Глава 1

Вж-жих, скрип. Вж-жи-жих!

Потоки дождя, застилавшие обзор, сколько их ни стирай, лились безжалостно. Дворники работали без остановки, но были не в силах справиться с неистовым напором воды. Еще совсем недавно небо было таким синим, что резало глаза — как же его в одно мгновение поглотили грозовые тучи? Как же хорошо, что она купила зонт перед тем, как сесть в автобус. Небо словно прохудилось, и этот ливень казался дурным предзнаменованием. Ён А смотрела в окно автобуса, который ехал, поднимая фонтаны грязной воды. Потоки, бившие по стеклу, мешали обзору, но, судя по тому, что они выехали на узкую однополосную дорогу, пункт назначения был уже близко.

— Надо же было выбрать такой день…

Из всех возможных дней она выбрала именно этот. На мгновение нахлынуло сожаление, но винить было некого, поэтому она молча сжала губы. Слова маленькой шаманки, с которой она недавно виделась, могли оказаться чистой правдой. И если не начать действовать прямо сейчас, можно упустить единственный шанс в жизни. Поездка в деревню была вынужденной мерой, но всё же, было бы куда лучше, будь день хоть немного светлее. Несмотря на то, что был полдень, глухая сельская дорога выглядела настолько мрачно, что появись здесь призрак прямо сейчас — это не вызвало бы никакого диссонанса.

Тири-ринь, тири-ринь!

К шуму дождя, сотрясавшему пустой автобус, примешалась звонкая мелодия телефона. Ён А почувствовала на себе взгляд женщины, сидевшей позади водителя, и виновато кивнула ей.

— Да.

— Офицер Пэк! Ты уже добралась до места?

Это была её подруга, Со Ра. Благодаря этому неожиданному голосу Ён А смогла наконец расслабить тело, которое всё это время было натянуто как струна.

— А, да. Почти. Слушай, у вас там тоже дождь? Здесь льет как из ведра.

— Дождь? Нет. Сильно льет? Я же говорила — давай съездим вместе в следующий раз. Куда ты так сорвалась? Тебе и так всякое мерещится, неужели не страшно?

— Да, днем они выглядят более-менее нормально, так что терпеть можно. Но вот ночью дело принимает другой оборот…

Все началось с того, что в её снах стал появляться призрак в черном погребальном платье. Бледное, до синевы лицо. Ярко-красные губы, словно вымазанные кровью. У женщины был вид человека с тяжелой судьбой, и она приходила каждую ночь, наваливаясь на неё всем телом. Первые несколько раз Ён А от ужаса не могла даже закричать, но атмосфера вокруг гостьи была настолько скорбной, что в какой-то момент любопытство пересилило страх. Как она умерла? Почему явилась именно к ней? Может, она хочет что-то сказать? Если так, то в Ён А даже проснулось чувство долга: ей хотелось во всем разобраться и помочь душе вознестись. Именно поэтому в тот день она пошла к шаманке.

«Дрянь какая-то к тебе прицепилась!» — вот что она услышала, едва переступив порог святилища. Взгляд шаманки был расфокусированным и мутным, а в самом месте было так мрачно, что хотелось немедленно развернуться и уйти.

«Аж сюда несет этой чертовой вонью!»

Ён А слышала, что это молодая шаманка, в которую вселился дух сквернословящего старика, но к ругани, сыпавшейся из уст ребенка с милым личиком, привыкнуть было трудно.

«Потомок шаманского рода посмел отвергнуть духовную связь! И на кого, по-твоему, пало это проклятие? Ах ты ж дрянь эдакая!»

Суть была такова: бабушка по материнской линии должна была принять дар предков, но отказалась и стала служить какому-то чужому божеству, чем сильно разгневала духов предков. Смерть матери и то, что Ён А теперь видит призраков — всё это, по словам шаманки, было виной бабушки. Поэтому, если немедленно не задобрить предков и не проявить рвение, её ждет та же участь, что и мать. Но разве это не абсурд — винить во всем бабушку, которая умерла двадцать лет назад? За десять лет горы меняются, а тут такой срок. Она не могла поверить, что духовная нить дотянулась до неё только сейчас.

— Эй! Ты же не серьезно веришь словам этой шаманки? Ты только недавно стажировку закончила… Как ты собираешься быть с работой?

— Все в порядке. Начальник сказал, что до результатов комиссии по отпуску оформит это как больничный. Так что я должна попробовать сделать то, о чем говорил этот ребенок.

— Ого, Пэк Ён А! Ты теперь заделалась в фанатки шаманов?

А что ей оставалось делать. Сначала один, потом двое, трое, а иногда и четверо. Призраки, являющиеся, когда она только-только пыталась уснуть, были еще полбеды. Хуже всего стало после того, как во время патрулирования она едва не сбила человека из-за привидения. С тех пор ей было трудно даже сесть за руль. Так что временный перерыв в работе полицейским, о которой она мечтала всю жизнь, был правильным решением.

— Эй, Чин Со Ра. Ты же знаешь всю мою ситуацию. Как ты можешь быть такой холодной? Мне обидно, честное слово.

В этот момент автобус, который и так едва полз, начал замедляться. Голос возбужденной Со Ра стал еще громче.

— Я говорю это только потому, что дорожу тобой! Так что сделай всё по-быстрому и возвращайся. И не принимай слова этой шаманки близко к сердцу! Какая еще бабушка, умершая десятки лет назад? Она еще не предлагала тебе провести обряд изгнания? Это всё развод на деньги…!

— Погоди, кажется, я приехала. Я отключаюсь. Созвонимся позже.

— А? Эй! Эй, Пэк Ён А!

Громкий крик из трубки разнесся по салону. Ён А, смотревшая в окно, внезапно вспомнила о женщине на сиденье за водителем и обернулась. Но кресло было пусто — остался лишь ледяной холод, витавший в воздухе.

Сейчас ты еще как-то держишься, да? Погоди немного. Скоро всякая нечисть начнет липнуть к тебе, чтобы забрать твое тело! Заруби себе на носу!

Неужели те слова стали пророчеством? Слова шаманки, брошенные вслед, когда Ён А собиралась пулей вылететь из святилища, превратились в проклятие, пожирающее её жизнь. Ён А сделала глубокий вдох и встала у задней двери автобуса. С резким писком двери открылись. Она уже собиралась выйти, но в последний момент передумала и громко крикнула водителю:

— Спасибо, господин водитель! Удачи на дорогах, будьте осторожны в такой ливень!

Пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце, она вышла из автобуса.

Надеюсь, с этим водителем ничего не случится.

Дух, с которым она на мгновение встретилась глазами, не казался злым, но на душе всё равно стало тяжело.

— Фух…

С коротким вздохом она сделала тяжелый шаг, и вскоре в поле зрения показался старый указатель. «Добро пожаловать в деревню Сонхак!»

— Все-таки я пришла.

Еще недавно она считала всё это мошенничеством и игнорировала слова шаманки, но обнаружив письмо покойной бабушки, уже не могла сидеть сложа руки. Даже если шаманка наврала, количество неразгаданных тайн росло как снежный ком.

***

— Судя по всему, это там…

Ён А остановилась перед каменным мостом, ведущим вглубь деревни. Река бурлила так, словно вот-вот выйдет из берегов; один неверный шаг — и её могло унести течением.

Если мост затопит, я окажусь заперта в этой деревне.

Но, проделав такой путь, она не могла повернуть назад. Медленно перейдя мост, она увидела несколько домов, в которых горел свет. Сверяясь с адресом в бабушкином письме, Ён А проходила мимо них один за другим. Спустя некоторое время дорога сузилась и повела её вглубь, пока в самом тупике не показался дом. Это был ханок, расположенный выше остальных построек. Поскольку дом стоял на самой вершине, тропинка позади него казалась частной прогулочной аллеей.

Так вот где жила бабушка.

Из-за темноты разглядеть детали было трудно, но при свете дня здесь наверняка открывался прекрасный вид. Пробиваясь сквозь стену дождя, Ён А подошла к большому дому с черепичной крышей. Первым делом она проверила номер дома. Верно, дом бабушки. Стены были низкими, так что стоило приподняться на цыпочки, как весь двор оказывался как на ладони. Дом выглядел так, будто его перенесли прямиком из исторической драмы. Аккуратный, уединенный и безмолвный — в нем не чувствовалось ни капли человеческого тепла.

Тук-тук-тук!

Несмотря ни на что, Ён А постучала в массивные ворота.

— Есть кто-нибудь?

В ханоке не было дверного звонка, и изнутри не доносилось ни звука, но она на всякий случай крикнула еще раз:

— Здесь ведь никого нет? Тогда я вхожу.

Она вставила ключ в скважину. К её удивлению, он подошел идеально, хотя она переживала, что он может не сработать. Можно ли назвать это удачей? В больнице, куда она обратилась после того, как чуть не сбила человека, её жалобы на призраков списали на посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР) и посоветовали отдохнуть. Врач даже предложил лечь в госпиталь для полицейских, и она уже собиралась это сделать. Ён А не считала, что у неё ПТСР, но думала, что в больнице призраки, возможно, оставят её в покое. Ей просто хотелось сбежать от них и жить обычной жизнью. Но случайная находка коробки с вещами матери полностью изменила её планы. В коробке лежало письмо, отправленное полгода назад. Отправителем, к её великому изумлению, значилась бабушка. Бабушка, которая якобы погибла в результате несчастного случая двадцать лет назад, прислала письмо всего полгода назад. Вскрыв конверт, Ён А нашла там ключи от дома и копию договора купли-продажи недвижимости. Похоже, бабушка хотела передать этот дом матери. Но судя по тому, что конверт не был вскрыт до этого момента, передача прав не состоялась, и дом, скорее всего, перешел ей по наследству.

— Ох…

Ён А заставляла себя идти вперед, хотя ноги были налитыми свинцом. Раз уж она открыла ворота и вошла, пути назад нет. Сначала нужно включить свет, а там видно будет.

Только бы электричество не отключили.

Стоило ей ступить на камни среди газона, озираясь по сторонам, как…

Грохот! Бум!

— А-а-а!

Не успел мир окраситься в розовый свет молнии, как за ней последовал оглушительный удар грома.

Бам! Бам! Треск!

От этого грохота хотелось просто осесть на землю, но Ён А, с трудом переводя дыхание, закрыла глаза. И начала шептать как заклинание:

Нужно продержаться только эту ночь. Завтра, как только взойдет солнце, я найду то Священное древо и продолжу бабушкины молитвы.

До тех пор нужно просто делать вид, что ничего не видишь и не слышишь. Тогда призракам станет скучно, и они уйдут. С этой твердой решимостью она открыла глаза. И в тот же миг Ён А застыла от ужаса, заметив в безмолвной пустоте двора тусклый, едва уловимый свет.

Глава 2

Ён А застыла на месте, словно примерзла. Причиной тому стал яркий свет, внезапно вспыхнувший в здании, которое до этого момента было погружено во тьму. Внутри кто-то есть? Или же это… призрак?

— Или преступник…

Может, это беглец, натворивший дел в столице и скрывающийся в глухой деревне… Ён А тряхнула головой и попятилась. Она приехала сюда, чтобы сбежать от призраков, но если там настоящий преступник, то призраки, возможно, даже безопаснее. Нет, всё же отступать нельзя. Если это действительно преступник, нужно принять меры. Ён А поспешно достала телефон. В случае чего она готова не только сообщить о разыскиваемом, но и оказать полное содействие в его задержании на месте. Она глубоко вздохнула, собираясь с духом, как вдруг сквозь шум дождя, барабанившего по зонту, прорвался низкий голос.

— Кто там?

Ён А, уже представлявшая, как получит внеочередное повышение за поимку преступника во время больничного, резко подняла голову.

— Э-это… Вы сами-то кто? И что вы здесь делаете?

Ей хотелось по привычке допросить незнакомца, выяснить его личность, но мужчина перед ней был абсолютно голым. Конечно, на бедрах у него было повязано маленькое полотенце, но стоило ему сделать одно неловкое движение — и то, что скрывалось под тканью, могло стать достоянием общественности. От этой мысли её прошиб холодный пот.

— Кем бы я ни был, я явно лучше воришки, который без спроса вскрыл чужие ворота.

— Воришки?.. Послушайте, господин, я не воровка.

— А кто тогда? Начинающая грабительница?

Она собиралась сказать, что работает в полиции, но этот невежливый тип бесцеремонно оборвал её. Невероятно! Начинающая грабительница? И почему он так грубо разговаривает? Поддавшись на провокацию, она почувствовала, как лицо заливает краской. Сердце колотилось так сильно, что трудно было понять — от страха или от гнева. В этот момент мужчина вышел из-под навеса и направился к ней с улыбкой, в которой сквозила то ли насмешка, то ли веселье.

— Если не начинающая, то, значит, уже профи?

Кр-ра-к!

Внезапно в слабой вспышке молнии она разглядела его лицо. Светлые глаза загадочного оттенка, тонкие двойные веки. А еще — длинный, хищный разрез глаз, делавший его похожим на актера с тысячей лиц. Или, может, он спортсмен? Широкие плечи и крепкое тело наводили именно на такую мысль.

Почему такой мужчина находится в доме бабушки?

Ён А с трудом подавила волнение и заговорила спокойно и рассудительно:

— Понимаю, с вашей стороны это может выглядеть подозрительно. Но, к сожалению для вас, я не воровка, а внучка хозяйки этого дома. Так что, думаю, это вам стоит объяснить, кто вы такой.

При этих словах улыбка исчезла с лица мужчины. Он приподнял бровь, изобразив нечитаемое выражение.

— Что-то не припомню, чтобы я путался с людьми.

— Что? Что вы сейчас…

— Мне что, нужно всё разжевывать? Я и есть хозяин этого дома. Малышка.

Ма-малышка?

Они не выглядят так, будто между ними большая разница в возрасте, а он называет её малышкой? Ён А хотела было возмутиться, но слова о том, что он хозяин дома, мигом привели её в чувство.

— Нет… подождите. Вы сказали, что вы владелец этого дома?

Видимо, обращение ему не понравилось — мужчина нахмурил свой идеальный лоб, и бровь его дернулась.

— Не «вы», а Со Хви До.

— А… да. То есть вы утверждаете, что это дом господина Со Хви До?

Ён А достала из сумки бабушкино письмо и договор купли-продажи и демонстративно помахала ими.

— Но… этого не может быть. У меня на руках договор купли-продажи. Нужно, конечно, проверить, так как бабушка скончалась, но дом определенно должен быть переоформлен на мою маму.

Как только она договорила, в голове всплыло воспоминание, о котором не хотелось думать. После недавней смерти мамы всё, что она унаследовала — это квартира площадью 15 пхёнов, в которой жила сейчас.

А как же бабушкин дом?

Неужели мама, получив наследство, продала этот дом вот этому мужчине? Она отрицательно покачала головой, не желая верить в реальность, а губы мужчины, скрестившего руки на груди, изогнулись в плавной усмешке.

— Судя по виду, ты сейчас что-то вспомнила. Не знаю, что именно, но то, о чем ты думаешь — правда, так что уходи. Как видишь, из-за кое-кого мне пришлось прервать душ и выйти в таком виде.

— Нет! Подождите! Тогда покажите мне!

Мужчина уже собирался развернуться, и она поспешно окликнула его. Он положил руку на бедро и недвусмысленно коснулся узла полотенца.

— Что тебе еще показать? Может, развязать вот это?

Что он несет? Этот псих?

— Нет. Кто сказал, что я хочу на это смотреть? Документы на дом! Я прошу доказательства того, что Со Хви До — настоящий владелец.

— Кому надо, тот пусть и суетится. Какая-то мелкая воришка смеет требовать, чтобы я ей что-то показывал?

— Ха…!

У неё просто слов не было. Мало того, что в бабушкином доме незнакомый мужик, так еще и нормальный диалог с ним построить невозможно. Ён А пересекла двор и решительно подошла к Со Хви До. Его взгляд сверху вниз давил своей тяжестью, но она схватила его огромную руку, всучила ему документы и повысила голос:

— Тогда вариантов нет. У вас, похоже, нет желания ничего доказывать. А у меня есть эти документы, так что я буду пользоваться вон тем зданием. Проблем ведь не будет?

