проще простого. Королева контролировала графиню Мелиссу, а Лия без тени сомнения доверяла той свои прически. Поэтому Кердина с легкостью могла продолжать колдовать над принцессой.

Сегодня королева уже приготовила зелье, но на всякий случай сохранила еще несколько прядей волос Лии в маленькой стеклянной бутылочке. Хотя не ожидала, что придется ими воспользоваться так скоро вновь.

Заклинание почти закончено. Для всего остального будет достаточно волос короля. Кердина погрузилась в неописуемый экстаз, представив завершение заклинания.

В тот день Блейн взойдет на трон. Самая скромная кровь станет благороднейшей, а высокомерные представители голубой крови преклонят колени...

Это великое дело, коего никто из ее предков, сестер и братьев в вечной истории еще не совершал.

Могущество Кердины станет несравнимо с прошлым. С самого начала она всякий раз жадно пыталась нарастить силу, а достигнутая сила лишь множила ее честолюбие и все повторялось по кругу. Эта женщина не знала конца алчности и тщеславию. Она определенно устроит безупречную церемонию коронации.

Напевая, королева налила черную жидкость в бокал, поставила его на поднос и вместе с ним покинула секретное помещение. Однако, войдя в комнату, где располагался Блейн, она застыла на пороге.

Здесь царил полный хаос. Посреди руин разбитых и разломанных предметов, разбросанных по полу, стоял принц. Полученные им серьезные травмы уже полностью зажили. Сломанное запястье больше не было перевязано.

Блейн медленно поднял взгляд на мать, а затем швырнул в нее бутылку вина, которую держал в руках. Та приземлилась у ног женщины и тут же разлетелась на куски. Красное вино плеснуло на ноги Кердины.

– Обязательно отправлять принцессу Бён Гёнбеку?

Королева улыбнулась злобно настроенному сыну. Хитро ухмыляясь она ответила:

– Потому что ты еще не король.

– …

Лицо Блейна исказила гримаса, а взгляд затуманился. Увидев страдания сына, Кердина на мгновение окаменела.

Это заставило ее вспомнить о мертвой королеве. Та имела миловидное лицо, и Лия, определенно, унаследовала ее черты.

“Каждый раз, стоит увидеть эту девку, я вспоминаю о мертвой королеве, отчего сразу портится настроение.”

Королева намеревалась лишь использовать Лию как инструмент для разжигания желаний принца, а затем выбросить. Хотела заставить сына стать жадным до власти и возыметь те же амбиции, что и она.

Но даже несмотря на то, что Кердина до сих пор хитро прикрывала ему глаза и уши, теперь Блейн осознал свои чувства.

“Для него, кто в будущем добьется величайших успехов, нельзя ставить конечной целью какую-то простую принцесску.”

– Подумай еще раз, Блейн.

Королева надеялась, что он не поддастся влиянию какой-то девчонки. Она хотела выбрать сыну подходящую жену из дворянского рода, в меру глупую, которая будет способна произвести на свет хорошее потомство.

С кем-то настолько умным, как Лия, было трудно справиться. К тому же у сильно поврежденной заклинаниями принцессы появилось слишком много недостатков, чтобы позволить ей приблизиться к Блейну.

– Прилагает ли кто-то такие огромные усилия, когда уже обладает всем? А пока вполне уместно одолжить свое на время, ты же не выбрасываешь это навсегда, так?

Медленно приблизившись, женщина протянула ему бокал.

– Как твоя мать, я хочу дать тебе только самое лучшее, – нежно прошептала она.

Блейн выхватил бокал из ее руки и, не раздумывая, выпил черную жидкость до дна. Опустошенная посуда со звоном упала рядом с осколками бутылки и тоже разбилась. Свирепо глядя на Кердину, принц произнес:

– Я верю, что ты сдержишь свое обещание.

Идеальная улыбка на секунду немного померкла, но королева тут же натянула ее обратно, будто ничего не случилось.

– Конечно. Я сделаю все, что ты захочешь.

Ты станешь королем, Блейн.

Представив ослепительную корону, которая скоро будет возложена на голову ее любимого сына, Кердина протянула к нему руки.

Блейн обнял мать. Голубые глаза плотной пеленой застилало отвращение.

***

Курканы покинули королевский дворец Эстии.

В отличие от показного приема, оказанного им по прибытии, уезжали они без какой-либо помпезности. Ранним утром, под бдительными взглядами королевских рыцарей, Курканы тихо исчезли.

Ни королевская семья, ни высшие дворяне не провожали их. Лия также осталась в своем дворце. Не в силах посмотреть на уходившую спину в последний раз, она лишь прослушала доклад об отбытии Курканов уже после случившегося.

Глава 130. Перед отъездом

Сборы к поездке на границу завершились очень скоро. Поскольку Лия не хотела брать с собой много вещей, а также своих камеристок, то и подготавливать было особо нечего. После того, как Блейн получил ранение, атмосфера во дворце витала не из лучших, а потому свадебное шествие принцессы намеревались провести так же тихо, как и отъезд Курканов.

В свой последний день во дворце Лия отправилась навестить короля.

Их отношения настолько испортились, что девушка даже не могла припомнить, как когда-то называла его отцом. Тем не менее она решила, что, прежде чем умрет, ей следует увидеться с ним напоследок. И это вовсе не потому, что на пороге смерти у нее внезапно возросла любовь к нему.

– …

Лия посмотрела на мужчину, сидевшего напротив. Его расфокусированные глаза мало чем отличались от затуманенного взгляда служанок из дворца принцессы.

Раньше девушка еще могла различить в короле признаки живого разума, пусть и имеющего трудности с четким построением мыслей и рассуждений. Но теперь исчезло и это.

Кердине больше не нужно было ничего скрывать от Лии. Потому она не стала утруждать себя восстановлением хотя бы малой толики сознания короля.

Глядя на его серебристые волосы, потерявшие блеск, и морщинистое лицо, Лия медленно открыла рот.

– ...Почему? – раздался полный досады разозленный голос. – Почему ты бросил мою мать и привел ее? Что хорошего в этой женщине...

Лия сжала кулаки.

– Знаешь, что ты наделал? – спросила девушка короля.

Все это время она так старалась, но усилия оказались напрасны. Голос Лии превратился в беспомощное бормотание:

– Эстия разрушена...

Ответа не последовало. Даже если она и продолжила бы говорить, это был бы разговор с самой собой. Лия посмотрела в пустые глаза марионетки и с гнусным чувством тоски и безысходности поднялась с места.

Завершив таким образом одностороннюю беседу, девушка покинула комнату. Люди, увидев принцессу, идущую в одиночестве без сопровождающих, выглядели сбитыми с толку, но Лию это не волновало.

Бесцельно идя вперед, девушка неосознанно пришла к залу главного дворца. В этом месте она и Ишкан впервые встретились как принцесса Эстии и король Курканов. Без шумного мероприятия с большим количеством людей зал был необычайно просторным и тихим. Лия посмотрела на сверкающий трон в самом конце и ряды колонн, а затем развернулась и двинулась дальше.

Следующим местом, где остановилась принцесса, стал конференц-зал. Бросив быстрый взгляд на помещение, где она вела с ним переговоры, девушка направилась в Комнату Славы.

Ухоженные скульптуры и картины выглядели так же красиво, как и всегда. Прогуливаясь среди легендарных произведений искусства из многовековой истории своей страны, Лия наконец остановилась в центре комнаты.

Единственный луч света падал из окна в потолке. Стоя прямо под ним и наслаждаясь мягким теплом солнца, принцесса вспоминала голос, говоривший ей, что она прекрасна.

Пройдя по коридору, где однажды у них состоялся короткий разговор, Лия остановилась у спрятанного в глубине сада фонтана. Она не могла удержаться от улыбки при мысли, что из семян, которые он тогда бросил в кусты, могут вырасти в финиковые пальмы.

Вернувшись в свою резиденцию девушка почувствовала легкий озноб. Несмотря на то, что хозяйка вернулась, ни одна служанка не вышла поприветствовать ее. Лия обошла дворец, которому теперь не хватало человеческого тепла.

В саду она обвела взглядом клумбы. Там, где раньше росли только белые туберозы, теперь на ветру раскачивались новые яркие цветы.

Войдя в свою спальню, принцесса осторожно отодвинула занавеску, открыла стеклянную дверь и вышла на балкон. Она долго стояла там, крепко вцепившись в перила. Казалось, девушка была готова прыгнуть оттуда в любой момент.

Но в конце концов Лия вернулась в комнату. Подойдя к кровати, она села и невесомо коснулась белого одеяла. Остатки сожаления все еще роились в груди, и принцесса долго не могла перестать гладить мягкую ткань.

Наконец, она поднялась с места.  Затем направилась в свой кабинет. Сев за стол, девушка вытащила чистый лист бумаги. Взяла перо. И спокойно вывела буквы.

[Завещание.]

Лия продолжила, и умиротворенный звук пера, царапающего бумагу, разлетелся по комнате. Спустя время на листе появился незамысловатый текст, написанный аккуратным каллиграфическим почерком. Принцесса сделала это в надежде предупредить бесполезные споры о том, стала ли ее смерть самоубийством или убийством.

Поскольку ей почти нечего было сказать, содержание оказалось довольно кратким. Поставив свою подпись внизу страницы, она заверила ее печатью, использовавшейся во дворце принцессы.

Лия перечитала завещание еще раз и положила его глубоко в ящик стола. Сейчас дворец принцессы никто посещать не станет, а после смерти последнюю волю девушки найдут во время уборки ее вещей.

Просмотрев документы, касающиеся подарков, которые должны были быть отправлены дворянам, так или иначе помогавшим ей, а также имущества, предназначенного ее камеристкам, Лия приложила их к завещанию. Все дела завершены. Принцесса вернулась в свою спальню и рано легла спать.

Настал день покинуть дворец Эстии.

Глава 131. Равнины за пределами столицы

Лия из окна наблюдала за восходом солнца. Вот, красное зарево появилось между шпилем остроконечной башни и крышей дворца, а затем принялось медленно подниматься все выше, постепенно прогоняя ночную темноту. Как только солнце окончательно вышло из-за горизонта, принцесса подбежала к двери своей спальни.

– …

Однако она не смогла с легкостью схватиться за дверную ручку и, колеблясь, долго стояла перед ней. Спустя какое-то время с другой стороны раздался стук. Услышав его, девушка, наконец, смогла собраться и тут же распахнула дверь.

– Как Вы себя чувству… – пришедшая навестить Лию ранним утром графиня Мелисса запнулась, удивившись внезапным крепким объятиям. – Принцесса?

– Леди!

Все также прижимая к себе женщину, девушка посмотрела на придворных дам позади нее. У всех были ясные глаза, а сами они растерянно смотрели на Лию. Принцесса крепко зажмурилась и уткнулась лицом в плечо графини.

Все вернулось на круги своя.

– ...Простите, что напугала вас.

Лия отступила назад, слабо улыбнувшись. Взгляды камеристок, до этого момента сбитые с толку действиями принцессы, постепенно погрустнели. Они решили, что девушка так себя ведет, поскольку ее насильно отправляют на границу. Глаза служанок моментально наполнились слезами. Лия утешила их, и в последний раз приступила к переодеванию в этом дворце.

Все достижения, которым девушка посвятила свою жизнь, рухнули. Она была продана старому Бён Гёнбеку, чтобы достичь целей, которые не принадлежали ей, за выгоды, которых она не хотела. Трагический конец для принцессы, посвятившей себя своей стране и королевской семье, лишь для того, чтобы оказаться преданной обоими.

Но она возьмет реванш. Напоследок осуществит месть, которая оставит пятно на так оберегаемой Кердиной чести королевской семьи и которая, наконец, освободит саму Лию.

Королева, похоже, не смогла наложить заклятие на графа Оберде. И вполне вероятно, хотела использовать принцессу, чтобы украсть у него конфиденциальную информацию.

Но Лия не позволит всему идти по пути, начертанном Кердиной. Бён Гёнбек придет в ярость, когда его новоиспеченная супруга – к тому же оказавшаяся нечистой – покончит с собой.

Приготовившись к отъезду, девушка пила чай в вестибюле дворца, ожидая завершения заключительных процессов. Наконец во дворец прибыл граф Валтейн.

– Да благословит свет Эстию. – выражение лица мужчины, вежливо поздоровавшегося с Лией, выглядело таким же убитым, как у человека, пришедшего на похороны. – Принцесса, вот брачные документы.

Граф дрожащими руками положил бумагу на стол. Девушка взяла перо и без колебаний подписала свидетельство.

[Лия де Эстия]

Четкость и твердость письма отражали ее решимость. Служанки дворца принцессы хором расплакались.

Среди града слез одна лишь Лия оставалась спокойной. Она вспомнила о подарках, которые оставила им с завещанием. Надеясь, что те послужат некоторым утешением для дам и знати, которые будут скорбеть при известии о ее смерти, принцесса поднялась с места и произнесла:

– Хватит. Мне надо идти.  Я и так довольно сильно задержалась.

Как раз когда девушка собиралась забраться в экипаж и отправиться к Бён Гёнбеку, она услышала пронзительный голос:

– Лия!

Принцесса оглянулась, увидела серебристые волосы, развевающиеся на ветру, и искренне улыбнулась. Это вышло невольно, поскольку мысль о том, что ей больше не придется видеть Блейна, действительно радовала.

Принц, который, казалось, уже собирался что-то выкрикнуть, резко остановился и поджал губы. Но, заметив надменность в ее взгляде, неискренне рассмеялся.

– В тот день, когда я взойду на трон…  первое, что я сделаю, – это верну тебя в столицу.

Даже его последние слова, обращенные к ней, являлись угрозой. Подумав о том, что вплоть до самого конца он относится к ней наихудшим образом, Лия не ответила и забралась в карету.

Девушка села на мягкое сиденье, все также держа благородную осанку. Дверца кареты закрылась, и колеса начали вращаться, постепенно набирая темп. Принцесса оглянулась на королевский дворец, который с каждой секундой становился все дальше.

Наконец-то все закончилось. Но на душе было неспокойно. В голове царил полный хаос.

Она скучала по нему.

Лия откинулась на спинку сиденья и попробовала очистить свой разум от сложных мыслей. Вместо них она попыталась представить себе только вечный покой, который ждал впереди. Но давалось это довольно трудно.

Пока девушка продолжала вести борьбу с мужчиной, накрепко засевшим в ее голове, экипаж, направлявшийся на территорию Бён Гёнбека, въехал на равнины за пределами столицы.

Они продвигались по полям мискантусов, а королевские рыцари окружали карету, когда вдалеке послышался звук боевого рога.

Глава 132. Мой свет

***

Воспоминания о том дне всегда оставались яркими. Они никогда не исчезали из памяти Ишакана и отчетливо укоренились в его голове.

Место, наполненное лишь удушающей кромешной тьмой. Единственный выход из узкой ямы, где он не мог даже вытянуть конечности, – маленькая круглая деревянная дверь в потолке.

“Комната” для обучения послушанию. Слишком жестоко по отношению к маленькому мальчику. В месте, где невозможно было различить даже течение времени, не разрешался ни глоток воды, ни ломтик хлеба. Тяжелые цепи, сковывающие его конечности, врезались в кожу, а необработанные раны, сочились гноем и кишели личинками.

Его рот был заткнут кляпом, чтобы он не мог откусить язык. Тряпка впитывала в себя всю слюну, не давая той пройти дальше, отчего жгучая жажда в пересушенном горле лишь усиливалась. Это чувство было намного ужаснее, чем голод, скручивавший пустой желудок.

Решимость сохранить честь воина пустыни постепенно ослабевала перед лицом боли. И всякий раз, когда мальчик испытывал искушение сломить свою гордость и поклясться в повиновении, муки становились только невыносимее.

Он желал, от всего сердца жаждал смерти, но тело и жизненная сила Курканов были невероятно стойкими. Поэтому Ишакан лишь отчаянно молил:

“Я хочу умереть. Пожалуйста, позволь умереть. Боже, даруй мне смерть.”

Но мольба оставалась без ответа. Маленький Куркан, покинутый собственным народом, оказался отвергнут даже Богом. В момент, когда он потерял всякую надежду, а его сердце и разум оказались разорваны в клочья…

К нему снизошел свет.

Деревянная дверь, которая, казалось, никогда не сдвинется с места, внезапно открылась, и луч белого солнца ворвался внутрь. Ослепительные серебристые волосы. Фиолетовые глаза, сверкающие, словно аметисты.

Раньше Ишакан этого не понимал, но теперь четко осознал. Он влюбился с первого взгляда. Куркан сожалел о потраченном впустую из-за незнания времени. И поэтому сейчас он собирался сделать все, что в его силах.

– …

Мужчина безэмоционально смотрел вперед. Равнина, поросшая высокой серебристой травой, протянулась так далеко, что конца ей не было видно. Листья мискантусов волной скользнули в сторону, следуя указанию подувшего порыва ветра, и по округе тут же разнесся шелест травы.

С неба послышался пронзительный, протяжный ястребиный крик. Хабан посмотрел на быстро пронесшуюся по небу птицу и произнес:

– Ишакан.

Король оглянулся. Курканы, голову и половину лица которых скрывали длинные платки, выстроились на лошадях позади своего предводителя. Оглядев десятки пронзительных сияющих глаз, Ишакан схватил ткань под подбородком и натянул ее на нос, также скрывая свою личность.

– Вперёд.

Лошади встали на дыбы и, громко заржав, бросились в галоп. Стук копыт сотрясал равнину подобно грохоту боевых барабанов. Глаза всадников сияли необычайно ярко от предвкушения битвы. Звериные инстинкты в их крови заставляли тела Курканов рьяно кипеть.

Они мчались сквозь заросли мискантусов, и вот, вдалеке уже показалась цель. Флаг Королевской семьи Эстии величественно развевался на ветру. Губы Ишакана презрительно скривились.

Несмотря на всю ее преданность, никто в Эстии так и не спас свою принцессу. Ему казалось нелепым, что все до последнего момента оставались лишь наблюдателями, восхвалявшими благородство жертвы, которую Лия приносила своей кровью и слезами.

Отвратительно.

Мысленно насмехаясь над Эстией и ее жителями, Ишакан скомандовал:

– В атаку!

Хабан схватил бараний рог, висевший у него на поясе, и издал боевой клич. Громкий звук эхом разнесся по обширной равнине.

Курканы, предварительно разделившиеся для наступления с разных сторон, откликнулись, затрубив в ответ. И над полем мискантусов звуки, предзнаменовавшие начало битвы, слились воедино.

– Засада!

– Увеличьте скорость!!

Закричали королевские рыцари, запоздало заметив хвост. Но напрасно. В чем Курканы были особенно искусны – так это в преследовании убегающей добычи.

Свадебная процессия принцессы оказалась окружена в мгновение ока. Тут же в воздухе раздалась смесь из криков рыцарей и звона наспех обнажаемых мечей. Светлые мискантусы начала заливать горячая алая кровь.

Пока рыцари отчаянно сопротивлялись, кучеру каким-то образом удалось вывезти повозку из кольца окружения и  попытаться бежать. Но и это было напрасно.

Со всех сторон полетели железные крюки. Стремясь к своей цели подобно стрелам, они один за другим цепляли карету.

– Варвары...! – крикнул кучер и отчаянно замахал кнутом.

Это были его последние слова. Изогнутый кинжал пронзил сердце кучера, и тот слетел вниз. Лишившийся управления экипаж зловеще зашатался. Крепкие веревки, привязанные к крюкам, незамедлительно натянулись, и карета повинуясь опрокинулась.

Саблей Ишкан отрубил голову приближающемуся к нему рыцарю. На губах короля тут же нарисовалась жестокая улыбка. От вида крови ему стало трудно контролировать свою натуру. Бурливший внутри инстинкт свирепствовал, опьяняя и взывая к жестокой бойне.

На окропленном кровью лице безумно сверкали золотые глаза. Рыцарь, встретившийся взглядом с королем Курканов, в испуге попятился, но откуда-то прилетевшая веревка схватила его за шею и уволокла вслед за лошадью.

Односторонняя резня продолжилась, а тело Ишакана стало все сильнее покрываться кровью. В какой-то момент, стряхивая бордовую жидкость с сабли, мужчина посмотрел на перевернутый экипаж. Перед его глазами предстала картина, как хрупкая девушка с силой толкает сломанную дверь.

Ишакан не мог сдержать улыбки. Хотя она наверняка испугалась, Лия не стала прятаться. Наоборот, она попыталась выбраться и осмотреться, чтобы выяснить ситуацию и понять свое положение. Восхитительна.

На пути Ишакана больше не было препятствий. Он медленно подъехал к принцессе на лошади. Глаза Лии удивленно расширились.

Затем ее прекрасные фиолетовые очи задрожали.

– Почему...

Трепещущие серебристые ресницы,  пухлые, манящие сладостью губы, мягкий голос…в ней очаровательно все.

Ишакан больше не мог ждать. Он схватил Лию и заключил в объятия. В тот момент, когда он крепко прижал себе стройное тело, сквозь пелену сильного запаха крови его носа достиг сладкий нежный аромат. Аромат, что способен моментально успокоить зверя внутри него. Чувство удовлетворения, которого он все никак не мог достигнуть, наконец мягкой волной расплылось по телу Куркана.

Мой свет, мое спасение.

Моя невеста.

– Разве ты не помнишь? – Ишакан широко улыбнулся, не в силах сдержать растущую радость. – Я же сказал, что разрушу твою жизнь.

Глава 133. Отпусти меня

Лия уезжала.

Блейн не мог оторвать глаз от тронувшейся с места кареты.  Его обуревала душераздирающая смесь нахлынувших эмоций. Даже зная, что надо лишь немного подождать и все вернется на круги своя, принц хотел немедленно рвануться вперед и остановить экипаж.

Мысль о том, что Лия проведет брачную ночь с Бён Гёнбеком, резким всплеском заполонила его сердце вязкой скверной. Но Блейн терпел. Если бы желал обладать лишь телом этой девушки, то давно бы взял ее силой.

Он же хотел заполучить сердце Лии. Каждый ее полный любви и волнения взгляд, брошенный на этого короля варваров, невыносимо мучил Блейна.

Принц мечтал о том, чтобы девушка смотрела на него так, как смотрела на Ишкана. Представлял, как она с раскрасневшимися щеками и влюбленными глазами будет робко шептать ему о чем-то.

Так или иначе чаша весов Блейна склонялась в сторону сердца сестры. И раз уж он в итоге заполучит его, то вполне может отказаться от ее девственности. Также парень посчитал, что после разделенного с этим противным стариком ложа, она гораздо охотнее согласится заниматься сексом с ним.

Блейн знал, что граф Оберде имел дурные пристрастия в постели. Слухов о том, что он покупал множество проституток, похожих на Лию, а затем жестоко издевался над ними, было достаточно, чтобы достигнуть даже ушей принца.

Позволить девушке немного помучиться в руках Бён Гёнбека, а затем вызволить, став ее спасением… И тогда даже без намеренного применения магии она влюбится в него, – такой расклад казался Блейну просто замечательным.

Осталось совсем немного. В тот день, когда наденет корону, он вернет все, что принадлежит ему по праву.

Блейн оставил горько рыдающих фрейлин позади и вошел в опустевший дворец принцессы. Он хотел осмотреться в нем, пока следы Лии еще окончательно не исчезли.

Бредя по тихому коридору, принц открывал дверь в каждую комнату. Гостиная, библиотека, гостевые спальни, гардеробная, где хранились ее одежда и аксессуары…

Исследующие замок шаги остановились перед рабочим кабинетом. Блейн по-хозяйски вошел внутрь.

В аккуратно обустроенном помещении все еще витал ее слабый аромат. Принц подошел и сел в кресло за начищенным до блеска письменным столом. Он облокотился на него, но мебель совершенно не подходила ему по росту, поэтому парню пришлось несколько ссутулиться.

Блейн взял перо, которым когда-то пользовалась Лия, и повертел его в руках. Затем, не задумываясь, он открыл ящик стола. Стоило заглянуть внутрь, как лицо принца моментально побледнело и потеряло всякое выражение. На конверте, запечатанном восковой печатью, аккуратным почерком было выведено всего одно слово.

[Завещание.]

Внезапно конверт задрожал. Принц с некоторым запозданием осознал, что он сам держал его и что тряслись именно его руки.

Разорвав конверт, Блейн быстро прочитал содержимое бумаги, а затем и все документы, приложенные к ней.

В них речь шла о раздаче принадлежавшего Лие имущества фрейлинам дворца принцессы и благоволившим ей придворным. Увидев, как тщательно девушка расписала, что именно отдавала во владение каждому человеку, Блейн не мог не выругаться:

– Черт...!

Порвав завещание и документы, принц бросил их на стол и выбежал из кабинета. Выйдя из дворца, он увидел рыцарей, собравшихся неподалеку.

Среди них находился и сопровождающий Блейна, дожидавшийся его у экипажа. Мужчина с растерянным видом беседовал с рыцарями, и стоило ему заприметить принца, он взволнованно подпрыгнул на месте и поспешил к нему.

– Случилось ужасное! Варвары напали на свадебную процессию принцессы!

Блейн почувствовал, как внутри у него что-то оборвалось. Он стиснул челюсть так, что от напряжения на его скулах заходили желваки.

– ...Принцесса, – процедил парень.

Будучи сам на взводе, слуга даже не разобрал низкого рычания. Когда ответа не последовало, Блейн схватил мужчину за воротник и крикнул:

– Принцесса!!!

– Ее похитили...! Король варваров совершил похищение невесты…!

Парень отшвырнул сопровождающего и отвязал лошадь от повозки.

– Сообщи моей матери, – холодно сказал он, седлая коня, – я сам буду преследовать зверей.

***

Как только Курканы удостоверились, что король держит свою невесту на руках, над полем боя тут же прозвучал рог, возвещающий об отступлении. Все прекратили сражаться и быстро поскакали прочь.

Десятки лошадей стремительно помчались вдаль от трупов, сломанной кареты и залитых кровью мискантусов. Только когда они достигли края пампасной равнины, безжалостный галоп закончился.

Там их уже ожидали другие Курканы. Морга, наворачивашиий круги возле кареты из гладкого, не покрытого узорами *эбенового дерева, торопливо подошел к вернувшемуся королю.

– Ишакан, сюда!

Король Курканов одной рукой поднял и посадил протестующую принцессу на свое плечо, а затем соскользнул с лошади.

– Отпусти меня! Отпусти!

Лия изо всех сил била его своими маленькими кулачками, но безрезультатно. Ишакан лишь уставился на нее в ответ. Во взгляде мужчины не было и намека на боль. Однако когда Куркан заметил, что руки девушки покраснели и начали опухать, он схватил ее за запястья, чтобы та не причинила себе еще большего вреда.

Ишакан поспешил усадить Лию в карету, набитую мягкими подушками и воздушными одеялами. Оказавшись внутри, девушка, учащенно дыша, тут же стремглав бросилась в дальний угол.

Стоило ей развернуться и встретиться взглядами с Ишканом, и некоторое время они неотрывно смотрели друг на друга. Однако голос наблюдающего за ними Морги прервал их.

– Вы должны дать ей это прямо сейчас.

Ишакан забрал у мага маленькую стеклянную бутылочку, доверху заполненную странной темно-красной жидкостью.

Лия напрочь отказывалась открыть рот. Но это было действительно важно, посему Ишакан сжал ее челюсть и насильно заставил раскрыть плотно сцепленные губы. Красная жидкость тут же полилась внутрь. Девушка уже собиралась выплюнуть ее, но большая рука закрыла ей нос и рот. Протестуя, Лия принялась царапать тыльную сторону ладони мужчины, но даже тогда Куркан не пошевелился.

Другая рука, в отличие от грубой первой, стала мягко потирать горло принцессы. В конце концов ей пришлось пропустить жидкость дальше, и только когда Ишакан убедился, что та все проглотила, он опустил ладонь.

Подавляя разразившийся кашель, Лия сдавленно произнесла:

– Почему…Почему я...

—--------------------------------------------

Прим. пер.:

Эбе́новое де́рево, или Эбе́н, — чёрная (или чёрная с полосами) древесина некоторых тропических деревьев рода Хурма (Diospyros), произрастающих во влажных тропических лесах Западной, Центральной и Восточной Африки, Южной и Юго-Восточной Азии, на островах Индийского океана, в муссонных лесах Индии и острова Цейлон.

Глава 134. Прекрати

Лия все громче и громче повторяла одну и ту же фразу. Дошло до того, что ее голос даже охрип и надломился от крика. Ишакан же тем временем достал веревку из мягкого шелка и принялся связывать девушку. Обматывая ее запястья и лодыжки он беспечно пояснил:

– Король Курканов совершает похищение невесты.

Сердце принцессы упало. Однако она больше не могла продолжать разговор. Глаза стала застилать пелена, а слабость сковала тело, – по всей видимости, это из-за той жидкости, которую ее заставили выпить. Сознание стремительно угасало. Сквозь темнеющее зрение она беспомощно пробормотала:

– Пожалуйста... не делай этого...

Золотистые глаза смотрели на девушку сокрушающимся взглядом. Ишакан тихо прошептал:

– Можешь ненавидеть меня, если хочешь…

Ее дрожащие веки отяжелели и закрылись. Некоторое время Куркан обнимал обмякшую в его руках Лию, а затем осторожно уложил на самодельную постель в карете. Чтобы девушка не поранилась при тряске, Ишакан укутал ее одеялами и со всех сторон обложил подушками, после чего выскользнул из кареты, закрыв за собой дверь,

Курканы вновь оседлали лошадей. Они всю дорогу мчали без малейшего продыху, и ровно тогда, когда измученные лошади уже были готовы свалиться замертво, их путь временно прекратился. К тому моменту солнце давно село за горизонт, а на равнину опустилась тьма.

От потных тел лошадей, долго скакавших без отдыха, исходил горячий пар. Валившихся от усталости, их отвели в конюшни, чтобы накормить и напоить.

По указанию Дженин Курканы вывели новых лошадей, заранее подготовленных ими на этом пункте. Когда они быстро перенесли весь багаж и сменили коней, Хабан посмотрел на темное небо и трижды коротко свистнул.

Ему в ответ вторил звонкий крик. Мгновение спустя большой ястреб, взмахнув крыльями, приземлился на плечо мужчины.

Пока Хабан гладил птицу и кормил кусочками мяса, Дженин развязала маленькую бумажку, привязанную к ее лапке. Прочтя написанное, женщина нахмурилась. Она скомкала и проглотила листок, а затем доложила Ишкану:

– Королевская семья начала преследование. Согласно сообщению, погоню возглавляет сам наследный принц.

– Немного раньше, чем я ожидал.

Король нахмурился. Он подкупил дворян, чтобы узнать маршрут свадебной процессии, а затем изменил их отчеты ложью.

Курканам потребовалось бы три недели, чтобы добраться до границы. Они не могли избежать преследования со стороны королевской семьи, но им нужно было добраться до пустыни до того, как Бён Гёнбек узнает о ситуации.

Ко всему прочему масла в огонь добавляла еще и проблема с Лией. По словам Морги, человек, промывший ей мозги, мог легко выследить ее. Чтобы это предотвратить, девушке дали зелье, а Морга непрерывно шептал заклинания, чтобы помешать магии Кердины.

– Что насчет королевы, Морга?

– Вам пока не о чем беспокоиться, но с этого момента мне лучше находиться рядом с принцессой, – ответил Морга, вытирая проступивший на висках пот.

– Хорошо.

Дав разрешение, Ишакан направился к другим Курканам, чтобы провести заключительную проверку перед отъездом.

Глубоко вздохнув, Морга, пошатываясь, подошел к карете. Однако у него не оказалось сил, чтобы открыть дверцу, поэтому маг лишь беспомощно уставился на нее.

Дженин со стороны наблюдала за этим. Она открыла Морге дверь и даже помогла столкнувшемуся с трудностями мужчине забраться в карету.

– Спасибо тебе, Дженин.

– Ты не должен благодарить. Позаботься о ней, Морга.

Мужчина решительно кивнул, но как только дверь закрылась, он снова вздохнул и тяжело рухнул на сиденье. Могущество королевы оказалась сильнее, чем ожидалось. Это похоже на пытку – пытаться блокировать его в одиночку.

Вскоре карета снова тронулась в путь. Впереди опять предстояла безостановочная дорога до следующей точки. Вытирая пот рукавом, Морга посмотрел на принцессу.

Лия спала, связанная шелковой веревкой, завернутая в одеяла и обложенная мягкими подушками. Если зелье сработает правильно и помешает заклинаниям королевы, она пробудет без сознания до самой пустыни.

Подсчитав оставшееся время, Морга вытащил шар из потайного нагрудного кармана. Внутри хорошо отполированного хрусталя клубился черный дым. Этим инструментом маг пользовался нечасто, но в сложившихся обстоятельствах он был вынужден его применить.

– Давай начнем с этого... – пробормотал мужчина и положил лист розмарина на лоб принцессы.

Склонившись над Лией, Морга увидел путы на ее запястьях. Они удерживали принцессу достаточно крепко, чтобы та не смогла выпрыгнуть из движущегося экипажа, если проснется.

Маг с жалостью посмотрел на тонкие запястья.

“Если зелье подействовало как надо, то можно и развязал ее”.

Но в тот момент, когда он снял веревку…

– ……!

Со звонким треском в хрустальном шаре появилась разлом, и Морга рухнул, скрючившись от пронзившей тело боли и подступившей тошноты. Изображение перед глазами сильно  расплывалось, но прежде всего маг поспешил проверить принцессу.

Плотно сомкнутые веки медленно поднялись, открывая прекрасные фиолетовые глаза. Расфокусированные, они безучастно смотрели вперед, а затем неспешно повернулись к Морге. Глядя на девушку, мужчина неосознанно затаил дыхание.

Тем временем, маленькое тело поддалось вперед, а белая рука схватила шею мага. Удушающее чувство мигом отозвалось мурашками по всему телу.

Морга вскочил на ноги, словно от удара молнии. Он спешно одернул шторы и, в порыве не рассчитав сил, полностью сорвал их. С гулким грохотом маг распахнул окно и изо всех сил закричал:

– Стой!!

Он совершил ошибку. Несмотря на то, что сейчас за ними велась погоня, они должны были немедленно остановиться. Морга снова закричал, на этот раз так громко, что на его шее вздулись вены:

– Остановите экипаж сейчас же! Скорее!!

Это было не просто промывание мозгов. Она уже стала марионеткой королевы.

Глава 135. Невосприимчивость К Заклинаниям

В тот самый момент, как увидел принцессу в лесу, Морга сразу понял, что ее состояние довольно тяжелое.

Как правило, магия никак не проявлялась внешне. Даже колдуны с трудом могли определить, находился ли кто-то под действием заклинания или нет, да и то только при помощи зелий.

Но в случае с принцессой все было по-другому. Морга без особых усилий видел зловещий черный дым, клубившийся над ее телом. Враждебные и могущественные заклинания слой за слоем накладывались друг на друга в таком количестве, что даже если бы королева попыталась скрыть их, у нее бы ничего не вышло.

Маг определил, что самым сильным колдовством, примененным к принцессе, являлось промывание мозгов. Однако он ужасно просчитался. Королева уже вышла за рамки внушения. Она превратила принцессу в марионетку, а затем скрыла сей факт, замаскировав его под плотной пеленой других заклятий.

– Сейчас она потеряла контроль над своим телом. В данных обстоятельствах я не могу помешать королеве выследить нас. Нужно более мощное заклинание.  – остановив скачущую процессию, Морга объяснял Ишакану сложившуюся ситуацию.

На трясущихся ногах маг опустился на колени, склонив голову.

– Это все моя вина...

– Встань, Морга. Сейчас не время корить себя. – тихо произнес король с легким вздохом. – Я знаю, что ты сделал все, что мог.

Услышав эти теплые слова, Морга чуть не заплакал. Сдерживая подкатившие к глазам слезы, он плотно сжал губы. Хабан, стоявший в глубине толпы Курканов, громко расхохотался, на что Дженин, разозлившись, дала тому подзатыльник.

– Тогда что я могу сделать?

– Пожалуйста, выиграйте мне немного времени.

Слушая просьбу Морги, Ишакан взглянул на Дженин. Женщина, в свою очередь, нахмурившись произнесла:

– Если предположить, что они знают наше местоположение, то стоит нам еще немного задержаться в этом месте, и нас настигнет королевская погоня.

Ненадолго задумавшись, она продолжила:

– Почему бы нам не оставить Моргу и принцессу здесь, а самим не вернуться и не разобраться с преследователями?

Маг поспешно вмешался:

– Ишакан должен остаться со мной. Мне нужна его кровь.

– ...Это из-за особенности моего тела?

– Да.

Хабан немедленно поднял руку.

– Думаю, что нас с Дженин будет достаточно. Пожалуйста, дайте мне около тридцати воинов.

Согласно плану, каждый из них поведет по пятнадцать воинов в засаду на преследователей. Зрение обычных людей не приспособлено для хорошего видения в темноте. Ввиду чего, внезапной атаки должно быть достаточно для победы.

– Мы, безусловно, получим удовлетворительный результат, – сказал Хабан с огнем в глазах.

Вслед за мужчиной, Дженин украдкой подняла руку и спросила:

– Можно ли убить наследного принца?

– Конечно, нет! – воскликнул Морга.

Маг объяснил, что они не должны этого делать, пока он не выяснит все заклинания, наложенные на принцессу. Хабан толкнул женщину локтем в укор за прозвучавшее из ее уст предложение. С напряженностью на лице Дженин пробормотала:

– Этот принц, может сломаться от одного моего удара…

“Я должна быть осторожна, чтобы не убить его.” – Курканка кивнула сама себе.

Как только определили план действий, все немедленно приступили к работе. Дженин и Хабан повернулись обратно тем же путем, которым пришли, в сопровождении тридцати лучших выбранных ими Курканов.

Оставшиеся заняли оборонительную позицию, готовясь к любым неожиданностям, а Морга и Ишакан направились обратно к карете.

– …

Король Курканов открыл дверцу, и его взгляд стремительно потускнел.

Морга, затаив дыхание, внимательно наблюдал за реакцией правителя. Принцесса вновь была связана. Она тупо уставилась на Ишакана расфокусированными ярко-фиолетовыми глазами.

Король крепко стиснул зубы. На руке, с силой сжавшей дверцу кареты, вздулись вены.  Драгоценное черное дерево уже готово было треснуть под сильным натиском крепких пальцев, но те вовремя разжались. Ишакан осторожно взял принцессу на руки и вытащил ее из кареты.

Расстелив на земле толстое одеяло, он уложил на него Лию и развязал ее. Тем временем Морга начал суетливо готовиться.

Изучая форму луны и положение звезд, маг достал уже приготовленное заранее зелье, затем порезал палец кинжалом и капнул кровью в бутыль. Закрыв сосуд пробкой, он встряхнул его, чтобы хорошо все смешать, а затем вновь откупорил.

– Я должен Вам кое-что сказать, – начал Морга. – То, что мы собираемся сделать сейчас… это действительно крайняя мера.

Существовал способ временного рассеивания заклинания при помощи принудительного его искажения. Однако обычно этот метод использовался только для тех, кто находился под легким заклинанием. Причиной тому была сильная ответная реакция организма на подобное вмешательство.

Если контроль над телом пропал, значит заклинание добралось до самого разума. И поскольку он сильно поражен магией, то степень реакции будет чрезмерной. Можно даже сказать, она окажется летальной.

Тем не менее причиной, почему Морга решился на это, состояла в присутствии Ишакана. Курканы изначально обладали высокой устойчивостью к заклинаниям, но у Ишакана она была не просто высокой.

У него имелся к ним иммунитет.

Если они используют кровь Ишакана, то смогут избежать взгляда королевы, пока не доберутся до пустыни.

– Использование Вашей крови не будет представлять угрозы жизни принцессы, но все равно ей предстоит пройти суровый путь.

Морга вытащил маленькую жаровню и положил в нее треснувший хрустальный шар. Потряхивая ветками можжевельника над емкостью, он капнул в нее немного зелья, смешанного с его кровью. Как только жидкость коснулась жаровни, серый дым потемнел и сгустился.

– Принцесса будет чувствовать сильную боль. Она станет сопротивляться и яростно корчиться в агонии. Вам придется держать ее как можно крепче.

Удобнее всего было бы оставить девушку связанной, но веревки содрали бы ее кожу в момент конвульсий. Глядя на Лию, которую Ишакан держал на руках, словно куклу, Морга тяжело проговорил:

– Тогда давайте начнем. Сначала дайте ей это… А затем напоите кровью.

Глава 136. Засада

Морга передал Ишакану склянку с оставшимся после проверки в жаровне зельем. Поскольку Лия была не в том состоянии, чтобы пить самостоятельно, король вылил жидкость себе в рот и примкнул к ее губам.

Постепенно проталкивая зелье языком, он принялся понемногу поить им принцессу. Беспомощно обмякшее доселе тело протестующе поежилось. Когда снадобье у него во рту иссякло, Ишакан приоткрыл губы Лии, чтобы убедиться, что та проглотила все до капли.

Не медля ни секунды, Куркан укусил себя за палец. Пронзенная зубами плоть с треском лопнула, и из раны тут же хлынула багровая жидкость. Засунув палец в маленький ротик принцессы, Ишакан стал растирать кровь на девичьем языке и массировать ее горло снаружи, вызывая тем самым глотательный рефлекс.

– …!

Полузакрытые глаза принцессы распахнулись. Морга тем временем раздул жаровню, заставляя густые клубы дыма подниматься все больше.

Лия яростно замотала головой, пытаясь вытолкнуть палец изо рта. Она даже изо всех сил укусила его, но Ишакан не уступил. Вместо этого он толкнул палец чуть глубже. На фиалковые очи резко навернулись слезы.

– Аааа!!

Душераздирающий крик прорезал ночной воздух. Маленькое тело выгнулось и принялось сотрясаться словно в припадке. Совершенно не обращая внимания на израненные девушкой в попытках сопротивления руки, Ишакан крепко держал ее, пока та, отчаянно кусаясь и царапаясь, корчилась в мучительной агонии.

– Больно, больно, слишком больно...! – истошно кричала принцесса, всхлипывая и моля, – Ах, убей меня, просто убей меня...

Но руки, державшие хрупкое тело, оставались твердыми. Ишакан сунул ей в рот еще один палец, чтобы девушка не прикусила язык.

– Нет, Лия.

Мучительная боль пронзила Куркана. Нет, это была вовсе не физическая боль. Ее укусы и царапины для него ощущались подобно щекотке.

– Ты вольна делать все, что хочешь, однако вот этого я не допущу.

Мужчина не сводил глаз с мучавшейся от боли принцессы. Чтобы хоть как-то успокоить Лию, он постарался как можно крепче и в то же время нежно прижать ее к груди. Король потерся лицом о залитую слезами щеку и прошептал:

– Не говори таких вещей...

С безмерно подавленным взглядом Ишакан, держал принцессу в объятиях и продолжал что-то шептать ей. Глаза наблюдавшего за этим Морги задрожали, и маг поспешно склонил голову.

– …

Вождь и так понимал, что эта привязанность не была поверхностной. Однако в отличие от его смутных представлений, чувства Ишакана оказались гораздо глубже и сильнее.

Среди Курканов говорят, что представители племени волков, выбрав пару, навсегда отдают свое сердце исключительно ей. Но Морга не ожидал, что это когда-либо произойдет с Ишаканом.

Маг задумался.

“Не знавший поражения Король Курканов... Похоже впервые познает это чувство благодаря принцессе Эстии.”

***

Взгромоздившись на верхушку дерева, Хабан всматривался вдаль. Вот впереди показалась толпа мчавших на лошадях всадников, поднимающих в воздух густое облако пыли. Прищурившись и продолжая внимательно наблюдать за ними, Хабан заговорил с Курканкой, сидевшей ниже него.

– Дженин, ты помнишь, как впервые встретила Ишакана?

– Конечно помню.

Хабан из племени кошек и Дженин из племени волков были эскортом бывшего короля Курканов. Они являлись талантами, которых предыдущий правитель непосредственно отобрал в качестве личных стражей.

Находясь с ним бок о бок, они не имели другого выбора, кроме как наблюдать за его злодеяниями. Не выдержав, Хабан и Дженин в конце концов сбежали, но их быстро схватили и заключили в тюрьму. Ишакан появился как раз в тот момент, когда им было приказано выбирать между верностью и смертной казнью.

– Я никогда не видела существа столь могущественного и прекрасного, как он.

– И столь же опасного, – продолжил Хабан.

Дженин кивнула. Говорят, чем большей силой обладает Куркан, тем пуще им движут инстинкты. И хотя Ишакан часто курил табак, чтобы подавить их, леденящую душу дикость его природы скрыть было невозможно.

– Но все по-другому, когда он с принцессой, – сказала она.

Рядом с Лией Ишакан всегда был так спокоен, будто нашел свое пристанище.

– Думаю, что принцесса для него – идеальная партнерша.

Хабан скривил губы, наблюдая, как всадники подбираются все ближе и ближе. Даже перед сотнями рыцарей он не выказывал страха. Несмотря на очевидное численное преимущество с той стороны, глаза мужчины ярко сверкали от предвкушения. Бой и резня были самой сутью Курканов.

– Наследный принц лидирует. – произнесла Дженин, оглядев приближающуюся группу. – Этот парень слишком сильно мучил принцессу. Мы не можем позволить ему забрать ее.

Выслушав соратницу, Хабан сосредоточил свой взгляд на принце, возглавлявшем рыцарей. Наблюдая, как тот несется вперед, мужчина расхохотался.

– Если уж она так дорога ему, то он должен был с самого начала хорошо с ней обращаться. Теперь она наша.

– Ты прав. – убедившись, что Блейн находится в пределах ее досягаемости, Дженин подняла лук. – Она больше не принцесса Эстии.

Курканка медленно натянула тетиву. Мышцы на ее руках вздулись. Женщина непоколебимо прицелилась и в нужный момент выпустила стрелу. Проводив взглядом стремительно несущееся острие, Дженин с бесстрастием на лице произнесла:

– Она станет королевой Курканов.

Глава 137. Ты Ничего Не Знаешь

Ей снился странный сон. Кошмар о жгучей боли. Невероятно яркий и реалистичный. Было так мучительно, что она даже задалась вопросом, а испытала ли бы она такую же боль, если бы ее тело горело в адском огне.

Окажись сейчас под рукой нож, девушка бы тут же вонзила его себе в сердце. Пытка была такой невыносимой, что все, что она могла – это плакать и молить о смерти.

Кто-то обнял Лию. Он крепко прижимал ее к себе, постоянно о чем-то ей шепча. Она не помнила, что тот говорил. Но среди агонии и страданий это нежное тепло и ласковый шепот были приятны. Она цеплялась за них в попытках преодолеть боль, и когда та наконец прекратилась, девушка потеряла сознание.

Казалось, прошло много времени. Лия не была уверена, сколько именно, но она долго блуждала в темноте прежде, чем наконец пришла в себя. Девушка поморщилась от легкой головной боли и открыла глаза.

– …

Ошеломленная, она огляделась вокруг. Незнакомое место. Это была не Эстия. Пространство  скорее походило на шатер. Пол устилали ковры с экзотическими рисунками, а кровать, на которой лежала Лия, была покрыта разноцветными тканями с причудливыми узорами. Девушка откинула одеяло и встала.

Или попыталась.

Страдальческий стон вырвался из груди. Принцесса вспомнила, что потеряла сознание после приема зелья, и теперь ей казалось, словно ее тело разваливается на части.

Лия села в постели и снова огляделась. На стене над изголовьем кровати висела связка ветвей.

В одном углу шатра расположилась большая жаровня. Прохладный аромат, исходивший от очага, был знаком. Запах листового табака, который часто курил Ишакан. Тупо уставившись в одну точку, Лия долго втягивала ноздрями еле заметную дымку.

И в этот момент…

Ее тело пробрала сильная дрожь. Воспоминания появлялись одно за другим, такие беспорядочные, словно кто-то разрезал их на куски, перемешал и без разбора стал возвращать владелице. Голову пронзила острая боль, и Лия схватилась за нее обеими руками. Казалось, что череп вот-вот расколется от обильного потока всплывающих картин.

– Ааа...!

С болезненным стоном принцесса свернулась калачиком. Брезентовая дверь шатра распахнулась, и солнечный свет осветил тусклое пространство.

– Лия!!!

Тепло моментально окутало ее тело, как прочный щит. Лия отчаянно вцепилась и не отпускала его, пока затрудненное дыхание не успокоилось, а головная боль постепенно не утихла.

Спустя долгое время, наконец придя в себя, девушка подняла лицо. Пред глазами наяву предстал мужчина, которого даже во снах она всегда хотела увидеть. Губы Лии медленно приоткрылись.

– Ишакан...

Пораженная собственным надтреснутым голосом, она закрыла рот. Мужчина налил воды из кувшина на прикроватном столике в стакан и поспешно поднес его к ее губам. Теплая вода, с каждым глотком плавно прокатывающаяся по горлу, еще никогда не была такой сладкой.

Когда Лия опустошила сосуд, ее разум немного прояснился. Даже мелкая, затяжная головная боль полностью исчезла.

Именно тогда девушка задумалась о том, что произошло.

– Как долго я спала? – это первое, о чем она хотела узнать.

– Более трех недель.

“Три недели? Такое вообще возможно?”

Глядя на очевидно изумленную принцессу, Ишакан сузил глаза и тихо добавил:

– Конечно, в обычной ситуации человек бы умер.

Ее жизнь поддерживалась при помощи магии. Губы Лии приоткрылись.

– Тогда мы в…

– В пустыне. Направляемся в Курканат, и, похоже, будем там самое позднее через три дня.

Лия потрясенно уставилась на мужчину, но ничего не сказала. Он же, в свою очередь, с непостижимым спокойствием смотрел на нее в ответ.

Принцесса с трудом оттолкнула короля Курканов. Лия хотела убедиться в этом собственными глазами, но только она собиралась подняться с кровати, как что-то с металлическим звоном потянуло ее за левое запястье.

Руку девушки обволакивала толстая кожаная манжета, обшитая изнутри мягкой тканью. Тонкая цепочка соединяла ее с кроватью для ограничения движения.

– ...Что это.

Она так растерялась из-за подобного варварского обращения, что практически потеряла дар речи. Лия сильно прикусила нижнюю губу.

– Немедленно освободи меня и отправь обратно в Эстию, – спокойно произнесла она.

Однако Ишакан проигнорировал просьбу. Он лишь коротко рассмеялся и спросил:

– Куда? На территорию Бён Гёнбека? –  взгляд Куркана был спокоен, а сам он говорил холодно. – Даже если похищенная невеста вернется, для нее ничего хорошего не выйдет. Они ведь скажут, что ты не чиста, и безжалостно побьют тебя камнями. Разве не так поступают в Эстии?

Сарказм Ишакана разозлил принцессу.

– Это не твое дело! – крикнула Лия.

Она заметила, что его золотистые глаза потемнели, но уже не могла остановиться. Неосознанно принцесса выпалила полным страдания голосом:

– Ты ничего не знаешь...

Она уже и так сделала выбор в пользу смерти. Конечно, это не было легким решением. Но тем не менее, она предпочла смерть. Ведь это казалось единственным решением.

Лия закрыла лицо руками. Ей хотелось плакать. Ишакан до самого конца не отказался от нее, что делало девушку такой счастливой и такой несчастной одновременно. Ведь она знала, что может случиться.

Еще не поздно. Ей нужно было вернуться как можно скорее. Принцесса уже собиралась умолять его отослать ее обратно, когда услышала тихий голос:

– Чего я не знаю, Лия…

Зловеще-спокойный тон. Девушка опустила руки, закрывавшие лицо. Ее плечи задрожали от страха.

Глаза Ишакана были ледянее, чем когда-либо. Он едва сдерживал свой гнев.

Глава 138. Твои Страхи

– Скажи-ка, чего я не знаю, – произнес Ишакан и следом бросил вопрос, который застал Лию врасплох, – Ты стала марионеткой под чарами королевы?

– ……!

Девушка напряглась. Она почти забыла, как дышать. Запоздало принцесса, еле шевеля губами, ответила:

– К..как…

Но не успела завершить фразу, ведь Ишакан тут же продолжил тираду вопросов:

– Ты намеренно осыпала меня жестокими словами? Или ты помышляла о том, чтобы провести первую брачную ночь с кем-то столь отвратительным, как Бён Гёнбек, а затем собиралась покончить с собой?

Куркан медленно приблизил лицо к девушке. Опустив взгляд, он предостерегающе прошептал:

– Чего я не знаю, Лия?

– …

Все секреты, которые девушка так пыталась утаить, оказались раскрыты. Она ничего не могла ответить стоявшему перед ней мужчине, который едва сдерживал свой гнев.

Лия вспомнила их разговор той последней ночью во дворце. Даже тогда Ишакан был зол... Внезапно на девушку нахлынули эмоции. И прежде, чем она осознала это, тело уже отреагировало.

Глаза стала застилать влага, а затем капля за каплей стекать вниз. Лия всхлипнула. Машинально она принялась вытирать щеки рукой.

Слезы не переставая лились градом, будто в девушке что-то сломалось. Лишь больше и больше намокали бледные щеки. Застывший на месте Ишакан с нехарактерной ему растерянностью произнес:

– Я не сержусь на тебя...

Но слезы не прекращались. Вместо очередных слов, мужчина осторожно обнял ее, и Лия больше не могла сдерживаться. Она зарыдала в голос.

Девушка хотела сделать все правильно. Хотела быть идеальной принцессой и много трудилась ради этого. Но потерпела неудачу лишь с последним вульгарным долгом, хотя так надеялась, что план идеален и все будет идти, как задумано, до самого конца. Она считала само собой разумеющимся, что добьется успеха, и смиренно, без страха и сомнения выбрала смерть.

– Королева…

Однако в действительности Лия хотела отнюдь не этого. Твердая оболочка притворной силы и смелости духа вокруг нее разлетелась вдребезги.

– Сказала, что я… я задушу тебя, и.. и что ударю тебя ножом в сердце… Что я убью тебя…

Глотая слезы, девушка изо всех сил пыталась продолжить:

– Я… я не хочу… чт… чтобы ты…Я не хочу, чтобы ты м..меня ненавидел...

Слезам не было конца. Она выплескивала всю боль, которая так долго копилась, и плакала так сильно, что ее лицо покраснело. Глядя на девушку, Ишакан приоткрыл губы, будто хотел что-то сказать, но передумал и только крепче обнял ее.

Лия прижалась к нему, словно цеплялась за спасительную соломинку, изливая вместе со слезами все секреты, которые столько времени скрывала и хранила в себе:

– Эта… эта женщина… моих камеристок и служанок во дворце принцессы… она всех превратила в м…марионеток…

Полностью сломленная, Лия открыла даже самые сокровенные чувства, прятавшиеся в самой глубине ее души:

– Я была так напугана, Ишакан...

Тело принцессы дрожало от накала эмоций. И пусть его грудь уже промокла от слез, Ишакан продолжал молча обнимать ее. Долгое время он поглаживал девушку по спине, и только когда она немного успокоилась, наконец мягко заговорил:

– Послушай, Лия.

Она помедлила, а затем подняла взгляд. Золотые глаза более не были холодными. Только выглядели немного грустными, – чувство, не подходившее человеку, не имевшему ничего в целом мире, о чем можно сожалеть. Медленно он приблизил губы к ее векам и поцеловал их одно за другим.

– Ты можешь душить меня и вонзать нож в сердце.

Лия сильно прикусила нижнюю губу. Ишакан продолжал нежно целовать девушку снова и снова, будто хотел стереть все ее слезы своими прикосновениями.

– Этого недостаточно, чтобы убить меня, так что ты можешь делать все, что захочешь… И…

Глубоко вздохнув, он нежно поцеловал Лию в переносицу, непроизвольно сжал и разжал губы, а затем прошептал:

– Я не могу ненавидеть тебя.

Глава 139. Искренность

С этими словами все пугающие девушку мысли растворились, как тающий снег. Огромное облегчение вызвало новый поток слез. Ишакан, считавший, что Лия уже успокоилась, не был готов к очередному наводнению и не знал, что с ним делать.

Всегда красноречивый мужчина не мог вымолвить ни слова, будто у него отнялся язык. Он просто молча обнимал Лию.

Прислонившись к нему, принцесса плакала изо всех сил. Прошло много времени с тех пор, как она могла так свободно дать волю чувствам. Казалось, это и вовсе был первый раз, когда Лия действительно так громко рыдала рядом с кем-то, а не сдерживала дыхание в одиночестве, спрятавшись в углу своей спальни.

Сколько она проплакала? Сказать сложно. Но понятно, что остановилась девушка только тогда, когда слез в глазах попросту больше не осталось. Все это время Ишакан целовал и ласково ее гладил.

– Лия, – тихо позвал он.

Принцесса посмотрела на него снизу вверх, хлопая влажными ресницами. Куркан некоторое время смотрел на нее в ответ, а затем медленно прошептал:

– Если ты вернешься… На этот раз ты ведь действительно умрешь.

Каждая фибра души Лии отозвалась леденящим чувством на эти слова. Ведь девушка знала, что это не просто ложь, озвученная в попытке удержать ее. Не было никаких сомнений в том, что сделает Кердина. И даже если мачеха не убьет Лию, то с большой вероятностью приведет ее в то же состояние, что и короля.

– Я как-нибудь освобожу тебя от заклинаний. Так что, пожалуйста… – Ишакан нежно прижался лбом к ее лбу и потерся о ее нос своим. – Останься со мной в пустыне.

Она уже слышала это несколько раз раньше. Лия моргнула, ресницы коснулись его щеки. Именно на таком расстоянии, где даже их дыхание смешивалось воедино, он ждал ее ответа.

Еще ничего не решено. Лия все еще не была уверена в том, что не подвергнет его опасности. Но Ишакан сказал, что справится даже с этим.

Человек, находившийся перед ней, безусловно мог найти нужное решение. Он защитит Лию, какая бы угроза или опасность ни подстерегали ее.

Девушка хотела довериться ему.

До этого она всегда заставляла свои губы произносить слова, противоречащие желаниям собственного сердца. Наконец-то Лия смогла сказать правду.

– Хорошо…

Поколебавшись, принцесса осторожно поцеловала Куркана в губы и затем отстранилась. Его глаза расширились. Глядя в золотые очи с расширенными зрачками, она продолжила:

– ...Я останусь с то....

Но Лия не закончила. Ишакан схватил ее затылок и нетерпеливо сомкнул их губы. Горячий язык проник в рот девушки и прошёлся по каждому его уголку, провел по каждому зубу, а затем настойчиво потер мягкое небо.

Из горла Лии вырвался непроизвольный стон:

– Хаах...

В ответ на тихий звук наслаждения поцелуи только усилились. Под страстным натиском тело девушки медленно откинулось назад, и вскоре она уже полностью лежала на кровати. Ишакан же, навалившись сверху, жадно впивался в ее губы.

Крепкие мужские ладони продолжали ласкать Лию. Они невесомо коснулись ее прекрасных волос, осторожно погладили по щекам, потерли округлые плечи и плавно провели по тонким рукам. Девушка полностью растворилась в этом потоке сильной любви.

Унесенная страстной и в то же время чувственной волной, она едва могла держаться за его плечи. Но несмотря на затуманенность разума, принцесса прекрасно ощущала твердые мышцы под ладонями. Она провела руками по крупным вытянутым ключицам и твердой шее мужчины, а затем, подавшись вперед, обняла его широкое тело. Вдоль протянутой руки слабо колыхнулась цепь.

– Лия, Лия…

Голос, настолько низкий и тихий, что вызывал мурашки по коже, снова и снова звал ее по имени. И каждый раз, когда Куркан произносил его, девушка непроизвольно вздрагивала в ответ. Необычное чувство возникло внизу живота.

Она бессознательно приподняла талию, а Ишакан тут же скользнул руками ей за спину и крепко прижал к себе, будто только и ждал подходящей возможности. Последовавшие за этим поцелуи окончательно затуманили разум обоих.

Внезапно Лия ощутила тепло в области бедер и паха. В нее упиралось нечто твердое, и она прекрасно знала, что именно. Ишакан совершенно не пытался скрыть своего возбуждения, скорее наоборот, – он откровенно прижимался мужским достоинством к одному из ее бедер.

Но Куркан был не единственным, кого охватил жар. Лия бессознательно потерлась промежностью о крепкое мужское бедро, расположившееся между ее ног. Когда в волнующем удовольствии у Лии вырвался стон облегчения, Ишакан нахмурился и, подняв голову, заговорил:

– Ах... Если так будет продолжаться, то может возникнуть проблема. – он нежно прикусил ее красную, похожую на спелый персик, щеку. – Ты ведь знаешь, что разница между зверем и Курканом заключается в том, что второй обладает способностью контролировать себя?

Лия покачала головой, и он улыбнулся. Лизнув губы девушки, король пробормотал:

– Нужно сдерживаться. Если мы продолжим, с нынешним состоянием твоего тела…

Но вопреки собственным словам, Ишакану было нелегко отступить. С сожалеющим видом он осыпал поцелуями лицо, шею и плечи принцессы. Лия же молча принимала их.

В глубине души она хотела притвориться, что не понимает, и закончить то, что они начали. Но девушка лучше, чем кто-либо другой, знала, что ее тело пребывало в состоянии, далеком от нормального. Невозможно было сказать наверняка, какой ущерб нанес бы сейчас секс с Ишаканом.

Мужчина долгое время то покусывал, то посасывал Лию тут и там, прежде чем наконец поднялся. Он взял хлопчатобумажную ткань и тщательно вытер ее лицо. Затем постепенно Ишакан перешел к изящным, так непохожим на его, девичьим рукам и внезапно остановился. Его взгляд обратился к ее запястью.

– …

Куркан тут же снял сковывавшую Лию манжету. Несмотря на слабую хватку и мягкую ткань внутри кожи, на ее руке все же остался красный след. Он не выглядел особо серьезным, так что стоило немного подождать и отметина вскоре исчезла бы.

Ишакан посмотрел на покрасневшее запястье и, аккуратно поднеся его к губам, поцеловал.

Глава 140. Аппетит (1)

Ишакан ни за что не отправил бы Лию обратно в Эстию. Даже если бы это вызвало ее негодование и ненависть к нему.

Однако теперь, когда девушка предпочла остаться, Куркан не видел никаких причин держать ту связанной. Он поцеловал ее тонкое запястье.

– Сначала нужно поесть, – произнес мужчина. – Ты долго спала, так что я принесу легкий перекус.

Закончив говорить, Ишакан скрылся за полой шатра и сразу же вернулся с подносом, обильно наполненным едой. Но, вероятно, учел тот факт, что Лия была нездорова, и на этот раз блюда не стояли друг на друге, образуя высокую гору. Подумав, что и первого ряда хватит с лихвой, Лия внутренне рассмеялась.

Свободной рукой король Курканов помог девушке поудобнее расположиться в кровати, затем придвинул стул и сел подле нее. Как и в прошлый раз он выставлял перед девушкой еду по одному блюду за раз.

Первым делом Лие предстала тарелка горячей овсяной каши с молоком. Принцесса немедля приступила к трапезе. И пока она понемногу, ложка за ложкой поглощала кашу, Куркан продолжал выстраивать в ряд принесенные блюда.

Наблюдая, как он режет нежную телятину на мелкие кусочки, Лия слегка улыбнулась, но внезапно помрачнела. В памяти всплыли воспоминания о прошлом.

С раннего возраста, когда ее аппетит еще был на самом пике, Кердина строго следила за диетой принцессы. Лия ела в компании королевы по крайней мере раз в два дня, и в такие моменты у нее всегда болел живот. Конечно, это происходило из-за того, что во время трапезы она чрезвычайно нервничала.

Кердина строго обучала принцессу столовому этикету. Если Лия совершала малейшую ошибку, женщина немедленно прекращала прием пищи и била ее палкой по той части руки, которую скрывал рукав платья.

А иногда, когда девочка была так голодна, что пыталась съесть больше, королева презрительно смеялась над ней. Она то и дело указывала на недостатки тела Лии, щипала мягкий животик и пухлые бедра, которые по природе должны быть у ребенка.

— Не думаю, что в настоящее время ты можешь считать себя принцессой Эстии, Лия.

Кердина холодно указывала девочке, что та всегда должна выглядеть достойно.

— Хочешь чтобы люди говорили обо мне, как о мачехе, неправильно воспитавшей свою падчерицу?

И тогда Лие не оставалось ничего, кроме как отставить тарелку и умолять о прощении, говоря, что она совершила ошибку. Некоторые люди, жалея не имевшую возможности нормально питаться принцессу, пытались тайно принести ей еду. Но все они после жестоких пыток были изгнаны из дворца.

Так повторялось несколько раз, и когда Лия узнала, что Кердина сделала с жертвами, она начала воздерживаться от еды самостоятельно. В то время принцесса старалась действовать как можно осторожнее, поскольку боялась, что графиню Мелиссу, единственного человека, которому она могла доверять, тоже выгонят.

Если будет сдерживать себя, то все будет в порядке, – такому принципу следовала Лия.

В горле внезапно встал ком, девушка еле проглотила очередную порцию каши, а та, словно царапая шипами с трудом покатилась вниз. Лия отложила ложку. Она больше не могла есть. Ей казалось, будто желудок уже переполнен. Когда девушка протянула недоеденную и наполовину миску с кашей, Ишакан нахмурился.

– Не говори мне, что ты закончила.

– Я сыта. – Лия на мгновение заколебалась, затем тихо призналась, – Я бы хотела съесть еще, но…Я не могу. Думаю, это потому, что я на протяжении слишком долгого времени ела мало.

Куркан молчал. Золотые глаза на мгновение вспыхнули, но энергетика опасности быстро исчезла. Без дальнейших уговоров он просто убрал еду, а затем вернулся и крепко обнял Лию.

Несмотря на то, что она почти ничего не ела, его тепло полностью затопило разум и выдворило все мысли о еде. Лия устало прильнула к нему.

– Давай подышим свежим воздухом, – предложил Ишакан, гладя девушку по волосам, – Я хочу тебе кое-что показать.

Подняв Лию, он понес ее к выходу. Большая рука дернула брезентовую дверь шатра. Повинуясь, драпированная ткань широко распахнулась, освобождая паре проход. Когда они вышли из полумрака на свет, девушка непроизвольно раскрыла рот, дивясь зрелищу перед собой.

Место, где палит жаркое солнце, а золотой песок расстилается подобно бескрайнему морю.

Пустыня.

Глава 141. Аппетит (2)

– Ах… – невольно вырвался изумленный вскрик.

Явившийся пейзаж был поистине достоин восхищения. Бесконечные песчаные дюны оказались гораздо красивее, чем Лия себе представляла из нескольких строк описания, прочитанного в книге.

Она не могла скрыть волнения. Сердце девушки бешено заколотилось в груди, а глаза восторженно заблестели. Ишакан положил руку на голову Лии, прикрывая ту от солнца. Словно завороженная, принцесса какое-то время неотрывно смотрела на картину перед ней.

– Опусти меня, Ишакан! – взмолилась она, а затем, поняв, что кричала слишком громко, продолжила, понизив голос. – Я хочу пройтись по песку.

Мужчина рассмеялся и поцеловал Лию в щеку.

– Не могу, здесь слишком жарко. – произнес он, бросив взгляд на босые ноги девушки, которыми та беззаботно болтала в воздухе.

Лия ведь только недавно встала с постели и еще не успела обуться. Сейчас она могла лишь с сожалением смотреть вдаль на песчаную пустыню из объятий Ишакана. Некоторое время спустя девушка перевела взгляд поближе и огляделась.

Поселение располагалось близ оазиса. Принцессе показалось удивительным видеть здесь пальмы и траву – единственное место в бесконечном море песка, окрашенное зеленью.

Пока она смотрела на мерцающую под дневными лучами воду, Ишакан медленно подошел к оазису и опустил Лию в тени дерева. Там песок, защищенный от палящего солнца, был намного прохладнее.

Ощущение от погружения босых ног в мелкие песчинки было странным и щекотным. Лия посмотрела на Ишакана, не в силах двинуться вперед. Он улыбнулся и протянул ей руку. Девушка немедля вложила свою ладонь в его, и они вместе пошли по песку.

Вокруг оазиса росло множество пальм, каждую из которых усыпали красные плоды. Они так густо облепляли ветви, что те грузно прогибались под их весом. Казалось, стоит слегка ударить по одной, и она тут же с треском обломится и полетит вниз.

Наклонившись, Лия подняла с песка упавший плод. Она присмотрелась, внешний вид показался ей знаком. Финик.

Она изумленно посмотрела пальму, а затем снова перевела взгляд на плод в руках. Для девушки было открытием, что они росли на деревьях подобным образом.

С любопытством Лия снова вернула взгляд к островатым листьям, а затем к ветвям. Они отличались от тех, что растут в Эстии.

Пока девушка задумчиво изучала плод в руках, Ишакан повернул голову в сторону. Лия удивленно проследила за его взглядом.

Из-за финиковых пальм с любопытством выглядывали Курканы. Их необычайно яркие глаза заинтересованно наблюдали за гулявшей парой.

– А… – тихий звук вырвался у сбитой с толку Лии, однако стоявшие поодаль, казалось, истолковали это как разрешение приблизиться. Прятавшиеся до этого Курканы стали появляться то тут, то там. Из палаток и повозок, из-за верблюдов, пальм и других мест они выпрыгивали и также резко приземлялись, будто град падающих с дерева плодов. В мгновение ока Лию окружили.

Вздрогнув, девушка уронила финик, который держала в руке. Ишакан, спокойно наблюдавший со стороны, на лету подхватил падающий фрукт и произнес:

– Вы наводите суету.

Курканы переглянулись и отступили на несколько шагов назад. Однако продолжали с интересом смотреть на Лию.

Поскольку все Курканы обладали крупным телосложением, они были гораздо выше девушки. Принцесса чувствовала себя так, словно ее окружали высокие деревья, поскольку посмотреть на всех они могла лишь задрав голову.

Хотя Лия и была немного поражена, страха она не испытывала. Ведь все взгляды, направленные на нее, излучали симпатию.

Статная женщина, широко раскрыв глаза, ахнула в восхищении:

– Вау...

Мужчина рядом с ней указал на Лию и закричал:

– Она действительно маленькая и белая! Как снежинка!

– Тебе не следует говорить так громко! – испуганно выругался другой Куркан. Он с серьезным тоном продолжил, – Она же может сломаться...

Хабан предупредил, что они должны быть очень осторожны. И хотя громкие разговоры не могли никого уничтожить, все почему-то всерьез поверили возможность этого.

Лия посмотрела на тыльную сторону своей руки. В солнечном свете ее кожа была такой белой и прозрачной, что сквозь нее виднелись синие вены. По сравнению с загорелой, здоровой кожей Курканов, белизна тела девушки придавала ей облик больного человека.

И пока Лия раздумывала не стоит ли ей немного позагорать, окружающие, до этого поглощенные разглядыванием лица девушки, запоздало обнаружили худощавость ее шеи и рук. Все мигом помрачнели.

Курканы, не сговариваясь, одновременно  устремили взгляды на Ишакана. Тот угрожающе приподнял бровь в ответ. Один из старейших Курканов прошептал, обращаясь к Лие:

– Эм... Вы уже поели? Хотите, чтобы я принес Вам еду?

– Я уже поела.

– Могу я узнать, что Вы ели?

Его тон был очень мягким и дружелюбным, так что Лия с легкостью ответила:

– Полмиски овсяной каши...

В ответ последовало молчание. Курканы разинули рты, не веря своим ушам.

“Я сказала что-то не так?” – задумалась Лия. Но она никак не могла понять, что может быть плохого в половине миски каши.

Глава 142. Маниакальный

Пока Лия предавалась размышлениям, среди Курканов разом поднялся шум.

– Принесите еще еды!

– Полмиски каши! Этого даже годовалому ребенку для перекуса не хватит!

– Бедная принцесса... Ее еще и  похитили...

Негодование и упреки по поводу жестокого обращения то и дело разносились в воздухе.

– Прекратите, – спокойно сказал Ишакан. – Она может сломаться.

Как по щелчку пальцев бормотание мгновенно было прекращено. Курканы даже прикрыли рты руками, нервно переглядываясь. Затем они принялись изучающе осматривать Лию, словно пытались убедиться, не появились ли на ее теле трещины или сколы.

В этот момент девушка не смогла сдержать смешок. Когда уголки ее рта плавно скользнули вверх, глаза наблюдавших мгновенно обратились к изогнувшимся губам. Несмотря на всеобщее внимание, принцесса улыбалась от уха до уха. Там, в Эстии, взгляды других людей лишь тяготили и обременяли, но сейчас же она испытывала небывалую легкость и радость.

Нежно обняв Лию, Ишакан поднял ту в воздух, и все Курканы вскинули головы, провожая ее глазами. Король вложил недавно уроненный девушкой финик обратно ей в руку и произнес:

– Кроме того, отныне обращайтесь к ней Лия, а не принцесса.

На этих словах девушка крепко сжала фрукт в ладони. Неведомые места, незнакомые люди, даже чуждые имена. Многое изменилось. Она понимала, что в будущем ее ожидает еще много нового. Но среди нескончаемого вихря событий в одном она могла быть уверена.

Лия теперь стала просто Лией.

***

По тихому коридору эхом разносился шипящий шорох. Некто тащил за собой нечто тяжелое. Глухое шуршание сопровождалось звонким цокотом каблуков, стучащих по мраморному полу.

Женщина, источник  звука, с невыразительным лицом шла вперед. Всегда тщательно уложенные волосы сейчас пребывали в полнейшем беспорядке.

Взъерошенная и ненакрашенная, она волокла за собой крупного черного барана и козла. Пока их за рога тащили по тусклому проходу, распластавшиеся на полу животные, не оказывали никакого сопротивления и вовсе не двигались, словно находились без сознания.

Зловещее зрелище, но женщину никто не останавливал. Люди, с которыми та сталкивалась, не удивлялись и не кричали. Они лишь безэмоционально склоняли головы, выказывая свое повиновение.

Женщина медленно приблизилась  к Комнате Славы.

– …

Кердина посмотрела на свет, падающий из круглого окна в потолке. Это место, полностью пропитанное историей Эстии, вполне подойдет.

Достав из-за пазухи маленький кинжал, она порезала ладонь и на мраморном полу кровью нарисовала восьмиконечную звезду, заключенную в большой круг. Разместив в каждом из восьми углов звезды сияющие хрустальные шары, женщина принялась за зверей.

В самом центре рисунка Кердина обезглавила черного барана. Из тела животного тут же хлынула кровь, заливая все вокруг. И что довольно странно, стоило алой жидкости коснуться магического круга, она тут же с чавкающим звуком просачивалась внутрь него. Темный дым стал неспешно заполнять хрустальные сферы.

Когда в теле черного барана не осталось ни кровинки, женщина подошла к козлу,  вскрыла его грудную клетку и вынула прятавшийся там орган. Держа еще бьющееся сердце в руке, Кердина скривила губы в усмешке.

“Эта девка удрала.”

Кердина не жалела, что принцесса сбежала. Та все равно уже была испорчена. Проблема заключалась в том, что Блейн, выйдя из себя, слепо последовал за ней.

“Пора признать. Моему сыну нужна эта сука.” – подумала про себя Кердина.

Раз уж ситуация сложилась таким образом, ей придется использовать одно из незаконченных заклинаний, однако она пока не могла сделать это в одиночку.

Сев под льющиеся из окна лучи солнца, женщина принялась поедать сырое козье сердце. Когда пережеванная окровавленная плоть была проглочена, дым окончательно заполнил хрустальные шары, и те приобрели густой черный цвет. Кердина откинула голову назад и облизнула покрасневшие губы.

– Аахнн... – вырвался странный, почти оргазмический стон. В глазах зажегся блестящий огонек.

<Мои сестры. Мои братья.>

Раздался эхом странный нечеловеческий голос. Восемь сфер слегка качнулись, словно в ответ. Кердина продолжила, и чем дольше говорила, тем больше усиливалась дрожь хрусталя.

<Вы бы не забыли притеснения, презрение и унижения, которым мы подвергались.>

<Я – та, кто унаследовал первую силу.>

<Восстаньте, кровные братья и сестры!>

<Пробудитесь. Разожгите огонь уз наших. Последуйте за мной.>

<Нашу давнюю мечту, которую не смог осуществить никто другой, связанный с нами по крови ... >

Ее налитые кровью глаза сияли.

<Я претворю ее в жизнь.>

Восемь хрустальных шаров треснули и рассыпались в пыль.

Маниакальный смех эхом прокатился по Комнате Славы.

Глава 143. Происхождение Курканов (1)

Пока Лия спала, Курканы возобновили свой путь. Всю дорогу девушка сладко посапывала в объятиях Ишакана, не испытывая никакого дискомфорта.

Шествие продолжилось даже после того, как яркое солнце скрылось за горизонтом, уступая место тихому сумраку. Ночью в пустыне температура резко падала, и путешественники обычно искали различные способы согреться, – например, разжигали костры или ложились на нагревшиеся за день валуны. В противном случае появлялась угроза смерти от переохлаждения.

Но Курканов данное обстоятельство совершенно не беспокоило. В отличие от обычных людей, температура их тела была выше, а глаза приспособлены видеть в темноте. Именно поэтому Курканы часто передвигались в прохладное для них темное время суток.

Однако для Лии, простого человека, ночи в пустыне, без сомнений, ощущались бы ледяными. Поэтому-то Ишакан и держал ее в своих объятиях на протяжении всего пути, делясь с девушкой теплом своего тела.

Король Курканов взметнул голову вверх, – мириады белых сверкающих звезд усыпали чернильное полотно ночного неба. Мужчина перевел взгляд вниз на умиротворенно лежащую в его руках Лию, а затем нежно погладил ее по волосам. Вчера она ненадолго проснулась, но потом снова заснула и до сих пор не открыла глаз.

Прислушиваясь к ритмичному дыханию девушки, Ишакан неторопливо оглянулся. Шествие остановилось. Все Курканы последовали примеру короля и тоже устремили взгляды в непроглядную даль песчаных дюн.

Вскоре в ярком лунном свете появились десятки людей. На первый взгляд они были похожи на караван, пересекающий пустыню, но стоило расстоянию сократиться, и тут же стало возможным рассмотреть крупное телосложение и бронзовую кожу всадников. Возглавлявший процессию Хабан приветственно помахал большой рукой. Дженин, расположившаяся с ним на одной линии, тоже подняла ладонь вверх.

Потребовалось три недели, чтобы, начиная от столицы Эстиии, пересечь половину пустыни. Хотя это может показаться довольно коротким сроком, на самом деле подобной скорости было недостаточно, чтобы оторваться от преследования. Но передвигаться быстрее они не могли – Лия все еще находилась в плохом состоянии.

Однако благодаря усилиям Хабана и Дженин королевская погоня не настигла их. Вместе с тридцатью воинами-Курканами они устроили засаду преследователям и успешно выполнили свою миссию.

Но этим дело не ограничилось. Благодаря информации, полученной от подкупленных Ишаканом дворян, им удалось перехватить гонцов, отправленных на территорию Оберде. Теперь Бен Генбек не узнает подробностей похищения его невесты до тех пор, пока та благополучно не прибудет во дворец Курканата.

– Мы вернулись, Ишакан. – Дженин приветствовала его почтительным поклоном.

Хабан посмотрел на спящую на руках мужчины Лию и озорно поинтересовался:

– С королевой все в порядке?

Услышав обращение, как бы вскользь указывающее на их отношения, Ишакан ухмыльнулся.

– Пожалуйста, зовите ее Лия. Она еще ничего не решила.

В этот момент, грузной походкой, словно тащил за собой нечто тяжелое, к группе подошел Морга и произнес:

– Хорошая работа, Дженин, Хабан.

Длинные волосы мага были небрежно завязаны в хвост. Чрезмерно изнуренный вид Морги, будто тот держался из последних сил, на секунду вызвал у Хабана прилив сочувствия. Возникшее чувство жалости обескуражило Куркана. И пока тот удивлялся, Дженин доложила Ишакану:

– Томари на материке пришли в движение, – От этих слов взгляды всех Курканов похолодели. – Не могу утверждать наверняка, но... судя по направлению, похоже, они собираются в Эстии.

– Беснующаяся королева собралась что-то предпринять?

– Мы впервые наблюдаем такую масштабную мобилизацию. Думаю, нам нужно быть осторожными.

– Проведем собрание, как только вернемся, – решил король Курканов.

– Да, Ишакан. – Дженин перевела взгляд на девушку в его руках. Наблюдая, как та крепко спит, женщина с грустью поинтересовалась, – Госпожа Лия все еще находится без сознания?

– Вчера она ненадолго пришла в себя. Но с тех пор спит.

Слушавший их Морга втиснулся в разговор:

– Тем не менее кровь Ишакана сыграла решающую роль, поэтому я смог преодолеть критическую точку. Она подействовала даже лучше, чем я ожидал.

Маг посмотрел на короля полным восхищения взглядом. Хабан же пожал плечами.

– Потому что Ишакан особенный, – сказал он как ни в чем не бывало.

Причина уникальности Ишакана имела прямую связь с происхождением Курканов.

Давным-давно жила группа людей, которые не селились ни на одной земле и постоянно перемещались с места на место. Этот вольный кочующий народ на материке был известен как “цыгане”.

Сами же они называли себя Томари. Что на их языке означало “человек”. Томари желали, чтобы их уважали как народ, однако нации, не обладавшей и клочком земли, было невозможно заполучить достойное к себе отношение.

Долгие годы преследований и презрительного обращения оставили у Томари глубоко укоренившееся чувство неполноценности, гнева и мстительности. Когда эти эмоции достигли своего апогея, одна из цыган заявила:

– Восстаньте, Томари! Обретем же собственные земли!

Внемля словам этой могущественной колдуньи, все цыгане собрались вместе, полные решимости найти территории для постоянного поселения. Но будучи кочевниками, они не имели ни высоких крепостных стен,  ни могучих рыцарей, ни острого оружия. Конечно же так совершенно невозможно захватить земли, уже прочно занятые другими народами.

И вот они пришли к решению создать новую армию. Мощное войско, которое никто не мог бы остановить.

Сначала Томари похищали детей и промывали им мозги. Однако никогда доселе не имевшие дела с армией, они понятия не имели, как воспитать воинов или обучить солдат.

С тех пор не раз предпринимались попытки завершить начатое, но все заканчивались неудачей. После многократных провалов Томари в конце концов протянули руки к запретному.

Созданию нелюдей.

Используя заклинания, они пытались скрещиваться с животными. Магия Томари и сила зверей породили существо, которого никогда не должно было существовать. Пусть и в человеческом обличье, но с примесью животной крови. Получеловек-полузверь.

Глава 144. Происхождение Курканов (2)

Существа, не желавшие своего появления на свет, выращивались как животные. Колдовством полу-людям промывали мозги и подчиняли их волю, без труда заставляя спариваться в период течки, тем самым улучшая их плодовитость и увеличивая популяцию.

Томари удалось создать поистине совершенную армию, в разы превосходившую человеческую мощь. И уже близился тот день, когда они наконец положили бы весь континент к своим ногам, но...

Родился полукровка, неподвластный ментальному воздействию. Как результат многократно повторяющихся скрещиваний полу-людей полу-животных, на свет появился мутант с подавляющей силой.

Магия на него не действовала, оттого его нельзя было подчинить. Мутанту даже удалось разрушить чары, наложенные на других сородичей. И как итог, те объединились под его предводительством и подняли восстание против Томари.

Цыгане были разгромлены армией, которую сами же и создали. Их планы по завоеванию континента рухнули в одночасье, и они оказались на грани вымирания.

Лидер восстания лично убил колдунью, создавшую их, и повел свой новый народ в засушливые земли, недоступные для людей.

Достигнув пустыни, они стали новой расой, – Курканами.

По мере того как сменялись поколения, мощь крови мутанта ослабевала. Однако время от времени рождались полулюди, у которых подобные способности проявлялись через *атавизм.

Ишакан больше всех походил на того давнего предка. Его дикая натура была ближе к звериной, он обладал большей силой, чем кто-либо другой, и у него имелся иммунитет к заклинаниям.

– Благодаря Ишкану нам удалось преодолеть сильнейшее опасение, но... расслабляться еще рано.

Морга обеспокоенно посмотрел на Лию. Используя кровь Ишакана, он смог временно блокировать чары, но она не снимала их окончательно. К тому же остались некоторые заклинания, которые ему еще предстояло расшифровать. В дни, когда магическая энергия особенно крепка, сила чар могла внезапно увеличиться, отчего возникала угроза, что девушку хватит приступ и ее вновь сотрясут конвульсии.

Конечно, маг делал все возможное, чтобы избежать этого, но проблема заключалась в теле Лии. Оно было ужасно слабо. Девушка будто находилась на краю пропасти. Морга не мог с уверенностью заявить, что если применит сильную магию, он тем самым не навредит Лие.

И имелась еще одна проблема. Поскольку колдовство само по себе являлось негативной энергией, разрушающей и поглощающей жизнь, удержать новую жизнь было очень трудно. Другими словами, забеременеть становилось невозможным.

Морга посмотрел на Ишакана. Курканы, подобно зверям, обладали сильным инстинктом размножения и испытывали огромную радость от рождения детей. Однако когда маг поведал о сложившихся обстоятельствах своему королю, Ишакан спокойно, без особого волнения ответил:

– Мы должны держать это в секрете от Лии.

Женщина, неспособная понести ребенка, в Эстии считалась бесполезной. Это коснулось и матери Лии – ее выгнали после того, как рождение принцессы сделало ее бесплодной. Выросшая в подобной атмосфере и воспитанная с такими устоями, Лия наверняка пришла бы в отчаяние, узнав, что не может иметь детей.

Девушка и без того уже была морально истощена. Намерение Ишакана состояло лишь в том, чтобы избавить ту от ненужных переживаний и сосредоточиться исключительно на ее выздоровлении.

– Мы будем служить ей всем сердцем.

Погруженный в свои мысли, Морга подняла глаза на слова Хабана.

– Многие люди ждут госпожу Лию, – добавила Дженин.

Завтра они наконец доберутся до Курканата. Бежавшие из рабства наверняка с нетерпением ожидали прибытия своих освободителей.

– Мы заставим ее забыть Эстию! – крикнул Хабан, сжимая кулаки, но тут же закрыл рот. Он оглянулся на Лию, обеспокоенный тем, что потревожил ее, а затем, понизив голос, прошептал, – …В любом случае, теперь она наша королева, нет.. то есть госпожа Лия.

Его слова заставили Ишакана на мгновение рассмеяться. Затем он опустил взгляд на Лию, мирно лежавшую в его руках.

Ее тело было слишком маленьким и хрупким. Рассыпся оно от одного прикосновения – это бы даже не показалось бы странным…

“Как, черт возьми, ты выживала в одиночку все это время?”

Ишакан поцеловал локон Лии.

“Отныне тебе никогда не придется страдать в одиночестве. И я докажу, что все, чего ты достигла в качестве принцессы, не было напрасным.”

------------------------------------------

Атави́зм — появление у отдельных организмов данного вида признаков, свойственных отдалённым предкам, но отсутствующих у ближайших, то есть утраченных в ходе эволюции.

Глава 145. Дворец (1)

И вновь девушка оказалась в мире Морфея. Она вовсе не хотела спать, однако, как бы сильно ни старалась, не могла побороть навалившуюся усталость.

Во сне Лия убегала от чего-то. Она усердно мчалась вперед сквозь кромешную тьму. И наконец, долгий отчаянный бег дал свои плоды, приведя девушку к двери. Представший перед ней массивный кусок дерева был широко распахнут, а за ним сиял яркий свет.

Лия лишь успела протянуть к нему руку, но тут же упала, словно обо что-то споткнувшись. В тишине раздался звон цепи. Она оглянулась на скованные кандалами лодыжки, и в тот же момент дверь захлопнулась.

Свет исчез и мрак вновь заполонил все пространство. Девушка принялась лихорадочно колотить в наглухо запертую дверь, когда цепи вдруг натянулись и потащили ее назад, в беспросветную черноту.

– ...Ааа!

С коротким вскриком Лия проснулась. Взгляд сразу же встретил знакомое золото. Теплые глаза, смотрящие на нее сверху вниз, мгновенно перекрыли волну страха и принесли чувство облегчения. Девушка глубоко вздохнула.

Ишакан стянул ткань, закрывавшую нижнюю половину его лица. Затем погладил Лию по волосам и спросил:

– Приснился кошмар?

Она слабо кивнула и уткнулась лицом мужчине в грудь, запоздало осознав, что сидит на лошади в его объятиях. Сколько дней она проспала на этот раз? Девушка выглянула за плечо Ишакана, а затем огляделась вокруг. Пейзаж полностью изменился. Голая пустыня осталась далеко позади, а перед глазами теперь простиралось целое море зеленого цвета. За зарослями пальм и травы скрывались уникальные постройки, коих она раньше не видела.

Этот архитектурный стиль никогда не встречался в Эстии. Вереницы белокаменных зданий, сочетавших в себе как прямые так и кривые линии, заканчивались королевским дворцом Курканата.

Куполообразная крыша, четыре остроконечных шпиля, арочные двери и окна придавали замку элегантность, но в то же время и некую загадочность. Лия, безостановочно озиравшаяся по сторонам, опустила взгляд. Путь, по которому шла лошадь, был вымощен камнями, что складывались в прекрасные утонченные узоры.

Настолько хорошо проложенные дороги в Эстии встречались редко. Такое можно было увидеть лишь в королевской столице или в замках богатых дворян.

На ум девушке пришел пурпурный шелк. Уже тогда она предположила, что по сравнению с континентом Курканы владеют более совершенной техникой окрашивания.

Догадка оказалась верной. Жители материка называли Курканов варварами, но в действительности дела обстояли совершенно иначе. Они обладали лучшими знаниями и навыками, чем большинство развитых стран.

Ишакан усмехнулся, наблюдая за жадно осматривающей все девушкой.

– Я знал, что тебе понравится.

Смутившись, Лия прикусила губу и попыталась унять волнение. Теперь, когда она подумала об этом, вокруг было тихо. Рядом никого, только они вдвоем на лошади Ишакана. Девушка спросила, куда подевались Курканы, шедшие с ними.

– Я отправил их во дворец раньше нас, чтобы избежать шума, – ответил мужчина.

– Почему?..

– Потому что я не хотел, чтобы они тебя разбудили.

Улицы тоже оказались безмолвными и пустыми. Но внимательно присмотревшись, Лия поняла, что то была искусственная тишина.

В щелях окон, на пальмах, в густом подлеске, на аллеях и повсюду вокруг она замечала блестящие взгляды. Глаза с любопытством наблюдали за Лией и мгновенно исчезали, как только та смотрела в их сторону.

И в то же время Курканы, которые не были замечены девушкой, продолжали тайно рассматривать ее. Особенно их, казалось, интересовали белоснежная кожа и серебристые волосы, проглядывавшие сквозь щели плотно завязанной Ишаканом мантии.

Лия чувствовала себя немного неловко, но в то же время она была благодарна им за радушный прием, хотя и задавалась вопросом, имелась ли причина, по которой они продолжали прятаться. В смятении девушка спросила своего спутника:

– Разве есть необходимость не давать им выйти наружу?

– Ты уже испытала это однажды. И держу пари, тогда ты не смогла спокойно отдохнуть, – ответил он, и девушка закрыла рот, вспомнив, что произошло в оазисе. Ишакан продолжил, – Поскольку в наших жилах течет и кровь животных, мы все очень верны своим инстинктам.

Лия озадаченно уставилась на него.

– Я имею в виду, что им очень интересно, выглядишь ли ты как та, кто готова к бессонной ночи, – коротко пояснил он. Это был очень прямой и вульгарный ответ. Наблюдая за сбитой с толку девушкой, мужчина подметил,  – Конечно, выбор партнера определяется не только внешними факторами...

Ишакан замолчал и тупо уставился на собеседницу. К озадаченной его взглядом Лие постепенно пришло понимание того, что тот имел в виду, и девушка покраснела до самой шеи, заставив Куркана громко рассмеяться.

Входные ворота были открыты. Тихий и безлюдный, как и улицы, дворец, внутри оказался еще великолепнее, чем снаружи. Пройдя сквозь сад, где цвели экзотические растения, они остановились перед арочными воротами и спешились. Ишакан вошел во дворец с Лией на руках.

Девушка коротко вздохнула. Высота потолка, создававшая ощущение простора, несказанно удивляла, а взгляд то и дело притягивало множество роскошных орнаментов. Самой впечатляющей особенностью во дворце полном золота, драгоценных камней и мрамора оказался плиточный пол. Квадратная симметричная мозаика идеально соединялась замысловатыми изогнутыми узорами, подобно виноградным лозам. Даже колонны и потолок с одной и с другой сторон помещения имели совершенно идентичные узоры, выглядевшие завораживающе.

– Есть много вещей, что я хочу показать тебе… Но сначала тебе надо отдохнуть.

Ишакан двинулся дальше, а Лия продолжала зачарованно оглядывать впечатляющее убранство дворца. Прежде чем она осознала, они уже добрались до покоев.

Глава 146. Дворец (2)

Просторные покои Ишакана поражали своим убранством. Вместо привычных дверей, комнаты разделяли арочные проемы, с которых тут и там свисали тонкие полупрозрачные материи. Однако их было так много, что если бы веревки, стягивающие занавеси, развязали, то комната оказалась бы полностью скрыта от посторонних глаз.

Усадив Лию в кресло рядом с кроватью, Ишакан подложил ей под спину расшитые арабеской подушки, а затем снял с себя покрытую песком и пылью верхнюю одежду.

Девушка вдруг вспомнила тот момент, когда впервые увидела его во дворце в Эстии. В голове тут же возник образ Ишкакана в той обстановке и то, как неуместно он в ней смотрелся.

Человек, не подходивший утонченной Эстии, идеально гармонировал со средой здесь, в Курканате. Великолепный, элегантный и просторный дворец, дающий ощущение свежести и легкой прохлады, был поистине под стать Ишакану. Теперь Лия оказалась той, кто не соответствовал обстановке. Девушка прикусила губу.

“Интересно, что сейчас происходит в Эстии?”

Несмотря на то, что Лия проделала долгий путь, пересекла пустыню и наконец прибыла во дворец Курканата, уголок ее сердца все еще был крепко привязан к родному королевству. Мысли об Эстии нависли над девушкой подобно тени. Как бы сильно ни озарял их свет, они не исчезали, а при малейшем отклонении, словно полчище ползущих насекомых просачивались наружу, заявляя о своем существовании.

И вновь эта мрачная тень заставила Лию вспомнить о своем кошмаре. Кандалы на лодыжках все еще ощущались до ужаса ярко. Может они и были ее реальностью? А это место, эта счастливая мечта, оказалась лишь иллюзией?

– Ты когда-нибудь душила того, кого любишь?

Шепот и смех Кердины эхом отдавались в ушах. Внезапно голову пронзила острая боль. Дыхание сперло, а девушка уже стала задыхаться, когда теплая рука коснулась ее лба.

– Лия.

Она крепко зажмурила глаза. Постепенно бешено колотящееся сердце успокоилось.

– Ишакан, я… –  ладонь опустилась, и Лия открыла глаза. Она настороженно взглянула на мужчину напротив, – ...я все еще под действием заклинаний. Так что, по крайней мере пока лечение не завершится, нам нужно быть порознь...

Глаза Куркана сузились, и Лия замолчала, увидев недовольство на его лице.

– Чем длительнее действует наложенное колдовство, тем больше нужно времени, чтобы его снять. Предположительно, для полного восстановления тебе потребуется не менее десяти лет.

Десять лет. От этой цифры у нее отвисла челюсть.

– Я приложил так много усилий, чтобы похитить невесту, а теперь должен оставить ее одну на десять лет? – прежде чем Лия успела ответить, Ишакан начал раздевать ее. – Ты всегда слишком много думаешь.

Удивленная, Лия попыталась сопротивляться и натянуть одежду обратно.

– Ах, подожди...!

– Не двигайся. Не могу же я уложить тебя на кровать, засыпанную песком.

Ишакан быстро раздел девушку донага и, обняв, поднял ее себе на руки. Пусть они и находились в спальне, но ведь все происходило средь бела дня. Обнаженная, Лия попыталась прикрыть грудь руками, однако это все равно оставило большую часть ее тела открытой. Ощущение легкого ветерка, обдувающего интимные места, заставило девушку напрячь бедра.

– А если кто-нибудь увидит!

– Ну. Значит этот человек хочет поскорее умереть.

Спустя несколько пройденных арок, пара оказалась в темном помещении.  Ванная комната не имела окон, и освещалась лишь масляными лампадами, расставленными повсюду. В центре расположилась купальня, наполненная горячей водой, – что можно было понять благодаря клубам пара, вздымающимся в воздух.

Пока Лия сидела в ванной среди плавающих на поверхности белых лепестков, Ишакан стал раздеваться сам. Один за другим он небрежно стягивал с себя предметы одежды, обнажая хорошо развитые мышцы, крепкую грудную клетку и четко очерченный пресс. Лия рассматривала плавный контур мощных мускул, а затем густо покраснела, когда ее глаза встретились с его…

– Не делай этого, Лия. Тебе нужно принять ванну и еще немного поспать.

Ишакан вылез из штанов, обнажив уже возбужденный наполовину член.

– Ты не сможешь заснуть, если продолжишь так смотреть на меня, – предупредил он.

Лия быстро опустила взгляд. Спокойная поверхность воды покрылась грубой рябью, когда мужчина опустился в купальню.

Глядя на бледное и в то же время раскрасневшееся лицо, Ишакан облизнул губы. Но, к счастью, он ограничился только одним легким укусом щеки девушки, а затем сосредоточился на мытье.

Лия быстро расслабилась, и вскоре, одетые в чистую одежду, они уже лежали бок о бок на кровати. Солнце еще не село, но усталость начала овладевать девушкой.

“Кажется, мое тело стало таким слабым.” – думала про себя она.

Мужчина задернул темные шторы, чтобы Лия могла поспать, и подложил ей свою грудь в качестве подушки. За время отсутствия во дворце, у Ишакана, должно быть, скопилось много дел, однако он не выказывал никаких признаков беспокойства.

Лия знала, что должна отпустить его, но ей хотелось опереться на него еще совсем немного. В объятиях Куркана девушка сонно пробормотала:

– ...Я не знаю, что теперь делать.

– Не нужно спешить, – тихо прошептал Ишакан, поглаживая ее влажные волосы. – Сделай перерыв на некоторое время. Тебе следует немного отдохнуть и прийти в себя, а потом ты сможешь спокойно принять решение. Если ты хочешь чем-то заняться, я могу возложить на тебя некоторые обязанности. Было бы стыдно растрачивать твои способности впустую.

Лия подняла голову. Она хотела помочь ему. Видя интерес девушки, Ишакан вздохнул и через какое-то время заговорил.

– Есть только одно свободное место, – нахально сказал он с нетерпением ждущей Лие. – Королева Курканов.

– …

Лия уставилась на мужчину, не зная, что сказать, а он вызывающе поднял брови, как бы спрашивая “что-то не так?”. Приглушенным голосом девушка пробормотала:

– А если я откажусь…

Ишакан улыбнулся, приблизившись к ее лицу.

– Ты собираешься отказать, Лия? – Его глаза сузились в ухмылке. – Мне?

Глава 147. Свяжи меня (1)

Стоило Лие потерять бдительность, как она тут же оказалась сражена обворожительной улыбкой Ишакана. Девушка и так знала, что он был исключительным и красивым мужчиной, однако временами реальность обезоруживала и заставляла ее откровенно смущаться. Прямо как сейчас.

Ишакан, чей острый взгляд смягчился, когда тот посмотрел на нее, был великолепен. И только перед Лией он показывал такого себя.

Она никак не могла отказать этому мужчине.

Девушка покачала головой и прижалась к его груди. Ишакан же обнял ее, будто только этого и ждал. Аккуратные и ласковые поглаживания спины одновременно ощущались горячими и уверенными.

– Я думала, что оставила все позади...

Лия услышала звон цепей в ушах. И хотя она понимала, что это не по-настоящему, ее охватило ужасное желание посмотреть на лодыжки. Но девушка так и не осмелилась этого сделать, боясь обнаружить, что ее на самом деле сковали. Лия осторожно засунула ноги под одеяло.

– Я все еще думаю об Эстии, – призналась она, пытаясь убежать от мучающих ее теней. – Это…тяжело...

Положив руку на затылок девушки, Ишакан притянул ту к себе. Щека прижалась к твердой груди.

– Не думай ни о чем. Просто засыпай. Хорошенько выспись, а когда проснешься, все будет в порядке.

Лия закрыла глаза. И полдня не прошло с ее пробуждения, но она снова заснула в его объятиях, надеясь, что завтра сможет бодрствовать немного дольше.

***

Тело двигалось вразрез с желанием. Лия противилась этому, хотела крикнуть “нет”, но ни звука не слетело с ее губ. Держа острый кинжал, она подошла к крепко спящему мужчине.

Его сон не был чутким или настороженным, но стоило девушке приблизиться вплотную, как его глаза медленно открылись. И в тот момент, когда Лия встретилась с золотым взглядом, она вонзила кинжал в сердце мужчины. Ужасное ощущение разрезания человеческой плоти передалось прямо в ее руки.

Только тогда девушку освободили от пут. Лия наконец могла говорить, однако не произносила ни слова. Она лишь смотрела на результат своих деяний. Вместо растерянной девушки, именно Ишакан первый сдвинулся с места.

– Все нормально, – сказал он, обнимая ее. – Все в порядке, Лия.

– Почему, почему… – затараторила Лия, когда горячая кровь начала разливаться вокруг.

Он мог помешать ей, но вместо этого просто наблюдал, как та вонзила в него кинжал. Заправляя прядь волос за ухо Лии, Ишакан прошептал:

– Я не хотел, чтобы ты случайно поранилась, когда я уворачивался.

Вздрогнув, Лия проснулась. Грань между сном и реальностью была размыта. Девушка запаниковала, перевернулась и упала с кровати.

Свернувшись калачиком на полу, Лия подавила вскрик боли, а затем мигом бросилась проверять свои руки. Стоило ей убедиться, что те чисты и нет ни намека на кровь, облегчение и отчаяние нахлынули одновременно.

То был сон. Однако он мог стать реальностью в любой момент. В голову закралось убеждение.

“Я должна вернуться в Эстию.”

Безрассудная, сильно въевшаяся в мозг мысль. Ей здесь не место. Она должна вернуться в Эстию, там ей и предначертано быть.

Пошатываясь, девушка поднялась на ноги и побежала к ближайшему выходу – окну, закрытому тонкой занавеской.

Она отдернула легкую ткань, и прохладный ночной ветерок тут же коснулся ее лица. Лия пришла в себя, словно от пощечины.

– …

Девушка непонимающе уставилась на улицу. Тусклый лунный свет освещал белокаменные здания, а пальмовые листья колыхались на ветру, который разносил по округе умиротворяющий шелест. Сдерживавшая дыхание Лия наконец выдохнула и медленно опустилась на пол, закрыв лицо руками.

Тело пробивала мелкая дрожь. Девушка беспомощно рассмеялась. Только теперь она по-настоящему поняла.

“Я не в своем уме.”

Сделав Лию марионеткой, Кердина уничтожила не только ее тело, но и разум.

Девушка полагала, что уже достигла дна, но бездна отчаяния не знала конца. Просто поразительно, что ниже этой ступени располагался еще худший ад.

Оставшись одна в темноте, Лия вдруг оглянулась и испугалась. В лунном свете, льющемся через окно, пара ясных глаз наблюдала за ней.

Хотя их взгляды встретились, человек продолжил молча и неподвижно стоять. По спокойным глазам казалось, будто он наблюдал за ней с самого начала. Смотря на него снизу вверх, девушка медленно зашевелила губами.

– ...Запри меня.

Ее страх был невыносим. Особенный ужас внушала реалистичность нарисованной разумом картины о том, как этот мужчина, видя занесенный перед собой кинжал, не совершает никаких попыток, чтобы его остановить.

– Можешь запереть меня в темнице, спрятать где-нибудь или связать. Если так пойдет и дальше, я действительно могу убить тебя... – прошептала она, ее лицо побледнело. – Сделай со мной что-нибудь, Ишакан.

Мужчина не ответил на отчаянную мольбу и лишь коротко улыбнулся.

Ишакан знал лучше, чем кто-либо другой, что Лия еще не освобождена от чар королевы. Вероятно, он точно понял, что было у девушки на уме. Но Куркан не выказывал никаких признаков трусости или страха. Смотря на Лию он произнес:

– Ты такая наивная…

Мужчина подошел к девушке, поднял ее и с легкостью закинул на плечо. За несколько шагов он уже оказался у кровати и бросил Лию на мягкие одеяла. Мгновение спустя что-то рухнуло прямо перед ней.

Пара кожаных наручников с цепью. В отличие от манжеты в карете, которая сковывала только одно запястье, эти связывали обе руки вместе. Ишакан ловко надел их на Лию, а другой конец цепи закрепил на одном из столбов в изголовье кровати.

На этом все не закончилось. Он также опутал кандалами ее лодыжки. У этих оков не имелось длинной цепи, которая привязывалась бы к ложу, но они также скрепляли ноги друг с другом короткой вереницей звеньев. Теперь Лия могла развести ступни всего на ширину ладони, что лишило ее возможности свободного передвижения.

Забавно, но связанные конечности заставили девушку почувствовать себя уютнее и спокойнее. Несмотря на дискомфорт, для Лии потеря возможности свободно управлять своим телом стала облегчением, ведь так, по крайней мере, она не сможет навредить Ишакану, как это было в ее снах.

– Я связал тебя, как ты и хотела. – сказал мужчина, оттягивая назад цепь, ведущую к рукам девушки, и тем самым опрокидывая ее на кровать. Забравшись на Лию сверху, он продолжил, – Я обещал исцелить тебя, так почему же ты так беспокоишься?

Глава 148. Свяжи меня (2)

Лия знала это. Она также была уверена в своем излечении.

– Но ты сказал, что это займет десять лет... – прошептала девушка надрывно.

“Десять лет боли и тревоги о том, что могу убить тебя…”

Всхлипывающий шепот заставил Ишакана скривить губы. Мужчина медленно наклонился к лицу девушки, крупный торс полностью накрыл ее, демонстрируя разницу в размерах их тел. Инстинктивно Лия попыталась отпрянуть, но оковы на запястьях препятствовали этому – Куркан все еще держал их.

– За эти десять лет – он продолжил вопрос, улыбаясь, – ты боишься, что я умру от твоих рук?

Лия моргнула. Теперь она поняла, что он имел в виду, когда называл ее наивной.

Девушка осмотрела мужчину, нависшего над ней. В отличие от нее – бледной и худой, – он был загорел и мускулист.

Иглы страха, глубоко вонзившиеся в сердце, стали осыпаться одна за другой. Лия подняла на Ишакана дрожащие глаза.

– Меня… – И она попросила его о другом. – Поцелуй меня.

Глаза Куркана округлились.

– Я и так собирался это сделать.

Их губы неспешно соприкоснулись. Мужчина нежно прикусил уста Лии и скользнул языком внутрь. Тепло, о котором она уже успела позабыть, сладкой негой разлилось внизу живота. Девушка издала тихий стон и хотела было обнять Ишакана, но вместо этого лишь услышала, как загремели цепи.

Тот же самый звук, который преследовал Лию во снах и даже наяву. Но теперь он не пугал ее. Она была с Ишаканом.

Пара безостановочно целовалась, делясь своим теплом. Уставившись друг на друга, не отводя взгляда, потирая и посасывая язык партнера. К тому времени, как поцелуй углубился, тело Лии полностью разгорячилось.

Их губы разомкнулись с непристойным влажным шумом. Ишакан смотрел на девушку из-под полуприкрытых век. Сбившееся горячее дыхание в унисон раздавалось по комнате. Лия помедлила, а затем тихо произнесла:

– Я хочу…

Уголки рта Куркана приподнялись и он спросил с улыбкой:

– Чего?

– Я хочу сделать это с тобой.

Девушка желала полностью ощутить себя в его власти. Хотела чувствовать себя защищенной рядом с ним, как Лия, а не марионетка Кердины.

Она не могла обнять Куркана руками, поэтому вместо этого попыталась нежно прикусить его щеку, как это ранее делал сам Ишакан. Однако голова не смогла дотянуться до назначенного места, поэтому единственное, что оставалось девушке, – слегка прикусить мужчину за боковую сторону подбородка.

На твердой коже не осталось и малейшего следа от зубов. Поколебавшись, Лия нежно лизнула его  подбородок и вновь попросила:

– Войди в меня...

Ей было очень стыдно произносить это вслух. Лие хотелось уметь более искусно говорить соблазнительные слова, но у нее не имелось к этому таланта. Девушка прикусила губу и взглянула на Ишакана.

Однако, несмотря на всю ту храбрость, которой Лие стоило произнести это, мужчина не сдвинулся с места. Он только пристально смотрел на нее. Необычный яркий блеск золотых глаз навеял девушке чувство дежавю.

– ...Я постоянно думаю о том, – прошептал приглушенный голос, – что если бы животная кровь во мне была чуть гуще, у тебя появились бы большие проблемы.

Крепкие руки медленно заблуждали по девичьему телу. Спустившись к зоне декольте, Куркан очертил контур проглядывавших из-под тонкой ночнушки сосков. Его руки скользнули вниз по талии к бедрам, затем к икрам и, наконец, схватили лодыжки.

Скованные ноги девушки взмыли в воздух. Подкладывая подушку под талию Лии, Ишакан облизнул губы и пробормотал:

– Если бы я следовал своим импульсам, на тебе не осталось бы живого места.

Из-за того, что лодыжки оказались подняты, низ ночной рубашки Лии естественно скользнул вниз. Тонкая сорочка в курканском стиле представляла собой платье с одними лишь завязками на талии, так что нижняя часть тела оказалась полностью открытой. Запоздало Лия вспомнила, что заснула без нижнего белья.

Ишакан заглянул девушке между ног, а затем прикусил косточку, едва торчащую из-под кандалов. Оставляя следы зубов на белой коже, он произнес:

– Давай сделаем так, прежде чем вставлять внутрь.

И Куркан просунул член меж бедер Лии.

Глава 149. Свяжи меня (3)

“Когда это произошло?” – думала Лия.

Член Ишакана уже находился в боевой готовности. Вид выпирающего между стройных бедер полового органа был несколько устрашающим. Белесая жидкость предэякулята, блестевшая на кончике головки, размазалась по белой коже, когда Куркан качнул бедрами.

Благодаря Иашкану Лия познала новый необычный способ полового акта, о котором раньше и вовсе не слышала. Но бедра…

“Просто удивительно, как ему пришла в голову мысль потереть член именно об них?” – девушка уставилась на мужчину, разинув рот.

Ухмыльнувшись пораженной Лие, Куркан сообщил:

– Если я сначала разок кончу, тебе будет не так трудно.

И хотя он говорил правду, девушке казалось, словно ее где-то обманывают. Глаза Лии округлились, и она проглотила вздох, когда почувствовала жар прямо на своем лобке. Поскольку там почти не было волос, она могла отчетливо ощутить каждый толчок пениса.

Сие действо вызвало легкое покалывание внизу живота, щеки девушки заалели в смущении, а сама она  тут же намокла. Поначалу проходившие с трудом движения теперь стали плавными. Толстый горячий член долго терся о половые губы и клитор. Когда Куркан надавливал чуть сильнее, Лия могла даже почувствовать выпирающие на мужском достоинстве вены.

Бедра девушки задрожали. Снизу раздалось влажное хлюпанье. Эротичный звук тут же отозвался палящим жаром внутри, а из груди Лии вырвалось судорожное дыхание.

Импульсивно она захотела схватиться за простыню, но руки все еще были связаны. Пока девушка извивалась на кровати, не зная, что делать, чресла Ишакана задвигались чуть интенсивнее.

Каждый раз, когда член скользил между покрасневшими бедрами, тело Лии раскачивалось, а груди подпрыгивали в такт движению. Это очень смутило девушку. Она поспешно попыталась придержать грудь локтями.

Ишакан тут же потянул за цепь. Сопровождаемые лязгом, ее руки взметнулись вверх.

– Заставь меня кончить поскорее, Лия.

Куркан даже стянул с девушки ночнушку, закрывавшую оставшуюся половину тела. Хищный взгляд остановился на торчащих сосках.

Держа икры Лии одной рукой, мужчина сжал ее грудь другой. Он жадно уставился на сосок, торчащий между его пальцев. Этот голодный взгляд ясно указывал на то, что Куркан хотел пососать его.

Несмотря на то, что Лия уже раздевалась перед ним бесчисленное количество раз, Ишакан снова и снова вгонял ее в краску. Всегда, когда он так смотрел на нее, она чувствовала себя самой похотливой и распутной женщиной в мире.

Стыд и возбуждение смешались. Честное тело трепетало и вздрагивало, выдавая распалившееся желание хозяйки. Ишакан, пристально наблюдавший за реакцией Лии, надавил головкой на клитор. Он нежно потер эрегированный бугорок и озорно рассмеялся.

– У тебя самой все набухло.

Конечно, с его каменным членом тут и сравнивать было нечего. Но тем не менее Ишакан все равно без зазрения совести уличил девушку в подобном ему сладострастии.

Лия не могла придумать никаких аргументов. Единственное, на что ее хватило, – короткий ответ и вспыхнувшее лицо.

– Потому что мне хорошо...

Всего несколько слов, но их воздействие было сильным. Член стал еще больше и дернулся, как будто собирался кончить. На кончике головки появилась капля белесой жидкости, и Куркан стиснул зубы.

– В следующий раз мне придется засунуть кляп тебе в рот. В противном случае...

Не закончив фразу, Ишакан поднял талию Лии. Тело девушки почти согнулось пополам, когда Куркан навалился сверху и принялся рьяно двигаться меж ее бедер и тереться о клитор и половые губы. Столь горячие фрикции взволновали девушку, наполняя ее удовольствием. Первой кульминации достигла Лия.

– Ааах...! – взвизгнула она, сгибаясь еще сильнее.

Девушка задрожала и свернулась калачиком, когда же она откинула голову обратно на простыни, Ишакан резко вытащил член из пространства между бедер. Одним рывком он потянул тело Лии вниз. Вены на мужском достоинстве были напряжены и пульсировали, будто вот-вот лопнут. Куркан прижал член к губам девушки.

– Хааа, открой рот...

Как только ее губы приоткрылись, что-то твердое прижало язык и протолкнулось чуть глубже. Горячая жидкость, пульсируя, тут же хлынула наружу, заполняя рот Лии спермой.

Глава 150. Свяжи меня (4)

Ишакан провел по члену снизу вверх. Выдавив оставшееся семя, он собрал пальцами сперму, успевшую вытечь из рта Лии, и протолкнул обратно.

Девушка затаила дыхание и посмотрела на Куркана круглыми, изумленными глазами кролика. Мужчина нежно коснулся ее губ и прошептал:

– Можешь проглотить?

Не прерывая зрительного контакта, Лия сделала то, о чем ее просили. Глоток за глотком жидкость поступала внутрь. Рот и горло окутал жар. Когда девушка все проглотила, Ишакан поцеловал ее в лоб.

– Почему, почему, почему, вдруг?.. – запинаясь, спросила его Лия.

– С этого момента тебе нужно есть все.

– И… сперму?

– Так ты скорее поправишься.

Девушка все равно не понимала, что он имел в виду. Несмотря на смущение, она даже спросила, почему ей пришлось проглотить его сперму, но Ишакан не дал подробного объяснения – прямо сейчас у него было другое дело, не требующее отлагательств.

Тело Лии перевернулось, и по комнате раздался громкий звон цепей. Куркан облизнул губы, глядя на девушку.

Ниже тонкой талии выпирали раскрасневшиеся, будто их кто-то отшлепал, округлые ягодицы. Внутренняя сторона ее бедер тоже опухла.

Раздвинув ягодицы обеими руками, Ишакан обнажил темно-розовую плоть между ног девушки. Когда он вставил средний палец во влажное скользкое влагалище и немного подвигал им, Лия вздрогнула и рефлекторно отпрянула в попытке убежать.

Куркан усмехнулся, наблюдая, как она отползает. Затем он положил руку на короткую цепь между лодыжками девушки и дернул на себя. Попытка Лии потянуть время закончилась безрезультатно.

Взяв цепь, прикрепленную к изголовью кровати, Куркан еще несколько раз обвил ее вокруг столба. Из-за укороченной длины руки Лии теперь были туго натянуты.

– Почему ты пытаешься убежать? – спросил он. – Не будь такой застенчивой...

Целуя девушку в спину, Куркан приподнял ее бедра, заставляя встать на колени. Из-за связанных рук Лия осталась лежать на животе тазом кверху.

Куркан рывком припал губами к пространству между ее ягодиц. Девушка тут же застыла и выдохнула от неожиданности:

– Ах…!

Теплый язык облизал киску снаружи, а затем погрузился внутрь. Ишакан делал что ему заблагорассудится – сжимал и поглаживал бедра и ягодицы девушки, посасывал ее половые губы и клитор, проникал языком во влагалище. А от звука всасываемой жидкости, выделенной ее возбужденной киской, у Лии все поплыло перед глазами.

Девушка содрогнулась так сильно, что даже не смогла застонать. Серия мелких оргазмов сотрясла ее тело. Внутренние стенки влагалища дернулись, сжавшись на языке Куркана. Это только усилило ощущения внутри, отчего Лию словно молнией ударило.

Из разинутого рта текла слюна. Однако в данный момент девушка и подумать не могла закрыть его, ее глаза наполнились слезами. Было ли это потому, что у нее так долго не было секса? Забытое удовольствие, казалось, разрывало ее тело на части. Наслаждение было так велико, что Лия не знала, что делать.

Она едва пережила первый оргазм, когда длинные пальцы коснулись ее клитора. И как только Ишакан начал нежно тереть чувствительное место, вновь просовывая в нее свой язык, девушка отчаянно замотала головой,

– Ах.. не надо… это… мм… нет...!

Ощущения постепенно обострялись. Лия уже была готова снова кончить, еще чуть-чуть и оргазм накрыл бы ее новой волной. Она стонала, а тело возбужденно содрогалось.

Внезапно Ишакан отстранился, отводя лицо и убирая пальцы. Влажная плоть зудела. От чувства досады, возникшего из-за того, что он остановился как раз перед тем, как она достигла пика, у девушки вырвался страдальческий стон.

– Аххн...

Но через мгновение Куркан вернулся к поглаживанию клитора кончиками пальцев, на этот раз очень нежно. Лия хотела, чтобы мужчина ускорился и надавил посильнее, но тот этого не сделал, и как раз в тот момент, когда она снова собиралась кончить, он убрал руку.

Лия пыталась сжать запястье Ишакана бедрами, тем самым вымаливая продолжения, но безрезультатно. То, как он снова и снова останавливался прямо перед ее оргазмом, сводило девушку с ума. Разгоряченное тело пробивала мелкая дрожь, а во рту почти пересохло.

– Ах, Иша…Ишакан…

Лия не могла вынести покалывания внизу живота. Ее разум был заполнен желанием, чтобы что-то толстое и горячее проникло в нее. Изнемогающая Лия нетерпеливо покачала бедрами, умоляя:

– Овладей мной, вставь его… ах… пожалуйста, быстрее...!

Лия не могла поверить, что делает что-то настолько похотливое, но у нее не было времени думать об этом. Твердый член проник глубоко в узкое влагалище.

– Хаааааа...!

Наступил долгожданный оргазм, и любовный сок хлынул из ее киски, покрывая внутреннюю поверхность бедер. Затвердевшие соски стали тереться о простыни, когда Лия исступленно закачала бедрами.

Каждый раз, когда стенки ее внутренностей ощущали движение твердого члена Ишакана, девушке казалось, что она вот-вот умрет от удовольствия. Она вздрогнула, крепко вцепившись в наволочку подушки, до которой еле дотянулась. Цепи громко звенели, но девушка не слышала их. Волна наслаждения захлестнула ее с такой силой, что у нее затуманилось зрение. С губ срывались полные страсти стоны.

– Ха..ахн...хаа...!

Лия снова сжалась. Ишакан, который все еще находился в девушке, крепко схватил ту за талию. Не вынимая члена он развернул ее. Лия вновь застонала от ощущения трения внутри.

Внезапно раздался щелкающий звук. Как оказалось, источником послужили разорвавшиеся звенья с цепи между лодыжек девушки. Ноги Лии оказались широко расставлены.

Уже полностью измотанная девушка беспомощно посмотрела на мужчину. Глаза Ишакана горели красным. Будто до этого момента он еще ни разу не кончил, он улыбнулся и проговорил:

– Вот теперь я трахну тебя должным образом.

Глава 151. Свяжи меня (5)

Лия ошеломленно посмотрела на мужчину.

“Теперь? А что ты делал до сих пор? Ты ведь определенно вставил его и двигался во мне…”

И в самом деле, когда девушка задумалась об этом, Ишакан ведь кончил только один раз. Она же, наоборот, несколько раз достигла оргазма…

Куркан вывел Лию из задумчивости, окончательно сорвав с нее мешавшую ночную рубашку и бросив лохмотья бывшей одежды в угол широкой кровати.

Смотря девушке прямо в глаза, мужчина медленно задвигался. Он вытащил член почти до конца, а затем плавно втолкнул его обратно.

Неторопливое движение внутри вызвало табун мурашек по телу, девушка вздрогнула. Неосознанно задержавшвя дыхание Лия коротко выдохнула, когда Ишакан полностью вошел в нее и прижался к ней бедрами. Переплетенные друг с другом взгляды колыхнулись.

– …

Не произнеся ни слова, Куркан сжал бедра девушки так сильно, что пальцы глубоко вдавили кожу. Запоздало он осознал, что делает, и отпустил Лию, возобновляя толчки в ускоренном темпе.

Даже спаривание зверей не шло ни в какое сравнение с происходящим. Лия едва ли справлялась с интенсивным и  резким натиском Ишакана. Со связанными руками она, к тому же, не могла контролировать свое тело. Каждый раз, когда Куркан врезался в нее, девушка беспомощно раскачивалась на кровати.

Звон яростно бьющейся друг о друга мокрой плоти был оглушительным. В один момент толстый длинный член выскользнул из теплого лона, но затем без промедлений оказался вставлен обратно одним толчком.

Разгоряченное тело девушки с радостью приняло новый натиск. Вскоре Лия кончила еще раз, ее глаза плотно закрылись от мучительного блаженства.

– Мм, ааа...!

Все ее тело дрожало, а мышцы сводило судорогой. Но Ишакан не остановился. Он продолжил двигаться, не давая девушке ни минуты отдыха, заставляя ее проходить через серию беспрерывных оргазмов. Лия сжималась каждый раз, когда мужское достоинство входило и выходило из нее, ее язык немел от удовольствия. Она хотела сказать Куркану, чтобы тот прекратил, но ей было трудно даже произнести его имя. Наконец девушка нашла в себе силы заговорить:

– Ах.. мм.. Иш.. Ишакан...

Слово прозвучало совершенно невнятно. Мужчина поймал ее язык пальцами и нежно потер его. Прозрачная слюна невольно потекла изо рта Лии.

– Нужно говорить отчетливо.

– Ах…ммм… ха… ааа..

– Что мне сделать?

Лия укусила Ишакана за палец. Но, конечно, на жесткой коже не осталось даже следа. Девушка вновь вздрогнула и застонала. Казалось, что ее тело в очередной раз достигло своего предела.

В конце концов Лия не смогла сказать, чего хотела, и приглушенно вздохнула. Страдавшая от непрекращающегося наслаждения девушка вдруг услышала тихий шепот.

– Ты все еще боишься, Лия?

Девушка моргнула мокрыми от слез глазами. В какой-то момент она перестала обращать внимание на звук цепей, хотя они так громко гремели рядом.

В тот момент, когда Лия осознала этот факт, все ее чувства обострились: ощущение горячего мужского естества, растягивающего внутренние стенки, тепло его кожи, его дыхание и золотые глаза, пристально смотрящие на нее.

Девушка не могла вымолвить и слова. Не дожидаясь ответа, Куркан снова качнул бедрами. И ровно в тот момент, когда Лие показалось, что она чувствует точную форму члена внутри себя, ее влагалище разгорячилось так, будто пребывало в огне. Ощущение покалывания распространилось и низ живота онемел.

Чувство, похожее на позыв к мочеиспусканию, но в то же время отличное от оного, – она испытывала это раньше. Лия заерзала в смущении, но не могла сдвинуться с места. Пульсирующий спазм сократил влагалище. Девушка изо всех сил потянула руки в попытке спрятать лицо, но безуспешно – натянутая цепь, привязывающая манжеты к изголовью кровати, все еще препятствовали свободному управлению телом.

Девушка попыталась оттолкнуть Ишакана ногой. Правда это скорее было похоже на легкий тычок пальцем, – у нее не осталось сил, – но этого оказалось достаточно, чтобы заставить Куркана ненадолго остановиться.

– Ах, я не могу... – в отчаянии начала Лия.

Ишакан просто смотрел на нее. Девушка поняла, что он не отреагирует, пока она не скажет напрямую. Лицо горячо вспыхнуло, но Лия, наконец, произнесла эти смущающие слова:

– Из меня сейчас польется…

Ответа не последовало. Голос Лии повысился, в нем звучала мольба:

– Пожалуйста...! Ахххн...!

Но Куркан лишь шире раздвинул бедра девушки. Она пыталась свести их обратно, но у нее не было никакой возможности преодолеть крепкую хватку мужчины. Открывшийся взору обнаженный клитор непрерывно подрагивал.

Лия не могла нормально говорить и лишь беспокойно дергала связанными запястьями. Цепь снова и снова гремела над головой. Будь ее руки свободны, то, если уж невозможно оттолкнуть Ишакана, девушка хотела хотя бы спрятать свое лицо, но не могла сделать даже этого.

Глава 152. Свяжи меня (6)

Пальцы ног Лии подогнулись, когда та попыталась сдержаться. Но из-за того, что толстый член продолжал натирать набухшие стенки влагалища, попытки девушки оказались тщетны. Позыв к мочеиспусканию усиливался одновременно со стимуляцией клитора.

Для Лии это был предел. Вся сила в нижней части тела покинула ее. Девушка повернула голову в сторону, плача, но сильная рука схватила ее за подбородок. Ишакан не оставил Лие выбора, кроме как посмотреть ему в лицо.

– Ах.. хн... ахх!

Тело девушки сотрясалось, ее груди колыхались от интенсивности толчков, и, наконец, из нее вырвался поток жидкости, орошая загорелый живот Ишакана и стекая вниз по его бронзовой коже. Слабость распространилась по всему телу, Лия не могла даже застонать, и лишь вздрагивала.

Ее темно-розовые соски дрожали вместе с покачивающимися грудями. Тело сотрясалось, Лие было ужасно неловко за произошедшее, но ей не дали передышки на затянувшиеся самокопания. Ишакан не остановился даже когда жидкость выплескивалась из девушки. И сейчас его член настойчиво проникал в нее.

Мужчина сосредоточенно смотрел на Лию. Какое лицо у нее, когда она, раздавленная удовольствием, достигает оргазма? – Куркан хотел запечатлеть каждую деталь этого момента. Под этим золотистым взглядом девушка застонала, ее глаза затуманились.

– Ах... мм... ах... хнн… ах...!

Каждый раз, когда он вонзал в нее член, перед глазами Лии мерцали вспышки. Несмотря на то, что девушка уже чуть ли не падала в обморок, Ишакан продолжал толкаться, слегка подкручивая бедра и, тем самым, сильнее натирая верхнюю стенку влагалища, выталкивая из нее еще больше слабых струек даже после того, как она кончила, пропитывая нижнюю часть их тел.

Он трахал Лию до тех пор, пока жидкость не перестала вытекать, а затем остановился. Куркан наклонился, чтобы поцеловать девушку, но та отвернулась. Лия жалостливо всхлипывала, обессиленно растянувшись на кровати.

Эта жидкость снова брызнула из нее.

Девушка предполагала, что это не моча, но ощущение того, что из нее вот-вот что-то выйдет, и она не способна это сдержать, было тем, к чему она никогда не сумеет привыкнуть. Лия не могла вынести стыда. Но в отличие от серьезной девушки, Куркан улыбался.

– Как сексуально. Очаровательно. – сказал Ишакан, пусть даже она смотрела на него с обидой. Затем он продолжил, сказав нечто, что Лие было трудно понять. – Я не понимаю, почему я хочу постоянно мучить тебя. Похоже из-за тебя у меня появилось странное хобби...

Закончив говорить, мужчина сразу же перевернул тело девушки. Он поцеловал ту в затылок, его руки обхватили и крепко сжали ее груди.

Нежно поглаживая соски, Куркан одновременно мучил и успокаивал Лию, а затем он вновь вставил в нее член. Зарывшаяся до этого в подушку девушка, одновременно подняла лицо и бедра, с ее уст сорвался короткий стон.

Лия думала, что уже не сможет даже пальцем пошевелить, но ее тело дернулось рефлекторно. Ишакан припал губами к шее девушки и принялся сильно посасывать нежную кожу, оставляя красные следы.

Он прижал Лию своим телом,нежно погладил ее грудь широкими ладонями и закачал бедрами. Соблазнительный шепот раздался возле уха и отозвался в опьяненной жаром голове:

– Ха… Скажи мне, как хорошо ты себя чувствуешь, Лия...

У нее больше не было сил что-либо скрывать. Сито разума, ответственное за фильтрацию слов, уже давно разбилось о пылкое удовольствие. На этот раз Лия честно сообщила о своих чувствах:

– Х… Хорошо… ах… хааа...

Словно вознаграждая ее, Куркан засунул мужское достоинство еще глубже. Лия вздрогнула.

– Мм… даже… слишком хорошо… хнн… Ишакан...

– ...Мое имя, – сглотнув кипящий стон, он продолжил, – повторяй его чаще.

– Хааа… Ишакан, Ишакан, Ишакан, Ишакан… ах, мне это нравится... так сильно...

Лия приподняла бедра, повторяя имя мужчины снова и снова. Каждый раз, когда она звала его, непостижимый клубок удовольствия становился все больше. Очередной всплеск той жидкости между ног, мокрое одеяло, но теперь ей было все равно.

– Мм… Лия...

Кончик его носа уткнулся в затылок, а острые зубы кусали шею. Даже боль стала усладой, что разрывала на части. Лия издала стон наслаждения. Ишакан прошептал утонувшей в природном инстинкте девушке:

– Я позабочусь о том, чтобы тебя ничто не тревожило. Лия.

Произнеся ее имя, Куркан нахмурился и издал низкий, свирепый стон. Крепкая большая рука обвила талию девушки, мужчина навалился на нее, придавливая всем телом. Мускулы на мощных бедрах напряглись.

Острые зубы снова впились в шею сзади. Когда золотые глаза ярко загорелись, член внутри дернулся, и Ишакан излил в Лию горячее семя. Девушка широко распахнула глаза. Словно метил свою территорию, он испачкал ее спермой изнутри и снаружи.

– Хи, аххх...!

Вой, вырвавшийся у нее, был таким громким, что удивил даже саму девушку. Подобный звериному стон сопровождал дрожь, сотрясающую тело в эйфорическом оргазме. Ишакан крепко обнял Лию. Белые вспышки экстаза быстро сменились темными пятнами перед глазами.

Лия теряла сознание. Одна последняя мысль промелькнула в ее голове, прежде чем она провалилась в полную темноту.

“Я больше ничего не боюсь.”

***

Глава 153. Свяжи меня (7)

Ишакан медленно провел рукой по мокрым от пота волосам. Перед ним расположилась спящая Лия. Она снова упала в обморок после секса.

Глядя на залитое слезами белое лицо, Куркан испытал укол совести, а затем снял кожаные манжеты с ее запястий. Цепи с характерным для них звоном упали одна за другой.

Эти манжеты предназначались для использования в случае внезапного припадка. Ишакан принес их, так как не мог всегда находиться рядом с Лией, и намеревался удерживать ее, чтобы та не поранилась, если вдруг случится приступ. Но он никогда не планировал использовать их таким образом.

Сняв оковы, мужчина поцеловал красные отметины на запястьях и ногах девушки. Он лизнул выступающие косточки на лодыжках, слегка прикусил колени и шаловливо потерся лицом о внутреннюю сторону ее бедер. Естественно, в поле зрения попало потаенное место между ног.

Безволосая, розовая плоть ее лобка была влажной, будто покрыта тонким слоем крема. Ишакан собрал пальцами вытекающую из девушки сперму и затолкал обратно. Ощущение влаги на пальцах заставило мужское достоинство дернуться, и Куркан вздохнул.

– Хуу...

Про себя он улыбнулся. Даже от простого взгляда на Лию его член поднимался. Если кто-то обвинил бы Ишакана в том, что тот зверь, он не смог бы возразить.

Куркан взял в руку толстое налившееся кровью мужское достоинство и стал неторопливо поглаживать его. Прежде чем Ишакан осознал это, его гениталии уже выделили предэякулят, который он затем растер по всему стволу члена.

Постепенно темп начал ускоряться. По комнате разносился хлопающий и вместе с тем хлюпающий звук. Ишакан облизнул пересохшие губы. Слегка прищурившись, он посмотрел на девушку перед собой.

Белоснежное тело было испещрено отметинами разных оттенков красного. Смотря на представшую взору картину Куркан чувствовал удовлетворение, как зверь, закончивший метить свою территорию. Именно в моменты, подобные этому, Ишакан ясно ощущал животную кровь, текущую по венам.

Протянув руку, мужчина схватил грудь Лии, и нежный сосок выступил между его пальцами. Он не удержался и опустил голову. Множественные ласки тут же посыпались на чувствительный участок тела девушки: Куркан то посасывал, то покусывал, то целовал мягкую плоть, пока та снова не набухла и не приобрела темно-розовый цвет.

Но на этом терзания не завершились. Сосок с силой натирали и облизывали. Ишакан оставил следы от зубов на ореоле и с громким чмокающим звуком продолжил посасывать сосок.

Несмотря на то, что он действовал несколько грубо, Лия не пошевелила ни единым мускулом. Она, должно быть, ужасно устала, поэтому только нахмурилась и издала тихий стон.

– Ммм… – Серебристые ресницы дрогнули.

Этот звук мгновенно возбудил мужчину ещё больше. Ощущение подходящего оргазма стиснуло член. Лицо Ишакана приобрело  свирепое выражение. Прикусив мягкую грудь, он издал низкий стон:

-Кх..хааа...

Напряженные мышцы спины Куркана задрожали. Белесая жидкость брызнула между их животами. Его грудная клетка тяжело вздымалась и сжималась с каждым вдохом. И только выплеснув еще несколько порций семени член перестал эякулировать.

Ишакан потерся лицом о молочного цвета груди и расцеловал их со всех сторон. Вдыхая аромат Лии, он почувствовал, как мужское достоинство снова поднимается, но на этот раз он действительно сдержит себя.

Но Куркан не мог так легко остановиться. Он едва смог подняться только после того, как укусил девушку за тонкую изящную шею.

Взяв обрывок ткани от порванной ночнушки, Ишакан уже было собирался стереть сперму с ее живота, но на мгновение остановился. Он взглянул на крепко спящую Лию.

“Сегодня я в равной степени накормил ее и сверху и снизу, так что думаю, что на данный момент этого достаточно. К тому же это будет выглядеть как издевательство над спящей… ”

Если бы кто-нибудь мог прочитать мысли Ишакана, он бы обвинил его в отсутствии совести. Мужчина сначала начисто вытер тело Лии, а затем и сам приняв водные процедуры, он сел рядом с девушкой, прислонившись к изголовью кровати. Куркан притянул Лию к себе, положил ее голову на свое бедро, и накрыл ее одеялом.

