Ли Данву умер.

«Нет, я все ещё жив»

Ли Данву был на грани смерти, хотя и выглядел так, словно испустит дух с минуты на минуту. Один из членов команды, что вошёл в подземелье вместе с ним, подошёл к Данву, крепко держа меч в руках. Добрыми намерениями там и не пахло.

Чтобы выжить, Данву нужно было сражаться, но сейчас он лежал без возможности пошевелиться, конечности его были сломаны, а внутренности почти вывернуты наружу. Мужчина с трудом повернул голову, сплевывая сгусток крови, застывший в горле. Кровь, казалось, кипела везде, а тело уже не выдерживало этой тяжести.

«Куда делся хиллер?…»

Зрение Данву затуманилось, поэтому он не мог ничего разглядеть. Мир стал для него черно-белым, а в ушах поселился нескончаемый звон. Тихий стон сорвался с губ Ли Данву. Он уже представлял свою смерть, чувствуя холод в конечностях.

«Интересно, в какой момент мои глаза закроются навсегда.»

Тихая смерть была пределом его мечтаний.

Было удивительно, что он все ещё дышал. Количество добавок, что он проглотил, уже намного превысило допустимую норму, из-за чего разум его становился все более мутным, в отличие от всех чувств, обострившихся до предела. Он чувствовал, как пульсировали его внутренние органы и как ныли поломанные кости. Вывихнутые пальцы скручивались от боли.

Если бы его оставили там, то он, скорее всего, умер бы от болевого шока.

«Отвратительная смерть.»

А может и нет? Он избежал множества ужасных вещей, с момента входа в подземелье.

Он так и не понял, что случилось с остальными членами команды. Лишь один выживший стоял сейчас перед Данву и держал острый меч, перекидывая его из руки в руку.

И хотя этим мечом зарубили бесчисленное количество тварей, на его лезвии не осталось ни одной царапины. Священный меч в руках того парня сиял также красиво, как и всегда. Этот меч принадлежал Ли Данву.

— Если ты пришёл вернуть меч, то можешь швырнуть его рядом.

Данву сплюнул кровь и продолжил смотреть напарнику прямо в глаза.

— Лидер, это ты убил моего брата?

Острый кончик меча коснулся шеи Данву, заставляя того задыхаться.

«Хочу сплюнуть кровь.»

Он собирался, но, как и ожидалось, ему не позволили это сделать, заставляя проглотить сгусток крови.

«Его брат Ча Вувон…»

Только в этой вылазке Ли Данву получил звание лидера группы, но изначально он был лишь членом атакующей команды Ча Вувона. И тот меч, что сейчас был у Данву, раньше принадлежал народному герою, Ча Вувону.

Ча Вувон носил титул «Мастера Священного Меча».

Прекрасное лицо Ча Вувона было очень похоже на лицо того парня, что держал меч сейчас. Любой, сравнив этих двоих, мог сказать, что они братья. Именно поэтому, когда этот парень попросился в команду Данву, тот сначала воспринял это в штыки. Ли Данву терзали плохие предчувствия.

Однако в реалиях нынешнего мира найти хорошего напарника в команду было невероятно сложно. Младший брат Ча Вувона был талантлив, но для Ли Данву он был лишь угрозой, которая в любой момент могла ударить его в спину.

Смогли бы они найти лучшего кандидата в команду? Данву был уверен, что нет. Так что в конце концов Ли смирился и согласился на эту авантюру.

«Ты счастлив, что мы зачистили подземелье?»

Лучше бы его убили до того момента, как они зачистили это подземелье. Ли Данву изначально не сильно горел желанием это делать.

Если бы они не смогли очистить [Финальное подземелье], то им всем до единого настал бы конец. Но какое отношение это имело к Ли Данву? У него уже давно пропало желание жить.

Причина, по которой Данву устроил эту авантюру с подземельем, заключалась в том, что Ча Вувон умер. Он пожертвовал собой и спас Данву во время их прошлой вылазки в [Финальное подземелье], поэтому Ли решил вернуться сюда снова.

Потому что тело Ча Вувона все ещё было где-то здесь.

«Черт, Ча Вувон…»

Команда Ча Вувона была полностью стёрта с лица земли во время прошлой вылазки. Выжил лишь Данву.

Именно на него обрушился весь шквал критики и ненависти.

Ча Вувон, мастер Священного меча, охотник S-класса, погиб. Иронично не правда ли, что самый слабый из из команды, Ли Данву, выжил? Данву и сам на месте прочих людей терзался подозрениями, если бы не был тогда там в тот день.

— Что случилось?

— Почему Данву вышел со священным мечом?

— Ча Вувон не мог умереть…

— Ли Данву предал его?

Младший брат Ча Вувон приставил меч к его горлу.

— Отвечай! Это ты убил моего брата? Ты предал его!

Ли Данву отрицал каждое слово. Но кто ему поверил? Спустя время он решил просто молчать и ничего не говорить. Все равно никто не слушал.

Как и Ча Вувон, его младший брат был по природе своей мягкосердечным и наивным. Подземелье медленно уничтожалось. Ли Данву не знал, что случится после того, как обвалится последний свод.

— Что-то изменится, если я скажу нет?

Кто бы в это поверил? Возможно, встреться они при других обстоятельствах, младший брат Ча Вувона поверил бы.

Но сейчас от этой правды не было никакого толка. Он лишь бы потратил драгоценное время на спасение Ли Данву, который был уже не жилец.

Время кончалось.

«Этот болван даже не замечает, что вокруг все рушится.»

Глупый поступок. Смотреть на смерть врага при таких обстоятельствах было себе дороже.

Стоит этому парню уйти и Ли Данву умрет. Сколько бы Ли не думал, он не хотел жить.

Данву твёрдо решил, что сегодня он должен был умереть. Он думал об этом ещё до входа в подземелье. Ли Данву не хотел оставлять тело Ча Вувона в одиночестве.

— Я убил его, — Данву ответил без колебаний и хрипло рассмеялся из последних сил. — Конечно это сделал я. Кто же ещё? В противном случае, как умер Ча Вувон? Как мог умереть такой талантливый мастер? Он был слишком доверчив!

— Ты лжёшь.

Брат Ча Вувона был наивен. Рядом с ним обвалились потолки, что заставило Данву нервничать. Ли мог едва видеть, но, к счастью, язык все ещё мог двигаться.

— Я так жаждал этот свящённый меч! Я хотел стать героем вместе него. Я так завидовал! Вот и избавился, когда подвернулся момент.

— Хватит лгать! — Меч у горла Ли Данву начал трястись.

Зрение Данву окончательно исчезло. Последнее, что он увидел — было лицо, залитое слезами, так напоминавшее ему о Ча Вувоне.

Горло Ли Данву пронзили.

— Лжец!

Раздался механический звон.

[Вы очистили «Финальное подземелье».]

[Выберите награду.]

[Награда была получена.]

Перед смертью Данву показалось, что он что-то услышал.

***

Ли Данву помнил как он умер.

Никто не смог бы выжить, после того как ему пронзили горло мечом, ещё и вдобавок завалило тяжелыми камнями.

Ли Данву смутно подумал о таких словах как «отдых» и «покой», а затем о том, что все кончено. Он покоился где-то в тихом месте, а мана, что витала вокруг, была разряженной.

А затем тишину нарушил странный шум.

— Ли Данву! Ли Данву !

Шум повторился.

— Ли Данву, привет! Просыпайся!

Стук был таким громким, что метрового из могилы поднять можно было.

— Дай Данву поспать. Чего так рано ломишься к нему?

— У него экзамен! Я, как заботливый друг, просто помогаю ему проснуться! Эй, я с кем говорю, просыпайся!

Данву распахнул глаза.

«Блять, что происходит.»

Пахло маслом и какой-то едой, будто кто-то готовит. Боль и раны исчезли, словно их никогда и не было. Данву лежал на мягкой кровати.

Неужто младший брат Ча Вувона в конце концов сдался и спас Данву? Это было в его стиле, но…

Это место было странным.

«Это не больница.»

Стук в дверь показался Ли Данву знакомым. Прежде чем он успел подумать, дверь распахнулась.

Данву посмотрел на нарушителя покоя. Это был его двоюродный брат, лицо которого он не видел уже много лет. Его брат был высоким и чем-то смахивались на гангстера. Они с Ли Данву были совершенно разными.

— О! А ты чего не спишь?

«Действительно…»

Ли Данву спросонья решил, что все ещё не проснулся и просто бредил.

— Ты горланишь, как петух, как в таком шуме я могу спать?

— Я не горланил! Ты тоже нервничаешь перед экзаменами? Как думаешь, удастся пройти?

«Экзамен?»

Двоюродный брат Ли Данву, Ким Джигю, был сыном его тетушки. Данву с ностальгией смотрел на этого парня. Сразу после окончания школы Данву вознамерился стать независимым и съехал от семьи.

С тех пор прошло шесть-семь лет и он так больше и не видел своего двоюродного брата…

В любом случае они были в недостаточно хороших отношениях, чтобы часто видеться. Мужчина громко рассмеялся, глядя на Данву.

«И чего ты ржёшь?»

— В чём дело?

— Я слышал, ты собрался сдавать квалификационный экзамен на охотника?

??

Данву уже был охотником. С чего бы ему снова сдавать этот экзамен?

— У тебя мана F ранга, но ты всё равно рвёшься сдавать экзамен? Независимо от твоих способностей, разве это не пустая трата времени проверяющих охотников?

Данву всегда задавился вопросом, чего же хотел его кузен.

— Тебе какое дело?

— Что?

— В наше время актуальна проблема нехватки рабочей силы, так что в чем проблема, если я пройду этот тест?

— Ну знаешь ли…

— Зачем ты здесь?

С чего бы его двоюродному брату, которого Данву не видел уже кучу лет, появляться в его доме? Вряд ли в том внезапно взыграла братская любовь.

Данву медленно приходил в себя и оглядывал комнату, которая показалась ему знакомой. Точно. Это была комната, где обычно отдыхал Данву, пока жил вместе с тетушкой.

— Эта комната раньше была моей! — Двоюродный брат пришёл в ярость. — Что ты возомнил о себе? Всё в этом месте принадлежит мне. Я отдал тебе эту комнатушку лишь из жалости, так что не зазнавайся.

Данву похлопал себя по плечу.

Он почувствовал небольшое жжение, а в ушах начало гудеть. Плечо все ещё покалывало от удара, поэтому Данву в задумчивости потёр лицо ладонями. Они были подозрительно мягкими.

«Какого?…»

Главным оружием Данву был меч. Из-за постоянных тренировок с оружием, руки его давно огрубели.

— Ты из ума выжил?.. Ты ведь всего лишь F ранг. Так не терпится умереть? Раз так, то умирай подальше от этого дома! Иначе его потом не продать будет.

«Ким Джигю, ты такой ублюдок!»

Ким Джигю всегда искренне ненавидел его.

Наверное, он возненавидел Данву ещё с тех пор, как тётушка забрала его к ним, заставив Джигю жить с ним под одной крышей. В то время Данву потерял своих родителей, но Джигю, словно не замечал этого, измываясь над Ли Данву, делая тому ещё хуже.

В первый же учебный день слухи о Данву уже распространились по всей школе среди других детей. Для всех остальных Данву стал вспыльчивым сиротой, находящимся под присмотром Джигю.

О какой нормальный школьной жизни могла идти речь?

— Чем ты будешь заниматься по жизни, если станешь охотником? Для тебя всё равно не найдётся работы. Твои родители и так сдохли, собираешься последовать за ними?

Джигю не затыкался ни на минуту с тех пор как зашёл в комнату.

Данву на мгновение задумался как же ему проучить этого мелкого грубияна.

— Думаешь, что если получишь удостоверение охотника, то сразу станешь знаменитым и крутым? Эй, ты…

Когда Данву замолчал, Джигю уже было решил, что смог заставить того испугаться и самодовольно усмехнулся. Данву же, чувствуя как сам начинает злиться, просто прикусил щеку и с размаху отвесил Джигю пинок в живот.

Стоило тому отлететь на пол, как Данву с блаженным выражением лица придавил того ногой к земле. Джигю скорчился и лицо его будто позеленело.

— Ты! Говнюк, как ты посмел!… А-а-а!

Чтобы заставить Джигю замолчать, Данву сильно надавил тому на живот пяткой, из-за чего парня вырвало. Ли Данву брезгливо отряхнулся, боясь, что остатки чужой еды попадут ему на брюки.

Ким Джигю отчаянно пытался спихнуть его ногу с себя.

В детстве Данву боялся Джигю. Для него Ким был некой помехой. Данву думал, что если бы они сражались, то он бы с легкостью победил. Но лишь сейчас, он понимал, что Джигю был ему не по зубам. Данву жил в доме тетушки, и именно Джигю был ее сыном.

Каждый раз когда Джигю ругал его, Данву лишь кивал головой, притворяясь, что ничего не слышит. Все оскорбления он тоже старался пропускать мимо. В конце концов все это настолько давило на Данву, что его бросало в холодный пот лишь при одном упоминании Джигю. Даже сейчас, возвышаясь над ним, Данву все ещё нервничал.

Не слишком ли все это реалистично для сна?

Данву сместил ногу с живота Джигю на плечо. В каком-то запале Данву уже было собирался сломать Джигю руку, но тот, осознав это, заорал как резаный.

— А-а-а! Моя рука! Ты мне ее сейчас сломаешь!

— Что у вас там произошло? — Шум на кухне ненадолго затих, из-за того, что тётушка отвлеклась на них.

— Джигю поскользнулся и упал. — Данву соврал.

— Кошмар! Нужно быть осторожнее.

Вскоре звук готовки возобновился и Данву расслабился. Пару минут назад в попытке заставить Джигю замолчать, Ли засунул тому в рот свои носки.

Ли Данву снова погрузился в свои мысли.

Молодой глупый Ким Джигю.

Тётушкин дом.

Квалификационный экзамен.

Ким Джигю, что ворвался в его комнату рано утром.

Ли Данву уже проходил через это раньше. Причём это было не просто дежавю.

У Данву не было талантов, чтобы стать хорошим охотником. Он был очень далеко позади, и единственная причина, почему же ему все-таки удавалось сдавать экзамены и зачищать подземелья — это то, что был не дураком и мог думать.

— Когда у тебя медосмотр?

— М!

Ким Джигю сдавленно промычал. Данву же снова надавил тому на плечо и задал вопрос снова.

— Ты сдавал практический экзамен?

— Мм! — Он покачал головой.

— Было бы очень неловко, если бы ты сейчас внезапно сломал руку, так что не будь дураком, понимаешь о чем я?

Ким Джигю глупо выпучил глаза.

— Ты ведь не хочешь, чтобы я тебя ударил?

— М!

— Будешь вести себя хорошо?

Джигю усиленно закивал.

— С этой минуты постарайся хорошо относиться к своему кузену.

Данву отпустил Джигю, любезно доставая скомканный носок у того изо рта.

Слюна попала на руку Данву, из-за чего он поморщился.

— Мама!..

— Тебе столько лет, а ты все ещё зовёшь мамочку на помощь?

Данву снова вмазал Джигю и сбил парня с ног.

И хотя Данву и был охотником класса А, сейчас у него не было квалификации как таковой. Но даже так у него совершенно не было нужных навыков для управления людьми.

— Зовёшь свою мать после того как оскорбил чужую? Какая жалость.

Данву навалился на Джигю всем своим весом. Тот под таким натиском боялся даже открыть рот, лишь ахнул и осел на пол.

— Что ты такое?...Кто ты? Где Данву?

— Тебе какое дело?

Данву вздохнул. Его головная боль снова дала о себе знать. Он и сам не знал кто он или что.

Но если это действительно был дом его тети, то сейчас было самое время свалить отсюда.

— Я ухожу.

— Что?

— Глухой что ли? Я сваливаю. Делай что хочешь, теперь эта комната точно твоя. Но запомни, ещё раз будешь лезть ко мне, слопаю тебе обе руки.

— Ты!

Данву пнул Джигю, который сидел с глупым выражением лица и запер дверь. Конечно, у Джигю был ключ, так что толку от запирания дверей не было от слова совсем.*

Данву вспомнил причину, по которой Джигю так невзлюбил его.

Эта комната раньше была выделена под кабинет Джигю, но из-за Данву его лишили этой роскоши. И хотя Джигю никогда и ничем тут не занимался, все равно ревностно отнёсся к потере комнаты.

Ким Джигю был собственником и не любил делиться. Двоюродный брат так внезапно попавший к ним, все время молчал, из-за чего мать Джигю постоянно трепетала вокруг Данву. Ли не мог вспомнить чем он был так озабочен раньше. По иронии судьбы именно Джигю положил конец молчанию Данву, отвесив тому смачный пинок.

— Эй! Ты немой ублюдок!

Сейчас они оказались в противоположной ситуации. Руки и ноги, которыми он бил Джигю до сих пор пульсировали. Данву потихоньку приходил в себя.

Найдя свой телефон среди простыней, он обнаружил ту же модель, что была у него несколько лет назад.

«7 января 20ХХ года. 7:11 утра…»

Данву почувствовал, как его ладони вспотели.

«Успокойся. Не думай ни о чем, все в порядке, все хорошо…»

Данву отвесил себе пощёчину. А затем ещё одну.

Его мышцы и суставы болели даже после таких слабых нагрузок, так что это бедное тело точно принадлежало ему.

В отражении на Ли Данву смотрело худое, бледное и безболезненное тело, которое не могло выдержать и примитивных нагрузок. Слегка длинная челка закрывала ему лоб и брови, из-за чего Ли Данву чувствовал себя душно.

С таким лицом кто в своём уме его бы испугался?

Данву выбежал из комнаты.

— Данву, это ты? Иди завтракать!

Он проигнорировал тетушку, продолжая нестись на улицу как угорелый. Его глазам предстало чистое небо, где плыло несколько облаков.

Где были все те разрушенные здания, темное небо и ядовитый туман, из-за которого невозможно было дышать, потрескавшаяся земли и монстры, ползущие из неё… Не было никаких следов [Финального подземелья]. Не было и следа Ча Вувона и его команды.

Чего хотел Данву?

Он обратил свой взгляд на слепого старика, сидящего в коляске и собаку, что бежала рядом с ним.

От этого спокойного зрелища у Данву закружилась голова.

Он снова посмотрел на экран телефона.

«7 января 20XX года, 7:15 утра…»

В тот день у Данву было отвратительное настроение, из-за чего все его планы по сдаче экзамена пошли по одному месту.

А потом он встретил Ча Вувона.

Это была их первая встреча. Уже тогда дыхание Данву сперло при виде Ча Вувона.

И хотя сейчас они все ещё незнакомы, сердце Данву наполнилось тяжестью. Последнее уведомление, которое он видел, пришло ему на ум.

[Вы очистили «Финальное подземелье».]

[Выберите награду.]

[Награда была получена.]

Та самая награда за прохождение подземелья.

В жизни Данву было множество сожалений, но сейчас судьба все же дала ему второй шанс.

Сидя в автобусе, Ли Данву погрузился в свои мысли.

«Экзамен…»

В прошлой жизни Ли Данву был охотником ранга А (элитным). Однако, чтобы получить эту классификацию, ему пришлось много лет упорно трудиться, в отличие от тех, кто уже родился одаренным.

Ли Данву был бесталанным и неподходящим для работы охотником.

Стоило человеку пробудиться, как перед ним всплывало стартовое окно с начальными характеристиками, которые у каждого были разными. Ли Данву пробудился в возрасте девятнадцати лет, но, к сожалению, способности его были абсолютно удручающими.

[Ли Данву]

——

▷ Род деятельности: ?

▷ Наименование: ?

▷ Титул: F

▷ Сила: F

▷ Мана: F

▷ Ловкость: C

▷ Удача: F

▷ Сопротивление: F

——

[Навыки]

??? (?)

За исключением ловкости, все остальные способности Данву были самого низкого ранга.

У Ли Данву не было необходимого навыка для того, чтобы стать охотником. Этот навык ещё часто именовали «фирменным», вместо него у Данву были лишь вопросительные знаки.

Было ли его предназначение спрятано за «??? (?)» ?

Причина, по которой «фирменный навык» был так важен заключалась в том, что именно он определял стезю, в которую нужно было податься охотнику. Следовало охотнику развиваться в качестве атакующего, защитника или саппорта, зависло исключительно от «фирменного навыка».

Пробужденному Ли Данву вообще не следовало быть охотником.

Кто-то будто насмехался над ним, говоря: «У тебя тело среднестатистического человека, лишь чуточку ловчее, так что не лезь куда не нужно.» Ли Данву наплевал на этого кого-то и все равно решил стать охотником.

Потому что в этом мире были вещи неподвластные обычному человеку.

Лишь став охотником, у него появился шанс найти тела его покойных родителей.

В свои двадцать лет Данву пошёл сдавать экзамен и потерпел неудачу.

Самый низкий ранг среди охотников был Е. И единственное занятие, что подходило им — была роль «человека на побегушках». Но даже таким носильщикам нужно было уметь позаботиться о себе. Во время непредвиденной атаки суметь дать дёру и не устать — было самым важным навыком.

Ли Данву не мог и этого.

Тем не менее он не сдавался и за оставшиеся два года всё же смог прорваться в Е ранг.

Именно тогда все пошло наперекосяк…

«Почему он преследует меня?»

Ким Джигю вздрогнул, когда Данву обернулся.

— На что вылупился?

— Куда ты собрался, Джигю?

— Ого, с каких это пор тебе стала интересна моя жизнь?

— Я выгляжу так, будто мне интересно? Ладно, задам другой вопрос. Зачем ты преследуешь меня?

— С чего бы я стал тебя преследовать? Так уж совпало, что нам понадобился один и тот же автобус, вот и все. — Ким Джигю покачивал ногой пока говорил, из-за чего сиденье Данву начало качаться.

Стоило Ли Данву уставиться на надоедливого Джигю, как тот тут же успокоился и скрестил ноги, изображая из себя саму невинность.

Оказывается Джигю был не так глуп, как казалось. Смотря на него, Данву вспомнил, что Ким тоже пытался сдать экзамен.

В прошлой жизни, когда Данву впервые заявился в экзаменационный центр, Джигю также появился там. Это было странно, учитывая, что тётушка ни за что бы не позволила ему сдавать экзамен. Она потеряла сестру и мужа, из-за этих подземелий, так что никогда бы не пустила туда Джигю. Данву же, она не осмелилась ничего возразить, лишь спросила какой экзамен он решил сдавать.

Ли Данву ответил что-то невнятное про сертификацию, а Джигю и вовсе молчал, так что на этом допрос тети кончился.

«Этот ублюдок промолчал только лишь потому, что собрался последовать за мной.»

В прошлом Джигю добрался до центра сам, втихую. Он настиг Данву в экзаменационном зале, а затем начал насмехаться над ним, крича на весь зал про F ранг. Люди, что стояли подле них, заранее начали сочувственно смотреть на Данву, думая, что он провалится.

«Джигю видел мой бланк тогда…»

До Данву дошло как Джигю тогда узнал про его статистику. Перед экзаменом принято было подавать анкеты, где экзаменующийся указывал все свои характеристики. Джигю, что бесцеремонно вламывался к нему в комнату почти каждый день, без труда нашёл данные о его способностях.

Данву, что был погружён в свои мысли, внезапно зацепился взглядом за такую знакомую ему фигуру.

Мужчина в странной шляпе зашёл в автобус. Он споткнулся о свою ногу, из-за чего двери автобуса не закрылись вовремя. Мужчина приложил проездную карту к аппарату, с любопытством осматривая все вокруг. Так как мест почти не было, тот примостился рядом с Данву.

Сердце Данву словно ухнуло. Казалось его кровообращение остановилось, а руки очень сильно вспотели. Ли вытер ладонь о штанину и снова склонил голову.

??

Ча Вувон сидел рядом с ним.

Такой живой… И все такой же чистый.

Его лицо было таким же красивым и спокойным, как у образцового ученого мужа. Облик его создавал ощущение мягкости. Данву хотел было что-то сказать, как его перебили.

— Зачем тебе идти по такой скользкой тропинке? Данву, пораскинь мозгами. Хочешь соскользнуть с неё? Такой глупый.

В их разговор вклинился Ча Вувон, который очень спокойно обратился к Данву:

— Хэй, ты в порядке? Так вспотел?

Нынешний Ча Вувон все ещё не знал, что творилось на сердце Данву.

Эта бесполезная мышца в груди Данву так сильно билась о рёбра, что была готова проломить их.

«Молчи.»

Другие, наверное, слышали, как сильно стучит его сердце. По крайней мере Ча Вувон с его невероятными способностями уж точно услышал. Данву уже было хотел ударить себя и проломить себе грудь лишь бы это мучение прекратилось. Жаль, что руки его не слушались.

Его голос словно исчез, Данву так не смог вымолвить ни слова.

Данву едва заметно кивнул.

— Ты плачешь. — Сказал Ча Вувон.

— Я в курсе.

Ли Данву очень хотелось, чтобы Ча Вувон заткнулся.

После смерти Вувона Данву с каждым днём становится все страннее. Хотя, может быть, он был странным вообще всегда, в любом случае Данву не помнил, когда это началось. Он мог начать внезапно смеяться или плакать, а дерганый глаз стал постоянным спутником его жизни.

Глаза его немного опухли от слез.

Сидя в душном транспорте, Данву все меньше хотел выходить и идти на этот чёртов экзамен. Ради чего всё это?

Проснувшись утром, Данву подумал что-то вроде: «У меня такое чувство, словно я вернулся в прошлое». Повинуясь странному чувству, Данву решил не противиться и так же как и в прошлом отправиться в этот чёртов центр.

Сейчас Данву понял почему он всё же поехал туда.

Это был единственный шанс узнать что сейчас с Ча Вувоном.

Он был жив.

Ли Данву так яро желал убедиться, что с Ча Вувоном все хорошо. И вот сейчас Ча Вувон сидел рядом с ним, тёплый и живой, обеспокоенность смотрящий на Данву с теплом в глазах.

— Ты чего ревешь? — Ким Джигю внезапно крикнул на весь салон.

Ча Вувон все также внимательно смотрел на Данву. Лицо Вувона было худым, без юношеских щёк, да и выглядел он намного моложе, чем Ли помнил.

«Юный и невинный Ча Вувон…»

Данву разразился смехом.

Глаза Ча Вувона расширились.

Наверняка Ча Вувон думал о чём-то таком, смотря на заходы Ли Данву: «У этого парня реально проблемы с головой.»

— Ли Данву , ты больной?! — Мысли Ча Вувона озвучил Ким Джигю.

— Больше не разговаривай со мной.

— И что ты мне сделаешь, если я заговорю?

— Проваливай.

…

Память Джигю работала все же исправно, так что вспомнив недавний удар, парень действительно заткнулся. Ча Вувон с интересом переводил взгляд с Данву на Джигю и обратно. Казалось, ему было любопытно наблюдать за этими двумя.

Данву больше не обращал внимание на Джигю и полностью сместил свой фокус на Вувона. Интересно, почему этот парень сидел в автобусе.

В прошлом Ча Вувон приехал на экзамен на полицейской машине.

…

Сейчас это действительно казалось чем-то странным. Раньше Данву не придавал этому какое-то значение, особенно слушая шепотки, что пошли за таким эффектным появлением.

«Смотрите, это же Ча Вувон.»

«Тот самый…»

Сплетни тогда быстро разнеслись по толпе, но стоило Ча Вувону войти, как все замолчали, словно ничего и не было. Тогда Данву решил, что Ча Вувон крайне интересный человек, поэтому не придал этому никакого значения.

«Чего это он?»

Данву уставился на Вувона, как и все остальные испытуемые.

«Показуха или?...»

Тогда Ли Данву решил, что Ча Вувон скорее всего был обеспеченным сынком богатого дяди, поэтому и явился на экзамен таким способом.

Отчасти Ли Данву угадал. Ча Вувон действительно был родом из состоятельной семьи.

Лишь взглянув на Ча Вувона сейчас, Данву с уверенностью мог сказать, что это явно первая поездка на автобусе в жизни этого парня.

Тогда Данву завалил экзамен, а Ча Вувон стал частью Поднебесной гильдии, которая была одной из пяти самых могущественных гильдий. Позже Данву узнал, что Ча Вувон был племянником главы Поднебесной Гильдии и сыном «героя» Ча Мункёна.

— Подняли руки вверх! Всем стоять и не двигаться!

Какой-то мужчина в автобусе начал кричать, а в руках его, казалось, было что-то скрыто.

Мужчина держал в ладонях сгусток маны, который не внушал доверия.

Это был навык [Энергетический шар].

Базовый навык для бойцов дальнего профиля и волшебников.

- Даже не вздумайте кричать! Он взорвется, как только вы откроете рты! Бросьте свои телефоны на пол! ...Водитель! Продолжай вести как следует! Если я замечу, что что-то не так, как вы думаете, кто умрет первым?

Мужчина кричал, его ненормальный вид заставлял пассажиров бледнеть.

Каждый раз, когда он что-то говорил, энергетический шар в его ладонях раздувался и сжимался. Хотя многие могли подумать, что опытный грабитель может хорошо с ним управится, было понятно, что он новичок.

«Он пришел на экзамен после того, как остановил ограбление?»

Данву разобрался в ситуации.

Вот почему полиция доставила Ча Вону на место проведения экзамена.

Когда Ча Вону приехал, до начала экзамена оставалось совсем немного времени.

У него не было удостоверения охотника, и он участвовал в предотвращении ограбления перед важным экзаменом.

«Должен ли я назвать его храбрым или безрассудным....»

Это было так типично для Ча Вону.

- Ха...

Данву снова захотелось рассмеяться, поэтому он закрыл лицо руками, но Ча Вону положил руку ему на колено.

Данву напрягся. Широко раскрыв глаза, он посмотрел на Ча Вону, который мягко заговорил.

- Все в порядке, ничего не случится.

- …

- Я разберусь.

- …?

Несмотря на низкий и мягкий тон, его слова звучали убедительно. Любой, кто слышал такие слова, скорее всего, подумал бы: «Он справится».

Но Данву был не из таких.

- Нет, нет.

Ча Вону говорил с такой нежностью, что Данву не выдержал. Если бы это был тот Ча Вону, которого он знал, он бы так и говорил.

«Нашему Данву повезло. Ты приобретешь опыт, но тебе не причиняют вреда, потому что я рядом с тобой. Верно, Данву-я.»

«Даже без тебя мне не причинят вреда.»

«Об этом стоит подумать.»

Конечно, нет. Это не входило в его намерения, но именно это по-настоящему раздражало Данву в Ча Вону.

В любом случае, Ча Вону был хорошим парнем. Независимо от его квалификации охотника, если бы там был грабитель, и кто-то, казалось, мог пострадать, он бы выступил вперед.

Молодой Ча Вону в этом отношении ничем не отличался.

- Что с тобой? Почему закрываешь лицо? Я сказал поднять руки! - Закричал мужчина.

Данву встретился с ним взглядом и все понял.

«Он это мне.»

Ча Вону поднял обе руки и вежливо сказал.

- Мне жаль. Он мой друг, и он плохо себя чувствует. Его тошнит, и ему больно. Вы позволите моему другу выйти?

«Сработает?»

Данву был поражен невинным подходом Ча Вону.

- Разве я не говорил молчать!

- Если вам нужны деньги, я могу отдать вам свой кошелек прямо сейчас. Забрать мой кошелек было бы проще и выгоднее для вас, чем брать наличные у других людей. Вы можете взять его, проверить сумму, и, если этого будет недостаточно, я сниму еще денег в ближайшем банкомате. Вы можете взять бумажник, проверить его подлинность, и почему бы вам не выйти с нами? Как обычный пассажир. Никто ни о чем не сообщит. Я просто хочу отвезти своего друга в больницу.

Спокойный тон Ча Вону оказывал успокаивающее воздействие, которое могло успокоить даже слушателей. Грабитель, который сильно вспотел и был напуган своими действиями, тоже был тронут.

- Ты! Ты болен?

Этот парень врач или что?

- Дай, дай мне свой бумажник.... Нет! Сначала выбрось свой телефон! Не делай ничего другого! Думаешь, я не смогу использовать навык, чтобы проверить твой кошелек?

- Нет, нет. Я отдам тебе свой бумажник. Мне подойти и отдать его тебе? Или мне бросить его?

Он был спокойнее самого грабителя, даже пассажиры, наблюдавшие за происходящим, успокоились.

Они все нервничали, и их сердца бешено колотились, но они надеялись, что ситуация разрешится мирным путем. Все втайне надеялись, что в кошельке Ча Вону была значительная сумма денег. Данву не знал, но, вероятно, именно этого грабитель хотел больше всего.

Конечно, Данву знал, что в его кошельке лежит крупная сумма денег.

- Не бросай! А то! Я... подойду, так что оставайтесь на месте!

- Да.

- Я подхожу, сиди на месте!

Данву опустил голову, наблюдая за приближением грабителя. «Энергетический шар» с трудом поспевал за движениями грабителя, опасно подрагивая в воздухе.

Это было так неуклюже и опасно. Если бы грабитель хоть немного потерял контроль, автобус взорвался бы.

Ча Вону не погиб бы при таком взрыве. Пробужденные люди так просто не умирают.

Однако другие люди в автобусе могли быть убиты или серьезно ранены, и Ча Вону, несомненно, беспокоился об этом.

В поле его зрения попали ботинки грабителя, которые теперь были рядом с Данву.

- Теперь просто протяни руку! Протягивай бумажник только одной рукой!

- Да.

Ча Вону быстро достал из кармана бумажник и протянул ему.

Вероятно, он думал, что отдать свой бумажник - не такая уж большая проблема.

«В конце концов, он думает о спасении людей.»

Вероятно, именно об этом он и думал. Поимка грабителя была следующим шагом для Ча Вону.

«Сначала даст ему уйти, а потом догонит его и поймает.»

Данву мог предсказать следующие действия Ча Вону. Ча Вону такой человек; ставит других на первое место, а не себя.

Вот такой парень Ча Вону. Он в первую очередь думает о других.

Однако Данву был другим.

- Наклони голову.

Ча Вону немедленно отреагировал на голос, раздавшийся сбоку.

Опытный охотник чувствителен к мане.

Мана - это сила, которая может угрожать им и другим охотникам.

Ча Вону не проигнорировал голос, наполненный маной. Он опустил голову, и Данву обеими руками накрыл Энергетический шар.

Треск!

«….!»

Воздух наполнился дымом и запахом гари. Данву был на грани того, чтобы закричать.

«Это иллюзия.»

Данву стиснул зубы. Его руки защищала мана.

Когда он вернулся в прошлое, навыки и характеристики Данву были сброшены. Теперь он был не более чем обычным человеком, рангом ниже E.

Однако у него был опыт обращения с маной бесчисленное количество раз.

Сквозь его пальцы пробивался свет, как будто он манипулировал светящимся шаром обеими руками.

Бум!

Хвак!

Данву с самого начала не был охотником А-ранга. Он начинал как F-ранг, «Низкоранговый», что указывало на то, что у него не было ни маны, ни таланта охотника.

У Данву даже не было фирменного навыка.

«Он был у меня, но я не смог его пробудить.»

Вот почему Данву мог делать то, на что не отважился бы ни один другой охотник. Это прямое использование маны без использования навыка.

В конце концов, он должен был зарабатывать на жизнь охотой, верно?

Была причина, по которой другие избегали этого. Данву десятки раз чуть не погиб.

Но он не умер, а выжил. Данву, который мог напрямую управлять лишь небольшим количеством маны, стал охотником Е-ранга.

Даже в прошлом, когда он потерял все свои характеристики и навыки, скудная мана Данву сохранялась на должном уровне.

- Что… Что происходит?

Грабитель взмахнул рукой, но Данву даже не попытался уклониться.

Прежде чем бандит успел ударить Данву, Ча Вону сломал ему руку и удержал его.

Бах!

«Я знал, что ты это сделаешь.»

Ча Вону был сообразительным человеком, как с точки зрения интеллекта, так и с точки зрения осведомленности. На самом деле, его личность была настолько привлекательной, что вокруг него было много последователей. За исключением его взаимодействия с Данву, было трудно найти какой-либо аспект, в котором он потерпел неудачу.

Тем временем, Данву полностью рассеял «Энергетический шар».

Но его внутренняя мана достигла предела.

«Есть ли в этом смысл?»

Данву был поражен. Неужели прошлый Данву намеревался стать охотником с таким телом?

Несмотря на его удивление, пассажиры зааплодировали и поднялись на ноги.

- Он исчез!

- В-вызовите полицию! 119! Нет, 112!

- Спасибо, спасибо вам!

- Он охотник?

- Нет ведь? Он выглядит так молодо, он явно студент!

Данву сел, чувствуя головокружение, и наблюдая, как Ча Вону окружают люди.

Это зрелище было знакомым.

- Наверное, лучше не подходить слишком близко к этому человеку. На всякий случай. - Сказал кто-то в толпе со смущенной улыбкой. Пассажиры последовали этому совету.

- Эй… Что ты только что сделал? - Спросил Ким Джигю сзади. Данву стиснул зубы, чтобы сдержать тяжелое дыхание.

- Я же просил тебя не разговаривать со мной.

- Нет, это же был навык? Говорят, что навыки сталкиваются и взрываются. Как тебе удалось заставить его исчезнуть? Ты практиковался?

Данву оттолкнул лицо Ким Джигю. Ким Джигю вскрикнул от удивления и упал.

- ...Что же мне делать? Мой сын болен! Вы бы позволили ребенку умереть таким образом? Вы бы позволили?!

- По крайней мере, это не ограбление... Никто не пострадал, поэтому необходимо принять меры предосторожности. Я свяжусь с фондом по поводу больничного счета и найду способ поддержать вас.

- Можешь просто забыть об этом! Я больше так не поступлю! Я совершил ошибку. Я просто беспокоился о своем сыне. Да, я не хотел никого обидеть!

На глазах у Данву грабитель держал Ча Вону за руки и рассказывал историю своей жизни.

«Неужели тебе не стыдно так поступать с ребенком, который примерно того же возраста, что и твой сын?»

Однако Ча Вону был сговорчив. У него был спокойный вид, но на лице читалось смущение, признак того, что он действительно был встревожен.

Данву был ошеломлен, потому что Ча Вону, казалось, колебался и думал: «Правда?».

- …?

«Что ты делаешь?»

Грабитель собирался взорвать автобус, но Ча Вону проявил сочувствие.

Ча Вону, которого Данву знал по прошлому, был не таким.

Ча Вону в возрасте 24, 25 и 26 лет никогда не колебался ни перед какой ситуацией.

Как только он принимал решение, все просто шло своим чередом.

Это также относилось к его способу справляться с наказаниями.

Когда Данву увидел, что Ча Вону победил во второй раз, он попытался подраться с ним, и Ча Вону избил его почти до смерти. Данву был на грани смерти, обессиленный. Ча Вону сел перед беспомощным Данву и посмотрел на него сверху вниз, подперев подбородок рукой.

«Давай сделаем так. Данву-я, ты присоединяешься к моей команде. Кстати, правило моей команды гласит: «Не бунтуй против лидера».

«Иди нахуй.»

«Данву, сделай тон повежливее.»

Ча Вону, который решил, как наказать Данву, и Данву, который стал членом команды Ча Вону.

Другие члены команды недолюбливали Данву, но никто не осмелился предложить Ча Вону избавится от нового члена команды.

Ча Вону был диктатором.

Но перед глазами Данву был молодой Ча Вону с мягким, незрелым умом.

В любом случае, слушать оправдания преступника было не в его вкусе. Данву ударил грабителя по голове и заставил его закрыть рот.

- Ах.

Ча Увон посмотрел на лежащего без сознания грабителя.

- Почему ты слушал?

- ...Я думал, тебе плохо.

- Если бы мне и было плохо, значит ли это, что ты превратился бы в банкомат, чтобы отправить меня в больницу?

- Что ж, это было бы не так уж плохо. Я рад, что с тобой все хорошо. Значит, ты пробудился. Почему плакал? - Добродушно спросил Ча Увон.

Данву нечего было сказать.

«Иногда я теряю рассудок.»

Но он не мог этого сказать, верно?

- Неважно.

- …

Молодой Ча Увон с удивлением посмотрел на Данву.

«Что с ним?»

Выражение его лица ясно выражало недоумение.

Прежнего Увона совсем не удивил бы тон Данву. Вот почему они так «ладили».

Сердце Данву бешено колотилось.

«Что?»

Ча Увон был слишком молод.

Когда Данву садился в автобус, у него было смутное представление о том, каким должен быть Ча Увон. Но Ча Увон, которого он встретил, не был тем «Ча Увоном», к которому он привык. Молодой Ча Увон не был идеальным человеком, которого знал Данву.

В этот момент прибыла полиция, которая спасла Данву от дилеммы.

- Вау, это впечатляет, несмотря на то, что вы так молоды. Мы рады, что вы, ребята, оказались здесь. Этот человек, похоже, незарегистрированный пробужденный. Даже проверка записей ничего не выявила. Похоже, он планировал совершить преступление, но вы двое предотвратили его! - Сообщила полиция.

- Но почему он упал в обморок? Из-за перерасхода маны?

- …

- Ох, извините, не могли бы вы двое помочь? Мы не отнимем у вас много времени. Возможно, вы даже получите благодарность! Что-то вроде премии «Храбрый Гражданин». Когда придете в школу после каникул, директор похвалит вас на собрании.

- Минутку… Куда вы двое направлялись?

Один из полицейских задал ключевой вопрос.

Что могли делать два пробужденных, которые ехали в автобусе в Центр? Ча Увону, похоже, пришла в голову та же мысль, и, не спрашивая Данву, он ответил полиции.

- На самом деле, мы собирались сдавать квалификационный экзамен на охотника.

- Ого.

- Во сколько экзамен?

- Вы же не опаздываете?

- Поторопитесь!

- О нет, если вы опоздаете, вам придется ждать целый год!

Полиция оказала на них еще большее давление, и в результате Данву оказался на заднем сиденье полицейской машины. Грабитель, находившийся без сознания, был связан по рукам и ногам, а его запястья были прикованы к двери.

Несмотря на то, что они схватили грабителя, Ча Увон все еще был гражданским лицом, верно? Так почему же он сидел на заднем сиденье полицейской машины?

Пробужденные становятся практически бессильными, если на них надеты ограничения маны, но…

«Если Ча Увон выйдет из полицейской машины, это будет выглядеть так, как будто с ним обращаются по-особому.»

Данву чувствовал себя неуютно, сидя на заднем сиденье полицейской машины. Ему казалось, что он стал преступником. Ча Увон, сидевший рядом с ним, тоже чувствовал себя не в своей тарелке.

Данву был в смятении.

- Где находится экзаменационный центр?

- Город С, здание А, Центр 1.

Ответил Ча Увон и кивнул в сторону Данву.

- Я впервые в полицейской машине.

«А ты думаешь, что я часто так разъезжаю?»

- Хм.

Данву показалось странным, что Ча Увон делает такие комментарии. Разве он не похож на типичного молодого человека лет двадцати с небольшим?

- У меня такое чувство, что нас взяли под стражу. Ты знаешь, что произойдет, когда мы прибудем в экзаменационный центр?

- Откуда мне знать.

- …

Ча Увон остался таким же, каким был в прошлом.

Сын «Героя» Ча Мункёна, пробужденный с фирменным навыком «Мастер меча» (S), гений и ученик лидера Гильдии Чхонён. У него довольно много различных титулов.

Он всегда был в центре внимания, и слышать от него такие вещи было все еще странно.

Молодой Ча Увон посмотрел на Данву.

Выражение его лица было спокойным и лишенным каких-либо особых эмоций, но Данву видел это лицо каждый день. Он мог угадать, что он думает: «Что с ним не так?...»

- Если подумать, мы даже не спросили ваших имен. Как вас зовут? - Спросил кто-то из сотрудников полиции.

- Просто оставьте нам свои контактные данные, и мы свяжемся с вами после экзамена... Нет, может, нам тоже дать вам наши контактные данные?

- Не усложняй. Мы запишем вас как «Отважных граждан, которые поймали грабителя». Мы свяжемся с вами завтра после экзамена. Вы будете выступать в качестве свидетеля, верно? Как только мы прибудем в экзаменационный центр, вам нужно будет поторопиться.

- Да, старшеклассники! Не могли бы вы, пожалуйста, назвать нам свои имена? - Младший офицер полиции показал свой блокнот.

- Ох, я Ча Увон.

- Я Ли Данву.

Старший офицер, сидевший за рулем, кивнул.

- Ах, вы двое друзья? Какие у вас отношения...

- Ча Увон и Ли Данву, Ча… Увон… Ча Увон?

Младший офицер, который что-то записывал, обернулся.

- Ча Увон? Сын Ча Мункёна?!

- Сын Ча Мункёна, верно? Многообещающий новичок, занявший 1-е место среди стажеров Центра?

- Верно! Ча Увон, который в этом году сдает квалификационный экзамен!

- Нет, перестаньте...

«Смотри на дорогу.»

Поскольку они постоянно оглядывались назад, Данву занервничал. Хотя не было никаких сомнений в том, что с Ча Увоном все будет в порядке после автомобильной аварии, почему бы этим людям не сосредоточится на дороге?

- Итак, ты поймал грабителя автобуса! Тебе ничего не угрожало! Ох, Охотник Ча Увон! Подожди, лучше будет Ча Увон-ним? А Ча Увон-ним придет в наш Центр?

- Ча Увон собирается в Центр? Мне, как государственному служащему, мало платят, и у меня большая нагрузка. Возможно, я буду проклят, пока мне не исполнится 200 лет. Кто знает, проживу ли я так долго, но умру от стресса я раньше...

- Ах, вы же должны были убедить его прийти в Центр, о чем вы говорите?

Полицейские заспорили между собой, и Ча Увон уладил ситуацию.

- Я не пойду в Центр.

- Ох, конечно... – Полицейский вздохнул.

- Тогда ты, должно быть, пойдешь в Гильдию Чхонён.

- Я поклонник Лидера Гильдии Чхонён! Если вы не против, не могли бы вы дать мне автограф позже?

- Конечно.

Ча Увон без колебаний согласился.

Он всегда был таким.

- Ох! Автограф лидера гильдии - это здорово, но как насчет автографа Ча Увона-нима?

- Что вы собираетесь делать с моим автографом?

- Сохраню, как семейную реликвию!

Ча Увон слегка усмехнулся и сказал:

- Конечно, я дам автограф.

- Человек рядом с тобой - твой друг? Ли Данву-ши?

- Кажется, он тоже стажер в Центре. Естественно, он, должно быть, многообещающий новичок! Пройдет совсем немного времени, и он станет Охотником, мы и тебя должны взять автограф...

- Я не стажер.

Прежде чем полицейские с опозданием проявили интерес, Данву оборвал их.

Затем он подумал: «Что вообще происходит?».

- Ох, я понимаю. Ты стажер из гильдии!

- Это не так.

- Ах…

- Я провалил и то, и другое, я всего лишь гражданское лицо.

- Аах…

«Вы думаете, что любой может стать стажером в Центре или членом гильдии?»

Быть многообещающим талантом, спонсируемым правительством или завербованным гильдией, означало быть человеком с выдающимися способностями, который в конечном итоге войдет в топ-100.

Ли Данву был далек от этого.

- Ты провалился? - Снова спросил Ча Увон.

Ли Данву был озадачен тем, как молодой парень, у которого была безупречная кожа, разговаривал с ним так небрежно.

- Ага, но почему ты используешь неформальную речь?

Ча Увон сделал паузу, чтобы привести мысли в порядок, а затем спросил:

- Сколько вам лет?

«Мне 27.»

Не в силах назвать свой настоящий возраст, Данву на мгновение замолчал.

- Мне 20.

- Значит, мы ровесники?

Большинство пробужденных, став взрослыми, хотели бы получить лицензию Охотника.

Предположение Ча Увона о том, что Данву было двадцать лет, было естественным.

Странное чувство, которое испытал Данву, услышав, как Увон непринужденно разговаривает с двадцатисемилетним парнем, было понятно.

- Ты провалил экзамен на стажера? - Осторожно спросил Ча Увон.

Данву проигнорировал его и схватил за руку.

- ...?

Сердце Ча Увона бешено колотилось. Данву коснулся груди Ча Увона.

- …!

Ча Увон схватил Данву за запястье, но не оттолкнул его.

Данву чувствовал, как быстро бьется сердце Ча Увона, как расширяются и сжимаются его легкие при дыхании, и даже как двигаются его ребра при каждом вдохе.

Данву обхватил лицо Ча Увона ладонями.

Когда он посмотрел в глаза Ча Увону, его зрение затуманилось.

«Ли Данву, уходи. Возьми этот меч и не оглядывайся, ты обещал выслушать меня на этот раз.»

Когда-то суровое лицо, говорившее это, теперь было мягким и теплым.

- Эм, извините, но нам, наверное, сначала нужно заехать в больницу. - Сказал Ча Увон, глядя вперед.

- Что? Ты ранен? Если мы поедем сейчас, вы можете опоздать...

- Видимых повреждений нет, но ты чувствуешь головокружение или потерю в ориентации?

Сердце Данву забилось так же сильно, как и у полицейских.

- Где у тебя болит?

- Нет, это, скорее, у тебя что-то болит...

Ча Увон украдкой взглянул на Данву и неловко спросил:

- Почему ты продолжаешь плакать?

«Вот такой вот я.»

Рука Ча Увона была теплой.

«Ты жив.»

Это рука живого Увона. Мягкая, не липкая от запекшейся крови, не холодная и не жесткая… Рука, которая могла коснуться Данву.

Но он не мог сказать подобного.

- Забудь… Поскольку мы не пострадали, пожалуйста, отвезите нас в экзаменационный центр. Мы опаздываем.

Данву взглянул на часы.

Его сердце продолжало бешено колотиться.

Старший офицер полиции спросил:

- Ты уверен, что с тобой все в порядке? Если ты не в порядке, и мы тебя отпустим, с нами тоже будет не все в порядке.

- У нас будут большие проблемы.

- Даже если станет известно, что это Ча Увон-ним, вы думаете, все закончится предупреждением? И они могут слышать все, что происходит сзади, так что, пожалуйста, не могли бы вы говорить тише...!

Во время спора полицейские понизили голоса.

Казалось, Ча Увон не мог подобрать нужных слов.

Оказалось, что причина была в том, что Данву все еще держал лицо Ча Увона. Ча Увон опустил руку.

«Это правда было семь лет назад.»

Ча Увон был подвержен влиянию других. Это было то, чего Данву никогда не видел раньше, поэтому он не мог этого вынести.

«Сейчас я в прошлом.»

Данву никогда не представлял Увона таким. Но это правда.

Чего обычно хотят люди, вернувшиеся в прошлое?

Возможно, что много чего, но в целом все желания можно разделить на две основные категории.

Быть успешным и не повторить прошлых ошибок.

Жизнь Данву была сплошной чередой сожалений, и среди них был кое-кто, кто сыграл определенную роль в каждом из этих сожалений.

Этим кем-то был Ча Увон.

Раздражающе добрый и преданный своему долгу человек, который не слушал других и в конце концов умер в «Последнем подземелье». Он был самым большим сожалением Данву.

«Смогу ли я что-то изменить?»

Сердце Данву колотилось так сильно, что он не мог дышать.

«Смогу ли я вернуть то, что отнял у этого парня?»

* * *

Полицейская машина подъехала к испытательному центру.

- Мы свяжемся с вами!

- Успешно пройдите тест.

- Удачи!

Игнорируя подбадривающие слова полицейских, Данву вошел в испытательный центр. Все вокруг гудели, и он чувствовал на себе пристальные взгляды. Экзаменатор что-то говорил, но ему было все равно.

Данву прислонился к стене и задумался.

«Ча Увон пройдет этот тест и сразу же присоединится к Чхонён.»

А затем он продолжит быть в рейдовой команде гильдии. В будущем, когда откроется «Последнее подземелье», он умрет внутри него.

«Последнее подземелье» стало могилой сотен, если не тысяч, охотников. Данву был единственным, кто вышел оттуда живым.

Его зачистила только одна команда, это была «Команда Ли Данву».

С самого начала подземелье было спроектировано так, чтобы новичкам было трудно его пройти. Это было связано с многочисленными ловушками.

Более того, эти ловушки были еще более смертельными для таких людей, как Ча Увон. Это подземелье прозвали адом, где умерло огромное количество людей.

Нужно подумать…

«Есть два способа.»

Данву задумался, глядя на стену.

Помешать Ча Увону войти в «Последнее подземелье» и зачистить его самому.

В данном случае возникает проблема: как помешать Ча Увону войти в «Последнее подземелье»?

Этот замечательный парень охотно погрузится в хаос, как только начнется «Конец».

«Может, мне переломать ему конечности?»

Ха, его вылечат целители и он все равно побежит в это подземелье.

Прежде всего, попытка напасть на Ча Увона опасна для жизни.

«Собрать сотню людей и напасть на него?»

В таком случае, Ча Увон с самого начала не считался бы «Надеждой Человечества». Мысль о том, что сотня людей соберется, чтобы напасть на Увона, была просто безумно!

Иначе можно взять Увона с собой, и Данву у и Ча Увон вместе очистят «Последнее подземелье».

Нынешний Данву знал, что их ожидает, а Увон станет мастером Священного Меча через несколько лет.

Как «Мастер Священного Меча» и «Надежда Человечества», если бы он следовал стратегии Данву, у них не было бы проблем с зачисткой «Последнего подземелья».

Если бы Увон просто следовал стратегии Данву.

- …

26-летний Ча Увон был диктатором. Казалось, что у него заложило уши, и он полностью игнорировал слова Данву, даже не моргнув глазом.

Однако нынешний Ча Увон был похож на мягкого маленького ребенка.

Он не был тем Ча Увоном, который вступил в гильдию, стал лидером элитной рейдовой команды и был окружен людьми, которые выполняли каждую его команду.

«Давай сделаем так.»

Пока Данву принимал решение, экзамен продолжался. Экзамен на охотника состоял из двух этапов: на первом этапе оценивались физические характеристики, а на втором - практические способности.

Поскольку физические характеристики были на самом низком уровне, и многие охотники зарабатывали на жизнь только одним навыком, экзаменаторы не обратили особого внимания на результаты первого этапа.

Данву также измерили его физические характеристики.

«…»

Он поднял стальной прут, но тот ни на дюйм не согнулся.

- …?

Машина показала результат.

[Сила: F]

Один из экзаменаторов снял очки, моргнул и остановил Данву, не дав ему продолжить.

- Не хотите ли попробовать еще раз?

- Результат правильный.

- …?

Данву выполнил прыжок в высоту, спринт и финальное измерение маны перед тем, как вытащить руку из тренажера.

[Мана: F]

Результат остался неизменным, как и в прошлом.

Данву был весьма впечатлен собой.

«Я правда думал, что смогу стать Охотником с такими характеристиками.»

У последнего экзаменатора было озадаченное выражение лица, он недоумевал, зачем он здесь.

«Он здесь, потому что искренне верит, что мана F-ранга может сделать кого-то Охотником, или он просто хотел пройти экзамен на Охотника, чтобы утешить себя?»

Экзаменатор, возможно, размышлял именно так.

Чтобы зарабатывать на жизнь Охотником, даже с низкими физическими характеристиками, требуется достаточное количество маны для использования навыков.

Поскольку показатель маны был последним, экзаменатор мог видеть общую статистику Данву.

«Неважно.»

Проходя мимо, Данву осмотрел экзаменационную зону. Затем он подошел непосредственно к Увону.

Ча Увон был окружен людьми. Данву, который знал, что вокруг него собралась группа последователей, держался на небольшом расстоянии.

Хотя Увон был не из тех, кто командует людьми, у него, казалось, была особенная харизма.

«Но почему он там?»

Данву заметил, что его двоюродный брат Ким Джигю слоняется без дела рядом с Увоном.

Не зная причины, Данву подошел к Увону. Поскольку Ча Увон не остановил его, его последователи отдалились, позволив им спокойно поговорить.

Данву захотелось рассмеяться. Сколько времени прошло с тех пор, как он в последний раз наблюдал это зрелище?

- Ча Увон.

Глаза Ча Увона расширились.

- Ты знаешь мое имя.

«Конечно...»

Какие меры Данву должен предпринять, чтобы забыть Ча Увона? Он просто хотел провести один день, не думая о нем, но все его попытки были напрасны.

Данву улыбнулся. Никто не стал бы плевать в лицо улыбающемуся человеку.

- Давайте объединимся в команду.

- Ха?

- Ты собираешься вступить в гильдию, да?

- Ну, да...

- Не вступай.

Выражение лица Ча Увона слегка изменилось.

Если бы это был прежний Ча Увон, он бы сказал: «Ты что, пытаешься мной командовать?»

Молодой Ча Увон был мягким и терпеливым.

- Давай сформируем рейдовую команду. Только мы, без каких-либо связей, соберем гениев - элитное меньшинство. Наша цель - остановить «Конец» и очистить «Последнее подземелье».

- Я думал, я тебе не нравлюсь.

«…?»

Мы еще даже как следует не подрались, так почему же Ча Увон решил, что он не нравится Данву?

- Что? Я всегда думал, что первым человеком, которого я взял бы в свою команду, был бы ты.

- Ох, правда? Мне так не показалось. - Мягко ответил Ча Увон.

- Но я уже определился с гильдией, в которую собираюсь вступить. Спасибо за предложение. Я не знал, что ты так высоко меня ценишь. Я благодарен.

«Он действительно благодарен?»

Любой бы отказал подобному предложению.

И все же Данву не был разочарован. Кто бы не обратился к такому многообещающему человеку, как Ча Увон? Должно быть, его преследовали даже в Центре.

«Они, вероятно, предложили ему контракт или что-то в этом роде.»

Но Ча Увон ни за что не согласился. Его цели выходили за рамки подобных мирских забот.

Данву понимал Ча Увона.

«Конец», который наступает каждые 20 лет.»

- Ты хочешь остановить «Конец», да?

- …

- Тогда тебе не стоит вступать в гильдию.

- Подожди... Все ведь наоборот? Чтобы остановить его, нужно вступить в гильдию. В пяти основных гильдиях есть герои, которые пережили предыдущий «Конец». Те, кто уже прошел через него, могут подготовиться к следующему.

Ча Увон был благородной и ответственной личностью. Он был похож на героя, а Данву никогда по-настоящему не понимал таких людей.

Но твердость логики Ча Увона была убедительной.

Можно ли опровергнуть эту логику и удастся ли его убедить?

- Нет, нет. Мы должны сделать все сами. Эти люди слишком стары.

- …?

- У них громкие имена, но они даже не участвуют в каких-либо мероприятиях. К чему готовятся эти люди? Если бы они выполнили свою работу, они бы остановили «Конец». Но они ничего не сделали, верно? Герою с реликвией пришлось пожертвовать собой, чтобы остановить его. Настоящие гильдии безнадежны.

«Героем с реликвией», о котором упоминал Данву, была мама Ча Увона.

Вот почему на Ча Увона возлагали надежды как на «Сына Героя» с самого его детства.

«Он не рассердится только потому, что я упомянул его покойную мать.»

Если бы это было так, разве он не злился бы каждый раз, когда слышал титул «Сын Героя»?

Рот Ча Увона открылся.

Затем он нахмурил брови и склонил голову набок. Он скрестил руки на груди и посмотрел на Данву.

- В этом есть смысл.

- Именно.

- Но я не уверен, что ты гений. Согласно твоему плану, мы должны собрать только гениев, чтобы подготовиться к «Концу», да?

Данву чуть не схватил Ча Увона за воротник, но сдержался.

- Скоро ты поймешь.

- Как?

На лице Ча Увона появилась слабая улыбка. Этот спокойный парень, казалось, улыбался только тогда, когда раздражал Данву, что приводило его в бешенство.

Данву был в ярости, но держал себя в руках.

Первый раунд физических измерений был завершен. Затем экзаменаторы вывесили на доске объявлений результаты второго раунда практических состязаний.

Несколько тренировочных площадок, установленных в месте проведения экзамена, были активированы, и появились цилиндрические столбы света.

Это защита от повреждений.

Данву просмотрел список.

«Номер 77.»

Подойдя к сопернику Ча Увона, Данву протянул ему свой жетон с номером.

- Хотите обменяться?

- Ха?

- Тебе нравится Ча Увон?

- Прости?

- Хочешь сразиться с сыном Ча Мункёна?

- Э-э, нет?

- Поменяйся со мной.

Передав свой жетон с номером, Данву силой отобрал жетон с номером 77 и показал его Ча Увону.

«Готово.»

Ча Увон был талантливым и многообещающим охотником, но Данву, который регрессировал, сражался с ним сотни раз.

Если опытный охотник с шестилетним стажем не смог победить перспективного Охотника, разве он не должен прикусить язык и умереть от стыда прямо здесь?

- Хаха!

Ча Увон рассмеялся.

Данву был сбит с толку.

Даже в прошлом Ча Увон иногда смеялся вот так, как мальчишка. В те моменты Ли Данву не мог отвести от него глаз. Ча Увон был неудачливым, но красивым парнем.

Ли Данву не нравился Ча Увон, но ему нравилось его лицо.

«Нет, хватит.»

Данву шлепнул себя по щеке.

О чем ты думаешь, глядя на ребенка?

Данву следовало бы подумать о том, как поступить с Чан Увоном.

«Первым делом я должен взбодрить этого ублюдка.»

Потому что Ча Увон был из тех, кто держит свое слово.

Разве он не говорил?

«Если Ли Данву проявит себя как гений, он присоединится к "Команде Ли Данву".»

Несмотря на то, что Данву приводил различные доводы, была отдельная причина, по которой Ча Увону не следовало вступать в Гильдию Чхонён.

«Я не могу вступить в гильдию.»

Гильдия Чхонён была одной из пяти престижных гильдий, и требования для вступления в нее были строгими. А в рейдовой команде и вовсе были только гении.

«Разве для вступления в рейдовую команду Чхонён не требовалось быть охотником как минимум B ранга?»

Данву не мог даже вступить в гильдию, не говоря уже о рейдовой команде.

Он снова вспомнил о прошлом завоевании <Последнего подземелья>, как он наблюдал за разрушением подземелья.

Глядя на приближающегося младшего брата Ча Увона, Данву пришла в голову одна мысль.

«Так и должно было быть.»

Спасая Ли Данву, Ча Увон в конечном итоге покончил с собой и встретил смерть.

Если бы Ча Увон выжил, он, несомненно, преуспел бы во втором рейде на «Последнее подземелье». Ча Увон был гением и по-настоящему героической личностью.

Он не был похож на Ли Данву, который отправился в подземелье без всякого чувства долга, как будто его туда втянули, «потому что таково было решение Ча Увона».

Если бы не Ли Данву и если бы Ча Увон выжил, <Конец> наступил бы раньше, и выжило бы больше людей.

Я зачищу «Последнее подземелье» и стану героем, который остановит «Конец»?

Абсурдная мысль. Этот титул принадлежит Ча Увону.

Ли Данву не собирался красть героические поступки даже у Ча Увона.

«Я верну его.»

Сформирую команду, соберу Ча Увона и бывших членов <Команды Ча Увона>. Снова соберу вместе этих незаслуженно добрых людей, и за них…

Ли Данву мог вернуть им славу, которую они заслужили.

«Я могу это сделать.»

Но для этого ему сначала нужно было победить Ча Увона.

В прошлом из ста раз Данву проигрывал каждый…

«Нет, я не проиграю двадцатилетнему Ча Увону.»

Данву ударился лбом о стену.

И он начал вращать небольшое количество маны в своем теле…

* * *

Второе испытание проходило на круглой арене, где были установлены защитные устройства. Это был тест, чтобы определить, могут ли охотники участвовать в соревнованиях и оценить практические способности. Поэтому оно проводилось по соответствующим правилам.

«При обнаружении определенного количества повреждений или при падении кандидата с арены, испытание заканчивается.»

Ча Увон, возможно, и не знал, но для Данву это было очень выгодное условие.

Изначально, в текущем состоянии Данву, было невозможно наносить атаки, превышающие «определенное количество урона».

«Нужно самим контролировать силу.»

- Я понимаю правила.

- Хорошо.

Ча Увон ответил, надевая перчатки.

- Ты должен быть в состоянии контролировать свою силу.

- ...Хорошо.

Второй ответ был немного запоздалым.

- Если ты не в состоянии контролировать себя и выйдешь за рамки дозволенного, будем считать, что ты проиграл. Мы же здесь не для того, чтобы убить друг друга.

- Согласен.

Пока они надевали защитное снаряжение, вокруг собралась толпа зевак. Экзаменатор вручил им тренировочные мечи.

Осмотрев грубый меч без лезвия, Ча Увон спросил.

- Но, Данву-я, ты умеешь обращаться с мечом?

«Данву-я?»*

[П.п. Увон использовал милое обращение, которое используют только с близкими.]

Когда он начал так небрежно называть меня по имени?

- Что у меня в руках?

- Меч.

- Значит умею.

Ча Увон коротко усмехнулся.

- Верно.

- В чем дело?

Данву почувствовал беспокойство.

- Ну, просто я не могу вспомнить, когда в последний раз я терпел поражение от инструктора по фехтованию. Давненько это было.

- …

Данву понял, что даже двадцатилетний Увон обладал фантастическим умением провоцировать.

- Скоро вспомнишь.

- Хаха!

Экзаменатор свистнул в свисток.

Ча Увон вытянул руку.

«Он так в себе уверен?»

Ли Данву выдержал сотни ударов со стороны Ча Увона, хотя и не мог с ним сравниться. Специальностью Ча Увона было противостояние с маной…

Ча Увон преуспел в том, чтобы загнать Ли Данву в угол, блокируя все пути своим мечом, заставляя его идти по одному пути, а затем нападая на него.

Меч в руке Ча Увона ярко сверкнул. Сердце Данву похолодело. Это было потому, что он кожей чувствовал, как накапливается огромное количество маны.

С одной только маной, как мог человек устоять на ногах, не уклоняясь от его ударов?

Когда он попытался увернуться от этого меча, Данву почувствовал удар.

«Но не сейчас.»

Свет на мече Ча Увона на мгновение усилился, а затем замерцал.

- …!

«Я же говорил тебе, ублюдок, держать себя в руках.»

С чего бы Данву утруждать себя?

Ча Увон происходит из престижной семьи. Первым мечом, который он получил после пробуждения в возрасте пятнадцати лет, был «Юкьё», артефакт А-ранга.

Ча Увон никогда не пользовался таким потрепанным мечом.

Другими словами, он никогда не держал в руках меч, который не мог бы противостоять его собственной мане.

«Если он добавит больше маны, меч сломается.»