Обычно она не вела себя так нагло, но из-за злых духов, которые начинали буйствовать с наступлением сумерек, другого выхода не было. Придется набраться наглости. Что еще остается? Ён А, игнорируя то, как каменеет лицо этого красавчика, решила добавить еще больше беспардонности.

— Ой, этот тазик с котиком всё еще здесь? Бабушка купила его мне, потому что это мой любимый персонаж…

Она специально размыла конец фразы, словно погрузилась в воспоминания. Хоть она и не знала бабушку в лицо, но если бы та была рядом, наверняка любила бы её. Представляя это, она потихоньку двинулась в сторону флигеля.

— Эй, мелочь, а ну стоять.

— …

Готовясь к экзаменам в полицию, ей из-за маленького роста приходилось работать в два раза усерднее, чем обычным женщинам. В итоге Ён А, задетая за живое тем, что он снова ударил по её больному месту, остановилась и обернулась. И в этот момент она услышала голос той самой шаманки-матерщинницы, которая её отчитывала.

«А ну живо вали в дом к той старухе! Там твой ответ! Там и дерево, которому ты должна служить, и твой спаситель… Ой, погоди-ка… Гляжу я, там и злой рок твой затесался.»

Да, точно. Этот мужчина наверняка и есть тот самый злой рок. Ён А закрыла глаза, не желая больше препираться. Казалось, если продолжать спорить здесь, это ничем не закончится.

Не хотелось бы до этого доводить, но…

Пробормотав что-то себе под нос, Ён А резко открыла глаза. Одновременно с этим она расфокусировала взгляд и медленно произнесла:

— Кстати, у вас в последнее время плечи не болели? На вашем плече, господин Со Хви До, сидит что-то черное и мерзкое.

Это была ложь, но заявление о том, что она видит призраков, казалось удобным способом защитить себя. А если добавить к этому статус полицейского — вообще идеально.

— Похоже, оно там давно. Разве вам не было тяжело? Я могу помочь с этим.

— Кончай паясничать и проваливай. Или мне полицию вызвать?

Она ожидала увидеть страх, но Со Хви До лишь рассмеялся, словно услышал нелепицу. Но Ён А не сдавалась. Она пристально смотрела в пустоту над плечом мужчины и продолжала:

— Разве вы не чувствуете? Прямо сейчас у вас на плече плачет какая-то женщина. Судя по всему, девственница… Никаких идей, кто бы это мог быть?

Ён А сложила зонт и стряхнула с него воду. Затем, снова надев маску наглости, она изобразила легкую улыбку.

— Я дам вам время, подумайте хорошенько. Я бы с радостью посмотрела вас прямо сейчас, но проделала долгий путь и мне нужно отдохнуть. Ничего, если я займусь этим завтра? Кстати, я госслужащая, так что насчет моей личности можете не переживать.

Со Хви До издал смешок, видя, как она подталкивает его к нужному ей ответу. А затем покачал головой из стороны в сторону. Ён А резко развернулась. Поставив зонт в угол, она поочередно стянула насквозь промокшие кроссовки и носки. Тишина, сопровождавшая её до самого входа на деревянную веранду, тревожила, но она, делая вид, что всё в порядке, подошла к самой большой раздвижной двери и взялась за ручку.

— Какой-то жалкий бес смеет находиться рядом со мной…

Его резкий, полный недовольства тон уколол её совесть. Но Ён А с максимально серьезным лицом обернулась к нему.

— В любом случае, пока я здесь, девственница на вашем плече тоже не сможет буянить. Так что не бойтесь и отдыхайте спокойно.

Она лучезарно улыбнулась, встретившись взглядом с мужчиной, который в этот момент зачесывал волосы назад. Кривая усмешка, полная недоумения, всё еще не сходила с его губ. И снова она подумала, что он выглядит как модель с обложки. Пока Ён А пристально смотрела на него, в глазах мужчины мелькнуло любопытство. Нет, даже не любопытство, а скорее взгляд, которым смотрят на ничтожное насекомое…

— Забавно. Ну давай посмотрим. Насколько велика сила шаманки, которая еще и «госслужащая».

Она хотела сказать, что не шаманка, но решила, что объяснения займут слишком много времени, так что пусть думает, что хочет.

— …Да, спасибо за содействие.

Со Хви До развернулся. Хоть бы что ему, игнорирует человека, который с ним разговаривает, прямо в открытую.

Какая еще девственница. Вот наступит завтра — я встану с первыми петухами и перерою всё в поисках документов на дом.

Она дала себе слово и уже собиралась отвести взгляд. Но тут Ён А заметила огромную татуировку, тянувшуюся от его мощной шеи до самой поясницы, и судорожно сглотнула.

Глава 3

— …Большое спаси…

В царившую тишину просочился слабый голос. Звонкий, высокий тон, наполненный непонятной радостью, наложился на жуткий плач обиженного призрака, заставив её невольно сжаться.

— …за вашу помощь…

За жеманным смехом скрывалась нежность. Голос был мягким, словно щекочущим душу. Едва сознание среагировало на это непривычное, чуждое ощущение, как оглушительный стрекот цикад ударил Ён А по ушам. В тот же миг она вынырнула из глубокого сна. Ён А резко открыла глаза. Первым, что она увидела, были длинные стропила на потолке.

Подождите, где я?

Она тупо смотрела в потолок, а затем, когда воспоминания вспыхнули в голове, быстро огляделась.

— Уже… утро?

Следуя за мыслью, она взглянула на часы, висящие на стене. 11:35 утра. Время уже близилось к полудню. Глаза Ён А округлились.

В доме, где живет незнакомый мужчина, после той ночи с ливнем и молниями, я спала так крепко?

— Быть того не может.

Она помнила, как вчера после разговора с Со Хви До открыла дверь самой большой комнаты, вошла и опустилась на пол, но дальше — полная темнота. Как такое возможно? Даже если она выбилась из сил, она никогда не засыпала так, словно потеряла сознание. И это было еще не всё. Существа, которые каждую ночь выли рядом с ней, не появлялись, и призрак в траурной одежде, приходивший, стоит ей только уснуть, тоже исчез. Что это значит? Просто совпадение? Сколько же времени прошло с тех пор, как она спала так долго и без сновидений? На мгновение в ней зародилась надежда: может, бабушка как-то позаботилась об этом?

— И при этом у меня еще хватило ума расстелить постель.

Она издала слабый смешок от нелепости ситуации, как вдруг доносившийся из-за бумажных дверей жеманный голос заставил Ён А напрячься.

— Но почему из всех деревьев молния ударила именно в то? Видимо, деревенские старики не зря говорили не подходить к нему близко! Ох! Хви До, вам, должно быть, пришлось нелегко с уборкой последствий… Ах, кстати! Хви До, у вас сейчас есть время? Если вы свободны, может, пообедаем вместе?

— Времени нет.

— Тогда как насчет ужина?

— Ужин? Вряд ли.

В его четком и холодном тоне сквозило откровенное раздражение. Ён А повторила про себя этот знакомый голос и, вспомнив высокомерное поведение мужчины, который вел себя так, словно весь мир у него под ногами, глубоко вздохнула.

— …Реально, он психопат или как?

Вдруг она забеспокоилась, не ранил ли грубый отказ этого хама ту женщину. Наверняка она обиделась. Если это простая деревенская девушка, она может и в слезах убежать. Ён А, словно слушая радиоспектакль, подобралась поближе и прижалась ухом к двери.

— Хм, тогда завтра? Если завтра утром не получится, как насчет обеда? Хо-хо-хо!

Вау… Сильный противник.

Женщина, смеющаяся после каждой фразы, похоже, не нуждалась в её сочувствии. Ён А усмехнулась, перестала обращать на них внимание и начала осматривать комнату. Дом определенно был старым — деревянные колонны местами лоснились от времени. Обои пожелтели, но было видно, что за ними следили, а из мебели здесь были только перламутровый шкаф, низкий туалетный столик и комод, занимавший одну стену. Судя по всему, это точно комната, которой пользовалась бабушка. Мебель была слишком старой, чтобы сказать, что хозяин сменился.

Что за чертовщина?

Обычно при переезде вещи прежних хозяев выбрасывают, разве нет? Особенно вещи покойного — оставлять их как есть, если ты не член семьи, просто немыслимо. И при этом он заявляет, что это его дом. Сразу видно, что он бездельник, незаконно занявший пустующий дом. Кого он пытается обмануть? Ён А, пылая праведным гневом, вдруг вспомнила татуировку на его спине и отступила назад.

— Там точно было что-то написано…

За время работы в полиции она насмотрелась на разные коллекции татуировок, но эта казалась чем-то иным. Не для того, чтобы хвастаться, а словно выгравированная насильно. Может, ей показалось, но было четкое ощущение: тронешь её — и случится беда.

— Нет, погодите… А вдруг он реально бандит-психопат?

От этой гипотезы по коже пробежали мурашки. Если это правда, то тот факт, что она всё еще жива и дышит — настоящее чудо. Конечно, может, воображение разыгралось, но сегодня нужно всё выяснить наверняка. Кто настоящий владелец этого дома. Ён А быстро сложила одеяло, засунула его в перламутровый шкаф и потянулась к комоду. Ей не хотелось этого делать, но нужно было найти документы на дом, которые могли быть где-то здесь.

— Это просто расследование для подтверждения факта незаконного проживания.

Оправдывая свои действия, она открыла первый ящик, и в этот момент, словно выжидая, телефон истошно зазвонил.

Тири-ринь, тири-ринь!

Ён А подпрыгнула от неожиданности и чуть ли не ползком добралась до сумки, валявшейся у двери. Лихорадочно порывшись в ней, она ответила на звонок.

— Да, Со Ра.

— Пэк Ён А! Ты почему трубку не берешь? Знаешь, сколько раз я звонила? Я думала, что-то случилось!

— А… Прости! Вчера я так устала, что просто вырубилась. Я добралась нормально, так что не волнуйся.

— Вчера? Какое еще «вчера»? Ты уехала позавчера!

— А? О чем ты? Я приехала вчера.

— Эй! Ты чего пугаешь? Позавчера было 3 августа! Вчера — 4-е! А сегодня уже 5-е!

— …Что?

Ён А отняла телефон от уха и посмотрела на экран. [11:50, Суббота, 5 августа]

— Н-не может быть… Значит, я спала здесь два дня подряд?

— Эй, тебя там случайно не похитили? Чего ты шепчешься? Рядом кто-то есть?

— А, это…

Ён А, понизив голос, объяснила ситуацию. В ответ из трубки послышался встревоженный голос Со Ра.

— Ты с ума сошла? Спала там, даже не зная, кто этот мужик? Знаешь, сколько психов в наше время, а ты дрыхла два дня? Ты точно рехнулась! И что с того, что ты полицейский! В глазах психопата ты просто красивая женщина. Какой там адрес? Диктуй адрес немедленно.

— Адрес? Зачем тебе адрес?

— Нужно проверить, не врет ли он! Быстро присылай адрес. Я пробью данные по реестру недвижимости! Имя знаешь? Если знаешь, присылай и имя, и адрес. Поняла?

Пип, звонок прервался. Проверка реестра недвижимости — в этой суматохе она совершенно об этом забыла.

— Нет, так даже лучше, разве нет?

По крайней мере, не придется вести себя как воришка, пытаясь найти документы. Она с облегчением выдохнула, но тут же жеманный голос из-за двери снова вернул её к реальности.

— Я просто терпеть не могу легких мужчин, понимаете? Поэтому, наверное, меня так и тянет к вам, Хви До. То, что вы не даете надежду любой встречной, кажется таким надежным, знаете ли?

Это было уже не просто наивно, а отдавало легким слабоумием. Ён А еще раньше поняла, что у этой женщины крепкая психика, но такое упорство, когда тебя явно отшивают, было неординарным. Женщина снова начала что-то говорить. Но Со Хви До хранил молчание. Да уж, внутри у него, наверное, всё кипит. Отказывает прямым текстом, а она делает вид, что не слышит… Вдруг ей стало интересно, какое у него сейчас лицо, но она тут же подавила любопытство. Связываться с этими двумя, явно ненормальными, ей совершенно не хотелось. Цокнув языком, Ён А подошла к перламутровому туалетному столику. Глядя в блестящее зеркало, она кое-как собрала растрепанные волосы в хвост и решила, что умоется, как только гостья уйдет.

— Хо-хо-хо! Ой? Х-Хви До?

Вдруг раздался глухой удар Бум!, за которым последовали тяжелые шаги. Что происходит? Ён А попыталась встать, но плотно закрытая бумажная дверь резко распахнулась, и на пороге появился тот самый мужчина.

— Ч-что вы твори…

От неожиданности она потеряла дар речи. Несмотря на то, что внутри явно был человек, он перешагнул порог и направился к ней широкими шагами, словно заходил в собственную спальню. Ён А потихоньку попятилась. Инстинкт самосохранения сработал мгновенно, ведь она только что определила его в категорию «бандит-психопат». Тук, путь к отступлению преградил комод за спиной. Она вытаращила глаза, а Со Хви До, подойдя вплотную, резко протянул к ней руку.

Что за…? Он хочет вытащить меня силой? Снаружи гостья, а он вот так внезапно?

Ён А хотела было закричать «что вы делаете?!», но, увидев женщину во дворе, понизила голос. Ввязываться в любовные разборки этих двоих ей хотелось меньше всего на свете.

— Господин… Со! Что-то случилось? Кажется, девственница-призрак очень разозлилась… Когда гостья уйдет, я помогу вам…!

Со Хви До полностью проигнорировал её шепот, схватил за руку и ослепительно улыбнулся.

— Ты же сказала, только переоденешься, почему так долго? Выходи скорее. Пойдем поедим вместе, Ён А.

Голос был сладким, словно он держал во рту конфету, а не кинжал. Со стороны могло показаться, что это заботливый мужчина, который хочет накормить любимую женщину.

Но… откуда этот мужчина знает мое имя?

— Нет… подождите!

Что это вообще такое? Этот псих?

✨ P.S. Переходи на наш сайт! Там больше глав к прочтению!  ➡️ Fableweaver

Глава 4

Вчера, нет, позавчера, этот мужчина словно держал во рту наточенный клинок. Он вел себя так остро и настороженно, будто при малейшей ошибке готов был полоснуть по живому. А теперь предлагает вместе поесть? Какую же психику надо иметь, чтобы говорить такое, даже бровью не поведя? Они виделись всего-то два раза, откуда такая резкая смена настроения? Это ничем не отличалось от поведения мошенника, который меняет показания, не моргнув глазом. И откуда он вообще знает её имя? Вспоминая их разговор позавчера, она была уверена, что не называла себя. Значит ли это, что он заходил в комнату, пока она спала? Рылся в её сумке, проверял документы… Её глаза инстинктивно пробежались по собственной одежде. Белая рубашка с расстегнутой верхней пуговицей, черные брюки и, самое главное, белье. Всё было на месте, и только тогда она с облегчением выдохнула.

— Погодите, господин, для начала отпустите руку…

— Не «господин», а Со Хви До.

Внезапный голос над ухом заставил её поднять голову. Он был настолько высоким, что ей пришлось сильно запрокинуть голову, чтобы встретиться с глазами, излучавшими тот же загадочный свет, что и в ту ночь. Рассмотрев его вблизи, с расстояния, на котором можно столкнуться носами, она поняла: с такой безупречной внешностью он наверняка заставил плакать немало женщин. Что нужно есть, чтобы иметь такое лицо? Особенно эти глаза неопределенного цвета — настоящее оружие для соблазнения. Сколько женщин, обманутых этой смазливой маской, отдали ему всё — сердце, душу и даже деньги? Лже-пророк, окруживший себя поклонницами, пользующийся их телами и вымогающий деньги. Мошенник, надевший красивую личину, чтобы обобрать до нитки. Психопат, который обращается с людьми как со скотом. Все эти три определения отлично подходили к одному человеку, и ей стоило помнить мудрые слова стариков о том, что важна душа, а не внешность.

Ну погоди. Как только позвонит Со Ра, я сорву с тебя эту высокомерную маску и вышвырну отсюда.