Пошарив в тумбочке, Ишакан достал трубку с табаком. В Эстии он обходился скрученными сигарами, но теперь, когда он вернулся в Курканат, ему не было в них необходимости.

Он взял длинную, тонкую и элегантную трубку и сделал затяжку. Характерный освежающий аромат разнесся по комнате, и его возбуждение медленно улеглось. Искрящиеся золотые глаза слегка потухли.

Ишакан посмотрел на Лию затуманенным взором. Как обычно, он провел рукой по серебристым волосам и коснулся щеки. Хихикнув, мужчина продолжил ласково гладить ее, но единственной реакцией Лии были чуть подрагивающие веки. Похоже, она действительно сильно утомилась.

Тем не менее, на бледных щеках появился светло-розовый румянец, и напряжение на ее лице исчезло. Пропуская серебристые пряди сквозь пальцы, Ишакан вспомнил о своем разговоре с Моргой:

‘Рекомендуется частый половой контакт…’

Как только они добрались до города, Морга созвал всех шаманов Курканата. Он планировал работать с ними, чтобы расшифровать заклинания, наложенные на Лию, и найти методы их снятия. До тех пор, однако, временным лечением был частый секс.

Кровь Ишакана показала гораздо большую эффективность, чем ожидалось. Основываясь на этом, Морга предположил, что телесные жидкости короля Курканов, невосприимчивого к колдовству, также окажут некоторое влияние на Лию.

Оглядываясь на прошлое, она, казалось, становилась заметно стабильнее и спокойнее после секса с Ишаканом.

‘Но это всего лишь гипотеза. Пожалуйста, не переусердствуйте.’

Морга, очевидно, добавил эти слова ради Лии. Итак, король Курканов пытался сдерживать себя, но она все равно снова упала в обморок. Ишакан обеспокоился, как, в таком случае, может обернуться церемония партнерства.

Мужчина выпустил медленную струйку дыма и погладил хрупкое плечо девушки.

“Она похудела еще сильнее.”

Пока он готовился забрать Лию в пустыню, королева безжалостно пренебрегала ее здоровьем и требовала соблюдения строгой диеты.

“Ей нужно набрать вес обратно.”

Глава 154. Завоевание (1)

Будучи ненасытным, Ишакан много чего хотел сделать. Однако организм Лии, уставший от долгих издевательств королевы, с трудом что-либо принимал.

Хотя девушка уже покинула Эстию, ее сердце все еще было заперто в ловушке красивого дворца этой страны. И восстановление раненной души станет необычайно трудной задачей, ведь королева кропотливо разрушала ее в течение очень длительного времени. Ишакан чуть сдвинул брови. Он вспомнил, как Лия молила его о помощи:

‘Сделай со мной что-нибудь, Ишакан.’

Он не мог понять не неуловимых иллюзий. Но после того, как увидел, что она страдает от кошмаров и галлюцинаций, Куркан связал Лию, как та и просила, и дал ей знать, что она в безопасном месте. Ишакан хотел, чтобы девушка поняла, – теперь она находится в его владениях, а не королевы. Тем не менее Куркан понимал, что этого недостаточно.

Подобную проблему нельзя решить, пока не искоренена первопричина. Выпускавший клубы дыма изо рта Ишакан вдруг рассмеялся, а затем нежно погладил пальцами лоб Лии.

Представив корону в ее серебристых волосах, он снова поднес трубку к губам.

***

Курканы, только что вернувшиеся во дворец, хлопотливо сновали то тут то там. Поскольку они отсутствовали долгое время, впереди у них было еще много скопившихся дел.

Однако недавно прибывших и до смерти занятых Курканов постоянно отвлекали. Причиной стала невеста короля, похищенная из Эстии. По прибытии Ишакан так закутал и спрятал девушку, что все были готовы сойти с ума от любопытства.

Не имея возможности удовлетворить свой интерес непосредственно у виновника, Курканы преследовали и расспрашивали тех, кто был с королем в Эстии. Дженин и Хабану едва удалось сбежать от докучливой и взбудораженной толпы.

– Сейчас умру, честно, – пробормотал Хабан, открывая дверь конференц-зала.

Огромную массивную дверь, тянущуюся от пола до высокого потолка, с трудом могли открыть несколько мужчин, однако для Куркана это не представляло никакой проблемы. Войдя внутрь, Хабан и Дженин вежливо склонили головы и обменялись приветствиями с присутствующими.

В конференц-зале, вымощенном витиеватой арабесковой плиткой, стоял длинный, отделанный золотом и отполированный стол из черного дерева. Вокруг него восседало около дюжины Курканов. В этом месте собирались вожди племен. Однако же Хабан и Дженин присутствовали здесь в качестве королевской стражи.

Морга, как вождь змеиного племени, тоже сидел за столом. Выглядел он изнуренным. Все потому, что Морга завалился в кровать, как только прибыл во дворец, и пришел на собрание сразу после пробуждения.

– Где король?

– Ишакан размножается…– немедленно ответила Дженин на вопрос одного из вождей.  Хабан ткнул ее локтем в бок и прошептал:

– Теперь, когда госпожа Лия здесь, давай не будем использовать это слово.

– Ах, – Дженин тут же исправилась – Спаривается...

Хабан снова толкнул ее локтем. Женщина поколебалась и продолжила несколько неуверенно:

– Совокупляется…?

Когда Хабан, наконец, одобрительно кивнул, Дженин продолжила более твердо:

– Он усердно совокупляется.

Наблюдая за двумя идиотами, Морга улыбнулся.

– Я... беспокоюсь, – добавила Дженин, нахмурившись.

– Да. Думаю, это может быть слишком для госпожи Лии, – согласился Хабан с серьезным выражением лица.

Спаривание Курканов могло длиться в течение нескольких дней, Лия же являлась совершенно другим существом. Морга представил себе худую, слабую девушку, и его глаза дрогнули.

– Похоже, тут есть небольшая доля моей вины… – пробормотал он.

Дверь открылась, и все почтительно поднялись со своих мест. Расслабленно вошедший мужчина, естественно, сел во главе стола, а Дженин и Хабан встали позади него по обе стороны. После того, как Ишакан опустился на кресло, остальные вожди тоже заняли свои места.

Король посмотрел на каждого из Курканов, собравшихся в конференц-зале.

– Мы снова вместе спустя долгое время, – сказал он, протягивая руку. Хабан уже приготовил трубку, и Ишакан принял ее, сразу перейдя к главному вопросу. – Через месяц мы начнем завоевание Эстии.

Он улыбнулся удивленному выражению лиц своих людей.

– Этот дар будет как раз под стать моей невесте в качестве свадебного подарка.

Глава 155. Завоевание (2)

Завоевание Эстии планировалось давно. На самом деле, причина, по которой они посетили ее под видом мирных переговоров, также заключалась в подготовке к вторжению.

Однако конкретная дата до сих пор не была установлена. В конференц-зале повисла напряженная атмосфера.

– Но колдовство… – поспешно заметил Морга.

– Королеву нужно схватить живой, – сказал Ишакан.

– ……!

Такое решение было совершенно неожиданным. Морга уставился на короля.

– Распознайте все заклинания, наложенные на Лию до того как начнется сражение, – добавил Ишакан. – И я бы хотел, чтобы ты…

Король поведал о своей задумке, и по мере объяснения глаза мага становились все шире.

– Возможно ли это?

Обычно – нет. Но с Ишаканом – вполне допустимо. Это стоило попробовать.

Колдун крепко сжал руки. Путь Ишакана никогда не был легким. С того дня, как Морга впервые встретил его, и до сих пор король всегда шел по непреодолимой тропе. Он достиг того, о чем другие говорили “не выйдет”, и в конце концов поднялся на трон Курканата.

Для Морги Ишакан стал путеводной звездой. Маг не сомневался, – каким бы неопределенным ни был путь, он всегда может доверять своему королю и следовать за ним. И на этот раз он, разумеется, поступит также. Морга твердо кивнул и ответил:

– Я сделаю это.

– Воины готовы, – с энтузиазмом сказал крупный рослый мужчина – вождь медвежьего племени. – Они могут отправиться на войну в течение месяца.

Ишакан стряхнул пепел из трубки и прищурил глаза.

– Я не хочу массовой, тотальной войны, – сказал он.

Один из вождей племени собирался спросить почему, но закрыл рот, запоздало вспомнив, что невестой короля была принцесса Эстии.

Лия многим пожертвовала, чтобы защитить это разваливающееся королевство. Она любила Эстию, и ради нее Ишакан постарается заполучить ее в свои руки, сведя ущерб к минимуму.

– В таком случае, что, если мы сначала захватим дворец, а потом уже поглотим и страну? – спросил обладатель довольно равнодушного взгляда, вождь лисьего племени, и объяснил примерный план действий. Они тайно соберут войска близ столицы, а затем займут королевский дворец одним днем.

Безопасность в центре Эстии уже была подорвана наплывом Томари со всего континента. Благодаря ослабленной границе проникнуть в столицу стало легко.

И хотя Бен Генбек мог помешать, с ним впору было справиться, разделив армию на двое. Одна часть увела бы его войска в сторону и, тем самым, отвлекла от захвата столицы второй группой.

– Однако тотальная война с Бен Генбеком неизбежна, – сообщил Ишакан с широкой улыбкой. – Если это против графа Оберде, то она не будет снисходительна.

Получив общий план действий, все начали обсуждать детали. Каждый из племенных вождей был волен высказать свое мнение, и хотя они иногда спорили друг с другом, последнее слово всегда оставалось за Ишаканом.

Всеобщее собрание предполагало не только обсуждение захвата Эстии, но и многих других насущных вопросов. Из-за долгого отсутствия Ишакана дел скопилась целая куча.

Через несколько часов было решено сделать небольшой перерыв. Отложив трубку, король Курканов посмотрел на вождя медвежьего племени и произнес:

– Говорят, финики, выращенные на вашей территории, особенно сладкие и вкусные.

– ...Да?

– Не мог бы ты принести немного?

– …

Вождь племени застыл на месте, не зная, что сказать. Ишакан никогда раньше не обращался с подобной просьбой. Сбитый с толку мужчина, запоздало произнес:

– Е.. ешьте, конечно, сколько вашей душе угодно... – он так удивился, что даже стал заикаться, отчего выглядел несколько комично на фоне крупного телосложения.

В отличие от вождя, Ишакан оставался спокоен:

– Выбери те, что самого высокого качества, – сказал он и добавил, – Не я буду их есть.

"Вы подарите их своей невесте..."

Быстро сообразивший вождь медвежьего племени без колебаний громко ответил:

– Я выберу самые высококлассные из высококлассных и отправлю вам!

Глаза Ишакана округлились.

– Если, кроме фиников, есть еще что-нибудь вкусное, принеси и это. У моей невесты плохой аппетит, поэтому нужны разные варианты, чтобы ее накормить.

При упоминании девушки глаза короля сощурились в улыбке и приобрели форму полумесяца. Взгляд мягкий и ласковый, как мелкий песок под босыми ногами. Впервые увидев Ишакана таким, вожди племен пришли в замешательство.

Он был снисходителен к своим подчиненным, но то являлось лишь поверхностным прикрытием. За кажущимся непринужденным обликом всегда скрывалась острая, словно хорошо выкованный острый меч, натура. Бросающая в дрожь природа, о которую, казалось, можно порезаться увидев лишь мельком.

Но теперь со сладкой, как сахар, улыбкой на лице Ишакан походил на меч, обретший подходящие ножны. Внешне сохраняя спокойствие, вожди племен обменялись взглядами, разделяя одну и ту же мысль:

“Даже если не найдется ничего вкусного, я приготовлю.”

***

Глава 156. Непредвиденная кончина (1)

Принцесса Эстии оказалась похищена королем варваров.

Невзгоды такой важной персоны являлись тем видом сплетен, который больше всего нравился обществу. Все говорили о пропавшей Лие, о варварах и о Бён Гёнбеке, потерявшем невесту.

Вполне обыденным стало тщательное пережевывание этой темы, представления о том, как уничижительно вульгарные варвары обращались с прекрасной принцессой, всякий новый слух был позорнее предыдущего. Хаос в королевском дворце усиливался с каждым днем.

– Если это продолжится, страна действительно падет, – горько вздохнул граф Валтейн.

Министр финансов Лоран, сидевший напротив, вместо ответа тоже вздохнул. Графиня Мелисса же молча сделала глоток из чашки.

Трое самых близких к принцессе людей пили чай во дворце, потерявшем свою хозяйку. Они собрались впервые спустя долгое время, однако в воздухе витала бесконечно унылая атмосфера. Все пребывали в смятении.

В день похищения наследный принц Блейн немедленно повел королевских рыцарей в погоню. Однако такое ещё и неорганизованное выступление привело лишь к потере значительного числа рыцарей. Они не смогли отразить ночную атаку.

Граф Оберде, потерявший невесту, естественно бесновался. Он обрушил на королевскую семью гневную тираду и, в завершение всего, поклялся никогда не оставлять варваров в покое.

Конечно, правящий дом уведомили об обязательстве вернуть выкуп, уплаченный Бён Гёнбеком за принцессу. И к счастью, он не потребовал компенсации сверх этого, однако поставил одно необычное условие.

Если принцессу вернут от варваров, они сыграют свадьбу, как это и планировалось изначально. Это было шокирующе, учитывая, что к настоящему времени она наверняка потеряла свою девственность. Люди хвалили Бён Гёнбека за щедрость, но с точки зрения окружения принцессы все его стремление происходило лишь из инфантильного желания победить.

Графиня Мелисса со стуком поставила чашку на стол и твердо произнесла:

– Честно говоря, я надеюсь, что принцесса и дальше останется там.

– Мадам...!

Граф Валтейн удивленно уставился на нее, но женщина продолжила:

– Несмотря на жестокость и грубость Курканов, они хорошо относились к принцессе. А теперь, если вернется в Эстию… – голос превратился в жалобный шепот. – Она только понесет большее бремя, чем раньше.

– …

Ни граф Валтейн, ни министр финансов Лоран не могли опровергнуть ее слова. Некоторое время все трое сидели в мрачном молчании.

Политические процессы дворца едва функционировали, ввиду чего было бы совершенно неудивительно, если бы они  в какой-то момент остановились. Да и Бён Гёнбек сеял смуту среди знати, с каждым днем усиливая давление на королевскую семью.

Казалось, что правящий дом неминуемо рухнет. Теперь, когда принцесса, которая изо всех сил держалась за него и терпела, исчезла, крах был лишь вопросом времени. Министр финансов Лоран покачал головой и внезапно произнес:

– Но я не понимаю, о чем думает королева.

Все они знали ее хитрость и одержимую любовь к сыну. Единственное, чего Кердина страстно желала, был день, когда наследный принц взойдет на трон.

Странно, что с подобной целью королева просто смотрела на разваливающуюся страну и ничего не предпринимала. Даже принц, известный своим буйным нравом, остался спокоен после неудачной погони за принцессой. Безынициативные и тихие, они будто чего-то ждали.

– На самом деле, королева в эти дни ведет себя подозрительно. Знали ли вы, что все цветы в саду дворца королевы завяли…?

При словах Лорейна графиня Мелисса нахмурилась. Сидя прямо, она на мгновение опустила глаза, а затем заговорила:

– Если подумать, в последнее время в королевском дворце появилось много наемных слуг, которых я доселе не видела. Говорят, их выбрала сама Ее Величество, но никто не знает, откуда они взялись. У них совершенно нет никаких манер.

Поскольку новые люди перевернули иерархию в королевском дворце, фрейлины и слуги в последнее время мусолили эту тему на разные лады.

Внимательно слушавший граф Валтейн нервно постукивал пальцем по столу.

– Однако это все еще необоснованный слух, – резко начал он. Мужчина оглядел собеседников. – Говорят, что королева приводит во дворец Томари...

Глаза графини Мелиссы и министра финансов Лорана удивленно расширились. В этот момент снаружи послышались громкие голоса. Дверь без предварительного стука распахнулась. Придворная дама с раскрасневшимся лицом, задыхаясь, прокричала:

– Его Величество...!

Все трое одновременно вскочили со своих мест. Они переглянулись, и их тут же охватило необычное чувство. Словно подумали об одном и том же. Зловещее предчувствие сбылось. Служанка дрожащим голосом пролепетала:

– Его Величество… скончался.

Король умер неожиданно и скоропостижно.

Глава 157. Непредвиденная кончина (2)

Мать Кердины была красавицей. Она знала это и умела этим пользоваться.

Именно так она получила титул графини Уэддлтон. Ослепленный любовью, мужчина стер информацию о ее низком происхождении и подменил на более практичный статус. Все считали, что графиня происходила из скромного рода в провинции.

Однажды, когда еще маленькая Кердина и ее мать вышли на очередную прогулку в центр города, они свернули с обычного пути и вошли в переулок. Там им повстречалась группа мужчин и женщин.

Они пели и перебирали струны маленьких гитар, а увидев Кердину и ее мать, радостно приблизились. Эти люди разговаривали с матерью на языке, которого девочка не понимала. Самой же Кердине подарили изобилие топорно выполненных украшений и игрушек.

Когда ее руки уже были полны разнообразных вещей, женщина с очаровательной улыбкой положила хрустальный шар поверх кучи.

— Тебе может это понадобиться.

По дороге домой Кердина с любопытством покрутила шар в пальцах и спросила:

— Мама, они – цыгане?

На прекрасном лбу матери образовались складки. Хмурясь, она ответила мягким, но твердым голосом:

— Мы не цыгане и не Томари. Мы – *Рома́.

Она четко осознала это, когда у Кердины обнаружился талант к колдовству. Увидев, как из стеклянной бусины, подаренной дочери, клубится черный дым, мать очень обрадовалась.

Женщина не хотела, чтобы Кердина навсегда осталась лишь в статусе почитаемой дочери графа. Поэтому она легко отказалась от всего.

— Съешь сердце своей матери, Кердина.

Ради дочери, словно это было само собой разумеющимся, женщина с радостью покончила с собой. Она улыбнулась Кердине и оставила последнюю волю:

— Моя любимая дочь – гордая шаманка Рома́. Весь мир будет твоим.

Кердина съела сердце собственной матери, чтобы стать более могущественной, чем кто-либо другой. Но даже этого было недостаточно для подчинения мира.

Так пойманным в лапы распустившегося честолюбия Кердины оказался король Эстии. В тот самый момент, когда она увидела благородное серебро, женщина придумала заклинание, которое перевернуло бы весь континент с ног на голову.

То, на что никто другой не осмелился бы. Колдовство, превращающее самую низшую кровь в благородную.

– Хааа, хааа...

Пот струился по лбу, сопровождаемый разгоряченным дыханием. Приторно постанывая, Кердина раскачивала талией. Скользящий по внутренним стенкам член вызывал легкое наслаждение. Пробежав пальцами по вспотевшим серебристым волосам, она прошептала:

– Мне очень нравилось твое лицо….

Король смотрел на Кердину пустым взглядом. Только физиологические стоны периодически срывались с его уст. Женщина ярко улыбнулась образу живой куклы и нежно поцеловала его. Когда поцелуй углубился и их языки сплелись, ее движения ускорились.

– Хаа….хннн….!

Кердина закричала и содрогнулась, достигнув кульминации. С раскрасневшимся лицом она подобрала шелковую нить, которую предварительно положила рядом с собой. Женщина нежно погладила щеку короля и произнесла:

– Не дыши, муженек.

Тонкая крепкая нить затянулась на шее короля. Его лицо посинело, мужчина даже не мог открыть рот для вдоха, несмотря на то, что легкие судорожно сжимались. На грани смерти его тело задрожало, напрягаясь.

– Оу…!

Кердина удивилась внезапному потоку спермы, заполняющему ее лоно, а затем громко расхохоталась. Счастливо смеясь она окончательно дернула руками.

Расфокусированные зрачки закатились за веки, а бьющееся в конвульсиях тело обмякло. Кердина приложила ухо к груди короля. Только убедившись, что он точно перестал дышать, она отпустила нить.

– Хуу...

Женщина медленно встала, вытаскивая член из себя, и скользнула в халат, брошенный рядом. Мягкий шелк покрыл безупречную обнаженную кожу. Завязав пояс вокруг талии, Кердина утомленно позвала:

– Блейн.

На ласковый оклик вышел парень, сидевший по ту сторону занавески, и медленно приблизился к женщине. Он обладал ослепительно светлыми волосами. Насыщенный золотой удивительно хорошо подходил ему.

Кердина погладила парня по голове и передала какой-то предмет с прикроватной тумбочки. Кинжал с пятнами старой засохшей крови – бережно хранимое наследие, доставшееся ей от матери.

– Я делала то же самое, – поведала она успокаивающе.

– …

Блейн не ответил. Глядя на его бесстрастное лицо, Кердина слегка прищурилась.

– Разве ты не говорил, что завладеешь и телом и сердцем того дитя? Чтобы сделать э...

– Заткнись.

Блейн выхватил кинжал. Это было грубо,  но женщина совершенно не придала значения подобному, даже наоборот, в настоящий момент она не знала, что делать с переполняющими ее радостью и восторгом. Блейн подошел к бездыханному телу короля и вонзил кинжал тому в грудь. Алая кровь брызнула на кровать, и вскоре влажные звуки пережевываемой сырой плоти наполнили комнату.

Кердина с ликованием наблюдала за происходящим. Наконец, приближался момент, которого она так долго ждала.

– Мой дорогой сын... – прошептала она, опьяненная радостью. – Давай устроим величайшую церемонию коронации в мире, Блейн.

***

—------------------

Прим. пер.

Рома́  — одна из ветвей цыган, наряду с синти и кале. Не следует путать подгруппу рома с цыганами в целом, которых также могут называть рома. Лица ромской национальности называют себя одним общим названием «ром» (что означает «человек» или «муж»), а всех нецыган – термином "гаджо" или "гаджё" (слово с уничижительной коннотацией, которое означает «деревенщина» или «варвар»). Многие ромы считают название «цыгане» оскорбительным.

Глава 158. Пять поцелуев

Лия погрузилась глубоко в мир Морфея без сновидений. Такой крепкий и спокойный, что ни один гнусный кошмар не мог протиснуться в подсознание. И как следствие такого мирного здорового сна девушка проснулась, чувствуя себя бодрый и посвежевшей.

Но когда Лия открыла глаза, она на мгновение опешила. Отчасти причиной тому стала открывшаяся взору непривычная обстановка, но также от того, что чьи-то руки и ноги обвивали ее тело. Мужчина, обнимавший девушку сзади, спал, крепко прижавшись к ней.

– … – Лия открыла было рот, но также беззвучно закрыла его.

Не зная, что делать, она пару раз моргнула, а затем осторожно пошевелила пальцами рук и ног.

Звук ровного дыхания со спины щекотал ухо. Умиротворенная атмосфера дарила уют и покой, а горячие объятия приятно согревали тело.

И хотя девушка была облачена лишь в тонкую ночную рубашку, а одеяло определенно ее не укрывало, она совершенно не ощущала холода.

Лия слегка поджала губы и спросила саму себя:

“Это из-за касающегося затылка дыхания?”

Необъяснимое зудящее чувство все продолжало усиливаться.

Некоторое время девушка оставалась лежать в том же положении, а затем осторожно шевельнулась. Она положила руку на обвивавшее талию предплечье мужчины. На фоне загорелой кожи ее собственная казалась исключительно белой.

И в тот момент, когда она попыталась осторожно ее оттолкнуть…

– …!

Руки, обнимавшие талию и живот, скользнули вверх и обхватили ее бюст. Услышав изумленный вздох девушки, мужчина мягко помассировал груди и поцеловал Лию в затылок. Раздался низкий приглушенный голос:

– Проснулась?

Девушка развернулась и встретилась взглядом с полуприкрытыми глазами Ишакана. В их расслабленных уголках  читалась озорная улыбка.

– Как… как долго я спала?

– Чуть больше суток.

Лия была рада, что на сей раз не проспала несколько дней. Она медленно кивнула. Золотистые, еще не до конца проснувшиеся глаза принялись оглядывать девушку.

Ишакан медленно провел языком по губам. Его взгляд обратился на небольшую грудь, которую он только что массировал. Проследив за глазами, Лия обнаружила, что он рассматривает рельеф проступающих сквозь тонкую ночнушку вставших сосков, и тут же прикрыла их руками.

Ишакан бесстыдно вскинул брови, как бы спрашивая “а что случилось?”, а затем привстал на кровати. Лия последовала его примеру и тоже села.

Куркан протянул руку и, схватив ближайший кувшин, поднес его ко рту. Сделав несколько бодрящих глотков, он предложил его Лие.

Подражая Ишакану, девушка приложила сосуд к губам. Когда-то она и помыслить об этом не смогла бы – пить прямо из кувшина шло вопреки этикету Эстии. Но теперь подобное не имело значения.Теперь она в Курканате.

Живительная влага оросила рот девушки. Сладкая вода, омывающая измученное жаждой горло, превосходно освежала. Как только Лия закончила, Ишакан приблизился к влажным губам и опалил их горячим дыханием.

Девушка опомнилась уже тогда, когда находилась в объятиях целующего ее мужчины. Прикусив губу Лии, Куркан прошептал:

– Начиная с сегодняшнего дня, мы должны целоваться пять раз в день.

– Пять раз..?

– Это обязательно, Лия, – поведал томный голос, рассеиваясь в воздухе.

Еще не пришедшая в себя от такого в некотором роде приказа Лия чуть было ненароком не кивнула, но поспешно опомнилась.

“Если подумать, он говорил нечто подобное и когда мы в последний раз разделяли ложе.”

– Похоже, мои телесные жидкости помогают с твоими заклинаниями.

– …?

– Ты же не можешь принимать меня в себя каждый день, верно? Так что предлагаю по крайней мере целоваться. – Ишакан нежно провел пальцем по губам Лии. – Конечно, если ты в порядке, то я могу каждый день очень стараться и на другом поприще.

“Да как я могу быть в порядке?” – даже сейчас ей все еще было тяжело двигаться после прошлого раза. – “Если мы будем заниматься сексом каждую ночь, то я, наверное, и вправду умру.”

Увидев укоризненное выражение лица девушки, Ишакан разразился смехом. В этот момент раздался вежливый стук в дверь.

– Господин Ишакан. Это срочно.

Услышав доносящийся из-за двери голос, Ишакан нахмурился. Он прищелкнул языком, поднимаясь с кровати.

– Похоже я не смогу позавтракать с тобой. Вместо этого пришлю тебе еду вместе с Дженин, так что обязательно поешь. Если хочешь, мы можем пообедать вместе позже.

Развязав и опустив балдахин, висевший вокруг кровати, чтобы скрыть Лию от всевозможных любопытных глаз, Ишакан скользнул в халат, а затем наклонился к все еще сидящей на постели девушке и по очереди поцеловал ее в лоб, в переносицу, а затем в губы

– Как же я хочу остаться с тобой.

Только что благословленная поцелуями Лия застыла на месте, а ее глаза округлились. Глядя на девушку Куркан хихикнул.

– Но с этим ничего не поделаешь.

Он игриво прижал щеки Лии обеими руками, а затем отпустил их.

– Я занят подготовкой подарка для тебя.

Глава 159. Свадьба Курканов (1)

– Какой подарок?

Он уже так много дал ей, и все продолжает одаривать. Лия и представить себе не могла, какой невообразимый сюрприз Куркан сейчас готовит.

Однако Ишакан больше ничего не сказал и быстро исчез. Должно быть, он понял, что девушка собиралась сказать, что ей это не нужно, и поэтому поспешил ретироваться.

Оставшись одна, Лия какое-то время растерянно сидела на месте, а затем аккуратно легла на мягкую кровать.

Больше не было причин беспокоиться о государственных делах и хлопотах с документами или бояться встречи с Блейном или Кердиной. Ничего не надо решать, теперь она могла расслабиться. Какое-то время девушка просто отдыхала, пока кто-то снова не постучал в дверь.

– Госпожа Лия, это Дженин.

Девушка быстро натянула халат поверх ночнушки и сказала:

– Входи.

В проеме показалась Дженин, держащая поднос в обеих руках. Она кивнула в знак благодарности Куркану, придерживающему для нее дверь. Однако когда тот вытянулся и повернул голову, пытаясь заглянуть в комнату, его тут же пнули в голень.

– Аргх!

В коридоре послышался звук, как будто кто-то упал на пол. Дженин холодно закрыла дверь ногой, а затем подошла с подносом, уставленным башнями еды.

– Доброе утро, госпожа Лия. Вот вкусная еда.

Лия рассмеялась от того как забавно звучало приветствие, произнесенное так прямолинейно. Она весело поприветствовала вошедшую:

– Доброе утро, Дженин. Благодарю Вас.

Дженин, склонившаяся, чтобы осторожно поставить поднос на тумбочку рядом с кроватью, тут же вскочила на ноги. Лия протянула руку к стремительно падающему ломтику хлеба, но не успела его поймать, и все, что ей оставалось – лишь наблюдать, как тот оказывается на полу.

– Пожалуйста, говорите со мной непринужденно, госпожа Лия, – твердо сказала Дженин. – С этого момента кого бы вы ни встретили, вы можете обращаться к нему неформально. В пустыне нет никого более благородного, чем госпожа Лия.

– Но… – девушка колебалась, не зная, что ответить.

– Это связано с репутацией господина  Ишакана, – нехарактерно для самой себя твердо настаивала Дженин.

После этих слов у Лии не оставалось выбора, и она медленно кивнула. Потом девушка взглянула на женщину напротив. Во взгляде Дженин читалось ожидание чего-то еще.

– Хорошо, Дженин, – нерешительно ответила Лия.

Только тогда женщина показала довольный вид. Она расставила еду по более маленьким подносам и блюдам рядом с сидевшей на кровати Лией, а затем аккуратно распределила вилки и ножи около тарелок. Курканка не забыла также упомянуть, что столовые приборы изготовили на заказ для Лии.

Возможно, из-за того, что Ишакан вымотал ее, у девушки проснулся аппетит. Ее разум был чист, и Лия чувствовала себя обновленной. Никаких плохих мыслей. Впервые за долгое время девушка с жадностью набросилась на еду.

Плечи Лии вздрогнули, когда она попробовала варенье из фиников. Оно оказалось таким сладким, что удивило ее. Девушка отложила финиковое варенье, размяла нут, посыпала его приправами и намазала получившуюся пасту на хлеб.

Пока Лия усердно ела, руки Дженин занимались приготовлением новых заманчивых блюд. Курканка едва сдерживала желание попросить девушку попробовать то или это.

Чтобы подавить свои порывы, женщина решила завести беседу с Лией, пока та завтракала.

Легко начавшийся разговор о погоде стал несколько серьезнее, когда перетек в тему повседневной жизни. Жизнь Лии сейчас была отнюдь не повседневной. Каким-то образом они пришли к теме брака умыканием и Лия услышала неожиданную историю.

– Похищение невесты – это последнее средство, – объяснила Дженин.

К подобной мере прибегали только в крайнем случае, когда возникали препятствия для вступления в брак, несмотря на общие чувства вовлеченной пары.

На материке Курканов презирали как дикарей. И жителю материка было трудно сочетаться брачными узами с представителем этой нации.

Когда Курканы похищали невест, этим женщинам давали время решить, хотят ли они вернуться на родину или выйти замуж и остаться в Курканате. По словам Дженин, до сих пор никто не выбирал первое.

– У меня тоже был брак умыканием, – добавила женщина.

При упоминании мужа Дженин явно смутилась. Ее лицо озарил мягкий румянец. Курканка застенчиво призналась, что, поскольку так давно не была дома, она принесла ему цветы. Лия улыбнулась ей и поинтересовалась:

– Твой супруг любит цветы?

– Да, очень сильно. Ему нравилось заниматься садом в качестве хобби, но сейчас… это немного сложно… – тень промелькнула на лице Дженин. Однако она быстро стряхнула с себя мрачное наваждение и продолжила, – Могу ли я представить его Вам в следующий раз? Ему любопытно познакомиться с Вами.

Дженин поведала, что рассказала своему мужу о достойной похвалы Лие, поэтому он и был так заинтригован.

“Мне нечем гордиться,” – с этими мыслями девушка тем не менее дала положительный ответ. Ей также было любопытно узнать о муже Дженин.

Дискуссия естественным образом пришла и к самой женитьбе. Дженин объяснила Лие обычаи Курканов.

– Это церемония признания друг друга как спутников жизни. Для госпожи Лии понадобится как минимум месяц на подготовку. – серьезно сказала женщина.

Лие было необходимо набрать вес и заниматься физическими упражнениями, чтобы повысить выносливость.

– Потому что… свадьба в Курканате длится не один день.

Накануне церемонии пара осуществляет обряд, проводя вместе пять ночей. И только в последний день проходит свадьба, на которой сочетающиеся браком клянутся в верности перед гостями.

Глава 160. Свадьба Курканов (2)

Услышав, что вместо одной брачной ночи будет целых пять, Лия тоже посерьезнела. Дженин нахмурилась и спросила:

– Вы помните день полнолуния? Он потеряет рассудок и будет действовать куда более безумно, чем тогда.

– Свирепее, чем тогда...?

– Да.

“О мой Бог.”

Лия была настолько удивлена, что выронила маленькую ложку из руки. Так старательно объяснявшая все Дженин, осознав свою оплошность, поторопилась добавить:

– Конечно, все это при условии, что госпожа Лия станет его спутницей жизни, но...

– Я хочу ею быть.

На этот раз Дженин ахнула от неожиданности. Девушка тихо продолжила:

– Я хочу стать его спутницей. И хочу быть королевой Курканов...

Ее голос быстро растворился в воздухе. Женщина, казалось, понимала, о чем думает Лия.

– Все будут счастливы приветствовать королеву, – быстро вставила Дженин, ее глаза сверкали. – Пожалуйста, скажите господину Ишакану об этом напрямую позже.

***

После завтрака Лия выслушала расписание на день.

Она пообедает с Ишаканом, а затем встретится с Моргой и другими курканскими колдунами. Дженин сообщила, что помимо этого ничего больше не планировалось и Лия может отдохнуть, побродив по округе.

Но в настоящий момент девушка не собиралась этого делать. Чтобы приспособиться здесь, прежде всего ей нужно было постичь местный язык и культуру.

Ввиду этого Лия попросила Дженин о помощи в изучении курканского. Та, в свою очередь, уверенно пообещала к завтрашнему дню найти преподавателя для освоения языка.

После небольшого отдыха, с помощью Курканки Лия умылась и переоделась. Пусть для Дженин это было в новинку, и  действовала она несколько скованно и неловко, ей удалось принарядить девушку.

Лия ощупала юбку своего платья. В отличие от Эстии, где в одежде в основном преобладали пастельные тона, в Курканате использовалось множество тканей ярких цветов.

– Прошу прощения, – обратилась Дженин, закалывая драгоценности в волосах Лии. – Конкуренция за должность фрейлины, которая будет прислуживать Вам, стала слишком ожесточенной…

Сообщив, что подбор займет еще какое-то время, Курканка пообещала, хоть и не идеально, но выполнять эти обязанности сама. Когда женщина заверила, что только самым сильным фрейлинам будет позволено прислуживать ей, Лия рассмеялась.

– Есть ли здесь место, где я могу собрать цветов? – спросила девушка, незаметно поправляя украшения, которые Дженин неуклюже вставила ей в волосы.

“Если подумать, я несколько раз получала предложение руки и сердца. Но так и не ответила, что стану невестой Ишакана.” – на этот раз, как и посоветовала Дженин, Лия хотела сказать ему напрямую.

Девушке всегда было трудно выражать свои истинные чувства. Но поскольку Ишакан так старался для нее, она хотела  ответить ему тем же.

Они вышли из опочивальни, чтобы прогуляться и набрать цветов, и тут..

– …

Дженин внезапно спрятала Лию за своей спиной, чем сбила с толку. Взглянув на настороженную Курканку, девушка высунула голову и вздрогнула.

Несколько пар глаз сверкнули в углах длинного коридора. Но как только встретились взглядом с Лией, они мгновенно исчезли.

Встречи с Курканами, которые лишь быстро прятались, стоило ей их заметить, продолжались всю дорогу до сада. В одной комнате Куркан даже свисал с потолка, но сбежал, как только был обнаружен Дженин.

Лия недоумевала, почему же все они старались наблюдать за ней тайно.

“Может Ишакан сказал им еще что-то?” – подвела итог своим размышлениям девушка, медленно ступая рядом с Дженин.

Изучение дворца, который Лия не смогла подробно рассмотреть в день приезда, проходило довольно увлекательно. Прохлада тоже сыграла свою роль. Девушка слышала, что в западной пустыне душно и жарко, однако внутри дворца было довольно свежо, вероятно, из-за обилия растительности.

– Если Вам понравится какой-то цветок, не стесняйтесь сорвать его, – сказала Дженин, вытаскивая за шиворот нескольких Курканов, прятавшихся в кустах, и отбрасывая их подальше. Лия, сдерживая смех, оглядела сад.

“Вокруг бесплодная песчаная пустыня, так как же Курканам удалось взрастить здесь так много зелени? ” – любопытство охватило разум девушки. Среди экзотических растений, названий которых Лия не знала, она нашла знакомые и цветы.

Девушка остановилась перед цветником розовых пионов, еще не полностью распустивших свои бутоны. После долгих раздумий она сорвала самый красивый.

– Лия.

Кто-то внезапно крепко обнял ее сзади, и девушка испуганно повернула голову, не выпуская цветок из рук.

Ишакан улыбался. Лия собиралась навестить его в кабинете; но Куркан сам вышел навстречу. Дженин моментально испарилась.

– Тебе понравились пионы? Тогда стоит сказать, чтобы посадили больше.

Лия слегка покачала цветок в руках и едва пошевелила губами. Несмотря на всю решительность, сейчас ей было неловко произносить задуманное. И в то же время девушке казалось, что если не сделает этого сейчас, не сможет и позже. Ишакан положил подбородок ей на макушку.

– Сегодня осталось еще четыре поцелуя... – заговорил он неторопливо.

– Перед этим я должна кое-что сказать тебе, Ишакан.

Лия энергично повернулась к нему лицом. С некоторым удивлением мужчина смотрел на протянутый в его сторону пион. Вслед за державшей его дрожащей рукой, бутон также мелко покачивался в воздухе. С покрасневшим лицом Лия произнесла:

– Пожалуйста, возьми меня в жены.

Глава 161. Иша (1)

В теплом солнечном свете мягко подул ветерок. Окруженная благоухающим ароматом цветов, доносящимся от цветника пионов, Лия ждала ответа. В теплом солнечном свете мягко подул ветерок. Окруженная благоухающим ароматом цветов, доносящимся от цветника пионов, Лия ждала ответа.

Ишакан молча смотрел на девушку широко раскрытыми глазами. В ее груди заклокотало чувство тревоги. Сердце бешено заколотилось при мысли, о том, что произойдет, если он не примет предложение.

“И как только Ишакан смог произнести нечто настолько волнительное еще и несколько раз? Я так нервничаю, что кажется сердце вот-вот взорвется.” – вопрошая про себя, Лия поджала губы.

– ...Хаа, – внезапно вздохнул Ишакан. – Правда... ты делаешь со мной все, что вздумается...

Он провел рукой по лицу Лии, а затем яро схватил пион. Трепетавший в дрожащих ладонях бутон оказался заключен в крепкую хватку Куркана.

Но даже сжав стебель цветка, он не мог не притянуть девушку к себе. Сделав несколько вдохов, Ишакан приложил ладонь к щеке Лии. Глядя прямо ей в глаза, он неторопливо наклонился.

Девушка, сама того не осознавая, затаила дыхание и прикрыла веки. Его уста коснулись ее губ. Нежно поглаживая бархатную кожу рукой, мужчина медленно двинулся языком, ненадолго скользнув им в ее рот, затем отстранился, чтобы  вновь поцеловать.

Лия прильнула к телу Куркана, безропотно принимая его всего. Ишакан издал тихий стон. Осторожный поцелуй стал более страстным. Поддерживая голову и талию девушки, мужчина напирал все сильнее. Лия, уже откинувшаяся настолько, что казалось, готова упасть, глубоко вздохнула и произнесла:

– Ах…ха…дашь минутку…?

Девушка беспокоилась, что кто-нибудь увидит их. Однако несколько мгновений спустя Ишакан, убедившись, что девушка  отдышалась, снова примкнул к ее устам.

Большие руки чувственно гладили и ласкали ее тело. Должно быть, прямо сейчас норма ежедневных поцелуев окажется выполненной.

Лия снова откинула голову назад и приоткрыла губы:

– И…Ишакан...!

Куркан, казалось, наконец-то пришел в себя, однако все равно не отпустил девушку и уткнулся лицом в изгиб ее шеи. Кончик носа, касающийся кожи, вызывал чувство щекотки. Снизу раздалось расслабленное бормотание:

– Мы должны сыграть свадьбу. Пригласим всех в пустыню и сделаем празднество по-настоящему роскошным...

Он медленно поднял голову. Золотые глаза светились от переполняющего их счастья. Лия, сама того не замечая, расплылась в яркой улыбке. Она была довольна, что смогла порадовать Ишакана.

Выражение лица Куркана приобрело несколько ошеломленный вид. Возможно, это произошло потому, что он впервые видел, чтобы она так лучезарно улыбалась.

“Когда я в последний раз так радовалась? Не могу вспомнить. Наверно я еще никогда не была так счастлива.”

Ишакан ласково провел кончиками пальцев по ее губам. Он вновь и вновь касался этой прекрасной поразительной улыбки, а затем, словно уже не мог удержаться, снова поцеловал Лию и прошептал:

– Моя невеста.

Хотя теперь такое обращение вполне естественно, девушка чувствовала себя неловко. Вместо ответа, она слегка закусила губу.

Ишакан вновь обрушил на Лию тираду поцелуев. Он принялся покусывать ее губы, но быстро остановился, опасаясь, что те могут опухнуть. Мужчина взял девушку на руки и усадил на сгиб локтя.

– Давай пообедаем. – одной рукой он держал Лию, а другой – пион. – Чтобы провести свадебную церемонию, начиная с сегодняшнего дня ты должна питаться как Курканы.

Лия взметнула взор к небу. Судя по положению солнца, до обеденного времени было еще далеко.

“И почему же тот, кто должен работать, так рано вышел? ” – задалась вопросом девушка. Ишакан взглянул на нее прищуренными глазами и игриво произнес:

– Ах, сегодня был тяжелый рабочий день.

Вслед за этим Куркан настоял на том, что раз уж они встретились раньше времени, ему следует провести для Лии экскурсию по его кабинету. Та же, сделав вид, что не может устоять перед таким искушением, согласилась.

Прогулка до кабинета была тихой. Когда ранее девушка шла с Дженин, тут и там прятались Курканы, но теперь она никого из них не видела. Похоже, все разбежались, опасаясь Ишакана.

“Завтра мне нужно будет поприветствовать их,” – размышляла Лия, обнимая Ишакана, пока тот нес ее в кабинет.

Обстановка в рабочем помещении совершенно отличалась от спальни. Здесь не было занавесок, разделявших пространство; – оно не теряло простора и опрятности. В отличие от наружней отделки, здесь имелось не так много украшений. Одним из наиболее примечательных предметов интерьера являлся большой изогнутый меч, выставленный в углу кабинета. Его ножны украшенные золотом и драгоценными камнями были особенно великолепны.

Значительное место перед рядом арочных окон занимал большой письменный стол. Ишакан сел за него и разместил Лию у себя на коленях. Одним движением он отодвинул разбросанные бумаги в сторону.

Девушка положила руки на гладкую поверхность стола. Взглянув на документы, та обнаружила, что все они написаны на курканском языке. И потянув на себя найденный чистый лист бумаги, она спросила:

– Как пишется твое имя?

Ишакан взял перо и принялся чертить символы. Лия внимательно посмотрела на имя, аккуратно выведенное крупным почерком, и забрала у мужчины предмет письма. Перо было слишком большим для ее маленькой руки, но она все равно, пусть и неуклюже, переписала его имя.

– Изначально меня звали Иша, – внезапно сказал Ишакан, наблюдая за чиркающей по бумаге девушкой.

Она впервые об этом слышала. Лия вставила перо в держатель и посмотрела на мужчину снизу вверх.

– “Кан”– это часть имени которую я получил после того, как стал королем.

Имена правителей и вождей Курканов состоят из трех слогов. Однако только король может добавлять к своему имени слог “кан”. Это было своего рода почетным званием. Лия тихо произнесла немного непривычное имя:

– Иша...

Мужчина произнес с усмешкой:

– Теперь никто не может называть меня этим именем.

Ишакан молча смотрел на девушку широко раскрытыми глазами. В ее груди заклокотало чувство тревоги. Сердце бешено заколотилось при мысли, о том, что произойдет, если он не примет предложение.

“И как только Ишакан смог произнести нечто настолько волнительное еще и несколько раз? Я так нервничаю, что кажется сердце вот-вот взорвется.” – вопрошая про себя, Лия поджала губы.

– ...Хаа, – внезапно вздохнул Ишакан. – Правда... ты делаешь со мной все, что вздумается...

Он провел рукой по лицу Лии, а затем яро схватил пион. Трепетавший в дрожащих ладонях бутон оказался заключен в крепкую хватку Куркана.

Но даже сжав стебель цветка, он не мог не притянуть девушку к себе. Сделав несколько вдохов, Ишакан приложил ладонь к щеке Лии. Глядя прямо ей в глаза, он неторопливо наклонился.

Девушка, сама того не осознавая, затаила дыхание и прикрыла веки. Его уста коснулись ее губ. Нежно поглаживая бархатную кожу рукой, мужчина медленно двинулся языком, ненадолго скользнув им в ее рот, затем отстранился, чтобы  вновь поцеловать.

Лия прильнула к телу Куркана, безропотно принимая его всего. Ишакан издал тихий стон. Осторожный поцелуй стал более страстным. Поддерживая голову и талию девушки, мужчина напирал все сильнее. Лия, уже откинувшаяся настолько, что казалось, готова упасть, глубоко вздохнула и произнесла:

– Ах…ха…дашь минутку…?

Девушка беспокоилась, что кто-нибудь увидит их. Однако несколько мгновений спустя Ишакан, убедившись, что девушка  отдышалась, снова примкнул к ее устам.

Большие руки чувственно гладили и ласкали ее тело. Должно быть, прямо сейчас норма ежедневных поцелуев окажется выполненной.

Лия снова откинула голову назад и приоткрыла губы:

– И…Ишакан...!

Куркан, казалось, наконец-то пришел в себя, однако все равно не отпустил девушку и уткнулся лицом в изгиб ее шеи. Кончик носа, касающийся кожи, вызывал чувство щекотки. Снизу раздалось расслабленное бормотание:

– Мы должны сыграть свадьбу. Пригласим всех в пустыню и сделаем празднество по-настоящему роскошным...

Он медленно поднял голову. Золотые глаза светились от переполняющего их счастья. Лия, сама того не замечая, расплылась в яркой улыбке. Она была довольна, что смогла порадовать Ишакана.

Выражение лица Куркана приобрело несколько ошеломленный вид. Возможно, это произошло потому, что он впервые видел, чтобы она так лучезарно улыбалась.

“Когда я в последний раз так радовалась? Не могу вспомнить. Наверно я еще никогда не была так счастлива.”

Ишакан ласково провел кончиками пальцев по ее губам. Он вновь и вновь касался этой прекрасной поразительной улыбки, а затем, словно уже не мог удержаться, снова поцеловал Лию и прошептал:

– Моя невеста.

Хотя теперь такое обращение вполне естественно, девушка чувствовала себя неловко. Вместо ответа, она слегка закусила губу.

Ишакан вновь обрушил на Лию тираду поцелуев. Он принялся покусывать ее губы, но быстро остановился, опасаясь, что те могут опухнуть. Мужчина взял девушку на руки и усадил на сгиб локтя.

– Давай пообедаем. – одной рукой он держал Лию, а другой – пион. – Чтобы провести свадебную церемонию, начиная с сегодняшнего дня ты должна питаться как Курканы.

Лия взметнула взор к небу. Судя по положению солнца, до обеденного времени было еще далеко.

“И почему же тот, кто должен работать, так рано вышел? ” – задалась вопросом девушка. Ишакан взглянул на нее прищуренными глазами и игриво произнес:

– Ах, сегодня был тяжелый рабочий день.

Вслед за этим Куркан настоял на том, что раз уж они встретились раньше времени, ему следует провести для Лии экскурсию по его кабинету. Та же, сделав вид, что не может устоять перед таким искушением, согласилась.

Прогулка до кабинета была тихой. Когда ранее девушка шла с Дженин, тут и там прятались Курканы, но теперь она никого из них не видела. Похоже, все разбежались, опасаясь Ишакана.

“Завтра мне нужно будет поприветствовать их,” – размышляла Лия, обнимая Ишакана, пока тот нес ее в кабинет.

Обстановка в рабочем помещении совершенно отличалась от спальни. Здесь не было занавесок, разделявших пространство; – оно не теряло простора и опрятности. В отличие от наружней отделки, здесь имелось не так много украшений. Одним из наиболее примечательных предметов интерьера являлся большой изогнутый меч, выставленный в углу кабинета. Его ножны украшенные золотом и драгоценными камнями были особенно великолепны.

Значительное место перед рядом арочных окон занимал большой письменный стол. Ишакан сел за него и разместил Лию у себя на коленях. Одним движением он отодвинул разбросанные бумаги в сторону.

Девушка положила руки на гладкую поверхность стола. Взглянув на документы, та обнаружила, что все они написаны на курканском языке. И потянув на себя найденный чистый лист бумаги, она спросила:

– Как пишется твое имя?

Ишакан взял перо и принялся чертить символы. Лия внимательно посмотрела на имя, аккуратно выведенное крупным почерком, и забрала у мужчины предмет письма. Перо было слишком большим для ее маленькой руки, но она все равно, пусть и неуклюже, переписала его имя.

– Изначально меня звали Иша, – внезапно сказал Ишакан, наблюдая за чиркающей по бумаге девушкой.

Она впервые об этом слышала. Лия вставила перо в держатель и посмотрела на мужчину снизу вверх.

– “Кан”– это часть имени которую я получил после того, как стал королем.

Имена правителей и вождей Курканов состоят из трех слогов. Однако только король может добавлять к своему имени слог “кан”. Это было своего рода почетным званием. Лия тихо произнесла немного непривычное имя:

– Иша...

Мужчина произнес с усмешкой:

– Теперь никто не может называть меня этим именем.

Глава 162. Иша (2)

Никто в пустыне не осмелился бы назвать его Иша. Лия снова мысленно повторила имя. Невольно она представила его ребенком. То время, когда этот человек, большой и крепкий, словно многолетний дуб, был еще маленьким росточком по имени Иша…

– Тебе можно.

Выдернутая из лабиринта воображения Лия, повернула голову. А обнимающий ее за талию Куркан, словно ждал этого, тут же чмокнул в щеку.

– Но не обращайся ко мне так слишком часто. – он слегка улыбнулся, прежде чем заговорить, – Если ты будешь называть меня Иша...

Игривая улыбка говорила сама за себя. Однако Лия не понимала, чем его первоначальное имя, произнесенное ею, так возбуждало мужчину. Единственное объяснение, сформированное разумом, – все потому, что Курканы отличаются от людей.

Продолжать эту тему казалось опасным, так что девушка отложила данный вопрос в сторону. Ведь в ином случае появлялась вероятность того, что помимо сегодняшней, они и вовсе выполнят норму недельных поцелуев. Лия внезапно сменила тему:

– Так что за неотложное дело появилось у тебя сегодня утром?

Ишакан какое-то время молчал. Взглянув на девушку, он медленно отвел глаза:

– Ты, должно быть, знаешь, что я убил своего предшественника и взошел на трон. – взяв листок, на котором Лия написала его имя, мужчина положил тот в ящик стола. – До сих пор еще остались последователи бывшего короля… Говорят, они вступили в союз с графом Оберде. Похоже, Бен Генбек намеревается вернуть похищенную невесту.

Ишакан безмятежно продолжил:

– Пришло время показать ему, кто твой настоящий муж.

Cлово "муж", безо всяких колебаний слетевшее с его губ, звучало ново и смущающе. Лия растерянно кивнула, краснея. Куркан с улыбкой погладил ее по заалевшей щеке.

Девушка собиралась заговорить и приоткрыла губы, но тут же закрыла их. Казалось, дело Бен Генбека – это не все.

“Ишакан скрывает что-то еще.”

Лия хотела спросить, о чем тот умалчивает, однако у нее не хватило смелости. Она не желала портить только появившееся в жизни счастье. Пусть даже оно было ложью, сотканной нитями сна…

Лия закрыла глаза. Звон цепей слабым эхом отозвался в ушах и затих.

***

Граф Оберде правил западными приграничными землями. В течение долгого времени он наращивал военную мощь, дабы предотвратить вторжение Курканов, и таким образом приобрел огромное богатство, власть и славу.

Как только достиг положения, при котором даже король не мог относиться к нему небрежно, Бен Генбек решил, что заслуживает вознаграждения за свою преданность Эстии. И воздаянием его заслугам граф определил то, чего давно  желал. Принцессу.

Ее красота славилась не только в Эстии, но и по всему континенту. Обладательница благородных черт королевской семьи – серебристых волос и уникальных фиолетовых глаз. Эстийская знать гордилась и восхваляла великолепие принцессы в других странах.

Конечно, Бен Генбек заинтересовался ею. Ему казалось, что если украсит себя таким изысканным цветком, то и сам станет выдающимся.

Когда после стольких усилий девушка наконец стала его невестой, граф считал, что осталось только сыграть свадьбу. Но идеальный план начал рушиться, когда появился этот вредитель.

Новый король варваров.

В отличие от прежнего правителя, с которым граф хорошо ладил, новый оказался очень свирепым и был подобен дикому зверю. С тех пор как он взошел на трон, войска Бен Генбека терпели поражения во всех сражениях на границе, а работорговцы начали жаловаться на трудности с приобретением рабов-варваров.

Такое положение дел, вполне закономерно, являлось очень огорчительным для приграничного района, который заработал много денег благодаря предыдущему королю. Ведь именно тот стал инициатором и поставщиком рабов в эту местность.

Но на этом неудачи не заканчивались. Король варваров из ниоткуда вполз в Эстию, прося мира, и завожделел принцессу.

Отнять это Бен Генбек не мог ему позволить. Она была идеальным трофеем для долгожданных перемен.

Однако варвары в конце концов перешли черту. Они устроили засаду на свадебную процессию, направлявшуюся к западной границе, и похитили его невесту.

Гнев графа Оберде невозможно было выразить словами. И когда он яростно искал способ вернуть ее, к нему наведалась подозрительная группа варваров. Те утверждали, что они верные последователи бывшего короля Курканов, и сделали очень заманчивое предложение.

– Мы вернем Вам принцессу.

Все, что они хотели – расплата. План состоял в том, чтобы выкрасть и вернуть графу невесту, отомстив  нынешнему королю, и сбежать. Взамен они также требовали огромное состояние, но для Бен Генбека это не было проблемой.

– Хорошо. Я выполню то, что вы хотите. Я дам вам все, что нужно, так что, независимо от того, какими методами… – глаза графа Оберде заблестели. – Доставьте принцессу ко мне.

Глава 163. Это было не Напрасно

Лия решила оставить свой интерес о том, что может скрывать Ишакан. Сейчас достаточной проблемой был граф Оберде.

“Оставаться спокойным и бездействовать не в характере Бен Генбека. Я думала, он соберет все войска и немедленно атакует. Однако, вопреки ожиданиям, он оказался более терпелив. Учитывая темперамент графа, такая реакция – чересчур сдержанная. Кроме того, он пошел на сговор с оставшимися последователями предыдущего короля Курканов... Для Бен Генбека, всегда называвшего их варварами, подобное совершенно несвойственно.” – У Лии естественным образом возник вопрос, – “А действительно ли он все это время защищал границы от нападений и одерживал победу?”

Взоры членов королевской семьи не достигали западной границы. Они всегда просто верили тому, что говорил граф Оберде.

Лия не раз пыталась навести справки сама, но во дворце информация была ограничена. В лучшем случае ей удалось собрать только осколки общего положения дел. К тому же у принцессы не имелось достаточно времени и ресурсов, чтобы разобраться в данном вопросе более досконально. Ввиду этого она решила сосредоточить свои усилия на чем-то другом.

Оглядываясь назад, можно сказать, что все кардинально изменилось в тот момент, когда Ишакан убил бывшего короля и занял трон.

“Возможно, за этим скрывается еще какая-то истина.”

– Я пришел показать Вам дорогу, госпожа Лия, – сказал Хабан.

После обеда с Ишаканом девушке назначили встречу с магами Курканата. Королю нужно было дальше заниматься делами, и Дженин тоже не смогла прийти из-за работы, поэтому на этот раз сопровождающим стал Хабан.

По пути они говорили о многом, и Куркан вскользь упомянул шокирующую новость:

– В последние дни все были заняты подготовкой к войне.

Ошарашенная Лия подавилась воздухом. Не было нужды спрашивать, куда именно направлена сия деятельность. Без сомнения, цель – Эстия.

“Неужели, это тот подарок, о котором говорил Ишакан? Я, конечно, знала, что он непредсказуемый человек, но каждый раз он совершает все более невообразимые поступки.”

– Мы выстраиваем стратегию, позволяющую максимально избежать кровопролития. Госпожа Лия останется довольна, – добавил Хабан, взглянув на лицо девушки. – Но много чего произошло… Изначально было определено, что отъезд состоится через месяц, но, похоже, дата немного сдвинется.

“Под “много чего” он, вероятно, имеет в виду Бен Генбека. Было бы лучше воспользоваться возможностью и разобраться с ним раз и навсегда, но если все войско сосредоточится на границе, то возникнет риск упустить королевскую семью Эстии. Следовательно лучшая стратегия в данном случае – оказывать давление на Оберде ровно настолько, чтобы отвлечь графа. Скорее всего, именно так и поступит Ишакан.” – размышляла девушка.

– …

Хабан что-то напевал, продолжая идти, а Лия, следуя позади, вцепилась пальцами в юбку платья. Сердце бешено колотилось с тех пор как в разговоре упомянули Эстию.

В ушах снова раздался звон цепей. Тихий, едва слышный звук, но он казался таким реальным, что Лие пришлось подавить желание заткнуть уши. Она слегка приподняла подол юбки, чтобы убедиться, что вокруг ее лодыжек нет оков.

Лия подумала об Ишакане. Она находилась в пустыне, на его земле. Даже если бы на ее ногах и оказались цепи, это было бы потому, что их надел Ишакан.

– О, и я слышал, что вы выходите замуж, – взволнованно добавил Хабан.

Лия, вспоминавшая золотые глаза, чтобы успокоить сердце, вернулась в реальность.

– Уверен, прежде всего состоится свадьба, так что до отправления может пройти и два месяца.

Хабан весело засмеялся, сказав, что Ишакан, очевидно, захочет сначала сделать ее своей спутницей жизни и только потом отбыть.

“Как же быстро распространилась весть о свадьбе.” – думала Лия.

Взволнованный и радостный вид мужчины значительно усмирил ее тревогу. Девушка отбросила ненужные мысли и молча последовала за ним.

Через некоторое время они вошли в просторный зал, который, как объяснил Хабан, изначально использовался как банкетный. Сейчас же среди беспорядка из разбросанных куч лекарственных трав, хрустальных шаров, книг, жаровен и многих других вещей несколько Курканов вели оживленную дискуссию.

– Госпожа Лия! – Морга первый заметил ее и быстро подошел поприветствовать. Остальные маги также последовали за ним, окружив девушку.

Около Лии столпилось тринадцать человек, включая Моргу. Все они считались самыми могущественными в Курканате.

Получившие законное разрешение видеться с Лией, смотрели на нее не моргая. Какое-то время они не могли оторвать взгляд от серебристых волос, а затем кто-то из них прошептал “здравствуйте”.

– Для меня честь познакомиться с Вами, госпожа Лия…! – еще одна негромкая фраза.

Услышав тихие голоса девушка улыбнулась и махнула рукой.

– Вы можете разговаривать со мной свободно.

Когда Лия сообщила им, что не сломается так легко, шаманы слегка повысили голоса, чтобы снова поприветствовать ее. Морга тихо похвастался, что они с госпожой уже знакомы.

– Сегодня мы попытаемся выяснить, какие заклинания на Вас наложены, – произнес он. – Мы найдем решение, доверьтесь нам!

Девушка кивнула в ответ на слова Морги, когда женщина-маг поспешно окликнула ее:

– Госпожа Лия!

Она взволнованно глядела на девушку. Это был не просто интерес. Маг смотрела на нее словно на бога.

– Мою дочь забрали в рабство. Но благодаря Вам она смогла вернуться в пустыню. – ее голос был хриплым от слез. – Спасибо Вам за этот шанс вернуть мой долг. Я обязательно отплачу Вам!

Лия чувствовала себя странно. Все это время она думала, что все результаты, которых она достигла как принцесса, оказались напрасны, когда ее отдали Бен Генбеку. Она считала, что все ее заслуги были попросту стерты, а если бы какие-то и остались, Блейн приписал бы их себе.

Глава 164. Необратимое прошлое

Но реальность отличалась от представлений Лии. То, ради чего она упорно трудилась все годы, все еще жило и дышало в тех местах, где она не могла этого увидеть.

Путь, по которому Лия шла, не был бессмысленным.

Это наполняло девушку счастьем и надеждой больше, чем что-либо еще.  Лия не смогла сдержать мягкой улыбки. При виде такой искренней радости глаза Курканов расширились.

– Ооо… – отовсюду послышались изумленные возгласы.

Хабан хлопнул в ладоши.

– Так, давайте поторопимся!

Маги немедленно пришли в себя и приступили к последним приготовлениям, рисуя на полу замысловатые узоры и споря о чем-то между собой. Ожидая, пока они закончат, Лия вела беседу с Хабаном:

– Неужели я такая необычная? Мне говорили, что иногда Курканы выбирают спутников жизни не из пустыни. Муж Дженин ведь один из таких, верно?

Хабан на мгновение задумался, а затем произнес:

– Ох, безусловно, но.. Здесь никогда не было кого-то с настолько белой кожей, как у Вас. Кроме того, серебристые волосы делают Вас еще более поразительной.

– Понятно.

– Кроме того, Вы очень красивы.

Это было добавлено так естественно, что Лия чуть не кивнула, но вовремя остановилась. Хабан ухмыльнулся, как нашкодивший мальчишка.

– Спутники жизни, пришедшие с континента, встречаются редко. Муж Дженин нечасто выходит на улицу. Я уверен, что не так много Курканов знают, как он выглядит.

Лия моргнула. Внезапно она вспомнила мрачное выражение, промелькнувшее на лице Дженин, когда она заговорила о своем муже. Еще и оказалось, что он практически не выходит из дома.

– С ним… что-то произошло? – осторожно спросила она.

– Ах, это...

– Если об этом сложно говорить, то не стоит, – тут же добавила она.

Хабан отвел взгляд и прижал ладони к щекам. Только после того как немного пошаркал ногами по полу и сделал глубокий вдох, он заговорил:

– Я расскажу, так как Вы все равно скоро узнаете.

***

Среди Курканов встречались те, кто придерживался пуризма.

Представители этого убеждения настаивали на том, что кровь жителей материка не должна примешиваться к их виду. Утверждали, что заключать брак Курканам следует только между собой, дабы сохранить чистоту родословной. Они гордились своей могучей звериной кровью, говорившей об их истинной природе и осуждали союзы с народами остального континента.

Бывший король был ярым пуристом. Из-за огромной силы, заложенной в его крови, с рождения он считался следующим правителем, и как только завершилась церемония его совершеннолетия, он прошел борьбу за титул и в конечном счете взошел на трон.

И в тот момент случилась катастрофа.

Король презирал полукровок и особенно открыто дискриминировал людей, прибывших из других частей континента. Начиналось все с простого пренебрежения. Однако по мере укрепления власти, он становился смелее.

Пуристы, поддерживавшие короля, вольготно расположились в пустыне. Они не упускали ни единой возможности показать свой статус и высокомерие, а Курканы, дрожали в страхе за безопасность своих партнеров.

Дженин и Хабан, которые в то время были рыцарями-эскортом правителя, чувствовали отвращение к постепенно меняющейся личине короля. Омерзение достигло апогея, когда они узнали, что тот продавал молодых Курканов Бен Генбеку и другим работорговцам.

Дети-полукровки приносили в его “торговое дело” особенно большие деньги. И не один или два раза, а постоянно.

Дженин и Хабан яростно протестовали, но их возмущения не возымели никакого эффекта. Король с поддерживающими его пуристами ступил на путь тирании.

Страх Дженин за своего мужа усиливался день ото дня. В конце концов женщина решила покинуть пустыню, где прожила всю жизнь. Хабан, сытый по горло происходящим во дворце, тоже решил пойти с ней.

Однако их поймали прежде, чем им удалось сбежать. И расплата была высока. Этот день отпечатался в памяти Дженин на всю оставшуюся жизнь.

‘– Прошу... нет, нет, пожалуйста...!’

Тогда, Дженин склонила голову перед человеком, которого так сильно ненавидела. Ударяясь лбом о землю, она молила:

‘– Накажите меня. Пожалуйста, мой король, пожалуйста, сжальтесь...!’

Но жестокий характер короля не даровал прощений. Стража сдерживала доведенную до безумия Дженин, когда правитель прямо на глазах показал последствия ее предательства.

‘– Н.. нет…’

Женщина застыла от представшего ужаса. Кровеносные сосуды в широко раскрытых глазах лопнули, и кровавые слезы ручьем потекли по ее щекам. Она плакала, не замечая собственной боли.

Иногда, когда воспоминания о том дне всплывали в памяти, Дженин долгое время сидела неподвижно, глубоко погрузившись в себя. Раз за разом она с сожалением размышляла о необратимом прошлом.

– Я дома. – громко произнесла женщина, открывая дверь калитки.

Сидевший среди клумб в саду мужчина звонким голосом поприветствовал:

– Пришла?

Он двинулся к Дженин, толкая инвалидное кресло. Стоило ему доехать, как его глаза распахнулись в удивлении. Женщина смущенно отвела взгляд, протягивая мужчине букет цветов.

– Я собрала их по дороге сюда, – сказала она.

– Дженин! – он изумленно взял букет светло-розовых пионов. – Ты ведь только недавно дарила мне букет…

– Потому что пионы прекрасны. А еще это одни из любимых цветов госпожи Лии.

– Понятно. – мягко улыбнулся мужчина и понюхал цветы, а затем протянул Дженин руку. С легкостью, выработанной практикой, она подняла его, обнимая.

Одеяло, прикрывавшее бедра, скользнуло и упало на землю. Мешковатые штанины болтались в воздухе.

У мужчины не было ног.

Глава 165. Планы на Бен Генбека

***

Кабинет короля идеально подходил Ишакану. Все было обустроено под него, и обычный человек почувствовал бы себя здесь неловко.

В кабинете, выкрашенном в темные тона, за исключением нескольких вычурных украшений, в целом царила спокойная и чопорная атмосфера.

Но сегодня на его столе расположилась маленькая ваза, несколько неуместная в этом неприступном пространстве. Светло-розовый пион, стоявший в ней, еще не распустил бутон.

Один цветок во всем кабинете, но никто не посмел бы до него дотронуться или убрать. Время от времени Ишакан поглядывал на пион в вазе и улыбался про себя.

Белое перо, колышущееся в его руке, взято из левого крыла лебедя. Мужчина подрезал *очин небольшим кинжалом.

Обычные недорогие письменные принадлежности изготавливались из гусиных перьев, а лебединые считались более качественными. Цена также варьировалась в зависимости от того, из какого крыла они взяты, – из левого, как правило, дороже. Причиной тому стало то, что с этой стороны перья скошены вправо, и ими было легче пользоваться правшам.

Цена также зависела и от размера, но Курканы всегда использовали только самые крупные и лучшие лебединые перья.

Однако нынешняя партия была немного меньшего размера, чем обычно. Умело подрезая кончики перьев, Ишакан спросил:

– Как Лия?

– Я отвел ее в ее комнату, – быстро ответил стоявший напротив Хабан. – Похоже она слишком устала, так как сразу же заснула.

Они снова использовали магию, чтобы попытаться выяснить, какие именно заклинания все еще наложены на Лию. И хотя для ее ослабленного организма эта нагрузка тяжела, у них не было выбора.

– Морга сказал, что она, вероятно, проспит три или четыре дня.

Эхо острого лезвия, подрезающего кончик пера, разнеслось по кабинету. Какое-то время Хабан тихо слушал монотонный звук, а затем сказал:

– Новость… Сообщите ей, когда проснется?

– Полагаю, что так.

Король Эстии скончался. Срочная новость пришла сегодня на рассвете с птицей. Ишакан сказал Лие, что утреннее напряжение возникло из-за Бен Генбека, хотя причина была в другом.

Пусть она, возможно, и не была близка с королем Эстии, он все еще был ее отцом. Ишакан знал, что должен сказать ей, и он действительно намеревался сделать это сегодня. После того как накормит ее вкусным обедом, он собирался осторожно сообщить новость, но с того момента, как Лия сделала ему предложение, он не мог заставить себя начать этот разговор.

Она так ярко улыбалась и выглядела настолько счастливой. Он хотел, чтобы хотя бы один день она могла провести весело и без тревог. Тем более, зная, насколько нестабильно ее психическое состояние.

Хабан понял, о чем думает Ишакан, и продолжил свой отчет.

– Граф Оберде со свитой ступили глубоко в пустыню, но, конечно, они не посмеют вторгнуться к нам. Скорее всего, последователи бывшего короля попытаются похитить Лию, а затем сбежать, используя солдат в качестве щитов, – насмешливо сказал Хабан. – Похоже везению Бен Генбека приходит конец.

– Он слишком долго довольствовался не заслуженными благами.

Ишакан на мгновение остановился и осмотрел очин. Убедившись, что тот достаточно обрезан, он взял следующее перо и продолжил:

– Думаю, что оставлю эту работу Дженин.

Хабан с трудом сглотнул в попытке смочить пересохшее горло и осторожно высказал свое мнение:

– Я немного волнуюсь.

Хабан знал о старых ранах Дженин. Он беспокоился, что она может совершить ошибку, принять эмоциональное решение. Речь шла не о простом уничтожении последователей бывшего короля. Это касалось Лии. Здесь необходима еще большая осторожность.

– Тем не менее я должен дать ей шанс, – ответил Ишакан. – Я убил предыдущего короля... Но все равно отправлюсь с вами.

– Хорошо, я проведу тщательную подготовку. Что вы планируете делать с Бен Генбеком?

Ишакан аккуратно подобрал заостренные перья и ответил:

– Дарить свадебный подарок только после свадьбы плохо, не так ли?

Хабан моргнул от неожиданного ответа, а затем его лицо вытянулось и он безмолвно ахнул, поняв о чем речь. Ишакан коротко улыбнулся.

– Мне придется преподнести ей что-нибудь поменьше до этого.

***

—---------------------------

* Очин – полая нижняя часть стержня пера птиц.

Глава 166. Похищение Бен Генбека (1)

“Граф Оберде был отвратительным человеком, но я считала, что все-таки стоит признавать его заслуги. Он же долгое время сдерживал Курканов на границе. Однако все оказалось ложью.

“Более того, Ишакан не только выиграл борьбу за власть и взошел на трон, но и объединил Курканов, чтобы восстать против тирании старого короля.” – думала девушка, теперь смотря на мир с новой точки зрения.

Ей захотелось побольше узнать об Ишакане, – какую жизнь он прожил и как стал тем, кем является сейчас.

– …

Лия медленно открыла глаза. По ощущениям она долго пробыла в мире Морфея. Морга предупредил, что девушка не проснется в течение трех или четырех дней.

“Вероятно столько времени и прошло.” – предположила Лия.

Потянувшись за кувшином с водой на прикроватном столике, она обнаружила на нем коробку, перевязанную красивым бантом, а рядом с ней записку.

Осушив стакан воды с травяным привкусом, девушка взяла привлекшие внимание предметы. На бумаге было написано лишь одно слово.

[Подарок.]

Лия улыбнулась, глядя на континентальный язык, начертанный угловатым почерком, затем развязала бант и открыла коробку.

Внутри лежали перья для письма. Они были несколько меньше, чем те, которыми она пользовалась в кабинете Ишакана. Взяв одно в руки и покрутив, Лия громко рассмеялась.

Перо оказалось идеального для нее размера. Должно быть, Ишакан подумал об этом подарке после того, как увидел, как неловко она пишет его пером.

Лия долго не могла заставить себя положить подарок обратно в коробку. Она чувствовала себя невероятно счастливой.

“И, возможно, это в последний раз.” – девушка забеспокоилась, что после стольких радостей она снова окунется в адскую непроглядную тьму.

Лия тряхнула головой, пытаясь избавиться от тягостного наважения. Ее продолжали одолевать плохие мысли, ведь она все еще была сломлена и больна. Девушка бессильно положила перо на прикроватный столик.

– Почему? Тебе не нравится?

Лия обернулась в сторону, откуда раздался голос. Большая тень падала на драпированную тонкую ткань, окутывавшую спальное место. Лия тут же отдернула ее и обняла стоявшего за ней мужчину. Ишакан ответил тем же. Он мягко приобнял ее, поднял на руки, как принцессу, и поцеловал в лоб.

– Теперь я знаю, что нужно сделать, чтобы быть обнятым первым.

Лия крепче прижалась к груди Куркана.

“Сейчас думая об этом, кажется я всегда ждал, чтобы меня обняли.” – пронеслось в голове мужчины.

– Мне понравился подарок, – сказала она. –  Спасибо.

Миндалевидные глаза хищника изогнулись в улыбке. Ишакан завернул Лию в одеяло, а затем взял ее на руки и вышел в сад.

Под усыпанным звездами ночным небом девушка с удовольствием втянула прохладный воздух. После столь долгого сна это именно то, что ей было нужно.

Повернув и чуть склонив голову, Лия уткнулась носом в тыльную сторону ладони Куркана, покоившуюся в районе ее плеча.

“Должно быть он недавно держал меч. Пахнет железом...”

– Ишакан.

Лия подняла на него взор. Золотистые глаза, в коих отражался мягкий лунный свет, были мрачны. Девушка провела пальцем по губам мужчины. Его взгляд мельком скользнул в сторону, прежде чем вновь вернуться к ее лицу.

Чувствуя, что это нужно сделать, Лия задала ему вопрос:

– Ты… что-то от меня скрываешь?

Воцарилась тишина. После недолгого молчания Ишакан спокойно заговорил:

– Мне сообщили, что король Эстии скончался.

– …

Лия сжала кулаки, чтобы скрыть внезапную дрожь в пальцах, но Ишакан уже успел ее заметить.

“Кердина, вероятно, больше не видела смысла сохранять жизнь королю. И безжалостно избавилась от бесполезного существа.” – поняла девушка.

Лия не испытывала привязанности к своему отцу, но его смерть потрясла ее. Это не было чувством печали или сожаления. Страх. Вот, что сковало ее сейчас. Она знала, кто будет следующей целью Кердины после убийства короля.

Внезапно в ушах раздался отдаленный звон цепей, дребезжащих так, словно они ждали ее, – ужасающая слуховая галлюцинация. Лия сделала медленный, глубокий вдох, пытаясь справиться со своими эмоциями. Низкий голос Ишакана раздался над ней:

– Мы решили снова обсудить завоевание уже после проведения похорон.

Заключительный акт вежливости, и не из-за того, что он был правителем Эстии, а потому, что являлся отцом Лии.

– Я не стану присутствовать на похоронах, – твердо заявила девушка без колебаний. Но вопреки четко произнесенным словам, в голове царил хаос.

“После похорон Блейн займет престол. Что же Кердина с сыном, восседающим на троне разрушенной страны, собираются делать? А Бен Генбек, чье покровительство королевской семье было стерто, намеревается возглавить бесчинства…

Пожалуйста, остановись.”

Даже во дворце Курканов Лия все еще беспокоилась о королевской семье Эстии. Девушка заставила себя перестать думать об этом, отыскивая свою самую счастливую мысль.

– Когда проведем свадьбу?

Ишакан уставился на Лию. Слегка подрагивающие жалостливые глаза словно цеплялись за последнюю надежду. Наблюдавший эту сцену заговорил:

– Как можно скорее.

Лия кивнула. Она хотела побыстрее стать частью Курканата. Ей казалось, что так она сможет перестать думать о плохом. Ишакан шагал по саду на протяжении всего их разговора и, заметив, что щеки девушки похолодели, развернулся в сторону спальни.

– Хватит ночных прогулок… – сказал он, а затем внезапно задал вопрос, – Ты хотела бы сходить куда-нибудь вместе?

Лия моргнула. Она не покидала дворец с тех пор, как прибыла сюда.

– Тебе это понравится, – искушал он ее. – Будет очень весело и интересно.

Судя по манере разговора, речь шла вовсе не о простой прогулке за пределами дворца. Лия не могла не спросить:

– Куда ты планируешь отправиться...?

Ишакан улыбнулся, как озорной мальчишка, задумавший нехорошую шутку.

– Похитить графа.

Глава 167. Похищение Бен Генбека (2)

Варвары смело заявили, что похитят принцессу. Это казалось вполне возможным, так как те были последователями бывшего правителя и знали внутреннее устройство королевского дворца.

Они предложили Бен Генбеку провести его людей в пустыню, поскольку другие Курканы, определенно, отправятся в погоню за похитителями. План состоял в том, чтобы встретиться на середине пути, и тем самым создать ловушку.

Граф Оберде по глупости согласился. Он не знал, что у похитителей был скрытый мотив. Они намеревались натравить своих преследователей на Бен Генбека, а затем продолжить бегство вместе с принцессой.

Граф собрал по численности такое войско, какое только сколько смог за такой короткий период, и немедленно выдвинулся в пустыню. Командир его рыцарей был категорически против этой идеи, но Бен Генбек настоял на своем.

Он был уверен, что цивилизованные солдаты, подготовленные должным образом, легко победят варваров, если встретятся с ними.

Однако граф пожалел о своем решении еще в самом начале пути. Желая как можно скорее заключить принцессу в свои объятия, он отправился в поход лично, но дикая местность оказалась суровой.

Бен Генбек впервые оставался в пустыне несколько дней подряд. И, хотя его несли слуги, а сам он ничего не делал, резкие перепады жары и холода были невыносимы.

Сегодняшний вечер ничем не отличался. В ночном небе изящные скопления звезд струились рекой, великолепное зрелище, но Бен Генбек забился в свою палатку и не показывал оттуда и носа.

Его тошнило от одного взгляда на безобразный песок пустыни. Бормоча проклятия, он провалился в неглубокий сон.

– …?

Граф моментально распахнул глаза. В палатке было прохладно. Ранее растопленная жаровня остыла, а масляная лампа погасла.

Зловещий холодок пробежал по коже. Бен Генбек медленно сел. Запертый во тьме мрачной палатки он собирался было встать и выбежать наружу.

– Кха..!

Что-то ударило графа по затылку, и тот потерял сознание.

Когда мужчина пришел в себя, то обнаружил, что сидит на жестком деревянном стуле, лишенный свободы действий из-за крепко опутывавших все конечности веревок. Обзору тоже что-то мешало. Лишь рот оставался свободен.

Из-за тугих веревок к рукам не поступала кровь, казалось, они сейчас отвалятся. Граф извивался, отчаянно пытаясь освободиться, и внезапно почувствовал чье-то присутствие. Его губы пересохли. Он отчаянно закричал:

– Кто вы? Я дам вам столько денег, сколько захотите...

Ткань, скрывающая лицо Бен Генбека, поднялась. Он растерянно моргнул.

– Давненько не виделись, граф Оберде, – сказал мужчина, высокомерно глядя на того, к кому обращался. – Ты должен был быть благодарен, что не получал от меня вестей. Тогда почему ты совершаешь бесполезные вещи и заставляешь меня действовать?

– Ты, Ишакан...! – Бен Генбек быстро огляделся. Он не узнал эту палатку.

Намеревался похитить принцессу, однако в итоге сам оказался схвачен.

У графа это не укладывалось в голове. Все тело дрожало от ярости, но он не мог ничего предпринять будучи связанным. Наблюдая за гневными подергиваниями, Ишакан спокойно продолжил:

– Но сегодня ты будешь говорить не со мной.

Вход брезентовой палатки открылся, и внутрь вошла девушка. В тот момент, когда Бен Генбек увидел блеск серебра, его глаза широко раскрылись.

Свежее лицо, походило на распустившийся цветок, вдоволь напитавшийся обилием света и воды. Невыразительные тусклые глаза теперь стали гораздо яснее,а фиолетовый отлив в них ярко напоминал сверкающие аметисты.

Полная жизненных сил и великолепная, как кукла, – такой образ был незнаком графу. Румяные, словно персики, щеки зашевелились, когда она медленно произнесла:

– Граф Оберде.

– Принцесса?.. – пробормотал Бен Генбек в замешательстве.

***

Ишакан говорил о похищении Бен Генбека так, словно собирался на пикник. Это казалось за гранью абсурда.

– Какой смысл похищать его...?

– Это подарок, – легко ответил Ишакан. – Я могу убить его или оставить в живых, как ты пожелаешь...– он улыбнулся, прищурив глаза, и прошептал, – Так и сделаю.

Глядя в переливающееся блестящее золото, Лия поняла. То, чего он намеревался достичь, было довольно легко опознать.

Ее доверие.

Даже оказавшись в пустыне Лия не могла расслабиться, и ее не отпускала тревога. Королева все еще оставалась самой большой угрозой, но ту нельзя было устранить немедленно. Итак, чтобы доказать, что он может защитить ее, Ишакан решил привести в пример похищение графа Оберде.

Скоро начнется завоевание Эстии, не было смысла действовать опрометчиво, однако Ишакан ни капли не колебался. Если она попросит его убить Бен Генбека, он действительно отрубит тому голову и принесет ей.

Но девушка не хотела. чтобы графа просто убили. Смерть – слишком дешевая плата за все, что тот сделал. Прежде чем он испустит последний дух, она заставит его заплатить.

***

– …

Лия равнодушно смотрела на сидевшего перед ней графа. С недоумевающим выражением лица он перевел взгляд на Ишакана, а затем обратно на Лию, и так несколько раз.

Продолжая бегать глазами, он внезапно спросил:

– У тебя ведь нет никаких отношений с этим варваром, не так ли?

Лия ничего не ответила. Однако молчание говорило за нее.

– С ничтожным зверем?! – яростно вскрикнул граф.

Деревянный стул заскрипел от резкого рывка, но тугие веревки не ослабли. Они только сильнее впились в его кожу.

– Ты ведь даже не знаешь его! – процедил он сквозь стиснутые зубы.

– Он был рабом!

– …!

Глава 168. Похищение Бен Генбека (3)

Лия непроизвольно посмотрела на Ишакана. Он ничего не сказал, но в его взгляде читалось легкое угнетение. Бен Генбек, заметив возникшее замешательство, ужалил с еще большей силой:

– Думаешь, он настоящий король лишь потому, что занял трон в результате глупой борьбы. Ты ничего не понимаешь.

Чем больше граф говорил, тем заметнее тускнели глаза Ишакана. На его лицо упала такая мрачная тень, которую Лия никогда раньше не видела.

– Еще не слишком поздно. Ты можешь вернуться как принцесса Эстии, – наседал Бен Генбек. – Я помогу... Просто уходи отс…

*Шлепок*

Лия ударила графа по лицу. Потрясенный, он медленно повернул голову и ошарашенно посмотрел на девушку. Лия сжала пульсирующую руку. Она ударила его изо всех сил, и в ладони теперь отдавалась жгучая покалывающая боль.

– Это ты не понимаешь.

Девушка подошла ближе. Она осторожно наклонилась к пленнику, приближая свое лицо к его. Граф ахнул и затаил дыхание. С презрением во взгляде Лия продолжила:

– Ты так умело водил всех за нос.

– Что...

– Весело было играть героя?

Губы Бен Генбека лихорадочно задрожали. Голос сорвался, когда он заговорил:

– Ты серь..серьезно? Я жертвовал собой в песке и пыли на западной границе...

Казалось, граф потерял рассудок. Девушка хотела снова дать ему пощечину, но увидела, что рука покраснела и распухла.

Наступила пауза, и Ишакан молча наблюдавший со стороны, шагнул вперед. Он точно знал, чего хотела Лия. Большая ладонь с легко хлестнула Бен Генбека по щеке.

– Агх!!

Раздался звонкий раскат бьющейся друг о друга кожи. Мужчина, все еще привязанный к стулу, отлетел в угол палатки.

– О, упс. – хмыкнул Ишакан. – Нелегко контролировать свою силу.

Лия поспешила проведать Бен Генбека. Она беспокоилась, что Куркан мог сломать ему шею, но, к счастью, тот все еще был жив. Ишакан схватил корчащегося в углу графа и потащил обратно в центр палатки.

Бен Генбек был не в себе. Изо рта по начавшему опухать лицу стекала слюна. Утверждавший, что правит на западной границе, теперь представлял собой жалкое зрелище.

– Закончим на этом, так как ты еще можешь быть полезен, Бен Генбек.

Лия покачала перед его лицом бокалом, наполненным красной жидкостью. Протягивая подозрительный, неизвестного состава напиток, она сухо произнесла:

– Пей, если не хочешь умереть. – от каждого слова так и веяло холодом.

– Ты не можешь убить меня! – дико закричал граф в припадке.

– Почему ты думаешь, что я это не сделаю?

– …

Нет никакой разницы между смертью от вина и смертью из-за какого-то иного способа. Поэтому было лучше выбрать вариант, который, по крайней мере, давал хоть малейший шанс на выживание. Бен Генбек выпил вино.

Убедившись, что он полностью осушил бокал, Лия рассказала о сути напитка:

– Это зелье, которое вызовет немедленную смерть, если ты ослушаешься моего приказа.

– В..вот как...

– Если не веришь, то можешь рискнуть жизнью. – глядя на открывшего рот графа, Лия холодно приказала, – Отныне ты будешь моим шпионом, Бен Генбек.

***

Теперь Лия не действует ради Эстии. Для нее, решившей стать королевой Курканов, граф Оберде был человеком, которому стоило сохранить жизнь. На данном этапе предстоящего завоевания стоило иметь в Эстии хотя бы одного своего человека.

Особенно сейчас, не представляя намерений Кердины, Лия хотела повнимательнее ознакомиться с ситуацией в столице. Похороны короля являются хорошим поводом для Бен Генбека поехать туда. Граф Оберде сможет проникнуть в дела Эстии лучше, чем любой другой дворянин, подкупленный Курканами.

Оставив удрученного мужчину, Лия с Ишаканом покинули палатку. Несколько Курканов поклонились и вошли внутрь, чтобы привести в порядок и вернуть Бен Генбека обратно.

Девушка на мгновение бросила взгляд на палатку, а затем повернулась к Ишакану, который нежно поглаживал пальцами ее поврежденную руку. Лия аккуратно сжала его пальцы в распухшей ладони. Мужчина улыбнулся и первым начал разговор:

– Я и не знал, что существует такое зелье. Впервые о нем слышу.

– Это была ложь.

Графа Оберде переоценивали. Содрав внешнюю оболочку самодовольства и веры во всемогущество, девушка могла точно определить в какую посуду полностью вместятся все способности и качества Бен Генбека.

Всего в одну чайную ложку.

Он точно клюнет на такую большую ложь и ни за что не осмелится проверить правдивость слов Лии.

– Ты действительно… – Ишакан на мгновение потерял дар речи, а потом расхохотался. – Я и забыл, что ты когда-то притворялась работорговцем.

Для Лии это ничего не значило. Ее больше волновали другие вещи, нежели разговор с графом. Но она не осмеливалась спросить напрямую.

О чем девушка не имела представления, так это о прошлом своего избранника, когда его еще звали Иша, когда он еще не взошел на трон.

“Если подумать, я вообще ничего о нем не знаю.” – эта мысль заставила Лию ощутить расстояние между ними.

– Это скучная история.

Девушка подняла голову, услышав внезапно раздавшийся голос. У Ишакана была странная улыбка.

– Но тебе придется заплатить значительную цену, чтобы услышать ее.

– Как ты узнал, что я хотела спросить...

– Тебя интересует мое прошлое.

– Да... – Лия некоторое время колебалась, а затем спросила, – Ты можешь рассказать мне об этом?

– Нет.

Решительный отказ удивил девушку, ее глаза округлились. Ишакан поднял ее распухшую руку и поцеловал тыльную сторону.

– Ты уже все знаешь, Лия, – тихо прошептал он.

Глава 169. Месть Дженин (1)

“Что значит я уже все знаю? Мы встречались в прошлом? Но я бы никогда его не забыла, если бы видела раньше.”

Лия молча всматривалась в мужчину перед собой. В каждой черте его облика, идеально гармоничной и завершенной, чувствовалась непоколебимая сила.

Освещённое лунным светом, его лицо превосходило даже красоту Курканов, славящихся множеством великолепных мужчин и женщин. Его взгляд - глубокий и пронизывающий - невозможно было бы забыть, даже если бы всё в мире стремилось стереть его из памяти.

Но Ишакан, казалось, сейчас не желал обсуждать этот вопрос. Он поднял Лию на руки и сменил тему:

– Хватит скучных разговоров, – сказал он, придавая лицу лукавую улыбку. – Есть вещи, которые нужно сделать, Лия. Я должен поцеловать тебя, а тебе нужно что-нибудь съесть.

– …

Лия хотела что-то ответить, но не смогла вымолвить ни слова. Ишакан улыбнулся ее реакции.

– Для нас установили палатку, так что сегодня мы заночуем вне стен дворца.

Девушке было все равно, где спать, главное – рядом с ним. Увидев её кивок, Ишакан направился к другой, стоявшей в отдалении, палатке. Неся Лию туда, он пробормотал что-то, чего та не поняла:

– ...Сегодня во дворце будет немного шумно.

***

Белая луна, не затененная ни единым облаком, ярко сияла в ночном небе. Под её мягким светом Дженин медленно и глубоко дышала. От разгоряченного тела поднимался пар, а глаза с суженными зрачками устрашающе блестели.

Все окружающее пространство было залито кровью и ошметками плоти. Среди этой бойни единственное, что было возможно опознать, – лишь груду сваленных вместе отрубленных голов. Они принадлежали Курканам.

Пуристы, последователи мертвого короля, вопреки их напыщенной самоуверенности, встретили жалкую кончину. Ужасные выражения, застывшие на их лицах, свидетельствовали о том, насколько мучительной была их смерть.

Дженин долго смотрела на изуродованные, залитые кровью трупы. Когда узнала, что люди, которых она считала мертвыми, все еще живы, первым её чувством была радость. Женщина не могла не испытать восторг, получив шанс причинить им ту же адскую боль.

Но теперь, когда все закончилось, Дженин не чувствовала удовлетворение. Она отрешенно стояла, застыв на месте, пока до её носа не донесся знакомый свежий аромат. Женщина медленно обернулась. Ночной воздух прорезал надломленный голос:

– Ишакан...

Мужчина расслабленно держал длинную сигару в руках и выпускал клубы дыма.

Золотистые глаза спокойно смотрели на Дженин и резню, которую она учинила.

Там, где запах крови щипал нос, Ишакан двигался неспешно, словно на обычной ночной прогулке под луной. Вместо того, чтобы что-то сказать, он протянул женщине сигару, скрученную из табачных листьев.

Дрожащими руками Дженин приняла дар, заранее зажженный для неё. Женщина сделала несколько затяжек. Взбудораженность после битвы еще не улеглась, но хищный блеск в глазах угас. Дженин крепко зажмурилась.

– …

Слезы хлынули из ее глаз, размывая запекшуюся кровь на лице, и вскоре начали капать на землю.

Те самые нелюди, которые прямо на глазах Дженин отрезали ноги ее мужу. Она убила их самым болезненным из возможных способов, но несмотря на это, муки совести не отпускали женщину. Как ни старайся, прошлого не изменить.

– Я обещала защищать его… Но не смогла, – всхлипывала Курканка. – Их отрубленные головы не вернут его прежнего…

Дженин выронила сигару и вытерла слезы тыльной стороной ладони.

– С самого начала... Я должна была заботиться о его безопасности…– женщина стиснула зубы и, глотая слёзы, продолжила, – Вы бы не поступили так глупо. Вы бы защитили своего партнера, чего бы это ни стоило. Я была такой глупой...

–Кто знает? Нельзя быть абсолютно уверенным.

В воздухе клубился дым. После долгой паузы Ишакан прищурил глаза и сказал:

– Я ведь не бог.

– Но...

– Если бы что-то подобное случилось со мной, я бы чувствовал то же, что и ты.

Дженин слушала его со слезами на глазах. Глубокий проницательный взгляд смотрел прямо на женщину.

– Вот почему я делаю все, что в моих силах.

Освежающий дым разносился ночным ветром. Ишакан вынес вердикт так долго страдавшей собеседнице:

– Ты сделала все, что могла, Дженин.

При этих словах женщине показалось, будто что-то, тяжким грузом засевшее в ее сердце, внезапно высвободилось и исчезло. Беззвучно рыдая, Дженин прикусила нижнюю губу и рухнула коленями на окровавленную землю.

– Спасибо, что дал мне эту возможность.

На самом деле, изначально не стоило поручать это задание Дженин, учитывая риск того, что ее эмоции могут взять верх. Поскольку эти Курканы вторглись в королевский дворец, с ними нужно было расправиться быстро и решительно.

Но Ишакан дал ей этот шанс, чтобы она хотя бы сейчас наконец смогла отомстить. И Дженин могла отплатить ему за эту милость единственным способом.

– Я буду служить госпоже Лие всем сердцем.

Глава 170. Месть Дженин (2)

Ишакан тихо рассмеялся и кивнул.

– Тебе следует идти. Твой муж наверняка уже заждался.

Пора возвращаться домой. Дженин вежливо поклонилась королю, затем сложила отрубленные головы в мешок и, перекинув окровавленную ношу за спину, ушла.

Хотя до рассвета оставалось несколько часов, в одном из домов все еще горел свет. Женщина шагала в сторону этого сияния, которое, словно маяк, указывало ей путь.

– Дженин.

Мужчина, наблюдавший за происходящим из окна, поспешно выбрался в сад, быстро толкая колеса своего инвалидного кресла навстречу жене. Его глаза удивленно расширились, когда он ощутил густой запах крови, окружавший ее.

– Прости за опоздание.

Дженин опрокинула мешок перед собой, и отрубленные головы с глухим стуком высыпались на землю.

– Наконец-то я убила их.

Когда он в панике опустил взгляд, выражение его лица окаменело. Мужчина узнал лица тех, что преследовали его даже во снах. В воздухе раздался шепчущий, заметно дрожащий голос:

– ...Я же сказал, что все в порядке.

Дженин не могла ничего ответить и только снова тихо вымолвила “Мне очень жаль”. Мужчина крепко вцепился в подлокотники своего кресла. Он знал, что Дженин держала эту боль в сердце и бесконечно страдала от воспоминаний. Он множество раз говорил ей, что все в порядке, что нужно забыть о произошедшем. Ведь его не изменить…

Однако в конце концов Дженин отомстила. Мужчина понимал, что она чувствовала, когда убивала их, и что хотела сказать, принеся ему их головы. Поэтому он дал жене услышать то, чего ей больше всего хотелось:

– Спасибо.

Дженин хлопнула глазами, и Куркан протянул к ней руки.

– Иди сюда. Позволь мне обнять тебя.

– Угу…

Дженин опустилась на колени перед не имевшим возможности стоять мужем и обхватила руками его талию. Прислонившись к нему, она уткнулась головой в его теплые объятия. Впервые за долгое время Дженин ощутила настоящий покой.

***

Лия осталась с Ишаканом, пока не погрузилась в сон. Решив, что полноценный интим сейчас был бы затруднителен, они ограничились ласками, которые быстро вышли за рамки простой нежности.

Куркан плавно скользил пальцами внутри нее, облизывая каждый дюйм её тела, уделяя особое внимание груди и губам. И к тому моменту, как он кончил в первый раз, она уже испытала минимум три оргазма, лишившие её способности думать о чём-либо ещё.

На самом деле Лия не могла вспомнить даже точное число. Все потому, что Ишакан очень увлекся и продолжал терзать ее снова и снова. Как только девушка проглотила его семя, изнуренная, она провалилась в глубокий сон.

– …

Когда Лия проснулась, то была одна. Ишакан, вероятно, вернулся во дворец раньше из-за накопившихся дел, не терпящих отлагательств.

Физически девушка, несомненно, чувствовала себя лучше, чем обычно. Было неловко признавать, но, похоже, употребление его телесных жидкостей действительно сработало.

Откинувшись на ложе в палатке, Лия с ясной головой размышляла о прошлом Ишакана. Он очень редко отказывал ей в чем-либо, но касаемо данной темы прозвучало категорическое “нет”.

“Если и знаю о его прошлом, то как ни крути, оно должно быть связано со миром работорговли...”

Лия нахмурилась. Она понимала, что ничего не решит, терзая себя догадками в одиночестве. Девушка отбросила мысли в дальний угол разума и, подскочив, дернула за веревку рядом с ложем.

– Госпожа Лия, мы входим.

Снаружи палатки раздался голос, которого она никогда раньше не слышала. Ткань, служившая дверью, откинулась, и сквозь ослепительные лучи солнечного света внутрь вошли несколько Курканок. Девушка, стоявшая впереди, плавно склонила голову.

– Отныне мы будем находиться в Вашем подчинении. Я Мура, старшая служанка.

Именно эти девушки были выбраны после ожесточенной конкуренции. Лия, широко раскрыв глаза, слушала их приветствия одно за другим.

Поразительную красоту старшей горничной подчеркивали яркие выразительные глаза. Ее длинные волосы были собраны в хвост, открывая небольшую татуировку рядом с левым глазом, которая выглядела до боли знакомо. Она была того же размера и формы, что и выгравированный символ возле правого глаза Хабана.

Когда Мура поняла, на что смотрит девушка, она указала на татуировку и хитро улыбнулась.

– Хабан – мой муж. – произнесла она.

Лия лишь предположила, но её догадка оказалась верной. Мура мягко улыбнулась и продолжила:

– Спешу Вас заверить, что получила должность вашей главной служанки исключительно благодаря своим навыкам.

Задрав подбородок, девушка с гордостью поведала, что Хабан ни в малейшей степени не вмешивался, и она заслуженно заняла первое место в отборочном конкурсе.

Завершив свое небольшое хвастовство, старшая служанка тут же отдала распоряжение о завтраке госпожи. Как обычно, появился огромный поднос с угощениями, а перед Лией, сидевшей на постели, поставили блюдо поменьше. Мура аккуратно переложила немного еды на тарелку госпожи.

Пока Лия ела, старшая горничная начала свой краткий отчет:

– Пожалуйста, просто слушайте, пока трапезничаете, – произнесла она с легкой улыбкой. – Дата свадьбы назначена. Это следующий день полнолуния.

Глава 171. Военное собрание (1)

Лия быстро вычислила дату в уме и удивилась, – времени осталось совсем мало. Как она и просила, Ишакан организовал свадьбу в кратчайшие сроки.

Но теперь, когда точный день был назначен, девушка чувствовала себя странно. Дело вовсе не в том, что ей не нравилось. Она просто была сбита с толку грядущими изменениями.

Мура старательно накладывала побольше разнообразной еды на поднос выглядевшей встревоженно Лии.

– Все заняты подготовкой к свадьбе. Вам, госпожа Лия, тем временем,  потребуется поработать над увеличением выносливости. – сказала Мура, внимательно наблюдая, какие блюда Лия ела с большим аппетитом, и тут же распорядилась, чтобы служанки принесли ещё. – Вечером у Вас запланирована встреча с Моргой для лечения.

Блюда, поданные сегодня, оказались настолько вкусными, что Лия неосознанно съела больше обычного. В частности, особую роль сыграла техника Муры отвлечь госпожу разговором так, что та не задумывалась о количестве съеденного. Искусство, которому Ишакан наверняка бы зааплодировал, если бы увидел.

– Я также научу Вас курканскому языку. Я овладела знаниями в области лингвистики, а посему смогу все Вам правильно объяснить.

Лия проглотила еду и спросила:

– Ты победила в отборе, что само по себе уже достижение, но еще и изучила лингвистику… Мура, ты потрясающая.

Глаза главной горничной стали большими, как блюдца. Она выглядела взволнованной, а лицо покраснело от комплимента.

– Конечно! – гордо выкрикнула девушка. – Я…Я очень умная...!

Лия улыбнулась. Почему-то ей показалось, что Мура и Хабан удивительно подходят друг другу по характеру.

После завтрака в качестве десерта девушка выпила горячего чая с медом. Во взгляде Муры так и читалась надежда, что госпожа съест еще какие-нибудь закуски. Однако Лия физически не могла этого сделать, ей казалось, если еще хоть кусочек окажется проглочен, ее желудок лопнет.

После чаепития девушка приготовилась вернуться во дворец, умылась и быстро оделась с умелой помощью других служанок. Ей принесли несколько комплектов нарядов, подходящих по размеру, и Лия примерила их, в итоге выбрав тот, который понравился ей больше всего. Пока дамы приводили ее в порядок, девушка думала, что могла бы сделать для Курканов.

Первая мысль, пришедшая на ум – заняться дворцовыми делами. Лия была уверена, что можете стать полезной как в политике, так и в финансах, поскольку работала в этих областях в Эстии. Она считала, что даже в Курканате, стоит лишь привыкнуть, она сможет быстро освоиться.

Но в то же время девушка чувствовала, что еще слишком рано. Несмотря на то, что она прибыла в пустыню как невеста Ишакана, она всё равно оставалась чужой. Если незнакомец попытается слишком поспешно влиться в группу людей, это неизбежно может вызвать неприязнь.

Для всего есть свой порядок. После проведения церемонии и официального становления королевой у неё ещё будет время постепенно приступить к обязанностям.

Размышляя о том, что могла бы сделать до этого, Лия внезапно прикусила губу.

– …

Звон цепей заложил уши. Девушку уже тошнило от этих настойчивых звуков, но страх не отпускал. Каждый раз, когда слышала эти галлюцинации, Лия ощущала себя так, словно стояла на замерзшей реке. Однажды, когда лед треснет, она окажется в ловушке холодных, темных зимних вод.

Лия посмотрела на свое отражение в зеркале. У девушки в традиционном курканском наряде было бледное лицо.

Ишакан оказался прав. Это бесконечное беспокойство исчезнет только после того, как они полностью искоренят источник проблемы. Она не могла жить в страхе всю оставшуюся жизнь, поэтому нужно было положить этому конец. Игнорируя громкий лязг цепей, Лия решительно заговорила:

– Будет ли сегодня проводиться собрание по поводу завоевания Эстии?

Снующие горничные на мгновение замерли. Все прекрасно знали, что она была принцессой Эстии. Мура шагнула вперед и ответила:

– Я слышала, что во второй половине дня состоится военное совещание.

– Я хотела бы присутствовать на встрече. Но сначала нужно спросить разрешения...

– Разрешение?! – громко вскрикнула старшая горничная. Ее встрепенувшийся вид, точь-в-точь как у Хабана, заставил Лию коротко хихикнуть. – Да кто посмеет решать, что вам позволительно, а что нет?! В пустыне нет ничего, чего бы Вы не могли сделать. Вам не нужно спрашивать ни у кого разрешения.

Мура очень ясно выразилась по этому поводу и сказала, что достаточно просто сообщить заранее. Лия безо всякой причины сжала рукой подол платья, а затем отпустила его. В груди вдруг защекотало от странного, необъяснимого чувства.

В отличие от Эстии, где на нее смотрели свысока и издевались как королевская семья, так и знать, здесь, в Курканате, Лия была в приоритете. Возможность всегда делать всё, что ей хочется, вызывала у неё неловкость, но одновременно пробуждала желание добиться чего-то большего. Как только утренние приготовления завершились, Лия с энтузиазмом произнесла:

– Не могли бы вы принести мне перо и бумагу? Я бы хотела, чтобы она была... примерно такого размера.

На стол тут же положили большой лист бумаги и письменные принадлежности. Взяв в руки перо, Лия задумалась на мгновение, а затем начала рисовать.

***

Глава 172. Военное собрание (2)

В конференц-зал, где заседал военный совет, Лия направлялась впервые. Дворец был настолько огромен, что она до сих пор не успела осмотреть даже все комнаты рядом со своей спальней, не говоря уже об остальных.

“Надо будет попросить организовать для меня путешествие для осмотра всего замка.” – размышляла Лия, приближаясь к конференц-залу в сопровождении фрейлин. Перед дверьми стоял худощавый мужчина, который беспокойно переминался с ноги на ногу. Заметив приближающихся, он обернулся, явно взволнованный, и потрясенно вымолвил:

– Госпожа Лия!

А если точнее, мужчина был поражен появлением Муры у девушки за спиной. Главная горничная одарила Хабана ослепительной улыбкой и одной рукой толкнула дверь, ведущую в зал.

– Мы будем ждать снаружи, – сказала она. – Заходите, госпожа Лия.

Хабан попытался незаметно проскользнуть вслед за девушкой, но был пойман Мурой. Он посмотрел на Лию просящим о помощи взглядом, но та, предпочитая не вмешиваться в дела пары, сделала вид, что ничего не заметила.

Держа в руках большой сверток бумаги, Лия глубоко вдохнула и переступила порог конференц-зала. Внутри оказалось несколько Курканов. Все – вожди племен. Они сидели вокруг длинного стола из черного дерева, и сразу же поднялись с мест, как только вошла девушка.

Единственным, кто не встал, был Ишакан, сидевший во главе. Он медленно вынул сигару изо рта и улыбнулся.

– Лия.

Не колеблясь, девушка направилась прямо к жениху, и как только села рядом, тот приветственно поцеловал ее в щеку.

Увидев, что глаза вождей уже готовы были вывалиться из глазниц от удивления, Лия мягко оттолкнула Ишакана и села прямо.

Несколько пар блестящих глаз смотрели на нее как на диковинку, поскольку видели впервые. Лишь Морга украдкой кивнул девушке.

Под слегка обременительными взглядами Лия развернула на столе принесенную бумагу. Она решила, что прежде чем начинать долгие объяснения, лучше сразу перейти к делу и показать, ради чего она здесь.

Глаза присутствующих быстро обратились к разложенному листу. Поначалу просто любопытствующие выражения лиц вмиг стали серьезными. На бумаге был нанесен замысловатый рисунок – карта королевского дворца Эстии. Лия провела по нему рукой.

– Я нарисовала это сама, – начала она.

Белые пальцы принялись исследовать каждый уголок нарисованной схемы.

– Эти выделенные области – секретные проходы. Знания о них передаются лишь устно и только между членами королевской семьи. Здесь, здесь и здесь – проходы, неизвестные даже королеве и наследному принцу.

Энергично указывая на один участок за другим, Лия описывала наилучшие маршруты для проникновения во дворец. Она поведала им о начале рабочего дня служащих каждого дворца, о том, в какое время суток какие места будут безлюдны, и о многом другом.

– Конечно, я мало разбираюсь в военном деле, но у меня есть предложение… –  Палец Лии скользивший по бумаге, покинул внутреннюю часть здания и направился к внешним границам. – Патрулирование в Эстии по сути представляет собой зацикленную систему из пяти методик. В течение недели стражи придерживаются одного алгоритма действий, прежде чем переходят к другому. Поэтому достаточно понаблюдать за ними всего один день,  чтобы определить, какая из пяти методик используется.

Девушка объяснила, как различить каждую из систем безопасности, и даже максимально подробно поведала о расположении стражей.

– Не знаю, какие сроки вторжения вы обсуждали... но я бы предложила сделать это после похорон.

Причиной такой рекомендации были все дворяне королевства, которые прибудут на прощание с королем. Они, несомненно, приведут рыцарей для собственной защиты – следовательно, в это время большая часть войск будет сосредоточена в столице. Лучше всего было бы дождаться, пока они разъедутся по завершении похорон.

– И если вы планируете захватить дворец небольшой группой, то я могу предоставить вам укрытие на окраине столицы.

Учитывая выделяющуюся внешность Курканов, им было бы трудно остаться незамеченными. Однако передвижение по трущобам, где безопасность всегда оставляла желать лучшего, совершенно меняло дело.

Лия владела несколькими особняками недалеко от бедных кварталов столицы. Она купила их, когда выдавала себя за работорговца, и оставила камеристкам во владение по случаю своей смерти. Но Лия не умерла, и завещание на вступило в силу. Особняки наверняка остались нетронутыми.

– Как насчет использования этих мест в качестве базы? Я помогу вам войти под видом рабов.

Беспрерывно говорившая до этого Лия, на мгновение остановилась, чтобы перевести дыхание.

– Пока это все, что пришло мне на ум... Нужна ли вам еще какая-нибудь информация об Эстии? Если у вас есть вопросы, я отвечу.

Лия всю жизнь посвятила своему королевству и знала Эстию лучше, чем кто-либо другой. Перед разинувшими рты Курканами она выпрямилась и твердо произнесла:

– Потому что я помню все.

В воцарившейся тишине Лия осторожно добавила:

– Я сделаю все возможное, чтобы помочь. Но взамен хотела бы попросить, чтобы жителям Эстии не причиняли вреда… – девушка украдкой посмотрела на Ишакана. – Будет ли у Эстии новый правитель, или она станет частью Курканата...?

– Будет новый правитель, Лия, – произнес Ишакан, а во взгляде сверкали веселые искорки. – И человек, что унаследует трон, уже определен.

Чувствуя, как колотится сердце, Лия дрожащим голосом спросила:

– Кто...?

Смотря прямо в глаза девушки, Куркан произнес всего одно слово:

– Ты.

Глава 173. Военное собрание (3)

Ишакан удивлял ее уже не в первый раз. Лие пора было уже к этому привыкнуть, но Куркан снова смог ошеломить.

Девушка открыла и закрыла рот, затем движение губ повторилось, а потом снова и снова. Только спустя какое-то время она, наконец, обрела дар речи и спросила:

– ...Ты собираешься сделать меня королевой Эстии?

В отличие от потребовавшего немалых усилий вопроса, ответ прозвучал спокойно и твердо.

– Да. Это свадебный подарок, Лия.

Ишакан с самого начала намеревался отдать корону ей.

Несмотря на то, что Лия покинула Эстию, ее любовь к родине никуда не исчезла. Даже при желании свергнуть нынешнюю власть, она надеялась, что народ королевства не пострадает.

Вот почему девушка старалась сделать всё, чтобы помочь завоеванию, одновременно защищая жителей Эстии. Она была уверена, что правление Курканов окажется гораздо лучше для народа, чем тирания Блейна, Кердины или Бён Гёнбека. По крайней мере, так у Лии оставался шанс повлиять на исход событий. Она верила, что это лучший сценарий для Эстии…

Но планы Ишакана выходили за рамки всего, что Лия могла себе представить.

Все еще оцепеневшая от шока, девушка оглядела присутствующих.

“Допустимо ли, что правитель отправился на завоевание в качестве свадебного подарка для невесты?” – задавалась вопросом Лия, однако никто из Курканов не выглядел удивленным. Скорее, наоборот, их лица выражали одобрение. Наконец, девушка снова заговорила:

– Но ведь Бён Гёнбек – это подарок...

– Всего лишь безделушка.

– …

– Не хочешь? –  Ишакан повернулся к ней, поставив локоть на стол и подперев рукой подбородок. Мягко смотря на Лию, мужчина продолжил, – Если да, тогда преподнесу тебе что-нибудь другое.

Все с тем же изумлением во взгляде, девушка быстро покачала головой. Сердце бешено колотилось от волнения.

Смех Ишакана разлетелся по залу.

– Я же сказал, что дам тебе все, что ты захочешь.

Действительно, его “все, что угодно” и вправду не имело границ. Он уверен, что для него нет ничего невозможного.

Золотистые глаза, напоминавшие дневное солнце, были такими яркими и пронзительными, что Лия почувствовала, как ее щеки заливает жар. Девушка поспешно опустила голову, чтобы скрыть румянец за завесой серебристых волос.

В этот момент она по-настоящему поняла, за какого мужчину собиралась выйти замуж.

***

Собрание продолжилось, однако Лия решила покинуть его, поскольку ей было трудно сосредоточиться.

Девушка чувствовала себя неловко, – Ишакан заставлял ее краснеть, а сердце колотилось так сильно, что, казалось, звук его биения эхом раздавался по всему конференц-залу.

За дверью Лия обнаружила беседующую пару. Мрачный, поникший вид Хабана ярко контрастировал с веселой, ликующей Мурой.

Увидев выходящую из зала девушку, подавленный мужчина будто вернулся к жизни, подскочил и вскрикнул:

– Госпожа Лия!

Инстинктивно девушка огляделась в поисках Дженин, и Хабан улыбнулся.

–  У Дженин сегодня выходной. Но не волнуйтесь, я могу прекрасно послужить Ишакану в одиночку.

Казалось, Хабан хотел, чтобы Лия поскорее увела Муру. Вопреки этому, когда та, поняв ситуацию, объявила о намерении уйти, в его глазах расплескалась печаль.

В отличие от размягшего мужчины, прощание Муры было стойким.

– Удачи, Хабан.

– ...Угу. Увидимся позже, Мура. – сожаление отражалось во взгляде Хабана.

“А они во многих отношениях интересная пара. Когда выдастся возможность, надо будет спросить, как они познакомились и поженились.” – подумала Лия.

***

Немного отдохнув и поужинав, Лия направилась в небольшой банкетный зал, чтобы встретиться с Моргой. Девушка вошла в помещение и обнаружила один интересный факт.

По неведомым Лие причинам, ее фрейлины, казалось, недолюбливали колдуна. Служанки всегда старались находиться рядом с девушкой, однако когда та разговаривала с вождем, они предпочитали держаться на расстоянии. Оставив их у двери, Лия подошла к Морге.

В зале царил еще больший хаос, чем в ее прошлый визит. Магический узор на полу стал заметно крупнее, а в одном из углов помещения возвышалась целая груда различных предметов.

Количество больших жаровен, окружающих магический круг, увеличилось с одной до восьми. В самих сосудах лежали ветки и листья, от которых поднимался густой дым с запахом табака — того самого, который часто любил курить Ишакан.

Однако самым значительным отличием было отсутствие магов. Теперь там был только Морга. Он стоял один в самом центре зала, склонившись над картой зодиакальных созвездий и сосредоточенно изучая её.

– Овен и Лев… – Пробормотал он с серьезным выражением лица. – Нет, Скорпион…

Мужчина был так сосредоточен, что не поднимал глаз, пока Лия не оказалась прямо перед ним.

– Вы здесь. – маг приветствовал девушку с большим воодушевлением. – На военном собрании все были поражены.

Глава 174. Она не может забеременеть (1)

Морга с энтузиазмом начал нахваливать Лию за всё: за то, как она смогла запомнить сложную структуру дворца Эстии и составить его карту, и за ценную информацию, которой она поделилась на собрании.

– Я также слышал, что Вы сделали Бён Гёнбека своим шпионом.

Колдун не приминул отметить и хитрость девушки касательно того, как умело она обвела графа вокруг пальца, солгав о действии зелья. Мужчина говорил так долго, что у него пересохло во рту.

Лия смущенно прикусила губу. Она не привыкла к такому количеству комплиментов. Морга, осознав, что несколько увлекся своими похвалами, замолчал с легким запозданием, но на его лице всё ещё играла довольная улыбка.

– Я еще не закончил, пожалуйста, подождите минутку.

Поставив горшок с горячей водой на жаровню, он по порядку начал добавлять ингредиенты, аккуратно разложенные рядом. Некоторые компоненты, прежде чем отправиться в воду, предварительно взвешивались.

– Я готовлю зелье. Сейчас самое подходящее время, но… – Почему-то голос звучал немного неуверенно. Кинув в кастрюлю последний ингредиент, Морга объяснил, – Нет такого закона, который гласил бы, что колдовство всегда работает одинаково. Все меняется в зависимости от ситуации. Даже если в зелье используются одни и те же ингредиенты, результат может отличаться из-за положения небесных тел, состояния колдуна или других факторов.

Не сводя глаз с сосуда, мужчина поведал:

– Чем искуснее маг, тем выше вероятность того, что он сможет добиться стабильных и предсказуемых результатов.

Пока Лия слушала рассказ, ей в голову пришло воспоминание. Плохое, но она все же решилась спросить из-за сильного любопытства:

– А приворотные зелья существуют?

– Теоретически, да, – ответил Морга, помешивая жидкость в кастрюле лопаткой. – Но в зависимости от того, кто варит зелье, эффект будет разным. Особенно в ситуации с приворотными средствами, ведь они воздействуют на чувства… Например, я могу сделать лишь со слабым эффектом.

“А любовные зелья, продаваемые Томари, были поддельными.” –  Испытавшая на себе действие такого снадобья в прошлом, Лия спокойно слушала.

– Только колдун, обладающий огромной силой, может приготовить настоящее любовное зелье, – объяснил Морга. – На самом деле волшебник такого уровня способен создать все, что угодно. – Сделав паузу, мужчина схватил горсть плодов *пшата, бросил ее в общую массу и снова перемешал. – За всю историю существовал лишь один настолько могущественный колдун.

– ...Понятно. – Лия почувствовала облегчение. Она думала о Кердине.

Сняв горшок с огня, чтобы содержимое остыло, Могра пристально посмотрел на девушку. Он все понял по ее взгляду.

– Беспокоитесь о королеве?

Лия на мгновение замялась, а затем призналась в том, чего не хотела говорить:

– Иногда у меня возникают слуховые галлюцинации… Я все еще чувствую связь...

Девушка замолчала, но колдун понял, что она имела в виду.

– Надеюсь, эти симптомы немного утихнут после церемонии бракосочетания. Пожалуйста, потерпите еще немного.

Лия медленно кивнула, и Морга улыбнулся.

– Не волнуйтесь, госпожа Лия, – твердо сказал он. – Мы защитим Вас.

***

Морга сказал, что заклинание, которое он наложил на этот раз, было не таким сильным, и из-за этого Лие не придется спать несколько дней подряд. Однако она все равно очень устала. Девушка уснула сразу же, как только вернулась в свою комнату.

Она проснулась от ощущения, что кто-то сбоку обнимает ее, и сонно позвала.

– Ишакан...

– Продолжай спать, Лия, – прошептал он.

Но девушка не видела его больше половины дня и хотела поговорить. Она повернулась к Куркану лицом и положила руку на крепко обнимавшее ее предплечье.

Волосы мужчины были слегка влажными после недавнего мытья. Наблюдая, как остатки сна покидают глаза Лии, Ишакан улыбнулся.

– Что ты ела на ужин?

– Баранину и другие блюда…Я много ела благодаря фрейлинам, которые хорошо обо мне заботились. А ты?

Но вместо ответа Куркан продолжал касаться девушки, его рука погладила ее плоский живот.

– Не похоже, что ты много ела, – сказал он. Большая ладонь переместилась к ягодицам и помассировала их. – Тебе скоро нужно будет выбрать платье для свадьбы. Боюсь, наряд будет спадать, если ты похудеешь еще сильнее.

– Я постараюсь есть побольше.

Некоторое время они говорили о свадьбе. Лия хотела-было сказать что-то еще, но внезапно вспомнила о вопросе, который давно хотела задать.

– Забеременею ли я, если мы проведем обряд?

Девушка переживала, что ее ослабленное тело окажется недостаточно сильным, чтобы выносить ребенка. Но не стала озвучивать опасений и продолжила, придавая голосу непринужденность:

– Я просто хочу морально подготовиться.

Ишакан мгновение смотрел на Лию, прежде чем запоздало ответить:

– Если ты не хочешь, то нет.

Осознание пришло сразу, как только услышала его ответ.

Лицо непроизвольно окаменело, и Лие пришлось приложить усилия, чтобы выдавить из себя улыбку. Стараясь казаться беззаботной она тихо прошептала:

– ...Я не могу забеременеть.

-------------------------------------------

Пшат — м. Южное дерево или кустарник семейства лоховых с приятным запахом и сладкими съедобными плодами.

Глава 175. Она не может забеременеть (2)

В глубине души Лия надеялась, что он опровергнет ее догадку. Но Ишакан молчал, и тягостная тишина лишь усиливала её беспокойство.

Медленно, мало-помалу, вымученная улыбка исчезла. Девушка не могла скрыть своего опустошения.

В ней не осталось ничего здорового. Невеста с полностью разрушенным телом и сломанным разумом. Она даже утратила возможность иметь детей.

Лия знала, насколько важна способность рожать потомство. Она усвоила этот суровый урок, на собственном горьком опыте, когда жила в Эстии. Ее мать была низложена и изгнана, как только стала бесплодной.

Ишакан, уже зная о неспособности Лии иметь детей, твёрдо принял решение жениться на ней. Для него это не было препятствием, и он ни за что не стал бы изгонять её из дворца или обращаться с ней иначе.

Но он также является очень могущественным королем. И чтобы сохранить сильный род, ему необходим наследник – а, следовательно, связь с другой женщиной. Королевская семья Эстии время от времени прибегала к кровосмешению для сохранения династии. Если подумать, это было вполне естественно.

Ужасные мысли одна за другой вторгались в сознание девушки.

“Если бы Ишакан спал с кем-нибудь еще…”

– Как далеко убежали твои мысли? – Куркан нежно ущипнул ее за кончик носа и продолжил, нахмурившись, – Тебе не нужно ни о чем беспокоиться.

– …

Казалось, он читал каждую мысль, проносящуюся у нее в голове. Не говоря ни слова, Лия уткнулась лицом ему в грудь. На Куркане был только халат, поэтому щека девушки коснулась голого участка кожи, и тепло постепенно успокоило ее встревоженное сердце.

Широкая ладонь опустилась на затылок девушки и нежно погладила. Смуглые пальцы зарылись в струящееся серебро волос, продолжая ласку. Спустя долгое время Ишакан, наконец, заговорил:

– Я привез тебя в пустыню, чтобы сделать счастливой. Не заводить ребенка.

В тихом голосе послышались нотки жара. Лия подняла голову и встретилась с недовольством золотых глаз.

– После проведения церемонии ты действительно станешь единственной. Ты будешь источником и центром моего мира. Уже сейчас это так. – Проворчал он кратко, – Я так и не смог заслужить твое доверие?

– Просто в Эстии... – начала Лия.

– Это пустыня, не Эстия. – Его губы прижались к ее лбу. – Ты станешь королевой Курканата.

Мужчина наклонил голову, чтобы прильнуть к устам девушки. Его поцелуй был мягким и нежным.

– Морга сказал мне, что ты не можешь забеременеть. Но у меня особый организм и неизвестно, на какие переменные это может повлиять.

Ишакан спокойно продолжил, и его логичные слова крепко зацепили метающуюся в сомнениях Лию:

– Кроме того, благодаря лечению тебе постепенно становится лучше. Однажды, когда чары спадут, ты сможешь забеременеть естественным путем. Не могу дождаться, когда у нас появится ребенок...

Куркан вдруг озорно ухмыльнулся.

– Так что я буду стараться до тех пор, пока не получу желаемое.

– …?

–  Не волнуйся, Лия. К счастью, твой партнер очень энергичен. Если беспрестанно заполнять тебя, однажды ребенок будет зачат.

Ишакан перевернул Лию на спину и забрался сверху. В недоумении девушка широко раскрытыми глазами уставилась на нависшего над ней мужчину.

– Почему бы нам не потренироваться в зачатии? – он обеими руками обхватил лицо девушки и заглянул ей в глаза, – Разве, чтобы стать мастером, не требуется много практики?

Этот вопрос заставил Лию забыть о всей серьезности, и она тихонько рассмеялась. Длинные пальцы нежно провели по ее губам.

– Улыбайся почаще. – полуприкрытые глаза были полны тепла. – Ты такая красивая, когда улыбаешься.

Любой бы сказал, что это взгляд влюбленного человека. Лия обвила руками крепкую шею, притянула мужчину к себе, и в этот раз они слились в поцелуе более продолжительном, глубоком и настойчивом.

Теперь она отчасти поняла, почему Ишакан не рассказывал ей о своем прошлом. Знала ли Лия о нем или нет – совершенно не важно. Потому что воспоминания о прошлом не имели ни для нее ни для него самого никакого значения в настоящем.

Даже если она забудет все, что знала о нем, и встретит снова... Даже если начнет все с нуля… она все равно будет любить его. Лия не могла не любить этого мужчину.

Девушка отложила в сторону свои вопросы о его прошлом. Спешить не было смысла. За все то время, что у них будет вместе в будущем, они смогут понемногу узнавать друг друга.

Но одно беспокойство все же терзало сердце… Возможно, именно времени у нее не останется.

Руки Лии крепче обхватили Ишакана, и они обменялись поцелуями.

Это была блаженная и, вместе с тем, ужасающая ночь.

***

Граф Оберде в последнее время часто сквернословил. Можно сказать, он жил, чтобы ругаться целыми днями напролет. Слуги шептались за его спиной, негодуя, что тот стал грубее и что его и без того сварливый темперамент превратился в несносный, но у Бён Гёнбека были на то свои причины.

Он влюбился в злую принцессу, которая заставила его выпить странное зелье, и теперь он, беспомощный, вынужден покорно слушаться приказов. Конечно, граф не мог не оскорбиться этим.

Глава 176. Похороны

Несмотря на все усилия, Бён Гёнбеку так и не удалось найти представителя Томари, способного противодействовать странному зелью. Каждый раз ему подсовывали поддельные противоядия, пытаясь его обмануть. Выглянув в окно, граф недовольно щелкнул языком.

– Почему небо такое мрачное?..

Темные тучи заслонили солнце, придавая угрюмости даже полудню. Серое небо идеально подходило для погребального обряда. Такая погода стояла с тех пор, как Бён Гёнбек вернулся в столицу.

Атмосфера в городе была странной. Томари роились повсюду, создавая ощущение тревоги, из-за которого не хотелось выходить на улицу даже днем. Бён Гёнбек знал, что после похорон ему придется подчиниться приказу принцессы и поспешно вернуться.

Граф быстро набросал письмо и привязал его к лапке птицы-посыльного, прилетевшей из Курканата, а затем отпустил ее в полет. Облачившись в черный костюм, он направился во дворец.

Сегодня проходили похороны покойного короля – событие, собравшее всю знать Эстии. Церемония состоялась на открытом пространстве за дворцом, перед родовым склепом, где покоились только члены монаршей семьи.

Пасмурная погода, люди, одетые во все черное – обстановка истинно соответствовала обряду прощания с усопшим. После завершения некоторых церемониальных процедур последовали подношения цветов покойному королю.

Бён Гёнбек первым среди дворянин совершил обычай. С белой хризантемой в руке он подошел к гробу, где лежало тело короля.

Возможно, благодаря тщательному уходу и обилию украшений, мертвец, утопающий в белых цветах, сейчас выглядел ярче, чем при жизни. Пока граф разглядывал тело, облаченное в церемониальное одеяние и увенчанное короной, его охватило дурное предчувствие.

– …

Бён Гёнбек, пытаясь скрыть хмурый вид, положил хризантему рядом с королем и вернулся на свое место. Пока другие дворяне преподносили свои цветы, его взгляд невольно устремился вперед, к королеве. Она стояла чуть поодаль в платье вороного цвета. Выражение ее лица, едва различимое за темной вуалью, прикрепленной к шляпке, не казалось особо печальным.

Графа Оберде данный факт не удивил – он и не ожидал, что королева будет искренне оплакивать смерть супруга. Эта женщина была без ума только от своего сына. Скорее всего, сейчас она радовалась тому, что наследный принц наконец взойдет на трон.

“Кстати, что-то его не видно.” – думал Бён Гёнбек. Подношения цветов почти закончились, подступало время для надгробной речи. – “Где его черти носят?”

Как только граф начал внутренне сетовать на происходящее, позади него поднялся ропот. Инстинктивно оглянувшись, он замер, не веря своим глазам.

Наследный принц шел медленно. Золото и драгоценности сверкали на каждом участке его броского одеяния, а темно-красный бархатный плащ, отороченный горностаем, ниспадал на пол, подчеркивая величественность фигуры. Среди толпы скорбящих, почтенно облаченных в траурное черное, он был единственным, кто появился в столь роскошном и вызывающем королевском наряде.

Но было кое-что еще более шокирующее.

– Блондин..? – Бён Гёнбек пробормотал оцепенело.

Вместо серебристых волос, служивших важным признаком принадлежности к королевской семье Эстии, пряди наследного принца отливали ослепительным золотом. Пока все застыли в изумлении от зрелища, которое выходило за рамки здравого смысла, молодой человек наконец добрался до гроба.

Глядя на труп своего отца, наследный принц прищурился и бросил белую хризантему на землю. Затем он снял корону с головы покойного короля и водрузил ее на свою. Обернувшись, парень посмотрел на остолбеневших дворян.

– Внемли, Эстия, – сказал он.

Бён Гёнбек вздрогнул от страха. Из-под ног наследного принца начал подниматься густой черный дым, медленно клубясь вокруг него, словно живая тень. Его ранее чистый голос начал дрожать, звучать искаженно и странно.

<Я из истинной родословной Эстии.>

<Вы должны приветствовать нового короля.>

<Преклонитесь предо мной.>

Как только парень закончил говорить, черный дым поднялся вверх и полностью скрыл его, прямо на глазах у широко раскрытых глаз наблюдавших за ним дворян.

Золотые волосы стали серебряными. Новый король Эстии высокомерно смотрел на присутствующих.

– Ура...! – Раздался радостный крик. Люди в изумлении обернулись к королеве. Черный дым, окутывавший принца, двинулся к ней и, клубясь, откинул вуаль, открыв ее восторженный лик.

– Ах, наконец-то…

Лицо женщины раскраснелось, когда она глубокими вдохами принялась втягивать густой дым. Стоило оставшейся дымке исчезнуть, как она усмехнулась, оскалив зубы.

Все присутствующие на похоронах закричали и развернулись, бросаясь в бегство.

– О боже!

– А-а-а-а!!!

Бён Гёнбек бежал вместе с остальными обезумевшими дворянами. Спиной ощутив зловещее чувство, пробирающее до костей, он оглянулся и широко раскрыл глаза.

Черный дым распространялся от тела королевы во все стороны. Любой, кого касалось это зловещее нечто, мгновенно замирал. Лица, искаженные ужасом, лишались всех эмоций, превращаясь в пустые, безжизненные маски. Люди, словно марионетки, медленно поворачивались, затем падали коленями оземь и почтительно склоняли головы перед королевой.

– Что это, черт возьми...! – выругавшись, граф продолжил отчаянно бежать, спасая свою жизнь, но даже его попытки оказались тщетными – черный дым настиг и его. Бён Гёнбек ощутил, как нечто холодное и омерзительное схватило его за мозг и встряхнуло, а затем сознание просто отключилось.

Вскоре все стихло. Все те, кто с криками и воем убегал, теперь молча стояли на коленях с невидящим взглядом.

В жуткой тишине плечи Кердины затряслись от смеха.

– Ха, хахаха, хахаха… – Перед всеми преклоненными дворянами она задыхалась от смеха. – Ахахаха!!

Она создала идеальный кукольный домик. Только когда безумный смех наконец стих, Блейн заговорил:

– Теперь твоя очередь сдержать обещание, мама.

Кердина лучезарно улыбалась, глядя на только что коронованного сына.

– Я не забыла, Блейн.

Женщина, пошатываясь, направилась к парню. Подойдя к нему, она наклонилась, чтобы поцеловать его ногу. В мрачном воздухе раздался сладкий шепот:

– Мой любимый король.

Глава 177. Канун

Легкое беспокойство покалывало кончики пальцев Лии. Практически незаметное, но постоянно действующее на нервы, отчего на него невозможно было не обращать внимание.

Тень тревоги, что всегда таилась в уголке сердца девушки, разрасталась по мере приближения дня свадьбы. Стараясь не замечать сгущающуюся тьму, Лия занималась приготовлениями к свадьбе. Курканские обычаи были ей чужды, поэтому основную часть организационных забот взял на себя Ишакан. Однако и без этого у Лии оставалось множество мелких дел, с которыми она справлялась сама, отвлекаясь от навязчивых мыслей.

Несмотря на непрерывную занятость, Лия также изучала местный язык. Курканский уникален тем, что в нем нет гласных, только согласные. Сначала девушка была сбита с толку, но, благодаря упорным занятиям, смогла научиться читать, пусть и несколько неловко.

Мура с энтузиазмом хвалила ее, уверяя, что курканский язык слишком сложен для иностранцев, и признавалась, что она впервые видит, чтобы кто-то овладел им так быстро. Лия, всякий раз смущаясь, поджимала губы. Девушке было неловко, что ее, как ей казалось, незначительные успехи вызывают столько восхищения.

Среди этих суматошных дней время стремительно мчалось вперед, подобно бурному водопаду, унося за собой каждое мгновение, не оставляя ни минуты для отдыха или раздумий. И вот, наконец, настал день свадьбы.

В Курканате бракосочетание начиналось с церемонии слияния супругов, длившейся пять ночей, и завершалось принятием клятв.

Утром в день свадьбы, следуя курканской традиции, Лия, едва открыв глаза, съела лепестки алых цветов, а затем омылась в ванне, наполненной этим же ароматным элементом обычая.

Тщательно втерев в кожу аромамасла и высушив длинные волосы, девушка приступила к позднему завтраку.

В Эстии, накануне важных событий, Лия обычно голодала, однако в Курканате все обстояло иначе. Служанки усердно убеждали ее съесть столько, сколько они считали необходимым. Всякий раз, когда Лия откусывала новый кусочек, Мура торжественно подбадривала:

– Вы прекрасно справляетесь! Вам нужно набраться сил перед первой ночью! Продолжайте в том же духе!

Лия ела, пока не почувствовала, что ее желудок вот-вот лопнет. Лишь когда она настояла на том, что больше не может, служанки перешли к этапу  преображения. Пока Мура вместе с остальными дамами наряжала Лию, она поведала о некоторых обычаях Курканов.

– С сегодняшнего дня гости начнут наслаждаться банкетом. Они будут барахтаться, как свиньи, в вине и еде, принесенных Ишаканом. Но вы их не увидите.

На свадьбе двух Курканов гостей принимали оба супруга. Однако в случае брака между жителем континента и Курканом, обязанность принимать гостей ложилась только на последнего. Супруг-иностранец сможет увидеть  гостей только в последний день, когда будут даны свадебные клятвы.

– Аххх... – тяжело вздохнула Мура, помогая Лие с макияжем, и другие дамы повторили за ней. – Я действительно волнуюсь. Он наверняка поведет себя как дикий зверь…

Тревоги и заботы переполняли Муру. Все продолжая что-то бормотать, она подала специальное питательное зелье, которое приготовил Морга.

– Что я должна сделать..? – спросила Лия, делая глоток содержимого бокала. – Может, мне стоит вызвать врача...

Ее лицо оставалось серьезным, пока она потягивала горькое, пахнущее травами зелье, а свободную руку протянула, чтобы позволить служанкам подстричь ей ногти. Мура забрала бокал, когда тот опустел и ответила:

– Мы примем некоторые меры безопасности. Но если вы всё равно будете чувствовать, что это опасно, просто бегите.

Мура повторила эти слова несколько раз. Торопливо отдавая приказы, она усердно трудилась вместе с остальными, чтобы одеть Лию.

Сегодня на ней был красный наряд. Платье, сшитое из высококачественной ткани, состояло из раздельного верха и низа, которые элегантно обрамляли ее обнаженный живот. Девушка не привыкла к таким откровенным нарядам и смущенно провела рукой по оголенной коже.

На голову Лии аккуратно накинули тонкую вуаль, отделанную золотой нитью и расшитую изысканными узорами. Лоб, шею, руки и ноги украсили великолепные изделия из золота, щедро усыпанные драгоценными камнями.

Особенно выделялись украшения на запястьях и лодыжках, которые представляли собой маленькие колокольчики, издававшие тихий перезвон при ходьбе, что, как считалось, отгоняло злых духов.