Ча Увон не мог не знать о факте, известном Данву. Пока Ча Увон, который на мгновение растерялся, сосредоточивался на контроле, Данву приблизился к нему.

Ближний бой был специальностью Данву.

Чтобы нанести урон противнику с таким слабым запасом маны и силы, как у него, необходимы были выбор и сосредоточенность.

Данву отказался от рубящих ударов на средней дистанции и чувства самосохранения.

Его физические характеристики были жалкими. Но разве у него не было одной характеристики С-ранга?

«Ловкость.»

Его главным оружием была рапира, а фирменным умением Данву было вкладывать всю свою ману в кончик меча и пронзать противника десятки раз, нанося смертельный урон.

По крайней мере, так было.

«Похоже, у меня есть навык.»

Данву стиснул зубы.

Перекинув ману в свои руки и меч с помощью улучшенных характеристик, Данву нанес удар в грудь Ча Увону.

Туд!

Ча Увон заблокировал удар!

«Я знал, что так и будет.»

Однако меч Ча Увона...

Туд, туд!

Данву держался рядом, не давая возможности вздохнуть. Его целью был не Ча Увон.

Чанг...!

От звука, от которого содрогнулось все его тело, а не только барабанные перепонки, меч Ча Увона разлетелся на куски.

- Ах...

Зрители замолчали, но Данву знал, что это не демонстрация его собственного мастерства.

«У Ча Увона было слишком много маны, чтобы справиться с мечом.»

Пытаясь блокировать атаку, он на мгновение увеличил поток маны. Как этот бедный меч мог выдержать такое количество маны?

Направив меч под подбородок Ча Увона, который потерял свой меч, Данву заговорил. Он тяжело дышал, как будто его легкие вот-вот разорвутся.

- Какой сегодня день?

- ...7 января?

Рассеянно ответил Ча Увон.

Адреналин хлынул в кровь Данву. Его мана была истощена до тошноты, но он не мог позволить себе показать это. Он не мог позволить, чтобы они увидели его в таком состоянии.

«Вау.»

Если бы он открыл рот, с его губ могли сорваться радостные возгласы. В то же время он чувствовал, что его вот-вот стошнит, поэтому ему пришлось задержать дыхание, дрожа всем телом.

Но как он мог удержаться от этого замечания?

- Ты сказал, что не помнишь, когда проигрывал в последний раз. Что ж, запомни этот день.

- Ха… Ха-ха...

Ча Увон рассмеялся. Пожав плечами, как будто разочарованный, он отбросил рукоять меча и расхохотался.

- Вау! - Воскликнул он.

Данву, не в силах отдышаться, посмотрел на него.

- Просто вау! Это первый раз, когда я проигрываю кому-то своего возраста.

- ...Готов поспорить, что ты выигрывал много раз.

Ошеломленный Данву не мог отвести глаз от Ча Увона.

Невозмутимый реакцией Данву, Ча Увон от души рассмеялся.

- Это верно. Мое сердце бешено колотится.

Данву был потрясен.

«Мне всегда было интересно, как отреагирует Ча Увон, если проиграет.»

Когда Данву проигрывал, все, что он мог вспомнить, - это разочарование и злость. Но теперь Ча Увон проиграл.

Двадцатилетний Ча Увон смеялся. Это было невероятно странно и удивительно. «Вау...» - повторял он, неоднократно выражая свое восхищение, глядя в глаза Данву.

«Как он это делает?»

Каждый раз, когда Данву проигрывал Ча Увону, ему хотелось плакать.

Он снова и снова убеждался в своей бездарности, в своей неспособности вернуть к жизни своих родителей и в том, что он ничего не может сделать.

Озлобленный и опечаленный, Данву обижался на Ча Увона, а Ча Увон смеялся.

Ча Увон отличался от Данву.

Вот почему Данву одновременно ненавидел Ча Увона и восхищался им.

Ча Увон был человеком, который мог одержать верх над другими.

Раньше у Данву не хватало желания присоединиться к «Команде Ча Увона». Однако, когда начался «Конец» и Ча Увон приготовился покорять «Последнее подземелье», Данву последовал за ним без всяких вопросов.

Потому что он верил, что Ча Увон сможет.

Ча Увон даже смог заставить Дэу почувствовать это.

Но Данву знал будущее.

Ча Увон умрет в «Последнем подземелье» и передаст этот проклятый священный меч Данву, прежде чем вытолкнуть его из подземелья.

«Нет.»

Этого не случится.

Данву изменил будущее.

Ча Увон сидел у пруда во дворе главного дома. Его отец не произнес ни слова, пока чай не остыл, но Ча Увон знал, что его отец, который пристально смотрел на пруд, тщательно подбирал слова.

Ча Увон был трудным ребенком для своего отца.

Экономка спросила Ча Увона:

- Молодой господин, мне приготовить еще чая?

- Не нужно. А как насчет тебя, отец?

- Мне тоже не нужно.

Экономка кивнула и отступила назад.

Хотя Ча Увон редко с кем-то общался, он знал, что атмосфера в других домах была иной.

Первым, кого экономка должна была спросить, был, вероятно, его отец, а не он сам. Затем ей следовало поинтересоваться предпочтениями Ча Увона.

Это было не из-за устаревших представлений о том, что его отец является главой семьи, или чего-то в этом роде; Ча Увон думал, что все дело в том, кто имеет большее влияние.

В любом случае, этот дом был другим.

Потому что это был дом Ча Мункён.

Несмотря на то, что прошло восемнадцать лет со дня смерти Ча Мункён, это все еще ее дом.

Ча Увон был сыном «героя» Ча Мункён, поэтому его отец был чужаком в этом доме.

Ча Увон знал, что его отец знает об этом.

- Я слышал, что ты не хочешь вступать в гильдию. - Заговорил его отец.

«Ах, как и ожидалось.»

- Да. Ты слышал об этом?

- Это дело моего сына и я не хочу слышать новости от кого-то третьего. Если ты принял решение, тебе следовало сначала сказать мне.

- Я собирался рассказать.

«Ложь.»

За несколько лет он понял, что если он спокойно, без колебаний объяснит ситуацию, люди ему поверят.

Это потому, что он сын героя, и все ожидают, что он станет гением. Поскольку Ча Увон никогда не обманывал этих ожиданий, ожидания людей стали безграничными.

- Почему? Почему бы тебе не вступить в гильдию? Все знают, что ты преемник Главы Гильдии, поэтому смешно говорить о ведении домашнего хозяйства.

- Это не так.

- Ты раньше не выражал никакого недовольства? До меня также доходили слухи о том, что Гильдию Чхонён унаследовал парень, которому едва исполнилось 20 лет. Если это тебя так сильно беспокоило, ты должен был что-то сказать.

Как он мог с этим справиться? Заткнуть рты репортерам?

У Ча Увона были сомнения, но он не спрашивал.

- Если бы проблема была в этом, я бы справился. Дело не только в том, что 20-летний парень возглавил Гильдию Чхонён без каких-либо жалоб со стороны зрителей… Хотя у меня нет никакого намерения занимать твою потенциальную должность лидера гильдии.

С улыбкой, означавшей, что это шутка, он добавил последнюю фразу, но его отец, похоже, воспринял ее буквально.

- Хорошо. Ты уверен, что сможешь с этим справиться?

Ча У Вон подавил вздох.

Реинкарнация Ча Мункён?

Иначе он ни за что не стал бы одобрительно кивать головой при мысли о том, что новичок, только что получивший лицензию Охотника, будет признан лидером престижной гильдии.

Ча Увон совсем не помнил своей матери, он так на нее похож?

Поскольку он не знал, как ему следует вести себя, Ча Увон добросовестно вел жизнь в соответствии с ожиданиями окружающих.

- Или что-то еще? Ты недоволен тем, что тебя удерживают в Центре? Этого недостаточно, чтобы показать твою искренность как стажера? Ты же не рассчитываешь остаться в Центре, не так ли? Тогда бы тебе не предложили перейти в государственное учреждение… Какой бесстыдный поступок. Ты, должно быть, слышал такие разговоры, но, бьюсь об заклад, ты не просил об этом! Даже если ты действуешь с добрыми намерениями, это не относится к другим. После того, как мы были вынуждены пойти на такие жертвы в прошлом «Конце», теперь даже ты… Даже если ты хочешь разрядить напряженные отношения между гильдией и правительством, не стоит заходить так далеко!

- Нет. Не хочу.

В последнем «Конце» реакция правительства была разочаровывающей. По крайней мере, с точки зрения гильдии, все выглядело именно так, а для его отца, потерявшего жену, это, вероятно, было еще хуже. Элитные охотники неизбежно питают такую неприязнь к правительству.

Такие напряженные отношения, вероятно, устраивали Ча Увона, но он не собирался больше оставаться в Центре.

Во-первых, причина, по которой он поступил в Центр в качестве стажера, заключалась в том, чтобы дистанцироваться от своего отца.

Рю Сихван, глава Гильдии Чхонён, был инструктором Ча Увона по фехтованию, но для отца он был как младший брат.

Как бы сильно гильдии ни возмущалась правительством, оно, в свою очередь, относилось к гильдиям с презрением. Гильдии могут поддерживать мир в каждом городе, но в конце концов, разве они не просто организация, обладающая большей властью, чем правительство, и применяющая частные санкции?

Гильдии были правителями регионов, и правительство не могло посягнуть на их авторитет.

После первого прорыва в подземелье мир вернулся к феодальной системе.

«В Центре было хорошо.»

Отец не следил за ним, и он был свободен. Даже там Ча Увон по-прежнему оставался сыном Ча Мункён, но его не беспокоили зависть или презрение сверстников. Разве этот взгляд не был подобен воздуху, который витал повсюду, куда бы ни направлялся Ча Увон?

Стажеры Центра также закончили учебу, и он получил свою лицензию охотника аналогичным образом.

Его Мастер уговаривал его вернуться в гильдию и, засучив рукава, заняться практической работой, и Ча Увон согласился, поскольку у него не было причин отказываться.

Конечно, кроме его Мастера, к Ча Увону обращались многие люди.

[Да что происходит с миром? Душераздирающе слышать, что с сыном героя так обращаются. Если ты вступишь в гильдию Йирим, ты не только будешь свободен от подобных противоречий, но и сможешь присоединиться к рейдовой команде, команде поддержки или к кому угодно еще…]

«Разве это не тоже форма особого отношения?»

К нему обратились все остальные 5 крупных гильдий, помимо гильдии Чхонён, и даже такие объединения, как «10 лучших гильдий» и «Божественная семерка гильдий».

[Присоединяйся к нашей команде и руководи нами, и мы поклянемся в нашей преданности…]

Таким образом, он подвергся тонкому испытанию даже со стороны боевой команды, которая показалась бы привлекательной руководителю команды В ранга.

- Если не в гильдию Чхонён или Центр, то куда ты планируешь пойти?

- О, кстати, об этом. Я планирую сформировать новую команду.

- Что?

- Молодые, энергичные новички, собирающиеся вместе и объединяющие свои сильные стороны, могут быть веселыми и заряжающими энергией, так ведь?

Ча Увон ухмыльнулся.

Он ожидал, что его отец негативно отнесется к идее отказаться от хорошо зарекомендовавшей себя крупной компании и создать вместо нее новую команду.

Однако реакция его отца была странной.

- Звучит действительно заманчиво.

Его отец казался несколько рассеянным.

- Ты так на нее похож. Когда твоя мама была молодой, она тоже организовала свою собственную рейдовую команду. Это было до основания Гильдии Чхонён.

«О, нет...»

Ча Увон вздохнул, но в этот момент он ничего не мог поделать.

- Ну, я не думаю, что меня ждет похожий успех, но, похоже, это будет интересно.

- Конечно, конечно. Ты разберешься с этим сам.

Так сказал его отец и проводил Ча Увона до входной двери.

- Тебе еще что-нибудь нужно?

- Нет.

- База для рейдовой команды?

- Полагаю, я справлюсь с этим сам.

Хотя речь шла не о Ча Увоне его отец, похоже, этого не понял.

- Хорошо. Почаще выходи на связь и не переусердствуй, даже если будешь занят.

- Да. Пожалуйста, позаботься и о себе, отец.

- Почему со мной должно быть что-то не так? Я смогу узнать о тебе когда угодно, но...

В конце каждого предложения чувствовалось переполняющее предвкушение.

Увон попытался подавить горькую улыбку, садясь на заднее сиденье машины.

Как и ожидалось, опытный шофер, который служил под началом Ча Мункён, спросил Ча Увона о пункте назначения.

- Молодой господин, куда мы поедем?

- Пожалуйста, направляйтесь в Город С.

Машина плавно тронулась с места. Ча Увон подпер подбородок рукой и задумался о Ли Данву.

У Ча Увона была острая интуиция. Он инстинктивно понимал, что он может, а что нет.

Это было не так уж сложно. Не было ли более утомительным сопротивляться, чем подчиняться? Он зашел так далеко, подстраиваясь под других.

У каждого свой путь, и путь Ча Увона был легким. Все, что ему нужно было сделать, это пройти этот путь.

Ча Увона беспокоило одно - сможет ли он предотвратить «Конец»? Казалось, все возлагали большие и смутные надежды на сына Ча Мункён. Но разве даже сама гениальная Ча Мункён не была готова пожертвовать собой ради предотвращения «Конца»?

Ча Увон не хотел умирать.

«Я не хочу совершать ничего безрассудного.»

В первую очередь… Неужели в мире действительно существует только один талант… Такой талант, как Ча Увон?

Если многие люди и стремились стать героями, то это было неправдой. Даже в Центре, где находился Ча Увон, собрались самые многообещающие люди со всей страны, и их целью также было стать героем, который предотвратит «Конец».

Кто-то из них мог бы стать владельцем реликвии, и они смогли бы предотвратить «Конец».

Что ж, Ча Увон не был гением среди многообещающих сотрудников Центра.

«В конце концов, у каждого есть невероятные способности...»

Но мир был огромен, и в нем действительно было много талантов. В тот момент, когда Ча Увон вышел из Центра, разве он не столкнулся с Ли Данву?

«Давай соберём команду»

- Ха-ха…

Ча Увон собирался отказаться от предложения Ли Данву.

Ли Данву… Был невероятен. Ча Увон никогда прежде не видел подобного явления, как «Уничтожение маны». Ли Данву просто заставил ману грабителя исчезнуть. Это было настолько невероятно опасно, что Ча Увон не мог не осознавать этого, наблюдая воочию.

Грабитель не мог контролировать свою способность, он был нестабилен, а <Энергетический шар> мог взорваться в любой момент.

Если бы Ча Увон атаковал напрямую, <Энергетический шар> поглотил бы весь автобус и навредил бы всем, кто там находился.

Пока Ча Увон пытался убедить грабителя словами, он внимательно следил за движением <Энергетического шара>.

«Этот человек действительно сможет отменить этот навык?»

Он сомневался. Если бы это оказалось невозможным, то Ча Увон был готов разрубить автобус пополам. Ведь шанс выжить, выпав из движущегося автобуса, был выше, чем остаться в ловушке и столкнуться с магическим взрывом.

Однако даже в этом случае некоторые люди всё равно могли бы не выжить.

«Мне что, принять удар <Энергетического шара> на себя?»

Как если бы он накрыл своим телом приближающуюся бомбу.

Может, так он смог бы минимизировать последствия взрыва?

Пока его мысли заходили всё дальше, Ли Данву предпринял нечто подобное.

Ча Увон даже не понял, почему он вообще послушался парня рядом с собой, чьего имени он тогда ещё не знал.

- Наклони голову.

Ча Увон машинально подчинился. А затем мгновенно вскинул голову обратно. Всё из-за холодящего ощущения магии.

<Энергетический шар> смялся в руке Ли Данву…

И, что было удивительно, вместо взрыва вся его энергия рассеялась, превратившись в свет.

«Изменение свойств?»

Он изменил природу магии.

Причём чужой магии.

Ли Данву был гением.

Впервые в жизни Ча Увон встретил гения своего возраста и задумался:

«А кто он вообще такой?»

Грабитель плакал, рассказывая о своём больном сыне, но Ли Данву просто врезал ему по голове, вырубив.

Мог ли тот получить сотрясение? Конечно, грабитель был пробуждённым, так что угрозы жизни не было… Но всё равно, кто вообще так поступает?

Но даже если бы он сказал: «Он же в шлеме, не умрёт», разве это не то же самое, что боксёру нанести прямой удар в голову, пусть даже и в шлеме?

Ли Данву был исключительным с самого первого впечатления.

Ча Увон не хотел приезжать на экзамен в машине с личным водителем, поэтому воспользовался общественным транспортом. И там сразу заметил Ли Данву, сидящего прямо позади. Лицо было таким красивым и утончённым, а сам он почему-то казался глубоко задумавшимся.

Он был настолько заметен, что Ча Увон не удержался и подошёл. Тогда он увидел, как Ли Данву уставился на него, будто застыл.

Ли Данву плакал, но на лице не было ни единой эмоции…

Ча Увон сразу понял:

«Он немного странный.»

Будь то в ментальном или физическом плане, казалось, у него есть какие-то проблемы. Но поскольку помочь человеку в беде не так уж сложно, Ча Увон завёл с ним разговор.

И вскоре осознал: «Странность» Ли Данву не была чем-то конкретным, нечто, что можно было бы просто назвать проблемой тела или разума.

Ли Данву просто был странным сам по себе.

А также пугающе красивым, самоуверенным и независимым.

- Нет, не так. Нам нужно это сделать. Те люди слишком старые.

Какие неуважительные слова в адрес предыдущего поколения героев. Конечно, они больше не активны, но…

«Стоп. Мне нельзя поддаваться.»

Ча Увон ответил рассудительно:

- Но я не уверен, что ты гений. По твоему плану, мы должны собрать гениев, чтобы подготовиться к <Концу>, верно?

На мгновение в глазах Ли Данву вспыхнул свет, а в щеки вернулся румянец. С устрашающим взглядом он ответил:

- Нет, ты сам убедишься.

Разъярённый Ли Данву был пугающе красив… Сердце Ча Увона забилось чаще.

«Ах, он бросает мне вызов.»

Когда в последний раз ему бросали вызов?

В Центре не было никого, кто мог бы конкурировать с Ча Увоном.

Не происходило ничего неожиданного, не было ничего, что могло бы его взволновать.

Его жизнь была спокойной, а путь уже определён.

«Вступить в Гильдию Чхонён, набраться опыта в рейдовой команде и остановить <Конец>.»

Люди ожидали этого от него. И хотя Ча Увон не был уверен, что это возможно, он был готов попробовать.

Ведь предотвращение <Конца> было миссией каждого охотника.

Ча Увон никогда не отклонялся от пути. Те, кто возлагал на него надежды, были его самыми близкими людьми, и впереди всех стоял его отец.

Ча Увон не понимал своего отца, но и не ненавидел его.

Он многого от него ожидал, но разве не так поступает большинство отцов?

Присоединение к гильдии не должно было стать проблемой.

С другой стороны, предложение Ли Данву ничем не отличалось от предложений других мелких рейдовых команд: без чёткого плана, и Ча Увон даже толком не слышал о его намерениях.

Даже учитывая все условия.

Это было просто инстинктивное ощущение.

«Ли Данву опасен.»

Перед Ча Увоном стояло что-то угрожающее.

Поэтому он отказался. Но в итоге всё обернулось вот так…

***

- Нас в команде только двое?

Зайдя в старый офис, больше похожий на склад, Ча Увон огляделся. Его водитель несколько раз переспросил, правильно ли они приехали, потому что район явно не отличался чистотой. Это был не самый опрятный квартал.

Ли Данву рассеянно посмотрел на Ча Увона, а затем шлёпнул себя по щеке.

- …?

Потом потер глаза.

Он выглядел сонным, словно давно не спал. Его длинные тёмные ресницы дрогнули, а глаза слегка покраснели по краям.

Все мобилизовали силы, чтобы остановить <Конец>, который случается раз в 20 лет.

Когда приближается <Конец>, появляется Священная Реликвия, кто-то становится её «Мастером» — и этот человек предотвращает катастрофу…

Они становились героями, купаясь в славе.

Но таких героев было немного. Разве в <Рейдовой команде Ча Мункён> было не пятеро?

После этого большинство гильдий следовали их примеру, сохраняя в рейдовых отрядах пять человек.

А в <Команде Ли Данву> пока всего двое.

«Надо бы найти ещё хотя бы троих, верно?»

С этими мыслями Ча Увон сел.

В помещении из мебели были только потрёпанный диван, несколько стульев и низкий стол, который с натяжкой можно было назвать местом для сидения.

С раскрасневшимися щеками, но при этом совершенно спокойным выражением лица, Ли Данву сказал:

- Нам нужно собрать участников.

Без приветствия вроде «Ты пришёл?» или «Привет.» Ча Увон и не ожидал вежливостей от Ли Данву, так что просто подпер подбородок рукой.

- Есть кандидатуры? Вытащить элиту из гильдий будет непросто. Я встречался с самыми перспективными охотниками своего возраста, но таких гениев, как ты, не видел.

Ли Данву выбрал Ча Увона первым. Это значило, что его стандарты были довольно высоки, не так ли?

- Да. Есть. Но сначала займёмся кое-чем другим.

- Чем именно?

- Ограбим игорный дом.

- …?

Ча Увон засомневался, не ослышался ли.

***

Данву встал перед доской и начал объяснять.

- Нам нужны деньги.

Ча Увон поднял руку. Выражение его лица ясно говорило, что он может предоставить деньги без колебаний.

- Сколько нужно?

Конечно, Данву знал, что Ча Увон богат.

«Но мне это не подходит.»

Стоять и объяснять что-то сидящему Ча Увону казалось неудобным. Но Данву старался выглядеть равнодушным.

- Мне не нужны твои деньги.

- Я не хочу сразу спорить с мнением Лидера, но я ушёл из крупной гильдии, чтобы прийти сюда.

- И?

- Если Лидер — игроман, это может стать проблемой. Если ты предлагаешь добыть деньги для команды через азартные игры, я против.

- Ах, не в этом дело.

Данву успокоил Ча Увона.

- Мы ищем участников, верно? Мы собираемся найти нового члена команды.

- В игорном доме? Но нанимать игромана в команду — не самая лучшая идея…

- Он не играет.

«Какое отношение Кан Улим имеет к азартным играм?»

В прошлом Кан Улим, танк <Команды Ча Увона>, был простым человеком. Одновременно он был одержим тренировками, и в свободные от миссий дни мог сутками запираться в зале. Представить, что он увлекался ставками, было невозможно.

- Его родственники игроманы.

- Ах, семейные дела могут быть сложными.

Ча Увон кивнул. Он понял смысл, но его выражение лица говорило, что он всё ещё не до конца осознаёт связь.

- Но как проблемы семьи нового участника связаны с нашим налётом на игорный дом?

- Его родственники поручились за чужой долг и влезли в крупные неприятности. Теперь их дом выставлен на продажу.

- Так они снова пытаются отыграться, чтобы погасить долг?

Ча Увон пытался разобраться.

- Нет. Они поручились за долг другого игрока.

- …?

«Если только они не безумцы, зачем поручаться за чужие долги?»

- Тем временем Кан Улим пробудился.

- Понял… Значит, его зовут Кан Улим.

- Он работает там, говоря, что выплатит долг.

- …?

Ча Увон задумался, а затем спросил:

- Ты хочешь взять в команду парня, который работает в игорном доме, чтобы погасить долг? Данву-я, ты в курсе, что азартные игры нелегальны?

Данву понял, в чём проблема.

- О, это не обычное казино. Это подпольные бои.

«Где люди сражаются с монстрами за деньги.»

- Мы собираемся ограбить сейф и погасить долг Кан Улима. В этом нет ничего незаконного. Можно даже назвать это героическим поступком — сделать плохих людей беднее.

- …?

Это было не наказание тем, кто выбивал долги из Кан Улима, так что с точки зрения морали это можно было оправдать.

«Но является ли борьба с ростовщиками сомнительной с точки зрения морали?»

Разве это не героический поступок?

Моральные стандарты Ча Увона были своеобразными.

После этого Данву вытащил из пакета маску и протянул её Увону.

- Надень. Начнём ночью.

Ча Увон, приняв маску, сказал:

- Данву-я, это мой первый опыт грабежа.

- Чем же ты занимался, если ещё не пробовал кого-то ограбить?

Дождавшись ночи, они отправились к нужному игорному дому. Хотя город С находился под управлением Гильдии Чхонён и отличался относительно хорошей безопасностью, контролировать развлекательные районы на окраинах было сложно даже для гильдий.

Изначально споры о том, какая гильдия обладает юрисдикцией над пограничными территориями, разжигали конфликты.

Именно поэтому развлекательные заведения процветали как в приграничных районах, так и внутри города. Пока крупные гильдии старались избегать конфликтов, они невольно формировали серые зоны, слабо поддающиеся контролю.

- Данву-я, но разве маска здесь не привлечёт ещё больше внимания?

- Твоё лицо само по себе выделяется.

- Хм… Это комплимент?

- Тебе так показалось?

Насколько же оптимистичным может быть Ча Увон?

- Ну, отчасти. Ты хвалишь людей так, будто ругаешься. Да и твоё лицо тоже не совсем обычное.

- Как шумно. Кто тебе сказал носить маску здесь? Наденешь её внутри, когда начнём устраивать беспорядки.

- То есть ты уже уверен, что мы что-то устроим …

Ча Увон восхищённо покачал головой.

Данву захотелось ударить его, как раньше, но их отношения всё ещё находились в неловкой стадии. Он сдержался ради вежливости. Однако Ча Увон снова его задел.

- Но, Данву, не хочу говорить это на таком этапе, но… почему бы просто не заплатить долг Кан Улима моими деньгами? Или не помочь ему пройти процедуру банкротства? Обычно люди вызывают полицию, а не думают: «Давайте сделаем этих ребят нищими».

- Думаешь, полиция просто не закроет глаза на это место?

- Наше законодательство не настолько мягкое.

Данву усмехнулся.

- Ох, сразу видно, что ты из Центра.

- Ты неправильно понял. Я не это имел в виду. Я хотел сказать, что наша полиция не будет игнорировать что-то, что можно обратить себе на пользу. Если бы дело касалось незаконного разведения монстров, гильдии бы подключились, верно?

- Нам не стоит раздувать проблему.

- Почему?

Логика Ча Увона была верной, но ему не хватало информации.

«Этим местом управляет Ки Хийун.»

Данву осознал, что Кан Улим работает, как гладиатор, на арене, принадлежащей тому, кого он знал.

Конечно, в данный момент Данву ещё не встречался с этим человеком. Он перешёл на его сторону только после того, как <Команда Ча Увона> провалила первый рейд в <Последнем подземелье> и была полностью уничтожена.

Ки Хийун был незарегистрированным Пробуждённым — преступником. Иными словами, человеком, который нарушал законы, жил, как хотел, и делал, что вздумается.

Его решения не основывались на морали. Он был преступником не в том смысле, что просто совершал преступления — он жил как преступник. Проблема заключалась в том, что привлечь его к ответственности было крайне сложно. Он не марал рук сам, но за ним числились убийства, насилие, торговля наркотиками… и многое другое.

Все преступления совершались его поклонниками.

Способность Ки Хийуна создаёт «Поклонников».

Он внушал им делать всё, что хотел, и они безоговорочно предлагали ему свои достижения.

Данву не знал, насколько глубоко Ки Хийун пустил корни.

Он только знал, что не существует места, которого не касались бы его глаза и уши — будь то правительство или гильдии.

Но объяснять это Ча Увону он не собирался.

- Нам важно сохранить анонимность.

- …?

- В качестве первого задания мы «зачищаем незаконную арену боёв с монстрами». В таком виде это будет выглядеть красиво.

- А, значит, дело не только в ограблении?

Ча Увон вздохнул, словно что-то понял.

Данву был озадачен.

- Разве просто грабить деньги не сложнее? Зачем оставлять это место нетронутым? Пусть они продолжают работать?

- Это не так.

Ча Увон усмехнулся и покачал головой. Данву почувствовал раздражение.

Отчасти из-за того, что Ча Увон явно сдерживал смех из вежливости. Но он же не делал ничего, что могло бы его рассмешить!

Данву скрестил руки и нахмурился.

- И ещё, я не принимаю спонсоров.

- О, то есть помощь команде от её участника считается спонсорством?

Ча Увон продолжал сдерживать смех.

- Это внешние деньги, не командные. Если у участников будет слишком много власти, команда развалится. Лидер должен принимать решения.

- Данву-я, в мире существует такое понятие, как демократия…

Он что, сейчас объясняет, что такое демократия?

Данву набрался терпения.

- Мы и так практикуем демократию. Кто запрещает тебе уйти из команды? Если ты выбрал меня лидером и присоединился, то следуй приказам. Если не нравится, можешь уйти.

Конечно, Данву не собирался позволять участникам уходить.

Разве он допустит, чтобы они по одному шли на смерть?

«В любом случае, они не уйдут.»

Все участники <Команды Ча Увона> следовали за Ча Увоном.

Как будто находились под каким-то «Очарованием», хотя у него не было таких способностей, как у Ки Хийуна.

«Пока Ча Увон в команде, никто не уйдёт.»

А Ча Увон был человеком, который держит своё слово. Если Данву покажет ему, что способен предотвратить <Конец> и у него есть для этого сила, Ча Увон ни за что не покинет команду.

Данву оставалось только доказать Ча Увону свою правоту и возможности.

- Данву-я, у меня ещё один вопрос.

- Что теперь?

Данву начинал раздражаться от нескончаемых вопросов.

Он задумался, раздражался ли Ча Увон так же, когда в прошлом Данву заваливал его расспросами о планах. Но ведь Ча Увон всегда терпеливо выслушивал его…

Конечно, не то чтобы он когда-либо слушал его схемы…

- Если мы всё равно грабим арену, зачем нам маски? Если мы хотим прославиться, не стоит ли показать лица?

- Почему мы её грабим?

- …?

«Этот парень даже намёков не понимает.»

Данву тяжело вздохнул.

- Я уже сообщил в полицию. Также передал информацию в гильдию, так что скоро они отреагируют.

- Значит, ты просто не хочешь, чтобы нас вовлекли в это официально?

- Нам не стоит устраивать крупномасштабную операцию, думая, что это просто игорный дом. Я сообщил о пожаре, так что они придут проверять. Упомянул либо сбой в навыках, либо обычную проблему с водой.

- Но пожара нет.

- Нам нужно сделать так, чтобы он был.

- …

Данву перевернул маску в руках и прижался к стене игорного заведения. Бесшумно он сломал замок на оконной защёлке и скользнул внутрь.

Ручка двери была защищена укрепляющим навыком, но Данву имел достаточно опыта и знаний, чтобы взломать её при помощи маны.

«Заходи.»

Он жестом подозвал Ча Увона. Тот осторожно надел маску и вошёл.

- Данв… Лидер. Честно говоря, это мой первый раз… С огнем.

- И в оргаблении?

- Ага…

«Почему он смеётся?»

Ча Увон, казалось, слегка дрожал, но Данву даже не обернулся.

В конце концов, он не мог просто снять маску Ча Увона, чтобы проверить его выражение лица.

Это была вражеская территория.

Ча Увон был гением этого века и не должен был испытывать напряжение. А вот Данву, у которого все характеристики были на уровне F, кроме ловкости C-ранга, не мог позволить себе расслабляться.

Он достал конфету из кармана и закинул её в рот.

- Лидер любит сладкое.

Ча Увон прокомментировал это, идя позади. Данву коротко хмыкнул, продолжая рассасывать конфету с усилителем маны.

- Теперь заткнись и делай, что я скажу.

- Да, Лидер.

На лице Данву появилось странное выражение.

«Ча Увон называет меня Лидером.»

Он перекатил конфету с правой щеки на левую. Эффект усилителя маны начал проявляться.

Данву слышал звуки, которых раньше не замечал. Нет, точнее, он слышал то, чего не успел услышать в своей прошлой жизни.

Это имело смысл. Они направились в офис главы заведения, где находился сейф.

Очевидно, где именно он должен быть.

«Скорее всего, на верхнем этаже.»

Игорное заведение напоминало элегантное здание гостиничного типа. Согласно данным Данву, люди, строившие такие здания и живущие в них, предпочитали верхние этажи.

Почему — он не знал.

«Они хотят сразу отправиться на тот свет в случае чего?»

Если их застанут врасплох и они оступятся, то с большой вероятностью полетят вниз. Без крыльев их шеи сломаются от одного удара о землю.

В любом случае, догадка Данву оказалась верной. Кабинет владельца находился на последнем этаже.

***

Конечно, лифтом они воспользоваться не могли, так что пошли по лестнице.

На каждом этаже они оставляли артефакты, словно разбрасывая семена, и продолжали подниматься.

Лязг…!

Один артефакт покатился не в ту сторону и ударился о стену.

Услышав звук, охранник повернул голову.

- А? Что это было?

- Господин, если вы подниметесь сюда…

Один из охранников замешкался, и Ча Увон ударил его в шею.

Другой получил по голове ножнами от меча, но не потерял сознание сразу.

- Ах.

Рот Ча Увона приоткрылся. Молодой Ча Увон всё ещё не научился контролировать силу.

«В нём слишком много ненужного сочувствия.»

Он старался наносить минимальный урон, словно желая, чтобы противник не ощущал удара. Охранник рухнул на пол, истекая кровью.

В тот же момент Данву пнул его.

- Хек… кхек… а-а!

Жжжик…!

- Нарушители? Где вы? Ответьте!

Голос раздался из рации. Данву уже было провёл рукой по волосам, но его остановила маска.

«Ладно, неважно.»

Пришло время привлечь внимание.

- Что нам делать, Данву-я?

Подняв упавший меч, Ча Увон спросил:

- Я ошибся. Если сюда направятся люди, я прослежу, чтобы ты не пострадал.

- Нет. Мы поджигаем место прямо сейчас.

- …?

- Сейчас всё взорвётся. Держись подальше.

Бум!

Время собирать урожай.

Разбросанные по этажам артефакты взорвались один за другим, выпуская языки пламени. Здание мгновенно заполнилось дымом.

Кан Улим сидел на скамье в комнате ожидания, в полусознательном состоянии.

- Угх...

На другой стороне решётки было заперто покрытое мехом чудовище, но Кан Улим не мог вспомнить, что это за монстр.

«Кажется, я где-то слышал о таком…»

Оборотень, мутировавший в нечто ещё более опасное?

На шее и конечностях монстра были надеты подавители маны. Они стягивали его тело, а цепи, прикреплённые к ним, удерживали существо в неподвижности.

Внутри клетки, где держали чудовище, были установлены устройства подавления маны, обеспечивающие защиту окружающих.

- Что тут опасного? Пробуждённые вроде тебя ежедневно сражаются с монстрами. Всё дело в том, чтобы показывать более захватывающие бои… Бои, которые способны провести только такие, как ты.

Человек, приведший его сюда, вроде бы был владельцем какой-то компании, но Кан Улим видел в нём лишь очередного бандита.

- Работай усердно. Если есть долг, его надо отдавать. Если не ты, то кто?

- Не смей трогать мою семью.

Обычно Кан Улим сломал бы руку тому, кто так самодовольно похлопал его по спине. Но не в этот раз. Пришлось сдержаться.

Потому что на самом деле долг был на нём.

Хотя влезли в него родители, слова этого человека были верны. В семье только Кан Улим мог зарабатывать деньги.

Разве его отец, сбежавший искать друга-должника, выплатит долг?

Разве его мать, всё ещё не оправившаяся от шока, пойдёт работать?

Его младшая сестра была слишком мала.

- Тысяча долларов за один бой.

- Тысяча…? Это миллион вон?

- Да.

Мужчина закурил и ухмыльнулся.

- Ну, есть небольшой процент за посредничество, но при таком раскладе ты быстро покроешь долг с процентами. Разве не так?

Разве он не был прав?

Так Кан Улим оказался здесь. Хотя на деле комиссия оказалась выше, чем он думал.

«Аренда арены, защитное снаряжение, лекарства…»

После всех вычетов у него оставалось лишь три миллиона вон.

Но как ещё Кан Улим, бросивший Центр подготовки, мог заработать такие деньги?

В полубессознательном состоянии он поймал себя на мысли:

«Пить хочу…»

Горло першило, лёгкие будто сдавливало. В воздухе что-то было не так, словно пространство постепенно наполнялось чем-то…

«Дым?»

Кан Улим напрягся. Дым заполнял комнату!

Как только он пошевелился, сотрудник, охранявший зону ожидания, раздражённо обернулся.

- Чего вдруг забился в судорогах? Бой вот-вот начнётся…

- Выпусти ему немного успокоительного.

- Ты что, хочешь испортить матч? Тут полно гостей, которые пришли смотреть шоу… не разочаровывай их.

- …!

Кан Улим попытался что-то сказать, но его конечности были скованы.

Подавители маны нарушали естественный поток энергии в теле Пробуждённого, и он чувствовал себя так, будто его придавил гигантский камень.

Как рыба в аквариуме, из которого вытянули кислород.

- Пожар…!

Кан Улим вцепился в решётку. Двигаться в таких условиях требовало нечеловеческой силы воли.

Охранники в комнате ожидания растерянно переглянулись.

- Вот дерьмо, этот парень чокнутый… Элита из Центра, конечно же.

- Эй, босс говорил, чтоб мы к нему близко не подходили.

- Ну кто бы мог подумать, что он сможет двигаться со связанными конечностями?

«Здесь пожар!»

Кан Улим хотел закричать, но один из охранников оттолкнул его длинной дубинкой. Тело Кан Улима ударилось о железные прутья, а затем рухнуло на пол. Цепи с грохотом упали ему на спину.

Он был весь в холодном поту. Боли не чувствовал вовсе. Если тут вспыхнет настоящий пожар, все сгорят заживо.

И в этот момент раздался звук включающейся громкоговорящей системы, и голос эхом разнёсся по залу.

— Внимание! В здании обнаружены злоумышленники, создающие беспорядки. Просим гостей соблюдать спокойствие и следовать инструкциям по эвакуации. Повторяю…

Только сейчас тело Кан Улима слегка расслабилось.

«Я жив.»

В зале послышались взволнованные голоса. Зрители переговаривались между собой: «Что происходит?» «Куда нам идти?»

Кан Улим считал их безумными игроманами, но не желал им смерти.

«Наверняка они попробуют потушить пожар. Говорят, в таких ситуациях дым опаснее огня… Что мне делать?»

Рухнув обратно на пол, Кан Улим перевёл взгляд на другую сторону клетки. Чудовище, запертое за железными прутьями, сидело, сгорбившись, словно полностью обессиленное.

И почему-то Кан Улим почувствовал с ним странное родство.

«Он тоже задохнётся от дыма?»

Пока он размышлял, монстр поднял голову.

Кан Улим моргнул.

— …?

Монстр издал едва слышный звук, напоминающий всхлип.

Кан Улим был Пробуждённым. Это значило, что он острее других чувствовал ману, имел превосходные рефлексы и лучше остальных справлялся с кризисами.

По его телу пробежал холод.

«Оно двигается!»

- Один миллион вон!

Внезапно раздался глухой удар, и двое охранников перед Кан Улимом рухнули без сознания.

«Старшеклассник?»

Сколько ему лет?

Перед ним стоял симпатичный молодой человек, который хладнокровно обыскал карманы поверженных охранников, достал ключ и открыл решётку комнаты ожидания.

Железные прутья со скрежетом опустились.

- Чего ждёшь? Выходи.

- …?

- Данву-я, сначала сними ограничители, прежде чем говорить с ним. Из-за них он даже говорить толком не может.

Знакомый голос.

Но Кан Улим, лежавший на полу, не мог разглядеть второго мужчину.

- Ты что, не умеешь вести переговоры? Кан Улим, мы освобождаем тебя и закрываем твой долг. Вступай в команду.

- …?

Кан Улим попытался что-то сказать.

«Что он несёт?»

Но из его уст вырвалось лишь:

- Ууу…

Парень, которого назвали Данву, озадаченно нахмурился.

- Нет, не трать силы. Просто кивни, и я тебя освобожу.

Кан Улим кивнул.

Ему нужно было сказать кое-что важное.

Как только Данву снял ограничители с его конечностей, Кан Улим резко выкрикнул:

- Эй, позади!

Позади них оборотень расправил крылья…

Подавитель маны, удерживавший монстра, взорвался.

— Кьяаааа!

***

(До освобождения Кан Улима)

Ли Данву и Ча Увон вырубили всех охранников, которых встретили на пути вверх.

- Данву-я, это всё?

Ча Увон высказал обоснованное сомнение.

- Они все спустились вниз, и мы их вырубили. Значит, наверху никого не осталось.

- О…

Ча Увон невольно восхитился.

«Он действительно что-то с чем-то.»

А вот Данву думал о другом.

Ки Хийуна не было в этом здании. Если бы он был здесь, реакция персонала была бы совсем другой.

Фанатичная секта Ки Хийуна, готовая ради него на всё, вела себя иначе, когда её лидер был поблизости.

Хотя их радикальность не исчезала, присутствие Ки Хийуна делало их менее глупыми.

Убедившись, что главы здесь нет, они перешли к следующему шагу.

Они спустили всех охранников и сотрудников, которых привлекли взрывы, на центральный этаж, а затем направились на верхний.

Все были слишком отвлечены происходящим, чтобы обращать внимание на внешние события.

Благодаря этому Ли Данву мог двигаться свободно.

- Ты умеешь лазить по стенам?

- Никогда не пробовал.

- Почему ты вообще ничего не пробовал?

«Спорим, он даже дорогу на красный свет никогда не перебегал.»

Данву уверился в своей догадке.

- Да уж, обычно люди зарабатывают на жизнь тем, что лазают по стенам. Это моя ошибка.

Ча Увон ответил с лёгким сарказмом.

Данву раздражённо скривился, но у него не было времени на споры.

- Просто следуй за мной.

Данву выбил окно, опёрся ногой о подоконник и начал карабкаться по наружной стене здания.

Его слабые руки и ноги дрожали, ветер раскачивал его тело, но руки и ноги, зафиксированные маной, не позволяли сорваться.

Как иначе мог выживать Охотник Е-ранга без навыков?

Благодаря многолетнему опыту Данву добрался до верхнего этажа по прямой.

Когда он оглянулся вниз, то увидел, что Ча Увон тоже лезёт вверх.

<Миг>.

Использовав короткий рывок, Увон просто шагнул на оконную раму и оказался наверху, как будто это было проще простого.

Ча Увон приземлился на крыше, выглядя совершенно невозмутимо.

Данву уставился на него.

- Почему ты так на меня смотришь?

- Разбей вот это.

- …?

Ча Увон без лишних вопросов уничтожил то, на что указал Данву.

Его меч «Юкьё» мог принимать шесть различных форм.

Когда Ча Увон бездумно влил в него ману, меч принял форму огромного двуручного клинка.

Ча Увон ударил по стене.

Из узких и декоративных ножен внезапно вырвался меч чудовищных размеров, нарушая законы физики.

Как только Ча Увон насытил его маной, лезвие засветилось ярким светом, словно целиком состояло из чистой маны.

Трещ-щ-щ!

Разрезав стену, Ча Увон высвободил поток…

…золотых монет.

Среди последователей Ки Хийуна был безумный инженер маны, и однажды Ки Хийун дал ему заказ.

- Я называю это <Устройство обмена ценностей>. Оно никогда не выдаёт сумму больше или меньше того, что у тебя есть.

Ки Хийун не доверял банкам. Он старательно копил свои доходы внутри организации.

Заработки были столь огромны, что обычные карманы-хранилища не справлялись.

Поэтому Ки Хийун и его последователи разработали различные методы управления средствами.

Данву не верил, что эти фанатики сколотили такое состояние благодаря гениальным бизнес-стратегиям.

Всё из-за того, что Ки Хийун был исключительным. В игорном доме Ки Хийуна можно было делать всё. Буквально всё.

Потому что у него был артефакт, превращавший что угодно в золото…

…Ки Хийун обладал предельно рациональным мышлением.

Рано или поздно Данву придётся убить Ки Хийуна.

Но не сейчас.

Сейчас ему нужно было спасти бывшего товарища по команде.

«Приличная сумма…»

Данву набил свой пространственный артефакт золотыми монетами. Пока он это делал, его пальцы скользнули по разрушенной стене, и он ощутил остатки маны. Кожу обожгло лёгкое покалывание.

«Он и правда монстр…»

Ча Увон был другого уровня с самого начала.

Данву не мог понять, как тот разрушил усиленную фальшивую стену, укреплённую пространственными навыками, защитными заклинаниями и магией сокрытия.

- Сработало.

Но Ча Увон опередил его с комментарием.

Оглядев оставшиеся монеты, он выглядел разочарованным.

- Мы не можем забрать больше?

- Этого достаточно. Если оставить так, они всё равно расплавятся.

Если бы Ки Хийун видел это, он бы, наверное, заплакал.

«Жаль, что он не может на это посмотреть.»

Данву усмехнулся. Ча Увон бросил на него озадаченный взгляд.

- Тебе нравится, когда золото плавится?

Данву тут же прекратил смеяться. Не хотелось выглядеть совсем уж безумцем.

- А почему бы и нет?

- Тогда, чтобы сделать тебя счастливым, потребуется уйма денег…

- …?

«Что за чушь он опять несёт?»

Как бы то ни было, они спустились тем же путём, что и пришли. Из открытых окон валил густой дым, превращая здание в хаос. Только самые физически крепкие Пробуждённые метались, пытаясь исправить ситуацию.

«Мы не можем выйти через главный вход.»

Слишком уж много внимания.

Полицейские машины и пожарные уже прибыли, сирены завывали. Горящее здание привлекало массу зевак.

Они с Ча Увоном одновременно пришли к одной мысли и двинулись вниз по лестнице. Низкий лестничный пролёт напоминал пароварку — дыма было так много, что дышать становилось невозможно.

Ча Увон приподнял маску.

- Нам она ещё нужна?

- Избавься.

Они скинули маски и побежали вниз. На арене, занимавшей целый этаж, наконец осознали масштабы происходящего.

Охранники и персонал лихорадочно эвакуировали зрителей. В этой неразберихе Данву заметил Кан Улима.

Тот сидел за железными прутьями, слегка ошеломлённый. Сердце Данву на мгновение сжалось.

«Нет.»

Кан Улим был жив.

Взрослый Кан Улим обладал уверенной осанкой и телосложением спортсмена, но в двадцать лет он ещё не достиг этого уровня.

И всё же, как и подобало человеку, чей мозг был «сплошные мышцы», он попытался говорить, даже несмотря на ограничители маны.

— Ууу…

Данву доброжелательно предложил:

— Кивни, и я тебя освобожу.

Кан Улим кивнул.

«Этот парень дал обещание.»

Данву было безразлично, что тот находился в ослабленном состоянии. Кан Улим всегда был слегка наивным.

Кто в здравом уме скажет: «Любая проблема решается тренировками»?

Но как только Данву освободил его, Кан Улим внезапно вскрикнул:

- Эй, позади!

Раздался оглушительный рёв.

Данву инстинктивно обернулся.

И впервые в жизни увидел такое существо.

***

Сначала…

«Что это?»

На первый взгляд оно походило на волка, но на его спине были крылья, а на лапах — костяные шипы.

[Дзынь!]

<Ликан(?)>

[Когда-то элитный воин клана Ликанслоуп, захваченный людьми и превращённый в нечто иное. Он презирает всех гуманоидов, которые сделали его таким.]

Это была химера.

[Монстр, созданный из частей разных существ.]

Рот Данву приоткрылся.

«Нет… как ты выжил?»

Кан Улим в любом случае выжил бы и в будущем вступил в <Команду Ча Увона>. Данву прекрасно знал, насколько тот почитал Ча Увона.

У каждого члена команды были свои причины относиться к Данву с настороженностью, но Кан Улим презирал его по одной чёткой причине.

Потому что Данву не уважал Ча Увона.

С его точки зрения, как можно уважать человека, который силой втянул его в команду, не оставив выбора, и не позволял сбежать? Можно ли уважать такого, если только ты не рехнулся?

Конечно, Данву в прошлом тоже был не совсем в своём уме.

Как бы то ни было, тогда причиной уважения Кан Улима было следующее:

- Я не знал, что меня обманывают. Даже не понимал, что значит быть Охотником. Я ни о чём не думал. Но однажды я увидел это. Что делают настоящие Охотники. Ты знаешь, что значит пережить озарение? Это как внезапно взлететь. Как ехать по туманной дороге на рассвете. Она кажется бесконечной, и ты не думаешь, что у неё есть конец. А потом вдруг видишь его… Кто-то включает фары.

- О чём ты вообще говоришь?

- Ты сам спросил! Почему бы тебе не сказать просто, за что уважаешь Лидера в двух словах?

- И что это значит?

- Ты не умеешь понимать метафоры? Как объяснить смысл жизни в одном слове?

Звучит слишком пафосно для текущей ситуации.

В прошлом, в это же время, Ча Увон, вероятно, только вступил в Гильдию Чхонён и уже купался в завистливых и восхищённых взглядах…

- Ааа! Убирайтесь с дороги!

- Что у вас тут с безопасностью?!

Публика в панике бросилась к выходам, иронично сделав ситуацию ещё более хаотичной.

Данву посмотрел вглубь задымлённого пространства и понял.

«Неужели…»

Использованный им артефакт создавал только дым и пламя, но не настоящий пожар. Его механизм был настроен так, чтобы отключаться после нанесения определённого урона.

Но, как и все артефакты, он работал на мане…

А устройство подавления маны у монстра тоже оперировало маной, используя выгравированные руны навыков. Сбой ограничителя стал следствием недостаточной безопасности заведения и действий Данву.

«…»

Данву не сказал ни слова. Нужно ли объяснять, что он отчасти в этом виноват?

В любом случае, здесь должен быть хотя бы один Охотник. Скорее всего, незарегистрированный Пробуждённый…

- Эй, сюда смотрите!

Охотник в снаряжении использовал навык <Провокация>.

Это базовый навык танков, привлекающий агрессию монстра. Эффект был ошеломляющим.

Голодная и разъярённая химера, которая долгое время провела в заточении, проглотила охотника целиком.

- …!

Кан Улим был в шоке.

Даже Ча Увон застыл, наблюдая за этим зрелищем.

- В каком ты состоянии? Бежать можешь, или мне тебя нести?

Ча Увон первым пришёл в себя и обратился к Кан Улиму.

Тот ответил, всё ещё ошарашенный:

- Конечно, могу бежать… Подожди, Ча Увон?!

- Ты меня знаешь?

- Как я могу тебя не знать?! Мы же вместе тренировались в Центре!

- А… Кажется, припоминаю.

Ча Увон сделал вид, что помнит.

«Он не помнит.»

Данву это заметил.

Ча Увон всегда плохо запоминал людей — ему требовалось несколько встреч, чтобы запомнить кого-то.

Осознал ли Кан Улим то же самое, было неясно, но он отреагировал упрямо.

- Бежать могу, но зачем спрашиваешь?

- Не собираешься сбегать? Данву-я, охота на этого монстра была частью плана?

Данву не собирался устраивать рейд на химеру неизвестного ранга с перспективными новичками вроде Ча Увона и Кан Улима, у которых даже не было опыта охоты.

Такую безрассудную авантюру мог провернуть разве что сам Ча Увон.

- Нет! Мы должны её убить!

Кан Улим внезапно выпалил это, заставив обоих — и Ча Увона, и Данву — напрячься.

- Что?

- Нам нужно сразиться здесь! Если я проиграю, мне некуда будет идти! Я должен работать здесь, чтобы выплатить долг семьи!

Кан Улим сжал кулаки, отчаянно пытаясь донести свою мысль.

Но тот, кто испытывал настоящую досаду, был Данву.

- Этот парень даже мозгов не имеет, чтобы участвовать в таком бою.

- Ну… Но говорить такое прямо перед ним как-то грубовато, не находишь? Тем более, что мы вроде как собирались его в команду брать.

Ча Увон бросил на него взгляд, говорящий: «Мы точно берём этого идиота?»

Данву прочитал в этом взгляде немного другое: «Ты уверен, что он нам подходит?»

- Да. Он будет нашим танком.

- Наш танк сейчас умрёт.

Ча Увон вытащил меч.

Кан Улим схватил дуэльный щит, висевший на стене арены, и ринулся на химеру!

Данву хотелось схватить его и утащить прочь, но с таким противником просто сила не справится.

〔Кан Улим〕(S)

￣

▷ Класс: Страж

▷ Здоровье: S

▷ Сила: S

▷ Мана: B

▷ Ловкость: C

▷ Удача: C

▷ Сопротивление: A

Когда Данву впервые увидел характеристики Кан Улима в прошлом, он подумал:

«Да, таким и должен быть танк…»

Его физические параметры превосходили даже Ча Увона.

- В прямом столкновении я ему не соперник.

Ча Увон как-то сказал это. Как бы то ни было, этот упрямый, но крепкий идиот бежал навстречу смерти.

Ча Увон спросил Данву:

- Что делаем, Лидер?

Данву на секунду замолчал.

В ситуациях вроде этой <Команда Ча Увона> всегда действовала по одному сценарию. Они не тратили время на сложные стратегии. Разве элитным охотникам нужно было разрабатывать тактики?

Они просто решали проблемы по мере их появления… и спасали тех, кто был в опасности.

Остальное — импровизация, следование командам лидера. И этот лидер — Ча Увон.

Но сейчас Ча Увон спрашивал Ли Данву.

Данву облизнул губы и спросил:

- Если я создам возможность, ты справишься с этим монстром?

- Как быстро ты сможешь её создать?

- Не знаю. За секунду?

- Если не получится, вырубаем Кан Улима и уходим.

Данву принял решение.

Ча Увон, не подозревая о его мыслях, без колебаний ответил:

- Да.

Если Кан Улим, сосредоточенный на бою, останется здесь, Данву просто вырубит его сзади.

Но пока что Кан Улим привлекал внимание химеры.

Данву стиснул зубы, поднырнул за монстра и бросился вперёд. Его шаги были настолько ровными, что казалось, он бежит по гладкому полу, а не по развалинам арены.

Конечно, если бы он потерял концентрацию хотя бы на миг, он бы точно упал и погиб.

В мыслях он выругался на Кан Улима и выхватил меч.

- …!

Клинок Данву вонзился в шею химеры.

Данву, у которого не было особых навыков, не мог провернуть что-то столь же впечатляющее, как Ча Увон, разрубающий монстру голову, или Кан Улим, ошеломляющий его щитом.

Вместо этого Данву пользовался законами физики этого мира.

Если нанести удар по слабому месту — оно сломается. В данном случае слабыми местами были глаза… или любое уязвимое место на шее. Запястья, лодыжки, суставы — их тоже можно было считать уязвимыми, верно?

Конечно, с его характеристиками сила Данву мало что могла сделать.

Но в этом мире ведь действовал ещё один закон:

«Если у тебя слабый удар, просто бей несколько раз.»

Данву вложил всю свою силу в клинок.

Когда речь шла о характеристиках охотников, F-ранг считался пределом, которого мог достичь обычный человек с многолетними тренировками.

Обычные мастера боевых искусств, не пробуждённые, могли добиться F- в параметрах здоровья и силы после десяти лет тренировок.

Поэтому разница между пробуждёнными и простыми людьми была фундаментальной.

«Мы изначально в разных категориях.»

А C-ранг был границей, разделяющей пробуждённых. Иными словами, C-ранг определял элитных охотников среди пробуждённых.

У Данву единственной характеристикой C-ранга была ловкость. Не имея других преимуществ, Данву сосредоточился только на том, что у него получалось.

Развивай то, что тебе даётся, и забудь про то, что не под силу.

Сильная сторона Данву — быстрота движений. Слабая — всё, что требовало физической силы.

Но что мог Данву сделать с его телосложением? Поэтому его стиль боя был быстрым и ближним.

Будто он сражался не с чудовищем, а с превосходящим противником в поединке.

Данву стиснул зубы.

Балансируя на спине химеры, он понимал, что мог в любой момент сорваться, но сосредоточился и начал дробить одно и то же место клинком.

Раз, два, три…!

Так десятки ударов легли в одну точку. Острие меча, усиленное маной, вспыхивало, пробивая плоть чудовища.

Всё произошло за одно мгновение. Даже слабая сила может сломать что угодно, если нанести достаточно много ударов в одно место. И Данву не ошибся ни разу.

Тридцать пять, тридцать шесть, тридцать семь…!

После сорока атак меч наконец-то вошёл.

Как только Данву выдернул клинок, кровь хлынула фонтаном, забрызгав его лицо.

Но даже тогда он не закрыл глаза.

«Если сейчас зажмурюсь, я упаду!»

Смотря сквозь алую пелену, он насильно стабилизировал своё дрожащее тело с помощью маны. А затем, словно работая иглой, вогнал меч обратно.

Сорок…!

Химера взревела в агонии. Она пыталась сбросить цепкую пиявку, вонзившуюся ей в шею, но ещё одна досадная помеха атаковала её спереди!

Эта вторая помеха была намного сильнее.

Каждый раз, когда массивный щит Кан Улима сотрясал её тело, боль отдавалась по всему существу. Боль была не невыносимой, но её ярость зашкаливала.

Чудовище решило раздавить настырного противника перед собой… А потом разберётся с паразитом на спине.

Но в тот момент оно почувствовало резкий укол в шею. А затем боль, что невозможно стерпеть.

Тело химеры дёрнулось в конвульсиях. А потом… она внезапно остановилась.

Она не могла больше двигаться. Что-то было совсем не так…

В последний момент её жизни она увидела маленькую фигуру, летящую прямо на неё с мечом размером с зубочистку.

Весь её боевой опыт говорил, что такой мелкий противник не может нанести серьёзный удар.

Но когда этот малый вонзил меч прямо под шею, затем взмыл к её макушке… Мир перевернулся.

Голова химеры покатилась по земле.

- …!

«Сработало.»

Данву старался не выглядеть удивлённым. Кан Улим, как танк, был предсказуемым.

Его исполнение было великолепным, но суждения — не самыми лучшими.

Зато Ча Увон сработал точно так, как Данву его помнил. Как только Данву вонзил клинок в уязвимое место, Ча Увон одним ударом отделил голову химеры.

Глухой удар.

Тело чудовища обрушилось на арену. Данву больше не мог держаться и рухнул следом. Но даже сейчас он не позволил себе просто упасть.

Он схватился за мех химеры, контролируя падение, а затем сполз вниз, ослабевшими ногами встав на землю.

Чин…!

Казалось, он сейчас ударится подбородком о пол. Но Данву изо всех сил напряг тело, чтобы не рухнуть лицом вниз.

«Если я сейчас шлёпнусь, это будет выглядеть слишком позорно для лидера.»

Он смог не упасть, но осел на землю, прижимая руку к бешено колотящемуся сердцу. Он не мог пошевелиться. В голове шумело. Мана истощена.

Он даже не чувствовал раздражения из-за глупого Кан Улима.

«Серьёзно… Сорок ударов, чтобы пробить кожу?»

В глубине души он раздражался. Но раздражение было направлено не на Кан Улима…

А на собственное бесполезное тело. Кан Улим, которому всего двадцать, выдерживал удары танкуя монстра.

Так почему Данву не мог хотя бы приблизиться к нему по уровню?

«Что не так с этим проклятым телом?»

Данву сидел на земле, тяжело дыша после того, как только что сполз вниз по телу химеры.

Он взглянул на Кан Улима, который теперь сидел на корточках, лишь слегка приподняв голову.

- …Эй.

Данву едва мог говорить, ловя рваное дыхание.

В этот момент Кан Улим воскликнул:

- Чёрт, мы убили эту тварь!

«Он что, правда думал, что не справится? И всё равно полез?»

Стоит ли вообще брать этого идиота в команду? Данву не удержался от саркастичного комментария.

- Ты что, принял лекарства, притупляющие чувства?

- Я участвовал в дуэлях… Притуплять рефлексы нельзя.

Кан Улим ответил с недоумением.

«Он реально гордится тем, что был „дуэлянтом“?»

Данву уже собирался сказать «В каком ещё дуэльном клубе бойцов держат в клетках, как зверей?» — но передумал. Этот парень всё равно бы не понял.

- Ты вообще слышишь, что происходит снаружи? Пожарные уже едут. Их работа — тушить пожары. А ты вместо этого устроил тут этот цирк!

- Ну, я же всё заблокировал, всё в порядке!

- …Ты серьёзно?

- Кстати, куда ты собрался? Я могу помочь с тушением! Я же работник этого заведения.

- В каком бизнесе своих сотрудников привязывают цепями?!

Данву чуть не закричал, но сдержался!

- Ты жертва преступления!

- …О чём ты вообще?

Но прежде чем Данву смог ответить, в помещение ворвались сотрудники арены. Преданные фанатики Ки Хийуна. Они настолько были поглощены идеей «исправления ситуации», что не заботились даже о своей безопасности. Для них это место было не просто рабочим местом…

Это был храм Ки Хийуна.

- Что там происходит?!

- Монстр мёртв?

- Кто это сделал?!

Один из сотрудников уставился на Кан Улима.

- Это ты?

Кан Улим неловко отвёл взгляд.

- Не только я… Они тоже помогли…

- Ча Увон.

- Да, Данву-я.

Меч Ча Увона, <Юкьё>, изменил форму, превратившись в клинок без лезвия. Ча Увон никогда не повторял ошибок. Он быстро и эффективно разметал сотрудников арены.

«Они не мертвы.»

После нескольких стычек по пути сюда, Ли Данву уже знал, что их атаки не смертельны. Если бы Ча Увон убил их, Данву бы не удивился…

Но он ожидал, что Увон справится именно так. Чем больше будет живых свидетелей, тем лучше.

- Эй! Что вы творите?! Мы на одной стороне! Зачем вы на нас нападаете?

Кан Улим возмутился. Ча Увон оглянулся на Данву.

- Данву-я, мы правда берём его с собой?

Данву не знал, что сказать.

- Есть правило следовать за решением Лидера.

- Это так, но ты думаешь, он послушается?

Ча Увон повернулся к Кан Улиму:

- Кан Улим. Кроме пожарных, сюда уже едут полиция, Центр и гильдия.

- …Зачем?

Кан Улим был простым парнем. Если он во что-то верил, он не ставил это под сомнение.

- Потому что место, где ты был заперт, — это преступная организация.

- …Чего?

- Это заведение нелегальное.

Кан Улим замешкался.

- Подожди… Нет, это не так…?

Он выглядел так, будто пытался осознать происходящее. Данву знал, что его упрямство не означало, что он знал истину.

- Нет, всё верно. Если не хочешь обсуждать это в полицейской машине, то пошли с нами.

- Это законно! Это место… Это не нелегально! Я зарабатывал тут деньги! Я их потратил сам! Если мне надо всё вернуть…

Кан Улим замешкался, сжал кулаки и поднял щит.

«…Он что, сумасшедший?»

Данву даже не успел среагировать. Если бы Ча Увон не оттащил его назад, он бы получил удар.

Данву не воспринял Кан Улима как врага, поэтому даже не думал от него защищаться.

Он был шокирован. Кан Улим всего двадцати лет… Он был ещё не его товарищем…

Но тут Ча Увон спокойно сказал:

- Данву-я, он тебе нужен.

- …Что?

- Я знаю, что у тебя добрые намерения, но он не изменит своего мнения только из-за слов.

И тут же Ча Увон резко взмахнул мечом.

Лезвие невероятных размеров ударило Кан Улима, вырубая его напрочь.

Кан Улим потерял сознание.

Видимо, он и так был на пределе, ведь только что сражался с химерой сразу после снятия ограничителей маны.

В воздухе звучали сирены, шум вертолётов и топот ног. Охотники ворвались через вход.

- Где он? Где монстр?

Данву сидел на полу, подняв взгляд на них.

Позади него лежало бездыханное тело химеры, с отделённой головой. А рядом с ним — Ча Увон, который выглядел как самый надёжный человек в этом хаосе.

Вокруг — поверженные фанатики Ки Хийуна. Ча Увон не выглядел как преступник.

Поэтому Охотники, прибывшие из гильдии, уже собирались спросить его, что здесь произошло. Но в этот момент из-за их спин вдруг вышел полицейский.

- О! Ча Увон-ним! А это не Ли Данву-ши?!

***

«Стало проще.»

Данву вышел из полицейской машины и сел в такси.

- Куда вас отвезти?

Таксист посмотрел в зеркало заднего вида с выражением, говорящим: «Какие-то подростки вызывают такси в такую рань?»

- Данву-я, где ты живёшь?

Ча Увон спросил это абсолютно спокойно, несмотря на то, что они провели всю ночь в полицейском участке.

Если бы Ча Увон позвал своего адвоката, всё могло бы закончиться быстрее, но Данву не хотел этого.

- Это дело нашей команды, и будет глупо, если уже на старте поползут слухи, что мы добились успеха только благодаря связям твоей семьи.

Данву звучал убедительно, и Ча Увон согласился.

- Это правда. Да и вообще, даже если бы адвокат пришёл, что бы он сделал? Мы ведь ничего не нарушили.

С этими словами Ча Увон пожал плечами.

«Ты полностью уверен, что мы виноваты.»

Данву заметил это, но не стал указывать. Да, они сами раздули ситуацию, но ведь изначально всё началось из-за настоящих преступников.

Ча Увон не стал бы нести глупости перед полицией, потому что он был мягок с теми, кто слабее его, и беспощаден к злодеям.

Им даже не понадобилась помощь сотрудников Центра, которые знали Ча Увона.

Ведь полицейские, с которыми они столкнулись, уже знали о них благодаря делу с грабителем в автобусе.

***

- Невероятно! Вы отправились спасать похищенного друга! Это впечатляет!

- Действительно, не зря же вы Ча Увон-ним и Ли Данву-ши.

- Но почему вы не сообщили в полицию раньше…?

Данву, сохраняя невозмутимое выражение лица, ответил:

- Наш друг пропал, он не выходил на связь. Мы просто нашли, где он. Мы не знали, что всё так серьёзно.

- Ли Данву-ши, вы же не стажёр Центра, но близки с Кан Улимом-ши! Вы знакомы с ним давно…?

«Хитёр.»

- Мы не общались какое-то время, но в детстве были друзьями.

- Ох, понятно! Мир тесен! Получается, Кан Улим-ши также друг Ча Увона-нима!

- Значит, вы случайно встретились там?

- Нет, не совсем. Наши цели совпадали, и мы решили спасти Улима вместе.

- Вы, наверное, стали очень близки за этот день! Это здорово — иметь таких друзей, как вы, таких сильных и справедливых! Вы отлично друг друга дополняете!

Младший офицер полиции был доволен.

Но Ча Увон вдруг добавил:

- Но у нас связь ещё глубже.

- Правда?!

- …?

Данву тоже уставился на Ча Увона.