Ён А пристально посмотрела на Со Хви До, а затем натянула на лицо лучезарную улыбку.

— А… да, я поняла, господин Со Хви До. Может, вы всё-таки отпустите мою руку, прежде чем говорить?

Она специально повысила голос, чтобы женщина, стоявшая во дворе, тоже услышала. Нужно было доказать, что между ними ничего нет. Ей еще жить какое-то время в деревне Сонхак и общаться с соседями, так что быть втянутой в грязные слухи о любовном треугольнике ей совершенно не улыбалось. В ответ на её слова Хви До наклонился к ней и посмотрел прямо в глаза. А затем склонил голову набок.

— Сначала лапала сколько влезет, а теперь вдруг пришла в себя?

— …Л-лапала? Кто? Что?

— Ты так вцепилась, что, казалось, если я отпущу руку, ты за штанину схватишься. Ты сама.

— Что за бред вы несете!

Кто кого лапал и кто за кого цеплялся? Она должна была возмутиться этой наглой лжи, но одно внезапное воспоминание заставило её лишь беззвучно шевелить губами. Неужели… С самого рождения ей говорили, что у неё слабая энергетика. Обещали, что с возрастом это пройдет. Неизвестно, из-за этого или нет, но бывали ночи, когда она, крепко заснув, шла на кухню пить воду или пыталась выйти на улицу, так что родителям приходилось дежурить до рассвета. Шло время, и она думала, что всё наладилось. Но в средней школе, во время поездки, у неё случился приступ лунатизма, из-за чего друзья стали относиться к ней как к одержимой, и она стала изгоем. Она ведь не специально. Сколько бы она ни объясняла, что это болезнь под названием «сомнамбулизм», всё было бесполезно. Школьные годы прошли под кличками «Одержимая Пэк Ён А» и «Девственница-призрак Пэк Ён А». Но с того дня это ни разу не повторялось. Почему именно сейчас? Из-за того, что она вымоталась по дороге сюда? Или потому что провалилась в сон как в обморок?

Нет, стоп. Почему я вообще ведусь на слова этого мошенника?

Хви До, наблюдая, как меняется выражение её чистого лица, тихо пробормотал:

— Плата за проживание в течение двух дней плюс оплата труда за то, что я всю ночь держал тебя за руку. Думаю, в счет этого ты могла бы и подыграть мне немного.

Возмущение подступило к горлу. Плата за проживание? Он даже документы на дом не показал. И что значит… всю ночь держал за руку? Мужчина и женщина, которые едва знакомы… Он без спроса зашел в комнату, где спала женщина, и держал её за руку? Да это же практически преступление! Этот мужчина вообще понимает, что говорит? Нет никаких доказательств, что она просила его об этом. Какая наглость. Это вполне тянет на обвинение в домогательстве. Психопат-бандит, плюс лже-пророк. И вдобавок мошенник. Врать тоже надо уметь. Она не могла проиграть. Хотя бы ради того, чтобы выгнать этого афериста, незаконно занявшего бабушкин дом. Нужно продержаться против этого сектанта ровно до звонка Со Ра. Полицейский Республики Корея не может позволить какому-то мелкому жулику водить себя за нос. Но в этот момент… Ён А встретилась взглядом с женщиной, стоявшей во дворе и смотревшей на них. Лицо незнакомки исказилось от шока, который тут же сменился жгучей ревностью.

— Фух…

Она взглянула на Со Хви До. Мужчина, одаривший её сияющей улыбкой, смотрел с высокомерным видом, словно говоря: «Болтай что хочешь, я всё отобью».

Ах так, значит? Решил поиграть?

— Прошу прощения, господ… нет, Со Хви До. У меня есть привычка: если ем с незнакомцами, у меня несварение случается. Я смотрю, вы очень проголодались. Может, пообедаете с вон той дамой?

Она улыбнулась так сладко, что глаза превратились в полумесяцы. Бровь мужчины едва заметно дернулась. Его голос, в котором сквозило веселье, был ледяным.

— Хочешь вылететь из этого дома? Если хочешь, могу устроить прямо сейчас.

— …Тогда сначала докажите, что вы хозяин. Я вот показала документы на дом бабушки, и даже предложила изгнать то, что сидит у вас на плече. А вы ведете себя слишком расслабленно. Планируете всю жизнь таскать на себе эту девицу?

Она вытаращила глаза и дала отпор. Даже если ему сказали, что на плече призрак, как можно и бровью не повести? Ему совсем не страшно? Хотя, судя по его ауре, он и призрака сожрет, не поперхнувшись. Ён А попыталась вырвать руку, но его хватка была железной — пальцы даже не шелохнулись.

— И вообще, у вас есть доказательства? Того, что я умоляла вас держать меня за руку. Если нет, то, может, вы просто ко мне подкатываете?

Она имела в виду «пытаетесь завербовать в свою секту», но мужчина, видимо, понял это иначе и издал откровенный смешок.

Почему? Почему это так неприятно?

Это была явная насмешка. Ён А сердито сверкнула глазами, и тогда улыбка исчезла с его лица, а губы скривились.

— Ты довольно миленькая, но, честно говоря, дети не в моем вкусе.

Он явно решил вывести её из себя.

— А вы думаете, что вы в чьем-то вкусе?

Честно говоря, он был в её вкусе. Из-за роста, не дотягивающего и до 160 см, её взгляд всегда невольно задерживался на крупных мужчинах. К тому же, разве он не красавец, притягивающий взоры своим точеным лицом? С его высоты, наверняка под метр девяносто, она действительно казалась коротышкой. Но всё же, назвать человека «ребенком» прямо в лицо? Где он манеры потерял, даже представить сложно. Она закусила губу, продолжая свои размышления, и только тогда он разжал руку и длинным пальцем указал на её щеку.

— У тебя на лице написано, что я в твоем вкусе.

Ён А почувствовала укол совести и заговорила быстро и сбивчиво:

— Послушайте. Вы выглядите как типичный лидер секты. Вам не стыдно спускаться в такую глушь и обманывать наивных людей? Как вы собираетесь расхлебывать последствия? Начиная с незаконного проникновения в этот дом и заканчивая домогательствами. Если я подам заявление…!

Тири-ринь, тири-ринь!

В кармане громко зазвонил телефон. Ён А поспешно достала его, увидела имя Со Ра и торжествующе воскликнула:

— Как раз вовремя! Вот сейчас мы и выясним раз и навсегда. Кому сегодня придется собирать вещички!

Пыхтя от негодования, она нажала кнопку ответа. И взмолилась про себя:

Пожалуйста, пусть я смогу выгнать этого психа отсюда.

— Да, Со Ра. Ты проверила?

— Ой, мамочки! Откуда столько боевого духа? Ты всё еще в том доме?

— Да. Верно. Ну что там с проверкой?

— Пэк Ён А, ты с ума сошла? Ты понимаешь, что спала в чужом доме два дня? Вали оттуда быстрее! Если не хочешь, чтобы он на тебя в суд подал!

— …А?

Ён А, до этого высоко задиравшая нос, поспешно отвела взгляд от глаз Со Хви До. Она полностью отвернулась от него и переспросила упавшим голосом:

— О чем ты говоришь? Объясни нормально.

— Ох… Судя по всему, твоя мама продала дом сразу же, как получила наследство. Уж не знаю, какие у неё были обстоятельства, но факт остается фактом: владелец этого дома — тот самый Со Хви До, о котором ты говорила.

— Н-не может быть…

Ноги, которые и так с трудом её держали, подкосились, и она плюхнулась на пол.

Глава 5

После звонка Со Ра она толком не помнила, как всё произошло. Придя в себя после полуугроз этого мужчины, она обнаружила, что они уже находятся в ресторане в центре города. И не просто так, а вместе с Со Хви До. Она ведь даже умыться не успела после сна. Что вообще происходит? Ён А смотрела в окно на снующих туда-сюда людей, а затем медленно повернула голову. В этот момент она встретилась взглядом с мужчиной, который, оказывается, уже наблюдал за ней.

Как цвет глаз может быть таким?

Его радужка, переливающаяся загадочными оттенками, напоминала серую шпинель. Странные серые глаза, меняющие цвет в зависимости от угла падения света. За свои 25 лет жизни она ни разу не видела такого цвета глаз, поэтому взгляд сам собой возвращался к нему, и ей приходилось намеренно отворачиваться. Вскоре подошла тетушка с серебряным подносом и со стуком поставила миски на деревянный стол.

— Вот, красавице — фасолевый кальгуксу. А красавчику — кальгуксу с моллюсками. И… свежая кимчи, такая вкусная, что язык проглотишь! Приятного аппетита!

— Вау! Выглядит очень аппетитно. Спасибо, тетушка!

Она намеренно говорила громко и преувеличенно бодро. Потому что от пристального взгляда Со Хви До ей становилось трудно дышать.

Неужели он слышал всё, что сказала Со Ра?

Когда речь зашла о владельце дома, она старалась говорить как можно тише, но мысль о том, что он мог услышать, заставляла горло пересыхать. Ён А взяла палочки и помешала лапшу, утопающую в густом красном бульоне из фасоли.

И долго он собирается так пялиться?

Есть сейчас было верным способом заработать несварение, но Ён А выловила один круглый рисовый клецк, подула на него и откусила кусочек. Вкус оказался лучше, чем она ожидала, и она удивленно округлила глаза. Увидев это, мужчина подавил смешок и произнес:

— Ты от природы такая бесстыжая?

— …Что?

— Или пару раз потрогала мою руку и уже привыкла?

Ён А с трудом проглотила клецк, который с аппетитом жевала. Мужчина снова усмехнулся и продолжил:

— Для человека, который утверждал, что у него несварение от еды с незнакомцами, ты ешь слишком уж хорошо.

Она не ела почти два дня, кто бы удержался перед вкусной едой? К тому же, теперь, когда она не могла с уверенностью требовать документы на дом, нацепить маску наглости казалось лучшим выходом. Ён А, игнорируя его пристальный взгляд, сказала:

— Я не хотела говорить этого, чтобы не пугать вас. Но просто глядя на девственницу-призрака у вас на голове, я чувствую, как из меня высасывают энергию. Если не восполнить силы, я просто свалюсь. Это ведь не проблема? И еще…

Подцепив второй клецк, Ён А широко улыбнулась мужчине, который смотрел на неё сверху вниз с нескрываемым изумлением.

— Вы, должно быть, в жизни… много грешили. Обида у этой девицы-призрака накопилась просто колоссальная…

Она отправила пухлый шарик в рот и начала жевать. Мужчина, глядя на неё, откинул волосы назад и вздохнул. Неужели он наконец осознал существование призраков? Только сейчас почувствовал серьезность ситуации? Он сделал довольно серьезное лицо и открыл рот.

— И что?

— И что… простите?

— Какова цена за изгнание этого чертовски обиженного духа?

До разговора с Со Ра ответом было бы «немедленно убирайтесь из дома», но теперь, зная, что он владелец, она прекрасно понимала: если разозлить его, она останется ни с чем.

Что же делать? Как мне остаться в этом доме?

Конечно, хотелось бы снять комнату в другом месте, а не в доме бабушки, но и это было непросто. К тому же, мысль о том, что её двухдневный беспробудный сон в том доме не был случайностью, не давала ей сдаться. Ён А высоко задрала подбородок и уставилась на пустое плечо Со Хви До.

— Изгнание требует огромных затрат энергии, так что это не делается за один раз. Особенно с той «подругой» на вашем плече — у неё столько накопилось, что придется распутывать это очень долго.

Она несла полную чушь, лишь бы остаться в доме, но, честно говоря, понятия не имела, что именно нужно делать. Но чего волноваться в век информации? Достаточно найти подходящее видео в интернете и просто повторять движения — он всё равно не поймет. Можно сказать, что призрак оказался сильнее, чем ожидалось. День, два… неделя, месяц — глядишь, он и привыкнет к её присутствию и передумает выгонять. Довольная своим идеальным планом, она улыбнулась уголками губ, и на её щеках появились глубокие ямочки.

— Вот я и спрашиваю. Чего ты хочешь, мелочь?

Опять «мелочь». Ён А нервно выдернула салфетку, вытерла губы и спросила:

— Кстати, раз уж зашел разговор, сколько вам лет?

Мужчина беззвучно рассмеялся, откинулся на спинку стула и пожал плечами.

— Возраст? Решила этим отделаться?

— Да вы что. Думаете, изгнание демонов — это такая простая штука, как игра в цифры? У вас совсем совести нет. Я тут, между прочим, жизнью рискую…

— Рискуешь жизнью ради меня? Трогательно.

— Хорошо, что вы это поняли. Тогда перейдем к делу?

Хви До криво усмехнулся, глядя на безостановочно болтающую Ён А.

— Валяй.

— …Кстати, тот дом. За сколько вы его купили? И когда подписывали договор, продавец присутствовал лично?

— Какая разница, с кем я подписывал? Важно то, что дом теперь мой, разве нет? И вообще, зачем спрашиваешь цену чужого дома? Не переходи черту.

Черту? Он сейчас сказал «черту»?

Кто тут перешел все мыслимые границы и притащил её сюда?! Ён А залпом выпила воду, со стуком поставила стакан на стол и заговорила увещевающим тоном:

— Этот дом… разве вам там не неудобно? Он в такой глуши, выбираться оттуда сложно… Может, вам лучше подыскать жилье здесь, в центре?

— …Теперь ты меня еще и выселяешь?

— Просто мне нужен именно тот дом. Дом, которым пользовалась бабушка, я хочу сохранить его в целости…

— В том доме что-то спрятано? Почему ты так на нем помешалась? Это что, заправка для Инь-энергии?

— Вы схватываете на лету. Настоящий отличник, думаю, мне не нужно объяснять дальше.

— Ха…

Мужчина, который до этого бойко отбивал все её подачи, плотно сжал губы. Кажется, он вздохнул. А если приглядеться, выглядел он немного уставшим. Повисла неловкая тишина, и она начала теребить собранные в хвост волосы.

— 2 миллиарда.

— Что?

— Если это место так дорого тебе, будь готова выложить хотя бы 2 миллиарда. Принесешь деньги — тогда я готов сесть за стол переговоров.

— 2 миллиарда за деревенский дом? Да вы грабитель средь бела дня, только без ножа.

— Ага, мне часто это говорят.

С этим мужчиной невозможно разговаривать. Если бы он не был так красив, было бы не так обидно. Ответив, мужчина с невозмутимым видом отправил в рот порцию лапши. Белая лапша, исчезающая между его красными губами, выглядела жалко. Какую же жизнь надо прожить, чтобы стать таким циничным? Ён А посмотрела на свою миску с фасолевым бульоном, дно которой уже виднелось после нескольких взмахов палочками, и, не желая уступать, снова взялась за еду.

— Кстати… почему у меня фасолевый кальгуксу? Я тоже люблю с моллюсками…

— Выглядишь как любительница сладкого.

— …

Хм. Ён А медленно отправила лапшу в рот и тщательно прожевала. Спустя несколько таких заходов мужчина, уже опустошивший свою миску, залпом допил воду. Он неторопливо вытянул влажную салфетку. Словно человек, который, поедая лапшу, привел свои мысли в порядок. Медленно вытерев руки, он ухмыльнулся.

— Я давал шанс, но ты его упустила, так что теперь говорить буду я.

— Что? Нет, подождите.

Несмотря на её протест, Со Хви До продолжил своим пугающе спокойным тоном.

— Скажу прямо: я верю в призраков больше, чем в людей. Проще говоря, мне плевать, кто сидит у меня на плече — ребенок, девственница, какой у них вид, пол или раса. Я могу жить с ними. Так зачем мне изгнание? Незачем.

Ён А лишилась дара речи. Как можно менять свои слова так легко, словно переворачиваешь ладонь? И даже лицом не дрогнуть? Со Хви До равнодушно бросил салфетку на стол. Ён А, ошеломленно наблюдавшая за его действиями, с трудом пришла в себя и заикаясь спросила:

— Значит… сейчас вы хотите сказать, что мое изгнание вам не нужно?

— Нет, нужно. Прямо сейчас.

— Вы что, издеваетесь надо мной…

— И это тоже не так.