К тому времени, когда Лия была готова, солнце уже скрылось за горизонтом, а улицы погрузились в густую темноту. Убедившись, что взошла полная луна, Мура и другие дамы удалились, чтобы дать невесте время побыть одной.

Без суетливых служанок в комнате стало тихо. Лия бегло оглядела себя в зеркале, а затем подошла к окну.

– …

Издалека доносились звуки музыки, пения, громкого смеха и болтовни. Казалось, свадебный банкет был в самом разгаре.

Глядя на окутанный тьмой ночи дворец, Лия медленно провела рукой по оконной раме, ощущая ее твердую, холодную текстуру. В голову закрались мысли об Эстии.

“Интересно, закончились ли уже похороны короля.” – задавалась вопросом девушка.

Даты похорон ее отца и ее свадьбы совпали по чистой случайности.

Это было странное ощущение.

Глава 178. Меры безопасности (1)

Лия горько улыбнулась, представив похороны отца, собравшие всю знать Эстии. На этой погребальной сцене ни у кого не было роли действительно скорбящего, – что справедливо. Даже его родная дочь не пролила ни единой слезинки, так разве найдется в мире кто-то, кто станет искренне оплакивать эту смерть? Хорошо уже, если тело похоронили с должными почестями.

Теперь трон займет Блейн. Девушку беспокоило, что со своим вспыльчивым и жестоким нравом, он будет срываться на служащих дворца и мучить их.

Лия покачала головой, отбросив эти мысли в сторону. Она не должна думать об Эстии в день своей свадьбы. Съев несколько фиников, которые оставила для нее Мура, девушка принялась размышлять о других вещах.

Невеста еще какое-то время провела в тишине и одиночестве, пока Мура не вернулась с маленьким подносом, на котором лежал красный бутон без стебля. Лия осторожно подняла цветок и зажала его ртом так, что казалось, будто он распускается у нее на устах.

До встречи с Ишаканом ей предстояло держать бутон губами, отчего девушка, естественно, не могла вымолвить ни слова. Поправив наряд, она вышла вслед за Мурой на улицу.

Перед самым входом стоял великолепный паланкин, в который Лия без промедлений вошла. Конструкция выглядела массивной, но, вопреки опасениям, фрейлины  с легкостью подняли ее, не выказав ни малейших признаков затруднения.

Убедившись, что невеста удобно расположилась, служанки плавно и без суеты понесли ее по дорожкам в задней части дворца, избегая шумных гостей. Местом прибытия оказалось небольшое белокаменное здание с куполообразной крышей, окруженное невысоким забором. Больше напоминавшее на скромную пристройку, оно использовалось исключительно для важных мероприятий.

– Отсюда Вам нужно будет пройти пешком, – сказала Мура, помогая невесте выйти, когда они остановились перед арочным  проемом. – Ишакан ждет внутри...

Мельком обменявшись взглядом с другими служанками, женщина многозначительно предупредила:

– Сильно не удивляйтесь.

Лия кивнула и, когда фрейлины попрощались, вошла во внутренний двор, обнесенный стеной, мысленно восклицая от удивления. Интерьер за ограждением оказался совершенно непохожим на то, что было снаружи.

Внутри все было выложено кафелем. Мелкая плитка устилала дорожку, пролегавшую между каналов, и складывалась в замысловатые узоры. На поверхности воды, настолько прозрачной, что взору открывалась мозаика на дне, плавали маленькие цветы.

По обеим сторонам каналов расположились невысокие светильники в форме зверей, озарявших путь. Дорожку, по которой шла Лия, устилал красный шелковый ковер, тянувшийся до самого здания. Мягко ступая, девушка приблизилась ко входу, и колокольчики на ее лодыжках зазвенели.

Сделав глубокий вдох перед темно-коричневой деревянной дверью, Лия толкнула ее. Створка бесшумно открылась, открывая взору темное помещение. Внутри почти не было света. Окна закрывали плотные шторы, и только слабые лунные лучи, каскадом струившиеся через круглое отверстие в потолке, едва освещали интерьер.

Лия подняла взгляд на белый небесный шар, наполовину скрытый перистыми облаками, а затем оглядела комнату. Это место отличалось от любого другого, которое она когда-либо видела раньше.

В центре комнаты стояла круглая кровать, расположенная ровно под отверстием в потолке, отчего белые простыни, озаренные лунным светом, казались еще белоснежнее. Помимо постели, мебели было не много – лишь маленький столик и мягкое кресло рядом.

Лия, которая уже некоторое время рассматривала убранство, недоумевающе моргнула. Она до сих пор не обнаружила Ишакана.

Приглядевшись, невеста заметила угол, прикрытое тонкой свисающей тканью.

“Может он там?” – гадала она, осторожно приближаясь.

– Лия. – раздался голос с другой стороны занавеса.

Девушка поспешила отдернуть ткань, и в нос ударил запах алкоголя. Неосторожно ступившая внутрь, она вздрогнула и сделала шаг назад.

– …!

Лия чуть не выронила цветок, который держала во рту, но вовремя спохватилась и сжала губы, недоуменно моргая. Она вспомнила слова Муры, сказанные ранее сегодня:

‘Мы примем некоторые меры безопасности.’

Девушка ожидала, что служанка предпримет что-нибудь из-за беспокойства о безопасности своей госпожи, но в голове и мысли не было о таком…

Невеста в замешательстве смотрела на открывшуюся перед ней картину. Ишакан сидел под вбитым в землю зловещим железным столбом, который совершенно не вписывался в уютное убранство этого маленького здания. Его руки были связаны за колонной, а торс туго обвит железными цепями, также приковывавшими его.

Мужчина широко улыбнулся, повернув голову в сторону девушки.  Глаза Куркана закрывала красная повязка. Полный страсти голос прозвучал глухо и расплывчато:

– Здравствуй, моя невеста.

Глава 179. Меры безопасности (2)

Речь Ишакана всегда звучала четко и ясно. Слышать такой противоположный голос было сейчас странно. Лия прижала рукой колотящееся сердце. Прежде чем что-либо сказать, ей следовало поднести ему цветок.

Опустившись на колени перед Ишаканом, невеста приблизила свои уста к его губам, как объясняла Мура. Куркан, слегка наклонив голову, вырвал цветок зубами и вмиг проглотил его, рывком набрасываясь обратно на девушку.

– Ах...

Лия наконец смогла заговорить, и первым звуком, который она издала, был стон. Опершись на кидающегося в страстных порывах жениха, невеста едва успевала отвечать на его горячие поцелуи. Однако любые другие действия с его стороны блокировали звенящие цепи.

Со сдавленным хрипом, мужчина отстранился, недовольно оскалив зубы, и уткнулся лицом в шею Лии. В воздухе витал запах алкоголя. Бережно обхватив лицо Ишакана ладонями, Лия спросила:

– Ты много выпил?

– Ха… – Ишакан глубоко вздохнул. – Курканы все подливали и подливали, будто хотели, чтобы я напился…

“Хозяин свадьбы не может отказаться от напитков, предложенных гостями. ” – вспомнила Лия. – “Видимо он выпил немало.” – Вполне устойчивый к алкоголю мужчина сейчас выглядел довольно нетрезвым.

Девушка внимательно осмотрела Ишакана. Красный церемонный наряд, того же оттенка, что и ее платье, хорошо сидел на нем. Из-за цепей было трудно рассмотреть все детально. Куркан вытянул голову вперед, прервав восхищение невесты.

– Сделаем это снова.

Лия оседлала его бедра и крепко прижалась к жениху губами. Затем последовала долгая череда поцелуев, которую прервал звон цепей, выведший девушку из дурмана.

– Ишакан, подожди минутку… – она перевела дыхание и принялась осматривать цепи, которыми он был скован. – С тобой все в порядке? Тебе не больно?

“Не только связали, но и глаза закрыли. Стоило ли заходить  так далеко?” – задавалась вопросом невеста. Она не хотела, чтобы он страдал. К тому же еще и в первую брачную ночь. Но Куркан лишь тихо хмыкнул.

Насмешливая улыбка, вызванная беспокойством кролика о волке, заставила Лию замолчать.

“Если подумать, она сам позволил им связать себя. Как бы ни был пьян, он не дал бы им лишить себя возможности двигаться, если бы сам того не желал.”

Ишакан потряс головой, словно пытаясь прийти в себя, и облизнул губы.

– На тебе красное платье?

– Да. Того же цвета, что и твой наряд.

– Хорошо. Еще я слышал звон колокольчиков.

– Они... в украшениях.

– Где? На запястьях?

– На запястьях, и на лодыжках тоже.

– Должно быть, выглядит красиво.

Лия коснулась красной повязки, закрывавшей глаза Ишакана.

– Если я уберу ее...

– Лучше не надо, – решительно сказал Куркан, но его голос тут же смягчился. – Я тоже скучаю по тебе, Лия. Но я хочу, чтобы наша первая брачная ночь прошла в безопасности.

Лицо девушки заалело. Поколебавшись, Лия обняла его за плечи, а Ишакан облегченно выдохнул.

Облака рассеялись, и проливной лунный свет стал ярче. Девушка вспомнила ту ночь полнолуния, которую провела с ним в прошлом. Запечатленная разумом сцена была настолько наполнена страстью, что тело вспыхивало жаром всякий раз, когда Лия ностальгировала по этому моменту.

А Ишакан казался еще более возбужденным, чем в ту ночь. Член был тверд, как камень, выпирая сквозь ткань наряда.

Девушке рассказали, что ее жених ради церемонии бракосочетания целую неделю не курил. Временный отказ от листового табака, проясняющего разум Курканов, осуществлялся для того, чтобы сделать его более подвластным инстинктам.

А сегодняшнее полнолуние и обилие выпитого алкоголя, – все вкупе стало причиной того, что остаток его терпения держался буквально на тонком волоске.

“Надо поторопиться и начать, хотя бы ради него.” – приняв твердое решение, Лия схватилась за нижний край лифа, и в тот же момент Куркан спросил:

– Ты можешь раздеться? – Казалось, будто даже с завязанными глазами, он уже знал, что она собирается делать. – Только верхнюю часть. Хочу обласкать твои груди.

Девушка медленно развязала ленты и расстегнула маленькие пуговки, которые так ловко застегнули ее фрейлины. Лиф с шелестом скользнул вниз, а драгоценные камни звякнули друг о друга, громко отозвавшись эхом от стен.

Воздух, коснувшийся ее обнаженного тела, показался особенно холодным. Или, может быть, все дело было в собственном волнении? Соски напряглись, едва прохлада ласково пробежалась по ним..

Все еще сидя на бедрах мужчины, Лия выпятила грудь, а затем обхватила ее ладонями, мягко сжимая вместе, чтобы связанному Ишакану было удобнее. Стыдливая неловкость обуяла девушку, – вид нежно слипшейся мягкой плоти смотрелся совершенно непристойно.

Ишакан медленно склонил голову и, лизнув шею Лии, продолжил движение. Он потерся лицом о ее грудь, и, улыбнувшись, прикусил набухшую вершину. Переместившись губами чуть выше, Куркан оставил на белой коже красный след.

Соски девушки затвердели еще сильнее в предвкушении. И пусть Ишакан еще даже не касался ее снизу, Лия чувствовала, что становится влажной.

Язык жадно скользил по груди. Твердые зубы почти до боли терзали соски, а следом влажная плоть успокаивающе облизывала их. Мужчина кусал и с чмокающим звуком посасывал заалевшие ареолы.

Никакой внешний шум не мог проникнуть в эту темную безмолвную комнату. Здесь, где каждое движение казалось громким, продолжающиеся ласки звучали необычайно оглушительно.

Уткнувшись носом в грудь Лии, Ишакан прошептал:

– Теперь низ...

Глава 180. Меры безопасности (3)

Тем временем, как Ишакан продолжил ласкать ее грудь, Лия дрожащими руками развязала пояс юбки.

Девушка медленно поднялась. Струящаяся юбка соскользнула вниз, прикрыв бедра Ишакана, а следом упало нижнее белье. Невеста завела руки за голову, намереваясь снять длинную вуаль, но Куркан, не дав ей закончить, стремительно уткнулся лицом между ее ног. Удивленная, Лия дернула тазом назад.

– Ах…, подожди… Мне нужно снять вуаль...

– Оставь ее. Столько усилий было вложено в твой наряд, думаю, стоит оставить хотя бы одну вещь. – Не в силах последовать за ней, он хрипло прошептал, – Иди сюда, Лия.

Девушка повиновалась, вернувшись в прежнее положение.

– Хм... подойди немного ближе, – прошептал он, его губы скользнули по ее бедру, оставляя за собой влажный след. – Раздвинь ноги...

Голова Ишакана двинулась к открывшемуся сокровенному месту. Влажный язык мягко прошелся по чувствительному клитору, отчего тот, покалывая, стал сладостно и томительно набухать.

Лия не знала, куда деть руки, но, после некоторого замешательства, схватилась за голову Куркана. Тонкие пальцы прочно вплелись в мягкие темно-каштановые локоны. В тот же момент язык с силой надавил на нежный комок нервов, срывая неудержимый стон с губ девушки.

– Ааааах...!

Ее бедра задрожали, а ноги начали подкашиваться. Лия, чувствуя, как волны удовольствия накрывают ее, изо всех сил старалась удержаться на ногах. Но Ишакан и не думал останавливался. Его язык исследовал каждую складку, каждый миллиметр, высасывая влагу, которая обильно текла из ее лона.

Уши горели от обилия непристойных звуков. Не ведая, куда себя деть, девушка стонала, то сжимая, то разжимая бедра, будто пытаясь то укрыться от нахлынувшего удовольствия, то приблизиться к нему еще больше. Ее дыхание становилось все чаще, а тело, казалось, жило своей собственной жизнью, подчиняясь каждому движению жениха.

– Ах, Ишакан, ммм…

Пока Куркан безжалостно терзал клитор, перед глазами Лии то и дело мелькали яркие вспышки. Она неосознанно подалась задом навстречу мягкому и влажному удовольствию.

Чувство оргазма настигло ее внезапно, и девушка сильнее вцепилась в волосы жениха.

– Хн..аа..ах...! – Лия согнулась и всем телом затряслась, нависнув над Ишаканом.

Так и не отрывая рта от лона, мужчина просунул в него язык и пробормотал:

– Ты здесь вздрагиваешь.

Лия больше не могла держаться. Ноги подогнулись, и влажные половые губы коснулись бедра Куркана. Она отчетливо ощущала, как намокает его одежда под ней.

Прикусив губу, Лия посмотрела вниз. Ей было недостаточно. Хотелось большего, чего-то гораздо тверже. Собственные мысли шокировали ее.

Когда девушка с шумом втянула ноздрями воздух, Ишакан разразился хохотом. Он объяснил блестящими от ее соков губами:

– Помнишь, как я учил тебя делать это самостоятельно? Сейчас все точно также.

‘Теперь ты можешь сделать это сама, Лия?’ – вспомнила она нежный шепот.

Девушка решительно ухватилась за брюки Куркана. Штанины были настолько длинными, что ей пришлось тянуть одежду, уводя руки за голову. Спустя некоторое время взору открылось нижнее белье, которое, казалось, вот-вот прорвет эрегирующий член.

Когда крепко связанные веревки были распутаны, мужское достоинство резко поднялось вверх, выпрямляясь. Обычно Лия колебалась бы, опасаясь такого напора возбуждения, но сегодня, как ни странно этого пугающего чувства не возникло. Возможно потому, что из раза в раз она неизменно познавала с ним удовольствие.

Положив руки Ишакану на плечи, она медленно опустилась вниз. Когда липкие плоти соприкоснулись, Куркан на мгновение вздрогнул и медленно выдохнул:

– Хаа...

Лия едва ввела кончик, но уже казалось, что он целиком заполнил ее. Девушка двигалась осторожно и неуверенно, однако Ишакан терпеливо ждал, не подгоняя ее. Продолжая посасывать грудь, он шептал:

– Ух.. Да... Молодец…

“Такой большой и горячий.” – когда Ишакан сам входил в нее, девушка сосредотачивалась на том, как принять его. Однако теперь, делая все сама, она могла ясно прочувствовать каждую деталь: толстую головку и изогнутую форму, четко проступающие пульсирующие вены, ощущение, как время от времени член подергивается, выделяя смазку на кончике, и как он проникает все глубже и глубже.

Лия крепко зажмурила глаза и полностью опустилась.

– …!

Тело напряглось, стоило только мужскому достоинству достичь самой глубины. Пока девушка переводила дыхание, рядом с ее ухом раздался протяжный сдавленный хрип. Пенис внутри нее стал еще больше.

– Лия… – Ишакан с трудом выговорил ее имя. Прикусив кожу на шее невесты, он со стоном выдохнул.

Насаженная на член девушка крепче схватилась за плечи мужчины. Этот человек добровольно согласился быть закованным в цепи ради нее. Сегодня ей предстояло усердно постараться.

Лия с трудом приподнялась вверх. Она почувствовала, как отодвигаются и оттягиваются стенки влагалища, плотно обхватывающие мужское достоинство, и как горячее покалывание распространяется до самых пальцев ног. А когда опустилась обратно, по позвоночнику словно прошел такой заряд молнии, что девушка ахнула, ее бедра прижались к Ишакану, а глаза наполнились слезами. Но Лия попыталась двигаться немного быстрее.

Длинная вуаль за спиной сминалась и распрямлялась при каждом движении, а по комнате разносился легкий звон колышущихся колокольчиков. Шлепанье тел заполонило полумрак.

– Хн… хааа...

Девушка дрожала, но продолжала двигаться в напряженном темпе. Тесный контакт тел позволял клитору тереться о низ живота Куркана, стимулируя еще сильнее. Губы Лии невольно приоткрылись и затрепетали от удовольствия, получаемого в награду за трудные движения.

Ишакан тяжело дышал, кусая шею девушки. В какой-то момент он принялся без разбора тереться о нее лицом, будто не мог больше это выносить. Ткань, закрывавшая его глаза, соскользнула вниз, и Лия увидела, почему тот прятал их.

Ярко-желтые очи принадлежали зверю. Дикий и подавляющий взгляд, излучающий свирепость. Зрачки, уставившиеся на Лию, сузились, словно заприметили долгожданную добычу.

Все инстинкты в этот момент побуждали девушку бежать. Сама того не осознавая, она заколебалась и попыталась отодвинуться, но в тот момент, когда член почти вышел из влагалища, Ишакан резко приподнял бедра.

– …!

Лия, потеряв равновесие, упала вперед, широко раскрыв глаза. Не упуская момент, Куркан принялся входить в нее так, словно ждал именно этого. Его толчки были такими быстрыми и мощными, что их нельзя было даже сравнить с теми движениями, которые давались девушке с трудом.

– Ишакан, хм, ах… – Тело раскачивалось, словно она ехала верхом на пустившейся в галоп лошади. Невеста отчаянно звала его. – Ах, Ишакан, подожди...!

Но он уже вошел во вкус.

– Почему ты хочешь убежать, Лия? – Мужчина прищурился и тихо рассмеялся. – Ты должна забеременеть.

Глава 181. Меры безопасности (4)

– Н..ну...

Казалось, ее лицо треснет от смущения. Она действительно говорила, что хочет ребенка. Однако из уст Ишакана та же фраза звучала иначе, будто несла в себе скрытый смысл.

Прежде чем Лия успела придумать, как возразить, Куркан резко двинул бедрами. Толстый член стал быстрыми рывками вбиваться в лоно девушки. Каждый раз, когда он проникал глубоко внутрь, клитор меж соприкасающихся тел беспорядочно терся, нагнетая и без того обостренные чувства.

Лию окатило такое сильное удовольствие, что по спине пробежали мурашки. Это ощущение выходило за рамки простой стимуляции и, даже, в некоторой степени пугало. Девушка издала приглушенный стон, содрогаясь.

– Ты же говорила, что хочешь ребенка, верно?

– Хуу.. хн.. ааах...!

– Твой муж так много работает… – шептал Куркан, Лие, облокотившейся на него и сотрясавшейся всем телом. – Разве жена не должна внести свой вклад?

С этими словами Ишакан толкнулся глубже. Движение пениса, потиравшего ее внутренние стенки, заставило девушку закричать и напрячь мышцы влагалища. Куркан нахмурился и издал низкий хриплый стон.

– Гхааа...

Горячая жидкость хлынула внутрь нее. Лия ясно ощущала каждую пульсацию изливающего семя члена. Пальцы рук и ног поджались, мелкие судороги неровно пробежали по всему ее телу, и по щекам катились слезы. Ишакан же, словно наслаждаясь послевкусием, продолжал медленно двигаться и щедро растирать сперму внутри девушки.

Лия с трудом подняла голову. Золотистые глаза, яркие и пронзительные, пристально смотрели на ее заплаканное лицо. В них горел тот же огонь, что и раньше, но теперь он казался еще более интенсивным, будто первая близость только разожгла его желание. Жар, исходящий от Куркана, был почти осязаем, и Лия чувствовала, как он снова нарастает.

– Тебе тяжело, Лия… – Его голос звучал неожиданно мягко. Мужчина казался пьяным. – Позволь мне сделать это для тебя...

Нежные, но соблазнительные слова привели девушку в чувство. Если бы сняла цепи, сковывающие его, то она  действительно могла бы стать той самой невестой, что умерла в первую брачную ночь. Мышцы Ишакана уже напряглись, словно собираясь разорвать железные оковы, и Лия поспешно заговорила:

– Я сделаю...!

– Нет.

– Ишакан… У.. У меня все хорошо получится…

Голос дрожал, слова звучали как мольба. Девушка быстро приподнялась, резко откинув упавшую на лицо вуаль за плечи. Другой же рукой она коснулась груди Куркана, ощутив холод металлической цепи, обвивающей его тело.

– …

Ишакан прищурился. Лия чувствовала, как мужское достоинство постепенно наполняется силой внутри нее. Его семя уже напитало ее внутренности, но, похоже, Куркан действительно намеревался выполнить свое обещание – беспрестанно заполнять ее лоно.

Зажмурившись, девушка приподнялась. Пенис частично выскользнул из нее, и теплая жидкость потекла по ее бедрам, оставляя влажный след. Лия снова осторожно двинулась вверх и вниз.

– Хуу… – хнычущий звук вырвался у нее неосознанно.

Колокольчики позвякивали в такт каждому движению. Звук смущал, но у Лии не было времени об этом беспокоиться. Ее бедра двигались все увереннее, лицо пылало румянцем, а тело напрягалось от усилий. Ишакан, молча наблюдавший за этим, наконец произнес:

– Потрогай себя.... Прикоснись к своим соскам.

Девушка неловко обхватила одно полушарие рукой. Подражая действиям Куркана, она сжала сосок между пальцами, осторожно потирая его. В то же время Ишакан наклонился и укусил другой. Лия дернула плечами, но не остановилась.

– Быстрее.

Мужчина продолжал ласкать ее грудь, его язык настойчиво и интенсивно стимулировал нежную вершинку. Лия задвигалась быстрее. Она не выпила ни глотка алкоголя, но голова кружилась так, будто опьяненная. Девушку словно  заворожили эти золотые глаза. В какой-то момент она почувствовала приятный импульс, и чтобы ощутить его вновь, невеста продолжила сжимать, тянуть и теребить сосок с еще большим усердием.

– Еще…

Очередная просьба сорвала с губ полу-стон полу-всхлип. И Лия вновь постаралась выполнить его желание. Дыхание стало горячее, а дрожащие губы непроизвольно приоткрылись, позволяя слюне смочить их.

Охваченная смятением от удовольствия, которое доставляла себе сама, девушка встретилась взглядом с Ишаканом. Он молча смотрел на нее. Лие стало неловко от осознания, что только она, казалось, полностью погрузилась в это непристойное наслаждение.

– Ах… Тебе… хорошо? – нерешительно спросила девушка, тяжело дыша. – Я… ах… все.. хн.. делаю правильно…?

Но Ишакан не спешил отвечать. Его губы были плотно сжаты, а взгляд оставался непроницаемым. Он продолжал молча наблюдать за ней – заплаканной, растрепанной, с бешено колотящимся сердцем. Наконец, его губы слегка искривились в едва уловимой страдальческой улыбке.

– У тебя все превосходно получается, – сказал он тяжело. – Ты слишком изумительна, в этом-то и проблема.

– …!

Меры безопасности (5)

Глаза Лии широко распахнулись, когда его мужское естество наполнило её ещё сильнее.

— Хк… ах… мне это не нравится… — испуганно прошептала она.

— Не нравится? — он быстро поцеловал и прикусил её шею, плечо, затем грудь, его взгляд горел возбуждением. — Тебе не нравится, Лия?

Острая боль вспыхнула у неё между бёдер. Ей почти казалось, что она разорвётся, если он станет ещё больше, но, всхлипывая, она покачала головой и прижала ладонь к слегка вздувшемуся животу.

— Ах… нет… — выдохнула она. — Мм… всё хорошо…

Наконец она перевела дыхание и потянулась, чтобы ладонью коснуться его щеки.

— Я хочу родить тебе ребёнка… — её большой палец мягко провёл под его глазом. Она чувствовала жар его загорелой кожи под своими белыми пальцами, произнося имя, которое давно хотела сказать. — Иша…

Его лицо застыло. Его плоть, упираясь в неё, вновь неукротимо напряглась, не желая смягчаться, пока он снова не наполнит её своим семенем.

Дышать стало трудно. Тело Лии задрожало от рыданий, и, пытаясь не потерять сознание, она услышала скрип гнущегося металла.

Железный столб изогнулся, словно был резиновым, цепи лопнули.

Лия тут же упала назад, раскинувшись на вуали и в изумлении глядя на Ишакана. Он сорвал с себя робу, обнажив тело, и сразу же снова вошёл в неё.

— Ты сведёшь меня с ума, да? — тяжело дышал он, пока Лия пыталась вырваться из его сильных рук, сжимающих её запястья. — Я столько времени сдерживался…

Он больше не мог контролировать свою силу. Слёзы выступили у неё на глазах от крепости его хватки, но боль ощущалась смутно. Казалось, внутренние стенки разорвутся от его яростных движений, но это было не только болью. Граница между болью и наслаждением стиралась, и постепенно боль становилась толчком к наслаждению.

Задыхаясь, она обвила ногами его талию, её тонкие икры скользнули по его мускулистым бёдрам. Пальцы ног сжались, цепляясь за него, пока она стонала. Кончик его напряжённой плоти содрогнулся, изливаясь в неё, и он прикусил её сосок, когда её тело содрогнулось.

— Ах… мм… Лия… — Ишакан напрягся, продолжая наполнять её, двигаясь внутри, и Лия снова достигла вершины.

Она была уже на пределе. Её собственная влага удерживалась внутри его телом, и она чувствовала, как он вновь смешивает своё семя с ней.

— Иша, Иша… — она выкрикивала его имя, обезумев, и с каждым разом он становился всё яростнее. Она пыталась прийти в себя, но лишь сильнее теряла контроль, пока реальность не начала таять. Тяжёлая истома разлилась по телу. Казалось, она плывёт среди облаков.

— Ах… — тихий стон сорвался с её губ, когда тело вытянулось и задрожало.

Ишакан поцеловал её. Прикосновение его губ ощущалось так же ярко, как и жар его семени внутри неё, и она содрогнулась от наслаждения, отвечая на поцелуй. Их языки переплелись, соединяя их в одно целое.

Ей казалось, что тело вот-вот разорвётся от невыразимого наслаждения. Мир, который она знала, будто рассыпался на части, и на его месте рождался новый, когда она осознала: мужчина перед ней — её муж. Не в силах сдержаться, она прошептала:

— Мой муж…

Его улыбка вспыхнула в ответ на эти собственнические слова. Его губы медленно дрогнули в блаженном ответе.

— Я люблю тебя, Лия.

Пять ночей (1)

После этого она почти ничего не помнила. Мысли исчезли, осталось лишь то, что происходило между ними. Они действительно стали единым целым, разделяя одни и те же ощущения. Жадно, ненасытно они отдавались друг другу, даря наслаждение. Каждая часть её тела принадлежала Ишакану, так же как и всё его тело принадлежало ей. От его здоровой бронзовой кожи до ослепительных золотых глаз, которые она так любила, — всё в нём было её.

Они полностью принадлежали друг другу. Даже если бы мир рассыпался на части, эта истина не исчезла бы и не умерла.

Измученная многочасовой близостью, Лия на какое-то время потеряла сознание. Когда она очнулась, то лежала на кровати, а Ишакан всё ещё двигался внутри неё.

— Ах… мм…! — едва открыв глаза, она почувствовала всплеск наслаждения. Даже пока она была без сознания, он не прекращал, и от переполненной чувствительности она легко достигла вершины. — Мм…!

Ишакан глухо зарычал и ускорил движения.

— Ах… остановись, я больше не могу… — умоляла она, пытаясь вырваться, но он не остановился. Его зубы впились в её дрожащую шею, оставляя новый след. Зрачки были расширены, золотые глаза горели дикой страстью. В них не осталось ни тени рассудка, но странным образом она не чувствовала страха. Её муж никогда не причинит ей вреда.

Глядя в его глаза, она обвила руками его шею и поцеловала, даже когда он заставил её вновь достигнуть вершины. Она уже не знала, сколько раз это происходило.

— Мм… ах…!

Стиснув зубы, она выдерживала наслаждение, пока Ишакан, прижимая её дрожащее тело, вновь изливался в неё.

Она снова потеряла сознание и очнулась от того же самого, не понимая, сколько времени прошло. В животе было странное ощущение тяжести: он всё ещё находился внутри неё, всё ещё двигался и снова и снова наполнял её.

…

Руки Ишакана крепче сомкнулись вокруг неё. Хотя Лия теряла сознание уже дважды, казалось, он вовсе не спал. Его взгляд прояснился, будто он наконец пришёл в себя. Он перестал двигаться и просто лежал рядом, не размыкая объятий.

В тишине он поцеловал её в лоб, и Лия спрятала лицо у него на груди. Её переполняло странное, почти болезненное чувство насыщенности, и Ишакан мягко поглаживал её по спине, пока она тихо стонала. В этой мирной тишине им не нужны были слова.

Под его ласковыми прикосновениями Лия невольно задумалась.

Она хотела его ребёнка. Хотела растить ребёнка, похожего на него или на неё. У неё никогда не было настоящей семьи. Мать умерла рано, отец был слабым человеком, а мачеха и сводный брат — жестокими и неприятными. Это заставило её относиться к семье с недоверием.

Но с Ишаканом всё было бы иначе. Он стал бы прекрасным отцом — заботливым и любящим, совсем не похожим на её собственного. И даже если у них не будет детей, их любовь не изменится. Они всё равно будут счастливы.

И всё же в её сердце оставалась пустота, которую хотелось заполнить.

Прижавшись к его тёплой груди, Лия тихо вздохнула и закрыла глаза.

Время понеслось стремительно. Хотя кто-то приносил еду к двери в часы трапез, они были настолько поглощены друг другом, что она успевала остыть, прежде чем они вспоминали о ней. Лия даже не замечала голода. Они уже делали это множество раз раньше, но этот обряд делал всё новым.

Теперь она полностью понимала, что он имел в виду, обещая, что она станет центром его мира. Она не могла представить жизни без него. Едва проснувшись, они снова тянулись друг к другу.

— Мм…!

— Ах…

Достигнув вершины, Ишакан снова наполнил её горячим семенем, и Лия содрогнулась вместе с ним. Он покрыл её поцелуями с головы до ног, прежде чем отправиться за очередным подносом с едой.

Вернувшись, он держал поднос в одной руке, а в другой — записку.

…

Он быстро прочитал её, и его взгляд потемнел, прежде чем он заметил её любопытство.

— Ничего важного, — сказал он ей.

Пять ночей (2)

Ишакан равнодушно отбросил записку и протянул Лии пять виноградин. Пока она медленно ела, он нарезал остальную еду на маленькие кусочки, чтобы ей было легче, но Лия задумчиво перебирала ягоды пальцами.

Что бы ни случилось, он будет защищать её любой ценой. Любыми средствами. И это тревожило её. Ишакан мог выбрать путь, который не сочтут правильным…

Она отправила в рот одну виноградину, разжевала и проглотила. Сейчас ей нужно сосредоточиться на одном — восстановиться как можно скорее.

Пять ночей пролетели, словно одно мгновение. К счастью, в пятую ночь ей удалось лучше отдохнуть. Они лишь ласкали и целовали друг друга, и он не брал её.

На следующее утро её фрейлины пришли ещё до рассвета. Когда Лия открыла глаза и огляделась, Ишакана рядом уже не было.

— Лия! Ты в безопасности… — Мура выглядела искренне облегчённой. Небрежно отодвинув в сторону остатки железного столба и обрывки цепей, она посмотрела на неё. — Похоже, Ишакан действительно дорожит своей невестой.

Как и в первую брачную ночь, Лия съела несколько красных лепестков, затем омылась в ванне, наполненной ими. Мура и остальные девушки разминали её тело, которое болело уже несколько дней, после чего быстро одели её.

Сегодня на ней было длинное белое платье, полностью скрывающее фигуру. Сзади тянулась длинная вуаль, расшитая золотой нитью, а талию опоясывал украшенный драгоценностями пояс. Серебристые волосы были украшены белыми цветами и мелкими бриллиантами.

Облачённая во всё белое, Лия подняла к губам белый цветок. Он чуть дрожал в её пальцах. Обычно выходить к людям ей было не страшно, поэтому понадобилось мгновение, чтобы понять причину волнения.

Скоро её официально признают его женой. С этого дня Лия станет королевой Куркана.

— Мы почти на месте… — лицо Муры светилось ожиданием.

Лию доставили в сад в паланкине. Повсюду цвели сотни белых цветов, наполняя воздух сладким ароматом. По обе стороны длинной дорожки из бархатной ткани винного цвета сидели гости, и при появлении невесты воцарилась тишина.

Все взгляды устремились к ней, когда она ступила на дорожку, придерживая подол платья. День был ясным, тёплое солнце согревало, а лёгкий ветерок трепал край её длинного шлейфа.

Вдалеке собралась толпа, но её глаза искали лишь одного. Ишакан стоял впереди, в длинной мантии, расшитой золотом, и смотрел на неё так, будто был заворожён.

Когда она подошла к нему, он моргнул, словно очнувшись, и, наклонившись, осторожно забрал цветок из её губ зубами. Проглотив его, он выпрямился и повернулся к собравшимся.

Перед ними Морга открыл ларец. Внутри лежали два кинжала с привязанными к рукоятям шёлковыми лентами. Ишакан вынул небольшой серебряный кинжал, усыпанный аметистами, и закрепил его на её поясе, затем протянул ей золотой, чтобы она сделала то же самое.

Отдав ларец слуге, Морга подал им два бокала. В каждом был прозрачный напиток — зелье, укрепляющее их клятву. Остриём кинжалов жених и невеста прокололи безымянные пальцы и позволили капле крови упасть в бокалы. Когда кровь смешалась с прозрачной жидкостью, та окрасилась в нежно-алый цвет.

Обменявшись бокалами, Лия и Ишакан медленно выпили, глядя друг другу в глаза, пока тепло зелья разливалось по телу. Осушив свой бокал, Ишакан заговорил:

— Я — твой мир. А ты — центр моего мира.

Слова прозвучали чуть скованно, словно он нервничал, что было для него необычно. Лии тоже пришлось глубоко вдохнуть, чтобы успокоиться.

— Пусть мы станем единственной реальностью друг для друга, — ответила она.

Последнюю клятву они произнесли вместе:

— Отныне я клянусь называть тебя своим мужем, своей женой.

Собравшиеся разразились громкими аплодисментами, а курканы в первых рядах поднялись и осыпали их разноцветными лепестками. В этом цветочном дожде улыбка Лии сияла, а Ишакан, обняв её, светился счастьем.

— Ишакан! — прошептала она. Она хотела сказать ему то, что так долго не решалась произнести.

Я люблю тебя, Ишакан.

Она много раз повторяла эти слова про себя, чтобы не запнуться. Но когда она твёрдо разомкнула губы, стараясь, чтобы голос не дрожал, звука не последовало.

— …!

Внезапно у её ног заклубился чёрный дым.

Горькое расставание

В тот миг, когда Лия увидела чёрный дым, закружившийся вокруг её лодыжек, мысли её замерли. Тот призрачный звон цепей, который так долго преследовал её, внезапно стал отчётливым и громким, оглушительно звеня в ушах.

Сердина пыталась вернуть её в Эстию.

Она поняла это мгновенно — и вдруг всё вокруг будто рухнуло, а сама она начала падать в холодную, бесконечную тьму. Дышать стало невозможно. Перед глазами потемнело, и ужас стиснул её так, что она словно проваливалась вниз…

— …Лия!

Всё её тело задрожало. Губы шевельнулись, но крик не вырвался — голос исчез.

— ЛИЯ!!!

Этот крик вырвал её обратно. Она парила, окутанная чёрным дымом, а Морга и другие чародеи окружили её, выкрикивая заклинания на языке Куркана. Бархатный ковёр исчез — на его месте уже был начертан магический узор.

Белые цветы были смяты и растоптаны в суматохе, и Ишакан шёл по сломанным лепесткам, протягивая к ней руку.

Его ладонь прошла сквозь неё, словно она была иллюзией.

Другие тоже пытались. Никто не мог коснуться её.

В ужасе Лия потянулась к его руке и вцепилась в неё, но он не мог удержать её. Лишь она могла держаться за него, пока дым всё плотнее обвивал её. Она знала: стоит отпустить — и её утянет в Эстию. Руки ныли, будто их вот-вот вырвут из плеч, но она держалась изо всех сил.

— Ишакан! Кровь!.. — крикнул Морга.

Вытащив кинжал, Ишакан полоснул по собственной руке. Кровь хлынула и впиталась в светящийся магический узор.

Дым вокруг Лии на мгновение отступил.

Один из магов, стоявших по краям узора, рухнул, захлёбываясь кровью.

— Этого мало! — закричал Морга, побледнев. — Нужно больше… гораздо больше, чем я говорил!

Он закашлялся, прикрывая рот рукой. Между пальцами брызнула кровь, и он вытер её тыльной стороной ладони.

— С нами всё в порядке. Не волнуйся. Дай нам ещё.

Ишакан снова ударил кинжалом. Каждый раз, когда сверкало лезвие, кровь струилась и исчезала в узоре. Чародеи страдали, но не отступали.

Глаза Лии наполнились слезами. Она смотрела, как её муж истекает кровью. Смотрела, как он снова и снова ранит себя, а узор жадно впитывает каждую каплю.

Но чёрный дым не слабел. Наоборот — сгущался.

Ещё три раны на его золотистой коже. Сердце Лии сжималось с каждой новой полосой. Он потерял слишком много крови — опасно много. Но даже если бы он пролил всю до последней капли, ничего бы не изменилось. Дым уже подбирался к ней.

Они оба понимали: так это не остановить. Но Ишакан не остановился бы, даже если бы это стоило ему жизни.

Она была счастлива. Её счастье в Куркане было словно прекрасный сон. И теперь пришло время проснуться.

Странно, но она чувствовала спокойствие, будто в глубине души всегда знала, что так будет. Оковы на её лодыжках истончились и почти исчезли, но никогда не были сломаны. Она знала: однажды придётся вернуться в то тёмное место, где до неё не доберётся ни один луч света. Не стоило заставлять других страдать.

Глядя на Ишакана, она поняла: слова, которые хотела сказать ему, произнести нельзя. Нужно сказать другие.

— Прости, Ишакан.

Его золотые глаза дрогнули. Он понял.

— Не ищи меня, — прошептала она.

Его взгляд расширился.

— Лия, не надо… — голос его сорвался, будто застрял в горле. Отчаяние исказило лицо, когда она отпустила его руку.

Последнее тепло исчезло из её ладони. Чёрный дым закружился вокруг, поглощая её, пока Ишакан отчаянно пытался обнять её, зовя:

— ЛИЯ!!!

Даже удар в сердце не причинил бы такой боли, как этот крик. Но она не отвела взгляда. Смотрела на него до тех пор, пока дым не поглотил её.

Когда дым рассеялся, перед ней был не пустынный пейзаж. Под ладонями ощущался холодный мраморный пол, и она вздрогнула от холода.

— Давно не виделись, Лия, — прозвучал голос.

Она медленно подняла голову. Место было знакомым. Тронный зал королевского дворца Эстии — тот самый, где она когда-то принимала Ишакана как короля Куркана. Мраморные колонны тянулись вдоль огромного зала, а над ними развевались штандарты с гербом Эстии.

Во тьме

Оглядевшись, Лия повернулась к трону в конце зала. На нём сидел Блейн в короне, а рядом с ним стояла Сердина с лёгкой улыбкой.

Медленно Лия закрыла глаза и снова открыла их. Она знала, какое будущее её ждёт. Запертая в кукольном домике, обречённая на жизнь хуже смерти. Они будут играть с ней, как с игрушкой, пока не наскучит, а затем выбросят.

Но Лия уже вкусила свободу — и она оказалась сладкой.

Осторожно она сжала рукоять кинжала на поясе. Теперь, став невестой короля Куркана, она была ценным заложником. Но она никогда не позволит использовать себя так. В последние мгновения она сама сделает выбор. Её пальцы крепче сжали рукоять, а в мыслях прозвучали слова:

Прости, Ишакан. Прости… Я люблю тебя.

Она выхватила кинжал и без колебаний направила его к сердцу. Но за мгновение до удара Блейн вскочил с трона и грубо оттолкнул её.

— А-а!.. — Лия застонала от боли, роняя кинжал. Блейн отбросил его пинком в сторону. Его глаза сверкнули яростным синим пламенем.

Лия сразу же впилась зубами в язык. Она слышала, как рвётся собственная плоть, чувствовала вкус крови. Но умереть не смогла. Прежде чем она успела попытаться снова, Блейн засунул пальцы ей в рот.

— Ты и правда чёртова стерва!.. — закричал он, пока она пыталась выплюнуть его руку.

Сердина лишь улыбнулась его ярости и медленно подошла ближе, опуская взгляд на Лию.

— Весело было в пустыне? Заклинание заметно ослабло. — Она достала маленький стеклянный флакон. — Но теперь тебе пора домой, Лия.

Блейн выхватил флакон и наклонился над ней. Лия билась как безумная, кусала пальцы, извивалась, пока его колени прижимали её бёдра. Сердина недовольно нахмурилась.

— Не двигайся. Ты не сможешь сопротивляться.

Тело Лии мгновенно застыло. Она могла лишь моргать. Сколько бы она ни пыталась пошевелиться, лежала неподвижно, словно сломанная кукла.

Усмехнувшись, Блейн снял крышку с флакона. Лия смотрела на него, и глаза её наполнились слезами. Губы дрожали, пока в мыслях звучала мольба: Пожалуйста… не делай этого. Просто убей меня. Просто убей…

…

Глаза Блейна на мгновение дрогнули — лишь на мгновение. Он влил чёрную жидкость ей в рот. Кровь и зелье смешались и потекли по горлу.

Она вспомнила золотую пустыню. Драгоценные воспоминания рассыпались, словно песок сквозь пальцы.

Как он держал её, когда она плакала.

Останься со мной в пустыне.

Как он принял у неё пион.

Давай сыграем свадьбу. Пригласим всех из пустыни и устроим настоящий праздник…

Как она впервые назвала его мужем.

Я люблю тебя, Лия…

Эти воспоминания исчезали в бездне. Как песок, они уходили всё глубже, запертые за железной дверью, окованной цепями и закрытой замком без ключа.

Она больше не помнила имени любимого.

На месте исчезнувших воспоминаний возникали новые. Сначала разрозненные, затем складывающиеся в цельную картину, заполняя её разум. Она плакала… но вдруг моргнула, растерянная.

Почему я плачу?

Коснувшись щеки, она почувствовала влагу. Голова склонилась в недоумении, и перед ней возникли голубые глаза. Блейн наклонился к ней.

— Улыбнись, — приказал он.

Слёзы стекали по подбородку. Она не понимала, почему плакала, но послушно улыбнулась. Взгляд Блейна засиял.

— Лия, ты любишь меня? — спросил он.

Глубоко в сердце кольнула боль. Лию замутило, закружилась голова. Сердце билось быстрее, подступала тошнота… но она знала правильный ответ и произнесла его естественно:

— …Да.

Блейн ласково улыбнулся.

— Я люблю тебя, — прошептал он.

Обман

В Эстии шли приготовления к королевской свадьбе. Со дня похорон прежнего короля прошло всего несколько месяцев, но Блейн был полон решимости провести церемонию.

Он собирался жениться на своей сводной сестре, принцессе Лии. Хотя такой союз считался кровосмесительным, знать Эстии приняла его без возражений.

В других странах подобный брак сочли бы отвратительным. Но открыто говорить об этом никто не мог — это было внутреннее дело чужого государства, поэтому шёпот осуждения звучал лишь за кулисами дипломатии.

Новый король Блейн постановил, что свадьба должна быть пышной. Он торопился, но хотел устроить торжество на глазах у всего света. Приглашения разослали по всему континенту — правителям соседних держав и даже курканам из западной пустыни. Это выглядело странно, ведь прежде их презирали и называли варварами.

— Мы должны устроить банкет в честь высоких гостей. Понадобится значительный бюджет.

Голос Лии прозвучал в зале Совета и стих, когда она оглядела собравшихся дворян. Обычно кто-нибудь возразил бы, напомнил о расходах, о неуместной роскоши. Но сегодня никто не спорил. Все единогласно поддержали её предложение. Заседание шло как хорошо отрепетированная пьеса.

И лишь Лия ощущала странную неестественность происходящего.

Разве знать всегда была столь покорна короне? Раньше всё было иначе… Её это тревожило. Внезапно она намеренно подняла тему, которую дворяне прежде ненавидели, — налоговую реформу.

Она давно обдумывала её, но не решалась предложить. И теперь, к её удивлению, никто не возражал. Дворяне покорно согласились. Получив желаемое, Лия ощутила тревожное чувство: будто все вокруг её обманывают.

После очередного бессодержательного совета несколько аристократов задержались. Лия подошла к графу Валтейну и министру финансов Лорану.

— Благодарю за сегодняшнюю работу. Заседание прошло гладко.

— Это благодаря вам, — с улыбкой ответил министр Лоран. Граф Валтейн согласно кивнул.

Лия умолкла, глядя на их послушные лица. Раньше, обсуждая государственные дела, они не сдерживались. У обоих всегда находились аргументы, предложения, возражения. Они спорили, убеждали, расставляли приоритеты.

Теперь же каждый дворянин безоговорочно подчинялся королевской воле. Ни граф, ни министр не высказывали мнений. Они лишь кивали.

Ей хотелось, чтобы они хотя бы о чём-то поспорили. Но это было бессмысленно. Они согласились бы с чем угодно.

Вежливо попрощавшись, Лия покинула зал заседаний в сопровождении фрейлин.

— Его Высочество вернулся, — поспешно доложил слуга.

Блейн иногда отправлялся на охоту и всегда приходил в ярость, если Лия не встречала его у входа. Она немедленно последовала за слугой. Свой гнев он неизменно вымещал на прислуге.

Когда она вошла в приёмный зал, Блейн как раз переступал порог в окружении рыцарей и оруженосцев. Рядом с ним шла женщина с волнистыми светлыми волосами, прекрасная в охотничьем костюме и с лёгкой улыбкой на губах.

Леди Мираэль — его нынешняя фаворитка.

Увидев Лию, Мираэль на мгновение омрачилась, но затем мягко улыбнулась. Обвив руку Блейна своей, она что-то прошептала ему. Он не отреагировал, но и не отстранился.

Лия опустила голову. Она знала, что вина лежит на ней. Её тело было «неполноценным» — она не могла исполнить супружеский долг. Блейн до сих пор был к ней снисходителен, но после официальной коронации в качестве королевы Эстии её положение станет опасным, если она останется «дефектной» женой.

Она не хотела быть изгнанной.

Единственное, чего она желала, — исполнить свой долг как член королевской семьи Эстии.

Неловкость

Мне нужно стараться ещё больше. Стать безупречной королевой.

Лия нервно переплела пальцы, словно пытаясь унять собственные мысли. Вдруг перед ней упала тень.

— Ты не собираешься меня поприветствовать?

Голубые глаза смотрели на неё сверху вниз. Лия вздрогнула, возвращаясь к реальности. За его плечом стояла леди Мираэль, глядя на неё холодно и строго. Лия послушно склонилась в приветствии.

— Кстати, — Блейн кивнул в сторону повозки неподалёку. — Среди добычи есть шкуры, пригодные для использования. Их отправят в твой дворец. Выбери то, что тебе понравится.

— Благодарю.

Блейн пристально посмотрел на неё.

— Улыбнись, — приказал он.

Лия поспешно улыбнулась. Улыбка вышла натянутой, но Блейна это не заботило. Тыльной стороной ладони он провёл по её щеке.

— Поужинаем вместе. Приди позже в главный дворец.

— …Да.

Короткий разговор закончился, и он направился внутрь вместе с леди Мираэль. Лия дождалась, пока они исчезнут из виду, и поспешила обратно в своё крыло, где в кабинете её уже ждала кипа документов.

Хотя после свадьбы она станет королевой, сейчас она всё ещё была принцессой. И большую часть обязанностей королевской семьи выполняла именно она — из-за нежелания Блейна заниматься государственными делами. С тех пор как он взошёл на трон, его нрав только ухудшился. Он вымещал раздражение на слугах, изгонял людей за малейшие проступки. Рассудительность давалась ему трудно, и потому все государственные дела легли на плечи Лии.

Конечно, она была готова на всё ради мужчины, которого любила. Но по вечерам, падая в постель без сил после бесконечной работы, она иногда мечтала, чтобы кто-то разделил с ней эту ношу. Так продолжаться вечно не могло. Возможно, вскоре Блейн возьмёт на себя часть ответственности…

Подписав первый из множества документов, Лия подняла взгляд на графиню Мелиссу.

— Мне всё ещё немного тревожно принимать решения самостоятельно, — сказала она, пока графиня убирала подписанный лист и подкладывала новый. — Было бы хорошо, если бы Его Высочество хотя бы просматривал протоколы сегодняшнего заседания…

Она осеклась. В ту же секунду, как прозвучало имя Блейна, улыбка графини исчезла, а в её обычно спокойном лице промелькнул холод.

— Разумеется… мне просто нужно стараться усерднее, — поспешно добавила Лия.

Графиня снова улыбнулась, будто ничего не произошло.

— Давайте немного отдохнём, — сказала Лия, откладывая перо. — Принесёте мне чай?

— Да, принцесса.

Когда графиня покинула кабинет, Лия тихо вздохнула. В последнее время Мелисса вызывала у неё странное чувство неловкости. И от этого ей становилось неловко вдвойне — ведь графиня была рядом с ней с самого детства.

Лия покачала головой и подошла к окну. Пальцы онемели от долгого письма, и она медленно провела ими по раме. За окном сад выглядел безжизненным.

В дворце больше не росли цветы.

Не было ни кошек, ни птиц, ни белок — ни одного маленького живого существа.

Она просила садовника особенно беречь молодые побеги османтуса, но те всё равно засохли. Пытались высаживать другие цветы — они вяли и умирали. Лишь колючие можжевельники приживались среди камня.

Когда-то дворец всегда утопал в цветах. Лия скучала по ним. Лёгкий ветер шевелил голые ветви, и она опустила взгляд.

…

В груди вновь возникла пустота.

Эта боль была знакомой, но в последнее время преследовала её всё чаще. Она вызывала лекаря — тот не нашёл никакой причины.

Лия списывала всё на усталость, стараясь не обращать внимания. Но каждый раз, когда сердце начинало ныть, её охватывало ощущение невыносимой потери. Будто она лишилась чего-то бесконечно важного…

Но Лия не знала — чего именно.

Появление (1)

Лия давно любила Блейна. После смерти матери именно он был рядом и заботился о ней. Она до сих пор ярко помнила тот день, когда призналась ему в чувствах — в прекрасном саду, полном пионов. Дрожащей рукой она протянула ему цветок и сказала, что любит его, а Блейн ответил, что они сыграют великолепную свадьбу.

Каждый раз, когда Блейн причинял ей боль, она вспоминала тот день. Тёплое солнце, прохладный ветер и счастье, переполнявшее её тогда… несмотря на его холодные слова и поступки, она была уверена — он любит её.

Но иногда он доводил её до предела, словно испытывал. Сегодня было так же.

— Ты не ревнуешь?

Лия замерла с приборами в руках. По его просьбе она пришла ужинать в главный дворец и медленно проглотила кусочек пищи.

— Тебе совсем ничего не чувствуется, даже когда я с другой девушкой у тебя на глазах? — снова спросил он.

Губы Лии дрогнули. Она не знала, как ответить.

— …Ничего страшного, — нерешительно сказала она, пытаясь угадать, что он хочет услышать. Конечно, её гордость страдала, но она ничего не могла изменить. Она была «неполноценной». Она не могла исполнить роль жены. Ей оставалось лишь терпеть.

Но Блейну не понравился этот ответ. Его взгляд стал жёстким, нож громко звякнул о тарелку.

— Тебе всё равно, что я делаю? — опасно спросил он.

…

Она хотела сказать именно то, что он хотел услышать, но как ни пыталась, не могла понять, что это. Блейн нахмурился, глядя на её растерянность, затем глубоко вдохнул.

— Что с шкурами? — резко спросил он.

Драгоценные шкуры животных с охоты уже доставили в её дворец. Он был отличным охотником и сумел сохранить их почти без повреждений. К сожалению, у неё не было времени даже взглянуть на них.

— Я посмотрю после ужина, — поспешно ответила она. — Сегодня было много работы…

Он ничего не сказал. Он знал, как она перегружена.

— Просто скажи, если что-то понравится. В следующий раз принесу ещё.

Он достал из кармана маленькую коробочку и протянул ей. Внутри лежало украшенное бриллиантами кольцо с аметистом в центре. Она перевела взгляд на его руку: на безымянном пальце сияло похожее кольцо — с сапфиром.

Наверное, обручальное.

— Надень.

Она вынула кольцо и надела на палец. Оно казалось тяжёлым и неудобным — возможно, из-за крупных камней. Ей трудно было радоваться дорогому подарку, зная, что бюджет дворца уже сильно пострадал из-за свадьбы.

— Тебе не нравятся такие вещи. Но всё равно носи, — сказал Блейн. Даже её отсутствие радости не мешало ему быть довольным. — Хочешь ещё подарков?

Мысль возникла внезапно, и слова сорвались сами:

— Перьевая ручка.

— …Перьевая ручка? — недоверчиво переспросил он.

— Ты недавно подарил мне перья, — тихо улыбнулась она. — Ты сам заточил их.

Это было дорогое воспоминание. Она думала, он обрадуется. Но его лицо исказилось яростью.

— У меня много работы… — поспешно добавила она, пытаясь сгладить ситуацию. — Прости. Я сказала глупость.

Её подавленный вид заставил его резко встать. Он взмахнул руками, и посуда со стола с грохотом разлетелась по полу.

— Приходи сегодня в мои покои, — приказал он и вышел.

…

Слуга, только что поставивший последнее блюдо, молча отступил. Лия смотрела на почти нетронутую еду.

Шло время. Она сидела, дрожа и не находя себе места. Когда солнце окончательно село, один из слуг Блейна пришёл за ней.

Днём было солнечно, но к вечеру небо затянули тучи, и теперь лил дождь. Под зонтом, который держал слуга, её шаги казались тяжёлыми. Она не хотела идти. Она понимала, что должна терпеть ради любимого мужчины, но сил не было.

Едва она подошла к покоям Блейна, как услышала стоны. Слуга открыл дверь, и Лия вошла под пристальным взглядом Блейна.

Появление (2)

Предупреждение: насилие, попытка принуждения.

— Ах… Ваше Высочество… ещё… сильнее…!

— Мм… ах…

Обнажённое тело леди Мираэль сияло в свете ламп. Она обвила руками шею Блейна, извиваясь под ним. Он на мгновение замер, тяжело дыша, и жестом указал Лии сесть.

— Не отворачивайся, — приказал он.

Лия опустилась в кресло у кровати. Её пальцы сжались так сильно, что побелели. Она заставила себя смотреть на переплетённые тела. Мираэль застонала громче, когда Блейн снова двинулся, но сам он наблюдал за Лией, за тем, как она дрожит. Это зрелище возбуждало его сильнее всего.

Резко отстранившись, он вышел из Мираэль и позволил себе опуститься на её живот. Лия быстро отвела взгляд, выдыхая сквозь зубы.

В комнате стоял тяжёлый, неприятный запах. Ей хотелось бежать отсюда немедленно, но Блейн редко отпускал её легко. Оттолкнув Мираэль, он поднялся с постели и подошёл к Лии. Его тело блестело от пота.

— Возьми в рот, — приказал он.

Отвращение накрыло её волной. Она попыталась подчиниться, но горло сжалось, и ей пришлось прикрыть рот рукой, сдерживая рвоту.

Блейн смотрел на неё холодно.

— Даже этого не можешь? — усмехнулся он.

Они были помолвлены и скоро должны были пожениться, но близости между ними не было. Каждый раз, когда он касался её, она начинала дрожать и чувствовала тошноту.

Однажды он уже пытался взять её силой. Она плакала, умоляла, пока не потеряла сознание. Тогда он остановился. С тех пор ей оставалось лишь наблюдать.

Обычно, после этого унижения, он отпускал её. Но сегодня было иначе. Когда она наконец смогла поднять взгляд, чтобы извиниться, его ладонь обрушилась на её лицо. Щека вспыхнула болью.

— Ты ведь брала в рот у него. Мой что, грязный?

Слова были настолько грубыми, что у неё зазвенело в ушах. Боль пульсировала в голове. Больше она не могла этого вынести.

Вскочив, она выбежала.

— ЛИЯ!!!

Она слышала его крик, но не обернулась. Ливень хлестал по лицу, платье мгновенно промокло. Чтобы избежать погони, она свернула в сад и вскоре оказалась у фонтана мужского Божества.

Иногда она приходила сюда, когда становилось тяжело. Здесь всегда было тихо. Даже сейчас, когда вода переполняла чашу фонтана, а мокрые листья прилипали к камням, это место дарило ей странное утешение.

Она опустилась на влажный камень и обняла колени. Слёзы хлынули.

Ей было невыносимо стыдно. Она никогда не была с другим мужчиной. Почему же Блейн говорил такие вещи? Где тот человек, которого она любила? Казалось, он исчез, как сон.

Дождь смешивался с её слезами. Щека пульсировала болью. В шуме воды она не услышала шагов — лишь внезапно заметила, что дождь больше не падает на неё.

Она подняла голову.

Перед ней стоял высокий мужчина в плаще с капюшоном. Он держал над ней зонт.

По коже пробежали мурашки. Сердце болезненно сжалось, будто его сдавили невидимой рукой.

— Кто вы? — резко спросила она. — Назовитесь.

Он не ответил. Его взгляд скользнул к её щеке. Лия поспешно прикрыла её ладонью, смущённая.

Мужчина медленно снял капюшон.

Под ним вспыхнули золотые глаза.

— Твой муж.

Ошибка

Это было самое грубое и нелепое заявление, какое ей доводилось слышать. И всё же Лия не смогла усмехнуться в ответ на эти слова. В его глазах бушевала буря чувств — и все они были обращены к ней. Заворожённо глядя в этот взгляд, она лишь спустя мгновение пришла в себя.

— Куркан…? — тихо произнесла она, всё ещё растерянная. Загорелая кожа и яркие глаза выдавали в нём человека из Куркана.

Но как он попал во дворец? И как оказался здесь? Лия подозрительно взглянула на него.

Внезапно он схватил её за руку. Она вскрикнула и попыталась вырваться, но мужчина лишь прищурился, глядя на кольцо на её пальце.

— Похоже, я схожу с ума… — горько пробормотал он.

Он отпустил её руку — лишь затем, чтобы притянуть к себе одной рукой, удерживая зонт над ними обоими.

Когда он обнял её, Лия замерла. Она должна была оттолкнуть его, но почему-то не могла пошевелиться. Её тело озябло от дождя, а он был таким тёплым. Тревога исчезла почти мгновенно. Будто её укутали в тёплое одеяло — и на мгновение она забыла обо всём.

Её поразило собственное ощущение. Она только что убежала под дождь, не выдержав прикосновения жениха. А теперь, в объятиях незнакомца, была спокойна.

Она попыталась оттолкнуть его изо всех сил — безуспешно.

— Лия… — он произнёс её имя легко и буднично. Это уже было дерзостью. Но в следующее мгновение он совершил нечто ещё более непозволительное.

Рука на её талии скользнула выше, к затылку. Лия широко распахнула глаза — и мужчина поцеловал её.

Она в изумлении ударила его в грудь, но он лишь сильнее прижал её, его язык коснулся её губ, зубов, нёба — так уверенно, словно он целовал её сотни раз. Тёплая волна разлилась внизу живота.

Когда она уже собиралась укусить его, он вдруг отстранился, будто прочитал её мысли. Задыхаясь, Лия смотрела на него.

Дождь шумел в саду. Голые ветви качались, поднимался туман. Сердце билось безумно быстро. Почему она не испытывает отвращения к этому человеку — тогда как прикосновения Блейна вызывают лишь ужас?

Взгляд мужчины скользнул по её покрасневшей щеке, мокрой одежде и кольцу на пальце.

— …Ты, — медленно произнёс он. — Наверное, решила, что лучше умереть, чем терпеть всё это.

Она хотела возразить, но не смогла. Только дождь заполнял тишину.

— Но тогда, в тот день, когда ты боялась моей смерти… — в каждом слове звучала боль. Этот сильный мужчина вдруг казался хрупким. — Со мной всё так же. С тех пор как я потерял тебя, знаешь, о чём я думал?

Его золотые глаза на мгновение вспыхнули яростью — и тут же потухли. Он хотел что-то сказать, но лишь медленно провёл рукой по её мокрым волосам.

Обычно Лию не трогала чужая боль, но сейчас ей хотелось понять этого человека. Сердце ныло, и возникло странное желание утешить его, хотя она не была той, кого он искал.

— Думаю, вы ошиблись, — мягко сказала она. — Я помолвлена с человеком, которого давно люблю. Мы скоро поженимся.

Она не была уверена, но казалось, этот мужчина потерял жену. Она не могла представить такой боли, но сочувствовала ему — и решила простить его.

Таинственный мужчина

— Я прощу вашу дерзость, — сказала она. — И сделаю вид, что ничего не произошло…

— Ошибка? — перебил он, не дав ей закончить. Лицо его оставалось бесстрастным. — Я никогда не ошибался. Ни разу — с того самого дня, как встретил тебя.

Лия молчала. Следовало позвать стражу и наказать этого незваного гостя… но она всё медлила. Ей не хотелось этого делать.

— Вспомни меня, Лия, — серьёзно сказал он.

Она посмотрела на него в замешательстве. Казалось, он просил вспомнить не этот момент, а какие-то несуществующие воспоминания. Тишину внезапно разорвали голоса слуг.

— Принцесса! Принцесса!

Они приближались. Мужчина слегка нахмурился, вложил зонт ей в руки, и она машинально взяла его. Затем он взял её за подбородок.

— Дам тебе первую подсказку, — произнёс он с лёгкой надменностью. — Я Ишакан, король Куркана.

— …!

Глаза Лии широко распахнулись.

— Вспомни меня, — снова прошептал мужчина с золотыми глазами.

И в следующее мгновение исчез.

Лия растерянно огляделась. Его не было — словно он растворился в воздухе. Единственным доказательством того, что это не сон, оставался зонт в её руках.

Она стояла у фонтана под проливным дождём ещё некоторое время, словно приходя в себя после странного наваждения, а затем медленно пошла прочь. Вскоре навстречу выбежал обеспокоенный слуга и забрал у неё зонт.

Она невольно проводила его взглядом. В дворце было множество таких зонтов, но почему-то ей хотелось оставить именно этот.

Идя к своему дворцу, она думала о мужчине, назвавшемся королём Куркана. Она не помнила его, но он вёл себя так, будто знал её очень близко.

О курканах известно было немного. Лия же была публичной фигурой — любой мог собрать сведения о ней и притвориться знакомым. Но зачем?

Курканов пригласили на свадьбу. Им было известно, что она выходит замуж за короля Эстии. У него не было причин вести себя так… и его чувства казались слишком настоящими, чтобы быть притворством.

Её размышления прервал вид человека, ожидавшего у входа во дворец. Под дождём без зонта стоял Блейн, окружённый слугами.

…

Встретившись с его холодными голубыми глазами, она медленно подошла. Он стоял неподвижно, как статуя, пока она не приблизилась, затем резко обнял её и уткнулся лицом в её шею. Лия почувствовала лёгкое отвращение — но смогла его стерпеть.

Его тело было холодным. Значит, он давно стоял под дождём. Но в его объятиях она думала о другом мужчине — о том, чьё тело было таким тёплым…

Спустя долгое время Блейн поднял голову и прошептал:

— Пожалуйста, скажи, что любишь меня.

В его голосе звучал страх. Она не знала, чего он боится, но знала, какой ответ он хочет услышать.

— Я люблю тебя, — быстро сказала она.

Блейн сжал её крепче под дождём, и лишь когда она начала дрожать от холода, он прошептал:

— Пойдём внутрь.

Он поцеловал её в лоб и взял за руку, ведя во дворец. Она шла за ним, словно её тянули за собой, и оглянулась назад.

Дождь усиливался. Сад тонул в тумане и воде.

А она всё думала о золотых глазах.

Персиковое дерево

Одно из самых ранних детских воспоминаний Блейна связано со словами матери — в те времена, когда его волосы ещё были цвета золота.

— С сегодняшнего дня ты станешь членом королевской семьи Эстии.

Даже ребёнком Блейн знал: у королевской семьи Эстии серебряные волосы с рождения. Но после того как Сердина заставила его выпить странную жидкость, его волосы тоже стали серебряными. И вдруг он оказался во дворце, где все начали называть его принцем.

Этот дворец был полон людей, завидовавших его внезапному возвышению и презиравших его как незаконнорождённого. Маленькому мальчику было тяжело вынести такое отношение. Он ненавидел дворец и просил Сердину вернуться домой. Она отказывалась, обещая исполнить любое другое его желание.

Однажды его позвали на обед к королю. Блейн шёл к главному дворцу с бесстрастным лицом. Ему не нравилось называть отцом старика, с которым их не связывала ни капля крови. Он не понимал, как матери удалось попасть во дворец с такой очевидной ложью.

По дороге слуги вдруг зашептались и посмотрели в сторону. Блейн проследил за их взглядами и увидел персиковое дерево у стены дворца. Среди розовых цветов мелькнула маленькая белая рука.

Она тянулась к цветку на краю ветви и сорвала его в тот самый миг, когда ветка треснула. Слуги вскрикнули:

— Принцесса!

Они думали, что она упадёт, но девочка вновь появилась среди ветвей, держа цветок. Серебряные волосы сияли, словно водопад в весеннем солнце. Девочка с фиолетовыми глазами улыбнулась Блейну.

— Здравствуй… Ты, наверное, Блейн.

Ветки качнулись, осыпая их лепестками. Блейн стоял, не в силах стряхнуть лепестки с лица. Он не мог отвести взгляд от её румяных щёк — мягких, как спелый персик.

Для него она казалась свежим плодом.

Когда девочка спустилась с дерева, одна из служанок мягко пожурила её:

— Почему вы пришли сюда одна? Это опасно…

В её голосе звучала нежность — совсем не такая, какую слышал Блейн. Девочка надула губы.

— Простите.

— Принцессе не нужно извиняться без причины.

Она снова улыбнулась, и слуги невольно улыбнулись в ответ. Вдруг девочка протянула цветок Блейну.

— Возьми.

Она едва не упала ради этого цветка.

— В следующий раз сорву для тебя персик.

…

Блейн молча принял цветок. Сердце билось так быстро. С того дня он всегда носил цветок в кармане.

Цветок засох, но он не выбрасывал его, пока в лепестках не появились черви и не пошёл запах. Тогда он пришёл к матери.

— Я хочу её.

Сердина поняла. Лёгкая улыбка тронула её губы.

— Пока ты не можешь получить желаемое… но…

— Что мне делать?

Её улыбка стала шире.

— Стань королём. Тогда всё, чего ты захочешь, будет у твоих ног.

Он сделал всё, чтобы эти слова стали правдой. Но даже став королём, он не получил желаемого. Всё, чего он добился, — лишь заставил ту девушку, свежую и румяную, как персик, начать увядать.

Шкура

Блейн медленно шёл по тёмному, мрачному дворцу. Сквозь огромные окна от пола до потолка непрерывно лил дождь. Вспышка молнии рассекла небо, словно шрам, и за ней прокатился гром, сотрясая воздух.

Блейн шёл дальше, не обращая внимания на бурю.

Томарисы, сидевшие прямо на полу коридора, провожали его взглядами. Они были одеты как слуги, но вели себя грубо и бесцеремонно. Даже не проявили должного почтения — лишь напевали что-то на незнакомом языке.

Он открыл дверь в покои Сердины. Внутри было тепло, и за пологом кровати угадывался силуэт женщины.

— Ты говорила, что подаришь мне её сердце, — произнёс он серьёзно.

Сердина поднялась, накинула тапочки и подошла к нему, не удивившись ночному визиту.

— Почему? Лия тебя не слушает? Не говорит, что любит?

Губы Блейна искривились.

— Это не то.

После возвращения Лии во дворец он был доволен всего неделю. Быстро стало ясно: что-то не так. Это была не та любовь, о которой он мечтал. Ни улыбок, ни разговоров, ни близости.

Когда он спрашивал, Лия говорила, что любит его — словно сломанная кукла, у которой дёрнули за ниточку. Её любовь была построена на воспоминаниях о том дикаре, а эти воспоминания просто заменили им. Но желаемого он так и не получил.

Прошло два месяца. Их отношения застыли. Она не любила его по-настоящему. Раздражение и безумие в его крови росли с каждым днём.

— Она не любит меня так, как любила его.

Сердина молча смотрела на него. Его волосы всё ещё были мокры от дождя.

— Ты слишком мягок. И сам это знаешь, — раздражённо сказала она. — Девушка принадлежит тебе. Власть — твоя.

Она подошла ближе и провела рукой по его влажным волосам.

— Не дай Лии победить тебя.

Он молчал.

— Может, ты переживаешь, потому что он жив, — тихо сказала она. Чёрный дым вспыхнул на её пальцах. — Я превращу послов всех стран на твоей свадьбе в кукол. Варвары преклонятся перед тобой.

Чёрный дым просочился в окна. Шум дождя стих и исчез. Сердина распахнула шторы.

Дождь прекратился.

— Теперь я почти богиня, — улыбнулась она.

— Ты даже не можешь дать мне её сердце, — холодно ответил Блейн. — Слишком много говоришь.

Её улыбка исчезла.

— Если просто убить варвара…

Она осеклась.

— Мне не нужна корона и трон. Это твоё желание. Я с самого начала хотела только одного, — голос Блейна стал угрожающим. — Сдержи обещание, мать.

Иронично, но после того как он ударил её, Блейн долго ждал Лию у её дворца. Когда она переоделась, он сам нанёс мазь на её щёку и ушёл только после того, как она уснула.

На следующее утро Лия проснулась рано и долго лежала в постели, размышляя.

Раньше она бы оправдала его поступок. Но на этот раз унижение не выходило из головы. Он обращался с ней как с вещью.

Возможно, из-за того странного мужчины…

Король Куркана.

Она попыталась отогнать мысли о золотых глазах. Похоже, охрану дворца нужно усилить.

День начался как обычно. Графиня Мелисса доложила о расписании, и Лия решила позавтракать в комнате.

Но едва еду принесли, она нахмурилась. Особенно неприятно пахло мясо. Хотя она была голодна, к горлу подступила тошнота.

Она ещё раздумывала, стоит ли есть, когда дверь резко распахнулась без стука.

— Доброе утро, Лия.

Сердина вошла в комнату, словно к себе домой, и перевела взгляд на стол.

— Ты ешь?

В голове Лии внезапно вспыхнула мысль:

Она не должна узнать.

Почему — Лия не понимала, но скрыла тошноту за спокойной улыбкой.

— Да… я уже завтракаю.

Тошнота (1)

Глава 195 — Тошнота (1)

Лия поднялась из-за стола и накинула халат. Стоило отойти от еды, как ей сразу стало легче. Но Сердина подошла к столу и уселась.

— Давай поговорим, пока ты ешь, — сказала она с улыбкой. — Не хочу мешать твоему завтраку. Блейн будет ворчать.

Если Лия похудеет, Блейн обвинит мать. Сердина покачала головой, и Лия нехотя снова села.

— Налейте нам чаю, — попросила Лия графиню Мелиссу.

— Да, принцесса.

С беспомощным видом Лия взяла приборы, стараясь не чувствовать запах еды. Она ощущала на себе пристальный взгляд.

— Ты плохо выглядишь.

— Немного болит голова. Спасибо за заботу, — беззаботно ответила Лия, отправляя в рот кусочек и проглатывая его. Затем она заставила себя улыбнуться.

Сердина не мигая наблюдала, как её руки механически двигаются под давлением её взгляда. Сколько Лия себя помнила, Сердина всегда была к ней добра и ласкова — и всё же Лия боялась её, не понимая почему. В её присутствии страх словно поднимался из самой глубины костей.

Она не могла понять эту женщину. Они были совершенно разными.

После восшествия Блейна на трон Сердина стала королевой-матерью, хотя сама не любила этот титул — считала, что он старит её. Возможно, из-за одержимости молодостью она выглядела гораздо моложе своих лет. Она открыто флиртовала с молодыми рыцарями и устраивала развлечения, о которых говорили во дворце. Лия знала об этом, хотя Сердина не пыталась скрывать.

Иногда она прямо спрашивала, была ли Лия близка с Блейном. Но даже это пугало меньше, чем холодная злоба, мелькавшая порой в её глазах.

— Ты хочешь что-то сказать? — спросила Лия.

На лице Сердины появилась улыбка.

— Нет. Просто люблю смотреть, как ты ешь. — Она указала на тарелку. — Это тебе не нравится?

Это была тонко нарезанная ветчина. Запах казался отвратительным, но теперь Лии пришлось съесть её. Она наколола ломтик на вилку, положила на хлеб и откусила. Сердина наблюдала, как она жуёт и глотает.

Графиня Мелисса принесла чай и поставила перед королевой-матерью. Та отвлеклась, и Лия тут же отложила приборы, оценивая, сколько уже съела. Это была обычная утренняя порция, хотя ей хотелось бы съесть меньше.

Во рту осталось неприятное ощущение. Получив чашку, она тихо пила чай, пока Сердина говорила о пустяках. Наконец та поднялась.

— Мне пора. Я принесла тебе лечебный чай. Пей трижды в день. — Она взяла Лию за щёки, внимательно глядя в глаза. — Если будут проблемы, скажи мне.

— Конечно. Спасибо за заботу.

Сердина коснулась пальцем покрасневшей щеки, которую ударил Блейн.

— Я люблю тебя как родную дочь.

Она поцеловала её в щёку и ушла.

Едва дверь закрылась, Лия повернулась к графине.

— Пойдём прогуляемся.

Они вышли в сад за дворцом. Здесь не было нужды в сопровождении.

Сад выглядел жалко. Цветы и деревья погибли, остались лишь колючие кусты. Осматривая запустение, Лия сказала:

— Мне холодно. Принесите плед и чай. Я буду ждать у столика.

Наблюдая, как графиня возвращается во дворец, Лия почувствовала, как скрутило желудок. Она медленно прошла по саду, подождала, пока графиня скроется из виду, досчитала до тридцати — и скрылась в кустах.

Тошнота (2)

Её мутило невыносимо. Лия согнулась в кустах, её выворачивало болезненными спазмами, пока она не покачнулась и не ухватилась за ветви, чтобы не упасть.

— Ха… ха… — тяжело дыша, она достала платок и вытерла губы. Невероятно, как долго ей удавалось сдерживаться. Голова кружилась так сильно, что пришлось закрыть глаза ладонью.

Обычно она просто сослалась бы на расстройство желудка, чтобы избежать еды. Сердина не раз намекала, что Лии стоит следить за фигурой, так что отказ от завтрака вряд ли вызвал бы недовольство.

И всё же мысль скрывать тошноту засела в её сознании.

Почему я это делаю?

С тех пор как она встретила того странного мужчину в дождливом саду, что-то было не так. В ушах иногда раздавался треск — странное эхо, будто что-то ломается.

В последние дни Лия почти не ела.

Любая пища отторгалась организмом. К счастью, после дождя она простудилась, и это стало удобным предлогом. Аппетита не было вовсе.

Даже лёгкий суп вызывал приступы тошноты, и она тайком избавлялась от съеденного. Блейн приходил в ярость, наблюдая, как она худеет. Он хотел выгнать всех её фрейлин, но Лия смогла его остановить.

И всё же было нечто, чего она жаждала. Вкус, который она не могла вспомнить, но по которому тосковала, даже когда день за днём её выворачивало.

Пока она слабела, во дворец прибывали послы на свадебное торжество. Блейн лично встречал их.

Празднества должны были длиться две недели. Лия надеялась воспользоваться этим временем для дипломатических связей, но Блейн был против её участия. Он даже пытался отговорить её от посещения приветственного банкета.

— Тебе не обязательно идти.

Раньше она бы молча согласилась. Но на этот раз неожиданно для себя возразила.

— Это будет невежливо. Послы прибыли на свадьбу…

Куркан тоже прислал делегацию, и к её удивлению, с ними прибыл сам король. Мысль о золотоглазом незнакомце вспыхнула вновь. Предостережение в сознании звучало настойчиво, но ей хотелось увидеть его.

— Что подумают остальные, если я не приду?

Выслушав её доводы, Блейн внезапно схватил её за руку, переплетая пальцы с её пальцами и глядя на кольцо.

— Ты любишь меня, Лия?

— Люблю, — ответила она с улыбкой, которая всегда его удовлетворяла.

Он пристально рассматривал её в изысканном платье.

— …Даже если это лишь оболочка, она всё равно моя, — пробормотал он и наконец позволил ей пойти с ним. — Пойдём вместе. Думаю, можно показать тебя им.

Они вошли в банкетный зал. Снаружи уже стемнело, но дворец сиял светом, словно день. Музыка лилась из открытых дверей, однако это не могло рассеять мрачную атмосферу.

По длинному коридору, освещённому факелами, они шли в сопровождении свиты, пока Блейн внезапно не остановился.

Навстречу им двигалась группа чужеземцев. Высокие, смуглые, красивые — без сомнения курканы. Впереди стоял мужчина с золотыми глазами.

Когда он остановился, остальные сделали то же самое.

Лия смотрела на него. Он — на неё.

Эти глаза… такие же, как в ту ночь. Золотые, будто наполненные светом, притягивающие взгляд. Лия застыла, словно загипнотизированная, и только ощущение чужих взглядов заставило её прийти в себя.

Все курканы смотрели на неё — и в их глазах читалась тревога.

Ей стало не по себе от того, что её рука всё ещё переплетена с рукой Блейна.

— Пусть свет озарит Эстию, — произнёс мужчина с золотыми глазами глубоким голосом. — Я Ишакан, король Куркана.

В этот миг её пронзило ощущение дежавю, будто всё это уже случалось.

Она собиралась заговорить, но Блейн внезапно отпустил её руку, обнял за талию и притянул к себе так резко, что она споткнулась и прижалась к нему.

— Благодарю, что прибыли, король Куркана! — сказал он, целуя её в щёку. На его губах появилась искажённая улыбка. — Это моя будущая жена.

Тошнота (3)

Глаза Лии расширились от неожиданного поцелуя Блейна.

— Не ожидал, что король прибудет лично, — произнёс Блейн, склонив голову. — С вашим присутствием свадьба станет ещё более величественной.

Лия почувствовала, как настроение курканов изменилось — стало жёстким, напряжённым. Блейн же, напротив, выглядел довольным. Она взглянула на короля Куркана, и мужчина, названный Ишаканом, спокойно ответил:

— Правда не ожидали? Уверен, вы предполагали, что я приеду.

— Я подумал, что вы не явитесь, раз задержались дольше, чем я рассчитывал, — с усмешкой сказал Блейн, его ладонь скользнула по талии Лии.

Золотые глаза остановились на этой руке.

— Я слышал, в Эстии ворам отрубают руки, — медленно произнёс Ишакан. — А какое наказание ждёт тех, кто посягает на чужих жён?

— Не знаю. Я никогда не посягал на чужое, — ответил Блейн с притворной лёгкостью. — С самого начала я желал лишь свою будущую жену.

Ишакан улыбнулся.

— И у нас так же. Когда куркан выбирает себе пару… — его взгляд задержался на Лии, стоявшей, словно кукла, в объятиях Блейна. — …он преследует её до конца жизни.

Лия осознала, что всё это время не дышала. Мужчина слегка склонил голову, словно завершая разговор.

— Мы с удовольствием примем ваше угощение.

С этими словами он ушёл первым. Остальные курканы молча последовали за ним.

— Надменный ублюдок, — процедил Блейн.

Лия опустила взгляд, делая вид, что не услышала, но он схватил её за подбородок и заставил поднять голову.

Он долго вглядывался в её глаза, будто искал в них что-то, затем отпустил.

— Пойдём.

Всё происходящее казалось странным. Но даже если бы она спросила, он бы ничего не объяснил.

Ишакан. Лия повторила имя про себя. Он не солгал ей. И теперь, зная, что он действительно король Куркана, она ощущала лишь большую тревожную любопытность. Если бы появилась возможность поговорить с ним наедине… Но нужно быть осторожной. Блейн был ревнив. Если он узнает о поцелуе — тем более с правителем чужой страны, с которым у него напряжённые отношения…

Он не простит.

Лучше притвориться, что она его не знает.

Когда двери банкетного зала распахнулись, лицо Лии побледнело. Воздух был тяжёлым от ароматов — косметика, еда, вино. Запахи тут же вызвали приступ тошноты. Корсет сдавливал грудь, желудок был пуст, и казалось, она вот-вот потеряет сознание.

Сделав глубокий вдох, она подавила желание убежать. Нужно выдержать немного, а потом можно уйти в комнату отдыха.

Зал встретил их восторженными приветствиями. Эстийские дворяне улыбались, восхищались парой, рассыпались в комплиментах. После формальностей Блейн оставил её, чтобы поговорить с послами. Она хотела пойти с ним, но он отказал.

Оставшись среди придворных дам, Лия внимательно осмотрела гостей.

В отличие от шумных и смеющихся эстийцев, представители других стран держались сдержанно. Их лица были спокойны, эмоции скрыты. Стоило их взгляду встретиться с Лией, как они тут же отводили глаза.

Это казалось странным. В их взглядах читалось напряжение.

Раньше она бы не придала этому значения. Но сегодня её это тревожило. Слово почему настойчиво звучало в голове, создавая ощущение, будто она стоит в стороне и наблюдает за представлением марионеток.

— Лия.

Мягкий голос вывел её из раздумий. Сердина легко обняла её.

— Ты прекрасно выглядишь. Похудение тебе к лицу. Ты пьёшь лечебный чай?

Лия вспоминала, как выливала его в сад за дворцом, но лишь улыбнулась.

— Да. Фрейлины прекрасно обо мне заботятся.

Вихрь эмоций (1)

— Хорошо. Я дала тебе этот чай, потому что ты плохо себя чувствуешь, так что обязательно пей его.

Дамы вокруг с восхищением хвалили заботливость Сердины, и Лия тоже поблагодарила её.

— Наслаждайся банкетом. Мне нужно поговорить с гостями, которые проделали такой долгий путь, — улыбнулась королева-мать, оглядывая зал. — Сегодня нужно постараться, если мы хотим устроить по-настоящему великолепную свадьбу.

Она направилась к Блейну, беседовавшему с послами. Их лица заметно оживились, когда к разговору присоединилась Сердина. Только курканы оставались в стороне.

Они стояли словно отдельный остров посреди зала. Пришли на пир, но их суровые лица отпугивали окружающих. Даже Сердина пока не подошла к ним.

Взгляд Лии сам собой тянулся к курканам. Нужно быть осторожной — Блейну это бы не понравилось.

Побеседовав ещё немного с дамами, Лия незаметно подошла к Блейну, чтобы сказать, что хочет ненадолго отдохнуть. Он смеялся с послами южных стран, явно в хорошем настроении.

— Ваше Высочество…

— О, моя жена здесь.

Они ещё не были женаты, но Лия промолчала. Блейн представил её гостям, притянул к себе и поцеловал в шею. Она неловко поёжилась.

Почему он делает это на людях…

Он не остановился бы лишь потому, что ей это неприятно. Ради любви ей приходилось терпеть. Наконец она мягко отстранилась.

— Я скоро вернусь. Мне нужно немного отдохнуть в гостиной.

— Хорошо.

Получив разрешение, Лия поспешила покинуть зал. После прикосновений Блейна тошнота только усилилась. Графиня Мелисса последовала за ней.

В последнее время Лию тяготило общество фрейлин. Теперь она предпочитала, чтобы рядом была только графиня. В прошлом отношения были близкими, но теперь всё казалось чужим.

Мысль внезапно кольнула: как давно всё изменилось?

Они подошли к её дворцу. Графиня должна была открыть дверь, но этого не произошло. Лия обернулась — и её глаза расширились.

Крик застрял в горле. Огромная ладонь закрыла ей рот. Смуглая курканка виновато улыбнулась.

— Прости, Лия, что напугали тебя…

Лия оглянулась. Худощавый куркан уносил без сознания графиню и даже приветственно помахал ей рукой.

— Вы поговорите совсем немного, — мягко сказала женщина, удерживая её. — Этого будет достаточно.

Она осторожно подтолкнула Лию в гостиную и закрыла дверь.

В кресле сидел Ишакан.

— Привет, — сказал он непринуждённо.

Он поднялся и подошёл ближе. Сердце Лии бешено колотилось, она отступала, пока не упёрлась спиной в дверь.

— Если вы собираетесь меня осквернить…! — голос её дрогнул.

Ишакан приподнял бровь.

— Если бы собирался, сделал бы это ещё у фонтана.

Лия прикрыла рот ладонью, поражённая его дерзостью. Его руки упёрлись в дверь по обе стороны от неё, не давая уйти.

Вдруг она почувствовала его запах — свежий, чистый, странно успокаивающий. Тошнота словно отступила, и она сама не заметила, как едва заметно вдохнула глубже.

— Я не сделаю ничего против твоей воли, Лия.

Вихрь эмоций (2)

Уловив свежий аромат, Лия плотно сжала губы. Я не сделаю ничего против твоей воли. Каждое слово этого человека из пустыни вызывало странное чувство.

— Но хотя бы поцеловаться мы можем, — добавил он невозмутимо.

— …?

— Тебе это тоже нужно. Хотя если захочешь чего-то большего, я не буду против.

— Мне это не нужно, — холодно ответила Лия. Даже король Куркана не мог обращаться с ней так. — Мы уже представились друг другу. Вам следует вести себя подобающе.

Ишакан будто не услышал её. Он внимательно посмотрел на неё, особенно на худые плечи, и пробормотал что-то себе под нос.

— В пустыне тебя бы окружили такой заботой…

Лия прикусила губу. Каждый раз, когда он говорил, сердце начинало биться быстрее. Его голос, взгляд, тепло тела — всё заставляло её нервничать. Во рту пересохло, в висках запульсировала боль, и в голове прозвучал строгий голос:

Немедленно покинь это место.

Но сегодня она не подчинилась. Ей хотелось говорить с ним ещё.

— Ты что-нибудь вспомнила? — прямо спросил он.

— Как я могу помнить человека, которого никогда не встречала?

Он нахмурился, помолчал и достал маленькую коробку.

— Вторая подсказка.

Внутри лежали тёмно-коричневые плоды. Лия удивлённо уставилась на них.

Что это?

Она никогда их не видела, но аромат был настолько приятным, что во рту мгновенно собралась слюна.

— Финики, — улыбнулся Ишакан, протягивая коробку. — Подарок.

Она забыла обо всех манерах. Схватив коробку, тут же съела один. Сладость разлилась по языку. Щёки вспыхнули, глаза расширились. Вот он, тот самый вкус. Тот, по которому она тосковала.

Она проглотила первый почти целиком и поспешно съела остальные, словно никогда не страдала от тошноты. Это было так вкусно, что на глаза наворачивались слёзы.

Через мгновение коробка опустела. Лия поспешно закрыла её, стараясь вернуть себе достоинство. Она стояла перед королём чужой страны…

Ей было ужасно стыдно. Но она всё ещё хотела ещё. Хотела насытиться до конца.

Другого способа достать финики не было. Просить фрейлин было опасно — Блейн и Сердина наверняка узнали бы. Единственный человек, у которого они были, стоял перед ней.

— Мо… можно… — голос дрогнул. — Можно ещё?

Ишакан прикрыл рот рукой, скрывая улыбку.

— Есть одно условие.

Он коснулся пальцем её губ. Поцелуй.

— У меня есть жених, — сказала она напряжённо.

— А у меня жена, — спокойно ответил он. — Не хочешь — не надо.

Лия сжала губы. Она так давно не могла есть. Воспоминание о сладости затмило разум.

Она поцелует его. Потому что голодна.

Лия поднялась на носки и положила ладони ему на грудь. Его лицо приблизилось. Их губы соприкоснулись, и её тело вздрогнуло. В тот миг, когда она хотела отстраниться, он резко притянул её ближе.

Вихрь эмоций (3)

Его тело было таким тёплым. Она не смогла устоять перед внезапным напором, и её спина ударилась о дверь, когда он обнял сопротивляющуюся Лию. Не успев возразить, она оказалась в глубоком поцелуе: одна его рука сжимала её талию, другая держала за затылок.

Жаркая волна пробежала по телу, когда его ладонь скользнула с талии к груди, и прикосновение к соску вызвало дрожь удовольствия.

— Остановись…!

Она опомнилась и оттолкнула его, глядя дрожащими глазами. Золотые глаза казались гипнотическими, вокруг слышалось только их сбивчивое дыхание. В голове царил хаос. Впервые в жизни она испытала плотское желание и поспешно отвела взгляд.

— …Остановись, — прошептала она. — Отпусти меня.

Но сильные руки лишь крепче прижали её. Она снова упёрлась ладонями в его грудь.

— Пожалуйста…

Её накрыло чувство вины. Она не могла поверить, что предала человека, которого любила, — и всё ради такого простого желания. Ишакан увидел это в её лице и прищурился.

— Скажи, чем он так хорош, и я отпущу тебя. Он не выглядит человеком, которому ты важна.

— Потому что я люблю его, — твёрдо ответила Лия, надеясь, что он не станет расспрашивать дальше.

— Почему?

Она замешкалась. Ответ не приходил. Любовь к Блейну казалась чем-то само собой разумеющимся, как восход солнца. Мысль о том, чтобы усомниться в этом, вызывала странное отторжение.

— Он очень добрый, — осторожно сказала она после долгой паузы.

Ишакан усмехнулся.

— Уверен, он заставил тебя.

— Нет! Я призналась первой! — вспыхнула Лия, но замолчала, увидев, как его взгляд потемнел.

— …Ты? Как?

Она сама не понимала, почему отвечает, но слова уже звучали.

— В саду с пионами… Я призналась ему…

— Пионы?

Резкий вопрос испугал её. Он выглядел так, будто готов убить.

— Значит, сад с пионами… — продолжил он тихо. — Ты держала цветок. Дрожала, лицо горело… и просила стать его женой.

Он ударил кулаком в дверь и выкрикнул что-то на курканском. Его лицо исказила ярость.

Вдруг он резко притянул её к себе. Лия замерла в его объятиях.

— Лия…

Этот самоуверенный мужчина дрожал так, будто мог сломаться. Её глаза наполнились слезами без всякой причины.

Постепенно его дыхание выровнялось, и ярость отступила.

— Раньше ты думала, что это место — ад, — прошептал он. — Теперь ты даже не понимаешь этого.

Она должна была возразить. Но не смогла произнести ни слова. Его ладонь легла на щёку, которую недавно ударил Блейн, и мягко погладила её.

— Что мне делать, Лия? — тихо спросил он. — Убить их и уехать с тобой в пустыню?

Идеи (1)

Лия не ответила сразу. Ишакан говорил о смерти так легко, но в его глазах не было ни тени шутки. Одно неверное слово — и могло случиться нечто ужасное. Она молчала, и его взгляд постепенно сузился.

Его пальцы мягко коснулись её покрасневших глаз, и ресницы дрогнули от этого прикосновения.

— …Я был слишком резок, — тихо произнёс Ишакан, глядя на её влажные фиолетовые глаза.

Лия не стала спорить, но и не согласилась. Его вспышки ярости пугали, но почему-то она была уверена: он не причинит ей вреда. Она видела его всего дважды и не понимала, откуда это чувство.

Она уже собиралась сказать, что всё в порядке, когда вдалеке раздался свист.

— У вора отличное чувство времени, — раздражённо сказал он. Наклонившись, быстро поцеловал её в лоб, не дав отстраниться. — Вспомни меня, Лия.

И словно растворился в темноте.

Её рука невольно потянулась туда, где он только что стоял.

— Лия!

Дверь распахнулась, и в комнату вошёл сильно пьяный Блейн. Она слишком долго не возвращалась на банкет, и он пришёл за ней.

Он оглядел комнату, будто проверяя, не скрывается ли кто-то внутри. Лия украдкой посмотрела на дверь, боясь увидеть следы недавней ярости Ишакана, но она выглядела целой.

— Почему ты одна?

— Графиня Мелисса выполняет поручение, — ответила Лия без колебаний. Она не знала, где та на самом деле, но была уверена: Ишакан всё уладит.

Блейн улыбнулся и обнял её.

От него пахло алкоголем, и едва утихшая тошнота вернулась. Она задержала дыхание, но он ничего не заметил.

— Ты любишь персики.

Правда? Она любила их не больше других фруктов, но лучше было согласиться.

— Я не дам тебе перо. Я подарю персики. Нет — персиковый сад. И построю там виллу. И цветы. Ты любишь цветы, правда? Я посажу все, какие захочешь. Мы поедем туда отдыхать и создадим новые воспоминания…

Он улыбался, мечтая о будущем.

Но Лия думала о другом.

О грубом, яростном человеке, от которого исходило тепло и спокойствие. О запахе, от которого кружилась голова.

Она закрыла глаза. Только безумец рискует жизнью ради запретной любви. Но она уже делала это, хотя скоро должна была выйти замуж за человека, которого любила столько лет.

Она не могла сопротивляться. Присутствие Ишакана разрушало её мир.

Кольцо на пальце вдруг стало тяжёлым, словно кандалы. Она сжала руки.

Мужчина, называющий себя её мужем. Человек, пытающийся вернуть воспоминания, которых будто бы не существовало.

Но одно было ясно.

Её тянуло к нему так сильно, что отрицать это было невозможно.

Хабан, Генин и Морга сидели рядом с бессознательной фрейлиной. Морга дал графине Мелиссе зелье, затуманивающее память — то самое, что когда-то использовал в Эстии.

Пока маг торопливо работал, Хабан и Генин молчали с мрачными лицами. Морга лишь цокнул языком.

Идеи (2)

Ещё до свадебной церемонии Лии и Ишакана курканы узнали о трагедии, произошедшей на похоронах короля Эстии. Завершённое заклинание королевы накрыло весь королевский дворец.

Она много лет притворялась, будто её сын — настоящий наследник, используя магию. Она изменила не только цвет его волос, но и саму кровь, превратив ничтожного в величайшего.

Над этим заклинанием она работала не меньше десяти лет, и оно завершилось в тот миг, когда ложный принц стал настоящим королём Эстии. Это была дерзкая и невероятно сложная магия, на которую не решился бы ни один другой чародей. И после её успеха Сердина стала настолько могущественной, что Морга не осмелился вступить с ней в прямое противостояние.

И потому жена их короля, их королева, была похищена у них на глазах.

Когда им наконец удалось удержать Ишакана, готового немедленно отправиться в Эстию и начать войну, пришли ещё более тревожные вести. Лия потеряла память и полюбила Блейна. Это тоже оказалось магией Сердины. Морга был вынужден признать свою беспомощность перед королём.

— Боюсь, я не смогу разрушить эти чары…

Исследовав заклинания, связывающие Лию, они выяснили: её жизнь не связана с жизнью королевы. Даже если Сердина умрёт, Лия выживет. Но это не означало, что другие заклинания исчезнут. Магия не умирает вместе с магом.

Лия всё равно будет любить Блейна. Даже если вернуть её в пустыню, жена Ишакана будет любить другого до самой смерти.

— Но есть способ. Очень маловероятный… но есть.

После долгих ночей исследований Морга предложил решение.

— Лия должна вспомнить. И осознать свои настоящие чувства.

Это стоило попытки, потому что в деле участвовал Ишакан — непредсказуемая переменная, способная нарушить действие магии. Даже за последние дни их контакт ослабил чары. А после свадебного обряда их души переплелись.

Это был их лучший шанс.

Все заклинания образовывали цепь. Если Лия вернёт воспоминания и чувства, можно разрушить и внушение.

— Нужно пробудить её память.

План был прост: отправиться в Эстию и помочь Лии вспомнить. И как раз тогда пришло приглашение на свадьбу.

Курканы затаили дыхание. Но Ишакан остался спокоен.

— Я не позволю своей жене выйти замуж за другого.

Все понимали: это затишье перед бурей.

— В день свадьбы я приму решение. До тех пор сделаю всё, чтобы вернуть ей память.

Даже если не получится — он всё равно увезёт её в пустыню.

— Я верю в неё.

Его уверенность вселяла надежду даже в Моргу.

— Готово, — сказал маг, закончив заклинание. — У меня есть вопрос.

Ишакан был на пределе. Нужно было найти ещё один способ пробудить память Лии.

— Есть ли кто-то, кто знал её и не попал под влияние чар?

— Да, — ответила Генин, вспоминая. — Женщина, которая ушла из дворца до похорон…

— Баронесса Синаэль! — воскликнул Хабан.

Занята (1)

Лия спала так крепко, словно потеряла сознание после банкета, и проснулась удивительно бодрой. Возможно, потому что смогла поесть без приступа тошноты — сил в ней было достаточно, чтобы наконец разобрать накопившиеся дела.

Графиня Мелисса ничего странного о прошлой ночи не помнила. По её словам, она всё время провела с Лией в гостиной. Лия невольно задумалась, как курканы смогли изменить её память.

Закончив самые срочные дела, Лия вышла прогуляться в сад. Стоило появиться свободной минуте — и мысли снова возвращались к вопросам. Как она могла узнать вкус фиников, если никогда их не пробовала? И почему так отчаянно их хотела?

Она даже рассмеялась, поймав себя на мысли, будто действительно могла потерять воспоминания, как утверждал Ишакан. Неужели она настолько поддалась влиянию этого человека?

Но следующие дни она всё равно думала о нём. Мысли о нём занимали всё больше места, вытесняя чувства к Блейну.

Ей хотелось снова увидеть Ишакана. Услышать его голос. Она так часто думала о нём, что начала ошибаться в работе.

Опасное любопытство. Но сопротивляться было невозможно. Его красота завораживала, словно редкий экзотический цветок.

Так проходили дни. Она больше его не видела — и всё же думала о нём постоянно.

— Вы прекрасны, принцесса!

— …Спасибо.

Настал день примерки свадебного платья. Лучшие портные Эстии создали роскошное белое платье с изысканным узором. Оно сидело идеально. Но, несмотря на восторги окружающих, Лия смотрела в зеркало без всякого выражения.

Её охватило странное чувство дежавю. Будто она уже надевала белое свадебное платье раньше.

Она коснулась зеркала в кружевной перчатке, словно надеялась изменить отражение.

— Всё ли вас устраивает, Ваше Высочество? — спросил портной.

— Да, всё идеально.

Она улыбнулась, и все облегчённо вздохнули. Но стоило им отвернуться, как лицо снова стало пустым.

Она не чувствовала радости, хотя скоро должна была выйти замуж за любимого человека. Лишь тошнота не отпускала. Возможно, из-за тяжёлого платья — ей стало легче, когда его сняли.

Работы становилось всё больше: приезжали гости, шла подготовка к свадьбе. Погружённая в документы, она почти не имела свободного времени.

В дверях появилась графиня Мелисса.

— Леди Мираэль прибыла.

Перо замерло в руке Лии.

— Полагаю, она не просила аудиенции?

— Нет. Пришла без приглашения.

Самонадеянность. Лия криво улыбнулась. Без благосклонности Блейна эта женщина не переступила бы порог её дворца. Но у её дерзости была причина. Когда-то Блейн даже ударил Лию при ней.

Лия не ненавидела Мираэль — виноват был Блейн. Но и общаться с ней не хотела.

— Нет причин встречаться. Скажите, пусть придёт в другой раз.

Она снова уставилась в документы, но мысли путались. Она знала: если после свадьбы не сможет заставить себя быть с Блейном, её положение станет опасным. Страх быть отстранённой, как когда-то её мать, преследовал её всегда.

Занята (2)

Мысль о близости с Блейном пугала её до дрожи. Она не понимала, почему испытывает к этому такое отвращение.

Лия нахмурилась. Внизу живота ощущалась тяжесть и лёгкая боль. Её цикл всегда был нерегулярным, но в последнее время месячные вовсе не приходили. Вдруг она вспомнила слова портных — её талия немного увеличилась. Опустив взгляд, она заметила, что живот будто слегка округлился. Но это было нелогично: она почти ничего не ела.

Это тревожило. Если Сердина заметит, обязательно сделает замечание за испорченное свадебное платье.

Лия заставила себя отогнать тревожные мысли. Нужно работать. Но стоило углубиться в документы о безопасности столицы, как снаружи послышался шум. Дверь распахнулась, и в кабинет вошла блондинка.

— Пусть свет озарит Эстию, — сказала леди Мираэль, подходя к столу. — Здравствуйте, принцесса.

Лия не ответила. Она лишь перевела взгляд к двери, где фрейлины и стража растерянно не знали, что делать. Все боялись Блейна и его гнева.

Лия тихо вздохнула, отложила перо и отодвинула бумаги.

— Полагаю, вам нужно нанять нового учителя этикета, леди Мираэль. Во дворец не входят без разрешения.

Но гостья лишь улыбнулась шире.

— Не поймите неправильно. Я пришла лучше узнать вас.

Графиня Мелисса нахмурилась. Лия молча наблюдала, ожидая, что будет дальше. Взгляд Мираэль скользнул по бумагам и испачканному чернилами пальцу.

— Работа важна… но разве нет более важных обязанностей? Я могла бы помочь вам в других вещах. Например… с Его Величеством.

Намёк был слишком явным.

— Вам стоит постараться, принцесса. Вы ведь не хотите повторить судьбу своей матери.

В кабинете повисло напряжение. Лия сразу поняла цель визита: спровоцировать её.

Она устала. Ей не хотелось этой войны.

— Леди Мираэль, — спокойно сказала Лия, вытирая пальцы платком. — Вы боитесь потерять благосклонность короля?

Выражение лица гостьи выдало её.

— Тогда лучше займитесь своей красотой, а не мной.

— Как вы смеете…!

— Вы всего лишь фаворитка. Не королева.

Глаза Мираэль вспыхнули.

— Вы посредственность, которая даже не может быть с мужчиной!

— Что здесь происходит?

Холодный голос разрезал воздух. В дверях стоял Блейн в охотничьем костюме. Он уронил ветви персика и шагнул вперёд, схватив Мираэль за волосы.

— Что происходит? — повторил он.

Ночной визит (1)

Лия застыла на месте, а леди Мираэль отчаянно заговорила:

— Ваше Величество! Это недоразумение… ах!

Договорить она не успела. Блейн с силой дёрнул её за волосы и швырнул на пол. Она смотрела на него сквозь слёзы, но его взгляд оставался ледяным.

— Ничтожная тварь, которая ничего не понимает…

Его рука в кожаной перчатке поднялась. Лия вскочила.

— Пожалуйста, остановитесь!

Он медленно повернулся к ней. Лия обогнула стол и схватила его за руку.

— Достаточно.

Его реакция казалась ей чрезмерной. Она устала от его жестокости. Особенно от привычки бить.

Блейн проигнорировал её и наступил на руку Мираэль. Та вскрикнула.

— Прошу вас!

Он посмотрел на Лию с яростью.

— Как давно эта сука позволяет себе такое?

То, как он давил её руку, вызвало в Лии злость. В любой момент он мог поступить так же с ней. Что-то внутри оборвалось.

— Это вы виноваты, — вырвалось у неё. — Если бы вы не унижали меня, она бы не осмелилась.

Глаза Блейна сузились.

— Все вон.

Никто не двинулся.

— Вон, сейчас же!!!

Фрейлины поспешно покинули комнату, уведя Мираэль. В кабинете остались только он и Лия.

Она всё равно заговорила:

— Раньше вы были другим.

В её памяти он не был таким.

— Вы слишком изменились.

Он молчал, глядя на неё так, будто сам чего-то боялся.

— Ты любишь меня?

Впервые она не ответила сразу.

Он лишь улыбнулся.

— …Это не имеет смысла.

И ушёл.

Дверь захлопнулась.

Ноги подкосились, и Лия опустилась на пол. Мысли метались. А вдруг её воспоминания вовсе не настоящие?

Она всё больше убеждалась: происходит что-то странное.

Ощущение отчуждённости усиливалось. Она не могла доказать, что потеряла память, но была уверена — чего-то важного она не знает.

И доверять нельзя никому.

Ни графу Вальтейну, ни министру Лорану, ни графине Мелиссе. Поведение всех казалось неестественным.

Она зашла в тупик.

Но времени на поиски ответов не было. Когда она закончила дела, уже наступила ночь, и сил думать больше не осталось.

Ночной визит (2)

Лёжа в постели, она не могла уснуть, хотя была смертельно уставшей. Долго глядя в потолок, Лия наконец медленно поднялась.

Она была слишком голодна, чтобы спать. За весь день она смогла удержать в желудке лишь фрукты и воду — всё остальное вызывало тошноту. И даже это она ела лишь из страха умереть от голода.

Она ходила по комнате, но вскоре силы покинули её, и она опустилась в кресло. И физически, и морально ей было плохо. Она хотела есть — но не могла.

Она хотела фиников. Одна мысль о них возвращала вкус так ярко, что становилось больно. Ишакан солгал — обещал принести ещё и исчез. Она даже согласилась поцеловать его ради них.

Я голодна…

Прижимая подушку к животу, она пыталась заглушить это чувство. Голод сводил её с ума.

В желудке снова заурчало. Может, свежий воздух поможет.

Она вышла на балкон и вдохнула ночной воздух. Вдруг до неё донёсся знакомый свежий запах. Она повернула голову — и едва не закричала.

В ветвях ближайшего дерева сидел мужчина и курил сигару. Золотые глаза сверкнули насмешливо.

— Ой, ты меня поймала, — улыбнулся он, выпуская дым. — Просто хотел покурить.

Она потеряла дар речи. Ишакан затушил сигару, легко спрыгнул с дерева на балкон и встал перед ней, держа в руке мешок.

— …Лия?

Её глаза внезапно наполнились слезами.

— Финики… — прошептала она. — Ты обещал!

Ишакан растерянно протянул мешок. Он был набит коробками с финиками. Лия мгновенно схватила одну и жадно съела содержимое, затем открыла следующую — и только утолив голод, бросилась в спальню прятать коробки по комнате.

Мысль о запасах приносила облегчение, словно белка, прячущая орехи на зиму.

Лишь закончив, она смущённо обернулась.

— …Ах.

Лицо вспыхнуло. Она снова вела себя как обжора. Но, подняв глаза, не увидела насмешки.

— Ты моришь себя голодом ради платья? — спросил он.

— Нет… просто нет аппетита…

Он нахмурился.

— Почему?

Она не знала. Любая еда вызывала рвоту. Объяснить это было невозможно. Он не стал настаивать.

— Ты худеешь, — недовольно пробормотал он. — На улице хорошая ночь. Пойдём прогуляемся?

Снова нелепое предложение. Пока она думала, как отказаться, он мягко коснулся её подбородка.

— Я дам тебе ещё много фиников, — сказал он, стирая сладкие следы с уголков её губ. — И дам другие вкусные вещи.

Вечерняя прогулка (1)

Предложение, произнесённое его мягким, чарующим голосом, звучало соблазнительно. Лия едва не согласилась сразу — но всё же замешкалась.

Ишакан не торопил её. Он ждал спокойно, словно заранее знал, что ей нужно время. Пока она раздумывала, он неспешно ходил по комнате с пугающей уверенностью, будто уже бывал здесь раньше. Когда он направился к кровати, Лия поспешно окликнула его:

— Король…

— Зови меня Ишакан, — он обернулся, и золотые глаза блеснули. — Или Иша.

Это было слишком фамильярно.

— Я не могу позволить себе такую дерзость, — ответила она, избегая его взгляда.

— Хм… — он задумчиво провёл пальцами по подбородку. — Если не будешь звать по имени, я закричу.

— Что?

Он глубоко вдохнул, словно собираясь действительно закричать, и Лия в панике шагнула к нему.

— И… Ишакан!

Он тихо рассмеялся и погладил её по голове.

— Молодец.

Тёплое покалывание растеклось по коже. Она не понимала, почему его прикосновения действуют так странно.

— Надеюсь, теперь ты сможешь говорить со мной проще.

Она пыталась держать дистанцию, а он разрушал её снова и снова.

— Вы слишком далеко заходите со своими шутками.

— Я правда мог закричать, — серьёзно ответил он. — Моё терпение в последнее время на исходе.

Она вздохнула про себя. Никогда бы не подумала, что будет звать короля Куркана по имени. Их характеры были такими разными… И всё же именно перед ним она плакала из-за фиников.

Это было приятно — произносить его имя.

Она смотрела на него долго. Несколько дней он не выходил из её мыслей, и вот теперь стоял перед ней. Нелепая, смущающая встреча — но всё равно желанная.

— Ты говорил, что я потеряла память, — тихо произнесла она. — Объясни.

Слова всё ещё звучали абсурдно, но ей нужны были ответы. Все вокруг лишь соглашались с ней. Никто не спорил. Никто не говорил правду.

Только он сказал, что что-то не так.

— Если бы это можно было объяснить словами, я бы давно это сделал, — ответил Ишакан. — Их называют заклинаниями не просто так.

— Заклинания…?

— Я здесь, чтобы помочь тебе, Лия.

Он протянул руку.

Ей не следовало идти. Но желание взять его за руку оказалось сильнее всех доводов. Его ладонь была тёплой и надёжной. Он тут же притянул её к себе и легко поднял на руки.

— Ты стала легче, — заметил он с лёгким недовольством, словно уже не раз держал её так.

Он шагнул к балкону — и через мгновение они были в воздухе.

Лия вцепилась в него, сердце билось как безумное. Но приземлился он совершенно бесшумно и пошёл дальше, будто ничего особенного не произошло.

Она прижала ладонь к груди. Когда-нибудь её сердце точно не выдержит из-за этого человека.

Он двигался по дворцу так уверенно, будто знал каждый угол. Это настораживало. Как и то, что их первая встреча произошла у фонтана — месте, куда почти никто не ходил.

Мысли путались.

Сонливость постепенно брала своё. В его объятиях, окружённая знакомым свежим ароматом, она перестала нервничать.

Прижавшись к его груди, Лия сама не заметила, как уснула.

Вечерняя прогулка (2)

Сон был коротким, но глубоким, и ощущался так, будто она проспала несколько часов. Когда Лия открыла глаза, она уже была за пределами дворца. Несколько секунд она моргала, не понимая, где находится, пока не осознала — она всё ещё на руках у Ишакана, и они идут по ночным улицам города. Её укрывал просторный плащ.

Её глаза расширились. Она впервые покинула дворец.

Ночной центр города сиял фонарями, улицы были полны людей и движения. И всё же странным образом это место не казалось ей чужим — будто она уже видела его во сне. Прохожие с любопытством поглядывали на них: высокий мужчина нёс на руках маленькую женщину.

Лия тихо коснулась его плеча, давая понять, что проснулась. Но он не собирался её опускать.

— Мы почти пришли.

Они остановились у покосившейся гостиницы, которая выглядела так, словно могла рухнуть в любую минуту. И это место тоже показалось ей знакомым.

Ишакан толкнул скрипучую дверь.

— Сначала поешь.

Внутри было светло и тихо. Посетителей не было, но аромат еды был настолько восхитительным, что у неё пересохло во рту. Она вдруг почувствовала голод — настоящий, острый. Обычно запах пищи вызывал у неё тошноту, но сейчас он только усиливал аппетит.

— Ты голодна? — спросил Ишакан, заметив блеск в её глазах.

Она кивнула без колебаний.

Он прошёл к дальнему столику и осторожно посадил её, откинув капюшон.

— Хабан.

К ним подошёл куркан с подносами в руках. Лия узнала его — именно он усыпил графиню Мелиссу.

— Курканская еда. Мы приготовили то, что ты любила раньше. Не знаю, понравится ли сейчас. Мура просила передать, что готовила сама. А манакеш с заатаром сделал я.

Слова звучали непривычно, но доброжелательность была очевидна.

— Спасибо, — вежливо сказала Лия.

— Лия, можешь говорить проще…

— Довольно, — мягко прервал Ишакан. — Не требуй от неё слишком многого.

Хабан кивнул и отошёл.

Ишакан взял её лицо в ладони.

— Не думай ни о чём. Ешь.

Даже приборы были подобраны под её руки.

Она начала есть. Никогда прежде не видела таких блюд — и всё же ни капли отвращения. Её это удивляло.

Пока она ела, Ишакан нарезал еду на маленькие кусочки, словно это было естественно. Лия закончила горячим чаем. Она давно не чувствовала себя настолько живой — просто потому, что была сыта.

— Лия.

Она подняла взгляд. Он дождался, пока она допьёт чай.

— Я хочу познакомить тебя с одним человеком.

Она сразу поняла — это связано с памятью. Но после такого приёма она не могла отказать.

Дверь скрипнула, и вошла женщина в накидке. Увидев Лию, она едва не разрыдалась.

— Принцесса…

— Кто вы? — удивлённо спросила Лия.

Женщина вздрогнула, но быстро взяла себя в руки.

— Я баронесса Синаэль. Я была вашей фрейлиной, принцесса.

Отдых

О семье Синаэль Лия знала лишь то, что она стояла ниже большинства знатных домов Эстии — без особого влияния и богатства. Ничего конкретного. И уж точно никто из этой семьи никогда не служил у неё фрейлиной.

Но баронесса Синаэль лишь с тихим смирением приняла её растерянность. Она достала платок и осторожно промокнула уголки глаз.

— Мне сказали, что принцесса потеряла память, — произнесла она твёрдо.

Опять это.

Даже знатная дама Эстии говорила то же самое. Похоже, баронесса ожидала, что Лия не поверит на слово. Она вынула небольшой конверт.

— Прошу вас взглянуть.

Старый, аккуратно хранимый конверт. Лия взяла его с неожиданной тяжестью в груди и медленно раскрыла. Будто открывала ящик Пандоры.

Глаза её расширились.

Это был договор купли-продажи небольшой фермы. Внизу — её подпись. И печать королевской семьи Эстии.

Невозможно.

Она перечитала документ снова. Подпись была её. И ферма действительно принадлежала ей.

Все её фрейлины происходили из небогатых семей. Жалование при дворе было для них жизненно важным. Лия собиралась распределить между ними свои владения — в том числе и эту ферму. Но, судя по документу, она уже передала её баронессе, которую никогда не видела.

— Вы лично подарили её мне, принцесса, — осторожно сказала баронесса. — Вы помните?

Нет.

Лия лихорадочно попыталась что-то вспомнить. Но там было пусто. Словно кто-то вырезал кусок её памяти.

Её лицо побледнело. Рука поднялась к виску.

— Ах…

Внезапная боль ударила в голову. Мир качнулся. Ишакан успел подхватить её.

Боль пульсировала, не давая дышать. Холодный пот выступил на лбу.

Где-то в глубине сознания что-то стучало — будто в запертую дверь. И эхом отдавалось в ушах.

Постепенно боль отступила.

— На сегодня достаточно, — тихо сказал Ишакан, кивнув баронессе.

— Я не приму награды, — твёрдо ответила та, вытирая слёзы. Она посмотрела на Лию с такой нежностью, что на мгновение та забыла о боли.

— Я не неблагодарный человек. Вы доверились мне, когда никто больше не верил. Этот момент навсегда в моём сердце.

Голос её дрожал. Она смотрела на Лию — на свою госпожу, которой манипулировали те, кого она ненавидела. А Лия даже не помнила своей ненависти.

— Если я могу хоть немного помочь… — прошептала баронесса. — Это будет честью для меня.

И разрыдалась.

Лия смотрела на неё, потрясённая силой чувств чужой женщины.

Вскоре баронесса ушла. В комнате воцарилась тишина.

— Я не понимаю, — прошептала Лия. — Я ничего не понимаю… Что происходит?

Мысли путались, голова казалась расколотой. Она взглянула на Ишакана, ожидая, что он снова заставит её вспоминать.

Но он лишь крепко обнял её.

— Хватит на сегодня. Тебе нужно отдохнуть. Ты и так давно не спишь нормально.

Он был прав. Голод не давал ей покоя.

Сон в его объятиях был самым спокойным за долгое время.

И сейчас она без сопротивления позволила ему поднять себя на руки.

Инстинкты (1)

Деревянная лестница громко скрипела, пока они поднимались на второй этаж постоялого двора. Ишакан легко взбежал по ней, хотя казалось, что она может рухнуть от одного неверного шага, и направился к комнате в конце длинного коридора.

Комната была убогой, почти как стойло, но удивительно аккуратной и почему-то казалась уютнее даже роскошного дворца. Ишакан снял с неё плащ и уложил на кровать, а затем спокойно лёг рядом. Испуганная и всё ещё немного оглушённая, она сразу же отодвинулась к самому краю, прижавшись спиной к холодной стене.

Ишакан нахмурился, наблюдая за ней.

— Я ничего не сделаю, — сказал он, притягивая её к себе. — Спи. Когда откроешь глаза, окажешься в дворце принцессы.

Как ни странно, эти слова мгновенно успокоили вихрь мыслей в её голове. Лия закрыла глаза.

Неужели она и правда потеряла память?

Возможно, этот человек пытается как-то ею манипулировать. Но сколько она ни пыталась, не могла придумать ни одной причины, зачем ему это.

Лия с потрясением поняла, что, возможно, действительно верит ему.

Немного. Сомневаться в нём было трудно. Необъяснимо, но она ему доверяла. Само присутствие этого человека вызывало доверие. Медленно она открыла глаза и встретила золотой взгляд. В тишине их дыхание смешивалось.

Он смотрел на неё, не моргая, и она сглотнула. В теле возникло странное напряжение и инстинктивное ощущение опасности. Чем дольше они смотрели друг на друга, тем сильнее она нервничала и в конце концов первой отвела взгляд.

«……»

Её сердце билось так быстро, что она едва смогла выдохнуть. Внизу живота появилось покалывание.

Она всегда думала, что испытывает отвращение к мужским телам. Только этим можно было объяснить, почему она не могла заставить себя заняться любовью с Блейном. Но она ошибалась.

Ей хотелось прикоснуться к мужчине перед собой. Хотелось ласкать его руками, целовать, кусать. Ни разу она не испытывала подобного желания к Блейну.

Если она поддастся этим опасным чувствам, она разрушит свою жизнь. Она знала, какое мрачное будущее её ждёт, но всё равно не могла сопротивляться. Она сжала одеяло, словно щит, но в конце концов больше не выдержала.

Её губы приоткрылись. Дыхание сорвалось, и она подняла взгляд на него. И в ту же секунду, как их глаза встретились, он ринулся к ней, будто только этого и ждал.

— Мм…

Их поцелуй был жадным и порывистым. Этот мужчина дарил ей то же наслаждение, что и всегда. Нет, теперь его поцелуй был ещё лучше. Когда он прикусил её губы и провёл языком по её языку, она застонала глубоко в горле. Тело бесстыдно выгнулось от удовольствия. Никогда прежде она не чувствовала ничего подобного.

Его большие руки сжали её грудь. Соски затвердели под его пальцами, проступая сквозь тонкую ночную рубашку, когда он ласкал их. Дрожь удовольствия расходилась от чувствительных точек, и Лия вздрогнула, пытаясь отстраниться. Но Ишакан не отступил. Его бедро протиснулось между её ног, скользя вверх.

— Ах…!

Лия отпрянула, разрывая поцелуй. В вихре удовольствия разум покинул её, но мгновенно вернулся.

Ишакан улыбнулся уголками глаз.

— Разве ты не хочешь чего-нибудь ещё приятнее? — спросил он, слегка двинув бедром, дразня её в самом чувствительном месте. Лия вздрогнула. Когда она сжала ноги, почувствовала неловкую, смущающую влажность.

Разум боролся с инстинктами, буря вины и удовольствия смешивалась. Её сознание было в хаосе, пока он дразнил её, осторожно сжимая пальцами напряжённый сосок под тканью ночной рубашки.

— Я заставлю тебя почувствовать себя лучше. — Его другая рука скользнула под её ночную рубашку, и Лия закрыла рот ладонью — прикосновение оказалось слишком приятным. Иначе она бы не сдержала стон.

Его пальцы коснулись самого интимного места. По телу пробежала дрожь, когда он ласкал её сквозь нижнее бельё. Его глаза потемнели, скрывая голод, готовый поглотить её.

— Разве тебе не любопытно, Лия?

Инстинкты (2)

Ей было стыдно, что её так тянет к нему физически, но в то же время она хотела понять, почему он не вызывает у неё отвращения, как все остальные мужчины. И если быть честной, любопытство было лишь оправданием. Даже без этих вопросов её желание никуда не исчезало.

Она хотела лечь с этим мужчиной.

Но стоило ей почувствовать это влечение, как в голове прозвучало предупреждение, напомнившее о реальности. Свадьба уже совсем близко, а она даже не позволила своему жениху прикоснуться к себе…

С запозданием совесть подняла голову, и её бешено колотящееся сердце болезненно сжалось. Но Ишакан понял эту внутреннюю борьбу, даже без её слов.

— Этот парень спит со своими наложницами, почему ты должна хранить ему верность? — спросил он, и ей нечего было возразить. Его пальцы мягко скользнули по её губам. — Я лишь хочу, чтобы тебе стало лучше. Хотя бы на мгновение.

Любопытство — дорога в ад. Не в силах больше сопротивляться, Лия наконец приняла предложенный им «плод».

— …Да, мне любопытно, — тихо сказала она, глядя на него. — Что ты собираешься сделать?

Одеяло, укрывавшее её, было отброшено, и Ишакан оказался над ней так внезапно, что она моргнула. Он был словно хищник, бросившийся на добычу.

— Утром… — её тело напряглось от его вкрадчивых слов, и Ишакан улыбнулся. — …и ночью тоже я заставлю тебя думать только обо мне.

Его взгляд и голос были откровенно чувственными. Кровь прилила к её лицу, и она прижала ладони к щекам, пытаясь охладить их. Он был слишком уверенным, и она невольно надула губы.

— Так обычно говорят ловеласы.

— Не всё так, как кажется.

«……»

Она поджала губы, и он взял её за руку. Тяжёлое обручальное кольцо соскользнуло с пальца.

— Давай на время отложим это.

К счастью, он не выбросил его и не спрятал, а просто положил на прикроватную тумбу. Без кольца её рука казалась легче, и она невольно пошевелила пальцами.

Ишакан взялся за край её ночной рубашки и медленно потянул вверх. Ткань щекотала кожу, скользя по телу. Лия не сопротивлялась, когда он раздевал её, сначала обнажив нижнее бельё, затем лёгкий округлый изгиб её живота, и наконец полностью снял ночную рубашку.

В последнее время её грудь слегка набухла, из-за чего бельё стало тесным и неудобным, поэтому перед сном во дворце она сняла его. Теперь, без рубашки, она была полностью открыта перед Ишаканом, который внимательно осматривал её тело, словно искал следы ран.

Ведь в их первую встречу она плакала у фонтана, с опухшей щекой после пощёчины Блейна. Возможно, он переживал, не обращались ли с ней плохо снова.

Это было нелепо. Незнакомец заботился о ней больше, чем её жених. Как бы Лия ни старалась не сравнивать, мысль всё равно возникала.

Осмотрев её, его взгляд остановился на её белой груди. Под этим взглядом розовые соски затвердели, и его большие ладони сжали её грудь.

Лия резко вдохнула. Когда их взгляды встретились, Ишакан медленно склонился и прикусил её грудь, оставляя следы на светлой коже, жадно облизывая соски. От смущения она закрыла глаза, но это лишь обострило остальные чувства.

Когда она открыла их снова, Ишакан всё ещё смотрел на неё. Его язык медленно обводил ореолу, и странное покалывание отзывалось глубоко внизу живота. Когда он втянул сосок в рот и слегка прикусил, внутри неё вспыхнул жар.

— Ах…

Её спина выгнулась сама собой, тело напряглось, и странное ощущение поднялось вверх между её ног. Где-то в глубине появилась влажность, будто тело само готовилось к продолжению.

Рука, сжимавшая другую грудь, скользнула вниз и мягко стянула с неё нижнее бельё. Тонкая нить влаги потянулась между тканью и её телом. Вид влажного белья был таким постыдным, что ей хотелось выхватить его и спрятать, но, к счастью, Ишакан просто бросил его на пол.

Одной рукой он мягко помассировал её ступню, затем провёл вверх по ноге к бёдрам и раздвинул их.

Лия всё ещё думала о снятом белье и запоздало попыталась сомкнуть ноги. Она знала, что её тело отличается — у неё почти не было волос на теле. Это был первый раз, когда кто-то увидел её гладкий, лишённый волос холм, и смущение обожгло её.

Но Ишакан не выглядел удивлённым. Он взял её руки и положил пальцы туда, где хотел — к её мягким нижним складкам.

— Держи их открытыми, — сказал он.

— Что…?

— Иначе я не смогу прикоснуться к тебе как следует.

Он явно разбирался в этом лучше неё. Если он говорил, что это необходимо, она не знала, как иначе поступить. Лия доверилась ему и послушалась.

Инстинкты (3)

Медленно Лия раздвинула ноги, удерживая себя пальцами. Воздух коснулся её обнажённой розовой плоти, и его взгляд, прикованный к ней, заставил её вспыхнуть от стыда и возбуждения. Влага покрывала её, и глубоко внутри всё трепетало.

— Ах…

Она чувствовала, как изнутри течёт влага. Ишакан мягко провёл по ней пальцами, размазывая её по набухшим складкам.

— Ты уже возбуждена? — спросил он с улыбкой, медленно вводя влажные пальцы в её лоно. Бёдра Лии задрожали от ощущения этих длинных твёрдых пальцев внутри. — Ты вся мокрая.

Ей хотелось оправдаться, но она не могла возразить. Она была настолько влажной, будто можно было подумать, что она не удержалась. Её тесные внутренние стенки обхватили его пальцы, сжимая их. Это была попытка оттолкнуть вторжение, но он не отступил. Напротив, лишь продвинулся глубже.

Когда его пальцы полностью вошли в неё, он начал двигать ими вперёд и назад, быстро и настойчиво, усиливая её удовольствие. Каждый раз, когда они проникали глубоко, по её телу пробегала дрожь, дыхание сбивалось, и из горла вырывался звук.

— Мм… ах… — простонала Лия, мотая головой. Её руки, державшие ноги раздвинутыми, соскользнули.

— Я… больше не могу держать…! — выдохнула она отчаянно.

— Тогда возьми это… — Ишакан сменил позу, вложив что-то ей в руку, и рассмеялся, увидев её потрясённое выражение.

Лия приняла это не глядя, а теперь уставилась в шоке.

Боже… что это? Змея…?

Она видела лишь тело Блейна, и Мираэль часто утверждала, что у него оно больше, чем у других мужчин. Но это было ничто по сравнению с Ишаканом. Она никогда не видела ничего подобного и смотрела, словно на ядовитую змею.

— Он твой, — сказал Ишакан, и она ощутила его обжигающее тепло в ладони. — Тебе нравится.

Он был так бесстыден, пока она лежала неподвижно, ошеломлённая, не в силах даже спорить. Он тихо застонал, медленно двигаясь в её ладони. Вид огромного тела в её маленькой белой руке казался непристойным. Лии казалось, что её лицо сейчас вспыхнет.

— Это… это слишком… — пробормотала она, запинаясь. Но затем она взглянула на него.

«……»

В его ярких золотых глазах была не только страсть. Там была нежность. Он лежал рядом на боку, продолжая медленно двигать пальцами внутри неё.

— Двигай рукой, Лия… — простонал он. Когда она неловко начала гладить его, он застонал снова, нахмурив лоб от удовольствия.

Его другая рука скользнула по её спине, поднялась вверх к шее и притянула её к поцелую. Пока они жадно целовались, его пальцы продолжали двигаться внутри неё, и к двум пальцам присоединился третий.

Он горячо выдохнул и лизнул её губы. Лия взяла его обеими руками, одурманенная ощущениями. Но чем сильнее становилось удовольствие, тем сильнее росло чувство вины, и имя Блейна вновь и вновь всплывало в её мыслях.

Эмоции захлестнули её, такие сложные и противоречивые, что она разрыдалась. Ишакан сразу остановился.

— Больно? — мягко спросил он, и она покачала головой. Больно не было. В этом и была проблема. Она не чувствовала отвращения, лишь дикое, пугающее удовольствие. Смущённая, она выпалила правду:

— Я делаю это… предаю своего жениха…

Губы Ишакана искривились. Его пальцы снова скользнули внутрь неё, глубоко.

— Ты ошибаешься.

— Ах…! — стон вырвался у неё, когда его пальцы снова начали быстро двигаться. Казалось, раньше он лишь дразнил её, а теперь наслаждение захлестнуло её полностью, и от движений пальцев раздавался влажный звук. Её тело содрогнулось, руки сжались сильнее, и из него вырвалась струя прозрачной жидкости.

Она хотела отпустить его, но Ишакан накрыл обе её руки своей ладонью и стал двигать ими вместе с движениями своих пальцев внутри неё.

— Ты ничего не знаешь… — прошептал он, глядя ей в глаза. — Не говори так.

Инстинкты (4)

Лия тяжело дышала. Она даже не могла возразить на его нелепые слова. Жар и покалывание между её ног становились невыносимыми, казалось, внутри что-то распухает и вот-вот взорвётся.

— А… подожди… мм… подожди…! — отчаянно взмолилась она и расплакалась. Ишакан слизнул её слёзы.

— Назови моё имя.

Слюна тянулась от её приоткрытых губ, и он слизал и её.

— Зови меня Иша, — сказал он, и от его низкого голоса по коже побежали мурашки. Её губы сами собой сложились в это имя, будто она произносила его уже много раз.

— Иша…

От этого невероятно интимного обращения его пальцы задвигались быстрее и настойчивее, а глаза, помрачневшие при упоминании Блейна, теперь засияли. В животе Лии всё сжалось, и она застонала.

— А… ах… мм…!

Наслаждение нарастало, переполняло её, и разум рассыпался на куски. Её бёдра двигались в диком ритме, подчиняясь движениям его пальцев, а с губ срывались непристойные слова, которые прежде никогда бы не пришли ей в голову.

— Ах… это… так хорошо… мм… так хорошо, боже… — только что она просила остановиться, а теперь цеплялась за него и умоляла: — Ещё… ещё немного…!

Её бёдра двигались сами собой, пока она гладила его в руках, и всё тело напряглось, доведённое новыми ощущениями до предела. Лия достигла вершины, взгляд её затуманился.

— Ааааа!

Её спина выгнулась. Захлёбываясь дыханием, она уткнулась лицом в грудь Ишакана, пока всё тело неконтролируемо дрожало. Она снова и снова впивалась зубами в его загорелую кожу, затем тёрлась о него лицом, стоня.

— Мм… ах… аххх…

Она не могла ни о чём думать. Она даже забыла о существовании Блейна. Её внутренние мышцы сжимали его пальцы, а обычно бледное лицо пылало, когда она смотрела на Ишакана потерянным взглядом. Она была беспомощна перед его прикосновениями.

Удовольствие было подавляющим. Она стала настолько чувствительной, что ощущала малейшее прикосновение, а его длинные пальцы всё ещё двигались внутри неё, доводя наслаждение почти до боли.

— Хватит… вынь их… — взмолилась она почти всхлипывая, но он ответил твёрдо:

— Ещё нет.

Он ещё не касался её самого чувствительного места, но теперь его большой палец надавил на него, а пальцы внутри продолжили двигаться, одновременно стимулируя оба места. От такого напора у неё вырвался смущённый стон, и она разрыдалась, сжимая его в руках. Но он всё ещё не останавливался.

— Я должен убедиться, что ты больше никогда этого не забудешь… — прошептал он и укусил её за шею. Это было похоже на укус зверя, и она извивалась, почти снова достигая вершины. Он мучил её наслаждением.

— Ах… ахх… прошу, остановись… останови пальцы…! — всхлипывала она, мотая головой, и внезапно из неё хлынула влага, стекая по бёдрам. Она снова достигла вершины и хрипло всхлипнула: — О, нет…

Перед глазами потемнело, и она разрыдалась, будто прорвало плотину.

Его тело содрогнулось, и из него вырвалась струя семени, с такой силой, что оно забрызгало её живот и грудь. У неё даже не возникло мысли вытереть это. Сил совсем не осталось. Всё тело горело, пока Ишакан жадно целовал её, и Лия закрыла глаза.

Разрушение

Глядя на потерявшую сознание Лию, Ишакан тяжело вздохнул. Он понимал, что физически она была в плохом состоянии, но всё равно повёл себя слишком грубо. Несколько раз тряхнув напряжённым телом, он стряхнул последние капли семени.

— Ах…

Один лишь вид её обнажённого белого тела снова разжигал в нём жар. Если бы она увидела его сейчас, наверняка испугалась бы. Хмурясь, Ишакан постарался успокоиться, привёл в порядок себя и затем аккуратно привёл в порядок Лию, заботливо укрыв её одеялом от холода.

Поднявшись, он открыл окна, затем сел, прислонившись к изголовью кровати, и уложил её голову себе на бедро, поднося сигару к губам. Стоило сделать первую затяжку, как его глаза прикрылись, и дым лениво поднялся вверх.

В последнее время он курил заметно больше. И знал почему. Потерянно глядя в дым, он опустил взгляд на женщину у себя на коленях. Серебряные волосы Лии были растрёпаны, она спала так крепко, что никто не решился бы её разбудить.

Он мягко провёл тёмными пальцами по её тонкой шее. Её тело казалось таким хрупким, будто его можно было сломать одним неосторожным движением. По сравнению с силой курканов она была как новорождённый котёнок.

И всё же именно эта хрупкая женщина могла заставить Ишакана сделать всё, что угодно.

Центр его мира. Жена, держащая часть его души.

Склонившись, он поцеловал её в макушку. Ишакан редко испытывал столь сильные чувства. Разве что гнев. Его он знал с детства, ещё со времён рабства.

Но после обряда совершеннолетия никто больше не осмеливался обращаться с ним дерзко, и поводов для ярости не было. Всё изменилось, когда он снова встретил Лию. За последние полгода он пережил больше эмоций, чем за многие годы до этого.

Он тихо усмехнулся. Честно говоря, большую часть того дня он почти не помнил. Лишь обрывки. Но момент, когда его невесту поглотил чёрный дым, был выжжен в памяти. Это разбило его.

Он не был уверен, помнит ли всё правильно. В тот миг он едва удерживал рассудок, отдавая приказ немедленно отправляться в Эстию. Хабан и Генин рыдали, пытаясь остановить его, умоляя не идти. Они были покрыты его кровью.

Позже он понял, что все курканы, присутствовавшие на свадьбе, делали то же самое — бросались на него, цеплялись за него, пытаясь удержать.

С того момента у него осталась лишь одна цель.