- Мы создали рейдовую команду. Возможно, будем пересекаться в будущем. Наша база в Городе С.

- Вау!

- Вы сказали, что впервые встретились на экзамене, верно? Судьба непредсказуема! Я был уверен, что Ча Увон-ним пойдёт в Гильдию Чхонён… Вы сразу друг друга узнали?

- Это как в «Троецарствии»! Лю Бэй, Гуань Юй и Чжан Фэй встретились и сразу поклялись в братстве! Что нам теперь делать? Я так взволнован!

- Ну-ка прекрати.

К Данву и Ча Увону не стали приставать с лишними вопросами, учитывая какое расследование они только что прошли.

Фон Ча Увона и их поступок — уничтожение арены, использующей химер в дуэлях — выглядели героически. Не было никакой нужды допрашивать их дальше.

Более того…

В руках Ча Увона лежал человек ростом за два метра. Хотя полиция предложила отправить Кан Улима в больницу, Данву сигнализировал отказ.

- Он мой друг. Его родители очень переживают, и я хочу отвезти его домой прямо сейчас, чтобы их успокоить.

- Понимаю! Но ваш друг дезориентирован… Возможно, у него травмы…

Но Ча Увон спокойно улыбнулся.

- Он просто устал. Попасть в такое место — пугающий опыт.

- Это верно! Боже мой, он такой молодой…

Но кроме возраста, жалеть Кан Улима было не за что. Младший офицер быстро потерял к нему интерес.

Кан Улим, даже в стадии роста, уже выглядел устрашающе мощным. В будущем, когда он станет членом команды, его телосложение будет ещё внушительнее.

Пока этот громила оставался без сознания, Ча Увон и Данву закрыли дело в полиции. А затем, игнорируя всех, кто пытался их задержать, сели в такси.

- Отвезите нас в Блок А, Улица Е, Город D.

Данву достал кошелёк Кан Улима и проверил его удостоверение личности. Эта вещь была изъята у него, когда его держали в плену, но полиция вернула её владельцу.

- Это твой дом?

Ча Увон уставился на него.

- Нам нужно сначала кое-куда заехать.

Данву снова порывался в вещах, забранных у Кан Улима.

Ча Увон не был уверен, какие у Данву моральные принципы, но он точно знал, что тот не испытывал угрызений совести, роясь в чужих личных вещах.

- Нашёл.

Данву разблокировал телефон Кан Улима, используя его палец. Свет экрана осветил лицо Данву.

Ча Увон, которому снова стало интересно, внимательно следил за его действиями.

- Здравствуйте.

Данву заговорил мягким, вежливым голосом.

- Я друг Улима. Сейчас он в таком состоянии, что ему очень нужна помощь семьи. Могу я поговорить с его матерью? …Ах, её нет? Понял. Передайте, пожалуйста, что Улим без сознания, и мы везём его домой. Но мы не уверены, что можем просто так туда явиться.

- …

«Даже так может говорить.»

Голос Данву был настолько убедительным, что даже Ча Увон мог бы ему поверить. Если бы не нахмуренные брови, он бы казался заботливым и добрым другом.

Но причина, по которой Данву так говорил, заключалась в том, что его лёгкие болели. Побочные эффекты усилителя маны били изнутри, а не снаружи.

Количество препарата, которое он использовал сегодня, стало сильной нагрузкой для его тела, ещё не привыкшего к таким веществам.

«Выбора не было.»

Внезапно голос матери Кан Улима, ответившей на звонок, дрогнул от волнения.

[Что случилось с Улимом?]

- Я не могу объяснить это сейчас… Это сложно объяснить. Не волнуйтесь, скоро будем на месте. Он не серьёзно ранен.

[Поняла…! Приезжайте скорее. Спасибо вам. Почему это случилось с моим Улимом…?]

«Семья у них дружная.»

Кан Улим всегда любил свою семью. Его мать иногда готовила ему обеды, и это доказывало, что не только он испытывал тёплые чувства. Если так… Разве не удобнее, если Кан Улим примет решение, когда будет слабым и уязвимым?

Ведь он был тем ещё простачком. Таким, которого легко обмануть где угодно. Лучше пусть его обманет Данву, чем кто-то другой.

Закончив звонок, Данву сказал:

- Начнём с того, что примем Кан Улима в команду.

Ча Увон посмотрел на часы.

- Четыре утра — отличное время для вербовки.

- …

Данву задумался, стоит ли послать к чёрту парня, с которым он знаком всего второй день…

***

- Господи! Улим! Что случилось… Почему мой ребёнок в таком состоянии?!

- Вы разве не знали, чем занимается ваш сын?

Данву задал прямой вопрос. Мать Кан Улима кивнула.

- Он сказал, что уезжает далеко по работе… Что будет зарабатывать деньги, и что это не слишком опасно, так что мне не стоит волноваться…

«Как можно „много зарабатывать“ без риска?»

Данву был поражён её наивностью. С такими родителями неудивительно, что Кан Улим вырос таким простым и доверчивым.

- Улим сражался с монстрами в нелегальной боевой арене. Он рисковал жизнью, чтобы работать и зарабатывать деньги. Это „не казалось слишком опасным“, но если бы сегодня что-то пошло не так, вы могли бы его больше не увидеть. По крайней мере, не целым.

- Ах…

Мать Кан Улима пошатнулась, но Ча Увон поддержал её.

- Данву-я. Если объяснять так, она просто не сможет это переварить.

- …?

«Но ведь я не сказал „он умер“. В чём проблема?»

Данву не понимал, но в социальных навыках Ча Увон определённо превосходил его.

Раз уж так, Данву решил молчать и позволил Ча Увону говорить. Ча Увон спокойно разложил ситуацию.

Кан Улим был вовлечён в опасное дело, сегодняшний день был критическим, но они смогли его спасти.

- Он… Он попал в такую передрягу?! Я даже не знала…!

Женщина приложила руку к сердцу, выглядя так, будто готова потерять сознание.

- Я об этом и говорю. Организация разрушена, Улим теперь в безопасности. Но если с их стороны начнётся расследование, они могут снова прийти за ним.

- Почему? Почему?!

Глаза её расширились.

- Так работают такие места. Если взглянуть на них со стороны, они — просто механизм для зарабатывания денег. Они так просто не отпустят. У них остались контракты, они обладают силой, они будут его искать.

Данву объяснил просто.

«Хотя я не позволю им этого.»

- Тогда… что нам делать?!

Она вцепилась в рукав Ча Увона.

- …?

Данву уже объяснил всю суть ситуации. Так почему она хваталась за Ча Увона?

Но Ча Увон, своим мягким голосом, сказал:

- Всё будет хорошо. У нас есть решение. Он наш друг. Мы пришли, чтобы помочь.

Ча Увон прекрасно знал, что ему нужно делать.

- Как мы можем спасти нашего Улима?

«Ну, даже если они его заберут, он не умрёт.»

Но этот факт не стал бы утешением.

Данву спокойно ответил:

- Подписать контракт.

- …?

- Мы будем защищать Улима.

- …?

- И выплатим его долг.

Мать Кан Улима разбиралась в гарантиях и знала, что с контрактами надо быть осторожнее.

- Что это за контракт?

- Мы хотим пригласить Улима в нашу команду. Улим был стажёром Центра. Это значит, что он один из самых выдающихся пробуждённых в своём возрасте… Так сказал Увон. Вы знаете Ча Увона?

- Ча Увон…? Тот, о котором говорил Улим… Очень талантливый… Сын Ча Мункён?

- Верно.

Данву слегка подтолкнул Ча Увона вперёд, и тот вежливо улыбнулся. Лицо Ча Увона было словно банковский чек. Стоило ему просто встать рядом, и мать Кан Улима рефлекторно улыбнулась в ответ.

«Её настороженность уже наполовину спала.»

- Я принёс контракт. Если вы прочитаете пункты, то поймёте — там нет скрытых условий или принуждения для Улима. Цель нашей команды — стремление к „справедливости“. Если Улим решит, что наша команда не является „справедливой“, и захочет уйти, мы его не удержим. А в качестве контрактного вознаграждения мы готовы предложить вот такую сумму.

Данву небрежно схватил ручку, лежавшую на столе, и черкнул линию в одном месте контракта.

Подчёркнутых нулей было так много, что их сложно было пересчитать.

- …!

Мать Кан Улима наклонила голову, пытаясь сосчитать количество нулей.

Когда до неё дошло, она резко подняла взгляд.

- Подождите. А что конкретно должен делать Улим…?

- Просто быть членом команды. Вы, наверное, слышали объяснение Ча Увона. Место, где работал Улим, чтобы выплатить долг, было нелегальным заведением.

- Наш Улим — хороший мальчик! Он, наверное, просто не знал! Он очень ответственный, а мы совершили глупость…

Она поспешно заговорила, оправдывая сына.

Данву было всё равно на семейные обстоятельства Улима.

- Как бы там ни было, его участие было незаконным. Даже если он считает себя жертвой, это не отменяет того, что он тоже совершал нарушения, верно?

Ча Увон резко взглянул на Данву, словно говоря:

«Данву-я, что за чушь? Ты перекладываешь вину на пострадавшего?»

Разумеется, Данву не собирался тянуть Улима в суд.

- Он не мог принять это решение сам.

Есть люди, которые не могут решиться на что-то, если их не подтолкнут. По мнению Данву, его мать — одна из таких.

- Я тоже считаю, что Улим хороший парень. Но он всё равно должен понести ответственность за свои поступки. Подумайте вот о чём: мечта Улима с самого начала была — стать Охотником. Он настолько этого хотел, что даже попал в стажёры Центра. Но он отказался от этого из-за проблем в семье.

- Д-да, это правда…

Мать Кан Улима сжала носовой платок, кивая.

Хотя для поступления в Центр не обязательно иметь страстное желание стать Охотником, Данву сильно преувеличил этот момент.

Было ли намерение Улима стать Охотником его истинной целью, или же он просто пробудился случайно, и его способности оказались настолько выдающимися, что он не задумываясь поступил в Центр?

Данву не знал.

- Стать тем Охотником, которым он мечтал быть. Совершать поступки, полезные для мира. Это и будет его способом искупить свои ошибки. Я верю, что Улим сможет это сделать. Не потому, что он мой друг. А потому, что он человек с крепким телом и сильным духом.

- Да… Вы правы.

Мать Кан Улима снова кивнула.

- Но такая огромная сумма в качестве контракта… Конечно, учитель из Центра говорил, что у Улима выдающиеся способности, но я не уверена, сможете ли вы потянуть такую сумму… Я не разбираюсь в этих вещах.

Она смущённо запиналась.

«Если тебе предлагают такую сумму, может, тебе стоит задуматься, не мошенник ли я?»

Данву не понимал, почему она беспокоится о нём. Но всё же он успокоил её:

- Улим стоит этих денег. И, чтобы развеять сомнения, контрактный аванс не означает, что он попадёт в кабальный договор. Он также будет получать достойную зарплату.

- Вы платите такие деньги и ещё и зарплату?

«Она что, пытается продать собственного сына?»

Конечно, это не было продажей в буквальном смысле…

Но Данву задумался о финансовом положении этой семьи.

- …Да, разумеется. И прежде чем подписать контракт, проконсультируйтесь с юристом. Если вас беспокоит стоимость консультации, можете обратиться в Центр. Если вы скажете, что хотите проконсультироваться по контракту Охотника, вас примет ответственный сотрудник. Они госслужащие, работающие за зарплату, так что плата за консультацию не взимается. Разве что ожидание может занять время.

- Да, да, конечно. Ох, я даже не подумала об этом. Какой позор… Надо взять себя в руки. Я даже не предложила выпить тем, кто спас нашего Улима…

- Обойдёмся без напитков.

Данву с трудом сдерживал тошноту из-за разрывающего желудок истощения маны. Он был на грани и не знал, сколько ещё сможет продержаться.

- Но всё же… Ах! Уже поздно. Дом у нас маленький, но если вам удобно, можете остаться на ночь. Если нет, то завтра, когда Улим проснётся, я позвоню вам, чтобы вы забрали его.

«Но в этом доме есть ещё и его младшая сестра.»

Теперь Данву понимал, откуда у Кан Улима безграничное доверие к людям. Его сознание уже угасало, и он не мог скрыть свою растерянность.

- Комнаты слишком маленькие… Простите.

Мать Кан Улима извинилась.

Но Ча Увон шагнул вперёд, разглаживая ситуацию.

- Нет, Аджумма. Вы, наверное, пережили сильный стресс с самого утра. Аджумма, Улим и вся семья должны сейчас просто отдохнуть.

- Мы поедем домой — у нас есть машина. А контракт обсудим, когда Улим проснётся. Позвоните нам после этого.

Пока мать Кан Улима была занята, Данву вбивал свой номер в телефон Улима. Затем передал его Ча Увону.

- Сохрани.

Прошептал он, и Увон молча послушался. Они ведь представлялись близкими друзьями, так что не могли позволить себе не знать номеров друг друга.

Когда мать Кан Улима понесла его в комнату, Данву пошёл следом.

- Я помогу.

- Спасибо, дорогой.

Притворившись, что поддерживает Улима, Данву внезапно разжал руки.

Глухой удар.

- Ах, моя ошибка.

- …?

- Улим-а! Улим-а!

Кан Улим с глухим стуком рухнул на пол.

- Что… Где я? Дома?..

Он заморгал, оглядываясь в замешательстве. Данву присел на корточки и поддержал его.

- Мы спасли твою жизнь. Не забывай об этом.

- …?

- Завтра тебе предстоит допрос в полиции. Мы поможем, так что свяжись с нами. И посмотри утренние новости.

- Эм…

- Пошли.

Данву чувствовал себя ужасно измотанным. Едва держась на ногах, он шатался. На мгновение потерял равновесие, но ухватился за руку Ча Увона, чтобы не упасть.

Ча Увон не изменился в лице.

Хотя он поддержал Данву, позволив ему опереться на своё плечо, его выражение оставалось прежним.

- Береги себя, Улим-а.

Ча Увон попрощался тёплым голосом и открыл дверь.

- Данву-я, ты в порядке?

- Нормально.

- Хм.

Ча Увон наклонил голову, но не убрал плечо. Так, плечом к плечу, они спустились вниз.

Снова сев в такси, они молчали.

Данву сожалел, что ухватился за Ча Увона, и теперь думал, как естественно отстраниться…

Ча Увон, тем временем, был занят совсем другим. Он больше не мог сдерживаться. Как только двери закрылись, а окна поднялись…

- Хаахаха!

- …

«Он что, окончательно слетел с катушек?»

Данву был не в своём уме. Но иногда ему казалось, что Ча Увон ещё безумнее.

Кто в своём уме возьмёт в команду такого, как Данву, который сам себя погубит при первом удобном случае? И если в команде всего пять мест, зачем заполнять одно из них C-ранговым парнем, который всё время перечит Лидеру?

А идти в <Последнее подземелье>, где умирали сотнями, чтобы остановить <Конец>…

Ча Увон действительно сумасшедший. Пока тот хохотал во весь голос, Данву поймал себя на мысли:

«Он реально псих?»

Но… Данву вдруг тоже засмеялся.

- Ха… Хахаха…

«Чёрт… Почему я тоже смеюсь?»

Но смех не останавливался. Ча Увон, слегка прищурившись, заметил:

- Данву-я, если я скажу это, ты снова разозлишься. Но, честно, я никогда раньше никого не обманывал.

- Мы никого не обманывали.

- Ты говорил, что будешь заниматься „справедливостью“. Но что насчёт поджога здания?

- Я вытащил Кан Улима. Разве это не справедливость? Где тут несправедливость?

- Нет, но маски ведь были не нужны, да? Мы же всё равно собирались всех разнести и победить монстра. Зачем их надевать? В них было жарко, и мы ещё больше привлекали внимание.

- Если бы Кан Улим был чуть менее тупым, мы могли бы решить всё, не снимая масок.

Они смеялись и сталкивались плечами.

Им было так весело, что они почти катались по сиденьям от смеха. Но затем… Данву почувствовал, как на глаза наворачиваются слёзы.

«Ох…»

«Я реально сошёл с ума?»

Его эмоции вели себя непонятно. Он что, правда немного сумасшедший? Но среди Охотников, которые выжили хотя бы несколько лет, были ли те, кто остался в здравом уме?

Для 6-летнего ветерана, вроде Данву, это нормально. Но для новичка, вроде Ча Увона…

Он быстро вытер слёзы и фыркнул. Прислонился лбом к холодному стеклу.

Прохлада успокаивала.

Но…Ча Увон заметил всё.

«Он опять это делает.»

Данву часто плакал. Но никто не знал почему. И вообще, в нём было слишком много тайн.

Ча Увон никогда не встречал такого человека.

Кто такой Ли Данву на самом деле?

Ча Увон никогда не привыкал размышлять о чём-то слишком долго. Если проблема решалась сразу, он её решал. Если решение было невозможно, он даже не думал об этом.

Но… Данву не имел ответов, и всё же…

Он был интригующим.

Ча Увон внимательно смотрел на него.

Для него всё это было впервые.

Данву дождался рассвета, а затем вернулся к тёте. Он не хотел будить родственников, поэтому осторожно ввёл код от замка.

После долгого смеха он чувствовал себя немного ошеломлённым.

Он даже немного поплакал, но к этому он уже привык.

«Я рассчитывал, что смогу снять себе жильё.»

Открывая дверь, Данву думал о финансах.

Денег у него больше не осталось, потому что он потратил всё на поиск укрытия и артефакт для поджога казино.

Но он не планировал оставаться здесь надолго. После сегодняшнего ночного «заработка» у него была возможность снять жильё.

Даже половины золота, которое он положил в пространственный артефакт, хватило бы на залог Кан Улима.

И ещё немного осталось бы на аренду. Он прикинул сумму в уме. Хотя её было не так много, но на первое время хватит.

Пока он мысленно подсчитывал деньги, войдя в дом, заметил свою тётю. Она сидела за столом. Перед ней сидел Ким Джигю.

Атмосфера была напряжённой.

Но особенно напрягло его выражение лица кузена, с которым он смотрел на Данву.

- Где ты был с рассвета?

Тётя с тревогой посмотрела на него.

- Я удивилась, когда обнаружила, что тебя нет в комнате.

Данву осознал, что она заметила его отсутствие всю ночь.

- Друг позвал меня встретиться. Не думал, что ты будешь беспокоиться.

- Как я могу не беспокоиться? Ты в новостях.

- …

Данву посмотрел на телевизор. В их семье во время еды не включали ТВ, но сейчас экран работал. Шли утренние новости.

На отключённом звуке появилось два фото: Ча Увон и Ли Данву.

«Я знал, что так и будет.»

Охотники были знаменитее, чем звёзды. Они жили под постоянным контролем общества, словно политики. Их личная жизнь изучалась под микроскопом. Это было оправдано.

Даже слабый пробуждённый мог легко навредить десяткам людей. Данву понимал, что события прошлой ночи попадут в новости. То, что их личности раскроют, тоже было ожидаемо. Он изначально этого хотел.

Следующего кандидата в команду, Со Соджона, беспокоило внимание общественности. Чтобы заманить его, просто большого аванса и Ча Увона было недостаточно. Нужно было показать, что команда перспективна и уже известна.

«Нужно создать репутацию новой восходящей рейд-команды и заинтересовать Со Соджона.»

Данву уже продумал всё наперёд.

Но сейчас нужно было выкрутиться перед семьёй.

- Ты что сказал?

- Мама тоже волнуется, где ты пропадаешь в последнее время.

- Так ты собираешься молчать?

Ким Джигю злобно уставился на Данву. Но он не мог грубить матери при ней.

- Данву, садись. Надо поговорить.

Тётя указала на место напротив. Данву спокойно сел рядом с Ким Джигю. Затем случайно наступил ему на ногу.

- Ай!

- Ой, извини. Это случайно.

- Не смеши меня! Ты сделал это специально!

- Почему вы, как дети, с самого утра? Оба взрослые, а ведёте себя, как в детском саду!

- …

- Ким Джигю, твоя мама хочет сказать важное. Если хочешь ссориться, иди в свою комнату.

- Нет, я останусь.

«И зачем он так настаивает?»

Но прежде чем Данву успел задуматься, тётя взяла его за руку.

- Данву-я, тебе уже двадцать, ты взрослый. Но мне кажется, что я плохо о тебе заботилась.

Данву молчал.

- Я слышала, что ты ищешь работу. Но я даже не смогла помочь тебе с этим. Если не найдёшь ничего, можно было бы устроить тебя под присмотром Джигю…

- …

- Но если я скажу это, ты можешь воспринять как оскорбление. Я не хотела, чтобы ты чувствовал себя неудобно рядом с тётей, поэтому долго думала, как это сказать.

Она была старшей сестрой его матери. У Данву было мало воспоминаний о ней в детстве.

Но после похорон она была рядом. Она освободила ему комнату. Она держала его за руку, когда он не знал, что чувствует.

Когда Ким Джигю впервые схватил его за воротник, словно мяч, и швырнул, Данву почувствовал, что сейчас лопнет.

«Что-то внутри меня распирало… но что?»

Родители вышли из дома и не вернулись. Он остался один. Ничего в этом мире не было для него хорошим. Он даже не понимал, что чувствует.

И тут появился Ким Джигю. Кузен ударил его ногой. Проклял его.

«Куда девать эту боль?»

Данву вцепился в Джигю. Они подрались. Они толкались, пинались, драли друг другу волосы. Когда их разняли взрослые, клочья волос рассыпались по полу.

В ту ночь тётя с дядей сильно поссорились.

- Я же говорил! Он странный! Посмотри, как он себя ведёт! Он затаил злобу! Как ты можешь держать его рядом с Джигю?! Ты вообще хорошая мать? Ты хочешь, чтобы наш сын вырос с таким психом? Ты понимаешь, что это на него повлияет?!

Дядя считал, что Данву надо в больницу. Что он стал агрессивным из-за аутизма или афазии.

Данву лежал в комнате-кабинете Ким Джигю, слушая звуки за стеной. Стены в этой квартире были тонкие.

Даже накрывшись одеялом, он слышал, как они ругаются.

«Нет. Это неправда.»

Сумасшедшим был Ким Джигю. Он первым заговорил о его родителях. Он вынудил Данву сказать то, что тот сказал.

«Но кому?»

Не было никого, кому он мог обратиться. Его тётя сначала разозлилась, потом плакала… а затем замолчала.

Спустя некоторое время открылась дверь Ким Джигю.

- Я просто хотел поговорить с ним… а он вдруг на меня набросился…

Голос дрожал от всхлипов. Его тётя утешала его.

«Не ври.»

Данву ждал. Долго.

Сгорбившись, чувствуя боль во всём теле, он слушал тиканье часов, ждал своей очереди объясниться. Но тётя так и не пришла. Он хотел есть.

Когда рассвело, он осознал: он ничего не ел со вчерашнего обеда.

Его родителей не стало.

Некому было его защитить.

Некому было за него заступиться.

Это было его будущее.

Оправдания, которые он придумывал для себя, были бессильны.

Потому что здесь не было никого, кто хотел бы их услышать.

Он вспомнил руку тёти. Ему уже было двадцать. Его руки стали больше, чем её. Он был выше. И покинуть этот дом было сложно.

«У дяди были долги.»

Когда Данву изучал свои возможности, чтобы обрести независимость, он обнаружил, что у него есть наследство.

Но оно давно ушло на бизнес дяди.

Данву не знал, злиться ему на тётю или чувствовать себя преданным.

«А тётя вообще об этом знает?»

Он задавался этим вопросом. В двадцать лет у Данву было много желаний. Он хотел, чтобы о нём заботились. Он хотел, чтобы те, кто взяли его под опеку, относились к нему, как к своему ребёнку. Он хотел, чтобы его не использовали.

«Разве это возможно?»

Дети мечтают о нереальном.

Но Данву, который уже прожил эти двадцать лет, не мечтал об этом.

Он просто хотел уйти отсюда.

- Всё в порядке. Я уже нашёл работу, тебе не нужно мне помогать.

- Она связана с Охотниками?

Тётя посмотрела с сомнением.

«Ты уже знаешь. Зачем спрашиваешь?»

Данву недоумевал.

- Да. Я как раз собирался сказать тебе. Я хочу жить отдельно.

- Что?

- Теперь у меня есть стабильный доход. Ты знаешь, что работа Охотника опасна… Мне кажется, будет лучше, если я буду жить отдельно. Я не хочу тебя обременять, тётя.

Он понимал, почему тётя держала его здесь. Наследства, которое можно было бы вернуть ему, не существовало.

Но теперь это не имело значения. Когда-то он считал это предательством. Но теперь он не мог понять, почему тогда так думал.

«Будем считать, что это были алименты.»

Хотя сумма была огромной для „алиментов“.

- Данву-я…

- Посмотрите на него!

Голос Ким Джигю зазвенел от злости.

- Ведёт себя, будто великий, только потому что его засветили в новостях! Всё из-за его связей!

Он разгорячился.

- Ты видела того Ча Увона, который был на экране? Это же сын Ча Мункён!

Данву молчал.

- Он просто хочет славы, разгуливая рядом с ним! Как только получил чуточку внимания, сразу возомнил себя великим! Он, наверное, надеется, что, если достаточно впечатлит Ча Увона, то получит прямое приглашение в гильдию Чхонён! Он всё это задумал…!

«Тогда зачем он пошёл на экзамен?»

Данву осознал.

- Ким Джигю. Ты ведь знал, что Ча Увон будет на экзамене, да?

Ча Увон был известен. Даже до того, как он стал Охотником. Все знали, что он ученик главы гильдии Чхонён.

- Что?

- Ты знал, что Ча Увон будет там. Именно поэтому ты ошивался рядом с ним в тот день.

- …

Ким Джигю застыл.

Джигю всегда интересовался профессией Охотника. Когда он пробудился вскоре после Данву, он был в восторге. Но он не стал Охотником. В то время Данву был слишком поглощён своими проблемами и не задавался вопросами о Джигю.

Но теперь…

Теперь он понял, в чём дело.

- Какой у тебя был ранг пробуждения? Ты прошёл квалификацию на Охотника?

- Эй! Зачем ты…

Лицо Ким Джигю побледнело. Тётя Данву возмутилась.

- О чём ты вообще говоришь?

- М-мам… Это не так…

- Ты ходил на экзамен? Мы ведь уже обсуждали это! Мы проверили твой ранг пробуждения, всё выяснили! Ты же знал, что у тебя нет шансов…

«Значит, у него тоже нет таланта…»

Почему он так зациклился на том, чтобы издеваться над пробуждением Данву?

Просто быть пробуждённым ещё ничего не значило. Не каждый мог стать Охотником. И к тому же пробуждённые попадали в странное положение. Например, они не могли стать спортсменами.

Физические способности непробуждённых никогда не сравнялись бы с их показателями. Людям было неинтересно смотреть на такие соревнования. В конце концов, место пробуждённого — не на стадионе. А на поле боя.

В этом смысле Ким Джигю был в ещё худшем положении, чем Данву. В отличие от Данву, который не собирался поступать в университет, Джигю мечтал о факультете физического воспитания.

Но пробудился в девятнадцать — слишком поздно. Учитывая вступительные экзамены, это было слишком поздно.

Ему пришлось изменить мечту и пытаться поступить на физкультурный факультет… Но даже с дополнительным годом подготовки оценки не поднялись. Он провалил экзамен.

- Быть Охотником не значит, что ты должен проходить все эти Врата! Есть много Охотников, которые просто работают в тылу! В больших гильдиях есть административные должности! Они вообще не выходят на поле боя! Людей туда берут только по рекомендациям! У меня был план…

«Вот оно что.»

Откуда вообще пошёл слух, что административные работники гильдий не участвуют в боях?

«Ах, точно…»

Теперь Данву понял, почему Ким Джигю так заинтересовался им.

Родители Данву были Охотниками. Значит, шансы на пробуждение у него были высоки. А Ким Джигю действительно хотел стать Охотником. Он хотел быть особенным, хотел, чтобы его признавали.

«Везде найдётся такой человек.»

Когда-то в <Команде Ча Увона> тоже был один такой.

- Ким Джигю! Прекрати говорить ерунду! Всё уже решено! Зачем ты снова всё это затеваешь? Разве ты не знаешь, через что прошли твоя тётя и дядя…?

Она осеклась. А потом посмотрела на Данву.

«Ошибка.»

Данву знал, что тётя хотела его удержать. Она хотела показать, что заботится. Что он важен для неё. Если бы он был наивным двадцатилетним парнем, он бы задумался.

Но потом узнал бы про наследство.

Вспылил бы. Обвинил её. И ушёл.

Данву совершил много ошибок. Он зря затеял ссору с Джигю. Он не воспринял ситуацию всерьёз. Ошибки могут быть серьёзными. Но могут быть настолько мелкими, что их даже не назовёшь ошибками.

И он знал, что ошибка тёти — не мелочь.Эти слова не должны были прозвучать.

Когда Данву пережил тяжёлую ночь. Когда он вернулся домой, уставший и вымотанный. Она не должна была говорить это.

Более того… Она сказала это не Ли Данву. Она сказала это, переживая за Ким Джигю.

Ли Данву усмехнулся.

Эта улыбка удивила и тётю, и Ким Джигю. Данву редко улыбался. Он не плакал, мало говорил, и всегда выглядел слегка отстранённым. Поэтому тётя относилась к нему, как к ребёнку, которому нужна забота.

И Данву принимал это за заботу за проявление привязанности.

«Я был одинок?»

Ли Данву не умел отличать заботу от жалости. Внимание от безразличия.

Когда он встретил Ча Увона, он тоже не понял разницы. Он запутался. Запутался в том сочувствии, которое проявил Ча Увон.

Но теперь двадцатисемилетний Ли Данву знал, что делать.

На этот раз он не совершит ту же ошибку.

- Тётя.

- Данву-я, это касается и тебя. Я не хочу, чтобы ты подвергал себя опасности.

Она пыталась скрыть тревогу. Она делала вид, что не допустила ошибки.

- Я знаю.

- Ты ещё молод. Мы что, так плохо к тебе относились? Вдруг заявляешь, что уходишь… Я не понимаю, Данву-я. Что-то случилось?

Данву улыбнулся.

- Тётя.

- Да, Данву-я?

- Я знаю, что от наследства родителей ничего не осталось.

- …

- Тебе не нужно его возвращать. Я просто уйду.

Он поднялся. Глаза резало от усталости. Веки тяжелели. Его мана была полностью исчерпана. Во рту пересохло. Тело лихорадило, но одновременно казалось свинцовым.

Тётя схватила его за руку.

Но её не интересовало, почему его ладонь такая горячая.

Тётя позвала его, а Ким Джигю что-то пробормотал, но Данву уже зашёл в свою комнату.

Собрав вещи, он покинул дом и отправился в убежище.

«Штаб рейдов? База?»

Как называть это место, было неважно.

«Но мне всё равно нужно жильё.»

Данву добрался до помещения, которое пока заменяло дом, распаковал вещи и упал на старый диван.

Этот диван был здесь с тех самых пор, как он нашёл это место.

Он заснул.

В двадцать лет Данву думал, что потерял семью, когда уходил из дома тёти. Но в двадцать семь он так не считал. Тётя никогда не была его семьёй. Так что он ничего не потерял.

Он собирался заполучить Кан Улима.

А Ча Увон уже был рядом.

***

Когда он открыл глаза, ему было тепло.

Кто-то накрыл его одеялом.

А напротив сидел Ча Увон, неудобно устроившись в кресле, и дремал.

«Ча Увон.»

Вещи здесь были старыми, но одеяло пахло чистотой. Данву зарывшись в него носом, вдохнул аромат ткани. И в этот момент его взгляд встретился с дремлющими глазами Ча Увона, который только что проснулся.

Сонным голосом он спросил:

- Хорошо поспал, Данву?

«Надеюсь, он этого не видел.»

Щёки залились жаром. Данву отбросил одеяло, подавляя зевок.

- Сколько сейчас времени?

Ча Увон зевнул и ответил:

- Не так уж поздно. Почему ты здесь спал? Я же говорил тебе пойти домой.

- Я переехал.

- …?

Данву нащупал телефон, но потом забил и спросил снова:

- Который час?

- Пять вечера.

«Что делает Кан Улим?»

Он должен был уже встретиться с юристом или чиновником для консультации.

- Кан Улим тебе не звонил?

- Нет пока. Но что значит «переехал»?

- Этот дом не был моим. Я жил у родственников, но, раз уж теперь у меня есть деньги, я ушёл. Ты не видел мой телефон?

- Ты держишь его в левой руке. И не уверен, что правильно спрашивать что-то настолько личное, но... Ты говоришь, что он был не твоим?

- Дом тёти.

Данву ответил небрежно, но потом замялся.

«Разве это вообще повод для жалости?»

Он не жил жизнью, наполненной сочувствием, как Ча Увон, так что не знал, как это воспринимать.

- Меня никто не бил, тётя не издевалась надо мной, дядя тоже… Кузен, как ты сам видел, просто дурак. Проблем не было, я просто ушёл, потому что мне уже пора жить одному. Ничего особенного.

Ча Увон странно посмотрел на него.

«Что это за выражение лица?»

Данву нахмурился и посмотрел на руку. И точно… Он держал телефон. Экран вибрировал, на нём загорелось имя. Кан Улим.

- Ты проверил контракт?

[Почему ты так отвечаешь?]

- Разве я обязан говорить тебе «Привет»? Чем занимался до сих пор?

[Я проверил!]

Почему он кричит?

Это контракт без единого подвоха.

Юрист с нормальным зрением дважды бы проверил текст и велел немедленно подписывать.

[Я проверил! Эй! Что это за пункт?]

«…?»

- Какой?

[Про «жизнь на кону»! Это же явная ловушка!]

Голос Кан Улима был настолько громким, что даже спикерфон был не нужен.

- «Жизнь на кону»?

Ча Увон обернулся.

Хотя разговор шёл в обычном режиме, его характеристики позволяли без проблем слышать Кан Улима.

[Да! Там чёрным по белому написано: «При нарушении условий контракта жизнь подписанта оказывается под угрозой»!]

Данву не мог слышать, что говорили рядом с Кан Улимом, но он что-то пробормотал.

[…Это не просто контракт! Он реально ставит жизнь на кон!]

Как будто контракт между Охотниками составлялся на обычной бумаге без всяких гарантий?

«Этот идиот вообще слушал что-то на Центре?»

Данву задумался.

В контрактах Охотников часто ставили на кон ману, жизнь, части тела, артефакты и так далее. И гарантом служила собственная мана подписанта. Данву прикусил губу.

«Не злись…»

Разве это вина Кан Улима, что он идиот? Проблема была в другом: Невнимательность. Плохое обучение в Центре.

И тот факт, что он доверял ростовщикам больше, чем Данву.

- Эй, у тебя глаза есть? Юрист не зачитывал тебе условия? Если я нарушу контракт, я тоже умру. А ты, в отличие от меня, просто освободишься от обязательств.

Он сдержался, чтобы не добавить «Ты идиот?!»

[Что? Погоди…]

На той стороне телефона послышались новые голоса.

«Надеюсь, хоть юрист рядом есть.»

Ча Увон положил руку на плечо Данву.

- Данву-я, думаю, дело не в этом.

- …?

- Ты правда уверен, что будешь заниматься только „справедливостью ради справедливости“?

«Этот ублюдок…»

Зачем вообще был этот пункт в контракте?

Что за разговоры о том, что он может нарушить договор? Пока Ча Увон в команде, разве она не обречена делать только великие дела?

- Эй, Кан Улим тупой?

Ча Увон внимательно посмотрел на него и осторожно ответил:

- Ну… у него не самый выдающийся социальный интеллект…

«Как изящно выразился.»

- Не выкручивайся, скажи прямо. Глядя на то, как он себя ведёт, не кажется ли тебе, что он в конце концов где-то глупо попадётся и сдохнет?

- Отрицать сложно.

- То, что мы его спасли, это хорошо или нет?

- Вроде как хорошо.

- То здание, — Данву кивнул в сторону улицы, —помойка или нет?

- Помойка… э-э, да.

Выражение Ча Увона становилось всё страннее. Он прикрыл рот рукой, глаза сощурились. Данву был на грани взрыва.

- То, что мы его снесли, было правильным или нет?

- Ну, если говорить так, то…

- Говори «да» или «нет».

- Да, кажется, это было правильно.

Ча Увон не выдержал и засмеялся.

«Чего он так ржёт?»

Данву с трудом узнавал в нём того Ча Увона, которого он помнил. Когда этот парень так смеётся, это не очень хорошо для психического здоровья Данву.

Данву не умел различать доброту и жалость и был слишком склонен вилять хвостом перед теми, кто ему улыбался. Ча Увон, довольный, сказал:

- Но всё же, давай не будем рисковать твоей жизнью.

- Отвали! В чём проблема?

- У каждого своё понимание справедливости, а жизнь ценна.

- Это вообще не твоя жизнь!

В конце концов, он всё ещё уверен, что я могу сделать что-то аморальное?

В прошлом Ча Увон тоже так думал. Он считал Данву слабым, ненадёжным, тем, кого нельзя оставлять одного. Поэтому Ча Увон умер, пытаясь защитить Данву.

[Вы долго ещё будете спорить? Я вообще-то на линии!]

Голос Кан Улима раздался из телефона, выдёргивая Данву из мыслей.

- Что говорит юрист?

[Ну… в целом это хороший контракт. В нём сказано, что я сам определяю, что такое «справедливость»… То есть, это не столько «ставлю жизнь на кон», сколько просто подчёркиваю, что команда действует только в рамках справедливости. Если я к вам присоединюсь, я смогу делать то, что считаю правильным… Хотя юриста больше волнует твоя сторона, если честно…]

Кан Улим нервно сглотнул.

«Как и ожидалось.»

Среди всего бреда, который нёс Кан Улим, не так много стоило запоминать. Он слишком много говорил. Но одно было ясно: Кан Улим восхищался Ча Увоном, потому что он был хорошим человеком.

Данву не был уверен, что сможет быть хорошим человеком.

«Да мне и не стоит.»

Разве хорошие ребята не умирают первыми? Однако он был уверен, что понятия «справедливость» и «праведность» зацепят Кан Улима.

- Если ты убедился, приезжай. Нужно подписать лично.

[Серьёзно…? Мои долги исчезнут, если я просто подпишу? А если условия вдруг изменятся…?]

- Я подпишу контракт прямо там, где ты находишься. Добавь один пункт: «Если какие-либо условия изменятся, жизнь Ли Данву будет поставлена на кон».

[Почему ты так рвёшься рисковать жизнью?!]

«Ты же сам этого хочешь.»

Кан Улим на секунду замолчал.

[Ты… мой спаситель. Спаситель нашей семьи. Я отплачу за этот долг.]

- Конечно.

[Спасибо! Я сейчас же поеду…! Дай адрес, я возьму такси!]

Кан Улим добавил слова, словно окончательно принял решение.

«Ты уверен, что у тебя есть деньги на такси?»

Данву не оставлял монеты в доме Кан Улима, ведь контракт ещё не был подписан. Такси до окраины Сити-Си обойдётся в круглую сумму. Это рисковая затея.

Данву посоветовал:

- Просто езжай на автобусе.

[Спасибо, что закрыл мой долг…!]

Кан Улим бросил трубку.

«Наивный парень.»

Он даже не понял, кому себя продал. Но Данву не нужно было следить за ним, как за должником. Кан Улим был из тех, кто отплатит верностью за этот долг.

Хотя не только Данву погасил его… Данву усмехнулся. Ча Увон тяжело вздохнул.

- Данву-я, ты улыбаешься, как злодей.

- Не мешай. В любом случае… есть кое-что, что я хочу, чтобы ты сделал.

Данву не мог отделаться от чувства, что берёт в долг, когда просит Ча Увона об одолжении. Даже если это не для него самого.

Данву неохотно заговорил.

- Что такое?

«Почему он всегда так радуется, когда я его о чём-то прошу?»

Ча Увон улыбнулся, как будто предвкушая что-то интересное. Данву сосредоточенно посмотрел на него.

- Можно ли найти дом в безопасном районе рядом с тобой?

- Дом? Хорошая идея.

- Не для меня. Для Кан Улима.

«Эти кредиторы могут вернуться.»

Они и были теми, кто привёл Кан Улима в подпольное казино Ки Хийуна. Раз заведение сгорело, но долг Кан Улима всё равно выплачивается, значит, всё ещё есть связь. Фанатики Ки Хийуна были настойчивыми.

Данву не хотел разбираться в логике этих безумцев, но семья Кан Улима не должна снова страдать.

- А, понятно. Хорошо, я всё устрою.

Ча Увон быстро всё понял.

Он осознавал, что кредиторы были связаны с казино. Раз так, их методы работы тоже не могли быть мягкими.

- Отлично. Рассчитываю на тебя.

- Это само собой. Я ведь часть твоей команды.

«Он всегда такой.»

Данву внимательно посмотрел на Ча Увона. Он никогда не вёл себя так, будто ему должны. Даже если это долг жизни, он не напоминал об этом, не требовал отплаты. Поэтому те, кто пересекался с ним, один за другим начинали ему следовать.

Ча Увон был молод, но уже вёл за собой людей. И Данву был одним из тех, кто был у него в долгу. Но среди всех он был должен Ча Увону больше всех. И намеревался отдать всё сполна.

- Ладно, Данву-я, с домом для Улима разобрались. А твой?

- Я сам разберусь.

- Ты уже нашёл жильё?

- В процессе. Тебе-то какое дело?

Почему он так настаивает?

Данву не понимал, как можно так интересоваться чужой жизнью.

- Ну, когда человек вдруг съезжает из дома и ночует в каком-то холодном помещении, это вызывает беспокойство.

- С чего ты взял, что тут холодно? Я же не на улице замерзаю.

- Да, но даже пробуждённые могут простудиться.

Ча Увон невинно улыбнулся.

- Что ты знаешь?

- Хочешь слечь в больницу, чтобы я за тобой ухаживал? Или следующий член команды — целитель?

- Ты нарочно меня злишь?

- Просто говорю, что прежде чем искать дом для Улима, тебе стоит подумать о своём.

- Я разберусь.

Тут появился Кан Улим, неуверенно переступая порог.

- О… Ча Увон.

Увидев его, Кан Улим застыл в изумлении, потом нерешительно поднял руку, глядя на Данву.

«Что?»

Это выглядело как приветствие.

- О, привет.

Данву удивился.

В прошлом они не здоровались и не жали друг другу руки. Скорее фыркали или игнорировали друг друга.

- Ты чего здороваешься, если мы только что разговаривали по телефону? Садись уже.

Кан Улим огляделся, ища, куда сесть. На диване оставалось одно место рядом с Данву. Он сел, а Данву в тот же момент встал. Кан Улим вздрогнул, а Ча Увон спокойно пояснил:

- Не то чтобы он тебя не любил.

- А… выглядит так, будто он не хочет сидеть со мной.

Данву встал не из-за этого! Просто так будет проще объяснить план! Но эти двое болтали о чём-то своём.

- Таков уж его характер.

- Вы что, друзья?

- Нет, это третий раз, когда я его вижу.

Кан Улим перевёл взгляд с Ча Увона на Данву.

«Что это за ребята?»

Чтобы он не начал сомневаться в команде, Данву похлопал его по плечу.

- Ладно. Подпишем контракт.

- А-а, да.

Они поставили подписи. Пункт «Если Ли Данву нарушит условия, он умрёт» не добавили. Но это не меняло сути.

«В любом случае, моя жизнь уже на кону.»

Когда Ча Увон в прошлом входил в <Последнее подземелье>, команда состояла из пяти человек.

Все были полны решимости, кроме Данву, который лишь верил, что если не они, то никто не остановит Конец. Они были хорошими людьми. Но слишком правильными, и Данву был уверен, что новая команда Ча Увона тоже будет такой.

«Извлечь выгоду из них не выйдет.»

Лёгкий способ сделать себе имя, заработать деньги, прислониться к большой гильдии — всё это невозможно.

«И никогда не будет.»

Когда-то Данву слышал теорию Ча Увона о том, почему появляется <Последнее подземелье>, почему наступает <Конец>, почему он возвращается снова и снова…

Но тогда ему это было неинтересно.

И когда Ча Увон обнимал его, в полудрёме бормоча свои догадки, Данву просто закрывал глаза. Он выравнивал дыхание, чтобы его колотящееся сердце не выдало его…

Кан Улим, теперь уже официальный член команды, спросил:

- Что теперь? Честно говоря, я должен кое в чём признаться. Я был стажёром в Центре, но бросил обучение. Ча Увон, может, не помнит, но мне позвонили, сказали, что мама попала в больницу…

- Ты недоучился. Я понимаю.

- Это не проблема?

Кан Улим встревоженно посмотрел на Данву.

- Ты уже подписал контракт. Почему спрашиваешь сейчас?

- Ну…

«Да он просто не успел об этом подумать.»

Кан Улим не умел скрывать свои чувства. Раз так быстро признался в слабости, значит, это у него в крови. Данву немного потянул паузу, а потом спокойно сказал:

- Ничего. Просто тренируйся.

- Хорошо! Буду стараться!

«Вот и отлично.»

- Но одной тренировки мало. Нужно искать следующего участника, верно?

- Да. В следующий раз давай разгромим штаб преступной организации?

Ча Увон высказал нечто абсурдное.

«Если мы сунемся к Ки Хийуну с таким составом, нас просто размажут.»

- Не шути так. Для начала нам есть чем заняться.

- …?

- Чем?

Оба не понимали, о чём он говорит.

Данву понял, что эти ребята действительно ни в чём не разбираются.

Среди пробуждённых перспективных людей государство и гильдии воспитывали будущих элит под такими званиями, как «Стажёр Центра» или «Стажёр Гильдии». Когда они достигали совершеннолетия, их направляли по строго определённому курсу, обеспечивая практическим опытом и распределяя по отделам в соответствии с их способностями.

Никто из них не создавал мелкие организации вроде «Новой Гильдии» или «Новой Рейдовой Команды». Встретить независимого охотника среди них было редкостью.

Они были словно цветы, выращенные в теплице охотничьего мира*.

[П.п. Фигуральное выражение, подчёркивающее их редкость и отсутствие реального опыта.]

Но Данву, будучи Е-рангом и организовав рейдовую команду, был исключением. Он знал, что должна делать новая рейдовая команда.

- Нам нужно повысить наш командный рейтинг.

- …?

- Мы будем зачищать подземелья и накапливать командные заслуги.

- А-а…

Ча Увон кивнул.

Данву скрестил руки и пояснил:

- Для новой рейдовой команды предотвращение или зачистка подземелий — это как общественная работа.

- А-а…

Элитные охотники обычно собирались в боевые отряды, но если «Рейдовая Команда» находилась на передовой группы зачистки, то «Танковый Отряд» можно было назвать группой обороны, предотвращающей прорывы.

Разница в сложности огромная. Группа зачистки не могла рассчитывать на поддержку извне, а вот группа обороны получала значительную помощь от других охотников.

«Даже если это временный убыток, команда получит бесценный опыт…»

- Мы будем это делать, пока не войдём в <Рейтинг Перспективных Рейдовых Команд>.

«Тогда этот человек нами заинтересуется.»

В прошлом физический дальнобойный дамагер из <Команды Ча Увона> был чувствителен к репутации. Чтобы завербовать его, Данву нужно было убедить его в том, что команда принесёт славу и популярность.

- А что потом? Перестанем предотвращать прорывы подземелий? – Заинтересованно спросил Кан Улим.

- Ими займутся другие команды.

Данву спокойно ответил и посмотрел на Ча Увона. Неужели этот ублюдок всё ещё думает, что я собираюсь делать что-то странное?

- Видишь? Всё оправдано.

- …!

Ча Увон внезапно согнулся в кресле, будто собирался упасть на пол от смеха.

«Он что, правда псих?»

Данву не понимал. Ча Увон редко смеялся. Он был добрым и заботливым, но всегда сохранял невозмутимость. Данву всегда хотел увидеть, как он теряет самообладание.

«Мне стоит прекратить это.»

Ведь первый раз, когда Ча Увон потерял самообладание, был в момент его смерти.

Тогда Данву увидел выражение, которое хотел увидеть больше всего — но самым ужасным образом. С тех пор он ненавидел этот вид выражений. Но сейчас, когда Ча Увон смеялся, это было приятно.

- Ха…

Данву усмехнулся, откинулся на диван и закрыл глаза. Было хорошо, что Кан Улим теперь с ними.

Данву всегда нравилось лежать на диване в командном укрытии. Когда он слышал громкие жалобы Кан Улима, его клонило в сон.

В прошлом его спальня была там же, где и у Ча Увона, и он не мог спать по ночам. Ча Увон был слишком заботлив. Но это вредило здоровью Данву.

«Разве моя прошлогодняя глупость — не отчасти его вина?»

Как будто виня кого-то за то, что он просто дышит, Данву закрыл глаза. И снова уснул. Это был первый раз, когда он спал так крепко с момента смерти Ча Увона.

***

Кан Улим знал, что он не слишком сообразителен. Он не был неудачником. Он усердно учился, но часто тратил усилия не на то и упускал важные моменты.

Из-за этого он не добился особых успехов в обычной школе.

- Ты в отца пошёл.

Мать говорила это с гордостью, а отец отрицал, и их споры всегда сводились к тому, что «дети должны расти достойными людьми».

Кан Улим чуть не нарушил даже этот их принцип, оказавшись в преступном логове…

Но два человека спасли его. Ча Увон и Ли Данву. И, похоже, лидер команды — Ли Данву.

«Почему?»

Если Ча Увон не вступил в гильдию, а создал новую рейдовую команду, то он должен быть её лидером. Разве не так? Ча Увон — наследник Ча Мункён.

Он не только ученик главы Гильдии Чхонён, но и один из самых выдающихся бойцов. О нём знали все гильдии.

На таких турнирах, как «Гильдейский обмен» или «Соревнование перспективных охотников», все хотели видеть Ча Увона.

Кан Улим тоже. Он хотел, чтобы Ча Увон участвовал в этих турнирах.

«Тогда можно было бы заткнуть всех, кто несёт чушь.»

Кан Улим пробудился в шестнадцать лет. После пробуждения Кан Улим бесцельно слонялся, затем зарегистрировался как пробуждённый, и, уступив ежедневным уговорам сотрудников Центра, наконец сказал: «Ладно, я пойду».

После этого к нему стали приходить представители гильдий.

- Я уже в Центре.

Члены Гильдии Хаджа спокойно ответили:

- То, что ты вступил в Центр, не значит, что обязан работать только там. Закон строго гарантирует свободу деятельности охотников. Пробуждённые могут свободно заниматься охотничьей деятельностью где угодно. И помни, наша гильдия — лучшая.

При этом они вручили ему кучу визиток и намекнули на поддержку, которую могут оказать:

- Охотники могут зарабатывать очень много денег.

Хотя точную сумму контракта не называли, речь шла о «предварительном контакте». Семья Кан Улима была в восторге.

- Стань успешным, будь достойным сыном!

- Только не поранься.

Кан Улим мысленно подготовился и вступил в Центр. Однако на него особо не обращали внимания. Ведь был человек, который привлекал взгляды сильнее.

- Говорят, он Ча Увон.

- Вау…

«…?»

Жизнь в Центре была неплохой. Более того, Кан Улим считался перспективным кадром!

- Улим, ты отлично справляешься, но вот здесь нужно подправить.

- Нет, сначала стоит исправить это…

Инструкторы спорили, как лучше его развивать, но в любом случае, Кан Улим был необработанным алмазом. Если бы он не попал в один набор с Ча Увоном, то, возможно, осознал бы, что был одной из самых известных восходящих звёзд Центра.

При распределении инструкторов Ча Увон выбрал своего сам. И победил безжалостно. Даже не успев нанести пару ударов, инструктор улетел в стену с грохотом. Сам Ча Увон выглядел так же ошарашенно, как и тот, кто застрял в стене.

- Вы в порядке?

- Эм… да…

На следующий день этот инструктор покинул Центр. Больше его никто не видел. В итоге Ча Увон стал единственным стажёром без наставника. В истории Центра такого ещё не случалось.

Куда бы он ни пошёл, он неизменно привлекал внимание. Странно, но Кан Улим никогда не считал его ровесником.

По закону пробуждённые до совершеннолетия не могли участвовать в охотничьих операциях. Однако «спасательные миссии» и «поддержка в бою» были разрешены.

Чтобы дать опыт перспективным кадрам, Центр и гильдии организовывали такие задания. Именно их называли «операциями поддержки».

Разумеется, Ча Увон был включён в группу поддержки. Как и Кан Улим.

И там Ча Увон сражался, словно участвовал в оборонительной миссии, а не в операции поддержки. Он сталкивался с множеством монстров! Его навыки превосходили даже инструктора, сопровождавшего их. После всего трёх миссий инструктор отказался от своей роли.

Причина? Команда больше слушала Ча Увона, чем его самого. Такой он был человек.

Даже если топовые стажёры не говорили прямо «следуйте за Ча Увоном», атмосфера сама наводила на такую мысль.

Кан Улим не мог не восхищаться Ча Увоном.

«Но что насчёт Ли Данву?»

Чем больше он думал, тем сильнее убеждался: это не <Команда Ча Увона>, это <Команда Ли Данву>.

Приказы отдавал Ли Данву. А Ча Увон и Кан Улим подчинялись.

Разве не тот, кто командует, является лидером?

«Странно.»

Если бы Кан Улим остался в Центре и выпустился с лучшими результатами, всё могло быть иначе. Однако Ли Данву нашёл его спустя год после ухода из Центра, предложил деньги и заключил контракт.

И в качестве обязательного условия указал:

«Содействовать в предотвращении <Конца>.»

«…?»

При этом условия самого Ли Данву были ещё страннее:

«Я не прикажу тебе совершать несправедливые поступки.»

«Я не заставлю тебя делать что-либо нечестное.»

Кан Улим не понимал.

Предотвращение <Конца> — это обязанность каждого охотника. Конечно, Кан Улим ушёл из-за долгов семьи, но…

Чем больше он читал контракт, тем больше убеждался: этот контракт был невыгоден только для Ли Данву. Когда он обратился к сотруднику Центра с юридической лицензией, чтобы проверить документ, тот подтвердил:

- Всё в порядке. Контракт не содержит нарушений.

- Тогда зачем ему подписывать такой контракт?

Чиновник посмотрел на него, словно спрашивая:

- А почему ты меня об этом спрашиваешь?

- …Ты хочешь стать героем?

Каждый охотник хотел быть героем. Разве это не то же самое, что мечта каждого мальчишки стать супергероем? Когда Кан Улим пробудился и вошёл в Центр, он тоже задумался.

- Я спасу мир от <Конца>…!

- Когда вернусь, будут ли мной восхищаться, как Пятью Главами Гильдий?

Эта мечта снова ожила. Кан Улим взволнованно сжал кулаки. А затем его отправили на зачистку прорыва подземелья.

***

Прорыв подземелья — это когда группа зачистки проваливает миссию.

Когда провалившееся подземелье разрастается, выпуская монстров за пределы врат. Вот где приходили рейдовые команды.

Пока кто-то не пересечёт врата и не уничтожит ядро подземелья, оно будет расти.

- Первая линия! Танки, держите оборону!

- Уа-а-а!

Танки использовали навыки, чтобы привлечь агрессию монстров. Все гражданские были эвакуированы. В операции участвовали разные гильдии.

Кан Улим выставил щит, заняв место среди других танков. Но один из танков рядом с ним вёл себя странно.

Пока все двигались вперёд, он медлил и оставался на месте один!

- Эй! Что ты делаешь?

Если один человек отступит, кто займёт его место? Оставить пробел в построении — значит сделать себя мишенью для монстров!

Кан Улим перехватил удар, бросившись вперёд и используя щит. Когда он оттолкнул монстра, вибрация от удара прошла по всему телу.

«…Смогу выдержать?»

Чувствуя крепость своего тела, Кан Улим пробормотал:

- Спасибо…

Стоявший рядом охотник выглядел растерянным. Кан Улим хотел похлопать его по плечу, но вместо этого говорил твёрдо:

- Соберись! За свою жизнь отвечаешь только ты! Если ты не защитишь себя, кто сделает это вместо тебя?!

«Фух, звучит круто.»

Пряча смущение, он снова поднял щит. В этот момент сзади хлынул мощный поток маны.

Дальнобойные бойцы обрушили шквал атак на замешкавшихся монстров. Огонь, молнии, ветер и магические вспышки взрывались повсюду. А затем, в пробитые бреши ринулись бойцы ближнего боя.

Кан Улим заметил среди них Ча Увона и Ли Данву. Ли Данву одним ударом пронзал панцирь монстра. Хотя казалось, что он пронзил его всего раз, панцирь разваливался, а монстр безвольно падал.

В тот же миг Ча Увон отделял ему голову чистым, безупречным движением меча. Этот процесс повторялся снова и снова.

- Ха…

Охотники из других гильдий, которые должны были атаковать, только открывали рты, наблюдая за ними.

Ли Данву, взлетев в воздух, пронзил монстра в лоб. Тот рухнул без единого звука. Кан Улим изумлённо наблюдал:

«Как его меч не ломается, как легко он пронзает шкуру и кости?»

Ли Данву вытер брызги крови тыльной стороной ладони. Но, несмотря на бой, он оставался чистым, словно не сражался вообще.

Рядом Ча Увон и вовсе выглядел так, будто ни капли крови не попало на него с самого начала. Все вокруг были залиты кровью и грязью, но эти двое стояли безупречно опрятными.

Кан Улим посмотрел на себя. Он был словно грязный комок, перекатившийся через поле битвы. Немного неловко.

«Но ведь я тоже что-то сделал, верно?»

Он спас человека, защищал дальнобойных бойцов, удерживал монстров на себе… Всё, как говорил Ли Данву! Однако Ли Данву вдруг указал на него и нахмурился.

- Я?

Кан Улим осторожно подошёл. Ли Данву спросил ледяным тоном:

- Ты с ума сошёл?

- …

- Зачем ты выдвинулся вперёд, когда все стояли на месте?

«Он что, всё видел?»

Кан Улим почувствовал несправедливость!

- Но рядом со мной место освободилось…

- Значит, ты решил принять удары вместо него? Ты не центральный танк, какого чёрта ты выпендриваешься?

- Эй! Мне не страшно! Я ведь жив, не так ли? Даже царапин нет…

- Хм. Тогда хочешь проверить, умрёшь ты или нет?

- …

«Как он это говорит и делает так, что мне реально страшно?»

Ча Увон подошёл, вмешался:

- Данву-я, не надо так. Это его первая реальная битва. Каждый делает ошибки в первый раз. Даже я когда-то ошибался…

- Почему ты говоришь так, будто это не про тебя?

Ли Данву сузил глаза.

- Кстати, тебя это тоже касается. Перестань выдвигаться вперёд. Ты не бессмертен, так что не пытайся таким казаться. Я даже написал инструкции на доске, предупреждал, чтобы не лезли вперёд. Так почему ты продолжаешь делать это?

- …

Кан Улим замер.

«Если даже Ча Увон не должен выдвигаться…»

Ча Увон скрестил руки, спросил:

- Тогда как мне оставаться на месте и одновременно атаковать монстров там?

Кан Улим напрягся.

- Почему ты не можешь этого сделать?

- …

Кан Улим застыл от вопроса Ли Данву.

«Подожди, разве я сам не говорил то же самое?»

Ли Данву отвёл взгляд, скрывая довольство. В прошлом он злился, когда Ча Увон говорил подобное с искренним недоумением. А теперь сам использовал этот приём!

Ли Данву украдкой взглянул на Ча Увона. Как он отреагирует? Ча Увон наклонил голову вбок. А затем достал меч.

- Правда? Дай-ка попробую.

Он размахнулся. Энергия меча пронзила монстра вдалеке, разрубив его пополам. В воздух взлетели внутренности и кровь.

- О, действительно работает. Ты был прав, Данву-я.

- …

Ли Данву изобразил невозмутимость:

- Я же сказал.

С монстрами было покончено. Гильдии собрались, чтобы оценить ситуацию.

Никто не задерживался без причины, ведь трофеи распределялись по заранее установленным условиям.

Однако увидеть Ча Увона в действии смогли все. Ли Данву был уверен, что у них одни и те же мысли.

«Чокнутый…»

Если мечник может делать ТАКОЕ, зачем нужны дальнобойные бойцы? Но такие вещи были обычным делом для будущего 26-летнего Ча Увона.

«Это реально работает…»

Ча Увон был поражён.

Неужели он недооценил потенциал мечника?

Ча Увон прекрасно понимал, что прошёл элитное обучение. Основы боя он усвоил так глубоко, что действовал на рефлексах. Однако теперь ему казалось, что это могло сделать его суждения более негибкими, чем он думал. И хотя Ли Данву был странным во многих отношениях…

Но всё равно. Это было необычно.

«Как ему вообще пришла в голову такая идея?»

Ча Увон был заинтригован. Ли Данву казался человеком, появившимся из ниоткуда, оставляя после себя лишь вопросы.

Обычно выдающиеся Охотники были связаны между собой — через ученичество, семьи или гильдии. Стоило углубиться в верхние слои, и можно было найти все связи.

Но Ли Данву не был связан ни с кем. Он словно избежал расставленных сетей Центра и множества гильдий.

«Он — загадка.»

Тем временем Кан Улим наблюдал за ними обоими и задумался.

«Эти монстры… Смогу ли я выжить в этой команде?»

***

Новичок, состоящий в гильдии Йирим, листал интернет.

Гильдия Йирим входила в пятёрку престижных гильдий, а её лидер был одним из героев, предотвративших <Конец>.

Быть новобранцем там означало, что у тебя высокие ожидания и потенциал, а также что тебя называют перспективным талантом.

Но и в тренировочном лагере таких «перспективных» было хоть отбавляй. К сидящему в расслабленной позе новобранцу подошёл его знакомый.

- Что там смотришь? Уже несколько минут уставился в экран.

Новобранец усмехнулся.

Он понимал, что на самом деле тот говорит: «Ты, похоже, чересчур уверен в том, что попадёшь в команду поддержки. Ты слишком расслаблен».

«Ну да. Если меня не возьмут, то у них явно проблемы с мозгами.»

Но вслух этого он, конечно, не сказал.

- Да так, любопытная штука. Хочешь глянуть?

- Что там?

Новобранец протянул экран знакомому и откинулся, подперев подбородок рукой.

Тот широко распахнул глаза.

- Чего?! Ча Увон уже попал в рейтинг?!

- И что? Разве это так важно?

- Говорят, он не присоединился к гильдии Чхонён. Затевает что-то странное.

К ним начали подтягиваться остальные новички.

Имя Ча Увона обладало особой притягательной силой.

«Куда бы он ни пошёл, везде привлекает внимание.»

Новобранец фыркнул, вспоминая Ча Увона.

Они оба были выпускниками Центра. Они оба происходили из влиятельных охотничьих семей. Они оба отказались от гарантированного будущего в Центре, даже имея его в кармане.

Обычно наследников Охотников в Центр не отправляли, так что их появление там само по себе было необычным.

И даже новобранец не знал, зачем Ча Увон туда пошёл.

- <Команда Ча Увона> заняла 10-е место в рейтинге новичковых рейдовых отрядов.

- Разве команда не должна существовать хотя бы год, чтобы подняться в рейтинге?

- Нет, три года. Только команды, зарегистрированные меньше трёх лет, могут попадать в этот рейтинг. Поэтому обычно перспективные команды становятся известны только ко второму году…

- Когда Ча Увон создал команду?

Кто-то задал этот вопрос, и новобранец начал прикидывать в уме.

«Если он сделал это сразу после получения лицензии Охотника… Прошло всего три месяца?»

- Это сумасшествие…

- Раздражает…

Новички начали расходиться. Кто-то вернулся к тренировке, а кто-то, напротив, полностью потерял мотивацию.

Парень, который изначально заговаривал с новобранцем, теперь просто опёрся на стену и потягивал воду.

- Эй, во второй половине дня к тебе придёт Тимлидер. Хотя бы притворись, что тренируешься, вместо того чтобы бездельничать.

- Эй, я тренируюсь.

- Да? И в чём же? В дыхании?

- Это тренировка разума. Ты вообще знаешь, что такое ментальные упражнения? Для магов это важно.

- Да, конечно.

Когда тот ушёл с тяжёлым вздохом, новобранец развалился у стены.

Разумеется, ни о каком ментальном упражнении речи не шло.

«Аааа, я хочу стать знаменитым…»

Более знаменитым, чем Ча Увон.

Со Соджон, дальнобойный боец бывшего <Команды Ча Увона>, мрачно подумал об этом про себя.

***

«Реакция пошла.»

Данву прокручивал статью на телефоне, просматривая ленту новостей.

Под фотографией Ча Увона размещён пост с кратким описанием его достижений. Имя Ча Увона мелькало на разных платформах, так что долго ждать откликов не пришлось.

Данву знал, что ответ не заставит себя ждать. Когда можно создать ажиотаж просто одним лицом, отклик неизбежен.

«И вот наш рейтинг.»

Команда снова поднялась на одну позицию.

[Новичковый рейдовый дивизион, 9-е место: <Рейдовый отряд Ча Увона>]

«Я так и знал.»

Операция по ликвидации прорыва подземелья была масштабной. Она проводилась совместно государством и гильдиями, отвечавшими за защиту региона. Из-за большого числа участников награды были относительно скромными.

Но самые опасные зоны прикрывали гильдии и правительство.

Остальные группы участвовали для численности и минимизации жертв среди гражданских в частных районах.

Это увеличивало вклад команды, что впоследствии позволяло накапливать очки для привлечения охотников S-ранга.

«Вот почему люди занимаются волонтёрством?»

- Чего ты так самодовольно улыбаешься? А-а.

Ча Увон заглянул через плечо и хмыкнул.

- Получилось так, как ты хотел. Я не думал, что это случится так быстро. Но почему название такое?

Ча Увон ткнул пальцем в название команды.

- Кажется, его неправильно передали. Нужно запросить исправление?

- Что ты имеешь в виду?

Данву нахмурился.

- Ну, оно ведь неправильное.

- Нет, всё верно.

- …?

- Команда называется <Рейдовый отряд Ча Увона>, так ведь? Когда я регистрировал её, я указал твоё имя в графе лидера.

- …?

После тренировки, выйдя из душа, Кан Улим тоже посмотрел на Данву. Будто вспомнив что-то, он резко заговорил:

- А что с лидером? О, точно! Я всё проверил! Сейчас в рейдовых командах принято использовать уважительные обращения, нормально разговаривать друг с другом! Ты вообще читал книгу <Креативное лидерство>? Она бестселлер! У тебя нет лидерских качеств!

- Улим-а. Кажется, лидером в этой команде был я.

Ча Увон сказал это с лёгкой усмешкой.