Внутри всё закипело. Издевательству над людьми тоже должен быть предел. Почему у него такой характер? Ён А не могла отделаться от мысли, что связалась с настоящим психом.

P.S. Переходи на наш сайт! У нас уже готово 20 глав к прочтению!  ➡️ Fableweaver

Глава 6

Может, выплеснуть на него воду? Или влепить пощечину? Хотелось сделать и то, и другое, но нужно терпеть. В конце концов, сейчас он — хозяин дома.

Терпи… надо терпеть.

Ён А выпила воды, пытаясь успокоить бурлящий внутри гнев. Стакан мгновенно опустел и со стуком опустился на стол. Только тогда Со Хви До, всё это время ухмылявшийся, заговорил:

— Я говорю о том, что мне нужно изгнать не какого-то там мелкого беса, а человека. У тебя совсем плохо с пониманием речи…

— …Вы хотите, чтобы я изгнала для вас человека?

И без того большие круглые глаза Ён А, казалось, вот-вот выпрыгнут из орбит. Хви До пристально посмотрел в её необычно светлые глаза, затем медленно приблизился и прошептал:

— А ты, я погляжу, совсем недогадливая.

— Ха, да неужели…! Вы же понимаете, что специально ходите вокруг да около, упуская самую суть?

Только тогда мужчина издал короткое «А» и придвинулся еще ближе. Из-за его высокого роста, даже несмотря на довольно широкий стол между ними, их лица оказались так близко, что носы почти соприкасались. Это смущало. С сокращением дистанции его запах ударил в нос. Тот самый свежий аромат, который исходил от одеяла, которым она укрывалась всю ночь, теперь, казалось, щекотал сердце. Но Ён А не отступила и посмотрела ему прямо в глаза.

— Ладно, тогда к делу. Есть одна женщина, от которой я никак не могу избавиться, что бы я ни творил. Как насчет того, чтобы ты её «изгнала»?

Этот мужчина совершенно не умел общаться. Насколько же отшельническую жизнь он вел, чтобы просьба звучала так коряво? Внезапно в ней проснулась жалость: может, он бедолага, которого никто никогда не любил? Ён А решила хотя бы выслушать его и изобразила слабую улыбку.

— Хорошо, господин Со. И как именно я должна её изгнать?

Когда она слегка улыбнулась, её и без того красивое лицо словно расцвело. Хви До склонил голову, чувствуя необъяснимое дежавю, и усмехнулся.

— Стань моей любовницей.

— …Любовницей?

Ён А резко вскочила, и Со Хви До захихикал. Он выглядел так, будто ситуация его искренне забавляла. Затем он поднял голову и встретился с ней взглядом.

— Я имею в виду, притворись моей любовницей. Малышка.

Ха. Хоть бы «малышкой» не называл.

Называет ребенком, а просит стать любовницей? Он что, в «Длинноногого дядюшку» играет?

— То есть вы хотите, господин Со Хви До, чтобы мы с вами целовались и… занимались сексом? Вау… у вас совсем стыда нет.

При этих словах тетушка, которая недавно принесла лапшу, бросила на неё свирепый взгляд. Она специально преувеличила, чтобы показать абсурдность его слов, но, видимо, голос прозвучал слишком громко. Сгорая от стыда, она неловко опустилась на стул, а губы Со Хви До изогнулись в идеальной асимметричной ухмылке.

— Чего только не болтает эта мелочь. Совсем распущенная.

— …

Почему-то чем больше она разговаривала с этим мужчиной, тем глубже вязла в болоте. У Со Хви До был талант опускать людей на самое дно. Ён А только что пришла к выводу, что продолжать разговор с ним — себе дороже.

— Послушайте, вы, кажется, принимаете меня за какой-то амулет от неудач.

— Амулет… Тоже неплохо. Тогда давай уточним. Я хочу, чтобы ты играла роль моего «амулета» каждый раз, когда будут приходить женщины, включая ту, что была сегодня.

— …А если откажусь?

— Тогда придется освободить мой дом, верно?

В ледяном тоне мужчины не было ни капли сочувствия. Как человек может быть таким? Даже дворнягу из дома так не выгоняют… К тому же, она проделала такой путь. Нельзя уйти, так и не помолившись у того Священного древа. Ён А схватила графин, наполнила стакан до краев и снова осушила его залпом. Нужно было остудить пылающие внутренности.

— Господин Со, я предпочитаю находить компромиссы, а не создавать конфликты. Скажу вам честно… на самом деле я полицейский. Поэтому я бы хотела, чтобы личные проблемы вы решали сами. А я займусь только своим делом. У той девственницы на вашем плече наверняка есть место, куда ей нужно вернуться. Надо поскорее отправить её в лучший мир. Хорошо?

Она говорила четко и с чувством, надеясь, что это сработает. Её план состоял в том, чтобы тянуть время под предлогом изгнания духа и искать Священное древо. Глаза мужчины изогнулись полумесяцами.

— Полицейский? Если ты коп, то ловила бы преступников. Зачем приперлась в такую глушь заниматься экзорцизмом?

— Разве есть закон, что только шаманы могут изгонять духов? Может, не видно, но я в этом деле профи.

Ён А широко улыбнулась, и на этот раз, казалось, он лишился дара речи.

Отлично, этого достаточно.

Если так я смогу остаться в бабушкином доме. А этот обряд изгнания… потренируюсь до кровавых мозолей, и всё получится. Обмануть мужчину, который ничего не смыслит в призраках и экзорцизме, будет не так уж сложно.

***

Это был день, ничем не отличающийся от других. Из-за давней бессонницы он не спал всю ночь, а чтобы избавиться от дерьмовых мыслей, лезущих в голову в любое время суток, поднялся на гору за домом. Если не считать того, что ему пришлось подавить желание поджечь дерево, которое он там увидел, день был самым обычным.

— Блядь, Ким Юль.

Он оказался в деревне Сонхак из-за слезной просьбы своего старого друга Ким Юля. Тот, видите ли, потерял единственного человека, с которым заключил контракт, и утратил смысл жизни. Хви До повелся на сладкие речи о том, что если он присмотрит за деревом друга, тот поможет ему разгадать тайну, выгравированную на его спине. И вот, он оказался здесь в роли духа-хранителя места. Да, он надеялся, что в ситуации, когда каждые 20 лет приходится менять место жительства, здесь он сможет отдохнуть от назойливых людей, особенно от надоедливых человеческих женщин. Но прошло несколько месяцев, а Ким Юль и не думал возвращаться. Зато появились любители совать нос в чужие дела — старики и социальные работники, которые якобы ухаживали за ними. Нет. Из-за пылкой страсти одной сталкерши он уже готов был сойти с ума. Он злился, делал каменное лицо, даже матерился в открытую, но эта женщина, словно заткнув уши, открывала рот и только хлопала глазами.

«Ах! Хви До, когда вы так злитесь, вы такой дикий! Это так сексуально…!»

Она подходила ближе, сверкая глазами, словно напрашиваясь на побои. Черт, она была поехавшей на всю голову. Материть такую — только рот пачкать. Хви До чиркнул колесиком зажигалки. Он поднес огонек к кончику сигареты и молча наблюдал за сизым дымом, рассеивающимся в воздухе.

— Фу-х…

В ночь, когда взошла темная луна, он выдохнул дым, глядя на круглый диск в небе, и тут же в уши безжалостно ворвался обиженный голос.

— Он реально псих, да? Думает, раз красивый, то всё можно? А душа-то гнилая! Толку от красивой обертки, если внутри дерьмо! Ц-ц-ц!

Видимо, она была очень зла — её яростное сопение слышалось прямо над ухом. Но вскоре этот звук перекрыл другой голос, прилипший к ушам — голос малышки, которая висела на его ноге и смотрела на него снизу вверх.

«Уа-а… Оппа! Оппа, ты такой красивый!»

Это была маленькая Пэк Ён А, бегавшая по этому самому двору 20 лет назад, в тот день, когда он приехал в деревню Сонхак искать Ким Юля.

Ш-ш-ш.

Звук, который донесся до него с опозданием, был шумом воды. А, она в душе. Хви До медленно выпрямился, сосредоточившись на голосе Пэк Ён А, который лился в его обостренный слух.

— И машина у него вроде дорогая. Чего ему не хватает, что он решил заняться инвестициями в такой глуши? Что? 2 миллиарда? Все-таки… богачи — самые жадные!

«Моя падружка Херин встречается с Чимином! Но Чимин был маим! Поэтому я плакала. Но типерь все харашо! У меня есть оппа!»  (детская речь)

Та малышка, чьи пухлые щечки, казалось, лопнут от слез, если ткнуть в них пальцем, теперь вернулась взрослой. В её светло-карих глазах появилась твердость, а милое личико превратилось в лицо довольно красивой женщины. Впервые он увидел её, когда ей было лет пять, значит, сейчас ей около двадцати пяти. Что ж, пять или двадцать пять — для него она всё равно всего лишь малявка, но взгляд Пэк Ён А, не прожившей и половины человеческой жизни, говорил о том, что ей пришлось несладко. Да и привычка бродить по двору во сне с тех детских лет, похоже, осталась. Впрочем, какая разница. Ему больше нельзя связываться с этими осточертевшими людьми. Хви До сделал несколько глубоких затяжек. Едкий дым прошелся по его взбудораженному нутру и белесой дымкой растворился в воздухе.

Решено. Использую эту мелочь, чтобы избавиться от надоедливой сталкерши, а когда придет время — вышвырну и Пэк Ён А.

Он уже собрался уходить, раздавив ногой окурок, как вдруг…

— Хи-хи-хи! Вон то, давай съедим вон то! Съедим!

— Красивое личико — мне! Вон то! Я, я съем это!

— А мне сиськи! Я обязательно отгрызу эти розовые соски! У-хи-хи-хи!

Хви До затаил дыхание и медленно направился за флигель, откуда доносились голоса.

Ну надо же.

У окна ванной комнаты выстроились в ряд три похотливых духа и тайком подглядывали за Пэк Ён А, которая была слишком занята тем, что поливала его грязью.

Глава 7

что, совсем страх потеряли? Забыли, где находятся, и посмели приползти сюда? Сдохли, даже член уже не стоит, а всё туда же — мужиками себя мнят. Болтают своими черными отростками — зрелище то еще. Когда она болтала про несуществующую девственницу-призрака у него на плече, он находил эти жалкие уловки даже милыми. Но видя, что за ней увязались такие низкосортные похотливые духи, он подумал, что жизнь у неё, должно быть, была не сахар. Память была нечеткой, но, судя по рассказам Ким Юля, бабушка этой женщины, Чин Сун Джа, была сосудом, который из поколения в поколение должен был принимать божество. Она отказалась от этого и долгое время страдала. Чтобы не перекладывать это бремя на дочь и внучку, Пэк Ён А, она давным-давно заключила контракт с Ким Юлем. Иными словами, пока Чин Сун Джа была жива, Пэк Ён А жила спокойной жизнью под защитой Ким Юля. Конечно, теперь, когда контрактор исчез, всё изменилось. Кровь — не водица. Было очевидно, что её мучили всевозможные твари, начиная с похотливых духов, жаждущих её тела, и заканчивая всяким сбродом. Хви До подавил смешок, глядя на трех ничтожных духов. И, затаив дыхание, чтобы не выдать своего присутствия, начал приближаться.

Затаить дыхание… Черт, Со Хви До, до чего ты докатился.

А что делать. Из-за печати на спине его силы были скованы, и сейчас он не мог использовать даже десяти процентов своей мощи, не то что все сто. Поймать юркого мелкого беса было непросто. Приходилось подкрадываться незаметно.

— Хи-хи! Я… я, пе-первый!

Несмотря на то, что он медленно приближался, духи были слишком заняты спором о том, кто войдет первым. Как только они оказались в зоне досягаемости, Хви До протянул длинную руку и схватил за волосы того ублюдка, который грозился откусить грудь Пэк Ён А.

— Ки-я-я-я-а-а!

Услышав раздирающий уши вопль, двое других духов тут же бросились наутек, даже не оглядываясь. Они понимали: попадись они в руки палачу Со Хви До — назад дороги не будет.

— П-пощадите… Ки-и-ик!

— Посмел вякнуть, что откусишь? А ну повтори.

Голос Хви До изменился, став леденящим, и он встретился взглядом с налитыми кровью глазами духа.

— Кек! Ка-а-ак! П-пожалуйста!

Его рот, разорванный до ушей, искривился то ли в улыбке, то ли в плаче. Хви До безучастно смотрел на это гротескное лицо, а затем, услышав тихий голос из ванной, хмыкнул.

«Нет… На бандита не похож… Может, лидер секты?»

Сначала психопат-бандит, теперь лидер секты? У её воображения вообще есть пределы? Хви До почувствовал, как на бесплодной земле его души, которая долгое время была сухой и пустой, пошла легкая рябь. Когда он на мгновение слабо улыбнулся, дух, болтающийся в его руке, увидел в этом проблеск надежды и попытался скопировать его выражение.

— Хи-хи! Хи-хи-хи!

Это был смех отчаяния, попытка спастись, но, заметив, как в глазах, смотрящих на него сверху вниз, загорается голубое свечение, дух истошно завопил.

***

По ярко-синему небу плыли белые облака. В унисон этой атмосфере птицы щебетали на разные голоса. Не верится, что под одним небом со столичным регионом, полным смога, можно дышать таким чистым воздухом. Можно с уверенностью сказать: проживи здесь полгода — и легкие очистятся, а разум прояснится. Особенно этому способствовало то, что духи, которые бродили вокруг каждый день, исчезли. Она подозревала, что это не случайно, и оказалась права. Вчера призраки тоже не появлялись. Конечно, призрак в черном траурном платье вернулся спустя несколько дней. Но в отличие от обычного, она наблюдала издалека, что уже было большим облегчением. Один лишь факт, что существо, которое каждую ночь давило на неё, исчезло, кардинально улучшил качество сна, и Ён А чувствовала, что наконец-то живет.

Но если я вернусь домой, всё начнется сначала.

Чтобы этого не произошло, нужно скорее найти Священное древо и провести ритуал. Но действительно ли одна молитва всё решит? Ён А сидела на деревянной веранде, глядя в небо, а затем медленно встала. Отчасти из-за того, что из флигеля вышел Со Хви До. С расстегнутыми верхними пуговицами рубашки, он выглядел расслабленным и был одет во всё черное. Брюки, рубашка, обувь. Мужчина, с ног до головы покрытый цветом смерти, но его глаза сияли загадочным светом. Эта странная аура наверняка тоже существовала для того, чтобы сводить женщин с ума. Ощущение, будто перед тобой стоит тот самый «альфа-самец». Как ни посмотри, этот человек совершенно не вписывался в деревенский пейзаж.

— Доброе утро, господин Со!

Несмотря на её бодрое приветствие, мужчина бросил на неё исключительно холодный взгляд.

Чего он сегодня такой мрачный?

Она пожалела, что вообще заговорила с ним, но ей нужно было кое-что спросить, да и показать, что она усердно работает ради «изгнания» призрака с его плеча, тоже стоило. Ён А, не обращая внимания на его холодность, медленно подошла и нагло продолжила:

— Кстати… вы не знаете, где находится самое старое дерево в этой деревне?

Слышит он её вообще или нет? Со Хви До достал сигарету, закусил фильтр и щелкнул зажигалкой Чирк. Одновременно с этим его гладкий лоб нахмурился, создавая асимметричную складку.

— На кой тебе дерево сдалось?

— Как на кой? Это всё… связано с изгнанием девственницы-призрака с вашего плеча.

С его глубоким вздохом вырвалось облако дыма, которое ветром отнесло прямо ей в лицо.

— Кхе. Кхе-кхе!

Пока она кашляла, Со Хви До сделал шаг назад и ответил:

— Ты что, принцесса на горошине? Сама ножками побегай. Ждешь, что тебе всё разжуют и в рот положат? С такими навыками решения проблем я вообще сомневаюсь, что ты коп. Отсиживалась где-то в тихом местечке и «мел» ела?

— Ха… ну это уже слишком.