Он не сможет вернуть её, если будет действовать безрассудно, поэтому Ишакан старался сохранять самообладание, но держался на последней нитке. С каждым днём граница между разумом и природой стиралась. Его терпение истощалось.

Мысль о том, как Лия старается угодить Блейну, кипятила его кровь. Ишакан посмотрел на её левую руку — на красный след от тяжёлого кольца. Он мягко коснулся его пальцем, но след не исчез.

Медленно он переплёл их пальцы, сжимая её ладонь так, словно больше никогда не отпустит.

Во сне Лия нахмурилась. Возможно, он сжал её сильнее, чем хотел. Но он не отпустил её руку. Не мог.

Даже если она не вернёт память до свадьбы, он увезёт её в пустыню.

Она наверняка возненавидит его. Упрекнёт в варварстве, связанная любовью к Блейну. И, как в тот раз, когда он похитил её в поле мискантуса, будет бояться.

Снова играть эту роль будет странно. Но он сделает это, если другого выхода не останется. Его золотые глаза сверкнули, вены на тыльной стороне ладоней вздулись.

Он был терпелив. Настолько терпелив, насколько мог. Но он не позволит ей стать женой другого.

Он уже однажды разрушил её жизнь. И разрушит снова, столько раз, сколько потребуется.

Поэтому Лия должна вспомнить прошлое. Пока он не уничтожил всё.

Чай

Сердина холодно смотрела на рыдающую блондинку. Уже некоторое время женщина пропитывала платок слезами и снова и снова повторяла одни и те же слова.

— Его Величество… ик… как Его Величество мог так со мной поступить… как это могло случиться…

Пока леди Мираэль безутешно плакала, Сердина раздражённо нахмурилась. Она позволила этой женщине приблизиться к Блейну, потому что та была красивой и глупой, но иногда её поступки были просто непостижимы.

Однако на лице Сердины это никак не отразилось, когда леди Мираэль наконец подняла взгляд и вытерла слёзы. Лицо королевы-матери было добрым и улыбающимся.

— Вы поможете мне…? — спросила леди Мираэль. Её глаза покраснели.

— Конечно. — Сердина погладила её по щеке, словно милого питомца. — Я поговорю с Блейном.

Леди Мираэль радостно вскрикнула, и Сердина едва заметно улыбнулась. Она не ненавидела людей, честных в своих желаниях. Наоборот, ей они нравились. Жизнь так коротка, а стремление отдать всё ради славы и богатства — словно пламя: красивое, величественное, пусть и мимолётное.

— Надеюсь, вы продолжите служить мне с усердием, — сказала она леди Мираэль.

— Да! Да…!

Блондинка сияла от удовлетворения и ушла, пообещав стараться ещё усерднее заботиться о Его Величестве и согревать его постель. Наблюдая, как карета исчезает вдали, Сердина разразилась смехом.

Она была неописуемо довольна, услышав, что сделал Блейн. Леди Мираэль давно пользовалась его благосклонностью, но всё равно он схватил её за волосы и швырнул на пол. Именно так Сердина хотела, чтобы Блейн обращался с женщинами. Как с одноразовыми вещами. Как с объектами.

Столько монархов в истории пали из-за женщины. Она не хотела, чтобы её сын споткнулся о любовь.

Но, к сожалению, Блейн всё ещё был мягок с Лией и не обращался с ней как с другими женщинами. Совсем недавно он проигнорировал мать и стоял под дождём, ожидая возвращения Лии. Это было крайне болезненно. Сердина едва подавила желание убить её.

С самого начала Сердина собиралась отдать Лию Бён Гёнбэку по ряду причин, но одержимость Блейна всё разрушила.

Из окна гостиной она смотрела на увядшие сады, где на деревьях ещё держались сухие листья. Сейчас они падали.

Сначала она думала, что если превратит всех дворян в марионеток, ей придётся самой заниматься всеми государственными делами. Но можно заставить Лию делать всю эту работу, и она полезна во многих других отношениях. Блейн согласился. Он тоже не любил работать.

Сердина злорадно рассмеялась, опираясь рукой на подоконник.

— …Такая самодовольная.

С самого первого заклинания она знала, что у Лии сильная воля. Сломать и уничтожить её будет нелегко. Поэтому Сердина вложила мощное заклинание в любовное зелье, которое выпила Лия, приготовленное из прядей волос Лии и Блейна. Но даже тогда оно оказалось лишь наполовину таким эффективным, как она ожидала. Даже без памяти Лия не отдала Блейну всё своё сердце.

Невероятно, но Сердине пришлось допустить мысль, что Лия беременна.

Кровь варваров была довольно устойчива к её магии. Если Лия каким-то образом зачала, ребёнок мог защитить её от зелья.

Но это было невозможно. После всех заклинаний, наложенных на неё за эти годы, Лия должна была быть бесплодной. Однако, чтобы исключить даже такую вероятность, Сердина приказала фрейлинам давать Лии чай, вызывающий выкидыш.

Он также подавлял аппетит, ведь Сердина не могла контролировать диету принцессы, пока Блейн наблюдал так внимательно. Если Лия должна стоять рядом с Блейном, она обязана выглядеть безупречно.

— …

Спохватившись, Сердина почувствовала вкус крови и поняла, что прикусила нижнюю губу. Её палец нервно постукивал по подоконнику.

Ей придётся наложить новое заклинание, чтобы полностью подчинить Лию. Варвары использовали магию, связывающую души во время свадебной церемонии. Сердина не собиралась связывать душу Лии с Блейном, но могла использовать свадьбу, чтобы наложить на неё более мощное заклинание.

— Пожалуйста, сдержи обещание. Мама.

Голос Блейна эхом прозвучал в её голове. Сердина сжала дрожащие руки.

— Я бог, — вслух сказала она нервно. — Бог…

Значит, нет ничего, что она не могла бы сделать.

Взаперти (1)

Лии приснился сон.

Кто-то преследовал её. Она бежала изо всех сил, но наткнулась на огромную железную дверь, обвитую цепями и запертую на замок без ключа.

В отчаянии она заколотила в неё. Пыталась открыть, но тяжёлое железо не поддавалось. Её руки покраснели и распухли, пока она яростно дёргала цепь. И вдруг по ту сторону двери раздался голос.

— У тебя нет ключа.

Лия ахнула. Этот голос звучал как её собственный.

— Ты должна найти ключ, Лия.

Другая Лия приказывала. Она замерла на мгновение.

— Где он? — потрясённо спросила Лия.

— Скорее! Нет времени. Скорее, пока Сердина не узнает!

— Что ты имеешь в виду? О чём она не должна узнать?

Но ответа не было. Сколько бы она ни спрашивала, другая Лия продолжала:

— Если она узнает…

Голос произнёс зловещее предупреждение.

— Она убьёт его.

С криком Лия открыла глаза.

— …Ах!

Она проснулась от кошмара, но облегчения это не принесло. Её живот болел, и она схватилась за него руками.

— Ахх, ах…

Свернувшись клубком, она сделала несколько глубоких вдохов, медленно выдыхая. Когда колющая боль наконец утихла, всё её тело было покрыто холодным потом.

Оглядевшись в головокружении, она поняла, что находится в знакомом месте. В своей спальне во дворце, где сквозь окна пробивался тусклый утренний свет. Лежа в постели, она на мгновение задрожала, затем решительно положила руки на живот. Её лицо стало неподвижным.

— …

Внутри неё что-то шевельнулось. Движение было едва ощутимым, но реальным. Затем всё исчезло, словно этого никогда не было.

Что это было?

По её телу пробежала дрожь. Некоторое время она оставалась парализованной, но затем собралась и поднялась с кровати. Слишком многое происходило слишком быстро.

Сначала она подумала позвать врача, но что-то в её сознании сразу возразило. Этого делать нельзя. И она невольно подумала о другом мужчине — первом человеке, который пришёл ей в голову, когда она задумалась, с кем может поговорить о происходящем с её телом.

События прошлой ночи закружились в её голове. Баронесса Синаэль. Купчая на маленькую ферму. Множество моментов, совсем не неприятных. Места, где тот мужчина кусал и целовал её, всё ещё горели, покалывая ощущениями, от которых она не могла избавиться. Всё напоминало ей о прошлой ночи.

Она подняла руки к щекам. Она сделала нечто немыслимое, но странным образом не чувствовала ни вины, ни сожаления. Опустив взгляд на левую руку, она увидела обручальное кольцо на пальце и закрыла глаза, подавляя желание сорвать его и швырнуть прочь.

Она должна думать о свадьбе. Но не могла унять трепещущее сердце.

Что в нём такого? Почему её так сильно тянет к нему? Это тревожило её, но воспоминание о том, как сладко было спать в его объятиях, заставило её пошатнуться. Ухватившись за стол, она налила себе стакан воды и сделала глоток, пытаясь по очереди распутать клубок мыслей в голове.

Сначала нужно понять, что происходит с её телом. Лучше всего найти Ишакана и попросить его привести врача, которому можно доверять. У неё также были вопросы о некоторых событиях последних дней.

Она была уверена, что происходит нечто ужасно неправильное, но у неё не было достаточно информации, чтобы прийти к выводу.

Лия прикусила губу. Она пыталась успокоить хаос в голове, но внезапно комната показалась душной. Она не могла этого вынести, ей хотелось бежать, так сильно, что она схватилась за дверную ручку, чтобы вырваться в сад.

— …!

Она не открывалась.

В отчаянии она дёрнула дверь, запаниковав.

— Принцесса!

Голос графини Мелиссы раздался по ту сторону двери, и Лия ещё никогда не была так рада его услышать.

— Графиня! Пожалуйста, откройте дверь!

Но ответ был тревожным.

— Простите. Я не могу.

— …Что?

— Его Величество приказал, чтобы вы оставались заперты в своей комнате, начиная с сегодняшнего дня, — серьёзно сказала графиня. — Вам запрещено выходить.

Взаперти (2)

Леди Мираэль довольно напевала, приподнимая новое платье, которое собиралась надеть. Стоя перед зеркалом, на её обнажённом теле пока красовались лишь дорогое ожерелье и серьги. Она гордилась своей пышной фигурой и принимала перед зеркалом разные позы, думая о Сердине. Хотя в своём стремлении угодить она порой допускала ошибки, Сердина всегда ласково утешала её.

— В конце концов, королева-мать на моей стороне.

Именно Сердина вызвала Мираэль во дворец. Она даже встретилась с ней лично и велела отдавать себя Его Величеству всем сердцем. И усилия были вознаграждены. Только леди Мираэль удерживала своё место рядом с Блейном, хотя остальных наложниц он менял почти каждый день.

Но в результате она стала жадной.

Глядя в зеркало, леди Мираэль любовалась своей чувственной привлекательностью, особенно в сравнении с худощавым телом принцессы Лии. Та выглядела так, будто её может унести порыв ветра. Разве такое тело способно вынести беременность и роды? Одна только утренняя тошнота заставила бы её рухнуть.

Мираэль хотела занять место королевы. Но если не получится… если хотя бы носить под сердцем наследника… её жизнь изменится полностью.

Однако, вспомнив, как принцесса унизила её, Мираэль нахмурилась. Принцесса Лия невзлюбила её с первой встречи. Она всегда смотрела на Блейна, когда тот спал с Мираэль, так, словно это было чем-то отвратительным. Но Блейн был внимателен к принцессе, поэтому Мираэль не предпринимала ничего, чтобы поставить её на место.

Она знала, как обращаться с такими суками. После должного наказания они становились тихими и покорными.

Улыбаясь, леди Мираэль надела платье. За её спиной мужчина незаметно приблизился и сжал её ягодицы, ухмыляясь её удивлению. Сначала она надулась, но тут же улыбнулась в ответ.

Это был рыцарь, служивший во дворце принцессы. Сначала Мираэль завела с ним связь из расчёта, считая это необходимым, но со временем стала пользоваться её преимуществами.

— Что ты собираешься делать сегодня вечером? — спросила она, улыбаясь.

— Я бы хотел провести время с тобой… — он с сожалением покачал головой. — Но не сегодня. Мы все приведены в боевую готовность, пока принцесса находится под стражей.

— Под стражей? — удивлённо переспросила она.

— Да. Её перевозят на виллу за пределами дворца. Скорее всего, вернут до свадьбы. Сегодня я отправляюсь туда.

Рыцарь говорил осторожно, будто опасаясь её реакции. Но мысли Мираэль были уже в другом месте.

— На вилле охрана будет слабее, чем во дворце, верно? — задумчиво спросила она.

— Полагаю, да.

— Хм… Понятно. — Леди Мираэль многозначительно улыбнулась.

Лия знала, что Блейн психически нестабилен. Но она никогда не думала, что он способен на такое.

Спустя некоторое время после того, как её заперли, Блейн пришёл в её дворец.

Она надеялась, что сможет поговорить с ним разумно. Верила, что существует объяснение, способное развеять эту странную ситуацию. Но её крошечные надежды были жестоко растоптаны.

— Пойдём со мной.

Едва войдя, Блейн схватил её за запястье, и она споткнулась, когда он потащил её к двери.

— Ваше Величество! Ваше Величество…! — повторяла она, но Блейн не обращал внимания. Её глаза расширились, когда он вытащил её из дворца. Снаружи уже ждала карета.

— Я купил виллу. До свадьбы ты будешь жить там, — сказал он, подтаскивая её к экипажу. — Я купил её поспешно, без ремонта, так что могут быть недостатки…

— Ваше Величество! — наконец ей удалось вырваться и оттолкнуть его. Как только их взгляды встретились, её тело сковало напряжение. Его голубые глаза были безумны.

— Ты любишь меня, Лия. — Он сжал её плечи. — Ты должна делать то, что я говорю.

Он тяжело дышал. Лия подняла на него взгляд.

— Разве Его Величество тоже меня любит? — тихо спросила она.

— …

— Почему вы всегда заставляете меня делать то, что мне не нравится? Я не понимаю…

Внезапно на его бесстрастном лице появилась улыбка. От неё Лии стало не по себе.

— Лия.

Взаперти (3)

Блейн ласково убрал прядь её волос за ухо, и Лия невольно на мгновение задержала дыхание. На секунду ей почудилась в этом мужчине Сердина. Страх пронзил её, словно перед ней стоял не человек, которого она любила, а тот, кто способен причинить ей боль.

— После свадьбы ты сможешь делать всё, что захочешь, поэтому до тех пор слушайся меня, — прошептал Блейн, целуя тыльную сторону её ладони. — Я буду часто навещать тебя.

Он затолкал её в карету. Дверца захлопнулась, и колёса сразу пришли в движение. Спустя долгое время экипаж прибыл к персиковому саду на окраине столицы. В самом центре сада стоял небольшой уютный дом.

Обширный сад напоминал лабиринт, так что тот, кто не знал дороги, не смог бы легко ни войти, ни выйти. Это было похоже на место, которое праздный дворянин построил бы, чтобы держать любовницу взаперти. Теперь Лия оказалась здесь заперта, словно птица в клетке.

«……»

Она не могла в это поверить. Оставшись одна в незнакомой спальне, Лия горько улыбнулась. Кто теперь будет заниматься государственными делами и бесконечными приготовлениями к свадьбе? Даже если бы она могла работать отсюда, это ни в какое сравнение не шло с удобством её кабинета во дворце.

«Как можно так поступать без всякой причины!»

Сорвав с пальца помолвочное кольцо, она бросила его на кровать. Сжав губы, Лия начала мерить комнату шагами.

Возможно, он заметил перемены в ней. Раньше она цеплялась за него изо всех сил. Что бы ни случилось, старалась угодить ему и винила себя, если он сердился. Смеялась и плакала из-за каждого его слова, жеста, поступка. Всё, о чём она думала, — как порадовать его.

Но не теперь. Теперь был кто-то, о ком она думала больше, чем о Блейне. Едва её заперли здесь, первым, о ком она вспомнила, был тот мужчина…

Лия остановилась и задала себе вопрос.

Чего я хочу?

Возможно, она уже знала ответ, но какая-то часть её сознания избегала его. Ускользающая истина ускользала из пальцев.

На распутье она посмотрела на кольцо, лежавшее на кровати. После долгих раздумий Лия снова надела его на палец.

Когда злость прошла, она вернулась к здравому смыслу. Сейчас Блейн был как пороховая бочка, готовая взорваться в любой момент, а значит, ей следует сохранять спокойствие и не перечить его приказам.

Но вскоре возникла новая серьёзная проблема. Жизнь в саду была не так уж плоха, несмотря на полную утрату свободы. По крайней мере, сад был наполнен живой зеленью, в отличие от дворца. Даже воздух здесь казался чище.

Проблемой был чай Сердины.

После курканской еды желудок Лии почувствовал себя намного лучше, и она могла есть небольшими порциями почти без дискомфорта. Но каждый раз, когда она пила этот чай, боль в животе усиливалась. Под постоянным наблюдением фрейлин было трудно выпить его и затем тайком вызвать рвоту, как во дворце. Поэтому ей приходилось глотать его каждый день. Но, пережив несколько сильных приступов боли, она решила рискнуть.

Несколько дней наблюдений позволили ей узнать, как именно охраняется вилла: несколько фрейлин и пятьдесят рыцарей. На первый взгляд охрана казалась безупречной, но Лия нашла несколько серьёзных слабых мест.

Блейн никогда не уделял внимания таким деталям, так что, вероятно, не заметил их. Иначе он усилил бы охрану, даже наняв наёмников.

Разобравшись в системе безопасности, Лия набралась смелости. Глубокой ночью, когда фрейлины спали, она тихо выбралась из постели. Достав небольшой клочок бумаги и перо, при свете луны она написала записку.

«Я знаю, что вы наблюдаете за мной.»

Этих слов должно было хватить. Она добавила лишь ещё одну строку.

«Пожалуйста, помогите мне.»

Положив записку на подоконник и придавив её драгоценностью, чтобы ветер не унес её, она долго стояла у окна, глядя на сияющую луну. Затем наконец закрыла окно.

На следующее утро записки на подоконнике уже не было.

Взаперти (4)

День Лии начался так же, как и во дворце. Она встала ранним утром и отправилась в кабинет виллы, чтобы заняться самыми срочными делами. То, что она находилась не во дворце, сильно ограничивало её возможности. Когда пришло время, она поела под пристальным наблюдением фрейлин и послушно выпила чай, присланный Сердиной. С каждым глотком казалось, будто она глотает яд, но она терпела, упрямо стиснув зубы.

Она смотрела, как солнце садится. Оно окрасило сад в багровый цвет, прежде чем исчезнуть за западными горами, и затем тьма поглотила всю виллу. В отличие от дворца, который даже ночью был освещён фонарями, сад погрузился в безмолвные тени.

Как только солнце скрылось, Лия не сводила глаз с окна. Мужчина, которого она ждала, всегда появлялся тогда, когда она меньше всего этого ожидала.

Она гадала, войдёт ли он снова через окно или найдёт иной способ. Ей не было скучно ждать. Было даже забавно представлять, как именно он появится. Нарочно она оставила окно незапертым, опасаясь помешать его проникновению.

Оставшись одна в спальне, она ждала ночи, как ребёнок ждёт подарка. Она не могла сдержать волнения. Попробовала читать книгу, но взгляд всё время возвращался к окну. Когда терпеть стало невозможно, она подошла к нему и долго всматривалась в темноту.

Она читала при свете маленькой масляной лампы, когда вдруг по спине пробежал холодок. Лия отложила книгу.

«……»

Подняв лампу со стола, она направилась к двери, и её тень вытянулась далеко позади. Снаружи было тихо. Ни шагов фрейлин, ни приглушённых голосов рыцарей. Казалось, все уснули.

И вдруг её охватило дурное предчувствие, инстинктивный страх. Она хотела проверить, но когда повернула ручку двери, та оказалась заперта. Фрейлины запирали её каждую ночь, чтобы она не смогла выйти. Стоя у двери, она услышала голоса.

— Ищите её.

— Она должна быть на втором этаже.

Вздрогнув, она обернулась. Это были не голоса её фрейлин и не рыцарей. Быстро она вернулась к столу, поставила лампу и схватила тонкий острый нож для вскрытия писем. Бегло оглядев комнату, она поняла, что спрятаться почти негде: под кроватью, в шкафу или под столом. Её быстро найдут.

Звать на помощь было некого. Ей придётся защищаться самой.

С дрожью она открыла окно.

Снаружи под окном тянулся узкий выступ, едва достаточный для носков её ног. Но если держаться за раму, можно было продержаться довольно долго. Зажав тонкий нож в зубах, она поставила ногу на подоконник.

«……!»

Из темноты в её глаза уставились золотые глаза. Через мгновение она медленно вынула нож изо рта и положила его на подоконник.

Ишакан без единого слова протянул к ней руки.

Он поймает её, если она прыгнет. Как странно, что она так безоговорочно ему доверяет.

От спальни на втором этаже до земли было далеко, но страха она не чувствовала. Она не сомневалась, что он её поймает. Лия оттолкнулась от подоконника, серебристые волосы взметнулись за спиной, и руки Ишакана ловко сомкнулись вокруг неё в самый точный момент.

Дыхание её сбилось, и она открыла рот, чтобы сказать ему, что нужно уходить, что в доме чужие люди, но слова не вышли. Ей было страшно, но его золотые глаза оставались абсолютно спокойными. Просить этого мужчину бежать было бы абсурдом. Мысль о бегстве была ему чужда. Лия сжала губы.

— Ты постоянно меня удивляешь, — сказал Ишакан, приподняв бровь.

Через открытое окно донёсся звук выломанной двери её спальни. Мгновение спустя раздались крики и ругань множества мужских голосов. Держа её на руках, он посмотрел на неё, освещённый лунным светом.

— Я пришёл, чтобы помочь тебе.

Развилка

Это был первый раз, когда она вышла наружу ночью с тех пор, как приехала на виллу. Под лунным светом персиковый сад был тих, на ветвях висели ещё зелёные плоды, отбрасывая круглые тени среди листьев. Ишакан наклонился к ней.

— Сейчас я очень мотивирован, — пробормотал он, улыбаясь, и её отражение светилось в его глазах. — Когда кто-то просит о помощи, хочется сделать всё возможное, правда?

Она легко представила, как он читает её записку с той же лёгкой улыбкой.

— Вот она!

— Её должны были запереть! Кто, чёрт возьми, это?

Незнакомцы, выбившие дверь, высунулись из окна и уставились на Ишакана и Лию, и, несомненно, другие уже спускались вниз по лестнице. Но Лия не обращала на них внимания. Мужчина перед ней полностью завладел её вниманием, а для Ишакана не существовало никого, кроме неё. Они смотрели друг на друга так, словно были единственными людьми в мире.

У неё было столько вопросов, что не хватило бы ни пальцев рук, ни ног, чтобы их пересчитать. Но когда она открыла рот, из него вырвались совершенно нелепые слова.

— Я всё время думаю о тебе, — прошептала она, касаясь ладонью его щеки, этого мужчину, будто созданного из всего самого прочного на свете. — Утром и ночью… — она замялась и призналась: — и весь день, каждый день…

— Я тоже, — сказал он спустя мгновение. Его золотые глаза сияли ярче лунного света. — Я думаю о тебе весь день.

Лия закрыла глаза. Её сердце и разум не совпадали. Она колебалась на перекрёстке двух дорог, манящих вперёд. Но с того момента, как она решила написать записку, а возможно и раньше… равновесие склонилось к её сердцу.

Её пальцы коснулись его лица. Она провела по его лбу, бровям, резкому носу, чётко очерченным губам и твёрдому подбородку. И он позволял это, закрыв глаза, словно зверь, которого ласкает хозяин. И вдруг ей пришла мысль:

Я не знаю. Кажется, мне нравится этот мужчина.

Ей было стыдно прийти к такому выводу, но с момента их встречи он слишком быстро завоевал её сердце. Любовь, которую она строила всю жизнь, рассыпалась, и ей пришлось принять новое чувство, возникшее всего несколько дней назад.

Это было безумием. Поток упрёков захлестнул её мысли, требуя помнить о Блейне, напоминая, как сильно она его любила. Но это было ничто по сравнению с рекой чувств, которая бурлила в ней к этому мужчине. Она вышла из берегов и захлестнула всё.

Я хотела бы, чтобы он был моим мужем.

Она была так очарована им, что даже позволила обмануть себя столь нелепой ложью. Но сейчас она слушала только голос своего сердца.

— Я хочу поцеловать тебя, — прошептала она.

— Всё, что захочешь.

Ишакан наклонил голову навстречу, и она поцеловала его, удерживая его лицо в ладонях. Её ресницы дрожали от удовольствия его поцелуя. Ей было так хорошо рядом с ним. Их языки переплелись, губы жадно искали друг друга, и Лия застонала, опьянённая.

— Мм… ах…

Когда звук сорвался с её губ, она вспомнила преследователей и попыталась обернуться, но Ишакан тут же поймал её за подбородок.

— Не отворачивайся, Лия, — сказал он и снова поцеловал её, глубоко вторгаясь языком. Лия вздрогнула от этого прикосновения, их губы разошлись с мягким влажным звуком. Их взгляды встретились, полные страсти, и он покрыл поцелуями всё её лицо.

— Иша… — имя сорвалось с её губ едва слышно, и его глаза вспыхнули удовлетворением, зрачки золотых глаз расширились. И она приняла решение.

Она делала не то, что должна. Она знала, что это неправильно. Но стоя на развилке двух дорог, Лия, принцесса Эстии, выбрала неверный путь. Она оставит всё позади.

— Я… я хочу уехать далеко.

____________________________________________________________________

п.п.: БОЖЕЧКИ, УРА

Напряжение (1)

Ей казалось, будто она прыгнула со скалы. Она даже не знала, сколько продлится падение. Возможно, это бездна без дна. Но ей не было страшно. Она знала, что этот мужчина её поймает.

Это был совершенно нелогичный выбор, но она не сожалела. Любовь к Блейну сгорела дотла в огне, пожирающем её сердце, и хотя она всё ещё цеплялась за неё, Лия знала, что со временем сможет избавиться от этого окончательно.

Я люблю этого мужчину.

Она не понимала почему. Её тянуло к нему так сильно, что это почти пугало. Она уже была в его объятиях, но всё равно хотела быть ещё ближе.

Ишакан молчал. Казалось, просьба парализовала его, и она провела ладонью по его щеке, умоляя.

— Ты возьмёшь меня с собой?

Этот мужчина считал её своей женой. Если всё его внимание и нежность были искренними, это не должно было быть такой уж невозможной просьбой. Но Ишакан долго молчал, а затем осторожно опустил её на землю и поднял её руку к уровню её лица.

Лия нервно прикусила губу. А вдруг всё это было лишь обманом, в который она глупо поверила? Но вдруг её взгляд остановился на кольце на пальце, тускло блеснувшем в темноте, и она резко отдёрнула руку.

Даже с этим кольцом на пальце она хотела сбежать с этим мужчиной. Будь она на месте Ишакана, она бы тоже не поверила себе. Разве не говорила она ему снова и снова, как сильно любит Блейна? Пусть решения и были приняты после долгих размышлений, её слова наверняка казались пустыми с его точки зрения. Как она сомневалась в нём, так и он, должно быть, сомневался в ней.

И она не могла ни объяснить, ни оправдать себя. В её поступках не было логики. Воодушевление угасло, и Лия опустила голову. Если он откажет, она ничего не сможет сделать.

После маленькой вечности Ишакан наконец заговорил.

— Лия…

Она смотрела на свои ноги так, словно ждала приговора. Медленно она подняла голову.

— Я сделаю всё, что ты захочешь. — Его глаза были полны нежности, и он взял её левую руку, поднёс к губам. — Хочешь бежать? Тогда мы просто убежим.

Решительно он поцеловал её безымянный палец. Поцеловал кольцо. Затем обнял её за талию.

— Мне всё равно, если ты любишь другого. Мне всё равно, если будешь говорить, что любишь его до конца жизни… — В его голосе звучала боль. — Я просто больше не могу смотреть на тебя такой, Лия…

Сила его чувств ударила прямо в сердце. Она невольно потянулась к нему, захотела обнять, утешить его за эту боль. Но в тот миг, когда она уже собиралась обнять его, резкая боль пронзила её живот.

— Ай…!

Задыхаясь, она схватилась за живот. Эта боль мучила её каждую ночь, но сейчас всё было иначе. Казалось, будто её внутренности разрезают ножом.

— Лия! — Ишакан подхватил её, когда она пошатнулась. Она хотела сказать, что всё в порядке, но боль была слишком сильной. Вдруг она почувствовала, как что-то выскользнуло изнутри, скользнуло по бёдрам и потекло по лодыжкам. Она опустила взгляд. Это было красное.

Не может быть…

Всплеск отчаяния — и затем ничего.

Её глаза сверкнули. Ловко взобравшись на дерево, она преследовала убегающую добычу. Перепрыгивая с ветки на ветку, она опередила цель и приземлилась прямо перед испуганной жертвой. Он закричал от ужаса.

— А-а…!

Мура оскалилась. Её нога молниеносно ударила, и раздался влажный звук, будто разбили арбуз.

Курканы предпочитали атаковать руками и ногами, а не оружием. Когда вокруг было много свидетелей, они пользовались мечами и луками, но без свидетелей показывали свою истинную природу.

Мура полностью наслаждалась своей курканской сущностью. Стоя над телом с размозжённой головой, она гордо обернулась.

— Видел, Хабан?

— Да! Это было идеально!

Напряжение (2)

Хабан, только что свернувший шею ещё одному человеку, подошёл к ней с руками, запятнанными кровью. Мура протянула к нему ногу, и Хабан, опустившись на одно колено, упёр её в своё бедро и начал заново завязывать шнурки на её обуви.

— Готовить с тобой куда веселее, — сказала она, пожав плечами.

— Я тоже так думаю, Мура.

Она улыбнулась его быстрому ответу. Когда шнурки были завязаны, она развернулась и пошла вперёд, а Хабан последовал за ней.

Все курканы пришли в сильное возбуждение, узнав, что снова увидят Лию. Мура умоляла Ишакана взять её с собой, и он выбрал её после того, как она пообещала приготовить самую вкусную еду.

Их Королева выглядела так, будто плохо ела. Она сильно похудела. Зная, как сильно Лия любит курканскую кухню, Мура собрала несколько полноценных блюд и поспешила к назначенному месту с руками, нагруженными едой, а Хабан шёл позади, неся ещё больше вещей в мешке. Но возбуждённую Муру встретило зрелище подозрительных людей в капюшонах.

Вилла в персиковом саду была тихой. Рыцари и фрейлины спали. Вид того, как люди в капюшонах тайно пробираются внутрь, привёл её в ярость. Из-за них их Королева будет есть холодную еду.

Поэтому, пока Ишакан направлялся к Лии, Мура отправилась очищать территорию вместе с Хабаном и Генин, впервые за долгое время показывая свои способности. Она срывала головы незваным гостям, словно арбузы с лозы.

— Где Генин?

— Пошла зачистить другую сторону… наверное, уже закончила.

В этот момент Генин как раз приближалась, идя к ним издалека и куря сигару. Она закончила свою часть работы.

Когда Мура оглянулась на Хабана, он уже зажёг для неё такую же сигару, и она поцеловала его в щёку, принимая её.

— Спасибо.

Лицо Хабана покраснело. Оставив смущённого мужчину позади, Мура пошла навстречу Генин.

— Ты закончила, Генин?

— Я убила их всех.

Мура холодно улыбнулась этому ответу. Захватчики проникли в дом, зная, что его охраняют рыцари. Очевидно, кто-то отдал приказ и позаботился о том, чтобы усыпить всех фрейлин и рыцарей. Скорее всего, они не планировали убивать Лию.

В Эстии чистота невесты считалась столь же важной, как её жизнь. Скорее всего, люди в капюшонах собирались изнасиловать её или совершить другое унизительное преступление. Немногие вещи были бы хуже, чем просто лишить её девственности. Одного этого было бы достаточно, чтобы превратить её жизнь в бесконечный кошмар.

Лия подвергла бы себя опасности, даже признавшись в случившемся. Она — принцесса Эстии и будущая невеста короля; при её положении и обстоятельствах она, скорее всего, предпочла бы молчание скандалу. Ей даже пришлось бы самой скрывать своё изнасилование.

Это был отвратительный план. Мура не знала, кто стоял за этим, но не собиралась оставлять виновных безнаказанными.

— Кто бы это ни сделал, он заплатит…! — сказала она, мрачно хмурясь. Ей было трудно сдерживать бушующее внутри безумие.

Выдыхая дым, Мура нервно постукивала ногой по земле.

— Мы найдём виновного, обещаю, — успокоил её Хабан, встав рядом. Вид этой пары заставил Генин задуматься, была ли она сама такой поддержкой для своего мужа. Ей стоило бы относиться к нему лучше.

Все трое одновременно резко повернули головы. Они замерли, глядя в одну точку, а затем одновременно сорвались с места. Их скорость напугала бы любого обычного человека, но они мчались к Ишакану, который держал Лию на руках.

Он медленно повернул голову к ним. Его золотые глаза дрожали, и казалось, что он вот-вот рухнет.

— Морга… — его голос дрожал. — Морга…

Хабан немедленно бросился за колдуном, а Мура и Генин поспешили к Ишакану.

Лия лежала без сознания в его руках, выглядя худой и слабой как никогда, настолько бледной, будто могла исчезнуть в любую секунду. Увидев её, Мура вскрикнула от ужаса.

Юбка Лии была пропитана кровью.

Беременна (1)

Как только Хабан нашёл Моргу, он без объяснений закинул колдуна на плечо и снова рванул вперёд с невероятной скоростью. Несмотря на то что его похитили посреди ночи, Морга не сопротивлялся. Выражения лица Хабана было достаточно, чтобы понять всё без слов.

На освещённой луной вилле в персиковом саду все ещё спали. Хабан взлетел по лестнице и промчался по коридорам, опустив Моргу перед дверью. И остановился, сжимая дверную ручку.

Хабан боялся.

Медленно он открыл дверь. Комнату освещали только лунный свет и тусклые масляные лампы. Внутри царила тишина, и Лия лежала в центре душного пространства. Её лицо было бледным, дыхание почти незаметным, тело неподвижным, словно кукла. Ишакан сидел рядом, сжимая её руки так, будто боялся, что она исчезнет, стоит ему отпустить.

Медленно он перевёл взгляд на Моргу. Яркое золото его глаз померкло.

— Она… истекала кровью… — произнёс король срывающимся голосом.

Сердце Морги дрогнуло. Подойдя к кровати, он наклонился и осмотрел Лию. Пульс был — слабый, но был.

Однако что-то показалось ему странным. Морга достал зелье и выпил его, затем наложил простое заклинание, чтобы обострить чувства. Его глаза вспыхнули, пока он продолжал осмотр.

Он не знал, как лучше объяснить. Разговор предстоял тяжёлый.

— Похоже, кровотечение вызвано средством для выкидыша, — наконец произнёс он.

Глаза Хабана, Генин и Муры расширились.

— Зн… значит… она была беременна… — отчаянно прошептала Мура.

Молча Морга кивнул, и все курканы замерли.

— К счастью, Лия и ребёнок в безопасности, — сразу добавил он.

Никто не обрадовался. Повисла тяжёлая тишина. Мура отвернулась, прикрыв рот рукой, и Хабан обнял её, закрыв глаза, пока она плакала. Генин лишь коротко кивнула.

— Это чудо, — заключил Морга. Средство для выкидыша было бы смертельно для любого обычного ребёнка, даже для курканского. Выжить мог только ребёнок Ишакана. — Но на чудеса рассчитывать нельзя. Нам нужно действовать иначе.

Состояние Лии было тяжёлым. Она плохо спала, плохо ела и неизвестно сколько времени принимала это средство. Удивительно, что её тело выдержало так долго. Видимо, она держалась лишь силой воли.

— Похоже, она отчаянно боролась, — продолжил Морга. — Возможно, сама того не осознавая, она инстинктивно пыталась защитить ребёнка. Я думаю… — он постарался говорить спокойно. — Думаю, лучше держать это в тайне от неё.

Она не помнила прошлого. Весть о беременности стала бы для неё сильнейшим потрясением, а она и без того была слишком слаба. Это могло навредить и ей, и ребёнку. К тому же Лия всё ещё была связана множеством заклинаний. Существовала опасность, что она расскажет Сердине о беременности.

В любом случае, свадьба была близка. Можно сохранить тайну до тех пор, а правду сообщить ей уже в пустыне. Морга прикинул сроки. В отличие от человеческих девяти месяцев, курканские дети рождались через восемь.

К счастью, ребёнок, похоже, сможет достичь стадии стабилизации.

— Сначала я приготовлю противоядие, — сказал Морга.

Ишакан не ответил. Морга помедлил, сжав губы, затем подал знак Муре.

— Я приготовлю для Королевы лёгкую еду, когда она проснётся, — быстро сказала она. — Что-нибудь щадящее.

Она осторожно потянула Хабана за рукав, а тот подтолкнул Генин.

— Мы… пока уйдём, — добавила Мура с нерешительностью.

Ишакан всё так же молчал. Он просто сидел, не сводя взгляда с Лии. Даже когда остальные курканы тихо вышли и закрыли дверь, он не сдвинулся с места, продолжая смотреть на свою королеву.

Беременна (2)

Лия стояла перед знакомой огромной железной дверью. Тяжёлая цепь и замок всё ещё были на месте. Дверь была плотно заперта. Как ей открыть её?

Даже если она найдёт ключ и откроет замок, как снять эту цепь? Как сдвинуть такую громадную дверь? Её тело было слишком слабым — задача казалась невозможной.

Пока она разглядывала дверь, изнутри раздался голос.

— Ты справляешься, Лия.

Она положила ладонь на холодное железо и почувствовала под кожей странный ледяной холод. Справляется? Правда ли это? Сможет ли она?

— Ты сможешь.

В этом ответе звучала абсолютная уверенность. Лия моргнула. Голос был её собственным, но в то же время совершенно другим — ярким, как солнечный свет.

Почему их голоса так отличаются? Второй голос тихо рассмеялся, словно услышал её мысли.

— Я понимаю. Ты всегда сомневаешься. Ты ставишь всё под вопрос.

При этих словах в её сознании возник образ. И как только она представила его, Лия по ту сторону двери заговорила вновь.

— Этот мужчина прав. Этот мужчина…

Но голос оборвался. Железная дверь внезапно исчезла, и чёрная пустота вокруг превратилась в бескрайнюю пустыню.

Золотой песок простирался до горизонта, как море. Лия огляделась в изумлении. Она никогда не была в подобном месте. Она не ожидала увидеть пустыню во сне.

Не веря происходящему, она пошла вперёд, мягкий песок щекотал босые ступни. Пройдя немного, она увидела небольшую лужицу крови, а в центре — крошечного волчонка.

Лия бросилась к нему. Он был весь в крови, израненный, покрытый шрамами. Маленькая пасть была изуродована. Зубы сломаны, будто он вцепился во что-то слишком твёрдое. Когти стёрты до крови.

Но он был жив.

Слышалось слабое дыхание, сердце билось ровно. Лия подняла волчонка на руки, и в груди у неё защемило.

— Прости… — прошептала она, не понимая, откуда берутся эти слова. — Я должна была защитить тебя… но не сделала достаточно…

Волчонок вздрогнул, открыл глаза и тихо заскулил.

Его глаза были ярко-золотыми.

Лия резко вдохнула. Эти глаза — как душа солнца и песка. Как глаза мужчины. Когда её пальцы осторожно коснулись кожи под этими глазами, раздался металлический скрежет.

…!

Её глаза расширились. Чёрные цепи ползли к ней со всех сторон, скользя по песку, как змеи. По коже побежали мурашки, дыхание перехватило. Это было страшно. Но она инстинктивно поняла: нужно спрятать волчонка. Если они останутся вместе, их обоих закуют.

Она вскочила, огляделась — вокруг был только песок. Нигде не спрятаться. А волчонок уже так изранен. Если его снова ранят, он может погибнуть.

И в этот момент страх исчез. Она собралась.

Подняв волчонка над головой, она наблюдала, как цепи приближаются. Когда они коснулись её ног, она закричала — высоким, леденящим криком.

— Нет! Нет!!!

Она изо всех сил пинала цепи, когда те пытались оплести её тело.

— Не трогайте его!

Жёсткое железо сомкнулось вокруг неё, разрывая мягкую кожу. Кровь потекла, как вода, но боли она не чувствовала. В голове была лишь одна мысль — защитить волчонка.

Но она была слишком слаба. Несмотря на отчаянные попытки, цепи обвились вокруг её тела.

Волчонок завыл, золотые глаза вспыхнули яростью. Выскользнув из её рук, он бросился на цепи. Сломанными зубами вцепился в железо, когтями рвал его.

Цепи дрогнули, отступая перед его яростью. Волчонок зарычал угрожающе, и чёрные звенья начали медленно отползать.

— Остановись! — голос Лии дрожал. — Ты и так ранен…

Свежие раны раскрывались, кровь текла по шерсти. Разрывая ткань своей одежды, Лия опустилась на колени и начала перевязывать его раны. Повязки быстро пропитались кровью, и тогда она наконец заплакала.

И вдруг раздался новый голос.

— Всё в порядке.

Волчонок смотрел на неё своими золотыми глазами.

— Я защищу тебя.

Лия проснулась.

Маленький волк (1)

Тот маленький волчонок оказался гораздо сильнее, чем она ожидала. Несмотря на тяжёлые раны, он яростно сражался, защищая её, и от этой мысли у неё сжималось сердце.

Это она должна была защищать его. Она должна была что-то сделать.

Смотреть, как крошечное существо с разбитой пастью и изодранными когтями бросается на цепи, истекая кровью, было невыносимо. Если бы это было возможно, она вернулась бы туда. Она не хотела оставлять волчонка одного.

Но вернуться она не могла.

Лия резко пришла в себя.

— ……

Медленно она открыла глаза. По щекам всё ещё катились слёзы. Эмоции сна не отпустили её. Она моргнула, слёзы начали стихать, и когда зрение прояснилось, она увидела перед собой золотые глаза.

Яркие золотые глаза цвета солнца и песка. Те же самые, что были у волчонка во сне.

Ишакан лежал рядом, обнимая её. Казалось, он находился в этом положении уже давно. Даже когда он понял, что она проснулась, он ничего не сказал. Его взгляд был прикован к ней, неподвижный, и в неловкой тишине Лия осторожно отвела глаза.

В комнате было темно. Похоже на спальню, но она не могла понять, день сейчас или ночь — все окна были закрыты плотными шторами.

Вдруг он мягко поцеловал её в лоб. Ишакан провёл рукой по её волосам, затем поднял её ладонь и нежно поцеловал каждый палец. По телу пробежала лёгкая дрожь, и лишь спустя мгновение она заметила, что на безымянном пальце ничего нет. Обручального кольца не было.

Она не спросила куда оно делось. Пока что она решила забыть обо всём: о подозрительных людях в капюшонах, о рыцарях, запершивших её на вилле, о фрейлинах, обо всём остальном. Сейчас она хотела думать только о мужчине перед ней.

Немного неловко она прижалась к нему. Раньше она хотела обнять его, но потеряла сознание. И спустя мгновение Ишакан тихо вздохнул и обнял её в ответ. Лия уткнулась лицом в его широкую грудь.

Она хотела доверять этому мужчине. И хотела защитить его.

Любой, кто услышал бы её мысли, счёл бы это нелепым. Лия прекрасно понимала свои ограничения — она мало что могла сделать для короля далёкой земли, другой расы, по ту сторону пустыни.

Если бы только она была такой же сильной, как курканы. Она была такой слабой. Такой хрупкой. Такой бесполезной.

Если бы она была сильнее, она смогла бы защитить волчонка. Маленького, с золотыми глазами.

— Мне приснился сон… — медленно произнесла она.

— Какой сон? — спросил Ишакан. Казалось, это был первый раз, когда он заговорил. Слыша его голос, она чувствовала себя так, будто всё ещё спит.

— Очень странный сон… там был маленький волк… — Его глаза чуть сузились, а Лия, глядя в золотые глаза, тихо добавила: — У него были такие же глаза, как у тебя…

— ……

Она осторожно провела пальцем по контуру его глаз. Точно такие же. И если подумать, в этом мужчине и правда было что-то волчье. Она даже представила Ишакана с волчьими ушами и невольно усмехнулась. Интересно, куда бы он их спрятал?

— Какого цвета была его шерсть? — спросил он.

— Серебристая, — ответила она, пытаясь вспомнить. Несмотря на кровь, она ясно видела цвет. — Серебристая.

— Серебристая шерсть?

Лия на мгновение замолчала.

— Волчонок защищал меня, — призналась она и рассказала, каким храбрым он был во сне. Как, истекая кровью, сражался с ужасными цепями, которые сковывали её.

Как она сама изо всех сил пыталась разорвать их.

И потерпела неудачу.

Маленький волк (2)

Пока она рассказывала, Ишакан молчал.

— Мне не нравится, что я оставила маленького волка одного, — сказала она, закончив. — Я так переживаю…

Стоило ей вспомнить, как она оставила детёныша, и к глазам снова подступили слёзы. Она и сама не понимала, почему в последнее время так часто плачет. Её чувства стали слишком сильными, слишком трудно управляемыми. Наморщив переносицу, она попыталась прогнать слёзы.

— Думаю, тебе не стоит волноваться, — спокойно сказал Ишакан.

— Но он был таким маленьким… и весь в ранах!

— Он не умрёт так просто, — ответил он с абсолютной уверенностью и положил ладонь ей на живот. — Особенно если защищает тебя.

В его голосе не было ни тени сомнения, и Лия удивлённо посмотрела на него.

— В нём моя кровь. Разумеется, он будет тебя защищать.

— ……?

Чем больше он объяснял, тем сильнее она запутывалась. Лия попыталась мысленно распутать эту странную загадку.

— Ты… можешь стать волком?

— Ты уже задавала мне этот вопрос, — он улыбнулся и нежно провёл пальцами по её щеке. — Но я не могу.

Она уже собиралась сказать, что никогда не думала о такой нелепости, но прикусила язык. Было очевидно, что с её памятью что-то не так, и она решила довериться его словам. Это был всего лишь сон — странный, бессвязный, — но он так её потряс, что было трудно думать о чём-то другом.

Поделившись этим с Ишаканом, она почувствовала облегчение, словно тяжесть спала с плеч. Он слушал её так серьёзно, уверил, что с волчонком всё будет хорошо. Казалось, он выслушает даже самую незначительную её тревогу. С ним ей казалось, что даже если её мысли разбросает по штормящему морю, он всё равно вернёт её домой.

— Спасибо, что пришёл помочь мне, — запоздало сказала она. Она не хотела даже представлять, что бы произошло, если бы его не было. Но он покачал головой.

— Это я должен благодарить тебя, — прошептал он, зарываясь лицом в изгиб её шеи. — Ты всё это терпела одна. Тебе было очень тяжело…

В его голосе звучало сожаление, но она не понимала, за что именно он извиняется. Она мягко погладила его по спине — её ладони были такими маленькими на фоне его широкой спины. Прошло некоторое время, прежде чем он снова заговорил.

— Спасибо, что выдержала до сих пор, — тихо сказал он.

И от этих простых слов мрак в её душе вдруг рассеялся. Лия моргнула, вспомнив то, что тревожило её прежде.

— Доктор… уже приходил?

— Да. Он осмотрел тебя.

— И что он сказал? — она ведь просила помощи именно из-за той мучительной боли внизу живота. — У меня в последнее время болит живот…

— В последнее время?

— Да… с тех пор как я начала пить чай, который она мне дала…

Глаза Ишакана стали ледяными.

— Его дала тебе королева, — произнёс он с такой убийственной холодностью, что даже перед Лией не смог её скрыть. Ей стало страшно, и она ответила не сразу.

— Д-да… королева-мать…

— Надеюсь, она готова к последствиям, — холодно сказал он, а затем взглянул на неё, словно только сейчас осознал, что пугает её. В тот же миг он взял себя в руки. — Всё хорошо, Лия. Тебе больше не нужно его пить.

Он мягко провёл ладонью по её волосам, успокаивая.

— А те люди? — спросил он. — Есть кто-то, кого ты подозреваешь?

Лия задумалась. Были дворяне, с которыми у неё случались конфликты, но никто из них не осмелился бы на подобное. Когда она расширила круг подозреваемых, остался только один человек.

Леди Мираэль.

В последний раз Лия спасла её от ярости Блейна. Но Мираэль не проявила ни капли благодарности.

Теперь Лия не собиралась проявлять милосердие. Она не намеревалась быть снисходительной к неблагодарной женщине. Тем более учитывая ту жестокость, которую та готовила для неё…

— Думаю, это была леди Мираэль, — прямо сказала она, решив ответить ударом на удар. Кратко она объяснила, что Мираэль — наложница Блейна и ненавидит её. Ишакан слушал молча.

— Ах… леди Мираэль, — повторил он её имя и улыбнулся.

Предупреждение (1)

Интонация его голоса была такой пугающей, что Лия невольно вздрогнула. Но постепенно холодная, убийственная аура рассеялась, и лишь когда он окончательно взял себя в руки, он заметил её тревогу.

— Тебе больно? — спросил он, встревоженно. В его мягком голосе уже не осталось ни следа той ярости.

— Немного холодно, — солгала она, придумывая оправдание вместо правды.

Ишакан стянул с себя тунику, притянул её к себе и укрыл одеялом, согревая своим телом.

Теперь она точно не могла сказать, что мёрзнет — стало даже жарко, так что на коже выступила испарина. Но ей нравилось быть в его объятиях, поэтому она лишь крепче прижалась к нему, и они тихо разговаривали, довольные близостью друг друга. Они не говорили о будущем. Достаточно было просто быть рядом и говорить о пустяках.

Слушая его голос, Лия снова почувствовала сонливость и вскоре заснула прямо посреди разговора.

И потому не увидела, как добрые золотые глаза вновь стали холодными и яростными.

Лия спала долго и проснулась только тогда, когда солнце уже клонилось к закату. Прошли почти сутки с тех пор, как она уснула. Ей понадобилось мгновение, чтобы понять, что она всё ещё находится на вилле в персиковом саду.

Атмосфера дома изменилась полностью.

Раньше в воздухе стоял лёгкий запах сырости, теперь же комнату наполнял приятный аромат. Тяжёлые шторы были распахнуты, и вечерний свет свободно струился через окна, разгоняя прежнюю мрачность. На столе стояла золотая курильница, источавшая сладковатый свежий дым. Лия некоторое время лежала, вдыхая аромат, прежде чем подняться.

Как только она пошевелилась, дверь открылась. Лия удивлённо посмотрела на вошедшую — это была незнакомая курканка. Она ожидала увидеть одну из своих служанок.

— Наконец-то ты проснулась, — улыбнулась женщина с загорелой кожей и длинными волосами, собранными на затылке. — Я Мура. Это уже второй раз, когда я представляюсь тебе.

Значит, она из тех людей, что связаны с её утраченными воспоминаниями. Лия попыталась найти хоть что-то в памяти, но там было пусто. Она опасалась, что Мура расстроится, однако женщина ничуть не выглядела огорчённой. Она лишь мягко усадила Лию обратно на постель и протянула ей маленький стакан.

— Выпей, — сказала она. — Морга вложил в это зелье все свои силы. Оно поможет вывести токсины из твоего тела.

Лия выпила всё до дна, а затем Мура принесла ужин. У Лии отвисла челюсть.

Подносы в руках Муры выглядели так, будто их приготовили для двадцати человек, но всё это предназначалось ей одной. Поставив перед ней небольшой поднос, Мура начала раскладывать блюда, и Лия, подтянув одеяло, принялась есть.

На днях она уже пробовала курканскую кухню, и та оказалась настолько вкусной, что с тех пор ей хотелось ещё. Мура с явным удовольствием наблюдала, как Лия ест каждый кусочек, и от этого есть становилось только легче. Когда Лия опомнилась, она поняла, что съела в три или четыре раза больше обычного.

Казалось, если она сделает ещё один глоток, её желудок лопнет. Лия отложила приборы.

— Где Ишакан? — спросила она, пытаясь отвлечь явно разочарованную женщину.

— Ну… Ишакан вышел вместе с другими. Вероятно, вернётся завтра. Все были очень злы, — добавила Мура с улыбкой, хотя в её глазах сверкнула ледяная ярость. — Им пришлось быть терпеливыми слишком долго.

Лия не могла представить, почему они так злы. Пока она размышляла, глаза Муры вдруг расширились.

— Ох! Я же не принесла тебе сладости!

Мура поспешно выбежала и вскоре вернулась с ещё одним подносом, переполненным изящными десертами.

— Это баклава, — пояснила она, рассказывая, что десерт состоит из тончайших слоёв теста с измельчёнными орехами и сиропом из мёда и лимона. Сладость была очень насыщенной, но идеально сочеталась с чашкой горячего чая, который Мура для неё заварила. Курканка с удовлетворением наблюдала, как Лия ест с явным аппетитом.

— Тебе нужно только отдыхать и ждать, — сказала она.

Лия посмотрела в окно, попивая чай, наблюдая, как небо постепенно темнеет.

Похоже, впереди была долгая ночь.

Предупреждение (2)

Колдуны верили, что могут обрести духовную силу, съев сердце.

Морга не любил этот способ. От поедания сердца животного его выворачивало, а заклинания, сотворённые таким путём, наполнялись мрачной, тяжёлой духовной энергией. Но даже Томари могли получить силу таким образом, и у него не было выбора. Иного способа быстро сотворить мощное заклинание не существовало.

«……»

Морга с отвращением смотрел на блюдо перед собой. На тарелке лежало красное сердце чёрной коровы, приправленное по его просьбе множеством специй. Но сколько бы специй ни добавили, это всё равно было коровье сердце. Его нельзя было приготовить. Его нужно было есть сырым.

Долго глядя на него, Морга наконец взял нож и вилку. Он не мог просто впиться в него зубами, поэтому разрезал на куски и, стараясь отвлечься, медленно жевал, проглатывая по кусочку за раз.

Произошли два чуда. Первое — зачатие ребёнка в теле, которое должно было быть бесплодным. Второе — выживание этого ребёнка после повторного и длительного воздействия средств, вызывающих выкидыш.

Больше чудес ждать нельзя. Морга знал: права на ошибку нет. Он обязан сделать всё, что в его силах.

Когда с сердцем было покончено, он тяжело вздохнул и сел внутрь заранее начерченного магического круга, лицом вперёд.

Перед ним сидели десятки курканов.

В темноте их глаза светились, жадно ожидая начала. В этом было что-то пугающее.

Чёрный дым поднялся, когда Морга направил духовную силу в магический узор. Дым разошёлся наружу, устремился к курканам и впитался в их тела. Морга вытер окровавленные уголки губ платком и заговорил:

— Заклинание продержится до восхода солнца.

Генин, стоявшая впереди остальных, кивнула.

— Этого достаточно.

Заклинание скроет курканов от глаз королевы. Убедившись, что приготовления завершены, Хабан отправился к Ишакану.

— Ишакан!

Их король стоял, прислонившись к стене, и курил сигару, но его глаза сияли ярким золотом, не тускнея от дыма. Ему не нужно было говорить. Не требовалось приказов. Когда момент настал, он лишь кивнул и отбросил окурок.

Курканы знали, чего хочет их король. Нечеловеческие тени двинулись в глубине ночи.

В роскошном особняке в самом дорогом квартале столицы Эстии новая хозяйка растянулась на постели, пьяно улыбаясь.

Она купила этот дом на взятку, полученную за положение королевской фаворитки, а до этого пировала в другом особняке с местной знатью. Было выпито много вина, но ей оказалось мало. Вернувшись домой, она открыла ещё одну бутылку и продолжила одна.

Она была в настроении праздновать. Леди Мираэль громко рассмеялась.

— Та женщина была такой надменной. Посмотрим, как она сохранит достоинство, когда те ублюдки закончат с ней.

Мысль о том, как принцесса Лия будет рыдать и дрожать после их «работы», возбуждала её. А ещё приятнее было знать, что Лия не сможет никому пожаловаться. Ей придётся скрывать собственное изнасилование.

Возможно, завтра Мираэль даже нанесёт принцессе визит. Она улыбнулась, предвкушая, как будет насмехаться над ней.

«……»

Но, несмотря на сладкие фантазии, её улыбка постепенно угасла. Внезапно её охватило тревожное чувство, хотя она не понимала почему.

Мираэль накинула на себя одеяло. Ей показалось, что стало холоднее. Встав с кровати, она схватила маленький колокольчик на столике и резко позвонила. Служанки поспешили к ней, удивлённые внезапным вызовом.

— Приведите всех рыцарей!!! — закричала она.

Служанки в панике выбежали звать рыцарей и наёмников, которых она наняла для охраны особняка. Среди них были и те, кого она отправила в персиковый сад.

Инстинкты Мираэль были неплохи, но не безупречны. Нервно бродя по спальне в ожидании рыцарей, она внезапно замерла.

Почему так тихо?

Она подняла тревогу. В особняке должна была начаться суматоха. Здание, где жили рыцари, находилось совсем рядом. К этому моменту она уже должна была услышать шаги. Но стояла тишина. Осторожно Мираэль приоткрыла дверь.

— Ааааа!!!

Она в ужасе отшатнулась и упала на пол. Коридор был усеян обезглавленными телами рыцарей, которых она вызвала. Осознав, что видит, она потеряла сознание.

Хабан появился из тени, засунул её в большой мешок, а Генин закинула её бессознательное тело себе на плечо.

Ишакан стоял один в безмолвном коридоре и поднял к губам зажжённую сигару окровавленной рукой.

— …Первая, — произнёс он, и слово растворилось в клубах дыма.

Предупреждение (3)

Сердина не могла уснуть. Глубокой ночью она сидела в своей комнате в изящной ночной сорочке и пила вино. Фрейлины спали, поэтому она наливала себе сама — прозрачный бокал был наполнен вином, красным как кровь. Обычно она пила медленно, наслаждаясь ароматом, но сегодня осушала бокал одним глотком.

Она хотела опьянеть, но, несмотря на алкоголь, её разум оставался ясным.

Сердина поднялась и поставила бокал на стол. Пройдя через просторную комнату, она раздвинула шторы и распахнула окна, затем села на подоконник. В тихой ночной тишине она холодным взглядом смотрела на королевский дворец.

Эстия лежала у неё на ладони, но этого было недостаточно. Её амбиции не ограничивались маленьким королевством.

Свадьба Блейна станет началом расширения. Она будет свергать другие страны одну за другой, пока весь континент не окажется у её ног… если Блейн выполнит свою роль.

Но Блейн вел себя не так, как она ожидала.

Лия, Лия, Лия…

Сердина нервно повторяла имя. Если бы эта девушка была послушной, Блейн оставался бы спокойным. Свадьба стала бы триумфом. Варвары могли быть досадной помехой, но в конце концов ничего бы не добились.

Я теперь бог.

Сердина улыбнулась, наслаждаясь прохладным ночным ветром. Но через мгновение нахмурилась.

— Не припомню, чтобы приглашала гостей, — вздохнула она и с лёгкой улыбкой повернула голову. — Почему король Куркана решил навестить меня среди ночи?

В комнате за её спиной появилась высокая фигура. Когда облака рассеялись, лунный свет упал на мужчину, слившегося с тьмой, словно тень. Его бесстрастное лицо было холодным, как сталь.

Сердина ожидала встречи с ним до свадьбы, но этот визит оказался неожиданным. Он выглядел так же, как в первый раз в Эстии. Тот же надменный взгляд. Сердина облизнула губы.

— Мужчина, входящий ночью в спальню женщины, может означать лишь одно… — медленно раздвинув ноги, она позволила ночной сорочке соскользнуть, открывая бёдра. — У меня никогда не было фантазий о спаривании с зверями, но раз ты король, думаю, стоит попробовать хотя бы раз.

Ишакан ничего не ответил. Он медленно приблизился к улыбающейся Сердине — и внезапно раздался удар. Её щёку пронзила вспышка боли, а в комнате прозвенел звук пощёчины.

«……!»

Её голова ударилась о раму окна, звук эхом разнёсся по комнате. Щёка горела, но она не успела даже среагировать, как Ишакан снова поднял руку и ударил её по другой щеке, сбивая на пол.

— Ааа!!!

Она не успела осознать боль, как его огромная рука схватила её за волосы, подняла и грубо встряхнула. Сердина царапала его ногтями, но не могла повредить его коже.

Однако после первого ужаса она взяла себя в руки. Она вела себя как обычный человек, как беспомощное насекомое. Но она не была им. Поздно вспомнив о своей силе, она вызвала чёрный дым, который вихрем закружился вокруг неё, разделился на нити и устремился к Ишакану.

Ничего не произошло. Чёрный дым прошёл сквозь его тело, не коснувшись его. Её челюсть отвисла.

— Почему…?

Ишакан лишь криво улыбнулся. Она была потрясена. С тех пор как стала колдуньей, она не чувствовала себя такой беспомощной.

«……»

Сердина стиснула зубы. Чёрный дым густо заполнил комнату, поднялся ураганный ветер, опрокидывая предметы. Но даже когда вещи разбивались и летели в него, на мужчине не появилось ни царапины.

Ветер стих. Чёрный дым рассеялся.

Она не могла поверить. Сердина смотрела на него дрожащими глазами, когда он легко поднял её за волосы так, что её ноги повисли в воздухе. Она вскрикнула от боли, чувствуя, будто кожа головы сейчас оторвётся. Если она дёрнется, может потерять все волосы. Она кричала, но не смела шевелиться.

— Слушай. — Зверь смотрел на неё золотыми глазами, и её рот сам собой закрылся. — Я оставлял тебя в покое, потому что это было необходимо.

Его предупреждение было холодным и ясным.

— Не зли меня снова.

Предупреждение (4)

Ишакан разжал пальцы.

Сердина рухнула на пол. Всё её тело дрожало от страха, но губы были сжаты так крепко, словно их зашили.

— Я сделал твоему сыну подарок.

«……!»

Сердина резко вскинула голову.

— В следующий раз предупреждением не ограничусь, — прошептал Ишакан, глядя на неё сверху вниз. — Не ошибись, королева-мать.

И это было всё. Король варваров исчез так же бесшумно, как и появился. Сердина долго лежала неподвижно, пытаясь прийти в себя.

Затем вскочила и выбежала из комнаты, всё ещё в одной тонкой ночной сорочке.

Едва оказавшись в коридоре, она застыла, словно каменная статуя, зажав рот рукой.

Томари свободно разгуливали по дворцу под её покровительством. Они притворялись слугами и подтачивали порядок дворца изнутри.

Но теперь её кровные собратья лежали мёртвыми. Их тела были изуродованы так, будто их разорвал зверь.

— …Блейн, — выдохнула она, глядя на бойню.

Она даже не остановилась, чтобы надеть обувь. Босиком она бросилась через главный дворец. Слуги в ужасе расступались, видя, как обычно величественная королева-мать мчится по коридорам с безумным выражением лица. Одним взмахом руки она рассеяла их, и их взгляды сразу стали пустыми.

Пробежав длинный коридор, она достигла покоев Блейна. Из-под двери сочился густой запах крови.

Дрожа, она распахнула её.

Это было ещё страшнее, чем в её собственных покоях. Тёмная комната превратилась в кошмар: по полу были разбросаны десятки отрубленных голов. Большинство принадлежали мужчинам с короткими волосами, но вдруг её взгляд зацепился за длинные золотистые пряди…

Шея была так изуродована, словно голову вырвали руками. Кровавые светлые волосы рассыпались по полу. Прекрасное лицо было искалечено почти до неузнаваемости, но Сердина знала, кто это.

Леди Мираэль.

Искажённое выражение её лица застыло в агонии. Сердина тяжело дышала, повернувшись к изножью кровати, где стоял Блейн.

— …Мама.

Как безумная, она бросилась к нему, спотыкаясь о головы, и обняла своего драгоценного сына. Он был невредим. На нём не было ни царапины. Почти лишившись сил от облегчения, она коснулась его лица, но Блейн холодно оттолкнул её руку.

— Что ты наделала?

«……»

Блейн схватил её за ворот ночной сорочки.

— Что, чёрт возьми, ты наделала!?

Она молчала, и он бессильно тряс её.

Луна той ночью была необычайно яркой, и её свет падал на головы мёртвых.

Лия не могла уснуть. Мысли переполняли её. Долго ворочаясь в постели, она в конце концов сдалась.

Наверное, дело было в том, что Ишакана не было рядом. Пока он был с ней, она не думала о реальности. Хотя она решила бежать, разорвать связь с Эстией было не так просто.

Лия оглядывалась назад.

Что стало с рыцарями и фрейлинами…?

Похоже, их не убили, но она не знала, что с ними случилось. И хуже всего — в её мыслях снова возник Блейн. Пока рядом был Ишакан, она вовсе не думала о нём. Но стоило Ишакану уйти, как Блейн вновь вторгся в её сознание.

Разум упрекал её за содеянное. Ещё не поздно. Ещё можно всё исправить.

Лия ходила по комнате, пытаясь отогнать навязчивые мысли.

«……!»

Вдруг кто-то обнял её сзади, заставив вздрогнуть. Но тепло мгновенно успокоило её.

— Ишакан.

Она повернулась и встретилась с его золотыми глазами, зрачки которых были широко расширены. Её собственные глаза распахнулись.

— …От тебя пахнет кровью.

Он лишь крепче прижал её к себе, будто не услышал.

— Ты ранен? — спросила она, отстраняясь и пытаясь рассмотреть его.

— Никогда, — улыбнулся он. — Ты единственная, кто спрашивает, ранен ли я.

Бесполезно было расспрашивать, откуда на нём запах крови. Она уже слышала, что природа курканов дика, звериная. Для них проливать кровь и лишать жизни — естественно.

Но она не верила, что он запятнал руки без причины. Лия невольно задумалась, кого он мог убить… и почему.

— Просто… — медленно начал Ишакан и лукаво улыбнулся. — Я преподал нескольким плохим людям урок.

Сомнения (1)

Почему-то Лии казалось, что если Ишакан решит проучить злодеев, он способен уничтожить зло во всём мире. Но она не стала задавать лишних вопросов. Он явно не горел желанием рассказывать подробности.

Ей это не нравилось, но и любопытство было не настолько сильным, чтобы настаивать. Всё-таки он был королём Куркан. Наверняка существовало много вещей, которые он не мог ей объяснить.

— Как насчёт того, чтобы принять ванну вместе? — спросил Ишакан и укусил кончик её носа. — Твой муж сегодня много работал.

Лия вздрогнула от лёгкой боли.

— Ванну? — одна мысль о том, чтобы войти в воду вместе с ним обнажённой, заставила её покраснеть. Она отвела взгляд. — Но горячая вода…

— Не волнуйся об этом.

Ишакан поднял её на руки и направился в ванную. Как можно принять ванну без воды?

— Мура постаралась, — сказал он, подходя к мраморной ванне, уже наполненной водой.

Лия всё ещё нервничала, думая, что ей придётся раздеться, но неожиданно этого не произошло.

Ишакан усадил её на край ванны, не снимая ночной рубашки, так что в воду погрузились только её ноги. Тёплая вода приятно закружилась вокруг икр. Рядом Ишакан спокойно начал раздеваться.

Она не ожидала, что он сделает это так просто. Лия не знала, куда смотреть, пока его одежда падала на пол, и он полностью обнажённым вошёл в ванну. Его тело было словно высечено из камня, мускулы двигались плавно и гармонично. Их взгляды случайно встретились.

Ишакан погрузился в воду с лёгкой улыбкой, откидывая мокрые волосы назад и открывая высокий лоб.

— Всё ещё чувствуешь запах крови? — спросил он, опираясь руками на края ванны.

Лия покачала головой.

— В последнее время я стала чувствительна к запахам, — сказала она, и его глаза сузились.

Пар заполнил комнату. Лии стало жарко, и она провела тыльной стороной ладони по лбу. Его золотые глаза задержались на её покрасневших щеках, затем скользнули к ночной рубашке, прилипшей к телу от влажного воздуха.

С запозданием Лия поняла, насколько неприлично выглядит. Сквозь тонкую ткань отчётливо проступали затвердевшие соски. Конечно, он уже видел её обнажённой, но всё равно было неловко.

— Что стало с моими рыцарями и фрей… ах!

Она вздрогнула, когда его ноги коснулись её ступней. В этом не было ничего предосудительного, но она так нервничала, что даже это её поразило. Ишакан тихо рассмеялся, чувствуя, как её пальцы поджались.

— Они пока в другом месте. Скоро мы отправим их обратно во дворец.

Прикосновение щекотало, и Лии вдруг стало очень жарко, когда он начал играть с её пальцами ног. Она прикусила губу.

— Давай вернёмся в пустыню, Лия, — сказал он, поймав её ступню и поцеловав её. Она поймала себя на том, что задержала дыхание. — Уедем, как только рассветёт.

Он улыбался, как ребёнок.

— Тебе понравилась пустыня с первого взгляда.

Лия вспомнила золотые пески, тянущиеся словно море. Будет ли там так же красиво, как в её сне? Ей хотелось почувствовать мягкий песок босыми ногами.

Но вдруг её посетила тревожная мысль. Она осторожно убрала ногу из его руки.

— Почему ты не увёз меня с собой с самого начала? — спросила она. Этот вопрос давно мучил её. Если она действительно его жена, он должен был забрать её в тот день, когда они встретились.

Но Ишакан лишь горько улыбнулся.

Сомнения (2)

— Потому что на тебе заклятия.

— ……

— Заклятия, которые заставляют тебя забыть меня… и забыть всё остальное.

Он сказал это тихо. Но, как и запах крови, исходивший от него после того, как он «проучил плохих людей», он не смог скрыть свою боль, даже стараясь сделать вид, что всё в порядке.

— Но теперь это уже не важно.

Он объяснил, что из-за сложной природы заклятия лучшим решением казалось оставить её в Эстии до тех пор, пока она не вернёт воспоминания. Он собирался ждать. Если бы он увёз её раньше, существовал шанс, что она никогда его не вспомнит.

Но теперь он был готов рискнуть.

Лия вспомнила его слова о том, что ему всё равно, если она любит другого, что даже тогда он хочет сбежать вместе с ней. Она не понимала, почему он так предан ей. Неужели она действительно вышла за него замуж в период, который не помнит?

Воспоминания…

Она вспомнила баронессу Синаэль, плачущую перед ней. Платье женщины было аккуратным, но старомодным, рукава изношены по краям. Она явно нуждалась в деньгах, но всё равно отказалась от оплаты, предложенной Ишаканом.

Лия знала, как трудно отказаться от денег, когда они действительно нужны. Это означало, что баронесса искренне предана ей. Они должны были провести вместе много времени, чтобы возникла такая связь.

Но Лия этого не помнила. И теперь существовала вероятность, что она потеряет эти воспоминания навсегда. Она не была уверена, что это правильное решение. Но она любила Ишакана настолько, что была готова сбежать с ним и оставить всё позади, даже титул принцессы Эстии. Она действительно любила его, вопреки всякому разуму.

Мысли о Блейне всё равно всплывали. Она не понимала, почему не может забыть его. Будто между ними существовали цепи, которые не позволяли отпустить.

Её лицо стало серьёзным, и она провела рукой по щеке, делая вид, будто вытирает пот. Она не хотела, чтобы Ишакан понял, о ком она думает.

— …Лия.

Ишакан был очень проницателен. Вздохнув, он потянул её в ванну. Её тело погрузилось в тёплую воду, серебряные волосы расплылись по поверхности.

— Всё в порядке, — сказал он, усаживая её себе на колени и проводя тёплой ладонью по её щеке. — Мне всё равно, о чём ты думаешь…

Лия поцеловала его. Через некоторое время она отстранилась и прошептала этому человеку, который, казалось, понимал всё:

— Я хочу забыть… Это очень тяжело…

Слова оборвались внезапным глубоким поцелуем Ишакана. Его горячее дыхание смешалось с паром ванной комнаты.

— Ах, Ишакан…

Она прижалась к нему, будто он был её убежищем. Прижавшись к его коже, она могла хотя бы ненадолго забыть Блейна. Но она знала лучше всех, что это лишь временно.

На следующий день Лия открыла глаза на рассвете, проснувшись от нестерпимой головной боли.

Она держалась за голову, когда увидела Ишакана в дверях, стоящего со скрещёнными руками и одетого лишь в кусок ткани на бёдрах. За открытой дверью стоял Хабан с напряжённым лицом.

— Король Эстии прибыл с рыцарями.

Лия попыталась сделать вид, что ей всё равно. Но не смогла. Сердце внезапно забилось быстрее, а в голове вспыхнули воспоминания. По логике и разуму именно Блейна она должна была любить. Именно его она помнила.

Головная боль усилилась, и Лия подавила стон. В нос ударил слабый запах гари. Откуда он? Этот вопрос отвлёк её настолько, что она услышала раздражённый голос Хабана:

— Ты поджёг персиковый сад?

Трудный выбор (1)

Лия не думала, что Блейн отпустит её так просто. Она знала, что он способен на всё. Но даже так она не ожидала подобного.

Лия была на вилле, и всё же он поджёг окружающий персиковый сад, прекрасно понимая, что подвергает её опасности.

Ишакан цокнул языком.

— Раздражает.

Он мельком оглянулся, наклонился и поцеловал Лию в лоб.

— Ты проснулась.

Её взгляд всё ещё был немного затуманен, и она кивнула.

— Мура, — позвал Ишакан.

В его голосе не было ни тревоги, ни спешки. Мура выглянула из-за Хабана и улыбнулась, встретившись глазами с Лией. Курканка была так же спокойна, как и её король.

— Ничего серьёзного, не волнуйся, — добавил Ишакан, накидывая на себя халат и велев Муре остаться с Лией, пока он уходит вместе с Хабаном.

— Здесь плохой воздух, — заметила Мура, быстро помогая Лии переодеться. — Лучше подождать Ишакана где-нибудь в другом месте.

Она дала Лие влажный платок, чтобы прикрыть нос, и они вышли. Но, проходя по коридору, Лия внезапно остановилась у окна.

— …Лия?

К вилле приближались рыцари. Перед домом собирались курканы. Чёрный дым от горящих персиковых деревьев поднимался в небо, пламя разносилось ветром во все стороны. Скоро огонь окружит их.

Им нужно было уходить.

Но никто не выглядел встревоженным. Никто не собирался бежать. Увидев Ишакана перед курканами рядом с Хабаном и Генин, Лия поняла, что не может просто уйти.

— Лия!

Не раздумывая, она повернула обратно, и Мура лишь на мгновение замешкалась, прежде чем последовать за ней.

— Понимаю… она не станет спасаться, оставив мужа в огне… — пробормотала Мура.

Они поспешили вниз. Когда женщины вышли к входу, обе стороны уже заняли позиции для боя.

Рыцари Эстии в серебряных доспехах стояли строем. На их лицах не было страха, хотя пламя почти касалось их пят. Вернее, на их лицах не было вообще никаких эмоций. Их глаза были пустыми, словно у игрушечных солдат.

Позади них на белом коне стоял Блейн, с луком за спиной и мечом в руке, наблюдая за горящим садом равнодушным взглядом.

Зелёные листья и незрелые плоды уже превратились в пепел. Деревья стонали и падали, охваченные огнём. Казалось, сама сцена предвещает конец.

Блейн поджёг сад, несмотря на то, что Лия всё ещё была здесь. Его взгляд скользнул от пылающих деревьев к курканам.

Они тоже были готовы к бою. В их глазах отражалось пламя, зрачки расширены. Ни капли страха, только ожидание.

Стоило кому-то подать сигнал, и они ринулись бы в атаку.

Первым заговорил Ишакан.

— Судя по твоему появлению, подарок прошлой ночью тебе понравился, — сказал он, наклонив голову.

Глаза Блейна сузились. Он смотрел на Ишакана, пока не заметил что-то позади него.

Лия стояла в дверях.

Стоило их взглядам встретиться, как её головная боль усилилась настолько, что она едва удержалась на ногах и была вынуждена опереться на Муру. Ишакан нахмурился, заметив, как она побледнела.

— Как такой грязный дикарь смеет желать принцессу?! — яростно крикнул Блейн.

— А тебя это волнует? — спокойно ответил Ишакан. — Ты ведь не благородных кровей. Разве не течёт в твоих жилах кровь томари?

Лицо Блейна исказилось. Ишакан улыбнулся, глядя на его ярость.

— Давай. В этот раз я оторву тебе голову.

— ЗАТКНИСЬ!!! — закричал Блейн и жестом приказал рыцарям.

Они вытащили вперёд двух связанных мужчин и бросили их на землю.

Граф Вальтейн и министр Лоран.

— Принцесса! — вскрикнули они.

Блейн поднял меч и вонзил его в бедро графа Вальтейна.

Трудный выбор (2)

— Ааа…!

Граф Вальтейн рухнул на землю, алая кровь разлилась по траве. Лия затаила дыхание, наблюдая за этим.

— По одному, Лия. Сначала Вальтейн, затем Лоран, потом рыцари… — улыбка Блейна была жестокой. — А в конце я убью себя.

Он был не в себе. Лия смотрела на него, бледнея, пока он размахивал окровавленным мечом и внезапно закричал в безумии:

— Я убью себя, Лия! Мужчина, которого ты любишь, умрёт!

В её ушах раздался гул, будто грохот цепей. Головная боль стала невыносимой, она закрыла уши руками и затрясла головой. И вдруг почувствовала, как чьи-то руки обнимают её.

Медленно открыв глаза, она увидела золотые глаза, и слёзы покатились по щекам.

— Ишакан… — она должна была спросить. — Если я покину Эстию, я ведь не верну память, да?

…

Ишакан молчал, но его золотые глаза потемнели. Сердце Лии сжалось.

Её взгляд скользнул к пламени за его плечами, к Блейну с окровавленным мечом и к перепуганным Вальтейну и Лорану. Она не хотела идти к ним. Одна мысль о дворце с людьми с пустыми, кукольными глазами душила её. Ей хотелось забыть всё и сбежать в пустыню вместе с Ишаканом.

Но если она убежит, её люди будут жить так до конца своих дней. Она не смогла бы жить, постоянно думая о тех, кого оставила.

И она вспомнила запертую дверь.

Она всё ещё не нашла ключ. Если убежит сейчас, никогда не откроет её. Всё останется как есть, и она так и не узнает, что скрывается за ней. Маленький волчонок из её сна рисковал жизнью, сражаясь с цепями, которые связывали её. Бежать было бы трусостью.

И она вспомнила слова голоса за дверью.

Я смогу… нет, я должна.

Лия собралась с духом и посмотрела на Ишакана. Его челюсть уже была напряжена, зубы стиснуты. Он знал, что она скажет.

— …Лия.

Она произнесла слова, которые он не хотел слышать.

— Я не могу уйти одна.

Его голос прозвучал сдавленно:

— Нет, Лия…

Лия жила спокойной жизнью. Безмятежное детство, встреча с любовью всей жизни, скорый брак. И вдруг на этом гладком пути появился он, словно камень.

Если бы она никогда не встретила Ишакана, её жизнь не была бы плохой. Она стала бы королевой Эстии, поддерживая Блейна. Что связывало её с королём Куркана? Почему её так тянуло к нему? Ради него она готова была отказаться от титула, первой любви и всего, что имела.

— Я забыла тебя.

Она смотрела ему прямо в глаза. Когда память вернётся, она поймёт, почему её сердце путает Блейна и Ишакана. Найдёт ответ.

— Я вернусь к тебе. Поэтому сейчас…

Она тихо попросила:

— Отпусти меня.

Долгое молчание.

— Ты всегда испытываешь моё терпение, — наконец сказал он. Его голос звучал спокойно, словно вокруг не было ни огня, ни строя рыцарей с мечами, ни запаха крови. Он мягко коснулся её лица, стирая слёзы.

— Я никогда не терпел поражений. Но перед тобой устоять не могу.

Странно было слышать от него это слово. Возможно, впервые в жизни он признал поражение. Его золотые глаза встретились с её холодно.

— У тебя будет немного времени. В день свадьбы я приду за тобой. На этот раз это не будет похищением невесты. Я заберу свою жену.

Его большая ладонь сжала её подбородок, когда её глаза расширились.

— Я не позволю тебе отказаться. Даже если ты будешь плакать и умолять, Лия, я никогда тебя не отпущу.

Причины (1)

Уходя, Лия оглянулась и увидела, что его золотые глаза продолжают следить за ней, даже когда Блейн схватил её за запястья и усадил перед собой на коня. В сопровождении рыцарей они помчались через сад. Огонь уже разгорелся широко, но кое-где пламя ещё не успело добраться.

За пределами сада их ждала карета. Слуги укутали Лию в плед и усадили внутрь. Её пальцы дрожали, когда она вцепилась в ткань. Стоило дверце закрыться, как карета тронулась, и Лия приникла к окну, не отрывая взгляда от пламени, взметающегося к небу.

Она знала, что Ишакан не пострадает. И всё же не могла отвернуться. Она беспокоилась о нём. Он мог удержать её силой, мог не отпускать, но отпустил. Ишакан всегда уважал её волю.

— Лия.

Она вздрогнула и отвела взгляд от окна. Блейн сидел рядом. Он глубоко вдохнул, прежде чем заговорить.

— Что Леди Мираэль сделала с тобой?

Её сердце забилось быстрее. Какая-то часть её автоматически отзывалась на его близость, но теперь она была уверена: то, что она чувствовала к Ишакану, было совершенно иным.

— Ответь! — выкрикнул Блейн.

Лия посмотрела на него холодно.

— Если я не отвечу, ты ударишь меня?

— Ты…!

— Или снова будешь угрожать убить кого-то, чтобы заставить меня подчиниться? Или угрожать убить себя?

Он схватил её за запястье, но она вырвала руку.

— Отпусти.

Он уставился на свою ладонь, затем на Лию. Её лицо было холодным и бесстрастным. Он закусил губу так сильно, что выступила кровь, но теперь её это не ранило.

— Свадьба… если свадьба состоится…

Лия отвернулась и закрыла уши. Она не хотела слышать его бормотания. Снова взглянула в окно. В замкнутом пространстве кареты рядом с Блейном ей было душно. Она не могла поверить, что когда-то хотела быть рядом с ним.

Карета ехала долго. Вдалеке показался дворец. Она видела его сотни раз, но теперь он казался чужим. Без садов и зелени он больше не выглядел прекрасным — он казался мрачным и холодным.

Даже несмотря на то, что она выросла там, это место больше не было её домом. Когда её тюрьма приблизилась, она подумала: Я найду способ вернуться к нему.

Хабан смотрел, как Лия уходит. Это было её решение, но она оглядывалась не раз.

Рыцари Эстии поспешили следом за ней и королём Блейном. Огонь ревел всё сильнее, персиковые деревья падали вокруг. Если курканы не уйдут, их поглотит пламя.

Но они не двигались. Они ждали приказа своего короля.

Ишакан всё ещё смотрел туда, где исчезла Лия. Он даже не шелохнулся, когда Хабан подошёл к нему.

— Ты знал?

Вопрос сорвался вместо предупреждения об огне. Золотой взгляд медленно переместился на Хабана. Вокруг всё сияло в огне, но его глаза были тёмными, словно не отражали света.

— Ты знал, что Лия уйдёт?

Губы Ишакана едва заметно дрогнули.

— Почему ты так думаешь?

— Это единственная причина, по которой ты оставил их в живых.

Король не ответил. Только горько улыбнулся.

Накануне ночью курканы вместе с Ишаканом проникли во дворец. Они убили Леди Мираэль и её рыцарей, оставив обезглавленные головы в покоях Блейна. Они убивали всех томари, кто попадался на пути. Но не тронули ни Сердину, ни Блейна — хотя именно они заслуживали смерти больше всех.

Ишакан оставил их в живых на случай, если Лия захочет вернуть свои воспоминания.

Он хотел забрать её в пустыню. Ему было всё равно, что станет с Эстией и её людьми. Он хотел увести свою жену в самое безопасное место. Остальное можно решить позже — когда Лия благополучно родит и окрепнет.

Тогда он вернётся. И завоюет Эстию.

Но Лия не убежала.

По собственной воле она вернулась во дворец, чтобы вернуть утраченную память. Она выбрала встретить опасность лицом к лицу.

И ушла, неся под сердцем его ребёнка.

Причины (2)

Ишакан уважал Лию не меньше, чем любил её. Он всегда поддерживал её и стремился помочь ей добиться того, чего она хотела. Но, хотя он понимал холодную логику её решения, его собственные эмоции бушевали так яростно, что он едва мог их сдерживать.

Что ему теперь делать?

Ишакан закрыл лицо руками и глубоко вдохнул. Он был в ярости. Он убеждал себя, что даже если Лия вслух скажет, что любит Блейна, это не заденет его сердце. Но он ошибался. Смотреть, как она уезжает с другим мужчиной, было пыткой.

Каждый раз, когда она оглядывалась, его терзали тёмные мысли. Он не думал, что может пасть ниже, чем сейчас.

Лия была права. Ишакан не мог вынести мысли, что в её сердце есть кто-то другой.

Он хотел лишь одного — чтобы она была счастлива. Хотел, чтобы она больше смеялась, чтобы следовала зову своего сердца, и он мог бы дать ей свободу для этого. Но теперь всё это исчезло. Как самонадеян он был. Он пообещал защищать её, а её забрали у него прямо на глазах.

Возможно, это было наказанием. Плата за то, что он не искал её раньше и позволил так долго страдать во дворце. Если бы они встретились раньше… если бы он сразу понял свои чувства… но время не повернуть вспять. Смотреть назад бессмысленно.

Сейчас нужно было уходить.

Ишакан повернулся к курканам, молча ожидавшим его решения.

— Мы возвращаемся в столицу, — тихо сказал он.

— Да, — быстро ответила Генин. — Что будем делать?

— То, что можем.

Они уже преподали урок Сердине и Блейну. Этого должно было хватить, чтобы хотя бы на время посеять в них страх. Особенно в Сердине — она знала, что Ишакан может добраться до её сына.

Они будут ждать свадьбы, как и планировали. Он сделает всё возможное, чтобы помочь Лии вернуть память.

Ишакан посмотрел на пылающий сад.

— Я позволил ей уйти… но это не значит, что я оставил её одну.

Босая, Сердина шатаясь шла по дворцу.

Грязная, с растрёпанными волосами, в одной тонкой ночной рубашке, она больше не походила на королеву-мать. Её щёки распухли и налились синевой от ударов, губы почти не двигались от боли.

Она шла по коридорам, пропитанным запахом крови. Каждый шаг был липким — пол под ногами был покрыт засыхающими тёмными пятнами.

Проходя мимо тел своих кровных братьев, она вдруг расхохоталась. Смех перешёл в рыдание. Плечи дрожали. Смех и всхлипы эхом разносились по пустым коридорам — звуки безумия.

Её кровные братья разделяли её мечту о завоевании мира. И все они были убиты зверями.

Сердина не понимала, почему её заклинания не действовали на варварского короля.

Она была колдуньей, унаследовавшей первородную силу — ту самую, которой обладала ведьма, создавшая курканов. Для томари эта сила имела огромное значение. Её поражение было их поражением.

И всё же её магия оказалась бесполезной.

Смех оборвался.

— …Он мутант, — прошептала она в зловещей тишине.

Да, должно быть так. Появление подобных мутаций когда-то и привело к падению Рома. Против такого существа не существовало заклинаний.

Она считала себя богом.

Но ошибалась.

Сердина закричала, вцепившись пальцами в волосы. Её дыхание было прерывистым от ярости. Ей нужна была сила. Сила, способная уничтожить даже мутировавшего зверя-короля.

Она присела рядом с ближайшим телом и подняла кинжал. Лицо её стало бесстрастным. Чёрный дым окутал лезвие, и она вонзила его в грудь мертвеца.

Ловко разрезав плоть, она вырезала сердце и съела его, сжимая окровавленный кинжал в другой руке. Проглотив всё до конца, она перешла к следующему телу.

Звук разрываемой сырой плоти и тяжёлого жевания эхом разносился по залам.

Чёрный дым поднимался вокруг её ног — гуще, чем прежде, извиваясь, словно живой.

— Я убью его… — бормотала она снова и снова, пожирая сердца своих кровных братьев. — Я убью его… убью… убью…

И на её губах расцвела кровавая улыбка.

Странное зелье (1)

Скоро король Эстии должен был жениться.

И, как ни странно, на своей сводной сестре — принцессе Лии. Но знать Эстии приняла этот необычный брак без единого возражения. Даже послы из других стран постепенно стали воспринимать его как нечто естественное, хотя поначалу явно чувствовали себя неловко.

Казалось, чем дольше они находились во дворце, тем спокойнее относились к этому кровосмесительному союзу. Они ничем не отличались от эстийских дворян.

— Почему никто не выражает другого мнения?

Её ясный голос эхом разнёсся по залу Совета Кабинета. Лия посмотрела на ряд дворян, сидевших словно пугала. Пожилой господин с густой белой бородой заговорил первым.

— Потому что я считаю, что принцесса права.

— Я подчинюсь воле королевской семьи, — согласился другой.

— Пожалуйста, не сомневайтесь в нашей преданности, — добавил третий.

Лия не смогла сдержать смех от этой «преданности».

— Если бы я сказала, что собираюсь обезглавить вас всех, — холодно произнесла она, — вы бы тоже согласились?

Они моргнули так, будто не поняли вопроса. Даже министр Лоран выглядел озадаченным, когда их взгляды встретились. Место рядом с ним, где обычно сидел граф Вальтейн, пустовало.

— Довольно, — объявила Лия. — На этом заседание окончено.

Обсуждать нужно было ещё многое, но эти встречи были бессмысленны. Никто ничего не обсуждал. Лии придётся решать всё самой.

После заседания дворяне остались в зале, как обычно, сбившись в группы и болтая о пустяках. Разговоры звучали совершенно обычными. Они даже смеялись. Единственной, кто не вписывался в эту картину, была Лия.

Было бы так легко просто плыть по течению. Всё текло бы гладко, если бы она позволила этому случиться. Но Лия не собиралась сдаваться.

Она понимала странность своего положения частично благодаря Ишакану, но даже до его появления чувствовала, что что-то не так. Это ощущение и стало первым сигналом тревоги.

Сегодня она пыталась спровоцировать их, но ничего не вышло. Нужно было нечто более радикальное, чтобы встряхнуть их.

Погружённая в мысли, она уже собиралась покинуть зал, когда кто-то преградил ей путь. Лия удивлённо подняла взгляд.

— Бён Гёнбэк из Оберде…?

— Да озарит свет Эстию, — вежливо сказал он. — Рад видеть вас, принцесса.

Бён Гёнбэк управлял западной границей, соседствующей с Курканом. Он был влиятельным политиком, поэтому отношения с ним приходилось поддерживать, но Лия его недолюбливала. В нём было что-то неприятное. Каждый раз при разговоре он украдкой разглядывал её тело, почти навязчиво следил за ней. Когда она надевала платье с более глубоким вырезом, как сегодня, он бесстыдно пялился на её декольте.

Когда он склонялся, чтобы поцеловать её руку, его губы задерживались дольше, чем следовало.

Если бы она не была принцессой, она была уверена, что он воспользовался бы своим влиянием куда хуже.

Но сегодня всё было иначе. Обычно самоуверенный мужчина выглядел испуганным, вытирая пот со лба платком. Лия с недоумением наблюдала, как он мнётся.

— Возможно, принцесса… — неловко начал он. — Варвары…

При упоминании курканов её глаза расширились, и она ждала продолжения. Но Бён Гёнбэк захлопнул рот.

— Ничего. Оговорился. Прошу забыть, — поспешно сказал он и быстро ушёл, даже не пытаясь сохранить достоинство.

Потрясённая, Лия вскоре покинула зал.

Почему он вдруг стал таким? Это должно что-то значить. В следующий раз она обязательно его допросит.

— Принцесса.

Фрейлины поклонились и пошли следом, когда она возвращалась во дворец.

Все рыцари и служанки, находившиеся в персиковом саду, благополучно вернулись. Она слышала, что им дали усыпляющее зелье, а после пробуждения увезли и где-то держали, прежде чем отпустить.

И никто из них об этом не говорил. Словно это было запрещено.

Проблемная леди Мираэль исчезла без следа. Не было никаких признаков того, что она вообще посещала свой новый роскошный особняк. А Блейн не проявлял ни малейшего интереса к её исчезновению. Во дворце никто даже не упоминал её имени.

Будто её никогда и не существовало.

Странное зелье (2)

Исчезновение леди Мираэль было не единственной странностью. Сердина стала подозрительно тихой. Обычно её жизнь была шумной и показной: днём — чаепития и соколиная охота с дворянками, ночью — приглашения мужчинам в её дворец.

Но теперь всё было так тихо, будто она умерла. Она заперлась в своих покоях и не принимала никого, даже Блейна.

Сам Блейн тоже изменился. Он знал, что Лия потеряла обручальное кольцо, но не сказал ни слова. Раньше он пришёл бы в ярость, но теперь не было ни криков, ни пощёчин.

С тех пор как персиковый сад сгорел дотла, многое изменилось.

Лия остановилась и подняла взгляд к небу. Снова было пасмурно. И так уже несколько дней подряд. Только в столице.

Ишакан недавно говорил ей о заклинаниях, и тогда это показалось ей глупостью. Но может ли магия влиять на погоду?

Логично, что за этим стоят те, кому это выгодно. Все странности возвышали Сердину и Блейна. Новый король наслаждался абсолютной властью благодаря дворянам, ставшим послушными, как куклы. И её сердце он пытался подчинить так же.

С большой вероятностью во дворце было нечто, способное творить мощные заклинания. И это «нечто» было связано и с Сердиной, и с Блейном.

К тому же в столице стало больше томари, а Сердина позволила им служить во дворце. В её сознании выстраивалась цепочка событий.

Задумчиво Лия посмотрела на свою главную фрейлину. Графиня Мелисса была важной частью её жизни. Но внезапно на её лице наложился образ баронессы Синаэль — и та безжизненная, пустая улыбка. И искренние слёзы баронессы…

Даже если графиня Мелисса теперь казалась чужой, её ещё можно было спасти.

Вернувшись в свои покои, Лия переоделась.

— Сегодня я выйду, — сказала она. — Только с рыцарями. Мне нужен свежий воздух.

Она собиралась навестить баронессу Синаэль и не хотела заранее сообщать цель визита, если за ней наблюдают. Она знала, где находится маленькая ферма. Если баронессы не окажется дома, она оставит письмо.

Лия села в карету. Рыцари следовали на расстоянии, переодетые в гражданскую одежду. Она велела им не привлекать внимания. Но, проезжая по оживлённым улицам столицы, карета вдруг резко остановилась.

— Прочь с дороги! — сердито крикнул кучер.

Раздвинув занавески, Лия выглянула наружу. Перед каретой стояла женщина с множеством цветных браслетов на запястьях и плетёной корзинкой, полной роз. Лия открыла окошко к кучеру.

— Пусть подойдёт. Я хочу купить розы.

— Но…!

— Разве есть повод для тревоги, если рыцари рядом?

Кучер нахмурился, но подчинился, не удержавшись от угрозы в сторону тома-женщины.

— Тебе повезло. Можешь подойти к карете, но без глупостей.

Старая женщина медленно кивнула.

— Я хотела бы купить розы, — сказала Лия, открывая второе окно.

Тома-женщина прищурилась и нахмурилась, глядя на неё. Это вызвало странное ощущение дежавю.

— Подойди ближе, — приказала Лия. Ей хотелось рассмотреть лицо женщины внимательнее.

Пока она пыталась пробудить воспоминания, голос старухи прервал её мысли.

— Я хочу извиниться, — прошептала она. — Недавно я продала зелье… я не знала, что принцесса будет его пить. С возрастом мои глаза научились читать небо.

В памяти Лии вспыхнул образ тёмной улицы и широкой спины, скрывающей её, пока она наблюдала за группой томари.

Боль пронзила голову. Лия прикусила язык, чтобы не вскрикнуть, стараясь не показать слабость перед незнакомкой.

— Не все томари следуют их воле. Так было и вначале, — сказала женщина, протягивая корзину роз. — Я видела будущее. И хочу попросить вас кое о чём.

Лия смотрела на корзину, не касаясь её.

— Когда наступит день суда, пощадите невиновных, — глаза старухи были полны страха, морщинистые руки дрожали, протягивая корзину словно в покаянии. — Нам не позволят жить.

— Я не понимаю, о чём вы говорите, — холодно ответила Лия.

Тома-женщина улыбнулась — печально и мягко.

— Я молю королеву Куркана пощадить наши жизни.

Поспешная встреча (1)

Эти слова поразили её. Титул королева Куркана эхом отозвался в сознании. Но внешне Лия осталась невозмутимой.

— Вы говорите чепуху, — холодно произнесла она. — С чего бы мне спасать вашу жизнь?

Тома-женщина, перебирая розы одной рукой, показала стеклянный флакон с чёрной жидкостью, спрятанный среди цветов. Зелье томари.

— Это поможет прояснить ваш разум, — сказала она. — Если сомневаетесь, спросите тех, кто вас охраняет, для чего предназначено это зелье.

Сначала Лия подумала о рыцарях. Но её рыцари не могли знать о странных зельях. И тогда она поняла, кого имела в виду старуха.

— …Я возьму розы.

Когда Лия приняла корзину, тома-женщина рассыпалась в благодарностях.

— Но я не могу гарантировать вам жизнь, — добавила Лия. — У меня нет такой власти.

Старуха улыбнулась так, будто услышала нечто забавное.

— Курканы всегда следуют воле своей королевы, — прошептала она. — Пожалуйста, не забудьте эту встречу.

И ушла.

Кучер сплюнул ей вслед и дёрнул поводья. Карета тронулась. Лия закрыла окно, задёрнула шторы и погладила лепестки роз. С тех пор как она покинула персиковый сад, она не видела свежих цветов.

Она опустила голову.

Ей хотелось к Ишакану.

Она сама решила вернуться во дворец, несмотря на горечь расставания, и была твёрдо намерена добиться результата. За отведённое ей время она должна сделать всё возможное.

Проводя пальцами по лепесткам, она представляла, какой станет её жизнь, когда память вернётся. Тогда она сможет стоять рядом с ним без теней сомнений.

Погружённая в мысли, она заметила, что карета остановилась у небольшой фермы. Выйдя, Лия подошла к воротам — те были заперты тяжёлым замком. Заглянув через ограду, она увидела, что всё заросло сорняками. Место выглядело заброшенным.

Если бы баронесса Синаэль жила здесь, такого бы не было. Но Лия не верила, что та продала ферму. Придётся позже навестить её старый скромный особняк.

Оставив ферму позади, Лия направилась в центр города. Следующей её целью была тихая двухэтажная чайная. Там редко бывало многолюдно — хорошее место для отдыха. Но сегодня она пришла не за чаем.

Когда она вышла из кареты, рыцари попытались последовать за ней, но Лия остановила их.

— Ждите снаружи. Мои дела сегодня личные.

— Мы не можем так поступить, принцесса.

Она усмехнулась, заметив их тревогу.

— С каких пор вас волнует моя безопасность?

— Принцесса…!

— Вы все спали в саду, — спокойно сказала она. — Кто-то дал вам усыпляющее зелье. Кто бы это мог быть?

Молчание.

— Мои фрейлины вряд ли настолько дружны с леди Мираэль, — задумчиво добавила Лия. — Значит, предатель среди вас.

Лица рыцарей застыли.

— Помните, что именно я сохранила вам жизни, — холодно произнесла она и вошла в чайную одна.

Служащие уже принимали её раньше, поэтому без лишних слов проводили на второй этаж. Лия отпустила официантку и встала у окна. По улице шли хорошо одетые люди.

Сев в полосе солнечного света, она сделала глоток чая и решила проверить, следят ли за ней.

Внезапно она резко поставила чашку и задышала тяжело и прерывисто. Схватилась за живот, вырвался стон боли.

— А-а…!

— Лия!

Из тени под потолком мгновенно появился мужчина и мягко приземлился на пол. Это был Хабан, один из спутников Ишакана. Его лицо побледнело.

— С вами всё в порядке? Я сейчас же приведу Моргу…!

Он уже собирался выпрыгнуть в окно, когда Лия выпрямилась и спокойно посмотрела на него. Хабан замер.

— У вас… не болит живот? — растерянно спросил он.

Лия покачала головой. С тех пор как она вернулась из сада, боли больше не было.

— Моё сердце чуть не остановилось! — Хабан схватился за грудь и тяжело выдохнул.

— Ишакан приказал тебе следовать за мной? — тихо спросила она.

— Я не слежу… я просто сопровождаю вас, чтобы ничего не случилось. Генин хотела пойти сама, но боялась, что не сможет скрыться. Она слишком крупная, — быстро объяснил Хабан и тут же смутился. — Простите. Было невежливо не спросить вашего разрешения.

— Нет. Мне даже спокойнее, когда ты рядом.

Удручённое лицо Хабана мгновенно просияло.

— Правда?

— Конечно.

Поспешная встреча (2)

Лицо Хабана просияло, и Лия невольно усмехнулась. Он выглядел почти трогательно.

— Кажется, я потерял десять лет жизни, — сказал он, усаживаясь напротив.

— Давай немного поговорим.

Лия подвинула к нему нетронутые закуски, и Хабан тут же начал по одной их уничтожать.

— …Он, наверное, очень зол, да?

Не нужно было уточнять, о ком речь. Хабан проглотил печенье.

— Вам не стоит об этом беспокоиться, — небрежно махнул он рукой. — Курканы безумно преданы своей паре, это в нашей природе. Если вы прольёте хоть одну слезу, Ишакан сочтёт это своей неудачей.

Лия вспомнила их последнюю встречу. Ишакан не показался ей человеком, которого легко выбить из равновесия. Хабан внимательно посмотрел на неё.

— Ишакан слишком уверен в себе, — осторожно добавил он. — Я не понимаю, как он может говорить, что ему всё равно, если в вашем сердце есть кто-то другой…

Хабана многое тревожило. Ему казалось странным, что Ишакан так легко принимает подобное и так быстро отказался от плана увезти её в пустыню.

— Не знаю, как объяснить… — продолжил он. — Просто он такой сильный характером… Не думаю, что стоит слишком глубоко анализировать его слова. В эмоциональном смысле.

Он схватился за голову.

— Я уже говорю как Генин. В общем… лучше пока позволить всему идти своим чередом.

— …Понятно.

Лия задумчиво покрутила в руках остывшую чашку.

— У меня к тебе просьба.

Глаза Хабана расширились.

— Есть место, куда я хочу сходить. Ты мог бы сопровождать меня сегодня ночью?

Вернувшись во дворец, Лия дождалась глубокой ночи. Она достала из шкафа тёмный плащ и накинула его. Спустя некоторое время раздался тихий стук по стеклу. Лия открыла двери на балкон.

Хабан сидел на перилах.

Подхватив Лию на руки, он бесшумно покинул дворец. Вскоре они оказались в тёмном переулке, где слышались шум и голоса ночного рынка. Переулок находился в стороне от огней и был почти полностью погружён во тьму.

Согласно вспышке воспоминания, именно здесь она видела томари. Она едва могла описать место и не знала, где оно находится, но Хабан сразу понял.

Медленно Лия осмотрелась. В прошлый раз она пряталась за чьей-то широкой спиной. Она надеялась, что личное присутствие пробудит больше воспоминаний, но ничего не пришло.

Она не разочаровалась. Она намеревалась посетить все места, вызывающие это чувство дежавю. Следующим будет старая гостиница, где Ишакан кормил её.

— …?

На мгновение Лия усомнилась в своём зрении, заметив фигуру вдали. Лица было не видно, но силуэт был знаком.

Бён Гёнбэк.

Он быстро огляделся и юркнул в другой переулок. Что он делал здесь один, без охраны, в таком уединённом месте?

— Может, пойдём в другое место…? — осторожно предложил Хабан.

Он явно нервничал. Лия пристально посмотрела на него, и он неловко переступил с ноги на ногу. Она уже собиралась спросить, что он знает, как вдруг Бён Гёнбэк выскочил обратно из переулка, крича:

— А-а-а!!!

Следом выбежали окровавленные томари, в панике спасаясь бегством. Но далеко они не убежали. Из тьмы внезапно появились фигуры.

Когда они бросились на томари, Хабан резко схватил Лию и спрятал её за стеной соседнего переулка, поспешно закрыв ей глаза.

Она всё равно слышала ужасный хруст костей. Слышала крики. Чувствовала запах крови.

Когда всё стихло, Лия оттолкнула его руку и выглянула из-за угла.

Среди тел стояли курканы. Это первое, что она увидела.

Затем из тьмы вышел мужчина и подошёл к Бён Гёнбэку. С его рук капала кровь. Его холодные золотые глаза были пугающими. Лия знала, что он не причинит ей вреда, но даже так по её коже пробежал холодок.

Бён Гёнбэк, весь в крови, умолял:

— Пожалуйста… пожалуйста, позвольте мне… жить…

Ишакан молча затянулся сигарой, изучая его. Выдохнул дым.

— Зачем ты ходил к томари? — его голова чуть наклонилась. — Разве не потому, что хотел умереть?

— Н-нет… нет, Ишакан… — заикаясь, вскрикнул Бён Гёнбэк. — Я должен был убедиться, что на меня не наложено заклинание!

Поспешная встреча (3)

Заклинания?

Это было совершенно неожиданно. Возможно, именно этим объяснялось странное поведение Бён Гёнбэка на заседании Совета.

— Лия… — прошептал за её спиной Хабан. — Думаю, тебе не стоит видеть такое.

Он добавил что-то о жестокости происходящего, но Лия уже не слушала. Всё её внимание было приковано к словам Бён Гёнбэка.

— Я знаю, это трудно доказать… но я знаю томари… умелых… — бормотал он бессвязно, заикаясь и путаясь. Лие хотелось встряхнуть его, чтобы он начал говорить ясно.

Но сам факт, что он озвучил столь странную мысль, заставил её задуматься.

Внезапно он замолчал. В тишине переулка прозвучал другой голос:

— Можете выйти.

Лия была уверена, что они хорошо скрыты, но Ишакан каким-то образом их почувствовал. Она взглянула на Хабана. Тот лишь покачал головой, будто это было неизбежно.

Пришлось выйти.

Лицо Ишакана было непроницаемым, когда он затянулся сигарой и посмотрел на них сквозь прищуренные глаза.

— Добрый вечер, Ишакан, — неловко сказал Хабан.

Лия тоже откинула капюшон.

— Приветствую, король Куркана.

Ишакан не ответил. Его взгляд медленно переместился на Хабана.

— Она ничего не видела! — быстро оправдался тот. — Я сразу закрыл ей глаза! Но как я мог помешать ей слышать?

Пока он говорил, курканы молча убирали тела. Лия заметила, как Генин незаметно оттолкнула что-то короткое и окровавленное — вероятно, часть чьего-то тела. Лия отвернулась.

Ишакан тяжело вздохнул, бросил сигару на залитую кровью землю и вытер руки платком, который подала Генин.

Губы Лии сжались.

Она не была готова увидеть его снова.

Скоро должна была состояться свадьба, ожидались официальные приёмы с участием иностранных делегаций, и она предполагала, что увидит его во дворце. Но не так. Не здесь.

Он посмотрел на неё и медленно приблизился. Она невольно задержала дыхание. Но он остановился в нескольких шагах — возможно, в пяти. Расстояние было небольшим, но казалось бесконечным.

Между ними повисла тишина.

И вдруг Бён Гёнбэк поднял голову.

— О, принцесса!

Он бросился к ней и ухватился за её ноги, словно за спасательный круг.

— Спасите меня! Эти безумные дикари…!

— Ты не слишком умён, — Хабан пнул его, но тот лишь вцепился крепче.

Лия пошатнулась, теряя равновесие. Ишакан вмешался.

— Хватит.

Его голос был ледяным.

Бён Гёнбэк мгновенно отпустил её — слишком быстро, словно его отчаяние было напускным. Хабан оттащил его к стене.

И снова — пять шагов тишины между Лией и Ишаканом.

— Кажется, я чувствую запах крови, — сказал он. Затем замолчал. — Неважно.

Это была новая тишина. Будто между ними выросла невидимая стена.

Лия нервно переплела пальцы, пока Ишакан не решил завершить встречу.

— Тебе пора возвращаться, — произнёс он, отворачиваясь. — Сегодня слишком холодный ветер.

— Подожди!

Она шагнула вперёд.

— Ваше Величество Ишакан! Иш… Ишакан.

Он остановился и повернулся, скрестив руки на груди. В его глазах не было привычного тепла. Не та убийственная ярость, но достаточно холода, чтобы у неё сжалось сердце.

Она вспомнила их последнее расставание. Тогда он казался спокойным, но в его золотых глазах пылал гнев — ярче, чем огонь, пожравший персиковый сад.

Возможно, ещё рано просить прощения. Но нужно было что-то сказать.

— Одна тома-женщина дала мне зелье, — быстро произнесла она.

— Передай его Хабану. Мы проверим состав.

Снова пауза.

Лия лихорадочно искала слова, и вдруг выпалила первое, что пришло в голову:

— Финики!

Поспешная встреча (4)

Она сама не понимала, почему это вдруг пришло ей в голову, и тут же пожалела о сказанном, но отступать было уже некуда.

— …Я почти все финики, что ты мне дал, съела.

— Пришлю ещё, — Ишакан повернулся, будто собираясь уйти. — Передам через Хабана.

Глядя ему в спину, Лия почувствовала, как учащается её пульс. Этого было недостаточно. Ей хотелось видеть его дольше. Ей не хотелось расставаться вот так. Но просить его остаться было неловко — ведь это она сама тогда ушла от него, в персиковом саду. Разум твердил, что нужно довольствоваться этим коротким разговором, но удержаться она не могла.

— И ещё…

Слово вырвалось само собой. Голос прозвучал тихо, почти беспомощно в тишине переулка. Ишакан остановился. Лия поджала губы — она ожидала, что он просто продолжит идти.

— И ещё? — коротко переспросил он.

Если она сейчас замешкается, он исчезнет. У неё был только один шанс сказать то, что шло от сердца. Но мысли путались.

— Я скучаю по тебе… — пробормотала она. Простые, неловкие слова. Смысл ясен, но настолько смущающе откровенные, что казалось — вот-вот кто-нибудь рассмеётся.

Но Ишакан не рассмеялся. Его взгляд смягчился.

— Я пытаюсь вернуть свои воспоминания, — поспешно добавила она, хотя он ни о чём не спрашивал. — Я пришла сюда, потому что увидела… кое-что.

Она бросила взгляд на Хабана, который за спиной Ишакана отчаянно махал рукой и беззвучно шевелил губами:

«Попроси его о помощи!»

Лия замялась. Она хотела справиться сама. Но, возможно, сейчас лучше прислушаться к совету.

— Мне кажется… одной это слишком тяжело, — тихо сказала она. — Это давит… без тебя, Ишакан…

Хабан энергично закивал. Рядом с ним Генин молча повторила жест.

— Ты можешь помочь мне? — Лия тщательно произнесла каждое слово.

Ишакан кивнул.

— Скажи, чего ты хочешь.

Её мучили многие вопросы, но она начала с самого важного:

— Внутри дворца есть томари, которые накладывают заклятия?

— Королева-мать.

Ответ оказался неожиданным. Лия моргнула.

— Её Величество королева-мать? — ошеломлённо переспросила она. — Сердина — томари?

Слова ударили по ней, как молния. Разрозненные догадки мгновенно сложились в цельную картину. Сердина скрывала свою сущность? Или её отец знал и всё равно принял её?

Лия прикусила губу, пытаясь упорядочить мысли.

— Мне нужно встретиться с графом Уэддлтоном, — сказала она. Это был отец Сердины. В политику он не вмешивался, но благодаря дочери сколотил огромное состояние. И вряд ли Сердина наложила бы чары на собственного отца.

Если граф подтвердит, что Сердина — томари, это может всколыхнуть дворец и заставить людей очнуться.

— И как ты собираешься его убедить? — спросил Ишакан, выслушав её план.

— Сначала вызову его к себе во дворец и попробую поговорить…

— Он не пойдёт так просто.

Она и сама это понимала. Но всё, что могла придумать, меркло перед методами Ишакана. И тот, не колеблясь, кивнул в сторону Бён Гёнбэка.

— К счастью, у нас есть наглядный пример.

Курканы тут же зашевелились, обступив Ишакана и заговорив наперебой:

— Ты должен подумать о ребёнке…

— Сейчас не стоит отрубать ему голову!

— Ты её напугаешь!

Ребёнок? Напугаешь?

Лия нахмурилась, ничего не понимая. Ишакан бросил на них мрачный взгляд — и они мгновенно расступились.

— Ты в последнее время слишком зол… — пробормотал кто-то.

Ишакан проигнорировал их. Подойдя к Лие, он протянул руку.

— Мы идём к графу Уэддлтону.

— Сейчас?

Ночной визит без предупреждения действительно мог его запугать, но всё происходило слишком быстро. Ишакан замер, заметив её колебание.

— Ты не хочешь?

— Не в этом дело.

Она взяла его за руку. И только тогда на его прежде бесстрастном лице мелькнула лёгкая улыбка.

— Я всё обдумала, — сказала она. — Будет лучше, если ты будешь рядом со мной.

Особняк графа Уэддлтона (1)

Вот так просто Ишакан подхватил Лию на руки, чтобы отправиться к графу Уэддлтону. Позади них Хабан запихивал потерявшего сознание Бён Гёнбэка в мешок и закидывал его себе на спину.

— Разве ему не собирались отрубить голову? — спросила Генин.

Лия вздрогнула.

— Не сейчас, — ответил Хабан, к её облегчению.

— …Меня это беспокоит, — пробормотала Генин. — Ссора между супругами — как воду ножом резать…

Лия хотела услышать больше, но Ишакан внезапно резко что-то приказал на языке курканов, и она ничего не поняла. Курканы мгновенно растворились в темноте.

— Мы навестим графа, — сказал Ишакан и двинулся вперёд, неся её на руках и по пути объясняя план. Под лунным светом Лия быстро погрузилась в свои мысли.

У неё было так много вопросов. Она хотела узнать, какие приказы он отдал курканам, почему они следили за Бён Гёнбэком, рассказать о женщине-томари, которую встретила. Список тем для разговора только рос.

Но она не решалась говорить. Атмосфера не располагала к беседе. Несмотря на любопытство, она молчала, пока они не добрались до резиденции графа.

У особняка графа Уэддлтона были большие сады спереди и сзади, но вся растительность погибла. Под мёртвыми цветами лежала сухая, пыльная земля. За бесплодными садами возвышался роскошный особняк, но даже при горящем свете вокруг стояла странная тишина.

Лия смотрела на дом, затаив дыхание. Он был похож на дворец.

— В особняке графа часто бывают томари, — тихо сказал Ишакан, внимательно вглядываясь в темноту. Тех, кому запрещён вход во дворец, здесь принимали.

Словно проверяя что-то, он подождал и затем снова двинулся вперёд.

В особняке они никого не встретили. Внутри было так же тихо, как и снаружи. Казалось, будто в доме нет ни одной живой души.

Ишакан молча опустил Лию на пол, и они вместе пошли по длинным пустым коридорам с мраморными полами и широкими окнами. Луна скрывалась за облаками, и дом утопал в полумраке.

Эхо их шагов мягко разносилось по коридорам. Лия видела перед собой только широкую спину мужчины и чувствовала, будто сердце тянет вниз тяжёлый камень. Она долго колебалась, прежде чем заговорить:

— Ишакан!

Он молча обернулся. Но слова исчезли. Она вдруг поняла, что он смотрит на её губы. Его взгляд был прикован к ним, пока она пыталась что-то сказать. Маленький кончик её языка показался и снова исчез.

Лицо Лии вспыхнуло. Она закрыла рот и опустила глаза.

Его сильные руки внезапно обвили её талию, ладонь легла на затылок. Его крепкое тело прижалось к её.

Их губы столкнулись, и она успела только ахнуть от неожиданности. Его золотые глаза блеснули. Он наклонил голову, его язык проник в её рот.

Она не смогла закрыть глаза. Его мягкий язык скользнул по её губам с тихим влажным звуком, и где-то внизу разлилось тепло. Она непроизвольно сжала бёдра.

— Мм… — стон сорвался из глубины её горла, полный удовольствия, и ей стало стыдно, но остановиться она не могла. Тело задрожало. Дрожащими пальцами она провела по его спине и несмело обняла.

Ишакан хрипло застонал в ответ. Этот звук словно вспыхнул внутри неё искрами, и она впилась ногтями в его спину, отвечая поцелуем с новой страстью. Всё остальное исчезло.

Вдруг вокруг стало светло. Она не сразу поняла, что дело не в Ишакане. Луна вышла из-за облаков и залила коридор серебристым светом.

Особняк графа Уэддлтона (2)

Лия подняла взгляд на Ишакана, тяжело дыша. В темноте он казался прекрасным, но под лунным светом — ещё красивее. Ей пришлось собрать волю, чтобы успокоить дыхание, пока его золотые глаза, полные наслаждения, смотрели на неё.

— Почему ты так часто шевелишь губами? — прошептал он, коснувшись их языком. — Это провоцирует меня целовать тебя.

Несправедливо было винить её, ведь она делала это не нарочно. Его ладони скользнули вниз и сжали её ягодицы.

— Т-твои руки… — покраснев, прошептала она.

Он отпустил её и снова обнял. И вдруг, просто оказавшись в его объятиях, она почувствовала, как к глазам подступают слёзы. Лия сжала губы, но слёзы всё равно покатились по щекам.

— …Лия?

Она уткнулась лицом ему в грудь, не желая, чтобы он видел её плачущей. Но Ишакан поднял её подбородок, заставляя показать заплаканное лицо.

— Ты так сильно ненавидишь целовать меня? — тихо спросил он.

— Нет! — выдохнула она сквозь слёзы.

Его губы коснулись её век, влажных ресниц, и даже это прикосновение согрело её изнутри. Она закрыла глаза и всхлипнула.

Игнорирование со стороны Ишакана оказалось больнее, чем она могла представить. Вид его спины, отвернувшейся от неё, причинял странную тревогу, будто где-то внутри жила боязнь, что, однажды отвернувшись, он больше не оглянётся.

Один поцелуй принёс ей такое облегчение, что она расплакалась. Может, это выглядело глупо. Но для неё — нет.

Внезапно мысль отпечаталась в её сердце:

Я не могу жить без этого человека.

Она потёрлась лицом о его грудь, пряча слёзы. В последнее время эмоции выходили из-под контроля, казалось, всё заставляло её плакать.

И вдруг внизу живота что-то странно дрогнуло.

Ощущение было необычным — словно внутри неё что-то шевельнулось. Её рука автоматически легла на живот, и под пальцами она снова это почувствовала.

Что-то… двигалось.

— …!

Лия побледнела. Раньше подобное она связывала с чаем Сердины. Но теперь она его не пила. Тогда почему?

Шевеление повторилось.

Ишакан мгновенно накрыл её ладонь своей.

— Что? — встревоженно спросил он. — Болит?

— Нет… — прошептала она, ощущая его большую тёплую ладонь на своём животе. — Внутри… что-то двигается. Я думала, это из-за чая…

Ишакан слушал спокойно. Он даже приоткрыл рот, будто собирался сказать что-то, но закрыл его.

— Думаю, нужно позвать лекаря, — серьёзно сказала Лия. Голос её стал ровным. — Я не понимаю, что происходит…

— Тебе не нужен лекарь. Ты не больна.

— Это заклятие?

— Нет.

Он вздохнул и впервые замялся.

— Постарайся не слишком шокироваться, — сказал он, не убирая руку с её живота. — Лия… ты беременна.

Она моргнула.

Ещё раз.

— …Что?

Это было невозможно. Невероятно.

— Как…? — прошептала она, ошеломлённая.

— И после всех наших стараний, — тихо добавил он.

Она уставилась на него, ожидая, что он рассмеётся и скажет, что это шутка. Но, несмотря на лёгкую иронию в голосе, он был абсолютно серьёзен.

— Значит… ребёнок… наш? Твой и мой? — слабо произнесла она.

— А с кем ещё? — немного раздражённо спросил он.

Лия не нашлась, что ответить. Она скрестила руки на груди, словно защищаясь.

— Я понимаю, что многое забыла. Но ты говоришь, что я беременна, когда я… я ведь не могу зачать?

Ишакан наклонился ближе, их носы почти соприкоснулись. Она снова задержала дыхание.

— Хочешь, я напомню тебе? — его голос стал низким и опасно мягким. — Как мы создали нашего ребёнка?

Особняк графа Уэддлтона (3)

От его слов у неё загорелись уши. Лия сделала шаг назад.

— Думаю, тебе не нужно мне это объяснять…

Конечно, она знала, как появляются дети. Основы размножения преподавали всем членам королевской семьи. Но она не знала, когда именно забеременела. Голова кружилась от вопросов, а он так спокойно говорил такие смущающие вещи. И это было ещё не всё.

— Это ты сказала, что хочешь забеременеть, — произнёс он.

— …?

Лия едва успела успокоиться, как сердце снова заколотилось. Ишакан медленно наступал, пока она отступала.

— Ты сказала, что хочешь родить моего ребёнка.

Её спина упёрлась в стену. Ишакан навис над ней, наклонив голову.

— Поэтому я наполнил тебя до конца. Ты забыла, Лия.

Он замолчал, и, глядя в его пылающие золотые глаза, она почувствовала, как пересохло во рту. Лия сглотнула. Она вспомнила тот день, когда они были вместе. Он ни разу не колебался, касаясь её, будто знал её тело до последней детали и точно знал, где к ней прикоснуться.

В памяти вспыхнуло ощущение его пальцев внутри неё. Он не остановился даже когда она извивалась.

— Ишакан… — осторожно начала она.

Но он молчал. Между ними повисло напряжение, неловкость, которую она не понимала и не знала, как разрушить. Вдруг взгляд Ишакана ушёл в сторону.

Он смотрел в окно. Лия автоматически повернулась следом.

Снаружи к особняку подъехала карета без гербов и знаков. Кучер быстро спустился и открыл дверцу.

С презрительным выражением на лице из кареты вышел Блейн. Его серебристые волосы сияли в лунном свете.

Банкетный зал особняка Уэддлтона был заполнен Томари.

Они сидели на полу и у стен, десятки людей, собравшихся в тревожной тишине. Внезапно молодая девушка-Томари разрыдалась.

— Она съела сердце моей сестры! — кричала она, захлёбываясь слезами и ударяя себя в грудь. — Вот как она отплатила нам за помощь!

Остальные молчали. Никто не утешал её, но и не пытался заставить замолчать.

Сердина призвала всех Томари континента. Они пришли в Эстию, веря, что создадут собственную страну, дом для своего народа. Собираться вместе было для них непросто, но они пришли и помогли завершить заклинание, которое она готовила годами.

Это дало ей огромную силу. Скоро они собирались подчинить весь континент и создать мир для Томари.

Но затем пришли Курканы и устроили резню во дворце. Сердина не смогла их защитить. И вместо траура она пожирала сердца погибших ради новой силы.

Томари считали её сестрой. Но она обращалась с ними как с инструментами, как с животными, чьи сердца можно съесть ради выгоды.

— Сила свела её с ума, — произнесла старая женщина в углу, окружённая корзинами с розами. — Она не бог.

В этот момент двери банкетного зала распахнулись. Все обернулись.

Вошёл король Эстии, следом за ним — граф Уэддлтон.

Холодный взгляд Блейна прошёлся по Томари, и по залу прокатился шёпот.

— Ложный король…

— Но теперь у него есть благородная кровь…

— Тот, кто создаст мир для нас…

Особняк графа Уэддлтона (4)

Слушая шёпот, Блейн слегка улыбнулся уголком губ.

— Сердина! — закричала рыдающая девушка-Томари, и остальные затаили дыхание. — Где Сердина? Она должна была прийти сама!

Блейн нахмурился из-за столь небрежного упоминания имени королевы-матери, но решил не обращать внимания. Перед ним всего лишь невежественная девушка-Томари.

— Она больна, — великодушно пояснил он. — Я пришёл вместо неё. Думаю, в этом случае нет нужды выражать соболезнования.

— Как ты смеешь?! — девушка вскочила с визгом, но Блейн пнул её, и граф Уэддлтон поспешно отступил.

— Королева-мать обязательно компенсирует вам всё, — сказал Блейн, пока она падала назад. — Надеюсь, вы проявите терпение.

Повернувшись ко всем присутствующим, он широко развёл руки.

— После свадьбы весь мир будет принадлежать Томари. Если вы ждали столетиями, сможете подождать ещё несколько дней. Все дождутся подходящего момента.

В зале воцарилась тишина. Их древнее пророчество наконец должно было сбыться. Блейн улыбнулся.

— Есть ли среди вас те, кто умеет колдовать?

Старая женщина вышла вперёд, оставив позади корзины с розами. Другие Томари медленно последовали за ней.

— Утром за вами пришлют кареты, — сказал Блейн. — Вы прибудете во дворец.

Он повернулся и направился к выходу. Девушка, которую он пнул, стиснула зубы и поднялась на ноги.

— Чудовище породило чудовище! — закричала она ему вслед. — Ты не умрёшь в покое! Тебя разорвут звери, как мою сестру!

Блейн лишь презрительно рассмеялся и ушёл, не обернувшись. Граф Уэддлтон поспешил за ним.

— Простите, Ваше Величество, — нервно извинился он. — Ей ещё многому нужно научиться.

— Я знаю. Не нужно извиняться за них. — Блейн остановился и посмотрел на графа. — Выпьем?

Хотя предложение было неожиданным, граф без колебаний провёл его в гостиную и налил лучшее вино. Сидя на диване, Блейн сделал глоток и горько улыбнулся.

Странно, что теперь единственный, с кем он мог пить, был его дед. Раньше они иногда охотились вместе, но близки не были. Теперь же, когда вся знать Эстии стала марионетками Сердины, больше не осталось никого, кто был бы «нормальным».

Блейн быстро осушил бокал. Вместе с опьянением пришли воспоминания, слишком яркие и неприятные.

«Если я не отвечу, ты меня ударишь?

Будешь угрожать убить кого-то, чтобы я подчинилась? Или угрожать убить себя?»

Во взгляде Блейна появилась та же горькая ярость, что и у девушки-Томари. Всё пошло не так, как он хотел.

Но назад пути не было. Дорога позади разрушилась, и оставалось только идти вперёд. Как персиковый сад превратился в пепел, так же сгорели и мечты его сердца.

Он отказался от мысли завладеть сердцем Лии. Если заклинание не сработает на свадьбе и он не сможет получить её любовь, он сделает её марионеткой.

— Ваше Величество… — осторожно начал граф Уэддлтон. — Зачем вы ведёте этих Томари во дворец? Они всего лишь черви. Нет нужды заниматься ими.

Блейн коротко улыбнулся.

— У сорсеров-Томари вырвут сердца.

Лицо графа побледнело.

— Моей матери не хватает силы, — равнодушно пояснил Блейн. — Как сын, я должен помочь. Она станет сильнее, если будет есть больше. Достаточно сильной, чтобы убить зверя.

Бутылка опустела. Блейн отбросил её, заставив графа вздрогнуть.

— Я… принесу ещё вина из погреба, — поспешно сказал граф.

— Я пойду с вами. Хочу немного пройтись.

Дверь гостиной закрылась за ними. В тени комнаты что-то зашевелилось, выходя из темноты.

Это были Ишакан и Лия.

Особняк графа Уэддлтона (5)

— Ох…

Граф Уэддлтон вытер холодный пот со лба. Он провёл с Блейном довольно много времени в винном погребе, пробуя лучшие вина, и в конце концов уговорил короля отправиться в одну из гостевых комнат, где его уже ждала проститутка, удивительно похожая на принцессу Лию.

К счастью, ему удалось её найти, иначе он до сих пор сидел бы с Блейном в погребе и обливался потом.

Сжимая в руках ещё одну бутылку вина, граф вернулся в гостиную, намереваясь выпить пару бокалов. Мысль о том, что Томари собираются принести в жертву, казалась безумной. Он не понимал, о чём думают ни Сердина, ни его внук.

Несмотря на родство, ему всегда было трудно иметь дело с Блейном. Если честно, он боялся этого юноши. Вероятно, из-за крови Томари. И Сердина, и Блейн были настолько жестоки, что трудно было поверить, что в них есть хоть капля крови Уэддлтонов.

Графу не хватало смелости противостоять им. Если бы это не приносило выгоды, он давно бы разорвал с ними отношения.

Поднявшись, чтобы уйти, он вдруг в ужасе отшатнулся.

— А-а-а-а!!!

Граф моргнул и протёр глаза, словно увидел призрака. На диване прямо перед ним сидела принцесса Лия — прямая спина, безупречная осанка.

Это была не ошибка. Это действительно была она.

Но ещё больше его поразило то, что принцесса была не одна. Рядом с ней сидел высокий мужчина, раскинув руки на спинке дивана и не сводя с графа золотых глаз.

Король варваров.

Граф Уэддлтон никогда не находился так близко к этому знаменитому человеку. Даже издалека он казался опасным, а вблизи было трудно выдержать его взгляд. Сидя рядом с принцессой, он делал диван маленьким. Одно движение его руки могло оборвать жизнь графа.

Боги…

Графу хотелось потерять сознание. Среди всей знати Эстии только он сохранил воспоминания. Он прекрасно знал о связи принцессы с варварами.

Он не знал, сколько помнит сама принцесса, но был уверен в одном: стоит ей сказать слово — и варвар мгновенно переломает ему кости.

— Для меня честь… чем обязан визиту принцессы в столь поздний час… — начал граф с натянутой улыбкой.

— Граф Уэддлтон, — перебила Лия холодно. — Вы единственный, кто остался свободным. Наверное, вам было весело.

Его сердце похолодело. Он вытер вспотевшие ладони о брюки, пытаясь выиграть время.

— Я не понимаю, о чём вы.

Её глаза сузились. Она была другой. Фиолетовые глаза, последние месяцы пустые и безжизненные, теперь холодно сверкали.

— Не говорите глупостей. Единственный, кто дорог королеве-матери, — её сын.

Она сделала паузу.

— Вы — расходный материал на случай неудачи. Вы знаете одержимость Томари чистотой крови. Разве человек, отказавшийся от собственного народа, не откажется и от отца, который вовсе не Томари?

Спорить было бессмысленно. Лия подошла ближе, а граф словно лишился дара речи.

— Почему королева-мать требует сердца Томари? Потому что её сила ослабла.

Принцесса остановилась прямо перед ним и наклонилась ближе.

— Я вернула свои воспоминания. Я разрушила заклинание. Остальные тоже скоро очнутся.

…

— Королева-мать в опасном положении. Если её загнать в угол, она способна на всё.

Граф содрогнулся. Блейн уже съел сердце прежнего короля ради заклинания. Сердина без колебаний вырвет сердце и у него, если посчитает нужным.

— Чего вы хотите? — спросил он обречённо.

— Я хочу, чтобы вы подтвердили, что королева-мать — Томари.

— И что я получу взамен, принцесса?

Особняк графа Уэддлтона (6)

Принцесса едва заметно улыбнулась этому вопросу. Улыбка будто намекала, что он глуп, но граф всё равно не мог отвести глаз от её лица.

— Я спасу вас, — мягко прошептала она.

Он раскрыл рот от изумления, и принцесса неодобрительно нахмурилась.

— Разве это не щедро, учитывая зло, которому вы потворствовали? Отец должен отвечать за поступки своей дочери.

Лия не хотела, чтобы её угроза прозвучала пусто, поэтому велела графу на следующий день узнать, что стало с Бён Гёнбэком.

На самом деле она понятия не имела, что с ним будет. Но этого было достаточно, чтобы объяснить, почему она считает, что Ишакан мог забрать его. После этого они вместе покинули гостиную.

— Ты убил леди Мираэль, да? — спросила Лия, когда они шли по коридору.

Это было лишь предположение, основанное на событиях дня: резня Томари, намерение Курканов убить Бён Гёнбэка, то, как Ишакан собирал информацию у Блейна и графа…

Леди Мираэль жила в особняке в столице под охраной рыцарей, но для Ишакана это не было препятствием. В ответ он лишь улыбнулся.

— Думаешь, я просто убил её?

Лия промолчала. Вероятно, и те, кто собирался напасть на неё той ночью, уже мертвы.

— Ты хорошо врёшь, — добавил он.

— У меня не было выбора, — ответила она. Её слова о том, что сила Сердины ослабла и что она освободилась от заклинаний, были ложью, но они должны были встряхнуть графа.

— Что ты сделаешь, если он откажется свидетельствовать?

— Убью его.

Ишакан явно удивился её мгновенному ответу.

— Но он согласится, — продолжила она спокойно. — Он всегда выбирает то, что, по его мнению, сохранит ему жизнь.

Подойдя к лестнице, она заметила капли дождя на стекле.

— Дождь не сильный. Я вернусь во дворец сегодня ночью.

— Нет, — резко возразил Ишакан. — Я только что сказал, что ты беременна. Дождь закончится к рассвету. Мы подождём здесь.

Она молча кивнула. Всё ещё трудно было поверить в беременность, но ей хотелось немного времени, чтобы переварить всё случившееся.

Они шли по пустым коридорам в поисках комнаты, когда Ишакан внезапно схватил её и закрыл ладонью рот. Открыв маленькую дверь в конце коридора, он втянул её внутрь.

Это была кладовка. Места едва хватало на двоих, и как только дверь закрылась, стало совершенно темно.

Ишакан обнял её за талию. За дверью раздался знакомый голос.

— Лия… Лия!

Блейн звал её пьяным голосом.

Лия напряглась, сердце бешено заколотилось. Её охватило непреодолимое желание выйти к нему, и она испугалась, что Ишакан это почувствует.

И вдруг раздался женский голос:

— Ваше Величество, я хочу быть с вами…

Через тонкую дверь было слышно всё. Даже влажные звуки поцелуев.

— Здесь нельзя… Лия хочет делать это в постели…

Женщина притворялась Лией.

Особняк графа Уэддлтона (7)

Ишакан обнажил зубы, и его глаза холодно потемнели. Лия не знала, что делать, когда звуки за дверью становились всё откровеннее.

— Ах, вот… мм… Ваше Величество…

— Лия… ах, Лия…

Шёпот быстро перерос в громкие стоны, и стало ясно: Блейн и женщина занимались любовью прямо в коридоре.

Теперь Лия поняла, почему в особняке графа Уэддлтона не было видно ни одного слуги. Если существовала хоть малейшая вероятность, что король может позволить себе подобное, никому не разрешили бы появляться в коридорах.

Громкие стоны разносились по пустым залам, и Лии хотелось зажать уши. Было невыносимо слышать, как другая женщина притворяется ею, отдаваясь Блейну.

— Ах, сука, сжимай сильнее, Лия…!

Блейн произносил эти грубые слова, называя чужую женщину её именем, и впервые Лия по-настоящему поняла, что он чувствует. Смесь любви и ненависти, глубокое чувство неполноценности и жгучее желание подчинить её. Вот и всё, чего он хотел — держать её под своим контролем.

— Лия… ммм… ах…

Звук его стонов вызывал в ней отвращение. Но времени предаваться этим чувствам не было. Чем громче становился Блейн, тем яростнее делалось выражение лица Ишакана. Казалось, он вот-вот выбьет дверь, однако если их обнаружат, угрожать графу уже не будет смысла. Лия схватила край его рубашки и умоляюще посмотрела на него.

Золотые глаза Ишакана немного смягчились, но Блейн явно не собирался облегчать им задачу.

— Ах, чёрт, Лия…

Женщина вскрикнула безудержно.

— Ещё… Ваше Величество… войдите в Лию!

Тело Ишакана вздрогнуло, и Лия погладила его руку. Он тяжело вздохнул и убрал ладонь, которой закрывал ей рот.

— Я никогда ничего не делала с Блейном, — прошептала она. Её тревожила мысль, что он может неправильно понять и решить, будто между ними что-то было. Ишакан лишь улыбнулся в ответ.