- Что.

Кан Улим непонимающе уставился на него.

Данву раздражённо нахмурился.

«Эти двое хоть понимают, что такое лидер?»

- Какой лидер оскорбляет своих товарищей по команде? Лидер должен быть лицом команды. Человеком с хорошим характером, достойным уважения, чтобы остальные могли за ним следовать.

- …?

- Данву-я, не нужно так принижать себя.

- Вот именно. У тебя, конечно, характер скверный, но…

Ча Увон и Кан Улим попытались подбодрить его.

Благодаря этому Данву почувствовал себя чуть лучше.

- Если вас не устраивает мой характер, скажите это прямо сейчас. Дело не в том, чтобы принизить себя, а в том, что твое имя привлечёт нужных людей.

- Каких, например?

- Стрелков.

- И целителей.

Данву замолчал.

Целительница из <Команды Ча Увона> относилась к нему неплохо, в основном из-за своей мягкой натуры. Но рядом с ней Данву чувствовал себя неуютно.

«Не потому, что она невеста Ча Увона или что-то в этом роде.»

- …

Хотя, если честно, причина была именно в этом.

Он перед ней в долгу, так или иначе.

Ча Увон мелькал на экране новенького телевизора — шёл новостной канал, который транслировал выпуски круглосуточно.

[Недавно созданная рейдовая команда <Команда Ча Увона> удивила всех, поднявшись на 9-е место в рейтинге новичков. Это первый случай, когда команда, существующая менее года, вошла в рейтинг. <Команда Ча Увона> была основана в январе, всего три месяца назад, и её стремительный рост наверняка останется в истории…]

«Реакция хорошая.»

Данву отложил газету. Даже в эпоху цифровых технологий влияние телевидения и газет по-прежнему нельзя было игнорировать.

Если название команды попало в рейтинг, значит, Соджон точно это заметил…

«Пора нанести следующий удар.»

- Ча Увон. А как насчёт интервью?

- Конечно. Лидер должен прислушиваться к своей команде. Что такое, Данву?

Ча Увон улыбнулся.

«Почему этот парень такой язвительный?»

Но раздражать Данву было для Ча Увона естественно, как дышать, так что он просто проигнорировал это.

- Давай устроим фотосессию для журнала.

- …?

- В национальном масштабе. Поместим твоё лицо на обложку.

- …?

***

Раньше в <Команде Ча Увона> было пять человек: Ча Увон и Данву в ближнем бою, Кан Улим в роли танка, а также дальнобойный боец и целитель. Стандартная рейдовая команда.

Все, кроме Данву, были охотниками ранга S. И если не считать того, что Ча Увон был Мастером Священного Меча, то особых отличий у команды не было.

«Хотя, может, одно отличие всё же было.»

Все в этой команде по-настоящему были хорошими людьми.

Данву начинал как E-ранговый охотник. А значит, он успел увидеть, как работают низкоранговые команды…

Когда он попал в <Команду Ча Увона>, он испытал настоящий шок.

«Что это за люди?»

Они раздавали доброту направо и налево, словно жили в ином мире. То ли потому, что у них не было финансовых проблем, и они просто развили благородство души, то ли потому, что в детстве ударились головой… Но эта команда действительно ставила своей целью предотвратить <Конец>.

«Лезть в <Последнее Подземелье>, когда оно только открылось… кто вообще додумался до такой идеи?»

Люди, которые решились на это, не могли быть плохими.

За исключением Данву — у него не было ни долга, ни мотивации, ни нормального характера.

Хотя, если говорить начистоту, в той команде всё же был один проблемный человек.

«Дальнобойный боец Соджон.»

Он не был плохим по натуре, но любил раскладывать людей по категориям, обожал похвалу и не выносил Данву. Всё из-за того, что Данву явно не дотягивал до уровня остальных членов команды.

- Кроме тебя, все в команде — охотники ранга S. Если у тебя есть совесть, ты бы уже давно ушёл сам.

- Так иди и пожалуйся своему командиру, если тебе что-то не нравится.

- …

Но никто не вступал в эту команду по своей воле. Поэтому, если кто-то начинал ставить себя выше остальных, все начинали вести себя так же.

Впрочем, у Соджона был свой маленький фетиш.

На людях он не мог позволить себе оскорблять Данву — это плохо сказалось бы на его имидже. Именно поэтому Данву не понимал, почему тот постоянно к нему цеплялся.

«Получает удовольствие от критики?»

<Команде Ча Увона> не были нужны спонсоры. Они состояли в Гильдии Чхонён, и у них не было проблем с деньгами. Именно поэтому Ча Увон никогда не участвовал в рекламных кампаниях.

И единственный человек, которого это бесило, — это Соджон.

«Если бы Ча Увон появился в журнале, это бы привлекло к нему внимание.»

Он не мог сказать этого вслух, но внутри наверняка страдал. В Гильдии Йирим, одной из 5 Главных Гильдий, дисциплина была строгой. Новичков не выпускали просто так. А если кого-то и выпускали, то ради вливания в другие проекты.

Даже если бы Данву не знал этого точно, он был уверен в одном: Соджон наверняка с этим долго мучился.

Он хотел показать себя, но, не имея для этого возможностей, ничего не мог поделать.

«Тогда я его подтолкну.»

Ча Увон с уверенностью подставлял лицо стилисту.

- Ох, посмотрите на эту кожу. Тут и поправлять нечего.

- У него густые тёмные волосы. Если их просто высушить и уложить естественно, это придаст немного дикого, мужественного вида. Как вам?

- Раз вы проводите интервью как лидер рейдовой команды, давайте создадим более напряжённую атмосферу.

- Да, звучит хорошо. Но решения принимаю не я. Данву-я, чего ты уставился не в ту сторону?

Ча Увон позвал его.

Данву машинально перевёл взгляд на него.

Ча Увон слегка приподнял подбородок. Лицо, обычно лишённое эмоций, выглядело иначе, когда он откинул волосы назад, открывая лоб.

Такое поведение, подражающее модели, могло бы показаться забавным, но сейчас оно не выглядело смешным. Взгляд зацепился за его чуть неуверенную улыбку.

Исчез мальчишеский облик, и перед ним предстал Ча Увон из его воспоминаний.

«Ах…»

Вот почему он не хотел видеть его таким.

Глаза предательски защипало.

Не желая прослыть психом, который плачет, глядя, как кто-то позирует для съёмки, Данву быстро вытер глаза и сказал:

- А, тебе идёт. Но, наверное, лучше прикрыть лоб.

- Правда? Разве аккуратный стиль не лучше?

Ча Увон взъерошил волосы.

- Эй, если ты так будешь их трогать…!

- Мы всё исправим! Всё поправимо! Но открытый лоб — это другое дело!

- О, простите.

- Конечно, Ча Увон-ним, это не ваша вина!

- Нет-нет, моя ошибка! Не стоило так делать!

Пока перед ними разворачивался этот переполох, Кан Улим зевнул.

- Но почему мы вообще здесь?

- Я же сказал, он даёт интервью.

- Это понятно. Но зачем мы смотрим, как он фотографируется?

Данву удивился, почему он спрашивает очевидные вещи.

- Это интересно.

- …?

Действительно, на съёмочной площадке царила оживлённая атмосфера.

Модель была фотогеничной, послушной, и причин для напряжённости не было.

Видя такое оживление, казалось, что могла быть и другая причина… Съёмочная группа выглядела воодушевлённой из-за общего настроя.

Из-за спины режиссёра выбежал молодой человек, выполнявший различные поручения.

- Почему другие члены <Команды Ча Увона> не участвуют в фотосессии? Мы слышали, что только интервью, но если не обсудим это вместе, это же упущение! Все выглядят так впечатляюще, а если вы все окажетесь в кадре, это будет просто потрясающе! Такое нельзя упускать!

- Именно, ведь у вас команда одних красавчиков! Если вас снимут, продажи журнала взлетят…

- Вы бы потише.

Кто-то прервал разговор.

Кан Улим, почесав ухо, покраснел от комплиментов.

- Что? О, нет, мне просто… некомфортно перед камерой. И… у меня не особо фотогеничное лицо.

- Лицо не для камеры?! Я в это не верю! Вам наверняка говорили, что вы красивы! И наверняка у вас было много признаний в любви! Вы не можете это отрицать!

- Признания? И что это доказывает… Это совсем не так. Эм…

- Ах, значит, было много! Мы сразу поняли! У вас отличная внешность, характер и навыки! Как можно этого не замечать? Представьте, как круто вы будете смотреться рядом с Ча Увоном на страницах журнала. Как гордилась бы ваша семья…

- Эм…

Чувствуя, что Кан Улим начинает колебаться, сотрудники ещё сильнее надавили.

«Этот идиот попадётся на удочку с сотой попытки, а на девяносто девять раз ещё будет сомневаться.»

Данву стало жаль его. Этот парень и вправду взрослый?

Он вмешался, чтобы прекратить бессвязную болтовню Кан Улима.

- Мы не будем сниматься.

- Почему, почему? Вы стесняетесь?

- Даже если не будем, <Команда Ча Увона> уже привлекает внимание. Нас и так узнают. Официально! Вот так! «Если хотите использовать наш пресс-релиз, берите этот снимок!»

- Нам и так нормально.

- Ааааа…

Поняв, что давить бесполезно, сотрудники отступили. Они знали, когда лучше уйти.

Под презрительным взглядом Данву Кан Улим пробормотал оправдание.

- Нет, просто от таких комплиментов неловко! Разве вам не неловко? Когда вас хвалят, можно потерять дар речи…

- Подтягивай уровень под комплименты. Почему тебя смущает очевидное?

- Ну… Они хвалили мою внешность!

- Какое отношение внешность имеет к охотнику? Ты собираешься выживать за счёт своей красоты?

- …

Оставив Кан Улима в замешательстве, Данву снова перевёл взгляд на Ча Увона.

- Последний кадр. А, отлично! Очень хорошо.

Тот легко менял выражение лица под команды фотографа. Наблюдать за этим было занятно, ведь Ча Увон выглядел действительно хорошо.

Кан Улим внезапно заговорил серьёзным тоном.

- Где ты учился? Или ты просто не способен говорить тактично?

- О чём ты?

Говорить вежливо у Данву действительно не получалось, но он считал, что и Ча Увон был таким же.

Просто к Ча Увону никто не придирался. Наверняка из-за его лица. С такой внешностью сложно разозлить людей, не так ли?

- Съёмка окончена!

- Отличная работа!

- Все потрудились!

Когда длинная фотосессия наконец завершилась, персонал с радостью поздравлял друг друга.

- Данву-я, всё готово.

Ча Увон подошёл к нему с освежающей улыбкой, чисто из вежливости.

Данву был уверен.

«Со Соджон точно увидит это.»

С таким лицом на обложке этот журнал просто не мог не продаться.

***

Ожидания Данву оправдались: журнал попал в руки Со Соджона.

Но он также оказался у человека, которого Данву вовсе не ожидал.

Тот человек при обычных обстоятельствах даже не прикоснулся бы к журналу, который читают молодёжь.

Ча Увон получил звонок.

[Чем ты был занят в последнее время?]

Его отец спросил напрямую.

- О, ты видел?

[Разве ты не устроил фотосессию, чтобы я мог это увидеть? Как бы мне ещё увидеть лицо собственного сына, кроме как по новостям…]

Его отец запнулся!

Ча Увон обычно не проявлял инициативу. Он и без того получал достаточно внимания, не прикладывая особых усилий. Так зачем же намеренно привлекать ещё больше внимания, делая что-то подобное?

Для такого человека, как он, участие в фотосессии было чем-то совершенно немыслимым—действием, которое только ещё больше привлекло бы к нему внимание! Не в силах сдержаться, Ча Увон покатился по дивану.

- Пхахахаха!

[…Увон-а. Увон-а?]

Его отец даже не осмелился спросить: «Ты в порядке?» Ча Увон знал почему. Он никогда прежде не смеялся так.

Казалось, отец не решался спросить, всё ли с ним в порядке, потому что тогда ему пришлось бы всерьёз беспокоиться о том, не повредился ли рассудок его сына.

- О, я в порядке. Всё хорошо. Я просто не веселился так давно.

Ча Увон сказал это с улыбкой.

Не только его отец, но и множество других людей пытались с ним связаться. От «Я посмотрел рейтинги, вы справились отлично» до «Как проходит набор в команду?» — вопросы были самыми разными.

«Похоже, ты уже определился с тем, кто войдёт в команду.»

Ли Данву не говорил напрямую, кого он собирался пригласить. Однако в его голове всё было уже чётко решено, и вряд ли он изменил бы своё мнение. Это можно было понять хотя бы по тому, как он привлёк Кан Улима.

«У него точно есть план.»

А значит, наверняка была и причина, по которой он изначально выбрал Ча Увона в команду.

[…В твоей команде пока всего три человека. Вербовка идёт не так хорошо, как хотелось бы?]

- Дело не в этом. Мы просто тщательно отбираем нужных нам людей.

[Я слышал, что ваш танк — кто-то из твоего потока в Центре. У него были отличные показатели, но он ушёл посреди обучения из-за семейных обстоятельств.]

Ча Увон предвидел, что последует дальше.

«Но почему этот Ли Данву оказался в команде?» — скорее всего, об этом пойдёт речь.

На самом деле, его отец не мог не знать о том, что произошло на экзамене. Отец был из тех, кто даже представить себе не мог, что Ча Увон может проиграть кому-то своего возраста.

«Наверное, он думает, что я проиграл из-за небрежности, снисходительности или просто позволил ему победить.»

Не было нужды провоцировать его, заявляя, что он вступил в <Команду Ли Данву> после поражения в бою. К тому же, отец наверняка начнёт копать.

- Отец, пожалуйста, не проверяй его прошлое. Данву может быть некомфортно.

[Проверять прошлое? Но мне ведь нужно знать, кто в твоей команде…]

Отец попытался оправдаться, но Ча Увон перебил его, звуча жёстко.

- Ты должен услышать это от меня.

[…Но ты ничего не говоришь?]

- Тогда я расскажу. Данву — ближний боец, и он хорош. Умный, со вкусом, да и в реальном бою адаптируется отлично.

«И у него скверный характер.»

Но это Ча Увон решил не упоминать. Он снова тихонько усмехнулся.

- Он отличный напарник.

«Хотя, по правде говоря, он ещё и лидер команды.»

Ли Данву всё рассчитал правильно. Если бы он не назначил Ча Увона лидером команды, сейчас было бы гораздо сложнее. Ведь отец бы не оставил это просто так. Знал ли Ли Данву об этом заранее или нет, Ча Увон не был уверен.

Данву был таким странным человеком, что даже если бы он всё это понимал, это не было бы удивительно.

«Проверка прошлого.»

На самом деле, ему тоже было интересно. Но даже без этого он знал, почему Данву выбрал его в команду. Он же сам сказал это с самого начала.

- Давай создадим рейдовую команду вместе. Без привязки, с отборными гениями в составе. Цель — предотвратить <Конец> и пройти <Последнее подземелье>.

Талант Кан Улима Ча Увон уже подтвердил лично. А про себя говорить не нужно—он не уступал никому… Разве недостаточно просто одного имени Ча Увона, чтобы достичь многого?

«Хотя наверняка есть и вещи, которые с этим именем сделать нельзя.»

Даже будущие участники команды, возможно, нуждались в репутации Ча Увона. Ча Увон горько улыбнулся. Было слишком много ожиданий. Ли Данву тоже ожидал от него чего-то похожего, но…

«Это куда веселее, чем вступать в гильдию.»

- Извини, отец. Мне пора заканчивать разговор. Я выхожу.

[Куда ты идёшь?]

- Набирать новых членов команды.

Вставая, Ча Увон задумался.

«Но как вытащить кого-то, кто уже присоединился к одной из Главных Гильдий?»

Если бы это был Ли Данву, он бы наверняка нашёл способ, но…

После того как Ли Данву ушёл из дома, он практически жил в укрытии. Ча Увон не знал, купил ли он новое жильё или нет.

Он потратил целое состояние, чтобы оборудовать верхний этаж для тренировок Кан Улима, установив кристаллы маны, и, слушая звуки его тренировок снизу, засыпал - это стало частью его распорядка.

«Он вообще тренируется?»

Ча Увон даже не знал охотничий ранг Ли Данву или его фирменные навыки.

Он был рад, что его отец не узнал об этом. Разве тот не позвонил сразу же, как только узнал, что Ли Данву стал частью команды?

***

Со Соджон, новобранец одной из пяти престижных гильдий — Йирим, получил звонок от Ча Увона.

[Соджон-а, у тебя есть время?]

Со Соджон и Ча Увон не были близки. Можно сказать, что они поддерживали приятельские отношения, но Со Соджон всегда чувствовал соперничество с Ча Увоном и не мог по-настоящему сблизиться.

Они знали друг друга с детства благодаря различным семейным собраниям. Отсутствие особой близости делало ситуацию ещё более неловкой.

Но разве не странно, что он вдруг зовёт его «Соджон-а» ранним утром в выходной день?

…Он так подумал, но всё же ответил:

- Зачем?

[Хочу встретиться на минутку. Буду благодарен, если придёшь.]

Ча Увон говорил таким спокойным, убедительным тоном, что даже тот, кто его слушал, мог подумать: «Наверное, он прав».

Говорят, что первое впечатление формируется за три секунды, верно?

Ча Увон обладал внешностью, которая обеспечила бы ему первое место в любом конкурсе на лучший первый взгляд. Его речь была чёткой, голос низким, внушающим доверие.

Со Соджон пытался сопротивляться, но его собственный рот его предал.

- Куда мне прийти?

[Твоя гильдия слишком близко, это может быть неудобно. Пройди пять кварталов, поверни на перекрёстке. Там есть заведение с перегородками, заходи.]

«Заведение с перегородками?»

Значит, разговор будет конфиденциальным?

Сердце Со Соджона забилось чаще. Он поправил кепку и направился в указанное место.

***

- У меня бронь на имя Ли Данву.

- Да, Ли Данву-ши. Позвольте вас проводить.

Сотрудник заведения незаметно проводил Со Соджона в уединённый уголок. Сердце Со Соджона забилось ещё сильнее.

«Спокойно. Дыши…»

Но как можно сохранять спокойствие?

«Похоже, этот день настал.»

Он догадывался, зачем Ча Увон его позвал. Ча Увон вдруг хочет встретиться с Со Соджоном? Это же не для того, чтобы занять денег.

«Значит, нет другого варианта.»

Неужели он хочет завербовать его в свою рейдовую команду?

В <Команде Ча Увона> не было дальнобойного бойца. И поддержки тоже. Со Соджон мог бы идеально заполнить обе эти позиции.

…Хотя Со Соджон был абсолютным новичком!

Но ведь в той команде все были новичками!

Она состояла из тщательно отобранных Ча Увоном охотников, только получивших лицензию. Ча Увон хотел Со Соджона. Как члена команды!

«…А я собираюсь ему отказать!»

Он собирался отказать Ча Увону!

Со Соджон хотел славы. Хотел признания. Не хотел трудностей. Он не собирался уходить с элитного пути.

Ча Увон, похоже, подражал своим родителям, внезапно собрав команду и проявляя дух авантюризма. Но ведь создание новой рейдовой команды само по себе было испытанием? Для основателей — особенно.

Со Соджон хотел наслаждаться жизнью в Йирим, в хорошо организованной системе, зарабатывая приличные деньги.

«Лучше не вмешиваться.»

С этими мыслями он сдвинул раздвижную дверь.

И увидел двух человек. Один — Ча Увон. А второй — кто-то незнакомый. На удивление красивый и, на первый взгляд, совсем юный.

Со Соджон сразу же спросил:

- Почему ты привёл старшеклассника в бар?

- Кто здесь старшеклассник? Садись.

Старшеклассник заговорил. Ча Увон представил его.

- Мы ровесники. Его зовут Ли Данву. Он ближний боец в нашей команде.

- …Ты не выглядишь как человек, у которого есть удостоверение личности!

Тот человек выглядел совсем по-другому. Подозревая, что это может быть розыгрыш или скрытая камера, Со Соджон внимательно оглядел Ли Данву. Ли Данву тоже оглядел Со Соджона с головы до ног и заговорил.

- Хватит пустых разговоров. Мы позвали тебя, потому что нам есть что сказать. …Как насчёт того, чтобы сначала сесть и послушать?

- Хм. Нет, спасибо. Я пришёл сюда из уважения к дружбе с Увоном, но, кажется, я уже понял, зачем вы меня позвали.

Со Соджон лениво ухмыльнулся. Ли Данву приподнял брови.

- И для чего же, по-твоему?

«Но почему он ведёт себя так вызывающе?»

Со Соджон не мог понять ситуацию. Обычно в переговорах такого уровня должен был участвовать лидер.

- Нет, нет. Всё же стоит выслушать друга, раз уж пришёл. Ладно, говори. Я внимательно слушаю.

- Ты же сам знаешь, зачем тебя позвали. Зная это, зачем тянуть время? Скажи уже.

Со Соджон застыл, улыбаясь. И спросил у Ча Увона.

- Почему он меня отчитывает?

- Данву такой по натуре.

Ча Увон спокойно ответил.

И Со Соджон, было, подумал: «А, понятно». Но когда он снова встретился взглядом с раздражённым Ли Данву, его мысли развеялись.

«Что значит «по натуре»?!»

- Говори уже.

- Вы хотите уговорить меня присоединиться к команде? Тогда вам нужно подойти ко мне с уважением! Рассказывать, какая у вас замечательная атмосфера, как вы будете меня ценить… А не злиться вот так!

Внезапно Ли Данву широко улыбнулся. Его неожиданно красивое лицо на мгновение выбило Со Соджона из колеи.

- Да. В Йирим тебе не дадут шанса раскрыться.

- О чём ты говоришь? Я в группе поддержки. У меня всё отлично.

- Не смеши. Чем так хороша группа поддержки? Всё, что приносит славу и деньги, отдают старшим. А ты просто идёшь за ними следом. Хотя твои навыки куда выше.

Со Соджон почувствовал, что его видят насквозь, и не нашёлся с ответом.

- Хочешь, чтобы твоя репутация так и осталась на задворках? Пока Ча Увон создаёт команду и получает похвалу от новых ранкеров, ты собираешься подниматься, просто следуя за старшими?

- Увон-а, он что, дьявол? - Со Соджон не выдержал и спросил.

- Хахахах!

Ча Увон рассмеялся!

Со Соджон в изумлении забыл, что происходит. Ча Увон всегда был собранным и спокойным, а тут вдруг разразился смехом.

Как бы то ни было, обе стороны пытались выбить его из равновесия.

- Значит, если я присоединюсь к вашей команде, вы дадите мне шанс поднять репутацию и заработать деньги? Вы пытаетесь предложить мне то, что сами хотите. Но я не понимаю, как новая команда может это обеспечить… Вы вообще знаете, сколько составил мой аванс?

Со Соджон пожал плечами.

- Не знаю. Но я удвою его.

Ли Данву произнёс это спокойно.

Глаза Со Соджона загорелись!

- Ого… Звучит заманчиво! Репутация важна. Хотя, возможно, я и хочу попробовать что-то новое, пока молод, но мне всё же хочется сохранить престижный титул гильдии. Твои родители, конечно, не возражают, но мои — это сплошное беспокойство о том, что я могу свернуть не туда.

Он вспомнил родителей, которые постоянно комментировали: «Зачем ты пошёл в Центр?» и «Разве Ча Увон не занимает первое место среди перспективных талантов?» Со Соджон вздохнул.

«Зачем я поступил в Центр? Ну, если Ча Увон смог, почему бы мне не попробовать?»

С желанием бросить ему вызов и настроением «Ты правда так хорош? Давай проверим!» он ворвался в логово Ча Увона, но… там он ничего не смог сделать.

Хотя напрямую сравнивать ближнего бойца и дальнобойного сложно, но как Пробуждённый, он мог это почувствовать, верно? Со Соджон обладал отличным зрением, поскольку его способности были выдающимися.

«Вау, с ним мне не справиться.»

Он тут же решил не вступать в схватку. Иначе просто погибнет…

Он мгновенно это понял, но проблема была в том, что, поскольку они оба учились в Центре, их имена неизменно появлялись в списках вроде «Рейтинг перспективных талантов».

Со Соджон всегда оказывался на втором месте, уступая Ча Увону.

Помнил это Ча Увон или нет!

Ли Данву сделал вид, что ничего не знает, и спросил:

- Разве в Йирим не дают значительные миссии новичкам, начиная с третьего года?

«Но это всё равно задания второго плана.»

Со Соджон не стал озвучивать свои мысли. Разве не выгоднее было выглядеть в глазах Ли Данву более значимой фигурой?

- Разве одиночные миссии не начинают давать только с пятого года?

- Ты слишком хорошо осведомлён. Интересуешься Йирим? Почему тогда сам туда не пошёл?

«Пять лет! Это же ужасно долго! Я же состарюсь!»

Со Соджон сдержал раздражение. Ли Данву улыбнулся.

- В следующем месяце мы участвуем в крупной операции.

- …!

- Если интересно, свяжись с нами.

Ли Данву положил на стол визитку и поднялся. За ним последовал Ча Увон. Сотрудники, которые как раз собирались принести заказанные блюда, растерянно замерли у двери, увидев, что двое уходят.

- Подожди, это как-то… Данву-я, давай поедим. Просто потому, что мы встали, дело ведь не закончено.

- Верно, верно. Давай обсудим всё подробнее, обменяемся новостями. Мне тоже интересно узнать о Ли Данву. Мы даже номерами ещё не обменялись.

- Номер есть на визитке.

Ли Данву ответил так, но, судя по всему, не горел желанием продолжать разговор, несмотря на уговоры Ча Увона.

Почему-то Со Соджон почувствовал, что ему нужно удержать их. Причём убеждать нужно не только Ча Увона, но и Ли Данву.

- Но почему вы участвуете в крупной операции?

- Ну… Это совместная работа с гильдией Чхонен. Мы должны зачистить подземелье…

- Тебе нельзя это раскрывать. Это нарушение соглашения о конфиденциальности.

Ли Данву прервал объяснение Ча Увона.

- Точно. Нам пришлось подписать обязательство. Чуть было не попался. Ещё немного, и я бы проболтался просто потому, что мы друзья.

- Будь осторожен.

Ли Данву предупредил Ча Увона с явной серьёзностью. Со Соджон буквально разрывался от любопытства!

«Если это гильдия Чхонен, то это точно крупномасштабная операция, верно? Раз речь о зачистке подземелий, значит, они пересекут врата. Похоже, они участвуют в чём-то действительно серьёзном…»

Все же знали, что Глава гильдии — дядя Ча Увона. Более того, он был его наставником по фехтованию.

«Хотя Глава, безусловно, достойный уважения человек, я не уверен, что он умеет разделять работу и личное…»

Он был охотником, внёсшим огромный вклад в предотвращение <Конца>, и, несмотря на то, что был легендарным героем прошлого, оставался активным.

В охотничьем мире, где люди в поздних тридцатых годах считались пожилыми, Глава, которому уже за сорок, был настоящим старейшиной, давно перешагнувшим пенсионный возраст.

Безусловно, он был выдающимся человеком…

Но разве не очевидно, что он не смог бы отказать своему единственному ученику и любимому племяннику Ча Увону?

Если бы Ча Увон попросил: «Пожалуйста, включите нашу команду в операцию», он бы согласился без колебаний.

Хотя это совсем не в характере Ча Увона делать подобные просьбы!

Но если речь шла о том Главе гильдии, он, скорее, сам предложил бы: «Хотите поучаствовать в нашей операции?»

Причин было предостаточно.

Команда Ча Увона слишком быстро поднялась в рейтинге новичков!

Поддержка перспективного молодого рейдового отряда и постепенное вовлечение их в своё влияние — разве не этим часто занимаются крупные гильдии?

- Подождите-ка. Крупная гильдия и зачистка подземелья — это, конечно, хорошо. Очень хорошо. Но… если операция закончится сразу, мне немного страшно вступать в новую рейдовую команду без ясного будущего…

- Тогда приходи через пять лет.

Ли Данву поднялся.

- Нет, почему ты так резко? Я не говорю, что полностью против. Просто… Это не так просто. Для начала, уйти из Йирим сложно. Что мне делать? Давайте обсудим это прямо сейчас. Принесите еду, я голоден.

Со Соджон схватил его. Смотря на него, Ли Данву подумал:

«Попался.»

У Со Соджона было сильное чувство гордости. Он восхищался Ча Увоном и хотел стоять рядом с ним.

Причина, по которой Со Соджон не любил Данву, заключалась в том, что тот осмелился приблизиться к Ча Увону, что казалось ему дерзким.

Как мог Со Соджон, который так восхищался Ча Увоном, просто стоять в стороне и наблюдать, как он идёт вперёд один?

- Да. Вопрос с увольнением — это проблема. И ты хорош, Соджон-а. Мы вряд ли найдём другого дальнобойного бойца, как ты.

Ча Увон тут же вставил слово. Со Соджон, казалось, едва сдерживал улыбку.

- Это правда.

- Увольнение действительно проблема.

- Ну. Помимо моей моральной подготовки, есть ещё тот факт, что я недавно попал в отряд. Может, ты подслушал это своими острыми ушами, но новичкам нелегко туда попасть. Многие хотят занять это место, понимаешь? Это своего рода сигнал: «Наша гильдия поддержит тебя», а если я сейчас уйду, это может испортить репутацию гильдии Йирим. Ну, нет же веской причины, верно?

Со Соджон вздохнул.

Ли Данву скрестил руки.

- Почему нет? Ты серьёзно болен.

- …?

- Тебе плохо. Ты на грани смерти, а они заставляют тебя работать?

Разве не логично, что сотрудник увольняется, если болеет? Так было даже в эпоху Чосон, а сейчас-то тем более. Со Соджон заколебался.

- А если мы столкнёмся с гильдией Йирим во время работы…

- У тебя есть связи с верхушкой гильдии? Ты ссорился с рейд-командой или Главой гильдии?

- Эм… нет.

Со Соджон ответил нервно.

Рейд-команда ведь была ядром гильдии? Будучи новичком, который присоединился не так давно, ему не полагалось вмешиваться в такие дела.

- Мы будем зачищать подземелья. Как ты встретишь знакомых? Все новички. Им ещё предстоит больше трёх лет тренироваться в реальных условиях.

- …!

Это намекало на встречу с рейдовыми отрядами Йирим.

«Это значит, что <Команда Ча Увона> займётся зачисткой подземелий.»

Чтобы заработать репутацию, нужно чистить подземелья, не так ли? В конечном итоге, единственное, что имеет значение в послужном списке охотника, — это количество зачищенных подземелий!

Со Соджон с энтузиазмом сказал:

- Точно, я ведь был болен. Совсем забыл. У меня родственник в больнице, так что я возьму справку. Дайте мне четыре дня. Принесите контракт, где всё будет чётко прописано…

«Лёгкая добыча.»

Он сам попался в ловушку.

К тому же, перед ним был не только Ча Увон, которому он завидовал, но и человек, которому он симпатизировал, — разве можно упустить такую возможность?

- Ладно.

- Но есть кое-что, что мне интересно.

- Спрашивай.

Со Соджон посмотрел на Ча Увона и спросил:

- Почему он ведёт переговоры?

Это же <Команда Ча Увона>, так почему Ча Увон просто сидит и позволяет этому происходить?

Ча Увон ответил с теплотой:

- О, на самом деле, это <Команда Ли Данву>, и он лидер команды.

- …?

Выражение лица Со Соджона стало озадаченным.

«Зачем он мутит воду?»

Он только усложняет и без того непростую ситуацию. Данву вмешался:

- Этот ублюдок несёт чушь.

Когда Ча Увон незаметно ткнул его в бок, Данву быстро изменил свою реплику:

- …В нашей команде ценится равенство, так что иногда участники могут называть лидера команды «этот ублюдок». Мы все друзья. Это отличается от Йирим.

- …?

Выражение лица Со Соджона стало серьёзным.

- Другими словами, любой может предложить любую идею лидеру команды в любое время. Разве так не должен работать хороший стартап-отряд? - Добавил Данву.

- …!

Выражение Со Соджона снова изменилось.

Поддавшись своим желаниям, Со Соджон подписал контракт спустя несколько дней.

Такой человек, как Со Соджон, который боялся формулировок типа «ставить свою жизнь на кон» в контракте, мог бы заподозрить неладное, если бы там было что-то настолько серьёзное. Поэтому Данву обеспечил контракт собственной силой.

Когда Со Соджон осознает, что его будущее теперь зависит от какого-то охотника с характеристиками ранга F, он, вероятно, будет рвать и метать от несправедливости…

Но в контракте не было лжи.

«Теперь ты не сбежишь.»

***

<Команда Ча Увона> была почти укомплектована.

- Ого, это и есть офис? Вы тут вообще убираетесь?

- Это не офис, а убежище. Подожди-ка… Наш новый член — Со Соджон?

- Вы вообще не убираетесь?

- Я столько сил потратил, чтобы здесь прибраться! Ты что, в дворце живёшь? Если недоволен — убирай сам. Вон там уборочный инвентарь.

- …Я в жизни сам рамен не варил! Ты хочешь, чтобы я убирался?

- …Ты сейчас хвастаешься? Ты правда даже рамен сварить не можешь?

Как только они увидели друг друга, между Кан Улимом и Со Соджоном тут же завязался спор, что было типичным для их отношений в <Команде Ча Увона> в прошлом.

Эти двое никогда не ладили, но Данву даже не удосужился вмешаться…

- Этот этаж — это не просто офис, но ещё и спальня Данву. Если хочешь подраться, Соджон, может, поднимешься наверх?

Сказал Ча Увон.

- Нет, что вообще происходит… Это спальня? Но почему я должен уходить только потому, что он тут спит? Это что-то странное. Нет, Ча Увон, разве это не странно? Эта команда ненормальная!

- Ненормальный тут ты! Разводишь шум в офисе только потому, что не умеешь варить рамен! Ты вообще знаешь, что в офисе нужно быть потише?

- Дело не в этом! Что, чёрт возьми, происходит? Это реально странно!

Старый добрый хаос. Отлично…

Данву потёр глаза и принял решение.

«Будем делать так.»

Данву подошёл к белой доске. Как только он это сделал, Ча Увон и Кан Улим тут же затихли, и даже Со Соджон умолк.

«Что это за команда такая…»

Пока он раздумывал, Данву ударил маркером по доске.

- Раз у нас новый участник, я объясню нашу миссию. Мы получили запрос от Гильдии Чхонён… Мы будем зачищать Врата 3 в районе Е в сотрудничестве с Гильдией Чхонён.

- Наконец-то мы это делаем. - Сказал Ча Увон.

В районе Е появилось пять врат.

Эти врата требовали одновременного входа пяти рейд-команд, поскольку были взаимосвязаны.

Однако альянс небольших гильдий, защищающих район Е, не смог прийти к согласию, и врата расширялись, вплоть до угрозы разлома подземелья.

Пока правительство и крупные гильдии наблюдали за ситуацией, готовые вмешаться при необходимости…

Как-то было принято решение.

- Мы заблокируем часть врат силами альянса, а Гильдия Чхонён прорвётся через врата 3 и 4.

- Если уж делать, то быстрее. Переговоры чуть было не завершились, когда врата уже готовы были взорваться.

Со Соджон цокнул языком.

- Чхонён пошли на уступки.

Данву ответил, глядя на Ча Увона.

«Они не просто уступили, они буквально прогнулись, как слуги.»

Изначально Ча Увон должен был войти в рейдовую команду для зачистки трёх врат, вступив в Чхонён. И благодаря этому инциденту его положение в Гильдии Чхонён улучшилось.

Будучи новичком, он внёс значительный вклад в зачистку врат, завоевал признание и славу. Хотя это был внутренний вопрос гильдии, среди охотников, пересекавшихся с Ча Увоном, это стало общеизвестным фактом.

«Разве не в это время он обручился с Пэ Чисыль?»

Данву принял многозначительное выражение.

Этот инцидент подтвердил, что «Ча Увон», о котором раньше только ходили слухи как о завидной партии, действительно оказался невероятной находкой.

Данву никогда не любил бывшего Главу Гильдии Йирим, а после одного инцидента и вовсе начал его презирать. Такой змееобразный человек не мог упустить момент. Как только Ча Увон доказал свою ценность, он тут же устроил помолвку между семьями.

«Хотя, может, это произошло не сразу после того, как Ча Увон проявил себя.»

Но одно было точно — помолвка между Пэ Чисыль, дочерью бывшего Главы Гильдии Йирим, и Ча Увоном состоится в течение года.

- Данву-я?

Когда Ча Увон позвал его, Данву понял, что всё это время продолжал бездумно писать на белой доске маркером.

«Я сейчас выглядел как сумасшедший?»

Хотя по спине пробежал холодок, Данву продолжил объяснение.

- Операция подготовлена крупной гильдией, так что всё, что нам нужно — подготовить тела и снаряжение. Брифинг пройдёт на месте, наша задача — просто сосредоточиться на выживании. Что касается деталей…

- Не выпендривайтесь, если не можете что-то сделать, и сидите тихо, если возникнут проблемы?

Ча Увон засмеялся. Кан Улим потрепал волосы.

- Ты сказал, что операция провалится, если новичок не справится. Я запомню это!

- Да, да, не перенапрягайтесь, а просто постарайтесь занять второе место по вкладу. Нам нужно поднять очки, но слишком сильно выделяться сейчас опасно.

- Почему это опасно?

- Из-за помолвок.

- …

Все замолчали, и Данву почувствовал замешательство.

- Помимо Кан Улима, все остальные из вас — из престижных семей, верно? Если семьи решат, вы не сможете отказаться.

- Данву-я, сейчас не эпоха Чосон. Как они могут устроить помолвку без нашего согласия?

Ча Увон возразил.

Данву не понял, о чём он говорит.

- Вы что, сначала встречаетесь перед помолвкой?

- Дело не в этом… У нас есть право отказаться, понимаешь? Ты думаешь, что сейчас всё так же, как в поколении наших родителей? Нет, даже в их время, если бы они увидели друг друга и подумали: «Нет, это не сработает», то не поженились бы.

- Разорвать помолвку лучше, чем разводиться, но лучше вообще не доводить до этого. Помолвка не состоится, если обе стороны не согласятся. - После слов Со Соджона, добавил Ча Увон.

Данву опустил маркер.

«Значит ли это…»

Пэ Чисыль и Ча Увон обручились, потому что им так хотелось?

Это не похоже на правду. Между ними ничего не было. Было бы трудно просто работать как коллеги, если бы они были помолвлены. К тому же Ча Увон сделал такое с Данву…

[Данву-я, всё будет хорошо. Всё будет в порядке…]

«Нет, я знал, что это заблуждение.»

Но Ча Увон был искренним человеком. Он не был тем, кто бы совершал такие поступки с кем-то, если бы всерьёз хотел жениться. Данву был в смятении.

- Ча Увон, ты хочешь обручиться?

- Не особо.

- Какой у тебя идеал?

- Данву-я, у меня такое чувство, будто я собираюсь на свидание вслепую после всех этих вопросов. Я об этом не думал.

Не думал… Значит ли это, что он осознает свой идеал, когда встретит его?

Данву не хотел видеть, как Ча Увон мгновенно влюбится в Пэ Чисыль… Он даже не мог этого представить. Сердце Данву пропустило удар. Он сжал маркер так сильно, что его рука начала дрожать.

- Человек с бледной кожей и хорошим характером?

- Ну, Данву-я, у тебя бледная кожа, но насчёт хорошего характера я не уверен…

- Не неси чушь. Тебе нравятся длинные прямые волосы?

- О ком ты говоришь, Данву-я?

Улыбка внезапно исчезла с лица Ча Увона. Он посмотрел на Данву прямо и сказал:

- Данву-я, я ценю то, что ты умеешь всё планировать для нашей команды, но надеюсь, ты не будешь планировать всю мою жизнь.

- …

«Почему он злится…»

Данву никогда не пытался планировать жизнь Ча Увона. Разве попытка спасти Ча Увона считается «планированием жизни»?

- Ты пытаешься меня с кем-то свести?

- Нет, не в этом дело…

Когда Ча Увон становился серьёзным, Данву становилось страшно. Ча Увон часто раздражал его, но Данву никогда не заставлял его злиться.

Даже в прошлом такого не случалось, поэтому Данву просто уставился на него.

- Да, давай не будем так делать. Мне кажется, это сделает меня неуютно.

- Я не собирался.

- Хорошо. Значит, это всё? Наши действия могут привести к помолвке?

- Да.

- В таком случае, давай избегать этого, оставаться в безопасности, и я постараюсь внести свой вклад. Это то, чего хочет Данву-я, верно?

- Да.

- Ну, если нас обручают, другая сторона может попытаться повлиять на нашу команду. Ты, наверное, об этом беспокоился.

- Да.

Он даже не думал в этом направлении…

- Я буду усердно работать.

Ча Увон снова заговорил мягким, тёплым голосом. Атмосфера была странной, и встреча завершилась.

***

Данву лежал на диване в офисе, оставив позади дом, который с трудом удалось найти.

Он слышал, как сверху тренируется Кан Улим.

— Вааааа!

Даже несмотря на звукоизоляцию, интенсивность тренировки пробивалась сквозь стены. Нельзя отрицать слух.

Обычно, услышав такие звуки, Данву засыпал бы, но его сердце продолжало биться быстрее обычного. Уставшее тело оставалось напряжённым, вздрагивая само по себе. Данву зарылся головой в диван.

«Не думай об этом…»

Ча Увон никогда не злился на Данву? Нет, это неправда. Это случалось… Несколько раз.

Это происходило, когда Данву был не в своём уме, в самые ужасающие моменты.

Прошло уже много времени с тех пор, как Гильдия Чхонён предложила «работать вместе».

Учитывая, что это произошло почти сразу после формирования рейд-команды, прошло действительно много времени.

Хотя новичкам было непросто отклонить добрую волю крупной гильдии, Данву отбросил это предложение, как будто оно ничего не значило. Он слишком хорошо знал характер Гильдмастера Чхонён.

«Этот человек даже не допускает мысли, что новая команда может отвергнуть его предложение…»

Было три главных причины, почему Данву согласился на эту операцию.

Во-первых, он не был уверен, как «результаты» Ча Увона в рейде повлияют на зачистку. Разломы подземелий — это то, что Данву ненавидел больше всего. Кому они вообще могут нравиться?

Если Ча Увон отсутствовал, кто знает, что могло бы произойти?

Данву, который убрал Ча Увона из команды рейда Чхонён, чувствовал себя обязанным заполнить эту пустоту.

«И вторая причина.»

В первую очередь, потому что сам этот рейд был важным событием.

Кан Улим, возможно, не осознавал, но Со Соджон узнал название врат, как только услышал его. За этим событием пристально следили в мире охотников. Его успешное завершение повысило бы репутацию команды.

Пэ Чисыль, целительница <Команды Ча Увона>, была Принцессой Согана*.

[П.п. Фигуральное выражение, подчеркивающее высокий статус, важность или благородное происхождение Пэ Чисыль.]

Будучи «дочерью бывшего Главы Гильдии Йирим», она была недоступна для большинства известных охотников. Значит, их рейд-команда должна была соответствовать её статусу.

Более того, Пэ Чисыль ещё не пробудилась.

«Когда же пробудилась Пэ Чисыль?»

Через четыре года она пробудится, но прежде чем её могли бы заполучить другие, Данву должен был действовать первым.

Пэ Чисыль была тем человеком, который, получив доброту, обязательно её возвращал. Данву уже запланировал ту «доброту», которую собирался ей оказать. И была ещё одна важная причина.

«Мой Мастер.»

Учитель по фехтованию и для Ча Увона, и для Данву. Гильдмастер Чхонён. Данву хотел снова увидеть человека, которого он убил. Хотел убедиться, что он жив, и защитить его.

Место его гибели было не на Вратах 3 района Е, но это не имело значения.

«Нет, Данву. Ты не должен так говорить. Твоя слабость не может оправдывать всё.»

«Ты знаешь, почему наш Мастер не вернулся сюда?»

«Данву, забудь. Забудь, что я сказал. Я ошибался. Это была ложь. Я ничего не знаю. Забудь…»

Хотя Данву всегда злился на Ча Увона, Ча Увон просто… жалел его за то, что произошло.

Но даже тогда Ча Увон не злился. Он извинялся перед Данву, закрывал его глаза руками и продолжал говорить.

Просил забыть.

Но Данву не мог забыть.

Такое нельзя забыть.

«В этот раз…»

Он не даст Ча Увону пережить ту боль снова. Данву спасёт своего Мастера. Он не позволит Ча Увону потерять его из-за такого, как Данву…

Данву приснился кошмар.

Он быстро понял, что это сон, потому что это был повторяющийся кошмар, который он часто видел.

«Если бы всё было иначе…»

Возвращаться в прошлое не имело смысла.

Но Данву во сне не мог так думать. Он даже не мог подумать: «Я не должен позволить этому случиться». Он бесконечно повторял одни и те же события.

В сне двадцатитрёхлетний Ли Данву был отчаянным и страдающим. Он был Охотником ранга E, чьё тело ломалось даже во время защиты от Разломов подземелий, которые для охотников высшего ранга считались всего лишь «волонтёрской работой».

Но он не знал этого. Он думал, что сможет вернуть тела своих родителей. Даже если не сразу, он верил, что однажды сделает это.

Когда нерегулярное подземелье открылось снова, Данву получил бы возможность войти в него.

Но он не верил, что сможет выжить внутри и выйти с останками своих родителей.

Данву не раз сталкивался с угрозой смерти даже в низкоуровневых рейдах, и он понял, что это и есть его истинные способности. Статы, казалось, никогда не повышались, а пустые ячейки навыков не помогали выживать.

Данву не мог спасти своих родителей. В таком случае, не должен ли он хотя бы использовать деньги, чтобы их спасти?

Однако у охотника низкого ранга был предел заработка. Деньги постоянно уходили на расходники, снаряжение, лечение ран. Баланс на счету был смехотворно мал, чтобы нанять элитного охотника для выполнения персонального запроса.

«Я умру здесь?»

Эта мысль пришла к нему, когда он остался один перед монстром во время защиты Разлома.

Разве это не была бы жалкая смерть? Никто бы не оплакивал его.

- Храбрость — это, конечно, хорошо, но если продолжишь в том же духе, реально сдохнешь. Отступи. Подальше… А, просто подскользнись и свались вон туда. Ты только мешаешь.

В этот момент «Мастер» спас Данву.

С этими словами монстр, который ещё секунду назад двигался и жил, превратился в труп.

Глядя на упавшего монстра, Данву застыл на месте.

Данву стал мечником не потому, что у него были какие-то навыки, связанные с мечами. Обычно люди выбирали меч как оружие из-за навыков ближнего боя или владения мечом, полученных при пробуждении.

Но у Данву не было таких навыков.

Он выбрал меч, потому что это было самое дешёвое оружие.

Щит был неподходящим вариантом. Физические статы Данву не позволяли ему танковать, а навыков для привлечения агро у него не было.

Но меч был чёртовски бесполезным оружием. Он легко ломался и не давал преимущества в создании дистанции.

Данву чувствовал, что он постоянно пересекает линию защиты, блокируя монстров тонким клинком.

Однако, независимо от его мыслей, «Мастер» убрал свой меч.

Меч, который держал его «Мастер», не был тем бесполезным оружием, каким знал его Данву.

Данву сделал неуверенный шаг вперёд. Он подошёл к человеку, который спас его, дрожа, вытирая кровь, стекающую из носа.

И вцепился в него.

- Пожалуйста, примите меня в ученики.

- Что?

Его «Мастер» удивился.

Глава Гильдии Чхонён, Рю Сихван, обладал раздражающим характером, но был хорошим человеком. Он не мог просто отмахнуться от ребёнка, который истекал кровью и цеплялся за него.

Вместо удивления он сказал:

- В наши дни дети, похоже, не знают, но я не из тех, кто принимает кого попало в ученики. Если ты впечатлён, возьми автограф и иди. Оставь это как память.

- Я не «кто попало».

- …Насколько же ты хорош, раз так самоуверен? Ладно, покажи свои навыки.

Увидев, как сражается Данву, «Мастер» был ошеломлён.

- …Ты правда не кто попало. Как ты вообще до сих пор жив?

- Если вы не хотите увидеть, как человек, которого вы только что спасли, погибнет, примите меня в ученики.

Ли Данву был отчаянным и бесстыдным. А его Мастер был добросердечным и слишком добрым.

И поэтому его Мастер умер.

***

Лежа на диване, уткнувшись головой вниз, Данву открыл глаза.

Шея была скручена в неудобном положении, нос оказался в зазоре между подушками дивана. Неудивительно, что всё тело ныло, а голова раскалывалась от боли.

Отодвинув шторы, он увидел, что на улице стояла хорошая погода. Он бросил в рот усилитель маны.

Когда мана начала циркулировать по телу, чувства обострились, и он окончательно проснулся. Сверху доносились громкие звуки, и вскоре вниз ворвался Кан Улим.

- Эй! Ли Данву! У меня Сила достигла ранга А!

- О.

- «О»?! Ты должен быть хоть немного взволнован! Я поднял стат до ранга А за три месяца…

«Радуется А-рангу, когда раньше у него был S-ранг».

Данву это немного забавляло. Он задался вопросом, когда этот парень, наконец, повзрослеет, и вежливо улыбнулся.

- Молодец. Теперь ты можешь приносить больше пользы.

- Хм…

Кан Улим упер руки в бока и кивнул.

- Да, это точно Ли Данву. Говорят, если человек резко меняется, значит, он скоро умрёт…

«Что он несёт?»

- Ты с утра уже ищешь повод для ссоры?

- Нет! Это ты ищешь! …Значит ли это, что теперь я могу в одиночку зачищать подземелья? С моими статами ранга А это должно быть возможно, верно?

Данву находил Кан Улима забавным.

«Как можно быть таким наивным, чтобы думать, что с характеристикой Силы ранга A нельзя нормально сражаться?»

Кан Улим был действительно наивен, поэтому Данву объяснил:

- Да.

- Не давай мне таких расплывчатых ответов! Я не хочу быть обузой!

- Ты же пробовал участвовать в деятельности вспомогательных команд? В Центре у тебя был такой шанс.

«Разве они не должны были хотя бы раз включить такого парня, как он?»

Даже если это делалось ради практического опыта, его должны были взять хотя бы раз.

- Я не пробовал. Разве это не то, что поручают Ча Увону или Со Соджону? Мне вроде бы предлагали когда-то, но я довольно быстро ушёл из Центра…

«Ну да, логично».

Было время, когда Данву боялся рейдов в подземелья. Он не был уверен, что сможет выжить, опираясь только на свои способности.

Позже это уже не имело значения.

Но, честно говоря, разве это беспокойство Улима не было лишним?

В любом случае, это было похоже на типичную болтовню новичка. Находя его волнение забавным, Данву мягко посоветовал:

- Даже если ты сделаешь что-то не идеально, команда подстрахует тебя, так что ничего страшного. Не переживай. Как много, по-твоему, должен делать новичок в своём первом рейде?

- Ах, мне это не нравится! Другие члены команды наверняка выполняют по несколько задач сразу! У них же есть опыт, ведь они бывали в подземельях благодаря вспомогательным командам! А ты… Я не знаю, что ты за человек, но ты просто невероятен! Я сказал, что отплачу за помощь, но от тебя я получаю только давление…

Кан Улим начал ворчать.

Услышать слово «невероятен» от этого парня…

В <Команде Ча Увона> все были гениями, а Данву был слишком занят, пытаясь за ними угнаться. Сколько же времени прошло?

Среди всех этих эмоций в душе Данву вспыхнуло восхищение.

«Какой же он доверчивый…»

Что с этими ребятами не так?

Присутствие Кан Улима уже само по себе было полезным для команды. Хотя он говорил так, будто был для всех обузой, на самом деле…

Раньше Кан Улим, несмотря на свои жалобы, всегда собирал на себя агро и защищал Данву.

Иронично, но если он и дальше будет создавать проблемы, это может дать Данву возможность отплатить ему тем же и защитить его в ответ.

- Новичку главное — не умереть и делать свою часть работы.

«В конце концов, у меня в этой команде самые низкие характеристики».

И не только в команде. Весь этот рейд — и то, скорее всего, Данву будет самым слабым по статам.

Если бы в Гильдии Чхонён провели его оценку, эти характеристики даже не прошли бы проверку. Ему повезло, что он участвует как внешний член команды.

Данву не хотел оставаться с такими статами, но у него не было выбора. Его тело не было благословлено так, чтобы, как у Кан Улима, наращивать мышцы от одной только работы или увеличивать уровень выносливости просто за счёт длительных пробежек.

«По крайней мере, пока что».

Когда он зачистит это подземелье, откроется тот самый навык.

<Предел Превосхождения> (S).

Этот навык поднимет Данву с E-ранга до A-ранга.

Чтобы его получить, Данву должен будет довести себя до грани смерти.

- Чего?! Даже новички умирают? Нет, разве это не нормально, что новички гибнут в подземельях?

Кан Улим задумался.

«Это вам не двадцать лет назад».

Данву уже собирался рассказать ему историю развития охотников, но потом передумал — это было слишком утомительно.

- Да. Так что не делай глупостей и держись с командой. В любом случае, самую сложную работу сделает Чхонён.

- Объясни нормально. Мне надо писать завещание? Нет?… Где Ча Увон и Со Соджон? Почему Данву не говорит прямо?

- Что происходит? Данву снова издевается над Улимом?

Ча Увон, входя в офис, задал вопрос. Данву был ошеломлён.

- Когда это я над ним издевался?

Кан Улим уже не слушал.

- Новички часто умирают в подземельях? Мне нужно к этому готовиться? Это подземелье особенно опасное? Почему мы с самого начала выбрали такое сложное место?

- Это сложное подземелье, но… Улим, ты не знаешь?

- Нет! О чём мне нужно знать?

«Тебе действительно нужно знать».

Подумал Данву, но Ча Увон не был тем человеком, который сказал бы кому-то: «Ты тупица».

- Ах… Это не совсем широко известная информация, но её упоминали в новостях. Ситуация сложилась неудачная. Подземелье слишком долго оставалось без зачистки, потому что гильдии, у которых были на него права, не предпринимали оперативных действий. Мы не знаем, когда оно может прорваться, так что Данву, наверное, просто хочет, чтобы мы были осторожны. Это не настолько опасно.

Ча Увон объяснил спокойно. Кан Улим запутался.

- Так оно опасное или нет? Новички там умирают или это вообще исключено?

- Однозначно сказать сложно. Люди даже на улицах под машины попадают.

Ча Увон случайно ещё больше напугал Улима своими рациональными словами.

- Мам! Сегодня может быть мой последний день! Если бы я знал, я бы хотя бы сказал «Я тебя люблю» перед уходом…!

Кан Улим схватил телефон и выбежал.

«Он завещание пошёл писать?»

Данву был в шоке…

- Зачем ты его так напугал?

- Это не я, это Данву. Я пытался его успокоить.

- Ты думаешь, он успокоится после таких слов? И вообще, почему ты пришёл так рано?

Время сбора было назначено на полдень. Все должны были собраться и отправиться к вратам вместе, но Со Соджон, заявив: «Я не могу поверить, что у нас нет выделенной вспомогательной группы», ушёл один.

«Смешно».

Данву позволил ему идти.

Ча Увон, не спрашивая разрешения, сел рядом с диваном и посмотрел на Данву.

- Вчера я был резковат и волновался, вдруг Данву расстроился и плакал, вот и пришёл проверить.

- Кто сказал, что я плакал?

Лицо Данву помрачнело.

Кто сказал, что он будет плакать из-за такого?

- Ну да. Данву никогда не плачет, что бы ни случилось. Ни слезинки, холодный, бесчувственный.

Ча Увон сказал, с трудом сдерживая смех.

«Я не должен спорить с этим семнадцатилетним идиотом».

Данву прикусил губу.

- Ага.

- Молодец, что не заплакал. Хороший мальчик, наш Данву.

«Как мне не спорить с этим парнем?»

Данву всерьёз задумался.

- Если ты не в плохом настроении, то есть кое-что, что я хочу спросить.

Ча Увон слегка наклонил голову, отчего свет упал на его красивое лицо. На мгновение Данву забыл своё раздражение и мельком взглянул на его чёткий профиль.

- Что?

- Почему ты взял их в команду?

- Чего.

Почему он спрашивает о тех, кого Данву выбрал в прошлом? Данву не понял вопроса.

Ча Увон добавил объяснение:

- Ты сам сказал это. Давай соберём гениев и создадим команду. Остановим <Конец>. Кан Улим быстро перестал посещать Центр, так что я не знал его уровня, но с Со Соджоном знаком давно, наши семьи общались.

- И?

Разве ты не знаешь, что Со Соджон выдающийся?

- Я не уверен, тот ли это «гений», которого ты искал. Со Соджон великолепен, но я не чувствую в нём чего-то особенного. Хотя я видел Улима во время обороны от Прорыва Подземелья, я не уверен. Оба выдающиеся. Я это понимаю. Но я не понимаю твои критерии.

Данву не мог уловить логику Ча Увона.

- Как ты думаешь, какие у меня критерии?

- Ты сам сказал, Данву-я. «Гений».

Ча Увон сказал, привалившись к Данву, сидевшему рядом.

Данву понял. Так вот что…

- Ты думал, что я собираю только таких, как ты?

Глаза Ча Увона расширились.

- А ты не так думал?

- Эй, ты правда считаешь, что мы будем бродить в поисках гениев, пока <Конец> не наступит и мир не исчезнет? Где мы возьмём ещё одного такого, как ты?

Ча Увон просто уставился на него, широко раскрыв глаза.

Данву почувствовал раздражение.

В Центре измеряли ранги для управления охотниками, установив S как высший, а C как стандарт, чтобы различать верхний и нижний эшелоны.

Данву считал, что эта система рангов была ужасно несовершенной. Случаи, когда охотники низкого ранга убивали топовых, происходили регулярно. Согласно системе, такого не должно было быть.

Проблема была в том, что система рангов создавалась во время войны.

На ранних стадиях кризиса Врат правительство вынуждено было отправлять пробуждённых на поле боя без исключения. Им нужны были критерии, по которым можно было определить, кого куда направлять.

Так и появилась система рангов охотников.

Пробуждённый ранга C ожидался «способным» сражаться внутри Врат C-ранга, но внутри Врат B-ранга его жизни угрожала опасность.

…По таким критериям и делились ранги охотников, и по сей день они оставались неизменными.

Все члены <Команды Ча Увона>, кроме Данву, были ранга S.

А в этом мире было лишь одно место, известное как подземелье ранга S — <Последнее Подземелье>, приводящее к <Концу>.

Все в <Команде Ча Увона>, кроме Данву, должны были «проявить себя» в <Последнем Подземелье>.

Но на деле все, кроме Данву, умерли.

Даже сейчас, будучи охотником ранга E, Данву занимал 1-е или 2-е место по вкладу в обороне от Прорывов Подземелий.

«Когда же эти ленивые ублюдки из правительства изменят стандарты?»

Ча Увон был гением не просто потому, что обладал выдающимися способностями и навыками.

Он вел людей к успешному покорению подземелий, командовал ими в критических ситуациях и, в конце концов, выводил их живыми.

Он обладал суждением, превосходящим его возраст. Ветераны, на десять лет старше, полагались на него внутри Врат. Потому что он был сильнейшим.

Во многих аспектах Ча Увон был таким. Его невозможно было поколебать, его разум оставался ясным, и он становился ориентиром для людей.

Поэтому, когда он стал «Мастером Священного Меча», никто не удивился.

Талант, превосходящий даже гениальность. Дар небес. Ча Увон был по-настоящему избранным.

Потому что он был Мастером Священного Меча.

Священный Меч не давал позволения недостойным.

В первую очередь, это был меч, которым обычный человек не мог владеть…

- И Кан Улим, и Со Соджон — гении. Кан Улим только что достиг характеристики Силы ранга A.

- Когда?

- Только что.

- О, так вот зачем он к тебе приходил полураздетый? Впечатляюще.

- Ага.

- Ты, значит, пугал парня с характеристикой Силы ранга A, чтобы он следил за собой?

- …

Человек с Силой ранга A выжил бы даже при обрушении здания. Этот ранг означал именно это. Не найдя, что сказать, Данву замолчал, а Ча Увон оперся подбородком на ладонь.

- Но почему Улим отчитывался перед тобой о своих характеристиках?

«…?»

Данву удивился вопросу. Он прищурился и ответил:

- Потому что я лидер команды.

«Ты ведь и в прошлом знал мои характеристики».

Выражение Ча Увона стало странным.

- В нашей команде был пункт, что мы должны сообщать свои характеристики лидеру? Почему я такого не помню?

- Такого пункта нет.

- …?

Ча Увон убрал руку от подбородка.

- Но ты же посмотрел характеристики Улима, да?

- Да.

- Он сам тебе их сообщил?

- Я сказал ему поднять уровень и отчитаться о характеристиках.

- …?

Ча Увон выглядел озадаченным.

- Понятно. Значит, Данву попросил Улима… А почему ты не спросил о моих характеристиках?

«…?»

Данву не понимал, зачем ему спрашивать о характеристиках Ча Увона.

- Ты ведь сам с этим разберёшься.

Ча Увон наклонил голову.

- Ты беспокоится только об Улиме?

Данву не мог понять, куда ведёт этот разговор.

- Как я могу беспокоиться о таком здоровяке?

- Вот и я думаю, что Улим надёжен. Но кажется, ты хочешь заботиться о нём. Мне интересно, почему тебя тянет к тем, кто прилагает много усилий.

Данву нахмурился.

- Причём тут это? Хочешь, чтобы я и тебя спрашивал? Тогда не забудь перед уходом сдать отчёт. Высота, вес, характеристики, навыки, размер обуви — всё в нём укажи.

- Хаха!

После того как он подразнил Данву, Ча Увон наконец поднялся. Затем легонько растрепал его волосы.

- Данву-я, у тебя волосы взъерошены.

Поддразнив напоследок, он вышел.

- …

Погода была хорошей, а Данву пребывал в замешательстве.

«Нужно умыться и прийти в себя».

Данву направился в ванную, включил воду и немного поплакал. Раньше он делил одну кровать с Ча Увоном, а теперь спал в одиночестве, и это было странно. Ча Увон и раньше часто растрёпывал Данву волосы.

В любом случае, погода была ясной. Хотя, к предстоящему походу в подземелье это не имело никакого отношения.

Они всё равно не могли знать, какая погода будет внутри врат.

Трое участников новой <Команды Ча Увона> сели в арендованный Данву на долгий срок фургон и направились к месту сбора.

* * *

Всю дорогу светило яркое солнце, и Кан Улим, который был напряжён с самого утра, постепенно расслабился.

Как новая команда, они планировали прибыть на место на 30 минут раньше назначенного времени, чтобы всё подготовить. Они не хотели производить плохое впечатление, опоздав на 30 минут. Везде важна дисциплина.

Больше всего Данву не хотел произвести плохое впечатление на своего Мастера.

«Хотя я, наверное, уже испортил первое впечатление, когда впервые забрал Ча Увона в команду».

Вряд ли он держит на меня такую сильную обиду…

Не будучи в этом уверен, Данву осмотрел площадь.

Его Мастер был эмоциональным человеком.

«Они уже здесь».

Несмотря на то, что до времени сбора оставалось ещё 30 минут, большая часть участников Чхонён уже прибыла. Повсюду кипела работа.

Трое врат, в которые им предстояло войти, появились посреди горного массива, и Чхонён организовал всё так, чтобы охотникам было удобно добираться до места. Они проложили дорогу, по которой можно было доехать на транспорте, а вокруг врат расчистили территорию, срубили деревья и укрепили грунт, сделав площадку пригодной даже для посадки вертолёта.

Дудудуду……

И тут раздался гул вертолётных лопастей. Данву поднял голову.

На фоне заходящего солнца спускался новый чёрный вертолёт, поднимая во все стороны плотную пыльную завесу.

«….»

Из него, болтаясь, свисала ненужная верёвочная лестница. Очевидно, просто для эффекта.

- Ого… Почему тут уже столько людей? Здравствуйте! Приятно познакомиться!

Со Соджон выпрыгнул из вертолёта, кланяясь в 90 градусов во все стороны.

Кан Улим, который уже отряхивал с себя слой пыли с выражением отвращения, пробормотал:

- Это же безумие? Если он собирался приехать на этом, так мог бы появиться на час раньше!

«Вот именно».

Данву предложил:

- Может, поговоришь с ним?

В прошлом Сео Соджон никогда не слушал Данву. Они не ладили друг с другом.

- Ой, нет уж, не хочу с ним разговаривать или вообще связываться! Скажи Ча Увону, пусть он сам разбирается. Это он говорил нам не ссориться, а теперь что заявляет?

- Не Ча Увон, а «Лидер». Он лидер команды. Выражайся корректно и обращайся к нему соответственно.

Они ведь стояли прямо перед Чхонёном.

Кан Улим недовольно заворчал, услышав замечание Данву.

- То есть мне запрещено что-то говорить Со Соджону, а теперь ты мне указываешь?

Данву подумал: «Как Ча Увон справлялся с этими детьми?»

Ему уже стало лень.

«Кстати, а где Ча Увон?»

Оглядываясь в поисках, он внезапно услышал громкий голос. Голос, который он слишком хорошо знал.

- Яяяяя! Посмотрите-ка, кто у нас тут? Мой ученик и племянник, который уже возглавляет рейтинги новичков и привлёк внимание всего мира, Охотник Ча Увон!

«…»

Данву резко повернулся в ту сторону, будто его притянул магнит.

Гильдмастер Чхонён, Рю Сихван, который в прошлом был Мастером как для Ча Увона, так и для Данву, сейчас обнимал Ча Увона.

- Мастер.

Но эти слова не исходили от Данву. Это был Ча Увон. Сейчас «Мастер» принадлежал только Ча Увону.

Мастер, который дорожил своим единственным учеником, заговорил:

- Эй! Посмотрите на этого непослушного ученика. Я ему звоню и звоню, а он не хочет становиться стажёром гильдии. И после выпуска из Центра то же самое! Создал свою рейдовую команду и притворяется, что не видит старого Мастера? Ты бы и дальше пропускал задания, если бы я не отправил тебе сотню любовных вызовов?

- Вы не отправляли мне сотню вызовов.

- Ой, прости, моя ошибка. Я отправил десятки вызовов, но говорю сотню ради драматичности.

- Мастер…

Ча Увон натянуто улыбнулся.

Данву никогда не видел их вместе настолько непринуждённо. Первый раз, когда Ли Данву встретил Ча Увона, случился уже после смерти его «Мастера», то есть после того, как он присоединился к рейдовой команде Ча Увона.