Даже для расследования мелкого дела опрос местных жителей — это база. Он предлагает ей биться головой о стену без какой-либо информации? Конечно, история с призраком на его плече была ложью, но этот мужчина ведь не мог этого знать. Она говорит, что решит его проблему, стоит только найти дерево. Как можно быть таким несговорчивым? После короткой паузы Ён А, сдерживавшая дыхание, выпалила:

— Думаете, в тихих местечках любой дурак справится? Таким рядовым патрульным, как я, без связей и удачи, приходится везде пробиваться своим лбом. Даже если придется разбиться в порошок.

И тут Ён А осознала. Мужчина перед ней и глазом не моргнет, даже если она действительно разобьется. Вжих, она резко отвернулась от него. И широкими шагами направилась к большим воротам. Она чувствовала спиной его колючий взгляд, но не обернулась. Если столкнуться лицом к лицу с этим мужчиной, чья истинная сущность неизвестна, она точно сломается под его давлением. Поэтому лучше уйти отсюда как можно скорее.

Ён А сразу же вышла из дома. И пошла вдоль длинной реки к въезду в деревню. Здесь не было выхлопных газов и серой пыли, а деревенский пейзаж, сотканный из зелени и синевы, был неописуемо прекрасен.

— Вау… воздух просто потрясающий.

В обычной жизни она не могла позволить себе такую роскошь. Горячий летний ветер, щекочущий нос, хор цикад, ищущих пару. Даже капельки пота на лбу, которые обычно раздражали бы, здесь казались чем-то естественным и приятным. Она шла легкой походкой, словно на прогулке. То, что было скрыто тьмой, когда она впервые приехала, теперь открылось взору. На площади стояла небольшая беседка с креслом-качалкой, рядом лежали чесалка для спины и пепельница. Аккуратно сложенная газета говорила о том, что это место служило зоной отдыха и игровой площадкой для деревенских стариков. Но, видимо, из-за раннего часа здесь никого не было. Находиться в одном пространстве с Со Хви До было тяжело, поэтому она поспешила уйти, но вламываться в чужие дома в такую рань тоже было неловко. Ён А шла по грунтовой дороге и заметила небольшой дом у въезда в деревню. Ворота были распахнуты настежь — похоже, здесь все доверяли друг другу как родным. В Сеуле такая ситуация была редкостью, и Ён А на мгновение замерла в оцепенении. И тут из глубины дома донеслось тихое всхлипывание. Ён А остановилась, но инстинкт заставил её сделать шаг во двор. В этот момент из слепой зоны внезапно выскочила собака и начала яростно лаять, словно собираясь разорвать её на части.

— Гав! Гав-гав! Р-р-р-р!

— И-ик!

Ён А попятилась и спряталась за воротами, высунув только голову. Разве это не тоса-ину? Огромная рыжая псина, размером с ребенка, гремела цепью на шее и брызгала слюной. Решив, что больше никогда не придет в этот дом, она уже собиралась поспешно ретироваться. Но тут плотно закрытая раздвижная дверь дома со скрипом Ки-и-и-ик начала медленно открываться.

Глава 8

Сердце бешено колотилось. Пусть ворота и были открыты, но факт оставался фактом: она без спроса вторглась в чужой дом.

— Кто там?

Голос звучал устало, в нем не чувствовалось ни капли энергии. Однако сила, с которой хозяин подошел и треснул по голове безумно лающую дворнягу, была нешуточной. Ён А мельком взглянула на собаку, которая, скуля, поджала хвост, и поклонилась хозяйке дома — пожилой женщине.

— Здравствуйте. Я недавно переехала в дом наверху. Гуляла по деревне, увидела ваш красивый дом и залюбовалась, но, кажется, напугала собачку. Простите, что устроила переполох с утра пораньше.

Услышав искренние извинения, бабушка с впалыми щеками добродушно улыбнулась.

— Ох, какая красивая… Прямо ровесница моей внучке. Какими судьбами в такой глуши? Откуда приехала?

Ён А, глядя в сияющие любопытством глаза старушки, задумалась, сколько стоит рассказывать, и наконец произнесла:

— Я из Сеула. Дом моей бабушки здесь неподалеку, вот я и приехала погостить.

Вряд ли стоило вдаваться в подробности. Да и представляться по всей форме в чужом дворе было как-то неловко. Ён А мягко улыбнулась и начала медленно отступать, но бабушка шагнула к ней, сокращая дистанцию, и крепко схватила за руку.

— Бабушки? Какой бабушки? В какой дом ты, говоришь, приехала?

В голосе, задающем вопросы, и в руке, сжимающей её ладонь, чувствовалась неожиданная сила.

Откуда столько силы? От тяжелой деревенской работы?

Из-за невероятной хватки Ён А неловко ответила:

— В тот, что прямо над вами, у подножия горы. Знаете бабушку Чин Сун Джа? Она моя бабушка по маме…

В этот момент взгляд старушки, до этого полный симпатии, резко переменился. В глазах появился холод, и списать это на игру воображения было невозможно — враждебность была очевидной.

— Сун Джа? Чин Сун Джа?

Видя, как хмурится лоб бабушки, Ён А поняла: что-то пошло не так.

— А… да, бабушка Чин Сун Джа…

— Ты дочка Чин Сун Джа?

— Не дочка, а…

В этот момент старуха внезапно выругалась, схватила Ён А за волосы, которые были небрежно собраны, и начала трясти из стороны в сторону.

— Ах ты ж дрянь такая! Ты хоть знаешь, сколько Сун Джа из-за тебя настрадалась? А? С какой совестью ты сюда приползла? Пошли! Сейчас же пойдешь к Сун Джа, встанешь на колени и будешь молить о прощении!

Сила была такой, что казалось, волосы вот-вот вырвутся с корнем.

Что происходит?

Ён А инстинктивно схватила бабушку за запястье.

— Ай! Подождите, бабушка! Я не дочь, я внучка…!

— Сун Джа молилась каждый божий день, и в дождь, и в снег, чтобы защитить вас! Она так заботилась о внучке, а та, неблагодарная тварь, сбежала, заявив, что разрывает связи с матерью! Тьфу! Чтоб тебя!

Даже при такой силе старухи, если вывернуть ей запястье, можно было бы легко освободиться. Но применить силу к пожилому человеку, да еще и в ситуации, где была доля её вины, было немыслимо. К тому же, она говорила о маме. Ён А, вставляя просьбы отпустить, старалась внимательно слушать поток обвинений.

— Бабушка, сначала… отпустите, пожалуйста, и скажите словами!

Но боль оставалась болью. Она стиснула зубы и терпела, но сколько еще это могло продолжаться? Ён А, влекомая за волосы, поплелась за старухой. Чтобы минимизировать боль, другого выхода не было.

— Убить тебя мало! Чтоб тебя разорвало! Даже воронам тебя скормить — и то мало будет!

Старуха орала так, словно проглотила рупор, и на её крики начали собираться люди.

— Ой! Бабуля! Что за драка с утра пораньше!

— Ого, а сил-то сколько! Вы что, тайком от нас чего-то вкусного поели?

— А где дед? Тут такой хаос творится!

Люди, добавлявшие свои комментарии, были местными жителями. Но никто не спешил подходить и разнимать их. Что же мама сделала бабушке, раз ко мне такое отношение? Ён А, чья голова моталась из стороны в сторону, не могла перестать думать об этом.

— Дрянь! Похороны толком не провела, сбежала! Зачем ты опять сюда приперлась!

Мелькнула мысль, что придется применить силу, но она сдержалась. Свидетелей было много, одно неверное движение — и жизнь в деревне станет невыносимой. Ён А крепко сжала запястье старухи, не давая ей трясти головой, и сказала:

— Вы ошибаетесь, вы всё не так поняли! Я не мама, а…!

— Пок Сун!

В этот момент издалека раздался чей-то голос, и железная хватка на волосах Ён А внезапно ослабла.

— Ой, когда ты пришел?

Голос старухи стал чистым и звонким, как у ребенка. Она отпустила волосы и теперь топала ногами, словно маленькая капризная девочка. Ён А, с растрепанными волосами, похожая на жертву взрыва, посмотрела на дедушку, бежавшего к ним. С рюкзаком за плечами, словно только что с горы, он бросил ей короткое «прости» и тут же подхватил жену, уводя её в дом.

Что это вообще было?

Она была в растерянности и шоке, но, приглаживая волосы, поклонилась собравшимся жителям.

— Здравствуйте, я Пэк Ён А, недавно переехала в тот крайний дом. Прошу любить и жаловать.

Услышав это, молодая женщина, стоявшая поодаль, повысила голос.

— Крайний дом? Ты про тот, что вон там?

Она указала на большой ханок, дом покойной бабушки. Когда Ён А кивнула, мужчина рядом с женщиной захлопал в ладоши, как тюлень.

— Да неужели? Ты туда замуж вышла?

— Нет! Ничего подобного!

— Ого! Настоящая победительница! Девушки из города с ума сходили, лишь бы увидеть лицо того парня! Самые крутые красотки вешались на него, а он и бровью не вел, я уж думал, у него запросы выше Эвереста. А теперь вижу тебя и понимаю.

— Послушайте, подождите. Вы что-то не так поняли.

— Я Ким Док Су. Местный главарь. Когда старосты из соседней деревни нет, я тут главный. Главный, поняла?

Ким Док Су с ухмылкой протянул руку для рукопожатия, но стоявшая рядом молодая женщина ткнула его локтем в бок и вклинилась между ними.

— Дорогой, какой еще главарь? Ну… конечно, эта твоя милая черта — одна из причин, почему я с тобой, но если ты будешь так мило вести себя где попало, мне будет неловко, понимаешь? Да?

От их диалога голова шла кругом. Женщина выглядела слишком молодо, чтобы называть её тетушкой, но и для «сестры» была старовата. Главное, она выглядела в два раза моложе мужчины, называвшего себя представителем деревни.

— Су Рён, ты что, ревнуешь? А?

Они немного попрепирались, изображая любовную ссору, а затем перешли к публичному проявлению чувств, и Ён А окончательно потеряла дар речи. Ким Док Су, заметив взгляд Ён А, смущенно улыбнулся и сказал:

— Молодуха, ты на ту старушку внимания не обращай. Деменция у неё, деменция. То приходит в себя, то нет, а так-то человек хороший. Дети — вот в чем беда. Толку растить сыновей, говорю же. Мать в таком состоянии, а они носа не кажут, разве это люди?

Ким Док Су разгорячился и начал пыхтеть, а его жена Сим Су Рён взяла его под руку. И, прижимаясь грудью, улыбнулась.

Что они творят перед посторонним человеком?

Ён А поспешно отвела взгляд и уже собиралась спросить про бабушку, как он продолжил:

— И брат Чхун Сик тоже хорош, сам еле ходит, а когда из соцслужбы хотят прислать помощника, ни в какую. Кто ж его упрямство переломит? Всё молится своему бесполезному дереву.

— Дорогой!

— Ох, совсем из головы вылетело. В общем, молодуха. У вас с тем парнем из верхнего дома наверняка сейчас самый разгар страсти, но смотрите, чтобы пожар до нашего дома не добрался, ладно?

Это что, особенность местных жителей? Почему они судят о людях как им вздумается? Кто-то называет воровкой, кто-то — молодухой. От людей, которые не умеют слушать до конца, у неё всё внутри кипело. Но какой смысл злиться? Злиться на тех, кто слышит только то, что хочет — только себе вредить. Ён А быстро прикинула в уме, что ей нужно сделать в первую очередь, подошла к паре и спокойно произнесла:

— Постойте, недоразумение становится всё больше. Позвольте мне прояснить ситуацию. Во-первых, я не имею никакого отношения к господину Со Хви До. Я внучка Чин Сун Джа, которая была хозяйкой того дома.

При этих словах улыбки на лицах супругов мгновенно исчезли. Что-то не так с объяснением? Они переглянулись, обменялись взглядами, и на их лицах застыли неловкие улыбки.

✨ P.S. Переходи на наш сайт! У нас уже готово 30 глав к прочтению!  ➡️ Fableweaver

Глава 9

— Да неужели? Внучка той самой бабушки из верхнего дома? Та малявка уже так выросла? Ох, кажется, только вчера была вот такусенькая, когда успела вымахать? Ну да ладно, а чего в такую глушь-то приехала? Когда старушку хоронили, тебя и видно не было.

— Ну… были свои обстоятельства. А вы говорите, что видели меня? В доме бабушки? Когда это было примерно?

На этот вопрос, похожий на допрос, он ответил не сразу, а сначала протянул время, издавая задумчивые звуки. Его речь была такой медленной, что ожидание ответа утомляло.

— М-м-м, дай-ка подумать… Да, точно, приезжала. Была примерно вот такого росточка?

Ким Док Су похлопал себя ладонью где-то в районе бедра и продолжил:

— Тогда тебя, кажется, носил на спине какой-то здоровый мужик… Честно говоря, я детей не особо жалую, так что толком не разглядел…

— Мужик?.. Может, это был мой отец?

— А я почем знаю? Вроде не такой уж старый он был… И вообще, лицо знакомое какое-то… Хм…

Она была здесь в детстве? В памяти об этом не осталось и следа. Когда, во сколько лет она здесь была? Были ли тогда отношения между мамой и бабушкой нормальными? Всё это было загадкой, но разгадывать её придется шаг за шагом. Сейчас было кое-что поважнее.

— А, понятно. Спасибо вам большое за неожиданную информацию… Можно задать еще один вопрос?

Ким Док Су задрал подбородок и провел рукой по своим блестящим волосам.

— Вот они, сеульские, все такие. Стоит дать палец — руку по локоть откусят. Ну, что там тебе интересно? Спрашивай. Всё расскажу.

— Спасибо. Я хотела узнать, не знаете ли вы дерево, к которому моя бабушка часто ходила при жизни…

— А! Ты про то Священное древо, что на задней горе?

Сим Су Рён, до этого молча наблюдавшая за ними, перебила его и вклинилась в разговор.

— Священное… древо?

— Видишь ту горную тропинку за домом бабушки Сун Джа? Если пойти по ней прямо, увидишь указатель. Он ведет к Священному древу, где бабушка усердно молилась. А тебе зачем? Сама хочешь пойти помолиться?

Лицо Сим Су Рён, до этого кислое, словно она жевала лимон, вдруг просияло.

Чему она так радуется? Как-то это подозрительно.

Ён А на секунду задумалась, стоит ли говорить правду, но видя, как странно блестят глаза этой пары, решила промолчать о деталях.

— А… да. До меня с опозданием дошло завещание бабушки. Там сказано, чтобы я каждый день усердно молилась в том месте. Не знаю почему, но раз я не была рядом с ней перед смертью, думаю, стоит хотя бы выполнить её последнюю волю…

— Правда? Вот и славно. Девушка! Я как раз собиралась пойти помолиться. Еда уже готова, может, пойдем вместе? Тебе останется только поклониться.

Она что, ангел?

Ён А решила отбросить все негативные мысли об этой паре, которые у неё возникали. Ей просто хотелось смеяться от радости: впервые с момента приезда в деревню Сонхак дела пошли на лад.

***

Всё было нормально, пока они с сумками, полными еды, не дошли до подножия горы. Но внезапно хлынувший ливень превратил их в мокрых куриц. Она слышала, что в этой деревне часто идут дожди, но не ожидала, что погода будет настолько переменчивой. Ён А поднималась по размокшей горной тропе. Из-за сумок в обеих руках она начала отставать, но Сим Су Рён, шедшая впереди, и не думала сбавлять темп.

— Подождите, давайте пойдем вместе, тетушка!

— Почти пришли. Иди, иди сюда! Девушка, ты видела такое в Сеуле? Это куджиппонг (шелковица). Осенью здесь всё станет ярко-красным. В этом году столько ягод завязалось, так приятно смотреть…!

Сим Су Рён болтала без умолку, обращая внимание на каждое растение, пока они поднимались от подножия к середине горы. Конечно, она, наверное, хотела, чтобы Ён А остановилась и насладилась густой зеленью, но для Ён А, у которой не было ни сил, ни желания любоваться окрестностями, это звучало как назойливое жужжание. К тому же из-за внезапного дождя видимость ухудшилась, и мрачная атмосфера горы усилилась, вызывая мурашки по коже.