— Я знаю. Если бы он обращался с тобой так… — его взгляд вспыхнул, устремившись на дверь, и в нём ясно читалось, что мысленно он уже разорвал Блейну горло. — …он бы не был жив.

Лия поджала губы, и, когда Ишакан крепче прижал её к себе, она обняла его в ответ. Часть её сознания всё ещё была связана с Блейном; желание броситься к нему, когда он звал её, никуда не исчезло. Но она могла вынести это, потому что была рядом с Ишаканом. Даже в тесном тёмном помещении его глаза излучали яркий свет.

Слыша громкие стоны и глухие звуки тел за дверью, Лия представляла только себя рядом с Ишаканом. Она не помнила, что происходило между ними в тот период её жизни, который стерся из памяти. Сейчас она не могла вспомнить ни одного настоящего соития. И всё, что она видела до сих пор, казалось ей отвратительным; даже сцена за дверью вызывала омерзение, и ей оставалось лишь терпеть.

Но с Ишаканом всё было иначе. Ей хотелось касаться его так, как никогда прежде — даже в те дни, когда она была одержима Блейном. Она не чувствовала ни отвращения, ни неловкости, когда между ними возникала близость. Всё это было приятно. И если бы они действительно стали единым целым…

Наверное, это было бы ещё лучше.

— О чём ты думаешь? — пробормотал Ишакан, прищурившись. — С таким бесстыдным выражением…

Лия на мгновение замялась.

— Я думаю о тебе, — честно ответила она и обвила руками его шею, привстав на носки, чтобы поцеловать. Она первой провела языком между его губами, скользнув по его острым зубам, похожим на звериные клыки.

Закрыв глаза, она наслаждалась тем, как их языки переплетаются. Это было настолько приятно, что всё её тело содрогнулось от удовольствия. Ей пришлось сдержать стон, который едва не сорвался с губ, чтобы Блейн за дверью не обнаружил их.

Но ей хотелось большего. Желание терзало её. Должно быть, она стала испорченной. Лия облизнула влажные губы, ощущая вкус его слюны.

— Я хочу быть только с тобой, — прошептала она, и в её голосе дрожало волнение. — Я не хочу, чтобы ко мне прикасался кто-то другой. Всегда… только с тобой.

Особняк графа Уэддлтона (8)

В этот момент что-то горячее и твёрдое коснулось её живота. В тесной кладовой для метёл не было ни малейшего пространства для отступления. Прижатая к Ишакану без единого сантиметра между ними, Лия опустила взгляд и увидела извивающийся бугор его возбуждения, упирающийся в неё.

— ……

Ишакан скрывал между бёдер нечто смертельно опасное. Лия раскрыла рот от изумления и медленно подняла взгляд к его лицу.

— Это твоя вина, — сказал он, приподняв брови.

Лия моргнула, смущённая тем, что он так прямо обвиняет её в своём… состоянии. За дверью воцарилась тишина. Похоже, Блейн и женщина ушли, закончив.

Ишакан вышел из кладовой, держа Лию на руках, и направился к ближайшей гостевой спальне.

В комнате слегка пахло пылью, но в целом она выглядела чистой. Впрочем, у Лии не было времени рассматривать её. Ишакан захлопнул дверь и сразу подошёл к кровати, осторожно уложив её поверх покрывала.

Звук дождя по стеклу усилился, превращаясь в настоящий ливень. Лия глубоко вдохнула. В комнате слышалось только их дыхание, и ей казалось, что сердце вот-вот вырвется из груди. Она не могла сдержать возбуждение, её руки сами потянулись к нему. Ей хотелось касаться его. Она попыталась стянуть с него рубашку, но Ишакан перехватил её ладонь и поднёс к губам. Целуя её пальцы, другой рукой он начал снимать с неё одежду.

Обнажённая, Лия опустилась на кровать, а Ишакан раздвинул её бёдра и устроился между ними. Она лишь обвила ногами его талию. Их губы снова встретились в поцелуе, полном страсти.

Поцелуи были жадными, почти звериными — укусы, всасывающие движения, прикосновения языков, словно ими двигал один лишь инстинкт. Руки Ишакана скользили по её телу, сжимая и лаская, и Лия вздрагивала, когда он мял её грудь и обхватывал ягодицы. И сама она не могла не касаться его, переполненная желанием.

Её тело стало невероятно чувствительным, и малейшее прикосновение заставляло её стонать и прижиматься к нему. Голова кружилась, словно от опьянения.

— Ах… быстрее… мм…

Трепет внутри становился невыносимым. Бёдра Лии сами разошлись шире, словно прося его сделать хоть что-нибудь. Скорее.

— Лия… — впервые произнёс Ишакан, и ей понравилось, как звучит её имя в его голосе, наполненном желанием. Когда так говорил Блейн, её это отталкивало. Когда Ишакан — возбуждало.

Он облизнул губы. Ему хотелось сразу же взять её, но он сдерживался.

— Мы давно этого не делали… — сказал он. — Нельзя так сразу.

Он удержал её бёдра и склонился между ними, коснувшись её губами.

— Ах…!

Лия вздрогнула от неожиданности. Это казалось невероятно откровенным, и её ступни нервно упёрлись в его плечи, пока он ласкал её. Ишакан поднял взгляд, и её просьба быть немного медленнее так и осталась невысказанной. Стоило их взглядам встретиться, как он поймал её за щиколотку и провёл языком по коже.

— Я тоже хочу доставить тебе удовольствие, — вырвалось у неё без раздумий.

Ишакан тихо рассмеялся, продолжая ласкать её ногу языком.

— Ты такая смелая, потому что ничего не знаешь, — сказал он.

— Нет, я просто хочу, чтобы нам обоим было хорошо… — начала она, и Ишакан легко прикусил её щиколотку.

— Только рядом с тобой я счастлив.

— Я тоже.

Вспомнив ласки, которые видела у Блейна с его любовницами, Лия потянулась к Ишакану и коснулась его. Он застонал.

— Откуда ты всё это знаешь, если ничего не помнишь? — спросил он, нахмурившись. Лия продолжала ласкать его, не отвечая. Если бы она призналась, что Блейн заставлял её смотреть на это, Ишакан немедленно ушёл бы отрывать ему голову.

Цокнув языком, Ишакан приподнял её.

— Если мы продолжим так, то, похоже, зачнём второго ребёнка раньше, чем родится первый, — пробормотал он, ложась на спину и устраивая её сверху.

Лия застыла, увидев его перед собой, и невольно приподняла бёдра от внезапной волны удовольствия.

— Ты должна сделать то же самое, — сказал Ишакан, продолжая ласкать её.

Прозрачная капля выступила на кончике его плоти. Лия замешкалась на мгновение, затем осторожно коснулась его губами. Его тело дрогнуло, и она поспешно обхватила его рукой, удивлённая собственным откликом.

Когда она снова осторожно коснулась его губами, позади раздался тихий смешок.

— Что ты делаешь, Лия? Это всё? — его пальцы скользнули внутрь неё. — Ты должна заставить меня почувствовать удовольствие.

Особняк графа Уэддлтона (9)

Похоже, её старания не достигали цели. Лия делала всё возможное, но совсем не была уверена, что сможет удовлетворить Ишакана.

Вспоминая то, что видела у других женщин рядом с Блейном, Лия попыталась двигать губами, как они, но это оказалось трудно. Ишакан не собирался оставаться неподвижным. Его пальцы неумолимо скользили внутри неё, а ощущение его языка заставляло её лицо краснеть, словно спелый томат.

Она пыталась сосредоточиться на том, что было перед ней, а не на мужчине позади, отвлекающем её. Она уже видела его раньше, но он всё равно казался слишком большим. Даже взять его в рот было непросто. Собравшись с духом, она приняла его глубже, пока он не коснулся горла, и сжала губы так сильно, что щёки напряглись.

— Ах…

Ишакан сразу же издал хриплый стон, и пальцы Лии невольно сжались. Этот звук вызывал странное тепло в её животе. Делая ему приятно, она сама испытывала не меньшее удовольствие, и приглушённо застонала.

— Ах… мм…

Её бёдра дрожали, а его пальцы внутри неё внезапно стало больше. Теперь их было три.

У него были необычайно большие руки. Длинные пальцы упирались в неё изнутри и двигались глубже, вызывая влажный звук. Лии было трудно удерживать его губами, пока её тело содрогалось.

Другой рукой Ишакан ласкал её грудь, продолжая ритмично двигать пальцами.

— Ты не собираешься продолжать? — спросил он хрипло.

Лия попыталась снова двигаться, но вскоре остановилась, когда он согнул пальцы внутри неё, посылая дрожь по всему телу. Голова сама запрокинулась назад, и зубы случайно задели его.

Ишакан резко выдохнул.

— Пальцы… мм… ах… — почти взмолилась Лия. — И язык тоже… ах…

Но он лишь продолжал ласкать её, одновременно касаясь груди. Она теряла силы и обмякла, уткнувшись лицом в его живот, пытаясь перевести дыхание.

Она даже укусила его, но на его коже не осталось следа. Когда Лия попыталась подняться, его пальцы задвигались ещё быстрее, словно он этого ждал, и она застонала, непроизвольно двигая бёдрами. Это было попыткой отстраниться, но она не могла вырваться.

Он снова коснулся её груди, и Лия едва не всхлипнула.

— Ах… ты всё время делаешь одно и то же… мм… я даже не могу…

— Что?

— Пальцы… ах…

Она хотела доставить удовольствие и ему, но он постоянно отвлекал её. Она оттолкнула его руку.

— И язык тоже не используй… — прошептала она. — Я тоже хочу сделать тебе приятно…

Стоило ему остановиться, как она снова начала ласкать его губами. Она провела языком по выступающим венам, коснулась чувствительного места на кончике и вновь приняла его глубоко, пока он не коснулся её горла.

Ишакан медленно вытащил пальцы, влажные от неё.

— Я не буду сердиться, но скажи, — мягко произнёс он, снова коснувшись её. — Где ты этому научилась?

Она замерла.

— Я никогда не учил тебя этому, — спокойно продолжил Ишакан. — Где моя жена этому научилась?

Лия сжала губы. Она не знала, что ответить.

— Объясни, Лия, — снова сказал он.

Особняк графа Уэддлтона (10)

Ложь с Ишаканом не работала. Он был слишком проницателен, и Лия понимала, что попытка солгать только создаст между ними проблемы. К тому же она не могла придумать ни одного правдоподобного оправдания. Она не знала, что сказать.

Держа мужа рукой, Лия всё-таки призналась.

— Я видела, как Его Величество спал с другими женщинами.

— …Ты видела его?

— Иногда… он звал меня в свою комнату…

Ишакан молча слушал, как она рассказывает, что Блейн заставлял её сидеть и смотреть, как он занимается любовью с другими женщинами. После этого он некоторое время молчал.

— Я не злюсь, — наконец сказал он. Но скрыть чувства в голосе не смог. Он сдерживался, однако под этой сдержанностью кипела ярость. Лия хотела увидеть его лицо, но едва мысль повернуться мелькнула в голове, как он шлёпнул её.

— Не оборачивайся.

Лия промолчала. Похоже, он действительно был очень зол. Она хотела как-то его успокоить, но едва она вновь коснулась его губами, как её глаза распахнулись от неожиданности. Пальцы Ишакана снова проникли внутрь неё и начали двигаться быстро и настойчиво, пока его язык продолжал ласкать её.

Лия ахнула, ощущая, как волна удовольствия затуманивает зрение. Пальцы ног вцепились в простыни, смяв ткань, и, не выдержав ощущений, она обмякла на нём, застонала.

— А-а-ах…!

Силы покинули её, и она задрожала всем телом, захлёбываясь дыханием. Слёзы выступили на глазах, когда её накрыла разрядка. Но Ишакан не остановился.

Лия отстранилась, тяжело дыша.

— Пожалуйста… остановись… — прошептала она.

Но он не послушал, продолжая настойчивые движения. Её тело вновь содрогнулось, голова запрокинулась сама собой.

— Я… больше не могу… ах!

Через мгновение её снова накрыла новая волна наслаждения, и она громко застонала.

Едва придя в себя, Лия почувствовала, как Ишакан перевернул её и притянул к себе.

Её зрение всё ещё плыло. Она лежала на животе, ощущая горячее дыхание у себя на спине, пока его руки крепко держали её за бёдра. Он потянул её к себе и снова притянул ближе.

Лия судорожно вдохнула, ощущая, как всё её тело наполняется пугающим и одновременно желанным чувством близости. Несмотря на страх, ей нравилось это ощущение полной связи с ним.

И вдруг в памяти всплыли слова, которые она слышала ранее.

— Ах, сука, сжимай сильнее, Лия…!

А что, если Ишакану не так хорошо? Что, если наслаждается только она? Что, если он устанет от неё, когда получит желаемое?

Блейн часто менял женщин. Сомнения заполнили её мысли, и Лия попыталась сильнее сжаться, напрягая мышцы.

— Лия… — выдохнул Ишакан и наклонился, прикусив её за шею. — Расслабься…

Но, несмотря на усталость, она снова напряглась, пытаясь угодить ему. Ишакан почувствовал, что в её поведении есть что-то странное.

— Лия, — повторил он, явно требуя объяснений.

Она уткнулась лицом в постель. Ей было слишком трудно лгать ему, поэтому она тихо пробормотала часть правды:

— Не должно быть… слишком свободно…

Ишакан горько усмехнулся.

— Теперь понимаю… — сказал он с колкой насмешкой. — Но если мужчине приходится так говорить, значит проблема в том, что он просто маловат.

Особняк графа Уэддлтона (11)

Ишакан смотрел на гладкую белую спину Лии, безупречную, если не считать выступающих позвонков. Он глубоко вдохнул, проводя взглядом вверх и вниз по её спине. Её влажное тело крепко обхватывало его, и мышцы его челюсти напряглись, пока он пытался взять себя в руки. Удовольствие было оглушающим.

Так было всегда. Близость с ней была настолько сильной, что ему становилось трудно бороться со своими инстинктами. Он понимал, что ей бывает тяжело выдержать его, но всё равно неизменно доводил её до предела.

Даже одного взгляда на неё было достаточно, чтобы ему стало трудно сдерживаться. Малейшее поощрение с её стороны заставляло его терять контроль.

Лия уже не раз рисковала жизнью, искушая его. И сегодня произошло то же самое: сначала её взгляд, полный желания, затем поцелуй в кладовой, после которого он уже не мог остановиться.

Кровь зверя в жилах курканов наделяла их сильными инстинктами. Он боялся напугать её, ведь она ничего не помнила, и решил не давить на неё. Но после столь долгого вынужденного воздержания они наконец были вместе, и он не собирался останавливаться, пока она не потеряет рассудок от чувств.

В глубине души он даже думал, что если полностью раствориться в этой близости, это может помочь ей вспомнить. Но эта мысль наверняка бы шокировала её, если бы она узнала.

Ишакан медленно начал двигаться, но внезапно остановился.

— Лия…!

Он крепко сжал её бёдра. Разница в их размерах была огромной. Неужели ей трудно?

— Расслабься… — сказал он, глядя на неё. Её руки так крепко сжимали простыню, что маленькие кулаки дрожали, и его золотые глаза похолодели. — Лия…

— Не должно быть… слишком свободно… — прошептала она.

Поняв смысл её слов, Ишакан насмешливо рассмеялся.

— Если мужчине приходится так говорить, значит проблема в том, что он маловат.

Её спина дрогнула, и он сильнее сжал её бёдра, ожидая, пока она расслабится. В голове у него вспыхивали проклятия.

Он вспомнил всё, что было между ними раньше. Он радовался, что именно он научил невинную принцессу, которая ничего не знала. Ему нравилось видеть, как она меняется, как начинает говорить о своих желаниях. И ему было приятно осознавать, что это произошло благодаря ему.

Это была особенная связь, которую невозможно заменить или воссоздать.

Но после того как её забрали у него, Блейн научил её многому странному. Даже теперь близость с Ишаканом смущала её. Мысль о том, что она сидела в комнате Блейна и смотрела на его близость с другими женщинами, заставляла кровь Ишакана кипеть.

Существует ли способ убить этого ублюдка так, чтобы стало легче?

Он сомневался, что что-то способно полностью унять его ярость.

Глубоко вдохнув, он попытался успокоиться. Сейчас он должен думать о жене. Осознание того, что она старается ради него, немного уняло гнев.

Лия всё ещё прятала лицо в постели. Ишакан обнял её и вышел из неё, переворачивая на спину. Она вздрогнула от этого ощущения.

Он провёлся по её влажной коже.

— Давай лицом к лицу, — сказал он, глядя на неё.

Она мгновенно покраснела. Он улыбнулся и притянул её ближе, заставив её громко застонать.

Он ласкал её грудь, стараясь не поддаться желанию сразу ускориться. Её тело идеально помещалось в его руках, и он не забывал дразнить чувствительные точки. Лишь затем он снова начал двигаться.

Звук их тел наполнил комнату.

— Лия… Лия… — произнёс он, называя её имя голосом, полным наслаждения. Тепло её тела и то, как она дрожала, пытаясь сдержать стоны, сводили его с ума.

Особняк графа Уэддлтона (12)

Когда бёдра Лии начали судорожно двигаться от накатывающего удовольствия, Ишакану стоило огромных усилий не быть с ней слишком грубым.

— Ах, Лия… ах…

Звук его голоса, произносящего её имя, вызвал в ней странное чувство. Она была полностью поглощена ощущениями, которые он дарил ей, но вдруг её глаза широко распахнулись.

— Нет… Ишакан…

Она поспешно попыталась оттолкнуть его, почувствовав знакомое серебристое напряжение внизу живота, предвещавшее разрядку. В панике она пыталась остановить его, но Ишакан сделал вид, что не замечает. Ему нравилось, когда она становилась такой.

— Хватит… остановись… сейчас… ах…

Когда она попыталась вырваться, он прижал её всем телом, не позволяя двигаться. Он прижал её руки над головой и ускорил движения так, что кровать заскрипела. Его внимание было приковано к её губам — он ловил её дыхание, касался языком её губ, не оставляя ей возможности скрыться.

Лия замерла. Её влажные фиолетовые глаза затуманились, спина выгнулась дугой, и она задрожала.

— Мм… ах…

Её тело содрогнулось, и он почувствовал, как она сильнее сжимается вокруг него. Волна наслаждения прокатилась по ней снова и снова. Он замедлил движения, позволяя ей полностью пережить разрядку.

Когда всё закончилось, Лия внезапно расплакалась.

— Хк… ах…

Ишакан решил, что она просто смущена, и начал ласково успокаивать её, касаясь её груди. От его прикосновений она снова задрожала.

— Я же сказала остановиться… — всхлипывала она. — Почему ты всё время так делаешь…

Это уже случалось раньше, но она не помнила этого. Ишакан не смог сдержать улыбку. Она каждый раз думала, что он просто заставил её намочить постель.

Разозлившись, Лия ударила его в грудь, затем ещё раз, увидев, что его это лишь забавляет. Удар кулаком даже не причинил ему боли.

— Ай, — запоздало сказал он, притворяясь раненым, и это только сильнее разозлило её. Он мягко прикусил её за щёку. — Моя жена сильная.

— Ишакан, ты такой…! — её голос дрожал от обиды.

Он провёл рукой по её серебристым волосам.

— Прости. Ты испугалась? — мягко спросил он и осторожно поцеловал её заплаканные щёки, мочку уха, затем слегка обветренные губы. — Я буду нежнее.

Лия моргнула мокрыми ресницами. Её глаза, полные слёз, казались особенно прекрасными. В них было столько чувств, что Ишакану стало трудно оставаться спокойным.

Когда-то она всегда выглядела холодной и сдержанной. Теперь же иногда позволяла ему видеть свои настоящие эмоции.

Это трогало его до глубины души.

Она была так прекрасна, что люди не могли оставить её в покое. И он тоже был одним из них.

— Я буду настолько нежным, насколько ты захочешь…

Разница была лишь в том, что он хотел сделать её счастливой, несмотря ни на что.

Он поцеловал её глаза. В его голосе звучала любовь, словно каждое слово было признанием.

— Не плачь, Лия.

Особняк графа Уэддлтона (13)

Как и обещал, Ишакан был очень нежным. И Лия поняла, что ошибалась. Даже без грубости ощущения, которые он дарил ей, было трудно выдержать.

Он ни на мгновение не отводил от неё взгляд, мягко двигаясь и наблюдая за каждой её реакцией, снова и снова шепча её имя. Один только звук его глубокого голоса заставлял её слегка дрожать.

И когда он достиг разрядки внутри неё, она снова содрогнулась, слыша его хриплый стон, ощущая, как тепло разливается глубоко внутри. Это было ошеломляюще.

Их близость казалась похожей на плавание в густом мёде. Позже, когда они лежали, обнявшись, Лия тихо вздохнула от удовлетворения. Прижавшись к нему, она глубоко вдохнула. Было естественно, почти рефлекторно, целоваться, лежа лицом к лицу, прижимаясь вспотевшими телами.

«Вот что значит близость», — подумала Лия, когда их губы мягко касались друг друга. Чувствовать тепло друг друга, делиться эмоциями, быть полностью связанными…

То, что она видела в постели Блейна, было лишено любви. Это было лишь удовлетворение плотского желания.

Ишакан лёг на спину, уложив Лию на грудь и нежно поглаживая её. Пальцы его другой руки скользнули ниже, осторожно касаясь её.

Внезапно его взгляд стал беспокойным.

— Кажется, я больше не смогу… — испуганно сказала Лия, поняв, о чём он думает. В её голосе не было сил. Он убрал руку, мягко проводя пальцами по её коже.

Серебристые волосы Лии рассыпались водопадом, когда она поспешно поднялась, избегая его прикосновений.

— Мне нужно вернуться во дворец… — нерешительно сказала она.

Ишакан поцеловал прядь её волос и притянул её обратно, обнимая.

— Не уходи.

Она тоже не хотела уходить. Ей хотелось заснуть в его объятиях и по-настоящему отдохнуть. Но ей нужно было вернуться. Когда она не ответила, он нахмурился.

— Я совершил ошибку. Надо было не останавливаться, пока ты не потеряешь сознание.

Лия уткнулась лицом в его грудь. Она знала, что, несмотря на такие слова, он всё равно отвезёт её вовремя.

— У меня есть вопрос, — вдруг сказала она, поднимая голову. — Заклинания ведь заставили меня влюбиться в Его Величество?

В её воспоминаниях было время, когда Блейн казался добрым и заботливым.

— Раньше он был таким… Может, и он изменился из-за чар?

Лицо Ишакана осталось бесстрастным.

— Этот ублюдок всегда был мерзавцем. Ты поймёшь, когда вспомнишь.

Лия опустила взгляд. Он говорил так уверенно, будто возвращение памяти неизбежно. Но времени оставалось так мало, что это казалось невозможным. Тревога наполнила её сердце.

Если она никогда не вспомнит, то никогда не поймёт всего.

— Иногда я думаю об этом… — тихо сказала она, глядя на него тревожными глазами. — Какая я была раньше… Наверное, очень смелая.

Ишакан наклонил голову так близко, что их губы почти коснулись.

— Ты очень старалась. Как и сейчас. — Он мягко улыбнулся и поцеловал её в лоб. — Почему бы тебе не поспать перед возвращением?

Стоило ему это сказать, как сонливость накрыла её. Лия не смогла удержать глаза открытыми и быстро уснула.

Железная дверь

Снова Лия стояла посреди бескрайней пустыни.

Пейзаж из золотого песка был до боли знаком, солнце палило нещадно, но ей не было жарко. Потому что это был сон.

Лия шла вперёд, оставляя цепочку следов на мелком песке. Прошло какое-то время, прежде чем она остановилась. На горизонте виднелось тёмное нагромождение.

Это были цепи.

Её тело автоматически напряглось. Но на вершине цепей сидела маленькая серебристая фигурка, и она бросилась к ней. Это был волчонок. Увидев, что он невредим, Лия облегчённо вздохнула. Щенок даже завилял хвостом, гордо приподняв мордочку и ударяя цепи передними лапками.

— Это ты всё сделал? — спросила она.

Он кивнул, явно желая похвастаться добычей, словно хотел рассказать, как трудна была охота и как он победил. Сердце Лии переполнилось нежностью.

Ей хотелось обнять его. Но она боялась просто схватить малыша — вдруг ему это не понравится? Осторожно протянув руку, она увидела, как волчонок встал на задние лапки и вытянул передние, словно просил взять его на руки.

И вот он уже был в её объятиях. Лия гладила мягкий серебристый мех, такого же оттенка, как её волосы. Серебряные волосы были редкостью — почти символом законной королевской крови Эстии. И это был первый волк с таким мехом, которого она видела. К тому же у него были золотые глаза.

Когда их взгляды встретились, челюсти волчонка приоткрылись, а его золотые глаза потеплели — точно как у Ишакана.

Он так долго сражался здесь один, но в его улыбке не было ни капли обиды — только привязанность.

— Мама! — сказал волчонок.

Лия оцепенела. Она вспомнила слова Ишакана о беременности. Тогда это казалось чужой новостью, будто не имеющей к ней отношения.

Но услышать это слово…

Оно вонзилось прямо в сердце.

Она всегда хотела защитить этого малыша, сама не понимая почему. Настолько сильно, что просила Ишакана помочь ей с этим сном. Почему она так старалась?

Ответ был у неё на руках.

— Малыш… — прошептала она.

Внезапный порыв ветра поднял бурю песка. Лия зажмурилась, а когда открыла глаза, вокруг было темно. Перед ней стояла железная дверь.

Железная дверь, опутанная цепями и запертая замком без ключа.

Лия смотрела на неё, не мигая.

Зубы стиснулись. Она бросилась к двери, яростно дёргая цепи и колотя по металлу изо всех сил.

— Откройся!!! Откройся сейчас же!!!!!

Во всём была виновата эта дверь. Если бы она открылась… если бы только открылась…

Слёзы текли по её щекам, пока ярость разрывала сердце. Мысль о том, через что прошёл её ребёнок, была невыносимой. Она ничего не знала. Обессилев, она прислонилась к двери, и вдруг кто-то потянул за подол её платья.

Она посмотрела вниз. Волчонок пришёл следом. Лия поспешно вытерла слёзы и наклонилась, чтобы снова обнять малыша, но он отступил и начал лизать её покрасневшие руки.

— А если я не смогу? — тихо спросила она.

Волчонок коснулся её ноги лапкой, и она невольно рассмеялась сквозь слёзы. Он пытался утешить её.

Внезапно он поднял голову и завыл. Луч света прорезал темноту и окутал волчонка.

Лия ахнула.

В одно мгновение он вырос — уже не беспомощный малыш, а огромный серебряный волк размером с дом. Он снова завыл, оглушительно, и по коже Лии пробежали мурашки.

Волк бросился к железной двери, разрывая зубами цепи, которые она не смогла сдвинуть даже со всей своей силой.

С громким металлическим треском цепь разорвалась.

Осколки

Лия проснулась так резко, словно её выбросило из сна. Она схватилась за голову, и её тут же накрыла тошнота.

Боль была такой сильной, будто череп раскалывался на части. Словно кто-то ударил его молотом. И всё же, несмотря на мучительную пульсацию, Лия отчаянно пыталась ухватиться за обрывки воспоминаний, вихрем кружившихся в её сознании.

— Возьми меня в жёны.

Пионовый сад.

Она ясно помнила, как набралась смелости и призналась в любви Блейну. Но теперь картина изменилась. Перед ней стоял другой мужчина, держащий в руке пион.

— Правда… ты такая капризная…

Голос мужчины постепенно затихал. Его фигура расплывалась. Но одно было ясно: улыбка Лии и счастливая улыбка мужчины напротив. Его голос казался ей самым прекрасным в мире.

— Моя невеста…

Воспоминание быстро угасло.

— ……

В холодном поту Лия убрала влажные пряди со лба. Стоило ей попытаться вернуть эти образы, как боль усиливалась. Закрыв глаза, она глубоко дышала, но тошнота не проходила.

Разве она не признавалась Блейну?

Оказалось, что не только настоящие воспоминания были украдены — их заменили ложные. Сколько времени её память была искажена? Она больше не могла доверять… ничему.

Но одно она знала точно — в пионовом саду она призналась не Блейну.

Ишакан пришёл в ярость, когда услышал, что она якобы признавалась Блейну.

Лия закрыла лицо руками. Даже если память полностью вернётся, ей понадобится много времени, чтобы искупить свои ошибки.

Поднявшись в постели, она поняла, что всё ещё находится в особняке графа Уэддлтона. Ишакана рядом не было. За окнами по-прежнему лил дождь, барабаня по стеклу. Она думала, что он скоро прекратится, но ливень только усиливался.

Из-за туч трудно было понять, который час, но, возможно, скоро рассвет.

Лия посмотрела в темноту за окном.

Там ничего не было видно — лишь бесконечная тьма. Но солнце всё равно взойдёт.

Она положила ладонь на живот, ощущая лёгкую округлость, которой раньше не было. Это было едва заметно, и она списывала всё на прибавку в весе.

В памяти всплыла сцена сна. Маленький волчонок с золотыми глазами вырос до размеров дома и бросился на железную дверь.

Как она могла не понять раньше? Любой, кто увидел бы волчонка с золотыми глазами, догадался бы, чей это ребёнок.

Лия тихо вздохнула. В её душе царил хаос — радость, страх, волнение, счастье… и глубокая грусть. Она не могла до конца порадоваться будущему ребёнку, потому что чувствовала себя неполной. Только у плохой матери ребёнок вынужден переживать столько испытаний ещё до рождения. Если бы он появился чуть позже, когда всё стало бы безопаснее…

Но в воображении она увидела себя рядом с Ишаканом, держащую их сына.

У неё наконец будет семья.

Она долго сидела, поглаживая живот, пока звук поворачивающейся дверной ручки не заставил её вздрогнуть.

— …Лия?

Ишакан вошёл в комнату с охапкой одежды в руках. Он выглядел удивлённым, увидев, что она уже проснулась. Похоже, он собирался тихо одеть её и отвезти обратно во дворец, пока она спит.

Она была обнажена только потому, что он разорвал её одежду.

Но Лию это не волновало.

Соскользнув с кровати, она на нетвёрдых ногах подошла к нему, приподнялась на носках и обняла его за шею.

Ишакан немного неловко наклонился, обнимая её в ответ, и она почувствовала тепло его одежды на своей холодной коже.

— Тебе приснился кошмар? — спросил он.

Лия посмотрела в его глаза — золотые, как пустынное солнце, идеально подходящие его титулу.

Король Пустыни.

Молчание затянулось. Он приподнял бровь.

— Или ты хочешь повторить? В таком случае опоздаешь.

Проблемы с её силой (1)

Ишакан взглянул в окно, прищурившись, будто высчитывал точное время, затем снова посмотрел на Лию.

— Мне всё равно, если ты опоздаешь, но для принцессы это может стать проблемой, — сказал он шутливым тоном, хотя в голосе звучала серьёзность. Лия провела рукой по его волосам так же, как гладила во сне шерсть волчонка, и он улыбнулся.

— Почему ты убиваешь тома? — тихо спросила Лия, приподняв брови.

— Потому что они встают у меня на пути, — просто ответил он.

— Ты пощадишь невинных томарис?

— Столько, сколько ты пожелаешь.

Лия задумалась на мгновение.

— У меня есть одно дело, — тихо сказала она.

Обычно шумный дворец королевы-матери теперь погрузился в тишину. Привычки его хозяйки изменились.

Она больше не приглашала мужчин и не держала томарис в качестве слуг. В этом безмолвном, почти пустом дворце бродили лишь мрачные фрейлины.

— ……

Сердина тяжело дышала. Её тело было залито кровью, и дым, поднимающийся от неё, лишь на мгновение рассеивался.

Она смотрела вперёд безумным взглядом, окружённая чёрными тушами животных. Притащив барана в центр магического круга, она отрубила голову шестьдесят шестой жертве и вылила кровь на пол.

Узор был начерчен её собственной кровью, и он впитывал каждую каплю жертвенной крови, но не менялся. Дым, исходящий от её тела, никак не исчезал полностью.

Выругавшись, Сердина бросила кинжал на пол и начала грызть окровавленные ногти.

С тех пор как она съела сердца нескольких томарис, Сердина заперлась во дворце, пытаясь решить проблему, с которой не могла справиться. Её сила росла всё больше, но она совершенно не могла её контролировать. Как переполненный стакан воды, она переливалась при малейшем движении.

Эта дикая, неуправляемая сила сводила её с ума, словно она переступила границу своих возможностей.

Когда она уже тянулась за новой жертвой, появился Блейн.

— Мама.

Он редко навещал её по собственной инициативе. Глаза Сердины расширились.

— Блейн… мой сын, мой король!

Подбирая подол окровавленного платья, она поспешила к нему. Но, в отличие от матери, Блейн был холоден и бесстрастен.

— Я принёс тебе подарок, — сказал он, таща связанного мужчину. Тот отчаянно пытался кричать через кляп, тряся головой.

Уголки губ Сердины поднялись.

— Томарис.

Она слышала, как бешено колотится его сердце. Блейн холодно пнул мужчину, затолкнув его внутрь магического круга.

— Разве ты не должна становиться сильнее?

Он знал, что она страдает, потеряв контроль над силой, и потому привёл новую жертву — не мёртвое тело, а живого человека их крови.

Подняв кинжал, он вложил его ей в руку и улыбнулся, когда её тонкие пальцы крепко сжали рукоять.

— Я всегда гордился этим. Надеюсь, мать тоже будет гордиться мной.

Улыбка Сердины стала коварной. Она не знала, что заставило Блейна так измениться. Он даже пытался управлять ею. Но, хотя она не привыкла к этому, ей нравилась эта перемена. Ведь именно она взрастила этого монстра.

— Конечно, всё благодаря тебе… мой сын Блейн…

Она обхватила его лицо окровавленными руками, размазывая кровь по его белой коже.

— Ты никогда не предашь мать, — прошептала она.

Блейн не ответил. Он лишь улыбнулся.

— Ваше Величество. Королева-мать. — Главная фрейлина приоткрыла дверь. — К вам просьба о визите.

— Я же сказала, что никого не принимаю! — резко выкрикнула Сердина.

— Просто… — нервно продолжила женщина. — Просьбу прислала принцесса.

Проблемы с её силой (2)

Через час Сердина вошла в зал аудиенций в элегантном платье. Кровь с её тела была смыта, а чёрный дым, постоянно исходящий от неё, временно подавлен. Этого хватило хотя бы на чашку чая.

— Давно не виделись, Лия.

Лия поднялась с дивана и поклонилась, когда королева-мать вошла. Сердина внимательно оглядела её, улыбаясь, отмечая каждую деталь. Глаза Лии были спокойны, и, встретившись с ними, Сердина ощутила сильное желание разорвать её на части.

Лия родилась с серебряными волосами королевского рода Эстии и фиолетовыми глазами, восхищавшими знать. Её происхождение было безупречным — именно таким, которому Сердина всегда завидовала.

Но теперь это не имело значения. Благородная принцесса стала всего лишь куклой в руках Сердины. И ей доставляло огромное удовольствие заставлять её танцевать на своих нитях. И так будет продолжаться столько, сколько она захочет.

Женщины сидели друг напротив друга, попивая чай. В зале слышался лишь звон чашек и тихий стук ложечек.

Первой нарушила молчание Сердина. Она изящно сделала глоток и поставила чашку.

— Я удивлена. Ты пришла по собственной инициативе.

Лия повторила её движение и поставила свою чашку. Сердина заметила, что уровень чая в ней почти не изменился, и улыбнулась.

— Что-то случилось, Лия?

— Я давно вас не видела, — ответила Лия. — Я беспокоилась, что вы могли заболеть.

Обе понимали, что это не истинная причина визита. Даже потеряв память, Лия инстинктивно боялась Сердину. Хотя та оставила ей лишь воспоминания о ласке, страх всё равно жил в ней.

Это всегда радовало Сердину. Ради Блейна она притворялась доброй мачехой, но не хотела, чтобы Лия хоть на шаг выходила за пределы своей роли.

Поэтому её визит был странным. Сердина внимательно наблюдала за ней. Заклинание всё ещё действовало, пусть и ослабло после её пребывания среди варваров. Лия всё ещё любила Блейна.

Осознание того, что заклинание оказалось несовершенным, заставило Сердину почувствовать жажду. Оно лишь исказило воспоминания Лии, но не смогло полностью изменить её чувства.

Это была её собственная слабость.

Новый глоток чая не помог. Мысль о слабости заклинания вызывала желание уничтожить девушку прежде, чем та успеет восстать.

— Как поживает графиня Мелисса? — ласково спросила Сердина. — Ты должна заботиться о верных слугах, ведь она воспитывала тебя с детства.

В этих словах скрывалась угроза. Лия поняла её безошибочно, и на лице мелькнула тень.

— …Да.

Покорный ответ вызвал усмешку Сердины. Но следующая фраза стерла её.

— Поэтому я не сбежала.

— ……

Сердина тщательно стерла выражение лица. Но теперь Лия не отвела взгляд. Ещё недавно она не осмелилась бы смотреть королеве-матери в глаза. Страх всё ещё был в её взгляде, но появилось и новое — отчаянная решимость, рожденная отчаянием.

Как эта девушка так изменилась?

Сердина с детства ломала её, чтобы она никогда не осмелилась на бунт. Что изменилось?

Сердина улыбнулась. Лия, не дрогнув, поставила на стол маленькую стеклянную бутылочку с чайными листьями и подтолкнула её к ней.

— Это травяной чай. Я постаралась достать его. Он полезен для здоровья королевы-матери. Я хотела отблагодарить вас за чай, который вы дали мне. Он был очень полезен.

Лия слегка улыбнулась.

— Разве не следует возвращать то, что тебе дали?

Сердина смотрела на неё в ужасе.

Сделав то, ради чего пришла, Лия поднялась и вежливо завершила встречу.

Воспоминание

Лия ушла, оставив Сердину в одиночестве — та молча смотрела на чайные листья в стеклянной бутылочке на столе.

Внезапно расхохотавшись, Сердина с размаху ударила по бутылке. Стекло разлетелось осколками, листья рассыпались по полу.

Эта дрянь была у неё на ладони. Одним-единственным заклинанием Сердина могла бы заставить Лию упасть на колени и умолять о пощаде. Ей хотелось броситься за ней и притащить обратно за волосы.

Но она не могла позволить себе сделать то, что хотелось.

Ради Блейна.

Сердина поднялась.

Перед глазами вспыхнуло воспоминание — ночь в бледном лунном свете, десятки отрубленных голов на полу спальни.

Блейн был прав. Ей нужно больше силы.

Её инстинктивно тошнило от мысли пожирать собственный народ, приносить томарис в жертву живыми, но это был единственный путь. Сначала она накопит достаточно силы. А когда враги будут повержены — тогда разберётся с контролем.

Когда она переродится, весь мир окажется у неё в руках.

Совершенный бог.

Постепенно ярость улеглась. Вместо того чтобы гнаться за Лией, Сердина вернулась в свою комнату, где всё ещё пахло кровью.

Но едва она увидела магический круг на полу, её глаза расширились.

Томарис, которого она оставила лежать в центре узора, исчез.

Фрейлины сопровождали Лию обратно из дворца королевы-матери. Дойдя до садов дворца принцессы, Лия остановилась и обернулась.

— Я немного прогуляюсь одна. Вы можете идти внутрь.

Когда они скрылись из виду, она медленно пошла по аллее. Но стоило убедиться, что её никто не видит, как шаги ускорились. Быстрее. Ещё быстрее. Пока она не побежала.

Она просила Ишакана подождать со спасением тома до того момента, как их доставят во дворец Сердины. И надеялась, что он успел.

Она специально не спасла их раньше. Она хотела, чтобы они увидели всё своими глазами. Среди томарис всё ещё было много сторонников Сердины. Но если станет известно, что королева-мать пожирает собственный народ…

Даже самые преданные ужаснутся.

Сейчас курканы, вероятно, уже выводили томарис тайными ходами. Они говорили, что знают все скрытые проходы дворца.

— Откуда вы знаете о тайных ходах, о которых даже я не знала? — спросила она тогда Ишакана.

Он лишь слегка улыбнулся.

— Потому что ты мне рассказала.

Какой же она была в прошлом, если знала все тайные пути дворца?

Лия мчалась по саду, не в силах больше притворяться спокойной, скорее желая увидеть Ишакана.

Они договорились встретиться после её разговора с Сердиной, чтобы обменяться новостями. Но сейчас ей просто хотелось увидеть его. Даже несколько слов помогли бы ей пережить ещё один день во дворце.

— …!

Внезапно перед глазами всё поплыло.

Лия споткнулась и упала на траву. Она тяжело дышала, зажмурившись от резкой боли в голове. Осколок памяти вонзился в сознание, как заноза.

Она снова бежала. Бежала по тёмным коридорам. Но в этом воспоминании она была не одна. Позади неё бежал худой, избитый мальчик, из последних сил стараясь не отстать. И вдруг он споткнулся и тяжело упал.

Она мгновенно обернулась, чтобы помочь, но он поднялся сам, отвергнув её руку.

«Я могу дальше. Я не обуза. Беги».

Его холодные золотые глаза светились в темноте. Она не могла нести его. У неё не хватило бы сил. Поэтому ей пришлось бежать вперёд, ведя его за собой, пока он молча терпел боль.

На этом воспоминание оборвалось.

— …Ах.

Лия невольно выдохнула. Это было совсем другое воспоминание. Она казалась намного моложе. Дожидаясь, пока боль утихнет, она вдруг задумалась.

Неужели… я встречала Ишакана ещё в детстве?

Противостояние (1)

Размышляя о всплывшем воспоминании, Лия была уверена, что тем мальчиком был Ишакан. Конечно, в детстве он был совсем другим.

Ишакан, которого она знала сейчас, всегда выглядел расслабленным — так ведут себя по-настоящему сильные люди. Он никогда не спешил, не злился и, кажется, ни разу не повышал голос… если только дело не касалось её.

Но тот мальчик был свирепым маленьким незнакомцем — худым и хрупким на вид. Резкий контраст с сильным взрослым телом, полным звериной жизненной силы. И всё же глаза были те же. Холодные, сияющие таинственным золотом, незабываемые.

Если она встречала Ишакана тогда, она непременно должна была помнить это. Единственное объяснение — заклинание.

Из всех всплывших воспоминаний именно это заставляло её чувствовать себя особенно… странно.

Лия поправила помятую одежду и подождала, пока утихнет головная боль. Нельзя терять время. Ишакан ждёт её.

И она не думала, что сможет решить загадку в одиночку. Это нужно обсудить с ним. Но едва она попыталась подняться, ноги подогнулись, и она едва не упала снова.

Чьи-то руки поймали её прежде, чем она успела рухнуть на землю. Лия обернулась с улыбкой, ожидая увидеть Ишакана.

И тут же резко вырвалась, пытаясь освободиться.

Рука мужчины лишь крепче сжала её запястье. Синие глаза смотрели сверху вниз.

— Пожалуйста, отпустите, Ваше Величество, — спокойно сказала она.

Но Блейн только сжал её сильнее.

— Куда ты направляешься?

— ……

— Твоё тело слабо. Послушайся меня и вернись во дворец.

Лия молча смотрела на него, и на губах Блейна появилась понимающая улыбка.

— Похоже, ты собираешься встретиться с варваром. Если оставить тебя одну, ты ведь раздвинешь для него ноги, не так ли?

Как он мог говорить такие грубости? Слова кололи её, словно иглы. Казалось, он злится лишь потому, что не может причинить ей боль физически. Резко дёрнув её за руку, он притянул её ближе, наклонившись почти вплотную.

— Ты должна знать, как обращаются с нечистой невестой, — произнёс он низким голосом, скользя взглядом по её телу. — Я бы спас тебя от Бён Гёнбэка, если бы ты дала мне хоть немного…

Он холодно посмотрел на неё.

— Неблагодарная дрянь.

Слова ударили её в самое сердце, и внутри она лишь горько усмехнулась. Сколько времени она верила, что так мужчина и должен обращаться с женщиной? Всё это время она думала, что если любит Блейна, то обязана жить по его правилам.

Теперь она знала правду. Блейн использовал её любовь, чтобы манипулировать и унижать её.

С Ишаканом всё было иначе. С ним она чувствовала связь. Он никогда не заставлял её делать то, что ей неприятно, заботился о её ощущениях и даже сдерживал себя ради неё. Он не унижал её за неопытность и не обвинял за ошибки.

Он никогда не приводил других женщин к себе и не говорил, что это её вина. Ишакан никогда ни в чём её не обвинял.

Лия вздрогнула. Сердце билось бешено. Внутри поднималась пугающая уверенность, будто она должна упасть на колени и просить прощения у Блейна.

Её рука машинально легла на живот, и мысль о ребёнке заставила её тут же убрать ладонь. Пальцы сжались в кулаки так сильно, что ногти впились в кожу.

— …Если так, — тихо сказала она, — значит, Ваше Величество тоже вёл себя непристойно.

Каждый день у него была женщина. Иногда несколько. Порой сразу несколько одновременно. И при этом он осмеливался упрекать её, обращаясь с женщинами как с вещами.

— Если Вам не нужна нечистая невеста, можете расторгнуть помолвку, — твёрдо сказала она. — Если Вам нужна чистота, то её больше нет.

Противостояние (2)

При её словах Блейн разразился смехом.

— Ха-ха… чёрт…

Лия не дрогнула под его насмешкой.

— Ты когда-нибудь испытывал ко мне искренние чувства? — спросила она.

Впервые его взгляд дрогнул. Он не смог ответить. В напряжённой тишине они смотрели друг на друга, и Лия видела, как в его глазах поднимается буря, волна эмоций, готовая поглотить его.

И вдруг он улыбнулся.

— Ты мне нравишься, Лия, — прошептал он неожиданно мягко, ласково проводя рукой по её волосам. — С самого первого дня и до сих пор…

Это звучало как признание. И тут же было опровергнуто его следующими словами.

— Поэтому ты должна была быть послушной. — Его пальцы впились в её волосы и резко дёрнули голову назад. — Это твоя вина, что всё разрушено!

Он швырнул её на землю, обнажив зубы от ярости. Лия в ужасе почувствовала, как он навис над ней, рвя её одежду. При дневном свете она отчаянно отбивалась.

— Нет! Отпусти! Не трогай меня!

Она царапала его руки ногтями — безрезультатно. Затем ударила его по лицу так сильно, что его голова дёрнулась в сторону.

Он медленно повернулся обратно, глядя на неё с молчаливой угрозой, пока она судорожно прикрывала разорванную одежду.

— Не притворяйся. Ты уже не чиста, — холодно сказал он, словно она была вещью. — Я был дураком, что заботился о тебе.

— Ты никогда обо мне не заботился, — ответила она.

— Замолчи!!! — заорал Блейн, а затем его лицо снова исказила пугающая сладкая улыбка. Он мягко потянул её за запястье. — Лия, ты любишь меня.

Его голос звучал снисходительно.

— Этот дикарь просто запутал тебя.

Лия прижала руку к груди. Каждое ласковое слово отзывалось болезненным сжатием в сердце. Где-то в глубине сознания зазвенели цепи.

— Скажи, что любишь меня, — прошептал Блейн. — И я буду добр к тебе…

Эти цепи были выкованы из ложных чувств. Сердце бешено билось, но она вспомнила золотые глаза. Её чувства принадлежали тому, кого она любила по-настоящему.

Её губы приоткрылись.

— Я…

Звон цепей замер.

Ты можешь… ты сможешь…

Лия глубоко вдохнула и, произнеся слова, услышала, как в её сознании что-то ломается.

— Я не люблю тебя. — Она сказала это без колебаний. — Даже если бы я родилась заново, я бы никогда тебя не полюбила.

Блейн уставился на неё в шоке.

А затем улыбнулся.

— Если бы ты была послушной, мне не пришлось бы превращать тебя в куклу…

В его глазах не осталось разума, когда он нежно коснулся её щеки.

— Какая же ты глупая… ургх!

Внезапно тяжесть исчезла. Блейна отбросило в сторону, и он с силой рухнул в сад.

А над ней появился тот, кого она больше всего хотела увидеть.

— Скажи, что любишь меня, Лия, — улыбнулся Ишакан, его золотые глаза сияли. — И тогда я тебя поцелую.

Противостояние (3)

Её сердце бешено билось, но на этот раз не из-за навязанных чувств. Когда Ишакан протянул ей руку, она застыла. Всё её тело словно оцепенело после произошедшего, и она лишь растерянно смотрела на его ладонь, не решаясь коснуться.

— Быстрее, — мягко сказал Ишакан. Когда она всё-таки подчинилась, он резко притянул её к себе, крепко обняв за талию. — Скорее.

Её губы задрожали. Он был так нетерпелив, словно не мог ждать ни секунды, чтобы услышать то, чего ждал так долго.

— …Я люблю тебя, — сказала она.

И увидела, как в его золотых глазах вспыхнула радость — яркая, как солнце. Она подняла руку и коснулась его лица.

— Я ведь говорила тебе это раньше?

Наверняка говорила. Должна была говорить десятки раз в день в тех воспоминаниях, которые потеряла.

— Нет, — неожиданно ответил он, прикусив её губу. — Впервые.

— Правда?

— Да. Ты никогда не говорила этого раньше.

Он приблизился, и Лия приоткрыла губы, позволяя поцелую увлечь себя, чувствуя, как жар разливается по всему телу. Прижавшись к нему, она забыла обо всём.

— Скажи ещё… — прошептал он между поцелуями. — Скажи снова.

Она повторила. Она готова была говорить всё, что он хотел слышать. Но ему всё было мало.

Каждый раз, когда их губы размыкались: «Я люблю тебя».

Каждый поцелуй — «Я люблю тебя».

Снова и снова. Бесчисленные поцелуи и бесчисленные признания.

Момент был таким сладким, что казался нереальным.

Пока крики не разорвали тишину.

— Лия!

Неподалёку Блейн, пошатываясь, поднялся на ноги и снова закричал:

— Лия! Лия!!!

В его голосе звучало безумие. Он замолчал лишь когда она обернулась. Ишакан тоже повернул голову.

Долгое мгновение мужчины смотрели друг на друга. Блейн был ранен и обезумел, но не собирался отступать.

Ишакан оттолкнул Лию себе за спину и шагнул вперёд. В глазах Блейна вспыхнуло безумие.

— Мне здесь нельзя находиться? — усмехнулся Ишакан. — Разве ты сам не пригласил меня как гостя?

Именно Блейн пригласил курканов на свадьбу, желая их спровоцировать. И вот к чему привела его гордость.

Но признавать поражение он не собирался.

— Ты ведёшь себя так, будто любил её тысячу лет, хотя встретил только вчера, мерзавец! — выкрикнул он. — Ты такой же, как Бён Гёнбэк! Тебе просто нужна принцесса Эстии!

Ишакан выглядел заинтересованным.

— И в чём же между нами разница? — спросил он.

— Я был с ней всю жизнь, — мгновенно ответил Блейн.

Ишакан рассмеялся. Громко и долго.

А затем резко замолчал. Веселье исчезло, лицо стало холодным, а вокруг него словно сгустилась смертельная тишина.

Лия знала этот взгляд. Он был таким же, когда он шёл по тёмной улице среди тел. Он мог сломать Блейну шею одним движением.

Но вместо этого он повернул золотой взгляд к Лии.

И Блейн, проследив за этим взглядом, нахмурился, посмотрев на её живот.

Противостояние (4)

Ишакан крепко прижал Лию к себе, обнимая одной рукой за спину, а другой притягивая за бёдра.

— Я убью его позже, — нежно прошептал он ей на ухо. — Не обязательно делать это при тебе.

Глаза Блейна расширились: Ишакан демонстративно игнорировал его, словно насекомое, недостойное внимания.

— Думаешь, я оставлю вас в покое?! — закричал он.

Ишакан повернул голову.

— Похоже, ты очень хочешь умереть. Но в этом нет нужды, — спокойно сказал он. — Я придумал наказание получше.

Он сделал паузу, позволяя словам осесть.

— Подожди до последнего момента.

Сердина немедленно направилась во дворец Лии. Ей хотелось выдрать этой проклятой девчонке волосы. Её нужно было проучить, и Сердину не волновало, разрушит ли её собственная сила.

Она покажет Лии, что значит повиноваться.

Сердина всё ещё не могла поверить, что та посмела ей перечить.

Вспомнив бутылочку с чаем, она ускорила шаг. Но едва покинула свой дворец, как внезапно остановилась посреди коридора, подавляя крик.

— …!

Она рухнула на пол, обхватив себя дрожащими руками. Её скрутило, ногти впились в грудь. Её душило, и наконец на белый мрамор хлынула чёрная кровь.

Медленно она вытерла её тыльной стороной ладони.

— Этого не может быть…

Часть заклинания только что разрушилась. Лия перестала любить Блейна.

Почему? Как?

Заклинание чувств было сложнейшим. Чтобы заставить Лию полюбить Блейна, Сердина изменила её воспоминания, заменив варвара из пустыни своим сыном. Каждый раз, когда Лия смотрела на Блейна, она чувствовала то же, что когда-то к Ишакану.

Но Лия вырывалась из-под чар. Пока освободились только чувства, но вскоре за ними последуют и воспоминания. Сердина давно не могла уделять заклинанию должного внимания из-за собственной силы, вышедшей из-под контроля.

Заклинание всё ещё было коварным и не разрушилось бы легко. В этом мире не было мага сильнее Сердины. Возможно, раньше варварская колдунья могла бы соперничать с ней, но сейчас…

Как оно могло сломаться?

Сердина продолжила путь к дворцу принцессы, но ярость уже угасла. По дороге она встретила другого человека.

— Блейн…

Он стоял в саду перед дворцом Лии. Сердце Сердины сжалось, увидев сына в таком состоянии.

— Они… сделали это с тобой?

Он будто не слышал. Она схватила его за плечо.

— Блейн! Что случилось? Скажи!

Он не отвечал и не смотрел на неё. Лишь болезненно оттолкнул её руку. Кожа на её ладони покраснела.

Но ей было всё равно.

— Блейн… прошу…

— Я не буду ждать свадьбы, — медленно произнёс он, наконец посмотрев на неё. В её глазах он увидел собственную жадность.

Он всегда презирал её. Считал себя лучше. Но сходство отрицать было невозможно.

Он был таким же.

— Мне больше не нужно её сердце. Достаточно её тела, — сказал он. — Сделай её моей куклой. Сейчас же.

Прояснения (1)

Неся Лию на руках, Ишакан направился к месту, где ждали остальные курканы. Они покидали дворец без колебаний, без лишних слов. Лия тихо лежала в его объятиях, положив голову ему на грудь и слушая ровный, сильный стук его сердца.

Она пришла в себя лишь тогда, когда он остановился перед старой гостиницей неподалёку от центра города — местом, которое показалось ей странно знакомым. Там уже ждали многие курканы. И хотя Ишакан прикрыл её разорванную одежду плащом, под десятками взглядов она невольно съёжилась.

Стоило ему взмахнуть рукой, как все склонили головы. Любопытство ощущалось, но никто не произнёс ни слова и не поднял глаз, пока Ишакан проходил мимо и поднимался по лестнице.

Комната в конце коридора тоже казалась знакомой. Он осторожно усадил её и помог переодеться. Свободная ночная рубашка курканского покроя мягко легла поверх едва заметной округлости её живота.

— Я всё ещё не вернула память, — тихо сказала Лия.

— Я знаю.

Он взял её за руку и погладил.

— Но ты сделала то, что все считали невозможным, — прошептал он, поднося её пальцы к губам. — Я горжусь тобой.

Лия опустила голову. Она не привыкла к похвале, и кончики её ушей вспыхнули румянцем среди серебряных прядей. Ишакан лишь улыбнулся и мягко провёл пальцами по тонким косточкам её запястья.

Даже без воспоминаний она чувствовала себя свободной. Когда она оставила Блейна, внутри не было ничего — её сердце было холодным, как снег. Более того, она ощущала к нему ненависть. Заклинание ещё не было разрушено полностью, но осознание того, что её чувства снова принадлежат ей, наполняло её радостью.

Она вспомнила железную дверь из сна. Благодаря волчонку цепь была разорвана. Теперь оставалось открыть замок. Замок без ключа. Это казалось невозможным, но мысль больше не пугала её.

Она сделает это. Она вернёт свою память.

Той ночью Лия осталась в гостинице. Она даже не заметила, когда уснула — напряжение после столкновения с Блейном спало, и она провалилась в сон.

Проснулась на рассвете. И первым, кого увидела, был Ишакан.

Это было немного неловко — и в то же время приятно — видеть его, едва открыв глаза. Они вместе приняли ванну, затем позавтракали.

Наконец они смогли обсудить то, о чём вчера не успели. Часть заклинания разрушилась, но оставалось слишком много проблем. Ишакан даже не отпускал её рук.

— Я не оставлю тебя одну, — сказал он.

Лия вспомнила людей во дворце, двигавшихся словно куклы на нитях. У неё было чувство, что она могла бы стать одной из них. Блейн способен на всё, чтобы заполучить её. Теперь, когда она прямо сказала, что не любит его, он не станет колебаться.

Долгое время она молчала.

— Что было в зелье, которое дала мне старая тома? — наконец спросила она.

— Простое средство, — ответил Ишакан. — Его используют для изменения цвета волос. Морга тоже мог бы такое создать.

Лия не ожидала от той женщины великой силы. Иначе она не просила бы помощи. Но, возможно, дело было не в самом зелье.

Едва мысль мелькнула, её разум заработал лихорадочно. Она хотела разрушить чары, заставив людей увидеть несоответствие.

— Кажется, я понимаю, для чего это, — сказал Ишакан, перебирая серебряную прядь её волос. — Блейн. Это имя больше подошло бы светловолосому.

В этот момент Лию словно ударило. Она прикрыла рот ладонью.

Множество мыслей вспыхнули одновременно. И среди них — образ Блейна. Мужчины, который совсем не был похож ни на неё, ни на покойного короля, считавшегося его отцом.

Он был похож только на Сердину…

Прояснения (2)

Блейн не был частью королевской семьи Эстии.

Сердина не только скрыла, что сама была томари — она зачала сына от другого мужчины и выдала его за наследника короля. И этого ей оказалось мало. Она стремилась посадить его на трон и добилась своего.

Лицо Лии медленно каменело по мере осознания всего, что сделала Сердина. Она прикусила губу. Но в разгар гнева внезапно пришла новая мысль.

— Можно ли создать видимость того, что заклинание разрушено, даже если это не так? — задумчиво спросила она.

— Можно.

— Тогда… если можно притвориться, что чары всё ещё действуют…

Лия начала медленно излагать свой план. Если всё получится, они смогут ослабить чары Сердины, наложенные на людей во дворце. Чтобы разбудить их, нужно было сильно встряхнуть.

Она говорила долго и воодушевлённо. В конце концов Ишакан согласился попробовать, если Морга подтвердит, что это возможно. Лия устала после долгого разговора, но, едва переведя дыхание, вспомнила ещё один вопрос.

— Я помню, как мы убегали вместе, — сказала она, уверенная, что он вспомнит всё до мелочей.

Ишакан удивлённо посмотрел на неё.

— Мы не убегали. Я тебя похитил.

— Похитил? — растерянно переспросила она.

Он хитро улыбнулся.

— Да. Ты не хотела, но я всё равно тебя похитил.

— Не шути.

— Это правда.

Чем больше она узнавала о своём прошлом, тем запутаннее всё становилось. Какими же были их отношения? Лия покачала головой.

— Я имела в виду… когда мы были детьми.

Слова подействовали на него мгновенно. Его зрачки резко сузились, и это почему-то заставило её почувствовать тревогу.

— Я вспомнила тот момент… немного. Лишь короткий отрывок…

Он молчал, пока она пыталась вспомнить детали.

— Мы бежали по узкому коридору. Ты выглядел очень молодым… и был ранен, не мог нормально бежать. И такой худой…

Она замолчала. Воспоминание было слишком коротким.

— Я думал, ты забыла… — медленно сказал он, голос слегка дрогнул. — Это воспоминание было частью заклинания? И ты всё равно его вспомнила…

Он замолчал, явно чем-то встревоженный. Она провела рукой по его лбу.

— Значит, ты младше меня? — спросила она, пытаясь сменить тему.

Он улыбнулся.

— Курканы выглядят моложе до обряда совершеннолетия. И тогда со мной не просто… плохо обращались. Меня не кормили.

Лия ошеломлённо замерла. Она никогда не думала, что Ишакан мог быть слабым и беззащитным.

— Как…? — прошептала она.

Он лишь пожал плечами.

— Было много плохих людей.

Но она не могла отнестись к этому так легко. Он нахмурился, увидев её печальное лицо.

— Жалко звучит, да? У меня тоже болит сердце, когда вспоминаю. — Он коснулся её щеки, под глазами уже блестели слёзы. — Поцелуй меня. Тебе станет легче.

Она поспешно поцеловала его, но поцелуй затянулся, углубился. Он притянул её к себе, усадив на колени.

— Что стало с теми, кто причинил тебе боль? — спросила она, всё ещё волнуясь за него.

— Всё в порядке, — спокойно ответил он. — Я уже убил их всех.

Шашлычки

Лия смотрела на него, слишком потрясённая, чтобы что-то сказать.

— Я не просто убил их, — уточнил Ишакан. — Отрывать людям головы очень легко, я могу сделать это в любой момент. Слишком быстро. Скучно.

Она молчала.

Только что она узнала, что Ишакан при желании просто отрывает людям головы.

— С этим парнем будет так же, — продолжил он тем же спокойным голосом, в котором таилась тёмная угроза. — Я не стану убивать его легко. Он опустится на самое дно. Я верну ему всё, что он сделал.

Они смотрели на месть по-разному. Для Лии смерть сама по себе была трагедией и достаточным возмездием. Для Ишакана же смерть не была наказанием. Для куркана смерть — всего лишь долгий отдых.

Она не могла даже представить, что он считает настоящим возмездием. Заметив тревогу в её глазах, он улыбнулся.

— Я сказал тебе слишком резкие вещи, — мягко произнёс он, кладя ладонь ей на голову и поглаживая. — Тебе стоит ещё немного отдохнуть.

Лия не хотела спать. Солнце только вставало, а она уже выспалась. Она посмотрела на него умоляюще, и его брови удивлённо приподнялись — он не понял, чего она хочет.

А ей просто хотелось немного спокойствия рядом с ним. Последние дни были хаотичными. Им даже не нужно было говорить. Достаточно просто пройтись рядом, держась за руки.

Но просить об этом было неловко. Она на мгновение задумалась, ища предлог.

— Хочешь сходить на рынок?

Он вряд ли часто гулял по улицам Эстии, а это был удобный повод пройтись вместе. Ишакан заинтересованно посмотрел на неё, а затем неожиданно рассмеялся.

— Мне нужно купить шашлычки из фрикаделек, — сказал он, смеясь, и Лия растерянно моргнула. — Хотя не знаю, продают ли их по утрам.

— Шашлычки?..

Она не понимала, при чём тут шашлычки, но это было неважно — главное, чтобы они вышли вместе.

Она поспешно накинула плащ с капюшоном поверх ночной рубашки. Ишакан убедился, что серебряные волосы не видны, и поднял её на руки.

— Я могу идти сама, — возмутилась она.

— Знаю. Это только по лестнице.

Спустившись вниз, они обнаружили, что второй этаж пуст, хотя прошлой ночью он был полон курканов. Лия шла за Ишаканом мимо пустых столов.

Он быстро нашёл и купил шашлычки — румяные свиные фрикадельки, хрустящие снаружи. От их аромата у Лии потекли слюнки. Она едва успела подумать, что это выглядит вкусно, как вдруг…

— ……

В её руке остались пустые деревянные шпажки.

Ишакан расхохотался.

Лия смотрела на них в полном изумлении, не веря, что только что всё съела. Ишакан смеялся так, будто наблюдал забавное представление. Он поймал её за руку.

— На этом с рынком всё, — сказал он. — Я знаю одно хорошее место. Хочешь посмотреть? Тебе тоже понравится.

Лия кивнула, всё ещё сжимая пустые шпажки, и пошла за ним через рынок. Она до сих пор не могла поверить, что съела всё до последнего кусочка. Ишакан мягко потянул её к себе, прижимая ближе, когда внезапно рядом с ней на землю рухнул мускулистый мужчина.

— Ублюдок! — выкрикнул он, вскакивая так резко, что едва не налетел на Лию.

Ишакан пнул его назад. Вокруг сразу собрались другие мужчины. Лия мгновенно поняла, что происходит.

Мужчина намеренно попытался столкнуться с ней. Обычная уловка воров — устроить суматоху и в толчее стащить деньги. Конечно, с Ишаканом рядом она не боялась. Вернее, боялась лишь того, что он начнёт отрывать головы.

Но этого не потребовалось. Ишакан откинул капюшон, показывая лицо и сияющие золотые глаза.

— Ва-варвар… — заикаясь, пробормотал мускулистый мужчина.

Ишакан ничего не сказал. Он просто смотрел.

— П-простите… — поспешно извинился мужчина, заметно побледнев.

Грех

Мужчина тут же сбежал, поджав хвост. Всё произошло так быстро, что Лия моргнула в наступившей тишине улицы и поспешила за Ишаканом, который уже шёл дальше, будто ничего не случилось.

— Зачем ты его пнул? — спросила она.

При желании он мог просто уклониться. Удар показался ей лишним и слишком резким.

— Есть пословица: когда сталкиваются двое, сталкиваются и их судьбы, — серьёзно ответил он, притягивая её ближе. — Не думаю, что ты хочешь делить судьбу с кем-то, кроме меня.

Ей хотелось рассмеяться, но она сдержалась. Он говорил всерьёз. К счастью, больше никто не пытался столкнуться с ними, и они спокойно покинули рынок.

Вместо этого Ишакан отвёл её в лес неподалёку от столицы. Земля принадлежала королевской семье, но люди редко заходили туда из-за опасных зверей. Ишакан вошёл в чащу без колебаний, неся Лию на руках.

Под деревьями было темно, хотя солнце уже взошло — лишь редкие лучи пробивались сквозь листву. Лия почти ничего не видела, но его шаги не сбивались. Он видел и слышал то, что было недоступно ей. В такие моменты ей казалось, что он вовсе не человек.

Она немного боялась встретить дикого зверя, но все животные держались подальше. Лес был так тих, словно они разбежались при его приближении.

— Я хотел показать тебе туберозы во дворце, — сказал он, неся её. — Но там всё увяло.

Вскоре деревья расступились, и перед ними открылась залитая солнцем поляна. Над головой раскинулось голубое небо, а посреди поляны лежало прозрачное озеро, до самого дна просматривавшееся сквозь чистую воду. Лёгкий ветер ронял листья на поверхность, и солнечный свет окрашивал их в зелёное сияние.

Ишакан осторожно опустил её на землю. Лия сбросила тёплый плащ и подошла к воде. Прохладный ветер коснулся её волос, пока она смотрела на кристально чистое озеро. Казалось, это место никогда не знало людей.

Здесь было столько жизни — в отличие от мрачного дворца. Лия глубоко вдохнула свежий лесной воздух и лишь потом обернулась.

Ишакан стоял в тени дерева, неподвижно наблюдая за ней, словно боялся спугнуть лесное создание. Она хотела заговорить, но он опередил её.

— …Ослепительно.

Его голос звучал хрипло и заставил её смутиться. Она коснулась волос, серебряные пряди сияли на солнце. Ишакан отбросил плащ и подошёл ближе.

— А вдруг солнце тебя растопит?

— Я не снежинка, — ответила она, и он тихо рассмеялся.

Они стояли друг напротив друга, и она чувствовала свежий запах травы, исходящий от него. Вдруг Лия смутилась и отвела взгляд к берегу озера, где среди высокой травы росли белые полевые цветы.

В этот момент перед её глазами появилась его ладонь — сильная, с выступающими венами.

— Даже когда мы встретились впервые… — она подняла взгляд, и он мягко коснулся её щеки. — …ты была ослепительной.

Его золотые глаза сияли на солнце. Лия приоткрыла губы. Ослепительным был он.

— Я думал, что мне всё равно, помнишь ты или нет, — тихо сказал он, коснувшись её губ. — Думал, достаточно того, что ты любишь меня. Но я становлюсь всё жаднее…

Он тяжело выдохнул, словно признавался в грехе.

— Я хочу, чтобы ты вспомнила меня, Лия.

Сломанная кровать (1)

Ишакан выглядел так, будто пожалел о сказанном в ту же секунду, как слова сорвались с его губ. С нежностью он провёл ладонью по её лицу.

— …Прости.

Было очевидно, почему он так долго прятал это в своём сердце. Он не хотел давить на Лию, не хотел заставлять её вспоминать. Он вообще не произнёс бы этого, если бы она не вернула контроль над своими чувствами. Если бы этого не случилось, он продолжал бы молчать.

В этот момент налетел долгий порыв ветра, взметнувший подол её ночной рубашки и растрепавший серебряные пряди. Ишакан наклонился ближе, и его голос едва заметно дрогнул.

— Скажи, что любишь меня.

У неё сжалось сердце. Ей всё ещё было трудно открыто выражать свои истинные чувства, но пока чары не были разрушены полностью, она должна была произносить их ясно и прямо. Потянувшись к Ишакану, она обняла его, стараясь, чтобы он поверил.

— Я люблю тебя, — искренне сказала она и даже поднялась на носки, чтобы крепче прижаться к нему, словно желая утешить.

Ишакан улыбнулся, когда она неловко поцеловала его в щёку. Увидев его улыбку, она тоже невольно улыбнулась. Он коснулся её лба лёгким, щекочущим поцелуем, и когда она потянулась потереть это место, он поймал её руку и поцеловал и её. От каждого его прикосновения по коже пробегала щекотная, тёплая дрожь.

— Аааа!

Внезапно вокруг них посыпались тела — с глухими ударами они падали на землю, словно орехи, сорвавшиеся с ветвей. Среди множества фигур Лия узнала несколько лиц, и как только Хабан вскочил на ноги, он тут же начал поспешно извиняться.

— Простите! Простите! Но я не подслушивал, клянусь!

— Тогда что вы делали? — коротко спросил Ишакан.

— Эм… это…

Мура вмешалась, видя, что Хабан явно не знает, что сказать.

— Мы пришли, потому что беспокоились, — объяснила она. — Боялись, что ты можешь что-нибудь сделать с Лией. В прошлый раз ты сломал кровать!

Остальные курканы заговорили одновременно:

— Именно! Нужно быть осторожнее, вдруг случится что-нибудь серьёзное!

— Какими бы крепкими ни были дети курканов, Лия всё равно хрупкая!

— Верно! Верно!

— Правда… — тихо произнёс он, беря её за руку с самоуничижительной улыбкой. — Я слаб только рядом с тобой.

Она была единственной, кто мог одолеть его. Его руки обвились вокруг неё, и она обняла его в ответ. Каждый раз, когда он касался воспоминаний об их прошлом, ей хотелось разделить их с ним по-настоящему. Ей хотелось однажды поддразнить его за ту слабость перед ней — и она обязательно сделает это, когда вернёт память.

— Спасибо, что пришёл за мной, — сказала она спустя некоторое время, когда они всё ещё стояли, прижавшись друг к другу.

— Разумеется, — нахмурился он, словно всё иное было бы нелепостью. — Я нашёл бы тебя где угодно.

— Но…

— Ты сделала то же самое, — сказал он, коснувшись кончиком пальца её подбородка. — Ты пришла спасти меня.

Она понимала, почему могла бы это сделать, хотя представить Ишакана нуждающимся в спасении было трудно.

— Я верну тебя, — тихо сказал он. — Чего бы это ни стоило.

Её кулаки невольно сжались от этих слов, и Ишакан тихо усмехнулся. Но вдруг его лицо стало серьёзным. Он наклонился к ней ближе, оглядывая лес, и прошептал ей на ухо:

— Смотри. Сейчас они начнут падать.

Лия не поняла, что он имел в виду, но ответ пришёл почти сразу. Через мгновение она заметила курканов.

Они осторожно высовывались с ветвей деревьев, явно раздражённые тем, что не могут расслышать его тихий голос. И вдруг один из силуэтов встретился взглядом с Лией.

Повисла короткая, напряжённая пауза.

Тени замерли — руки и ноги застыли в неловком полуподвешенном положении — и в следующую секунду они один за другим посыпались с деревьев.

— Ааааа!

Ишакан даже бровью не повёл, но лицо Лии вспыхнуло жарким румянцем.

Она не могла поверить, что кровать действительно сломалась. В особняке графа Веддлтона она решила, что та просто была старой и скрипучей — она была слишком… отвлечена, чтобы задуматься.

Неужели они пришли и починили её, пока она спала?

Сломанная кровать (2)

Её поразила мысль, что она была настолько поглощена близостью с Ишаканом, что даже не заметила, как сломалась кровать. Лия всерьёз задумалась, не потеряла ли тогда рассудок.

Когда Ишакан жестом призвал прекратить суматоху, Мура похлопала по большим сумкам за спинами Генина и Хабана.

— Погода отличная, почему бы не устроить пикник? — предложила она.

Тот факт, что они принесли сумки, означал, что всё это было заранее спланировано. И Мура прекрасно знала, на какие слабости надавить, заметив, что внутри лежат любимые блюда Лии. Ишакан посмотрел на Лию. Затем на Лию посмотрели все курканы.

— Не смотрите на неё, — приказал он, и они тут же отвели взгляды, чтобы не смущать её. — Ты не против?

Лия чувствовала, что они тайком всё равно наблюдают, хоть и притворяются, что нет. Это заставило её улыбнуться. Они пришли, потому что хотели разделить этот момент с ней.

Все они были гораздо крупнее её. Их сила была пугающей, она своими глазами видела, как они способны убивать голыми руками. И всё же по какой-то причине они казались ей скорее милыми, чем страшными. Возможно, это было отголоском утраченных воспоминаний.

Словно кролик, глядящий на стаю свирепых хищников и думающий, какие же они милые — но Лии хотелось стать к ним ближе.

— Если ты согласен… тогда и я согласна, — осторожно сказала она.

Курканы заулыбались и загомонили ещё до того, как она закончила фразу — очевидно, уверенные, что Ишакан не сможет отказать, если согласилась Лия. Они быстро разложили всё для пикника, и Лия с Ишаканом устроились у озера, а остальные расселись вокруг на траве.

Хабан и Генин раздавали всем бутылки вина, Мура раскладывала перед Лией разнообразную еду, а Ишакан усадил её к себе на колени и начал кормить. Курканы были оживлены, счастливы и громко переговаривались между собой.

Их настроение оказалось заразительным. Лия откусила большой кусок сладости, которую ел Ишакан, и её глаза широко раскрылись. Вкус оказался таким приторным, что по спине пробежали мурашки, но выражение его лица не изменилось ни на мгновение. Более того, когда она попыталась вернуть кусочек обратно в миску, он поймал её руку и отправил сладость себе в рот.

— Почему? Тебе не нравится?

— Слишком сладко, — ответила Лия, наблюдая, как он спокойно жуёт и глотает. — Разве тебе не сладко?

— Да.

Похоже, он любил сладкое. Она заметила, что он даже добавляет мёд в вино. В этот момент её отвлёк пьяный крик Муры.

— Ах ты наглец!

Схватив Хабана за шею, она повалила его на землю, и вскоре они уже катались по траве, борясь друг с другом. Судя по всему, Хабан, тоже порядком выпивший, позволил себе неудачную шутку и теперь отчаянно извинялся.

Лия удивлённо моргнула.

— Они пара, — объяснила Генин, подавая Ишакану ещё одну бутылку вина. — Не переживай за них.

Лия кивнула. Её взгляд снова остановился на Ишакане, который вытаскивал пробку из бутылки пальцами.

— Ишакан… — прошептала она, наклонившись ближе. — Мы… мы тоже пара, да?

Он не ответил сразу. Сначала поставил бутылку, затем поднял глаза на неё — и в них вспыхнуло такое желание, будто он собирался съесть её как сладость. Лия машинально отпрянула, но отступать было уже некуда. Он смотрел на неё не моргая.

Он огляделся. Все были заняты представлением Муры и Хабана, а Генин кружила вокруг них, притворяясь, будто собирается вмешаться.

Убедившись, что никто не смотрит, Ишакан поцеловал Лию. Его губы мягко скользнули по её губам, язык оказался сладким, и Лия закрыла глаза, сдерживая желание застонать.

Поцелуй был коротким, но её лицо вспыхнуло алым. Любой решил бы, что она совершила преступление. Ишакан улыбнулся, наблюдая за её реакцией.

— Ты всё ещё не понимаешь? — лукаво спросил он.

История Муры и Хабана

Лия не смогла даже ответить на его вопрос. Всё, что она могла, — это обмахиваться ладонями, пытаясь остудить пылающие щёки.

Она сумела вернуть самообладание прежде, чем ссора Муры и Хабана закончилась, и мысленно поблагодарила их за то, что они удерживали внимание остальных.

Конечно, они с Ишаканом были парой. Иначе он не пересёк бы бескрайнюю пустыню, чтобы прийти в Эстию ради неё. Но стоило ей услышать слово «пара», как вопрос вырвался прежде, чем она успела его обдумать…

Повернувшись к Ишакану, она заметила, что он вдруг стал необычайно тихим, и на мгновение нахмурилась. Ей казалось очевидным, что они только что делали нечто предосудительное, но она быстро придала лицу невинное выражение, словно ничего не произошло.

Мура вернулась к Лии, стряхивая траву со своей одежды. Увидев пустую тарелку перед ней, она поспешила к озеру вымыть руки, а затем снова начала накладывать закуски. Лия наклонилась и осторожно сняла травинку с волос Муры.

— Ты в порядке?

— Конечно, — ответила Мура, игриво подмигнув. — Ссора между парой — это всё равно что пытаться разрезать воду ножом.

В стороне Хабан пил вино, пока остальные курканы подтрунивали над ним. Мура, тоже порядком захмелевшая, села рядом с Лией, улыбаясь лукаво, словно лиса.

— Тебе понравилась еда? — спросила она.

— Очень вкусно.

— Я готовила сама.

Пока Лия хвалила её старания, она вдруг заметила, что Мура украдкой поглядывает на Хабана.

— Я побуду с Лией, — сказала Генин.

Мура удивлённо подняла на неё глаза, словно это показалось ей странным. Генин кивком указала в сторону Хабана, и Мура, пожав плечами, направилась к нему.

Она присела рядом, наклонилась и что-то прошептала ему на ухо. Наконец Хабан принял её протянутую руку, всё ещё дуясь.

— Мура заставила его сдаться после того, как он подшутил над ней, — тихо пояснила Генин, садясь рядом с Лией.

Наблюдая за ними, Лия невольно задумалась, как они вообще стали парой, но не решалась спросить. К её удивлению, Генин сама начала рассказывать.

— Мы все учились в одной академии, — сказала она. — Хабан и Мура всегда выделялись — они были лучшими среди всех студентов. Никто не мог с ними соперничать.

Они постоянно боролись за первое место на экзаменах, и у каждого были свои мнения о том, кто из них сильнее. Гордая Мура решила бросить Хабану прямой вызов.

Это было не просто состязание. Это была битва за превосходство. Все были в восторге, и в первой схватке Мура проиграла — на глазах у всех курканов академии.

Признавая поражение, Мура сделала татуировку у глаза — знак проигрыша. Она ожидала, что Хабан унизит её, и даже морально приготовилась к этому, но, к её удивлению, он начал её избегать.

Мура решила, что он её игнорирует. Она твёрдо решила взять реванш. Отказалась от всех занятий, даже перестала готовить, чтобы усиленно тренироваться и снова бросить ему вызов. Но даже когда во второй битве за превосходство Хабан проиграл, и Мура одержала победу, удовлетворения она не почувствовала. Напротив — ей стало странно неловко.

В поражении Хабан почти ничего не сказал. Его лицо покраснело, он неловко поздравил её и ушёл так быстро, будто спасался бегством. На следующий день он появился в академии с такой же татуировкой, как у Муры, только у другого глаза. Лицо его было красным, как помидор, когда он подошёл к ней с серьёзным предложением. Мура была ошеломлена.

"Ты хочешь встречаться со мной?"

Это казалось абсурдом. Сначала она решила, что он шутит, но быстро поняла, что он предельно серьёзен — он дрожал, словно сломанная кукла. Её тронуло то, что он сделал такую же татуировку, и она согласилась дать ему шанс. Они встречались долго, прежде чем поженились.

— У тебя есть муж, Генин? — спросила Лия, когда рассказ закончился.

По какой-то причине воздух вдруг стал напряжённым.

— …Конечно, — медленно ответила Генин.

Сильнодействующее противоядие

Генин едва заметно улыбнулась — одна мысль о своём спутнике жизни, казалось, согревала её. Но хотя губы её улыбались, хмель в глазах исчез, сменившись тихой серьёзностью. Она замялась, словно не решаясь продолжить. Ишакан, наблюдая за ней, протянул полную бутылку вина. Генин осушила её одним глотком, затем опустилась на колени перед Лией.

— Леди Лия, — произнесла она, и от этого официального обращения Лия невольно выпрямилась.

— Мой супруг слишком слаб, чтобы проделать такой долгий путь, — её губы на мгновение сжались, голос стал тише. — Когда я покидала пустыню, я пообещала ему, что приведу вас обратно.

Она говорила серьёзно, и в её взгляде мелькнула тень вины.

— Все ждут вас, — искренне добавила она. — Мы обязательно вернём… вернём нашу Королеву.

Смутившись собственных слов, Генин поспешно поднялась и ушла так быстро, будто спасалась бегством. Озадаченная, Лия посмотрела на Ишакана.

— Все немного пьяны, — спокойно сказал он. — Не принимай это слишком близко к сердцу.

Лии не казалось, что слова Генин можно списать на хмель, но Ишакан явно не хотел развивать тему. Пока она решила не задавать лишних вопросов.

Импровизированный пикник продолжался до самого заката. Лия не пила, но была настолько возбуждена и счастлива, что чувствовала лёгкое опьянение. Общее веселье захватило её целиком. Когда курканы начали петь на своём языке, она даже попыталась подпевать.

Она чувствовала себя свободной. Ни тревоги, ни настороженности. Ей не нужно было угадывать скрытые намерения за словами и жестами. Она могла просто наслаждаться моментом, не думая ни о чём.

Все радовались без тени притворства — совсем не так, как во дворце Эстии. Возможно, когда-то каждый её день был таким. Возможно, она делила это счастье с курканами…

Пока она пыталась представить, как проходил обычный день с ними, лёгкое прикосновение вернуло её в реальность. Пальцы Ишакана коснулись её щеки.

— Давай немного прогуляемся, — прошептал он.

Лия быстро поднялась и пошла за ним, моментально осознав, что уделяла ему мало внимания. Изначально она пришла провести время с ним наедине, а отвлеклась на остальных. И, вероятно, в ближайшее время такой возможности больше не будет.

Лии вдруг показалось, что это — последняя тихая минута перед бурей. Ей хотелось провести с ним ещё немного времени.

Оставив курканов позади, они углубились в лес. Под кронами деревьев было темно, земля была неровной, переплетённой корнями и камнями, поэтому Ишакан поднял её на руки. От него исходил лёгкий сладковатый запах вина.

— О чём была та песня? — спросила она. — Та, что мы только что пели?

— Это песня о красоте пустыни, — в его голосе звучала тёплая любовь к родной земле.

— Ты тоже скучаешь по пустыне, — тихо сказала она.

Он едва заметно улыбнулся.

— В пустыне нет смысла быть без тебя.

Она не знала, что ответить. Кулаки её невольно сжались, и в памяти всплыл голос Генин, назвавшей её Королевой. В этот момент Ишакан остановился на освещённой поляне, куда пробивался луч света сквозь густую листву. Он осторожно поставил Лию на землю.

Она посмотрела на него — в узком круге света он казался особенно ярким.

— Давай вернёмся в пустыню вместе.

Слова сорвались прежде, чем она успела их обдумать. Его глаза расширились, и на лице расцвела широкая улыбка.

— Да. Мы вернёмся вместе, — тихо сказал он. — Когда вернёмся, нам предстоит многое сделать. Нам придётся сыграть свадьбу снова.

Для Лии сама мысль о свадьбе была чем-то новым. Она даже не представляла, каким может быть свадебное платье курканов.

— И, вероятно, снова провести наши пять ночей, — добавил он, заставив её вздрогнуть.

В памяти всплыла сломанная кровать в особняке графа Веддлтона.

— Мы сломали кровать в особняке, — тихо сказала она.

— Мы ломали кровать все пять ночей нашей свадьбы, — спокойно ответил он.

Она не нашла слов.

— Мы также сломали железную колонну и несколько цепей.

Лия совершенно этого не помнила.

— Столько всего я всё ещё не понимаю, — пробормотала она.

Ишакан внимательно посмотрел на неё.

— До того, как я упомянул эти пять ночей, у тебя были какие-нибудь воспоминания о них?

Лия покачала головой.

— Значит, чары всё ещё сильны, — тихо сказал он. — Но есть кое-что, о чём я тебе не говорил. Существует мощное противоядие от заклинания.

Глаза Лии расширились.

— Какое?

Он слегка улыбнулся, не меняя выражения лица.

— Я уже дал его тебе недавно… — сказал он с невинной серьёзностью. — Моё семя.

На открытом воздухе (1)

Может быть, он был пьян.

На мгновение Лия подумала, что дело именно в этом. Но выражение его лица было слишком серьёзным, и она прищурилась. Ишакан лишь улыбнулся в ответ, молча глядя на неё.

Во рту у неё пересохло. Каждый раз, когда он смотрел на неё так — с глазами, полными чувств — она слабела.

Лия отвела взгляд. Она стояла в единственном луче света среди тёмного леса и казалась белой, как снег, тогда как Ишакан всё ещё оставался наполовину в тени. Почти не задумываясь, она потянула его к себе, чтобы он оказался полностью в свете.

Он смотрел на неё так, словно ребёнок, впервые узнавший, что значит влюбиться. Его руки обняли её, и он начал мягко, снова и снова целовать её — поцелуями, наполненными теплом и глубокой нежностью.

Ей стало неловко, когда она поняла, что он хочет заняться любовью прямо здесь, на природе. И в то же время мысль не показалась ей плохой. С тех пор как она встретила его, она уже сделала столько вещей, о которых раньше не могла и подумать… но всё же попыталась отвлечь его.

— Цыгане, которых ты вывел из королевского дворца…

— Морга поговорит с ними вместо тебя.

— Тогда остальные курканы…

— Они празднуют то, что ты вернула свои чувства.

Она этого не знала. Ей казалось, что они просто пришли устроить пикник. Лия кивнула.

— У тебя есть ещё вопросы? — тихо спросил он.

Она снова кивнула и судорожно попыталась придумать что-нибудь, но ничего не приходило в голову. Пока она искала слова, он легко оттеснил её назад, прижимая к деревьям, пока её спина не коснулась ствола. Подняв глаза, она увидела, что он смотрит на неё так, будто её глаза круглые, как у маленького кролика.

— Лия…

Увидев лёгкую тревогу в его золотых глазах, она почувствовала, как сдаётся. Курканы с их звериной кровью не были обычными людьми. Наверное, ему было трудно сдерживаться рядом с ней, когда инстинкты боролись с разумом. Молча она раскрыла объятия.

В этот момент ей было всё равно, насколько это смущает. Она была готова на всё ради человека, которого любила.

Как только она дала согласие, он опустился перед ней на колени, и Лия задержала дыхание. Он был похож на рыцаря, приносящего клятву.

— С тех пор как я стал взрослым, я впервые встаю перед кем-то на колени.

Его следующее действие совсем не было рыцарским. Подняв подол её ночной рубашки, он уткнулся лицом ей между бёдер; тонкая ткань задрожала от движения. Лия поспешно попыталась опустить подол обратно, растерянная, но это ничего не изменило. Напротив — зрелище стало ещё более откровенным, и она едва не прикрыла его снова, когда резкое движение заставило её руки дёрнуться.

Ишакан впился зубами в её бёдра, медленно продвигаясь вверх, пока не добрался до белья. Повернув голову, он провёл языком по тонкой ткани, а затем разорвал её зубами. Лия сухо сглотнула, наблюдая за ним.

Раздвинув её половые губы большими пальцами, он без малейшего промедления лизнул её клитор. Острый, щекочущий импульс заставил её подняться на носки; её бёдра задрожали. Лия застонала, когда язык, мучительно ласкающий её клитор, скользнул глубже, внутрь.

— Ах, Ишакан…!

Её ноги подкосились. Она почти упала, но Ишакан крепко удержал её своими большими руками. Дрожь прокатилась по всему её телу, словно её одновременно касались сотни лёгких перьев. Голова беспомощно моталась из стороны в сторону от невыносимого наслаждения.

На открытом воздухе (2)

— А-а, ахх…

Ишакан медленно вытянул свой скользкий язык из её входа и прикусил набухший клитор зубами. Спина Лии выгнулась дугой. Её пальцы, до этого сжимавшие подол ночной рубашки, бессильно разжались, позволяя ткани скользнуть вниз по бёдрам. Ишакан оттолкнул её в сторону, неумолимо терзая каждый чувствительный уголок между её ног.

Она попыталась оттолкнуть его, упираясь ладонями в плечи, но он даже не пошевелился. В следующий миг её руки уже цеплялись за него, когда наслаждение стало захлёстывать её с головой.

Может, дело было в том, что всё происходило на открытом воздухе? Ощущения становились слишком сильными. Она была уже на грани оргазма, но Ишакан действовал мастерски и сдержанно. Его рот яростно доводил её почти до разрядки, но в тот самый миг, когда она вот-вот должна была кончить, он отстранялся и начинал ласкать её мягко и нежно.

Она сходила с ума, снова и снова почти достигая вершины. Лия развела ноги так широко, как только могла, полностью забыв, что они находятся в лесу.

— Ахх… ммм…

На этот раз она точно кончит. Невольно она подалась вниз, прижимаясь к его рту, но вдруг там остался лишь холодный воздух. Ишакан снова отстранился.

Её охватило нетерпение. Ноги дрожали. Она была так близко — ещё мгновение, и она достигнет разрядки, но каждый раз он останавливался в последний миг. Её тело стало настолько чувствительным, что даже лёгкий ветерок, скользнувший по коже, заставил её застонать.

Тяжело дыша, она посмотрела на Ишакана.

— Ишакан… быстрее… — взмолилась она.

Он облизнул влажные губы и расстегнул ремень. В одно стремительное движение он подхватил её под бёдра и поднял, и в тот момент, когда она обвила его шею руками, что-то большое и горячее резко вошло в неё.

Перед глазами вспыхнули звёзды. Всё наслаждение, которое столько раз ускользало, мгновенно хлынуло обратно, и её тело задрожало, вырывая сладкий вздох из губ.

Она потеряла рассудок. Наконец достигнув оргазма, захлёстнутая наслаждением, она царапала плечи Ишакана, а по её губам стекала слюна. Его язык скользнул по её подбородку и тут же ворвался в её рот, и Лия жадно ответила ему.

— А-аах…

Ишакан застонал, и этот звук был сладким. Он уткнулся лицом в её шею и потянул вниз верх ночной рубашки, обнажая грудь. Её розовые соски были твёрдыми, хотя он ещё даже не касался их.

Освещённая лучом света, Лия чувствовала себя непристойно обнажённой. Ещё более смущающим было то, как его большие ладони обхватили её грудь, сжимая и пощипывая соски.

— Лия, посмотри на меня. Посмотри на меня, — почти умоляюще прошептал он.

Когда она наконец подняла взгляд, у неё перехватило дыхание. Эти пылающие золотые глаза завораживали. Импульсивно она поцеловала его, и Ишакан позволил ей это, продолжая ласкать её грудь.

Обвив ногами его талию, она застонала. Поцелуй стал глубже. Она кусала его губы, скользила языком по его зубам. Ей хотелось показать ему всё, чему он сам её научил.

— Ишакан…

Глядя в его сияющие золотые глаза, она призналась:

— Я люблю тебя.

— Я знаю, но… — тихо сказал он и замолчал. Затем поднял взгляд к её глазам. — Говори это чаще, Лия.

Медленно он наклонился к ней, мягко коснувшись её лба своим, и прошептал, не отводя взгляда:

— Продолжай говорить…

На открытом воздухе (3)

Губы Лии напряжённо сжались. Сердце горело так, словно кровь в нём кипела. Чувство, накрывшее её, было невозможно описать словами. Ишакан пробуждал в ней слишком много эмоций.

Поглаживая его затылок, она шептала, что любит его. И каждый раз, когда она произносила эти слова, Ишакан целовал уголки её губ.

Медленно мужское достоинство, наполнявшее её изнутри, пришло в движение. Покалывание в теле усиливалось вместе с его возбуждением, но Ишакан молчал. Его лицо стало хищным.

Дерево позади неё дрожало от движения их тел, и Ишакан просунул руку за её спину, защищая её кожу от грубой коры. Она почти теряла рассудок от наслаждения, но Лия не забывала снова и снова говорить, что любит его.

— Ах… мм… я люблю тебя… мм…!

Слова сбивались, растворяясь в стонах. Её тело дрожало, она громко стонала, вцепившись в шею Ишакана, и он начал резко вбиваться в неё.

Её носки вытянулись. Икры свело судорогой. Она сжала ноги вокруг его талии, чтобы не упасть. Когда она попыталась оттолкнуть его за плечи, Ишакан прикусил её пальцы, а когда она в испуге отдёрнула руки, он впился зубами в её шею.

Она даже не почувствовала боли, хотя укус был сильным. Она не могла ощущать боль — все её нервы были сосредоточены между её ног. Горячее дыхание Ишакана обжигало её шею, он снова укусил её, сжимая ладонями её ягодицы. Не имея возможности двигаться, она чувствовала себя пленницей нарастающего наслаждения и стонала от экстаза.

И даже когда её разум полностью опустел, слова любви продолжали срываться с её губ, снова и снова.

— Я люблю тебя… люблю тебя… — Лия уже не знала, сколько раз произнесла это. — Мм… ах…

Грудь Ишакана вздымалась от тяжёлых вдохов. Между её ногами она почувствовала, как его спина внезапно напряглась, и горячая жидкость хлынула внутрь неё.

— Ах… ах…!

— Ах…

Внутри неё его мужское достоинство выбрасывало семя снова и снова, и Ишакан прижал её к себе всем своим огромным телом, пока она дрожала, цепляясь за него. Её ноги потеряли силу и соскользнули с его талии, когда она кончила.

Её тело само по себе содрогалось, взгляд затуманился, а по щекам потекли слёзы от силы пережитого наслаждения.

— Ах… ах…

Даже после того как он кончил в неё, Ишакан не вышел. Напротив, он медленно двигал бёдрами, размазывая своё семя по её внутренним стенкам. Его было так много, что при каждом движении часть вытекала наружу, стекая по её внутренним бёдрам и смешиваясь с её влагой.

Его горячие губы заставляли Лию дрожать, когда он страстно целовал её шею, будто обжигая кожу.

— Пожалуйста… опусти меня… — она почти всхлипывала, чувствуя беспомощность в его руках.

Ишакан послушно опустился на землю, удерживая Лию перед собой. Он всё ещё не вышел из неё, и его твёрдый ствол глубоко заполнял её, пока она обессиленно опускалась спиной на его грудь.

— И вытащи тоже… — хрипло попросила она.

Но хотя Ишакан обычно исполнял её просьбы, на этот раз он не подчинился. Он лишь поцеловал её в лоб, будто не слыша её слов.

У неё не осталось сил даже оттолкнуть его. Но, по крайней мере, она не потеряла сознание — ведь на этот раз всё произошло лишь однажды, и дерево за спиной Ишакана всё ещё стояло целым и невредимым.

На открытом воздухе (4)

Осмотрев дерево, Лия снова перевела взгляд на Ишакана.

…

Их взгляды встретились. Интенсивность его золотых глаз ничуть не ослабла, и Лия опустила глаза, её ладони легли на живот. Ишакан сразу понял, что её тревожит.

— Всё в порядке. Ты не пьёшь обычный чай, — спокойно сказал он. — Это лекарство.

От неожиданности она широко раскрыла глаза. Его пальцы коснулись её губ, и внезапно большой палец оказался у неё во рту, скользнул по коренным зубам и мягко надавил на язык.

Лия резко прикусила, и Ишакан, усмехнувшись, убрал руку. Его внимание переместилось к её груди, и её плечи дрогнули, когда он провёл влажными от слюны пальцами по её соскам.

— Ты хочешь сына или дочь? — прошептала Лия. Ей едва удавалось говорить, пока он касался её так. Ишакан одной рукой обнял её за талию, а другой ласкал грудь.

— Я буду счастлив любому ребёнку, — ответил он. — Я только беспокоюсь о твоём здоровье.

Дети курканов рождались очень маленькими. Поэтому её живот ещё почти не увеличился, и роды не должны были быть слишком тяжёлыми. Но он всё равно тревожился о её слабом теле.

— Я изучал это… — продолжил он, не прекращая ласкать её грудь. — Говорят, если грудь не трогать достаточно, она набухнет и будет болеть. Конечно, с тобой этого не случится, — добавил он. — Я буду массировать её каждую ночь.

Её грудь уже начинала вырабатывать молоко, готовясь к рождению ребёнка. Мягко отведя её руку от второй груди, он наклонился и обхватил губами сосок.

— Я хочу попробовать всё, что принадлежит тебе.

Она дрогнула от удовольствия. Он лизнул сосок и стал ласкать другую грудь рукой, и от интенсивности ощущений она едва сдерживала звуки, прикрыв рот ладонью.

Ишакан поднял глаза на неё, продолжая жадно ласкать её сосок, и от этого зрелища её лицо стало алым.

Сердце бешено колотилось, когда она почувствовала, как его мужское достоинство увеличивается внутри неё, и Лию охватил страх.

— Не двигайся, — прошептал Ишакан. — Я всё сделаю сам.

Схватив её за талию обеими руками, он приподнял её и резко опустил.

…!

Её глаза широко раскрылись, губы непроизвольно приоткрылись от волны ошеломляющего наслаждения, захлестнувшего тело. Он сильно прикусил кончик её подбородка.

— Скажи, что любишь меня.

Эти слова помогли ей успокоиться, и она перестала сопротивляться. Но вместо признания она произнесла то, что застряло в её сердце, словно заноза.

— Прости, — сказала она. Его глаза сузились, и она продолжила запинаясь: — Прости, что испугалась…

Он лишь лукаво улыбнулся и начал двигать её телом. С каждым проникновением её зрение затуманивалось, и вскоре она снова кончала, дрожа и цепляясь за него, когда между её ног вновь хлынула влага.

— Ты сказала то же самое, когда исчезла у меня на глазах. Прости, не ищи меня… — Ишакан прикусил её мочку уха, глубоко входя в неё. — Но я всё равно пришёл за тобой. Я плохой муж?

— Мм… правда… — она вздрогнула, когда он лизнул её ухо. — Мне это нравится.

Положив ладони ему на плечи, она посмотрела прямо в его глаза.

— Я люблю тебя… я так сильно тебя люблю…

Наступила короткая тишина.

— Ты делаешь меня мягким, — с улыбкой пробормотал он.

Он положил ладонь ей на шею, притягивая её лицо ближе.

— Что бы ты ни делала… — сказал он, не отрывая взгляда от её глаз, — я с радостью последую за тобой.

Одержимость (1)

Это был сон.

Но даже понимая, что это сон, Блейн ничего не мог с этим поделать. Он мог лишь наблюдать, как всё продолжается.

Перед ним переплетались мужчина и женщина. Белоснежное обнажённое тело женщины двигалось на фоне тёмной, загорелой кожи мужчины. Она обнимала этого огромного мужчину, её лицо покраснело, она стонала и звала его по имени.

— Ишакан… ах, Ишакан…!

Она делала это не просто ради плотского наслаждения. Её фиолетовые глаза были затуманены удовольствием, но в них было столько ласки, словно она безумно любила мужчину, которого обнимала. Всё в её взгляде без конца шептало о любви к нему.

Блейн хотел увидеть этот взгляд. Жаждал его, но никогда не мог получить. Ему хотелось выкрикнуть оскорбления, ворваться между ними и немедленно разорвать их объятия. Но его тело было неподвижным, словно камень.

Пока он пытался освободиться от невидимых пут, пара приближалась к завершению. Лия дрожала, будто едва могла это выдержать.

— Ах… мм… стой…!

Она напряглась. Слюна увлажнила её губы, она неконтролируемо стонала и вцепилась в широкую спину мужчины, её руки дрожали.

Она почти достигла пика. Невольно Блейн задержал дыхание, глядя на неё словно загипнотизированный. Охваченная наслаждением, Лия внезапно повернула голову, и их взгляды встретились.

Блейн проснулся.

— …!

Холодный ночной воздух быстро привёл его в чувство. Он понял, что находится в королевской спальне. Быстро оглядев комнату, он сбросил одеяло и сел на край кровати, нервно усмехнувшись.

Он был возбуждён. Блейн откинул назад влажные от пота волосы, пытаясь успокоить дыхание, но лицо исказилось, когда он увидел серебристые пряди, липкие от пота, на своих пальцах.

Он дёрнул за шнур рядом с кроватью. Как только прозвенел колокольчик, служанки, всегда ожидавшие за дверью, вошли в комнату. Блейн по очереди оглядел их и указал на ту, что стояла слева.

— Ты.

Остальные немедленно вышли, оставив девушку одну. Блейну даже не нужно было говорить. Он лишь перевёл взгляд вниз, и служанка сразу забралась на кровать, чтобы удовлетворить его.

Без выражения лица Блейн откинулся на изголовье, глядя на девушку. Невольно служанка подняла глаза, и их взгляды встретились.

Блейн мягко улыбнулся.

Она была так поражена, что забыла опустить взгляд. Она смотрела на него, пока его улыбка становилась шире, глубже, а её лицо краснело всё сильнее. Когда она покраснела до самых ушей, Блейн надавил рукой на её голову.

Ему было всё равно.

Он смотрел на служанку и чувствовал скуку. Он мог получить всё, что хотел. Он красив, богат, могущественен, король Эстии. Никто не откажет ему. Никто, кроме одного человека.

Лия…

Она была единственной женщиной, которую он хотел. Он вспомнил Лию из своего сна. Обычно она выглядела печальной, но во сне была такой живой, словно весенний цветок в полном расцвете.

Принцесса Эстии была прекрасна. Даже те, кто презирал её как «цветок без аромата», не могли не восхищаться при встрече.

Губы Блейна сжались. Светловолосая служанка в темноте напоминала сереброволосую женщину. Грубо схватив её за волосы, он продолжил, пока образ Лии, стонущей с пылающим лицом, заполнял его сознание.

Вскоре всё закончилось.

— Чёрт…

Но едва всё закончилось, сердце наполнила горечь, а разум погрузился в хаос.

— Убирайся, — приказал он, небрежно махнув рукой.

Служанка мгновенно сбежала, а Блейн снова лёг на кровать.

— ……

Одержимость (2)

Блейн смотрел в потолок тусклым взглядом. Над ним был изображён герб королевской семьи, и, глядя на него, он горько усмехнулся.

Всё это пришло от Сердины. Его собственничество, извращённая сексуальность, болезненная одержимость. Так же как Сердина была одержима Блейном, Блейн был одержим Лией. Безумие крови, текущей в его венах, не ослабевало. Со временем оно лишь становилось изощрённее.

Поднявшись с кровати, Блейн накинул халат и схватил бутылку вина со стола, начиная пить прямо из горлышка. Он хотел напиться, потому что не мог выносить реальность, но его разум оставался безжалостно ясным.

Лия сбежала.

В тот же день, когда Блейн понял, что никогда не сможет обладать ничем, кроме её тела, она ушла вместе с королём варваров. Сначала он думал, что она быстро вернётся. Это казалось разумным предположением, ведь во дворце оставалось так много людей, которых можно было использовать как заложников.

Но вскоре он понял, что что-то не так. Варвары, прибывшие в Эстию в качестве послов, исчезли так, будто испарились, и они были не единственными. Все тома в городе тоже исчезли. Он мог лишь предположить, что их увели дикари, и приказал солдатам прочесать столицу. Но они исчезли без следа.

Сила Сердины постоянно выходила из-под контроля. Когда это становилось совсем невыносимым, из дворца королевы-матери выезжала очередная повозка с жертвенными телами. Но Блейна это мало заботило. Даже если её сила нестабильна, это неважно, пока Сердина может наложить хотя бы одно заклинание.

Его волновало только одно — Лия.

Если она не вернётся на свадьбу, он собирался по одной казнить её фрейлин. Он прикажет выставить их головы в столице, а затем каждый дворянин, который был близок к ней, по очереди отправится на гильотину.

Когда она увидит, как вороны клюют гниющие тела, у неё не останется выбора, кроме как немедленно вернуться во дворец. И как только она переступит его порог, он больше не будет ждать. Он сделает из неё свою куклу.

На следующий день Блейн лично присутствовал на заседании Кабинетного совета.

Отсутствие Лии создавало множество неудобств. С её уходом Блейну пришлось заниматься всей работой, которую она раньше выполняла одна. Разумеется, когда она вернётся, он снова возложит на неё все прежние обязанности.

Блейн наблюдал, как входят дворяне, слегка запрокинув голову. У этих существ не было совести. Его раздражало тратить время на бесполезные заседания. Но, глядя на них, он внезапно приподнял бровь.

— …?

Граф Уэддлтон неловко улыбнулся, встретившись взглядом с Блейном. Несмотря на то что он был дедом нового короля, политикой он никогда не интересовался. Но теперь внезапно присутствовал на заседании Совета.

И сидел рядом с графом Бён Гёнбэком. Это удивило Блейна — он не думал, что они близки.

Присмотревшись внимательнее, он заметил, что с Бён Гёнбэком тоже что-то не так. Он находился под тем же заклинанием, что и остальные, и должен был воспринимать происходящее на заседании как норму, даже если бы Блейн занялся сексом прямо на столе. Но граф выглядел озадаченным, словно понимал, что именно принцесса должна вести эти собрания.

Блейн подозрительно наблюдал за ним, когда дверь внезапно распахнулась. Он нахмурился. Если король уже занял своё место, дверь не должна открываться. Даже опоздавшим дворянам запрещалось входить и выходить до конца заседания.

Его первой мыслью было приказать рыцарям вытащить безумца, осмелившегося открыть дверь, но он замолчал, когда дверь распахнулась полностью, и застыл, глядя вперёд.

В зал вошла маленькая сереброволосая женщина. Она спокойно оглядела комнату и направилась к месту, которое всегда занимала. Сейчас там сидел Блейн.

Её фиолетовые глаза сияли, когда она посмотрела прямо на него, и он удивлённо приоткрыл рот.

— …Лия.

Принцесса вернулась.

Одержимость (3)

Блейн не мог говорить. Произнеся имя Лии, он замолчал.

Он никогда не ожидал, что она вернётся по собственной воле. Он думал, что единственный способ заставить её подчиниться — как обычно, через насилие и принуждение. Но, похоже, он ошибался. Он ещё ничего не сделал, а она уже здесь. В голове мелькнула нелепая мысль.

— Почему ты вернулась? — спросил он при всех марионеточных дворянах. Скользнув взглядом по графу Вальтейну и министру Лорану за столом, он искривил губы в усмешке. — Ты бежала с варваром, словно от этого зависела твоя жизнь, а теперь вернулась, испугавшись последствий.

— Я лишь присутствую на заседании Кабинетного совета как принцесса, — спокойно ответила Лия. — Это мой долг.

Терпение Блейна иссякло. Он вскочил со своего места, подошёл к Лии, схватил её за запястье и вытащил из зала. Она пошевелилась лишь после того, как они вышли.

— …

Блейн смотрел на её бесстрастное лицо. Он не мог даже предположить, о чём она думает. Но внезапно почувствовал, как тонкая рука коснулась его запястья, и ослабил хватку. Он вспомнил слова, которые Лия однажды сказала ему:

Ты всегда кормил меня вкусной едой.

Она спутала воспоминания о варваре с Блейном. Возможно, дикарь покорил её сердце хорошей едой. Блейн не удержался от вопроса.

— …Ты уже обедала?

— Нет.

— Тогда поедим перед разговором.

Хотя было ещё рано для обеда, Блейн повёл её в столовую. Служанки удивились неожиданному появлению короля, но поспешили обслужить их.

Столовая главного дворца предназначалась для королевской семьи, лишь изредка здесь принимали гостей. Блейн и Лия часто ели здесь вместе, но сейчас ему было не по себе. Лия ела молча и прилежно, и странное напряжение повисло в воздухе. Оно заставляло его испытывать жажду, и он потянулся к вину.

Лия отложила приборы лишь тогда, когда бутылка опустела.

— Все свободны, — приказал он, не глядя на слуг.

Служанки вышли, оставив их одних. Горло Блейна пересохло. Когда он потянулся за новой бутылкой, Лия опередила его.

— Я налью вам, — сказала она, взяв бутылку. — И сама хотела бы немного белого вина…

Блейн сразу встал и достал бутылку белого вина из стойки в углу. Когда он вернулся, Лия уже налила ему бокал, и он машинально осушил его, даже не почувствовав вкуса. Как только бокал опустел, Лия снова взяла бутылку.

Блейн смотрел на белую руку, державшую вино. На тонком пальце сверкало кольцо. Обручальное кольцо, которое он ей подарил.

Он не мог отвести взгляд. Задумчиво задержавшись на кольце, он медленно поднял глаза, когда Лия моргнула густыми серебристыми ресницами. Сегодня она выглядела ослепительно.

— Я надеюсь, вы сможете пересмотреть наше будущее, — сказала она.

Наше…

Губы Блейна приоткрылись. Наше. Он несколько раз повторил это про себя, заворожённый, пока Лия продолжала:

— Я не хочу становиться марионеткой. И не хочу, чтобы пострадали люди, которые мне дороги.

Она спокойно объяснила, почему вернулась. Ей не удалось найти способ разрушить заклинания. Она не могла бросить тех, кто остался во дворце.

Блейн ожидал этого. Её слова звучали искренне. Но следующее признание оказалось совершенно неожиданным.

— Я постараюсь сохранить Ваше Величество в своём сердце… — мягко сказала она, сжав его руку с кольцом, которое сама ему подарила. — Поэтому, пожалуйста, будьте ко мне добры отныне.

В голове Блейна закружился вихрь мыслей. Неужели остатки разрушенного заклинания всё ещё влияют на её чувства? Возможно, заклинание, искажающее память, снова пробудило её прежние чувства…

Это было нелепо. Он должен был оборвать её и приказать прекратить говорить глупости, но его губы уже произносили другое:

— Почему я должен тебе верить?

Лия всё ещё смотрела на него, плотно сжав губы. Он долго смотрел на них, пока они наконец не разомкнулись, и её язык зашевелился, когда она заговорила.

— Сегодня ночью… — прошептала Лия. — Пожалуйста, обними меня.

Одержимость (4)

В ту ночь Лия пришла в спальню Блейна.

Она не только сама поцеловала его, но и без просьбы начала раздеваться. В её поведении смешивались смелость и стеснение, будто всё происходило с ней впервые. Что бы он ни просил, каким бы неловким это ни было, она соглашалась.

Он ждал этого так долго.

С другими женщинами он даже не мечтал о подобном наслаждении. В этой фантазии удовольствие было настолько неописуемым, что в момент кульминации эйфория полностью затмила его разум, оставив лишь мгновение абсолютного совершенства.

Проснувшись утром, первым делом он повернулся к Лии.

— …

Место рядом оказалось пустым. В висках пульсировала боль, во рту пересохло, а воспоминания о прошедшей ночи вспыхнули в голове. Вспоминая, как Лия стонала от удовольствия, он провёл рукой по тому месту, где она лежала.

Неужели прошлой ночью всё было лишь сном?

Он не был уверен. Нахмурившись, Блейн поднялся с постели.

— …Лия.

Вдруг он закричал в пустую комнату:

— Лия! Лия!!!

Он отчаянно искал её взглядом, и словно по волшебству она появилась в дверях спальни — в белом платье, глядя на него с недоумением.

— Ваше Величество…?

Её голос вернул его к реальности. Это был не сон. Он действительно был с ней прошлой ночью. Блейн молча обнял её, и Лия не сопротивлялась, хотя чувствовала себя немного неловко.

Блейн был так счастлив, словно владел всем миром.

Ненадолго.

Ад шёл следом за раем. Он провёл ночь с ней, но чем больше думал об этом, тем сильнее счастье превращалось в отчаяние.

Он всё ещё не обладал её сердцем.

Он всё ещё не обладал ею по-настоящему.

Бесчисленные страхи терзали его, но сильнее всего — страх, что она всё же сбежит с королём варваров. С каждым днём он всё меньше мог позволить кому-либо входить во дворец Лии, даже ради подготовки к свадьбе.

После дней мучительной тревоги он понял: как бы покорно она ни выглядела, он никогда не сможет ей доверять. Был только один способ положить этому конец.

Блейн отправился во дворец королевы-матери.

Вокруг этого мрачного места все растения были мертвы, и стояла такая тишина, что можно было бы услышать даже мышь. Но и мышей не было. Подходя к покоям Сердины, Блейн не увидел ни одного слуги.

Резные деревянные двери давно утратили красоту, потемнев от крови зверей и людей. Повернув заржавевшую ручку, он почувствовал запах крови и увидел женщину, лежащую в центре магического узора, нарисованного кровью.

На её лице не было макияжа. Волосы растрёпаны, одежда в беспорядке. Увидев Блейна, она попыталась подняться, но тут же рухнула обратно на пол — тело не слушалось её.

— Ааа… — застонала Сердина от боли, и из её тела извивался чёрный дым, словно живой.

Прошло много времени, прежде чем она смогла сдержать дым внутри, и Блейн молча наблюдал за её страданиями, пока она не успокоилась достаточно, чтобы выслушать его.

— Сделай её моей куклой, — приказал он.

Сердина взглянула на него с сомнением, но когда она открыла рот, чтобы ответить, он закричал первым:

— Сейчас! Сделай её куклой прямо сейчас!

Как и всегда, Сердина подчинилась.

Вернувшись во дворец, Блейн приказал рыцарям привести Лию к королеве-матери.

— Ты обещал мне! — кричала Лия, когда её уводили. — Ты клялся, что не сделаешь этого! Что не превратишь меня в куклу!

Но помочь ей было некому. Когда она исчезла, Блейн в одиночестве прошёл по дворцу, переполненный чувствами, которых не мог объяснить.

После заката Лия вернулась во дворец одна.

Как ночь за окнами, она больше не сияла.

— …

Блейн смотрел в её пустые фиолетовые глаза, такие тёмные и мутные, будто она умерла.

— Ты любишь меня, Лия? — спросил он.

Её голос был пустым:

— Я люблю вас.

— …

Кулаки Блейна сжались. Он добился желаемого. Это был момент его триумфа. Не таким он хотел его видеть, но он всё же добился своего.

Однако радости он не чувствовал. Из глубины сердца поднималась ярость. Он грубо схватил Лию за руку, внезапно вспыхнув гневом. Но она ничего не сделала. Лишь спокойно ждала приказа.

— Чёрт…

С налитыми кровью глазами Блейн вышел, оставив её одну. В комнате осталась лишь тишина.

— …

Медленно в её затуманенные фиолетовые глаза вернулся блеск. Положив руку на живот, Лия огляделась и тихо произнесла:

— Ишакан…

Она закрыла глаза.

Пора было положить всему конец.

Тайный план (1)

Морга устало моргнул. Последние несколько дней он и другие колдуны Куркана работали без сна, и теперь даже закрыв глаза, он не мог уснуть.

Он знал, что ему необходимо отдохнуть.

Нахмурившись, Морга посмотрел на чёрное зелье, кипящее в котле, затем проверил песочные часы рядом, убедившись, что последняя песчинка опустилась вниз. Пора было добавлять следующую порцию ингредиентов. Взвешивая их на весах, он поднял взгляд, когда дверь открылась.

— Ишакан!

— Подарок от Лии, — сказал Ишакан, бросая ему маленький стеклянный флакон.

— …!

Морга поспешно заглянул внутрь и увидел одну короткую серебряную прядь волос. Такой цвет был только у одного человека.

Не раздумывая, он бросил прядь в котёл, и бурлящая жидкость мгновенно вспыхнула золотом, а затем снова стала чёрной.

— Этого будет достаточно? — спросил Ишакан, наблюдая за сменой цвета.

— Будет.

Морга достал кинжал и протянул его королю.

— Тогда…

Ишакан подтащил стул, сел и полоснул лезвием по предплечью. Клинок уже был пропитан его кровью.

Морга подставил широкую серебряную чашу под истекающую кровью руку короля. Ярко-алые капли стекали вниз. С того самого дня, как Лию впервые привезли в пустыню, Ишакан приказал подготовить ряд мер. Теперь всё почти было готово.

Но это потребовало значительного количества королевской крови.

Несмотря на кровопотерю, Ишакан не проявлял слабости. Пока кровь стекала в чашу, он другой рукой взял у Морги зажжённую трубку.

Капала кровь. Поднимался дым. Ишакан втянул его, его взгляд был тяжёлым и отрешённым.

— Значит, лучше всего использовать это в тот момент, когда заклинание будет разрушено, — произнёс он, заканчивая фразу Морги.

— Да, — кивнул Морга. — Разрушение чар вызовет сильный отклик у заклинателя. В этот момент средство будет наиболее эффективно.

Ишакан кивнул. Морга поджал губы, наблюдая, как он спокойно курит.

Они надеялись, что одного появления баронессы Синаэль будет достаточно, чтобы разрушить заклятие на фрейлинах Лии. Но даже после неудачи баронесса не отступила, хотя знала, что если её разоблачат, она лишится жизни. Она считала своим долгом спасти их.

Бён Гёнбэк и граф Уэддлтон тоже должны были сыграть роль на свадьбе. Когда Лия впервые обратилась к Бён Гёнбэку, он предложил письма, которыми они обменивались, как доказательство прошлого, о котором все забыли. В этих письмах говорилось, что он был похищен Ишаканом, подвергнут шантажу со стороны Лии и вынужден раскрыть секретную информацию о положении дел в Эстии.

Сам Бён не помнил, что писал эти письма. Этого оказалось достаточно, чтобы поколебать заклинание, под которым он находился, и с помощью Морги он смог полностью его разрушить.

После этого Бён и граф Уэддлтон стали помогать курканам, хотя и не совсем добровольно. Были задействованы разные угрозы.

И когда всё было готово, Лия вернулась во дворец — единственное место, где она могла попытаться вернуть утраченные воспоминания до свадьбы. Она попросила помощи у Морги, и он сделал всё возможное для своей королевы.

Но ничего нельзя было гарантировать. Всё было слишком неопределённо, чтобы знать наверняка, сможет ли принцесса восстановить память. И всё же она шагнула в бурю. А Ишакан решил последовать за ней, без каких-либо гарантий.

Как бы ни сложилось, итог будет один. Даже если Лия навсегда утратит воспоминания, в день свадьбы Ишакан вернёт свою невесту.

Погружённый в мысли, Морга вздрогнул, когда заметил, что кровь уже капает на пол, и поспешно подал Ишакану ткань, чтобы остановить кровотечение.

Руки Морги дрожали.

Тайный план (2)

Будучи мутантом, Ишакан обладал выдающимися физическими способностями. Ему хватило лишь немного прижать ткань к ране на предплечье, и кровь вскоре перестала пропитывать повязку. Морга достал чистый бинт, перевязал рану, после чего Ишакан поднялся, прихватив с собой трубку.

Медленно он вышел наружу, где его уже тихо ждали Генин и Хабан.

— Томарисы прибыли, — доложил Генин, распахивая двери. Ишакан улыбнулся.

— Посмотрим, что они скажут.

Спустившись по лестнице на второй этаж постоялого двора, он увидел десятки людей, стоящих на коленях в ожидании. Оглядев их, он выпустил струйку дыма.

— Ну что, вы уже приняли решение? — спросил он, опуская трубку.

Ответила старая женщина-тoма, стоявшая впереди.

— Мы сделаем всё, — сказала она. — Пожалуйста, пощадите наши жизни.

Это была та самая старуха, что дала Лии зелье для изменения цвета волос.

— Здесь не все, — заметил он.

— Некоторые всё ещё следуют за Сердиной, но их меньшинство… — уверенно продолжила она. — Мы будем делать то, что прикажет король Куркана.

Когда Лия решила вернуться во дворец, её главной тревогой оставался Блейн. Она знала, что он никогда не оставит её в покое. Прежде чем он смог бы что-то с ней сделать, она решила заставить его поверить, будто он уже получил её.

Лия дала ему вещество, вызывающее галлюцинации.

Он даже не заметил, как она подлила его в бокал. После вина он всю ночь видел галлюцинации близости с Лией, а пока он задыхался в одиночестве на постели, она осторожно подошла и вырвала несколько прядей его волос.

Спрятав волосы в стеклянный флакон, она оставила его на подоконнике дворца принцессы. На следующий день флакон исчез, а через несколько дней появился вновь — уже наполненный чёрным зельем.

Она собиралась использовать его позже. До тех пор она прятала его в безопасном месте.

Блейн всё ещё находился под действием галлюцинаций. Лия ежедневно подливала ему зелье во время совместных обедов. Но как только он почувствовал малейшее несоответствие между реальной Лией и её образом из фантазий, он поступил именно так, как она ожидала — приказал сделать её куклой.

Когда по его приказу Лию отвели во дворец королевы-матери, она снова увидела Сердину — совершенно измученную, но с теми же сияющими глазами.

В тот день Лия едва не стала марионеткой.

— Мы можем рискнуть, потому что ребёнок в твоём чреве похож на своего отца, — объяснил Морга, добавив, что они создадут магический предмет, который поможет ей временно сопротивляться заклинанию. Несмотря на нестабильность силы Сердины, она всё ещё была невероятно могущественной, и Морга не был уверен, что Лия сможет противостоять ей.

Но Лия носила под сердцем ребёнка Ишакана. С помощью магического предмета Морга надеялся, что сила ребёнка сможет вмешаться в действие заклинания. Проблема заключалась в том, что предмет должен был постоянно находиться при ней — и выглядеть совершенно незаметно.

— …

Лия посмотрела на обручальное кольцо, сияющее на её пальце.

Оно сработало идеально. Но его сила иссякла после единственного использования, и теперь ей предстояло справляться самой.

Одна Лия бродила по дворцу в поисках осколков памяти. Это был её последний шанс. В каждом месте, где её охватывало чувство дежавю, она задерживалась, но воспоминания так и не возвращались.

Всё остальное было готово, но она всё ещё не могла найти самое важное.

С каждым днём нетерпение росло. День свадьбы приближался, и казалось, что память может так и не вернуться.

Тайный план (3)

День выдался мрачным. Тучи закрыли солнце, и под тяжёлым небом всё казалось тусклым. Даже украшения, расставленные в открытом зале для приёма гостей, выглядели безжизненно.

Слишком уныло для дня свадьбы.

Лия, которой предстояло сегодня стоять перед всеми, уже задыхалась. Туго затянутый корсет мешал дышать, а окружение множества людей ощущалось как клетка. Невесте уже давно не позволяли даже воды, но, казалось, это никого не волновало.

В зеркале она выглядела прекрасно. Белоснежное свадебное платье было таким безупречным, что казалось кощунством допустить на нём хоть пылинку. Глядя на себя в ослепительном наряде, Лия внезапно ощутила тошноту.

Ей хотелось разорвать это идеальное платье в клочья, бросить на пол и растоптать. Она сдержала желание сжать кулаки. Одна из фрейлин подпиливала ей ногти — их нужно было укоротить, чтобы она случайно не поцарапала кожу своего королевского мужа в первую брачную ночь. Закончив, фрейлина надела на её руки кружевные перчатки и надела на палец обручальное кольцо.

Когда уже собирались надеть фату, фрейлины одновременно замерли. В покои невесты, которые должны были оставаться скрытыми до церемонии, вошёл незваный гость.

В элегантном костюме в комнату вошёл Блейн. Считалось дурной приметой, если жених увидит лицо невесты до свадьбы, но Блейну было всё равно. Слишком многое уже произошло.

— Все вон, — приказал он, и слуги поспешно покинули комнату.

Остались только Лия и Блейн. Он не подошёл к ней — лишь прислонился к двери и молча смотрел.

— …

Они не виделись долгое время. После приказа превратить Лию в куклу Блейн больше не смотрел на неё. Теперь он долго рассматривал её в белом свадебном платье, а затем, не сказав ни слова, развернулся и ушёл.

Лия не понимала, зачем он приходил, но решила не думать об этом. То, что ей предстояло сделать, было слишком важно.

Непосредственно перед началом церемонии она незаметно достала зелье, скрытое от фрейлин, вылила его в рот, не проглатывая, а пустой флакон спрятала так, чтобы его никто не нашёл.

Настало время идти в зал.

Несколько дам следовали за ней, поддерживая длинный шлейф платья. Зал был украшен с показной роскошью.

Лия посмотрела на гостей, сидящих рядами. Они пришли праздновать союз новой пары, улыбались, выглядели счастливыми — словно часть декораций.

Когда оркестр заиграл, она остановилась в конце прохода, устланного длинным белым шёлковым ковром. В руках она держала букет разноцветных эустом.

На другом конце прохода её ждал Блейн рядом со священником. Под звуки аплодисментов и радостных возгласов она двинулась вперёд. С каждым шагом ей казалось, что она идёт к краю обрыва.

Возможно, она была самонадеянной. Раз сумела разрушить часть заклинания, она была уверена, что сможет разрушить и остальное и вернуть память. Теперь, зная, что не одна, она верила в это ещё сильнее. Но её разум заполнили лишь обрывки воспоминаний.

Лия сжала губы.

Я была жадной, думая, что смогу вернуть память. Я просто хотела, чтобы Ишакан гордился мной. Но в итоге я не смогла…

В первом ряду она заметила Сердину — густо накрашенную, чтобы скрыть измученное лицо. Она была одета столь же нарядно, будто сама являлась невестой, но в её глазах светилась злоба.

Острый взгляд внимательно изучал Лию, и она поспешно отвела глаза. В конце концов, вернуть утраченную память ей не удалось.

Но дело нужно было довести до конца.

Тайный план (4)

Лия дошла до конца прохода.

Стоя рядом с Блейном, священник произнёс положенные благословения и, согласно обычаю Эстии, первым протянул чашу с вином Лии. Супруги должны были разделить напиток, чтобы скрепить союз.

Поднеся чашу к губам, Лия выплюнула зелье, которое всё это время держала во рту, и сделала вид, что проглотила. Чёрная жидкость растворилась в белом вине без следа.

Блейн залпом осушил остаток и почти раздражённо отбросил бокал. Для жениха это было неподобающее поведение, но никто не удивился. Гости лишь расплывчато улыбались, словно всё происходящее было заранее согласовано.

— Блейн де Эстия, — с той же улыбкой произнёс священник. — Клянетесь ли вы любить эту женщину как свою жену вечно?

На губах Блейна появилась искривлённая улыбка, будто при мысли о чём-то сокровенном.

— Клянусь.

Священник кивнул и повернулся к Лии.

— Лия де Эстия. — Он без запинки повторил вопрос, хотя у невесты и жениха была одна фамилия. — Клянетесь ли вы любить этого мужчину как своего мужа вечно?

Лия молчала.

Тишина растянулась, нарушив ровное течение церемонии. Даже гости, аплодировавшие словно механически, замерли.

Сжав губы, Лия подняла взгляд на Блейна и заметила, как едва заметно дрогнули его голубые глаза. В зале зашептались.

Медленно Лия сняла с пальца обручальное кольцо и бросила его в Блейна.

Кольцо ударилось о его грудь и упало на пол.

— Ты… ты… — запнулся он.

Снаружи раздался звук боевого рога.

Дикий протяжный звук прорезал мягкую музыку оркестра, и замешательство охватило гостей.

— Аааа!!!

Люди вскочили со своих мест, в панике оглядываясь, когда стража в зале одновременно обнажила мечи.

Двери распахнулись, и внутрь ворвались люди в лёгких доспехах — быстрые и смертоносные, как звери. Зазвенели клинки, по полу растеклась кровь, гости закричали.

Роскошные украшения топтали в панике бегущие люди.

И среди совершенного разрушения она увидела его — мужчину, залитого кровью, с мечом, по которому струилась алая жидкость. Его золотые глаза горели. В груди Лии вспыхнула боль — острая, пронзающая, будто стрела попала прямо в сердце. Всё её тело задрожало.

Это уже случалось.

Чувство дежавю было настолько сильным, что у неё перехватило дыхание. В её сознании вспыхнула кровавая равнина, усыпанная эулалиями.

Он разрушил всё. Он уничтожил её жизнь как принцессы Эстии. И он же разорвал все нити, превращавшие её в марионетку, и привёл в новый мир. Под его защитой Лия родилась заново.

Мужчина, разрушивший её прежнюю жизнь, произнёс:

— Лия.

В тот момент, когда он сказал её имя, она почувствовала странное озарение. Ей никогда не нужен был ключ к замку. Потому что все её воспоминания всегда принадлежали ей.

— Подойди ко мне, Лия.

Ишакан позвал её снова, и в его голосе появилась тревожная нетерпеливость. То, что она стояла неподвижно, пугало его. Неужели она снова под властью чар Сердины?

— Пожалуйста… — прошептал он, лицо его исказилось.

Больше не было ни единой причины колебаться.

Лия побежала к нему, спотыкаясь в неудобном, тяжёлом платье. Кровь с его одежды мгновенно запятнала белоснежный наряд, когда он поймал её в объятия. Ишакан прижал её к себе и закрыл глаза.

Её грудь тяжело вздымалась, сдавленная корсетом, она пыталась перевести дыхание — и постепенно успокаивалась.

Ишакан прошептал:

— …Моя жена.

Исход (1)

Это было похоже на прорыв плотины.

Воспоминания хлынули бурным потоком, врываясь в ноющую голову Лии и занимая свои законные места. По всему телу пробежали мурашки, её вновь и вновь сотрясала дрожь.

— Ах…

Лия тихо выдохнула.

Наконец она поняла, что происходит на самом деле, и медленно подняла голову.

Золотые глаза Ишакана были такими же.

С самой первой встречи и до этого мгновения — его взгляд на неё не изменился. И сколько же он страдал, ожидая её. Она причиняла ему боль бесчисленное количество раз, потому что даже не помнила, кто он.

Она не могла представить, через что ему пришлось пройти. И всё же он решил ждать, понимая все риски, без малейшей гарантии успеха. Он доверился ей.

— Ишакан, я… я… — попыталась сказать Лия, запинаясь.

Но он уже знал, что она хочет произнести.

— Это не важно, — прошептал он. — Ты вернулась.

Его руки сомкнулись вокруг неё, крепко прижимая к себе.

— Я ждал тебя, Лия.

Это было всё, что ей нужно было услышать. Лия зажмурилась, но времени предаваться чувствам не было. Спустя мгновение она отстранилась.

Её прекрасное свадебное платье было пропитано кровью, но странным образом это казалось ей улучшением. В окровавленном белом наряде она повернулась к Блейну.

Он уже смотрел на неё с ненавистью, его голубые глаза пылали яростью.

— Это всё была ложь, — произнёс он с абсурдным выражением предательства на лице. Ни тени раскаяния за то, что он сделал с Лией. Ни вины. Ни сожаления. — Ты обманула меня, притворялась куклой, я не могу поверить…

Его голос дрожал от гнева.

— Даже то, как ты раздвигала ноги для меня, было ложью!

Он осмелился обвинять её даже в этом. Ему ни разу не пришло в голову взглянуть на себя.

— Я сказала тебе, что не полюблю тебя, даже если рожусь заново, — холодно ответила Лия.

Его глаза расширились, когда её рука легла на живот. Он уже собирался выплеснуть очередную порцию яда, но внезапно раздался крик.

— Его волосы… его волосы!

На глазах у всех серебряные волосы Блейна — символ королевской династии Эстии — начали менять цвет. Оттенок постепенно переходил в светлый блонд, его настоящий цвет. Блейн застыл, а в зале поднялся гул.

— Это уловка томарисов! — выкрикнул Бён Гёнбэк, указывая на Сердину. — Как смеет жалкая тома выдавать себя за королевскую кровь! Она даже не боится божественного наказания!

Гости зашептались, растерянно переглядываясь.

— Они не томарисы… что за вздор?!

— Но… волосы Его Величества…

Бён Гёнбэк перекричал шум:

— Томарисы обманывали нас всех! Граф Уэддлтон!

Граф вздрогнул, нервно взглянув на Сердину.

— Э-это правда. Сердина — тома. И Б-блейн не сын… королевской линии Эстии…

Слова собственного отца Сердины вспыхнули в зале, как искра в сухой траве. Голос графа стал твёрже:

— Я клянусь этим своим именем, графа Уэддлтона.

Заклинание пало.

В одно мгновение в глазах всех присутствующих появилась жизнь. Они словно очнулись от сна, ошеломлённо глядя друг на друга.

Среди хаоса Сердина рассмеялась с презрением, будто собиралась продолжать ложь, но её тело предало её — внезапно её скрутило, и она изрыгнула кровь. Нестабильная сила внутри неё взбунтовалась, разрушенные заклинания ударили по ней самой.

Курканы быстро двинулись, чтобы схватить её, но едва приблизились, как из её тела вырвался чёрный дым, отбрасывая их назад.

Сердина медленно подняла голову. Её рот был залит кровью, дым клубился вокруг неё.

— Да, я тома! — выкрикнула она, яростно стирая кровь с губ. — И всеми вами правили те самые томарисы, которых вы так презираете!

Исход (2)

Сердина смотрела на Лию и улыбалась так, будто её не загнали в угол.

— Ты смеешь идти против меня такими примитивными уловками? — тихо произнесла она.

Губы Лии сжались. Всё шло не по плану. Сердина приходила в себя куда быстрее, чем они рассчитывали.

Внезапно её взгляд сместился. Дрожащий граф Уэддлтон едва не лишился чувств, когда эти глаза остановились на нём.

— Отец, — мягко сказала Сердина.

— К-королева-мать… — поспешно заговорил граф. — У меня не было выбора, мне угрожали…!

— И я не хочу этого делать, — спокойно произнесла Сердина. — Но у меня нет выбора…

Нет более сильной жертвы, чем сердце, в котором течёт её собственная кровь. На её губах мелькнула лёгкая улыбка.

— Ты ведь готов умереть ради дочери, не так ли?

Графу не дали сказать ни слова напоследок. Никто не успел ничего предпринять. Чёрный дым метнулся к нему, и Ишакан резко прижал Лию к себе.

Комнату прорезал звук рвущейся плоти. Лия зажмурилась, уткнувшись лицом в его грудь.

— Хахаха… хахахаха…

Смеясь как безумная, Сердина на глазах у оцепеневших гостей вырвала и пожрала сердце своего отца.

Когда всё было кончено, она слизнула кровь с губ. Извивавшийся дым на мгновение стих.

Наступила тяжёлая пауза.

А затем дым рванулся во все стороны. Тело Сердины поднялось в воздух, и тьма окутала весь дворец.

Она заговорила.

— Пусть Тома первой силы и была побеждена мутантным варваром… — её голос звучал искажённо, будто исходил из нескольких глоток сразу. — Это не имеет значения. Я превзошла её.

Чёрный дым заполнил зал и коснулся тыльной стороны руки Ишакана.

Он нахмурился. На коже выступила красная отметина.

— Варвары! — взвизгнула Сердина, её лицо исказилось от восторга. — Вы снова будете на поводке, как псы! Вы поползёте перед томарисами на коленях!

Дым закружился над дворцом, словно отдельная атмосфера. Небо почернело. Сердина смеялась, а гости, только что очнувшиеся от заклинания, вновь замерли. Как будто невидимые нити тянули их, они опустились обратно на стулья.

Они выглядели как куклы. Куклы, наблюдающие представление.

— Подойди ко мне, дочь.