— Где же этот новичок, который с таким талантом увёл у меня моего любимого ученика… Давайте-ка посмотрим на него.

Ча Увон взглянул в его сторону. Даже его «Мастер» тоже смотрел сюда. Однако взгляд Данву был затуманен. Их выражения расплывались, а вскоре и сами силуэты начали теряться.

— Почему он плачет? Я же ещё ни слова не сказал. Эй…

— Это Данву. Ли Данву. — Пояснил Ча Увон.

— Ах, Охотник Ли Данву… Я не хотел тебя напугать… Просто у меня такая манера речи, мне часто говорят, что я груб…

Слушая, как Мастер оправдывается, Данву внезапно рассмеялся.

— Ахаха…

— ……

«Он что, с ума сошёл?»

Мастер явно так подумал, но смех Данву не прекращался. Он задержал дыхание, всхлипнул, вытер слёзы и продолжил размышлять.

«Возьми себя в руки. Как он теперь будет на меня смотреть? Я полностью испортил первое впечатление. Наверное, он подумает, что тот, кто забрал его ученика, окончательно слетел с катушек. Ча Увон тоже, скорее всего, задаётся вопросом, в порядке ли этот чокнутый… Теперь уже не получится выглядеть хоть чуть менее странным…»

Вспоминая Ча Увона, Данву вспомнил самопровозглашённых фанатов, которые рыдали и цеплялись за его одежду.

— …Потому что я фанат.

— …Что? До такой степени, что ты заплакал? Нет, ты в порядке?

— Правда, я ваш большой фанат.

— Настолько?! Хочешь автограф?

— Нет, спасибо.

— …….

Дудудудуду…

В этот момент вертолёт, завершив свою работу, взмыл в небо, заставив тело Данву вздрогнуть. Ветер растрепал его волосы и одежду, и он хлопнул себя по щеке, чтобы прийти в себя.

Это было не заброшенное подземелье, где он тренировался с Мастером, и не кошмар, а открытая местность, где активные врата завихрялись, словно чёрная дыра.

Данву вытер слёзы и произнёс:

— Я искренне уважаю вас. Вы человек, которым я восхищаюсь больше всего в мире.

— Настолько? Тогда что насчёт автографа…

— Не стоит.

— Ты вообще мой фанат?!

«Как похоже…»

Рю Сихван, Гильдмастер Чхонён, был человеком, который был активен в одно время с бывшими героями. Он даже состоял в одной команде с Ча Мункён, но не смог войти в <Последнее подземелье> вместе с ними. Это произошло из-за полученных травм.

Те, кто любил оценивать людей, говорили, что его нельзя ставить в один ряд с прежними героями, потому что он не вошёл в <Последнее подземелье>. Разве он в конечном итоге не пытался предотвратить <Конец>?

Однако он был членом <Команды Ча Мункён> и сам по себе был выдающимся охотником. Он был человеком, достойным восхищения, и у него было много фанатов. Почему-то он любил раздавать автографы и общаться с окружающими.

Данву, будучи охотником ранга E, получил его автограф и стал его учеником.

Он был вторым учеником.

После того как он принял Данву в ученики, Рю Сихван умер год спустя.

Данву не хотел повторять ни единой строчки из прошлого.

С Ча Увоном всё было иначе.

«Мой Мастер действительно бы выжил, если бы не я».

Данву смотрел в землю невидящим взглядом.

Издалека раздался голос Мастера:

— Увон-а, твой напарник милый, но ведёт себя странно.

— Мастер, это просто очарование Данву. И, кстати, он, вероятно, слышит каждое ваше слово.

— Ясно! …Нет, что ты сказал?!

Ча Увон подошёл к Данву.

Данву подумал, что тот сейчас наверняка отпустит саркастичное замечание про слёзы, но вместо этого Ча Увон застегнул его ветровку до самого подбородка.

— Если бы я знал, что ты хочешь встретиться именно так, я бы представил вас друг другу.

Данву понял, к чему он клонит.

— Дело не в этом.

— Да? Если бы ты не мог сдержать восхищение, ты бы присоединился к Чхонён. Но, Данву, ты выбрал меня.

Ча Увон поправил ему воротник и улыбнулся.

— Хотя Мастер ещё активен, он слишком стар. Ему будет тяжело сиять в предстоящем <Последнем подземелье>. Он не тот, кто нужен Данву.

«Нужен?»

Странное слово.

Хотя Данву подумал: «Почему он говорит так о нашем Мастере?», он ответил:

— Возможно.

— Хаха. Я действительно не понимаю.

Ча Увон провёл рукой по щеке Данву.

— Плачешь вот так. На каком основании ты вообще оцениваешь людей?

— …?

Данву не понял, к чему он ведёт.

«Он сначала заговорил, потом начал критиковать Мастера. Думает, я пытаюсь его принизить?»

— Я искренне уважаю твоего Мастера.

Данву сказал это с полной серьёзностью, чтобы избежать недоразумений. Ча Увон кивнул.

— Да, похоже на то.

Затем он просто посмотрел на Данву.

— Ты тоже заплакал, когда увидел меня.

— ……

— Но, похоже, это было не из-за уважения. Данву, почему ты всё время плачешь?

Ча Увон был умным и проницательным. Данву захотелось ударить себя по щеке.

«Приди в себя».

Разумеется, Ча Увон не мог и представить, что Данву убил себя и вернулся в прошлое, но кто знает, что ещё он мог заметить?

Эти чувства он таил с прошлого.

«Прекрати».

Данву не хотел снова всё повторять. Однажды получить сочувствие от Ча Увона было более чем достаточно.

Ча Увон был тем, кто мог сделать слишком много, движимый сочувствием, а для таких людей, как Данву, это было ядом.

— Иди и подготовься. У нас нет времени. Позаботься о ребятах тоже.

Данву убрал руку Ча Увона. Тот выглядел озадаченным.

— Я?

— Ты же лидер команды, так что это твоя работа.

— А, точно. В этом же был смысл. Понял.

Ча Увон собрал новую <Команду Ча Увона> и проследил, чтобы все надели снаряжение и взяли оружие. Данву достал из инвентаря лёгкую броню и надел её под ветровку. Затем он прикрепил меч к поясу.

Вдалеке раздался голос, зовущий лидеров команд.

— Лидеры рейдовых отрядов, пожалуйста, соберитесь. Скоро начнётся стратегическое собрание.

Ча Увон вошёл в шатёр. Похоже, он на мгновение взглянул на Данву, но тот не встретился с ним глазами. Он рассеянно уставился в землю, погружённый в мысли о болоте.

Данву был как болото. Он впитывал в себя всё, а если это была доброта, то держался за неё и никогда не отпускал.

После смерти родителей Данву чаще всего встречал либо враждебность, либо равнодушие. Именно поэтому, живя у тёти, он сумел выжить.

Его Мастер был первым, кто подошёл к нему с добротой.

Когда Мастер умер, Данву был не в себе. Совсем не в себе. Если бы он не был безумен, то не пошёл бы искать Ча Увона.

Когда этот сумасшедший Ли Данву оказался в заключении, Ча Увон сказал:

[Данву-я, подумай. Ты слишком эмоционален.]

Данву заперли в гильдии, чтобы он не мог никуда уйти, и Ча Увон продолжал говорить.

[Если бы ты использовал мозги хотя бы наполовину так же, как когда злишься и плачешь, ты бы смог сбежать из этого здания.]

Возненавидев Ча Увона слишком сильно, Данву перестал плакать целыми днями. И начал думать — как и предлагал Ча Увон.

Как выбраться из проклятой комнаты Ча Увона и Гильдии Чхонён.

И эта способность думать стала силой Данву даже после смерти Ча Увона.

Как Данву зачистил <Последнее подземелье>?

Когда Ча Увон и члены команды погибли, остался только Данву…

Данву был безумцем в плане мышления, он придумывал и исполнял то, что другие даже представить себе не могли, вероятно, потому, что сам сошёл с ума.

Хотя он не участвовал в стратегическом собрании, он уже знал, что это подземелье будет зачищена.

Чтобы пройти <Последнее подземелье>, Данву перечитал все возможные отчёты о зачистке подземелий.

У него также был план, как быстро пройти это подземелье.

***

Ча Увон объяснил:

— Разведывательная группа вошла внутрь и подтвердила, что подземелье представляет собой пещеру земляного типа, а врагами, похоже, являются муравьи. Пещера слишком глубокая, поэтому босс-комнату обнаружить не удалось. Нам придётся исследовать её по ходу продвижения.

— Что? Разве здесь не важен фактор времени? Что, если подземелье обрушится, пока мы будем его проверять? — немедленно возразил Со Соджон, проявив свою проницательность.

Он сообразителен.

«Он хорошо заботится о себе».

Если в подземелье происходил прорыв, это превращалось в настоящий кошмар. Рейдовая команда буквально сметалась монстрами.

— Это действительно стало бы катастрофой, — кивнул Ча Увон.

— Ты хочешь сказать, что у нас нет плана? Что за чушь? Гильдмастер Чхонён здесь. О чём ты говоришь? Он что, умер?! Нет, нет, гильдмастер Чхонён всё ещё жив! Значит, проблема в нас!

— Это не значит, что плана нет; нам выдали защитные артефакты.

— Вау… Так мы правда идём туда, и разве это не будет катастрофой?

— Эй! Ты слишком шумный! Ты только сильнее всех нервируешь!

Со Соджон и Кан Улим снова начали было препираться, но Данву поднял руку.

— Мне есть что сказать.

— …

— …?

Ча Увон и Кан Улим переглянулись с выражением «Что с ним не так?», но Данву не забывал, что они находились перед Гильдией Чхонён. Он не хотел выглядеть подозрительно, когда его Мастер наблюдал.

«Хотя я, возможно, уже выгляжу как сумасшедший».

— …Ах, Данву-я. Говори, давай послушаем.

Ча Увон ответил с небольшой задержкой.

— В детстве вы ловили муравьёв?

— ……?

— Нет, я не ловил. Я ненавидел играть в земле. Кстати, нам нужно использовать формальности во время собраний? — спросил Со Соджон.

— Пожалуйста, сохраняйте тишину во время моего выступления.

Когда Данву посмотрел на него, Со Соджон тут же замолчал.

Он проигнорировал его возмущённое выражение лица, словно тот думал: «Ты же сам спросил…»

— Ладно, сейчас время Данву, так что давайте его выслушаем, — сказал Ча Увон, стараясь сдержать смех.

— Не обязательно ловить муравьёв, но чтобы выманить то, что заперто внутри, лучше всего использовать дым.

— Что именно ты имеешь в виду?

— Это может быть что угодно. Но в данном случае, я думаю, дым подойдёт лучше всего. Поскольку мы внутри врат, у них, скорее всего, нет пути к отступлению. Распыление ядовитого дыма, чтобы прогнать муравьёв, может заставить их выбежать наружу.

— У меня есть вопрос.

Со Соджон поднял руку, звуча немного более вежливо.

«Что с этим парнем?»

Данву позволил.

— Говори.

— Если дым будет настолько сильным, что сможет выгнать монстров-муравьёв, разве мы тоже не погибнем от него? Как защититься от такого дыма, прежде чем он убьёт нас?

«Хорошо сказано».

Данву достал из инвентаря книгу навыков.

Навык <Ядовитый отпугиватель насекомых>.

Он купил её дёшево на рынке.

Этот навык был создан для походов в подземелья, чтобы отпугивать насекомых, но его сила была слишком слабой, поэтому его считали «провальным» и выставили на продажу.

«Раз он работает только на муравьёв, наверное, он не мог даже отпугнуть комаров».

Навыки, по сути, всегда были немного иррациональными, не так ли?

Данву протянул книгу навыков Со Соджону.

— Хочешь выучить это?

— Что?

— Это навык, который ты должен выучить и использовать.

— Подожди, ты хочешь, чтобы Соджон выучил и сразу применил этот навык? Может возникнуть проблема с использованием.

Ча Увон вмешался.

«Если бы это было так, его бы уже называли гением», — подумал Данву и посмотрел на Со Соджона.

— У него нет такой проблемы. Я же не просто так назвал его гением.

— …!

Со Соджон опешил.

— Эм, я?

— Со Соджон. Если не уверен, скажи мне прямо сейчас. Сможешь использовать сразу после изучения или нет?

— Ну, да, смогу.

— Тогда отлично.

Данву достал из инвентаря артефакт.

— Это защитное снаряжение, которым мы воспользуемся. Если бы я знал, что Гильдия Чхонён раздаст артефакты, не стал бы тратить деньги на это. Выходит, зря потратился.

«Хотя я и знал, что они раздадут».

Разве не очевидно, что его Мастер пожертвует деньгами, лишь бы спасти людей?

Данву всего лишь подготовил несколько комплектов защитного снаряжения, чтобы использовать их для убеждения.

«Но это не значит, что мы не потратили много денег».

Охотники ранга E зарабатывали мало, так что Данву привык жить экономно.

— Убеждением Гильдмастера Чхонён займётся Лидер. Если бы не этот метод, они бы просто настаивали на том, чтобы танки прорвались прямо перед возможным прорывом подземелья. Но так будет и безопаснее, и быстрее.

— О…

— Но есть одна проблема, и тебе нужно убедить их в этом.

— В чём именно?

«Почему он опять улыбается?»

Данву не понравилась реакция Ча Увона, но он её проигнорировал.

— Муравьи не погибнут. Они начнут выползать, причём в огромном количестве.

— То есть нам придётся иметь дело с большим числом врагов ещё до входа в тоннель?

— Да, и очень большим.

— Понял. Попробую убедить их. Если сработает, это действительно хороший метод. Но, Данву-я, тебе, похоже, очень нравится химия.

«Хотя Кан Улим прямо здесь».

Данву злобно посмотрел на Ча Увона. Разве Улим всё ещё не знал, что именно они подожгли здание?

— О, собрание закончилось? — спросил Кан Улим.

«Когда он был лидером, всё было куда проще».

<Команде Ча Увона> не требовалось придумывать нестандартные стратегии. Они могли справиться с любым подземельем, даже следуя стандартным методам.

«Ча Увон, наверное, просто прорвался через этот данж за счёт своей силы».

Рисковать не было нужды.

Возможно, Ча Увон получил признание за то, что делал то, что не мог обычный охотник. Но Данву не хотел заставлять его напрягаться слишком сильно.

«Мы должны равномерно распределять нагрузку».

Члены рейдовой команды Чхонён, вероятно, хотели использовать свою силу, а не просто полагаться на защиту Ча Увона.

Ча Увон ушёл убеждать Гильдмастера Чхонён, а Со Соджон отправился тренировать навык. Когда они шли вместе, Кан Улим спросил Данву:

— Но… Это точно было собрание?

Кан Улим не знал, что собрания могут выглядеть вот так.

— Если это не собрание, то что?

Разве не собрание, когда Данву говорит, а остальные слушают?

«Мне правда кажется, что формальности совершенно не идут Данву».

Пока он об этом размышлял, Со Соджон кивнул в знак согласия.

— Это я виноват, что вообще спросил.

— Что ты этим хочешь сказать?

В любом случае, Кан Улим был рад, что ему не придётся углубляться в муравейник. Всё, что от него требовалось, — это остановить выбегающих монстров.

Для танков было легче и привычнее держать оборону в определённой точке, чем углубляться в вражеские ряды.

«Мама, папа, похоже, я всё-таки не умру».

Позади него Со Соджон открыл книгу навыков.

«Но он ведь назвал меня гением?»

Раньше Со Соджон никогда не слышал о Ли Данву. Человек, который даже не появлялся на собраниях перспективных охотников, обычно не представлял особого интереса.

Но ведь Ча Увон выбрал его в команду. Судя по тому, что он говорил, у него явно была светлая голова.

«И, похоже, он умеет разбираться в людях».

Честно говоря, разве сам Со Соджон не обладал выдающимся талантом? Просто его затмевал Ча Увон…

«Хм? Так выходит, что команда была набрана по рекомендации Ли Данву, а не по желанию Ча Увона?»

Подбираясь к истине, сам того не осознавая, Со Соджон освоил навык.

<Навык: Ядовитый отпугиватель насекомых (C)>

Владение: 70%

Как только он выучил его, уровень владения почти заполнился.

«У меня действительно талант».

Со Соджон самодовольно улыбнулся.

Он хорошо справлялся с освоением и применением навыков подобного рода.

Но как Ли Данву знал об этом, он понятия не имел…

***

После успешного убеждения Ча Увон вернулся, сопровождаемый главой гильдии Чхонён.

— Ладно! В любом случае, это опасно. Давайте попробуем. Думаешь, справишься? — спросил Мастер у Со Соджона.

— Да! Мне просто нужно непрерывно использовать навык, чтобы заполнить один проход. Я сделаю всё возможное! — уверенно ответил Со Соджон.

— У тебя есть предметы для восстановления маны? Может, мне одолжить тебе немного?

— Ах, все эти кольца — артефакты с восстановлением маны. Думаю, зелья маны нам не понадобятся, но, если предложите, я с радостью приму.

Со Соджон протянул обе руки, демонстрируя кольца на всех десяти пальцах, каждое из которых имело эффект восстановления маны.

«Деньги решают многое», — подумал Данву, но, так как это были не его деньги, он просто отвёл взгляд. В любом случае, сейчас это было полезно.

Данву поднял руку.

— В Чхонён есть маги ветра, верно? Они тоже могут нам понадобиться.

— Есть. А что? — спросил Мастер.

— Мы направим отравляющий газ внутрь. Так мы избежим случайного вдыхания и не потравим сами себя. Охотники поддержки смогут усилить Со Соджона и поддерживать использование навыка, пока муравейник не заполнится газом. Мы уничтожим всю мелкую нежить, а затем займёмся боссом.

Муравьиные монстры были быстрыми. Во время битвы с боссом было бы трудно справиться с их натиском, если бы они ринулись защищать своего предводителя.

— О… Это может сработать? Поскольку это ядовитый газ? Возможно, да? Я никогда не пробовал подобного. Современные молодые охотники всё же мыслят иначе, чем наше поколение, — Мастер обратился к заместителю главы гильдии Чхонён.

— Пожалуйста, не называйте их «молодыми» прямо перед ними. Когда вы так говорите, Глава гильдии кажется «старомодным». А я ведь ещё молод. По сравнению с Главой гильдии, я не так уж стар.

— Эй! Мне всего за сорок! Я бодр и полон сил!

Мастер явно расстроился и повернулся к Данву.

— Но даже с поддержкой, не будет ли сложно одному магу заполнить весь данж этим навыком?

«Что вообще Ча Увон объяснил?»

Хотя его убеждение подействовало, Данву чувствовал, что план был понят неправильно.

— Со Соджону не нужно прилагать столько усилий. В конце концов, это муравейник. Проходы не все соединены, так что мы будем блокировать их по одному и проводить зачистку.

— Ах… Так вот в чём суть? Это может сработать, — удивлённо сказал Мастер.

«О чём же он тогда думал, когда соглашался на план?»

Данву был озадачен.

Будучи Мастером Ча Увона, скорее всего, он просто согласился с «Ладно, делайте», потому что это была идея его ученика…

Мастер похвалил его.

— Эй, твой товарищ по команде довольно умён.

— Он ещё и хорошо подготовлен. Разве он не очарователен? — отозвался Ча Увон.

— …?

— Тогда действуем так? Блокируем один проход, пока Соджон использует навык, маги ветра помогают, охотники поддержки усиливают эффект навыка. Мы выстраиваем защитную линию, чтобы прикрывать магов и отбивать натиск монстров.

— Ах, звучит неплохо. Так я быстро разберусь, кого защищать и как. Ладно, попробуем.

— Глава гильдии опять предвзято относится…

— Оставь это, это его хобби.

Хотя некоторые члены гильдии Чхонён и ворчали, вопрос был быстро улажен.

Ча Увон вернулся с улыбкой.

— Соджон, ты освоил навык?

— Да. Владение навыком 70%! — гордо заявил Со Соджон, покачивая посохом размером с себя.

— О, впечатляет. Значит, серьёзных проблем не будет. Данву оказался прав.

Ча Увон похлопал Данву по плечу.

«Данву оказался прав».

Это было странно слышать снова.

Ну что ж…

Операция началась.

Стратегическая группа пересекла врата и погрузилась в тёмные глубины пещеры. Уже с самого начала перед ними открылись три прохода.

— <Обнаружение>!

Охотники с навыками обнаружения пошли вперёд, анализируя потоки маны. Это был важный навык для тактики зачистки.

«На самом деле, навык обнаружения лишь отслеживает потоки маны, а не ведёт прямиком к боссу».

Монстры содержали ману, а поскольку они охраняли ключевые точки, охотник с навыком обнаружения был незаменимым членом команды.

В прошлом, в <Команде Ча Увона>, Со Соджон тоже имел навык обнаружения.

Кроме него, мана-реакции могли выявлять ещё двое.

«Ча Увон».

Его способность обнаружения отличалась от обычных навыков. Его глаза видели потоки маны, недоступные другим.

И сам Данву…

«Чувствителен к мане».

Его тело само по себе воспринимало ману без помощи навыка, что позволяло ему улавливать её колебания. Однако из-за чрезмерного употребления усилителей маны, позже даже малейшее движение маны причиняло ему сильную боль.

Но даже так он не мог сравниться с Ча Увоном.

«Примерно 300 метров».

Если мана находилась в этом диапазоне, он мог её обнаружить.

Правда, в нынешнем теле, ещё не привыкшем к мане, его чувствительность была не настолько высокой.

Как бы там ни было…

Ча Увон смотрел в определённое место. Охотники с навыками обнаружения также указывали на этот проход.

Глава гильдии махнул рукой.

— Вперёд!

Группа двинулась в стандартном построении: танки впереди и позади, дальнобойные атакующие и поддержка — в центре.

На пути им попались несколько муравьёв.

Фронтовые бойцы быстро разобрались с ними…

— Кииик…

Даже не успев закричать, муравьи были растоптаны рейдовой командой.

Они заблокировали узкий проход.

Тогда Со Соджон активировал навык.

Его мантия взметнулась, и в темноте пещеры засветился магический круг. В пустом пространстве начала формироваться магическая печать, по контуру которой двигались сложные узоры.

Из магической печати разлился <Ядовитый отпугиватель насекомых>, быстро заполняя проход.

— <Ветер>!

Маги ветра поддержали навык.

Ядовитый дым подгонялся потоком воздуха и затягивался в глубины туннеля.

— Наденьте защитные артефакты.

Глава гильдии скомандовал на случай непредвиденных обстоятельств, но всё прошло гладко.

Спустя мгновение из глубины туннеля раздался пронзительный крик монстров.

— Кииииииииииииии!

— Они идут!

Началось с дрожи.

Лёгкие насекомоподобные монстры не могли создать такой массивный вес, но ощущение было именно таким — будто земля дрожала под их ногами.

Что-то приближалось.

Одновременно с этим поднялась пыльная дымка, песок начал оседать, а почва под ногами слегка вибрировала.

Из-под земли вырвались гигантские муравьи с тёмными, гладкими головами, хлынувшие наружу плотным роем.

Внутрь было запущено средство против муравьёв, и теперь они в панике покидали свои тоннели.

— Кииииик!

Танки на передовой подняли щиты.

Среди хаоса Данву заметил Кан Улима. Он прижимался к своему щиту и с лёгкостью отбивал натиск муравьёв.

— Раз, два…!

Глухой удар.

Отброшенные муравьи на мгновение застыли, а по ним тут же обрушился град заклинаний и стрел от дальнобойных бойцов.

— Дилеры!

Данву и Ча Увон рванули вперёд. Они добили оставшихся муравьёв и вернулись в строй.

Со Соджон, погружённый в использование навыка, рассеянно смотрел в пустоту, его волосы слегка развевались. Вокруг него и магов исходило мягкое свечение, освещая пространство пещеры.

Пока он продолжал шептать заклинание, в воздухе вспыхивали и исчезали десятки магических символов, поддерживая распространение ядовитого газа внутрь тоннеля.

— Они снова идут!

— Раз, два…!

Глухой удар.

Кан Улим взорвал очередную волну муравьёв своим щитом и удивлённо посмотрел на них.

«Почему они такие слабые?»

Он явно был озадачен.

«Ты правда ожидал, что тебя сомнут эти монстры, имея стат Силы ранга А…?»

Было ли это отсутствие здравого смысла связано с тем, что он бросил обучение? Данву начинал сомневаться. Уровень осознания Кан Улима был даже ниже среднего.

Охотники с характеристиками выше ранга C считались «обладателями высших способностей». Достичь характеристик ранга А могли лишь лучшие из лучших, и Кан Улим явно не осознавал свой потенциал.

Но не только он. Среди охотников Чхонён не было тех, кто бы испытывал трудности против выбегающего из тоннеля роя муравьёв.

Минимальное требование для вступления в гильдию Чхонён — охотник не ниже ранга C. Для рейдовой команды это требование повышалось до ранга B или выше, а такие охотники ценились в сообществе больше всего.

«В любом случае, он ведь не хочет идти в гильдию Чхонён?»

Данву вдруг напрягся и бросил взгляд на Со Соджона. Остальные не вызывали опасений, но с этим парнем следовало быть осторожнее.

Он был тем, кого легко привлекали слава и выдающиеся возможности.

Данву был уверен, что сможет быстро доказать свою ценность, но с этим парнем всё было иначе.

Тем временем охотники с навыками обнаружения заговорили.

— Внутри больше нет откликов. Путь чист!

— Переходим к следующему маршруту.

— Вау, мы так быстро справляемся…

— Это вообще нормально? Мы даже не заходим внутрь, и всё уже закончено?

Охотники недоверчиво переглядывались, двигаясь к следующему тоннелю. Повторив процесс несколько раз, они добрались до места, которое, по всей вероятности, было залом босса.

В этот момент заместитель главы гильдии Чхонён шепнул своему начальнику:

— Кажется, он вам понравился. Постарайтесь завоевать его расположение.

— Верно, глава. Проявите к нему немного внимания.

— Пока его не забрали другие, нужно оставить на нём печать нашей гильдии…

Данву, разворачивающий конфету, рассеянно слушал их разговор. Содержание не особо доходило до него — казалось, что это не имело к нему никакого отношения. Но что-то его смущало.

«Сколько раз это уже было?»

Он вспомнил, что засунул в рот уже четыре усилителя маны, но то ли это был пятый, то ли шестой, он не знал. Если шестой — то это серьёзная нагрузка на тело.

«Смогу ли я выдержать?»

Но даже если выдержит, он не сможет ничего сделать с боссом.

Его проклятое тело, казалось, даже не пыталось больше самостоятельно вырабатывать ману. Словно пересохший колодец, из которого он тщетно пытался вычерпать воду пустым ведром.

В этот момент его Мастер подошёл, прочищая горло. Данву, растерявшись, сунул конфету в рот.

— Хм-хм. Не ожидал, что твой план сработает так хорошо. Ты обычно так мыслишь? Или эта идея пришла тебе только во время рейда?

— Почему вас это интересует?

Вместе с маной, текущей по венам, у него скрутило внутренности. Данву попытался скрыть боль, но его лицо непроизвольно исказилось.

Мастер посмотрел на него с выражением, будто думал: «У этого парня и правда странный характер».

— Ну, любопытство — это нормально. Если бы я спросил Ли Данву: «Хорошая сегодня погода?» — ты бы тоже ответил: «А почему вас интересует, хорошая ли погода?»

— Просто говорите как обычно. Вы ведь отдаёте приказы рейдовой команде неформально.

— О, ладно. Но ты всё равно уходишь от ответа. Не игнорируй вопрос.

Он был действительно лёгким в общении человеком. Именно поэтому, наверное, смог терпеть и обучать того сумасшедшего Данву целый год.

— Если бы вы спросили так, мне пришлось бы ответить, что это сложный вопрос.

К этому моменту боль стала терпимой. То ли из-за привычки, то ли из-за присутствия Мастера, Данву не мог сказать. Но он наслаждался этим разговором.

Было приятно снова вести такие лёгкие беседы с Мастером.

— Ах, это был дружеский вопрос! Просто как приветствие!

— Это вопрос обо мне. Мне не очень хочется раскрывать личную информацию гильдии Чхонён.

— Почему?

— Чхонён тоже растит рейдовые команды. Наша команда должна стать героической и остановить <Конец>. Странно раскрывать информацию конкурентам.

«Какая чушь».

Данву уже давно знал информацию об этом данже и обдумывал, как использовать его в свою пользу.

Как же он мог сказать что-то подобное?

Это звучало как вполне убедительное оправдание, но, странным образом, его Мастер подошёл ближе.

— Хм, насчёт этого… Я не уверен, что думать о том, что Охотник Данву входит в героическую команду. Но знаешь, я тоже фанат быстрых мечников. В последнее время не осталось бойцов, способных показать мне прелесть стремительных атак — все используют среднедистанционное оружие. В любом случае, их стиль боя прост и красив, они умны, а их речь чёткая. Настоящий талант.

— …

Охотника ранга E Ли Данву пытался завербовать сам Глава Гильдии Чхонён.

[Тренируйся усерднее. С твоими нынешними навыками ты даже в нижние ряды моей гильдии не попадёшь.]

Вспоминая, как Мастер говорил ему это во время тренировок в прошлом, Данву невольно усмехнулся. Насколько же жалким был его уровень тогда?

— Эй, ты же мой фанат, так что тебе должно быть приятно, что я тебя признаю.

— Конечно. Спасибо.

— …

— Мастер, не подходите к Данву, когда меня нет рядом. Что вы делаете?

Ча Увон вернулся после того, как извлёк манакристаллы из нескольких монстров.

— Эй, твой товарищ по команде — нечто. Этот парень невероятно страшный и пугающий.

— Это наш Данву. Если не хочешь услышать от него ещё более страшные слова, лучше прекрати.

— Какие ещё страшные слова?

Ча Увон на мгновение задумался.

— Думаю, лучше мне не говорить.

Данву сразу понял, о чём он.

«Речь о том, как я сказал, что прошлые герои уже постарели».

Данву напрягся.

— Эй, ничего не говори.

— Не волнуйся, Данву-я. Я защищу членов своей команды.

— Тебе правда не стоит ничего говорить!

Быть тем, кто «увёл» у Мастера его ученика, — это одно. Но быть ещё и тем, кто говорит о нём гадости за спиной, — совсем другое, не так ли?

Ча Увон выглядел обеспокоенным.

— Данву-я, но ведь теперь Мастеру будет ещё любопытнее.

— О чём вы двое шепчетесь? Что сказал Ли Данву? Охотник Ли Данву, что ты там про меня говорил? Ты меня ругал?

— Нет.

— Не ври! Но почему ты тогда не вступаешь в гильдию Чхонён? Ты же говорил, что мой фанат!

— Мне просто нравится фехтование.

Говоря это, Данву приложил палец к губам. Ча Увон рассмеялся при этом зрелище.

— Ты хочешь сказать, что тебе не нравится мой характер?! …Я понимаю. Чувство, когда хочешь стать героем и создать рейдовую команду со своими друзьями, мне знакомо. Но ты не хочешь учиться фехтованию у меня?

Мастер перевёл взгляд с Данву на Ча Увона, затем остановился. Его выражение лица стало каким-то… довольным. Это было странно и неприятно. Будто он смотрел на друга своего племянника.

— Да. Ты владеешь мечом хорошо.

— …

Данву довёл своё фехтование до совершенства благодаря Ча Увону, после того как освоил базу у Мастера.

Ча Увону ещё до двадцати лет сказали, что ему больше нечему учиться в искусстве меча. Поэтому то, что изучил Данву, ничем не отличалось.

«Не вижу смысла проходить одно и то же дважды».

Мастер явно был не в восторге.

— Но ты не хочешь вступить в гильдию Чхонён и стать моим учеником?

— У меня слишком много дел.

— Ты точно мой фанат?!

Как же по-детски.

«На самом деле, главная причина — я не хочу повторять прошлое».

Если они снова станут учеником и Мастером, а потом случится что-то плохое… что тогда? Конечно, в этот раз всё будет иначе. Но на всякий случай, а вдруг…

— Глава гильдии, отбросьте личные желания и сосредоточьтесь на заключении контракта о сотрудничестве.

— Верно. Даже если вы попытаетесь заманить Охотника Ли Данву, Охотник Ча Увон не поддастся на такую простую схему «один плюс один».

— Нет, Ли Данву — это совсем другое.

— Мы это тоже знаем. Так что давайте поскорее подписывать контракт.

Вновь из передних рядов донеслись приглушённые разговоры. На этот раз Данву точно понял, что говорят о нём.

«Хаха…»

Всё действительно было иначе, чем в прошлом.

В изначальной временной линии в двадцать лет Данву провалил экзамен на лицензию охотника, а когда съехал от тёти, по-дурацки страдал от одиночества, убеждённый, что он совсем один в этом мире.

«В конце концов, ты всё равно один, придурок».

Данву мысленно обратился к самому себе в прошлом и поднял голову. Перед ним был вход в огромную зону босса.

— Эй, мы действительно нашли босса за очень короткое время. — Сказал Мастер.

Танки открыли ворота.

Комната босса была тёмной, слегка влажной, а температура внутри была настолько высокой, что становилось жарко. Данву прищурился, глядя на едва заметные белые массы в глубине комнаты.

— …Это яйца?

Это были яйца муравьёв.

Ting!

[<Королева гигантских муравьёв>

Гигантские муравьи создают обширное подземное царство, питаясь корнями деревьев. Королева, обожающая своё потомство, не простит гнусные поступки незваных гостей.]

Бах-бах-бах!

Земля разломилась, и из-под неё вырвался муравей, значительно превосходящий всех предыдущих.

Его лапы были покрыты щетинистыми волосками. Почему у существ, живущих под землёй, есть крылья?

«Кто вообще писал этот отчёт о прохождении подземелья?»

В записи только и говорилось про «недостаток времени».

Но, в конце концов, экология монстров Данву не интересовала. Было кое-что поважнее.

«Нужно заблокировать этому ублюдку пути к отступлению».

Данву инстинктивно выкрикнул:

— Танки, держите аггро! Маги, укрепите землю!

— …!

Голос Данву был пропитан маной, из-за чего ни один охотник не мог проигнорировать его.

После полного уничтожения прошлого <Отряда Ча Увона> команда <Ли Данву>, созданная для <Последнего подземелья>, была настоящим хаосом.

Самым заметным аспектом было то, что, за исключением одного человека, у всех были разные мотивы. Они не уважали авторитет лидера, а Данву и не собирался добиваться уважения.

Однако, чтобы пройти <Последнее подземелье>, ему всё равно пришлось заставить этих ублюдков его слушать.

Так Данву понял, что заклинание, усиленное маной, ударяет по ушам охотников словно прямой удар.

Первым на его слова, помимо его воли, отреагировал Кан Улим.

«Танк должен взять аггро».

В ушах Кана Улима прозвучала только эта часть.

Он знал это из множества ситуаций. Лучшее, что можно сделать, — это следовать указаниям Данву и посмотреть, что из этого выйдет.

Кан Улим двинулся инстинктивно.

Гигантская королева муравьёв, появившаяся между первым и вторым рядами отряда, превосходила человека по размеру головы.

Муравей раскрыл пасть и испустил крик ярости.

— Киииииииииииииии!

Гнев королевы, потерявшей своих солдат и рабочих, был настолько велик, что слабые к резистам охотники застыли на месте.

Но это не подействовало на Кана Улима, который, по одним лишь характеристикам, был непобедим.

«Танк должен взять аггро!»

Кан Улим, держа щит, врезался в Королеву муравьёв, оглушая её своим телом.

Кваанг!

Движения Королевы гигантских муравьёв остановились. Дрожащие мандибулы и орган, издававший звуки, замерли, наступила тишина.

В этот момент другие танки тоже пришли в себя.

Как правило, у танков были высокие показатели ментальной и физической защиты. Они, в первую очередь, прокачивали характеристики сопротивления.

— Раз, два…!

Тхуд!

Пока они удерживали внимание Королевы муравьёв, следующим очнулся Со Соджон.

«Танк должен взять аггро, а маги…»

Укрепить землю!

Над головой Со Соджона вспыхнул круг навыка.

В сложном узоре, переплетающемся внутри гигантского светящегося круга, появилась рука великана.

Тхуд!

Полупрозрачная рука ударила по земле. Из-за вибраций охотники слегка покачнулись.

— Кто это сделал?!

— Ты с ума сошёл?!

«А как ещё я должен был укрепить землю без земляного навыка?!»

Со Соджон попытался оправдаться.

Если подумать, его действия действительно выглядели сумасшедшими, но он был мастером самооправдания.

— Такое могло случиться! Никто ведь не пострадал!

—Перекройте путь!

Маги тоже поняли смысл приказа Данву. Маги гильдии Чхонён были выдающимися. Они не только обладали внушительным набором навыков и огромной силой, но и хорошей сообразительностью.

Они выкопали землю, блокируя путь к отступлению для Королевы гигантских муравьёв.

Стремясь сбежать, королева попыталась зарыться под землю, но, наткнувшись на твёрдую почву, осознала, что ей не удастся уйти вниз.

Однако гигантские муравьи были насекомыми с крыльями.

В тот момент, когда Королева муравьёв пыталась взлететь к сводчатому потолку, Данву скомандовал:

— Замедлите её, поддержка!

Охотники поддержки выполнили приказ, не задавая вопросов. Только после дебаффа они осознали, что голос принадлежал не их лидеру, но что уж тут поделаешь, если навык уже активирован?

Королева муравьёв взмыла в воздух, как ослабленная муха.

Сбитая с толку собственными движениями, она попыталась приземлиться в месте, которое казалось ей безопасным. По краям сводчатого потолка были отверстия.

Как только Данву предугадал, куда она направится, он оттолкнулся от земли и прыгнул.

Собранная в его ногах мана подбросила Данву вверх. В мгновение ока его тело взмыло на несколько десятков метров.

Данву приземлился на спину Королевы муравьёв и пронзил её тонкие крылья мечом.

Стук, стук, стук, стук!

За долю секунды он нанёс десятки ударов.

Королева муравьёв, в одно мгновение проткнутая в одном и том же месте, даже не успела закричать, как лишилась одного крыла.

— Дилер!

Раздался голос Мастера.

Но инструкции уже были не нужны. Ча Увон, следовавший за Данву, одним движением отсёк падающий подбородок монстра.

«Что, такое можно было разрубить?»

Данву был ошеломлён. Грозно размахивающая мандибула Королевы муравьёв, одна из её самых опасных атак, была устранена.

— Киииииииииек!

Королева муравьёв испустила жалобный визг. Но на этот раз это был не угрожающий рёв, а отчаянный крик боли.

И это почувствовали все охотники. Сопротивление было не нужно. Команда поддержки одновременно подняла свои посохи.

— <Замедление>!

Дилеры, пошатываясь, набросились на Королеву муравьёв, которая пыталась лететь на одном крыле, и вонзили в неё своё оружие. Мечи, копья, топоры — все возможные виды вооружения использовались в этом рейде на босса.

Королева муравьёв рухнула на землю безжизненной.

Глухой удар!

— Мы её завалили!

— Это безумие, мы только что установили новый рекорд рейда…!

Пока охотники ликовали, рука Ча Увона на мгновение обвилась вокруг Данву.

— Разве ты не говорил, что мы должны вести себя осторожно и не лезть вперёд?

— Это было для тех, кто недостаточно хорош…

Данву произнёс, пытаясь сдержать тяжёлое дыхание.

«Как мне сделать что-то подобное тебе?»

В прошлом Данву тренировался с Ча Увоном тысячи раз. Однако повторить его движения меча было невозможно, и развить аналогичный навык ему так и не удалось.

«Даже если бы я его развил, я вряд ли смог бы освоить его из-за своего ограниченного слота навыков».

Ёмкость навыков Данву была крошечной, как крысиный хвост, и он превышал её всего парой выученных умений.

Он выучил кучу бесполезных навыков, и у него всё равно оставались свободные слоты. Он был совсем не таким, как гении, которым в будущем дадут пафосные прозвища вроде «Полного расцвета Соджона».

Но в дурном смысле.

Данву бесстыдно заявил:

— Раз ты так хорошо помнишь мои слова, то зачем сам подаёшь дурной пример и ввязываешься в драку?

— Наш Данву такой красноречивый. Если ты, как лидер команды, нарушаешь командные правила, разве члены команды не должны следовать твоему примеру?

Ча Увон был ошеломлён.

— Учитывая, насколько впечатляюще я сражался, тебе стоило показать свои навыки тоже. А ты только говоришь о каких-то неважных вещах.

— Данву-я, мне реально нечего сказать.

Ча Увон засмеялся. Данву стиснул зубы, боясь, что сам начнёт смеяться.

В прошлом Данву не мог победить Ча Увона ни в словах, ни в действиях, но хотя бы здесь они оба выиграли.

Этот инцидент произошёл из-за того, что Ча Увон уважал авторитет лидера команды, будучи вдумчивым и социально чутким человеком.

«Такого понятия раньше в <Команде Ли Данву> не существовало…»

В прошлом даже само название <Команда Ли Данву> не соответствовало реальности.

Когда Данву вспоминал, что первым назвал его «лидером» брат Ча Увона, внутри возникало странное чувство…

Мастер спросил:

— Но почему окно завершения не появилось?

— Думаю, нам нужно найти ядро подземелья.

— Прорыв подземелья уже на носу, а босс всё ещё не поглотил ядро? Что за ситуация? Похоже, нам придётся немного потрудиться…

Ядро подземелья поддерживало его существование и было той вещью, которую рейд-группа должна была уничтожить за вратами.

Обычно босс подземелья либо охранял ядро, либо уже проглотил его, так что после победы над боссом подземелье автоматически очищалось.

Но этот случай, похоже, был иным.

Мастер почесал затылок, и внезапно над ним нависла тень.

— …Хм. Похоже, босс был не единственным.

Он отскочил назад.

Грохот…!

Новый муравей с яростно хлопающими крыльями спикировал сверху. Этот тоже был наполнен не меньшей яростью, чем Королева муравьёв.

Дзынь!

<Принцесса гигантских муравьёв>

Принцессы, соревнующиеся за право стать следующей Королевой, наследуют любовь своей матери. Они испытывают глубокую ненависть к захватчикам, убившим их королеву.

— Вот оно! В королевстве всегда должен быть наследник!

Мастер воскликнул.

Это должно было разрядить обстановку, но, похоже, все только больше напряглись!

Данву сдержался, чтобы не достать ещё одну конфету.

«Да, мне действительно показалось, что всё слишком просто».

Разве было чем-то особенным для Ча Увона блистать? Подземелье было таким, которое гильдия Чхонён могла пройти без особых проблем.

После победы над боссом и спада напряжения Ча Увон должен был засиять, когда началась вторая фаза!

— Мы уже один раз спланировали! Не паникуйте!

— Но, Глава гильдии, похоже, на этот раз они не прячутся под землёй.

— Ох, ты прав.

Мастер, выглядевший наиболее растерянным, сказал:

— Давайте снова используем <Замедление>!

— Но мы ещё не пополнили ману?! — Крикнул кто-то.

— Ах, тогда попробуем продержаться подольше! Дилеры, ближе к цели! Отталкивайте их, чтобы маги не привлекли аггро!

Мастер, отдав команду, ринулся в бой. Движения, которым Ча Увон научился у него, проявились в каждом взмахе его меча.

Свист!

Звук столкновения хвоста муравья и меча разнёсся по пещере.

«Челюсть и хвост — оружие».

«Слабое место — крылья».

В отличие от Королевы муравьёв, энергичные наследницы, преисполненные силой настолько, что им не требовалось отдыхать под землёй, парили в воздухе, словно могли летать вечно.

А с летающими насекомыми был всего один способ справиться.

«Ингибитор».

— Со Соджон, у тебя осталась мана?

— А? Да!

— Все, снова активируйте защитные артефакты.

Данву скомандовал.

В тот момент, когда над головами охотников появились защитные эффекты, похожие на пену, он отдал приказ Со Соджону:

— Применяй навык!

Со Соджон даже не думал о том, чтобы экономить ману.

«Не буду задумываться о последствиях».

Над монстром появился гигантский магический круг, какого он никогда раньше не видел, и выплеснул яд.

Шшшшшш…!

— <Усиление>!

Охотники поддержки усилили навык. Магический круг тускло засветился, а ядовитый дым стал ещё гуще.

Раздались звуки, как охотники пили зелья маны, а затем все вместе использовали бафф.

— <Усиление>!

Движения монстра на мгновение словно замерли, будто его оглушило.

Не теряя ни секунды, дилеры бросились в атаку.

Наступив на плечо танка, Данву, прыгнув вперёд, пронзил челюсть монстра.

Тук тук тук!

Не было времени просчитывать точное уязвимое место. Он задержал дыхание, сознание прояснилось.

Тело Данву не могло нормально восстанавливать ману с помощью зелий маны. Всё из-за ограниченной вместимости его маны. То, что его резервуар называли F-ранга, значило ровно это.

Всё, что он мог сделать, — это заставлять крошечный источник маны работать, используя нелегальные усилители маны. Как и следовало из названия, эти усилители были запрещены, поскольку наносили организму пользователя необратимый ущерб.

«Ну, не то чтобы я хочу долго жить».

Стиснув зубы, Данву выдернул меч из челюсти монстра.

Жидкости тела монстра брызнули во все стороны, кусок его твёрдой челюсти отлетел. Ча Увон снизу отсёк хвост монстра, и тот зашатался от удара.

Его ослабевшее тело, истощённое от нехватки маны, вскрикнуло от боли.

В конце концов, Данву приземлился на землю.

Его сердце бешено колотилось, дыхание сбилось. Он увидел, как Ча Увон превратил свой любимый меч <Юкьё> в гигантский клинок и одним ударом отсёк монстру шею.

Грохот!

Бух… бух… бух…!

Тело монстра упало. Разрубленный торс покатился по земле, рассыпаясь на части. Его голова оказалась у ног Данву.

— Ха…

Все смотрели на Ча Увона с открытыми ртами. Увидев радостное выражение лица своего Мастера, Данву опустил голову и усмехнулся.

Эта сцена была ему знакома.

В прошлом, когда он сдерживался в команде, задыхающийся под грузом исключительных товарищей, он не показывал своих чувств. Но теперь он осознал, что тогда испытывал гордость.

Он гордился Ча Увоном.

Хотя он клялся однажды превзойти Ча Увона, победить этого ублюдка, заставить его замолчать навсегда… он чувствовал именно это.

И в этот момент кто-то сказал:

— Всё кончено!

Ли Данву, охотник с шестилетним стажем, машинально подумал:

«Заткнись».

В мире охотников существовало несколько негласных суеверий, и одно из них гласило: никогда не говори что-то вроде «Он точно мёртв?» при виде павшего монстра.

Точно так же не стоило говорить «Он не сможет выбраться оттуда живым», глядя на босса, сорвавшегося с обрыва.

Люди, которые произносили такие слова, часто «оживляли» монстров.

Ли Данву, шестилетний ветеран, не считал это суеверием. Ведь не случалось ли такого на самом деле?

В подземной зале, заполненной отголосками магических заклинаний, внезапно начали раздаваться странные звуки.

Тук…! Тук…!

Это было похоже на удары по тонкому панцирю…

Зловещие звуки эхом разносились по залу, и охотники начали нервно осматриваться.

— Что это? Что за звуки?

— Не неси чушь!

«Не может быть».

Данву посмотрел на яйца, сложенные в дальнем углу зала, словно декоративные колонны. Внутри этих слоновой кости яиц что-то тёмное шевельнулось.

И это было не одно и не два яйца.

Они были умны. Они стучали по панцирю, словно проверяя его, затем использовали свои клювы и тела, чтобы пробить скорлупу.

Мастер сглотнул.

— Сколько их?

— Думаю, это не так важно.

Ча Увон ответил спокойно. Его чёрный меч вернулся в тонкую форму и зловеще засверкал.

Данву знал, что если ударить трансформированным <Юкьё> плашмя, поверхность загорится.

— Что стоите? Тратьте всю ману и расплавьте этих тварей! Нам конец, если они вылупятся!

Маги второго ряда одновременно активировали свои магические круги. Разноцветные вспышки осветили зал, ослепляя глаза.

Но Данву был сосредоточен на яйцах.

Десятки яиц лопнули одновременно, и из них выскочили чёрные, острые головы муравьёв. Они мгновенно ринулись на охотников.

Дзынь!

<Элитные гигантские муравьи>

Элитные солдаты, которым предстояло стать воинами, скорбят о смерти правителя своего королевства и его наследницы. Их ярость не угаснет, пока они не сгорят дотла.

— Танки! Первый ряд, в оборону!

Танки подняли щиты и сжались, в то время как маги и дальнобойные дилеры обрушили на врагов град атак.

Данву тоже следил за происходящим.

Каждый раз, когда вспыхивал навык, когда танки выдерживали удары и сражались, земля немного дрожала.

И даже это причиняло Данву боль.

«Я сейчас сдохну…»

Он почти не использовал ману, сражаясь с мелкими тварями, но бессмысленно растратил её при добивании босса. Всё это можно было оставить на Ча Увона и гильдию Чхонён.

«Может, мне не стоило выпендриваться перед командой…»

Но участники <Команды Ча Увона> не стали бы следовать за лидером, если бы он не показывал свои возможности… Особенно Со Соджон.

Пока Данву корил себя, пыль осела, обнажая трупы элитных муравьёв.

А за ними — ещё больше вылупляющихся яиц и новая волна гигантских элитных муравьёв…

— Со Соджон.

— Нет. Если мы попробуем убить их, то сами задохнёмся!

Он даже выглядел отвращённым от одной этой мысли.

«Их слишком много, чтобы отравить всех».

— Не об этом. Насколько ты прокачал древо навыков <Пламени дракона>?

При достаточном уровне владения <Пламенем дракона> ситуацию можно было бы решить, просто поджёг всю основу.

Фирменный навык Со Соджона <Пламя дракона (S)> был именно таким.

Возможно, все эти бесчисленные яйца и были их местом выведения?

Сейчас маги были перегружены и сражались с волной монстров, их нельзя было отвлекать. Нужно было прорваться и уничтожить основу одним мощным навыком.

Разве не для этого и существуют элитные атакующие группы?

«Стоит ли мне это говорить?»

Со Соджон колебался — раскрывать навыки и характеристики охотнику можно только при большом доверии. Но, поколебавшись, он всё же прошептал:

— Это ответвление от <Пламени дракона>, ведущее к <Танцу дракона>…

— Не тяни. Какой у тебя процент владения фирменным навыком?

— Двадцать…?

— …

«Этот ленивый ублюдок даже не прокачал свой фирменный навык. Чем он вообще занимался всё это время?»

Когда Данву посмотрел на него с презрением, Со Соджон быстро объяснил:

— Ах… Вообще-то тринадцать. Я даже не знаю, почему он не повышается…

— Если не тренироваться, сам он не увеличится.

Данву сообщил ему очевидный факт, который даже ребёнок бы знал, и уже собирался отправить в рот очередной усилитель маны.

«Выбора нет».

Кто-то должен был атаковать яйца напрямую.

В этот момент размытая фигура мелькнула перед его глазами. Скорость была настолько высокой, что Данву осознал, кто это, только когда всё уже произошло.

Это был Ча Увон, превративший <Юкьё> в гигантский меч.

Держа меч, больше себя самого, Ча Увон двигался быстрее, чем маги. Каждый раз, когда он использовал <Мигание>, Данву поражался тому, как его тело мгновенно появлялось и исчезало.

Используя <Мигание>, Ча Увон размахнул мечом.

Хруст…!

Раздался звук лопающихся яиц.

Меч Ча Увона снова изменил форму. Огненно-красный <Юкьё> словно горел, уничтожая не успевших вылупиться муравьёв. В воздухе кружилось багровое пламя, и с каждым ударом летели головы монстров, сопровождаемые предсмертными воплями.

Элитные муравьи, которые ещё не до конца вылупились, были разорваны, не успев понять, что с ними происходит.

Но радиус поражения был слишком велик. Муравьи, вырвавшиеся из разбитых яиц, устремились к самой большой угрозе.

— Не используйте магию! Не используйте её! Танки, стройтесь вперёд!

Мастер быстро оценил ситуацию. Если обрушить магический залп на толпу монстров, которая набросилась на Ча Увона, он погибнет.

Его урон не сравнится с дальнобойными бойцами, но сейчас требовалось не это, а рассеивание агро!

«Ча Увон, этот ублюдок».

Данву затолкал в рот несколько усилителей маны и вместе с танками рванул вперёд.

Где-то вдалеке раздался приглушённый звук, словно эхом отдающийся в его оглушённых ушах. Его физическое состояние уже зашло слишком далеко, даже звук словно звенел в онемевших барабанных перепонках.

Кан Улим оказался рядом с Данву и уставился на него.

— Эй! Ты что, есть у тебя вообще навыки танка?

— Нет.

— Ты с ума сошёл?!

Это именно то, что Данву хотел сказать Ча Увону!

У него нет навыков танка, характеристики недостаточно развиты, даже Святого Меча нет, а он лезет прямо в гущу врагов?!

Если это не безумие, то что?

— Раз… два…!

Бах!

Танки обрушили удары на муравьёв, облепивших Ча Увона, со всех сторон.

— Кииеееек…!

Часть муравьёв отлетела, и лицо Ча Увона наконец показалось. Данву так сильно прикусил губу, что не заметил, как из неё потекла кровь.

«Нужно выбивать суставы».

Лучше лишить их подвижности, чем убивать.

Стиснув меч, Данву атаковал суставы лап муравьёв, цеплявшихся за Ча Увона.

В одно мгновение были нанесены десятки ударов.

Тук, тук, тук, тук, тук!

Глухой удар…!

Муравьи отлетели от Ча Увона. Данву заметил, что их мандибулы были аккуратно отсечены.

Будто их отрезали пламенем — от срезов исходил слабый, поджаристый запах.

Данву был слишком дезориентирован, чтобы понять, что произошло. Ча Увон уже нейтрализовал самое опасное оружие Гигантских Муравьев.

Но разве это оправдывало его поступок?

Данву почти не чувствовал собственного тела. Ча Увон вытер лицо, забрызганное жидкостями муравьев, и сказал:

— Подожжём всё это.

— Что?

— Давай сделаем то, что тебе нравится, Данву-я. Ты же умеешь уворачиваться от маны?

Как Данву мог сказать «нет» после таких слов?

— Да.

Он сплюнул кровь. Во рту стоял горький привкус, рот наполнялся кровью. Ча Увон скомандовал:

— Всем отойти. Мастер, сможете использовать навык?

— А вы что там возитесь?

Хотя он спросил это, его рука уже поднималась, готовясь к заклинанию. В прошлом и сейчас вера Мастера в Ча Увона была абсолютной.

— Дальнобойные бойцы, готовьте оружие!

Тот, кто не доверял Ча Увону, был Данву.

Он моргнул. Зрение то темнело, то светлело — типичный симптом истощения маны. В качестве временного решения он схватил зелье маны и залил его в рот. Его резерв маны ненадолго восполнился, но из-за узкого магического сосуда большая часть энергии просто рассеялась в воздухе.

«Вот почему это пустая трата денег».

Данву сдержал вздох и приказал:

— Со Соджон, сожги все эти яйца.

— Ты же только что жаловался, что я не прокачал своё древо навыков!

— Выжми из своих жалких умений хоть что-то.

— А что, если они не загорятся?!

Со Соджон обеспокоенно спросил, активируя свой навык.

— Всё в порядке. Ты будешь не единственным, кто их поджигает.

Благодаря тому, что Ча Увон, рискуя жизнью, разнёс яйца муравьёв, в защите образовалась брешь. Монстров стало меньше, и дальнобойные бойцы, ранее сосредоточенные только на защите, получили передышку.

В воздухе возникли многочисленные магические круги, источая алый свет. С обжигающим жаром в цель полетели десятки, а может, и сотни огненных заклинаний.

Насколько бы не был развит этот разлом, насколько бы не было высоко его «созревание», могли ли яйца монстров выдержать такой шквал атак?

Это был сущий кошмар.

Данву чувствовал себя запертым в этом кошмаре, но заставил себя двигаться. Защитный артефакт накрыл его голову. Его мозг, привыкший к истощению маны и вялому телу, знал, как добиться максимальной эффективности при минимальных движениях.

Пух! Пух! Пух!

Избегая магических взрывов, обжигающих кожу, Данву пронзал и добивал муравьев, выползающих из горящих яиц.

Личинки, ещё не успевшие окрепнуть, с мягкими панцирями, легко падали под его клинком.

— Ого…

Он услышал звук и обернулся.

Ча Увон разом разрубил десятки муравьев своим мечом.

Когда горящие гнёзда разрушались, оттуда выползали сотни муравьев, их тела обугливались и дёргались в агонии.

Танкеры защищали магов и добивали муравьев, которых пропустили Ча Увон и Данву.

Но таких случаев было мало. Лишь один-два муравья, притворившись мёртвыми, пытались найти способ выжить.

Танкеры один за другим изумлённо наблюдали за двумя бойцами ближнего боя, сражавшимися прямо в эпицентре магического взрыва.

— Они сумасшедшие…

Кан Улим кивнул, услышав этот комментарий.

«Наша команда действительно впечатляет».

— По вкладу мы точно на первом месте, — с довольным видом заявил Со Соджон.

Больше муравьи не появлялись. Заклинания сожгли и испепелили всё, что должно было сгореть.

Место, где был выводок муравьев, теперь стало кладбищем их яиц.

Дзынь!

[Зачищено <Гнездо гигантских муравьев>.]

[Идет подсчет наград.]

Дзынь!

[Достигнуто невероятное достижение!

Вы зачистили подземелье, которое было исключительно опасным для ваших возможностей.]

[Награда за достижение: получен навык <Предел Превосходства (S)>.]

<Предел Превосходства (S)>

Твое тело сделает невозможное возможным, а твоя воля приведет тебя к новым высотам.

Он достиг еще одной цели, войдя в это подземелье, но Данву совсем не был рад.

Ядро подземелья прекратило свою работу, и его рост остановился. В центре появилась дверь выхода, излучающая яркий свет.

— Уааа!

— Готово!

— Мы сделали это!

— Переживания о разрыве подземелья были напрасны. Рейд оказался пустяком!

— Разве это не был рекорд по скорости зачистки?

Рейдовые команды радостно кричали, но Данву ничего не слышал. Он видел, как к нему приближался Ча Увон. Улыбаясь, тот сказал:

— Вау, мы справились.

Когда Ча Увон поддержал его, Данву только тогда осознал, что весь дрожит.

В его руках не осталось сил.

«…Я не могу держать меч.»

Он не был уверен, что сделает, если не уберет его. Боясь этого, Данву вложил клинок в ножны. Затем, с дрожащими руками, слегка ухватился за ворот Ча Увона.

— …?

Данву не хватило сил даже на это.

Он чувствовал крепкое тело Ча Увона, его биение сердца. Ощущал его запах — аромат кожи, пота, металлический привкус крови. Всё это было слишком реальным, и оттого еще более пугающим.

Это было слишком реально, и именно это пугало сильнее всего.

Уткнувшись носом в изгиб шеи Ча Увона, он сжал его воротник, удерживая собственное дрожащее тело.

— …Ты что, с ума сошел?

Голос, который вырвался, даже не был похож на его собственный. Глаза Ча Увона расширились.

— Данву-я…

— Почему ты так рванул вперед? Ты что, безумец? Ты правда думаешь, что проблема была в муравьях, а не в тебе? Думаешь, люди так напуганы, что не могут пошевелиться?

— Это не так… Я никогда такого не говорил, Данву-я. Просто защита была под угрозой, и я был единственным, кто мог двигаться, вот и всё.

— Тогда зачем ты это сделал? Для новичка просто выжить в первом подземелье — уже достижение. С чего бы им нужно, чтобы кто-то жертвовал собой ради зачистки? Если бы это подземелье взорвалось, погибли бы все. Мы могли пройти его вместе, так зачем было рисковать жизнью?

Ча Увон положил свою руку поверх руки Данву, удерживающей его за шею.

— Ты всё время твердил: «Я умру, я умру»… Я не настолько слаб. Почему ты постоянно меня недооцениваешь, Данву-я?

В голосе Ча Увона появилась сила. Данву понял, что тот сердится, но не остановился.

— Не умрешь? Муравьи носились туда-сюда, а ты уже становился частью муравейника, тебя просто жрали. И ты хочешь сказать, что не умер бы в таком состоянии?

Это была реальность, но Данву чувствовал себя в кошмаре.

В тот момент, когда он думал, что потеряет Ча Увона, он ничего не мог сделать. Это был не тот сон, в котором время снова и снова отматывалось к моменту их первой встречи. Это был настоящий страх потерять его вновь.

Перед глазами вставала картина: тело Ча Увона исчезло под черным роем муравьев. Сердце Данву сжалось.

Он задыхался, его тело немело.

— Ты псих? Если хочешь умереть, так и скажи, я сам тебя убью. Но зачем было входить в это подземелье и доводить всех до безумия своими безрассудными поступками…

Ли Данву весь дрожал. Сам он этого не осознавал. Но Ча Увон заметил.

Рука, сжимавшая край одежды Ча Увона, была холодной. Будто в ней не циркулировала кровь, совсем без тепла.

«Ах».

Этот вечно ругающийся Данву, который никогда не теряет самообладания и советует команде «держаться вместе».

Теперь Ча Увон понял, почему уверенный и умный Данву так напуган. Он осознал это интуитивно.

— …Ты беспокоишься обо мне, Данву-я.

— Как я могу не беспокоиться!

Данву чувствовал, что сходит с ума.

«Нет, я думаю, я уже сошел».

Он не знал, что случится, если зайдет в таком состоянии еще дальше. Но Ча Увон говорил вещи, которые ходили по кругу!

Ча Увон выглядел серьезным.

У Данву екнуло сердце… Он не мог этого вынести. Каждый раз, когда Ча Увон переставал улыбаться, ему становилось не по себе.

— Тогда скажи мне так, Данву-я. Без злости, без приказов. Просто скажи, что я тебя беспокою и что от этого ты сходишь с ума.

Сердце, которое было где-то далеко, резко подскочило к горлу и забилось, словно рыба, выскочившая из воды.

Данву никогда не был в здравом уме. Он не мог быть в здравом уме из-за Ча Увона. Но все равно чувствовал себя растерянным.

— Что…? Какая разница, как я это скажу…?

Ча Увон моргнул. Казалось, он задумался, нахмурил брови, наклонил голову и сказал:

— Я не знаю.

— …

— Думаю, мне станет легче.

«Что за бред…»

Данву ошарашенно уставился на Ча Увона. Так они и стояли, глядя друг на друга, один сжимал воротник другого.

Тот, кто держал за воротник, был Данву. А Ча Увон просто накрыл его руку своей, даже не пытаясь убрать ее.

У него было красивое лицо, и он все еще выглядел молодо, с мальчишеской непосредственностью. Ча Увон смотрел на Данву озадаченно. Как будто был в своих мыслях…

«Что с этим парнем?»

Данву вспомнил вопрос, который всегда его мучил.

Ча Увон был странным.

Страннее любого человека, которого Данву встречал в жизни. Непостижимый. Так было всегда.

Как бы несправедливо ни злился Ли Данву, Ча Увон не отвечал ему тем же. Он говорил что-то вроде: «Если ты так говоришь, тебя не станут слушать как следует».

На что Ли Данву раздраженно огрызался: «Ты мне родитель, что ли?»

«Что с ним не так».

Но даже когда Данву злился… Он думал, что в словах Ча Увона есть смысл. Тот всегда был спокойным и непоколебимым, человеком, на которого можно положиться.

Он удержал Ли Данву в гильдии Чхонён, сделав частью своей команды и не давая уйти, но ведь это было для его защиты.

Данву знал это.

Ча Увон, наверное, считал его слишком глупым, чтобы даже осознать это. Но Данву знал больше, чем тот думал. Ча Увон был его защитником. Так было всегда…

Он был таким добрым, что не удивительно, что Данву по ошибке решил, будто Ча Увон его любит. На похоронах их Мастера Данву был не в себе. Он не знал, что сделает, и направился к траурному залу.

Там Ча Увон, одетый в черный костюм, всем заправлял. Данву схватил его за воротник и сказал:

— Это твоя вина. Наш Мастер умер из-за тебя.

Ча Увон принял это нелепое обвинение. Разве сейчас не так же?

Ча Увон не сделал ничего плохого. Нет, сделал, но с его точки зрения — наверное, нет.

Данву злился на него, а он даже не раздражался, только спокойно говорил: «Лучше говорить мягче».

«У него неправильный характер».

Данву понял, в чем была проблема. Дело было не в стратегии или навыках — проблема была в его доброте.

Почему Ча Увон погиб в <Последнем подземелье>? Долгое время Данву думал, что это из-за него.

«Нет».

Сейчас был более насущный вопрос. Из-за своей доброты этот парень в любую минуту пожертвует собой ради других.

«Береги себя.»

«Будь осторожен.»

«Не спорь.»

Такие приказы не подействуют.

Даже сейчас, войдя в <Последнее подземелье>, его команда в конце концов потеряет способность мыслить здраво.

«Потому что в глубине души они хорошие люди».

В отличие от Данву, они верили, что правильно спасать других, даже если это означало, что придется пожертвовать собой.

Как его Мастер погиб из-за Данву.

Как Ча Увон погиб, пытаясь спасти его…

«Этот парень слишком хороший ублюдок…»

Данву не мог отвести от него глаз. Надо было что-то с этим делать.

— Ты…

— Да, Данву-я.

Ча Увон ответил. Его голос был полностью спокойным, без всяких негативных эмоций. Ласковый и привычный, как всегда.

Данву застыл.

«Вот этот его характер».

Ча Увону нужен был тренинг личности.

Ли Данву рухнул на диван, как только вернулся в убежище.

Хотя для него было вполне нормально пролежать так день-другой, Кан Улим почувствовал, что в этот раз что-то не так.

«Они поругались!»

Ли Данву и Ча Увон были странно совместимой парой. Ли Данву обычно брал на себя лидерство и громко командовал, а Ча Увон обеспечивал надежную поддержку.

Даже в этом рейде на подземелье план предложил Ли Данву, и разве Ча Увон не уговорил лидера гильдии Чхонён использовать именно этот план?

Но Кан Улим так и не смог понять, откуда Ли Данву и Ча Увон вообще знают друг друга.

Судя по характеру, богатству и способностям Ли Данву, он вполне мог быть выходцем из престижной охотничьей семьи…

Но тогда как он познакомился с Ча Увоном, если не через семейные связи?

Кан Улим, тоже бывший стажер Центра, хотя и быстро оттуда ушел, знал хотя бы в лицо всех перспективных охотников своего возраста.