— Спасибо, тетушка. Но Священного древа всё еще не видно? Кажется, мы прошли довольно много…

Ён А шла, глядя только на следы Сим Су Рён, идущей впереди. Если она сейчас посмотрит по сторонам, то наверняка увидит призрака, наблюдающего за ними откуда-то из чащи.

— Скользко, да? Обычно Священные деревья, охраняющие местность, стоят у входа в деревню, но наше особенное. Оно впитывает всю энергию горы Сонхак и помогает нам… В общем, ты молодец, что дошла. Иди сюда. Мы пришли.

Медленно подняв голову, она увидела сквозь туман, окутавший зеленый лес, огромное дерево. Разноцветные ленты, висевшие на ветвях и намокшие от дождя, выглядели жутковато. Казалось, что из-за дерева вот-вот выскочит что-то страшное. Но она не одна. Тетушка рядом, так что всё в порядке.

Должно быть в порядке.

— Девушка, не стой там столбом, неси это сюда.

Под деревом, которое могли бы обхватить лишь несколько человек, была сложена небольшая груда камней. Сколько лет этому дереву? Хранит ли оно и бабушкины молитвы?

Но почему здесь так жутко?

Ён А потерла покрывшиеся гусиной кожей руки и подошла к Сим Су Рён. Она передала ей сумку, и та начала одно за другим выставлять приготовленные угощения на алтарь. Бутылка мутно-белого макколи, ярко-красные яблоки, желтые груши. И рисовые пироги сирутток. Еды, появлявшейся из сумки, казалось, не будет конца.

Но почему?

С того момента, как она подошла к дереву, в груди появилось странное чувство тяжести. Словно качество воздуха изменилось.

— Еду нужно приносить только тогда, когда Дух сам этого захочет. Конечно, он обычно шепчет это только мне, так что готовлю в основном я.

— …

Наблюдая, как Сим Су Рён расставляет еду на алтаре, Ён А попятилась. Отойдя на несколько шагов, она почувствовала, что дышать стало легче, и жадно глотнула воздуха.

— Кстати, как тебя зовут, говоришь? Чего ты пятишься? Не стой там истуканом, иди сюда, прими чарку.

— А… да.

Ён А назвала свое имя, подошла и взяла чашу, которую протягивала Сим Су Рён. Вскоре мутное макколи с бульканьем наполнило большую чашу до краев.

— Ну вот, теперь вылей это вино рядом с деревом. Только не подходи слишком близко. Держи дистанцию. Лей издалека. Мы так делаем, понятно?

Голос женщины звучал возбужденно. Ён А ответила согласием и, отойдя как можно дальше, вылила вино на землю плюх-плюх, после чего вернулась на место. В то же время Сим Су Рён начала свою проповедь:

— Дух, которому мы служим, исполняет всё, если искренне попросить. Сколько бы дождей ни лило в Сонхаке, нас ни разу не затапливало. И это еще не всё! Недавно в одном доме случился пожар, так Дух послал дождь ровно в тот момент, представляешь? Так что ты, Ён А, тоже хорошенько помолись. А ты знаешь, о чем молилась бабушка Сун Джа?

Ён А, слушавшая Сим Су Рён как завороженная, вспомнила слова маленькой шаманки, сказанные ей уже в здравом уме.

«Это правда, что духовная нить сейчас тянется к тебе, онни. Но если ты не хочешь принимать дар и проводить обряд, то можешь просто продолжать молиться. Особенно у того дерева, которому молилась твоя бабушка. Тогда, каким бы ни был путь, в итоге ты будешь в безопасности. Даже если будет трудно, ты должна вытерпеть.»

Она не знала, о чем именно молилась бабушка, но смутно догадывалась, о чем нужно молиться ей самой. Ён А, следуя примеру Сим Су Рён, сложила ладони вместе и ответила:

— Да.

— Ну вот и хорошо. Сегодня дождь, так что просто поздоровайся и пойдем вниз.

Стоило закрыть глаза, как звук дождя, бьющего по мокрой листве, стал четче. Дрожь листьев на ветру передалась ей, и блуждающий холод, казалось, проник под кожу. Может, потому что это место, где обитает божество? По спине бегали мурашки, а дыхание перехватывало. Но Ён А, считая это своего рода испытанием, которое нужно выдержать, молча молилась о своем желании. Она желала мира деревне Сонхак, и счастья бабушке и маме в загробном мире. И молила, умоляла снова и снова, чтобы злые духи, преследующие её, исчезли.

Ш-ш-ш-ш-ш—

В этот момент порыв ветра яростно встряхнул листву. Капли воды, скопившиеся на листьях, градом обрушились ей на голову. Казалось, дерево плачет. Тук-тук, тук-ту-дук. Вода, льющаяся в несколько заходов, промочила её насквозь, словно мешая молитве. Холодно… Может, потому что они в горах, воздух был ледяным. До этого момента всё вроде было нормально, или ей показалось? Тело, которое начало бить мелкой дрожью по непонятной причине, подсказывало, что она, похоже, простудилась.

Глава 10

Когда она открыла глаза после молитвы, то увидела тетушку, которая придвинулась вплотную и сверкала глазами прямо перед её лицом. От испуга Ён А попятилась и плюхнулась на землю.

— Ч-что вы делаете?

— Ой, прости! У тебя такая хорошая кожа, я просто хотела рассмотреть поближе и увлеклась… Я не специально, пойми меня правильно. А? Ты в порядке? Давай, вставай.

— Всё в порядке.

Ён А, сидевшая в грязи, увидела протянутую руку, но быстро вскочила сама. Больше не было причин здесь оставаться. Цель на сегодня достигнута. Но как бабушка могла приходить в такое жуткое место каждый день? От одного пребывания здесь перехватывало дыхание. Может, со временем привыкаешь? Ён А отряхнула одежду от грязи хлоп-хлоп и тихо вздохнула. Затем, глядя в затылок тетушке, которая снова начала молиться, осторожно произнесла:

— Извините… если вы собираетесь еще побыть здесь, можно я пойду первой? Из-за дождя я себя неважно чувствую.

— А? Сможешь дойти одна? Ты же здесь впервые.

Ён А оглянулась на тропинку, по которой они пришли, и кивнула.

— Да. Указатели расставлены хорошо, так что думаю, справлюсь. Спасибо вам за сегодня, тетушка. Тогда я пойду.

Едва сдерживая дрожь в руках, она попрощалась. Стараясь выглядеть как можно спокойнее, она медленно развернулась и покинула это место.

***

На этот раз — ночевка под открытым небом. Женщина, бормотавшая о том, что ей нужно найти одержимое дерево, чтобы изгнать призрака с его плеча, теперь лежала у подножия горы за домом.

Что за чертовщина?

Он перестал обращать на неё внимание, когда она выбежала из дома и начала здороваться с деревенскими, а она, оказывается, успела забраться на гору. Судя по её виду, на котором живого места не осталось, она скатилась кубарем. Мало того, что она без спроса проспала два дня в его доме, так теперь еще и валяется на дороге.

— Талант, ничего не скажешь.

У девчонки нет мозгов или страха? Стала полицейским, а выносливость где потеряла?

— Ха.

Ему совершенно не хотелось беспокоиться о каких-то там людях. Но из-за того, что их пути пересеклись 20 лет назад, взгляд сам собой следовал за ней. Какая нелепость.

«Во-первых, я не имею никакого отношения к господину Со Хви До…»

Что значит «не имею отношения»? Если бы не он, она бы даже не расцвела, а стала бы водяным духом, а теперь заявляет, что они не связаны? Вместо благодарности спасителю — называет психопатом-бандитом и лидером секты.

«До меня с опозданием дошло завещание бабушки. Там сказано, чтобы я каждый день усердно молилась… раз я не была рядом с ней перед смертью, думаю, стоит хотя бы выполнить её последнюю волю…»

Похоже, она решила продолжить дело Чин Сун Джа и молиться Ким Юлю, и это похвально, но вот незадача. То дерево, к которому она ходила, в день её приезда ударила молния, так что молиться ему бесполезно. Короче говоря, после ухода Ким Юля, который правил здесь более пятидесяти лет, безопасность деревни пошла псу под хвост. Проще говоря, обычай почитания токкэби, тянувшийся со времен, когда тигры курили трубки, был мгновенно нарушен. Всего 100 лет назад такого не было. Тогда люди обожествляли токкэби и молились о благополучии деревни. Они сами могли голодать, но приносили в жертву живых свиней или кур. Конечно, токкэби еда не интересовала — это был лишь способ проверить, насколько люди готовы отказаться от своих желаний, и они помогали друг другу, исполняя просьбы. Это значит, что каким бы хаотичным ни был мир, люди искренне служили токкэби и почитали их. Поэтому, даже если не вкладывать всю душу, нужно проявлять хотя бы минимальное уважение, но деревня Сонхак полностью отказалась от токкэби Ким Юля. Если вы такие слабые, то хотя бы верность хранили. Смешно смотреть, как они, поддавшись малейшей провокации, толпой бегут поклоняться не тому дереву. Если бы не Чин Сун Джа, единственная, кто молился дереву Ким Юля и вкладывал в это душу, эту деревню уже сотни раз смыло бы наводнением.

— Ха…

Всё это он узнал за три месяца мучений здесь, благодаря Ким Юлю, который попросил присмотреть за его деревом и ушел, не доверяя людям. Десятки раз ему хотелось просто срубить дерево Ким Юля, это так называемое Священное древо, но в нынешней ситуации, когда он и так расплачивается за грехи 300-летней давности, соверши он такое — неизвестно, какое наказание последует, так что оставалось только наблюдать.

— Использовал наивного коллегу, вот и получил молнией. Тц.

Тук, ту-ду-дук. Омерзительный дождь хлестал по телу Пэк Ён А и по его собственному. Кто-то тайком проводит ритуал вызова дождя, что ли? Из-за ливней, идущих через день, качество жизни падало ниже плинтуса. Хви До посмотрел на Ён А, которая, побелев как полотно, лежала в его объятиях. Он почувствовал это еще при первой встрече, но она выглядела такой хрупкой, словно рассыплется от малейшего усилия. И с таким хилым телом она собирается защищать граждан? Скорее гражданам придется защищать её. Как ни крути, с профессией она ошиблась. С этими мыслями он медленно зашагал.

— А она легкая.

Нет. Какая разница, худой этот человек или нет, мокнет он под дождем или нет — тебе-то что, Со Хви До? Он пытался внушить себе это, но упустил один факт. В тот момент, когда он увидел Пэк Ён А, лежащую у подножия горы, его тело среагировало быстрее разума — он подхватил её на руки. Зонт, валяющийся где-то вдалеке, насквозь промокшая одежда, запах сырости, ощущение грязи от одежды женщины, которая валялась на земле — всё это не имело значения. Держа на руках Пэк Ён А сейчас и вспоминая ту маленькую девочку 20 лет назад… может, он просто привык носить женщин на руках? В ситуации, которую он ни за что бы не потерпел, его тело двигалось само по себе, минуя мысли.

— Что я творю. Прямо сейчас.

Снова. Тяжелые ноги сами собой делали шаг, еще шаг.

— Грязно же.

Грязная вода с одежды женщины, перепачканной в глине, окрашивала его рубашку и стекала до самых ног. Более того, из-за улетевшего зонта он сам промокал до нитки в этой дерьмовой ситуации, но видя её бледное, беззащитное лицо под струями дождя, он спрятал её в своих объятиях. Обычно ему было бы противно до тошноты, но даже глядя на свои всё более грязные рубашку и брюки, он не чувствовал отвращения.

— Блядь, да что это такое…

Что происходит? Выдохнув, Хви До ускорил шаг по направлению к ханоку, виднеющемуся сквозь пелену дождя.

***

Начало всегда было одинаковым. Она лежала одна в жуткой тишине, грудь сдавливала боль, дыхание перехватывало, а тело становилось тяжелым как свинец — не пошевелить и пальцем. Если сейчас открыть глаза, она встретится взглядом с призраком в траурном платье, который стоит у неё на груди и смотрит сверху вниз. Длинные черные волосы будут свисать, укрывая её с головы до ног, словно кокон. Почему… После приезда в Сонхак в её снах призрак лишь наблюдал издалека, и она успокоилась. Почему это началось снова? Она ведь сегодня даже помолилась Священному древу. Но она знала: даже если встретиться с ним взглядом, он просто потопчется и исчезнет. Так будет и в этот раз. Ён А, притворяясь глубоко спящей, не открывала глаза и затаила дыхание. Она думала, что если сделать вид, что не замечаешь, что не видишь, то это ничем не будет отличаться от призраков в реальности, которые иногда исчезают, если их игнорировать. Сколько времени прошло? Давление на грудь усилилось, и в тот момент, когда она уже собиралась открыть глаза, в уши вонзился ледяной голос.

Вы… меня… слышите?

Мгновенно всё тело покрылось мурашками. Леденящий, влажный, неописуемо жуткий голос застыл в ушах.

Как она может говорить?

До сих пор она только смотрела сверху вниз, не проронив ни слова. И почему она говорит так вежливо? Нужно ли отвечать? Или продолжать делать вид, что не слышу? Пока она колебалась, холодная капля тук упала на щеку, нарушив тишину. Одна капля, вторая… Холод скопился в районе груди Ён А и медленно вытягивал тепло.

Как бы больно вы мне ни делали, Асси, я всегда на вашей стороне.

Асси? (Госпожа/Барышня)

Этот призрак сейчас назвал меня госпожой? Хотелось немедленно открыть глаза и спросить, что это значит, но она подумала, что это может быть уловкой, чтобы сбить её с толку, и продолжила притворяться спящей.

Поэтому вы должны верить мне. В этом страшном мире на вашей стороне только я одна…

Ён А больше не могла терпеть и резко распахнула глаза. Но в комнате она была одна. Лишь пробирающий до костей голос, проникший в уши, продолжал пульсировать в барабанных перепонках.

Глава 11

Когда она медленно открыла глаза, на улице было так тихо, что невозможно было понять, когда кончился дождь. Лишь лучи заходящего солнца, пробивающиеся сквозь тонкие бумажные двери, создавали оранжевые ореолы, знаменуя конец дня. Ён А отвела взгляд от далекого света заката и начала оглядываться по сторонам. Почему… я здесь? Она точно помнила, что потеряла сознание, спускаясь с горы. Тело, которое тогда было насквозь промокшим и тяжелым как свинец, сейчас казалось странно легким.

— Как это…

Дождь ей приснился? Или поход на гору был сном? От растерянности она потрясла головой — та отозвалась тупой болью. Затем в памяти всплыло воспоминание о том, как старушка с деменцией таскала её за волосы. Значит, это был не сон. Но почему? Её тело было сухим и теплым, словно она переоделась, и это казалось очень подозрительным. Ён А поспешно приподняла одеяло, чтобы проверить, в каком она состоянии.

— Ч-что это…

Это был настоящий цветочный фестиваль. Яркая футболка с красными, желтыми и синими цветами, словно соревнующимися за внимание пчел. Эта вещь, идущая вразрез с эпохой минимализма, стояла на самой вершине безвкусицы. В ужасе Ён А приподнялась и откинула одеяло с ног. Как и ожидалось, под ним обнаружились штаны в цветочек, идущие в комплекте с футболкой.

— Ха…?

На мгновение в голове зазвенело Дзи-и-инь, но важнее было не это, а то, как она здесь оказалась. И почему на ней эта одежда. Неужели… тот мужчина? Она зажала рот рукой, подавляя стон. Внезапно почувствовав мягкое трение на внутренней стороне рук, Ён А издала беззвучный крик.

— С-сумасшедший…!

Бюстгальтер куда-то исчез, и грубая ткань рубашки свободно терлась о голую грудь. От шока она не могла даже ахнуть. Почему… почему с меня сняли даже нижнее белье? Как бы она ни старалась, вспомнить ничего не получалось. Наоборот, чем больше она думала, тем ярче воображение рисовало Со Хви До, который раздевает её и наряжает в эти цветочные шмотки. Не может быть, нет. Тук-тук, тук-тук. Сердце колотилось как сумасшедшее.

— И-извращенец проклятый!