С улыбкой Сердина посмотрела вниз на Лию.

— Умоляй меня. Признай, что была неправа, и я прощу тебя.

В её словах кипела злоба.

— Мура, — тихо произнёс Ишакан.

Мура подошла сзади, и Ишакан мягко подтолкнул Лию к ней.

— Уведи её в безопасное место.

Мура подхватила Лию.

— Ишакан… — Лия протянула к нему руку.

Он поймал её ладонь и прижал к губам.

— Иди первой, — сказал он. — Мне нужно закончить это.

Но даже касаясь его, она увидела красный след на его коже. Несмотря на устойчивость, магия Сердины могла причинить ему вред.

Лия не хотела мешать, но как она могла уйти и оставить его? В её глазах вспыхнула тревога, и Ишакан улыбнулся.

— Не волнуйся. Мы скоро увидимся.

Он был удивительно спокоен перед лицом опасности. Лия прикусила губу, сдерживая всхлип.

— Я прошёл через пустыню ради тебя, — вдруг сказал он.

Она подняла на него взгляд.

— Было столько ночей, когда я не мог уснуть, думая о тебе… И каждый раз я понимал одно и то же.

Даже во тьме его глаза сияли.

— Я ничего не боюсь, пока ты со мной. Нет ничего страшнее, чем потерять тебя.

Лия не могла говорить. Она лишь кивнула, пока он улыбался ей, проводя ладонью по её щеке.

— Я придумал имя для нашего ребёнка. Думаю, тебе понравится, — прошептал он. — Скажу, когда вернусь.

И затем он отпустил её.

Исход (3)

Ишакан смотрел вперёд, его лицо было бесстрастным.

В Сердине не осталось ничего человеческого. Чёрные вены проступали под восковой бледной кожей, расползаясь по рукам, шее, лицу. Её глаза стали бездонными провалами тьмы.

— Ты стала чудовищем? — спросил Ишакан.

Позади него курканы нервно сглотнули. Она выглядела как нечто, едва удерживающееся в человеческой форме. С самого начала было ясно, что её жажде силы не будет конца. Они даже допускали, что она выдержит отдачу от разрушенных заклинаний.

Но никто не ожидал, что она пожрёт сердце собственного отца.

Ишакан скользнул взглядом по красной полосе на тыльной стороне своей руки. Вероятно, она пыталась отсечь её полностью. Это была лишь поверхностная рана — но доказательство того, что теперь она достаточно сильна, чтобы причинить вред даже ему.

Значит, существовала вероятность смерти.

Лия видела эту рану. В тот момент её глаза были готовы наполниться слезами.

Нет. Ишакан не собирался оставлять её вдовой.

Он никогда не думал о поражении. Единственным человеком, способным победить его, была Лия. И всё же, если сила Сердины приблизилась к божественной, он был готов принять некоторый ущерб. Возможно, добавится пара новых шрамов.

Мне это не нравится.

Ишакан усмехнулся. Он хотел быть сильнее — ради Лии. Хотел, чтобы она доверяла ему, что бы ни случилось. Но она ещё много раз увидит его обнажённым в будущем… И если он вернётся изуродованным шрамами, это может пробудить в ней неприятные воспоминания.

Он отвёл раненую руку в сторону. Придётся постараться получить как можно меньше повреждений.

— Генин.

По его приказу она передала ему длинный меч, закреплённый у неё за спиной. Лезвие было тёмно-красным, словно уже напитанным кровью.

Ишакан взял его.

Хабан и Генин заняли позиции по обе стороны от него. Остальные курканы выстроились за ними.

Колдуны образовали полукруг, в центре которого стоял Морга. По его знаку каждый из них обнажил кинжал и полоснул по предплечью. Их кровь не падала на пол — она поднималась в воздух, выстраиваясь в магический узор.

Глаза курканов вспыхнули единым блеском предвкушения битвы.

— Вы умрёте, — раздался искажённый голос Сердины.

Она улыбалась, наблюдая за приготовлениями, и её слова эхом разнеслись в ушах всех курканов. Глаза Ишакана сузились, но улыбка не исчезла.

Он шагнул вперёд.

Меч со скрежетом прочертил по полу, когда он двинулся к Сердине — без колебаний.

— Тома-ведьма, — произнёс он.

Он ждал этого момента давно. С каждым шагом в нём разрасталась эйфория боя. Золотые глаза сверкали.

— Сегодня всё закончится не предупреждением.

Мура бежала, не оглядываясь. Они стремительно покинули зал, хотя свадебное платье Лии сильно мешало двигаться.

— Мура, поставь меня.

— Простите, не могу.

— Я не собираюсь возвращаться, — сказала Лия на бегу. — Мне просто нужно разобраться с этим платьем.

Когда ей наконец удалось убедить её, Мура опустила её на землю. Лия сбросила туфли и подняла юбку до уровня колен.

— Можешь разорвать?

Мура без колебаний разодрала ткань.

Лия огляделась. Небо было затянуто густым чёрным дымом. Казалось, будто они одни во всём мире.

Подняв камень, Лия передала его Муре. Та сразу поняла и швырнула его в дымовую завесу.

Камень исчез, не оставив следа.

— Похоже, выйти наружу невозможно, — пробормотала Мура.

Весь дворец оказался во власти Сердины. Куда бы Лия ни пошла, везде была опасность. Поняв, что побег невозможен, Мура предложила другое.

— Пойдём в самое безопасное место во дворце. Там есть томарисы, которые помогут нам.

Скрытые тома должны были укрыть Лию от глаз Сердины, пока Ишакан сражается. Они прятались в главном саду дворца — не слишком далеко от зала приёма, но достаточно, чтобы дать шанс на безопасность.

Тьма сгущалась. И где-то в её центре начиналась битва.

Исход (4)

Во главе томарисов стояла та самая старуха, что когда-то вручила Лии корзину роз. Она глубоко поклонилась, исполненная почтения.

— Благодаря милости королевы мы всё ещё живы.

Именно Лия спасла их от расправы Сердины.

— Я на время закрою ей глаза заклинанием, — продолжила старая тома.

Словно всё было подготовлено заранее, в траве сада вспыхнул магический узор.

Там было бы безопасно.

Но Лия не сделала ни шага к защитному кругу. Она обернулась к залу приёма, откуда всё ещё поднимался чёрный дым.

Она уже поколебала людей во дворце. Нарушила строй заклинания достаточно, чтобы Сердина ощутила отдачу. Но Сердина оправилась слишком быстро.

А Ишакан остался там.

— Лия, — позвала Мура, торопя её.

Но Лия стояла на месте. Она лишь повернула голову к старой томе и уловила в её взгляде тревогу. Та хотела что-то сказать.

— Я могу сделать что-то ещё? — прямо спросила Лия.

Мура мгновенно метнула в сторону старухи ледяной взгляд, будто предупреждая её не говорить лишнего. Но тома проигнорировала предупреждение.

— Королю Куркана это не понравится, — осторожно сказала она. — Его королева должна быть запятнана кровью…

Глаза Муры потемнели.

— Объясни, — приказала Лия.

Она не собиралась стоять в стороне и ждать, пока Ишакан всё уладит. Если он рисковал жизнью ради неё, она тоже хотела защитить его.

— Я сделаю всё.

Руки Муры дёрнулись, будто она была готова придушить старуху за лишнее слово, но Лия мягко перехватила её ладонь.

— Мура, — тихо сказала она. — Там ещё Хабан.

Губы Муры дрогнули.

— Сердина отказалась от человечности ради силы, — нетерпеливо продолжила старая тома. — Король Куркана силён, но даже для него это может быть… слишком тяжело. Есть способ помочь ему.

Она говорила серьёзно, тщательно подбирая слова. Лия кивнула, крепче сжав руку Муры.

— Заклинание Сердины построено на самом основании Эстии. Благодаря королевской крови она обрела почти безграничную силу.

Это означало, что, если они хотят поколебать фундамент заклинания, необходима Лия.

— Это может сделать только истинная хозяйка дворца… истинная хозяйка Эстии.

— Почему ты говоришь об этом только сейчас? — подозрительно спросила Мура.

Старая тома посмотрела на остальных томарисов. Они жались друг к другу, будто уже видели собственную насильственную смерть.

— Потому что я не хотела использовать этот способ, — горько улыбнулась она. — Но сегодня — день искупления. День, когда мы должны разорвать цепи грехов наших предков.

Её взгляд вновь обратился к Лии.

— Ты хочешь помочь нам завершить это заклинание?

Они, вероятно, уже знали её ответ.

Лия кивнула.

Едва решение было принято, томарисы начали изменять узор на земле — сдвигать линии, добавлять новые символы. Всё было подготовлено заранее, словно они не сомневались, что Лия согласится.

Мура что-то пробормотала на курканском. Никто не попросил перевести. Судя по тону, это было грубо на любом языке.

— Нам нужна жертва, — спокойно объяснила старая тома. — В колдовстве сердце той же крови — высшая жертва. Именно поэтому Сердина съела сердце своего отца.

Губы Лии сжались при воспоминании о жестокой смерти графа Уэддлтона.

— Значит, нам нужна равноценная жертва? — спросила она.

— Верно.

— Но жертва, сопоставимая с сердцем её отца…

— Всё же… — медленно произнесла старая женщина. — Есть ещё один человек, связанный кровью с Сердиной.

Тишина в саду стала гуще, чем дым над дворцом.

И решение уже витало в воздухе.

Исход (5)

Прекрасное белое платье Лии было уничтожено.

Никто бы уже не догадался, что это свадебный наряд — ткань была не только залита кровью, но и изорвана, а сама невеста шла босиком по длинному коридору.

Остановившись перед массивной дверью, она медленно толкнула её.

Это был Зал Славы — место, где хранились шедевры художников, мечтавших, чтобы свет Эстии сиял вечно. В ясный день через окно в центре купола в зал струился солнечный луч, освещая пространство. Но теперь небо было затянуто чёрным дымом, и внутри царил тусклый, тяжёлый полумрак.

Лия смотрела на окно отсутствующим взглядом.

Вскоре из-за двери послышались шаги и голоса. Шум постепенно нарастал, приближаясь. Она ждала, когда дверь откроется. Звук становился всё ближе. Её руки дрожали. Пришлось усилием воли подавить эту дрожь. Было бы ложью сказать, что ей не страшно. Но страх больше не имел значения. Было нечто важнее.

«Я ничего не боюсь, пока ты со мной.»

Она вспомнила спокойный голос — голос мужчины, который не знал страха. Мысль о его золотых глазах принесла ей тихую, твёрдую ясность. Ожидание казалось бесконечным. Наконец шум достиг Зала Славы.

Дверь распахнулась.

Первым, что она увидела, были светлые волосы. Блейн пришёл не один. Когда они вошли, Лия отвела взгляд. За ним стояли другие томарисы. Сердина предала их. Она пожирала сердца своих же людей — преступление, непростительное в любой стране. И всё же нашлись те, кого притягивала её сила.

Эти тома по-прежнему следовали за ней.

Даже зная о её извращённой природе, зная, что в любой момент она может обратить жадный взгляд на их сердца, они всё равно решили идти за ней до конца. Это казалось безумием. Но Лия не считала их просто глупцами. Возможно, они следовали за Сердиной потому, что были такими же.

Конечно… самый похожий на неё — тот, кого она родила.

Голубые глаза Блейна остановились на Лии. Когда он увидел, что она держит в руке, смех вырвался у него, даже несмотря на кипящую ярость.

— Хахахаха…! Ты собираешься убить меня этим?

В руке Лии был кинжал. Небольшой, но достаточно острый, чтобы рассечь плоть.

— Смешно…

Блейн провёл рукой по волосам. Он был настолько взбешён, что не знал, куда выплеснуть гнев. Развернувшись, он начал бормотать проклятия, а затем внезапно ударил кулаками по статуям. Мраморный бюст рухнул с пьедестала и разбился о пол.

— Убей меня, тварь! Убей! — заорал он, приближаясь. Его голос гулко отразился от стен.

Лия молчала.

Говорить больше не имело смысла. Он был искривлён с самого рождения и никогда не раскаивался в своих поступках. Разговоры были бы пустой тратой сил.

Он остановился перед ней.

Его рука резко метнулась вперёд и сомкнулась на её шее.

— Ты всё время болтаешь… а теперь молчишь? — прошипел он, вплотную приблизив лицо к её лицу. — Тогда давай умрём вместе…

Это не была пустая угроза. Он действительно собирался это сделать. По его глазам было ясно — рассудок покинул его окончательно.

— Я сначала убью тебя… — тяжело дыша, произнёс он. — Голыми руками…

Но в тот самый миг, когда его пальцы сжались на её горле, стеклянное окно над ними разлетелось вдребезги.

В зал ворвалась Мура. Она устремилась прямо к Блейну, но тот резко уклонился, едва избежав удара. И в ту же секунду из коридора вбежали другие томарисы.

Зал Славы вновь стал ареной битвы.

Исход (6)

Томарисы, пришедшие с Блейном, вскоре затерялись среди тех, кто ворвался в зал, чтобы помочь Лии. Их стало десятки. Они сражались среди шедевров, сбивали их с пьедесталов, топтали под ногами. Бесценные произведения искусства разлетались на осколки.

Всё произошло за считанные мгновения.

Среди хаоса глаза Муры вспыхнули жестокой решимостью. Она стремительно рванулась вперёд и без колебаний обрушилась на тома, стоявшего перед ней, намереваясь убить его.

Лия поймала взгляд Блейна.

Он отступил к заднему краю схватки и теперь смотрел на неё сквозь вихрь людей, выкрикивая проклятия. Но Лия не обращала на него внимания. Мура уже двигалась к нему, и в глазах Блейна мелькнуло осознание опасности.

Лия крепче сжала кинжал.

Впервые её губы дрогнули, и она произнесла:

— Умрёшь ты, Блейн.

Сила Сердины была подобна океану. Сколько бы воды ни черпали, дна не было видно. Она упивалась мощью. Это было опьяняюще. Восторг захлёстывал её, затуманивая сознание.

Она могла всё. Её сила казалась безграничной. Осознание того, что она достигла уровня богов, ввергало её в бесконечный экстаз.

Облизнув губы, Сердина посмотрела на варваров перед собой. До сих пор она отражала их атаки. Как ребёнок, играющий с муравьями, она наносила им небольшие, болезненные укусы, не спеша. Слишком быстро закончить всё было бы скучно. Ей хотелось мучить их. Хотелось отплатить за унижение, которое она пережила. Её раздражало лишь одно — заклинания не действовали на короля Куркана так, как она желала.

Теперь её магия могла коснуться его. Она стала богом — выше любого мутанта. Её заклинания ранили его. Но она всё ещё не могла подчинить его себе полностью. Когда она попыталась отсечь ему руку, получилась лишь неглубокая рана. Даже достигнув этой силы, она не могла подавить его так, как хотела. Его светящиеся, звериные глаза не знали страха. Со стороны казалось, будто он наслаждается боем. И это Сердина начала чувствовать напряжение. Каждый удар его загадочного, тёмно-красного меча отзывался в её теле неприятной дрожью.

Бог не должен испытывать такого.

В тот момент в её сознании возникла единственная мысль — сначала нужно убить его.

— …!!

Сердина словно очнулась от ледяной воды. С томарисами, охранявшими Блейна, что-то было не так. Через заклинание она ощущала, как связи обрываются одна за другой — будто кто-то перерезает нити ножницами. Похоже, пока она играла с варварами, кто-то пытался добраться до Блейна. Не раздумывая, она отбросила всё и устремилась туда, где находился её сын. Чёрный дым взметнулся у её ног, быстро окутывая тело. Варвары попытались остановить её, но она отразила их заклинания. Её мысли были только о Блейне.

Окутанная дымом, она появилась в саду. Там было тихо. Никого. Но она чувствовала следы Блейна. Лихорадочно осматриваясь, она заметила крупный магический узор на земле.

Её обманули таким простым трюком.

Сердина издала яростный крик. Дым рванулся во все стороны, распространяясь в поисках. Понадобилось время, прежде чем она наконец ощутила, где он.

В Зале Славы.

Сердина замерла.

Именно там она впервые собрала томарисов, чтобы просить их о помощи. И теперь она поняла — узор в саду тоже был делом томарисов. Её сердце болезненно сжалось от дурного предчувствия. Сердина ринулась к Залу Славы. Первое, что она увидела — Блейн, распростёртый в центре магического круга. Его тело было накрыто изорванной белой тканью, пропитанной кровью, словно саваном. В его глазах стоял страх. Лия подняла кинжал. Лезвие сверкнуло.

— Нет…!

Сердина вытянула руку. По её приказу чёрный дым метнулся вперёд стрелой, прямо к Лии. Но прежде чем он успел коснуться её, кинжал пронзил сердце Блейна.

Исход (7)

Пока Мура удерживала Блейна, томарисы, пришедшие с ним, яростно выкрикивали проклятия на своём языке, но один за другим падали под ударами. В центре Зала Славы уже был начерчен новый магический круг, и когда линии замкнулись, даже Блейн понял, что происходит. Его сопротивление постепенно стихло — он наконец осознал, чем всё закончится.

Томарисы, поддерживавшие Сердину, приносились в жертву по одному. Те, кто стоял по другую сторону, убивали людей своей крови с холодными лицами. Для народа тома это было страшным решением — они всегда держались друг за друга. Каждый удар давался тяжело, каждое движение требовало подавить собственные чувства. Но ритуал нужно было завершить. И последней жертвой должен был стать Блейн.

Он всегда относился к чужим жизням с презрением, словно это были жизни насекомых. Однако мысль о собственной смерти, похоже, никогда по-настоящему не приходила ему в голову. Теперь он лежал беспомощно, с переломанными конечностями, не в силах даже подняться. Ему оставалось лишь ждать.

Лия вспомнила годы, когда могла только смотреть. С детства её учили покорности, внушали, что она обязана подчиняться — ради Эстии, ради порядка. Где-то глубоко внутри она верила, что должна терпеть его и Сердину во имя государства. Это Ишакан вытащил её из этой тесной, душной ямы. Рядом с ним она впервые увидела не узкую полоску неба, а целый горизонт.

Именно он дал ей силу окончательно разорвать связь с прошлым — решительно, глубоко, без оглядки.

Сейчас она собиралась отнять жизнь. Она никогда не думала, что способна на это, тем более — что это будет Блейн. И всё же она понимала: она ждала этого дня. Внутри не было ужаса. Было лишь ощущение освобождения, будто кошмар, длившийся бесконечно долго, наконец подходит к концу.

Спиной к тусклому свету, льющемуся с купола, Лия опустилась на Блейна. Изорванное свадебное платье, пропитанное кровью, спадало лоскутами по её бёдрам. Блейн смотрел на неё снизу вверх, и в его глазах впервые появился настоящий страх.

— Спаси меня… — прошептал он.

Ещё несколько минут назад он кричал, что убьёт их обоих. Эта просьба прозвучала почти нелепо.

Лия подняла кинжал и без колебаний опустила его. Сталь вошла в плоть, разрывая сердце. Глаза Блейна широко распахнулись — в них было неверие, будто он никогда не допускал, что она осмелится.

В тот миг, когда лезвие пронзило его сердце, по телу Лии прошла резкая дрожь. Что-то ударило в неё изнутри, и она инстинктивно схватилась за живот. Чёрный дым начал рассеиваться, и Лия перекатилась на пол.

— Блейн! Блейн…! — закричала Сердина, бросаясь к нему.

Она вцепилась в рукоять кинжала, но было слишком поздно. Лезвие уже выполнило своё дело. Кровь хлынула, мгновенно впитываясь в магический круг. Свет в глазах Блейна погас.

Сердина потеряла самообладание. Её руки дрожали, когда она пыталась нащупать пульс сына, но его больше не было. Её ладони были покрыты его кровью. Внезапно её тело содрогнулось, из горла вырвался хрип, и чёрный дым заклубился вокруг неё, пока она извергала густую тёмную кровь.

Когда Лия разрушила её заклинание раньше, Сердина смогла выдержать удар. Но теперь — нет. Она не могла даже подняться. Её голова бессильно опустилась на тело Блейна, и рыдания вырвались наружу — тяжёлые, отчаянные, полные безумной скорби.

Томарисы смотрели на неё сверху.

— Теперь ты знаешь, что значит потерять того, кого любишь.

Сердина медленно подняла голову. По её лицу текли кровавые слёзы.

— Умрите!!! — взревела она.

Чёрный дым взорвался во все стороны, сметая томарисов, завершивших ритуал. Муру отбросило к стене, и тёмная вспышка пробила ей живот. Кровь залила пол. Она рухнула, протягивая руку к Лии, и обмякла.

Задыхаясь, Сердина повернулась к Лии. Из её рта стекала чёрная кровь. Движения стали неровными, ломкими. Дым клубился вокруг неё, когда она поползла вперёд на четвереньках.

В её облике больше не осталось ничего человеческого.

Исход (8)

Лия задыхалась.

Она понимала, что должна бежать, но после удара чёрного дыма её ноги словно перестали слушаться. Прижавшись спиной к стене, она с трудом наклонилась и подняла с пола острый осколок камня. Пальцы дрожали. Камень был неровным, грубым, почти смешным оружием против такой силы.

Сердина улыбнулась и снова извергла тёмную кровь.

— Я и тебя убью… — прохрипела она.

Расстояние между ними сокращалось с каждым мгновением. Пот стекал по ладони Лии, камень скользил, но она сжала его изо всех сил.

— Разве это не справедливо? — тихо спросила она.

Сердина нахмурилась.

— Ты убила мою семью. Ты отняла у меня всё…

Лия потеряла обоих родителей. Потеряла право на трон. Потеряла саму себя.

— Поэтому я отплатила тебе тем же.

На губах Сердины появилась странная улыбка — почти одобрительная, будто её позабавила эта дерзость.

— Замолчи, — холодно сказала она и вытянула окровавленную руку к Лии. — Мне не интересны твои последние слова.

Но взгляд Лии уже сместился. Она смотрела мимо Сердины — туда, где появился тот, кого она ждала.

Он пришёл.

Они не обсуждали это заранее. Не строили подробных планов на этот момент. Но Лия знала — он успеет. Потому что Ишакан всегда появлялся тогда, когда ей это было нужно.

Его золотые глаза сверкнули.

Тёмно-красный меч вошёл в тело Сердины сзади — прежде чем её рука коснулась Лии. Странно, но клинок не вышел с другой стороны. Он словно растворился в её теле, исчезнув, едва коснувшись плоти.

— …!

Сердина опустила взгляд на свой живот. Ни раны. Ни крови. Кожа, видимая сквозь разорванную ткань, оставалась чистой. Её губы шевельнулись, но звука не последовало.

Слышалось лишь её хриплое дыхание.

Для неё боль была такой, будто в живот вонзили пылающий раскалённый прут.

Глаза Сердины сузились. Она выпустила новый поток чёрного дыма, направляя его к Лии, но мощная фигура заслонила её. Ишакан шагнул вперёд, перехватил Сердину за горло и с силой отбросил через весь зал.

Её крик пронзил воздух.

Сила в ней снова вспыхнула, раздулась — но дым на этот раз был тяжёлым, вязким. Он двигался медленно, меняя оттенки, словно теряя плотность. И постепенно начал рассеиваться.

Пока Сердина в изумлении смотрела на исчезающий дым, Ишакан вновь бросился вперёд. Он схватил её за руку.

Раздался страшный треск.

Он вырвал её руку из плеча.

Не давая ей опомниться, он схватил вторую — и повторил то же самое, отбросив оторванные конечности в сторону. Кровь хлынула, заливая его с головы до ног. У его ног Сердина закатила глаза и потеряла сознание от боли.

Медленно Ишакан повернулся к Лии.

Их взгляды встретились.

— Ишакан… — едва слышно прошептала она.

Он подошёл к ней и опустился рядом. В куполе над ними стеклянное окно вновь наполнилось светом — чёрный дым рассеялся, небо прояснилось, и яркий солнечный луч окутал их обоих.

Лия смотрела на него. Его золотые глаза всё ещё горели яростью, зрачки были узкими, как у хищника. Но она не отводила взгляд. Этот гнев был не против неё. Без слов он обнял её дрожащее тело. И всё, чего она хотела — обнять его так же крепко.

Когда непосредственная опасность отступила, боль, которую она до этого ощущала лишь смутно, вдруг нахлынула с полной силой. Лия сдержала стон.

— Я… я в порядке… — попыталась она сказать ровно, но голос предательски дрогнул.

Она заставила себя не закрывать глаза, осматривая его — его тело было залито чужой кровью. Облегчение затопило её, когда она убедилась, что серьёзных ран нет.

— Я рада… что ты не пострадал… — прошептала она.

Её глаза медленно закрылись. Каменный осколок выпал из её ослабевшей руки. И когда сознание покинуло её, на губах оставалась едва заметная улыбка.

После битвы (1)

— Хабан, больно… — пожаловалась Мура.

Хабан тут же отложил флакон с лекарством и подошёл к ней, осторожно проверяя повязку на её животе.

— Сильно болит? — тихо спросил он. — Может, помассировать?

— Да… ноги…

— Конечно.

После того как её пронзил чёрный дым, Мура пролежала без сознания целые сутки. Но, как и подобает сильной женщине Куркана, уже на следующий день она начала быстро приходить в себя. Теперь Хабан тщательно разминал её ноги, возвращая им чувствительность.

Во время боя он едва не лишился руки — Генин успела вовремя отбить удар. Но сама Генин тоже была ранена: сломанная кость вывела её из строя. Многие курканы получили тяжёлые травмы, но никто не погиб. И каждый восстанавливался с той же поразительной скоростью, что всегда отличала их народ.

Если судить холодно, исход битвы оказался почти невозможным счастьем.

Мура смотрела в окно, и в её взгляде стояло беспокойство.

— Королева… — пробормотала она. — Никаких изменений?

Хабан на мгновение остановился.

— Нет, — тихо ответил он.

Лия была обычным человеком. Хрупкой, смертной. В тот день она проявила невероятную храбрость — и заплатила за это высокую цену.

Прошла уже неделя с момента битвы, а она всё ещё не приходила в сознание. Им оставалось только надеяться, что она проснётся. Разум подсказывал: ей нужно время, чтобы восстановиться. Но тревога всё равно не отпускала.

Именно благодаря Лии никто из них не погиб. Если бы она не вмешалась, исход сражения с Сердиной мог быть совсем иным. Морга подготовил оружие для Ишакана — на тот самый критический момент, когда заклинание будет нарушено. Но Сердина оправилась гораздо быстрее, чем они ожидали, и всё пошло не по плану.

Убив Блейна, Лия достаточно ослабила Сердину, чтобы длинный меч смог завершить дело. Без этого удара победа была бы не гарантирована. Даже если бы они выстояли, потери были бы ужасными.

Мура опустила голову. В её глазах стояло чувство вины.

— Я её не заслуживаю, — прошептала она. — Я недостойна быть её фрейлиной.

Слёзы наполнили её глаза, и сколько бы она ни старалась сдержаться, они всё равно покатились по щекам. Хабан молча обнял её, позволяя ей выплакаться.

— Подождём ещё немного, Мура, — мягко сказал он.

— Но…

— Она проснётся, — твёрдо перебил он. В его голосе звучала уверенность, которой он сам отчаянно хотел верить. — Лия не из тех, кто оставляет своего спутника.

Она убила человека.

С точки зрения морали это было непростительно. Лезвие, входящее в плоть, — ощущение было слишком отчётливым, чтобы забыть.

Но Лия не испытывала раскаяния.

Даже если бы можно было повернуть время вспять, она сделала бы то же самое. Смерть казалась слишком мягким наказанием для Блейна по сравнению с тем, через что она прошла. Когда всё закончилось, силы покинули её, и она погрузилась в глубокий сон.

Во сне больше не было цепей. Не было замков. Не было железных дверей.

Вдали она увидела маленького волка, бегущего по бескрайней равнине. Его серебристая шерсть развевалась на ветру, золотые глаза сверкали под солнцем. Он был здоров. Свободен. Она долго смотрела, как он мчится по траве, прежде чем волчонок заметил её. Его уши насторожились, и он стремительно понёсся к ней. Он прыгнул прямо в её объятия, и Лия рассмеялась, поймав его.

Смех прозвучал громко, широко разлившись по равнине — так громко, что она сама удивилась.

После этого снова наступила тьма.

Прошло много времени, прежде чем она начала всплывать из глубины сна. Она почувствовала чьё-то прикосновение — осторожное, тёплое. Запах травы щекотал нос — сладковато-горький, живой.

Медленно, словно просыпаясь после долгого и хорошего сна, Лия открыла глаза. Её голова покоилась на твёрдом бедре, плечи были укрыты мягкой тканью. Длинные пальцы медленно перебирали её волосы.

И мир снова начинал дышать.

После битвы (2)

Лия моргнула, почувствовав, как чьи-то пальцы легко касаются её ресниц. Ишакан гладил её по щеке, и от щекочущего прикосновения она слегка нахмурилась.

— Просыпайся, Лия, — тихо позвал он своим низким голосом. — Ты заставила меня слишком долго ждать…

Сонливость исчезла мгновенно. Лия повернула голову и посмотрела вверх — прямо в его золотые глаза. Он отставил трубку, выпустил последнюю струйку дыма и осторожно поднял её, усадив к себе на колени. Лия прижалась к его груди.

— …Ишакан.

Она всё ещё чувствовала слабость, но первым делом начала внимательно осматривать его. Она помнила, как искала раны перед тем, как потерять сознание. Если они и были, то достаточно лёгкие, чтобы за время её сна затянуться.

— Мура… — вспомнила она вдруг. — Что с Мурой?

— Не волнуйся. Она поправляется, — резко ответил Ишакан. — Сейчас время беспокоиться о других?

— А…

Его взгляд скользнул к её ногам, и Лия последовала за ним. Ноги лежали неподвижно, безжизненно, словно у сломанной куклы. Она попыталась чуть пошевелить ими — и резкая, пронзающая боль мгновенно заставила её зажмуриться.

Она вспомнила, как её отбросило чёрным дымом Сердины. Видимо, удар о стену повредил ноги сильнее, чем она осознавала тогда.

— Примерно через неделю ты сможешь двигать ими, — холодно произнёс Ишакан. — А нормально ходить — не раньше чем через месяц.

В его голосе звучала сдержанная ярость. Лия подняла взгляд. Он стиснул зубы, будто удерживал слова, которые могли бы ранить сильнее.

Без предупреждения он поднял край её ночной рубашки, обнажив бёдра. Лия широко раскрыла глаза. Даже сквозь тонкие повязки были видны глубокие раны.

— У тебя останутся шрамы, — сказал Ишакан.

Судя по всему, раны зашили, пока она была без сознания. И даже эта боль не смогла её разбудить. Она даже не осознавала, что была ранена так сильно.

Это чёрный дым разрезал её кожу? Или осколки камня и стекла в Зале Славы? Тогда её внимание было приковано к другому, а платье скрывало повреждения. Но теперь, увидев всё, она почувствовала настоящий страх. Раны были гораздо серьёзнее, чем она думала.

— А ребёнок? — резко спросила она. — Что с ребёнком?

Ишакан не ответил сразу. Его губы упрямо сжались.

— Ишакан?..

Её охватил холодный ужас. Во сне волчонок был здоров, мчался по равнине свободно и легко. Но что, если после этого что-то случилось? Она не сводила глаз с его губ, будто могла силой взгляда заставить его заговорить.

— С ребёнком всё в порядке, — наконец произнёс он после долгой паузы. — Курканы так просто не умирают.

Лия облегчённо выдохнула. Но лицо Ишакана оставалось жёстким.

— А ты — человек, — тихо добавил он, и сердце Лии сжалось. Эти слова были тяжелее упрёка. — Я могу быстро оправиться от ран. Ты — нет.

Он не обвинял её. Это была просто правда.

— Не оставляй меня одного, — закончил он.

Его лицо было суровым. Она уже почти собиралась извиниться по привычке, но вовремя остановилась.

— …Не оставлю, — тихо сказала она и протянула руку, касаясь его щеки. — С этого момента мы всегда будем вместе.

Он долго смотрел на неё молча. Лия нерешительно наклонилась и мягко коснулась его губ своими. Только тогда его плечи наконец расслабились. Она откинулась к его груди, чувствуя тепло его тела и слушая ровный стук сердца. Некоторое время они просто сидели так, а затем она собралась с духом.

— Сердина… она мертва?

Вопрос дался ей тяжело. Ей нужно было знать. После всего случившегося казалось очевидным, что Сердина должна была погибнуть. И всё же Лия сожалела лишь об одном — что не увидела её смерть собственными глазами.

Она посмотрела на Ишакана — и заметила в его глазах странный отблеск. На его губах появилась лёгкая, почти хищная улыбка.

— Она сбежала.

___________________________________________________________________________

п.п.: пфффффф, конечно же все не могло просто закончиться

Последствия (1)

У Сердины было много общего с Эстией.

Когда-то она была прекрасна. В Империи не было женщины, которую называли бы красивее. Но сейчас, глядя на неё, никто не вспомнил бы об этом.

Она пришла в себя в узком переулке. Вместо роскошных платьев — грязные лохмотья. Ни драгоценностей, ни золота, ни сияющих украшений, которые прежде подчёркивали её власть. Всё исчезло.

Перекатившись по холодной земле, Сердина посмотрела на небо. Чёрные тучи рассеялись. По голубизне небосвода были разбросаны лёгкие белые облака — почти безмятежная картина, словно ничего и не случилось. Она смотрела на неё пустым, отсутствующим взглядом.

А затем пришла боль.

Она была такой, будто её разорвали заново.

Сердина инстинктивно попыталась схватиться за руки — обеими руками. Но не было ни рук, ни ладоней. Только бесполезный рефлекс, движение мысли, которому нечем было ответить.

Тело не подчинялось ей. С дрожью в глазах она посмотрела вниз. Там, где когда-то были руки, остались грубые рубцы. Боль, терзавшая её, была фантомной — от того, чего больше не существовало.

По лицу потёк холодный пот. В памяти вспыхнули последние мгновения: алая кровь, пронзительные крики, ярость, которая затмевала разум.

Её тело содрогнулось.

Лучше бы она умерла.

Смерть от руки Блейна была бы легче. Ради сына она была готова на всё. Она не побоялась бы отдать ему своё тело. Ей не было бы страшно, если бы он вырвал её сердце.

Если бы она могла отдать ему всё — до последней капли — она умерла бы спокойно.

Слёзы стекли по щекам и впитались в грязь. Сердина стиснула зубы, и лицо её стало жёстким.

Нет. Так это не закончится.

Она отомстит. Убьёт Лию на глазах у варвара — чтобы он почувствовал то же отчаяние. А потом… потом ей будет всё равно. Но среди этой ярости внезапно вспыхнула мысль.

Почему он её отпустил?

Варвар. Жестокий. Безжалостный. Она могла бы поверить, что он насытился её страданиями, но позволить ей уйти? Это не похоже на него. Может, она выскользнула? Может, кто-то из тома тайно увёл её? Кровь гуще воды. Даже если варвары сумели их обмануть, возможно, тома в последний момент опомнились.

Мысли метались, пока в нос бил смрад гниющего мусора. Сначала нужно было выбраться отсюда. Но даже подняться оказалось трудно. Без рук она теряла равновесие, шаталась и снова осела к стене. Дышать было тяжело.

И вдруг она осознала — она ведёт себя как жалкий человек.

Сердина горько усмехнулась. Да, начертить магический круг без рук сложно. Но сила ведь всё ещё при ней. Чёрный дым вырвался из её тела. Она потянулась к магии — уверенно, привычно.

И в следующий миг её скрутило.

— …Ах!

Кровь хлынула изо рта. Она снова рухнула на землю. Дым рассеялся, будто его и не было. Сила не отзывалась. И тогда она вспомнила.

Длинный меч. Тёмно-красный. Тот самый, что пронзил её тело. Она ясно помнила его цвет — густой, как запёкшаяся кровь. И ту жгучую боль, словно в неё вонзили раскалённое железо.

А если…

Сердина побледнела. Она снова попыталась поднять силу. И ещё раз.

Ничего.

Дым поднимался — и распадался, как пустая пыль.

Тот меч был выкован на крови мутантов. Когда он вошёл в неё, её божественная мощь исчезла — словно её никогда не существовало. Магически это было похоже на то, будто в её венах теперь течёт кровь мутанта — разбавленная, ослабленная, сводящая её до уровня обычной колдуньи, способной лишь на примитивные зелья.

Она лежала в грязи и закричала. Рыдала, не сдерживаясь. Но никто не обернулся.

После всего безумия… мир остался прежним.

— ……

Последствия (2)

Пошатываясь, Сердина поднялась на ноги и огляделась. Где-то вдалеке звучала музыка — лёгкая, праздничная. Слышались голоса, пение. Она направилась туда.

С трудом добравшись до источника звука, она прислонилась к стене и увидела группу тома, собравшихся вместе и весело переговаривающихся. Но стоило им заметить её — они замолчали.

Сердина растянула губы в улыбке.

— Братья и сёстры… — её голос был сухим, хриплым. Она так давно не пила воды. — Помогите мне…

Тома смотрели на неё с тяжёлым, неловким выражением.

— Ты должна заплатить за свои грехи, — наконец произнёс один из мужчин.

Уголок её рта дёрнулся. Ей хотелось ударить его, поставить на место, как раньше. Но она не могла. Пришлось проглотить ярость.

— Вы предпочтёте следовать за варварами, а не за своей кровью?!

— Это ты первой нас предала.

— Замолчи!

Она всё равно сорвалась на крик. Мысль о том, что ей приходится унижаться перед этими ничтожными существами и просить помощи, была невыносима. Когда она вернёт свою силу, она растопчет их.

Бросив на них взгляд, полный яда, Сердина отвернулась и побрела прочь, не замечая, как они смотрят ей вслед и цокают языками.

Но это было лишь начало её падения.

Всю жизнь Сердина была знатной дамой. Она не имела ни малейшего представления, как выживают обычные женщины на улицах столицы — а тем более женщина без рук. Никогда прежде ей не приходилось сталкиваться с настоящими лишениями.

Оказалось, даже просто жить — трудно.

Ночами она дрожала от холода. Когда голод становился невыносимым, она ела то, что находила на улице. Люди смотрели на неё с жалостью. У неё не было даже одеяла, чтобы укрыться. Существование, похожее на жизнь крысы — постоянные поиски еды, холод, грязь. И снова, и снова возвращалась фантомная боль в оторванных руках.

Однажды улицы оказались переполнены людьми. Сердина нашла кусок заплесневелого хлеба и торопливо ела его прямо с земли — поднять его она не могла. Лишь проглотив всё до крошки, она подняла голову, чтобы понять, что происходит.

Люди махали маленькими флажками, бросали в воздух лепестки цветов и радостно кричали. Мимо проходил оркестр, играя торжественную мелодию. Сердина отошла в сторону, в тень, откуда можно было наблюдать незаметно. Она прикусила нижнюю губу. Глаза её были налиты кровью.

Гул толпы нарастал. Показалась карета, запряжённая шестёркой белых лошадей. Это было торжественное шествие. Люди приветствовали Лию де Эстию — новую королеву Эстии.

Серебристые волосы Лии сияли в солнечном свете. На её голове покоилась корона, а с плеч спадал красный плащ с вышитым королевским гербом. Когда она улыбалась народу, толпа взрывалась восторженными криками.

— Ура!!!

Среди этого ликования Сердина тихо фыркнула.

Эта корона. Этот плащ. Дворец. Серебряные волосы. Всё это принадлежало Блейну. Лия отняла у него всё — и теперь беззаботно улыбается.

Взгляд Сердины впился в неё.

И вдруг Лия, махая толпе, повернула голову. Сквозь людское море их взгляды встретились. Глаза Сердины расширились. Она зашипела проклятия, но её слова утонули в грохоте толпы. Пробиться вперёд было невозможно.

Лия смотрела на неё всего мгновение. Взгляд скользнул по её жалкому виду — и она отвернулась.

Словно Сердина ничего не стоила. Ярость взметнулась в груди, и она закричала. Но внезапно что-то тяжёлое ударило её по затылку. Мир погас.

Когда она очнулась, в лицо плеснули холодной водой. Лёд пробежал по коже. Дрожа, Сердина огляделась.

Это место было ей хорошо знакомо.

Огромный зал. Над головой — королевский флаг Эстии. В конце зала — высокий помост с троном, между двумя мраморными колоннами.

На золотом троне сидела Лия. Она смотрела вниз — на коленопреклонённую Сердину.

— Давно не виделись, — сказала она.

Последствия (3)

Лия спокойно смотрела на неё сверху вниз.

Она была одета безупречно — в её облике не оставалось ни тени сомнения в том, кто перед ними стоит. Рядом, небрежно опираясь на трон, стоял король варваров. Вид у него был скучающий, почти равнодушный. Но когда его взгляд остановился на Сердине, на губах появилась улыбка.

Прежде чем ярость успела вспыхнуть в ней из-за его презрительного выражения, Сердина вдруг опустила глаза на себя.

Она была не просто плохо одета — она была грязной. Немытой. Жалкой.

Исчезла та красота, которой она так гордилась. Лицо постарело, словно годы разом обрушились на неё. Горькая улыбка тронула её губы. Только сейчас она по-настоящему осознала, как низко пала.

Смотреть на Лию было всё равно что смотреть из самой глубины пропасти. Перед ней стояла женщина, отнявшая всё, к чему она стремилась. От гордости не осталось ничего — она рассыпалась на осколки и вонзилась в сердце, как битое стекло.

Сердина решила, что с неё достаточно.

Она резко прикусила язык.

Лучше умереть. Даже в этом ей не позволят свободы. Курканы мгновенно бросились к ней, разжали челюсти, не давая довести задуманное до конца. Кровь брызнула изо рта.

— Убейте меня! Лучше умереть!!!

Продолжать это унижение было невыносимо. Она действительно хотела смерти.

Сквозь боль она заметила, как Лия на мгновение прикусила губу. И в Сердине вспыхнула слабая, отчаянная надежда — вдруг это жалость?

Глупая фантазия.

Лия вспомнила другой день. Тот, когда Сердина вернула её из пустыни. Тогда Сердина смотрела на неё сверху — с холодным превосходством. Лия боролась до конца, даже просила убить её, но Сердина без колебаний влила ей в горло зелье и наложила заклинание.

Теперь всё перевернулось.

Теперь Сердина просила смерти.

Стоя на коленях, чувствуя, как немеют ноги, она могла лишь смотреть на ту, в чьих руках находилась её судьба.

Фиолетовые глаза Лии сияли чисто и ясно. Ни слова, ни заклинания, ни злоба не смогли погасить их блеск. Напротив — он стал острее, твёрже, как сталь после закалки.

Сердину пронзил страх.

Такого чувства она не знала прежде. Страх перед той, кем она распоряжалась всю жизнь. И вместе с ним — жгучий стыд.

Лия смотрела на неё без колебаний.

— Почему я должна быть милосердной? — спокойно спросила она. — Ты никогда не была милосердна ко мне.

Сердина беззвучно шевельнула губами. Хотела что-то сказать — оправдаться, обвинить, возразить. Но слов не нашлось.

Новая королева Эстии вынесла приговор:

— Ты умрёшь. Мучительно.

И это был конец.

Из тени выступили курканы, до этого молча наблюдавшие. Теперь они двигались вперёд, смеясь. Их лица светились хищным предвкушением. Вид десятков варваров, одновременно приближающихся к ней, заставил глаза Сердины расшириться от ужаса.

Как добыча, почуявшая охотников.

Женщина с бесстрастным лицом схватила её за талию.

— Я уведу Лию, — впервые заговорил Ишакан.

Он улыбнулся, прищурившись, глядя на Сердину.

— Оставьте немного и для меня, Генин.

Вернув Лию в её покои, Ишакан велел ей лечь и отдыхать. Но Лия не смогла уснуть.

Она сидела, опираясь на изголовье, и отдёрнула занавеску, чтобы посмотреть в окно. На тонких ветвях уже набухали почки.

Дворец медленно зеленел. Заклинание, укрывавшее его, было разрушено.

Когда сила Сердины ослабла, курканские чародеи под предводительством Морги смогли окончательно снять чары. И сразу же разразился хаос.

Оказалось, что женщина из тома скрывала свою сущность и посадила на трон Эстии ребёнка, не принадлежавшего к королевской крови. Событие, которое навсегда останется в истории континента. Знать Эстии не могла поверить, что их так долго водили за нос.

Именно Лия повела растерянных аристократов к восстановлению разрушенной страны. И, несмотря на смятение, они естественно последовали за ней.

Потому что теперь сомнений не оставалось — трон принадлежал ей.

Имя ребёнка (1)

Пока всё это происходило, Бён Гёнбэк исчез. Официально его объявили пропавшим без вести, но Лия подозревала, что за этим скрывается нечто большее. Возможно, потому что в последнее время Ишакан выглядел слишком довольным. Скорее всего, курканы просто забрали его с собой.

Несмотря на прежнюю неприязнь, Лия не желала ему гибели. Она решила оставить этот вопрос на усмотрение Ишакана.

Разобравшись с другими делами, она официально заняла трон. Это было единственным логичным шагом — она оставалась последним представителем королевской семьи в линии наследования. Ни один из аристократов, находившихся под чарами Сердины, не осмелился возразить.

И дело было вовсе не в благодарности. Эстийская знать не отличалась чистотой намерений. Они поддержали Лию потому, что за её спиной стояли курканы.

Все знали, что Лия — королева Куркана. Одного вида могучих воинов, свободно разгуливающих по дворцу, было достаточно, чтобы отбить желание спорить. Никто больше не смел относиться к ней легкомысленно.

Курканы решили остаться в Эстии до тех пор, пока ребёнок не родится и немного не окрепнет. Лишь немногие вернулись в пустыню, чтобы принести вести о победе.

То, что наш принц родится не в пустыне, не делает его менее курканом.

Ишакан заявил, что сейчас самое важное — здоровье Лии. Так роды будут безопаснее.

Сидя на кровати и глядя в окно, Лия неожиданно улыбнулась. Когда-то, глядя из этого окна, ей приходилось подавлять желание прыгнуть вниз. Теперь же она чувствовала только свободу. Она могла выйти на балкон, если захотела бы, и почувствовала бы лишь покой.

Правда, сделать это было непросто: ноги ещё не полностью восстановились. Даже сидя, она ощущала боль, а при ходьбе могла передвигаться только с тростью. Со временем боль уйдёт — нужно лишь терпеливо ждать. Но её тревожили шрамы.

Каждый раз, когда Ишакан видел её раны, его лицо мрачнело. Он ничего не говорил, но в его взгляде появлялась тень. Лия понимала: он будет помнить об этом долгие годы.

Она отчаянно надеялась, что шрамы исчезнут. Регулярно наносила мазь, делала всё, чтобы ускорить заживление.

Приподняв подол ночной рубашки, она долго смотрела на заживающие раны под тонкими повязками. Услышав, как открылась дверь, она поспешно опустила ткань.

Первым до неё дошёл запах крови. Волосы Ишакана были влажными, словно он только что их вымыл. Она не стала спрашивать, чем он занимался.

— Она мертва? — коротко спросила Лия.

— Нет, — ответил он, проводя рукой по мокрым волосам.

Сидя на кровати, Лия протянула к нему руки — самой подняться было трудно.

Тихо вздохнув, Ишакан подошёл и осторожно уложил её на постель, стараясь не задеть ноги. Затем мягко прикусил её шею. Когда Лия оттолкнула его, рассмеявшись от щекотки, он провёл языком по месту укуса.

— Я ещё многое хочу сделать, — пробормотал он, целуя её шею. — Но если тебе это не нравится, я могу убить её прямо сейчас.

Лия слегка улыбнулась и мягко оттолкнула его за плечи. В его золотых глазах жила беспощадная жестокость, которую невозможно было утолить, — и всё же она любила даже эту его сторону. Их взгляды встретились, и они потянулись друг к другу, словно это было естественным.

— …Делай, как хочешь, — прошептала она.

В ответ он лишь снова поцеловал её — долго, неспешно.

— Почему ты не спала? — спросил он наконец.

— Просто не хотелось.

Где-то глубоко внутри она всё ещё боялась проснуться и понять, что всё это — сон. Засыпать спокойно она могла только рядом с ним. Но вслух она этого не сказала — лишь крепче обняла его.

Тело расслабилось, и сон начал подступать. С трудом удерживая веки открытыми, она посмотрела на него.

— Ишакан…

— Слушаю, Лия.

— Скажи мне… имя нашего ребёнка.

Имя ребёнка (2)

Ишакан едва заметно улыбнулся и поцеловал Лию в лоб, когда её веки медленно опустились.

— Я и не думал, что ты об этом вспомнишь.

Конечно она помнит. Когда оставалась одна, она не раз размышляла о том, как назвать их ребёнка. Но сознательно не спрашивала его. Она знала: стоит ей задать вопрос — он ответит. И всё же она ждала. Ей хотелось услышать это имя только после того, как всё закончится.

Сегодня был подходящий день.

Она своими глазами увидела Сердину. Та ещё не умерла, но теперь находилась в руках курканов. И умрёт лишь тогда, когда Ишакан сочтёт это достаточным.

Лия больше никогда не увидит её. Сердина исчезла из её жизни.

Теперь, когда долгий путь наконец завершился, Лия хотела услышать имя. Положив ладонь на округлившийся живот, она почувствовала тёплую жизнь под своей рукой.

— Леша, — тихо произнёс Ишакан, соединяя их имена в одно. — Если наш ребёнок взойдёт на трон и унаследует имя Кан, его будут звать Лешакан. По-моему, звучит неплохо… — добавил он, а затем поспешно уточнил: — Но если тебе не нравится, мы можем выбрать другое имя.

В его голосе прозвучала скрытая напряжённость.

Лия не стала отвечать сразу. Она чувствовала, как он ждёт её реакции. Возможно, он носил это имя в сердце уже давно — с тех пор, как она потеряла память. Только он знал о ребёнке. Только он выбирал имя для их малыша.

Мысль об этом болезненно кольнула её.

— Мне нравится, — тихо сказала она.

Ишакан скептически приподнял бровь.

— Правда нравится. Очень, — заверила она его и взяла его руку, положив себе на живот. — Скажи это малышу.

Он моргнул от неожиданности и осторожно провёл ладонью по её округлому животу.

— …Твоё имя… — начал он неловко, — Леша.

Лия не удержалась и рассмеялась, обвив его руками. Невозможно было поверить, что такой большой и сильный мужчина может быть таким трогательным. Она уткнулась лицом ему в грудь.

— Но ведь у курканов трон не наследуется, — задумчиво произнесла она. Наследника выбирают по силе. И всё же Ишакан уже представлял, как имя их ребёнка будет звучать с королевским «Кан».

Ишакан улыбнулся.

— Не беспокойся. Это наш ребёнок. — Он говорил так уверенно, словно всё уже было предрешено. — Ты и сама знаешь, что он будет очень смелым.

Лия вспомнила маленького волка из своего сна — и то, каким огромным он становился, когда выл.

— Ты прав… — прошептала она.

Мальчик или девочка — их ребёнок обязательно станет наследником. Лия мягко накрыла его ладонь своей, всё ещё лежащей на животе, и заснула, представляя их втроём.

Это был сон без тревог. Даже кошмары не посмели приблизиться к ней.

Несколько последних дней в столице Эстии стояла ясная, солнечная погода. И сегодня небо было безоблачным. Полуденный свет заливал комнату, когда Лия внимательно перечитывала лежащий перед ней документ.

Она долго изучала его, прежде чем взять перо и поставить подпись. Чёрные буквы резко выделялись на белом листе:

[Leah De Estia.]

Отложив перо, она ещё раз перечитала текст. Она уже читала его много раз, но хотела быть уверенной. Подняв взгляд, она кивнула Ишакану, стоявшему перед столом.

Он взял изящное перо с тонким узором — в его крупной руке оно казалось хрупким, словно могло сломаться в любой момент.

— Здесь?

Лия кивнула.

Он размашисто вывел своё имя рядом с её подписью:

[Ishakan.]

Почерк у него стал лучше, но всё ещё оставался чуть неровным. Лия улыбнулась, поднимая брачное свидетельство — теперь с обеими их подписями.

____________________________________________________________________

п.п.: Лёёёёхааааа

Совершенное счастье

Теперь, по законам Эстии, их брак был официально признан.

Ишакан чуть улыбнулся, заметив радость на лице Лии.

— Пойдём, — сказал он, постукивая пальцем по столу.

Лия потянулась к трости, стоявшей рядом, но он успел раньше — подхватил её одной рукой, а другой забрал трость.

— У тебя хороший муж, — сообщил он с невозмутимой серьёзностью.

Обычно Лия не использовала мужа как средство передвижения, но сегодня лишь молча обвила его шею руками. Она знала, как его ранит вид её неуверенной походки.

Сегодня они собирались выйти вдвоём. Маршрут продумала Лия, и Ишакан понятия не имел, куда они направляются.

Они устроились в уже ожидавшей карете. Она была самой просторной во дворце, но с Ишаканом внутри всё равно казалась тесной. Лия достала из кармана чёрный платок.

— Закроешь глаза?

— Зачем?

— Разве не хочешь?

— …Ладно, — ответил он и закрыл глаза ладонями вместо того, чтобы взять платок.

Улыбаясь, Лия неловко повозилась с коробочкой в кармане — достаточно долго, чтобы внимательный человек мог услышать лёгкий звук. Затем убрала руку и сделала вид, что ничего не произошло. Карета тронулась. За окном медленно менялся пейзаж, и Лия сглотнула. Сердце билось слишком быстро. Ей даже показалось, что он может это услышать.

После долгой дороги они прибыли на окраину столицы. Знакомый пейзаж встретил их. Кучер остановил карету там, где Лия просила заранее.

— Мы приехали, — тихо сказала она, опуская его руки.

Ишакан вышел первым. Он замер, оглядываясь. Поле эулалий тянулось до самого горизонта.

Не говоря ни слова, он вернулся к карете, взял Лию на руки и понёс вперёд, оставив экипаж позади. Цветы мягко колыхались на ветру, когда они вошли в поле. Пройдя достаточно далеко, Лия тихо постучала его по плечу. Он осторожно поставил её на землю. Она слегка пошатнулась, но устояла без трости, оставшейся в карете.

Посреди серебристого поля они стояли друг напротив друга. Ветер трепал её волосы, и солнечный свет делал их почти сияющими. Ишакан молча смотрел на неё.

Он был необычно тих. Ни одной шутки. Ни одного провокационного слова. Это только усиливало её волнение.

— Я хочу…

Голос прозвучал странно. Она прочистила горло.

— Я хочу устроить с тобой настоящую свадьбу.

Дрожащими руками Лия достала коробочку и открыла её. На бархате лежали два кольца.

Ишакан смотрел на них долго. Затем поднял взгляд на неё.

Лия глубоко вдохнула.

— Выходи за меня.

Ветер усилился. Цветы зашептали вокруг них.

— А если я не хочу? — спросил он с едва заметной улыбкой.

— …Такого варианта нет!

Лия вспыхнула, глядя на него с возмущением. Она всё продумала, собралась с духом…

— Если я откажусь, ты меня заставишь? — в его голосе слышался сдерживаемый смех.

Она подняла подбородок.

— Если придётся, заставлю. В этот раз я испорчу тебе жизнь.

Ишакан расхохотался. Его смех разнёсся по полю, растворившись в шелесте трав.

Успокоившись, он взял коробочку, надел серебряное кольцо себе на палец, затем аккуратно вынул золотое. Взяв её руку, он надел кольцо ей на безымянный палец.

— Хорошо, — сказал он, прижимаясь губами к её руке. — Разрушь меня, Лия.

Он резко притянул её к себе. Она потеряла равновесие, но он уже держал её крепко, руки сомкнулись на её талии.

— Я буду рядом с тобой всю свою жизнь.

Его золотые глаза сияли так ярко, что у Лии перехватило дыхание. Она обвила его шею руками и поцеловала — мужчину с глазами зверя.

И в этот момент она поняла, что значит быть по-настоящему счастливой.

_________________________________________________

Конец основной части.

Иша (1)

Это было странное рождение.

Весь Куркан гудел. Появилось существо, которого никто прежде не видел. Колдуны спорили три дня подряд, перебирая все возможные объяснения, пока не пришли к единственному неизбежному выводу.

Это был ребёнок древнего рода.

Для многих курканов это должно было стать поводом для торжества. Дитя легенд, существо, о котором читали лишь в старых хрониках, родилось вновь. Но никто не осмелился праздновать вслух. В его жилах текла не только кровь Куркана — наполовину он был человеком.

Такого не могло быть. Ребёнок оказался ближе к звериной сути, чем кто-либо из ныне живущих, и подобное рождение считалось возможным лишь в чистейшей линии крови. Этого не укладывалось в голове. Те, кто гордился безупречной чистотой своего происхождения, не могли принять его существование. Сам факт его рождения разоблачал их — их кровь была не столь исключительной, как они привыкли думать.

Значит, его нужно убить.

В зале совета королевского дворца Куркана за длинным столом собрались вожди и старейшины. Лица их были искажены гневом.

— Его нужно убить! — выкрикнул один из молодых курканов.

— Он принесёт бедствие, — поддержал другой.

— Примите мудрое решение, король.

Среди этого шума король Куркана молча смотрел на ребёнка. Пока обсуждали его смерть, мальчик оставался спокоен. Его золотые глаза светились ровным светом, лицо было неподвижным, без тени страха.

Король, веривший в превосходство крови, понимал: с этим существом нужно что-то сделать, прежде чем о нём узнает весь Куркан. Но если они убьют его здесь, то тем самым признают — он угроза. Даже этого признания позволить было нельзя.

К тому же он не мог публично казнить курканского ребёнка. Это выглядело бы как страх. А его трон и без того был неустойчив. Малейшая слабость могла стать роковой.

После долгого молчания он заговорил.

— Слушайте.

Глубокий голос мгновенно оборвал споры.

— Невозможно, чтобы полукровка оказался ребёнком древнего рода.

По залу прокатилась волна ропота. Многие были убеждены в обратном, но никто не посмел перечить королю.

— Зачем воздавать ему такую честь? Он всего лишь наполовину Куркан, — продолжил король и небрежно махнул рукой. — Продайте его в рабство. Если он действительно из древних, выживет.

Лица сторонников «чистой крови» смягчились. Их король не дрогнул, не испугался — и нашёл изящный выход. Он снова посмотрел на ребёнка и улыбнулся.

— Вернёшься — тогда и заберёшь трон.

В зале раздался смех. Но ребёнок не изменился в лице, даже когда на его запястьях защёлкнули кандалы, а рот заткнули кляпом. Солдаты утащили его прочь, и совет был распущен.

Большинство курканов покидали зал с облегчёнными улыбками. Почти все.

Позже король тайно посетил работорговца. С этим человеком он сотрудничал давно — через него избавлялся от полукровок, не пачкая собственные руки. Среди отобранных на продажу был и тот самый ребёнок.

— Король! — расплылся в улыбке торговец, перехватывая цепи мальчика. — Чистокровный? Вы никогда прежде не отдавали мне чистокровных.

Лицо короля исказилось.

— Он полукровка, — резко ответил он, не скрывая раздражения.

Даже опытный работорговец принял мальчика за чистого Куркана. Тревога в сердце короля усилилась, и он произнёс то, что скрывал.

— Убей его.

Глаза торговца расширились.

— Но…

Взгляд короля пронзил его насквозь. Торговец сглотнул и поспешно кивнул.

— …Да. Я убью его.

Иша (2)

Многие курканы погибали, попав в рабство. Этого ребёнка ждала та же участь.

Король в последний раз посмотрел на него и встретился с яркими золотыми глазами. Они всё так же сияли — в них жила звериная свирепость. По спине короля пробежал холодок, а следом вспыхнула злость. Как он может испытывать страх перед ребёнком? Он не понимал этого — и от этого ему хотелось собственноручно свернуть мальчику шею.

Но он подавил порыв. Показать гнев — значит признать слабость. Мальчик всё равно умрёт. Он больше никогда не увидит этих золотых глаз.

Его звали Иша.

Он никогда не видел лиц своих родителей. Родился во время гражданской войны в Куркане. Его родители встали на сторону тех, кто противостоял фанатикам чистоты крови, и потерпели поражение.

Плата за поражение была одна — смерть.

Они отдали свои жизни, чтобы спасти его. Золотоглазого младенца приютили другие курканы. Но лёгкой его жизнь не стала. Сирота, он выживал, собирая трофеи на полях сражений. Несколько раз ему удавалось ускользнуть от преследований фанатиков, прежде чем его всё же схватили и продали работорговцу — как и многих других полукровок.

Он должен был умереть.

Но Иша выжил, потому что работорговец не сдержал обещания, данного королю Куркана.

Вместо него убили другого курканского ребёнка похожего возраста и телосложения. Его бросили диким зверям, чтобы те растерзали тело. Изуродованные останки отправили королю как доказательство смерти Иши.

— Я наконец-то заполучил чистокровного. Я не могу его убить.

Работорговец принял его за чистого куркана. Иша не стал возражать. Даже если бы он попытался объяснить, что он полукровка, тот бы всё равно не поверил.

Ночь была жестокой.

Иша слышал крики мальчика, умершего вместо него. Глядя на бесчисленные звёзды, рассыпанные по небу, он всё ещё ощущал запах чужой крови.

Его жизнь сохранили ценой другой.

— Пусть ты обретёшь покой, как песок пустыни… — прошептал он, чувствуя беспомощность.

С этой тихой, почти бесплотной молитвой Ишу повели в аукционный дом.

Там всё имело цену. Людей и курканов продавали рядом, как скот. За несколько монет или за драгоценные камни. Ни один здравомыслящий человек не мог бы вообразить той безысходности, что царила в этих стенах.

Иша считался редкостью. Курканские рабы всегда ценились высоко, но его внешность делала его особенным.

— Как дела в Эстии?

— Неплохо. Удобно возить товар — близко к землям дикарей.

Работорговцы болтали между собой, сидя за столом с бокалами вина. На тарелках перед ними лежали изысканные блюда. Один из них вытер тыльной стороной ладони вино с губ и перевёл взгляд на Ишу.

Стоя в углу, с цепями на запястьях и лодыжках, Иша медленно повернул голову в его сторону. В глазах мужчины вспыхнул интерес.

— Это он?

— Да, — ответил тот, кто привёл его. Лицо у него было раскрасневшимся от алкоголя. — Он злобный. Лучше не подходи близко.

— Да брось, выглядит спокойным.

— Не неси чепухи, — огрызнулся торговец. — Я убил полукровку, чтобы сохранить этого. Но если…

Он щёлкнул языком.

— Если хорошо приручить, принесёт отличную прибыль.

Остальные засмеялись, когда он похвастался, что получит за мальчика самую высокую цену. Показав Ишу, он кликнул слугу.

— Уведи его. Научи послушанию.

— Да, господин.

Слуга потащил его прочь. Роскошные покои торговцев остались позади. Гладкие каменные стены сменились шершавыми. Вместо ковров под ногами лежали мёртвые крысы.

Его привели в подвал, глубоко под аукционным домом. Крики уже проданных рабов резали слух. Слуга ухмыльнулся и схватил Ишу за шею.

— Теперь ты научишься подчиняться.

Иша обнажил зубы.

Он понимал — впереди его ждёт ад.

Иша (3)

Работорговцы создали своего рода «учебный центр», где рабов, предназначенных для знати, учили правильному поведению. Их обучали, как говорить, как есть, как кланяться, как держать спину и опускать взгляд.

Разумеется, мягкости в этом обучении не было. Чтобы сломать куркана, нужен был человек столь же жестокий, как зверь. Телесные наказания применялись постоянно.

— Курканам это нравится, — сказал один из дрессировщиков, лениво похлопывая плетью по ладони. — Не переживай. Быстро научишься.

Он был доволен результатами. Курканские дети жались к стене и дрожали. Иша медленно шагнул вперёд и опустился на колени.

Плеть рассекла его спину. Кожа разошлась, кровь хлынула по рубашке. Он стиснул зубы, чтобы не издать ни звука, но всё же хриплый стон вырвался из груди. Даже когда его тело инстинктивно сжималось под ударами, наказание не прекращалось. Оно закончилось лишь тогда, когда дрессировщик отсчитал положенное число ударов — ни больше, ни меньше.

После последнего удара его пнули, и Иша упал на бок. Он поднял взгляд. Лицо — без выражения. Золотые глаза — холодные и яркие.

Дрессировщик цокнул языком.

— Веди себя лучше, если не хочешь повторения завтра.

Он вышел, с грохотом захлопнув железную дверь. Остальные дети быстро окружили Ишу.

— Ты в порядке?

— Он безумный…

Но дверь снова распахнулась, и в помещение вошёл другой надзиратель.

— Встать в ряд!

Иша, прихрамывая, занял место в конце. Надзиратель раздавал маленькие буханки хлеба и бутылки с водой. Для голодных курканских детей этого хватило бы разве что птицам, но кормить их досыта было опасно. Сытый раб может взбунтоваться.

Надзиратель остановился перед Ишей, который молча терпел жгучую боль от содранной кожи.

— Тебе — ничего.

Тот, кто бил его, распорядился оставить мальчика без еды, чтобы сломить волю. В этом была своя логика. Но лицо Иши не изменилось, и надзиратель раздражённо нахмурился.

— Чёрт тебя подери… Если бы не твоя цена, я бы свернул тебе шею.

Он повернулся к остальным.

— Никто не даёт ему еды! Кто ослушается — в яму.

Когда дверь снова закрылась, Иша медленно опустился на пол и прислонился спиной к холодной каменной стене. Камень немного унимал огонь в ранах.

Шаги.

Он поднял взгляд.

Мальчик оторвал половину своей буханки и протянул ему. Иша смотрел непонимающе.

— Ешь, — сказал тот.

В этом месте хлеб был дороже золота. Иша не мог поверить, что кто-то готов поделиться.

— Тебе нужно есть, чтобы раны заживали, — добавил мальчик.

Иша принял хлеб и быстро съел, стряхнув крошки, а потом слизав их с пальцев.

— Спасибо.

Сказано коротко, без показной грубости. В его голосе было что-то неожиданно мягкое, и глаза мальчика расширились.

— Меня зовут Мел, — он улыбнулся и протянул руку. — А тебя?

— Иша.

Он пожал её.

В Куркане говорили: даже в аду цветут цветы. Это было правдой. Даже здесь находились причины для смеха. Мгновения, когда боль отступала. Мел любил болтать. Почти всегда он был рядом с Ишей.

— Ты слишком красивый. Где бы ни появился — все только об этом и говорят, — ворчал он, прикладывая ладонь к макушке, сравнивая рост. — И высокий ещё.

Курканы были значительно выше людей, но полностью взрослели лишь после обряда совершеннолетия. Они были существами, созданными магией, и без церемонии их тела не могли раскрыться полностью. Ни у одного из мальчиков обряда ещё не было.

— Я самый маленький куркан здесь, — мрачно пробормотал Мел. — Наверное, потому что я из кошачьей линии.

Иша (4)

Курканы кошачьего происхождения часто отличались небольшим ростом. Мел уже не в первый раз жаловался на свою «наследственную несправедливость».

— Интересно, как там Хабан… — добавил он тише. — Наверное, уже выше меня.

В его глазах мелькнула редкая тень печали, но голос по-прежнему звучал бодро.

— Он жил по соседству со мной, — объяснил Мел Ише. — Очень добрый. И сильный. Когда мы вернёмся домой, я вас познакомлю.

Грусть задержалась в его взгляде, но Мел не позволял себе в ней утонуть. В любой ситуации он старался оставаться светлым. Благодаря ему Иша часто смеялся, а остальные курканы тянулись к Мел, словно к солнцу. Он заботился о них, как старший брат.

— Держи характер в узде, — отчитал он Ишу однажды после особенно жестокой порки. Это звучало забавно, потому что Иша всегда молчал, что бы с ним ни делали. — Ну типично же.

Мел разорвал старую одежду на полосы и туго перебинтовал раны на его спине.

— Больно, — скривился Иша.

— Я уж думал, тебе язык вырвали, а ты, оказывается, умеешь говорить.

— Я всё выучил. Просто не собираюсь слушать этого ублюдка.

— Ох…

Иша быстро усвоил правила, которым их обучали, но всё равно получал побои за непокорность. Мел только покачал головой и сменил тему.

— Хочу увидеть солнце, — вздохнул он. — Я слишком долго сижу в этом подвале.

В пустыне казалось, что солнце вот-вот испепелит тебя. Здесь же — только коптящие факелы и полумрак. Мел скучал по обжигающему свету.

— Когда вернёмся домой, будем целыми днями под открытым небом, — сказал он, заканчивая перевязку.

— И десяти минут не выдержишь — убежишь в тень, — усмехнулся Иша, вспоминая раскалённый песок.

Воспоминания о родине в его памяти поблекли, словно покрылись пылью. Месяцы в этом месте сделали подвал единственной реальностью. Золотой песок, тёплый ветер, прохладная вода оазиса — всё казалось сном.

Но одно слово он помнил особенно ясно.

— …финики, — пробормотал он. — Хочу фиников.

Слишком давно он не пробовал ничего сладкого.

Мел мгновенно оживился.

— Финики! Да я бы целое дерево съел!

Другие дети сразу подтянулись.

— И я хочу!

— Они такие вкусные…

Мел улыбнулся.

— Когда вернёмся домой, наедимся до отвала, — пообещал он.

Повисла пауза.

— А мы правда сможем вернуться? — тихо спросил кто-то.

— Конечно, — ответил Мел без колебаний. Он посмотрел каждому в глаза. — Мы курканы. Не забывайте этого. Они могут владеть нашими телами, но не нашими душами.

Иша не понимал, как он это делает. Откуда в нём столько сил — отдавать их другим? Разве это не выматывает?

Когда они остались вдвоём, он спросил:

— Почему ты никогда не сдаёшься?

— Потому что я куркан, — ответил Мел так, будто это очевидно.

Иша молча смотрел на него. Мел неловко взъерошил себе волосы.

— Ладно. Скажу серьёзно. В каком-то смысле… я веду себя как лидер.

Он улыбнулся смущённо.

— Значит, я не могу показывать слабость.

Голос звучал тихо, но в глазах светилась твёрдость. Казалось, его и правда ничто не сломит. Может, он и был тем редким цветком, который распускается даже в аду.

Но каким бы красивым ни был цветок, ад всё равно остаётся адом.

Иша (5)

— А-а-а-а!

Кричащий мальчик был вдвое меньше Иши. По его ошеломлённому лицу было ясно: до рабства его любили. Он не знал, что такое настоящая жестокость.

— Помогите! Помогите мне!

Как и большинство курканских рабов, его, вероятно, продали как полукровку. В первые дни их обычно избивали железными прутьями — чтобы сломать. Этот мальчик переносил боль хуже других, и дрессировщик перевёл взгляд на Ишу.

— Ты, — сказал он, указывая прутом. — Подойди. Тебя побью немного.

Иша молчал.

— Или можешь принять его удары вместо него.

По улыбке было ясно: он специально провоцирует. В Ише привычно вскипело сопротивление, но чья-то рука схватила его за запястье.

— Иша, — тихо сказал Мел. Спокойно, но твёрдо. — Тебе опять достанется, если устроишь проблемы.

И сам шагнул вперёд, заслоняя дрожащего ребёнка.

— Прекрати, — сказал он. — Или умрёшь.

Дрессировщик расхохотался.

— Похоже, сегодня многие хотят наказания.

Он без колебаний сменил цель. Но Мел оказался менее «интересной» жертвой — он переносил удары в упрямом молчании. Это раздражало.

Дрессировщик резко ударил его лбом в лоб.

— Больно, да? — насмешливо спросил он.

Мел молчал.

— Ты всего лишь раб. Я остановлюсь, если попросишь.

Мел сплюнул кровь.

— Я куркан, — выговорил он сквозь разбитые губы. — Ты не сломаешь мою гордость.

Слова не произвели впечатления. Дрессировщик рассмеялся.

— Гордость? — повторил он, будто услышал шутку. — Какая гордость у тех, кто продаёт собственных?

Против этой мерзкой правды нечего было возразить.

— Его — в яму, — добавил он, кивнув.

Глаза Мела расширились. Яма была худшим наказанием. Ребёнка избивали почти до смерти, затем сбрасывали в тёмную яму без света. Воды не давали. Полная тьма — до тех пор, пока люк в потолке снова не откроется. Даже второй дрессировщик вздрогнул.

— Может, лучше другое наказание? — нервно пробормотал он. — Ты помнишь, что было в прошлый раз…

Первый цокнул языком. Предыдущий мальчик, которого заперли в яме, сошёл с ума. Когда его вытащили, он не помнил даже собственного имени. На мгновение дрессировщик задумался, потом равнодушно пожал плечами.

— Неважно. Покупатель любит необычное.

Он медленно обвёл взглядом всех курканов, задержавшись на Ише. Даже после стольких уроков в его глазах всё ещё горел бунт. Дрессировщик широко улыбнулся.

— Неплохая идея — убить одного. Для примера.

Он схватил Мела.

— Мел! Мел!

Курканы закричали, растерянные и беспомощные.

— Я буду в порядке, — спокойно сказал Мел, даже сейчас пытаясь их утешить.

Он ушёл, не оглядываясь. И не возвращался долго. С каждым днём тревога Иши росла. Он пытался пробраться к яме, но его ловили. Он ничего не мог сделать — только ждать. Неделя прошла, прежде чем Мел вернулся.

— Все сюда! — крикнул дрессировщик.

Губы у курканов пересохли, когда они собрались.

— Мел…

Мел вошёл, прихрамывая, с опущенной головой. Длинные волосы скрывали лицо. Но Иша сразу посмотрел на его руки — ногти были сорваны и сломаны до основания. Видимо, он пытался выбраться, царапая крышку ямы пальцами.

Дрессировщик толкнул его в центр круга, чтобы все видели, и постучал по его плечу — как по сигналу.

Иша (6)

Медленно Мел опустился на колени. Затем наклонился так низко, что лоб коснулся пола — полное унижение, без остатка. Когда он поднял голову, его взгляд был пустым, устремлённым в никуда, будто в нём больше не осталось жизни.

— Я всего лишь жалкий раб, — прошептал он дрожащими губами, сломленным голосом. — Я больше никогда не восстану. Я раб. Я буду послушен дрессировщикам.

Иша так сильно прикусил губу, что почувствовал вкус крови. Дрессировщик довольно похлопал Мела по плечу, и на его лице отразилось удовлетворение. Затем он рассмеялся — этот смех ещё долго звенел в ушах Иши.

В конце концов дрессировщик ушёл, оставив после себя неловкую тишину. Никто из курканов не решался подойти к Мелу. Лишь Иша сделал шаг вперёд.

— Мел.

Долгое мгновение не было никакой реакции. Его глаза по-прежнему смотрели в пол. Когда они наконец медленно поднялись, взгляд оставался пустым и невидящим.

— Я хочу домой, — прошептал он.

Иша не знал, что сказать. Ему хотелось пообещать, что они вернутся, что однажды снова увидят пустыню Куркана, но он понимал — это почти невозможно. Он не мог солгать. Он просто сжал руку Мела, пытаясь передать хоть немного тепла.

Мел всхлипнул.

— Прости, — прошептал он, сжимая руку Иши в ответ.

В ту ночь Мел повесился.

Иша первым нашёл его тело.

В тусклом мерцании факела оно висело неподвижно. Иша смотрел, не веря, но глаза Мела не открывались. Сколько бы он ни ждал — они уже никогда не откроются. Он не стал звать его по имени. Не пытался трясти, не пытался согреть холодное тело или вернуть остановившееся сердце. Он знал — это бесполезно. Он слишком часто пробовал это прежде.

И вдруг вспомнил безымянного мальчика, погибшего вместо него. Вспомнил шёпот той ночи.

— Пусть ты… — голос дрогнул. — Пусть ты обретёшь покой, как песок пустыни…

Слова давались тяжело. Боль пронзила грудь, обжигая изнутри, словно в нём вспыхнуло пламя.

Когда остальные курканы увидели тело Мела, крики разорвали подвал.

— А-а-а!

— Мел… Мел…!

Среди плачущих детей Иша стоял неподвижно, без выражения. Железная дверь распахнулась, вбежали дрессировщики.

— Назад! Все назад!

Дети, давясь рыданиями, отступили. Но Иша остался на месте. Он слушал, как те обсуждают, что делать с телом.

— Продали бы за хорошую цену. Чёртова неудача.

— Надо что-то сделать, пока не начал вонять.

— Может, собакам скормить?

Иша перевёл взгляд в угол. Там лежал железный прут — тупой на концах, но тяжёлый. Достаточно тяжёлый. Он понимал, что собирается сделать. Понимал, что это безумие. Не стоило. Но ярость оказалась сильнее.

— Кто бы мог подумать, что мелкий ублюдок повесится из-за гордости.

— Дикари. Потому и звери.

Не всё должно подчиняться холодному расчёту.

— Дрессировщик, — тихо сказал Иша.

Тот, что жаловался на возможный выговор от хозяина, резко обернулся. Иша уже двигался. Железный прут с тупым концом вонзился ему прямо в шею. Кровь хлынула, забрызгав руки Иши.

Он улыбнулся.

— …А-а-а! — завопил дрессировщик, глаза его налились кровью.

— Вот что такое куркан, — прошептал Иша.

Иша (7)

Дрессировщик умер мгновенно.

Иша медленно вдохнул. Время будто остановилось. Никто не двигался, и единственным звуком оставалось капание крови на каменный пол. Его пальцы разжались. Железный прут с глухим стуком упал вниз — и в ту же секунду остальные дрессировщики набросились на него.

Удары посыпались со всех сторон — дубинки, плети, кулаки, сапоги. Но Иша улыбался. В их криках, в ругани он слышал знакомую ноту — страх. Они были как стадные звери: прятали слабость за числом.

Он продолжал улыбаться, пока его били. А потом всё резко изменилось. Курканские дети ринулись вперёд.

— Иша!!!

— Отпустите его!

— Сдохните, ублюдки!

Они вцепились в своих мучителей — кусали, царапали, рвали. С самого начала это была безнадёжная атака. Все знали, чем она закончится. Они могли застать дрессировщиков врасплох, могли повалить их на землю… но рано или поздно явятся солдаты.

Это были ослабленные, не прошедшие обряд курканы. Против вооружённых людей у них не было шансов. И расплата будет жестокой. Этого не случилось бы, если бы они просто сохранили спокойствие. Но дети не колебались. Они не думали о последствиях. Их глаза были полны слёз, когда они бросались на людей.

Это было не только ради Иши.

Это была месть за Мела.

Какая глупость, подумал Иша. Глупые дети, не способные позаботиться о себе. И среди них самый глупый — он сам. Мир поплыл. Тело больше не слушалось — повреждений было слишком много. Он попытался удержать глаза открытыми, но темнота накрыла его.

— …!

Всплеск ледяной воды обрушился на него. Иша резко очнулся, будто его выдернули из небытия. Он моргнул, приходя в себя.

Вокруг стояли дрессировщики. Они смотрели на него с ненавистью — так, словно каждый мечтал немедленно проткнуть ему горло железным прутом.

Значит, бунт уже подавлен. Он знал, что так будет. Но от этого горечь не становилась меньше. Он огляделся. Других курканов не было. Вероятно, наказать всех сразу они не могли, поэтому решили сделать пример из того, кто начал всё.

Из него. Его взгляд упал на деревянный люк в полу. Яма. Место, которое довело Мела до смерти. Теперь туда отправят его. Иша прикусил губу.

— Связать его, — приказал один из дрессировщиков.

Цепи обвили его тело. Сковали руки и ноги. Рот заткнули кляпом. Люк заскрипел, когда его открыли. Под ним зияла бездна — настолько глубокая, что дна не было видно. Только колодец абсолютной тьмы.

Кто-то толкнул его в спину.

— Оттуда ты целым не выйдешь, — раздражённо бросил дрессировщик.

Люк захлопнулся. Иша рухнул во тьму.

Даже когда он широко раскрыл глаза, было всё равно — будто они закрыты. Ничего. Ни малейшего проблеска света. Даже собственного тела не видно.

Дышать становилось всё труднее. Сердце колотилось безумно, и он пытался успокоиться, но не мог. Пустота давила. Так началось его заточение.

Сначала он разговаривал сам с собой, чтобы не дать тишине проглотить себя. Но постепенно слова исчезли. Единственным доказательством, что он ещё жив, оставались боль в ранах и голод.

Раны начали гноиться. Запах заставлял его думать о гниении. Их никто не обрабатывал. А если начнётся заражение? Если придётся лишиться конечности?

Тьма не отвечала.

И время перестало существовать.

Иша (8)

Несмотря ни на что, Иша держался. Это было вопросом гордости — он куркан. Он обязан игнорировать боль. Игнорировать голод. Игнорировать страх.

Деревянный люк не открывался очень долго. Так долго, что он почти поверил: отсюда его уже никогда не выпустят. И именно в тот момент, когда он окончательно смирился с этой мыслью, люк заскрипел.

— Всё ещё жив?

На долю секунды в нём вспыхнула надежда. Дикая, неконтролируемая. Может быть… всё закончилось?

Дрессировщик ухмыльнулся и опустил что-то вниз.

— Твой друг просил передать привет.

Иша не мог поднять даже пальца, но всё же инстинктивно отпрянул. В руках дрессировщика была голова Мела.

— Это всё, что осталось после того, как собаки его доели, — добавил он почти ласково.

Всех курканских детей заставили смотреть, как тело разрывают псы. После этого они стали гораздо послушнее.

Иша смотрел на лицо Мела и чувствовал яд в каждом слове. Это был его друг — тот, кто так хотел вернуться домой. Ему не позволили обрести покой даже после смерти.

Дрессировщик тихо рассмеялся, заметив ярость в его глазах.

— Пожалуй, тебе нужно ещё немного времени на размышления.

Люк закрылся.

После этого дня Иша начал видеть то, чего не было.

— Иша… Иша…

Мел сидел рядом и плакал. Но стоило моргнуть — его тело исчезало, будто съеденное псами, и оставалась лишь голова с кровавыми слезами.

— Это твоя вина! Я умер из-за тебя!

Иша хотел сказать, что ему жаль. Но он не мог. Ни слова. Ни вдоха. За Мелом появлялись другие дети.

— Спаси нас, Иша… Спаси…

Их избивали, они корчились от боли, а он мог только смотреть. Он просыпался от криков. Потом перестал спать совсем. Дни растворялись в полусознании, среди жгучей боли гниющих ран и запаха собственной плоти. И тогда он понял: это не закончится. Возможно, он будет жить так вечно.

Он слаб. Он не выдержит.

Если сейчас появится дрессировщик, он будет умолять. Попросит остановить это. Закричит, что виноват. Только бы открыли люк. Взгляд снова и снова возвращался к двери. Хотелось колотить по ней, даже если руки разорвёт в кровь. Но он не мог — цепи сковывали тело, из-под кляпа вырывались лишь хриплые стоны.

Гордость больше ничего не значила. Осталась только одна мысль.

Я хочу умереть. Пусть это закончится. В отчаянии Иша обратился к Богу, к которому давно не взывал. Пожалуйста… дай мне умереть. Но ответа не было. Как всегда.

Он оказался в аду, из которого нельзя сбежать даже смертью. Разум трескался. В один день он проклинал мир. В другой — себя. Потом даже на это не осталось сил. Осталась только тоска по концу.

И вдруг люк открылся.

Луч света ворвался в яму, прорезав тьму. Глаза, привыкшие к мраку, не сразу выдержали яркость. Прошло несколько мгновений, прежде чем он смог различить силуэт.

Иша моргнул. Он не верил тому, что видит. Галлюцинации приходили к нему часто. Но никогда — такие.

В проёме стояла девочка. Свет обволакивал её фигуру. Серебряные волосы растрёпаны, щёки розовые, глаза — ярко-фиолетовые. Лицо ещё детское, округлое.

И глядя на неё, Иша вдруг подумал:

Она похожа на снежинку.

Иша (9)

Она казалась такой хрупкой, будто растает, стоит только коснуться её рукой. Наверное, это сон. Иша смотрел на неё, ошеломлённый.

— Проснись! — крикнула она, и её чистый голос мгновенно разрезал туман в его голове.

Он вздрогнул, окончательно приходя в себя. Девочка смотрела на него, губы её были сжаты от ужаса. Его состояние невозможно было описать словами: измождённое тело, засохшая кровь, гноящиеся раны.

— Боже… — выдохнула она, потрясённая тем, что он вообще жив.

Она быстро спустилась по лестнице в яму, сняла кляп с его рта, затем достала связку ключей и принялась освобождать его от цепей.

Когда металл впился в израненную кожу, боль оказалась невыносимой. Иша стиснул зубы, но всё же вырвался приглушённый стон.

— А-а…

Он так давно не издавал ни звука, что пересохшее горло обожгло от усилия. Девочка поспешно поднесла к его губам маленькую бутылку воды и осторожно наклонила её, позволяя прохладной влаге медленно стекать на язык. Выпив всё до капли, он снова посмотрел на неё, машинально облизывая губы.

Кто она?

Сознание прояснялось, и вместе с ним возвращались сомнения. Это место принадлежало работорговцам. Значит, она тоже пленница? Но… она была слишком… красива. Он не мог поверить, что она пришла спасать его. И она точно не куркан.

— Я Лия де Эстия, — сказала она, словно прочитав недоверие в его глазах. Движение её губ притягивало взгляд. — Я принадлежу к королевской семье Эстии.

Её слова удивили его не меньше, чем само появление. Даже Иша слышал, что у эстианской династии серебряные волосы — редчайший цвет на всём континенте. Его взгляд скользнул по серебристым прядям.

— Ты можешь идти? — мягко спросила она.

Ответить на это было сложно. Он был скован так долго, что не чувствовал даже кончиков пальцев. Попытка пошевелиться пронзила тело острой болью — онемевшие нервы будто закричали.

Он устал от боли. Устал от собственной слабости.

Иша прикусил губу, пока девочка смотрела на него с тревогой — желая помочь, но стараясь не задеть его гордость. Он хотел подняться сам.

Проглотив боль, он с огромным усилием встал.

От одного этого движения всё тело покрылось холодным потом. Но вместе с болью возвращалась решимость. Даже несколько глотков воды дали ему немного сил. Он опёрся о стену, пытаясь восстановить дыхание.

— О… — тихо выдохнула она, наблюдая за ним. В его состоянии сам факт, что он стоит, казался чудом. Обычный куркан не выдержал бы такого. Это было возможно лишь благодаря нечеловеческой живучести Ишакана.

Он был дитём древнего рода. А значит… он не мог умереть. Но время, когда он желал смерти, уже прошло. С болью возвращались чувства, но он отодвинул их, задав главный вопрос:

— Курканы…

— Я освободила всех. Не волнуйся, — спокойно ответила она.

Он молча смотрел на неё.

— Они рассказали мне о тебе. Сказали, что ты заперт в яме. Пока другие выводили их, я пришла сюда за тобой.

Она не звучала так, будто лжёт.

Иша скользнул взглядом по её тонкой шее. Даже в таком состоянии он понимал: одной рукой смог бы её сломать. Если это ловушка, он всё равно справится.

— Идём, — сказала она и начала подниматься по лестнице.

Он последовал за ней, бесшумно ступая по мрачным коридорам. Некоторое время слышались только их шаги. Потом издалека донёсся звон оружия.

— Так быстро… — прошептала Лия и обернулась к нему, в глазах мелькнула паника.

В ту же секунду, встретившись взглядами, они сорвались в бег. Им не нужно было ничего объяснять. Очень скоро шум погони стал отчётливее.

Их догоняли.

Иша (10)

Ноги онемели. Бежать дальше было невозможно. Принцесса тоже едва держалась на ногах и уже сильно отставала, хотя сам он был тяжело ранен.

Если так продолжится, солдаты их догонят.

Иша схватил принцессу за запястье и потащил за собой, пока за поворотом не заметил узкую нишу, где можно было спрятаться. Он втолкнул её внутрь тесного углубления и прижал к себе, пока преследователи пробегали мимо. Их крики разносились по узким коридорам.

Затаив дыхание, он прикусил губу и попытался устроиться так, чтобы меньше болело. Из груди вырвался тихий стон.

— Думаю, нам стоит немного переждать здесь, — прошептала девушка ему на ухо, когда шаги постепенно затихли.

Она подняла голову, и их взгляды встретились. Серебряные ресницы дрогнули.

Иша только сейчас понял, насколько они близко стоят. Он тут же отпустил её.

— Прости.

Она молча кивнула. Сердце колотилось слишком быстро, щеки пылали, и он сделал вид, будто вытирает пот тыльной стороной ладони. Тело пробирал ледяной холод, но внутри словно разливался жар.

И вдруг он остро осознал, как ужасно выглядит. Он даже не прошёл церемонию совершеннолетия, и его тело всё ещё оставалось по-детски худым и неразвитым. Почему он вообще думает об этом? Неужели он сошёл с ума в той яме? Иша нахмурился.

— Мы не могли сражаться с работорговцами напрямую, — виновато прошептала принцесса. — Пришлось искать слабые места в их охране и пробираться тайно…

— Королевская семья Эстии объявила им войну? — спросил он.

— Конечно нет. Я действовала одна.

Значит, она вообще не могла с ними сражаться. У неё почти не было солдат, а во время побега их всё-таки обнаружили. Иша слышал разговоры дрессировщиков и торговцев о королевской семье Эстии. Почти все насмехались над ней, но принцессу при этом называли красавицей.

Правда, большинство их «восхищений» звучали грязно и отвратительно. Они обсуждали, как лишат её невинности, как будут учить её постели, как хотят увидеть её лицо, искажённое стыдом и желанием.

Если они её поймают…

Иша опустил взгляд на девушку рядом. Она стояла слишком близко и совсем не казалась настороженной. И почему-то, глядя в её глаза, он вдруг ощутил странную жажду.

Он отвернулся.

— Я хочу извиниться перед тобой, как принцесса, — тихо сказала она после паузы. — Я должна была это остановить.

За что ей извиняться? Как она могла это остановить? Это король Куркан продавал свой народ в рабство. Принцесса Эстии не имела к этому никакого отношения.

Он хотел сказать это, но передумал.

— Почему ты спасаешь куркан? Да ещё сама пришла сюда? — спросил он вместо этого. — Ты ведь принцесса. Могла бы спокойно жить во дворце.

Яркие фиолетовые глаза потемнели.

— Я…

Она горько улыбнулась и прошептала:

— Я не настолько важна.

Иша (11)

Эти слова прозвучали так тяжело и печально, что трудно было поверить: их произнесла такая юная и прекрасная девушка. Сердце Иши вдруг налилось свинцом, словно окаменело.

— Люди называют меня принцессой, но у меня нет настоящей власти, — спокойно призналась она. — Трон унаследует мой сводный брат. Меня зовут Цветком Эстии, но… они просто ждут дня, когда смогут сорвать меня и выгодно продать.

Иша узнал это чувство. Беспомощность. Он почувствовал, как глубоко она в ней укоренилась. Но она быстро спрятала его за улыбкой.

— И всё же я хочу исполнить свой долг, — продолжила она. — Я люблю Эстию. И мы не страна работорговцев. Я это остановлю.

Эстия давно стала известна как один из центров работорговли. Разумеется, королевская семья не хотела, чтобы это было правдой.

— У меня пока мало сторонников, поэтому всё так сложно. Но сегодня нам невероятно повезло. Обычно мы можем спасти лишь троих или четверых, — сказала она, и теперь её улыбка была искренней, светлой, как луч солнца сквозь тучи. — Я рада, что мы нашли тебя.

Иша не смог ответить. Губы словно склеились. Он смотрел на неё, не в силах отвести взгляд.

— Я видела многих куркан, — тихо сказала она, наклоняясь ближе, — но никогда не встречала таких красивых золотых глаз.

От её близости перехватило дыхание. Взгляд дрогнул.

— Они потрясающие, — прошептала она, явно желая подбодрить его.

Эффект оказался обратным. В груди возникло странное покалывание, сердце забилось слишком быстро. Он никогда не чувствовал ничего подобного. Наверное, раны серьёзнее, чем он думал. С ним что-то не так.

— Тебе больно? — осторожно спросила принцесса, заметив, как он напрягся.

Иша наконец разомкнул губы.

— Нет.

Ответ прозвучал резко, холодно, будто лезвие. Она улыбнулась — на этот раз смущённо. Он ответил грубо, хотя она всего лишь хотела помочь.

Я схожу с ума.

Он попытался собраться. Надо мыслить ясно. Им нужно уходить. Вечно прятаться здесь невозможно. Когда начнут полноценный поиск, их быстро найдут. Он осмотрелся, прислушиваясь к малейшему шороху.

— Пора, — коротко сказал он.

Они двинулись вперёд, но удача отвернулась. Вскоре позади раздался лай. На их след пустили охотничьих собак. Снова пришлось бежать. Но не успели они далеко уйти, как резкая боль пронзила его лодыжку. Иша тяжело рухнул на каменный пол.

Принцесса тут же опустилась рядом.

— Ты не можешь бежать! — в её голосе прозвучала тревога.

Иша неожиданно поймал себя на мысли, что её искренность… трогает. Даже в такой момент.

— Я в порядке, — коротко бросил он, подавляя странное желание переплести свои пальцы с её пальцами. Он поднялся, стиснув зубы, взгляд стал жёстким. — Я ещё могу бежать.

Он не станет обузой. Он снова сорвался с места, чувствуя во рту вкус крови. Впереди показалась развилка. Он схватил край её одежды, резко останавливая её.

— Ты — налево. Я отвлеку их.

Её глаза расширились.

— Что? — почти вскрикнула она. — Не нужно! У меня есть солдаты. Если мы просто добежим…

— Они нас настигнут раньше.

— Но…

— Не волнуйся. Пару собак я убить смогу.

Он говорил правду. Пусть это и обойдётся ему куском плоти. Лучше потерять руку, чем ногу — если хочешь выжить.

— Ты уже достаточно сделала, — твёрдо добавил он.

Иша (12)

Принцесса колебалась лишь мгновение. Времени не осталось даже на сомнение. Ей пришлось принять его решение — и ту ответственность, которую оно за собой влекло.

Они посмотрели друг на друга. В этом коротком взгляде было больше слов, чем можно было произнести вслух.

Иша не смог отвести глаз. Тишина сгустилась, и он сглотнул. Несколько слов стояли на кончике языка, почти срывались — но сейчас было не время. Спрашивать, увидятся ли они снова, бессмысленно. Их пути пересеклись всего в одной точке, и она исчезнет, как только этот миг закончится.

Принцессе Эстии не место рядом с бывшим курканским рабом. И всё же в груди вспыхнуло упрямое желание — оставить что-то. След. Обещание.

— Принцесса… — произнёс он тихо. — Меня зовут Иша.

— Иша, — повторила она.

Его имя прозвучало иначе, будто стало чем-то новым. Он вдруг понял, что никогда прежде не слышал его так.

— Надеюсь… ты запомнишь, — слова вышли почти неловко, слишком откровенно. Он поспешил добавить: — Я отплачу тебе. И…

Он глубоко вдохнул.

— …твои глаза тоже красивые.

Она рассмеялась. Лёгко, чисто — словно над полем впервые запела утренняя птица. Её глаза изогнулись в улыбке.

— Спасибо. Я запомню, Иша.

Он смотрел ей вслед, пока серебряные волосы не исчезли за поворотом. И только убедившись, что она далеко, рванул в противоположную сторону. Лай собак разносился всё ближе.

Перед глазами плыло. Ноги едва слушались.

Но внутри — странная лёгкость. Почти опьяняющая. Боль будто отступала перед чем-то большим.

Он был свободен.

Он мечтал об этом так долго, что перестал верить, что это когда-нибудь случится. Теперь горизонт лежал перед ним открытым. Солнце тонуло в огне заката. Небо залилось алым. Впереди — пустыня. Если повернуть назад — бескрайние земли континента.

Куда ушли остальные?

Все они хотели домой. Но пустыня принимала лишь чистокровных. Полукровкам там грозила смерть. Уйти вглубь материка казалось единственным разумным выходом. Ветер трепал его изорванную одежду. Иша провёл рукой по волосам.

Пора было решить.

Самый простой путь — исчезнуть. Найти тихое место, жить незаметно. Не связываться ни с кем. Но… этого было бы недостаточно. Он вспомнил, как полукровок продавали, как товар. Как их ломали, «приучали», чтобы дороже выставить на торги. Вспомнил Мела — того, кто до конца гордился тем, что родился курканом.

И это его не спасло.

Перед глазами снова вспыхнуло тело друга. Крик детей. Их отчаянный бросок на дрессировщиков.

И в памяти возникла она. Серебряные волосы в темноте подземелья. Фиолетовые глаза. Голос, который разрезал его отчаяние. На губах Иши появилась едва заметная улыбка.

Он думал, выбор будет тяжёлым. Но ответ был ясен. Есть только один путь. Иша сделал шаг — туда, где будет трудно. Туда, где придётся бороться.

И уже не оглянулся.

Иша (13)

Спасение рабов прошло безупречно. По крайней мере на какое-то время в Эстии больше не появится ни одного курканского раба.

Лия сияла от радости, не в силах скрыть ликование. Ей хотелось схватить кого-нибудь за руки, рассказать, что она сделала, как всё прошло, как они справились. Хотелось произнести это вслух — мы смогли. Но, как всегда, ей оставалось лишь воображать. Если станет известно, что принцесса Эстии тайком покидает дворец, последствия будут тяжёлыми.

Её мачеха, Сердина, строго контролировала каждый её шаг и сурово наказывала за малейшую «безрассудность». Если бы не помощь графа Вальтейна и верных фрейлин, Лия, возможно, действительно прожила бы жизнь запертой в своих покоях. Но сегодня она не позволяла себе думать об этом. Сердце пело.

С улыбкой на губах Лия вышла в дворцовый сад ещё до рассвета. Солнце не взошло, и сад казался неподвижным, почти торжественным в своей бледной ранней зелени. В воздухе стояла прохлада, и она поёжилась, обхватив себя руками.

Всё было тихо. И всё же внезапно её охватило странное ощущение. Она резко остановилась.

Посреди сада стоял Блейн.

Он должен был уехать на охоту с дедом, графом Уэддлтоном. Лия не ожидала увидеть его здесь ещё несколько дней. Он был в охотничьем костюме — и в его облике было что-то тревожное. Что-то неправильное.

Сначала можно было подумать, что это игра света в предрассветной мгле. Но она моргнула — и сомнений не осталось. Волосы Блейна сияли золотом. Не серебром. Ни единой серебряной пряди.

Он почувствовал её взгляд и резко повернул голову. В его глазах вспыхнула ярость.

— Лия!

Голос разорвал тишину. Он быстро направился к ней, подняв руку. Лия инстинктивно пригнулась и зажмурилась. Но удара не последовало. Вместо этого он схватил её за волосы и резко притянул к себе.

— Открой глаза.

Она подчинилась. Сквозь пылающую синеву его глаз она всё ещё видела золотые волосы. Настоящие. Чужие.

— Где ты была? — его рука дрожала. — Я думал, ты сбежала.

Внутри Лия почти рассмеялась. Сбежать? Если бы это было возможно. Но она лишь прикусила губу.

Подняв руку, она схватила его за волосы и резко потянула. Глаза Блейна расширились от неожиданности. Это был не просто ответный жест — ей нужно было убедиться. Волосы были настоящими.

И в этот момент всё стало по-настоящему серьёзным.

— Твои… волосы… — язык едва слушался её.

Он понял. На его губах появилась кривая, коварная улыбка. Ни страха. Только презрение. Значит ли это, что он не её брат? Что он не принадлежит к королевскому дому Эстии? Их взгляды сцепились, когда за спиной Блейна раздался голос:

— Блейн!

Он отпустил Лию.

— …Мама.

Губы женщины были алыми, как ягоды боярышника.

— Я велела тебе следить за временем приёма зелья, — холодно сказала Сердина. — Почему ты не слушаешь мать?

Несмотря на то что волосы её сына только что изменили цвет, она оставалась совершенно спокойной. Она протянула ему флакон, и Лия смотрела, как Блейн без колебаний осушает его до дна.

Лишь когда флакон опустел, взгляд Сердины медленно переместился на Лию. Её глаза жадно скользнули по серебряным волосам девушки — символу королевской крови, сияющему в угасающем лунном свете.

По спине Лии пробежал холод.

Сердина приблизилась плавно, почти лениво, и обняла её так нежно, словно держала в руках цветок.

— Лия, моя дорогая дочь…

Её пальцы мягко перебирали серебряные пряди. Она склонилась к уху Лии, и её голос стал тихим, вязким, как яд.

— Ты увидела то, чего не должна была видеть. Ты забудешь сегодняшний день.

Сердина положила руки Лии на плечи и посмотрела прямо ей в глаза. В ту же секунду голову пронзила мучительная боль. Сердина удержала её, не давая упасть.

— Забудь. Забудь. Забудь.

Слова повторялись, словно заклинание, разрывая сознание изнутри.

Иша (14)

Чем чаще Сердина повторяла это слово, тем сильнее рассыпалось сознание Лии. Глаза жгло. В висках глухо стучало. И воспоминания — одно за другим — растворялись, словно тонкий рисунок, размытый туманом.

Она пыталась удержать их. Отчаянно. Но они ускользали. На мгновение перед внутренним взором вспыхнули золотые глаза.

Он просил меня помнить…

Обещание, которое она не могла выполнить. И вскоре не осталось ничего. Сердина вглядывалась в её потускневшие фиолетовые глаза.

— Странно… — пробормотала она с раздражением. — К этому моменту она уже не должна была сопротивляться.

— Я отведу её в покои, — сказал Блейн, схватив Лию за запястье.

Сердина прищурилась, внимательно глядя на сына. Возможно, кто-то успел увидеть его золотые волосы. Быть может, стоит стереть воспоминания у всех во дворце. Для неё это не представляло трудности — её силы хватило бы и на более сложные задачи. И всё же были проблемы куда ближе и опаснее, которые она не могла полностью контролировать.

Она не ожидала, что исчезновение Лии так сильно выбьет Блейна из равновесия. Он не только забыл принять зелье — он потерял достоинство, разыскивая её. Эмоции не должны управлять им. Он не должен любить Лию. Если уж на то пошло, он должен относиться к ней как к собственности.

Сердина улыбнулась, скрывая эти мысли.

— Делай как хочешь. Только не расстраивайся слишком сильно, — прошептала она, ласково касаясь его щеки. — Всё будет принадлежать тебе.

Спустя некоторое время…

Гражданская война в Куркане длилась уже давно. Король был силён, но именно он расколол свой народ. Он объявил, что курканами считаются лишь чистокровные, и отказался признавать полукровок частью племени.

Племя разделилось. Одни безоговорочно подчинялись воле короля, другие открыто противостояли ему, третьи старались сохранить нейтралитет.

Морга, вождь змеиного племени, не поддерживал агрессивную политику короля. Он наблюдал, как тот ведёт войну против несогласных, и держался в стороне, не желая втягивать своё племя.

Король неоднократно требовал, чтобы Морга — один из сильнейших чародеев Куркана — примкнул к нему. Формально это звучало как просьба, но на деле было угрозой. В последний раз король явился с целым войском.

— Я не могу вечно уклоняться… — вздохнул Морга, помешивая варево в котле.

Откладывать решение больше нельзя. Пора было выбрать сторону и отказаться от нейтралитета.

Он не хотел идти за королём. Но и способа победить его не видел. Если бы дело касалось только его собственной жизни, он бы рискнул и ударил первым, а затем исчез. Но он был вождём. Судьба всего змеиного племени зависела от его выбора.

Ошибиться было нельзя.

Морга глубоко вдохнул. И в тот момент, когда он перебирал травы рядом с собой, резкая боль пронзила его, во рту появился вкус крови. Кто-то разрушил его охранное заклинание.

Он схватил кинжал, проглотил кровь и повернулся к двери.

— Кто ты?

Дверь медленно открылась.

Морга замер.

— Ты… ты слишком молод…

Перед ним стоял мальчик, который ещё даже не прошёл церемонию совершеннолетия. И всё же он сумел разрушить заклинание Морги. Золотые глаза светились даже в полумраке, подчёркивая правильные, выразительные черты лица. Повзрослев, он станет поразительно красивым мужчиной.

— Кхм, — Морга откашлялся, осознав, что слишком долго разглядывает незваного гостя.

Другие курканы наверняка бы посмеялись над ним.

— Говорят, ты лучший чародей Куркана, — спокойно произнёс юноша.

Это было правдой.

— Прошу, помоги мне пройти церемонию совершеннолетия, — сказал он и склонил голову, как положено при серьёзной просьбе.

Морга нахмурился. По его виду было ясно, что он не достиг зрелости. Он слышал, что иногда полукровки сбегают от работорговцев и возвращаются в пустыню. Большинство из них вскоре находили и убивали чистокровные, разделявшие убеждения короля о «чистоте крови».

Король даже пригрозил наказанием любому, кто укроет полукровку. Принять такого в племя или помочь ему — преступление.

Морга презирал подобные приказы. Но и рисковать жизнью ради этого юноши он не видел причин.

— Почему я должен тебе помогать? — спросил он.

Юноша поднял взгляд. Его голос оставался ровным.

— Потому что я стану новым королём Куркана.

Иша (15)

Лицо Морги резко изменилось.

— Наглый мальчишка!

Но юноша даже не вздрогнул. Его золотые глаза сверкнули.

— Помоги мне, — сказал он прямо. — После церемонии совершеннолетия никто не сможет меня победить.

Морга сжал губы. В голове мелькнула странная догадка — почти невозможная. Он резко схватил юношу за запястье.

Тот не сопротивлялся.

Морга осторожно проколол кончик его пальца кинжалом и подвёл руку к кипящему котлу. Капли алой крови сорвались вниз и растворились в отваре.

Лицо Морги побледнело, когда в бурлящей поверхности проступил узор.

— Древний… — прошептал он.

Он смотрел на мальчика так, словно перед ним стоял мираж посреди пустыни.

— Как… это возможно…

Ноги подкосились. Морга пошатнулся и тяжело опустился на стул. Голову пронзила резкая боль.

Он прижал пальцы к вискам.

Древний род куркан существовал лишь в легендах. Как эта сила могла проявиться в полукровке?

Если бы король узнал, он действовал бы немедленно. Он не позволил бы древнему — да ещё и полукровке — дожить до зрелости.

Конечно, даже если юноша действительно был древним, это ещё не означало, что он сумеет свергнуть короля. Морга провёл ладонью по лицу и заметил, что кожа влажная. Он вспотел, сам того не осознав.

— Это безумная ставка, — медленно произнёс он.

— Разве не стоит рискнуть? — спокойно ответил юноша. Он не уговаривал — просто констатировал. — Ты лучше всех знаешь, что значит быть древним.

И он был прав.

Морга всё это время жил с надеждой. Надеждой, что появится новый король — тот, кто не будет заливать пустыню кровью собственного народа. Тот, кто объединит курканов.

После долгого молчания он произнёс:

— Я помогу тебе.

И сразу добавил:

— Это будет больно. Намного больнее, чем обычно. Тем более для древнего.

Обычно церемония совершеннолетия у курканов проходила торжественно — как праздник начала новой жизни. В её конце применяли простое заклинание, благодаря которому юный куркан в течение года быстро взрослел.

Но этот мальчик пропустил своё время. Подавленный рост придётся высвободить сразу. И хуже того — сила древнего вызовет резкий откат, страшную реакцию.

Это будет не просто боль.

— В худшем случае ты умрёшь, — ровно сказал Морга. — А может быть, не умрёшь… но будешь страдать так, что станешь умолять меня тебя убить.

Он замолчал.

Юноша не выглядел испуганным. На его губах появилась лишь лёгкая, почти насмешливая улыбка — словно всё это для него не ново. Морга вдруг понял: этот мальчик привык к боли.

Иначе он не дожил бы до этого возраста.

Морга окончательно принял решение.

— Очисти тело в оазисе, — сказал он, отмахнувшись. — Я подготовлюсь.

Когда юноша ушёл, Морга принялся за приготовления. В обычных обстоятельствах хватило бы простого заклинания. Но из-за задержки всё стало намного сложнее.

И ещё одна проблема. Юноша был древним.

А древние — невосприимчивы к заклинаниям.

Иша (16)

Одному справиться с этим было невозможно. Морга понимал: по-хорошему, для такого ритуала нужны как минимум три чародея. Он уже вспотел, вычерчивая магический круг, а в местах соединения линий расставлял свечи из высушенной крови и пчелиного воска.

Он достал предметы, которые обычно не использовались в церемонии совершеннолетия: обсидиановый кинжал, перо нелетающего ворона, шкуру ягнёнка, умершего оттого, что не смог пить материнское молоко, козью кровь, уваренную под светом полной луны…

С их помощью он завершил узор круга. Другие ингредиенты отправились в котёл, где уже томился густой отвар. Наконец Морга разрезал собственное предплечье обсидиановым лезвием и собрал кровь в маленький стеклянный флакон. Аккуратно отмерил часть и влил в кипящую смесь.

— Хорошо, что основа уже была готова… — пробормотал он, встряхивая флакон.

Кровь внутри на мгновение почернела, затем вновь стала алой. Рана на руке постепенно затянулась. Морга положил сухие ветви можжевельника в жаровню рядом с кругом. Тяжёлый, терпкий запах наполнил шатёр.

Он ещё раз проверил цвет крови во флаконе и вылил её в плоский поднос.

Когда юноша вернулся из оазиса, Морга протянул ему поднос.

— Мне нужна кровь. Столько, сколько сможешь отдать.

Из-за невосприимчивости древних к магии ему пришлось проводить отдельный ритуал на крови. Обычный чародей даже не осмелился бы на подобное. Большинство не знало бы, как вообще проводить церемонию для древнего.

Напомнив себе о собственном мастерстве, Морга сделал глубокий надрез на руке юноши.

— Скажи, если начнёт темнеть в глазах или закружится голова.

Придётся довести его почти до смерти.

Юноша молчал. Кровь текла по его руке, лицо побледнело, но он терпел, пока поднос не наполнился.

Крепкий, отметил про себя Морга, перевязывая рану. Затем подвёл его в центр магического круга.

Он окунул палец в кровь и провёл линию по лбу юноши, затем соединил её с полосой вдоль переносицы. Нарисовал узоры под глазами, на щеках, на шее. От сердца начал выводить сложные, переплетающиеся символы — по груди, рукам, к пальцам, вниз по телу до самых ступней.

— Как тебя зовут?

— Иша.

Оставшуюся кровь Морга вылил на круг. Чёрный дым медленно поднялся и впитал её без остатка. Линии засветились.

— …Надеюсь, ты выживешь, — неожиданно произнёс он.

Уголки губ Иши едва дрогнули. Он закрыл глаза, вдыхая запах можжевельника и крови.

У тела Иши была всего неделя, чтобы пройти весь подавленный рост.

Побочные эффекты оказались чудовищными.

Кости ломались и заново срастались. Кожа рвалась, не успевая за стремительно удлиняющимся скелетом. Мышцы разрывались, затем восстанавливались, становясь крепче. Он не мог даже корчиться — любое движение раздирало плоть. Всё, что оставалось, — кричать.

А потом наступил момент, когда он не смог и кричать. Он едва дышал.

Иша выдержал.

На грани смерти к нему приходили видения. Он видел пустыню. Видел работорговцев. Видел Мела — мёртвого, с пустым взглядом. Видел детей из подземелья. Иногда ему казалось, что он всё ещё скован в той яме.

И изредка…

Он видел принцессу Эстии. Эти видения он любил больше всего. В них он снова был в темноте, снова страдал, скованный цепями. И вот, спустя бесконечное время, деревянная крышка открывалась.

Луч света пронзал мрак. Он поднимал голову. В проёме стояла она. Серебряные волосы сияли. Фиолетовые глаза были чистыми, как кристалл.

Ты в порядке? — спрашивала она, протягивая руку. — Хочешь, я подержу тебя за руку?

И в этот миг исчезало всё.

Темнота. Цепи. Раны. Боль.

Он был свободен.

Иша улыбался ей. Протягивал руку, переплетал пальцы с её пальцами и шептал то слово, которое не успел сказать тогда.

…Да.

Иша (17)

По Куркану пополз слух.

Говорили, что явился древний — с золотыми глазами.

В это трудно было поверить. Само существование древних считалось легендой, а уж то, что один из них родился теперь — да ещё и полукровка, — звучало почти насмешкой. Большинство курканцев отмахивались от этих разговоров. Очередная нелепая сказка, которая скоро исчезнет.

Но этого не произошло.

Годы шли — и слух не умирал. Он рос, обрастал подробностями, разгорался, словно огонь по сухой степной траве.

В центре всего стоял Морга, глава змеиного племени.

Великий чародей. Лучший из них. Даже его отвратительный характер не мог затмить его мастерство. Сам король пытался склонить Моргу на свою сторону, но тот упрямо оставался нейтрален на протяжении всей гражданской войны.

И вдруг он объявил, что будет служить новому королю.

Его королю.

Древнему.

Это заявление разрушило хрупкое равновесие между фракциями. Куркан охватила буря. И среди хаоса древний начал постепенно выходить из тени.

Он начал в дальних пустынях, далеко от королевского дворца. Сначала подчинил самые отдалённые земли. В течение года племена одно за другим склонялись перед ним. Змеиное племя поддержало его первым, затем ещё пять последовали их примеру и преклонили колени.

Его имя стало звучать всё чаще. Потом племена сами стали приходить к нему, присягая на верность. Король Куркана слишком поздно отправил войска подавить мятеж. Ситуация уже вышла из-под контроля. Через три года древний покорил весь Куркан. Повстанцы подошли к самому городу, где жил король.

Настал последний день.

— Грязные полукровки! — взревел король, видя, как мятежная армия штурмует дворец.

Боевой рог прогремел под сводами. Король вступил в бой сам, окружённый остатками рыцарей. Он убивал повстанцев собственными руками. Битва была яростной.

Но исход был предрешён.

— Древний, — произнёс король, отказываясь признавать поражение.

Захватчик шагнул вперёд, кровь стекала с его клинка на белый каменный пол. В нём легко было узнать того самого мальчика с золотыми глазами, которого когда-то продали работорговцам.

Теперь он вернулся. Взрослый.

Древний смотрел сверху вниз. Его глаза сияли — хищные, бесстрашные, глаза высшего хищника. Ни один курканец больше не мог отрицать, кем он был. Король лишь сожалел, что не убил его своими руками тогда, в детстве. Он отвёл взгляд и усмехнулся, заметив знакомые лица за спиной древнего.

— Хабан. Генин…

Когда-то они были его телохранителями.

— Не знал, что псы возвращаются, чтобы кусать руку хозяина.

Ни один из них не ответил. Король расправил плечи.

— Вы пришли убить меня?

Древний медленно подошёл ближе.

— Ты пообещал мне трон, — его голос был наполнен первобытной силой. — Сказал вернуться и взять его. Я пришёл за своим обещанием.

Он поднял изогнутый меч, уже испивший множество жизней, и направил его на короля.

— Я вызываю тебя на поединок за трон.

Гнев вспыхнул в глазах короля.

— Безмозглый мальчишка!

Сталь столкнулась со сталью.

Король с яростью сражался своим клинком, оскорблённый самим вызовом. Древний мог бы просто раздавить его армией. Но ему этого было недостаточно. Он призвал древнюю традицию Куркана — решать право на власть в единоборстве. По одной причине. Он не хотел, чтобы победу омрачала чья-то помощь. Он хотел победить короля один на один. Чтобы весь Куркан увидел: полукровка может сокрушить чистокровного короля. Это должно было стать унижением, которое невозможно оспорить.

Король бился отчаянно. Но чем дольше длился поединок, тем очевиднее становилась разница между ними.

Иша (18)

Королю потребовалось совсем немного времени, чтобы понять горькую истину: древний мог убить его с самого начала.

Полукровка не спешил. Он играл. Хладнокровно, методично, словно хищник, который сначала даёт добыче осознать собственную беспомощность. Каждый удар, каждое столкновение клинков было не попыткой закончить бой, а демонстрацией — вот она, разница между нами.

Когда до короля окончательно дошло, что происходит, его глаза налились кровью. Но вместо гневной речи из его груди вырвался лишь сдавленный стон.

Он опустил взгляд — и увидел изогнутый меч, глубоко вошедший в его живот. Подняв глаза, он встретился с золотым сиянием.

Последних слов ему не дали.

Когда клинок выдернули, тело короля медленно подалось вперёд и рухнуло на холодный белый камень. Кровь растеклась тёмным пятном, быстро расширяясь по полу.

Так закончилась его власть.

Иша тихо выдохнул, будто только сейчас позволил себе отпустить напряжение, и вложил меч в ножны. Затем наклонился, поднял окровавленной рукой корону, упавшую в пылу боя, и без колебаний водрузил её на голову.

Когда он повернулся к залу, курканцы уже падали ниц.

— О король Куркана!

Их голоса слились в единый гул, прокатившийся по дворцу.

По телу Иши прошёл резкий импульс — почти боль, почти восторг. Его губы медленно растянулись в улыбке, в которой было слишком много дикости, слишком много первобытной радости, чтобы её можно было назвать просто торжеством.

С этого мгновения его звали иначе.

Ишакан.

Весть о новом короле Куркана разлетелась по континенту не сразу, но неумолимо. Люди шептались о том, как он убил прежнего правителя, занял трон и — что важнее всего — положил конец бесконечной гражданской войне.

Разделённые племена вновь стали единым народом.

Когда власть окончательно укрепилась, Ишакан почувствовал, что пришло время исполнить долг, который он носил в себе все эти годы.

Принцесса Лия де Эстия.

Она спасла ему жизнь. И этот долг нельзя было оставить неоплаченным.

Иногда он пытался представить, какой она стала. Сереброволосую девочку он помнил слишком отчётливо — её фиолетовые глаза, прозрачные и упрямые, её маленькую ладонь, протянутую к нему в темноте. Но взрослая Лия… образ ускользал.

Даже если она выросла, она всё равно останется меньше любой курканской женщины. Достаточно маленькой, чтобы он мог легко поднять её на руки.

Он невольно улыбался, представляя, как она отреагирует, увидев того истощённого мальчика, спасённого из ямы, выросшим в мужчину.

Его внешность изменилась почти до неузнаваемости. Но глаза остались прежними.

Золотые.

Стоит ей взглянуть в них — и она всё вспомнит.

Он как раз размышлял, когда отправиться в Эстию, когда в его дворец принесли неожиданную новость.

— Принцесса Эстии выходит замуж за Бён Гёнбэка.

— За того, что похож на жабу? — машинально бросил он.

Курканцы вокруг рассмеялись, но Ишакан не шутил. В груди что-то неприятно сжалось. Бён Гёнбэк был старше принцессы на двадцать пять лет. Как можно отдать Цветок Эстии такому человеку? Даже если они боятся Курканов.

И вдруг он вспомнил её голос.

Я не так уж важна.

Эти слова прозвучали отчётливо, словно она стояла рядом. Ишакан мгновенно понял, что должен сделать.

Он спасёт её. Так же, как она спасла его когда-то.

Наверняка она будет рада, если он вытащит её из этой свадьбы. А если ей некуда будет идти — он приведёт её в пустыню. В Куркане есть немало тех, кто обязан ей жизнью и встретит её с величайшим почтением. Он — прежде всех.

— Что ты собираешься делать? — спросил Хабан, и остальные вожди повернули к нему головы.

Они знали, кем была для него принцесса Эстии. Ишакан прищурился, размышляя лишь мгновение.

— Мы должны действовать, — произнёс он наконец.

Эстия по-прежнему кишела работорговцами — наследием прежнего короля. Оставшихся пленников нужно было освободить. Его губы медленно изогнулись.

— Пожалуй, стоит испортить свадьбу Бён Гёнбэка.

Никто в зале не возразил. Напротив, в глазах вождей загорелось предвкушение. Каждый из них с радостью разорвал бы этого человека на части. Ишакан улыбнулся шире.

— Отправляемся в Эстию.

Иша (19)

После долгой гражданской войны разрозненные племена Куркана наконец объединились под властью нового короля. Но это вовсе не означало наступление идеального мира.

Ишакан прекрасно понимал: чтобы сохранить единство, его народу нужен внешний враг. И Эстия была очевидным выбором. Для воинственных курканцев лучшей цели было не найти, и они с готовностью направили свою энергию на подготовку к завоеванию этой страны.

Первым приказом Ишакана стало собрать как можно больше информации. Он не собирался проливать кровь без необходимости. Напротив, чтобы защитить простых жителей Эстии, он намеревался разрушить страну изнутри: заключить союзы с частью знати и изменить саму систему королевской власти.

Отправив вперёд небольшой отряд курканцев, Ишакан вскоре лично отправился в Эстию. Всё оказалось именно таким, каким он и ожидал. Королевская семья даже не подозревала, насколько глубоко курканцы уже проникли в их страну.

Эстия была тонущим кораблём. Даже без вмешательства курканцев королевская династия рано или поздно рухнула бы сама. А ему было нужно лишь одно — забрать принцессу из этого гибнущего мира.

Однако, когда он начал тайно проникать во дворец, чтобы наблюдать за ней лично, он не мог не заметить, как сильно она изменилась.

Разве она всегда была такой… тихой?

Он помнил живую, яркую девочку, чьи фиолетовые глаза горели пламенем. Теперь от той искры не осталось почти ничего. В её голосе не было жизни, лицо оставалось неподвижным, а улыбка — едва заметной тенью.

Её глаза утратили блеск.

Прошло всего несколько лет, а той девочки словно больше не существовало. Ишакану было тяжело видеть, как нечто столь прекрасное угасло.

Однажды Хабан принёс ещё более тревожную новость.

— Принцесса ищет мужчину лёгкого поведения… — нерешительно сообщил он.

Ишакан не поверил своим ушам.

— Мужчину? — яростно переспросил он.

— Да… кажется, для себя…

Отвращение и гнев вспыхнули в нём мгновенно. Он резко сунул трубку в рот и сделал затяжку, пытаясь подавить волну раздражения. Даже дым не помогал остудить голову.

Это его не касается. Его не должно волновать, с кем спит принцесса. Он не понимал, почему ведёт себя так по-детски. Выпустив густую струю дыма, он наконец заговорил:

— Хабан.

— Да?

— Разве я не должен наградить человека, спасшего мне жизнь?

— Должны…

— Тогда я обязан позаботиться, чтобы у неё был мужчина, который сумеет её порадовать.

— …Что? — Хабан растерянно посмотрел на улыбающегося короля.

Ишакан изначально собирался встретиться с ней как король Куркана — под предлогом переговоров о мире. Но теперь этот план рушился. Он решил ускорить встречу.

И вскоре настал день, когда принцесса должна была встретиться со своим «приглашённым».Ишакан нашёл его раньше и просто выставил прочь, заняв его место.

Местом встречи оказался полуразвалившийся трактир, тайно известный как пристанище для незаконных удовольствий. Внутри было шумно: пьяные голоса, хохот, песни, от которых звенел воздух. Ишакан прошёл внутрь и сел за стол в тёмном углу, куда не доставал свет масляных ламп.

Ожидание быстро превратилось в мучение. Он достал сигару, хотя знал, что это рискованно — запах курканских листьев легко узнавали работорговцы. Но напряжение было слишком сильным.

Он чиркнул спичкой и затянулся. Даже в день, когда он сражался с королём Куркана, он не чувствовал себя таким взволнованным.

Дым наполнил лёгкие, и постепенно мысли начали успокаиваться. Он снова подумал о принцессе.

Неужели она привыкла нанимать мужчин? Та скромная девушка, которую он когда-то встретил… Неужели она изменилась настолько, что теперь платит незнакомцам за близость?

Иша (20)

Он представил, каково это — заняться с ней любовью. Как прекрасно было бы увидеть, как её бледное лицо заливается румянцем. Ему хотелось бы провести своим естеством между её мягкими губами. Наверняка это было бы непросто из-за размеров куркана…

«……»

Ишакан нервно облизнул губы. Он не знал, откуда берутся эти бесполезные мысли, но не мог их остановить. Стоило ему представить, как принцесса стонет под другим мужчиной, извивается от наслаждения, всхлипывает у него на груди, как ему становилось ещё хуже.

Ему хотелось до смерти избить того воображаемого мужчину.

Хотя он понимал, что ведёт себя по-детски, это не охлаждало его ярость. Ишакан молча курил сигару, пытаясь очистить разум. Когда он почти докурил, из тени появился Хабан.

— Она здесь.

Ишакан едва заметно кивнул и отбросил сигару, глядя на дверь трактира. Несмотря на шум в зале, он всё равно слышал приближающиеся снаружи шаги.

Это была она.

Невысокая женщина в длинном плаще с капюшоном толкнула деревянную дверь, скрипнувшую старыми петлями. В тот же миг в зале воцарилась тишина.

Даже скрытая капюшоном, она притягивала взгляды всех присутствующих. Она могла спрятать внешность, но не могла скрыть неповторимую осанку Цветка Эстии.

Однако большинство быстро потеряло интерес, когда стало ясно, что она не собирается открывать лицо. С оставшимися мужчинами, пожирающими её взглядами, разберётся Хабан.

Окинув взглядом помещение, принцесса наконец остановилась на Ишакане и осторожно направилась к нему.

Ишакан смотрел не отрываясь. Его тянуло схватить её сразу, но он терпеливо ждал, пока она подойдёт и сядет за его стол.

— Сегодня вы будете моим спутником? — спокойно спросила она.

Её голос почти не отличался от того, каким он его помнил, но почему-то у Ишакана пересохло во рту.

— …Пожалуй, — медленно ответил он.

Её стройное тело напряглось. Его низкий голос застал её врасплох.

Ишакан последовал за ней наверх. Принцесса, которую он раньше видел лишь издалека, наконец оказалась в его власти. Его взгляд жадно скользил по её фигуре, и ему пришлось увлажнить губы. В голове всплывали случайные бессмысленные мысли и исчезали так же внезапно, как появлялись.

Она такая маленькая, хотя и стала выше.

Я мог бы так легко держать её в объятиях.

Ишакану пришлось сдержаться, чтобы не обнять её со спины.

Добравшись до заказанной комнаты, он закрыл дверь, чувствуя, будто наконец поймал добычу после долгой и тяжёлой охоты. Принцесса вздрогнула от звука, заметно глубоко вдохнула и повернулась к нему.

— ……!

Её губы приоткрылись. Лицом к лицу разница в их размерах поражала. Ишакан сбросил плащ с плеч.

— Куркан? — недоверчиво произнесла она, глядя на его открытое лицо.

Ишакан был рад, что она назвала его именно так, а не каким-нибудь менее лестным именем.

— Давно никто не называл меня курканом. Обычно — варваром.

Подойдя ближе, он наклонил голову, чтобы она лучше увидела его золотые глаза, но принцесса отступила, пока её спина не коснулась стены. Медленно Ишакан последовал за ней, затем сдвинул капюшон с её головы, чтобы заглянуть ей в глаза.

Он ждал этого момента очень долго. Он надеялся, что принцесса узнает его, когда посмотрит в его золотые глаза. Надеялся, что она назовёт его по имени.

Но не было ни малейшего признака, что она его помнит.

Губы Ишакана искривились, и в груди что-то сжалось, когда он осознал правду.

Принцесса не могла его вспомнить.

Принцесса даже не помнила саму себя.

Иша (21)

Воспоминание о дне, когда он сбежал от работорговцев, было для Ишакана бесценным. Он бережно хранил его в памяти, словно драгоценность.

Почему-то он был уверен, что для принцессы этот день так же значим. Тогда они разделили чувства, которые он никогда не смог бы выразить словами. Но это оказалось иллюзией. Тот день имел значение лишь для него.

Горькое осознание.

Вероятно, для принцессы это был самый обычный день. Она спасла многих рабов. Не было причин помнить Ишакана. Разум прекрасно это понимал, но сердце отказывалось принять. Он надеялся, что воспоминание о нём будет для неё таким же особенным.

Странное, иррациональное разочарование накрыло его. На мгновение в голове пронеслись бесчисленные мысли, но, к счастью, внешне это никак не проявилось.

Глядя на принцессу, он постепенно успокоился. Он и раньше тайком пробирался во дворец, чтобы увидеть её, но всегда наблюдал издалека. С тех пор как она освободила его, он не был к ней так близко.

Серебряная принцесса всё так же была прекрасна. Воспоминание о первой встрече заставило подавленные чувства вновь хлынуть вперёд, и на его лице невольно появилась улыбка. Изначально он собирался увезти её в тихое место, чтобы поговорить. Немного вспомнить прошлое, а затем предложить ей возможность вырваться из Эстии.

Но теперь всё пошло не по плану. Всё, чего она хотела, — мужчина для ночи. Не так уж плохо было бы выразить благодарность собственным телом.

Когда решение принято, колебаться незачем.

— Не могу поверить, что леди вашего положения приходится посещать квартал красных фонарей, — сказал он. — Неужели среди дворян не нашлось достаточно смелого мужчины?

Ресницы принцессы дрогнули.

— Не понимаю, почему вы об этом спрашиваете, если только не следили за мной, — произнесла она. — И я не думаю, что вы тот проститут, которого я наняла.

— Какая разница? Вам нужен был лишь партнёр по постели, который доставит удовольствие и будет держать рот на замке. Я могу это обеспечить.

Ишакан намеренно говорил грубо, кладя руки ей на плечи. Сначала она неохотно повела плечами, пытаясь освободиться, но в конце концов не стала сопротивляться.

Снимая с неё длинный плащ, Ишакан нахмурился. Принцесса всегда была стройной, но теперь казалась почти хрупкой, и вблизи он понял, что она похудела ещё сильнее, чем предполагал.

Было очевидно, что королевская семья Эстии плохо заботится о своей принцессе.

Ишакан решил, что она бежит из дворца из-за дурного обращения. Возможно, она так отчаялась в поиске тепла, что готова была нанимать проститутов ради крупицы ласки.

Он притянул её к себе, глядя в её фиолетовые глаза. Зрачки потемнели и расширились.

Он хотел, чтобы ей было хорошо. На этот раз он выжжет себя в её памяти так глубоко, что она больше никогда его не забудет.

Никакие слова не смогли бы этого добиться. Ишакан поцеловал её. Её губы были мягкими, и тепло разлилось внутри него. Прежде чем он осознал это, поцелуй стал глубже, жаднее.

— Мм…!

Он коснулся её языка своим, провёл по её зубам. Когда она отпрянула, он рефлекторно удержал её, крепко прижимая ладонь к её затылку. Её лицо покраснело от тихого влажного звука поцелуя, эхом отдавшегося в безмолвной комнате.

То, как она пыталась это скрыть, было очаровательно. Это заставляло его желать немедленно повалить её и войти в неё, и Ишакан невольно задумался, какое выражение появится на её лице в этот момент.

Может быть, она задрожит от удовольствия. Может быть, расплачется. А может, и то и другое.

Его руки скользили по её телу, и хотя он старался сдерживать себя, сила его прикосновений оставляла красные следы на её нежной коже.

— Хмм…

Иша (22)

Странно, но принцесса словно не знала, как реагировать на прикосновения Ишакана. Каждое приятное ощущение пугало её, будто она к ним не привыкла, почти как если бы испытывала их впервые.

Её невинные реакции доставляли ему глубокое удовлетворение, но одновременно вызывали недоумение, и с его губ сорвался тихий смешок. Насколько же плохи были мужчины, что были у принцессы прежде? Было очевидно, что они не смогли её удовлетворить.

Он не понимал, как можно было упустить такую возможность — провести ночь с принцессой в своей постели. Уже одно лишь наблюдение за тем, как румянец заливает её бледные щёки, пробуждало в нём желание услышать её стоны.

Пальцы Ишакана скользнули по её телу поверх нижнего белья, затем он отодвинул влажную ткань в сторону и осторожно ввёл внутрь неё длинный средний палец. Принцесса вздрогнула, когда он начал двигаться, и вскоре к одному пальцу добавились ещё два, ритмично погружаясь в неё. Внутри было так тесно, будто её тело сжимало его пальцы, и жилы на тыльной стороне его ладони вздулись.

— Хм… ммм… это… странно! — выдохнула принцесса, когда он всё ближе подводил её к разрядке.

Ишакан смотрел на неё яркими золотыми глазами, запоминая каждую черту её лица. Взгляд затуманен удовольствием, губы приоткрыты, розовый язык едва виден, дыхание горячее и прерывистое…

Но она совершенно не замечала его бесстыдного изучения. Если бы заметила, наверняка закрыла бы лицо руками. Однако сейчас она была слишком занята тем, чтобы выдержать накатывающие волны непривычных ощущений.

— Пожалуйста… медленнее, — прошептала она, прижимаясь к нему своим маленьким телом. Её руки дрожали, пальцы скользили по его спине. — Мм…!

Внезапно её накрыла разрядка — резкая, яркая, выдающая всю силу испытываемого ею удовольствия.

— А… ах… — застонала принцесса, не в силах сдержаться. Её влажные глаза были полны одновременно наслаждения и страха перед этими новыми, подавляющими чувствами.

Ишакан быстро избавил её от оставшейся одежды. Пространство между её ног оказалось неожиданно гладким, и он ясно видел припухший бугорок, а вид влажной розовой плоти лишь усиливал его нетерпение. Особенно после того, как он уже ощутил её вкус на своих пальцах.

Стянув штаны, он приблизился, проводя возбуждённым членом между её бёдер, заставляя её ахнуть от неожиданности. Её взгляд был прикован к тяжёлой плоти между его ног.

— О-оно… не войдёт, — испуганно начала она. — Это… это невозможно…

— Посмотрим.

Даже по меркам курканов Ишакан считался внушительным. Разумеется, её маленькому телу было бы трудно принять его. Он погладил её, пока она немного не успокоилась, затем осторожно прижал головку к её входу.

Невольный стон сорвался с её губ.

Внутри было очень тесно. Он вошёл лишь головкой, но её тело сжимало его так плотно, что это почти причиняло боль.

— Тесно… — глухо произнёс он. — Слишком тесно…

Медленно он начал продвигаться глубже, отчаянно напоминая себе сохранять спокойствие, держать себя в руках. И когда, наконец, полностью вошёл в неё, он поднял взгляд на принцессу — она выглядела совершенно ошеломлённой.

Его глаза опустились туда, где их тела соединялись.

Кровь. Она кровоточила.

Ишакан будто очнулся, словно его окатили холодной водой.

«……»

Вопрос возник мгновенно, стоило ему это увидеть.

Почему?

Он был уверен, что это не её первый раз. Он считал её распущенной, думал, что она нанимала многих проститутов. В его воображении сложилась история — бесчисленные ночи без любви, попытка заглушить одиночество дворцовой жизни. Но, возможно, он ошибался.

Его накрыла волна вины за грубость в её первый раз. Но почти сразу за ней пришло странное удовлетворение.

Он и представить не мог, что это может доставить ему удовольствие. Это было незрелое желание молодого мужчины — присвоить, сделать своей, не делиться.

Ишакан вынужден был признать это.

Она делала его слабым.

Радость от обладания ею лишала его рассудка.

Иша (23)

Ишакан всегда гордился тем, что не позволяет инстинктам затмить разум. Несмотря на свою звериную природу, он умел сохранять ясность мысли. Но сейчас он проигрывал эту борьбу.

Бывало, он терял себя в удовольствии убийства. Однако впервые терял контроль из-за удовольствия собственного тела.

Чем яростнее сплетались их тела, тем сильнее разгорался внутри него жар, будто принцесса подожгла его. Он не знал, как обуздать это пламя, как удержать его. Ему было трудно сдерживать даже собственную силу, не говоря уже о том, чтобы быть по-настоящему нежным.

Если быть честным, виновата была сама принцесса. То, как она стонала, лишало его способности мыслить трезво. Её тело распаляло его желание, её крики звучали у него в ушах, пока он всё быстрее и быстрее двигался в ней, пока не достиг разрядки — гораздо раньше, чем хотел.