Не любивший размышлять в одиночку, он просто спросил у Ча Увона напрямую.

— Вы точно не были знакомы раньше?

— Да. Не были.

— Может, вы знали друг друга в детстве, но потеряли связь? Или Ли Данву в детстве уезжал за границу или болел, долго лежал в больнице…

— Улим, у тебя богатое воображение. Хотя Данву и правда выглядит болезненно. Но, насколько мне известно, у него не было записей о госпитализации.

— Откуда ты это знаешь?

— А…

Ча Увон выглядел слегка смущенным, но ответил:

— Если бы у него были такие заметные записи, мне бы уже давно кто-нибудь позвонил.

«…?»

— Тогда почему вы так близки?

— Мы с Данву близки?

— Ты у меня спрашиваешь? Ты всегда принимаешь сторону Ли Данву, когда он меня достает.

— Но, Улим-а, твои методы тренировок порой настолько креативны, что я сам поражаюсь.

— Что ты имеешь в виду?

Кан Улим на секунду замер, прежде чем понял намек.

— Просто перестань делать глупости, если не хочешь закончить, как Ли Данву! Что, непонятно, о чем я говорю?!

— Ты мне это говоришь, но сам с Данву ладишь очень хорошо.

Ча Увон рассмеялся и ушел, и только тогда Кан Улим понял, что так и не сказал того, что изначально хотел.

Разве он не собирался предложить Ча Увону приструнить грубые высказывания Ли Данву?

А ведь эта команда официально называлась <Команда Ча Увона>!

Согласно официальным документам, именно Ча Увон должен был сдерживать влияние нелегитимного «сильнейшего» Данву в команде.

«Вообще-то, попросить его говорить вежливо — это не то же самое, что сказать «не используй свою силу для влияния», да?»

Кан Улим задумался о своем собственном чувстве справедливости.

Конечно, сказать это Ли Данву он так и не решился.

Как вообще можно переспорить Ли Данву? На самом деле, даже Ча Увон с трудом справлялся с этим…

Но хотя бы не смотрел на него с презрением.

После успешного прохождения первого рейда Кан Улим был на подъеме. Настолько, что даже хотел предложить устроить вечеринку, включая Со Соджона, которого он особо не жаловал!

Разве они не были потрясающей командой?

Дзынь!

Получив награду за зачистку подземелья, Кан Улим радостно запрыгал вместе с Со Соджоном. Радость была скорее от их вклада, чем от самих наград!

[Рейтинг индивидуального вклада]

1.     Ча Увон

2.     Со Соджон

...

[Рейтинг вклада команд]

1.     <Команда Ча Увона>

...

— Вау, наша команда реально на первом месте по вкладу!

— Я же говорил! Независимая команда! Мы даже не в престижной гильдии! Хорошо, что я последовал за Ча Увоном!

— А это вообще как-то связано?

— Ты реально такой тупой?! Ладно, не хочу с тобой спорить. Сегодня же радостный день! Вау! Нужно занять второе место в рейтинге Новичков-Охотников… Нет, третье!

— Почему третье?

— Поймешь, когда мы сразимся!

— Ага!

Разговаривая, они случайно посмотрели в сторону очищенного портала и заметили, что между Ли Данву и Ча Увоном явно что-то не так.

Это было более чем необычно: они схватили друг друга за воротники.

«Ча Увон схватил бы кого-то за воротник?»

Посмотрев ещё раз, он понял, что за воротник хватает только Ли Данву, а Ча Увон, похоже, пытается его остановить!

Прежде чем кто-либо успел вмешаться, они отпустили друг друга, но в воздухе повисло напряжение. В такой ситуации было явно неуместно предлагать устроить совместные посиделки…

Кан Улим уловил момент и отказался от своей идеи сказать: «Давайте создадим демократичную команду. А пока Ли Данву должен быть чуть более ласковым со мной».

После этого казалось, что они больше не ссорились, но сцены, когда Ли Данву что-то говорил, а Ча Увон смеялся как сумасшедший, больше не повторялись.

Только Со Соджон, не уловивший напряжённости между ними, недоумённо спрашивал:

— Что случилось?

«Эх, тупица».

Кан Улим мысленно проклинал Со Соджона за то, что тот не замечает очевидных вещей…

Разве не будет трудно, если атмосфера в команде останется такой?

Кроме того, Кан Улим действительно нравилась эта команда.

***

Данву сидел, свернувшись на диване, погружённый в мысли. При этом ему снились кошмары.

«Неудивительно».

Во всех этих кошмарах неизменно появлялся Ча Увон, и Данву просыпался в холодном поту. Оглядываясь вокруг, он обнаруживал, что Ча Увона рядом нет, и чувствовал себя потерянным.

«Ах, точно, я же их отправил».

Чтобы немного поднять рейтинг команды, он отправил Со Соджона и Кан Улима в лёгкое подземелье.

Им нужно было больше опыта в зачистке подземелий.

«…Во сколько они вернутся?»

Данву посмотрел на часы, висящие на потолке. Смотря в пустоту, он словно слышал, как тикают секунды.

Внезапно сердце забилось сильнее, и он прикусил губу. Окунув руки в воду, он плеснул её на лицо и похлопал себя по щекам, затем направился в ванную, чтобы умыться холодной водой.

«Не паникуй».

Он больше не новичок. Время вести себя глупо прошло.

Ли Данву долгое время был охотником ранга Е, и с этим ничего нельзя было поделать.

Даже если твое тело не на высоте, ты должен хотя бы уметь грамотно использовать мозг. Но у него не получалось совмещать одно с другим.

Это стало возможным только после смерти Ча Увона.

В затуманенном взгляде мелькнула тёмная фигура. Данву понял, что в зеркале отражается его собственное лицо.

«Нет».

Черты лица изменились, и в зеркале отразился Ча Увон, одетый в чёрный костюм.

Ча Увон стоял перед Ли Данву, на одной руке была повязка. Его меч, «Юкьё», с глухим звуком вонзился в землю.

Данву прекрасно помнил этот день. Когда их Мастер умер, он пошёл к Ча Увону и принялся избивать его…

«Почему он не убил меня?»

Как Ча Увон мог не убить Ли Данву?

Что он мог сделать, когда на него с яростью набросился настоящий безумец?

Ли Данву истекал кровью, а, возможно, и выплёвывал свои внутренности. Но даже в таком состоянии он продолжал атаковать Ча Увона, зная, что будет получать удары в ответ.

С мечом, занесённым для удара, Ча Увон, который действительно собирался его убить… Ли Данву вновь и вновь бросался на него с беспощадным «Юкьё».

Если бы Ча Увон тогда ударил… Ли Данву погиб бы на месте.

Разрыв между ними был непреодолим.

— Давай сделаем так, Данву-я. Ты вступаешь в мою команду.

Данву запомнил каждое его слово.

— Кстати, в моей команде есть одно правило: «не перечь лидеру».

— Нахуй иди.

— Данву-я, давай начнём с более вежливых слов.

Стоя на коленях, Ли Данву смотрел, как Ча Увон опустился на уровень его взгляда.

В затуманенном сознании он почувствовал, как рука Ча Увона коснулась его щеки. Снятая перчатка открыла грубую, но уверенную ладонь мечника. Пальцы мягко провели по влажной коже Данву, затем скользнули по его лбу.

— Данву-я, тебе не следовало приходить ко мне, чтобы умереть. Умереть вот так — безответственно. Ты — Ли Данву, тот, кого наш Мастер называл «жалким ребёнком». Если бы я потерял и Мастера, и тебя одновременно… ты не можешь требовать от меня такого…

Он был прав.

Данву не должен был так поступать с Ча Увоном. Он не должен был заставлять его потерять Мастера навсегда. И он не должен был рассчитывать умереть от руки Ча Увона.

Ча Увон был тем, кто не смог бы этого вынести.

«Хороший человек».

Добрый, внимательный… даже такого, как Данву, он не мог бросить или проигнорировать.

Как он мог убить его?

Даже если бы тогда у Данву была сила убить Ча Увона, «Юкьё» не подчинился бы ему. Это был меч, способный принимать шесть различных форм по воле владельца.

А раз у владельца не было намерения убивать, меч не мог бы послужить для убийства.

Такой человек мог бы стать Мастером Священного Меча.

«Это так сложно…»

Превратить Ча Увона… изменить его. Как этого добиться?

Это было то, о чём Данву нужно было задуматься с самого начала. Он не должен был расслабляться только потому, что Ча Увон, казалось, его слушал.

«Может, регрессия затруднила мне процесс мышления?»

Молодой Данву был наивен и жил туманными надеждами. Он не мог позволить себе быть таким, как прежде.

«Думай».

Ли Данву схватился за голову, бормоча себе под нос. Он повторял те самые слова, которые Ча Увон говорил ему, сжимая его лицо…

«Думай, Данву. Думай».

В команде Ча Увона только Данву по-настоящему думал о своей безопасности. Даже Со Соджон, который был эгоистичным и любил хвастаться, в конечном итоге сделал самоотверженный выбор — и погиб.

Было ли это действительно самоотверженностью или всего лишь высокомерием… он не был уверен.

«Почему я выжил?»

Данву задумался об этом впервые.

«Потому что Ча Увон отдал мне Священный Меч.»

Нет, не в этом дело.

Это была конечная причина, но до этого момента его товарищи уже были мертвы.

Однако эти товарищи были охотниками, превосходящими Данву.

Они были кандидатами в герои, получившими сертификат охотников S-ранга.

Кроме Данву.

Почему же Ча Увон и Данву выжили до самого конца?

Он знал, что Ча Увон должен был выжить, но почему он сам послушался приказа «убраться» из подземелья?

[Данву-я, думай. Ты знаешь, что твоя сила ничтожна. Нужно отбрасывать то, что следует отбросить, и забирать то, что необходимо.]

У Данву было два наставника в фехтовании, и один из них, «Мастер», погиб спустя год. После этого Ча Увон довел его владение мечом до совершенства.

Он был тем, кто обучил Данву всему — от основ до практических приложений, необходимых охотнику.

Что было важнее? На чем следовало сосредоточиться? Как должен был двигаться Данву, чтобы его слабое тело могло выжить…

«Выбор и сосредоточенность.»

Это было похоже на наставления его Мастера.

Хотя Данву делал вид, что не слушает, только после смерти Ча Увона он смог хладнокровно оценивать ситуацию, будто сходя с ума.

Но на самом деле он слушал всё. Он старался «быть таким». Даже когда Ча Увон был рядом. Он не хотел этого признавать.

«Потому что это похоже на слова Мастера.»

Так он оправдывался.

Он думал, что прислушивается к словам Мастера, а не Ча Увона.

Но поскольку это были слова и Мастера, и Ча Увона, они запечатлелись не только в его мозгу, но и в теле. Они проникли в самую его сущность, на уровне промывания мозгов, чтобы он мог выжить…

«Вот оно.»

Данву понял.

А когда пришел в себя, уже был день. Данву озадаченно посмотрел вокруг.

«Почему шторы не закрыты?»

Так как Данву всегда спал в офисе, его товарищи обычно закрывали шторы в дневное время.

«О… наверное, все ушли в подземелье.»

Старый офис казался просторным. Всегда ли он был таким большим?

Данву моргнул, глядя на льющийся свет, а затем, выглянув в окно, позвал своих товарищей.

***

Вопреки предположению Кан Улима, Со Соджон понимал, что между Ли Данву и Ча Увоном сложные отношения.

«Только полный идиот этого бы не понял.»

Конечно, Со Соджон не знал, как Ли Данву и Ча Увон вели себя обычно. Однако он знал, что Ча Увон не из тех, кто станет пристально смотреть на кого-то просто так. Он знал это, потому что сам часто наблюдал за Ча Увоном.

«…Не то чтобы он мне нравился.»

Ча Увон был тем, кого невозможно было не заметить. Разве не бывает таких людей?

Тех, кто неизменно оказывается в центре внимания, кто привлекает к себе взгляды, даже если ничего для этого не делает.

Ча Увон был именно таким. Тем, кем хотел стать Со Соджон.

Когда он был моложе, то пытался подражать Ча Увону, но спустя несколько дней сдался. Прежде всего, вокруг Ча Увона было слишком много людей, и он обращался с ними так, словно они не существовали, совершенно естественно…

Ча Увон запомнил имя Со Соджона только после того, как тот повторил его семь раз.

«Да он что, тупой?!»

Со Соджон злился, но, конечно, Ча Увон был умен… Он просто не проявлял интереса к людям вокруг.

Жить так, возможно, означало заслуживать ненависть, но никто особо не испытывал подобных чувств к Ча Увону.

— У Ча Увона хороший характер.

— Мы не так уж с ним близки.

— Разве кто-то может запомнить всех вокруг? Да сколько вообще людей-то?

Вот так.

«С каких это пор они стали такими понимающими?»

Они были стажерами Центра, людьми, которых с момента Пробуждения считали элитой. Видеть, как они с выражением «Если это Ча Увон, то так и должно быть» принимали его поведение, вызывало у Со Соджона раздражение.

Конечно, были и те, кто ненавидел Ча Увона.

— Невезучий ублюдок. Думает, он особенный…

— Да ему просто повезло с родителями. Если бы мы родились детьми Ча Мункён и с детства получали образование от гильдии Чхонён, то давно бы превзошли Ча Увона!

— Точно, точно.

— …

«Так ли это?»

Со Соджон не хотел связываться с такими «массовками».

Он хотел быть соперником Ча Увона, а не антагонистом.

«Соперником.»

В буквальном смысле.

Со Соджон думал, что если бы в этом мире был главный герой, то это был бы кто-то вроде Ча Увона. Вероятно, так считали многие, не только он.

Особенно его сверстники по Центру и другие стажеры.

Они видели, как Ча Увон сиял в лучшие годы. Пропасть, которую ощущали рядом с ним, была такой, что её невозможно было объяснить, не испытав на себе.

Со Соджон хотел привлечь внимание Ча Увона. Хотел стать той фигурой, что могла бы стоять рядом с ним. Но нынешний Ча Увон проявлял глубокий интерес к кому-то другому.

«Он выглядит расстроенным.»

Со Соджон давно наблюдал за Ча Увоном. От тех времен, когда думал: «Однажды я тебя побью», и до настоящего момента.

Непрерывные наблюдения позволяли ему интерпретировать выражения Ча Увона по-разному.

Похоже, он не был доволен. Наверное, они поссорились с Ли Данву. Это было странно.

Ча Увон не был тем, кто позволял кому-то повлиять на себя. Это он всегда влиял на других. Обратных случаев не было. Но прямо сейчас Со Соджон был свидетелем обратного.

«Что происходит между этими двумя?»

А что насчет Ли Данву?

Он знал, что у того острый ум и хорошие аналитические способности. Это подтвердили их прошлые рейды в подземелья, где Данву странным образом управлял людьми. То, что коллега Ча Увона был выдающимся, казалось само собой разумеющимся.

Но откуда он вообще взялся? Охотничье сообщество было небольшим, а престижные гильдии хорошо знали друг друга.

Однако Со Соджон никогда раньше не слышал имени «Ли Данву». Неизвестный Ли Данву стоял перед белой доской. Затем постучал по ней маркером.

— Я думал об этом несколько дней. Простите, что не выходил в подземелья из-за головной боли, но вы все отлично справились.

«Ли Данву хвалит?»

Пока все сомневались в том, что только что услышали, Ли Данву перешёл к сути.

— Есть кое-что важное, что касается направления этой команды. Я задам несколько вопросов. Надеюсь, вы отнесётесь к ним серьёзно.

— …?

— Что?

— Нас сейчас отчитывают?

Кан Улим прошептал это, явно озадаченный. Со Соджон надеялся, что этот парень хотя бы немного понизит голос.

К счастью, Ли Данву даже не посмотрел в их сторону. Он рисовал на доске что-то странное.

— Давайте предположим, что перед нами железная дорога. Она разветвляется в двух направлениях. По путям мчится поезд… С одной стороны на рельсах привязан обычный человек, с другой — охотник. Есть дурацкая история о том, что можно спасти только одного, если перевести стрелку, но это неважно… Если бы у вас был выбор, кого бы вы спасли?

— …?

«…Это же вариация этической задачи про вагонетку?»

Рисунок было сложно разобрать, но квадрат сверху, скорее всего, обозначал поезд, а кривые линии — рельсы.

«Эти палочки — это, видимо, человек и охотник?»

Прежде чем Со Соджон успел осмыслить смысл вопроса, Кан Улим поднял руку.

— Но почему охотник привязан к рельсам?

— Похоже, он оказался в магических оковах.

Ли Данву ответил так, будто его раздражали эти вопросы.

— Всё равно охотник не умрёт, даже если его переедет поезд. Почему мы должны решать, кого спасать?

— Думай, что поезд сделан из адамантия. Перестань задавать глупые вопросы.

— Нет, ты же сам задал вопрос, так почему теперь…

— Кто просил тебя задавать вопросы? Отвечай.

— …

Пока Кан Улим получал нагоняй, Со Соджон размышлял.

«Каков смысл этого вопроса?»

Что пытается выяснить Ли Данву?

Проверяет ли он их базовые моральные принципы?

Если так, то ответ очевиден.

Учитывая, что он успешно прошёл множество тестов на личность и собеседований, Со Соджон уверенно поднял руку.

— Я спасу обычного человека!

— О чём ты вообще? Конечно, нужно спасать охотника.

Ли Данву прищурился.

— …?

— Если ответ заранее известен, зачем ты спрашиваешь?

Кан Улим вновь вмешался. Ли Данву ответил без эмоций:

— У каждого вопроса есть ответ.

— Но ведь бывают исключения. Данву-я, ты мог бы объяснить, почему считаешь так?

Ча Увон вмешался в разговор. Со Соджон мельком взглянул на него и удивился.

«…Он снова выглядит довольным?»

Что происходит?

Раньше казалось, что он был в плохом настроении после спора с Данву, но теперь — совсем наоборот?

— Подумайте. Мы спасли одного охотника. Этот охотник продолжит свою деятельность. Даже если через несколько лет его способности ухудшатся из-за возраста, он всё равно будет расчищать подземелья и предотвращать их разрушение до самой пенсии. Сколько людей в итоге спасёт этот охотник?

— …Я не знаю?

— Это был риторический вопрос.

Ли Данву говорил с Кан Улимом, затем добавил:

— Если провести расчёты, счёт пойдёт на сотни, если не тысячи. Вот почему я выбрал бы охотника, а не обычного человека.

— …?

Со Соджон почувствовал лёгкое головокружение.

Что-то… что-то в этом рассуждении казалось убедительным, но в то же время шло вразрез со всем, чему его учили.

Он уже испытывал подобное чувство раньше.

«Разве я не ощущал то же самое, когда меня впервые завербовали сюда?»

Он перевёл взгляд на Кан Улима, который выглядел погружённым в мысли.

— …Вот как?

Кан Улим просто принял это!

— Понятно… Так думает Данву.

В общем замешательстве раздался спокойный голос Ча Увона, который ненавязчиво сгладил ситуацию.

Со Соджон осознал.

«Он в лучшем настроении, потому что Ли Данву снова ведёт себя, как обычно.»

Хотя Со Соджон был в этой команде не так давно, он знал, что у Ли Данву есть талант говорить бредовые вещи так, что они звучат правдоподобно.

Ли Данву произносил слова в отстранённой манере, вызывая всё большее недоумение у окружающих.

Но Ча Увон был доволен…

Похоже, что его догадки могут завести в странную сторону, но разве это не было очевидно?

Потому что подобная нелепая болтовня была чем-то, что Ча Увон обычно не одобрял!

— Нет. Это не просто моё мнение, а факт. Ча Увон, почему ты постоянно язвишь? Тебе тоже нужно ответить.

Ли Данву сказал, постукивая по доске.

— Хм… Ладно. Похоже, ты действительно хочешь услышать ответ, Данву-я.

— И не ходи вокруг да около. Зачем бы я задавал вопрос, если бы не хотел услышать ответ?

— Данву-я, тебя не так-то просто понять.

С двумя самыми красноречивыми членами команды, ведущими диалог, атмосфера заметно оживилась. Пока Кан Улим внимательно следил за их реакцией, Со Соджон обратил внимание на кое-что другое.

Ли Данву и Ча Увон смотрели друг на друга, и их выражения были разными. У Ли Данву был привычный слегка резкий, колкий взгляд, а Ча Увон выглядел довольным.

«Ча Увон обычно такой».

Хотя его манера общения была мягкой, он редко пребывал в настолько хорошем настроении. Похоже, в этой команде это было обычным явлением…

В любом случае, злиться – утомительно, поэтому миротворец сдался первым. Ли Данву стер с доски рисунок и начал рисовать новый.

«Он действительно не умеет рисовать».

Со Соджон изо всех сил старался не выдать этого на лице.

— Я задам ещё один вопрос, так что в этот раз ответьте. Ладно, забудем про железную дорогу. Подумайте о себе. Перед вами существо, которое вот-вот растопчет тридцать мирных жителей… нет, Охотников. Но если вы используете своё тело, чтобы его остановить, эти тридцать Охотников выживут. Однако вам придётся выдержать разрыв внутренних органов, и вы, возможно, умрёте. Что вы сделаете?

— Что это за ситуация? Эти Охотники без рук и ног? Почему они просто стоят и позволяют себя растоптать?

Кан Улим снова задал предсказуемый вопрос. Ли Данву смерил его взглядом, а затем повернулся к Ча Увону.

— Мне отвечать первым? Чувствую, будто меня отчитывают.

Ча Увон усмехнулся.

«Вот оно».

Со Соджон начал понимать.

Разве то, что сделал Ча Увон в подземелье с <Гигантским Муравьём>, не было чем-то подобным? Он вышел вперёд, чтобы спасти Охотников.

«Я думаю, его можно и покритиковать, но почему Ча Увон выглядит таким довольным…»

У Со Соджона появилось дурное предчувствие.

— Нет, говори свободно.

— Правда? Раз Данву говорит, что правда, думаю, стоит ему поверить. По-моему, пожертвовать собой в этой ситуации – правильное решение. По логике Данву, если спасти тридцать Охотников, то они смогут спасти ещё тысячи, а то и десятки тысяч людей. Это принесёт миру больше пользы, чем спасение одного Охотника.

— Нет, в этот раз ситуация другая. Почему ты не учёл ценность?

Ли Данву выглядел раздражённым.

— Я учёл ценность. Но если не идёт речь о соотношении один к десяткам тысяч, то о какой ценности говорит Данву?

— Ты не посчитал, сколько людей ты сможешь спасти в будущем.

— …?

— Охотник спасает сотни, тысячи людей?

Кан Улим задал вопрос.

— Это обычный Охотник. А ты собираешься остановить <Конец>. Это несравнимо — спасти весь мир. Ты даже таких базовых расчётов не сделал, вот почему ты не жертвуешь собой.

Хотя слова Ли Данву звучали как критика в адрес Ча Увона, их смысл был настолько неожиданным, что все замерли в тишине.

— А, значит, уже подтверждено, что мы остановим <Конец>?

Ча Увон, казалось, едва сдерживал смех.

— Разумеется? Я ведь выбрал гениев.

Голос Ли Данву звучал настолько уверенно, что даже Ча Увон на этот раз не стал возражать. Кан Улим растерянно моргнул.

— Ч-что? Включая меня?

— Ты что, не читал контракт? В договоре, который ты подписал во время вербовки, ясно было написано, что остановка <Конца> входит в условия сделки. Ты видел, что от этого зависит чья-то жизнь, но даже не удосужился прочитать контракт?

— Нет! Для Охотника естественно идти до самого <Конца>. Все становятся Охотниками, чтобы остановить <Конец>. Но я никогда не думал, что у меня есть такой талант…

— У тебя есть талант.

Кан Улим почесал затылок, выглядя озадаченным.

«Я так просто это приму?»

Со Соджон был сбит с толку, но в глубине души испытал некое «вау». Он знал, что является вундеркиндом, в отличие от Кан Улима, но сравнение с кем-то вроде Ча Увона заставляло его чувствовать себя незначительным.

Однако Ли Данву, парень с хорошим глазомером и умом, отчаянно хотел видеть его в команде. Как приятно осознавать, что Со Соджон стоит дороже тридцати Охотников.

«Подождите.»

Разве всё это не было нацелено на Ча Увона? Ли Данву то и дело говорил что-то вроде «наши члены команды». Вывод очевиден: по его мнению, Ча Увон ценнее тридцати Охотников…

«Он просто собрал нас всех, чтобы убедить заботиться о Ча Увоне?»

Со Соджон осознал это. И тут же взглянул на Ча Увона.

Тот кивнул.

— Логика Данву мне кажется разумной. Но давайте обсуждать это только здесь. Если заговорим об этом снаружи, Данву может нарваться на неприятные комментарии.

— Ты считаешь меня идиотом? Думаешь, я буду подталкивать к таким разговорам вне этой комнаты?

— Ну… да. Говорить об этом здесь — это скрытая и безопасная форма общения. Внутри нет риска навредить репутации Данву.

— Ты намекаешь, что у меня проблемы с характером? Боишься, что моя репутация пострадает, если я заговорю об этом снаружи?

— Хаха! Наш Данву такой умный.

— Заткнись. В любом случае, запомните: это наш новый девиз — „Давайте делать правильные ценностные суждения“. Запечатлейте его в сердцах. Все свободны.

Атмосфера между ними была странной.

Со Соджон сначала сосредоточился на том, как Ли Данву стал другом Ча Увона, но, возможно, стоило обратить внимание на кое-что другое.

Знал ли об этом Кан Улим? Он был в команде дольше Со Соджона.

Кан Улим небрежно спросил:

— Эй, тебе не кажется это немного странным?

— Да. Ты тоже заметил.

У Со Соджона екнуло сердце. Возможно, Кан Улим догадался о секрете Ча Увона.

— Почему Ли Данву постоянно называет меня гением и говорит, что разглядел меня? Мне, конечно, приятно, но будет неловко, если я его разочарую.

— …

«Ты же очевидно талантливый.»

Что этот болван вообще говорит, если сгибает армированную сталь, как пластилин? Даже без раскрытия характеристик было ясно, что у него чудовищная физическая сила.

«Это у меня проблемы — пытаться вести осмысленный разговор с таким невежественным человеком.»

Со Соджон отвернулся, и вместе с этим напрочь забыл все свои мысли. Нет ни единого шанса, что Ча Увон не заметил его догадок.

«Это странно.»

Ча Увон размышлял об этом уже давно. Многое было странным. Самое странное — его собственные действия.

Ли Данву — интересный человек. Однако вступление в его команду было не просто следствием проигранного спора.

У Ча Увона не было причин присоединяться к гильдии Чхонён. Не только потому, что её Мастером был его Учитель, но и потому, что, будучи сыном Ча Мункён, он не мог спокойно продолжать свою деятельность в Центре, где находились герои прошлого поколения.

«Если я вступлю в гильдию Чхонён, я окажусь под пристальным взглядом отца.»

Что он мог сделать? Сказать: «Отец, я не хочу вступать в гильдию Чхонён, потому что это слишком хлопотно»?

Оставаться в Центре означало разбираться с массой неудобных и далеко не тривиальных проблем.

Ча Увон ненавидел неудобства. Он также понимал, что после окончания обучения в Центре ему всё равно придётся вступить в гильдию Чхонён.

Но потом появился Ли Данву. И предложил пари. И… выиграл.

Перед Ча Увоном открылся новый вариант — возможность присоединиться к другой команде.

Ему хотелось посмотреть, что же задумал Ли Данву.

Тот Ли Данву, которого он увидел, был интригующим человеком. Казалось, он действовал без плана, но план был. Он был умён, но ему не хватало социальных навыков, и он говорил прямо. Чем дальше он следовал за ним, тем интереснее становились вещи.

Ли Данву действительно принял Ча Увона в команду, чтобы использовать его, но направление этого использования было своеобразным.

Это было не ради личной выгоды.

Он даже не просил Ча Увона помочь ему встретиться с его Мастером?

«Он, казалось, уважал его до слёз, когда увидел».

Ли Данву всегда был немного слезливым, но не разрыдался, увидев Ча Увона.

«Почему же тогда он плакал?»

При этом он даже не восхищался Ча Увоном. Это действительно трудно понять.

Ча Увон не знал скуки ни дня.

Он подтвердил, что причина, по которой Ли Данву, несмотря на восхищение своим Мастером, не присоединился к Гильдии Чхонён, заключалась в том, что его Мастер был слишком стар, чтобы предотвратить следующий <Конец>.

Цель Ли Данву заключалась только в подготовке к <Концу>.

— Я скажу тебе, почему ты должен участвовать в фотосессии.

— Хм, хорошо. Мне было любопытно, Данву-я.

— У тебя привлекательное лицо.

— …

— Если его снимут, это даст хороший эффект. Будет хорошо продаваться. Это поможет репутации команды. Если мы хотим участвовать в <Битве за Святую Реликвию> позже, нам нужно быстро поднять свою известность.

— А…

— К тому же, следующий человек, которого мы собираемся завербовать, довольно одержим известностью.

— Данву-я всё продумал.

— Не говори таким детским тоном.

— Хаха!

Схватив Ли Данву за плечо, пока тот с сердитым лицом его отчитывал, Ча Увон кивнул, говоря:

— Ладно.

Ли Данву не просил денег у Ча Увона.

Действительно, как он и говорил, следующий член команды, Со Соджон, присоединился, привлечённый влиянием Ча Увона, репутацией команды и её видением.

— Угх, это что, офис? Ты живёшь здесь? Серьёзно? Я не выдержу ни секунды работы в таком месте!

Будь то Со Соджон или Ча Увон, у Ли Данву было достаточно источников для получения денег.

Но, как и ожидалось, Ли Данву не прибегал к таким методам.

«Был установлен определённый стандарт для того, чтобы давать приказы членам команды и делать просьбы, которые они не могли бы выполнить».

Но он не был точно уверен, каким именно он был.

Однако Ли Данву ненавидел быть в долгу.

Когда происходили прорывы подземелий, компьютерные сети часто выходили из строя, ввергая мир в эпоху недоверия к банкам. С сокращением банковских операций получение крупных займов стало ещё сложнее.

Однако, каким бы неохотным банки ни были, с репутацией <Команды Ча Увона> было бы невозможно не получить кредит.

И всё же, несмотря на это, Ли Данву не брал никаких займов.

В результате Со Соджон пришлось назвать это офисом и привыкнуть к <Убежищу Ли Данву>.

Судя по наблюдениям Ча Увона…

Похоже, цель Ли Данву заключалась просто в том, чтобы стать героем, который предотвратит <Конец>.

Если смотреть на это с обычной точки зрения, это выглядело так, а если искать более глубокий смысл, он тоже мог быть.

«Но если он хотел лично заявить о себе и получить признание и славу, почему же тогда он перекладывал задачу по обретению известности на других, вместо того чтобы заниматься этим сам?»

Почему он ставил Ча Увона на передний план и поручал задачу повышения популярности другим членам команды?

Этот вопрос последнее время не давал ему покоя.

Все, кто звал Ча Увона — будь то Центр, Гильдии или Рейд-команды — имели одну цель: они хотели стать героями, чтобы обрести богатство и славу.

Ча Увон был бы полезен в любом месте, но, вероятно, ни в одном из них не было бы так интересно, как с Ли Данву.

«Он непредсказуем».

[Какой у тебя идеал?]

Почему вообще был задан этот вопрос?

Ещё один вопрос, который беспокоил Ча Увона: почему он сказал такие вещи Ли Данву?

[Тогда скажи мне так, Данву-я. Без злости, без приказов. Скажи, что ты переживаешь за меня, и это сводит тебя с ума.]

[Тогда мне станет легче.]

В этот момент Ли Данву, который смотрел в свой ноутбук, вдруг резко поднялся.

— Готово!

— …?

Ча Увон увидел, как Ли Данву вышел, держа телефон. Ответив на звонок в соседней комнате, называемой «Комната Босса», он вернулся в офис с улыбкой на лице.

«Комната Босса» — довольно необычное название, не так ли? Ча Увон считал Ли Данву действительно забавным человеком, но если тот всерьёз относился к такому тонкому наименованию, то, похоже, у него были проблемы.

Не то чтобы Ча Увон собирался говорить об этом Ли Данву.

«Мило».

Назвать свой личный кабинет «Комната Босса». Он вообще понимает, что команда воспринимает его как босса-монстра? Просто очаровательно.

Если бы Данву узнал о его мыслях, он бы пришёл в ярость. Ведь он назвал это место «Комнатой Босса», потому что раньше члены команды втайне называли так личный офис Ча Увона!

По этому поводу Ли Данву думал: «Он что, бандит какой-то?»

Сейчас же Дан У просто подражал прошлому Ча Увону, чтобы обрести подобный авторитет!

Так или иначе, ничего не зная о настоящих мыслях Ча Увона, Данву широко улыбнулся и сказал:

— Миссия выполнена.

— Чему ты так радуешься?

— Это миссия по сопровождению VIP. Так приятно повышать рейтинг команды.

Улыбка Данву сделала Ча Увона счастливым.

«Такой милый».

Было бы здорово, если бы он улыбался чаще. Даже если сам Данву этого не понимает, это помогло бы в продвижении репутации команды, к которой он стремится.

— Оооо, кто этот VIP?

Со Соджон, лёжа на новом диване и читая журнал, заинтересовался.

По его просьбе в офис поставили новый двухместный диван, совершенно не вписывающийся в обстановку. И без того тесное помещение стало ещё меньше.

— Это ушедший в отставку глава гильдии Йирим.

— А?

Со Соджон был озадачен.

— Члены гильдии Йирим сами обеспечивают защиту, а мы будем просто поддерживать безопасность. Похоже, этот бывший глава гильдии невероятно озабочен своей безопасностью, так что мы можем использовать это в свою пользу, ведь он будет безмерно благодарен за нашу помощь.

«Этот уходящий в отставку ублюдок из гильдии Йирим».

Данву его недолюбливал. Но, несмотря на это, он получил именно тот заказ, который хотел.

— Подождите-ка! Если охрану обеспечивает гильдия Йирим, то я не могу пойти! Они могут запомнить моё лицо…

— Кто запомнит твоё лицо? Оно у тебя такое обычное, что они, скорее всего, уже давно забыли.

Данву раздражённо, но вежливо успокоил Со Соджона, как и полагается лидеру команды.

На шее Со Соджона вздулись вены.

— Мне столько раз говорили, какой я красивый, что у меня уши вяли! Как они могли забыть моё лицо всего за несколько месяцев?!

— Ты?

Данву на мгновение взглянул на Ча Увона. В ответ его встретило идеально прорисованное, красивое лицо.

— Не сравнивай меня с ним. Посмотри объективно!

— Понял. Ты красавчик. Раз все вокруг от любви к тебе потеряют голову и не смогут сосредоточиться, выходит, мы не сможем охранять VIP, если ты будешь без маски.

— Зачем заходить так далеко?! Нет, я не говорю, что хочу отказаться от миссии…

Осознав, что это может навредить его карьере, Со Соджон занервничал.

Разумеется, Данву не собирался его убирать.

«Ты тоже должен пойти».

Ведь Пэ Чисыль была в том особняке.

Разве не стоит собрать всю команду?

Конечно, Пэ Чисыль пока не собиралась присоединяться, так что спешить не было необходимости, но Со Соджон всё равно должен был пойти.

Потому что Данву хотел увидеть всех членов команды вместе.

Данву великодушно позволил ему это.

— Надень маску.

— …?

Со Соджон не понял, о чём он.

— Мы же не выбросили ту маску? — спросил Ча Увон.

— У нас есть запасная.

— Данву такой предусмотрительный…

Ча Увон прикусил губу, сдерживая смех, но Данву не обратил внимания.

Наконец, они могли встретить последнего члена команды.

[Вы двое, пожалуйста, перестаньте ссориться.]

Перед глазами возник добродушный образ Пэ Чисыль.

Сердце сжалось, но Данву проигнорировал это чувство.

Даже если Ча Увон влюбится в Пэ Чисыль с первого взгляда, он ничего не сможет сделать.

Данву вернулся, чтобы отдать Ча Увону то, что забрал, а не чтобы отнимать у него любимого человека.

Данву не стал бы совершать такой эгоистичный поступок. Разве человек, умерев однажды, станет повторять ошибки в своей второй жизни?

Говорят, после смерти люди меняются, и такой, как Данву, тоже должен был измениться.

***

Человек, с которым Данву разговаривал по телефону, был нынешним заместителем главы гильдии Йирим.

— Мы упоминали, что уверены в своей собственной охране, но что касается <Команды Ча Увона>, бывший глава гильдии, похоже, испытывает личную симпатию к охотнику Ча Увону. Он несколько раз его хвалил и, кажется, очень хочет с ним встретиться. Пожалуйста, не чувствуйте слишком большого давления из-за этой охраны.

В его резком голосе чувствовалась уверенность. Хотя гильдия Чхонён входила в топ-3 или, по крайней мере, в топ-5, она всё же немного уступала лидирующим позициям и скорее стремилась закрепиться в пятёрке лучших.

Гильдия Йирим, напротив, обладала самой громкой репутацией среди топ-3, так что было естественно, что её глава испытывал гордость.

«Упрямый тип.»

Если он так говорит, разве Данву уже не догадывается, какое предложение поступит Ча Увону?

Он знал этого человека по другую сторону линии достаточно хорошо — когда-то тот был танком в его <Команде Ли Данву>.

«То, что он теперь глава охранного подразделения — это хорошо.»

Это могло быть полезно. Этот парень был компетентен и понимал с полуслова.

Да, он был немного упрямым, но Данву не волновался — там найдётся, кому его усмирить.

«Легко использовать.»

Подведя итог о заместителе главы гильдии Йирим в одном предложении, Данву откинулся на спинку кресла.

Благодаря тому, что гильдия Йирим отправила машину, Данву не нужно было заказывать фургон. Автомобиль был оснащён навыками подавления подслушивания и различными защитными навыками, что делало его надёжным с точки зрения безопасности.

«Мне нравится работать с крупными гильдиями.»

Данву потёр лоб, разглаживая появившиеся морщины.

— Вкратце объясню суть дела. Пэ Чонгён, бывший глава гильдии Йирим, запросил охрану. Это задание по личной безопасности. Однако цель защиты — не сам Пэ Чонгён.

— Тогда кто? — спросил Со Соджон. Он категорически отказался надевать маску и предпочёл маскировку.

«Разве это не выглядит ещё глупее?»

Данву скептически посмотрел на него.

— Его навык.

— Навык?

— Да, навык. С этого момента всё, что я скажу, подпадает под соглашение о неразглашении. В последнее время наблюдается феномен: навыки «охотников предыдущего поколения» начали похищать.

— …Я никогда о таком не слышал.

Глаза Со Соджона расширились.

— Ну, конечно, ты не слышал. Это не попало в прессу, да и все стараются замять.

— Но даже с учетом связей внутри семей — разве такая важная информация могла совсем не распространиться? Я и Ча Увон обычно узнаём о подобных вещах через родственников…

— Это так. Если только кто-то не пресекает утечки.

— Кто может обладать такой властью…

Со Соджон замер, осознавая что-то прямо в процессе разговора, а затем его глаза стали ещё больше.

— Есть такие люди. Герои прошлого поколения.

Ча Увон ответил вместо него.

«Сообразительный парень.»

Данву кивнул.

— Похоже, что кто-то из героев прошлого поколения стал мишенью, но я не знаю, кто именно. Однако, судя по тому, что следующим объектом атаки стал бывший глава гильдии Йирим, преступник явно уверен в себе.

— Но откуда им было известно, что мишенью стал бывший глава гильдии Йирим, и что нужно запрашивать охрану?

— У преступника есть одна привычка — он рассылает жертвам письма-предупреждения.

— …?

— Подожди, он заранее предупреждает, что собирается напасть?

— Он что, сумасшедший?

Кан Улим попал в точку.

«Он действительно сумасшедший.»

Данву знал, кто стоит за этим. Было несколько причин, почему он хотел остановить преступника, но одна из них была очевидна.

«Ки Хийун, ёбанный ублюдок.»

***

Пэ Чонгён, бывший глава гильдии Йирим, вышел встречать <Команду Ча Увона> у входа.

— О, какая редкость! Давно не виделись на собраниях. Да? Ну, ты же такой выдающийся и вечно занят тренировками — когда тебе собираться с нами? Но хоть иногда заходи поприветствовать нас, стариков. Видеть твоё лицо — одно удовольствие.

Бывший глава гильдии крепко пожал руку Ча Увону. По его манере общения казалось, будто он встретил дальнего родственника после долгой разлуки, но Ча Увон лишь держал своё привычное дружелюбное выражение лица.

«Они не так уж и близки.»

Данву почувствовал облегчение.

— Давно не виделись, аджосси.

— Аджосси? Зови меня дядей. Я ведь несколько лет работал вместе с твоей матерью, можно сказать, мы почти семья.

— Хорошо, дядя.

Ча Увон был человеком общительным, так что атмосфера быстро разрядилась.

Было очевидно, почему бывший глава гильдии так радостно выбежал их встречать, но никто из членов команды не чувствовал себя неловко от такого тёплого приёма.

— О! Так ты и есть охотник Со Соджон. Я слышал о твоих недавних достижениях. Они впечатляют, правда? Приятно видеть, как молодые охотники добиваются успехов. Напоминает мои молодые годы… Помню, как мой ранг поднимался буквально за ночь…

— О, да, я слышал. Как можно не знать о легенде «Тени Графа»?

Со Соджон, снявший маску после встречи с бывшим главой гильдии, весело ответил.

— Ты знаешь это прозвище? В наше время молодёжь уже мало что о нём слышала… О, Со Соджон, мне кажется, я видел тебя раньше? Моя дочь, Чисыль, всё время занята учёбой, так что на собрания почти не приходит. Хоть она вечно загружена учёбой, но в детстве мы её хорошо воспитали…

Бывший глава гильдии приобнял Ча Увона и Со Соджона за плечи, ведя их внутрь особняка. Из-за разницы в росте его руки не доставали до их спин, но сам жест был очевиден.

— …Так вот оно что! Возможно, помолвка!

— О.

Кан Улим легко разгадал замысел, и это было даже похвально в своей прямолинейности.

У Данву неприятно екнуло в груди. Он старался не подавать виду, но теперь у него разболелась голова.

«Скоро Ча Увон встретится с Пэ Чисыль.»

Он и представить не мог, что они были знакомы с детства.

Хотя… это единственное, чего он не представлял, да?

«Они ведь сами этого хотели…»

Испытав лёгкую тошноту, Данву замедлил шаг. В конце коридора он услышал голоса.

— …Что, если мне не будет грустно, даже когда умрёт мой отец?

— Такого не случится.

— Нет, мне кажется, случится. Что, если я даже не заплачу на похоронах… Я точно окажусь плохой дочерью.

— Говорю тебе, этого не будет. Я здесь с тобой, потому что беспокоюсь о тебе даже сейчас.

— …

Это был голос женщины, готовой расплакаться, и мужчины, который её утешал.

Данву знал эти голоса. Они звучали моложе, чем он помнил, но это определённо были они.

«Пэ Чисыль и Квон Джунхон.»

Целитель из <Команды Ча Увона>, Бэ Чисыль, и целитель из <Команды Ли Данву>, Квон Джунхон.

Два лучших целителя, которых Данву запомнил за их доброту, в углу особняка обсуждали что-то… странное.

Когда Данву пристально посмотрел в угол, не проходя мимо, они тоже заметили его присутствие.

— К-кто ты? — Квон Джунхон встал перед Пэ Чисыль, словно защищая её.

«Их способности, кажется, схожи.»

Иронично, но Пэ Чисыль, похоже, имела более сильные атакующие навыки, чем Квон Джунхон, который был ближе к чистому лекарю.

В любом случае, оба были настолько слабы перед Данву, что он мог бы победить их одним пальцем.

«Пэ Чисыль и Квон Джунхон ещё не пробудились.»

Неизвестно, когда именно пробудилась Пэ Чисыль. Когда Данву присоединился к <Команде Ча Увона>, она уже была их лекарем.

Однако он точно знал, когда пробудился Квон Джунхон. Это случилось после смерти Пэ Чисыль.

После её смерти Квон Джунхон пришёл к Данву и отчаянно умолял закрыть <Последнее Подземелье> и вернуть Пэ Чисыль обратно. Он молил: «Позволь мне пойти с тобой».

Квон Джунхон только что пробудился, и он знал, почему это произошло.

Все охотники должны были выполнить «Условия Пробуждения», и эти условия варьировались от сложных до смехотворно простых. Пока они не были выполнены, охотники не могли знать, какими они будут.

Условие пробуждения Квон Джунхона было лёгким.

«Он должен осознать, что любит Пэ Чисыль.»

Пэ Чисыль была его другом детства, первой любовью. Даже после её помолвки он не осознавал своих чувств, и только после её смерти это дошло до него.

Это была любовь, которую Данву не мог понять. Он был счастлив, зная, что Пэ Чисыль счастлива с другим мужчиной, но он не мог смириться с её смертью.

Так или иначе, Квон Джунхон осознал свою любовь к Пэ Чисыль только после её смерти, и это осознание было настолько мучительным, что он не мог перестать плакать. Он выглядел глупо.

Данву решил взять его в команду не из жалости, а потому, что знал: после пробуждения Квон Джунхон станет целителем S-ранга.

Он был человеком, который достиг вершины класса чистых лекарей — <Святого>, высшего ранга лекарей.

Так Квон Джунхон стал целителем <Команды Ли Данву>…

Данву вскоре понял, что этот друг детства невероятно похож на него самого.

«В этот раз этого не случится.»

Но, глядя на лицо Квон Джунхона, он испытывал какое-то тёплое чувство. Он был таким наивным, что Данву не мог предсказать, когда на этот раз тот осознает свои чувства.

Причина, по которой Данву не сомневался в отношениях Ча Увона и Пэ Чисыль, заключалась не только в том, что они выглядели исключительно профессиональными.

Когда он встретил Квон Джунхона после потери членов <Команды Ча Увона>, тот был настолько предан Пэ Чисыль.

Разве кто-то будет искать партнёра на стороне, имея рядом с собой такого преданного человека?

«Пэ Чисыль была такой же наивной, как и Квон Джунхон.»

Данву задумался: были ли они действительно просто друзьями? Они могли не говорить об этом вслух, но, возможно, так и не осознали своих чувств друг к другу?

Размышлять о ком-то, кто уже умер, было бессмысленно.

В то время, хоть Данву и думал об этом, он не высказывался, чтобы не ранить Квон Джунхона.

— Ты глухой ублюдок? Или у тебя нет ушей? Я сказал тебе прекратить лечение, почему ты не слушаешь?

— П-прости… Но у тебя же, кажется, сломаны кости…

— Ты должен экономить ману. Разве я умру только потому, что сломал руку?

— Разве большинство людей не умирает, если у них сломана рука…?

Они разговаривали только по делу.

Пэ Чисыль вмешалась.

— О! Ты из внешней охраны? Мой отец вызвал, эм…

— Ах…! <Команда Ча Увона>! Это Охотник Ли Данву! Эм, я ваш фанат!

Квон Джунхон закричал в удивлении.

«Как он меня узнал?»

Данву был не менее поражён.

В интернете почти не было фотографий Ли Данву, кроме снимков для удостоверения личности, верно?

— <Команда Ча Увона> действительно потрясающая. Молодые охотники, которые спасают граждан и исследуют подземелья, полагаясь только на свою силу, даже не вступая в крупные гильдии в наше время… — Пэ Чисыль сказала это с сияющим лицом.

Квон Джунхон энергично закивал.

«Эти дети выросли в семьях с хорошей поддержкой, будь то Ча Увон или Со Соджон, верно?»

Критерии оценки собственной силы у них, похоже, отличались от критериев Данву.

В любом случае, это было даже к лучшему.

— Да. Я случайно подслушал ваш разговор, проходя мимо.

— Нет, это мы шли сюда! Этот дом довольно просторный, правда? Когда у нас остаются гости, они часто теряются. Даже если бы мы хотели закрыть неиспользуемые комнаты, мой отец бы не позволил. Ему это кажется неприемлемым. Он не любит быть обычным, когда дело касается показухи… — Пэ Чисыль замолкла и прикрыла рот рукой.

— Ахаха… Я не хотела критиковать отца. Я действительно уважаю его. Он восхитительный и достойный человек. Я правда рада, что вы пришли его защищать.

— Честно говоря, я слышал всё, что вы говорили ранее. Ты сказала, что не любишь своего отца. — Данву признался.

«Если быть точным, я слышал что-то вроде «Что, если мой отец умрёт, а мне не будет грустно»…»

Это было абсурдное заявление. Ведь Пэ Чисыль была тем человеком, который оплакивал бы даже случайно погибшее животное.

— На самом деле, ты неправильно понял. Это неправда. Я глубоко уважаю своего отца, героя, который спас мир. Восхищаться им и уважать его — это естественно.

— Верно. Чисыль действительно его любит. То, что ты слышал раньше, просто недоразумение.

Пэ Чисыль и Квон Джунхон старательно объясняли. Однако их слова напоминали реплики из плохо написанного сценария.

«Я ослышался?»

Даже если у кого-то и были сомнения, их выражения и поведение выглядели настолько искренними, что Данву нечего было сказать.

— Когда ты врёшь, твой голос так дрожит, что тебя легко поймать.

— М-мой голос дрожит? Дрожит… — Пэ Чисыль схватилась за горло.

Глядя, как Квон Джунхон утешает её, похлопывая по спине, Данву удивился, как эти двое до сих пор не встречаются.

Они даже не родственники, но так хорошо подходят друг другу. Разве им не стоит пожениться?

— Пожалуйста, не говори этого моему отцу! Ему будет больно! Даже если он сделает вид, что ему всё равно, он ведь всё равно человек!

— Верно, хоть этот человек и немного неприятный, но он действительно спас мир. Если его единственная дочь его презирает и ненавидит, ему может быть обидно.

Они оба умоляли.

«Если она его так ненавидит, разве бывший глава гильдии уже не в курсе?»

Данву подумал об этом, но не видел смысла говорить вслух.

— Да, я ничего не скажу.

— Правда? Пожалуйста, не рассказывай это прессе! Это вызовет огромный скандал!

Действительно, если дочь бывшего героя презирает его, это может стать сенсацией.

«С таким отношением, как это до сих пор не стало известным?»

Данву было любопытно, но он повторил обещание.

— Да, я не буду говорить об этом прессе.

— Спасибо огромное! Охотник Ли Данву! Ты действительно такой, как о тебе говорят!

— Пожалуйста, позаботься о её отце!

Квон Джунхон схватил Данву за руку обеими руками. Как у обычного гражданского, его ладони были мягкими, без следов тренировок.

«Как говорят?»

Данву задумался, откуда Пэ Чисыль узнала о нём.

«В любом случае, я достиг первой цели — вошёл в этот особняк.»

Данву встретился взглядом с Пэ Чисыль. Теперь, когда она пробудится, ему оставалось лишь первым заполучить её и взять в команду, опередив всех остальных.

«Чтобы сделать это, нужно произвести хорошее впечатление.»

Что бы Пэ Чисыль ни говорила, она, вероятно, будет благодарна, когда её отец будет спасён. Чувство неприязни к кому-то и спасение этого человека работают по разным механизмам.

Можно сказать, что он был типичным членом команды <Ча Увона>.

— Я сделаю всё возможное. Но я не могу найти свою комнату. — Сказал Данву, глядя на Квона Джунхона. Тот был человеком, который обычно выполнял в команде разную мелкую работу.

— О! Ты говорил, что потерялся. Наверное, отделился от своей группы. Я провожу тебя! Чисыль-а, ты не против остаться одна?

— Я тоже пойду. Он ведь пришёл защищать моего отца, так что я должна его сопровождать. А ты гость. Ты пришёл, беспокоясь обо мне. Но мой отец всё время пытается нагружать тебя поручениями… ну вот… — Пэ Чисыль смутилась и слегка покраснела.

— Всё нормально. Сколько раз ты мне помогала? Если я могу быть полезен тебе, то это даже лучше. Оставайся здесь. Ты ведь не хочешь столкнуться с ним. Ты даже колебалась, когда он хотел представить тебя гостям…

— Это правда, но…

«Вы встречаетесь?»

Данву не понимал, были ли эти двое просто друзьями детства. Хотя… у самого Данву не было друзей, не говоря уже о друзьях детства, так что ему было нечего сказать о том, насколько близкой должна быть дружба…

В этот момент позади раздался шум, и отделившаяся от Данву группа вновь появилась в коридоре.

— О! Вот ты где! Этот особняк такой большой, что гости часто теряются. Кажется, твой друг не очень хорошо следовал за группой… О? Как удачно! Те, кого я хотел представить, как раз все здесь!

Бывший глава гильдии воскликнул.

Сердце Данву пропустило удар. Он прислонился к стене, положив руку на свою гулко бьющееся грудь, и поднял взгляд.

«Если Ча Увон увидит Пэ Чисыль…»

Данву знал, что ему нужно было наблюдать за этим моментом — за тем, как Ча Увон, когда-то близкий с юной Пэ Чисыль, встретит повзрослевшую её.

Несмотря на осознание глупости этого поступка, Данву чувствовал, будто снова сдирал с себя старую рану.

«…?»

— Данву-я, я нашёл тебя.

Ча Увон даже не смотрел на Пэ Чисыль.

Он вздохнул и положил руку на плечо Данву, затем аккуратно отделил его от Квона Джунхона. Рука Квона Джунхона, которая держала Данву, тоже разжалась.

«А?»

Ча Увон спросил:

— Кто он?

— Я потерялся… и встретил человека, который предложил проводить меня.

Данву не понимал, почему чувствовал, будто оправдывается.

«Нет, это не оправдание.»

Разве он не просто объяснял ситуацию? Но он не мог понять, почему это действительно напоминало оправдание.

Оправдания за свои поступки — это ведь то, что прошлый Данву говорил прошлому Ча Увону, разве нет?

— Я думал, Данву-я любит только играть с огнём, а оказывается, ещё и умеет теряться.

Ча Увон взглянул на Квона Джунхона, говоря о Данву так, словно тот был беспомощным ребёнком.

— Ты его знаешь?

— Нет.

— Но, Данву-я, ты позволил ему держать тебя за руку?

Ча Увон засмеялся, и Данву был озадачен его тоном, словно тот действительно страдал от гермофобии в повседневной жизни.

— Я что, умру, если кто-то дотронется до меня, потому что у него микробы или что-то в этом роде?

— Не в этом дело, но Данву обычно не позволяет людям легко приближаться к себе.

— Так ты держишь меня за плечо не для того, чтобы стать ближе, а чтобы держать на расстоянии?

— Я не просто кто-то для Данву.

Данву мог бы продолжить препираться с Ча Увоном до бесконечности, но сдержался, потому что встретился взглядом с Пэ Чисыль. Когда он посмотрел на неё, в его памяти тут же всплыл голос:

[Данву-ши, Лидер… Пожалуйста, ссорьтесь после собрания.]

Этот голос всплыл у него в голове.

Это означало не только то, что в прошлом ему достаточно было встретиться взглядом с Пэ Чисыль, чтобы вспомнить это, но и то, что они всегда ссорились.

Хотя было очевидно, что если он сдержится из-за лица Пэ Чисыль, Ча Увон снова начнёт спорить…

Отставной лидер гильдии подошёл, положив руку на плечо Пэ Чисыль. Данву вернулся в реальность, прервав свои размышления о прошлом.

— Наша Чисыль. Я уже искал тебя, а вот ты где. Ты ведёшь гостей? Она моя дочь, и она очень честная и хорошая. Чисыль-а, помнишь? Ты часто играла с Увоном.

— Да… помню. Здравствуй.

Пэ Чисыль склонила голову и поприветствовала его. Ча Увон тоже кивнул в ответ, делая их встречу неловкой, словно они виделись впервые.

«Что это?»

Данву хорошо умел читать выражение лица Ча Увона, но не похоже было, что тот влюбился с первого взгляда. Скорее, он смотрел на Данву с выражением «как справиться с этим проблемным ребёнком»…

«Когда они вообще успели влюбиться друг в друга?»

Отставной лидер гильдии похлопал Пэ Чисыль по плечу.

— Хаха. Разве она не такая вежливая? Увон ровесник тебе. Раньше вы разговаривали неформально и были близки. Наверное, странно видеть друг друга спустя столько лет. Если бы Мункён была здесь, вы двое и правда выросли бы как родные. Я даже говорил с Мункён об этом: «Когда у нас появятся дети, давай их поженим…»

Он нёс чепуху, но Пэ Чисыль смотрела на него с невозмутимым лицом.

— Ах, папа! О чём ты говоришь? Это же стыдно даже перед Ча Увоном! Ты сказал, что представишь меня. Я вышла, думая, что ты познакомишь меня с теми, кто тебя охраняет. Если ты собираешься нас позорить, я ухожу.

— О, нет, я…

— Если ты продолжишь говорить неформально и относиться ко мне как к ребёнку, это будет неуважительно даже к Ча Увону. Ты сам учил меня, что в официальных ситуациях всегда нужно сохранять достоинство.

— Эм, да, ты права. Охотник Ча Увон мог бы почувствовать себя некомфортно. Он же лидер своей рейд-группы. Наверное, я просто слишком по-дружески отнёсся к сыну своего старого друга после стольких лет? Прошу прощения.

— Нет, всё в порядке. Вы лично поприветствовали меня, и мне было приятно услышать новости о моей матери спустя столько времени. Я беспокоился, что отнимаю у вас время, хотя вы заняты.

Ча Увон мягко ответил, затем улыбнулся Пэ Чисыль.

— Будет ли нормально, если Чисыль проведёт для нас экскурсию по особняку? Наверное, мне стоило бы называть вас «Юная Леди» или как-то так, ведь вы дочь нашей цели по охране, но раз мы друзья, мне немного неловко использовать такие титулы.

— Юная Леди! Это заставило бы меня чувствовать себя неловко! — Отставной лидер гильдии вмешался. — Зови её просто Чисыль, это же гораздо неформальнее и дружелюбнее. Я уверен, ты не против, да, Чисыль-а? Вам двоим будет проще общаться, если я, старик, немного расслаблюсь. Ладно, Чисыль хорошо вас проведёт. Отличного вам времени вместе!

— Да, да! Охотник Ча Увон, как я могу позволить называть меня «Юная Леди»…

Пэ Чисыль без колебаний согласилась, и её титул сменился на имя.

«Это значит, что нам всем следует звать её “Юная Леди”, кроме Ча Увона?»

Пэ Чисыль вряд ли имела в виду именно это, но скрытые намерения отставного лидера гильдии были очевидны.

Кроме Со Соджона.

Однако Данву был озадачен поведением Ча Увона.

Он обычно был мягким и дружелюбным, но не тем, кто легко идёт на контакт. Так почему же он первым протянул руку Пэ Чисыль?

Данву несколько раз моргнул, затем потёр лицо рукой. Иногда он сомневался, правильно ли воспринимает реальность. Если всё это сон, значит, он видит совершенно новый кошмар.

Он энергично потёр глаза, из-за чего они заболели. Ча Увон схватил его за руку.

— Данву-я.

— Что-то попало в глаз.

Данву привёл оправдание. Затем выдернул руку из хватки Ча Увона.

«Разве можно вот так влюбиться в кого-то?»

После того как они встретились как охранник и клиент, возможно, они вспомнят прошлое и подумают: «О, мы были хорошими друзьями», — и испытают тёплые чувства друг к другу.

Был ли у Данву опыт в романтических отношениях? Но, когда он задумался об этом, стало ясно: никто не мог точно знать, понимал он любовь или нет.

Прежде всего… как вообще Данву мог бы распознать романтические чувства кого-то вроде Ча Увона, который мастерски скрывал свои эмоции?

Наблюдать за ним было бессмысленной затеей.

«Зачем я сюда пришёл? Соберись. Делай свою работу».

Данву легонько подтолкнул Квона Джунхона, затем обнял его за плечи.

— …!

Глаза всех вокруг расширились, но Данву этого даже не заметил.

«Теперь мы примерно одного роста».

В прошлом, в команде Ли Данву, Квон Джунхон был тем, кто поддерживал его тело. В те времена тело Данву часто не слушалось его, и среди всех, кто не испытывал к нему враждебности и был достаточно добр, чтобы предложить помощь, Квон Джунхон был единственным.

Позже Квон Джунхон вырос, и тогда Данву стало неудобно принимать поддержку.

— Я немного хочу пить. Можно воды?

— А? Да! Я проведу. До ресторана в главном особняке ближе, но гостевые комнаты ближе к этой стороне…

Квон Джунхон запнулся.

— Проводи туда, куда тебе удобнее.

Данву ответил небрежно. Он думал, что сказал это совершенно обычно, но его тон и выражение лица были на удивление дружелюбными и тёплыми.

«Наверное, он сбежал из подземелья».

Если в команде Ли Данву были двое, кому во что бы то ни стало нужно было выжить, то это были младший брат Ча Увона и Квон Джунхон.

«Потому что он хороший парень».

Другими словами, это означало, что им было легко манипулировать, и Данву собирался использовать его для исследования особняка или чего-то подобного.

Изначально он думал идти один, но если бы кто-то увидел, как он бродит по особняку в одиночку, это могло бы вызвать подозрения. В конце концов, он был здесь как часть охранной команды, так что исследование особняка не выглядело бы странным. Однако, если бы он ходил один, это могло бы насторожить кого-то.

С этой точки зрения, Квон Джунхон был удобнее, чем Пэ Чисыль. Ведь Пэ Чисыль была в его команде, тогда как Квон Джунхон имел опыт работы на позиции лидера команды.

«Думаю, это подойдёт».

Со своими юными, яркими голубыми глазами Квон Джунхон казался Данву ребёнком.

— Как тебе учёба в колледже?

— А? Эм… да. Мне нравится, и кажется, это мне подходит.

Данву спросил его так, словно был каким-то дальним родственником, с которым давно не виделся, и это немного сбило Квона Джунхона с толку.

«Разве мы с Охотником Ли Данву не ровесники?»

Данву кивнул.

— Это хорошо.

«Если бы первая зачистка прошла успешно, Квон Джунхон продолжил бы жить беззаботно».

Но Пэ Чисыль погибла, и Квон Джунхон уже не мог вернуться к своему прежнему «я», к тем временам безмятежности и юности.

Данву моргнул, продолжая идти.

«Таких людей было много».

Младший брат Ча Увона был таким же.

Погрузившись в мысли, он крепче сжал плечо Квона Джунхона и слегка отдалился от группы.

Неудивительно, что эта странная сцена не ускользнула от внимания остальных членов команды.

«Что происходит?»

«Это новый член команды? Какой-то новый трюк?»

«Что за чушь ты несёшь? Этот парень не пробуждённый».

Со Соджон и Кан Улим обменялись взглядами.

Ли Данву был человеком, который никогда не стоял бы плечом к плечу с тем, кого только что встретил. Впрочем, даже с лучшим другом он бы, скорее всего, держал дистанцию.

…Однако Ча Увон, который часто стоял рядом с Ли Данву, думал иначе.

Он остановился и посмотрел на Ли Данву. Ему было не по себе.

«Мне это не нравится».

В этом он был абсолютно уверен.

Воодушевление, которое он обрел, ощущение выживания вместе с Ли Данву, начало угасать.

Ча Увон не привык к такому состоянию. Он не привык к резким переменам в своем самочувствии из-за внешних факторов.

Обычно он был спокоен. У него не было больших тревог, и не существовало проблем, с которыми он не мог бы справиться. Редко что-то влияло на него до такой степени.

Чтобы разобраться в ситуации, он спросил:

— Данву-я, куда ты идешь?

«Почему тебя это так интересует? Иди лучше за Пэ Чисыль приглядывай.»

Данву нахмурился.

— Иду за водой.

— Пойдем вместе. Почему ты все время действуешь в одиночку в таком огромном особняке?

«…?»

— Начальник охраны собирает необходимую информацию для безопасности, а ты отвлекаешь его своими незначительными физиологическими потребностями.

Данву не понимал, почему Ча Увон вдруг начал считать это помехой. В начале двадцатых он, наоборот, всегда помогал Данву, когда тот что-то делал один.

«Не слишком ли ты серьезен?»

— Данву-я, ты вдруг стал таким вежливым, это еще страннее.

Но Ча Увон не остановился.

— Вы двое раньше были знакомы?

Он взглянул то на Ли Данву, то на Квона Джунхона.

«Ты знаешь Квона Джунхона?»

Конечно, он его знал. Данву уже знал всех, кто здесь находился.

Но он не понимал, почему его вдруг спрашивают об этом, если он не сделал ничего необычного.

«…Я опять сделал что-то странное?»

Только тогда Данву осознал, что происходит. Он убрал руку с плеча Квона Джунхона и извинился.

— Прости. Я вел себя так, будто мы близкие родственники.

— О, нет, все в порядке! Можешь так делать! — Квон Джунхон кивнул.

Но выражение Ча Увона осталось странным.

Оно словно говорило: «Данву-я, ты правда настолько близок со своим кузеном?»

«Что ты вообще знаешь?»

Когда он обернулся, то понял, что все бывшие участники <Команды Ча Увона> были здесь.

Тем не менее, Данву чувствовал беспокойство. Внезапно ему стало трудно смотреть в сторону Пэ Чисыль и Ча Увона, и ему захотелось уйти отсюда.

— Тебе неловко показывать мне, где набрать воду, потому что ты меня не знаешь?

— Нет, конечно же, нет! — Квон Джунхон в удивлении замахал руками.

— Вот видишь. Я скоро вернусь.

— Это не то, что я имел в виду…

Ча Увон усмехнулся.

— Я знаю, что Данву чувствует себя неуютно рядом с незнакомыми людьми. Я спросил, потому что он выглядел так, будто давно тебя знает.

«Разве ты не держишь дистанцию от всех?»

На самом деле, Ча Увон считал, что Ли Данву чувствует себя неловко рядом с любыми людьми, вне зависимости от степени знакомства. Однако он не мог сказать этого вслух.

Ли Данву хорошо ладил с членами команды, но никогда не сближался с кем-либо без дистанции. Когда он засыпал, никто не мог к нему прикоснуться. Он не позволял никому приближаться к нему слишком близко, даже Ча Увону, который мог разве что укрыть его одеялом. У Ли Данву были свои границы.

«..?»

Данву не понимал, что происходит. Он никогда не думал о себе как о человеке, который не любит незнакомцев.

Ему просто было безразлично большинство людей, а некоторых он откровенно не переносил.

Небольшое количество людей играло в его жизни слишком важную роль, из-за чего он страдал.

Ча Увон был тем, кого он очень сильно ненавидел, но при этом он был невероятно важным для него человеком.

— Вау, Охотник Ли Данву, ты такой застенчивый! Я даже не знал. Наверное, я слишком быстро сблизился! Теперь, когда я думаю об этом, я даже не представился.