Слова, вырвавшиеся изо рта, были далеко не вежливыми. Как ни крути, но от представления того, как он самовольно снимает с неё мокрую одежду и белье, в глазах темнело. Что делать с этой абсурдной ситуацией? Выскочить прямо сейчас и влепить ему пощечину? Осыпать проклятиями, назвав больным извращенцем? Пока она ломала голову, послышался скрип Скри-и-ип прогибающихся половиц на веранде.

— И что.

Прямо за дверью раздался низкий голос. То ли он говорил по телефону, то ли кто-то был рядом с ним. Тон был довольно угрожающим. «Я же так просил!» — слабо донесся чей-то мужской голос. Видимо, он всё-таки говорил по телефону.

— Где ты сейчас. Мне приехать?

Если судить только по словам, могло показаться, что он хочет встретить дорогого человека, но это было совсем не так. В атмосфере, скрытой за этими словами, бушевала жажда убийства: казалось, он готов прикончить собеседника, как только увидит. Да плевать на это, что мне делать с этим извращенцем? Заявить на него за домогательство? Ён А, сверля взглядом тень на бумажной двери, обхватила свое дрожащее тело руками.

— Бр-р… холодно…

Это из-за того, что попала под дождь? Судя по тому, как её колотит, она всё-таки подхватила простуду. Пока она раздумывала, не лечь ли обратно, Со Хви До показал свое истинное лицо.

— Заткнись и живо тащи свою задницу сюда. Хватит испытывать мое терпение.

В рычащем голосе слышались ледяные нотки. Угрожающий тон человека, готового безжалостно пустить в ход нож, стоит только попасться ему на глаза. Собеседник, видимо, тоже это понял, и начал ныть, что прямо сейчас нет рейсов и он не может вернуться.

— Да неужели? Как раз вовремя, мне тут растопка нужна была из-за одной промокшей мыши.

Одновременно с этим из трубки донесся странный вопль «Уа-а-ак!». Промокшая мышь? Неужели он обо мне? Вряд ли… пробормотала Ён А и натянула тонкое одеяло до самого подбородка. Прячась от накатывающего холода, она свернулась калачиком и медленно легла. Что вообще произошло… Спускаясь с горы после молитвы у Священного древа, она ускорила шаг, так как склон был не слишком крутым. Сама гора излучала жуткую ауру, да еще и из-за дождя всякая нечисть бродила вокруг без разбора. Единственное, что отличалось от обычного — мелкие бесы держались на расстоянии и не приближались. Может, это из-за молитвы у Священного древа? — с облегчением подумала она, но страх подгонял её, и это стало ошибкой. Это случилось, когда в поле зрения показалась черепичная крыша бабушкиного дома. Оставалось спуститься совсем немного, она подумала «почти пришли» и в этот момент поскользнулась на мокрой глине. Кажется, она успела несколько раз позвать бабушку, прежде чем её голова коснулась земли. Может, та тетушка, с которой они поднимались, нашла её на обратном пути? И позвала Со Хви До, чтобы он принес её сюда?

— Холодно…

Ён А снова села. Может, в перламутровом шкафу есть толстое зимнее одеяло? Если согреться, то можно будет это пережить. Она с трудом переставляя ноги, подошла к шкафу и с лязгом Щелк открыла створку. В этот же момент дверь комнаты широко распахнулась, и на пороге появился Со Хви До. На подносе в его руках стояли графин с водой, пакетики с лекарствами и миска, в которой, судя по всему, была каша.

— А…

Ей хотелось накричать на него. Но голос не слушался. Если то, что он держит — лекарство, значит, он принес это для неё. Она не ждала от него заботы и должна была разозлиться за то, что он самовольно переодел её, но, то ли из-за плохого самочувствия, то ли еще почему, гнев начал утихать перед лицом этой маленькой любезности. Может, это потому, что за свои 25 лет она ни разу не получала должной заботы, и теперь это так тронуло её. Ён А слегка поклонилась Со Хви До, который смотрел на неё сверху вниз. Затем она отвернулась и просунула руки между сложенными стопкой толстыми одеялами. Но когда она потянула одно на себя, её тело пошатнулось под тяжестью зимнего одеяла. Она потеряла равновесие и чуть не упала, но спиной уперлась в твердую стену и устояла. Ён А с облегчением выдохнула.

— У тебя персональная зима?

Голос прозвучал прямо над ухом. Ён А, вздрогнув от того, как близко он оказался, резко отпрянула от того, кого приняла за стену.

— А, да… мне что-то нездоровится. Я бы хотела побыть одна…

— Разве ты не слышала, что когда болеешь, нужно трубить об этом на всю округу? Будешь дурой терпеть — враз ласты склеишь.

— …

Пусть говорит что хочет, но что вообще в этом одеяле, почему оно такое тяжелое? Ён А раздраженно потянула за край одеяла и ответила:

— Это же не какое-то радостное событие, зачем на всю округу трубить? Я не ищу внимания, и разносить слухи ради сочувствия — вот это и есть глупость…

— А ты в курсе, что заболеть из-за неумения следить за своим состоянием — это само по себе глупость? Самонадеянность, неосторожность, халатность. Именно эти эмоции заставляют людей переться в горы, когда очевидно, что идет дождь, и спускаться в такую же погоду. А потом падать и валяться в обмороке. Ты хоть понимаешь, сколько проблем мне доставила из-за своей глупости?

Ён А, тащившая одеяло по полу, обессиленно выпустила его из рук. То, что он принес её сюда, было достойно благодарности, но его слова перечеркивали всё. Закипая от гнева, она повысила голос:

— Тогда оставили бы меня там! Я же не просила вас, господин Со. Зачем вы сами напрашиваетесь на проблемы? И раз уж зашел разговор, почему вы самовольно меня переодели? Вы извращенец? Куда вы дели мое белье?

Мужчина, словно потеряв всякое желание спорить, застонал сквозь зубы и грубо зачесал растрепанные волосы назад.

— Блядь, понятия не имею, ищи сама. А завтра прямо с утра выметайся отсюда. Не собираюсь входить в твое положение, если меня еще и в извращенцы записывают.

— …

Она вздохнула. Не сдержала минутный порыв гнева, и вот — снова здорово. Нельзя. Я только сегодня нашла Священное древо. Если буду регулярно молиться, то перестану видеть призраков. От обиды к горлу подступил комок, но она стиснула зубы, сдерживая слезы. Она ни за что не хотела плакать перед этим мужчиной, Со Хви До. Ён А крепко обхватила себя руками, пытаясь унять пробирающий до костей холод.

— …Вы правда слишком жестоки. Вы хоть знаете, зачем я сегодня поднималась на эту гору?

— И зачем же?

Он переспросил так быстро, что Ён А пришлось на ходу подбирать слова. Конечно, перед Священным древом она ни о чем для Со Хви До не просила… но если её сейчас выгонят, всё пропало. Пока она кусала губы, обдумывая ответ, мужчина тихо усмехнулся. Улыбка на его губах была странной, словно он прекрасно знал, что она собирается ляпнуть. И в его взгляде, устремленном на неё, не было ни капли сочувствия. Но, посмотрев на лекарства на подносе в его руках, она подумала, что если надавить на жалость, то может и сработать. Однако.

— Лучше сразу забудь эти бредни о том, что ты ходила туда, чтобы изгнать прицепившихся ко мне мелких бесов.

Как и ожидалось, этого мужчину было не так-то просто провести — он читал её как открытую книгу.

✨ P.S. Переходи на наш сайт! У нас уже готово 40 глав к прочтению!  ➡️ Fableweaver

Глава 12

Чем вообще заняты Небесные боги? Уж если решили наказать, то сделали бы это правдоподобнее — превратили бы в полноценного человека, чтобы влачил жалкое существование. Зачем было оставлять слух, способный улавливать звуки издалека, приказав при этом всю жизнь искупать вину перед людьми? Слушать болтовню и мысли людей, которые он предпочел бы не слышать, и при этом жить ради искупления? Да уж, отличный план. Это что, значит просто смотреть на злодеяния и ложь хитрых людишек и каяться? Такой вот тест: смотреть, какую бы блядскую дичь ни творили люди, и ничего не предпринимать. Именно поэтому до сих пор он не вмешивался в людские дела. Двуличные речи пропускал мимо ушей, а на поклонение всяким мелким бесам закрывал глаза, считая, что так и надо. Лишь бы сжечь клеймо на спине — ради этого он был готов закрыть глаза на всё, что происходит с этими жалкими людишками. Но внезапно появившаяся малявка всё время сбивала его с намеченной цели. То ли из-за бледного, бескровного лица, то ли из-за светлых глаз, которые, казалось, вот-вот наполнятся слезами. Какой же дурой надо быть, чтобы довести себя до такого состояния и кубарем скатиться с горы. И всё же его собственное тело, действовавшее вопреки разуму, поражало его самого. Почему?

«Бабушка, бабушка… помоги мне…»

Как только этот слабый голос коснулся его барабанных перепонок, тело двинулось само по себе. Словно раздумья были непозволительной роскошью. Раз уж он спас ей жизнь в детстве, то теперь у него какое-то чувство долга довести дело до конца? Нет, скорее дело в тех мелких бесах, которые крутились у ванной, прикидывая, как бы сожрать Пэк Ён А. Блядь, трясут ли эти похотливые ублюдки своими членами или бросаются на кого-то — его это вообще не касалось. То, что он использовал остатки сил, чтобы разорвать одного из них, было чем-то из ряда вон. Из-за этого клеймо на спине всю ночь жгло так, словно кожу разрывало на куски. И всё из-за этой малявки. Говорит, нужно продолжить молитвы Чин Сун Джа? Дереву Ким Юля? Зачем? Хочет заключить контракт с Ким Юлем, как это сделала Чин Сун Джа? Знала бы она, какая цена стоит за их контрактом, в жизни бы на такое не решилась.

— Это…

Она избегала его взгляда, подыскивая слова. По её лицу и так всё было понятно, но она слишком долго думала.

— На самом деле…

Он нарочно сделал вид, что не знает, что Пэк Ён А ищет дерево токкэби. Когда помешанная на шаманизме местная жительница повела Пэк Ён А к дереву, одержимому мелким бесом, он тоже сделал вид, что ничего не слышит. Это было своего рода отчаянной попыткой обрубить связь, потому что, начав обращать на эту женщину внимание, он уже не мог остановиться. Точно, именно так он и думал. Но увидев её жалкий вид, перепачканную в грязи и мокнущую под дождем, он сначала взял её на руки. А принеся домой, собирался снять с неё мокрую одежду, как делал это 20 лет назад с маленькой девочкой. Но было кое-что, о чем он не подумал — отличие от того времени. Сладковатый аромат, который не могла перебить даже грязь, и белая грудь, тяжело вздымавшаяся под бельем. И то, как она, дрожа, прижалась к нему. Ситуация, когда он звал её малявкой, накладывая образ из прошлого на настоящее, вмиг испарилась — это был слишком возбуждающий момент. В итоге, осознав, что у него встало без спроса, он положил Пэк Ён А на пол и вышел из дома. Он пошел к старушке, жившей ниже по склону, с которой до этого почти не общался, и попросил её позаботиться о Пэк Ён А. Это был исторический момент: впервые в жизни он о чем-то попросил человека. В ту же секунду он напрочь выкинул из головы идею использовать Пэк Ён А, чтобы отвадить сталкершу. Уж лучше сталкерша, чем стояк на женщину, которую он называет малявкой. Поэтому правильным решением было отказаться от её детских игр в изгнание девственницы-призрака и просто выгнать. Ким Юль всё равно скоро вернется. Пока Хви До пристально смотрел на неё, Ён А сглотнула, и её взгляд стал более решительным. Наконец-то придумала, что сказать? Пухлые красные губы зашевелились:

— С-странное дело… с тех пор, как я приехала сюда, мои духовные силы как будто ослабли. Связь с духами словно обрывается… Я ходила помолиться Духу, которому служит деревня. Это… как-то помешает?

Ну да, еще бы. Оставим в стороне трех обезумевших от похоти духов, но какие еще отмороженные бесы посмеют сунуться на территорию 500-летнего токкэби? Пусть его силы и запечатаны уже триста лет, но аура-то никуда не делась. Разве что они совсем жить не хотят, рискнут ли они появиться перед ней? Хви До посмотрел на маленькие ручки, которые теребили край ватного одеяла, словно оно было неподъемным, и усмехнулся:

— Решила бросить полицию и заделаться шаманкой?

Светло-карие глаза Ён А, резко вскинувшей голову, угрожающе сверкнули. Судя по лицу, ей это очень не понравилось, но ему-то что. Такая реакция Хви До нравилась куда больше, чем когда она без сил приковывала к себе его взгляд.

— Может, и так. Думаю вот осесть здесь и стать шаманкой.

— А чего ждать? Проведем обряд прямо сейчас?

Глаза Ён А, полные гнева, едва заметно дрогнули. Казалось, она вот-вот расплачется. Почему? В этот момент его охватило мимолетное чувство восторга. Восторг? Смешно.

— Извините, но, как я уже сказала, мне сегодня нездоровится. Как только приду в норму, сразу же всё изгоню. Хорошо?

Хви До коротко выдохнул и поставил поднос на туалетный столик. Затем он вырвал из её рук ватное одеяло, которое она продолжала комкать, бросил его на теплую часть пола и процедил:

— Ладно. Кут (шаманский обряд) я организую сам, так что не переживай. Скажи, если что-то нужно, всё достану.

— К-кут?

— Да, кут. Разве в таких случаях не проводят кут? Даже я это знаю. Неужели ты, будущая шаманка, этого не знаешь?

По её лицу было видно, что она в панике, но то, как она стиснула зубы, не желая отступать, забавляло его. Он не собирался заходить так далеко, но в нем проснулось жгучее желание увидеть, как эта отчаянная, но упрямая женщина окажется в безвыходном положении. Повезло ей. Будь Пэк Ён А обычным человеком, с которым у него не было точек пересечения, она бы и пары слов от него не добилась. Видят ли Небеса? Мою безграничную снисходительность к людям. Хви До усмехнулся и положил руку на плечо напрягшейся Ён А. Похлопав хлоп-хлоп по её неподвижному, хрупкому плечу пару раз, он неторопливо вышел.

***

Со Хви До не шутил. Поняв, что её состояние более-менее улучшилось, он начал подготовку к шаманскому обряду. В один из дней к ним заявились мужчины, представившиеся музыкантами для кута. Приняв её за новичка, ничего не смыслящего в обрядах, они заявили, что являются местными экспертами по кутам и велели обращаться к ним по любым вопросам. Но они повидали немало шаманов и быстро раскусили, что она — не настоящая. Когда они устроили ей проверку, попросив прочесть заклинания, у неё потемнело в глазах. Музыканты, возмутившись тем, что она смеет насмехаться над духами, выскочили из дома, но Со Хви До пошел еще дальше. Он подбодрил её, сказав, что она справится и без музыкантов, и потребовал немедленно начать обряд. Она говорила, что для изгнания не обязательно устраивать такой масштабный кут, но видя, как Со Хви До закупает еду для ритуального стола, ей ничего не оставалось, кроме как несколько дней и ночей смотреть обучающие видео и готовиться. Надо было просто согласиться притворяться его любовницей, как он и предлагал. Была бы любовницей только на словах, на деле бы ничего не произошло. Упрямство вышло ей боком. …Но делать нечего. Ён А украсила пустующую маленькую комнату под святилище. Она сделала всё максимально похоже, ориентируясь на картинки и видео из интернета. В центре комнаты она уложила Со Хви До и начала по очереди трясти подготовленными шаманскими атрибутами.

Дун, ду-дун. Бум, бу-бум. Дзан-дзан-дзан!

Так как музыкантов не было, она положила в углу кквэнгвари (малый гонг) и чин (большой гонг), а рядом поставила колонку. Впереди стоял наспех собранный ритуальный алтарь, а мерцающий свет свечей, расставленных по углам, придавал комнате зловещую атмосферу. А когда она смотрела на яркий шаманский костюм (где только он его достал?), ей и впрямь казалось, что она стала шаманкой. Любой незнакомец принял бы это за настоящий кут. Ён А, в точности как на видео, медленно взмахнула руками и дернула головой. Она пританцовывала, потрясывая кинжалами в обеих руках. В видео по экзорцизму шаманка укладывала клиента, разминала ему тело и успокаивала духа. Раз уж она сказала, что к нему прицепилась девственница-призрак, может, просто сделать вид, что успокаиваешь её, и на этом закончить? Ён А, плавно покачиваясь и издавая ритуальные звуки, медленно подошла к Со Хви До и склонилась над ним.