Принцесса отпрянула, её конечности дрожали.

Его взгляд упал на её соски, покрасневшие от его прикосновений. Один лишь вид её груди заставлял думать, что он мог бы снова и снова доводить себя до пика — весь день.

— Мм…

Задыхаясь, принцесса подняла на него глаза, полные слёз. Это только усугубило всё.

Его возбуждение, уже начавшее утихать, вновь поднялось.

Принцесса выглядела так, словно хотела в ужасе убежать. Ишакан улыбнулся, глядя на неё сверху вниз; её слабые движения были медленными и беспомощными. Его руки крепче сжали её талию.

— Хочешь, чтобы я сделал это вот так? — тихо произнёс он.

Хотя это была не ночь полнолуния, он выглядел так, будто был охвачен брачной горячкой. Чтобы утолить голод, ему потребовалась бы неделя в постели с ней.

Он не мог остановиться. Наслаждение заставляло даже невинную принцессу стонать почти по-звериному, двигаться ему навстречу, опьянённую удовольствием. Их горячее дыхание смешивалось, пока он глубоко входил в неё. Ему хотелось ещё глубже. Но глубже было невозможно. Ему хотелось заполнить её до краёв.

Её тонкая шея покачивалась под ним, завораживая, и Ишакан внезапно впился в неё зубами.

Это было чистым инстинктом, и он опомнился лишь в последний момент, едва не прокусив кожу до крови. Он зацеловал это место, продолжая двигаться в ней, стиснув зубы так сильно, что мышцы на шее дрожали.

— А-а… ах…!

Принцесса достигла разрядки под ним, её тело содрогнулось. Внутри она сжалась так крепко, что Ишакан удерживал её, пока она снова и снова стонала, а мышцы её бёдер судорожно сокращались от остроты ощущений.

— Ах… ах… ах…!

Это была долгая разрядка — настолько долгая, что Ишакан тоже снова достиг пика, его движения стали медленнее, глубже, пока он полностью не излился в неё, словно пытаясь погасить огонь внутри себя. Глубоко вдохнув, Ишакан посмотрел на принцессу.

Она потеряла сознание.

— Ха…

Он вздохнул и провёл рукой по влажным волосам, облизывая губы. Жажда всё ещё оставалась. Словно её невозможно было утолить.

Я не хотел быть таким грубым… и это был её первый раз.

Ему стоило огромных усилий остановиться. Когда он смотрел на неё, на следы, оставленные на её теле, возбуждение возвращалось снова, и ничто не могло его подавить. Вздохнув, Ишакан откинулся назад и коснулся себя, доводя до разрядки ещё раз, лишь после этого почувствовав лёгкое облегчение.

Но стоило ему снова повернуть голову к принцессе, как жар в теле начал нарастать. К счастью, в дверь осторожно постучали.

— Ишакан, — голос Хабана звучал напряжённо. — Принцесса… она ещё жива?

Ишакан провёл ладонью по лицу. Неудивительно, что Хабан нервничал. До сих пор Ишакан почти не проявлял интереса к подобным вещам.

Честно говоря, он и сам едва мог в это поверить. Поднявшись, он поднял с пола одеяло и накрыл принцессу, чтобы Хабан не увидел её.

— Принеси воды и полотенца, — приказал он. — И ещё табака.

— Хорошо…

Вскоре Хабан вернулся. Войдя в комнату, он вздрогнул при виде Ишакана — его глаза светились золотым светом.

— Она умерла? — Хабан вытянул шею, пытаясь заглянуть к принцессе, но Ишакан тут же вытолкал его из комнаты.

Иша (24)

Ишакан зажал сигару между зубами и поджёг её. Внутри него всё ещё тлел жар, и ему нужно было что-то, чтобы притупить его, выплеснуть энергию, заставлявшую его желать действия — любого действия.

Он быстро выкурил первую сигару, затем взял одно из полотенец, намочил его и принялся вытирать тело принцессы, покрытое следами их близости.

Он мудро поступил, приказав принести сигары заранее. Стоило ему увидеть её обнажённое тело, как возбуждение вновь дало о себе знать, а инстинкты вспыхнули с новой силой. Если он не будет держать себя в руках, то и правда превратится в зверя.

Ишакан зажал между губами ещё одну сигару и посмотрел на принцессу. Она спала так спокойно, что он невольно улыбнулся. Порывисто наклонившись, он поцеловал её в лоб, затем в нос и щёки, прижимаясь к ней всем телом.

Несмотря на человеческий облик, внутри Ишакан по-прежнему оставался зверем. Ему хотелось пометить свою территорию.

Удовлетворённый, он склонился к её шее и вдохнул её запах. Кожа всё ещё была слегка солоноватой от пота и источала лёгкий цветочный аромат — вероятно, дворцовые духи.

Когда-то он слышал, что даже одинаковые духи на разных людях пахнут по-разному из-за особенностей тела. Как и у большинства курканов, у Ишакана было очень острое обоняние, и он хорошо знал запах принцессы. Ему нравился её аромат.

Он и не заметил, как начал тереться лицом о её ключицу, и заставил себя отстраниться. Он вёл себя как извращенец… или как зверь. Нужно было вести себя как человек.

Но даже подняв голову, он продолжал смотреть на неё. Вид её маленьких губ заставил его подумать, что он хочет услышать, как она произносит его имя. С тех пор как они вновь встретились, они ни разу не назвали друг друга по имени.

Поэтому он произнёс его сам.

— Лия…

Произносить её имя было приятно. Ему хотелось услышать, как она скажет его имя в ответ, но время ещё не пришло. Нужно было лишь набраться терпения. Скоро он с гордостью назовёт ей своё настоящее имя.

Ишакан повторил её имя ещё несколько раз, почти нараспев, перебирая пальцами её серебряные волосы.

— Лия… Лия…

Он надеялся увезти её в пустыню. Там она была бы куда счастливее, чем в Эстии. Он дал бы ей всё, чего она желала и чего была лишена: богатство, власть и свободу.

Ишакан был уверен, что его план развивается успешно.

Но, как оказалось, его ожидания были очень и очень далеки от истины.

Принцессе была нужна вовсе не свобода.

Вернувшись во дворец, Ишакан сидел у окна в трактире и наблюдал, как небо медленно светлеет, перебирая золотые монеты, которые она им заплатила. Наконец солнце поднялось над горизонтом.

Пепельница была полна окурков, но внутренний вихрь так и не утих. Он выкурил весь табак.

«……»

Ишакан вздохнул. Он понимал, что это не самый действенный способ успокоиться.

На следующую ночь он шёл по улицам Эстии к дворцу. Устроившись на высокой ветке дерева, возвышавшегося над дворцом, он думал о принцессе. Он спросил её, хочет ли она сбежать. Её глаза потемнели.

Я хочу… умереть.

Вспоминая тусклый фиолетовый взгляд, он ощутил вспышку гнева. Внезапно ему захотелось увидеть её.

Горькая улыбка коснулась его губ, и Ишакан откинулся на ствол дерева, тяжело вздохнув.

Он понимал, что ведёт себя глупо из-за неё. До приезда в Эстию он никогда не испытывал ничего подобного, а эти странные чувства становились только сильнее.

Но его это не тревожило. Ему даже нравилось это ощущение. В сердце возникало лёгкое покалывание, словно его коснулось перо.

Он знал, что сделает. Он хотел вернуть Лии её сияние. Глядя на королевский дворец вдалеке, едва освещённый лунным светом, Ишакан тихо произнёс благословение, которое выучил давным-давно:

— Пусть свет озарит Эстию.

Это было только начало.

Леша (1)

В саду по мягкой траве легко бежал маленький мальчик со светло-коричневой кожей.

Его серебристые вьющиеся волосы сияли на солнце и подпрыгивали при каждом движении, когда его внимание привлекла бабочка, порхавшая впереди. Служанки, наблюдавшие неподалёку, засмеялись, увидев, как он стремительно помчался за насекомым. Он был таким очаровательным, что удержаться было невозможно.

Мальчик улыбнулся им в ответ на смех, но взгляда от своей добычи не отвёл. Терпеливо он подкрадывался к бабочке по саду, пока та не опустилась на цветок примерно в десяти шагах от него.

Мальчик прикусил нижнюю губу. Его золотые глаза сверкнули, сосредоточившись на цели. Дыхание замедлилось, когда он бесшумно двинулся вперёд. Но в тот самый момент, когда его глаза вспыхнули решимостью, кто-то окликнул его.

— Леша!

Мальчик обернулся и увидел позади высокого худощавого мужчину с длинными волосами, собранными в хвост. Тот наклонился и поднял Лешу на руки.

— Тебе нельзя гулять одному, — строго произнёс он.

— Бабочка, Момо! — воскликнул мальчик, указывая на цветок. — Смотри, бабочка!

Морга прикусил губу, услышав это прозвище, стараясь сдержать смех. Он был достойным вождём Племени Змеи и не должен был смеяться, как ребёнок.

— Нельзя убивать без причины, — серьёзно сказал он малышу. — Чем больше крови окажется на твоих руках, тем сильнее тебя поглотят звериные инстинкты. Убивай только тогда, когда тебе грозит опасность.

— Опасность?

— Ты понимаешь, мой принц?

— Да, Момо, — ответил Леша, кивая своей маленькой головой.

Морга с удовлетворением посмотрел на него.

Юные курканы не умели контролировать свою дикую природу. Их поведение часто выдавало в них не людей. В пустыне это не было бы проблемой, но в королевском дворце Эстии юного принца нужно было с ранних лет учить сдерживать себя перед людьми.

Сам Ишакан поручил Морге обучение своего сына.

Мура тоже иногда присматривала за Лешей, но, будучи фрейлиной королевы Лии, она не могла уделять принцу столько времени. Каждый раз, когда она слышала, что Морга оставался с Лешей наедине, она могла лишь топнуть ногой от зависти.

— Я не могу отказаться от Лии, но и Лешу оставить не могу… — вздыхала она. Но если бы ей пришлось выбирать, Мура выбрала бы Лию. Она по-прежнему готовила королеве любимые блюда курканов и в любой опасной ситуации становилась её защитницей.

После того как Лия была ранена в бою с Сердиной, Мура почувствовала, что обрела своё предназначение. Лия стала вторым по важности человеком в её жизни после Хабана. Мура знала, что её преданность Лии даже превосходит её преданность Ишакану.

Поэтому основная ответственность за воспитание принца легла на Моргу. Среди всех курканов только ему была оказана такая честь. И он очень ею гордился.

— Принц.

Несмотря на строгость уроков, Морга умел сохранять любовь мальчика. Произнеся простое заклинание, он выпустил в воздух клуб чёрного дыма, который превратился в бабочек.

— Момо! — воскликнул Леша. — Бабочки! Момо сделал бабочек!

Он обвил руками шею Морги, сияя от радости.

— Я люблю Момо!

Морга прикрыл рот тыльной стороной ладони, его плечи задрожали от сдерживаемого смеха. На этот раз сохранить строгий вид было невозможно. Улыбка вырвалась сама собой, и он быстро огляделся по сторонам, затем крепко обнял маленького принца.

— Я могу показать тебе много удивительных заклинаний, — сказал он. — Что ещё ты хочешь увидеть?

— Волка!

Морга прекрасно знал, какого волка хочет увидеть Леша. Умелый маг выпустил ещё дым и придал ему форму маленького серебристого волка, который побежал по воздуху.

— Это я! — грудь Леши гордо приподнялась. — Он похож на меня!

— Ты даже лучше волка.

— Волки самые лучшие, — твёрдо заявил Леша.

— Это правда, — вынужден был согласиться Морга. Он знал, как отчаянно этот маленький волчонок боролся за жизнь ещё в утробе королевы. — Пойдём обратно во дворец, — сказал он. — Я почитаю тебе книгу.

Леша (2)

Хотя Морге очень хотелось нести юного принца на руках, он поставил Лешу на землю, чтобы развивать в нём самостоятельность, и затем взял его за руку, чтобы идти вместе.

— Где мама? — спросил Леша, глядя на него снизу вверх.

— Королева на заседании Совета.

— Что это?

— Это собрание, на котором обсуждают очень важные дела королевства.

— Хочу к маме, — пожаловался Леша, нахмурив серебристые брови.

— Придётся немного подождать.

— Нет, хочу к маме. Мне грустно. Я сейчас заплачу.

Его глаза опасно блеснули.

— Я хочу к маме прямо сейчас!

Он вырвал руку из ладони Морги и стремительно помчался вперёд, так быстро, что тому пришлось броситься за ним.

— Мой принц, вы же упадёте! — крикнул Морга.

— Не упаду! — крикнул Леша, не оборачиваясь. — Я нашёл маму!

Брови Морги удивлённо поднялись, но, свернув за угол, он и сам замер от неожиданности.

— Леша!

— Мама!

И действительно, королева стояла там и успела подхватить принца, когда он бросился к ней в объятия. Морга улыбнулся и вежливо приветствовал королеву, затем кивнул Муре, стоявшей позади неё.

— Спасибо, Морга, — ответила Лия с тёплой неформальностью.

— Похоже, заседание закончилось раньше. Я присматривал за Его Высочеством в саду.

— Вы очень помогаете. Леша так к вам привязан, — сказала она, глядя на мальчика, и погладила его по голове, заглядывая в золотые глаза, так похожие на глаза Ишакана. — Как ты понял, что мама здесь?

— Я охотился!

— Он и правда весь в него… — тихо пробормотала Лия, прижимая мальчика к себе.

— Ни за что, — возразил Морга. — Ишакан в детстве был ужасен.

Лия скептически приподняла бровь.

— Правда, — твёрдо продолжил Морга. — Помню, как однажды ночью я варил зелье, и он прокрался в мой шатёр, словно убийца…

Королева рассмеялась, глядя на маленького охотника в своих руках, но смех быстро сменился вздохом. Она тосковала по Ишакану, хотя знала, что он вернётся не скоро.

Когда он вернётся?

Ишакан уже несколько месяцев был в походе, ведя армию к освобождению оставшихся курканских рабов. Они один за другим нападали на соседние страны, поддерживавшие рабство.

Армия курканов была сильна, а остальной континент размяк за долгие годы мира. Никто не мог противостоять мощи курканских воинов.

Поход продолжится, пока не будет освобождён последний раб. И хотя задача была непростой, казалось, что она не займёт много времени. Многие королевства сразу сдавались, опасаясь вторжения курканов. Они не только освобождали рабов и отправляли их обратно в Куркан, но и старались наладить дружественные отношения.

Условием мира Ишакана было участие в наказании любого королевства, которое откажется подчиниться. Только тогда он обещал мир на ближайшие пять лет.

Пока Лия думала об Ишакане, Мура тихо пересказывала новости с сегодняшнего совета.

— Прибывают послы из королевства Балкат.

— Для заключения мира?

— Да. Они обещали привезти освобождённых рабов прямо сюда. Нам понадобятся маги, чтобы сразу провести для них церемонию совершеннолетия.

— Я займусь подготовкой.

Мысленно Морга начал подсчитывать доступных магов, глядя на королеву Лию. Когда худшие проблемы Эстии остались позади, она стала гораздо светлее и даже какое-то время улыбалась. Естественно, с отъездом мужа она снова стала серьёзнее.

— Возможно, стоит устроить праздник победы, когда король вернётся? — осторожно предложил он.

Конечно, поход ещё не завершён. Победа ещё не достигнута. Но зная Ишакана, это было лишь вопросом времени.

Неизбежно.

Лия была единственной, кто мог победить его.

Королевство Хербен (1)

Звук боевых рогов прокатился над равниной. Земля дрожала под копытами мчащихся коней.

Позади них в небо взметнулась стая ворон, каркая над полем. От этого по спине главнокомандующего рыцарей Хербена пробежал холодок, но он смотрел на врага с достоинством, подавляя тревогу.

Сквозь пыль, поднимавшуюся над равниной, он видел приближающуюся армию варваров. Они двигались без колебаний и остановились в ту же секунду, что и их военачальник.

Невероятная дисциплина — огромное войско двигалось так, будто было единым существом. На мгновение главнокомандующий даже залюбовался этим зрелищем, забыв, что перед ним враг.

Они выглядели непобедимыми. Страшно иметь таких противников.

Главнокомандующий не верил, что его солдаты смогут их одолеть. Более того, он и не собирался вступать в полноценное сражение. Подав знак своим людям сохранять строй, он пришпорил коня и выехал вперёд.

Его взгляд был прикован к мужчине, стоявшему во главе варварского войска — даже среди курканов он возвышался особенно заметно. Без сомнения, это был Король варваров.

Главнокомандующий внимательно рассматривал его. Он слышал, что того зовут Ишакан, и имя подходило ему. Говорили, что он красив и обладает поразительными золотыми глазами. Его мускулистое тело само по себе было оружием, и он наверняка был грозным бойцом.

Однако главнокомандующий привык полагаться на собственный опыт. Каким бы сильным ни было телосложение, существуют навыки, которые приобретаются лишь годами тренировок. Его самого считали гением. Даже если он не сможет остановить наступающую армию, одного варвара он точно сумеет задержать.

— Король варваров, — произнёс главнокомандующий и обнажил меч. — Если в тебе есть честь, сразись со мной честно.

Это был вызов на поединок один на один. Его громкое заявление встретило молчание. Главнокомандующий крепче сжал меч и поднял его.

— Ну же! — крикнул он.

В рядах курканов раздался смех, и его лицо потемнело.

Они смеялись не для того, чтобы его спровоцировать — это была искренняя, спонтанная реакция.

— Боже… — выдохнул Хабан, едва не свалившись с коня от смеха. — Он ведь серьёзно…

Ишакан ничего не сказал, лишь улыбнулся. Похоже, главнокомандующий Хербена очень высоко оценивал собственное мастерство.

Но даже если он был выдающимся бойцом, каждый куркан здесь был закалённым воином. Главнокомандующий, возможно, знал своё ремесло, но о курканах знал мало. Большинство из тех, кого он видел, были рабами, ещё не прошедшими обряд совершеннолетия.

Это могло бы служить объяснением его безрассудству. И всё же предложение было неплохим. Это ускорит возвращение домой. Ишакан с явным удовольствием обнажил меч и направил коня к своему противнику.

Главнокомандующий внимательно изучал его, оценивая. На его лице мелькнула лёгкая хмурость — отсутствие волнения у Ишакана настораживало.

— Теперь твоя очередь связаться с той эстийской суккубой, — бросил он с насмешкой. — Интересно, кто станет её следующим мужем?

Ишакан вздохнул и провёл рукой по лицу.

— …Ха.

В его золотых глазах сверкнул холодный блеск. Он понимал, что это попытка вывести его из себя, но всё же не смог остаться равнодушным.

После всех странных событий, связанных с её многочисленными браками, Лия стала известной. Ходило множество безумных слухов, один из которых утверждал, будто она суккуб, соблазняющий и губящий своих мужей.

Это правда, что мужчины, пытавшиеся на ней жениться, погибали. Не только граф Бён Гёнбэк, но и принц Блейн после него.

Некоторые были убеждены, что вскоре настанет очередь Короля варваров — вплоть до того момента, как Ишакан убивал их.

Ишакан не понимал, почему тех, кто мучил её, кто-то считал её жертвами, и не собирался разбираться в этом.

В подобных случаях он выбирал самый простой способ. Вместо слов — доказательство.

Он подъехал почти вплотную к главнокомандующему, и тому явно стало не по себе от разницы в их размерах.

— Надеюсь, ты готов ответить за свои слова.

— …!

Королевство Хербен (2)

— Наглец! — выкрикнул главнокомандующий, громко и агрессивно, пытаясь скрыть мелькнувший страх. Подняв меч, он ринулся на Ишакана.

Он снова закричал, нанося удар, но было уже поздно. Кровь брызнула на землю, и когда Ишакан опустил свой меч, на землю с глухим стуком упали две вещи. Первая — обломок меча. Вторая…

— А-а-а-а!

Это была правая рука главнокомандующего. Он свалился с коня, вопя, пока кровь стремительно заливала землю.

Ишакан безучастно наблюдал, как тот корчится на земле. Хабан подъехала ближе и протянула ему сигару. Ишакан выкурил половину, затем небрежно бросил окурок в сторону искалеченного.

— Генин.

— Приказывайте, мой король.

— Вырежи ему язык и затолкай обратно в глотку.

Генин немедленно обнажила меч. Главнокомандующий в ужасе попятился, пытаясь отползти, и Ишакан рассмеялся, видя, как вся его бравада испарилась.

— За слова нужно отвечать.

Последняя линия обороны была сломлена. Оставалось лишь двинуться к королевскому дворцу Хербена. Курканы, разбившие лагерь у столицы, готовились к финальной битве.

— Говорят, многие уже бежали.

— Вероятно, через пару недель мы вернёмся домой.

— Да.

Хабан посмотрела на Ишакана. В его руке была одна роза, а рядом лежала целая горка других — уже без шипов. Маленький кинжал вспыхивал в его пальцах, и шипы один за другим исчезали.

В лагере Ишакан нередко коротал время таким образом.

— Вы собираетесь подарить их королеве? — не удержалась Хабан. — До возвращения в Эстию ещё далеко. К тому времени розы завянут.

— Я просто тренируюсь, — улыбнулся Ишакан, внимательно осматривая стебель, не осталось ли шипов. — Я подарю ей только самые красивые розы.

Он мог бы приказать подчинённым удалить шипы, но хотел сделать это сам. Он был достаточно богат, чтобы купить ей всё что угодно, но ни за какие деньги в мире не стал бы уделять такие мелочи кому-то, кроме неё.

Пока Хабан, слегка отвлёкшись видом короля, подрезающего цветы, продолжала доклад, Ишакан молча слушал.

— Говорят, королевство Балкат направит послов в Эстию, чтобы сопроводить освобождённых курканских рабов. Их король лично прибудет для заключения мира. Его королева тоже поедет с ним.

Ишакан снова улыбнулся. Это напомнило ему о его собственных переговорах с Лией, когда он прибыл как король Куркана для заключения мира с Эстией.

— Возможно, это всего лишь слухи… — добавила Хабан, слегка нахмурившись. — Но похоже, Балкат ведёт более тонкую игру.

Прежний король Балката умер молодым от болезни. Поскольку у него не было детей, трон унаследовал его младший брат и, согласно обычаям королевства, взял в жёны вдову брата.

По слухам, их брак был лишён чувств. И всё же, несмотря на разговоры об их холодных отношениях, теперь они внезапно собирались прибыть в Эстию вместе.

— Говорят, оба склонны искать утешения на стороне, — добавила Хабан. — Боюсь, они могут попытаться сыграть нечисто.

Ишакан опустил розу.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну… Эстия и Куркан объединены лишь браком.

Куркан смог закрепиться на континенте во многом благодаря Эстии, а сама Эстия быстро превращалась в сильное государство под защитой Куркана. Но этот прочный союз держался лишь на браке Лии и Ишакана.

— Похоже, Балкат попытается разрушить этот союз…

Хабан замялась, а затем всё же произнесла то, что не хотела говорить:

— Есть предположение, что они попытаются соблазнить вас… или вашу королеву.

Ишакан занимает все её мысли (1)

Рука, занятая удалением шипов, остановилась. Ишакан нахмурился.

Но Хабан ещё не закончил.

— И король, и королева славятся своей красотой, — продолжил он.

Даже без политических мотивов они вполне могли попытаться разрушить брак Ишакана и Лии ради собственного удовольствия.

Ишакан медленно опустил розу на землю. Хабан, чувствуя, что время на исходе, поспешил добавить последний и самый опасный факт:

— К тому же король Балката когда-то был одним из претендентов на руку королевы Лии.

Его предложение тогда сорвалось из-за Бён Гёнбэка. Но теперь обстоятельства изменились, и даже брак Ишакана и Лии не имел особого значения для знати.

Король Балката наверняка слышал слухи о необыкновенной красоте Лии. Если он увидит её лично, то непременно попытается соблазнить. Нахмурившись, Ишакан подумал о жене — самой прекрасной женщине в мире.

Слишком долго он был вдали от дома. Он мечтал спокойно провести время с семьёй после возвращения, но теперь ему предстояло избавляться от мусора. Мысль о том, как мало времени у него будет для семьи, раздражала.

— Если бы они изначально не покупали курканских рабов, им никогда не позволили бы ступить на землю Эстии, — сказал Ишакан, переворачивая кинжал в пальцах. Лезвие сверкало, вращаясь в воздухе.

Он поймал его и снова подбросил, а затем резко остановился.

— Три дня.

Хабан моргнул, уверенный, что ослышался.

— Что?..

— Мы возвращаемся через три дня.

Пятнадцатидневный план превратился в длинные выходные. Ишакан поднялся.

— Принеси мой ятаган, — приказал он. Хабан всё ещё стоял с приоткрытым ртом. — Сегодня мы берём столицу Хербена.

Леша уже почти спал.

Сонными глазами он посмотрел на мать, и Лия погладила его мягкие волосы.

— Спокойной ночи, мама… — пробормотал он с сонной улыбкой и вскоре уснул.

Лия поцеловала его в лоб и тихо вышла из комнаты.

После переезда курканов во дворец Эстии многое изменилось. Комнаты королевской семьи теперь были оформлены в их стиле. Покои, которые Лия делила с Ишаканом, очень напоминали комнаты дворца Куркана: пространство разделяли дорогие ткани, повсюду лежали яркие подушки, стояли низкие кресла, жаровни и множество курительных трубок, привезённых Ишаканом.

Он часто сидел на перилах балкона, держа в пальцах длинную трубку. Подойдя к кровати, Лия невольно вспоминала всё, что было связано с ним, и пустая постель казалась слишком большой. Она медленно откинула одеяло и ощутила холод простыней.

Когда он был рядом, они никогда не казались холодными. Где бы ни находился Ишакан, рядом с ним всегда было тепло.

Отвернувшись от кровати, Лия подошла к небольшому столу с аккуратной стопкой документов. Она собиралась просмотреть их перед сном, но сосредоточиться было трудно. Мысли снова и снова возвращались к нему.

Он всё ещё так далеко.

Всего несколько дней назад она получила известие о падении королевства Хербен. С учётом расстояния, которое преодолела птица-вестник, ей было ясно: только дорога займёт не меньше недели. И это не считая всех дел, которые ему предстоит уладить, прежде чем покинуть покорённое королевство.

Не меньше десяти дней.

Лия отложила бумаги, пытаясь отогнать эти мысли. Накинув на плечи платок, она решила прогуляться по саду. Взглянув на себя в высокое зеркало, она вдруг улыбнулась.

Её лицо вспыхнуло румянцем. Повсюду были следы Ишакана. Всё вокруг напоминало о нём. Даже это зеркало.

Это было накануне рождения Леши. Тогда Лия рассеянно бормотала себе под нос всё, что читала о том, что должна знать будущая мать.

— …ребёнку будет трудно приложиться и пить, если соски будут твёрдыми…

В книгах советовали массировать их перед родами, чтобы сделать мягче, но это оказалось не так просто, как звучало. Лия несколько раз поднимала руки к груди и снова опускала. Сделать это самой было слишком неловко.

Но в тот момент появился человек, который был бы более чем готов ей помочь.

— Ишакан?

Ишакан занимает все её мысли (2)

Ишакан приподнял брови, услышав её голос. Подойдя к Лии, он поставил на стол поднос с приготовленными им закусками и мягко взял её за подбородок.

— Что случилось? — спросил он, внимательно всматриваясь в её лицо.

Лии было слишком неловко говорить. Молчание затянулось, и хотя она ничего не произнесла, взгляд Ишакана не отрывался от неё. Он никогда не заставлял её делать что-либо, но в вопросах, касавшихся её здоровья, был невероятно настойчив.

Теперь, когда беременность была на позднем сроке, он стал особенно непреклонен.

Она пережила слишком многое, получила слишком много травм и изначально была не слишком крепкой. Ишакан замечал малейшие изменения в её состоянии.

Он явно подозревал, что она что-то скрывает, и Лия не могла позволить ему волноваться. Когда она наконец сдалась и призналась, Ишакан расхохотался.

— Разве есть кто-то, кто сможет прикоснуться к тебе лучше меня? — спросил он, наклонив голову. — Или ты хотела, чтобы это сделал кто-то другой?

Лия схватила его за руку.

— Нет. Только ты.

Улыбка Ишакана стала дикой и собственнической, когда он сжал её грудь через одежду. Наклонившись, он коснулся губами её уха.

— Да… только я.

Его пальцы коснулись соска. Это едва ли можно было назвать массажем — скорее началом ласк. Тело Лии вспыхнуло от удовольствия, и она не смогла сдержать стон.

— Ах… ах…

Ишакан продолжал раздевать её, долго глядя на её побледневшую и налитую грудь, прежде чем склониться и поцеловать её.

Соски затвердели. Он осторожно потёр их кончиками пальцев, мягко потянул большим и указательным пальцами. Лия попыталась оттолкнуть его, но он поцеловал её, успокаивая, их языки переплелись.

Внезапно по её телу пробежала странная дрожь, плечи задрожали.

— Ах…

Она почувствовала, как что-то выступает на коже. Опустив взгляд, Лия в панике увидела белые капли на кончике соска.

Молоко.

Лия была потрясена. Это было естественно, но ей казалось невероятно неловким, и она не представляла, как к этому привыкнуть.

Ишакан же просто смотрел, как молоко стекает по его пальцам.

Лия не понимала, почему это кажется таким постыдно-интимным. Возможно, дело было в жаре его взгляда, в том, как молоко стекало по его коже. Казалось, он пьёт его глазами, и её живот напряжённо сжался, когда он склонился к её груди.

— Что ты делаешь?!

Он обхватил губами сосок и начал сосать так жадно, что она слышала звук его глотков. Подняв взгляд на её лицо, он провёл языком по губам и снова коснулся соска. Лия вспыхнула, встретившись с его взглядом.

— Дай ещё, — сказал он.

Она пыталась справиться сама, потому что знала, чем всё закончится. Лия обхватила его лицо ладонями.

— Нет… — прошептала она.

Но Ишакан не слушал. Он наклонил голову и коснулся губами другой груди.

— Почему ты это делаешь? — спросила Лия, краснея так сильно, что у неё кружилась голова.

Ишакан посмотрел на неё совершенно спокойно.

— Как отец, я должен убедиться, что мой ребёнок будет хорошо питаться.

И он снова склонился к её груди. Бёдра Лии непроизвольно сжались, и она застонала, закрывая лицо руками.

— Ты прекрасна, Лия, — прошептал он.

Она молча покачала головой, и Ишакан быстро поднял её на руки.

— Поверишь, если я покажу?

Он повернулся и поставил их перед зеркалом в углу комнаты. Лия коснулась холодной поверхности стекла, а позади неё ощущалось тепло тела Ишакана. Его рука легла на её грудь, лаская.

— Давай здесь.

Ишакан занимает все её мысли (3)

лаза Лии расширились, а лицо вспыхнуло, когда она увидела своё обнажённое отражение в зеркале.

— Прекрасна, правда? — прошептал Ишакан потрясённой жене.

Его твёрдое возбуждение тёрлось о её ягодицы, влажное от их близости. Он взял её за подбородок и повернул к себе, накрыв её губы поцелуем.

Пока их поцелуй становился всё более страстным, он медленно вошёл в неё. Его движения были осторожными, но наполненными желанием. Лия невольно подалась бёдрами навстречу, и из её груди вырвался тихий стон.

Он был так велик, что не мог войти полностью. Эта неглубокая близость сводила с ума ещё сильнее.

Лия попыталась отстраниться от жара, который захлёстывал её, инстинктивно прижавшись к прохладной поверхности зеркала. Когда её грудь коснулась стекла, молоко вновь выступило и оставило на нём белые следы.

— Ох!

Лия резко отпрянула, но капли уже стекали вниз. Её лицо вспыхнуло от стыда.

— Ишакан… пожалуйста…

— Тебе неловко? — тихо спросил он, касаясь губами её уха. — Может, добавить туда и мои следы?

Он был готов отстраниться, и от этой мысли у неё на глазах выступили слёзы. Лия поспешно покачала головой.

Он сжал её грудь, и молоко выступило вновь, в то время как его движения внутри неё стали чуть глубже. Странное сочетание ощущений заставило её тело дрожать.

Перед глазами всё плыло от наслаждения. Казалось, голова вот-вот расколется. Лия больше не могла сдерживаться, и с её губ сорвался стон:

— Хватит… ах…

Но, даже произнеся это, она всё равно двигалась навстречу ему. Ишакан глухо простонал и сильнее сжал её.

Она отчётливо чувствовала, как её тело откликается. Лия, тяжело дыша, смотрела на отражение в зеркале затуманенным взглядом. Картина казалась ей слишком откровенной.

Волосы прилипли к влажной коже. Грудь покраснела и налилась. Она едва могла поверить, что женщина в зеркале — это она.

А за её спиной стоял он — с напряжёнными мышцами, с взглядом, полным желания. Она не могла отвести глаз от его лица.

И в зеркале их взгляды встретились.

Его золотые глаза сверкали ярко и хищно, наполненные неудержимым желанием.

От этого взгляда по её телу пробежала дрожь — смесь страха и восторга. Его возбуждение обжигало её, словно огонь.

На губах Ишакана медленно появилась улыбка, и Лия опустила взгляд.

— Смотри на меня, — прошептал он. — Лия…

Ей пришлось поднять глаза.

— Наш малыш скоро появится на свет, — тихо сказал он. — Он заставил своего отца так долго страдать.

Он двинулся глубже.

— И мать тоже…

Она почувствовала, как его тело содрогнулось от нарастающего удовольствия. Рука, прежде сжимавшая её грудь, скользнула по животу, повторяя дорожку белых следов.

— Тебе нравится, когда я бываю грубым, — прошептал он. — Но мне стоит немного сдержаться…

Ишакан прикусил её за шею, крепко обнимая, затем поднял влажные пальцы к губам и медленно провёл языком по ним, не отрывая взгляда от её лица.

— Поэтому сейчас я сдержусь.

Ишакан занимает все её мысли (4)

Слёзы текли по её щекам от слишком сильного наслаждения. С губ срывались беспорядочные звуки, она уже не могла сдерживать стоны. Ишакан жадно ловил её губы поцелуями.

— А-а… Ишакан!

Лия была настолько захвачена ощущениями, что едва могла говорить. Снова и снова она просила его быть медленнее, но он не останавливался. Он довёл её до состояния, когда она стонала почти по-звериному, забыв о стыде.

— Мне… мне так хорошо…!

Услышав эти слова, Ишакан поцеловал её, мягко потянув пальцами за соски. Он не двигался резко, но даже его ровные, медленные движения сводили её с ума.

Она чувствовала, как его тело напряжено внутри неё, и непроизвольно сжалась сильнее. Он вздрогнул, а его зубы коснулись её шеи.

Лёгкая боль только усилила наслаждение. Лия дрожала на грани, непроизвольно прижимаясь к нему. Его сильные руки сомкнулись вокруг неё, и он прошептал ей на ухо:

— Лия…

Внутри неё вспыхнуло горячее тепло, и она выкрикнула его имя:

— А-а… Иша!

Её тело содрогнулось.

Вспомнив этот момент, Лия прикрыла рот ладонью. После той ночи она долго не могла заставить себя снова подойти к зеркалу. Каждый раз, глядя на него, она вспоминала ту сцену и взгляд Ишакана. От этих воспоминаний по коже пробегала дрожь.

Но вместе с тем в животе разливалось тёплое покалывание, и Лия вздохнула. Возможно, в её крови тоже есть что-то звериное. Иначе как объяснить, что она так часто думает о близости?

Побродив по комнатам, Лия вышла на балкон через стеклянную дверь, надеясь освежиться, не покидая покоев так поздно ночью.

Но и это не помогло отвлечься. Она лишь вспомнила, как Ишакан приходил к ней по ночам. Лёгкий стук камешков по стеклу, мужчина, входящий в её комнату так, будто она принадлежит ему. Странный незнакомец, переступивший все границы и в итоге завладевший её сердцем.

Она не могла перестать думать о нём. Его отсутствие было невыносимым, словно холодный ветер в сердце.

Прижав ладонь к груди, Лия подошла к шкафу и достала одну из его рубашек.

Она крепко прижала её к себе, затем стала вытаскивать всё новые вещи, жадно ища его запах. Разложив их на кровати, она легла среди одежды, вдыхая слабый аромат табака и знакомый запах его тела. От него её тело непроизвольно напряглось, и она уткнулась лицом в ткань.

Ишакан научил её доставлять себе удовольствие, но одна она никогда этого не делала. Не только из-за смущения — без него она почти не чувствовала желания.

Теперь ей оставалось только ждать и надеяться, что он вернётся как можно скорее. Она закрыла глаза.

— Ишакан… — тихо вздохнула она.

И вдруг замерла. Ей показалось, что за ней наблюдают. Её покои были одним из самых охраняемых мест во дворце. Даже Мура не могла войти сюда без разрешения, когда Лия уже легла спать.

По коже пробежали мурашки. Лия резко села и огляделась — и затаила дыхание.

В темноте сияли золотые глаза. Он смотрел на неё так, будто пробовал её взглядом.

Она выдохнула.

— Ох…

Сердце ускорило бег.

— Мне было интересно, чем занята моя жена, пока меня нет, — улыбнулся Ишакан. — Не ожидал такого тёплого приёма.

Ишакан занимает все её мысли (5)

Ишакан не мог бы быть более доволен, даже если бы Лия ждала его с подарком на день рождения. Лия замерла.

— Ишакан…? — наконец выдохнула она, с трудом ворочая онемевшим языком. Её глаза моргнули, не в силах поверить в увиденное. — Как ты… здесь?

Он должен был быть в Хербене. Она не могла поверить, что он стоит во дворце Эстии. Она ущипнула себя за руку, проверяя, не сон ли это.

Но он всё так же стоял перед ней, медленно приближаясь. Лунный свет из окна заслонило его огромное тело. Его тень накрыла её, когда он наклонился и приблизил лицо к её лицу.

— Ты мастурбировала? — тихо, с лукавой интонацией спросил он.

Только сейчас она вспомнила, что вытащила из шкафа целую кучу его одежды. Одна из рубашек выскользнула из её руки.

Её губы беззвучно приоткрылись, когда он подошёл ещё ближе. У неё было столько вопросов, но ни один не сорвался с языка. Вместо этого её взгляд опустился к выпуклости в его брюках, различимой даже в темноте. Она смотрела, словно загипнотизированная.

— Нет… не делала… — рассеянно ответила она.

— Почему?

Он надавил ей на плечи, и Лия упала на груду одежды, её серебряные волосы рассыпались вокруг. Ишакан навис над ней, упершись руками по обе стороны от её головы.

— Почему нет? — повторил он, глядя ей в глаза.

Она не ответила. Запах его табака смешивался с ночной прохладой, и она закрыла глаза.

— Моей жене, должно быть, было трудно сдерживаться, — прошептал он, касаясь губами её уха.

Щёки Лии вспыхнули, она прикусила нижнюю губу. Между бёдер уже разливалось покалывающее тепло. Её тело знало, что произойдёт дальше, и само готовилось принять своего мужа.

Она сходила с ума.

Это было бесстыдно, но подавить отклик она не могла. Ишакан выжег память о близости в её теле.

Во рту пересохло. Она открыла глаза. Ждать больше не могла. Она хотела спросить, как он вернулся так быстро, но вместо этого с её губ сорвались совсем другие слова:

— Просто… — прошептала она, обвивая его шею руками. — Войди в меня прямо сейчас.

Взгляд Ишакана вспыхнул. Его губы изогнулись в улыбке. Он освободил себя, задрал её ночную рубашку и сразу вошёл до основания.

— Аа…

Её глаза расширились, и стон вырвался наружу. Ишакан склонился, зарывшись лицом в её шею. Его дыхание щекотало кожу, язык коснулся её, и она вздрогнула под ним. Он поднял голову.

— Ты кончила, как только я вошёл? — улыбнулся он, глядя на её дрожащее лицо.

Она едва заметно кивнула. Ишакан крепко сжал её талию обеими руками и начал двигаться быстрее.

— Боже…! — вскрикнула Лия, перед глазами заплясали искры.

Она вцепилась руками в простыни, потом поняла, что сжимает его одежду. Он рассмеялся.

— Почему ты хотела валяться в одежде своего мужа?

— Я хотела… ах… — говорить было трудно, когда он так быстро двигался в ней. — Я хотела почувствовать запах…

Это звучало непристойно, но Лия решила не стыдиться и сказала правду мужчине, которого любила.

— Я хотела заняться с тобой любовью, но тебя не было… и поэтому я хотела твой запах…

Она прошептала признание, поднимая на него взгляд.

— Я люблю тебя, Ишакан…

Его брови нахмурились, взгляд стал острым.

— Ты сводишь меня с ума.

Ишакан занимает все её мысли (6)

Ишакан вышел из неё и начал грубо водить рукой по своему возбуждённому члену, скользкому от их смешанных соков. Его взгляд был прикован к Лии; он облизнул губы и тяжело задышал.

Его мышцы напряглись. Тело содрогнулось, и семя брызнуло из него, покрывая Лию от живота до груди.

— Ха…

Его грудь быстро поднималась и опускалась, дыхание постепенно замедлялось. Резкий запах его семени кружил Лии голову. Ишакан провёл пальцами по её коже, размазывая его по телу, словно отмечая её собой.

— Ты научилась говорить такие непристойности, пока меня не было?

— Мне ещё есть чему учиться, — прошептала она, краснея, и по одному облизала его пальцы, когда он поднёс их к её губам. Ишакан прикусил её тонкое запястье.

Лия извилась и в ответ укусила его за предплечье. Это напоминало укус маленького котёнка. Улыбаясь, Ишакан провёл членом между её бёдер.

— У меня накопилось слишком много…

Он снова затвердел, пульсируя. Его голос звучал низко и опасно.

— Я хочу тебя снова.

Лии было трудно прийти в себя. С тех пор как они были вместе, прошло много времени, и Ишакан не проявил ни капли снисхождения до самого конца. Лия была настолько возбуждена, что полностью отдалась ему. Они оба сходили с ума друг по другу.

Но после ей стало неловко.

Она лежала, ошеломлённо глядя в потолок, без сил, пока он осторожно вытирал её влажным полотенцем. Даже после того как он смыл всё, она всё равно ощущала его запах на своей коже. Щёки вспыхнули.

Отбросив полотенце, Ишакан наклонился и поцеловал длинные шрамы на её бёдрах. Эти раны когда-то были такими тяжёлыми, что она долго не могла ходить. Ишакан до сих пор целовал шрамы так, будто это был священный ритуал.

Его губы скользнули по длинной белой полосе на её бедре, затем он уткнулся лицом в её живот и глубоко вздохнул. Его дыхание щекотало кожу.

Лия провела рукой по его волосам и задала вопрос, который мучил её с того момента, как она его увидела:

— Как ты вообще попал в комнату?

— Ты оставила дверь открытой.

Она действительно открыла стеклянную дверь на балкон, чтобы проветрить.

— Почему ты оставила дверь открытой? — строго спросил он. — А если бы кто-нибудь проник внутрь?

— Кто смог бы попасть сюда при такой охране?

— Кто-то вроде меня.

— …

Лия понимала, что в этом споре ей не победить.

— Я буду закрывать дверь, — пообещала она. — Но ты ведь вернулся один?

Его руки крепче обняли её.

— Да.

— Это было трудно?

— Немного сложно. Я не спал нормально уже несколько дней.

Он несколько раз менял лошадей по дороге, мчась из Хербена в Эстию без остановок. Лишь изредка задерживался, чтобы разобраться с несколькими убийцами по пути.

— Я же просила быть осторожнее… — возразила Лия.

Ишакан лишь улыбнулся. Он понимал, что виноват, и усталость действительно читалась на его лице. Любой другой рухнул бы на полпути.

— Ты должен был вернуться безопасно, — мягко упрекнула она. — Пусть медленнее.

— Я не хотел, — ответил он, как непослушный ребёнок. Он слегка приподнял голову, положив щёку ей на живот. — Я скучал по тебе, Лия.

Простые слова тронули её сильнее всего. Она чувствовала то же самое.

— Я тоже, — призналась она тихо. — Я очень скучала.

— Я спешил ещё и потому, что в мой дом идёт вор, — пробормотал он, целуя её живот.

— Вор?

Он рассмеялся её удивлению.

— Поговорим об этом завтра. — Он лёг рядом и снова обнял её, будто не хотел отпускать ни на мгновение. — Я собирался подарить тебе розы, когда вернусь. Придётся сделать это завтра. Я очень спешил и решил, что ты предпочтёшь увидеть меня, а не розы.

Лия обняла его, уткнувшись лицом в его широкую грудь. Ишакан закрыл глаза мгновение спустя, с улыбкой на губах. Вскоре тихую комнату наполнило их ровное дыхание.

Доброе утро

Когда Лия проснулась, она всё ещё была в его тёплых объятиях, словно оплетённая лианами. Глядя на него, она улыбнулась.

Обычно он просыпался первым. Даже в редкие дни, когда она вставала раньше, Ишакан почти сразу открывал глаза. Она почти никогда не видела его спящим.

Но сейчас он не подавал никаких признаков пробуждения, и, наблюдая за ним, она поняла, насколько он на самом деле устал.

От этой мысли в груди защемило, и она осторожно коснулась его щеки. Внезапно ей вспомнилось, каким он казался раньше.

«……»

Когда-то его выражение лица пугало её. Возможно, оно почти не изменилось — разве что когда он смотрел на Лию, в его взгляде появлялась нежность. Но теперь, с закрытыми глазами и таким спокойным выражением, он казался… милым.

Никто бы не поверил. Он был таким грозным человеком. Но Лия была уверена, что любой, кто увидел бы его сейчас, согласился бы с ней. Ишакан выглядел таким милым.

И мысль о том, что кто-то ещё может увидеть его таким, вызвала у неё ревность.

Но он спал так только рядом с ней. Беззащитный. Единственный человек, с кем он делил душу, была его жена.

Не удержавшись, она нежно поцеловала спящего мужа. Его веки дрогнули и медленно открылись. В глазах уже светилась улыбка.

— Лия…

Он поцеловал её в макушку.

— Уже хочешь продолжения?

Его руки притянули её ближе, и она почувствовала его возбуждение. Они не раз просыпались и сразу отдавались друг другу, но прошлой ночью он довёл её до предела. И сейчас ей хотелось, чтобы он поспал ещё.

— Поспи ещё, — прошептала она.

— Если пообещаешь остаться со мной.

— Я всегда буду рядом.

Этого обещания оказалось достаточно, чтобы он снова закрыл глаза. Всё ещё в его объятиях, Лия вскоре снова уснула рядом с ним.

— Мама…

Этот шёпот разбудил её позже.

— Мама! — лёгкое тельце прыгнуло на неё. — Мама, просыпайся!

Лия зашевелилась, чувствуя щекочущие поцелуи на лбу, а затем внезапный укус в щёку. Раздался низкий голос:

— Леша.

Лёгкий вес рядом исчез, и Лия окончательно проснулась. Ишакан одной рукой поднял сына и щипнул его за щёку.

— Маму кусать нельзя.

— Папа её всё время кусает!

— Это могут делать только отцы, — ответил Ишакан.

Лия улыбнулась, наблюдая, как они спорят, и как Леша хмурится — точная маленькая копия своего отца.

— Я заботился о маме, пока папы не было, — похвастался мальчик, когда Ишакан закинул его на плечо. — И я охотился!

— На кого ты охотился?

— На бабочек! Но я их не обидел.

Он рассказал отцу, как подкрадывался к добыче, а потом решил отпустить её. Ишакан улыбнулся.

— Молодец. Ты получишь имя Кан.

Леша гордо засиял от похвалы, и обе пары золотых глаз одновременно посмотрели на Лию.

— Мама! — радостно воскликнул Леша. — Уже утро!

Ишакан опустил сына на кровать, и Леша тут же бросился к Лии, будто ждал этого объятия вечность. Лия поцеловала его в лоб и улыбнулась Ишакану.

— Доброе утро, — сказала она.

Когда они втроём вместе, иначе и быть не может.

Истинные намерения

Мура, похоже, вовсе не удивилась внезапному появлению Ишакана. Вероятно, она ожидала, что он вернётся раньше своей армии.

— Вы хотите позавтракать с семьёй? — спросила она, подходя к Лии с тазом воды, чтобы та могла умыться. — Они оба ждут вас.

Разумеется, Лия хотела позавтракать вместе. Умывшись, она быстро оделась и поспешила в столовую. Еда уже стояла на столе, но к ней никто не притронулся. Похоже, Леша и Ишакан ждали именно её.

Стоило Лии сесть, как она сразу начала есть. В Эстии блюда подавали по одному, в строгом порядке. Но когда она ела с Лешей и Ишаканом, они придерживались курканских традиций — и ей это нравилось гораздо больше. Вид полного стола создавал ощущение, что можно есть сколько хочется.

Лия понимала почему. Раньше её держали на строгой диете, и она жила так настолько долго, что до сих пор ела намного меньше обычного человека.

Теперь ей нравилось есть свободно, после стольких лет подавления голода. И было приятно смотреть, как муж и сын едят с таким аппетитом. Вид Леши, который с энтузиазмом вгрызался в индюшачью ножку, только усиливал её собственный аппетит.

С возвращением Ишакана Лия впервые за долгое время ела по-настоящему сытно, и Мура улыбалась, подавая ещё блюда и наблюдая, как пустеет тарелка королевы.

— Король Балката нацелился на тебя, — сказал Ишакан, аккуратно отделяя мясо от костей ножом.

— Чт… что? — Лия часто заморгала от неожиданности.

Он не мог рассчитывать убить Ишакана, значит, намеревался убить её.

На самом деле покушений было немало — союз Куркана и Эстии представлял серьёзную угрозу для остальных королевств континента. Но в последнее время попыток покушения на Лию не было благодаря политике Ишакана в отношении наёмных убийц.

Всех их жестоко наказывали и пытали, выясняя, кто их нанял. Но тех, кто покушался на Лию, ожидала особая участь.

Однажды Ишакан пришёл в такую ярость, что вместе со всей армией отклонился от маршрута, чтобы посетить королевство, отправившее убийц. Поскольку к преступлению была причастна королевская семья, их публично обезглавили перед дворцом.

Этого оказалось достаточно, чтобы больше никто не пытался убить Лию.

Конечно, сама Лия ни разу не видела убийц. Курканы обнаруживали и устраняли их задолго до того, как они могли приблизиться к ней.

Поэтому было трудно поверить, что король Балката решится на столь глупый шаг, когда остальные уже усвоили урок.

— Почему он решил сделать такую глупость? — задумчиво произнесла она. — Он должен знать, что случилось с остальными.

Она замолчала, увидев улыбку Ишакана.

— Всё не так, — сказал он.

Лия наклонила голову.

— Тогда как?

— Он заинтересован в тебе.

Лия внезапно вспомнила слухи о короле и королеве Балката.

— …Ах.

Только теперь она поняла, что он имел в виду. Леша поднял голову, щёки были надуты от еды, как у бурундука. Он проглотил кусок.

— Плохие люди хотят обидеть маму? — спросил он. Он ещё не до конца понимал разговор взрослых, но хорошо чувствовал их настроение.

Ишакан улыбнулся.

— Да.

— Нет! Нельзя обижать маму, я на них поохочусь!

Он выглядел очаровательно с руками на бёдрах, но в золотых глазах вдруг вспыхнул тревожный блеск.

Он был точной копией своего отца.

Лия взглянула на Ишакана — тот смотрел на сына с гордостью.

В любом случае, переживать было не о чем. Она встретится с королём Балката лишь публично, на банкете, где курканы будут защищать её, как железная стена. У Ишакана не было причин беспокоиться.

Но эта уверенность вскоре исчезнет.

Опасные игры

Банкет в честь победы над Хербеном пришлось отложить до прибытия остальной армии Куркана. Это должно было стать грандиозным, торжественным событием, и устраивать его сейчас, лишь потому что Ишакан вернулся один и гораздо раньше остальных, было бы неправильно.

Посланники из Балката сообщили, что скоро прибудут, и у Лии появилось немного свободного времени, чтобы провести его с семьёй.

Каждое утро Ишакан приносил ей букет цветов, которые сам срезал и аккуратно подготавливал. Он всегда тщательно удалял все шипы.

Ему нравилось делать что-то для неё своими руками. Каждый раз, принимая от него цветы, Лия невольно улыбалась его преданности. А затем он обязательно говорил что-нибудь, чтобы смутить её.

— Ты красивее всех этих цветов, — произносил он совершенно серьёзно, глядя на неё так, будто перед ним было самое прекрасное существо в мире.

И каждый раз её щёки заливались румянцем.

Лия подозревала, что цветы он приносит именно ради этого.

А когда он не дразнил жену, Ишакан много времени проводил с Лешей.

Мальчик был в восторге. Лия всегда была спокойной, но Ишакан играл с сыном неожиданно жёстко. Наблюдать за ними было достаточно, чтобы у Лии начинало колотиться сердце.

Сначала их игры казались просто грубыми, затем становились опасными, а последняя и вовсе была тяжело переносима. Они играли с луком и стрелами.

Леша бежал по полю, а Ишакан стрелял в него. Мальчик должен был уклоняться от стрел, пока не добежит до флага, который отец воткнул в землю.

Наконечники стрел были обмотаны тканью, чтобы смягчить удар. Леша мчался по земле, уворачиваясь от одной стрелы за другой, пока одна всё же не попала в него.

Мальчика сбило с ног.

— Леша!

Лия, наблюдавшая из тени дерева, вскрикнула. Но Леша быстро вскочил на ноги, и облегчение захлестнуло её, когда он снова побежал.

Похоже, для курканов это было естественно. Лия не понимала их мира. Для неё это больше походило на боевую подготовку, чем на игру, но она решила не вмешиваться. Леше это приносило радость.

Через несколько дней Ишакан решил взять сына на настоящую охоту. С новым небольшим кинжалом на поясе Леша был полон решимости.

— Мама! Я поймаю для тебя большую добычу!

Он широко развёл руки, показывая размеры будущего трофея, и Лия погладила его по щеке.

— Ничего страшного, если не поймаешь. Просто будь осторожен.

Леша надулся. По его лицу было ясно, что он намерен добыть самого большого и свирепого зверя, чтобы доказать матери своё мастерство. Но Лия всё равно повторила наставление, обращаясь к Ишакану:

— И ты тоже будь осторожен. Не поранься.

Сказав это, она поняла, насколько бессмысленно звучат её слова. Ишакан улыбнулся.

— Давно мне никто такого не говорил.

Животные боялись курканов, инстинктивно чувствуя в них высшего хищника. Даже волки старались держаться от них подальше.

— Я всегда волнуюсь за тебя, — сказала Лия.

Ишакан обнял её.

— Может, пойдёшь с нами? Если ты пойдёшь, я буду охотиться только на кроликов.

Когда она не ответила, он вдруг поднял её на руки.

— Ишакан! Поставь меня.

— Не уверен, что смогу, — сказал он. Он прекрасно знал, что у неё сегодня работа, но делал вид, будто никогда о ней не слышал. — Подумываю похитить тебя.

Он поцеловал сопротивляющуюся жену, перехватив её руки, когда она попыталась его оттолкнуть. Лия смягчилась, улыбнулась и провела ладонью по его щеке.

— Когда я закончу работу сегодня… я сделаю всё, что ты захочешь.

Книжная лавка (1)

Ишакан вздохнул, прижавшись лбом ко лбу Лии.

— Такими словами нельзя разбрасываться.

— Я говорю их только тебе.

Он удовлетворённо улыбнулся и поставил Лию обратно на пол.

— Я скоро вернусь, — сказал он. — Надеюсь, моя жена тоже.

Она проводила его улыбкой.

Лия покинула дворец, Мура шла рядом. Обе были в длинных плащах с капюшонами, скрывающих лица. Более того, Лия выпила зелье, приготовленное Моргой, чтобы временно изменить цвет глаз и волос.

Давно она не скрывала личность подобным образом. Идя по оживлённым торговым улицам, Лия внимательно оглядывалась по сторонам.

В Эстии рабство было полностью искоренено, но это, к сожалению, породило новые проблемы. Купцы, лишившиеся прежнего источника дохода, начали искать другие способы заработка.

Самой тревожной из последних проблем стала подделка монет.

Фальшивые монеты изготавливали, переплавляя серебряные монеты, отчеканенные по приказу Лии, а затем отливая их заново с добавлением примесей. Подделки весили столько же, сколько настоящие, поэтому их нельзя было выявить даже на весах. Единственным отличием была едва заметная потеря чёткости в узорах. Различить это мог только опытный глаз.

Сейчас они пытались выяснить, насколько широко распространились подделки. И Лия, как всегда, не желала полностью перекладывать это дело на подчинённых, поэтому проверяла всё лично.

Она покупала разные мелочи в нескольких лавках, получая сдачу серебром. К счастью, все полученные монеты оказались настоящими.

— Это сложно… — покачала головой Мура, шагая следом с покупками в руках. Она не могла отличить поддельные монеты от настоящих. — Со временем и настоящие стираются. Как ты их различаешь?

— Узор немного отличается. Особенно вот здесь…

Лия подробно объяснила, но курканке всё равно было трудно уловить разницу.

— Зайдём в ту книжную лавку, — предложила Лия с улыбкой. — А потом остановимся выпить чаю и перекусить.

— Отличная идея.

Мура всегда радовалась, когда Лия сама предлагала поесть, и направилась к лавке с воодушевлением. Подойдя к дверям, Лия попросила её подождать снаружи.

В книжной лавке было всё — от древних фолиантов до новинок. По подборке было ясно, что владелец любит истории. Лия могла бы просто приказать доставить книги во дворец, но ничто не сравнится с удовольствием выбрать их самой. Ей нравилось медленно проходить вдоль полок, пробегая глазами по названиям.

Стоило ей войти, как она улыбнулась. Запах книг успокаивал. Однако сразу стало заметно, что внутри никого нет. Похоже, хозяин ненадолго отлучился.

Таблички о закрытии не было, поэтому Лия решила подождать, просматривая книги. У Муры снаружи была сигара, так что времени хватало.

Переходя от полки к полке, рассматривая новые издания, прибывшие из-за границы, она услышала шаги.

— …!

За прилавком, в пустом кресле, сел мужчина со светлой кожей и в очках.

— Вы ищете какую-то определённую книгу? — спросил он с лёгкой улыбкой.

Хозяин лавки был пожилым человеком сгорбленной спины и тростью.

— Вы временно управляете лавкой? — спросила она, внимательно рассматривая мужчину.

В его глазах мелькнул интерес.

— Почему вы так решили? Возможно, владелец сменился.

Ему, похоже, было забавно её предположение. Лия решила подыграть. Вряд ли он ответил бы прямо.

— Ваши очки стоят дорого — простолюдин не смог бы их позволить. У вас прямые волосы, ухоженные руки… и вы пахнете духами.

Он даже не моргнул за стеклом очков, пока она это перечисляла. Лия продолжила, не отводя взгляда:

— Возможно, вы дворянин, который по прихоти решил какое-то время поработать здесь.

Книжная лавка (2)

По манере речи мужчина казался иностранцем, но Лия решила не высказывать это вслух.

Мужчина вдруг рассмеялся.

— Это правда, — сказал он. — Впрочем, и вы не выглядите обычной женщиной.

Лия лишь улыбнулась. Поскольку хозяин лавки, похоже, возвращаться не собирался, она просто назвала книгу, которую искала.

— У вас есть восьмой том «Классической нумизматики»?

— Если вы можете читать эту книгу, значит, вы владеете древними языками, — с удивлением ответил он.

— …Немного знаю.

Королевская семья Эстии была обязана изучать множество древних языков, чтобы читать старинные тексты. Но только Лия отнеслась к этому серьёзно. Эти языки были сложны даже для учёных.

А теперь она осталась единственной выжившей представительницей династии.

— Это впечатляет, — сказал мужчина, вырывая её из размышлений. Его лицо оживилось. — Вы читали «Монархия, государство и политика»? А «Честную интерпретацию»?

Голос его звучал быстро, возбуждённо.

— Читала обе.

Он явно был готов продолжать разговор.

— Вы собирались принести книгу? — мягко напомнила Лия, прежде чем он успел задать ещё вопрос.

— Прошу прощения, я немного увлёкся, — неловко улыбнулся он. Поднявшись из-за прилавка, он прошёл мимо неё. — Подождите минуту…

Мужчина что-то бормотал, перебирая книги на полке за её спиной. Лия посмотрела на стопку у кассы. Это были в основном лёгкие романы, рассчитанные на случайного покупателя. Один заголовок привлёк её внимание.

«Съешь меня…?»

Странное название. Лия пробежала глазами первые строки. Похоже, героиня одолжила деньги у главного героя — пугающе красивого мужчины. Затем начались неприятности. На первый взгляд это напоминало нравоучительную историю о важности осторожности в денежных делах.

Но вскоре интерес угас. Почти все персонажи казались ей психически нестабильными. Даже главного героя нельзя было назвать нормальным. Лия покачала головой и положила книгу обратно.

Вдруг позади послышался шум. Лия резко обернулась.

Чья-то рука схватила её, потянув к себе. Она зажмурилась, потеряв равновесие и ожидая удара о пол.

Но вместо падения её удержали.

Медленно она открыла глаза и встретилась с его взглядом. Капюшон слетел с головы, и мужчина смотрел на неё сверху вниз, губы слегка приоткрыты. Лия отвела взгляд.

Он потерял равновесие на лестнице, когда тянулся к книге на верхней полке, и, чтобы не упасть, схватился за её плащ. К счастью, он успел восстановить равновесие и удержать их обоих.

Но Лию смущало, как близко он её держал — настолько крепко, что, казалось, на коже могли остаться следы от его пальцев.

— Отпустите меня, — сказала она холодно.

Даже если это была случайность, в её голосе прозвучала отчуждённость.

Он медленно разжал руки.

— …Простите, — произнёс он запоздало и неуверенно.

— Сколько стоит? — спросила Лия, забирая у него книгу и вновь надвигая капюшон.

Он запинаясь назвал цену. Лия положила деньги на прилавок и ушла, не дав ему возможности продолжить разговор.

— Лия!

Мура улыбнулась, когда Лия подошла к ней, шагая медленно. Лия уже не хотела идти в кофейню. Ей хотелось лишь вернуться во дворец.

Внезапно она остановилась, взглянув на название книги в своей руке.

— Ха…

Она вздохнула вслух, на мгновение забыв о сдержанности.

Книжная лавка (3)

Мужчина назвал ей неверную цену. Лия заплатила значительно меньше, чем должна была. Если он будет вести дела так и дальше, лавка быстро разорится.

Ей было трудно представить, почему магазин доверили именно ему. Ещё раз проверив цену книги, Лия достала две серебряные монеты.

— Мура, подожди немного, — сказала она. — Продавец ошибся с ценой…

Оставив книгу Муре, она вернулась в лавку, но за прилавком никого не было. Она уже собиралась позвать, когда заметила приоткрытую заднюю дверь, ведущую в боковой переулок.

Выйдя наружу, она увидела мужчину: он стоял в переулке и курил сигару, бездумно глядя в небо. Этот вид неожиданно напомнил ей Ишакана, и она на мгновение остановилась, невольно наблюдая за ним.

Но вскоре её брови нахмурились. Его белые руки, пересечённые тонкими венами, выглядели совсем иначе. И запах сигары был совершенно другим — резким и неприятным, от него защипало в носу.

Лия задержала дыхание и быстро подошла, протягивая две монеты.

— Вы неправильно назвали цену за книгу.

Он нисколько не удивился её появлению.

— О, большое спасибо, — спокойно сказал он, небрежно принимая монеты.

Это насторожило её. Неужели он ошибся намеренно? Возможно, хотел, чтобы она вернулась. Но зачем?

Мужчина бросил окурок на землю и раздавил его каблуком. Похоже, он хотел продолжить разговор, но Лия не видела причин задерживаться и повернулась, чтобы уйти.

— Я пойду.

— Подождите, — он мягко перехватил её за рукав. — Может, выпьем чаю? Здесь неподалёку есть хорошая кофейня.

Он улыбался.

— Простите, меня ждёт муж, — спокойно ответила Лия. — И у меня есть сын. Вам не стоит ухаживать за замужней женщиной.

— Вы так строги, — заметил он с лёгкой улыбкой. — Я всего лишь хотел поговорить.

Его улыбка была такой невинной, что Лия на мгновение смутилась, будто сделала поспешный вывод.

— Не часто встречаешь человека, владеющего древними языками, — продолжил он. — К тому же нам нравятся одни и те же книги.

Лия невольно кивнула. Это было правдой. Но мужчина сделал шаг ближе, оказавшись на расстоянии, которое заставило её насторожиться.

— Когда вы придёте снова? — спросил он.

Ещё один шаг — и она бы отстранилась.

— Не знаю.

— Мне хотелось бы быть здесь, чтобы поговорить с вами.

В его голосе звучала искренность. Он производил впечатление мягкого, спокойного человека — легко представить его за столом с книгой в руках.

Даже сквозь свободную одежду было видно, что он крепок. Она почувствовала силу его рук, когда он удержал её от падения. Вероятно, он был и очень умен.

Лия мельком посмотрела в его глаза за стёклами очков. Улыбка отражалась в них, придавая ему безобидный вид. Но чем дольше она всматривалась, тем сильнее росло беспокойство.

— Может быть, через пятнадцать дней, — произнесла она первое пришедшее в голову число, зная, что в ближайшее время не вернётся сюда. — Если представится возможность, мы увидимся.

Ей не нужно было говорить правду; скорее всего, они больше никогда не встретятся. Это был самый быстрый способ завершить разговор.

Она вышла из переулка, не оборачиваясь.

Мужчина тихо усмехнулся, провожая её взглядом.

— …Хм. — пробормотал он. — Она мне нравится.

Ревность (1)

Король Балката Херод был человеком блестящего ума. Он жаждал знаний так же сильно, как и секса.

Он с нетерпением ждал поездки в Эстию, потому что считал, что там сможет удовлетворить оба желания: найти экзотические знания и новых женщин. Лучше и быть не могло.

Он отправился в Эстию тайно, чтобы несколько дней не встречаться с королевой Балката.

Сразу по прибытии он проводил вечера в квартале красных фонарей Эстии, а на рассвете бродил по книжным лавкам. Днём он читал книги и собирал сведения о королевской семье.

Найдя понравившийся книжный магазин, он арендовал его целиком на время своего пребывания.

Именно там он тихо читал книгу, когда услышал, как открылась дверь. Решив, что вернулся хозяин лавки, он вышел к прилавку — и увидел женщину.

Он забыл повесить табличку «Закрыто», чтобы на несколько дней отгородиться от посетителей. Но звук её голоса пробудил в нём интерес, и Херод решил принять её как гостью. К тому же она оказалась не просто любительницей книг — она знала древние языки.

Он хотел увидеть её лицо.

На самом деле он ничего не ожидал — ему просто было любопытно, кому принадлежит этот голос. Поэтому он сделал вид, что теряет равновесие, и схватился за её капюшон, наконец открыв её лицо. Это оказалось вишенкой на торте.

Он никогда не видел такой красоты. Но ещё сильнее, чем совершенство её лица, его поразило выражение, которое появилось на нём, когда она смутилась. Он не мог забыть дрожь её взгляда и то, как быстро она взяла себя в руки. Эта внезапная холодность потрясла его.

Она определённо была женщиной его вкуса.

Его немного разочаровало, что её глаза и волосы оказались обычного коричневого цвета; он решил, что ей пошли бы более яркие оттенки. В будущем он хотел бы, чтобы она перекрасила волосы.

В Эстии было много красивых женщин, и он лишь надеялся, что королева окажется не хуже той красавицы из книжной лавки. Ему было любопытно, почему столь многие могущественные мужчины рисковали жизнью ради неё.

Но даже если королева была прекрасна, он не верил, что она сможет затмить женщину, которую он встретил. Сам того не заметив, он стал думать о королеве куда меньше.

Он хотел узнать больше о женщине из книжной лавки. Она пыталась поставить границу, сказав, что замужем, но для него это было даже лучше. В Эстии так ценили чистоту невест, что только замужняя женщина могла осмелиться на роман на стороне.

Он не понимал, как она смогла сохранить такую красоту после рождения ребёнка. Но чем больше он представлял её дыхание от удовольствия, тем сильнее хотел оказаться с ней в постели.

Было очевидно, что она солгала на прощание, но найти такую дворянку в узком круге аристократии будет нетрудно.

Нужно лишь немного подождать — и она станет его. Херод был спокоен. Он всегда получал то, чего хотел.

Лия задумалась, чем сейчас занимается мужчина из книжной лавки.

Ей было любопытно. Он выглядел дворянином или богатым торговцем из другого королевства, и она подумала, что он может быть связан с подделкой монет. Он не походил на обычного человека.

Если он часто появляется в книжной лавке, выяснить о нём больше будет несложно.

Вернувшись во дворец, Мура не отходила от Лии.

— Я подготовлю ванну, — сказала она.

— Позже, — ответила Лия. — Сначала мне нужно заняться срочными делами.

Мура последовала за ней в кабинет и, наклонившись, украдкой принюхалась к королеве. Удовлетворённо кивнув, она взглянула в окно, проверяя положение солнца.

Погружённая в мысли, Лия ничего этого не заметила. Она села за стол и достала серебряные монеты, собранные за день, чтобы внимательно их осмотреть. Как она и ожидала, все оказались настоящими.

Похоже, подделки ещё не распространились широко — это совпадало с докладами её следователя. В следующий раз нужно будет проверять не оживлённые торговые улицы, а более скрытые районы города.

Ревность (2)

«……»

Блеск исчез из глаз Лии. Работорговлю удалось искоренить с огромным трудом — и вот теперь появились фальшивые монеты.

Фальшивомонетчики пожалеют о своём преступлении, когда она их поймает. Их казнят на городской площади. Показательное наказание, чтобы никому больше и в голову не пришло повторить это.

Достав чистый лист бумаги, Лия написала письмо графу Вальтейну: изложила свои наблюдения о поддельных монетах и попросила разузнать о мужчине из книжной лавки.

Запечатав письмо воском, она отложила его в сторону. Она уже собиралась идти принимать ванну, когда дверь кабинета распахнулась.

— Мама!

В дворце Эстии был только один человек, способный поднимать такой шум.

— Леша!

Хотя ему часто напоминали о правилах поведения, в моменты волнения он всё забывал. Лия решила отложить наставления на потом.

— Ты сегодня рано вернулся.

— Я бежал, потому что скучал по маме! — сказал он, подбегая к её креслу и протягивая добычу. — Смотри, смотри, мама!

Птица, которую он подстрелил, была почти с него ростом — а если бы расправила крылья, возможно, и больше.

— Смотри, я вот так сделал!

Леша прошёлся по комнате, показывая, как подкрался к птице на земле и свернул ей шею. Его глаза блестели дикой радостью. Чем старше он становился, тем очевиднее становилась курканская кровь в его жилах.

Обычными человеческими мерками его судить было нельзя. Лия наклонилась и похвалила маленького охотника.

— Отлично. Ты настоящий куркан.

Когда она погладила его по голове, глаза Леши расширились, и он обеими руками водрузил мёртвую птицу на её стол.

— Мама! Для мамы по… по… подарка!

— Спасибо, Леша, — ответила Лия, пока Мура подтолкнула мальчика. Даже если птица не кровоточила, класть добычу на стол королевы было невежливо.

— Леша, так нельзя…

Мальчик надул щёки, глядя на неё.

— Может, приготовим её на ужин? — быстро вмешалась Лия. — Мы съедим добычу, которую ты поймал.

— Я приготовлю её как следует, — кивнула Мура. — И расскажу всем во дворце о его первой добыче, чтобы знали, какой он смелый охотник.

— Да! — радостно согласился Леша, отдавая птицу Муре.

Она взяла птицу одной рукой, а другой — руку мальчика.

— Вам нужен душ, мой принц, — сказала она. Леша был весь в грязи.

Когда они вышли, Лия удивлённо увидела Ишакана, прислонившегося к дверному косяку.

— Ишакан… когда ты пришёл?

Он криво улыбнулся, пока Мура поспешно проскользнула мимо него с Лешей и закрыла дверь.

В кабинете остались только Лия и Ишакан. Обычно он сразу подходил, целовал её и рассказывал о своём дне. Но сейчас он молча смотрел на неё.

— Почему ты молчишь? — осторожно спросила Лия, поднимаясь.

— Сядь.

Лия мгновенно снова опустилась в кресло. Ишакан подошёл и упёрся ладонями в стол по обе стороны от неё. Его тень накрыла её, и ей пришлось запрокинуть голову, чтобы встретиться с ним взглядом.

Он наклонился и уткнулся лицом в её шею. Кончик его носа коснулся кожи, и её плечи вздрогнули. Ишакан медленно вдохнул, и Лию охватила странная тревога. Она застыла.

Вдруг она почувствовала себя загнанной добычей.

Его голос прозвучал низко:

— От тебя пахнет табаком, — сказал он, поднимая на неё полуопущенные глаза. В золотых зрачках вспыхнул свет, и он улыбнулся, обнажив зубы. — И это не мой запах.

Ревность (3)

Мысли Лии на мгновение рассыпались. Настроение Ишакана было таким необычным, что в голову вдруг закралась безумная мысль…

…неужели я изменила ему и просто забыла?

Нет. Это нелепо. Лия попыталась собраться. Она всего лишь встретила того мужчину в книжной лавке. Запах его сигары мог остаться на одежде после короткого разговора.

К тому же с момента визита прошло уже достаточно времени, и она находилась рядом с ним совсем недолго, пока он курил. Украдкой Лия втянула воздух. Она ничего не чувствовала. Чтобы уловить такое, нужны были звериные чувства.

В любом случае объяснение было простым. Она подняла взгляд на Ишакана. Его улыбка всё ещё изгибала губы, и от этого по коже побежали мурашки.

Ишакан не сомневался в её верности. Они были парой, связанной душами. Их союз был неразрывным.

Но это не означало, что он позволит кому угодно приближаться к ней. Те, кто не знал его близко, считали, что он не ревнив, потому что внешне он всегда выглядел спокойным. Но те, кто знал его по-настоящему, понимали — он ревнив до крайности.

К людям с добрыми намерениями он относился спокойно. Но если кто-то приближался к ней с желанием, он чувствовал это инстинктивно. В этот раз, не зная никаких обстоятельств, он уловил всё по одному лишь запаху чужого табака на её одежде. Это было похоже почти на колдовство.

Раздумывая, как разрядить ситуацию, Лия решила, что поцелуй не повредит. Она взяла его за лицо и коснулась губами его губ. Ишакан без колебаний ответил.

Его язык сразу проник в её рот, и после короткого, но горячего поцелуя они отстранились.

— Похоже, на мне остался запах сигары хозяина книжной лавки, — сказала она.

— И?

— Значит, тебе нужно перекрыть его своим запахом.

Ишакан усмехнулся её неловкой попытке соблазнения. Подняв её на руки, он перенёс её к дивану. Его пальцы начали расстёгивать пуговицы её платья, медленно обнажая кожу… и вдруг замерли.

«……»

Он смотрел на что-то.

Лия вздрогнула, поняв, что именно он увидел.

На её руках остались следы от пальцев.

И тогда она вспомнила то, о чём совсем забыла. Мужчина из книжной лавки удержал её слишком крепко, когда она чуть не упала.

Теперь оправданий не находилось. Даже будь у неё сто ртов, она не смогла бы произнести ни слова.

Глаза Ишакана сузились. Но он не закричал. Он прошептал:

— Похоже, Мура не хочет сохранить своё место.

Лию охватил страх.

— Это не её вина, — быстро сказала она. — Я сама попросила её не держаться слишком близко.

Она подробно рассказала всё, что произошло: как мужчина в книжной лавке потерял равновесие и схватил её, чтобы не упасть. Постепенно золотое свечение в глазах Ишакана потускнело.

Внутри Лия облегчённо выдохнула. Она не знала, что он сделал бы с тем человеком, но Муру нужно было спасти.

В тот же миг её платье было разорвано — звук ткани эхом отразился в кабинете. Большие ладони Ишакана легли ей на бёдра, пальцы провели по тонким белым линиям шрамов.

— Лия.

Он наклонился, поцеловал шрам, затем легко укусил, оставляя след зубов поверх старой отметины.

— Не позволяй никому больше оставлять следы на твоём теле, — прошептал он, касаясь отпечатков пальцев на её руках. — Только я могу тебя помечать.

Лия медленно кивнула. Он улыбнулся. Он знал, что ей жаль.

— Тогда сначала займёмся этими следами.

Ревность (4)

Роясь в ящиках своего кабинета, Ишакан искал мазь. Кожа Лии была слишком нежной, и он хотел обработать синяки как следует.

Она сидела у него на бёдрах в ночной рубашке, пока он осторожно наносил мазь на следы на её руках, а затем поцеловал её в щёку.

— Когда дело касается тебя, я всегда перегибаю палку.

— Прости. Я не хотела тебя тревожить…

Лия прикусила губу, и его длинный палец мягко коснулся её губ, разглаживая след укуса.

— Тебе не за что извиняться, — сказал он и опрокинул её на диван, раздвигая ей ноги. В голосе звучала игривая угроза. — Я собираюсь сделать много такого, за что потом придётся извиняться мне.

Сидя на подоконнике, Ишакан держал в пальцах длинную трубку. Курканы стояли неподалёку с напряжёнными лицами, пока он молча курил.

После тягостной паузы дверь открылась, и в комнату осторожно вошла Мура.

«……»

Медленно она подошла к нему и остановилась перед ним. Ишакан едва заметно махнул рукой, и курканы тут же покинули комнату, оставив Муру одну.

Она сразу опустилась на колени, склонив голову в ожидании приговора.

— На руках Лии были следы.

Лицо Муры побледнело.

Воздух в комнате словно сгустился и давил на плечи. Её губы дрогнули, слова с трудом пробились сквозь сжатое горло.

— Ишакан…

По телу пробежала дрожь, на глаза навернулись слёзы. Он поднял трубку к губам и холодно посмотрел на неё.

Под этим взглядом становилось трудно дышать. Наконец Ишакан тихо вздохнул, и Мура ударилась лбом о пол, расколов мрамор. Кровь потекла по камню.

— Простите. Лия ни в чём не виновата. Это моя вина, моя недоработка как её фрейлины…

Кровь смешивалась со слезами, но боли она не чувствовала.

— Прошу, дайте мне шанс искупить вину.

Уголки губ Ишакана медленно приподнялись.

— Лия очень ценит тебя.

Мура затаила дыхание, ожидая продолжения.

— Надеюсь, ты больше не разочаруешь меня, Мура.

Её глаза широко раскрылись — он давал ей второй шанс.

— Я расскажу, что удалось узнать, — поспешно сказала она.

Она не пропустила запах табака на Лии. По дороге из книжной лавки она почувствовала его и знала, что настоящий хозяин лавки не курит.

Сначала она не придала этому значения, но всё же после возвращения во дворец отправила нескольких курканов проверить книжный магазин. Она не пыталась оправдываться: факт оставался фактом — кто-то оставил следы на королеве Куркана.

— В городе недавно появился иностранец, — сказала она. — Вечерами он бывает в квартале красных фонарей, а днём проводит время в книжной лавке. Там он уже стал известен: говорят, каждую ночь у него новая женщина. Он арендовал книжную лавку, чтобы спокойно читать в одиночестве.

Странное сочетание.

Мура закончила более опасным предположением:

— Я не уверена, но… возможно, это король Балката.

Губы Ишакана искривились. Все были слишком заняты завоеванием Хербена и упустили из виду перемещения короля Балката.

Кто бы мог подумать, что король тайно проберётся в Эстию один?

— Мирные переговоры обещают быть интересными, — тихо произнёс Ишакан.

Истинная личность (1)

Лия удивилась, увидев Муру с перевязанным лбом. Та каким-то образом умудрилась получить травму за ночь.

— Мура! — воскликнула Лия. Она не могла поверить, что это был несчастный случай, учитывая ловкость Муры. Единственным объяснением казалось наказание от Ишакана.

Но как он мог так поступить после того, как накануне Лия так настойчиво её защищала? Пока она обдумывала это предательство, Мура сама всё объяснила.

— Я сделала это сама, — сказала она, защищая Ишакана. — Я плохо о вас позаботилась. Не волнуйтесь, скоро всё заживёт, — добавила она уже мягче.

— Но…

— Это вопрос моей чести, — упрямо ответила Мура.

Лия догадалась, что она имела в виду. Синяки на её руках нельзя было считать исключительно виной Муры. Скорее всего, Ишакан даже не считал её виновной.

Это Лия взяла ответственность на себя. Если бы она тогда не вмешалась, Мура наверняка потеряла бы место старшей фрейлины.

— Я не хочу потерять свою должность. Ни за что, — сказала Мура. — И тот мужчина из книжной лавки заплатит за причинённый вред.

Через несколько дней курканская армия наконец вернулась в Эстию после завоевания Хербена. Ничего особенного больше не произошло, если не считать того, что Мура ударила Хабана за насмешки над её перевязанным лбом.

Наконец во дворец прибыли послы Балката.

Их встретил тихий дворец.

Лия не вышла приветствовать их лично. Вместо этого она отправила графа Вальтейна, чтобы избежать возможных недоразумений.

Они всего лишь пытались спасти свои жизни, предлагая вернуть курканских рабов в обмен на мир. Лии не нужно было выстраивать с ними личные отношения. Всё закончится после банкета этим вечером.

Убедившись, что короля и королеву Балката сопроводили во второй дворец, Лия вернулась к делам.

В тот день она была необычайно занята. Ишакан ушёл из дворца утром, пообещав вернуться к банкету, словно у него были собственные неотложные дела.

Ей казалось, что с ним что-то не так. Он только вернулся из военного похода, но уже забрал с собой Хабана, Генин, Моргу и даже Муру. Судя по всему, из дворца ушли почти все курканы.

«Что он вообще делает?..»

Но Лия знала: Ишакан никогда не сделал бы ничего, что могло бы ей навредить. Она отогнала тревожные мысли. Он всё расскажет, когда придёт время.

Пока же место Муры заняла баронесса Синаэль.

— Это напоминает прежние времена, Ваше Высочество, — робко сказала баронесса, подавая Лии чашку горячего чёрного чая.

Лия приняла её с лёгкой улыбкой.

Большинство прежних фрейлин Лии временно покинули дворец, не в силах справиться с чувством вины за то, что когда-то исполняли приказы Сердины.

Даже если это было следствием чар, совершённого уже не изменить. Лия отправила их отдохнуть и прийти в себя. Вернуться они смогут, когда будут готовы.

Графиня Мелисса, её бывшая старшая фрейлина, уже несколько лет жила в деревне. Другие занялись разными делами, чтобы отвлечься. Их места временно заняли Мура и другие курканки.

Некоторые из фрейлин даже подружились с курканами. По словам Муры, их объединяла общая цель.

Лия подозревала, что дело скорее в еде.

Благодаря поддержке окружающих она могла сосредоточиться на работе и была им искренне благодарна.

Она беседовала с баронессой Синаэль и просматривала документы, когда в кабинет вбежала другая служанка.

— Ваше Высочество, король Балката прибыл.

Рука Лии замерла над бумагой.

— Ему велено ждать в зале аудиенций. Как прикажете поступить?

Истинная личность (2)

Сегодня Эстия встретила послов Балката довольно холодно. Такой прохладный приём наверняка задел гордость Балката. Но всё равно было удивительно, что король решил увидеться с ней до банкета. Это заставило Лию почувствовать тревогу.

Некоторое время она стояла в раздумьях, сжимая перо, которое для неё заострил Ишакан. Возможно, король пришёл с каким-то особым предложением. С тем, что нельзя обсуждать публично.

«Король Балката нацелился на тебя…»

Предупреждение Ишакана вспыхнуло в памяти, и Лия отложила перо. Это была возможность проверить, действительно ли король Балката прибыл в Эстию с такими намерениями. Она могла принять его, а затем сразу же выставить за дверь, если он скажет что-нибудь неподобающее.

Когда она вошла в зал аудиенций, мужчина вежливо поднялся с дивана — и оба замерли.

«……!!»

Он был так же поражён, как и она. Волнение отразилось на их лицах. Но спустя мгновение они оба взяли себя в руки, не отрывая взглядов друг от друга.

— Да озарит свет Эстию, — произнёс он слегка напряжённым голосом. — Я Герод Балкатский.

Мужчина из книжной лавки оказался королём Балката. Это совпадение казалось настолько невероятным, что трудно было поверить, будто оно случайно. Возможно, всё было подстроено.

Лицо Лии стало холодным, когда она вспомнила слова Ишакана.

— Зачем вы просили аудиенции, король Балката? — спросила она официальным тоном, ясно давая понять, что не желает признавать никакой личной связи. — Возникла проблема?

Вопрос оставлял ему лишь два выхода: озвучить конкретную жалобу или уйти. Герод понял её намерение, но подчиняться не собирался. Он коротко рассмеялся.

— Никогда бы не подумал, что снова встречу вас так, — сказал он весело, оглядывая её с головы до ног. — Ваши волосы и глаза… так вам гораздо больше идёт.

Глаза Лии сузились. Её раздражало, что он делает вид, будто их встреча была случайной. И будто не замечает её явного желания игнорировать это.

— Я только что вспомнила о срочном деле и вынуждена откланяться. Дворцовые сады очень красивы. Если вам нечем заняться, можете прогуляться там.

Она покинула зал аудиенций, не дав ему ответить. Баронесса Синаэль, ожидавшая снаружи, поспешила за ней. Но позади раздался голос:

— Ваше Высочество!

Лия вздохнула и нахмурилась. Она жестом велела баронессе удалиться на минуту, и когда та ушла, Герод быстро догнал её.

— Прошу, позвольте объяснить…

— Я не понимаю, о чём вы.

— Ваше Высочество, произошло недоразумение, — сказал он, приближаясь. Лия отступила на шаг.

— Не знаю, о чём вы говорите, — холодно ответила она.

— …… — Наша встреча в книжной лавке была случайностью. Поверьте.

Он ожидал, что она согласится. Но Лия не хотела ему верить.

И даже если это было совпадение, ничего бы не изменилось. Синяки, оставшиеся на её руках, ранили сердце Ишакана и ещё сильнее — Муру. Ради близких Лия не хотела иметь с этим человеком ничего общего.

К тому же взгляд Герода вызывал у неё неприятные чувства. Он напоминал ей о том, что она испытывала рядом с Блейном и Бён Гёнбэком.

По коже побежали мурашки. Воспоминания, которые она хотела забыть, болезненно кольнули сердце. Она не желала проводить рядом с ним ни секунды дольше.

Похоже, Герод хотел сказать что-то ещё, но Лия лишь холодно попрощалась:

— Увидимся на банкете.

И исчезла.

Снова оставив Герода одного. Как и в прошлый раз.

— …Вы трудная, — пробормотал он без выражения.

Но вскоре на его губах появилась медленная улыбка.

— Так даже интереснее, — прошептал он.

Банкет (1)

Аристократия Эстии была взволнована. Впервые за долгое время должен был состояться государственный банкет. С наступлением ночи к дворцу одна за другой подъезжали кареты.

Мура, исчезнувшая вместе с Ишаканом на весь день, вернулась как раз вовремя, чтобы помочь Лии одеться. На ней было пурпурное шелковое платье с драгоценными украшениями — подарками Ишакана. Она как раз осматривала себя в зеркале в последний раз, когда появился ещё один маленький гость.

— Мама.

Леша подошёл, его личико выглядело грустным, и Лия сразу наклонилась к нему, когда он обнял подол её платья.

— Я хочу пойти с тобой, — сказал он.

— Нет, Леша, — мягко ответила она. Пир должен был продолжаться до глубокой ночи. Даже подготовка к такому событию была утомительной, не говоря уже о самом банкете. Это было слишком тяжело для ребёнка, и она не хотела брать его с собой. — Хорошие мальчики ложатся спать рано.

— Не хочу, — упрямо сказал Леша. — Я должен защищать маму.

Его лицо стало неожиданно серьёзным.

— Я должен пойти с мамой, — настаивал он и, когда она попыталась отодвинуть его, упрямо вцепился в подол платья. — Нет! Хочу с мамой!

В разгар их спора в дверях появился Ишакан. Он уже был готов к банкету, и на мгновение Лия не могла отвести от него взгляд. Давно она не рассматривала его так внимательно, и в курканской одежде он выглядел великолепно. С аккуратно зачёсанными назад волосами он был поразительно красив.

— Леша, — строго сказал он, отводя сына от платья Лии и легко подавляя его протест. — Твоя мама приняла решение.

— Но…

— А ночи принадлежат твоему отцу.

Леша потянул отца за руку и что-то прошептал ему на ухо. Глаза Ишакана сузились.

— Обещаю, Леша, — сказал он и коротко улыбнулся мальчику.

Этого оказалось достаточно. Леша наконец перестал сопротивляться, и Генин наклонилась, чтобы взять его на руки.

— Я отнесу тебя в комнату, — сказала она, кланяясь. Мальчик крикнул через её плечо, когда они уходили:

— Завтра я буду защищать маму!

Ишакан улыбнулся и протянул Лии руку, следуя этикету Эстии. Она ответила лёгкой улыбкой.

Держась за руки, они тихо разговаривали по пути к банкетному залу, и Ишакан какое-то время говорил ей, как она прекрасна.

— Сегодня вечером говори осторожнее, — сказал он, когда они подошли к дверям зала.

Предупреждение было туманным, но Лия знала, что оно не случайно. Она кивнула.

— Пока нет… — добавил он с улыбкой, отказываясь объяснять подробнее. — Я расскажу, когда буду уверен.

Возможно, это было связано с тем делом, ради которого он утром ушёл вместе со всеми курканами.

— Хорошо. Я буду осторожна.

— Тебе не любопытно? — спросил Ишакан, удивлённый её спокойствием.

— Конечно любопытно, — ответила Лия, крепче сжав его руку. — Но у тебя есть причина не говорить сейчас.

Ишакан резко остановился, и вся свита за ними замерла. Он долго смотрел на неё.

— Ты прекрасна даже когда просто говоришь, — пробормотал он, и в его глазах блеснул знакомый огонёк. Он бы поцеловал её прямо там, если бы она не была так тщательно одета для банкета.

Ноготь Лии щекотно провёл по его ладони. Ишакан приподнял бровь.

— Не делай так, — предупредил он. — Встанет.

Банкет (2)

Он быстро отпустил её руку, и они направились в банкетный зал.

Послы Балката уже прибыли. Закончив разговор с эстианской знатью, они сразу подошли поприветствовать Лию и Ишакана.

Лия встретилась взглядом с Геродом, шедшим во главе делегации. Его глаза сразу же блеснули приветствием, и Лия отвернулась, сделав вид, что ничего не заметила.

Но где была королева Балката?

Её не было рядом с королём. Лия оглядела остальных гостей, пытаясь найти женщину, похожую на королеву. Она слышала слухи о плохих отношениях супругов, но не ожидала, что королева откажется присутствовать на официальном приёме.

Это считалось бы серьёзным дипломатическим нарушением, а Балкат не мог позволить себе подобную ошибку в отношениях с Эстией.

И всё же Герод не казался человеком, способным на такую глупость. Было трудно понять его намерения.

— Да озарит свет Эстию, — произнёс он. — Я Герод Балкатский.

Он вежливо поприветствовал её, легко коснувшись губами тыльной стороны её руки. В этом жесте не было явного намёка на вожделение.

— Мы подготовили небольшое представление в знак благодарности за гостеприимство Эстии.

Слово «представление» сразу заинтересовало знать. Лия кивнула, разрешая начать.

— Надеюсь, вам понравится, — сказал Герод с улыбкой.

Под музыку в зал вошли танцовщицы в одеждах курканского стиля. Взгляды всех гостей устремились на их выступление.

Лия наблюдала без особого интереса, но вдруг наклонила голову. Среди танцовщиц одна выделялась — единственная в красном, тогда как остальные были в белом.

Её изумрудные глаза манили, словно у змеи, а родинка под глазом только подчёркивала красоту лица. Её танец был чувственным, демонстрируя изгибы тела, будто алые ткани вокруг неё были лепестками роз.

Всё больше взглядов притягивала именно она, и было видно, что ей это нравится.

Музыка ускорилась. В кульминации танцовщицы одновременно подняли руки, взметнув полотнища ткани вверх, словно стены.

На мгновение обзор был перекрыт, и зрачки курканов резко сузились. Но когда ткань опустилась и за ней не оказалось оружия, они начали аплодировать так же непринуждённо, словно ничего не произошло.

Изменилось только одно: танцовщица в красном.

Теперь на ней были золотые украшения, длинный плащ и маленькая корона. Слишком роскошно для простой танцовщицы. Она подошла к Лии и Ишакану танцующей походкой, украшения тихо звенели.

— Да озарит свет Эстию.

Она остановилась перед ними и положила руку на грудь.

— Я — королева Балката, Джудия.

По залу прошёл шум. Никто никогда не видел, чтобы королева представлялась столь необычным образом. Среди эстианской знати поднялся шёпот, но послы Балката выглядели равнодушными, словно привыкли к подобному.

Лия слышала о декадентских нравах Балката, но не ожидала увидеть это своими глазами.

Игнорируя шёпот, Джудия посмотрела прямо на Ишакана.

— Для меня честь познакомиться с королём Куркана.

Балкат стремился к миру с Эстией. Правительницей Эстии была Лия.

Но королева Джудия демонстративно игнорировала её, даже стоя прямо перед ней. Лия уже открыла рот, чтобы сделать замечание, когда почувствовала тепло на своей руке. Ишакан взял её за руку. Но когда она повернулась к нему, он смотрел на Джудию.

— Странно, — сказал он. — Разве Балкат не ищет мира с Эстией?

Глаза королевы слегка расширились от такой прямоты.

— Мы хотим хороших отношений с обоими королевствами, — ответила она небрежно.

Она улыбнулась. В воздухе разлился чарующий аромат духов.

— Особенно… более близких отношений с Курканом.

Её намёк невозможно было понять иначе. В её глазах светилась уверенность, что Ишакан не устоит перед её чарами.

Ишакан обнял Лию за талию.

— Жаль. Я слушаю только свою жену.

Банкет (3)

Ответ Ишакана разнёсся по притихшему банкетному залу. Лицо Джудии застыло.

Похоже, она не ожидала такого открытого отказа. На мгновение, пока она пыталась взять себя в руки, она не могла произнести ни слова.

— …Понимаю, — наконец выдавила она.

Её взгляд переместился на Лию, изучая её с подчеркнутым вниманием.

— Рада познакомиться с королевой Эстии, — добавила она с улыбкой. — Надеюсь, королева позволит установить дружеские отношения между Балкатом и Курканом.

По залу прошёл шёпот.

— Я позволю, — бесстрастно ответила Лия.

Бровь Джудии приподнялась.

— Но, к сожалению, в этом мире есть вещи, невозможные, как бы ни стараться, — вздохнула Лия, положив руку на руку Ишакана, обнимающую её за талию, и позволила себе лёгкую улыбку, словно ей было весело. — Похоже, вам будет трудно получить желаемое.

— ……

Глаза Джудии похолодели, её полные губы дрогнули от унижения. Но затем она подняла подбородок, будто ничего не произошло.

— Благодарю за разрешение, Ваше Высочество, — сказала она и увела танцовщиц из зала.

В тот же миг поднялся шум.

Лии не нравилась эта женщина. Она искренне верила, что сможет добиться своего, ведя себя столь дерзко. Но как хозяйка банкета Лия должна была сгладить ситуацию.

— Это было прекрасное представление, — сказала она, обращаясь к Героду, а не к уходящей Джудии. — Я не ожидала такого от Балката.

Герод улыбнулся. Казалось, ему доставило удовольствие наблюдать неудачу своей королевы.

— Для нас честь, Ваше Высочество.

— Надеюсь, вам понравится банкет Эстии.

— Я собираюсь насладиться им в полной мере.

Лия уловила в его словах намёк, но лишь улыбнулась и подала знак музыкантам. Музыка снова наполнила зал.

Эстианская знать вела себя так, будто ничего не произошло, но среди делегации Балката напряжение ощущалось на каждом лице.

— Ты не собираешься меня похвалить? — прошептал Ишакан, прерывая её мысли.

Лия тихо рассмеялась. Ишакан мог быть таким же настойчивым, как Леша.

— Быстрее.

Когда никто не смотрел, Лия повернулась и поцеловала его в щёку.

— Спасибо, — удовлетворённо сказал он. — Теперь мне лучше.

Ишакан откинулся назад, довольный улыбкой.

— Это не имеет смысла!

Голос Джудии сорвался на визг.

— Этого не может быть!

Она вцепилась в волосы, не веря происходящему.

— Он даже не проявил ко мне интереса…!

Всю жизнь Джудию окружали мужчины. Ни разу она не потерпела неудачи, пытаясь соблазнить кого-то своим взглядом, и не видела причин, почему сейчас должно быть иначе.

Ишакан ей нравился, несмотря на пугающие глаза. Его резкие черты лица, мускулистое тело, редкая на континенте смуглая кожа… всё это делало его ещё привлекательнее. Она хотела заполучить его.

Стиснув зубы, Джудия вспомнила своё унижение на банкете и, не сдержавшись, крикнула мужчине, лежавшему на диване неподалёку:

— Герод!

Герод, откинувшись на спинку дивана, нахмурился и мягко помассировал виски.

— Разбирайся сама. Мы договорились, что каждый занимается своей целью, — напомнил он и внезапно улыбнулся. — Или ты начинаешь сомневаться в себе?

Банкет (4)

— …Сумасшедший ублюдок, — истерично сказала Джудия. — Это ты должен делать свою работу. Давай сюда, где оно?

Герод молча указал на тумбочку рядом. На ней стояли две стеклянные бутылочки, наполненные подозрительной жидкостью с зловещим отблеском. Джудия быстро сунула одну из них в карман.

— Думаешь, у тебя будет шанс этим воспользоваться? — насмешливо спросил Герод.

— Заткнись. Посмотрим, кто успеет первым.

Джудия ушла, громко хлопнув дверью, а Герод поднялся, смеясь. Подняв оставшуюся бутылочку, он долго рассматривал её.

Он и представить не мог, что женщина из книжной лавки окажется королевой Эстии. Невероятное совпадение. Судьба иногда ведёт себя причудливо.

Его не волновало, что у неё есть муж — варварский король. Герод всё равно собирался её соблазнить. Теперь ему даже не пришлось искать её, а их небольшое недоразумение не станет препятствием.

Её серебряные волосы выглядели так элегантно в свете люстр. Фиолетовые глаза сияли, словно драгоценные камни. Во всём она была совершенна. Ни одна часть её тела не разочаровывала.

Теперь он понимал, почему её называли феей Эстии. Ради неё стоило бы рискнуть жизнью. Впрочем, Герод намеревался после этого жить долго и счастливо.

— Конечно, Джудия должна выполнить свою часть… — пробормотал он.

На некоторое время Герод погрузился в размышления. Власть Эстии росла благодаря поддержке Куркана, и соседние королевства оказывались в невыгодном положении. Когда-то Балкат имел большое влияние на соседей, но теперь уступил Эстии.

Герод хотел повернуть время вспять. Эстию нужно ослабить, чтобы Балкат вновь стал доминировать. А для этого необходимо разорвать союз Эстии и Куркана.

Именно поэтому он приехал сюда вместе с Джудией, несмотря на неприязнь к собственной королеве. Но теперь он испытывал искреннее желание к королеве Эстии.

Герод покрутил бутылочку в руке. Он надеялся, что не придётся её использовать, но раз Джудия закатывает истерики, стоит поторопиться. Обычно он предпочитал действовать медленно, наслаждаясь процессом, но иногда можно и устроить пир.

Поставив бутылочку обратно, он вышел на улицу. Ему захотелось покурить.

Сад вечером был тих. Издалека доносилась музыка из банкетного зала, и Герод тихо напевал себе под нос, пока шёл по дорожке. Вдруг он резко остановился.

До него донёсся запах сигары — необычный, свежий, с лёгкой сладостью.

Герод огляделся в поисках источника и встретился взглядом с яркими золотыми глазами, хорошо видимыми даже в темноте.

«Как я мог не заметить?»

Странно, что он не почувствовал этого присутствия раньше. Крепкий мужчина стоял, прислонившись к дереву, и курил. Он выпустил облако дыма, глядя на Герода.

От этих глаз по спине пробежал холодок. Они были не человеческими.

Но Герод всё равно поприветствовал его спокойно:

— Не ожидал встретить вас здесь, король Куркана.

Ишакан едва заметно улыбнулся. В этот момент Героду пришла мысль: возможно, король Куркана ожидал этой встречи.

— Я тоже хотел бы закурить, если вы не против.

Ишакан ничего не ответил. Но молчание не было приказом уйти. Герод зажёг свою сигару. Когда запах дыма распространился вокруг, Куркан наконец заговорил:

— Ах, — сказал он с улыбкой. — Вот этот запах.

Первое предупреждение

Герод задержал дыхание, забыв выдохнуть дым сигары. Эти слова были холодными, как лезвие льда, и по коже побежали мурашки.

К счастью, ночная темнота позволяла ему сохранить достоинство. Герод заставил себя улыбнуться.

— …Что-то не так? — спросил он, стараясь говорить нейтрально.

Ишакан медленно выдохнул струю дыма, нарочно растягивая молчание, пока Герод не начал терять терпение.

— Мне это не нравится, — ответил он.

— ……

Ишакан фактически прямо заявил, что дым сигары Герода его раздражает. Пока сам курил сигару. Это было настолько абсурдно, что на мгновение Герод усомнился в собственном слухе.

Но в голове зазвенели тревожные колокольчики, и во рту пересохло от напряжения. Гордость не позволяла ему отступить.

Он вспомнил банкет, когда Ишакан собственнически обнял королеву за талию. Ни разу не взглянув на Герода, словно тот не заслуживал внимания.

Во многих случаях этот варвар вёл себя дерзко, игнорируя весь этикет. Очевидный знак того, как мало он уважает Балкат.

Низкие варвары. Бывшие рабы, возомнившие себя властителями континента.

Гнев постепенно вытеснял страх.

Он сделал затяжку и, тщательно подбирая слова, которые могли бы задеть варвара, заговорил, выдыхая дым:

— В аристократических кругах Балката может происходить всякое…

Дебош и распущенность были там обычным делом. На континенте даже говорили: если хочешь узнать о всех оттенках удовольствий, поезжай в Балкат.

— В последнее время стало модным развлечением обмениваться партнёрами между супругами…

Герод бросил взгляд, убеждаясь, что Ишакан слушает.

— Никого не наказывают, ведь всё происходит по взаимному согласию. В Балкате это не считается преступлением, если нет принуждения. Говорят, это становится модой. Иногда супругам нужно разнообразие.

Он прищурился.

— Возможно, вас это заинтересует? Как вы видели, моя жена очень красива. И ей нравится подобное.

Он бросил окурок на землю, раздавил его каблуком и рассмеялся.

— Разве это не забавно?

Ишакан рассмеялся вместе с ним, будто услышал забавную историю. На мгновение Герод даже подумал, что варвар может заинтересоваться.

— …Кк!

В следующий миг его ноги болтались в воздухе.

Ишакан одной рукой сжал его за горло, а в другой всё ещё спокойно держал сигару.

Герод задыхался. Он попытался впиться ногтями в руку, сжимавшую его шею, но не смог оставить ни царапины. Перед глазами потемнело.

— Недавно я вырвал человеку язык за пустую болтовню, — сказал Ишакан. — Может, тебя кастрировать?

Он выдохнул дым прямо в лицо Героду. Глаза короля Балката заслезились от едкого дыма, прежде чем Ишакан отбросил его в сторону, словно мусор.

— Ха… ха… — Герод судорожно хватал воздух.

Ишакан щёлкнул языком, глядя на него.

— Мог бы подождать спокойно, и я бы сам тебя убил. Куда такая спешка?

Раздался треск ломаемого предмета. Лежа на земле и задыхаясь, Герод с опозданием понял, что его очков больше нет.

Ишакан ушёл, снова поднося сигару к губам.

— Спокойной ночи, король Балката.

Тайна

На второй день банкета Ишакан снова ушёл рано утром.

Лии показалось, что во дворце стало немного холоднее — он увёл с собой всех курканов. Он предупредил её, что не сможет присутствовать на банкете в тот день и, вероятно, даже не вернётся ночью.

Лия была уверена, что его уход связан с Балкатом.

Их намерения уже раскрылись. Они собирались попытаться соблазнить Лию и Ишакана, чтобы разорвать союз между их королевствами. Но методы, которые они выбрали, были странными. Это были не просто попытки обольщения — они действовали открыто и грубо, рискуя существующим мирным соглашением с Эстией.

Лия не верила, что они пошли бы на такой риск, если бы не были уверены, что смогут подчинить её и Ишакана. Должен был существовать какой-то фактор, дававший им необоснованную уверенность. Скорее всего, Ишакан и отправился выяснить, что это.

То, что он держал это в тайне, тревожило её. Лия надеялась, что он скоро всё прояснит. Она доверяла ему, но всё равно было грустно, что он снова ушёл — так скоро после возвращения с войны. Впрочем, времени предаваться одиночеству у неё не было — рядом был Леша.

— Маленький волк говорит «уууу!» Много «уууу!» Так мило!

Леша распевал странную песенку, подпрыгивая впереди неё, и Лия улыбалась, наблюдая, как серебряные волосы мальчика разлетаются на бегу.

Она решила провести с ним день, поскольку накануне не смогла поиграть с ним. Леша носился по дворцу, а она следовала за ним, пока они не вышли в сад. Там стояли кресла, и Лия села.

Слышался журчащий звук фонтана. Отговорив Лешу от охоты на птиц в кронах деревьев, она подозвала его к себе.

— О чём вы с отцом говорили вчера?

Ей было любопытно. Оба были слишком скрытны. И особенно её беспокоило серьёзное выражение лица Ишакана после того, как Леша что-то прошептал ему.

— Нет. Секрет.

— Можешь рассказать и маме.

— Нет, я обещал. Это секрет.

Леша прикрыл рот ладошкой. Лия решила воспользоваться своим оружием.

— Ты не хочешь рассказывать маме?

— Эм…

— Понятно, — тихо сказала она. — Мне грустно…

Она опустила голову, будто собиралась расплакаться.

— Мама!

Леша тут же подбежал к ней, чтобы утешить. Лия едва успела изобразить всхлип, как он сдался.

— Мне сон приснился… — сказал он. — Мама съела что-то плохое.

— Что-то плохое?

— Да.

Ишакан уже предупреждал её не есть ничего подозрительного. Было бы странно, если бы он опирался лишь на детский сон, будто сны Леши могли быть предзнаменованием.

Лия знала, с кем стоит это обсудить. Она решила поговорить с Моргой. Пока она размышляла, маленькая рука коснулась её пальцев.

— Всё хорошо, мама, — гордо сказал Леша. — Я буду защищать маму. Я всегда защищал маму, даже до рождения.

Он изобразил лапы волка, и Лия погладила его по голове. Иногда он рассказывал о событиях, произошедших до его рождения, будто помнил битвы, которые вёл ещё в её утробе. Несмотря на боль того времени, его это не тревожило. Напротив, он с гордостью говорил, как защищал мать.

К тому же перед вечерним банкетом был запланирован ужин с послами Балката. Лия устало вздохнула, думая о необходимости снова встречаться и с королём Геродом, и с королевой Джудией — без Ишакана рядом.

Хотя не совсем без него.

Возьми Лешу с собой, сказал Ишакан. Он настаивал, чтобы Леша присутствовал на ужине. Тебе нужен ещё один сопровождающий, раз нет Муры.

Он добавил, что Лии будет спокойнее, если сын будет рядом. Хотя Леша был ещё ребёнком, Ишакан считал его полноценным курканом.

— Так что, мама, не бойся! — Леша уже решительно воспринимал свою роль защитника.

Лия обняла его, улыбаясь.

— Конечно. Мама доверяет Леше.

Но, хваля сына за смелость, она всё же решила, что постарается сама справиться с ситуацией и уберечь его от любой опасности.

Вино (1)

В тот вечер Лия отправилась на ужин вместе с Лешей. Принц был в парадном костюме с бантом у воротника, сидел на руках баронессы Синаэль и увлечённо рассказывал ей о восхитительном лимонном сорбете, который ел на днях. Он хотел ещё.

Когда Лия шла по коридору, солнце уже зашло, и сумерки уступили место ночи. Во дворце горело множество огней, но они отбрасывали длинные, колышущиеся тени.

От этих теней сердце почему-то тревожно сжалось.

В этот момент Леша спрыгнул с рук баронессы и подошёл к Лии, шагая рядом и глядя на неё с улыбкой.

Он был совсем как отец. Рядом с ним у неё не оставалось места для дурных мыслей. Лия дошла до банкетного зала с улыбкой на лице.

Но как только двери распахнулись, она поняла, что дурные предчувствия были не напрасны.

В огромном зале сидел только один человек.

— Я ждал вас.

Герод поднялся со своего места, чтобы поприветствовать её. Лия едва заметно усмехнулась. Он пришёл один, хотя на ужин были приглашены все послы Балката. Раз не удалось устроить частную беседу иначе, он создал её таким способом.

— Ваше Высочество… — тихо произнесла баронесса Синаэль, словно спрашивая, как поступить.

Лия просто вошла в зал.

Ей было интересно, как далеко он готов зайти.

Она села напротив него с холодной улыбкой, а Леша забрался на кресло рядом. Герод подал знак слуге принести блюда.

Лия моргнула от удивления. Сегодня Герод был без очков. Его лицо без них казалось непривычным. Но это было не единственное странное.

Несмотря на тёплую погоду, он был в рубашке с высоким воротником.

Лия украдкой взглянула на его шею.

На коже виднелись слабые красные следы.

Следы пальцев?..

Похоже, будто кто-то пытался его задушить.

Она посмотрела ещё раз, думая, что ошиблась, но Герод повернулся к ней лицом, и отметины скрылись.

— Прошу простить, что пришёл один, — сказал он с улыбкой.

— Прощать нечего, — бесстрастно ответила Лия. — Мне лишь любопытно. Что Балкат собирается добиться подобными выходками? Вы хотите войны?

Герод рассмеялся, будто она пошутила.

— Конечно нет.

Бессмысленно было продолжать расспросы — он ответил бы только уклончивыми словами.

Ужин начался, и некоторое время всё шло спокойно.

Лия аккуратно ела, Герод поддерживал лёгкую беседу. Он даже похвалил Лешу, когда тот с аппетитом вгрызался в мясо.

— Принц очень красив.

Но его взгляд был прикован не к Леше.

— Я слышал, серебряные волосы — знак королевской семьи Эстии, — сказал он. — Чем больше я их вижу, тем интереснее они кажутся.

Его взгляд скользнул по её волосам и задержался на лице. Лия слегка нахмурилась. Смотреть ему в глаза было тяжело — без очков они казались слишком открытыми, и сегодня в них читалось нечто тревожное. Почти безумие. Как у человека, загнанного в угол.

Герод вытер губы салфеткой и подал знак слуге.

— Я принёс вам подарок — в знак извинения.

Он с изяществом рассказал о знаменитом вине Балката. Лия слышала о нём — редкий и дорогой сорт.

Взяв бутылку у слуги, он сам открыл её и наполнил бокал до краёв. Лия приняла бокал из его рук. Леша перестал есть, его взгляд переключился на вино. Она осторожно покрутила бокал, вдыхая аромат. Запах был приятным. Но после предупреждения Ишакана она не могла поднести бокал к губам. Герод открыл бутылку при ней. Вино должно было быть безопасным. И всё же Лия безоговорочно доверяла словам мужа.

Вино (2)

Лия решила сделать вид, что пьёт вино.

Но в тот момент, когда она поднесла бокал к губам, он вылетел из её руки и с громким треском разбился о мраморный пол — а Леша уже стоял на столе.

Всё произошло так быстро, что глаз не успевал уследить. Но Лия ясно увидела нож в маленькой руке сына, направленный к шее Герода.

— Оставь мою маму в покое, — прорычал он, сузив глаза. — Иначе пожалеешь.

Фрейлины Джудии с особым усердием готовили её к выходу.

Платье было простым, но сидело идеально, подчёркивая изгибы её тела. На причёску они потратили много времени, и когда закончили, все замерли в восхищении.

— Боже…

— Великолепно. Даже каменное сердце дрогнет.

Джудия накинула поверх платья лёгкий плащ и, довольная, покинула дворец.

Король Куркана собирался провести ночь вне дворца, не посещая банкет, и Джудия приказала своим людям выяснить, где он остановится. Узнав, что он собирается ночевать в трактире, она восприняла это как знак.

На протяжении всей поездки в экипаже она едва сдерживала улыбку от возбуждения. Он должен быть заинтересован в ней. Наверняка на банкете он лишь притворялся равнодушным из-за посторонних глаз.

Когда карета остановилась у трактира, Джудия вышла и велела кучеру ждать до рассвета, после чего поспешила внутрь.

Но едва открыв дверь, она поняла — что-то не так.

По коже пробежал колючий холод, будто сотни игл одновременно коснулись её тела. Это было фантомное ощущение от десятков взглядов.

В трактире находились десятки курканов. Они сидели где угодно — на столах, стульях, на лестнице, на подоконниках, даже на перилах второго этажа.

Это явно не было случайностью.

Все одновременно повернули головы и посмотрели на неё, не моргая.

Их взгляды были как невидимые лезвия, направленные к её горлу. Казалось, стоит ей неловко вдохнуть — и тело разорвётся на части. Будь она хоть немного менее дерзкой, она бы потеряла сознание.

Она чувствовала себя добычей с приманкой во рту.

Лицо Джудии побледнело, и её взгляд метнулся в сторону.

Мужчина, которого она искала, сидел за столом в глубине зала. Даже не осознавая этого, она нашла его взглядом — его присутствие притягивало.

— О, король Куркана! — произнесла она.

Ишакан молча наблюдал за ней и едва заметно махнул рукой, приглашая подойти. Это позволило ей немного перевести дыхание, и уверенность вернулась. Было ясно — он ждал её.

— Я пришла, чтобы кое-что сказать вам, пусть это и неприлично, — сказала Джудия, сцепив руки и глядя на него влажными глазами. — Это касается мирного соглашения. Но я не хочу, чтобы другие слышали… можем ли мы поговорить наедине?

Она просила так вежливо, что Ишакан согласился.

— Всем выйти.

Курканы исчезли мгновенно, словно растворились в тенях. По спине Джудии пробежала дрожь. Даже видя это своими глазами, ей трудно было поверить.

— Итак, чего вы хотите, королева?

От звука его спокойного голоса Джудия собралась. Теперь они были вдвоём. Желание охватило её, сердце забилось быстрее, и внизу живота возникло сладкое напряжение.

Она была уверена: после этой ночи король Куркана будет у неё в руках.

Тем более что она принесла с собой всё необходимое.

Джудия действовала смело. Сняв плащ, она села напротив него. Даже такая откровенность не вызвала у него ни слова упрёка.

С мягкой улыбкой она посмотрела на стол. На нём стояла глубокая чаша с морщинистыми коричневыми плодами.

Она слышала, что курканы часто едят финики. Наверное, от них и исходил сладковатый аромат. Подходящее сочетание с напитком, который она принесла. Джудия удовлетворённо поставила бутылку вина на стол.

Финики казались добрым знаком.

— Позвольте сначала предложить вам выпить?

Вино (3)

В вино его добавили заранее, через крошечное отверстие в пробке, которое затем аккуратно заделали так, что заметить подмену было невозможно. Вкус напитка почти не изменился, ведь его изготовили совсем недавно.

Джудия была уверена, что смогла бы постепенно соблазнить его и без этого, но если бы она медлила, Герод мог бы опередить её с королевой Эстии. А проигрывать ему она ненавидела.

Она поставила бутылку вина на стол.

— Нужен бокал…

Она уже собиралась сказать, что пойдёт искать чашу, когда Ишакан перевернул глубокое блюдо с финиками. Плоды рассыпались по столу, а он протянул пустое блюдо к ней.

— Налей, — приказал он.

Джудия сладко улыбнулась. Его грубость лишь делала его привлекательнее. Ей бы понравилось, если бы он был таким же и в постели.

Она наклонилась, разливая вино, нарочно выгнувшись так, чтобы он лучше видел изгибы её тела. Когда глубокое блюдо наполнилось вином, Ишакан без колебаний выпил всё, и его кадык заметно двигался при каждом глотке. Вскоре блюдо опустело.

Джудия прикусила губу, с трудом сдерживая смех. Скоро этот надменный куркан будет стоять перед ней на коленях, умоляя о её любви.

Она выжидающе посмотрела на него. Зелье должно было вот-вот подействовать.

…

Но происходило что-то странное. Прошло немало времени, а реакции не было. Золотые глаза оставались спокойными. Бури страсти, к которой она готовилась, не последовало.

Почему? Она использовала это средство много раз. Никогда ещё ей не приходилось ждать так долго. Что-то было не так.

Когда тревога усилилась, большая загорелая рука потянулась к бутылке и слегка встряхнула её. Ишакан усмехнулся, глядя на оставшееся вино.

— Оно отравлено.

Застигнутая врасплох его взглядом, Джудия ответила с запозданием:

— …Что?

Ишакан медленно перевернул бутылку, выливая вино на пол. Сладкий аромат наполнил воздух.

Красная жидкость плеснула ей на ноги, и Джудия даже не сразу заметила, как вино испачкало подол её платья. Она вскочила в шоке.

— Как ты узнал… нет, это же нужная бутылка, не может быть…

Ишакан поднял один из фиников со стола.

— Похоже, что я влюблён?

Она не нашла слов. Джудия отступила, не сводя с него глаз, и вздрогнула, когда позади раздался голос:

— Король Балката собирался дать это и Лии?

Позади них стояли два куркана. Лицо женщины было мрачным.

— Это хуже, чем попытка убийства.

Ишакан рассмеялся.

— О да, — согласился он. — Очень серьёзное преступление.

Один за другим курканы начали выходить из теней, и пустая таверна быстро наполнилась людьми.

От ужаса у Джудии потемнело в глазах. В ушах зазвенело, а курканы вокруг тихо посмеивались, наблюдая, как она дрожит.

— Королева Балката, — мужчина-куркан наклонился к ней. — Ты слышала, что случается с теми, кто пытался убить нашу королеву?

Джудия не смогла ответить. Её взгляд метался в поисках выхода. Мужчина нахмурился.

— Не знаешь? — сказал он с почти сочувственной интонацией. — Тогда скоро узнаешь.

Таверну пронзил пронзительный крик. К вину на полу присоединилась ещё одна алая жидкость.

Вино (4)

Ужин Лии закончился плохо.

Лёша, принц Эстии, вонзил нож в шею короля Герода, оставив глубокую и серьёзную рану.

Герод поспешно покинул зал и отправился во второстепенный дворец, прижимая к ране салфетку, чтобы остановить кровь. Там его осмотрел врач.

С того момента, как Лёша вытащил нож, всё могло обернуться крайне неблагоприятно для Эстии. Но по какой-то причине Балкат не выразил протеста. Они молчали так, словно сами нанесли оскорбление.

Слуги дворца, считавшие Лёшу просто милым ребёнком, были потрясены. Дружелюбный маленький принц внезапно стал похож на зверя, напавшего на гостя с ножом.

Они ожидали, что его сурово накажут, но Лия не отдала такого приказа. Лёша рисковал жизнью ради матери ещё до своего рождения. Герод наверняка подмешал что-то в вино. Лия не знала, как мальчик смог это понять, но он сорвал его планы.

Она уложила ребёнка спать пораньше и поцеловала его в лоб.

— Спасибо, что защитил меня, — прошептала она.

— Аа… — Лёша широко зевнул и положил ладонь на её щёку. — Я люблю тебя, мама…

Эти слова он произносил особенно чётко, потому что говорил их очень часто. Вскоре после сонного признания он заснул, а Лия ещё некоторое время сидела рядом, поглаживая его волосы.

Вздохнув, она выпрямилась и направилась к себе. Она могла бы вернуться в банкетный зал, но в итоге решила не идти. Вряд ли Балкат сейчас наслаждался праздником.

Спать было ещё рано, и Лия решила почитать. В её комнате был уютный уголок с книгами и диван размером почти с кровать под окном. Она любила читать там при свете солнца или луны.

Сев на диван, она достала книгу, купленную в книжной лавке, и погрузилась в чтение. Текст был написан смесью древних языков, поэтому требовал полной концентрации. Вдруг раздался шум.

— …?

Лия автоматически взглянула на окно и поспешно распахнула его. Мужчина забрался внутрь и сел на подоконник.

— Ишакан! — воскликнула она и облегчённо выдохнула. — Почему ты всё время лезешь через окно?

— Потому что я спешил.

Она не понимала, почему он так торопился, что не мог войти через дверь. Но, присмотревшись, наклонила голову. Обычно он сразу обнимал её, едва появившись. Сейчас же он сидел на подоконнике и просто смотрел на неё.

Она внимательнее вгляделась в его лицо. Ей показалось, что оно слегка покраснело, хотя в лунном свете было трудно разглядеть. От его тела исходил жар. Он всегда был горячим, но сейчас температура казалась особенно высокой. Когда она протянула руку, чтобы коснуться его лба, Ишакан покачал головой.

— Не трогай меня.

У Лии от удивления приоткрылся рот. Он никогда прежде не отталкивал её прикосновения.

— Лучше тебе меня не трогать, — поправился Ишакан, слегка улыбнувшись её растерянности.

— О чём ты? Ты заболел? Это чума?

— Может быть, хуже, — пробормотал он что-то ещё, но она не расслышала. — Я выпил это, чтобы проверить. В любом случае магия на меня не действует.

И тут Лия заметила это. Перед его брюк был заметно натянут.

Её лицо мгновенно вспыхнуло. Она не знала подробностей, но могла догадаться, что это связано с тем, что он выпил.

— Тебе нужно было показать это Морге! — воскликнула она, краснея. — Если было что-то подозрительное!

— Это заняло бы слишком много времени, — недовольно ответил Ишакан. — Мне нужно было избавиться от него, он всё время преследует тебя—

Он оборвал себя рычанием и облизнул губы, глядя на Лию.

— Ха… Кажется, сейчас взорвётся.

Ей даже не нужно было спрашивать, что именно.

— …Могу я помочь?

— Нет.

— Почему?

Ишакан рассмеялся. Его глаза сияли, как огонь.

— Потому что это может быть слишком опасно.

Необузданный (1)

Ишакан не преувеличивал. Он честно описывал своё состояние.

Зрачки его золотых глаз сильно сузились. Они уже почти не выглядели человеческими и напоминали глаза голодного зверя. Лия уловила исходящий от него запах крови и невольно вздрогнула.

Ишакан мгновенно почувствовал её страх и прикрыл ладонью нечеловеческие глаза.

— Я просто пришёл убедиться, что с тобой ничего не случилось—

— Иша.

Короткое рычание сорвалось с его губ, будто она задела его за больное место. Но затем его губы изогнулись, пальцы раздвинулись, и сияющие золотые глаза снова показались.

— Я пытаюсь сдерживаться, — прошептал он с хищной игривостью.

Лия покачала головой.

— Можешь не щадить меня.

Улыбка исчезла. Голос стал ниже.

— Не говори так.

— Правда, я не против.

Ишакан застыл.

— Я не смогу остановиться, — предупредил он, не сводя с неё глаз. — Даже если ты будешь умолять со слезами.

— Хорошо, — сказала Лия и протянула к нему руку. Человек, способный схватить летящую стрелу, не смог уклониться от медленно приближающейся ладони. — Я хочу помочь тебе, Иша.

Едва её пальцы коснулись его груди, под подоконником раздался треск — дерево раскололось в его руке. Лия на мгновение почувствовала тревогу, когда Ишакан резко схватил её за запястье.

— Я предупреждал.

Стоило ей оказаться в его объятиях, пути к отступлению не осталось. Лия потянула его за одежду, решив, что, вероятно, не умрёт, и Ишакан мгновенно сорвал с себя одежды. Вскоре они вместе рухнули на диван.

Её платье он просто разорвал пополам. Он уже испортил немало её нарядов.

Когда Лия обвила его шею руками, её поразил жар его кожи, словно под ней что-то кипело. Она провела ладонями по его плечам, пытаясь остудить его, но он лишь глухо застонал.

Ишакан напрягся. Она чувствовала, как под её ладонями напрягаются мышцы, а его горячие губы медленно скользнули по её шее и затем грубо накрыли её губы. Их языки сплелись в безумном поцелуе.

Пока она терялась в поцелуе, его руки скользнули к её бёдрам и сжали так сильно, что оставили следы, прежде чем он раздвинул их. Влажная плоть между её ног раскрылась.

— Ха…

Ишакан выдохнул, опуская взгляд к её раскрытию, и без колебаний склонился туда. Его язык двигался яростно, скользя и всасывая её нарастающую влажность. Он покусывал набухший клитор и глубоко входил языком внутрь.

Перед глазами у неё всё поплыло. Когда его язык проникал внутрь, его нос тёрся о клитор, и тело Лии извивалось в такт его движениям. Она отпустила диван и вцепилась пальцами в его волосы.

— Мм… Ишакан, медленнее… ах…

Это ощущалось иначе, чем обычно. Она теряла рассудок, а он не останавливался ни на мгновение, даже когда она сильно тянула его за волосы. Внезапно что-то твёрдое коснулось внутренней стороны её бедра, и сквозь пелену ощущений она поняла, что это его член.

Пока он ласкал её ртом, другой рукой он мастурбировал, вены вздувались на его члене, головка была набухшей. Клейкая жидкость уже выступала и стекала с кончика, словно семя готово было излиться.

Лия выгнулась со стоном, её тело обмякло и содрогнулось. Она хватала воздух, словно только что вынырнула из воды. Дрожь не прекращалась.

«…»

Необузданный (2)

Ишакан смотрел на Лию, и в его золотых глазах горело откровенное желание. Он медленно провёл языком по губам, пробуя её вкус.

Лия отвернула голову от смущения, но его ладонь крепко обхватила её подбородок.

— Смотри на меня. Не отворачивайся. Мне нужно, чтобы ты смотрела на меня… иначе я потеряю контроль.

Он держался из последних сил, и Лия вдруг поняла, что была наивна, думая, будто всё обойдётся. Казалось, сегодня она может умереть прямо на этом диване.

— Ишакан…

— Мне нравится слышать своё имя из твоих губ.

Он продолжал яростно дрочить себе рукой, затем прижал головку члена к её входу.

— Продолжай звать меня…

И в следующую секунду резко вонзился в неё.

Толстый член грубо раздвинул её и заполнил до самого конца. Хотя она принимала его бесчисленное количество раз, тело всё равно содрогнулось от шока. Его тело было обжигающе горячим, словно внутрь неё вонзили раскалённый металл.

— Ах… Ишакан… ты слишком горячий…

Её мышцы судорожно сжались вокруг него. Ишакан прикусил её мочку уха и начал вбиваться глубже, сильнее, так что его яйца ударялись о её ягодицы при каждом толчке.

Его дыхание становилось всё тяжелее.

— Лия… Лия…

Она обняла его, скользя руками по его мокрой от пота коже. Его мышцы напряглись ещё сильнее.

Он вышел почти полностью, оставив внутри только головку, и снова резко вбился до упора.

Тело Лии подбрасывало от силы его движений. Её грудь беспомощно подпрыгивала, и ей хотелось прикрыться, но он опередил её, схватив её руками.

— Мм… ах… ах!

Влажный звук их тел заполнил комнату. Его движения становились всё быстрее, всё грубее, и Лия стонала при каждом проникновении.

Всё её тело горело. Кровь грохотала в висках.

Оргазм накрыл её слишком быстро. Она обвила его ногами, тело судорожно выгнулось, но Ишакан даже не замедлился, чувствуя, как она сжимается вокруг него.

Он продолжал любить её, не давая отдышаться, пока удовольствие не стало невыносимым.

— Ааа…!

Её тело содрогнулось, и из неё хлынула жидкость, пропитывая диван и наполняя воздух сильным запахом её возбуждения. Каждый его толчок сопровождался мокрым плеском.

Она попыталась попросить его остановиться, но он уже не слышал.

Его тело напряглось, зубы обнажились, на шее выступили вены.

— Агх…

Он глубоко вонзился и излился в неё, горячее семя хлынуло внутрь. Лия задрожала, ощущая этот обжигающий поток, будто он вливал в неё собственное пламя.

Толчки продолжались ещё некоторое время, заставляя её тело вздрагивать снова и снова.

Слёзы выступили у неё на глазах.

Ишакан наклонился и слизал их с её щёк.

— Ты уже плачешь?.. — прошептал он. — Боже...Мы ведь даже ещё не начали…

Необузданный (3)

Ишакан не думал, что Лия действительно умирает, но всё равно отчаянно пытался держать себя в руках.

Зелье любви оказалось очень сильным. Его эффект имитировал гон у животных, многократно усиливая желание.

Он проявил неосторожность. Обычно подобные вещи почти не действовали на него. Он решил, что и в этот раз всё будет так же, но чем больше проходило времени, тем сильнее становилось действие зелья.

Он даже не помнил, как вернулся домой. Инстинкт привёл его к своей паре, и когда он пришёл в себя, уже был во дворце. Он шёл по её запаху, как зверь.

Он твёрдо решил уйти сразу после того, как увидит её. Хотел лишь взглянуть на её лицо. Он повторял это себе даже тогда, когда подходил к ней.

Но внутри поднималось чувство, которое было невозможно сдержать. Он никогда не испытывал настолько сильного желания. Нить разума, удерживавшая его, ослабевала, и казалось, что малейшее движение Лии разорвёт её окончательно.

В таком состоянии заниматься с ней сексом было безрассудно. Ишакан был курканом, Лия — человеком. Обычно он был очень осторожен, чтобы не причинить ей вреда, но сейчас им управляли инстинкты. Он боялся собственной природы.

Но Лия не боялась.

Она потянулась к нему тогда, когда любой другой убежал бы. И он не смог не взять её за руку. С самого дня их встречи он всегда хотел держать её за руку.

— Хватит… ах…

Но Ишакан лишь успокаивал её, продолжая двигаться внутри неё. Сознание Лии будто исчезло.

Наконец он перевернулся, усаживая её сверху на себя. Потеряв равновесие, она упала на его грудь, со слезами на лице умоляя его хотя бы замедлиться. Ишакану было искренне жаль, что он не мог выполнить просьбу жены. Вместо этого он хотел наполнить её всем своим существом. Подарить ей незабываемое удовольствие.

Он не забыл ласкать её любимый сосок пальцами. После рождения ребёнка её соски стали больше. Он теребил их, чувствуя, как во рту собирается слюна, и поднял голову, чтобы втянуть их в рот.

Лия плакала и стонала, не в силах выдержать удовольствие. Плакать было даже приятно — будто облегчение от жара его тела. Её тело выгибалось в сильных судорогах. Оттолкнув его изо всех сил, она почувствовала, как его член выскользнул из неё, и свалилась с дивана на пол.

Она поползла по ковру, пытаясь сбежать. Улыбка Ишакана стала хищной, когда он наблюдал за своей добычей. Её попытка сбежать только сильнее его возбудила. Она ползла, приподняв бёдра, и он видел покрасневшие щёки и внутреннюю сторону её бёдер, мокрую от их общей влаги.

— Лия.

Он навалился на неё сзади, как зверь, и резко вошёл.

— Ах…!

Лия уткнулась лицом в ковёр, а Ишакан гладил её дрожащую спину.

— Всё ещё кажется, будто сейчас взорвётся… — прошептал он.

Его член судорожно пульсировал внутри неё, и он укусил её за шею, стараясь не потерять себя окончательно. Он укусил так сильно, что оставил следы зубов.

Её белая кожа была вся в отметинах: покраснения, укусы, следы его пальцев повсюду. Это только ещё сильнее возбуждало его.

Инстинкты окончательно взяли верх. Он схватил её за запястья и прижал её ноги своими, лишая возможности двигаться. Лия рыдала под ним, полностью придавленная его телом.

— Ах… больно…

— Больно? Где?

— Чешется… внутри… Ишакан…

— Тогда… нужно почесать сильнее…

Необузданный (4)

После этих слов Лия попыталась вырваться. Но её тело было полностью прижато им к полу, и она могла двигать только пальцами рук и ног.

Ишакан наблюдал, как она царапает ковёр кончиками пальцев, а затем резко толкнулся бёдрами. Лия вздрогнула под ним, прерывистые стоны вырывались из её груди.

— Ах… хмм… ах…

Каждое его движение заставляло её плечи дрожать. Ишакан убрал в сторону её серебристые волосы и страстно вонзил зубы в её шею.

Каждый раз, когда он видел Лию в платьях с открытыми плечами, ему хотелось снова укусить её. Теперь у него был шанс насытиться, пока ей не придётся носить закрытые платья, чтобы скрыть следы его зубов.

Его плачущая жена казалась такой милой, что ему хотелось съесть её живьём. Когда звериная сущность брала верх, в голове возникали всё более опасные мысли, и ему приходилось сдерживать себя из последних сил.

Ишакан жестоко улыбнулся, пока жена умоляла о пощаде.

Лия полностью обессилела. Она лежала под ним на полу, ноги подогнуты, бёдра широко разведены. Постыдная поза, словно распластанная лягушка.

Ишакан провёл рукой под её животом и, улыбнувшись, скользнул пальцами между её ног.

Маленький бугорок оказался зажат между его пальцами. Её клитор был напряжён, и он грубо растирал его, словно мастурбировал самому себе.

Лия закричала от внезапной стимуляции, почти болезненно острой, голос был полон и наслаждения, и боли.

— Ах… Ишакан… по… подожди… — отчаянно всхлипнула она. — Ах… кажется… я сейчас кончу…

Теперь Лия уже знала, что это не моча выходит из неё, когда стимуляция становится слишком сильной. Ишакан ещё больше возбудился от этих развратных слов, вырывающихся из её прерывистого дыхания.

— Я тоже… кажется, я сейчас кончу… Лия…

Он мягко укусил её за мочку уха, лизнул её. Лия яростно покачала головой, но не могла избежать удовольствия.

В тот момент, когда он сжал её клитор пальцами, свет в её фиолетовых глазах погас. Слюна потекла из приоткрытых губ.

Она отчаянно пыталась отодвинуться, но Ишакан крепко удерживал её, вгоняя член глубоко внутрь. Она даже не смогла вскрикнуть, когда внезапно и бурно кончила.

Его ладонь мгновенно намокла от жидкости, брызнувшей из неё, пока он изливался внутри, продолжая ласкать её набухший клитор. Его семя вытекало наружу вокруг его члена, будто внутри уже не хватало места.

Лия обмякла. Возможно, она даже на мгновение потеряла сознание. Ишакан обнял её дрожащее тело и прошептал:

— Лия… очнись… да?

Жар в его теле всё ещё не спадал. Он думал, что придёт в себя после нескольких оргазмов в ней, но всё оказалось наоборот. Почти сразу он снова затвердел и не смог остановиться, снова входя в неё.

Инстинкты кричали, что этого недостаточно. Он ещё не закончил. Ему нужно больше. Он хотел кончать в неё до тех пор, пока её живот не станет тяжёлым от него. Хотел пропитать её своим запахом с головы до ног.

Её горячие внутренние стенки пульсировали. Ишакан стиснул зубы от невероятного удовольствия. Обычно он смог бы остановиться… но сейчас, как бы он ни пытался…

— Хмм…

Лия тихо застонала, приходя в себя, и Ишакан виновато уткнулся лицом в её волосы, поглаживая их.

— Хаа… прости… прости, Лия… я люблю тебя…

И почему-то от этих слов Лии стало только страшнее, и она попыталась вырваться. Но было поздно. Его член уже начал снова набухать внутри неё.

Необузданный (5)

Она чувствовала, как он раздувается внутри неё, распирая её узкие внутренние стенки. Он не остановится, пока не изольёт в неё всё до последней капли своего семени. Ишакану нужно было пометить свою территорию, как зверю.