Данву сдержался, чтобы не сказать: «Разве тот, кто такой застенчивый, мог бы так запросто положить тебе руку на плечо?»

— О! Это Квон Джунхон, мой друг. Мой отец слишком занят работой, и я беспокоилась, поэтому он пришел помочь.

— В такие времена не так просто пустить посторонних в особняк. Похоже, вы с ним очень близки. — Спокойно заметил Ча Увон.

«Впускать посторонних в дом сейчас совершенно неуместно…!»

После мгновения напряжения Квон Джунхон и Пэ Чисыль расслабились и объяснили ситуацию.

— Да, он мой друг детства. Так как мой отец был слишком занят, и дома никого не было, Джунхон был единственным, кто играл со мной в особняке.

— Она играла со мной в детстве. Если ты беспокоишься, хочу тебя заверить: у меня есть подтвержденная личность. Наши отцы хорошие друзья, и я знаю Чисыль с рождения. Я не уйду из ее комнаты, пока ты охраняешь ее. В любом случае, я изначально планировал оставаться там.

Ча Увон кивнул.

— Вы двое действительно близки. Приятно видеть. Разве не так, Данву-я?

«…?»

Данву не понимал, к чему клонит Ча Увон.

— Да, ты прав.

— Так что давайте все передвигаться вместе, а не оставлять Чисыль одну, чтобы успокоить ее тревогу.

«Чисыль?»

Данву внезапно почувствовал дискомфорт из-за этого неформального обращения.

«Ча Увон обычно обращается к членам команды по именам.»

Он старался мыслить рационально, но тут же нашел контраргумент.

«Но сейчас Пэ Чисыль не целитель <Команды Ча Увона>.»

Данву начал сомневаться: он сам сходит с ума или становится слишком чувствительным к незначительным деталям, или же странным был Ча Увон?

Где ты найдешь людей, которые сразу начинают называть друзей детства по имени, как только снова встречают их?

Такие люди, безусловно, непросты в романтических отношениях. Конечно, Ча Увон не был таким человеком.

— Почему для того, чтобы просто сходить за водой, обязательно нужно присутствие еще одного человека?

— Нам поступило предупреждение об атаке, и, даже несмотря на то, что мы — охранная команда, это рискованно идти поодиночке.

Этот аргумент тоже звучал логично. Однако у Данву была привычка сначала оспаривать и анализировать слова Ча Увона.

— Я тот, на кого могут напасть?

— Кто знает. Просто мне спокойнее, если мы будем держаться вместе. Мне не нравится, что вы двое пойдете одни…

Данву уже собирался возразить, но Пэ Чисыль прикрыла рот рукой.

— О, эм…

— …?

— Нет, ничего. Продолжайте!

— …?

Пэ Чисыль позволила Ли Данву и Ча Увону продолжить спор…

Но так же быстро, как напряжение возросло, оно рассеялось.

Данву сказал:

— Может, тогда все вместе сходим за водой?

— Да…

Пэ Чисыль выглядела немного разочарованной…

«Что?»

Они все вместе направились в ресторан особняка…

Квон Джунхон и Пэ Чисыль завершили обход гостей и вернулись в свои комнаты.

Хотя это называлось «комнатой», в нее входили спальня Пэ Чисыль, гардеробная, гостиная для приема гостей, ванная, туалет, кабинет и даже кладовая.

Квон Джунхон получил комнату, смежную со спальней Пэ Чисыль, но, чтобы быть в безопасности, он ночевал в ее гостиной.

Детский друг Пэ Чисыль, Квон Джунхон, жил у нее по ее просьбе. Он не имел никакого отношения к миру охотников. Его отец, работавший садовником в семье Пэ Чисыль, в детстве несколько раз позволял ему встречаться с ней.

Пэ Чисыль с самого детства находилась под защитой, будучи дочерью богатой семьи. Но если бы дело было только в богатстве, это было бы еще полбеды. Семья Чисыль принадлежала к престижному охотничьему роду, что вызывало множество завистников.

Ее отец, Пэ Чонгён, которого Квон Джунхон называл «аджосси», был членом <Команды Ча Мункён> и сам являлся довольно известной личностью.

Там, где есть известные люди и их семьи, всегда находятся те, кто хочет им навредить.

Особняк был настоящей крепостью: высокие стены, барьеры из заклинаний, защита от проникновения дронов и камер, магические меры, предотвращающие незаконное вторжение. Но для Чисыль это место больше напоминало тюрьму.

Квон Джунхон считал себя везучим. Он смог найти Чисыль в этих стенах и стать ее другом.

— Наверняка у моего отца был какой-то скрытый мотив, когда он вызвал <Команду Ча Увона>… — пробормотала Чисыль, подперев подбородок рукой.

Квон Джунхон тоже размышлял об этом, но не мог говорить плохо о ее отце.

— Сейчас это одна из самых уважаемых рейд-групп. Твой отец мог пригласить их в любое время. Гильдия Йирим стала слишком активной, и это тебя нервировало, так что, возможно, он решил привести команду, среди которой есть твои ровесники, чтобы тебе было спокойнее.

— Тебе не нужно оправдывать моего отца. Его намерения очевидны. Что, черт возьми, у него в голове? Он думает, что мы живем в XVIII веке? Ты видел выражение лица охотника Ча Увона? Я так опозорилась, что готова была провалиться сквозь землю!

—Ча Увон — выдающийся охотник, а твой отец был другом охотника Ча Мункён, так что, возможно, он хочет, чтобы ты наладила с ним контакт…

— Не оправдывай его!

Квон Джунхон вздохнул.

— Ладно. Если честно, думаю, твой отец хочет выдать тебя замуж.

— Он позвал меня, разыгрывая опасную ситуацию, а вся эта «угроза» была просто частью его плана, да? Разве это не было задумано им с самого начала?

— Вряд ли. Он бы не зашел так далеко.

— Если речь идет о моем отце, то это вполне возможно.

— Не думаю.

— А ты сам говорил, что я заплачу, если мой отец умрет!

— Ты бы заплакала…

— Нет! Отец даже не плакал на похоронах мамы, так почему я должна плакать на его? Даже если с ним что-то случится, мне не будет грустно. Я до сих пор на него злюсь, так что точно не буду внезапно лить слезы. Наверное, я и правда его дочь…

Квон Джунхон пытался утешить Чисыль, которая начала принижать себя, но в его голове были другие мысли. Он беспокоился, что с ее отцом может что-то случиться. И если это произойдет, она обязательно будет переживать, даже если сейчас говорит обратное.

Она не была похожа на отца — ни внешне, ни по характеру.

Он действительно переживал за ее отца. Чисыль была, как цветок в теплице — защищенная, но хрупкая. Ей было тяжело находиться рядом с отцом, но если она вдруг останется без его защиты, ей придется столкнуться с настоящими трудностями.

«Помимо гильдии Йирим…»

С <Командой Ча Увона> все в порядке?

— Почему у тебя такое выражение лица? Ты о чем-то задумался? — спросила Чисыль, все еще взволнованная.

— <Команда Ча Увона>, они не такие, как ты ожидала?

Они оба были фанатами <Команды Ча Увона>, и Квон Джунхон осторожно задал этот вопрос.

Хотя Квон Джунхон восхищался Ли Данву, который имел образ «холодного мечника», Бэ Чисыль была фанаткой Ча Увона, известного как «мягкий мечник».

— Как и ожидалось, холодный мечник крут. Быстрое фехтование рапирой…

Думая о чем-то постороннем, Квон Джунхон покачал головой.

— Я думал, они все очень близки. Они же сформировали команду со своими друзьями, да и все одного возраста. Я думал, насколько же они дружны на самом деле, но, посмотрев на них ранее, кажется, они не так уж и ладят. Это может стать проблемой для безопасности?

Чисыль широко раскрыла глаза от его слов, а затем переспросила:

— Ты хочешь сказать, что подумал, будто они ссорятся?

Квон Джунхон нахмурился.

— …Но они ведь действительно поссорились? У них произошел словесный конфликт из-за разногласий.

— Как ты вообще можешь считать это ссорой?! Ох, боже. Если их товарищи по команде такие, и мой отец даже не прокомментировал это, как ты мог увидеть ситуацию иначе?! Просто невероятно. Должно быть, я пошла в мать! Я такая сообразительная, раз уж ты…

«Нет, ну это уже слишком…»

Квон Джунхон был на ее стороне, но с этим утверждением согласиться не мог.

Вспоминая одноклассников из старшей школы, он убеждался в этом еще больше. Многие из них недолюбливали Чисыль, но она окончила школу, даже не зная об их существовании.

Со стороны ее школьные годы выглядели весьма драматично. Будто из воздуха появлялись хулиганы, усложняющие ей жизнь. Однако сама она вспоминала это время как спокойное и счастливое. По-настоящему серьезных проблем у нее не было…

Когда Чисыль шла по коридору, едва избежав испорченного молока, вылитого из окна, она просто говорила: «Ой, похоже, у кого-то рука соскользнула». Такой она была.

[Наши ученики вели себя вполне прилично. Они не отвергали меня только потому, что я дочь легендарного героя. Даже завистников не было…]

А стоит ли рушить эту иллюзию?

— Да они друг другу нравятся!

— …Что?

Квон Джунхон не знал, как реагировать на ее абсурдное заявление. В отличие от него, Чисыль нашла его реакцию до ужаса раздражающей.

— Разве ты не заметил? Ты всё время трогал охотника Ли Данву, и это раздражало охотника Ча Увона, он явно злился! Ты же специально провоцировал их на ссору, да? Я так и подумала!

«Нет, они же просто сверлили друг друга взглядами…»

И первым прикоснулся охотник Ли Данву! Не то чтобы Квон Джунхон был совершенно невиновен, но…

Он перебрал в голове множество мыслей, но решил не озвучивать их.

Чисыль хотела видеть мир прекрасным, так зачем же ему разрушать эту картину?

— О, понятно.

— Вот именно! Подумай хорошенько!

— Если представить так, то звучит логично.

— Конечно, логично, верно?! Нам нужно держать это в секрете. Охотник Ли Данву тоже пообещал сохранить мой секрет, так что мы не можем разбрасываться такими вещами.

— Если мы начнем это обсуждать, могут пойти слухи.

Квон Джунхон подумал, что его могут засудить за клевету, если такое случится, но всё же кивнул.

— Да, мы никому не расскажем.

— Отлично! Это останется между нами.

— Именно.

— По-моему, охотник Ли Данву слегка не осведомлён. Возможно, только охотник Ча Увон по-настоящему понимает свои чувства…

— Эм, ну да…

Так или иначе, они пришли к какому-то выводу.

— Значит, нам нужно не дать папе нести всякую чепуху про помолвку.

— Верно. Я помогу, чем смогу.

Квон Джунхон дал обещание. Он не был уверен, что именно мог сделать, но одно знал точно — он полностью на стороне Чисыль.

***

Данву и его команда получили инструкции по особняку, а затем поприветствовали Го Чона, начальника службы безопасности гильдии Йирим.

— Пожалуйста, позаботьтесь о нас.

Когда он это сказал, Го Чон выглядел уставшим, но Данву был уверен, что сможет тщательно следить и за второй сменой, как и подобает настоящему лидеру.

«Пустая трата времени и сил».

Не существовало способа предотвратить проникновение Ки Хийуна в особняк.

Ки Хийун называл это «Охотой за навыками», но, по сути, это было просто «эффективное повторное использование способностей».

«О какой эффективности он говорит? Этот ублюдок».

Охотники уходили на пенсию рано, потому что их тела и умы не выдерживали слишком долгой активной службы. Подземелья изматывали людей, а препараты, которые использовали охотники для борьбы с монстрами, разрушали их тела.

Даже крепкое телосложение быстро приходило в упадок, готовое сломаться в любой момент.

Именно поэтому «Мастер», который оставался активным даже после сорока, вызывал уважение.

Некоторые язвительно замечали, что у него просто оставались силы, потому что он никогда не входил в <Последнее подземелье>, но Данву не оставлял таких ублюдков безнаказанными…

Однако проблема заключалась в навыках пожилых охотников.

Ослабевшее тело охотника больше не могло выдерживать нагрузку от использования навыков.

«В мире, где есть так много удивительных способностей, какое же преступление совершили эти навыки, чтобы оказаться запертыми в теле охотника, ставшего негодным из-за старости? Я хочу помочь этим навыкам вновь засиять и принести пользу миру, Данву-я.»

«Не зови меня так.»

«Если ты так злишься, мне ещё больше хочется называть тебя так. Ты обещал отдать мне всего себя — и тело, и душу. Если ты даже своё имя не можешь мне позволить, я начинаю сомневаться в искренности твоих слов.»

«Делай, что хочешь, но не зови меня так.

«Эх… Данву действительно умеет дразнить людей.»

«Ублюдок!»

«Мне даже больше нравится, когда ты злишься, а не пытаешься держаться холодно. От этого у меня мурашки по коже…»

Извращённый ублюдок.

«Скоро ты тоже станешь таким.»

Ки Хийун показывал процесс «Охоты за навыками», так что Данву знал, как это работает.

Ки Хийун, вероятно, не осознавал, что, показывая Данву «Охоту за навыками» ради забавы, он сам подписывает себе приговор.

Ки Хийун был охотником-менталистом, что встречалось крайне редко.

Его пассивный навык — <Очарование> (S).

Он мог завоёвывать поклонников и переманивать людей на свою сторону. Он был тем, кто мог менять роли, как в «Отелло», превращая белое в чёрное.

Однако причина, по которой Данву ненавидел Ки Хийуна, была вовсе не в том, что он был преступником или менталистом.

Первый раз Ли Данву встретился с Ки Хийуном вскоре после неудачной попытки зачистить <Последнее подземелье>.

До этого у Данву не было причин пересекаться с кем-то вроде Ки Хийуна. Единственная связь между ними заключалась в том, что «усилители маны», которые потреблял Данву, распространялись людьми Ки Хийуна.

Живя в гильдии Чхонён, а точнее — в комнате Ча Увона, Данву не сталкивался с такими людьми, как Ки Хийун. Было трудно представить, почему человек, у которого была столь защищённая среда, мог бы иметь хоть какую-то причину встретиться с таким, как Ки Хийун.

Однако после смерти его Мастера и Ча Увона гильдия Чхонён перестала быть безопасным убежищем.

Система безопасности была взломана и не смогла должным образом защитить от внешнего вторжения.

Сжимая в руке Священный меч, который он добыл в <Последнем подземелье>, Данву вонзил его в землю прямо у главного входа в гильдию Чхонён.

— Если можешь его вытащить, забирай. Стань его Мастером или спаси мир, делай, что хочешь.

Данву не хотел ничего делать и ни о чём думать.

Но вокруг было слишком шумно.

Его беспокоила не толпа людей, не осыпавшие его вопросами: «Что с тобой случилось?» или «Почему ты вернулся?». Его беспокоил Священный меч, что шептал ему.

Священный меч говорил с ним.

Он подталкивал его взять меч и осуществить самое заветное желание. Священный меч был оружием, исполняющим желания своего Мастера. А желание Данву было одно — его собственная смерть.

«Мне просто отрубить себе голову?»

Не в силах заснуть, он сидел в углу, позволяя этим мыслям крутиться в его голове часами.

Данву знал, что его меч не упустит цель. На таком близком расстоянии, по неподвижной цели, он бы не промахнулся.

Но он не мог этого сделать…

Не мог. Ведь тела Ча Увона и его команды всё ещё оставались в <Последнем подземелье>.

Данву не мог это сделать.

Кто-то сообщил ему, что для команды устроят похороны.

«Но кто их проведёт?»

Не было даже тел, чтобы их похоронить.

Данву был в ярости. Но он понимал, на ком лежит вина, и ему снова хотелось умереть.

Похороны без тел…

«Мне нужно идти».

Но в комнате Ча Увона Данву не мог сделать ничего. Он не мог ни спать, ни есть, сидел, словно мёртвый.

Если бы Данву не знал, что делать, Ча Увон бы ему сказал. Но Ча Увон был мёртв.

Он оставил Данву этот проклятый Священный меч и сказал:

— Убирайся отсюда.

Сказал это — и умер.

Данву хотел убить Ча Увона. Никогда прежде он не ненавидел его так сильно.

«Но он уже мёртв».

Данву хотел перестать думать. Поэтому он просто бился головой о стену, пока не понял.

Глухие удары, один за другим…

А затем раздался крик.

«Что.»

Кричал Священный меч.

Это был не тот соблазнительный шёпот, что прежде звучал в его голове: «Возьми меня и исполни свои желания». С мечом происходило нечто ужасное, и Данву нужно было это остановить.

До тех пор, пока не появится новый Мастер, Священный меч принадлежал Ча Увону.

Данву бросился вперёд и, освещённый лунным светом…

Он увидел Ки Хийуна.

Он без особых усилий нейтрализовал все защитные навыки Чхонён и стоял там, совершенно невозмутимый. Ни один внешний барьер не мог его остановить, и Данву почти подумал, что в Чхонён появился новый член гильдии, пока он провёл целый год в своих мыслях.

Но это не могло быть правдой. Данву не мог сойти с ума на целый год.

— О, вот как… Меня нашли.

Ки Хийун произнёс это, стоя перед Священным Мечом, держа что-то в руке.

Это «что-то» было бледным, чуть короче обычного…

Оно не выглядело как человеческая рука, потому что было слишком бледным.

Но то, что держал Ки Хийун, определённо было человеческой рукой. Он отсёк её у запястья. Ки Хийун пытался с её помощью схватиться за рукоять Священного Меча.

Вопроса «Кто ты?» у Данву не возникло.

— Чья это рука?

Данву выхватил меч. Ещё до ответа он уже знал, кому принадлежала эта рука. Ему было невыносимо не убить этого ублюдка.

— Похоже, Священный Меч не собирается принимать нового хозяина. Все те элитные охотники, что пытались взять его, даже не смогли сдвинуть его с места. Он даже не упал, когда ты воткнул его в землю.

Это не был ответ.

— Чья это рука?!

— Если живой не может его взять, остаётся только мёртвый. Кто из мёртвых был бы лучшим мечником? Раз уж я не могу добраться до тела Ча Увона, не войдя в <Последнее Подземелье>, то, очевидно, это рука главы гильдии Чхонён.

Рука, которую держал Ки Хийун, принадлежала его Мастеру.

Теперь Данву понял, зачем рядом со Священным Мечом лежала лопата. Его Учитель был похоронен прямо в здании гильдии Чхонён…

«Я убью тебя».

Глаза Данву сузились, и он бросился вперёд.

Так и состоялась его первая встреча с Ки Хийуном.

***

— Я хочу участвовать в стратегическом собрании.

Данву сказал это Ча Увону.

До сих пор Ча Увон присутствовал на всех стратегических собраниях, но в этот раз участие Данву было необходимо. Ча Увон не спросил: «Почему?»

— Конечно.

Учитывая их недавние натянутые отношения и произошедший ранее конфликт, Данву почувствовал, что должен объяснить своё намерение.

— Это нераскрытое серийное дело без улик, и я хочу принять в нём участие.

— Хаха. Ладно.

Ча Увон ответил быстро и с улыбкой, что показалось Данву подозрительным.

«Почему он всегда смеётся, когда я что-то делаю в последнее время?»

— Рад твоему энтузиазму.

Объяснение Ча Увона оказалось неожиданно великодушным. Данву лишился дара речи.

«Что такое закон?»

В этом мире есть люди добрые и благородные, а есть те, кто им противоположен.

Данву не читал философских книг, но разве не говорится: «Где есть свет, там есть и тень»?

Мысли о Ки Хийуне всё ещё заставляли кровь Данву кипеть. Вспоминая тот ужасный момент, он не мог не перерезать ублюдку горло, прежде чем отправиться в <Последнее Подземелье>. Его рука сделала то, что должна была сделать, и Данву не мог винить её.

Он не знал, был ли он безумен, раз не убил Ки Хийуна и в конечном итоге принял его в <Команду Ли Данву>.

Ки Хийун жаждал Священного Меча. Он быстро понял, что для того, чтобы стать его хозяином, ему нужно было заслужить признание меча.

Данву сопротивлялся, но в тот момент он уже был хозяином Священного Меча.

«Ча Увон дал его мне».

Раз уж хозяин меча передал его прямо ему, мастером меча стал Данву.

После провала первого рейда в <Последнем Подземелье> последовали многочисленные попытки зачистки. Все они закончились неудачей.

Данву нужны были выдающиеся союзники, чтобы покорить <Последнее Подземелье>.

Ки Хийун был исключительным дилером...

Он был, пожалуй, лучшим среди всех выживших. Остальные дилеры, обладающие талантом и чувством долга, уже погибли в подземельях.

Данву предложил Ки Хийуну — ублюдку без всякого чувства долга — вступить в его команду.

Ки Хийун принял предложение, потому что у него была причина...

«Наверняка этот ублюдок сполна хлебнул, когда я сдох в подземелье.»

Обещание, казалось, утратило силу, ведь Данву вернулся в прошлое как награда от <Последнего Подземелья>.

«Лучше бы я успел увидеть, как его рожа искажается, как у пса, а уже потом умер.»

Эта мысль посещала его не раз.

Но теперь у него появится возможность увидеть это своими глазами.

***

Го Чон, нынешний глава гильдии Йирим и лидер группы безопасности в этом деле, стоял за трибуной.

— Как вам уже известно, у нас почти нет улик, касающихся преступника. Потенциальных «жертв» более десяти, но проблема в их нежелании говорить. Они хранят молчание даже о причинённом ущербе. Это затрудняет идентификацию. Немногие, с кем нам удалось связаться, лишь упомянули короткие моменты потери сознания перед исчезновением.

— Это может быть связано с определённым навыком? Возможно, манипуляцией памятью... — спросил кто-то из гильдии Йирим.

— Да, это одна из версий. Мы предполагаем, что дело в этом. Если кто-то способен стирать память и выводить жертв из строя, то даже могучему Охотнику сложно будет защититься от такого вторжения.

— У нас есть письмо-предупреждение, но мы по-прежнему не знаем, когда произойдут новые нападения. Поддерживать текущий уровень безопасности будет непросто. Наши охранные группы уже измотаны. Даже физически крепким Охотникам нелегко без отдыха патрулировать этот огромный особняк в две смены.

— Возможно, именно на это и рассчитывает преступник. Я предлагаю переместить бывшего главу гильдии — либо в пределах гильдии Йирим, либо в другую виллу, чтобы усилить его охрану.

«Из-за своей гордости он никогда на это не согласится.»

Данву мысленно усмехнулся.

Го Чон нахмурился, явно недовольный. Он не мог позволить себе выместить злость на бывшем главе гильдии, но выглядел раздражённым.

— Значит, можно предположить, что у преступника есть два разных навыка? Один — для стирания памяти, другой — для кражи способностей?

— Именно так, — подтвердил Го Чон. — Отсутствие следов, быстрая реализация преступлений... всё это указывает на то, что работает один человек, а не группа. К тому же отсутствие слухов и спокойствие в разгар череды инцидентов говорят о том, что действует один и тот же преступник.

Это было логичное предположение.

Данву выждал, но все просто кивнули. С неохотой он поднял руку.

«Почему вы подозреваете только внешних злоумышленников?»

— Разве нет возможности, что у него есть сообщник внутри?

В зале мгновенно послышалось недовольное шипение, и на него уставились с выражением «Ты вообще кто?».

Данву проигнорировал это и сосредоточился на Го Чоне. Тот не был человеком, который сказал бы «Заткнись, пацан, ты ничего не знаешь», поэтому ответил спокойно:

— Это лишь догадка, основанная на профиле жертв... Большинство пострадавших — первоклассные охотники из известных семей. Они имели надёжную защиту и поддержку. Те, кто находится здесь всего год-два, те, кто не связан с высокопоставленными людьми, пострадали больше всего. Мы не рассматриваем вариант с внутренним заговором.

— То есть все элитные охотники с опытом более трёх лет из престижных гильдий автоматически считаются надёжными?

Данву раздражало поверхностное восприятие безопасности среди элиты, но он говорил спокойно.

— Если преступник не дурак, он понимал, что, отправив предупреждение, вызовет усиление охраны жертв. Он знал, что число охранников увеличится в десятки, если не в сотни раз. Так вот... разве не стоило бы задуматься, почему он всё равно отправил предупреждение?

Го Чон убрал руку с подбородка.

— К чему ты клонишь?

— Я говорю, что у него может быть сообщник.

«Есть причина, по которой S-ранговый навык Ки Хийуна, <Очарование>, называют пассивным навыком».

Это не «фирменный навык». <Очарование> заставляло любого, кто видел Ки Хийуна, формировать о нём благоприятное впечатление, но… Это было лишь подготовкой для использования других навыков.

«Это как приманка из мёда в ловушке для насекомых».

Фирменным навыком Ки Хийуна было <Окукливание (S)> — невероятный ментальный навык, заставлявший противника действовать в его интересах.

Передать такой навык Ки Хийуну — значит обречь мир на гибель.

«Если бы этот навык попал в руки кого-то вроде Ча Увона, его можно было бы использовать для проектов по регенерации людей».

Разумеется, Ки Хийун так не поступил.

«Интересно, сколько из них уже стали марионетками?»

Данву осмотрел зал заседаний, но на поверхности всё выглядело нормально. В конце концов, <Окукливание> не превращает людей в буквальном смысле слова.

«Но, словно настоящие марионетки, они двигаются по воле хозяина».

Внешность, повседневные действия, привычки — всё остаётся неизменным. Меняется лишь их разум.

Человек, ставший марионеткой, беспрекословно выполняет приказ.

«И лжёт».

Они говорят, что «забыли» произошедшее. Таким образом они защищают своего хозяина. Для марионетки это так же естественно, как дышать, поэтому они даже не чувствуют вины за ложь.

Разумеется, об этом нельзя было сказать вслух.

«Я не могу объяснить, откуда мне это известно».

Что ещё это могло бы быть, если не бред безумца?

К тому же, среди присутствующих в зале заседаний могли быть марионетки Ки Хийуна, а значит, привлекать к себе ненужное внимание не стоило.

— Охотник Ли Данву. Ваши слова подразумевают, что членам гильдии Йирим нельзя доверять.

Го Чон произнёс это холодно. Выражения лиц остальных членов гильдии Йирим помрачнели.

«Он знал моё имя?»

Осознание того, что вся <Команда Ча Увона> уже привлекла внимание внутри гильдии Йирим, заставило Данву ощутить неприятный холодок. Тем не менее, он заговорил ровным голосом.

— Вы хотите сказать, что охранники, ответственные за защиту других жертв, не доверяют моим словам? Вы считаете, что заместитель главы гильдии Йирим набрал в охрану исключительно некомпетентных людей, неспособных защитить цель?

— …Члены гильдии Йирим проходят специализированное обучение с первого года, включая развитие преданности и характера. Мы считаем, что отличаемся от других гильдий. Я, заместитель главы гильдии, лично отбирал охранников с достаточным практическим опытом. Каждый из них обладает чувством гордости и чести и является обеспеченным охотником. Вы думаете, что какой-то воришка смог бы перетащить кого-то из них на свою сторону, Охотник Ли Данву?

— Именно. Охотник Ли Данву может и не принадлежит к известной семье охотников или гильдии, но наша гордость не настолько шатка, чтобы её мог поколебать обычный преступник. Никто из нас не находится в столь отчаянном положении, чтобы поддаться искушению деньгами или артефактами. — Добавил кто-то.

«Хорошо сказано».

Данву кивнул.

— Да. Ни одна другая гильдия не обладает той престижностью и гордостью, что гильдия Йирим.

— Это не то, что я имел в виду.

Го Чон заметно дёрнулся.

«Если бы бывший герой пал жертвой уловок простого преступника, это означало бы, что одна из Пяти Великих Гильдий была пронизана предателями».

Смотрите-ка, выходит, что гильдия Йирим только что оскорбила остальные гильдии. Очень перспективные отношения складываются.

— Я имел в виду, что рекрутировать охотника из престижной гильдии невероятно сложно.

— Но ещё более невероятно — прорваться сквозь десятки охотников из этой престижной гильдии и украсть навыки у цели. Разве охотникам из престижных гильдий настолько некомпетентны?

Го Чон оказался перед выбором: признать, что члены престижных гильдий некомпетентны, или что среди них есть предатель.

— …Это не совсем так.

«Я знал, что ты ответишь именно так».

Вариант с одним предателем был куда лучше, чем вариант, где вся гильдия признаётся неспособной.

«Хотя оба одинаково унизительны».

— Но если верить словам Охотника Ли Данву, преступники сумели внедриться более чем в десять престижных гильдий и разместить там своих людей. Разве это… не поразительно?

«Он боится, что, если я снова ляпну что-то не то, он ненароком оскорбит ещё одну гильдию».

Чего он так переживал? Эти их «престижные» гильдии ничем не отличались друг от друга.

«Они все одинаковые».

Разумеется, гильдия Чхонён была исключением. Ки Хийун даже не пытался внедриться в Чхонён, чтобы украсть навык его Мастера…

— Тогда вы думали, что тот, кто украл навыки у десяти лучших охотников, — это обычный вор?

— …

— Внутренний сообщник…

— Разумеется, странно, что охотники из престижных гильдий не могут поймать какого-то воришку…

Лидеры команд зашептались между собой.

«Больше половины уже убеждены».

Даже если были убеждены только члены команды, Го Чона это нельзя было игнорировать.

«Потому что он тот, кто поднялся с самого низа.»

Он не охотник из престижного клана. Более того, говорят, что когда он начал свою карьеру охотника в гильдии Йирим, у него было столько врождённого таланта, что он буквально переполнял его…

— Но если было так много сообщников, разве не странно, что все они молчат? — Го Чон не сдавался и указал на слабое место. — С таким количеством замешанных людей информация должна была утечь.

— Говорят, у этого вора есть навык стирания памяти.

— …

— Ого, так значит, действительно были свои люди…! Вот почему его до сих пор не поймали! — Воскликнула Пэ Чисыль, сидевшая в углу.

«Отличный момент.»

Данву знал, что она присутствует на собрании, поэтому старался не смотреть в её сторону. Но раз уж она заявила о себе, ему всё-таки пришлось взглянуть в её сторону…

Однако, когда Ча Увон тоже бросил взгляд на неё, Данву отвернулся.

Благодаря тому, что дочь бывшего лидера гильдии поддержала слова Данву, Го Чон и сотрудники оказались в неловком положении.

Затем своё мнение высказал Ча Увон.

— Охотники из знаменитых гильдий, включая гильдию Йирим, безусловно, обладают выдающимися навыками. В этом нет сомнений. Однако, когда другие гильдии расследовали этот инцидент, они, вероятно, сосредоточились только на внешних нарушителях при планировании операций. Несмотря на это, им не удалось их остановить. Возможно, стоит взглянуть на ситуацию под другим углом. Прошу учесть это.

Его слова казались справедливым подведением итогов всех мнений, а затем логичным выводом, и люди в зале заседаний согласно кивнули.

Данву прищурился.

«Почему же реакция настолько разная, хотя мы сказали одно и то же?»

Как бы то ни было, благодаря поддержке молодой леди и убедительным словам Ча Увона, Го Чон сформулировал операцию.

— Группами по три человека сосредоточимся на охране ключевых зон, а не на патрулировании, как раньше. Хотя защита от внешних вторжений остаётся важной, выявление внутренних сообщников не менее критично. Будьте начеку.

— Да!

Сотрудники покинули зал. Го Чон, бросив многозначительный взгляд, подал знак Ча Увону и Данву остаться.

— Охотник Ча Увон.

Го Чон коротко взглянул на Данву, затем сосредоточился на Ча Увоне.

— Да, тим-лидер.

Го Чон был руководителем команды безопасности.

«Раньше у них уже были отношения „сонбэ-хубэ“ в Центре.»

[П.п. Сонбэ (선배) — старший, хубэ (후배) — младший.]

Обычно люди из Центра поддерживали тесную связь и даже в официальных ситуациях обращались друг к другу, используя «сонбэ» и «хубэ». Однако для человека столь прямолинейного, как Го Чон, это, похоже, не имело особого значения — скорее, ему нравилась манера поведения Ча Увона.

— До сих пор мы по очереди охраняли цели безопасности. Но теперь, когда запланирована новая операция, возможно, стоит изменить нашу тактику охраны. Дело не в том, что я не доверяю своим людям, но…

Лицо Го Чона напряглось.

«Человеческая природа подвержена искушениям.»

Как часто бывает, что люди, уверенные в том, что никогда не поддадутся взяткам, в конечном итоге ломаются?

Ча Увон ответил:

— Да, я понял, о чём вы. Когда мне присоединиться?

Он сохранял достоинство, что заставило Го Чона немного расслабиться.

— Прямо сейчас. Я не уверен, достаточно ли отдохнул Ча Увон. Если ему нужно время, можем назначить его присоединение на вечер.

— Это миссия по обеспечению безопасности, так что отдыхать в особняке я не могу… Я отправлюсь немедленно.

Ча Увон спокойно ответил, и Го Чон улыбнулся.

Ча Увон повернулся к Данву.

«Это правильное решение?»

Данву кивнул. Затем он обратился к Го Чону:

— Нам стоит поручить охрану выделенных зон нашим людям, пока тим-лидера не будет?

— Да. Так и поступим. Возьмите на себя эти зоны. В случае экстренного вызова присоединяйтесь к нам.

— Понял.

«Готово.»

Разве не было очевидно, что они передадут выделенные зоны на попечение сторонних сил?

«Менее важные зоны.»

Другими словами, это не критические точки, расположенные за пределами особняка.

Этот особняк принадлежал бывшему лидеру гильдии Йирим, а значит, бывшему герою… охотнику.

Более того, это был особняк охотника из престижной семьи.

«А что это значит?»

Это значило, что где-то на окраине особняка обязательно должно быть тренировочное поле.

Подстроив некоторые моменты при распределении зон, Данву удалось заполучить ту, которая ему была нужна.

«Ки Хийун не поблизости.»

Благодаря встрече с Го Чоном Данву убедился в этом.

Усилители маны, которые он принимал, были запрещённым препаратом. Они имели множество побочных эффектов, но самым критичным для Данву было то, что они делали его более восприимчивым к воздействию маны.

Время, когда Данву был наиболее зависим от усилителей маны, пришлось на тот период, когда он собрал свою <Команду Ли Данву> и вошёл в <Последнее подземелье>.

Тогда даже малейшие следы маны причиняли ему невыносимую боль.

Как ни забавно, но к боли легко привыкнуть.

В тот период Данву мог ощущать ману всех охотников в своей <Команде Ли Данву>. Просто их присутствие рядом и использование маны заставляли его сжимать зубы.

«Охотники высокого ранга всегда окружены маной.»

Высокоранговые охотники обладали высокой сопротивляемостью, и дело было не только в их выдающихся физических способностях.

«Есть причина для этого.»

Они бессознательно использовали ману для защиты себя.

С момента, как Данву вошёл в особняк, он мог слабо ощущать ману Го Чона. На таком коротком расстоянии она была довольно отчётливой.

«Если я приму ещё усилителей маны, возможно, смогу почувствовать даже больше.»

Данву машинально потянулся к банке с леденцами в нагрудном кармане, но затем остановился.

Вы когда-нибудь видели подозрительных людей, действующих средь бела дня?

Ки Хийун нападёт только в полночь. Он был классическим ублюдком, именно поэтому он и раскопал могилу своего наставника в глухую ночь…

«Сукин сын.»

В любом случае, прежде чем надрать ему зад, Данву предстояло кое-что сделать.

Разве тренировочная площадка для навыков, на которую у него раньше не хватало средств, не была оборудована здесь?

«Я думал, что сойду с ума от отчаяния.»

Как так вышло, что Кан Улим и Со Соджон могли использовать свои таланты только для таких простых навыков?

Какие события за следующие четыре года могли привести к такому невероятному росту их способностей?

«Я не знаю настолько далеко.»

Но Данву больше не мог терпеть.

«Давайте-ка устроим этим ублюдкам тренировку навыков.»

Бывший участник гильдии Йирим, Со Соджон, который теперь является дальнобойным дилером в <рейд-команде Ча Увона>, двигался в маске на лице.

— Ах. Подожди секунду.

— …

— Они прошли. Ах. Это же просто тень, да?

— Эй, никому не интересно твоё лицо. Просто иди уже, — пробурчал Кан Улим.

Соджон нервничал. Хотя Кан Улим и не был известным, сам Соджон был довольно знаменит.

«Ча Увон слишком уж известен».

Разве не тех людей, кого обычно называют «знаменитостями Центра» или «восходящими звёздами гильдии», можно сравнить по уровню известности с Соджоном?

— Конечно, тебе неинтересно. У тебя глаза существуют просто для равновесия лица. Ты вообще используешь их, чтобы смотреть на лица других?

— Лучше вообще не смотреть, как ты! Ты что, думаешь, если весь день будешь стоять перед зеркалом и причёсываться, твоя сила подрастёт хоть на половину ранга?

— Сила вообще-то не растёт, что бы ты ни делал! Твои характеристики что, как пророщенные бобы, растут за пару часов? Ах, ну ты не в курсе, ты ж в тренировочном зале целыми днями! — саркастично ответил Соджон.

— Что? Но... —

Кан Улим удивился и уже собирался похвастаться, как у него действительно сила подскочила, как росток, но тут вмешался Ли Данву:

— Мы пришли.

Перед ними возвышалось огромное здание. Оно напоминало спортзал, но совсем не походило на «вход», о котором говорил Данву.

— Что это за место?

— Тренировочная площадка для отработки умений с высокоуровневыми монстрами.

— Но это не вход!

— Вон там, — Ли Данву указал подбородком в сторону.

Соджон прищурился, а потом сложил ладони в трубочку, как телескоп, и увидел высокую стену с воротами вдалеке — то, что обычным людям было бы не заметно. Стена была высокая, с выгравированными кругами навыков, но не был ли виновник инцидента тем, кто мог спокойно разгуливать по таким местам? Охранять это место отсюда?

«О. У ворот кто-то стоит на страже.»

Разве им действительно нужно просто охранять эту тропу?

Зелёный сад с деревьями, почти как маленький лес, окружал стены, а вдоль дороги от ворот к особняку не было ни одного дерева. Несомненно, эта дорога и была «путём».

Соджону внезапно стало любопытно, и он спросил:

— Сказали, что дежурство в две смены, но если мы втроём на первой, кто будет во второй? Ча Увон один?

«Может, он и справится один».

Разве не то же самое с Ли Данву?

Соджон думал, что для баланса в команде логично было бы объединить себя с Ча Увоном, а Кан Улима — с Ли Данву.

«Кан Улим туповат, зато будет выполнять всё, что скажет Ли Данву — например, танковать, а я смогу координироваться с Ча Увоном.»

Ча Увон был дилером, способным и танковать, и он ведь не зря считался самым перспективным новичком.

— Или ты покажешь нам классную спальню и скажешь даже не думать о сне? Или гардеробную?

— Заходите, — Ли Данву проигнорировал вопрос и открыл дверь в тренировочную площадку.

Клик.

«Он только что запер дверь?»

Он даже принёс с собой ключ от тренировочного зала.

«Причина, по которой он сказал охранять путь, удобно расположившись в тренировочной — это… неужели…»

Соджон происходил из семьи охотников с хорошей репутацией, поэтому прекрасно знал, какие вещи могут происходить в крупных гильдиях.

Хотя команда <Ча Увона> и пользовалась преимуществами его имени, не было ни единого шанса, чтобы новичковой рейд-группе, нанятой как охрана, действительно позволили так расслабиться.

Соджон понизил голос и спросил:

— Эй, мы правда можем туда зайти?

— Уф. Почему ты так шумно себя ведёшь? — непонимающе отозвался Кан Улим.

Соджона всё больше раздражал этот парень, но сейчас было не время спорить с ним.

— Если нас поймают внутри и разоблачат за неподобающее поведение, будет позорище…

— Нас никто не поймает.

— С чего ты взял?!

— Я прослежу, чтобы вас не поймали.

После этих слов Ли Данву достал что-то из своего пространственного артефакта и ловко бросил Соджону. Это была книга навыков. Не одна.

<Обнаружение маны>, <Сигнал тревоги при движении>, <Ловушка вора>…

«У меня дежавю», — подумал Соджон.

…Дежавю?

Сейчас не время об этом думать.

Соджон резко поднял голову и спросил:

— Подожди, ты хочешь, чтобы я всё это выучил?

— Это займёт много времени? Часа хватит? — Ли Данву спросил, глянув на телефон. Соджон был поражён его невозмутимым видом.

— Обычно на один навык уходит около часа! Ну, я, может, и смогу выучить десять навыков за час… Но не в этом дело! Ты всё настаиваешь на том, чтобы я учил какие-то случайные навыки, и…

— Почему ты называешь эти навыки, которые жизненно важны для охраны, «случайными»? Ты что, пренебрегаешь своими обязанностями охраны?

Ли Данву сказал это серьёзно, хотя продолжал одной рукой рыться в пространственном артефакте, и от этого совершенно не казался пугающим.

«Хотя немного страшновато!» — подумал Соджон.

— Честно скажи. Ты специально хочешь посмотреть, как я мучаюсь, потому что мне не хватает вместимости для изучения S-ранговых навыков? — спросил он уже всерьёз.

«Недостаток охотничьей вместимости».

Это не было чем-то вроде нехватки оперативной памяти в компьютере. Это была серьёзная проблема, угрожающая жизни.

У каждого охотника была ограниченная способность изучать навыки. Эту способность называли «Охотничьей вместимостью», и она различалась у каждого. Когда охотник пробуждался, у него была пустая книга — его личная книга навыков. Каждый раз, когда он изучал новый навык, в ней появлялась новая страница.

Но не все навыки занимали одинаковое количество страниц. Разве S-ранговый навык мог занимать столько же, сколько E-ранговый?

«Нет, если S-ранг занимает около сотни страниц, то E-ранг — всего одну».

Соджон уже пробовал и S-ранг, и E-ранг. Он сразу же удалил E-ранг, но тогда хорошо запомнил то ощущение. Разница в объёме была колоссальной — и от этого сердце начинало бешено биться.

«Сколько ещё S-рангов я смогу выучить?» — думал он тогда.

Одна из причин, почему охотники с S-ранговыми навыками были редкостью — это их ограниченные способности. Даже если S-ранг давался в награду за зачистку подземелья, если в книге навыков охотника не хватало страниц, награда автоматически аннулировалась.

— Ты о чём вообще? У тебя заканчивается вместимость, потому что ты не успеваешь, вот и пытаешься учить навыки быстро, — сказал Ли Данву.

— Да нет же… — начал Соджон.

Со Соджон сказал, но Ли Данву был слишком равнодушен, чтобы он мог надавить дальше. Однако просто так это оставить он тоже не мог.

— Если я выучу все эти второстепенные навыки, у меня не останется ёмкости. Ты относишься ко мне так, будто я таскаю мобильную книгу навыков как внешний жёсткий диск. Ты хоть понимаешь, насколько это неудобно?

— Нашёл, — сказал Ли Данву.

«Он вообще меня слушает?..»

Со Соджон подозрительно посмотрел на него.

Из пространственного артефакта Ли Данву достал ещё одну книгу навыков. На этот раз, когда Со Соджон уже собирался возмутиться, он заметил ранг книги — и замер.

— Дин!

Навык: <36 тактик (S)>

Навык, созданный автором, увлечённым искусством войны.

«Суть искусства войны — выживание. Побеждает тот, кто в конце концов выживает с улыбкой. Не забывай об этом.»

Создатель: ?

— Выучи и этот.

— Ты…

Со Соджон чуть не сорвался, но сдержался. Вместо этого он развязал маску и повесил её на пояс.

«Здесь нет никого из гильдии Йирим, можно и без неё.»

Затем он посмотрел на Ли Данву, который внимательно следил за ним.

— …Этот слишком хорош. Почему ты не дал его сразу? Я ведь мог тебя неправильно понять. Все недоразумения начинаются с таких мелочей. Если бы ты сразу показал, что у тебя на душе, я бы не чувствовал себя так… обиженно…

— Уф, занудный ты. Если извинился — скажи просто «извини» и всё, — сказал Кан Улим и ковырнул мизинцем в ухе.

«Вот гад…»

Использовать навыки здесь было нельзя, а в рукопашной он проигрывал, так что оставалось только терпеть. Со Соджон стиснул зубы. И тут у него чуть глаза не вылезли из орбит.

— Ээ…

Внезапно Ли Данву беззвучно улыбнулся.

— Ха-ха…

Он не знал, что его так рассмешило, но эта улыбка была настолько прекрасной, что у Со Соджона перехватило дыхание.

«Я брежу?..»

Он обернулся и увидел, что у Кан Улима тоже лицо ошарашенное. Со Соджон быстро пришёл в себя.

— П-почему ты смеёшься? — пробормотал он, не осознавая, что заикается.

К этому моменту Ли Данву снова выглядел хладнокровным и равнодушным, как будто и не смеялся.

Он спокойно объяснил:

— Выучи всё это. Если после задания покажется бесполезным — удалишь.

— Э… Л-ладно…

— А потом расставим граничные навыки по периметру и используем это место по максимуму.

— Что?

Такой наглый план сбил Со Соджона с толку. Конечно, строить хитрые схемы — его любимое дело…

«Но ведь это официальное задание от команды <Ча Увона>…»

Это же государственное дело. К тому же, речь шла о навыках отставного героя…

«Хотя… моя жизнь под угрозой вроде бы не стоит…»

Поймав себя на такой мысли, Со Соджон тут же отчитал себя.

«…Нельзя так!»

Навыки охотников, особенно сигнатурные, были слишком ценными. Потерять их — равносильно смерти. Большинство охотников скорее умерли бы, чем отдали свой главный навык. Терять его ещё до пробуждения — немыслимо. С дрожью в голосе он продолжил:

— А что, если мы пропустим преступника?

— Вот именно. Ли Данву, ты опять затеял что-то странное. И хоть у тебя и ужасный характер, ты ведь всегда доводишь дело до конца! А Со Соджон только что выучил новый навык, а ты уже хочешь тренировку без охраны! Конечно, тренажёры здесь потрясающие, и чувствуется, что характеристики взлетят… но…

«Он мне помогает или на его сторону встал?..»

Со Соджон злобно посмотрел на Кан Улима.

Но Ли Данву всё равно заговорил:

— Я вообще-то тип обнаружения.

— Что?!

— Это что ещё значит?

— Что?!

Со Соджон, ошеломлённый признанием Ли Данву, ещё больше опешил от глупости Кан Улима.

«Этот придурок серьёзно?..»

— Ча Увон — тип обнаружения!

— И что?

— Ты вообще охотник, нет?

Со Соджон ударил себя по груди от отчаяния, а потом вспомнил, что Кан Улим быстро вылетел из Центра.

«Хотя… это ведь общеизвестно?..»

Он терпеливо объяснил:

— Это термин для охотников, которые могут обнаруживать ману.

— О, звучит круто!

Кан Улим впечатлился.

— Это действительно круто…

Со Соджон не знал, чему больше удивляться — его невежеству или собственной реакции.

— Тогда, может, и не нужен этот граничный навык? Ли Данву ведь может всё засечь?

— Нет, это так не работает. Он не показывает всё. Может, у Ча Увона и получается, а мне нужно подойти поближе, чтобы засечь.

Ли Данву говорил спокойно.

«Вру я, конечно.»

Его способность к обнаружению маны была побочным эффектом мана-усилителей. Но кто будет копаться в нём, чтобы это выяснить? Способности типа обнаружения — большая редкость, и кроме Ча Увона, рядом таких не было.

Кан Улим восхищённо сказал:

— О-о, понятно.

— Ну так, давай тренироваться. Быстро учи. Я выведу тебе голограммы монстров.

— …

Со Соджон не нашёлся, что ответить, просто сел и открыл свою книгу навыков.

Ли Данву посмотрел на Со Соджона.

«Не везёт…»

Как и ожидалось по его самоуверенности, Со Соджон полностью выучил все навыки за час и уже расставлял по периметру руны навыков.

На овладение навыком ранга S у него ушёл ровно час.

«Когда я учил <Усиление (C)>, у меня ушла неделя…»

Хотя Ли Данву не держал книгу навыков в руках всё это время, если не считать время на сон и еду — вышло почти столько же.

Каждый раз, сталкиваясь с <Командой Ча Увона>, Ли Данву чувствовал, насколько мир несправедлив, и что никакого бога не существует.

А сам Ча Увон частенько скрещивал руки и смотрел на Ли Данву с выражением лица «Что мне с этим парнем делать?», что только сильнее раздражало Данву.

«Он, что ли, решил забрать у меня все мои страдания, просто бесив меня?»

Данву попытался подумать о Ча Увоне в хорошем ключе, но, сколько ни вспоминал, выражение у него было вполне искренним.

Когда Со Соджон закончил устанавливать руны и вернулся, лицо у него было посвежевшее.

— Готово!

— Хорошо, теперь стой там.

Данву кивнул, показывая, куда встать.

— О, здесь?.. Посреди тренировочной площадки?

— Именно.

— Погоди, ты же сказал, что собираешься проецировать голограммы монстров? Разве это не высокотехнологичная тренировочная база с симуляторами реального боя?.. Ах! Точно!

Данву активировал симулятор.

Как и ожидалось от личной тренировочной площадки бывшего лидера гильдии Йирим, выбор монстров был впечатляющим.

«Здесь можно симулировать дракона?..»

Он с трудом сдержал желание нажать на него, но вспомнил про Со Соджона и передумал.

Вместо этого он вернулся в начало списка и выбрал <Тролль>.

Грохот!

Голографический монстр возник в воздухе, заставив землю задрожать. Это было существо с зелёной кожей и огромной дубиной.

— Крррррррр!

Дин!

<Тролль (C)>

Потомки великих воинов, с придирчивым аппетитом. Похоже, предпочитают нежное человеческое мясо.

— Да мне всё равно, что тебе по вкусу!

Прочитав описание монстра, Со Соджон закричал:

— Ли Данву, ты с ума сошёл?! Я один в тренировочной зоне! Быстро скажи Кан Улиму, чтобы зашёл! Что я должен делать здесь без танка?!

— Мне что, тоже заходить?

— Нет.

Данву категорично отказал.

Кан Улим, который обычно слушался Ли Данву, на этот раз остановился и сделал лицо в духе «А, ну понятно».

Типичное поведение танка? Вряд ли.

Ведь защищать дальников — это же инстинкт танка.

Но Со Соджон не был тем, кого особенно хотелось защищать.

— Эй, Кан Улим! Ты что стоишь?! Агх! Я сейчас умру! Я умираю! Разве не должна быть отключена синхронизация боли?! Почему мне больно, когда камни отлетают?!

Со Соджон бегал по арене, крича, подпрыгивая и уворачиваясь.

Хотя у троллей были мощные физические атаки, толстая кожа и устойчивость к магии, их слабостью была медленная реакция.

Именно поэтому Ли Данву и выбрал тролля.

«Он его не убьёт.»

Но Со Соджон разыгрывал драму так, будто вот-вот скончается.

— Мне всё равно.

— Как это — тебе всё равно?! Я реально умираю! Ты хоть похороны мои устроишь, если меня с одного удара вырубят?!

— Если хочешь умереть, я даже оплачу тебе дорогие подношения на поминках, так что не переживай и просто терпи побои.

— Да мне не надо! Кто сказал, что я хочу умереть?! Нет, ну правда, я сейчас реально умру! Где ты видел, чтобы мага заставляли драться с монстром один на один?

Когда Со Соджон едва уклонился от атаки, перекатившись вперёд, дубина тролля с грохотом обрушилась на место, где он только что стоял.

— Гррр…

— Аааргх! Я с ума сойду!

— Если бы он просто заткнулся, двигался бы на две секунды быстрее, — оценил ситуацию Кан Улим, наблюдая со стороны.

— Он заткнётся, только если сдохнет, — пошутил Данву, пока Со Соджон шумел, как будто действительно умирал...

«Ах, но теперь никто не знает».

Со Соджон не мёртв.

Хотя это было в прошлом, знал об этом только Ли Данву. Он был единственным, кто вернулся живым из <Последнего Подземелья>...

Данву шлёпнул себя по щеке. Он будто приходил в себя, хотя в голове всё ещё стояла морозная пустота. Кан Улим распахнул глаза, уставившись на него, но Данву проигнорировал это и начал давать указания Со Соджону:

— Если не хочешь умереть — думай. Тебя же учили, да? Что делать, когда сталкиваешься с монстром?

— Когда маг встречает монстра, с ним должен быть танк!

— Жаль. Танк, который пошёл с тобой, бросил тебя и сбежал. Что теперь будешь делать?

— Ааа! Кан Улим, сволочь, ты бросил меня и сбежал?

Со Соджон быстро подстроился под ситуацию. Кан Улим был в шоке:

— Что? С чего бы мне убегать? Почему ты меня вообще оскорбляешь?

— Проклинай танка — тролль всё равно не убежит. Так что копи силы и думай, как выжить. Вы с троллем остались один на один. Что будешь делать?

— По учебнику… найти укрытие… скрыть присутствие настолько, насколько возможно, и ждать спасения!

Со Соджон обернулся к нему с выражением лица: «Я правильно ответил?»

— Эй! Ты сейчас умрёшь!

— Ааа!

На крик Кан Улима Со Соджон инстинктивно пригнулся. Кулак тролля просвистел у него над головой.

— Но спасательной команды нет.

— Почему тут вообще всего не хватает?! Мир что, катится в пропасть?!

— Так ты готов умереть просто потому, что не будет спасения?

— Ааааргх! Сначала укрытие! Использовать навык…

Со Соджон спрятался за самый крупный валун в тренировочной зоне, которая теперь напоминала подземелье. Он очертил круг посохом, и от него пошли волны маны.

Магический круг засветился. Пламя пронеслось мимо тролля.

БАХ!

— Он промахнулся? — произнёс Кан Улим.

«Он даже прицелиться не может?..»

Данву крепко зажмурился. Он не мог больше на это смотреть. Если бы продолжил смотреть на Со Соджона в таком состоянии, то сам бы выбежал на арену и начал бы его отчитывать.

«Ему всего двадцать».

Данву сдержал злость.

Каким же наивным и светлым был двадцатилетний Ча Увон? Конечно, он тоже был талантлив. Но Со Соджон, в отличие от него, даже попасть не может…

«Так не пойдёт».

Как он мог сдерживать эту злость?

— Эй. Ты что, глаза закрыл?

— А мне их открыть, когда прямо передо мной монстр размахивает?

— Он всего лишь ползает, ты при твоей скорости легко мог бы уклониться. Хватит дурью маяться — используй свой учебник или что у тебя там, подумай. Ты можешь победить его за долю секунды.

— Кто тут дурак?!

Со Соджон закричал и начал без разбора швыряться скиллами. Когда пламя обрушилось на тролля, тот только фыркнул и отмахнулся от него своей дубиной…

«Это ведь тоже талант».

Разве не талант — обладать такими способностями, но так бездарно их использовать?

На самом деле, хоть у него и не было опыта, Данву был впечатлён, когда Со Соджон ловко увернулся от тролля и спрятался за камнем.

«Всё-таки элитное образование даром не прошло».

Разве не такие всегда выделялись — те, кто с элитным бэкграундом?

Но Со Соджон вёл себя как прежний Ли Данву, и от этого лицо Данву начинало гореть. Он больше не мог это терпеть.

«Данву-я, подумай. Монстры не бросятся на тебя только потому, что ты их ткнёшь».

Спокойный голос Ча Увона зазвучал в его голове.

Он ни разу не повысил голос на Ли Данву, когда учил его. Вся злость всегда исходила от самого Данву…

«Как ты мог быть таким терпеливым?..»

Разве он обрёл просветление?

Данву стиснул зубы и попытался подражать Ча Увону…

— Подумай. Какой у тролля паттерн?

— Паттерн? — отозвался Со Соджон так, будто даже не задумывался об этом. При этом он снова увернулся от дубины…

«Ха…»

— Тролль держит дубину в правой руке. Один взмах. Потом пытается схватить тебя рукой. Снова взмах, и снова рука. Если ты отходишь больше чем на пять метров — он бросается. Если меньше — просто идёт.

— …!

— Какой следующий паттерн?

— Раз расстояние небольшое… и он уже махнул дубиной… значит, теперь попытается схватить левой рукой?

Со Соджон ответил, одновременно отскакивая назад. Левая рука тролля пронеслась мимо.

«Он правда талантлив».

Услышав это, он сразу же адаптировался к ситуации.

— Верно. А теперь что дальше?

— Рука?

Тролль снова махнул дубиной. Вместо того чтобы попасть в Со Соджона, он ударил по камню, за которым тот прятался.

— Дальше будет рука. Ты уже знаешь, куда она потянется.

— Ах!

Со Соджон с силой ударил посохом о землю. Магический круг засветился ярким светом, и фаербол, раза в пять больше человеческой головы, полетел прямо в руку тролля, тянущуюся к нему.

БАХ!

Кккьяааа!

Огонь охватил тело тролля, начав с руки. Сильно раненный, тот рухнул на землю.

Глухой стук.

Голограмма монстра исчезла.

Дин!

[Этап 17: <Тролль (C)> пройден. Перейти к следующему этапу?]

Со Соджон обернулся к Данву.

— Как ты вообще всему этому научился?

«Вы же сами меня таскали за собой».

Сказать это он не мог, поэтому просто потёр глаза.

— Теперь ты знаешь, что делать.

— Ты…

Данву предугадал, что сейчас скажет Со Соджон.

«Это всё, что ты можешь сказать? Ну похвали меня. Признай, что у меня потрясающая адаптация. Думаешь, легко найти такого дилера, как я, для этой команды?»

В голове уже прокручивался целый список возможных реплик, но из уст Со Соджона вылетела полная чепуха:

— …Каково это — жить с гениальностью вроде твоей?

«Что несёт этот сумасшедший гений…»

В прошлом Со Соджон, охотник ранга S и дальнобойный дилер бывшей <Команды Ча Увона>, был известен как «Тысячи» Соджон.

Это прозвище он получил потому, что овладел более чем десятью тысячами навыков — титул, данный ему с уважением.

Иначе говоря, потенциал Со Соджона был безграничен.

«…Хотя он и хвастался, пока неясно, способен ли этот ребёнок действительно оправдать все ожидания».

Так или иначе, его вместимость была колоссальной.

«Среди всех навыков в мире нет ни одного, который Со Соджон не мог бы использовать».

Так разве было странно, что он тогда презирал Ли Данву за то, что тот «не на его уровне»?

Со Соджон мог и не любить Данву, но нравился ли Данву Со Соджон?

«Вот почему он мне не нравился.»

Те, кто с рождения одарён, часто даже не осознают, как за ними тянутся остальные, и не понимают, какими способностями обладают. Со Соджон был воплощением этого, и Данву не нужно было далеко ходить за примером.

Разве Ча Увон был так уж намного лучше благодаря воспитанию и усердию? А Ли Данву хуже только потому, что приложил меньше усилий?

Когда Ли Данву с трудом добирался до ранга A в команде <Ча Увона>, он видел восхищение в выражении лица Со Соджона в те времена.

Но даже тогда Со Соджон продолжал недолюбливать Ли Данву. Он даже сказал…

— Ты ведь ненавидишь меня ещё больше!

Вот и вся причина.

Так почему бы теперь Данву вдруг начать хорошо относиться к тому, кто всё это время его только упрекал?

Тем не менее, когда было принято решение завершить <Последнее Подземелье> в рамках команды <Ча Увона>, Со Соджон поддержал этот план без возражений.

И он пожертвовал собой.

«Абсолютно худший вариант.»

Неужели этот ублюдок и правда собирался хвастаться своими навыками до самого конца, даже рискуя жизнью, при том что у него даже не было подходящих способностей для этого? Только полагаясь на врождённый талант и живя безрассудно. Человек, который взялся сохранить <Конец> с чувством долга, не обладая нужными инструментами.

Данву не хотел снова видеть такую сцену. Он не мог допустить, чтобы глупые члены этой команды снова исчезали у него на глазах.

«Чтобы этого не произошло, мне нужно заставить этого придурка лучше использовать свои умения.»

Одна из черт Со Соджона заключалась в том, что он слушал только тех, кто был сильнее него.

Данву собирался воспользоваться этим, комбинируя кнут и пряник. Пряником была книга навыков, а кнутом — шок от тренировочного зала. Всё-таки большинство магов начинали паниковать, когда сталкивались с монстром один на один.

«Если парень, который дал мне S-ранг, будет выглядеть как опытный боец, у него появится больше мотивации следовать за ним.»

Конечно, навык S-ранга когда-то и принадлежал самому Со Соджону…

— Пользы от этого навыка мало.

Так он тогда небрежно отозвался о нём.

— Нет, ну, везучим людям везёт даже когда им не везёт, да? Мне с самого начала пришлось быть немного необычным. Я пошёл в Центр к учителю, а в итоге бегал по поручениям. Заглянул в букинист рядом — книги, которую искал учитель, не было, но в пыльном углу лежала книга с навыком S-ранга. Она была зажата между другими книгами, и, похоже, владелец магазина даже не знал, что у него есть такая вещь. Просто повезло. Либо я, либо тот, кому она по праву предназначалась, должны были на неё наткнуться. Кто, кроме меня, мог бы её выучить?

Данву нашёл в его словах смысл и побродил по Центру, откуда когда-то выпускался — и это в итоге окупилось.

Конечно, Со Соджон не знал, что думал Ли Данву. Раньше он считал себя гением… пока не встретил Ча Увона.

Жизнь рядом с Ча Увоном в Центре сделала Со Соджона скромнее. Он стал думать, что он не гений, а скорее — вундеркинд.

«Хм, я думал, я вундеркинд.»

Но всё же, если он сможет попасть в престижную гильдию и чего-то добиться, то, может быть, хотя бы по известности сможет сравниться с Ча Увоном…

Не до уровня Ча Мун Кён, конечно, но ведь членов команды <Ча Мун Кён> уважали как героев прошлого.

У Со Соджона были такие мысли… пока не появился Ли Данву.

«Откуда вообще берутся эти гении? Я даже морально не успеваю подготовиться.»

Сердце Соджона всегда было на грани — готово разбиться в любой момент. Набираясь опыта в реальных сражениях, он всё чаще думал: «Вау, эта команда — не шутки. Ли Данву тоже не шутит. Даже Кан Улим, похоже, чертовски хорош. Я понял это ещё до того, как он сказал, что бросил обучение…» И вот сейчас Ли Данву продемонстрировал впечатляющее боевое чутьё?

Соджон был готов сдаться!

Но Ли Данву был крепок, как сталь, и совершенно не понимал, как ранимы могут быть другие.

— О чём ты вообще говоришь? Гении — это такие, как ты.

— …?

«Я даже близко не гений…»

Когда Ли Данву злился, его зрачки слегка расширялись, и тогда его обычно красивое и невинное лицо становилось в три раза страшнее.

Соджон никак не мог понять, как человек с такой внешностью может кого-то пугать.

— Эй, ты только что овладел S-ранговым навыком, верно?

— Эм, потому что ты мне его дал…

Прежде чем ошарашенный Соджон успел поблагодарить и сказать «Спасибо», Ли Данву его перебил.

— Как ты думаешь, насколько заполнена твоя ёмкость?

— Я… не знаю?

— Что значит «не знаю»? Как можно не знать? Ты только что выучил S-ранговый навык. Обычно охотник чувствует что-то вроде: «Ой, чёрт. У меня ещё на один-два навыка место осталось».

— А?

Соджон вообще не понимал, о каком ощущении идёт речь.

«Ну… думаю, Ли Данву тоже вряд ли это когда-то чувствовал…»

Кан Улим, судя по выражению лица, тоже был не в курсе. Что-то вроде «Правда?..»

Но раз Ли Данву был уверен, Соджон решил промолчать.

— Как ты думаешь, сколько ещё S-ранговых навыков ты сможешь выучить, прежде чем твоя ёмкость заполнится?

— Я… не знаю?

— Почему ты не знаешь? Ты правда не понимаешь, почему не знаешь? Ты хоть раз пробовал удалить навык? Насколько пустой тогда казалась твоя ёмкость?

— Я… почувствовал, что она немного пуста?..

Соджон не был глупым, и он понял, к чему клонит Ли Данву. У него была большая ёмкость.

— У меня большая ёмкость для навыков?

— Какой у тебя ранг маны?

— Э? Кем бы ты ни был, я тебе это не скажу.

— Ты сразу после пробуждения достиг ранга А.

— Вау, хо… Откуда ты, чёрт возьми, это… эх…

Соджон попытался подавить шок, но прикусил язык, и на глазах выступили слёзы. Всё это время Ли Данву оставался пугающе невозмутимым.

— Но разве ты не понимаешь, что ты гений? Что ты, куриные перья вместо мозгов себе в голову набил? Перестань нести чушь и начни думать. Понимай свои сильные стороны и используй слабости противника. Ты умный.

Соджон был ошарашен — никто никогда не обрушивал на него столько ругани, при этом… явно с добрыми намерениями. И если Ли Данву не хотел его морально уничтожить, значит, он пытался донести мысль.

— То есть… ты хочешь, чтобы я выучил разные навыки и адаптировался под слабости противника? Потому что моя сила — это ёмкость навыков и мана?

— Вот именно.

Хотя Соджон, похоже, всё понял, Ли Данву всё равно выглядел странно раздражённым. Он замолчал на мгновение, а потом спокойно добавил:

— Так что выучи около десяти тысяч навыков. Кто знает? Может, прозовут тебя «Со Соджон Десяти Тысяч Навыков».

— …!

Соджон рефлекторно сжал кулаки. Это прозвище было до жути впечатляющим.

Неужели… даже круче, чем «Сын Героя» Ча Увона? Определённо!

Рядом с ним у Кан Улима блеснули глаза.

«Что ж, Ли Данву хороший.»

Он помогает им развивать навыки прямо во время миссии, да ещё и даёт дополнительное время. Конечно, вопрос этичности «обучения во время задания» спорный, но он делает всё, что может.

«Нет, это этично! Сам Ли Данву так сказал. Что он сказал?.. ‘Спасёшь одного охотника — спасёшь тысячу.’ Значит, если я стану сильнее, спасу две тысячи. Звучит логично!»

Кан Улим почувствовал, как у него учащается сердцебиение, и спросил Ли Данву. Его всегда восхищали участники команды <Ча Увон>, и он старался стать достойным помощником для своих благодетелей — Ча Увона и Ли Данву. Но он всё ещё чувствовал себя недостаточно хорошим.

— Что мне делать? Как мне стать таким, как ты?

Ли Данву вспомнил Кан Улима из прошлого.