— Ах… подожди, нет…!

Лия в страхе извивалась. Для её тела это было слишком. С тех пор как он узнал о её беременности Лешей, Ишакан всегда сдерживал себя, и с тех пор их близость была по его меркам почти нежной.

Но сейчас он спаривался с ней с такой силой, что Лия дрожала от ужаса, чувствуя, как он неудержимо набухает внутри неё.

— Ах… я… Иша…

Она хрипло произнесла его имя. Ишакан укусил её за шею.

— Ах, пожалуйста… не называй меня так…

Каждый раз, когда она звала его Иша, он чувствовал, что теряет рассудок. Его бёдра непроизвольно двинулись. Он видел её боль.

— Прости, — тихо успокаивал он испуганную пару. — Сейчас будет больнее, если я выйду… постарайся… не сжиматься…

Он солгал. Сказал, что постарается кончить быстрее и ей нужно лишь немного потерпеть. Та ложь, которой никто не должен верить, если она звучит из уст куркана.

Лия крепко сжала его руку, а затем ударила его по плечу. Это было совсем не угрожающе. Её тело было без сил.

— Ты снова заставишь меня проголодаться, — прошептал Ишакан, кладя ладонь ей на живот.

Лия резко опустила руку при его горячем шёпоте, а Ишакан слизал слёзы с её щёк.

— Это нехорошо… — прошептала она сквозь всхлипы. — Но… продолжай… слишком жарко…

Он снова и снова извинялся, поглаживая её живот. Она прикусила губу, переплела пальцы с его пальцами и посмотрела на него влажными фиолетовыми глазами.

— …Тебе… уже лучше?

Несмотря на своё состояние, Лия всё равно беспокоилась о нём.

— …Я помогу тебе… пока тебе не станет легче…

Он не думал, что сейчас время ей заботиться о нём.

Её невинные слова заставили его затвердеть, словно камень. Лия застонала от боли, но не жаловалась. Она действительно собиралась помочь ему пережить гон.

Ишакан захотел снова взять её. Прежде чем тело подчинилось инстинкту, он зажмурился, пытаясь удержать контроль.

Он отчётливо чувствовал её запах. Все его чувства обострились. Аромат влажной женщины наполнял лёгкие и кружил голову. Казалось, он видит сон. Его член внутри неё продолжал изливаться без остановки.

Разум затуманился удовольствием, и он едва осознавал свои слова.

— Прекрасная… моя жена…

— …

— Я люблю тебя, люблю… прости… что тревожу тебя…

Может, это было из-за любовного зелья. Может, потому что она звала его Иша. А может, всё вместе. Но язык у него развязался.

Слушая его шёпот, Лия покраснела. Ей нравилось это настолько, что она специально придвинулась ухом ближе к его губам. Дыхание стало быстрым и рваным, и когда он снова прошептал «я люблю тебя», новая порция семени хлынула в неё.

— Ах…

Её плечи дрогнули, тело затряслось. Внутренние стенки сжимали его снова и снова, словно поглощая.

На мгновение Ишакан замер и выдохнул хриплый стон.

— Ах… Лия…

Похоть, которую он пытался сдержать, взорвалась.

Золото вспыхнуло в его глазах, последняя искра разума сгорела.

— Я собираюсь… побеспокоить тебя ещё.

Слова едва сорвались с губ, как он уже двигался. Ишакан яростно вонзался в неё всё быстрее и быстрее, раб своего инстинкта. Казалось, он разорвёт её, и Лия на мгновение потеряла сознание, не выдержав.

Он не остановился, пока не отдал ей всё до последней капли.

Их любовь продолжалась до тех пор, пока не исчезла луна и не наступил рассвет.

Когда солнце поднялось к полудню, Ишакан наконец пришёл в себя.

_____________________________

п.п.: ну что-то как-то жестко....слишком...

Побег

— Чёрт, они что, не могут ехать быстрее?! Они специально тянут?!

Герод был в ярости. Его слуги суетились так, будто у них под ногами горела земля. Любой видел бы, что они работают на пределе, но Герода это не устраивало.

В конце концов он не выдержал. Опережая свиту, он в спешке выехал из дворца Эстии, взяв с собой только рыцарей. Уезжал как вор среди ночи, а не как король страны.

Но сейчас было не до гордости. Герод снова и снова хлестал коня хлыстом.

Джудия была мертва.

Она покинула дворец с дерзким планом соблазнить варварского короля. И должна была преуспеть. Она была так прекрасно одета, когда отправлялась к нему… но вернулась гораздо раньше, чем ожидалось, без головы.

Кучер и её рыцарь привезли тело во дворец. Они ждали её неподалёку от постоялого двора, где обычно останавливались варвары, когда внезапно услышали крик. Они бросились туда и увидели, как распахнулась дверь, и наружу вышвырнули тело.

Это было безголовое тело их королевы.

Они сразу же вернулись к Героду. Ни один из них даже не подумал зайти внутрь и забрать её голову.

Как только Герод увидел тело, он понял: всё пошло совсем не так. На самом деле он почувствовал это ещё раньше, во время ужина с королевой. В тот момент, когда молодой варварский принц вонзил нож ему в шею, а его глаза светились точь-в-точь как у его отца.

Если бы Лия не остановила его, Героду могли бы отрубить голову прямо на месте. Разница была лишь в том, что рядом с Джудией не оказалось Лии, чтобы помешать варварам убить её.

Но король курканских дикарей не оставит Герода в покое. Нужно было бежать, пока они не настигли его, думал Герод, мчась вперёд.

Что, чёрт возьми, происходит?

Он не понимал, почему зелье Джудии не подействовало. В Балкате они пользовались им много раз. Джудия часто применяла его на тех, кого хотела сделать своим. Она понимала его действие лучше всех.

Джудия не могла ошибиться.

— …!!

Внезапно конь встал на дыбы. Герод попытался удержать поводья, но испуганное животное сбросило его на землю, и у него перехватило дыхание. Стоня, он приподнял голову.

Он был один.

В сумрачном лунном свете он не видел больше никого. Рыцари, с которыми он говорил ещё мгновение назад, исчезли. Даже конь, на котором он ехал, пропал прежде, чем Герод успел это осознать.

Голова шла кругом. Ничто не казалось реальным. Он поднялся, и навстречу ему из темноты вышел человек. В руке он держал какой-то большой круглый предмет.

Незнакомец остановился перед Геродом. Луна была у него за спиной, поэтому лица было не разглядеть; Герод щурился, пытаясь увидеть его. Мужчина улыбнулся и поднял предмет.

— Вы не собираетесь взять это с собой?

Это была голова Джудии.

— …!

Герод не смог даже закричать. Курканы, которые скрывались неподалёку, вышли из тени и окружили его.

В штанах стало тепло и мокро.

От ужаса он обмочился. Жалкий, ничтожный, но никто не испытывал к нему ни капли сочувствия.

Улыбаясь, Мура схватила его за волосы и швырнула на землю. Глухие удары один за другим разносились эхом.

— А-а…

Герод стонал от боли, лицо было в крови. Морган, наблюдавший рядом, заложив руки за спину, начал нервничать: избиение затягивалось.

— Нужно проявлять сдержанность. Мы не можем действовать безрассудно.

Морган стиснул зубы. Из-за этого идиота он уже несколько дней не мог появиться во дворце. Мура оскалилась в улыбке.

— Я кланялась, пока не разбила лоб, из-за него. Он ещё не умер.

— Верно, — Хабан быстро подошёл к своей паре. — Мура пострадала из-за него…

Прежде чем раздражённый Морган успел огрызнуться, Генин встал между ними, пытаясь их успокоить.

— Думаю, стоит отвезти его во дворец. Уверен, Ишакан захочет взять его в свои руки.

Курканы замолчали. Они знали, что Ишакан принял афродизиак, а затем исчез, будто надвигающаяся буря. Мура тревожно посмотрела в сторону далёкого дворца.

— Я и не подумала… с Лией всё будет в порядке?

Каждый из присутствующих курканов думал о том же.

— Не думаю, что с ней будет в порядке...

Финал (1)

Лия пришла в себя лишь тогда, когда небо окрасилось закатом. Некоторое время она сидела на краю кровати в оцепенении, пока воспоминания о прошедшей ночи не начали возвращаться одно за другим.

Она закрыла лицо руками. У них с Ишаканом уже был секс во время его гона, но прошлой ночью всё казалось гораздо хуже.

Назвать его развращённым зверем было явно недостаточно, но ничего лучше Лия придумать не могла. Она тихо застонала.

Она ужасно проголодалась. К тому же пропал целый день, и теперь накопилось много дел. Медленно она попыталась встать с кровати.

— А-а!

И тут же рухнула на колени. Стоило ей опереться на ноги, как они подкосились. Сидя на ковре, она почувствовала, как боль наконец накрывает её целиком, разгоняя остатки утреннего оцепенения.

Лия схватилась рукой за живот. Всё тело ломило так, словно её избили, и она не чувствовала в себе сил даже пошевелиться. В сердцах она позвала виновника всех своих бед:

— Ишакан…!

Ишакан появился сразу, с небольшой сумкой в руке, и быстро поднял её с пола.

— Когда ты проснулась? Тебе нужно лежать…

Она хотела отчитать его, но горло слишком болело, чтобы снова повышать голос. Когда она коснулась шеи, он тут же подал ей воды. Он выглядел почти смущённым и явно осознавал свою вину.

Смочив горло, Лия задала простой вопрос:

— С тобой теперь всё в порядке?

Ишакан посмотрел в её сторону, но избегал встречаться с ней взглядом.

— Я очень волновался за тебя… ты впервые сделала такое…

Он вздохнул и, не отвечая прямо на вопрос, снова взял её на руки.

— Пойдём умоемся? — спросил он.

Лия согласилась, обвив руками его шею, пока он нёс её в ванную. В маленькой сумке оказалась смесь трав, которую он высыпал в воду. Затем помог ей раздеться. Увидев своё обнажённое тело, Лия невольно замерла от удивления.

Поливая её плечи водой с ароматом трав, он вымыл ей волосы.

— Но что произошло? — спросила Лия, пока он заботился о ней. — Зачем ты выпил то зелье?

— Я хотел убедиться, что это не настоящее любовное зелье.

Она удивлённо расширила глаза, услышав, как спокойно он об этом говорит. Ишакан подробно объяснил всё, пока купал её.

Когда он узнал, что в Балкате умеют создавать любовные зелья, он решил проявить осторожность. Это была сложная магия даже для такого колдуна, как Морган. Сначала курканы были уверены, что зелье поддельное.

Но всё же учитывали возможность, что оно может подействовать.

— Поэтому ты увёл курканов из дворца, чтобы всё проверить?

— Да. Я хотел убедиться.

Они пытались найти томари, который, как они предполагали, поставлял в Балкат фальшивые зелья. Но когда расследование затянулось, Ишакан решил проверить всё лично.

Как только он выпил зелье, сразу понял, что оно поддельное. Оно не могло повлиять на его сердце, но оказало мощное воздействие на другую часть его тела.

— Король и королева Балката не только красивы, но и искусны в соблазнении. Любой, кто провёл бы с ними ночь после такого зелья, естественно решил бы, что отдал им своё сердце.

Они принимали всепоглощающее вожделение за любовь. Потому королевская чета Балката и прибыла в Эстию со своим зельем… и потерпела полный провал.

— Любовное зелье…

Лия всё прекрасно поняла. Значит, именно они виновны в тех жестоких испытаниях, через которые ей пришлось пройти. Ишакан хотел рассказать ей позже, когда всё закончится, чтобы не тревожить её заранее. Он знал, что тема любовных зелий может всколыхнуть самые тяжёлые воспоминания из её прошлого.

В груди вспыхнула ярость. Она не могла поверить, что кто-то попытался отнять у неё Ишакана такой подлой манипуляцией. Это было непростительно.

— Мне хочется дать пощёчину им обоим.

Ишакан нахмурился и снова виновато посмотрел на неё.

— Мне нужно сказать тебе… — признался он. — Я их убил.

…

Лия лишь кивнула. Разумеется, Ишакан разобрался с ними как следует. И они испытали куда больше боли, чем от нескольких пощёчин.

Тёплая вода убаюкивала, веки тяжелели, пока Ишакан продолжал купать её. Его голос звучал всё тише и дальше.

— У меня есть для тебя ещё один подарок. Пока мы переворачивали столицу в поисках зелья… мы случайно нашли твоих фальшивомонетчиков.

Его большая ладонь мягко коснулась её щеки.

— Что нам с ними сделать? — спросил он. — Обезглавить? Можно повесить на рыночной площади…

Лия что-то пробормотала в ответ и внезапно уснула.

Сон был глубоким и спокойным.

Финал (2)

После этого Лия несколько дней болела. Ишакан, раскаиваясь в своих многочисленных проступках, всё время оставался рядом и ухаживал за ней.

Поэтому вместо ослабленной Лии три дня подряд Ишакана отчитывала Мура. Остальные курканы тоже полностью встали на сторону Лии и не упускали случая показать своё недовольство.

Это немного подбадривало Лию.

Когда она наконец пришла в себя после нескольких дней постельного отдыха, всё уже было улажено.

Обезглавленные король и королева Балката были вывешены высоко над воротами собственного дворца. Мура подробно объяснила Лии обстоятельства их смерти, чтобы было ясно: приговор был вынесен за их преступления. Джудия умерла довольно быстро, а вот смерть Герода была долгой и мучительной.

Курканы сильнее злились на того, кто подверг опасности Лию, чем на того, кто пытался — и не смог — навредить Ишакану.

Кроме того, фальшивомонетчики, о которых она беспокоилась, были публично казнены на главной площади столицы. Их головы несколько дней выставляли напоказ.

Так жизнь Лии вернулась в привычное русло.

Она рассказала Моргану о сне Леши и спросила, было ли это настоящим предвидением или всего лишь совпадением.

Морган был поражён её рассказом и куда более воодушевлён, чем она ожидала.

— У принца есть талант стать колдуном…!

По его восторженному объяснению, курканские колдуны могли рождаться с несколькими дарами. Способность видеть будущее считалась самым ценным из них. Сам Морган мог заглядывать в будущее лишь при помощи астрологии и дополнительных заклинаний.

— Родиться с даром пророчества… — выдохнул он. — Это невероятно.

Морган внимательно изучил Лешу и объяснил мальчику, что за всю жизнь впервые встречает колдуна, родившегося с даром пророчества. Леша лишь улыбался. Момо был забавным.

— Мы пока не знаем, насколько силён твой дар, — продолжил Морган. — Но он наверняка будет велик. Ты сын Ишакана. Когда научишься хорошо говорить, я начну учить тебя магии.

Потрясённая неожиданным талантом сына, Лия вышла в растерянности.

— Мама…

Она пообещала выпить чай с Ишаканом в саду, и пока они шли туда, Леша нахмурился и замахал рукой.

— Мама! Руку!

— Прости, мама задумалась.

— Ух… — фыркнул Леша, явно недовольный. Он смягчился лишь после обещания, что она больше не будет забывать. Они продолжили путь, держась за руки, пока энергичный мальчик вдруг не повернулся и не воскликнул:

— Мама! Я твой старший брат!

Лия удивлённо склонила голову. Сначала она решила, что он просто играет, но Леша указал на её живот.

— Я хочу скорее с тобой встретиться, — сказал он невинно.

Губы Лии беззвучно приоткрылись. Её посетила дикая догадка, но голос Ишакана отвлёк её.

— Леша, — сказал он, появившись впереди.

— Папа!

Мальчик тут же бросился к нему, а Лия медленно последовала следом, размышляя о словах сына. Возможно, Ишакан уже тоже знает и делает вид, что нет.

Не успела она опомниться, как Ишакан оказался рядом, держа Лешу на руках, а тот всё повторял: «Я старший брат!» Лия всё ещё была погружена в мысли.

— Ишакан.

— Слушаю, Лия.

— Мы поедем в Куркан? Покажем Леше пустыню?

Ишакан часто бывал в Куркане во время военных походов, но Лия туда не ездила. Она пообещала Леше, что они отправятся в пустыню, когда он подрастёт, и теперь время, похоже, пришло. Лия восстановилась, а Леша стал достаточно взрослым для путешествий.

— Что думаешь? — спросил Ишакан, посадив сына на плечи.

Но мальчик ответил на вопрос Лии:

— Приключение! Пойдём в приключение!

Лия читала ему книгу о морской рыбалке, и идея приключений всё ещё занимала его мысли.

— В океане много рыб, — начал он, и принялся перечислять всё, что считал приключениями: собирать фрукты в горах, рвать цветы в полях, носить воду из реки, ночевать в маленькой гостинице…

Ишакан улыбался, слушая бесконечную болтовню сына.

— Леша всю жизнь прожил во дворце. Думаю, ему пора увидеть мир.

— Да, — улыбнулась Лия.

Она подняла глаза к небу. Облака рассеялись, и прежнее серое небо стало ярко-голубым, как море.

Её сияющие фиолетовые глаза остановились на муже. Сын сидел у него на плечах, и оба словно светились в солнечных лучах.

Не так давно она хотела умереть. Она решила покончить с собой, и её сердце было словно железная крепость. Но теперь отчаяние исчезло, и тьма рассеялась.

— Куда хочет поехать моя жена? — шутливо спросил Ишакан.

Но Лия ответила серьёзно, думая о тёплом золотом свете, разогнавшем всю тьму.

— Куда угодно, — тихо сказала она. — Лишь бы с тобой.

Это действительно не имело значения. В горы, на далёкие острова, через бескрайние океаны или бесконечные пустыни. Где бы ни было, она будет счастлива рядом с ним.

Нет. Теперь их трое.

Лия мягко улыбнулась, положив руку на живот.

Возможно, даже четверо.

Солнечный свет был мягким и тёплым.

___________________________________________________________

КОНЕЦ

Полуночный сон (1)

В последнее время Лия была полностью поглощена делами.

Перед отъездом в пустыню предстояло многое уладить: передать часть государственных дел надёжным людям, наладить систему связи, чтобы получать вести из Эстии даже находясь далеко в Куркане.

Нужно было собрать подарки для всех её курканских друзей, а в свободное время она старалась проводить как можно больше часов с Лешей. Порой казалось, что ей понадобилось бы десять тел, чтобы всё успеть. И хотя сама суета приносила ей удовольствие, тело уже не справлялось.

После долгого воздействия колдовства она всё ещё оставалась слабой, несмотря на лечение. Рождение Леши было настоящим чудом в её состоянии. А теперь она неожиданно снова была беременна.

Причина могла быть только одна — неутомимость Ишакана. Он ежедневно доводил её до изнеможения, так что странно было бы, если бы ничего не произошло.

Но с новой беременностью она уставала быстрее, и Мура заметила это сразу. Её глаза расширились, когда Лия сказала, что сегодня способна лишь просмотреть документы и не пойдёт в кабинет, а останется в спальне.

Мура даже отправила прочь Лешу, скучающего по матери, чтобы Лия могла как следует отдохнуть.

— Твоё здоровье важнее всего, — сказала Мура, помогая ей переодеться. Ради Лии она не задумываясь разрушила бы даже дворец Эстии.

В ту ночь Лия легла рано. Одеяло было тёплым благодаря грелке, которую Мура заранее нагрела. Лия боялась, что не сможет уснуть, но сонливость накрыла её, едва она укрылась.

Интересно, когда вернётся Ишакан?

Он покинул дворец позавчера, и сегодня пришло сообщение, что он прибудет завтра или послезавтра. Возможно, когда она проснётся, он уже будет рядом.

Или придёт к ней этой ночью — хотя бы во сне.

Лия улыбнулась про себя. Как можно мечтать о встрече во сне, если они не виделись всего несколько дней? Особенно когда она опасалась, что может быть больна. Очень больна.

Она всё сильнее любила его…

С этой мыслью Лия уснула, надеясь на его возвращение.

Сначала она не поняла, что спит. Лия потянулась на кровати.

— Что?..

Голос прозвучал по-детски. Что-то было не так. Она соскользнула с кровати и поспешила к зеркалу.

Перед ней стояла юная Лия, едва вступившая во взрослую жизнь. Она ошеломлённо смотрела на своё шестнадцатилетнее отражение и сильно ущипнула себя за руку.

Ай.

Глаза наполнились слезами от боли, но ничего не изменилось. Сон был пугающе реалистичным. Лия склонила голову.

Почему мне снится, что мне снова шестнадцать?

И тут она прикусила губу. Когда ей было шестнадцать, рядом были Сердина и Блейн. Вспомнив о них, она тихо вздохнула.

Пожалуйста, только бы это не превратилось в кошмар.

Пока она стояла у зеркала, в дверь постучали, и вошла графиня Мелисса.

— Доброе утро, принцесса, — сказала она, ставя на стол таз с водой для умывания.

— Доброе утро, — ответила Лия.

Даже графиня выглядела моложе, такой, какой была тогда. Лия внимательно посмотрела на неё, и графиня тепло улыбнулась.

— Почему вы так на меня смотрите?

— …Ничего. Наверное, я ещё не совсем проснулась.

Графиня начала расчёсывать её волосы. Возможно, видеть во сне прошлое — не так уж плохо.

Но она изменила своё мнение, когда пришло время завтрака. Увидев еду на столе, Лия была настолько поражена, что не могла произнести ни слова.

На столе стояла всего одна тарелка.

И на ней — одна слива, ломтик пшеничного хлеба и маленький кусочек сыра. Ни молока. Ни сока. Только стакан воды.

Да. Именно так она жила.

Для Лии, привыкшей к курканской пище, это было ничтожно мало. Как легко она успела забыть своё прошлое.

Несколько движений вилкой — и тарелка опустела.

Глядя на неё, Лия вдруг остро захотела увидеть Муру. С Мурой еда появлялась бы на столе ещё до того, как тарелка опустеет. Мура никогда бы не принесла ей такой скудный завтрак.

— Принцесса?.. — окликнула её графиня Мелисса.

Лия подняла глаза от пустой тарелки.

Полуночный сон (2)

— Вы хотите ещё еды?

Графиня заметила её реакцию. Скудный завтрак был не её прихотью — просто надзор Сердины был слишком строгим.

— Нет, не нужно. Я просто задумалась.

Лия поднялась из-за стола. Пока служанки убирали посуду, она приступила к привычному распорядку дня под присмотром графини Мелиссы.

В шестнадцать лет у неё всё ещё были уроки. Сначала — уроки этикета у строгой наставницы, которая смеряла её холодным взглядом, стоило Лии переступить порог.

Забытые воспоминания всплывали одно за другим. Маркиза Лакаль, близкая союзница Сердины, была её наставницей по этикету. Она управляла каждым движением Лии, словно куклой, и хлестала её по бёдрам за малейшую ошибку. Иногда удары приходились туда, где синяки можно было скрыть одеждой.

Теперь Лия знала: всё это делалось по приказу Сердины.

— Вы опоздали, принцесса, — холодно произнесла маркиза. — Садитесь.

Лия внутренне улыбнулась. В прошлом она бы вздрогнула под этим ледяным взглядом. Но ей больше не шестнадцать. Она прекрасно понимала, о чём думает эта женщина.

— Сегодня мы повторим порядок коронационной церемонии… — начала маркиза.

Это была одна из самых сложных церемоний. Но Лия уже проходила через неё однажды. Возможно, она знала её лучше самой маркизы. Слушать было скучно — всё это она помнила в мельчайших подробностях, и ей едва удалось сдержать зевок.

— Принцесса.

Маркиза Лакаль захлопнула книгу.

— Похоже, вам трудно сосредоточиться. Урок настолько скучен?

— Скучен, потому что я уже всё это знаю, — спокойно ответила Лия.

Маркиза изумлённо уставилась на неё. Вид её потрясённого лица оказался неожиданно приятным. Раньше Лия никогда бы не осмелилась сказать подобное. Но взрослая Лия больше не боялась.

К тому же это всего лишь сон. Она могла позволить себе что угодно.

Маркиза натянуто рассмеялась.

— В таком случае, быть может, принцесса сама объяснит мне порядок церемонии?

Лия приняла вызов и начала излагать её в таких подробностях, что это могло бы усыпить кого угодно. Она добавляла исторические детали, о которых маркиза даже не подозревала. Лицо той постепенно перекосилось от ярости.

— Вы сошли с ума? — перебила она, когда Лия углубилась в ещё более древние традиции.

Лия приподняла бровь. Отсутствие страха только сильнее злило маркизу — её лицо налилось краской.

— На сегодня достаточно. Я сообщу о вашем поведении Её Высочеству.

Это означало наказание от Сердины.

— Как пожелаете, — коротко ответила Лия и покинула урок раньше времени, заслужив ещё один яростный взгляд.

— Принцесса! Почему вы так рано? — встревожилась графиня Мелисса.

— У нас есть работа, — спокойно сказала Лия. — Принесите мои бумаги.

Она села за письменный стол в своём кабинете.

Работа была лёгкой. Нынешняя Лия отлично знала дворцовые дела. Бумаг становилось всё больше, но она быстро разбиралась с ними — она занималась этим много лет.

Графиня была поражена её эффективностью. Лия говорила без умолку, пересказывая урок этикета, и работала так быстро, что это вызывало тревогу.

— Может, вы отдохнёте? — осторожно предложила графиня, когда Лия отложила выполненные документы, аккуратно скрыв стопки, чтобы не вызвать лишних вопросов.

Графиня уже заварила чай. Лии понравился его крепкий аромат.

Чай был хорош. Но с чем-нибудь сладким он был бы ещё лучше. Она привыкла пить его с печеньем. Или финиками.

— Сегодня вы ведёте себя очень странно, — осторожно заметила графиня.

Лия поставила чашку.

— Всё в порядке.

Графиня выглядела неубедённой, но спорить не стала. Возможно, решила, что принцесса просто не в себе.

И в этом была доля правды.

Лию начинало тяготить происходящее.

Новизна возвращения в жизнь шестнадцатилетней себя быстро исчезала. Ей хотелось обратно — туда, где её ждал муж. Она уже несколько раз тайком щипала себя, но сон не рассеивался.

Впервые она задумалась о более радикальном способе прервать этот бесконечный сон.

— На вечер всё готово, — тихо сказала графиня. — Но действительно ли принцессе необходимо появляться лично? Это слишком опасно.

Она повторяла это не раз и явно надеялась, что Лия отменит свои планы.

— Хм… — неопределённо отозвалась Лия. Честного ответа она дать не могла — она не помнила, куда собиралась.

— Я понимаю, что сейчас удобный момент, — продолжила графиня, недовольная уклончивостью. — Междоусобицы среди работорговцев сильно их ослабили. И я знаю, как много вы сделали вместе с графом Вальтейном, чтобы всё это организовать. Но почему вы должны идти лично?..

Если с принцессой что-нибудь случится, она этого не переживёт.

Полуночный сон (3)

Лия вспомнила, чем тогда занималась.

Курканские рабы.

Она пыталась положить конец работорговле и разными способами освобождала пленников.

Та ночная операция едва не обернулась катастрофой, когда работорговцы восстали против её людей. Лия сама тогда чуть не получила серьёзное ранение.

Это было опаснее всего, что она делала прежде. И она знала: сколько бы жёстких мер ни предпринимала, в тенях всё равно оставались другие работорговцы. Но в тот раз всех рабов удалось спасти. И одного из них она помнила особенно ясно.

Ишакана.

— Я должна идти, — твёрдо сказала Лия.

Губы графини Мелиссы дрогнули, словно она хотела возразить, но в итоге лишь вздохнула.

— Хорошо.

В отличие от обеспокоенной фрейлины, Лия была взволнована. Сердце билось быстрее при мысли о муже. Пусть даже во сне — она снова его увидит.

В тот же день, когда она освободила его, она заметила Блейна с его золотыми волосами, а затем Сердина наложила заклятие, заставившее её забыть всё произошедшее. Когда чары были сняты, воспоминания вернулись, но оставались смутными и размытыми. Она не помнила, как именно спасла Ишакана.

Лия хотела вспомнить каждое мгновение.

Теперь этот сон казался благословением.

Облака закрыли луну.

Лия вела своих людей, разыскивая логово работорговцев. План был прост: проникнуть внутрь и освободить рабов. Но их быстро обнаружили, и завязалась ожесточённая схватка. Работорговцы наняли наёмников, готовых сражаться насмерть — они знали, какое наказание ждёт их в случае поимки.

Но Лия уже знала исход битвы, поэтому спокойно направилась туда, где держали её мужа. Ишакан был заперт в глубине подземелья.

Осознание того, что это сон, лишало её страха, несмотря на смертельную опасность. Впрочем, и в реальности она тогда поступила так же.

Наконец она добралась.

Подземелье было тёмным и сырым; влажный воздух тяжело ложился в лёгкие. По спине пробежал холодок.

Круглая деревянная дверь в полу привела её в ярость.

— Ишакан…

Она хотела вытащить его оттуда.

Но это оказалось непросто. Ключ от замка она нашла, однако сама дверь поддавалась с трудом. Она была тяжёлой, петли, вероятно, заржавели — сколько Лия ни тянула, сдвинуть её не удавалось.

Как же она справилась тогда?

В панике оглядевшись, она заметила длинный железный прут — ту самую кочергу, которой наказывали курканских рабов.

Лия вставила его под край двери, используя как рычаг. Напрягаясь изо всех сил, она снова и снова повторяла себе: если тогда она открыла её таким способом, сможет и сейчас.

Пот выступил на лбу и капал на пол. Она тяжело выдохнула.

Ещё раз.

Игнорируя боль в руках, она снова навалилась всем телом. С треском дверь наконец поддалась. Лия заглянула в отверстие. Внизу сидел худой, избитый мальчик.

Полуночный сон (4)

Мальчик в кандалах смотрел на Лию широко распахнутыми глазами, не отрывая от неё взгляда.

И в этот момент она поняла — он влюблён в неё.

Невозможно было не узнать это чувство. Всё, что он испытывал, отражалось в его глазах. Взгляд был завораживающим, но Лия быстро взяла себя в руки. Нельзя терять ни минуты.

— Проснись! — крикнула она, заставив его вздрогнуть.

Закрепив деревянную дверь железным прутом, она спустилась по лестнице вниз. Сняла кляп — вместе с ним потянулась вязкая нить слюны — и, пока освобождала его от цепей, дала ему воды. Ишакан жадно пил.

Она увидела раны на его теле. Сердце болезненно сжалось, но Лия изо всех сил старалась не выдать своих чувств. Те, кто сотворил с ним такое, были хуже зверей. Невозможно было поверить, что кто-то способен так жестоко обращаться с детьми.

— Я принцесса Лия де Эстия, — сказала она.

Его глаза расширились — от удивления. И недоверия.

— А остальные? — спросил он, отстраняя её руку, когда она попыталась помочь ему подняться.

Пока они выбирались из ямы, Лия коротко объяснила, что произошло.

Она уже знала, что тела курканов отличаются от человеческих — особенно тело Ишакана. Ей всегда нравилось смотреть, как он бежит. Несмотря на дни жестоких пыток, его тело восстанавливалось удивительно быстро. В конце концов они укрылись в тесном закутке, прячась от преследователей.

Лия не смогла скрыть своих чувств.

— Ты правда удивительный, — сказала она, заставив его вздрогнуть.

Он смотрел вдаль, но тут же перевёл взгляд на неё. И Лия вдруг поймала себя на том, что хвалит его так же, как он всегда хвалил её.

— Тебе, наверное, ужасно больно, но ты пробежал такой путь… Обычный человек не смог бы так.

Она полностью забыла о формальностях. Даже не заметила, что говорит с ним так по-домашнему — так, как всегда говорила с Ишаканом.

Ишакан моргнул, смущённый её похвалой. Кончики его ушей покраснели, и он отвёл взгляд. Лия едва заметно улыбнулась.

Взрослый Ишакан был уверенным и властным. Видеть его таким неловким было неожиданно трогательно.

Если бы она тогда сказала, что этот мальчик станет королём Куркана, никто бы не поверил. Лия смотрела на него с нежностью, представляя день, когда он станет Солнцем Пустыни.

Он снова посмотрел на неё.

От выражения его лица внутри стало щекотно. Именно так он смотрел на неё перед поцелуем. Она машинально подалась вперёд.

— …Ах.

Отражение собственной шестнадцатилетней себя в его золотых глазах заставило её остановиться. Лия запоздало вспомнила: мальчик перед ней ещё не прошёл обряд совершеннолетия.

— Прости. Не знаю, что на меня нашло, — пробормотала она, смущённая настолько, что едва могла поднять голову. Что он о ней подумает? — Просто ты очень похож на одного человека, которого я знаю.

— Твоего возлюбленного?

Не возлюбленного. Мужа. Но Лия не хотела, чтобы он подумал, будто у неё есть кто-то другой.

— Нет… просто человека, который мне дорог, — уклончиво ответила она.

— Понятно… — тихо сказал Ишакан. В его голосе прозвучала едва уловимая печаль.

Разговор на этом оборвался.

Ишакан погрузился в свои мысли, а Лия всё ещё переживала из-за собственной неосторожности. Они прятались в тесном пространстве, плечо к плечу.

Когда шум стих, они снова бросились бежать. Но вскоре их начали настигать, и пришло время расставания.

Сзади раздался лай гончих.

Лия оглянулась на Ишакана. Он пытался защитить её, хотя сам был напуган не меньше.

— Уходи, — сказал он, когда она попыталась увлечь его с собой. Его лицо было решительным. — Принцесса.

В его золотых глазах горело сильное, пронзительное желание.

— Меня зовут Иша. Надеюсь, ты запомнишь меня.

Лия протянула к нему руку. Он вздрогнул от её прикосновения. Она мягко коснулась его щеки. И он застыл, словно изваяние.

Полуночный сон (5)

Тогда они расстались и долгое время больше не виделись.

Лия знала, что ему предстояло пережить дальше. С израненным телом он пересёк пустыню, чтобы добраться до Куркана. Пройдя через бесчисленные испытания, он стал его королём.

Его славное будущее уже было предначертано. Но знание о том, сколько боли ему придётся вынести, не позволяло ей просто отпустить его. Разве она не может хотя бы залечить его раны перед тем, как он отправится в пустыню? Это ведь всего лишь сон. Разве что-то изменится, если она поступит иначе?

— Пойдём со мной во дворец, — импульсивно сказала Лия.

— …Что?

— Я не могу оставить тебя в таком состоянии. Во дворце есть место, где ты сможешь спрятаться и отдохнуть несколько дней перед дорогой. Я обработаю твои раны.

— Но сначала нужно уйти от охотников… — растерянно возразил Ишакан.

— Значит, придётся бежать быстрее. Если гончие нас догонят, укусят обоих. Я не хочу оставлять тебя одного.

Потому что ты мой муж.

Эти слова она проглотила.

— Идём!

Под её настойчивым взглядом он неуверенно взял её за руку. Его ладонь была горячей.

Им удалось уйти вместе.

Лия ненадолго остановилась, чтобы выслушать донесение солдат, пока Ишакан прятался, а затем они направились во дворец. В эту ночь она должна была увидеть Блейна с его настоящими волосами — золотыми, а не серебряными. Но теперь, зная об этом, она могла избежать встречи.

На этот раз она вошла в дворец принцессы другим проходом. Мысли лихорадочно метались, пока она возвращалась к Ишакану. Ей хотелось искупать его, накормить и обработать раны. Вдруг она вспомнила, как в первый день в трактире он так стремился накормить её.

Теперь она понимала, что он тогда чувствовал.

Затолкав Ишакана в ванную, она быстро нашла в гардеробе одежду и оставила её у двери. Но возникла другая проблема.

Еда.

Сердина не позволяла хранить продукты во дворце принцессы. Лия напряжённо перебирала воспоминания, тщательно обыскивая просторную спальню.

Понадобилось время, чтобы вспомнить тайники, но наконец она нашла яблоко и немного печенья. Пожалуйста… Лия поставила их на столик, когда Ишакан тихо вышел из ванной. С его волос ещё стекала вода, и он смотрел на неё с явной неловкостью.

Подойдя с полотенцем, Лия начала вытирать ему волосы.

Это было слишком интимно, но она так привыкла к подобным жестам, что даже не задумалась. Быстро она протянула ему яблоко.

— Прости, — снова извинилась она, когда он молча посмотрел на неё. — Это всё, что у меня есть.

Для куркана это было почти ничто. Едва ли способно утолить голод. Но у неё не было ничего больше.

— Завтра я найду что-нибудь получше, — пообещала она.

Мальчик медленно поднял на неё глаза.

— Зачем ты привела меня сюда?

Звук его голоса щекотнул её слух, и ей пришлось проглотить первый, самый естественный ответ.

На самом деле я твоя жена. Я из будущего, и не знаю, почему мне снится, что мне снова шестнадцать, но мы поженимся.

Он бы решил, что она сошла с ума. Лия поспешно нашла другое объяснение.

— …Потому что ты мне нравишься?

Полуночный сон (6)

Лия не собиралась лгать. Ей казалось, что нет ничего плохого в том, чтобы признаться, что он ей нравится. Пусть юный Ишакан был немного неловким по сравнению с тем мужчиной, которого она знала, но она была уверена: если бы она солгала, он бы это почувствовал.

Её ответ её устраивал. Но глаза Ишакана прищурились.

— Это означает, что ты хочешь чтобы я стал твоим сексуальным рабом? — спросил он настороженно.

Лицо Лии вспыхнуло. Она и не думала ни о чём подобном, но поняла, почему он может сомневаться.

— Нет, всё не так, — поспешно сказала она, подняв руки. Она не знала, как это объяснить, но не хотела, чтобы он уходил, по крайней мере, пока его раны немного не заживут.

— Почему бы тебе не использовать меня? — настаивал Ишакан, и губы Леи поджались от этого вопроса.

Он продолжал внимательно смотреть на неё, держа в руках яблоко, словно не знал, что с ним делать.

— Я понял, что ты взяла меня, потому что я тебе нравлюсь. Не волнуйся, я не неопытный. Я научился оказывать даме ночные услуги.

— Нет, — твёрдо сказала она. — Мне ничего не нужно. Дело не в том, что ты мне не нравишься, просто я не хочу этого делать...

Мальчик тихо рассмеялся, будто не до конца верил ей.

— Понятно.

Лию вдруг кольнула досада. Неужели он решил бы, что любой, кто спасёт его, обязательно чего-то требует? Она нахмурилась, и Ишакан слегка сжал её руку.

Другой рукой он легко разломил яблоко пополам.

Половину он протянул ей.

— Рад, что я тебе нравлюсь, — мягко сказал он.

От его голоса по коже пробежала дрожь.

Лия поспешно откусила от своей половины яблока. Оно оказалось удивительно сладким. Она не заметила, как Ишакан наблюдает за ней с лёгкой улыбкой.

Вдруг из глубины дворца донёсся шум. По коридору приближались шаги.

Лия вздрогнула и быстро подтолкнула Ишакана под кровать.

— Спрячься ненадолго, — прошептала она.

Дверь резко распахнулась.

— Лия!

Кто-то ворвался в её комнату посреди ночи. Первым делом Лия посмотрела на его волосы — серебряные. Она облегчённо выдохнула.

— Ты… проклятье… — лицо Блейна было перекошено от ярости. — Где ты была? Тебя здесь не было.

Сердце Лии глухо застучало.

Она давно не вспоминала о нём. Почти забыла, каково это — стоять перед ним. Но, встретившись с его взглядом, она вспомнила всё. Мгновение, когда она вонзила кинжал ему в сердце, вспыхнуло в памяти.

Она убила его собственными руками.

Даже зная, что это сон, видеть его живым было пугающе. Тело предательски оцепенело.

— Я думал, ты сбежала… — Блейн осмотрел её с головы до ног.

Лия невольно отступила.

— Ты меня боишься?

Он шагнул ближе, и она попятилась ещё.

— Ты собиралась уйти от меня? Не уважаешь меня?

Она хотела ответить, но голос не слушался. Воздух застрял в груди.

Блейн потянулся к её волосам —

— А!

Из-под кровати внезапно вынырнула рука Ишакана и обвилась вокруг его шеи.

Глаза Лии расширились.

Полуночный сон (7)

Блейн отчаянно вырывался, но хватка Ишакана не ослабла ни на мгновение. Он спокойно наблюдал за ним, точно рассчитывая силу, чтобы лишь лишить его сознания. Когда тело обмякло, Ишакан проверил пульс и, убедившись, что тот жив, отбросил его на пол, словно ненужную вещь.

Его взгляд был холодным и спокойным, когда он посмотрел на Лию. Стоило ей встретиться с этими знакомыми золотыми глазами, как силы внезапно покинули её ноги.

— Ах…

Ишакан мгновенно подхватил её. Тепло его тела оказалось таким успокаивающим. Но чем больше она осознавала случившееся, тем холоднее становилось внутри. Он вовсе не выглядел встревоженным — будто просто сделал то, что считал своим долгом.

Лия прижала ладонь к бешено колотящемуся сердцу. Раньше он бы так не поступил. Тогда он лишь наблюдал, как Блейн уводит её куда пожелает. Он всегда спрашивал, нужна ли ей помощь, прежде чем вмешаться. Он всегда ставил её волю выше всего.

Юный Ишакан был куда более импульсивным.

Он нахмурился, заметив её улыбку.

— Почему ты улыбаешься? Ты была в опасности…

— Я не была в опасности, — мягко ответила Лия. — Ты меня защитил.

Взгляд Ишакана опустился, и его смущение вызвало у Лии внезапное, почти озорное желание поцеловать его в щёку.

Осторожно он уложил её на кровать, затем быстро сорвал занавески, скрутил из них подобие верёвки, связал Блейна и затащил его в шкаф.

— Прости. Я создал тебе проблемы, — наконец сказал он, взглянув на неё.

— Не волнуйся, я разберусь, — ответила Лия, хотя понятия не имела как. — Может, нам просто сбежать?

Она сказала это в шутку, но он воспринял всерьёз.

— …Да.

Он медленно опустился перед ней на колено. Лия удивлённо распахнула глаза, когда он осторожно взял её за руку.

— Сбеги со мной в пустыню.

Он уже однажды предлагал ей это.

— Это не спокойное место. Оно опаснее дворца. Но я буду защищать тебя. Никому не позволю обращаться с тобой плохо.

Щёки юноши покраснели.

— У меня ничего нет… но я не хочу оставлять тебя здесь.

Он даже похищал её, чтобы спасти. И теперь, увидев, как она дрожит перед Блейном, не мог уйти без неё.

Когда бы они ни встретились, Ишакан всегда стремился её спасти.

Лия крепко обняла его. Предложение было таким искренним, что на глаза навернулись слёзы. Сначала он замер, но потом неловко обнял её в ответ.

— …Прости, — тихо сказала Лия. — Я не могу уйти.

Так всегда было между ними.

Она хотела уберечь его от всего, что ждало впереди. Но не знала, как изменится будущее, если сейчас отправится с ним в пустыню. Даже если это всего лишь сон, она уже изменила слишком многое — и боялась разрушить их будущее окончательно.

— Ты не хочешь уйти от человека, которого ненавидишь? — спросил он с болью. — Я не хочу оставлять тебя одну.

— Спасибо, Ишакан.

Он вздрогнул от того, как она назвала его.

— Ты не можешь так меня звать. Я ещё не кан.

Она проигнорировала его поправку.

— Ты придёшь за мной потом? — спросила она.

Полуночный сон (8)

Её зрачки расширились.

— Стань королём Куркана, — сказала Лия с нежностью. — И я с радостью пойду за тобой.

В этот раз она оставит титул принцессы и отправится с ним в пустыню. В этот раз Ишакану не придётся угрожать ей похищением — она согласится из любви. Лия представила, как счастливы они будут вместе, и его имя само сорвалось с губ.

— Ишакан.

Лицо мальчика покраснело, как яблоко в его руке. Но на этот раз он её не поправил.

— Я вернусь за тобой, принцесса, — пообещал он. — Я стану курканом, достойным тебя.

Он поцеловал её безымянный палец. Это было похоже на предложение руки и сердца.

— И тогда ты станешь моей женой.

Лия улыбнулась.

— Да. Я буду ждать тебя.

Они смотрели друг на друга, зачарованные, пока хриплый голос не разорвал тишину.

— Ждать? — Лия резко проснулась и подняла взгляд в золотые глаза. — Кого?

Она не сразу поняла, что происходит.

— Я снова взрослая?.. — сонно пробормотала она.

— Просыпайся.

Ишакан сжал её щёку пальцами, возвращая к реальности.

Перед ней стоял взрослый Ишакан — сильный, прекрасный. Лия несколько мгновений просто смотрела на него.

— Ишакан!

Она обняла его, наслаждаясь теплом его тела и знакомым запахом. Он вернулся домой.

— Когда ты приехал?

— Только что, — он бросил взгляд на окно. Ещё не рассвело. — Я скучал по тебе.

Она уткнулась лицом в его грудь.

— Что тебе снилось? — мягко спросил он.

— Ты, — ответила она, и в её глазах светилась гордость. — Ты был совсем юным и просил меня выйти за тебя.

— Вот как.

— И звал меня в пустыню.

— И что?

Он реагировал совсем не так, как она ожидала.

— Я согласилась, конечно, — добавила она. — Я никогда не смогла бы отказать тебе.

Он нахмурился.

— Ты собираешься оставить мужа?

— Это был сон, — возмутилась Лия. Как можно отвечать за то, что происходит во сне?

Она надула губы, а Ишакан улыбнулся и взял её за руку. Обручальное кольцо было на месте, и она ласково провела пальцами по серебру.

— Где бы я тебя ни встретила, я всё равно влюбилась бы, — тихо сказала она.

— Я знаю.

Он мягко уложил её на кровать.

— Даже если бы ты была женой Бён Гёнбэка, это бы не остановило меня.

Он коснулся губами её пальца с кольцом, и она тихо засмеялась от неожиданного ощущения. Он облизнул губы, словно внезапно проголодался.

— Похоже, мне придётся доказать это до того, как проснётся Леша, — сказал он, начиная раздевать её.

— Правда?..

— Я быстро. Доверься мужу.

Лия доверяла мужу во многом, но не в этом. Он игриво укусил её за щёку, словно находил её невероятно милой.

— Ты мне не веришь?

— Нет.

Но отказаться она не могла. Она скучала по ночам с ним. Её руки обвили его шею, и их поцелуй стал долгим и горячим.

Пусть сегодня солнце взойдёт как можно позже, — подумала Лия.

Снег в пустыне (1)

Лия была не только королевой Эстии, но и королевой Куркана.

Курканы оказали Эстии огромную помощь, и Лия считала справедливым отблагодарить их. Она решила объявить о своей второй беременности в пустыне Куркана.

Её беспокоила лишь дорога. Хотя тело восстановилось, она всё ещё оставалась слабой, поэтому решила посоветоваться с Морга. Мура пришла в восторг от этой идеи — она всегда считала, что Лии пойдёт на пользу жизнь в более спокойном месте.

— Пока ты во дворце, работа всегда будет ждать тебя, — сказала Мура.

Совет был разумным, и Лия отправилась к Морга.

Леша был вне себя от радости.

Впервые в жизни ему предстояло дальнее путешествие. Он сам собрал маленькую сумку и каждый день носил её за спиной. Лия не смогла сдержать смеха, увидев её содержимое.

В «сумке для приключений» лежали несколько любимых игрушек, в том числе его любимая кукла-оборотень, кинжал отца, печенье, конфеты, сушёные финики и книга сказок. Когда Лия спросила, зачем ему нож, Леша стал серьёзен.

— Чтобы защищать маму.

Но тут же он начал перебирать содержимое сумки, вытаскивая сладости.

— А это — если мама проголодается, а это — если тебе станет скучно…

Он даже показал книгу, объяснив, что картинки похожи на карты и помогут, если они заблудятся. Он собирался разжигать костры для сигнала о помощи и заранее продумал все возможные бедствия, которые могли случиться во время путешествия по пустыне.

Подготовка Лии выглядела иначе.

Ей было непросто передать столько дел другим. Большую часть она доверила графу Вальтейну и министру финансов Лорану, но ей было неловко говорить, что она едет в Куркан отдыхать.

Курканы тоже были заняты — особенно колдуны вроде Морга. Они неустанно искали способ уменьшить усталость, мучившую ослабленное тело их королевы. Благодаря Ишакану удалось собрать почти все необходимые ингредиенты.

— Это зелье превратит любого, кто его выпьет, в чудовище, — покачала головой Мура, когда Морга протянул Лии флакон.

— Это укрепляющий настой, — спокойно объяснил Морга. — Он ещё не завершён, нам не хватает одного ингредиента, но должен помочь тебе восстановить силы.

Лию удивило, что чего-то не хватает. Если дело касалось её здоровья, Ишакан отправился бы хоть на край света.

— Мы не смогли найти Краснокровный плод, — пояснил Морга, прежде чем она успела спросить.

На востоке росло дерево под названием Кровь — его листья всегда были красными. Плоды назывались краснокровными, и даже богатым людям было трудно их добыть.

— Похоже, все деревья погибли от болезни.

Даже если новые вырастут, пройдёт много времени, прежде чем появятся плоды.

— Мы продолжаем поиски, — добавил Морга. — Связались с людьми Восточного континента. Надеюсь, будут хорошие новости.

Морга было неловко, что он не смог создать идеальное зелье, но Лия спокойно выпила настой. Он оказался очень горьким. Она сразу потянулась за кусочком шоколада, чтобы перебить вкус.

— С плодом он был бы сладким, — с сожалением сказал Морга.

Лия тоже пожалела, что не может попробовать этот плод — горечь хотелось чем-то заменить.

Но зелье подействовало прекрасно. В течение следующих дней её наполняла энергия, настолько ощутимая, что она невольно задумалась, каким бы был эффект полностью завершённого настоя.

Ну что ж. Если плод действительно невозможно достать — значит, не судьба.

Снег в пустыне (2)

— Папа.

За завтраком Леша собирался сообщить нечто важное.

— Мне снова приснился сон про маму.

— Снова? — Ишакан сразу отложил приборы. Лия тоже.

— Угу.

Леша родился с даром видеть будущее. Пока он был слишком мал, чтобы управлять этим даром, и чаще всего видения приходили во сне. Обычно это были мелочи — визиты гостей, погода на следующее утро. Но иногда он видел по-настоящему важные вещи.

В прошлый раз он увидел короля Балката, намеревавшегося использовать зелье против Лии. Поэтому родители всегда относились к его снам серьёзно.

Леша задумчиво посмотрел на стол и взял гранат.

— Он очень сильный.

…

Лия и Ишакан переглянулись, затем посмотрели на плод. Красные фрукты считались полезными. И всё же Лия вспомнила о Краснокровном плоде.

Леша даже положил гранат на тарелку отца.

— Мама должна его есть, чтобы стать сильнее.

— Конечно, — мягко сказал Ишакан.

Он разрезал гранат и выложил зёрна на тарелку Лии.

— Не волнуйся, Леша. Я найду его.

Но если бы он мог его найти, Лия уже давно бы попробовала этот плод.

После завтрака Лия и Ишакан отправились на прогулку.

— А если мы не найдём его? — спросила она.

Она подумала, что Ишакан просто принесёт ей побольше гранатов, чтобы сдержать слово перед Лешей. Но он понял сон иначе.

— Раз он увидел, как ты его ешь, значит, способ получить его существует, — ответил Ишакан.

Для него пророческий сон означал гарантию успеха.

Он обхватил её за талию и поднял, так что её ноги на мгновение оторвались от земли.

— Я обязан найти его, если это полезно для тебя.

Щёки Лии порозовели.

— Тогда… я бы хотела его, — тихо сказала она.

Ишакан научил её быть честной в своих желаниях.

Он притянул её к себе и поцеловал. Поцелуй затянулся, и Лия позволила себе утонуть в нём.

Настал день отъезда.

Во дворце собрались все, чтобы проводить Лию. Не только знать, но даже бывшие фрейлины из дворца принцессы. Графиня Мелисса и баронесса Синаэль вытирали слёзы платками.

— Можно подумать, я уезжаю навсегда, — пошутила Лия.

— Пожалуйста, не говорите так! — воскликнула графиня Мелисса. — Я просто вспомнила прошлый раз…

Когда Лию отправили к границе Эстии — на брак с Бён Гёнбэком.

— Сейчас всё иначе, — сказала графиня, просияв. — Я рада, что вы счастливы, Ваше Величество.

Лия молча обняла её. И стоило ей обнять графиню, как все остальные тоже захотели того же. Прощание затянулось.

Наконец, простившись с придворными, они отправились в путь.

— Поехали! — крикнул Леша.

Карета тронулась. Ишакан ехал рядом верхом, держась у окна.

— Если почувствуешь себя плохо, скажи мне, — сказал он.

Снег в пустыне (3)

— Ты тоже должен говорить мне, если почувствуешь себя плохо, — сказала Лия.

Ишакан улыбнулся, будто сама мысль о том, что о нём нужно беспокоиться, казалась ему забавной.

Он погладил её по щеке, а Лия посмотрела в окно кареты на дворец Эстии, который постепенно уменьшался вдали. Это был её второй путь в пустыню.

В первый раз всё было почти похищением, и она мало что помнила. Большую часть дороги она проспала и открыла глаза уже глубоко в пустыне.

Теперь же она ехала туда по собственной воле — и при совершенно иных обстоятельствах. Её жизнь изменилась так сильно, что Лия вдруг поняла, почему графиня Мелисса плакала.

— Мам?

Леша заметил её задумчивое выражение лица.

— Попей воды.

Он так внимательно заботился о ней, что это трогало до глубины души. Лия улыбнулась — и Леша улыбнулся в ответ.

— Спасибо, Леша.

Мальчик, сидевший у неё на коленях, приносил ей столько счастья. Лия крепко обняла сына.

Когда они пересекли границу Эстии, они отделились от остальных курканов. Это было их семейное путешествие, и Ишакан исполнил каждое желание Леши. Они не только рыбачили, но и разводили костры, и даже собирали ягоды. Лия с удивлением заметила, что Ишакан не забыл ни одной детали.

Леша был так счастлив, что они пожалели — почему не отправились в путь раньше. Каждый вечер он засыпал с раскрасневшимися щеками, а каждое утро просыпался с радостным криком.

Настой Морга тоже помогал. Лия чувствовала себя бодрой и крепкой на протяжении всего путешествия — во многом благодаря заботе мужа и сына. Казалось, они боялись, что её унесёт даже лёгкий ветер. В каждой новой гостинице первым делом они давали ей очередную порцию настоя Морга, а перед сном Ишакан делал ей массаж своими большими ладонями. Леша сидел рядом и старательно повторял движения отца.

Потом они засыпали вместе.

После этого тёплого, радостного пути они достигли пустыни.

Прошло так много времени с тех пор, как Лия видела её в последний раз, что сердце у неё замерло при виде бескрайних песков — словно золотого океана. Она чувствовала, будто вернулась домой.

Странная мысль для той, кто родилась во дворце Эстии. Но все её самые дорогие воспоминания были связаны именно с этим местом. Все люди, которых она любила больше всего, родились здесь.

— Ух ты… — выдохнул Леша и потянул за край её юбки. — Смотри, мама, он такой же, как я.

Он говорил о пустыне — ему казалось, что его глаза похожи на её цвет.

Перед путешествием все трое приняли зелье, меняющее внешность. Обычная магия не действовала на Ишакана и Лешу, поэтому в настой пришлось добавить их кровь. Леша нахмурился, увидев, как его золотые глаза становятся обычными карими.

— Не просто похож, — мягко сказала Лия. — Совсем такой же.

— Я люблю пустыню, — прошептал Леша ей на ухо и, будто вспомнив о чём-то важном, добавил: — И маму тоже люблю.

Лия улыбнулась.

— И я тебя люблю.

Снег в пустыне (4)

В пустыне они передвигались на верблюдах.

Ишакан боялся, что Лия обгорит под солнцем, поэтому укутывал её в просторный плащ. Колдуны изготовили его специально для этой поездки: днём ткань поглощала жар, сохраняя прохладу, а ночью отдавала накопленное тепло. Ни одному куркану такая вещь не понадобилась бы, но для Лии она была идеальна. Благодаря этому плащу удушающая жара пустыни почти не ощущалась.

И всё же Ишакан не переставал тревожиться.

— Тебе не слишком жарко?

— Нет.

Его это не убедило. Он делал вид, что верит, но всё равно внимательно всматривался в её лицо, проверяя, не выступил ли пот.

— Следи за мамой, Леша.

— Буду! — Леша расправил плечи и хлопнул себя по груди. — Не волнуйся, папа!

Взгляд Ишакана скользнул вдаль, по волнам песчаных дюн.

…

Лия видела только бесконечное море песка, но Ишакан, похоже, заметил нечто ещё.

— Хочешь отдохнуть? — спросил он.

— Здесь?

— Скоро будет оазис.

И правда, немного проехав, они увидели полоску зелени и блеск воды. Леша взволнованно вскрикнул при виде синей глади.

Пока он бежал к воде, Ишакан привязал верблюда к дереву и развернул карту в тени.

— Отдохни немного, — сказал он, поцеловав Лию в лоб. — Я осмотрюсь.

— Здесь опасно? — обеспокоенно спросила она.

— Ты что, своего мужа не знаешь? — усмехнулся он.

Они могли путешествовать без охраны именно потому, что Ишакан был рядом и никогда не скрывал своей силы. Он легонько коснулся кончика её носа пальцем.

— А?

Через мгновение он уже исчез среди дюн.

Лия знала: когда вернётся, всё объяснит. И всё же тревога не отпускала.

Она невольно улыбнулась. Мура всегда смеялась, когда Лия начинала переживать о подобных вещах.

— Мама! Я пойду играть в воде! — объявил Леша, возвращаясь к ней.

— Ты помнишь, что нужно быть осторожным?

— Конечно. Особенно если ты здесь.

Он провёл рукой по воде. Курканы отлично плавали, поэтому Лия не беспокоилась. Она с удовольствием наблюдала, как сын плескается, сидя у самой кромки воды.

Она прикрыла глаза, наслаждаясь редким покоем.

И вдруг раздался шум.

К оазису приближались верблюды.

Это был караван. Такие караваны перевозили драгоценности, специи, благовония — ценный товар. Раньше Эстия торговала с ними.

А значит, они были желанной добычей для разбойников. Поэтому караваны обычно нанимали вооружённых наёмников для охраны.

— Мама!

Леша выскочил из воды и побежал к ней.

Лия оставалась спокойной. Она знала: Ишакан не допустит, чтобы с ними что-то случилось.

Вместе они наблюдали, как караван остановился неподалёку. Люди спешились, наполняли бурдюки водой и переговаривались, явно не ожидая встретить кого-то в этом месте.

Наконец к Лии подошёл мужчина средних лет, по всей видимости глава каравана, и рядом с ним — молодой человек, похожий на его сына.

— Вы заблудились?

Снег в пустыне (5)

Глава каравана не особенно верил, что они просто заблудились посреди пустыни. Куда вероятнее было, что они от кого-то скрываются. Тем не менее он держался вежливо и не производил впечатления человека с дурными намерениями.

— Я жду мужа, — сказала Лия, позволяя вуали соскользнуть с лица.

В подтверждение она подняла левую руку с обручальным кольцом. Мужчина отметил его, но полностью это его не успокоило.

— Пока ваш муж не вернётся, вы можете ехать с нами, — предложил он. — Поблизости орудуют разбойники.

Лию это не встревожило. Возможно, именно к ним и отправился Ишакан. А значит, разбойники действительно рядом — просто караванщик ещё не заметил этого.

— Меня зовут Бахман, — представился мужчина. — Я торговец, направляюсь в Куркан. Мне можно доверять. А это мой старший сын, Хутан.

Он указал на крупного мужчину, напоминавшего медведя.

В этот момент налетел горячий порыв ветра. Лия инстинктивно закрыла глаза и обернула плащ вокруг Леши, защищая его. Когда ветер стих, её капюшон слетел. Она поспешно поправила волосы и подняла взгляд на Бахмана.

Он выглядел растерянным.

Лия почувствовала неловкость. Всё путешествие она скрывала лицо, чтобы не выдавать характерные черты эстийской королевской семьи. Она уже усвоила этот урок в одном из первых городов на пути — тогда она оставила лицо открытым, и местный старейшина влюбился в неё с первого взгляда, что обернулось проблемами, которые Ишакан решил… довольно прямолинейно.

Воспоминание до сих пор вызывало неприятный холодок.

А были и такие, кого не останавливало даже кольцо на её руке.

Сейчас был явно не лучший момент, чтобы ветер сорвал её прикрытие.

— О… — моргнул Хутан, словно медленно осознавая увиденное. — Ч-честь познакомиться.

Он протянул руку для рукопожатия, но тут же поспешно вытер вспотевшие ладони о одежду.

— Простите… я немного волнуюсь.

Он был крупным и неуклюжим, но его искренняя неловкость вызывала улыбку. Лия мягко пожала ему руку. Хутан выглядел так, будто получил удар по голове.

— Мама, — фыркнул Леша, крепко прижимаясь к ней и глядя на мужчин с подозрением, словно ожидал, что они вот-вот набросятся.

— Всё в порядке, — успокоила его Лия.

Леша продолжал хмуриться.

— В любом случае, мы направляемся в Куркан, — откашлялся Бахман. — Я бы не хотел, чтобы разбойники наткнулись на вас. Надеюсь, вы примете моё предложение.

— Вы уже торговали с курканами? — спросила Лия, слегка отвернувшись, чтобы скрыть лицо.

— Пока ничего официального, — неловко улыбнулся Бахман.

Лия знала, что Куркан неохотно допускает иностранную торговлю. Большая её часть шла через Эстию. Иногда разрешались отдельные сделки, но караванной торговли практически не существовало. Курканы не любили караванщиков.

Их прежний король продал слишком многих из них в рабство именно через такие караваны.

Снег в пустыне (6)

С приходом нового короля торговля с Курканом практически прекратилась.

— Но курканам будет интересен хороший товар, — уверенно сказал Бахман. Судя по тону, он был убеждён, что его товар исключительный. При этом в его поведении не было ни тени тревоги — возможно, к работорговле он не имел отношения. Это пробудило в Лии любопытство.

— На что вы собираетесь обменивать товар?

— На курканский пурпурный шёлк. На материке он ценится дороже золота. Ни один краситель не даёт такого насыщенного оттенка. И качество — непревзойдённое.

Лия невольно вспомнила все платья из пурпурного шёлка в своём гардеробе. Ишакан дарил ей их без счёта — ткани, идеально подчёркивающие её фиолетовые глаза. Вероятно, в её шкафу было больше драгоценного курканского шёлка, чем во всём остальном материке вместе взятом.

— На это мы и рассчитываем. Во многом из-за королевы Эстии…

Лия вздрогнула от неожиданности, но ничем не выдала этого.

— …она часто носит одежду из курканского шёлка, и теперь это стало модой по всему материку. Достать его невероятно сложно.

— Вот как…

— Многие хотят выглядеть как королева. Эти фиолетовые глаза, понимаете… — продолжил Бахман.

Лия знала, что шёлк популярен, но не думала, что именно он стал основой целого торгового предприятия в пустыне. Ей пришлось сдержаться, чтобы не покраснеть.

— И что ещё вы привезли для обмена?

— То, что заинтересует короля Куркана, — с гордостью ответил Бахман.

В этот момент налетел новый порыв ветра, подняв тучу песка. Все поспешно прикрыли лица.

Зрение Лии затуманилось, но сквозь песчаную завесу она различила силуэт мужчины, спокойно приближающегося к ним. Лицо его было закрыто тканью, но фигура была безошибочно узнаваема.

— Иша! — позвала она.

Его имя было известно по всему материку, поэтому в путешествии она называла его сокращённо. Каждый раз это вызывало у него довольную улыбку.

Он быстро подошёл и, не обращая внимания на присутствующих, поцеловал её в губы. Лия широко распахнула глаза. Мужчины из каравана наблюдали за ними, но Иша это совершенно не смущало.

— Скучала по мужу? — спросил он.

Можно было подумать, что его не было неделю, но прошло всего несколько часов. И всё же Лия кивнула.

— Папа!

Леша вцепился в одежду отца и сердито посмотрел на Бахмана и Хутана, будто обвиняя их в том, что они докучали его матери. Они ничего дурного не сделали, но за время путешествия слишком многие пытались привлечь её внимание, и Леша стал чересчур бдительным.

Ишакан погладил сына по голове и перевёл взгляд на двух мужчин.

Хутан был высоким, но рядом с Ишаканом выглядел значительно меньше. Было заметно, что он не привык смотреть на кого-то снизу вверх — это делало его неловким.

— Куркан…? — пробормотал Бахман.

— Я похож на куркана? — невозмутимо спросил Ишакан, обнимая Лию за талию.

— Нет, нет. Просто у вас… впечатляющее телосложение, — поспешил оправдаться Бахман. Похоже, он опасался обидеть его таким предположением. — Мой сын тоже не маленький человек.

— Ах, — Ишакан лениво скользнул взглядом по Хутану и усмехнулся. — Да, довольно крупный. Для человека.

Бахман замялся, не понимая, как воспринимать эти слова, а Ишакан тихо рассмеялся.

— Итак, какое дело у вас к моей жене?

Снег в пустыне (7)

Бахман повторил Ишакану всё то же самое, что рассказывал Лии, добавив предупреждение о разбойниках.

— Спасибо за предупреждение, — равнодушно ответил Ишакан.

Только теперь Бахман заметил, что тот не использует ни одного почтительного обращения. Он снова внимательно посмотрел ему в глаза — подозрительно обычные, карие.

Но зелье полностью скрывало золотой блеск.

Бахман откашлялся — горло было пересохшим от пыли.

— Я сделал всё, что мог. Потом не говорите, что вас не предупреждали.

Похоже, подозрения у него всё же остались, с зельем или без него. Он быстро наполнил бурдюк и вернулся к каравану.

— Сообразительный торговец, — заметил Ишакан, глядя, как караван уходит.

— Не пугай его, он не выглядел плохим человеком, — возразила Лия. — Он просто хотел помочь.

— Его сын был совсем молод… — добавила она, вспомнив Хутана.

— Который из них? — нахмурился Ишакан.

— Высокий.

— Леша, ты слушал? — спросил Ишакан, повернувшись к сыну.

Лия тут же прикрыла ладонью его рот. Ишакан немедленно лизнул её пальцы, и она поспешно отдёрнула руку.

— О чём они говорили до моего прихода?

— Они хотят торговать с Курканом, — объяснила Лия.

Ишакан усмехнулся, слушая рассказ о пурпурном шёлке и уверенности Бахмана в ценности своего товара.

— Мы увидим их во дворце? — спросила Лия.

— Если они доберутся через пустыню целыми.

Она вздрогнула.

— Разбойники действительно рядом?

— Довольно близко. Я собирался разобраться с ними сегодня.

— Сегодня?..

— Не имеет значения. Мы двинемся, когда они нападут на караван.

Всё произошло именно так, как он предполагал.

Той ночью разбойники атаковали караван. Ишакан с семьёй проезжал мимо, когда всё началось. Два верблюда медленно шли под яркой полосой Млечного Пути, и если бы не крики, ночь казалась бы совершенно спокойной.

…

Лия смотрела на огни факелов вдалеке. В ночи звенели клинки, раздавались вопли.

Караван не имел к ней отношения. И всё же тревога сжала сердце.

— Хочешь, чтобы я их спас? — спросил Ишакан.

Она медленно покачала головой. Ей не хотелось втягивать мужа в опасность — тем более по её просьбе.

— Тогда почему ты так смотришь на меня?

— Ну… — Лия осторожно подбирала слова. Ревность Ишакана было легко задеть. — Они говорили, что везут товары, которые могут заинтересовать Куркан.

Это было дипломатичное предложение.

— Значит, ты хочешь, чтобы я спас караван?

— Да… но это опасно.

Снег в пустыне (8)

— Опасно? — Ишакан усмехнулся. Неужели она считает его настолько слабым, что он не справится с горсткой разбойников?

Леша, дремавший у него на руках, вдруг поднял голову. Волосы торчали во все стороны.

— Папа?.. — пробормотал он сонно. Потом вдруг встрепенулся: — Папа!

Он стукнул отца ладонью по груди.

— Мне приснился сон. Про тот подарок. Красный. Для мамы.

При упоминании Краснокровного плода Ишакан мгновенно стал серьёзен. Он всё ещё не смог его найти.

Леша вытянул руку.

— Там.

Ишакан и Лия посмотрели в указанную сторону.

В сторону каравана.

Ишакан тут же спрыгнул с верблюда и передал Лешу Лии. Его ладонь легла на изогнутый меч у пояса, и на губах появилась знакомая улыбка.

— Я скоро.

Бахман, глава каравана, был человеком амбициозным.

Ещё в юности он добился значительных успехов в торговле — у него был врождённый нюх на прибыль. На этот раз его интуиция привела его в Куркан. Самое опасное королевство на материке, но при этом притягательное, несмотря на войны, которые оно вело ради освобождения своих рабов.

И во всех этих войнах Куркан победил.

С кровью зверей в жилах курканов обычным людям было трудно с ними соперничать. После брачного союза с Эстией их влияние лишь усилилось.

Сила притягивает.

Многие теперь стремились к союзу с Курканом. Но были и те, кто по-прежнему презирал их, цепляясь за прошлое, где их можно было назвать варварами.

Одного о Куркане сказать было нельзя — его нельзя было игнорировать.

Как и Лию де Эстию.

Её слава гремела по всему материку. Небеса даровали ей редкую красоту, и самые могущественные мужчины мира соперничали за её благосклонность. Хотя король Куркана стал её мужем, желающих обладать ею меньше не стало. Отрубленная голова короля Балката служила мрачным напоминанием.

Многие восхищались её красотой, но втайне насмехались, полагая, что именно благодаря ей она стала королевой.

Бахман так не считал.

Одним лишь лицом невозможно удержать столь шаткое положение. При её правлении Эстия достигла новых высот, и она умело использовала союз с Курканом, укрепляя оба государства.

Для него это было доказательством её политического таланта. И всё же ему было любопытно — какова она на самом деле.

Он хотел увидеть её собственными глазами.

Но после сегодняшнего дня это уже не имело значения.

Подъезжая к оазису, он увидел женщину с маленьким ребёнком. Любой задержался бы, увидев такую картину. Она сидела под пальмой, наслаждаясь тишиной, и вокруг неё словно витал особый свет.

Как мираж в пустыне. Он почувствовал странное притяжение, которое заставило его подойти. А затем порыв ветра сорвал с её лица покрывало. И Бахман был поражён до глубины души. Никогда в жизни он не видел столь прекрасной женщины. Даже королева Эстии не могла бы затмить её.

Ему потребовалось мгновение, чтобы прийти в себя. И тогда он начал говорить, решив воспользоваться шансом установить связь с этой женщиной.

Снег в пустыне (9)

Бахману было любопытно. Кто муж этой женщины? Такая не могла оказаться здесь одна. Возможно, их разлучили обстоятельства.

Некоторые признаки будто подтверждали его догадку — может, они и правда скрывались. Но стоило ему увидеть мужа, как мысль о бегстве рассеялась. Такой человек не бежит. В его осанке чувствовались и леность, и высокомерие, и природное право повелевать.

И невероятная сила.

Его мускулы напоминали мышцы хищника. В тот же миг Бахман понял: этот человек сокрушил бы любое поле боя. Мысль сама сорвалась с губ.

— Куркан…?

Иного объяснения не находилось. И всё же курканов легко было отличить от людей: тёмная кожа, тёмные волосы, яркие глаза, татуировки. У этого мужчины глаза были обычного карего цвета, а на коже не было видно ни одного знака.

Он не был курканом. Но и обычным человеком тоже не был.

Поддавшись импульсу, Бахман предложил незнакомцу с семьёй присоединиться к каравану. Ему отказали. Какая дерзость.

Гордость Бахмана была задета, но вместе с тем он ощутил странный, инстинктивный страх. За годы торговли его чутьё стало безошибочным.

Не переходи дорогу этому человеку.

Перед уходом от оазиса Бахман всё же предупредил их, что они пожалеют.

— Отец, а если они встретят разбойников? — спросил Хутан, когда караван снова двинулся в путь. — Один человек не справится.

— Верно, — кивнул Бахман. — Даже сильный человек не может противостоять целой шайке. Когда они наткнутся на разбойников, будут плакать о своём выборе.

— Всё же…

— Что такое? Ты хочешь им помочь?

— Я беспокоюсь о мальчике…

Бахман улыбнулся.

— Когда придёт время, они сами заплатят нам за помощь.

Нападения в пустыне были делом обычным, и Бахман тщательно подготовил охрану. Уверенный в своей безопасности, он мог позволить себе великодушие — и даже пообещал Хутану помочь тем путникам при необходимости.

Но когда нападение произошло, всё оказалось совсем иначе.

Разбойники узнали о караване заранее и подготовились. Они привлекли дополнительных людей и даже внедрили своих шпионов среди наёмников, которых Бахман нанял для защиты. Несколько «охранников» работали под чужими именами и передали разбойникам все сведения о грузе.

Все планы защиты, все слабые места — всё оказалось раскрыто. Нападение прошло стремительно и безжалостно. Бахман беспомощно смотрел, как грабители выносят из повозок драгоценности и товары. Он пережил немало бед и всегда выходил победителем. Возможно, сам он был слишком самоуверен.

Он всегда верил, что выживет при любых обстоятельствах. И уж точно не ожидал встретить конец от рук пустынных бандитов. Теперь он стоял на коленях, связанный верёвками, и мог лишь проклинать свою судьбу.

— Некогда рассиживаться! — закричал один из предателей-наёмников. — Где они? Их нужно найти сейчас же!

Остальные продолжали грабить повозки.

— Мы видели в оазисе ещё троих! Лицо той женщины стоит дороже всего каравана!

Их слова были грубыми. Разбойники, интересовавшиеся лишь деньгами, прислушались.

Бахман побледнел. Предатель тоже видел её.

— Мальчишка почти такой же красивый, как мать, — крикнул другой. — За него дадут хорошую цену. Но такую женщину я ещё не встречал…

Снег в пустыне (10)

Жадный блеск вспыхнул в глазах разбойников, и один из них довольно усмехнулся.

— Если бы ты видел её лицо, сам бы первым кинулся её искать.

Боже…

Бахман давно не вспоминал о Боге, но сейчас молился. Он подошёл к той женщине с намерением помочь — и этим, возможно, навлёк на неё беду. Грудь сдавило от вины.

Пусть она успела уйти.

Но когда разбойники начали разбиваться на группы, чтобы прочесать округу, надежда угасла. Взгляд Бахмана потемнел.

И в тот самый миг, когда он почти отчаялся, появился он. Сначала Бахман его не узнал. Меч сверкнул — и трое разбойников рухнули в одну секунду. Песок окрасился кровью. В лагере поднялся крик. Кто-то закричал о подкреплении. Но когда стало ясно, что это всего один человек, многие расхохотались.

Один из предателей ткнул в него пальцем.

— Это её муж! Значит, женщина рядом!

— Так убейте его побыстрее. Может, выманим её.

Отвратительно.

Бахман ожидал ярости. Но мужчина оставался удивительно спокойным. На губах мелькнула лёгкая улыбка. Взгляд же стал хищным.

Он двинулся вперёд без колебаний.

Тому, кто позволил себе грязный жест в адрес женщины, он отсёк кисть одним взмахом. Кровь хлынула фонтаном. Мужчина умер мучительно. За ним последовали другие — быстро, страшно, безжалостно.

Разбойники ринулись в атаку хаотично, крича и размахивая оружием. По сравнению с этим человеком они казались детьми.

Чем больше крови проливалось, тем ярче горели его глаза. Лицо постепенно теряло человеческую мягкость.

Заклинание не могло долго скрывать его природу. Когда чары рассеялись, Бахман увидел их — золотые глаза, сияющие в ночи.

— Куркан… — выдохнул он.

Ишакан.

Король Куркана.

Теперь Бахман почти забыл о собственной судьбе. Его больше волновало другое — как он вел себя в оазисе. Простит ли его король? Бой закончился быстро. Песок стал тёмным от крови. Последнему разбойнику Ишакан собственноручно свернул шею, а затем оторвал голову и небрежно бросил её к ногам Бахмана.

— Эй… — вырвалось у торговца.

Но Ишакан лишь спокойно достал из сумки бурдюк и смыл кровь с рук. Затем вынул табак, прикурил от ещё тлеющего факела и сделал несколько неспешных затяжек.

Никто из выживших не осмелился произнести ни слова.

Они просто ждали.

Когда табак догорел, Ишакан повернулся к Бахману. Тот напрягся так сильно, что на мгновение испугался позора от страха. Под золотым взглядом старый торговец дрожал, как ребёнок.

— Пощадите! — выпалил он, едва их взгляды встретились. — Если вы сохраните мне жизнь, я отплачу…

— Краснокровный плод, — перебил его Ишакан.

Бахман замер посреди мольбы. Мысли рассыпались.

— …что? — только и смог он произнести.

— Краснокровный плод, — повторил Ишакан. — У тебя есть?

Снег в пустыне (11)

К сожалению, у Бахмана Краснокровного плода не было.

Но в сне Леши караван обладал им. Значит, дело, возможно, было лишь во времени — ещё не было, но будет.

Со слезами на щеках Бахман поклялся, что найдёт его.

От прежней самоуверенности не осталось и следа. Сколько бы Лия ни пыталась его успокоить, он продолжал умолять Ишакана пощадить его — ведь он сможет выполнить обещание.

Слёзы текли без остановки.

…

После нескольких безуспешных попыток убедить его Лия повернулась к Ишакану. Тот лишь приподнял бровь, невинно куря.

Его глаза снова стали яркими — чары ослабевали. Будучи исключительным курканом, он плохо поддавался маскировке. Его природа была слишком дикой, чтобы её полностью скрыть даже зельем, созданным на крови.

Ни человек, ни даже обычный куркан не смог бы в одиночку справиться с таким числом разбойников. Ишакан спас караван лишь благодаря своей превосходящей силе.

Он убил многих. Это придало его лицу жёсткость, почти нечеловеческую. Бахман дрожал от одного взгляда на него.

Лия решила оставить уговоры на потом. Сейчас он ещё не остыл.

— Папа беспощаден, — сказал Леша, сжав кулачок в сторону каравана. Подвиг отца произвёл на него сильное впечатление. — Я хочу быть как папа.

Ишакан рассмеялся, погасил трубку и поднял сына на руки.

— Хочешь быть как отец?

— Да!

— Тогда ложись спать пораньше.

Леша нахмурился с трагическим видом, и Лия не удержалась от смеха.

Когда караван начал готовиться к дальнейшему пути, для их спасителя и его семьи поставили простой шатёр. После того как Леша уснул, Лия вышла и села рядом с Ишаканом. Над ними раскинулось звёздное небо. В пустыне Млечный Путь казался особенно близким.

Лия взглянула на мужа.

Он сменил одежду, но запах крови всё ещё ощущался. Его звериная энергия медленно угасала, но в глазах всё ещё тлело золотое сияние. Она осторожно положила ладонь на его предплечье.

— Ты в порядке?

Ишакан выпустил струю дыма и намеренно показал клыки.

— Что, испугалась? — он сделал вид, будто собирается её укусить.

Иногда он действительно вёл себя как мальчишка. Лия вместо ответа поцеловала его, чувствуя на губах остаточный вкус табака.

— Я просто волнуюсь. Зелье почти выветрилось.

Она подняла руку и коснулась кожи под его глазами. Кончики пальцев слегка защекотало, когда ресницы коснулись её кожи. Золотые глаза смотрели на неё сверху вниз.

— Мне нравятся твои настоящие глаза.

Ей нравилось в нём всё. Но именно глаза были любимыми — в них было всё, что она любила в пустыне.

— Каждый раз, когда я их вижу, я думаю об этом, — тихо сказала она, любуясь.

Было жаль, что ему приходится их скрывать.

Снег в пустыне (12)

Его взгляд уже не был игривым. В глазах разгорелось жаркое желание, и рука Лии замерла.

— Не останавливайся, — тихо попросил он, не сводя с неё глаз.

Чем дольше он смотрел, тем сильнее краснели её щёки.

— Нам нужно скорее добраться до Куркана, — медленно улыбнулся он. — Я скучаю по твоим серебряным волосам.

Он поцеловал её руку.

— Думаешь, пустыня нам помешает?

Лия вспыхнула от намёка в его голосе. Казалось, голова вот-вот закружится, но она всё же ответила:

— Я тоже хочу скорее в Куркан.

Ишакан наградил её поцелуем.

— Когда доберёмся, проведём весь день в постели, — сказал он с лёгкой усмешкой.

С Лешей это будет непросто, но Лия кивнула. За время путешествия им почти не удавалось побыть наедине, и тоска друг по другу только росла.

Он смотрел на неё медленно и жадно, словно хотел запомнить каждую черту.

— Нам правда нужно поспешить.

Они продолжили путь к Куркану вместе с караваном Бахмана.

Лия мягко погладила Лешу, уснувшего после песни.

Это был первый раз, когда ему дважды приснилось одно и то же. Похоже, он бессознательно использовал свой дар пророчества, возвращаясь к этому сну. Морга наверняка будет в восторге, когда узнает.

Со временем Леша, возможно, сможет видеть будущее по собственной воле.

Лия радовалась его успехам, но одновременно тревожилась. Он был особенным ребёнком, и она боялась, что его способности могут стать для него тяжёлым бременем. Ей не нужна была ни сила, ни слава — только его счастье.

— О чём думаешь? — спросил Ишакан, ехавший рядом на верблюде.

Лия ответила одним словом:

— О воспитании ребёнка.

Ишакан тихо рассмеялся.

— Ты такая милая, — пробормотал он. Она не стала вдаваться в смысл комплимента. — Самое время, — добавил он неожиданно.

Лии понадобилось всего мгновение, чтобы понять, что он имел в виду.

Снег в пустыне (13)

Мура и Хабан первыми вышли им навстречу.

— Лия! Леша! — закричала Мура, и просияла, когда Лия подняла руку в ответ.

Пока Лия, Ишакан и Леша путешествовали спокойно, остальные курканы, отправившиеся из Эстии вместе с ними, мчались через пустыню. Как только Ишакан убедился, что у оазиса действительно были разбойники, он отправил вперёд предупреждение. Не хотелось рисковать, если поблизости скрывались другие банды, поэтому он вызвал стражу, чтобы усилить охрану Лии.

Мура выехала немедленно, едва получила весть.

— Почему мне кажется, будто мы не виделись целую вечность? — воскликнула она. — Будто сто лет прошло! Я так скучала, Лия.

Чуть поодаль Ишакан быстро переговаривался с Хабаном — наверняка о разбойниках.

— Сначала выпей это, — сказала Мура, доставая из кармана стеклянный флакон.

Это было зелье, возвращающее истинный облик. Когда Лия выпила его, обычные каштановые волосы вновь стали серебристыми. Из каравана послышались приглушённые возгласы.

Лия неловко провела рукой по мягким волнам волос.

Мура одарила караванщиков таким взглядом, что они тут же притихли.

— Ничего не поделаешь, если ты прекрасна, моя королева, — фыркнула она.

— Моя мама самая красивая в мире! — гордо объявил Леша.

— А ты самый умный мальчик! — Мура подхватила принца и легко подбросила его в воздух.

Сердце Лии невольно сжалось от такого бурного проявления радости, но она промолчала. Она давно поняла, что нельзя мерить курканов человеческими мерками. И, каким бы резким ни казалось их обращение, Леша никогда не пострадает.

Когда-то Мура извинялась за крошечный след на запястье Лии. Она бы не позволила даже ногтю на пальце Леши быть повреждённым. Если бы ему что-то угрожало, она без колебаний закрыла бы его собой.

С Мурой, занявшей Лешу, Лия получила немного свободы на оставшуюся часть пути. Она спокойно направляла верблюда, наблюдая, как песчаные холмы медленно сменяются знакомым пейзажем.

На следующий день они прибыли в Куркан.

Некоторые караванщики замерли от изумления, увидев столицу. Вдали возвышался огромный королевский дворец, белокаменные здания, мощёные улицы… Всё выглядело величественно.

Трудно было поверить, что это — посреди пустыни. Повсюду росли экзотические деревья, кусты и цветы, будто они попали в иной мир.

Но ещё более поразительным были люди.

Все жители столицы вышли приветствовать возвращение своей королевы и принца, отсутствовавших долгое время.

В воздух взлетали разноцветные лепестки, осыпая их мягким дождём.

И всё же… Не было ни криков, ни громких приветствий. Курканы переговаривались вполголоса, обсуждая, как лучше встретить свою королеву. Они были осторожным народом — и всерьёз беспокоились, что слишком шумный приём может повредить Лии.

Снег в пустыне (14)

Пара криков никого бы не сломала. Лия объясняла это уже не раз, но курканы были непреклонны — и странная традиция продолжалась. Самым громким звуком, на который они решались, был осторожный, тонкий перелив флейт.

— Они боятся, что закричат от радости, — серьёзно объясняла Мура. — Лучше уж держать во рту флейту. Тогда точно ничего лишнего не вырвется.

И она была вдвойне довольна, когда Лия всё-таки рассмеялась, глядя на огромных, грозных курканов с крошечными деревянными свирелями у губ.

— Я тоже хочу играть! — воодушевлённо заявил Леша.

Мура мгновенно протянула ему маленькую флейту. Она идеально подходила по размеру, и Леша с важным видом надул щёки, изо всех сил стараясь извлечь звук, как остальные.

Этот вид заставил Лию замолчать. На мгновение в груди защемило — редкий приступ тихой жалости к самой себе.

Всё это началось с недоразумения.

Первые курканы, увидевшие её, смотрели так, словно не могли поверить, что человек может быть настолько хрупким. Некоторые даже опускали флейты, будто опасались, что один резкий звук способен её ранить. И в этой неловкости всегда было столько трогательной заботы, что сердце Лии неизменно смягчалось.

Она вспомнила свой первый приезд. Тогда не было ни лепестков, ни толпы. Ишакан нёс её на руках по пустынным улицам, а город словно затаил дыхание. Он запретил приближаться к ней без необходимости, боялся, что её могут напугать.

Сегодня всё было иначе. Она вернулась как королева. И от этого становилось тепло.

Что-то холодное коснулось её щеки. Лия нахмурилась и подняла взгляд. С неба медленно падали белые хлопья.

— Снег… — прошептала она.

Снег в пустыне.

Это казалось невозможным.

— Смотрите! Снег! — радостно вскрикнула Мура.

— Такое бывает? — тихо спросила Лия, протягивая ладонь.

— Иногда. Раз в двадцать… тридцать лет. И то — ненадолго.

Многие молодые курканы никогда прежде не видели снега.

— Говорят, если вместе со снегом прибывают гости, значит, они особенно драгоценны, — добавила Мура, глядя, как снежинка тает у неё на коже. — Он выпал потому, что ты вернулась.

В её голосе не было ни тени сомнения. И всё же она на мгновение покосилась в сторону каравана. Лия проследила за её взглядом.

— Единственные почётные гости здесь — это ты и Леша, — тут же отрезала Мура, с таким выражением лица, что было ясно: любой, кто осмелится претендовать на это звание, пожалеет.

Лия улыбнулась и согласилась.

У ворот дворца их встретили девушки с цветами. Они надели на Лию и Лешу венки и протянули букеты. Леша тут же попытался развернуть цветы, чтобы попробовать их на вкус, и девочки ахнули, но Мура мягко перехватила его руку. А потом они замерли, заворожённые его серебряными волосами.

Снежинки путались в них, не тая сразу, и на мгновение казалось, будто сама пустыня укрывает своего принца и свою королеву лёгким белым покровом.

И это было красиво.

Снег в пустыне (15)

— Ваше Высочество! Ваше Высочество! Я никогда раньше не видел снег, а сегодня увидел его дважды!

— Дважды? Сегодня? — удивилась Лия, и дети вокруг дружно рассмеялись.

— Потому что вы сделаны из снега! — радостно объявил мальчик. — Никому нельзя трогать нашу королеву, а то она растает!

Лия не смогла удержаться и рассмеялась вместе с ними.

В этот момент чья-то рука обвилась вокруг её талии.

Она сразу узнала сильное предплечье Ишакана. Дети, заметив его, с визгом разбежались. Для них он всё ещё выглядел пугающе огромным.

— Похоже, ты тиран, — смеясь сказала Лия, обнимая его.

Ишакан усмехнулся, глядя на убегающих детей.

— Не знал, но, видимо, так и есть.

Он поднял её на руки, и Лия вздрогнула от неожиданности.

— У нас осталось одно незавершённое дело.

Она всё ещё выглядела растерянной, и он нахмурился.

— Неужели ты забыла, какие дела бывают у тебя с мужем?

— …А.

Теперь она поняла — и, признаться, сама этого ждала. Просто не думала, что он начнёт сразу же по возвращении.

— Но мы только приехали…

— Что может быть важнее заботы о муже?

— Леша.

— Он пошёл осматривать дворец, — спокойно ответил Ишакан.

Лия повернула голову и увидела, как Леша держится за руку Муры.

— Ваше Высочество, хотите осмотреть дворец со мной?

— Да!

— Все так хотят познакомиться с принцем.

— Пойдём!

Мура взглянула на Лию и кивнула, словно говоря: всё под контролем.

Лия прикусила губу, смущённо наклонилась к мужу и тихо прошептала:

— Вообще… я тоже этого хочу.

Ишакан на мгновение уткнулся лицом в её плечо, глубоко вдохнул и тут же зашагал вперёд. Шёл так быстро, что со стороны могло показаться, будто он её похищает.

Они миновали нескольких курканов во дворце, но никто не рискнул их остановить — выражение лица Ишакана ясно говорило, что сейчас не время для приветствий.

Через мгновение они уже были в спальне.

Дверь распахнулась, и он осторожно опустил её на кровать. Едва её спина коснулась мягкого матраса, он наклонился к ней, осыпая поцелуями и торопливо снимая с неё дорожную одежду.

От него всегда исходило жаркое тепло, и Лия невольно поёжилась.

— Подожди… минутку… — выдохнула она.

Снег в пустыне (16)

Ишакан двигался так быстро, что Лии стало почти страшно. Она схватила его за плечи, пытаясь успокоить. Он замер и глубоко вдохнул.

Его взгляд буквально пожирал её.

— Что мне сделать? — тихо спросил он, склоняясь к её губам и медленно проводя по ним языком. — Подождать ещё немного?

Он был похож на зверя, нежно оберегающего свою самку.

— Делай, — прошептала Лия. — Но мы давно не были вместе… так что будь нежным.

Ишакан кивнул. Его ласки стали осторожнее, именно такими, как она просила. Раздевая её, он припал к её груди, целуя и покусывая нежную белую кожу, оставляя следы зубов.

Её соски затвердели под его языком, лёгкая боль от укусов мгновенно растворялась в удовольствии. Лия провела руками по его плечам, ощущая напряжённые мышцы, принимая всё, что он делал с ней.

Его губы спустились ниже — от живота к пупку — и щекочущее прикосновение заставило её выгнуться. Но он не остановился, продолжая двигаться дальше.

…

Раздвинув её ноги, Ишакан смотрел на неё своими золотыми глазами. Она уже была влажной — тело откликнулось на него после долгой разлуки, и даже под его взглядом её внутренние мышцы судорожно сжимались.

Он сжал её бёдра большими ладонями и молча наблюдал, как она реагирует, отчего Лии стало неловко до жара.

— Ишакан… — прошептала она.

Его губы коснулись её между ног, и он уткнулся лицом глубже, проводя языком по влажной коже.

— Мм…

Стон сорвался с её губ. Она так давно не чувствовала этого — казалось, тело тает от каждого прикосновения.

Неосознанно она двинула бёдрами, и Ишакан тихо улыбнулся. Он снова провёл языком по её клитору, словно смакуя его. Раздвинув её губы пальцами, он скользнул языком внутрь, глубоко, медленно.

— Ах!

Её пальцы впились в его плечи, ногти впились в кожу. Боль только подстегнула его. В комнате раздались влажные звуки, когда она притянула его голову ближе.

Затем его палец скользнул внутрь неё, и её мышцы сжались, словно ждали этого. Он начал двигать им, вызывая волну удовольствия, прокатившуюся по её телу.

Ишакан снова припал к ней губами, а Лия задрожала. Каждый раз, когда его палец входил глубже, из неё вырывалась новая волна влаги и наслаждения.

Снег в пустыне (17)

— Подожди…

Она неловко изогнулась, смущённая тем, что видела следы собственной влаги на лице Ишакана, но он крепко удержал её. Его руки сжали её талию, и в следующее мгновение два пальца внутри неё сменились тремя, растягивая её между бёдер.

— Ах! — простонала она, вцепившись белыми пальцами в его тёмные волосы.

Губы её приоткрылись, дыхание вырывалось горячими толчками. Она слышала непристойные звуки собственного тела, но не чувствовала стыда — только нетерпение, пока наслаждение нарастало и нарастало, и она двигала бёдрами в такт его пальцам.

— Иша… Иша…

Лию затрясло, её внутренние мышцы сжались вокруг его пальцев. Когда она решила, что больше не выдержит этого трепещущего напряжения внутри, её спина выгнулась, и она вскрикнула, достигнув пика.

— Ах!

Её пальцы на ногах сжались.

— Боже…

Всё её тело содрогалось, пока Ишакан снова и снова вталкивал пальцы внутрь, будто вознаграждая её за разрядку. Влага хлынула из неё.

Но ничто не пропало зря. Его рот жадно накрыл её, горло шумно двигалось, когда он глотал.

Лия зажмурилась. Сколько ночей он уже делал с ней самые бесстыдные вещи — и всё равно она не могла к этому привыкнуть.

— Не делай так…

Она не решилась спросить, зачем он это делает, и его взгляд стал только более лукавым, когда он заметил её недовольство.

— Мне это не нравится, — пробормотала Лия, когда он вытер влажные губы рукой и тут же вернулся к её чувствительному телу, проводя языком по набухшему клитору. Его горячее дыхание щекотало её.

— Я хочу ещё, — сказал он, и его тело двигалось жадно, даже когда она пыталась оттолкнуть его.

— Хватит, я уже…

Он любил, когда она достигала пика — потому что это только разжигало его жажду.

— И я не хочу одна, — прошептала Лия, наконец признаваясь. — Я хочу вместе с тобой… чтобы ты был внутри.

Он тихо рассмеялся.

— Лия… что же ты со мной делаешь.

И резко вошёл в неё, в её влажное тепло. Лия вскрикнула — разрядка накрыла её мгновенно.

— Ах!

Это было так внезапно, что она не успела даже осознать. Её внутренние мышцы сжались вокруг его знакомой длины, и Ишакан глухо простонал, его золотые глаза вспыхнули ярче.

Ему пришлось глубоко вдохнуть, прежде чем он смог снова двигаться.

Хотя он подготовил её пальцами, Лии всё равно было трудно принять его полностью. Она застонала, когда он вошёл до конца. Казалось, разум ускользает.

— Подожди…

Но умолять было бесполезно. Ишакан только вошёл глубже.

Снег в пустыне (18)

Он сжал её ягодицы своими большими ладонями.

— Будто пытаешься выжать из меня всё до последней капли, — пробормотал он.

Лия посмотрела на него с обидой. Она вовсе не пыталась — просто каждый раз, когда он входил в неё, её тело само сжималось вокруг него.

Он схватил её за талию и снова врезался в неё, и она громко застонала.

Она уже не могла даже возражать сквозь накрывающее её наслаждение. Глаза распахнулись, когда её накрыла новая волна разрядки.

— Ах!

Она извивалась, сжимая простыни, выгибаясь всем телом. Когда он вошёл до конца, она чувствовала, как его плоть движется внутри неё.

Его семя пропитало её. Внутри всё стало скользким от него, и он двигался легче, быстрее.

— Ах!

Наконец он вышел из неё, всё ещё твёрдый, как в самом начале. Должно быть, тяжело быть таким ненасытным зверем. Она потянулась к нему и поцеловала, чувствуя, как его твёрдая длина упирается ей в низ живота, пока он отвечает на поцелуй.

— Я бы сломал кровать.

Лия знала, что это правда. Он опустил голову и снова припал к её груди.

— Слишком долго ждал.

В дороге они целовались, и Лия думала, что этого ему достаточно. Но оказалось — наоборот.

Ишакан прищурился.

— Каждую ночь я смотрел, как ты спишь.

Он хотел привезти её во дворец, держа на руках, пока она спит.

— Если бы ты знала, о чём я думал…

Он чуть улыбнулся и повернул её лицом вниз, направляя свою твёрдую плоть к её влажному входу. Головка скользнула по её губам, и она вздрогнула от удовольствия.

— Не слишком глубоко… — прошептала она.

— Я знаю.

Он медленно двигал бёдрами, стараясь не задеть вход в её чрево. Постепенно между ними нарастало напряжение.

— Ах!

Лия задвигала бёдрами, становясь всё нетерпеливее. Он всё ещё был мучительно медленным.

В конце концов первой сдалась она — застонала, вцепившись в подушку.

— Иша…

Ишакан впился зубами в её шею.

Снег в пустыне (19)

— Иша…

Ишакан впился зубами в её шею.

— Лия.

— Иша… ещё немного.

Она оглянулась на него через плечо, умоляя, глаза сияли от наслаждения.

— Быстрее…

— Как пожелаешь.

Он ждал этих слов. Лия глубоко вдохнула, когда он резко и глубоко вошёл в неё. Он поймал её, удерживая крепко, когда она инстинктивно попыталась отстраниться, извиваясь в ловушке его рук.

Одной рукой он безжалостно терзал её клитор, пока она не начала всхлипывать, уверенная, что он разобьёт её изнутри. Она была влажной до самых бёдер.

— Ах! — Лия стонала почти по-звериному, сводя ноги. — Пожалуйста, Иша!

Она просила, но сама не понимала, о чём. Оргазм длился бесконечно, так долго, что её мутило и кружилась голова. Он задевал всё сразу. Она задыхалась. Казалось, она умрёт от этого.

— Хватит…

— Ты хочешь, чтобы я остановился?

— Не всё сразу… ах…!

Резкий всплеск наслаждения перебил её, живот свело, и новый крик вырвался из груди.

— Ах!

Её бёдра дрожали, и Ишакан тихо рассмеялся.

— Правда не нравится? — прошептал он насмешливо. — Тебе нужно только одно.

— Ах…

Но Лия уже тонула в переизбытке ощущений, хватаясь за его предплечье, пока его пальцы кружили по её клитору. Она чувствовала, как напрягаются его мышцы. Хотела оттолкнуть его — но вместо этого снова застонала, царапая его кожу.

Это только сильнее его возбуждало. Внутри она дрожала, её стенки сжимали его плоть.

Странное чувство прокатилось по её животу. Она испытывала его много раз, но так и не привыкла — из горла вырвался всхлип. Слёзы выступили сами собой.

— Тебе нечего стыдиться перед мужем, — промурлыкал он, будто утешая, но его пальцы двигались быстрее, беспощадно. Лия выгнулась, приподнимая бёдра, когда он сильнее нажал на её маленький клитор.

— …!

Губы её беззвучно приоткрылись.

Всё тело содрогнулось, дёрнулось, и из неё хлынула струя. Почти как если бы она мочилась — облегчение от давления — но её внутренние мышцы судорожно сокращались.

Ишакан кончил следом, излившись глубоко в неё, когда невыносимое напряжение сомкнулось вокруг него, его семя заливая её изнутри.

Это было так хорошо — чувствовать, как он наполняет её. Лия простонала.

Наконец мучительный пик начал спадать. Она была так смущена — вся постель промокла. У неё не осталось сил даже закрыть рот; слюна стекала по подбородку, глаза были полны слёз.

Ишакан мягко слизнул влагу с её лица.

Лицо Лии вспыхнуло алым — и её снова накрыла судорога, ещё одна горячая волна вырвалась из неё.

Снег в пустыне (20)

— Я не могу… правда не могу… пожалуйста, дай мне хоть минуту…

Чувствуя, что силы окончательно покидают её, Лия почти умоляла. Ишакан откинулся на изголовье кровати и притянул её к себе, устроив в своих руках так, словно она была чем-то драгоценным и хрупким.

Положив голову ему на грудь, Лия провела ладонью по низу живота. Он наполнил её так обильно, что она ощущала внутри тяжесть и жар, и её плечи неловко дёрнулись от смущения, когда тёплая влага начала медленно вытекать наружу.

Его семя стекало по её бедру, скользило ниже, оставляя влажный след, но Лия изо всех сил делала вид, будто ничего не замечает. Ишакан мягко поглаживал её живот, как будто чувствовал всё, что происходило внутри неё. Она подняла на него глаза.

Он улыбнулся, когда их взгляды встретились. В его золотых глазах по-прежнему горел огонь желания; казалось, ему стоило лишь чуть наклониться вперёд — и он снова опрокинул бы её на простыни. Но он сдерживался. Даже три ночи рядом с ней не смогли утолить его голода.

Лия же была совершенно изнурена. Если бы не зелье Морга, которое она принимала всю дорогу, она бы давно потеряла сознание. Ни одна обычная женщина не выдержала бы такого натиска ощущений, такой волны удовольствия, которая накрывала её снова и снова.

И всё же она по-прежнему хотела его. Но её тело уже едва справлялось, а она не желала оставлять мужа неудовлетворённым.

— Хочешь… я доставлю тебе удовольствие ртом? — тихо предложила она, глядя на него снизу вверх.

Это казалось самым простым способом довести его до конца. Он сделал для неё так много; ей было неловко, что он всё ещё пылает.

Ишакан слегка прикусил её щёку.

— В этом нет необходимости, — произнёс он.

Но его тело выдало его с головой. От одних её слов он вновь стал твёрдым. Лия протянула руку, обхватила его, чувствуя, как он наливается и тяжелеет в её ладони.

— Похоже, твоё тело со мной не согласно.

— Мм… — низкий стон сорвался с его губ.

— Одного взгляда на тебя достаточно, чтобы мне стало трудно себя сдерживать, — признался он, крепче сжимая её пальцы вокруг себя. — Тогда закончи это рукой.

Она послушалась. Медленно, без спешки провела ладонью вверх, затем вниз. Её пальцы стали скользкими от выступившей влаги, которая собиралась на головке и медленно стекала. Он пульсировал у неё в руке, тяжёлый и горячий, и от этого у неё перехватывало дыхание.

— Нет… — тихо сказала она, качнув головой. — Я хочу попробовать тебя.

Она откинулась назад, затем медленно опустилась ниже. Осторожно коснулась его губами, задержалась на мгновение, прежде чем взять глубже. Его запах, терпкий и возбуждающий, заполнил её лёгкие.

Когда она приняла его в рот, она неожиданно почувствовала вкус — и этот вкус оказался приятным, почти сладким. От этой мысли её щёки вспыхнули. Она могла различить на нём следы их недавней близости, и это смущало и возбуждало одновременно.

Её язык прошёлся по напряжённым венам, затем по чувствительной складке под головкой. Ладонью она обхватила его ниже, лаская, сжимая осторожно, затем провела пальцами по тяжёлым, чувствительным шарикам и коснулась их губами тоже.

Каждое её движение вызывало у него новый, всё более глубокий стон.

Ему нравилось это. И это возбуждало её ещё сильнее.

В какой-то момент её зубы случайно задели его.

— Прости… — прошептала она, поспешно отстранившись.

Ишакан скользнул пальцем по её губам, касаясь зубов.

— Эти маленькие притуплённые клыки не причинят мне вреда, — произнёс он, проводя пальцем по её молярам. — Они слишком маленькие.

Она не стала спорить. Ей было не до слов. Сосредоточившись, она снова опустилась к нему, продолжая ласкать его губами и языком, медленно, тщательно, не желая оставлять ни одного дюйма без внимания.

Снег в пустыне (21)

Ишакан гладил Лию по голове, пока она ласкала его ртом.

Он был таким большим, что легко заполнял её горло. Каждый раз, когда головка касалась мягкого язычка в глубине её горла, он отстранялся.

— Осторожнее.

Почему-то её раздражало, что он так бережёт её горло, и она упрямо сжала его сильнее. Ишакан тихо усмехнулся. Какая нелепость.

Его член стоял прямо и твёрдо, ей даже не нужно было поддерживать его рукой. Голова Лии двигалась вверх и вниз, когда она ласкала его, затем снова брала глубже.

— Лия… — имя сорвалось с губ Ишакана, пока наслаждение стремительно нарастало. Всё его тело напряглось. — Я сейчас…

Он пытался сдержаться.

— Отпусти мои руки, — хрипло сказал он. Он мог бы легко освободиться, но её разрешение было частью их игры.

И он столько раз игнорировал её раньше.

Теперь Лия брала реванш.

— Нет. Просто кончи, — ответила она.

— Ц…

Он попытался остановить её, но она была решительно настроена довести его до конца, глубже принимая его и продолжая ласкать, пока всё его тело не вздрогнуло и он наконец не разрядился.

Прямо на её лицо.

— Ах…

Лия широко раскрыла глаза, застыв от неожиданности, когда он покрыл её своим семенем. Ишакан наклонился и мягко вытер её лицо.

— Ты пропустила немного, — поддразнил он, и Лия, покраснев, поняла это. Но в глубине души она чувствовала гордость, что смогла довести его до такого состояния.

— Вкусно, — прошептала она.

Ишакан прищурился.

— Хочешь, чтобы я сломал кровать?

Лия рассмеялась его игривой угрозе и обняла его.

— Ещё раз.

Ишакан сразу принял её приглашение.

Бахман шёл по длинному коридору вместе с Хутаном. Обычно рядом с сыном он чувствовал уверенность, но сегодня его трясло от страха, зубы стучали.

Вид огромной двери заставил его впасть в отчаяние. Она была настолько гигантской, что казалось невозможным, чтобы человек мог её открыть. Женщина, стоявшая рядом, бросила на него безразличный взгляд и толкнула дверь.

Одной рукой.

Это нисколько не успокоило Бахмана.

Они с сыном последовали за ней, чувствуя себя овцами, которых ведут на бойню. Внутри, в заставленной комнате, Король Куркан сидел у окна с длинной трубкой в зубах, словно только что закончил встречу.

Стоило золотым глазам повернуться к нему, как по спине Бахмана потёк холодный пот.

— Когда ты принесёшь мне Краснокровный плод? — лениво спросил Ишакан, прищурившись.

Снег в пустыне (22)

— Когда ты принесёшь мне Краснокровный плод? — тихо спросил Ишакан, лениво прикрыв глаза.

Вопрос прозвучал мягко, но Бахман был абсолютно уверен: на кону стоит его жизнь.

— Вы знаете, его трудно достать, — нервно ответил он. — Большинство рощ погибло, их уничтожили вредители. Теперь его привозят только из-за моря, с восточного континента…

— Слишком длинная история, — холодно заметила женщина, открывшая дверь, и Бахман побледнел.

— Генин, — с улыбкой одёрнул её Ишакан. Женщина тут же извинилась.

— Я… я хотел сказать, что Краснокровный плод был в другом моём караване, — поспешно выпалил Бахман, радуясь, что наконец сказал главное. Видя, что король слушает, он продолжил: — Но на него напали бандиты.

— Значит, плод у них.

— Да.

Краснокровный плод невозможно спутать ни с чем другим. Любой человек мгновенно понял бы его ценность, даже если никогда прежде его не видел. Бандиты точно не могли пройти мимо такой добычи.

— Я не слышал, чтобы его выставляли на аукционах, — с надеждой добавил Бахман. — Значит, он всё ещё у них. Я собирался искать его сам, но…

Он замолчал, глядя на короля Куркан. У него не осталось наёмников для такого похода, особенно после недавнего нападения. Да и будь они, он всё равно не решился бы напасть на столь крупную банду.

Ишакан усмехнулся, будто прочитал его мысли, и стряхнул пепел с трубки.

— Но ты не возражаешь, если я заберу его вместо тебя?

— О, нет, не то чтобы… — поспешно замахал руками Бахман. Пот выступил у него на лбу, и вдруг Хутан шагнул вперёд, закрыв отца собой.

— Король Куркан.

Бахман смотрел на спину сына, которого всю жизнь защищал собственным телом.

— Позвольте мне сказать, — смело произнёс юноша.

Ишакан кивнул, не вынимая трубки изо рта. Хутан сглотнул, собираясь с силами, но голос его прозвучал твёрдо:

— Наш караван сейчас не способен справиться с такими бандитами. Но если ваши воины поддержат нас, я проведу их в пустыню к лагерю разбойников. Я покажу, где находится Краснокровный плод.

— Хутан! — воскликнул Бахман, забывшись от ужаса. Сын фактически предлагал рискнуть жизнью.

— Отец… — тихо сказал Хутан, словно прося довериться. Затем снова обратился к королю: — В пустыне много бандитов, но я смогу их найти. Я возьму всё на себя.

— Это всё?

— Когда мы найдём плод, я научу вас выращивать его, — добавил Хутан. Он действительно умел выращивать его даже из семени. — Но у меня есть один вопрос. Для чего вы собираетесь его использовать?

Мякоть плода применялась в медицине, но кожура была смертельно ядовитой. Измельчённая, она превращалась в бесцветный и без запаха яд, одной капли которого хватило бы, чтобы убить тысячу человек. Это было по-настоящему опасное вещество.

Снег в пустыне (23)

— Если вы собираетесь использовать Краснокровный плод как яд, я не смогу рассказать вам о нём больше.

Ишакан выдохнул, и облако дыма медленно рассеялось, открывая сияние золотых глаз. Хутан почувствовал, как этот взгляд пронзает его насквозь; сердце забилось быстрее, ноги задрожали. Он сжал кулаки, решив выдержать.

— Моя жена не сильна, — наконец произнёс Ишакан. — Физически.

— …!

— Я собираюсь использовать его в лечебных целях. Надеюсь, ты поможешь мне.

Если бы король выдал хоть намёк на злой умысел, Хутан был готов помешать ему даже ценой собственной жизни. Но при упоминании жены взгляд Ишакана смягчился, и в его словах звучала искренняя нежность. Успокоившись, Хутан опустился на колени и коснулся лбом пола.

— Благодарю. Я найду его в знак благодарности за спасённую жизнь.

Он чувствовал на себе тяжесть взгляда и, осторожно подняв голову, увидел, что Ишакан смотрит прямо на него.

— Это необычно, — сказал король, опуская трубку. — Похоже, в мире всё-таки есть хорошие люди. В караване торговцев я встречаю таких впервые.

Рядом Генин молча кивнула, пока Хутан переводил растерянный взгляд с одного на другого. Но Ишакан уже повернулся к Бахману и широко улыбнулся.

— Итак. После того как мы добудем Краснокровный плод, вы намерены торговать с Курканом?

После бурной ночи с Ишаканом Лия уснула так крепко, будто её оглушили. Проснувшись и потянувшись, она обнаружила, что его рядом нет. На постели остались лишь букет цветов и записка.

[Мы принесём Краснокровный плод. Жди меня.]

Записка была написана на континентальном языке и весьма неразборчивым почерком. Лия улыбнулась и наклонилась вдохнуть аромат цветов.

Мура и Хабан отправились вместе с Ишаканом, поэтому Генин временно стала её служанкой и объяснила, что король ушёл разбираться с бандитами. Несколько дней он проведёт в пустыне.

Тем временем Генин собиралась старательно заботиться о Лии, пусть и была немного неуклюжей.

— Но почему ты осталась? — спросила Лия. Обычно этим занималась Мура.

— Мура попросила меня заменить её.

— Правда? Мура…?

— Да. У них случился спор.

Теперь всё стало понятно. Обычно Мура яростно защищала своё место и никогда бы не оставила его добровольно. Значит, ссора с Хабаном была серьёзной.

— Не волнуйтесь. Это нормально. Они уже много раз ссорились и мирились, — объяснила Генин, и Лия невольно улыбнулась, вспомнив их последнюю ссору.

— Кстати, я давно не видела твоего мужа, — добавила она.

Генин на мгновение замолчала.

— Он тоже хотел бы увидеть вас. Когда у вас будет время, вы можете навестить его, — тихо сказала она. Её муж был не в том состоянии, чтобы приходить во дворец, и в её глазах читалась тоска.

— Чем вы хотите заняться сегодня? — быстро спросила Генин, скрывая эмоции.

— Сначала я должна встретиться с Морга.

Снег в пустыне (24)

Лия собиралась навестить Морга, чтобы получить укрепляющее зелье и обсудить свои тревоги о Леше. Такой чародей, как он, мог увидеть то, о чём она сама не подумала.

— На этот раз я бы хотела пообедать вне Королевского дворца.

— Я знаю отличное место, — ответила Генин.

— Спасибо.

Лия решила пригласить её составить компанию.

— После этого мы могли бы зайти к тебе домой, Генин?

Та настолько растерялась, что поначалу даже не смогла ответить.

— Для меня это будет честью…

Её глаза вспыхнули надеждой.

— Сегодня?

— Да.

Поскольку срочных дел не было, Генин с радостью согласилась. Они решили отправиться к ней домой сразу после визита к Морга.

Генин поспешила собраться, опасаясь, что Лия передумает. Мысли её метались, и от этого движения становились ещё более неловкими.

Лия незаметно поправила на ней одежду. Без помощи Муры её вид выглядел чуть менее аккуратным.

Не желая приходить к Морга с пустыми руками, Лия взяла с собой немного чайных листьев.

Во дворце была отдельная часть, отведённая под исследования чародеев — там обычно и находился Морга. Несмотря на неожиданный визит, он встретил её тепло.

— Госпожа Лия!

Он сразу заметил отсутствие Муры.

— Похоже, Мура отправилась с Хабаном.

Лия с неловкой улыбкой приняла зелье.

Выпив горькую жидкость, она получила от Морга финик в шоколаде — он заранее приготовил его, помня её реакцию. Сладость помогла перебить странный привкус. Она терпела вкус только потому, что зелье действительно работало.

— Присядьте сюда.

Морга усадил её, проверил пульс, взял немного крови и капнул её в бурлящий котёл с неизвестными ингредиентами.

— Ваш второй ребёнок здоров.

Леша уже предвидел, что это будет мальчик. Морга добавил:

— И вы в отличном состоянии, госпожа Лия. Роды пройдут благополучно.

Лия похвалила действие зелья и затем упомянула, что Леша видел дважды один и тот же сон.

— Вам следует съесть Краснокровный плод. Похоже, способности Леши усиливаются.

— Разумеется!

Морга оживился при упоминании мальчика.

— Предвидение трудно контролировать, потому что оно опирается на интуицию. Но Леша уже начинает направлять свою силу сознательно.

Он полагал, что однажды Леша может стать Великим Провидцем. Лия с трудом удержалась от смеха, представив, как её сын торжественно предсказывает завтрак.

Но затем она озвучила свою главную тревогу:

— Я боюсь, что этот дар принесёт Леше страдания.

Она боялась, что столь необычная способность обернётся для него болью.

— Я размышляла о том, как жили другие провидцы.

Ей хотелось узнать правду о легендарных прорицателях — были ли их жизни столь же счастливы, как и их свершения, или кто-то из них злоупотребил своей силой и поплатился за это. И самое важное — как уберечь Лешу от подобной судьбы.

Прежде чем он невольно принесёт необратимую трагедию своей семье.

Снег в пустыне (25)

Морга выслушал тревоги Лии спокойно, не перебивая, а затем мягко ответил:

— Я понимаю, почему вы волнуетесь. Но причин для страха нет.

— Как вы можете быть так уверены?..

— Он ведь сын Ишакана.

Ответ прозвучал просто, почти буднично, словно всё и так было очевидно. Морга ни на мгновение не сомневался: родители Леши сметут любую преграду, что встанет у него на пути.

Лию это немного застало врасплох, но спорить она не могла. Если хоть что-то будет угрожать её сыну, она никогда не останется в стороне. И Ишакан — тем более.

— И к тому же принц далеко не обычный ребёнок, — добавил Морга.

Мальчик поражал даже его. Леша интуитивно схватывал самую суть сложнейших заклинаний — то, чему нельзя просто научить. Каждый раз, наблюдая, как тот легко впитывает знания, Морга испытывал не только восхищение, но и тревогу.

— Я боюсь, что он слишком быстро овладеет магией… и ему станет скучно.

Леша был рождён стать Великим Чародеем. И всё же Моргу пугала мысль, что однажды мальчик отмахнётся от магии и выберет меч — просто потому, что ему станет неинтересно. Ему даже снился кошмар, где Леша отворачивается от магии навсегда.

— Он не должен отказываться от магии. Вы понимаете, насколько это важно.

В его голосе звучала почти мольба. Морга надеялся, что Лия сможет повлиять на сына, удержать его интерес.

Она пришла за советом, а в итоге сама утешала чародея. Но её собственные страхи и правда немного улеглись.

— Лия.

Генин, ждавшая снаружи, поспешила к ней. В её взгляде читалось нетерпение уйти, но она по-прежнему держалась почтительно и внимательно.

Когда карета покинула пределы Королевского дворца, Генин, едва сдерживая радость, сказала:

— Мой муж давно мечтал увидеть вас, Ваше Величество.

Из-за слабого здоровья он не мог прийти во дворец, и потому был бесконечно благодарен, что сама Лия согласилась посетить их дом.

Редко можно было увидеть Генин такой оживлённой.

— Тебе достаточно было попросить. Всё, что дорого тебе, важно и для меня.

Генин застыла, не веря услышанному, а затем склонила голову.

— Благодарю вас. Служить вам — честь для меня.

Лия улыбнулась её искренности.

Дом Генин находился недалеко от дворца, поэтому дорога заняла совсем немного времени. Когда они вышли из кареты, Лия невольно остановилась, поражённая уютом.

Небольшой дом утопал в цветах. Сад пестрел яркими красками, и по ухоженности растений было видно — за ними заботливо ухаживают.

Среди цветущих клумб сидел в инвалидном кресле стройный мужчина. На его коленях лежал плед, а сам он медленно и аккуратно подрезал цветы.

— Я дома.

— Генин?

Он обернулся, удивлённый непривычной радостью в её голосе.

— Разве ты не во дворце? Почему ты так рано верну…

Его взгляд упал на Лию — и он едва не потерял равновесие.

— Боги… Королева!

Он смотрел на её серебряные волосы и фиолетовые глаза с таким потрясением, будто перед ним стояло чудо.

— Я… я Лушан, муж Генин!

Скованный креслом, он мучительно пытался понять, как следует её приветствовать. Тело не слушалось, и стыд обжёг его лицо.

— Простите меня… в таком состоянии… я должен был сам прийти во дворец…

— Не утруждайтесь. Я сама хотела прийти.

Слова королевы тронули его ещё сильнее. Глаза Лушана увлажнились. Генин мягко сжала его плечо.

— Проходите, пожалуйста.

С почтительным жестом она пригласила Лию в дом.

Снег в пустыне (26)

Под мягким руководством Генин Лия вошла в дом. Внутри было так же тепло и уютно, как и в цветущем саду.

Комнаты были наполнены изящными мелочами — тонкие занавески, аккуратно расставленные статуэтки, вышитые подушки. Всё выглядело слишком утончённым для сурового облика Генин. Не нужно было долго гадать: этим занимался Лушан.

На столе лежали разложенные ткани и иглы. Сначала Лии показалось, что это лоскутное одеяло, но приглядевшись, она поняла — это одежда в процессе шитья. И сомнений не было: Лушан шил её для Генин.

Он подвёз своё кресло к дивану и пригласил Лию присесть, пока Генин готовила чай из подаренных листьев. Увы, заваривание чая явно не входило в число её талантов. Несмотря на превосходное качество листьев, напиток получился горьким и резким.

Лушан заметил лёгкое замешательство Лии и, будто невзначай, протянул ей тарелку с домашними сладостями.

— Попробуете? Я приготовил их сам.

Пирожные оказались удивительно вкусными — намного лучше, чем можно было ожидать. Было очевидно: в домашних делах Лушан куда искуснее.

Разговор постепенно стал лёгким и непринуждённым. И незаметно речь зашла о том, как они познакомились и влюбились. Увидев искренний интерес Лии, обычно сдержанный Лушан оживился.

— Когда-то я был принцем, — начал он. — Восьмым в очереди на трон небольшого королевства.

Титул звучал громко, но на деле означал лишь привилегированного дворянина с избыточным количеством свободного времени.

— У меня была привычка собирать растения в лесу, — продолжил он. — Так я и встретил Генин.

Для Лушана это была судьба.

В тот день он забрёл в незнакомую часть леса, далеко от дворца. Он часто гулял один, так что заблудиться было не удивительно. Когда опустились сумерки, он сидел под деревом, прижимая к себе корзину с грибами, цветами и редкими плодами — беспомощный и почти готовый расплакаться.

Тогда и появился медведь, привлечённый сладким запахом его добычи.

Лушан оцепенел, вцепившись в корзину. Зверь медленно приближался. Страх приковал его к месту. Он уже готовился к худшему…

И вдруг с небес, словно ангел, появилась воительница — столь же грозная, как сам медведь.

Одним точным ударом она отсекла зверю голову. Огромное тело рухнуло на землю, заливая траву кровью. Она повернулась к нему и сказала:

— Теперь ты в безопасности.

В тот миг он влюбился.

С тех пор он каждый день возвращался в лес, надеясь снова увидеть Генин.

— Я хотел жениться на тебе, — сказал он ей позже, — по курканской традиции.

В то время курканцев на континенте считали варварами. Если бы Лушан открыто объявил о своём намерении, его бы попросту заключили под стражу.

Поэтому он придумал иной способ — попросил Генин похитить его. И она согласилась, превратив дерзкое похищение в свадебный обряд.

— Это случилось во время королевского охотничьего турнира, — с мальчишеской улыбкой вспоминал Лушан. — Генин утащила меня так смело… я влюбился в неё снова.

Сердце тогда колотилось так, что, казалось, вот-вот разорвётся — это чувство он помнил до сих пор.

Но когда он посмотрел на Генин сейчас, его улыбка померкла, а взгляд стал серьёзным.

Страница книги Хищный брак в интернете

Table of Contents

Глава 1. Лия де Эстия

Глава 2. Принцесса и Дикарь

Глава 3. В обшарпанной гостинице

Глава 4. Квартал красных фонарей

Глава 5. Пожалуйста, простите меня, госпожа

Глава 6. Долгая, Беспокойная ночь (1)

Глава 7. Долгая, Беспокойная ночь (2)

Глава 8. Пучки удовольствия

Глава 9. Глаза зверя

Глава 10. Я хочу умереть (1)

Глава 11. Я хочу умереть (2)

Глава 12. Давай Встретимся Снова (1)

Глава 13. Давай Встретимся Снова (2)

Глава 14. Незваные Гости

Глава 15. Страна Монстров

Глава 16. Она не помнит меня

Глава 17. Король Курканов

Глава 18. Ишакан

Глава 19. Ахиллесова пята (1)

Глава 20. Ахиллесова пята (2)

Глава 21. Его Услуги

Глава 22. Наследный Принц Эстии (1)

Глава 23. Наследный Принц Эстии (2)

Глава 24. Нарушитель (1)

Глава 25. Нарушитель (2)

Глава 26. Захваченная Бесстрашным Хищником (1)

Глава 27. Захваченная Бесстрашным Хищником (2)

Глава 28. Неудачная Встреча (1)

Глава 29. Неудачная Встреча (2)

Глава 30. Азарт Убийства (1)

Глава 31. Азарт Убийства (2)

Глава 32. Взяточничество (1)

Глава 33. Взяточничество (2)

Глава 34. Бесценный Подарок

Глава 35. Вы разочаровываете меня, Принцесса

Глава 36. Могу ли я пригласить Вас на танец? (1)

Глава 37. Могу ли я пригласить Вас на танец? (2)

Глава 38. Красный как Кровь

Глава 39. Любовное зелье (1)

Глава 40. Любовное зелье (2)

Глава 41. Вкусно (1)

Глава 42. Вкусно (2)

Глава 43. Две фигуры, нежащиеся в лунном свете (1)

Глава 44. Две фигуры, нежащиеся в лунном свете (2)

Глава 45. Ложе из роз (1)

Глава 46. Ложе из роз (2)

Глава 47. Я ждал Тебя (1)

Глава 48. Я ждал Тебя (2)

Глава 49. Безжалостный и Жестокий (1)

Глава 50. Безжалостный и Жестокий (2)

Глава 51. Мимолетная Связь (1)

Глава 52. Мимолетная Связь (2)

Глава 53. Отвергнутые Подарки (1)

Глава 54. Отвергнутые Подарки (2)

Глава 55, Король сродни Ребенку

Глава 56. Дерзкая Королева (1)

Глава 57. Дерзкая Королева (2)

Глава 58. Проделки и Недоли

Глава 59. Поймали с Поличным

Глава 60. Когда Иссякает Терпение (1)

Глава 61. Когда Иссякает Терпение (2)

Глава 62. Сгинь

Глава 63. Неутолимая Жажда Власти (1)

Глава 64. Неутолимая Жажда Власти (2)

Глава 65. Подготовка контраргументов (1)

Глава 66. Подготовка контраргументов (2)

Глава 67. Разрушитель Оков (1)

Глава 68. Разрушитель Оков (2)

Глава 69. Аукционный Дом (1)

Глава 70. Аукционный Дом (2)

Глава 71. Ночь полнолуния (1)

Глава 72. Ночь полнолуния (2)

Глава 73. Планы Лии (1)

Глава 74. Планы Лии (2)

Глава 75. Планы Лии (3)

Глава 76. Ценный Куркан (1)

Глава 77. Ценный Куркан (2)

Глава 78. Кровь (1)

Глава 79. Кровь (2)

Глава 80. Мольба (1)

Глава 81. Мольба (2)

Глава 82. Трудно насытиться (1)

Глава 83. Трудно насытиться (2)

Глава 84. Пожалуйста, остановись (1)

Глава 85. Пожалуйста, остановись (2)

Глава 86. Не волнуйся (1)

Глава 87. Не волнуйся (2)

Глава 88. Кровь Волка (1)

Глава 89. Кровь Волка (2)

Глава 90. Цыгане (1)

Глава 91. Цыгане (2)

Глава 92. Невеста Бён Гёнбека из Оберде (1)

Глава 93. Невеста Бён Гёнбека из Оберде (2)

Глава 94. Взять принцессу Эстии (1)

Глава 95. Взять принцессу Эстии (2)

Глава 96. Множество мыслей (1)

Глава 97. Множество мыслей (2)

Глава 98. Похищение невесты (1)

Глава 99. Похищение невесты (2)

Глава 100. Неожиданный Посетитель

Глава 101. Охота с варварами (1)

Глава 102. Охота с варварами (2)

Глава 103. Посмотри на Меня, Лия (1)

Глава 104. Посмотри На Меня, Лия (2)

Глава 105. Ты Набрала Вес? (1)

Глава 106. Ты Набрала Вес? (2)

Глава 107. Напряжение (1)

Глава 108. Напряжение (2)

Глава 109. Предложение (1)

Глава 110. Предложение (2)

Глава 111. Прости

Глава 112. Заставь меня скучать по Тебе

Глава 113. Обостренные Чувства

Глава 114. Помни

Глава 115. Невинная Принцесса

Глава 116. Вина

Глава 117. Ты хорошо лжешь

Глава 118. Пришло время узнать

Глава 119. Преданность Эстии

Глава 120. Раскрытие

Глава 121. Обнадеживающие мысли

Глава 122. Графиня Мелисса

Глава 123. Колдовство Кердины

Глава 124. Во власти Кердины

Глава 125. Лия, прислуживающая Кердине

Глава 126. Пытаясь ускользнуть от Него (1)

Глава 127. Пытаясь ускользнуть от Него (2)

Глава 128. Тебе не убежать

Глава 129. Ты будешь королем

Глава 130. Перед отъездом

Глава 131. Равнины за пределами столицы

Глава 132. Мой свет

Глава 133. Отпусти меня

Глава 134. Прекрати

Глава 135. Невосприимчивость К Заклинаниям

Глава 136. Засада

Глава 137. Ты Ничего Не Знаешь

Глава 138. Твои Страхи

Глава 139. Искренность

Глава 140. Аппетит (1)

Глава 141. Аппетит (2)

Глава 142. Маниакальный

Глава 143. Происхождение Курканов (1)

Глава 144. Происхождение Курканов (2)

Глава 145. Дворец (1)

Глава 146. Дворец (2)

Глава 147. Свяжи меня (1)

Глава 148. Свяжи меня (2)

Глава 149. Свяжи меня (3)

Глава 150. Свяжи меня (4)

Глава 151. Свяжи меня (5)

Глава 152. Свяжи меня (6)

Глава 153. Свяжи меня (7)

Глава 154. Завоевание (1)

Глава 155. Завоевание (2)

Глава 156. Непредвиденная кончина (1)

Глава 157. Непредвиденная кончина (2)

Глава 158. Пять поцелуев

Глава 159. Свадьба Курканов (1)

Глава 160. Свадьба Курканов (2)

Глава 161. Иша (1)

Глава 162. Иша (2)

Глава 163. Это было не Напрасно

Глава 164. Необратимое прошлое

Глава 165. Планы на Бен Генбека

Глава 166. Похищение Бен Генбека (1)

Глава 167. Похищение Бен Генбека (2)

Глава 168. Похищение Бен Генбека (3)

Глава 169. Месть Дженин (1)

Глава 170. Месть Дженин (2)

Глава 171. Военное собрание (1)

Глава 172. Военное собрание (2)

Глава 173. Военное собрание (3)

Глава 174. Она не может забеременеть (1)

Глава 175. Она не может забеременеть (2)

Глава 176. Похороны

Глава 177. Канун

Глава 178. Меры безопасности (1)

Глава 179. Меры безопасности (2)

Глава 180. Меры безопасности (3)

Глава 181. Меры безопасности (4)

182 Меры безопасности (5)

183 Пять ночей (1)

184 Пять ночей (2)

185 Горькое расставание

186 Во тьме

187 Обман

188 Неловкость

189 Появление (1)

190 Появление (2)

191 Ошибка

192 Таинственный мужчина

193 Персиковое дерево

194 Шкура

195 Тошнота (1)

196 Тошнота (2)

197 Тошнота (3)

198 Вихрь эмоций (1)

199 Вихрь эмоций (2)

200 Вихрь эмоций (3)

201 Идеи (1)

202 Идеи (2)

203 Занята (1)

204 Занята (2)

205 Ночной визит (1)

206 Ночной визит (2)

207 Вечерняя прогулка (1)

208 Вечерняя прогулка (2)

209 Отдых

210 Инстинкты (1)

211 Инстинкты (2)

212 Инстинкты (3)

213 Инстинкты (4)

214 Разрушение

215 Чай

216 Взаперти (1)

217 Взаперти (2)

218 Взаперти (3)

219 Взаперти (4)

220 Развилка

221 Напряжение (1)

222 Напряжение (2)

223 Беременна (1)

224 Беременна (2)

225 Маленький волк (1)

226 Маленький волк (2)

227 Предупреждение (1)

228 Предупреждение (2)

229 Предупреждение (3)

230 Предупреждение (4)

231 Сомнения (1)

232 Сомнения (2)

233 Трудный выбор (1)

234 Трудный выбор (2)

235 Причины (1)

236 Причины (2)

237 Странное зелье (1)

238 Странное зелье (2)

239 Поспешная встреча (1)

240 Поспешная встреча (2)

241 Поспешная встреча (3)

242 Поспешная встреча (4)

243 Особняк графа Уэддлтона (1)

244 Особняк графа Уэддлтона (2)

245 Особняк графа Уэддлтона (3)

246 Особняк графа Уэддлтона (4)

247 Особняк графа Уэддлтона (5)

248 Особняк графа Уэддлтона (6)

249 Особняк графа Уэддлтона (7)

250 Особняк графа Уэддлтона (8)

251 Особняк графа Уэддлтона (9)

252 Особняк графа Уэддлтона (10)

253 Особняк графа Уэддлтона (11)

254 Особняк графа Уэддлтона (12)

255 Особняк графа Уэддлтона (13)

256 Железная дверь

257 Осколки

258 Проблемы с её силой (1)

259 Проблемы с её силой (2)

260 Воспоминание

261 Противостояние (1)

262 Противостояние (2)

263 Противостояние (3)

264 Противостояние (4)

265 Прояснения (1)

266 Прояснения (2)

267 Шашлычки

268 Грех

269 Сломанная кровать (1)

270 Сломанная кровать (2)

271 История Муры и Хабана

272 Сильнодействующее противоядие

273 На открытом воздухе (1)

274 На открытом воздухе (2)

275 На открытом воздухе (3)

276 На открытом воздухе (4)

277 Одержимость (1)

278 Одержимость (2)

279 Одержимость (3)

280 Одержимость (4)

281 Тайный план (1)

282 Тайный план (2)

283 Тайный план (3)

284 Тайный план (4)

285 Исход (1)

286 Исход (2)

287 Исход (3)

288 Исход (4)

289 Исход (5)

290 Исход (6)

291 Исход (7)

292 Исход (8)

293 После битвы (1)

294 После битвы (2)

295 Последствия (1)

296 Последствия (2)

297 Последствия (3)

298 Имя ребёнка (1)

299 Имя ребёнка (2)

300 Совершенное счастье

301 Иша (1)

302 Иша (2)

303 Иша (3)

304 Иша (4)

305 Иша (5)

306 Иша (6)

307 Иша (7)

308 Иша (8)

309 Иша (9)

310 Иша (10)

311 Иша (11)

312 Иша (12)

313 Иша (13)

314 Иша (14)

315 Иша (15)

316 Иша (16)

317 Иша (17)

318 Иша (18)

319 Иша (19)

320 Иша (20)

321 Иша (21)

322 Иша (22)

323 Иша (23)

324 Иша (24)

325 Леша (1)

326 Леша (2)

327 Королевство Хербен (1)

328 Королевство Хербен (2)

329 Ишакан занимает все её мысли (1)

330 Ишакан занимает все её мысли (2)

331 Ишакан занимает все её мысли (3)

332 Ишакан занимает все её мысли (4)

333 Ишакан занимает все её мысли (5)

334 Ишакан занимает все её мысли (6)

335 Доброе утро

336 Истинные намерения

337 Опасные игры

338 Книжная лавка (1)

339 Книжная лавка (2)

340 Книжная лавка (3)

341 Ревность (1)

342 Ревность (2)

343 Ревность (3)

344 Ревность (4)

345 Истинная личность (1)

346 Истинная личность (2)

347 Банкет (1)

348 Банкет (2)

349 Банкет (3)

350 Банкет (4)

351 Первое предупреждение

352 Тайна

353 Вино (1)

354 Вино (2)

355 Вино (3)

356 Вино (4)

357 Необузданный (1)

358 Необузданный (2)

359 Необузданный (3)

360 Необузданный (4)

361 Необузданный (5)

362 Побег

363 Финал (1)

364 Финал (2)

365 Полуночный сон (1)

366 Полуночный сон (2)

367 Полуночный сон (3)

368 Полуночный сон (4)

369 Полуночный сон (5)

370 Полуночный сон (6)

371 Полуночный сон (7)

372 Полуночный сон (8)

373 Снег в пустыне (1)

374 Снег в пустыне (2)

375 Снег в пустыне (3)

376 Снег в пустыне (4)

377 Снег в пустыне (5)

378 Снег в пустыне (6)

379 Снег в пустыне (7)

380 Снег в пустыне (8)

381 Снег в пустыне (9)

382 Снег в пустыне (10)

383 Снег в пустыне (11)

384 Снег в пустыне (12)

385 Снег в пустыне (13)

386 Снег в пустыне (14)

387 Снег в пустыне (15)

388 Снег в пустыне (16)

389 Снег в пустыне (17)

390 Снег в пустыне (18)

391 Снег в пустыне (19)

392 Снег в пустыне (20)

393 Снег в пустыне (21)

394 Снег в пустыне (22)

395 Снег в пустыне (23)

396 Снег в пустыне (24)

397 Снег в пустыне (25)

398 Снег в пустыне (26)

О книге