«Ты — настоящий охотник. Я накачал мышцы упорством. Думаю, ты можешь стать кем угодно.»

Когда Кан Улим однажды подошёл, наблюдая за тренировкой Ли Данву, и серьёзно произнёс это…

«Чего. Отвали.»

После этого у них на время сложились неловкие отношения…

Кан Улим носил прозвище «Страж справедливости»…

Хотя на самом деле был более известен как «Железная стена Кан Улим», но сам он предпочитал первое, потому что второе его смущало.

Его фирменным навыком была <Несгибаемая стена (S)>, из-за чего он казался прирождённым танком.

У него был прямолинейный характер, и сообразительности ему немного не хватало. Он мог пойти за кем угодно, кто сказал бы: «Идём сюда». На самом деле, Данву не испытывал неприязни к Кан Улиму.

До самого конца Кан Улим оставался собой.

Ли Данву моргнул и, с неожиданной мягкостью в голосе, сказал:

— Не заморачивайся.

— …?

— То, что ты не поддаёшься сомнениям, — это твоя сила. Ты раскроешься позже. Просто продолжай идти своим путём. Продолжай качать силу, как делал до этого. Чем больше ты укрепляешь тело, тем лучше работают твои навыки.

Услышав тёплые слова Ли Данву, Кан Улим подумал:

«Он меня сейчас тупым назвал?»

Но момент, чтобы вместе с Со Соджоном его обругать, был упущен, и теперь он не знал, что сказать.

— Ладно тогда. Давайте продолжим тренировку, — сказал Ли Данву и покинул тренировочную зону.

«А ты сам что делать будешь?»

Со Соджон и Кан Улим остались на месте с кучей вопросов, но ни один не решился задать их Ли Данву.

Они переглянулись.

«Ты спроси».

«Нет, ты».

И так они оба окончательно убедились в том, что ни у кого из них не хватит смелости повесить бубенец на кошку*.

[П. п.: идиома, означающая, что кто-то должен сделать что-то опасное или невозможное, но никто не хочет брать на себя ответственность.]

Так что оставался только один выход, не так ли?

Следовать приказам Ли Данву…

Они активировали голограмму и начали зачищать следующий этап.

«Похоже, Ли Данву патрулирует в одиночку…»

Мысль об этом почему-то приносила облегчение, так что они постарались мыслить позитивно.

— Ну, раз уж он о нас заботится, можно простить его характер, — проворчал Кан Улим, заявляя, что невежество — это тоже доблесть.

Со Соджон немного подождал. Казалось, Ли Данву за ними не следит.

«Может, это не лучшее место для сплетен…»

Только когда они убедились, что отошли достаточно далеко…

Со всей уверенностью Со Соджон сказал:

— Ты прав. У него такой мерзкий характер, что даже ад бы его не принял.

— Но Ли Данву ведь не попадёт в ад, правда? Плохой характер — не причина туда попадать, — невозмутимо поддержал Кан Улим, и Со Соджон опешил.

— Эй, ты что, хочешь попасть в рай Ли Данву или что?

В любом случае, пока у них был общий повод пожаловаться — Ли Данву — они впервые за долгое время провели разговор без ссор…

***

А в это время сам Данву, выйдя наружу, был погружён в раздумья.

«Это безумие…»

Настоящие гении учатся у него. Чувствовалось признание, и это было приятно, но…

На самом деле, да, это было приятно, но…

«Вот же…»

Чувство было странным.

Ведь те, кому действительно нужно было становиться сильнее — это <Команда Ча Увона>.

Данву, конечно, тоже будет прокачивать характеристики, но он знал свой предел.

Навык <Предел Превосхождения (S)>, полученный в предыдущем подземелье, он уже однажды получал в прошлом.

Данву знал, что сможет получить этот навык снова, потому что он был тем сумасшедшим, кто в смертельной ситуации мог действительно дойти до предела.

Он не раз тестировал границы своих возможностей, и, похоже, кто-то сжалился над ним, позволив вернуть навыки, даже после того, как он оказался в прошлом без них.

Освоив <Предел Превосхождения>, Данву понял:

«Вот же…»

А ведь он и вправду может выучить ещё один навык?

То, что он говорил Со Соджону, в каком-то смысле было признанием, обращённым к самому себе.

Задумавшись, он шёл по лесу вокруг особняка, и пейзаж перед ним вдруг стал двоиться, словно реальность наложилась одна на другую.

Данву потёр глаза и полез в карман. Достал леденец-усилитель маны, который приберёг заранее, и засунул его в рот.

Мир снова прояснился, на щеках появился румянец.

«Начались симптомы зависимости».

Сколько лет у него осталось?

«Наверное, ещё лет семь».

Пока он сможет двигаться и доживёт до момента, когда запечатает <Последнее Подземелье>, он особо не волновался.

Но разочаровывало, что <Предел Превосхождения> не повышал характеристику Маны.

«А ведь мне больше всего нужна именно мана».

Впрочем, он всё равно достиг очередной цели.

Данву планировал заработать немного денег, а потом построить тренировочный центр для отработки навыков, но был удивлён, когда получил смету.

«Почему так дорого?»

В прошлом он тоже был частью гильдии и пользовался полностью оборудованным тренировочным центром. Однако построить такой с нуля оказалось астрономически дорого.

Вот почему топ-гильдии добивались такого успеха. Неужели они действительно вкладывали такие деньги в будущее?

Тренировочный зал Кан Улима, называемый «Центром тренировки характеристик», был построен на втором этаже базы, и его возведение не обошлось так дорого, как центр для тренировки навыка ранга S.

Создание центра, способного выдерживать тренировку навыков ранга S, — это уже другой уровень.

Конечно, за исключением Кан Улима, предполагалось, что у остальных участников команды такие залы уже есть дома. В конце концов, все они из престижных семей охотников.

«Но идти по их стопам — это, возможно, перебор для меня».

Данву считал, что одна из причин, по которой Ча Увон был абсолютным лидером, — это его авторитет.

Ча Увон был диктатором, и никто не смел ему перечить — кроме Ли Данву.

Данву должен был стать таким же лидером. Если он говорит: «Это правильно», все должны были отвечать: «Вот как». Его слова должны были восприниматься с таким уважением.

Фразы вроде «Цени свою жизнь больше, чем чужую» были слишком трудны для системы ценностей команды <Ча Увона>.

«Почему это кажется им таким неразумным?..»

Данву был в недоумении.

Тем не менее, он был доволен ситуацией.

«Похоже, они перешли грань».

Отношение Со Соджон и Кан Улима изменилось. Раньше им было некомфортно рядом с Данву, но теперь, казалось, в их взглядах появилось уважение.

«Вот как и должно быть».

Данву с удовлетворением прошёлся вдоль стены. Он кивнул в знак приветствия охранникам из гильдии Йирим. Как только он миновал их, тут же начал возиться с выгравированным на стене кругом навыка.

Из кончиков пальцев Данву засияло слабое свечение — круг защитного навыка откликнулся. Узоры стали перестраиваться, их функция изменилась.

Обычно созданием кругов навыков занимались только маги или люди с магическими способностями…

Но Данву не был магом. Он не мог создать круг навыка с нуля, но мог изменять или повреждать уже существующие. Это было возможно потому, что данный конкретный круг был предназначен не для защиты от вторжений.

В конце концов, чтобы взломать замок изнутри, не нужны выдающиеся навыки, не так ли?

Разумеется, то, что делал Данву, выходило за рамки обычного.

«Обычные охотники так не могут».

Это было расточительно с точки зрения маны. Поэтому большинство даже не пыталось.

Но поскольку у Данву не было подходящих навыков, он вручную направлял ману, словно это был навык. Для этого ему приходилось наблюдать за умениями других и понимать, как именно мана двигалась при активации навыка.

Данву запомнил большинство кругов навыков, которые раньше использовал Со Соджон, включая то, как в них текла мана.

Если бы Данву был гением, как Со Соджон, этого бы хватило, чтобы создавать книги навыков и собственные круги. Однако его способности были ограничены, и маны не хватало.

Тем не менее, он всё ещё мог модифицировать уже существующие круги.

***

Данву продолжал пользоваться тренировочным центром ещё несколько дней.

Это не имело особого значения, но Ча Увон и Пэ Чисыль с тех пор так и не пересекались.

Потому что Пэ Чисыль избегала своего отца.

«Похоже, что-то произошло».

Данву особенно не интересовался семейными делами. Проблема заключалась в том, что у него не было много времени на связь с Пэ Чисыль.

«На данном этапе, этого, наверное, достаточно».

В любом случае, времени оставалось в обрез. Члены гильдии Йирим накапливали усталость не только от охраны территории, но и от присутствия друг друга. Даже уходящий в отставку глава гильдии выглядел напряжённым. Личность другой жертвы тоже была раскрыта. Это был бывший охотник, которого охраняли так же тщательно, как и лидера гильдии Йирим.

«Люди думают, что проблема проста, если её легко решить…»

Данву подумал, зевая. Вторая смена была тяжёлым испытанием даже для охотников.

А для тех, кто считал, что всё легко решается, ситуация становилась ещё сложнее.

Данву уже знал, как заставить Ки Хийуна отказаться от «Охоты за навыками».

У Ки Хийуна был инфантильный характер, как у ребёнка. Он был одержимым и жадным, но как только терял интерес, тут же выбрасывал свои игрушки.

«С самого начала эта охота за навыками не была его инициативой.»

Ведь навык уходящего на пенсию главы гильдии не был настолько редким, чтобы действительно заинтересовать Ки Хийуна, пусть и был полезным.

Так что заставить его отказаться было просто.

«Нужно всего лишь сделать это для него обременительным.»

***

В импровизированной комнате для совещаний сидели уставшие охотники. Половины тим-лидеров не было — они дежурили на постах охраны.

В углу почти пустой комнаты сидела Пэ Чисыль, которую никто не видел уже несколько дней.

«Надо будет поговорить с ней после собрания.»

Данву сел рядом с Ча Увоном. Тот, кого в последние дни тоже редко видели, выглядел самым бодрым среди охотников в этой комнате.

У Кан Улима было то же самое. Всё дело в их базовой физической выносливости. Они отличались от других охотников не только внешне, но и по физическому складу.

— Я тоже пойду на собрание.

— Это скорее обычный отчёт, чем совещание.

— А. Тогда я просто посижу в уголке.

— Хм… Ладно. Данву-я ведь точно из тех, кто просто сидит и наблюдает.

Хотя он знал, что этими словами раздражает Данву, Ча Увон всё же привёл его на собрание.

Ча Увон сел рядом, с улыбкой на лице. Будто хотел посмотреть, что сделает Данву.

«Смотри внимательно.»

Данву откинулся на спинку стула и постукивал пальцами по подлокотнику. Скрестив ноги, он выглядел так, будто ему совершенно неинтересно происходящее.

Охотник Го Чон с тёмными кругами под глазами посмотрел на Данву с выражением «а ты чего здесь?» и повернулся к остальным.

— Начнём с зоны А, пожалуйста, отчёт.

— В зоне А всё в норме.

— В зоне В всё спокойно.

— Зона С…

Продолжались различные отчёты. Данву зевнул и шепнул Ча Увону:

— Как обычно работает навык манипуляции памятью?

Ча Увон посмотрел на него с выражением «почему ты спрашиваешь у меня, Данву-я…».

«Отвечай.»

Данву ответил выразительным взглядом.

Прикусывая губу, Ча Увон сказал:

— Обычно такие навыки основаны на том, что пользователь вмешивается в разум цели.

— Ага…

«Ага» — это ведь не то слово, которое вообще мог бы сказать Ли Данву, не так ли?

«Интересно, что он затевает.»

Ча Увон с трудом сдержал смех и уточнил:

— А что такое?

— Сколько ни думаю, всё равно кажется, что преступник так легко провернул всё из-за внутреннего сообщника. Но если подумать… ведь странно. Если у него был навык вроде «Стирания памяти», то разве он не использовал бы его хотя бы раз на самом сообщнике — в момент преступления?

Во время собрания шёпот двух охотников долетал до ушей остальных — уставших и скучающих.

— В этом есть смысл.

— Значит, у внутреннего сообщника должны были остаться воспоминания о том моменте, когда он «договорился»… Но он не мог их оставить, значит, ему пришлось стереть их снова. То есть, уже дважды.

— Да.

— Тогда как насчёт воспоминаний о его собственных подозрительных действиях, совершённых за это время? …Мне интересно, как сообщник рационализирует такие воспоминания. Ведь, как сказал лидер группы безопасности, это всё выдающиеся охотники из уважаемых гильдий, верно? Если бы в их воспоминаниях было что-то странное, они бы это доложили.

— …

Охотники, слушавшие разговор, не сказали ни слова, но Данву и так прекрасно понимал, что они думают.

«Они просто не хотят говорить.»

Что, если они действительно оказались под действием навыка преступника и невольно предали команду?

Уже сам факт осознания этого был пугающим. А зачем раскрывать такое высшему руководству, если от этого не будет никакой пользы в будущем?

Стоило сказать — и можно попрощаться с любыми шансами на повышение.

— Так вот, что мне было интересно… Сообщник всё ещё под действием навыка? То есть, если он оказался под контролем именно в момент сговора?

— Да.

— А навык спадает сразу после завершения преступления. Так что, если «воспоминания о сговоре от начала до конца» были стёрты, то даже честные и выдающиеся члены элитных гильдий не смогли бы ничего доложить. Они могли просто ничего не помнить.

— Понимаю…

Ча Увон ответил с усилием, а потом плотно сжал губы.

«Вот так. Только не смейся.»

Почему этот парень каждый раз смеётся, когда Данву что-то говорит? Данву совершенно не понимал двадцатилетнего Ча Увона.

— Но если «Стирание памяти» работает не так, то тогда всё это бесполезно.

— Нет, ты, возможно, прав. Навыки могут работать по-разному.

— Правда? В таком случае, ещё труднее будет определить сообщника. А как вообще обычно снимаются ментальные навыки?

С обеспокоенным тоном спросил Данву.

Ча Увон сдержал смех и прикусил внутреннюю сторону щеки. Он не хотел снова получить осуждающий взгляд от Ли Данву…

— Ну… Обычно, сильный ментальный шок может разрушить навык. Чем сильнее шок, тем сложнее удерживать ментальное воздействие.

«Вот почему применяют пытки.»

Разве такие слова можно говорить при Ли Данву?

Ча Увон закрыл рот.

Конечно, если бы Данву это услышал, он мог бы тут же предложить: «А что, если мы по очереди слегка побьём каждого члена гильдии?»

Совещание уже давно остановилось, и все услышали этот, казалось бы, случайный разговор Ли Данву.

Ча Увон был поражён исключительным талантом Данву достигать всего, чего он хочет.

«Интересно, чего он хочет в этот раз…»

Наверное, всё опять пойдёт по его плану.

И тут Ли Данву внезапно схватил охотника из гильдии Йирим, сидевшего рядом, за воротник и резко притянул к себе.

— О, вот такой шок подойдёт?

Ли Данву пытался поцеловать охотника из гильдии Йирим!

Ча Увон сработал инстинктивно — ладонью оттолкнул лицо охотника, не дав поцелую состояться. Охотник с грохотом упал со стула.

— Ух!

Ча Увон даже не услышал его стона — сердце колотилось слишком сильно. У него екнуло в груди.

— Что ты творишь, Данву-я?

Он нахмурился.

Что вообще у Ли Данву в голове? Как он вообще живёт с таким образом мыслей?

Однако Ли Данву посмотрел на Ча Увона так, будто именно тот здесь странный.

— Тогда ты сам это сделаешь, Лидер?

«Разве не лучше, чтобы это сделал я, чем просить Данву?» — мелькнула мысль у Ча Увона.

Он посмотрел вниз на упавшего охотника из гильдии Йирим. Протянул руку, чтобы помочь ему подняться, но тот махнул рукой и сказал:

— А, нет, всё в порядке.

Ча Увон уставился на его губы.

«Это ведь не так уж сложно.»

Просто приложить губы к чужим — и всё.

Но тело не двигалось. Ли Данву внимательно смотрел на него. Почему он так смотрит?

Это ведь не должно быть трудно, но под этим взглядом Ча Увону не хотелось ничего делать…

— Это прям обязательное условие?

— Считай, что это часть задания. Охотники и так надрываются, охраняя периметр от внешних угроз, даже отдохнуть не могут. Если мы хотя бы отфильтруем внутренних сообщников, это упростит задачу, разве нет?

«Разве не ты сам предложил следить за внутренними?»

Преступник рассуждает, будто он полицейский.

Вместо того чтобы указать на это, Ча Увон спросил:

— Но почему именно поцелуй? Вот что мне не ясно, Данву-я.

— А, понятно… — неожиданно вмешалась Пэ Чисыль, словно что-то поняла.

Теперь и остальные охотники перестали притворяться, будто не слушают.

— Поцелуй — это драгоценная вещь, — сказала она, — и даже если речь идёт о защите моего отца, жертвовать своими губами ради этого нелогично. Поскольку это семейное дело, правильнее будет, если я сделаю это.

— …?

— …?

Все охотники переглянулись с выражением: «Что она сейчас сказала?»

Данву, наконец, понял, почему Пэ Чисыль так старательно посещала все собрания.

«Она решила, что раз собрания связаны с защитой её отца, а он сам не может присутствовать, то ей, как ответственной стороне, нужно страдать за двоих.»

Мысль вполне в духе Пэ Чисыль.

Иронично, но для охотников её присутствие на совещаниях становилось скорее отвлекающим фактором…

И вот случилось нечто серьёзное.

Го Чон, который до этого подслушивал со стороны, наконец, вмешался всерьёз.

— Нет, барышня, я так не думаю.

— Почему? Это же касается моего отца. Кажется правильным, если я приму на себя ответственность.

Пэ Чисыль ответила упрямо, показывая, что она не приемлет особого отношения.

Но причина возражения Го Чона была вовсе не в «защите барышни».

«Он вообще не из тех, кто заботится о светском этикете.»

Данву понял, к чему он ведёт.

— Потому что барышня слишком красива. Это не вызовет у охотников шока, достаточного, чтобы разрушить ментальное воздействие. В этом смысле могут возникнуть проблемы и с Ли Данву-ши, и с Ча Увоном-ши.

— …!

«А, вот оно что…»

Когда все в зале отреагировали на слова Го Чона и перевели взгляд на троицу, которую он упомянул, Пэ Чисыль приложила пальцы к подбородку.

— Если в этом дело, то волноваться не стоит. Как вы все знаете, мой отец ужасно меня балует. Если он услышит, что какой-то заурядный охотник коснулся моих губ, он уничтожит его карьеру.

— …?

— Ах, конечно, это мнение моего отца! Вы все — отличные охотники! Даже если я кого-то поцелую и выйду замуж, это будет счастье для всех, просто… мой отец думает иначе!

Пэ Чисыль покраснела и попыталась возразить.

«Она и правда ненавидит своего отца», — подумал Данву.

Разве это не было публичным оскорблением — назвать его высокомерным снобом?

Так или иначе, охотники, которые не хотели умирать жалкой смертью от ярости ушедшего в отставку Главы гильдии, заметно побледнели.

— Эм, Леди. То, что вы говорите, звучит так, будто если вы поцелуете каждого из нас, это разрушит наши жизни… — с тревогой спросил кто-то.

— О! Может быть, и так. Вы чувствуете, что ваша жизнь в опасности? Даже сильное ментальное умение может сломаться, когда человек ощущает угрозу жизни. —

Пэ Чисыль улыбнулась, будто ей пришла в голову отличная идея.

Никто не поддержал её смех.

— …

«А?»

Когда Пэ Чисыль опешила, напротив неё сидел Ли Данву — он беззвучно улыбался.

Он улыбался широко, с выражением лица, которое она раньше никогда не видела, и почему-то это заставило её почувствовать себя хорошо.

Ей показалось, что она уже видела такую улыбку… И в те дни все члены команды были счастливы.

«…А? Что я сейчас подумала?»

Пока Пэ Чисыль недоумённо наклоняла голову, Ли Данву поднял руку.

— Нет необходимости разрушать жизни охотников, пришедших сюда ради безопасности. Раз у нас вторая смена дежурит, можно вызвать тех, кто сейчас отдыхает. Если мы попросим членов команды целовать друг друга — этого должно быть достаточно.

— …!

С самого начала Данву это и имел в виду. Почему он должен был целовать других охотников ради бывшего Главы гильдии?

«Хотя без поцелуев всё равно не обойтись».

У условия активации фирменного навыка Ки Хийуна, <Марионеточность (S)>, был следующий механизм: другой человек должен испытывать к нему симпатию и вступить с ним в физический контакт.

Иначе говоря, все, кто становился «марионеткой», давали Ки Хийуну некое «обещание любви».

«Стать его любовным пленником…»

По-другому это не описать, вот и приходилось объяснять так. В любом случае, это ничем не отличалось от торжественного клятвенного обещания Ки Хийуну — не предать его любовь.

«А любая мощная способность имеет свою цену».

<Марионеточность> была мощной, но с серьёзными ограничениями.

Если «марионетка» нарушала обещание любви и вступала в физический контакт с кем-то другим — эффект способности отменялся.

Даже если человек когда-то действительно испытывал чувства к Ки Хийуну, как только он понимал, что им воспользовались, эти чувства моментально превращались в отвращение.

«Аферист, как мошенники в браке».

Размышляя об этом, Данву с удовольствием мысленно проклинал Ки Хийуна и посмотрел на Го Чона.

— Думаю, охотникам из гильдии Йирим будет проще доказать свою невиновность, если они будут целовать друг друга, а не получать поцелуй от Леди.

— …Пожалуй, вы правы, — ответил Го Чон.

Вменяемые охотники, включая его, размышляли трезво.

«Но почему именно поцелуй в качестве метода шока…?»

Конечно, никто не хотел прибегать к пыткам…

Но все уже были измотаны, а Ли Данву и Пэ Чисыль поочерёдно несли эффектную чушь, доводя всех до морального истощения. Хотелось поскорее закончить это нелепое представление.

— Да, отличная идея.

— Мы всегда хотели поцеловать друг друга.

— Не совсем так… Ну, серьёзно, мы правда должны это делать?

— Я сейчас усну, давайте уже покончим с этим.

— Позовите всех, кто отдыхает. Что? Они спят? Какая разница? Есть же конференц-зал. Хотя нет, не конференц-зал… — Охотник на связи выглядел озадаченным и обернулся к Го Чону.

— Если позовём только отдыхающих, народу хватит. Похоже, в зале будет тесно.

— О, во дворе много места. Фонтаны сейчас выключены, так что там хватит пространства.

Пэ Чисыль сообщила им:

— Пойдёмте во двор…

Го Чон повторил её слова, глядя в пустоту, словно задаваясь вопросом, в своём ли он уме и реальна ли вообще эта ситуация.

«Он часто бывал таким… даже в <Последнем подземелье>», — подумал Данву.

Но его это не волновало.

Разве не утомительно — постоянно держаться за реальность? Данву не хотел жить нормальной, здравомыслящей жизнью, как Го Чон.

«Но для своих товарищей по команде я должен выглядеть здраво».

Безумцу нужно прикладывать невероятные усилия, чтобы быть лидером команды. В те времена, когда это была <Команда Ли Данву>, все члены были немного сумасшедшими, и безумие Данву отлично туда вписывалось.

Он не хотел возвращаться к тем временам…

Ситуация, где Пэ Чисыль несла бессмыслицу из чистого добросердечия, доставляла ему удовольствие.

Он хотел поскорее включить её в команду.

Тогда Ли Данву стал бы совершенным.

<Команда Ча Увона> стала бы полной……

«И тогда Ча Увон был бы счастлив».

Но какой Ча Увон?

Прошлый…? Или нынешний…?

Внезапно Данву почувствовал замешательство, но быстро прогнал мысли. Раз уж они были не до конца рациональными, лучше было их сразу обрубить.

Так или иначе……

После завершения дежурства второй смены и сладкого отдыха охотников из гильдии Йирим силком вытащили во двор.

И тут они услышали громогласный приказ.

В Центре, их надёжный тимлидер и заместитель главы гильдии Йирим, Го Чон, поколебался, а затем отдал приказ:

— Встаньте в две шеренги. …Вы уже встали. Теперь, пожалуйста, поцелуйте стоящего рядом. На счёт раз, два, три.

— …?

— Заместитель… Заместитель главы гильдии, возможно, я ослышался…

— Простите. Похоже, я ещё не до конца проснулся.

Элита престижной гильдии Йирим спокойно оценила ситуацию.

Нет, их заместитель главы не мог отдать приказ «поцелуйте друг друга». Это были лишь три варианта: они спят, глохнут или сходят с ума.

Го Чон закрыл глаза… и открыл.

«Если лидер команды не отдаёт приказы уверенно — команда не подчиняется».

Его учили в престижной гильдии Йирим. Он знал, как должен выглядеть лидер.

Целовать товарища по команде — какой ещё нужен психологический шок? Если бы кто-то приказал ему поцеловать Главу гильдии, он бы вызвал того на дуэль.

Однако, вместо того чтобы позволить Леди целовать членов гильдии, лучше уж поручить это самим охотникам.

«…Нужно это сделать. Нужно отдать приказ уверенно».

Го Чон заговорил вновь, и на этот раз в его голосе не дрожало ни нотки:

— Встаньте в пары двумя рядами и поцелуйте стоящего рядом охотника. На счёт «три». Тех, кто откажется — будем подозревать в предательстве и проведём отдельное расследование. Прошу сотрудничества.

— …!

— Раз, два…

Некоторые пустились в бегство ещё до окончания счёта.

Дисциплина в гильдии Йирим была строга. Осмелиться ослушаться приказа тимлидера и попытаться сбежать — было немыслимо.

Ещё до того, как Го Чон дал команду, Ча Увон и Ли Данву среагировали первыми.

Когда Ча Увон взмахнул мечом, трое беглецов рухнули, будто наткнулись на невидимую стену. Громкий удар раздался по двору.

Ли Данву двинулся с такой скоростью, что её невозможно было отследить, и обезвредил ещё двоих.

«…»

Го Чон невольно приоткрыл рот.

Ли Данву предложил:

— Допросим их?

— ……Да.

— Пусть сначала поцелуются.

— ……Да.

Раз… Два… Три…

Этот короткий отсчёт эхом отразился во дворе, и члены гильдии Йирим испытали мгновение страдания, которое казалось вечностью.

Им хотелось плакать, но в следующий миг одного из них окутал свет. Это был эффект снятия ментального воздействия, и участники, увидевшие это, пришли в шок.

«Не может быть… Это сработало…»

— Эй! Поймайте его!

— На допрос его!

— Ты, предатель! Позоришь имя Йирим!

— Из-за тебя я поцеловал этого парня!

— Нет, нет! Это было не по моей воле!

Участник гильдии Йирим, только что освобождённый от ментального воздействия, отчаянно отбивался. Но его протесты игнорировали, пару раз ударили и выволокли к Го Чону.

Наступив на сбежавшего и упавшего в обморок охотника, Ча Увон спросил:

— А нам тоже надо?

Увидев его улыбку, Данву скрутило живот, но он сохранил спокойствие.

— У нас не было времени, чтобы попасть под действие навыка.

А ведь это говорит человек с высокой сопротивляемостью.

В <Команде Ча Увона> единственным, кто мог бы быть подвержен ментальному воздействию, был Данву, но он умел чувствовать, когда Ки Хийун оказывался рядом.

К ним подошли охотники гильдии Йирим. В руках они держали мано-ограничители.

Го Чон, с несколько потерянным выражением лица, спросил:

— Можно… нам самим допросить членов нашей гильдии?

«Почему ты спрашиваешь нас, если это твои люди?»

— Конечно. — ответил Данву.

Ча Увон убрал ногу, и, похоже, Го Чон наконец пришёл в себя.

— Я… благодарю вас. Всё пошло не так, как ожидалось, и я даже не поблагодарил вас должным образом. Никогда бы не подумал, что среди нас может быть предатель…

— Члены гильдии Йирим тоже люди и могут поддаться искушению. К счастью, между вашими бойцами нет таких тёплых чувств, чтобы поцелуй сразу же снял ментальное воздействие.

«Не стоит уточнять, что я знал, как именно снимается скилл».

Сказать это сейчас — значит вызвать лишние вопросы.

— Да… К счастью… наши бойцы… недостаточно друг друга любят… Так что это… кхм… обнадёживает…

Го Чон выглядел ошеломлённым, но не забыл пожать руки Данву и Увону в знак благодарности.

«Вежливый парень».

Хотя раньше Го Чон не слишком жаловал Данву, сам Данву не испытывал к нему неприязни.

Многие подозревали, что Ли Данву убил Ча Увона — и потому Го Чон относился к нему настороженно.

Го Чон был одним из немногих, кто действительно уважал Ча Увона.

Среди тех, кто любил Ча Увона, редко встречались плохие люди…

«Но исключения, конечно, бывают».

Данву проводил острым взглядом бывшего главу гильдии Йирим, поспешно покидающего особняк.

***

Потерявшие сознание беглецы не избежали принудительных поцелуев. Однако остальные члены гильдии Йирим ухитрились не допустить касания губ, заставив сопротивляющихся поцеловаться между собой.

Члены гильдии орали, ругались и всё равно соединялись губами.

Бабах——!

Вспыхнул свет — ментальное воздействие исчезло.

— …

Хаос моментально сменился гнетущей тишиной.

— В себя пришли? — спросил Го Чон.

— Да, да…? Заместитель главы…

Очнувшиеся охотники с трудом вспоминали, как попали под воздействие навыка.

— Серьёзно! С какой стати мне предавать гильдию Йирим? Разве вы меня не знаете? Что я мог бы получить, предав сейчас…

— Я тоже!

Один из связанных охотников растерянно повернулся в сторону:

— Если я из Йирима, то это что, значит, что я не могу быть предателем? Тогда, выходит, кто-то такой же, как я, кто тоже вступил в гильдию, может им быть?

— Вот именно! Заместитель главы, допросите его! Он наверняка что-то знает. Если и был предатель, то это он! Наверняка он и привёл виновника, а потом незаметно всех нас под скилл загнал, кто знает!

— Вы что, с ума посходили? Сдаёте меня?!

Решив, что увидел уже достаточно, Данву вышел из зала.

Конечно, снаружи ситуация была не лучше.

Бывший глава гильдии встретил его с распростёртыми объятиями:

— О! Наш охотник Ли Данву, мозг <Команды Ча Увона>, пожаловал!

«С каких это пор он стал таким дружелюбным?»

Данву увернулся от попытки бывшего главы обнять его за плечо. Тот удивлённо посмотрел на пустую руку. Несмотря на отставку, бывший охотник не мог ошибиться с расстоянием.

«Неужели я и правда постарел?..»

Данву было всё равно, будет ли этот человек сожалеть о старости или нет.

Члены <Команды Ча Увона> собрались в гостиной и сидели за столом, уставленным угощениями, потягивая чай. Только Со Соджон, снявший маску, выглядел расслабленным.

Напротив Ча Увона сидела Пэ Чисыль, а рядом с ней — Квон Джунхон, выглядевший довольно неловко, с поджатыми коленями и сложенными на коленях руками.

— Значит, охотник Ли Данву — ваш заместитель? Место уже освободили, присаживайтесь. Вы, должно быть, были заняты охраной. Выпейте чаю. Кстати, что любит охотник Ли Данву?

Данву сел рядом с Ча Увоном и вопросительно посмотрел на него:

«Почему ты его не остановишь?»

«Данву-я, у меня нет телепатического навыка».

Ча Увон ответил взглядом.

Так как у Данву тоже не было телепатии, мысленный диалог не получился.

Пэ Чисыль, сидевшая напротив, всё больше чувствовала неловкость. Её отец действительно смущал её.

— Почему я раньше не слышал о таком великом мечнике, как охотник Ли Данву? Раз он ровесник Чисыль, его родители, вероятно, мои ровесники? Они тоже были охотниками, верно? Может, я знаю их имена?

Бывший глава гильдии дружелюбно поставил перед Данву тарелку.

«Даже если скажу — он их не знает».

Данву не хотел раскрывать имена своих родителей перед этим человеком.

— Мои родители умерли, когда я был маленьким. Вы, скорее всего, не знали их.

— Ах, вот как…

Бывший глава изобразил сочувствие.

Квон Джунхон вдруг закашлялся, поперхнувшись закуской.

— Э-э-эх, кхе-кхе…

Данву протянул ему салфетку и добавил:

— Они оба были охотниками, но не из охотничьей семьи.

— Значит, вы — исключение, рождённое в хлеву.

«Это, по-твоему, комплимент?..»

Данву устал от подобного внимания и вопросов, провоцирующих ещё больше вопросов.

Судя по выражению лица Пэ Чисыль, она была близка к тому, чтобы покинуть комнату. Это было бы неудобно.

«Надо взять у неё номер».

Следовать за ней в комнату, чтобы спросить номер, выглядело бы подозрительно.

Да и флиртовать перед её отцом — тоже не лучшее решение.

— Раз уж у тебя не было родителей, наверное, трудно было получить информацию о мире охотников. Из-за этого ты и не думал вступать в гильдию или обратиться в Центр? Если бы ты зарегистрировался как Пробуждённый, тебя бы наверняка порекомендовали в Центр…

Бывший глава размышлял вслух.

Похоже, его интересовал уровень пробуждения Данву.

— Моё пробуждение произошло поздно.

«Сначала он сватал Пэ Чисыль Ча Увону, а теперь перешёл ко мне?»

Он слишком быстро переходит к следующему шагу.

Данву начал ещё больше его недолюбливать.

— Ну, такие случаи бывают. Даже талантливые люди иногда пробуждаются поздно. Я вот тоже поздно пробудился. Думаю, Чисыль пойдёт по моим стопам.

«Он ведь ждал момента, чтобы это сказать».

Охотники предпочитали вступать в брак с другими Пробуждёнными — это повышало шанс, что их дети тоже пробудятся.

В мире, где в любой момент может случиться прорыв подземелья, наличие Пробуждённых детей ценилось выше всего.

На самом деле, охотникам было сложно налаживать отношения с обычными людьми.

Данву это прекрасно понимал.

В мире, где влиятельные охотничьи семьи устраивали помолвки между собой, Пэ Чисыль находилась в довольно неудобном положении.

«Потому что она не Пробуждённая.»

Её отец был героем прошлого поколения и происходил из престижной семьи, но сама Пэ Чисыль не была Пробуждённой. Именно поэтому знатные охотничьи дома не спешили рассматривать её как потенциальную невесту.

В то же время и выдать её замуж за кого-то из простых было бы ударом по репутации семьи.

Эта дилемма была скорее проблемой для отставного главы гильдии, чем для самой Пэ Чисыль.

Пэ Чисыль была из тех людей, кто смог бы быть счастлив и хорошо жить в любом месте и при любых обстоятельствах.

— О, охотник Со Соджон должен знать. Его мать ведь тоже пробудилась довольно поздно, верно?

— А? А, да, это так. Но она всё равно жила хорошо. Работала охотницей. У Чисыль тоже всё будет в порядке.

Судя по словам Со Соджона, разговор был далёк от завершения.

«Этот парень и правда болтлив».

Пора было подумать, как бы вежливо выпроводить отставного гильдмастера.

— Ну что ж, давайте на этом закончим. Я ведь вас позвал лишь поблагодарить, не собирался держать вас здесь долго. Я ведь не настолько бесчувственный, — сказал он с широкой улыбкой, поднимаясь.

…Хотя было непонятно, что именно он имел в виду, для членов гильдии Йирим всё было очевидно.

Данву наслаждался расслабленной атмосферой — дело было раскрыто.

Разве не пора и остальным, живущим в особняке, немного отдохнуть?

«Пусть это спокойствие продлится как можно дольше».

Пэ Чисыль и Квон Джунхон, повеселевшие после исчезновения отца, явно расслабились.

Данву уже собирался попросить у Пэ Чисыль номер телефона, но остановился.

«Может показаться странным».

Совсем недавно глава семьи будто пытался представить её как невесту. Если теперь он попросит её номер, это только всё усложнит.

Поскольку Данву старался казаться рассудительным человеком, он сменил тактику.

Вместо этого он обратился к Квону Джунхона:

— Можно попросить твой номер?

— Что? Мой, мой?

— Да.

— З-зачем?

Квон Джунхон опять рассыпал крошки от печенья, и Данву невольно задался вопросом, почему человек за двадцать так нервничает. Он взял очередную салфетку и протянул ему.

«Зачем?..»

А какие вообще ещё могут быть причины?

— Потому что это судьба. Я хочу узнать тебя поближе.

«Надо же как-то подступиться, прежде чем просить номер Пэ Чисыль.»

— Эм, для меня это честь, но…

Квон Джунхон продолжал украдкой смотреть в сторону.

— …?

Как бы то ни было, Данву благополучно получил номер Квона. И заметил, что вокруг внезапно стало тихо.

«Что такое?..»

— Ой, ха-ха! Я совсем забыла, у меня же задания! Простите, мне нужно идти! Спасибо за то, что спасли моего папу. Я очень благодарна. Увидимся в следующий раз. …Джунхон-а!

Пэ Чисыль игриво подтолкнула Квона локтем.

— Да, да! У меня тоже… задания… то есть, дела… До встречи!

Пэ Чисыль и Квон Джунхон скрылись, а их голоса доносились с конца коридора:

— Болван!

— Но, но он же мой кумир… как я мог отказаться…

«…?»

Данву растерялся, а Ча Увон, сидящий рядом, опустил голову ему на плечо.

Данву забыл, как дышать.

— Мне грустно, Данву-я. С того момента, как ты сел, ты смотрел только на Квона Джунхона-ши. Он действительно настолько тебе дорог?

Данву не понимал, что это значит…

— Смотри на того, кто важнее. Тебе стоит обращать внимание на меня.

Голова Ча Увона скользнула с плеча Данву и опустилась ему на колени.

— …?

Данву не мог понять, что, чёрт возьми, происходит.

Что-то… очень странное.

Ки Хийун проснулся ото сна.

Казалось, ему что-то снилось, но он не мог толком вспомнить. Странный сон оставил неприятное чувство — это всё, что он запомнил.

Ки Хийун зевнул, и его секретарь спросил:

— Почему вы в последнее время так много спите?

— Не знаю. Постоянно вижу сны. Настоящий кошмар, который не отпускает. — Проговорил он сонным голосом.

Секретарь считал, что его господин вечно витает в облаках, но не говорил этого вслух — он глубоко его уважал.

— Чувствую, будто у меня что-то украли. Будто было нечто, ради чего я был готов рискнуть жизнью… но это нечто всё время ускользало. Почему мне снятся такие сны?

Секретарь хотел продолжить доклад, но Ки Хийун выглядел сонным.

— Кажется, у меня крадут сны.

— Скорее всего, вам просто не хватает сна. Вам стоит отдохнуть.

Секретарь упорядочил документы, но Ки Хийун всё говорил:

— Это не сон. Это воспоминания. Кто-то забрал мои воспоминания.

— Это невозможно, господин. Вы — самый выдающийся менталист в мире.

Ки Хийун не был зарегистрированным охотником, даже не значился как пробудившийся. Он не существовал ни в одной базе данных, но секретарь полностью ему доверял.

Ки Хийун медленно моргнул и произнёс:

— Я никогда не отпущу то, что однажды ухватил. Я слишком жаден. Я должен знать, что забыл. Если у меня это хотят забрать — я должен уничтожить это первым…

Поняв, что тот уже не уснёт, секретарь опустил взгляд на бумаги.

— Кстати, есть проблема с предложением.

— Что за проблема?

Ки Хийуну постоянно приносили дары. Их было так много, что он не всех помнил. Тем не менее, его люди всегда старались угодить ему.

— Навык бывшего героя, который вы отобрали для подготовки «Охоты за навыками». Из-за глупой ошибки ответственного операция провалилась. В результате пострадали куклы, которых вы внедрили в гильдию Йирим.

— Что? Это серьёзная проблема! Надо было начать с этого!

Ки Хийун был явно недоволен, хотя секретарь знал — всерьёз он не злится. Он просто не мог быть серьёзным.

С интересом Ки Хийун продолжил:

— Но как они раскрылись? Такая большая гильдия не станет пытать своих членов, верно?

— Нет... Это была не пытка.

Секретарь замолчал, глядя в бумаги.

— Что? Что же тогда произошло?

Ки Хийун откинулся на мягкий диван и игриво задвигал ногами.

Будто разговаривая с ребёнком, секретарь пояснил:

— Похоже, члены гильдии Йирим начали сверять показания… На собрании службы безопасности возникли подозрения о внутреннем предателе.

Секретарь хотел продолжить, но Ки Хийун перебил:

— Ах, ха-ха-ха-ха!

Он перевернулся на диване, а секретарь терпеливо ждал.

«Интересно, выживет ли тот, кто за это отвечал…»

Видя, как Ки Хийун смеётся, секретарь чувствовал радость. И одновременно лёгкую зависть к тому, кто так развлек его господина.

— Значит, в гильдии Йирим есть кто-то с таким интересным умом?

— Эм... Похоже, это был не их член. Бывший лидер гильдии пригласил внешнюю команду.

— Кого?

— Команду <Ча Увона>, которую создал сын героя Ча Мункён.

— А, я знаю его. Многообещающий парнишка, был первым в рейтинге. Странно. Не думал, что он может быть интересным.

— Хотите, я выясню?

— Нет, не стоит. Это не он. Достаточно взглянуть на его лицо — видно, что жил легко. А я таких не люблю.

Ки Хийун развалился в удобном кресле: голова лежала на полу, а ноги были закинуты на спинку. Он смотрел на секретаря снизу вверх, вверх тормашками. Секретарь опустился на колени и сел на пол — он не хотел смотреть на хозяина свысока.

— Есть интересная информация об этой команде.

— Что? Ну-ка, что?

— Ближний дилер из их команды пользовался услугами нашей аптеки.

— Что! Вот это интересно.

Ки Хийун попытался сесть, но ударился головой о пол.

— Ух, да что ж такое... Наркоман? Этот примерный юный мастер взял в команду нарка?

— Это не такие наркотики… Похоже, он принимает снятый с производства стимулятор для усиления маны.

— А-а… такой. Значит, герои-новички стараются как могут.

Ки Хийун выглядел заинтригованным, но потом глаза его озорно заблестели.

— А давай сделаем из него настоящего наркомана?

— Изменим состав? Насколько сильным сделать?..

— Раз уж делаем — пусть будет весело.

Ки Хийун слегка покачался телом и снова устроился в кресле, погружаясь в сон.

Секретарь не стал игнорировать указания хозяина, даже несмотря на его рассеянное состояние. На самом деле, Ки Хийун почти всегда был таким.

Он аккуратно записал всё в блокнот и связался с аптекой. Следуя приказу господина, он стремился его порадовать…

***

Данву вернулся на базу после ночной вылазки. Как только он открыл дверь, увидел Ча Увона, сидящего в офисном кресле. Тот опустил очки, прервав чтение книги.

«Почему он здесь в такой час?»

Но первым заговорил Ча Увон:

— Куда ты ходишь по ночам?

Данву было куда интереснее понять, откуда тот об этом знает. У Ча Увона был вполне нормальный дом, где он спал.

Обычно на базе ночью оставались только Данву и Кан Улим. Значит…

«Кан Улим, гад.»

— Просто гуляю. — Коротко ответил Данву и направился наверх.

Зал на втором этаже, где тренировались, был пуст. Кан Улима сегодня не было.

— Я использую третий этаж как спальню.

— А разве твоей кроватью не был диван в офисе? — Весело усмехнулся Ча Увон.

Данву почувствовал неприятный холодок в животе.

— Погоди, ты собираешься здесь остаться?

— Нет, я ухожу.

— Ну и отлично.

После того как Ча Увона проводили, хотя тот никуда и не собирался, Данву закрыл дверь на третий этаж с характерным щелчком, а затем шлёпнул себя по щеке.

«Двадцатичетырёхлетний Ча Увон всегда смеялся от души.»

Причиной, по которой тот сидел в пустом логове, было вовсе не ожидание Данву.

«Вот что бывает, когда теряешь бдительность.»

Мозг Данву имел привычку трактовать действия Ча Увона в свою пользу. Он умел справляться с этим… ещё с тех времён.

[Ты — Ли Данву, тот самый жалкий, о котором упоминал наш Мастер. Жалкий ребёнок.]

«Хватит строить иллюзии.»

Ча Увон был добр к нему — жалкому и сбившемуся с пути. И Данву потерял голову, не сумев отличить сочувствие от любви.

Но он знал, как выбираться из таких глупых мыслей. Это приходит, когда проживёшь до двадцати семи, один раз умрёшь, а потом вернёшься в прошлое и многому научишься.

Кто-то сказал: если разум силён, физическую боль можно вынести.

Данву не знал, о чём думали конфуцианские учёные в эпоху Чосон, но точно знал, что сам он таким не станет. Он плакал от боли и легко забывал все свои принципы.

«Ладно, пора работать.»

Сегодня он решил завершить дело, которое давно обдумывал. Его двадцатилетнее тело ещё не привыкло к мана-усиливающим препаратам и плохо проводило ману.

«Я не могу проложить путь в теле.»

Как тропинки в горах возникают и сохраняются, только если по ним часто ходят, так и путь для маны в теле создаётся с трудом.

У его тела просто не было чётко сформированной магической проводимости. Данву давно собирался заняться этим, но всё откладывал из-за разных обстоятельств.

В логове были усиленные мано-камни, защищающие от ударов, так что даже если начнутся судороги, он выдержит.

Кан Улим сегодня не был внизу — лучше и не придумаешь.

— Ха-а…

Он глубоко вдохнул и разом проглотил пять таблеток.

— …!

Что-то было не так.

«Блять, таблетки другие!»

Состав изменился. Так как это была точка, где продавали запрещённые препараты, о легальности речи не шло.

Данву считал, что не все подпольные точки принадлежали Ки Хийуну, но подозревал, что большинство — да.

Точка, которой пользовался он сам, тоже принадлежала Ки Хийуну.

«Но этот ублюдок специально всё скупает, чтобы нельзя было найти нормальное место.»

У Данву были свои причины.

Он попытался вызвать рвоту, засунув пальцы в горло, но было поздно — таблетки уже растаяли во рту, а действующее вещество впитывалось в кровь.

Он сразу понял, что состав изменился, потому что уже сталкивался с таким раньше.

«Тогда они усилили формулу, чтобы повысить зависимость.»

Когда-то он пытался бросить. Ему стало страшно, что Ча Увон — этот слишком правильный, внимательный человек — может что-то заподозрить. Это едва не привело к катастрофе.

Когда он стал реже появляться в точке, продавцы пошли на хитрость.

«Сука…»

Чувствительность резко обострилась. Казалось, тело горит изнутри, будто он вот-вот расплавится.

Особенно невыносимой была гиперчувствительность внизу.

— Ух…

Он чувствовал, что теряет рассудок. Как он справлялся с этим тогда

Как он выходил из такого состояния?

Тогда… ему помог Ча Увон.

Данву вспомнил те ощущения и стянул штаны.

Двадцатипятилетний Ча Увон обнял Ли Данву сзади и провел рукой ниже, успокаивая его:

[Всё в порядке.]

[Ты сможешь.]

Когда низкий голос коснулся его уха, Данву не смог сдержаться и прижался к руке Ча Увона, испачкав ее.

Воспоминания заставили его прикусить губу, подавляя стон.

«Как Ча Увон это делал…?»

Напрягаясь, чтобы вспомнить, он сгорбился. Его рука двигалась вверх-вниз, но кожа была слишком чувствительной, и это причиняло боль.

«Больно… так больно…»

Все тело горело и покалывало, и Данву чувствовал, что вот-вот сойдет с ума.

С трудом соображая, он огляделся в поисках чего-нибудь, что могло бы послужить смазкой…

Комната на третьем этаже была с кроватью и ванной, но кроватью никто не пользовался. Ванная принадлежала Кан Улиму.

Так или иначе, там была ванная с зеркалом. На комоде стоял флакон лосьона — принес ли его Кан Улим или кто-то другой, Данву не знал.

— Хы-ы…

Доползти до флакона казалось вечностью. Данву был на грани слез. Хотя между ног казалось мокрым, на самом деле ничего не происходило.

Тело то пылало, то холодело, доводя Данву до предела. Пересохшее горло и слабеющие ноги едва не заставили его споткнуться о собственные штаны.

Он отчаянно вцепился в одеяло, чтобы не упасть, и из-за этого не услышал, как банка с конфетами упала на пол.

К тому моменту, как он добрался до комода, Данву был покрыт холодным потом.

— М-м… это… хоть немного…

И, как будто мало было бед, проклятый флакон оказался не с дозатором, а с откручивающейся крышкой. Нужно было повернуть верхнюю часть, и это казалось Данву почти невозможным.

Обычно он без труда справился бы с такой крышкой, но руки предательски скользили. Он был так раздражен, что готов был швырнуть флакон.

— Да что же это… серьезно… хоть бы чуть-чуть!

Данву сжал флакон, опустив голову, и застонал от боли. Ему отчаянно хотелось выбросить его в порыве ярости.

Но силы, казалось, покинули его окончательно, и дух Данву угас.

— Тебе помочь открыть?

Раздался знакомый голос.

Крышка отделилась от флакона, и его вернули в руку Данву.

Но больше, чем радость от наличия смазки, больше, чем облегчение от решения проблемы, он почувствовал, как внутри у него всё оборвалось.

Данву поднял голову. Перед ним стоял на коленях Ча Увон, видно было только до подбородка.

Но даже этого хватило, чтобы понять. Он не мог поднять голову выше. На мгновение он забыл и об удовольствии, и о боли. Чувство стыда затопило все его ощущения.

— Данву-я.

Ча Увон, побледневший как полотно, позвал его.

Но у Данву не хватило смелости спросить «Почему?».

— Это то, что ты ходил покупать? Ты говорил, что выходишь каждую ночь… Чем именно ты занимаешься?

Ча Увон ухмылялся, словно ему было смешно. Прежде чем Данву осознал, в чем его неправильно поняли, он заметил, куда тянется рука Ча Увона.

— О, нет!

Он попытался схватить банку с конфетами. Раньше он страдал от последствий препаратов, усиливающих ману, и Ча Увон его ловил. Но его никогда не заставали за самим употреблением.

Это был не совсем тот препарат, который Данву обычно использовал, но что-то подозрительное.

— Что это?

Ча Увон схватил Данву за руку.

Данву попытался двинуть другой рукой, но и другое запястье было перехвачено. Прижав обе его руки к полу, Ча Увон соединил их вместе.

— Ничего странного.

— Да, уж точно так выглядит.

— Не надо… Не трогай…

Ча Увон без усилий поднял банку свободной рукой, и Данву опустил голову.

Это была таблетка неизвестного происхождения. Сам Данву уже пробовал её и не умер, но кто знает, какой эффект она окажет, если до неё дотронется Ча Увон?

— Ты сказал, что ничего странного, Данву-я.

— Да… Нет, ничего.

«Просто выбрось её», — хотел сказать Данву.

— Тогда я могу принять её.

Ча Увон не колеблясь положил таблетку в рот.

Данву побледнел.

Ча Увон сошёл с ума.

— Выплюнь!

Он попытался силой разжать ему рот, сжимая щёки и надавливая на губы, но Ча Увон лишь отвёл голову, легко сбрасывая его попытки.

Потом открыл рот, показывая Данву:

— Она уже растворилась, Данву-я.

— М-м…

Сначала лицо Ча Увона казалось обычным.

«Должно быть, у него высокий параметр сопротивления», — подумал Данву.

Возможно, с ним ничего не случится.

Но затем его выражение слегка исказилось, и Ча Увон уставился на Данву, будто замечая что-то новое. Его лицо выглядело странно… зрачки стали чернее и острее, чем обычно. Область вокруг глаз потемнела.

Рука Данву обмякла.

Когда она ударилась о пол, одеяло, частично прикрывавшее его тело, сползло вниз.

Взгляд Ча Увона последовал за этим движением…

От его взгляда щекотало.

«Нет».

Взгляд не может вызывать ощущений. Это одеяло щекотало ноги.

Но Данву чувствовал именно так. Он не мог пошевелиться. Сильнейший стыд переполнял его, но тело совсем не слушалось.

Любое движение могло быть опасным — инстинкт, шесть лет сохранявший ему жизнь, предупреждал об этом.

Данву застыл…

Ча Увон вздохнул.

— Данву-я, ты принимал это каждый день, поэтому стал чувствительнее.

Его голос звучал так же спокойно, как всегда, и от этого вздоха Данву почувствовал, будто тает.

«Неужели он думает, что я просто стал чувствительнее?»

Сейчас он мог так считать.

Но облегчение было недолгим.

— Твоё тело усилено маной.

Ча Увон произнёс это.

«Он узнал».

Данву понял.

Он не принимал совершенно новое лекарство — просто в усилитель маны добавили новые ингредиенты. Поэтому он не заметил ничего необычного и глупо его принял. Глупо...

Ча Увон разгадал секрет Ли Данву.

Данву охватил страх.

— Это… немного…

Ча Увон прищурился.

— Возбуждает.

Он снова тяжело вздохнул.

Но Данву его не услышал.

Раньше Ча Увону уже приходилось сталкиваться с такими ситуациями. Когда Ли Данву страдал от последствий действия препарата, он обнимал, чтобы успокоить.

Но Ли Данву никогда не попадался на употреблении усилителя маны. Он скрывал это.

Потому что если бы Ча Увон узнал, то исключил бы его из команды.

Со временем Ли Данву понял, почему Ча Увон включил его в команду. Он был не таким уж глупым, каким казался Ча Увону. Он знал, зачем тот его взял, даже если сам Ча Увон этого не осознавал. Он хотел защитить его, хотел, чтобы он выжил.

Каким бы глупым ни был Данву, он не мог этого не понять.

Даже если он делал вид, что хочет покинуть рейдовую группу, на самом деле он этого не хотел. Сначала — да, искренне. Но потом — уже нет.

[Я собираюсь уйти из этой рейдовой команды.]

[Данву-я, сначала сделай это, а потом говори подобные вещи. Так твои слова будут выглядеть убедительнее.]

Это была просто их обычная беседа.

Ча Увон и Ли Данву ссорились каждый день, и Пэ Чисыль часто вмешивалась. Позже, даже когда они не ссорились, Чисыль просто смотрела на них и говорила: «Хватит ругаться», даже не понимая, что они и не начинали. Команда смеялась, потому что это было нелепо, а Пэ Чисыль удивлялась.

[Ой, вы не ругались? Может, это даже хорошо. Но что происходит?]

Ли Данву не мог не рассмеяться от такой реакции.

Он больше не хотел покидать команду. Но его проблема с маной была серьёзной.

«Ты теперь можешь выжить сам», — сказал бы Ча Увон и бросил его.

Данву не хотел, чтобы его бросали.

«Нет, не надо».

Он вцепился в Ча Увона.

— Н-не уходи…

Его тело горело, внизу жгло, глаза наполнились слезами, и он сам не понимал, что делает.

Он прижимался всем телом, боясь услышать: «Данву-я, с этой командой ничего не выйдет», — и что Ча Увон уйдёт.

Тёплое и мягкое тело Ча Увона прижималось к нему, и ему было трудно сохранять самообладание.

То, что принимал Данву, было запрещённым препаратом. Поэтому реакция активации маны начинала происходить и в теле Ча Увона.

«Интересно, что ты тогда делал», — подумал Ча Увон, вспоминая, что увидел, когда открыл дверь, и прикусил губу.

У Ли Данву была странно холодная аура. Возможно, из-за лица, но он был пугающе красив, и трудно было представить, что он может возбуждаться и терять контроль, как обычный человек. Ведь обычно он смотрел на всех с ледяным взглядом.

«Зачем я вообще это представляю? И особенно по отношению к члену команды…»

Ча Увон был ответственным человеком с здравым смыслом.

[Разве Ли Данву не уходит куда-то по ночам довольно часто?]

[С чего ты взял? Я откуда знаю?]

Даже сидя в офисе, после слов Кан Улима, Ча Увон вдруг заинтересовался ночными прогулками Ли Данву.

«Может, он с кем-то встречается…»

А может, Ли Данву вообще не интересуется женщинами…

Ча Увон не помнил, когда начал так думать.

Но в тот момент, когда он увидел, как Ли Данву моргнул красивыми глазами в сторону Квона Джунхона, у него внутри всё сжалось, и с какой-то поры он стал в этом уверен.

Он не обязан был волноваться о том, с кем встречаются члены его команды по ночам, но…

«…Разве лидер команды не должен знать, с кем встречаются его подчинённые?»

Окраины города Си не были безопасным местом. Пусть Ли Данву — пробуждённый охотник, и вряд ли с ним что-то могло случиться, но был случай с бывшим лидером гильдии Йирим.

Даже такие выдающиеся охотники, как члены гильдии Йирим, могли стать жертвами чьих-то умений, сами того не осознавая.

Ча Увон подумал, что должен выяснить, с кем может встречаться Ли Данву.

Именно Ли Данву сделал его лидером команды.

Ча Увон брал на себя всякие утомительные дела по просьбе Ли Данву, так что было вполне справедливо, если бы теперь Ли Данву помог ему заботиться о других членах команды.

Найдя правдоподобный предлог, Ча Увон сел на офисное кресло.

В этот момент вошёл Ли Данву.

Ли Данву совсем не выглядел так, будто только что вернулся с свидания.

Его выражение лица было бесстрастным, а поведение — таким же, как всегда.

Он даже отвернулся, когда их взгляды с Ча Увоном встретились… что, на самом деле, задело Ча Увона.

«Кажется, я снова сделал что-то, что его расстроило».

Ирония в том, что это Ча Увон должен был быть недоволен. Настроение Ли Данву менялось непредсказуемо, и из-за этого Ча Увон чувствовал, будто весь день пляшет под его дудку.

И дело было не только в нём — вся команда подстраивалась под Данву, из-за чего офис то затихал, то взрывался шумом.

Ча Увон не хотел признавать, что настроение Ли Данву влияет на него, хотя где-то в глубине души он это понимал.

Тем не менее, наладить отношения с ним было необходимо для команды.

Приготовив второе оправдание, Ча Увон последовал за Ли Данву наверх.

Но атмосфера на третьем этаже была странной.

Впрочем, что-то здесь действительно было не так. Ча Увон обладал повышенной чувствительностью к потокам маны — и за дверью он ощущал, что мана Ли Данву неестественно усилена.

«Он тренируется в такое время?»

Ли Данву не славился особой старательностью.

Ча Увон хорошо знал жизнь в Центре — личные тренировки были обычным делом. Что касается Кан Улима, то его преданность тренировкам и вовсе не требовала комментариев. Ещё в Центре он проводил за этим большую часть времени, и с тех пор мало что изменилось.

Но каждый раз, когда Ча Увон видел Ли Данву, тот либо спал, либо дремал. В свободное время он либо ругал Со Соджона или Кан Улима, либо тратил остаток времени на перепалки с самим Ча Увоном.

За исключением миссий, Ли Данву редко покидал убежище.

Его образ жизни напоминал поведение домашнего кота. Если он лежал, товарищи думали: «Лежит». Если присаживался и во что-то вглядывался — «Смотрит на что-то».

Но поверить, что Ли Данву тренируется…

«Не может быть, чтобы Данву тренировался».

Ча Увон сделал вывод и взялся за ручку двери.

«Данву-я, я вхожу» — он собирался сказать именно это, но что-то внутри комнаты упало и ударилось о низ двери.

Разве охотник мог уронить предмет так, чтобы он стукнул в дверь? Маловероятно.

«Нет».

Ча Увон передумал и просто выломал дверь.

Защитный барьер, установленный на ней, не действовал на членов команды.

Когда Ча Увон вошёл в комнату, он увидел Ли Данву, сгорбленного на полу, растрёпанного и полураздетого.

Так как Данву не тренировался и редко выходил на улицу, он почти не видел солнца. Его бледная кожа, слегка покрасневшая, казалось, излучала лихорадочный жар.

В сгорбленной позе его верхняя одежда задралась, обнажая белую спину. Костяшка позвоночника чётко проступала вплоть до талии.

Штаны он снял.

Он был прикрыт одеялом, так что нижняя часть оставалась скрытой, но было очевидно, что Ли Данву возбуждён.

Он выглядел настолько переполненным возбуждением, что, казалось, не мог себя контролировать…

— М-м… это… немного…

Ли Данву бормотал что-то, и Ча Увон, как обычно, помог ему получить то, что он хотел. Он взял флакон лосьона из его рук, открыл крышку и вернул обратно.

И сделал вывод:

«Он мастурбирует?»

Но состояние Ли Данву было странным. Обычно люди не теряют рассудок во время мастурбации. Даже когда Данву посмотрел на Ча Увона, он не крикнул «убирайся», как обычно, а лишь уставился на него пустым взглядом.

Его губы, всегда казавшиеся мягкими, сейчас выглядели неестественно алыми, и это вызвало у Ча Увона странное ощущение...

«Нельзя думать о напарнике в таком ключе», — рационально убеждал он себя.

Но Данву явно вёл себя ненормально, и причина, скорее всего, крылась в упавшей на пол банке с «конфетами».

На самом деле, это была не конфетница.

Та самая банка, которую он каждый день вертел в руках.

Стеклянная, размером с ладонь, с плотно закрывающейся крышкой. Красиво оформленная, с разноцветными конфетами внутри.

Когда миловидный Данву открывал её и перебирал содержимое, Ча Увон невольно задерживал взгляд.

Он делал это так часто, что Ча Увону даже не приходилось специально подглядывать — достаточно было просто смотреть.

Но это были не конфеты, а стимуляторы маны.

Данву возился с ними с самого первого дня их знакомства, и Ча Увон знал, что лучше не пробовать их на вкус.

Это был препарат военных времён.

Ранние годы прорывов подземелий, когда никто не был готов.

Правительство разработало его, чтобы выжать из охотников всю ману до последней капли и бросить их на передовую.

«Надо было отобрать и попробовать ещё тогда», — вздохнул Ча Увон.

Но тут его тело отреагировало странно.

Мана не просто переполняла его — по телу разливалось тепло.

Клетки будто пробуждались, обостряя нервы, и все чувства оживали с новой силой.

«Ох, это плохо».

Контроль ещё сохранялся, но настроение улучшалось.

Слишком быстро — до опасного уровня, прямо как у Данву...

— Данву-я, если принимать это ежедневно, чувствительность повышается.

Ча Увон вздохнул, осознавая, насколько горячим стал его выдох.

«Нельзя разглядывать недостатки напарника».

Так он пытался себя убедить. Но разве Данву мог себя контролировать?

Вряд ли.

Сможет ли он справиться сам?

Не похоже.

Значит, разве ему не нужна помощь?

«О чём я вообще думаю?»

Ча Увон попытался взять себя в руки, собравшись с мыслями.

«Как ты так ловко меня обманывал?»

Знай он правду — никогда бы не позволил Данву принимать эту дрянь.

Он решил выйти и подождать снаружи, дав Данву возможность справиться самостоятельно. Так будет правильнее. Потом, несмотря на любые протесты, придётся отобрать у него таблетки...

— Не... не уходи...

Но Данву, прилипший к нему, был слишком горячим. Он протянул руку и ухватился за ногу Ча Увона.

Его пальцы сжимались мягко и нежно, отчего бёдра Ча Увона напряглись.

«Если я сейчас ошибусь...»

Прежде чем он успел подготовиться, волна возбуждения накатила с новой силой. Казалось, Ли Данву даже не осознавал, к чему прижимается щекой — он лишь смотрел на Ча Увона снизу вверх с растерянным выражением.

Ча Увон выдохнул, стиснул зубы и с трудом заставил себя заговорить. Он старался, чтобы голос звучал нейтрально, без намёка на опасность:

— Сейчас... кажется, мне стоит отругать тебя. Данву-я, ты слишком разгорячён.

— Да... да...

Ли Данву, странно покорный, кивнул. Его волосы скользнули по животу Ча Увона, а щека прижалась к нижней части его тела. Ча Увону было трудно сдерживаться.

— Тебе нужно остыть.

— Да...

— Справишься один? Вряд ли. Твоё тело, кажется, не слушается.

Он говорил это ласково, проводя рукой по спине Данву.

Спина оказалась на удивление мягкой — мышц почти не чувствовалось. Было странно, как такое хрупкое тело могло порождать разрушительную силу...

Но сейчас Ча Увона интересовало не это.

— Да... да...

Данву был удивительно послушен. Его тёмные глаза блестели от слёз, а густые ресницы трепетали, когда он поднимал взгляд.

— Тебе нужна моя помощь.

— М-м...?

— Верно. Так что давай разведём твои ноги.

Ча Увон взял его за колени и мягко раздвинул. Одеяло сползло окончательно, обнажая то, что было скрыто внизу.

Ча Увон не потерял аппетита.

Данву не проявлял ни малейшего страха — лишь смотрел, как Ча Увон выдавливает лосьон и продолжает то, чего, казалось, так отчаянно желал.

— Это ведь то, чего ты хотел? Здесь же больно?

— Ах!... Нет, погоди...

Данву, который до этого реагировал на каждое прикосновение, теперь выглядел смущённым. Ча Увон задумался:

«Так будет неудобно».

Выглядит красиво, но не практично.

— Данву-я, тебе стоит повернуться. Прислонись ко мне спиной.

— Да...?

— Да, прижмись к моей груди. Ты сможешь.

— Да...? Да, смогу...

Данву даже не спросил «почему». Он делал вид, что всё ещё сохраняет ясность ума, но его веки дрожали, тело вздрагивало, а из груди вырывались прерывистые стоны. Ча Увон нашёл эту жалкую попытку блефа милой — и не смог сдержать улыбки. Ничего не поделаешь: Ли Данву всегда умел его рассмешить.

Но расслабление длилось недолго. Ча Увон снова вздохнул.

Он опустился на пол, расставив колени, и притянул Данву к себе. Тот идеально устроился в его объятиях.

Было приятно...

Зажав Данву между ног, Ча Увон протянул руку:

— Дай мне обе руки.

— Да...

Покорный Данву безропотно подчинился. Его раскрасневшиеся щёки пылали, а шея была тонкой и хрупкой. Почти не думая, Ча Увон прижался губами к этому месту.

— Ах...!

Страница книги Тренинг личности регрессора в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16

1 - 17

1 - 18

1 - 19

1 - 20

1 - 21

1 - 22

1 - 23

1 - 24

1 - 25

1 - 26

1 - 27

1 - 28

1 - 29

1 - 30

1 - 31

1 - 32

1 - 33

1 - 34

1 - 35

1 - 36

1 - 37

1 - 38

1 - 39

1 - 40

1 - 41

1 - 42

1 - 43

1 - 44

1 - 45

1 - 46

1 - 47

1 - 48

1 - 49

1 - 50

О книге