Глава 13

Со Хви До лежал с закрытыми глазами и никак не реагировал. То ли спал крепким сном, то ли погрузился в медитацию. Если бы в мире существовал спящий принц, он выглядел бы именно так. Его гладкое лицо без единого изъяна было настолько красивым, что, будь здесь настоящая девственница-призрак, она бы точно прилипла к нему и не отпускала. Ну да ладно. Ён А покрутила шеей и размяла плечи. Как видела в видео, она свирепо вытаращила глаза. А затем:

— Сестрица, какая обида привела тебя сюда?

Она изменила тон голоса. Как будто в неё и впрямь вселилось божество. Хотя сейчас в комнате были только она и Со Хви До.

— Тебе было холодно, страшно… Обидно, да?

Ён А положила шаманские атрибуты на пол, подсела к нему и взяла в свои руки его большую, твердую ладонь, мягко поглаживая её, словно успокаивая.

— Тебе было одиноко, так одиноко одной.

Ён А вспомнила призрака в черном траурном платье, который являлся ей во снах и называл «Госпожой». Представляя, что этот дух сейчас здесь, она придала своим словам реалистичности.

— Я понимаю твою боль, я всё выслушаю. Если чего-то хочешь, рассказывай.

От её мягкого, увещевающего тона уголки губ Со Хви До поползли вверх. Ён А на мгновение закрыла глаза и начала бормотать сутры, которые заучивала последние несколько дней.

— Как же тебе было одиноко всё это время. Настолько одиноко, что ты пришла к этому мужчине, да? Но тебе пора уходить.

Она подняла руки к потолку, бормоча что-то, словно вбирая энергию, затем остановилась и хлоп — положила руку на голову Со Хви До.

— Предки ждут тебя, сестрица. Они ждут.

Хоть здесь никого и не было, но, думая о ком-то, кто ушел в иной мир в полном одиночестве, она почувствовала, как к горлу подступает комок, а в груди становится горячо.

— Теперь ты не одна, так что давай закончим с этим.

Ён А продолжала мягко гладить его по голове. Она почувствовала, как мужчина вздрогнул, но не обратила внимания и продолжила:

— Я помогу тебе, сестрица. Чтобы ты могла спокойно отдохнуть. Я помогу.

Вжих. Она провела рукой по его мягким волосам и коснулась гладкой щеки. Затем спустилась к широким плечам и прошлась по бокам.

— Что ты сейчас твори…

В этот момент фоновая шаманская музыка резко оборвалась. Казалось, всё пространство в комнате вдруг потяжелело. Ён А, которая до этого без колебаний гладила его, внезапно подумала, что так делать не стоит, и хотела убрать руку, но останавливаться было нельзя. В видео, которое она смотрела, шаманка гладила клиента по бокам, спускалась к ногам и проводила руками до самых ступней, чтобы окончательно отделить духа. Так что еще немного, совсем чуть-чуть. Ён А, игнорируя его рычание, провела руками по его животу, спустилась к широкому тазу и погладила бедра. И начала говорить первое, что пришло в голову:

— Кажется, этот мужчина тебе понравился, сестрица, но так нельзя. Иначе он умрет. Ты ведь не хочешь его смерти? Да?

Она несколько раз погладила его по бедрам, как вдруг её пальцы нащупали что-то твердое, чего она не замечала раньше.

— Ха, ты что сейчас трогаешь…

Ён А подумала, что у него в кармане что-то лежит, и как ни в чем не бывало продолжила свои действия.

— Я найду тебе хорошего человека. Я найду, так что живи спокойно. Найду. Найду… най…

В этот момент всё изменилось. Мягкое тепло, согревавшее её грудь, в одночасье исчезло. Что происходит? Ён А попыталась прийти в себя, но перед её опрокинутым взглядом раскинулось лишь ледяное, пугающее пространство.

Хви До резко открыл глаза. То, как она несла чушь про изгнание призрака и ощупывала его тело, было просто смешно. Но в её словах звучала искренность, и это странное противоречие заставило его распахнуть глаза.

— Ну и дела.

Видимо, решив больше не болтать, женщина опустила голову и, мелко дрожа, принялась ласкать его член. С закрытыми глазами она выглядела довольно серьезно, но, видя это, он не удержался от смешка — неужели она училась таким откровенным домогательствам? Все эти дни Хви До слышал каждый звук, доносившийся из флигеля. И когда пытался вздремнуть, и когда принимал душ, и когда готовил еду. Ему хотелось похвалить её за то, с каким усердием она осваивала шаманское ремесло экстерном. Но он никак не ожидал, что она будет вот так гладить и мять его тело, поэтому лишь сухо усмехнулся. Но самым нелепым было то, что его хер начал реагировать на одно лишь прикосновение к бедрам, а теперь, когда она откровенно мяла его, член встал колом.

— Фу-х… Малышка, где это тебя учили изгонять духов, наяривая чужой хер?

Хви До без колебаний перехватил запястье Ён А, которая крепко сжимала его напряженный член. Вот он, шанс. Прямо сейчас он может вышвырнуть Пэк Ён А. Придраться к тому, что мент, призванный защищать граждан, без спроса лапает чужой член, и выгнать её отсюда. Но в этот момент женщина резко открыла глаза, и её взгляд был наполовину безумным.

— Блядь.

Ругательство вырвалось само собой. Он закрыл глаза чисто из вежливости, чтобы не смущать её, пока она должна была пританцовывать и подпевать в такт шаманской музыке. Но за это время какой-то мелкий бес умудрился завладеть её телом.

— М-мое… д-дай… член.

— Да она совсем рассудок потеряла.

Судя по всему, похотливый дух принял этот фальшивый кут за настоящий и вселился в неё, но, судя по её виду, обида у него была неглубокой, так что он сможет справиться с этим своими силами. Тратить свои силы, которые он и так потерял из-за людей, снова ради человека? Это уже не благородство, а тупость. Даже в этот момент она продолжала мять его член, и Хви До легонько постучал её по лбу.

— Вижу, ты меня совсем не боишься. Как ты посмела, потеряв всякий страх, явиться перед токкэби?

— М-мой… мое… мой член…

— Тебе он не светит, так что закатай губу.

Сконцентрировав силу на кончиках пальцев, Хви До ударил женщину в грудь. С коротким вскриком Ах! тело Ён А завалилось набок. Хви До поддержал её тело, а затем схватил за горло духа, который как раз начал выходить из неё, и сдавил его. Похотливый бес с разорванными глазами и ртом извивался, моля о пощаде, но Хви До прошептал ему низким голосом, словно открывая секрет:

— Мои силы сейчас неполны, поэтому я не могу уничтожить тебя за один удар… но когда встретишься с владыкой преисподней, постарайся хорошенько расплатиться за свои грехи.

Сжав голову духа, который вопил, пытаясь вырваться, Хви До применил силу и разорвал его пополам.

Ки-я-я-я-ак!

На месте духа, который начал исчезать с истошным воплем, заклубился темный дым.

— Фу-х…

Хви До достал из кармана сигарету, поджег её от мерцающей свечи и глубоко затянулся. Не успел он восстановить крупицы магической энергии, как снова потратил её, и от этого у него слегка кружилась голова. Втягивая сизый дым глубоко в легкие, он пытался успокоить сердцебиение. Жгучая боль от клейма на спине распространялась до самого сердца. Она дура или как? Хотела изгнать призрака, прицепившегося ко мне, а в итоге сама впустила в себя похотливого беса. Что с ней делать? Если оставить всё как есть, она точно влипнет в неприятности. В мерцающем свете свечей виднелось её бледное лицо. Разожгла в человеке пожар, а сама лежит с таким умиротворенным видом — от этого внутри всё закипало.

— Разожгла пожар в моем члене и теперь, думаешь, уснешь?

Какая нелепость. Бессмысленно стоящий колом член уже не поддавался его контролю.

— Фу-х…

За всю вечность своей жизни реагировал ли он когда-нибудь на кого-то вот так? Давным-давно, прямо перед тем, как Небеса наказали его и запечатали его силы, была одна женщина, которая тихонько занимала место в уголке его сердца. Она была первой и последней. Но сейчас, оглядываясь назад, он даже не мог вспомнить, что это было за чувство. Сочувствие? Жалость? Или сострадание? Нет, осталось лишь смутное воспоминание о том, что ему нравилось разговаривать с тем ребенком. За 500 лет он ни на кого не возбуждался.

— Да кто она вообще такая, эта малявка.

Выругавшись сквозь зубы, Хви До яростно пожевал фильтр сигареты. Почему он возбуждается на Пэк Ён А, которая внезапно ворвалась в его жизнь? Он не понимал этого и не хотел понимать. Ему просто было тошно от самого себя. Затягиваясь сигаретным дымом, Хви До посмотрел вниз, на пульсирующую от прилившей крови плоть. А затем перевел взгляд на нежное лицо женщины, лежащей без сознания.

— Фу-х… Блядство.

Веская причина выгнать Пэк Ён А из этого дома только что обновилась.

***

— …сси!

Где-то совсем рядом послышался голос, отчаянно зовущий кого-то.

— Хи…

Кто это? Кажется, кто-то зовет её. Осознав, что голос ей знаком, Ён А с трудом подняла тяжелые веки.

— Госпожа Хи Рён!

Госпожа? (Асси) Если подумать, недавно призрак в траурном платье, топтавший её во сне, тоже так её называл. Граница между сном и реальностью размылась, и Ён А в изумлении распахнула глаза.

— А…?

Перед её глазами предстала девушка в поношенном чогори (корейская традиционная блуза). Её аккуратно заплетенные волосы выглядели так, словно она сошла с экрана исторической дорамы о временах Чосона.

Глава 14

Это сон? Оглядевшись, Ён А остолбенела. В небе не было ни одного высокого здания — только бесконечная синева, а прямо перед глазами цвели розовые бутоны. Цветы сливы? Разлетающиеся на ветру нежно-розовые лепестки были так прекрасны, что сердце забилось чаще. Вдруг Ён А обратила внимание на свою одежду. В отличие от ветхого, поношенного чогори женщины, которая только что её окликнула, на ней были шелковые одеяния. Если это действительно эпоха Чосон, то простолюдинка явно не могла носить такие одежды. Она хотела оглядеться, но тело не слушалось, словно окаменело. В этот момент стоявшая рядом женщина засуетилась и громко сказала:

— Госпожа Хи Рён! Говорят, благородный сонби только что вошел в ворота. Сегодня солнце особенно печет, не желаете ли укрыться в тени вон того дерева?

Помимо воли Ён А её губы расплылись в широкой улыбке. И ноги сами собой легкой походкой двинулись вперед. Хи Рён, видимо, в прекрасном настроении, крутнулась на месте, и подол её нарядной юбки вздулся, распустившись как цветок. Ён А, оказавшись в теле Хи Рён, шла и впитывала взглядом элегантные изгибы крыш, аккуратные решетки на окнах и старинную усадьбу, пропитанную духом времени. Всё выглядело в точности как в Чосоне, но почему-то это место казалось странно знакомым и привычным. Но почему мне снится такой сон? Ей хотелось осмотреться получше, но тело, не подчиняющееся её воле, уже шло вслед за женщиной, которая, судя по всему, была служанкой.

— Госпожа, смотрите под ноги. Пун недавно разбила здесь кувшин, вдруг остались острые осколки.

— Да, хорошо.

Когда Хи Рён, слегка ссутулившись, прошла мимо сливового дерева и подошла к небольшой беседке…

— Госпожа! Посмотрите туда! Вон идет благородный сонби, которого вы так ждали!

Взгляд Хи Рён последовал за рукой служанки. И на другом конце тропинки она увидела мужчину, который стоял и смотрел на сливовое дерево.

Вжу-ух. Легкий ветерок сорвал с ветвей сливовые лепестки. Сквозь цветочную метель показался мужчина в безупречном топо (традиционное мужское пальто). В черном кате (шляпе), с развевающимися полами серебристого топо, он выглядел как ожившая картина. Без тени сомнения или колебаний, твердым шагом он начал сокращать расстояние между ними.

Тук-тук, тук-тук!

С какого момента? Сердце колотилось так сильно, словно и не её вовсе. Казалось, оно сейчас выскочит из груди. Кто вообще этот мужчина, что вызывает такую реакцию? Снова подул ветер, взметнув полы его топо. И вот он, рассекая ветер, оказался прямо перед ней.

— Сливовые цветы поистине прекрасны.

Его низкий голос пощекотал слух, и казалось, что ветер стих. Нет, казалось, что замерло вообще всё вокруг. Потому что мужчина, стоявший перед ней в этой явно чосоновской эпохе, выглядел слишком знакомо. Мужчина с темно-каштановыми волосами, собранными в пучок, в жестком мангёне (повязке на голову) и угольно-черном кате. Мужчина, от которого веяло необычайной аурой сквозь развевающиеся полы одежды. И особенно когда она увидела серые глаза, излучающие загадочный свет на солнце, она поняла наверняка. Со Хви До. Мужчина перед ней определенно был Со Хви До. Вау… он теперь и в сны мои пробирается? Она вздохнула от абсурдности ситуации, но помимо её воли складка между бровями разгладилась. Глаза превратились в полумесяцы, а губы расплылись в сияющей улыбке. Похоже, девушка по имени Хи Рён в этом сне была влюблена в Со Хви До. Почему именно он? Но с другой стороны, сколько женщин не влюбилось бы в него с первого взгляда? Больше всего смущало то, что, находясь в теле Хи Рён, она отчетливо чувствовала все её физиологические реакции. Едва увидев его, она почувствовала щекочущее ощущение внизу живота, которое становилось всё сильнее, пока не появилось чувство влаги на белье. Пока Ён А была в шоке от этих незнакомых ощущений, Хи Рён, улыбаясь глазами, послала ему кокетливое приветствие:

— Ваш внезапный визит — всегда приятный сюрприз. Как ваше здоровье, молодой господин?

Её скромный, но красивый голос полностью скрывал желание, охватившее её тело. Что за чертовщина… Ён А оставила попытки мыслить рационально и решила просто наблюдать. Ей стало интересно, что скажет барышня, сгорающая от страсти к сонби. Появилось даже легкое предвкушение: какое еще очарование продемонстрирует в этом сне тот самый Со Хви До, который в реальности был холоднее льда. Но прежде чем она успела додумать, Со Хви До прошел мимо, так ничего и не ответив. Он оставил после себя лишь свежий шлейф аромата и исчез как ветер. Ну конечно. Из-за его мягкой улыбки, не свойственной ему в реальности, она на мгновение обманулась. Забыла про его скверный характер. Хи Рён смотрела на то место, где он только что стоял, и заскрежетала зубами. Видимо, причиной тому стала женщина, попавшая в её поле зрения.

— Пун, подойди-ка сюда.

Ён А была хозяйкой этого сна, но лишь в роли зрителя. Губы, не подчиняющиеся ей, сами окликнули женщину. На зов Хи Рён прибежала Пун и склонила голову.

— Да, госпожа.

Девушка перед ней казалась служанкой, прислуживающей ей во сне, но для простой прислуги её лицо было слишком красивым. Она только начала работать? Или это от природы? На её бледном лице не было ни единого изъяна, утонченный овал лица и длинные ресницы выглядели так, словно их прорисовывали кистью. Особенно глубокие, как черные дыры, глаза и розовые губы — одень её в приличное платье, и все бы поверили, что она из знатной семьи. Но почему? Любовь Хи Рён, которая еще минуту назад пылала при виде Со Хви До, резко остыла, сменившись ледяным холодом.

— Пун, не стой здесь без дела, иди в комнаты для прислуги. Говорят, там скопилось полно пыли за зиму… У тебя руки ловче, чем у других, так что лучше тебе самой всё проверить.

— …Простите? Вы про комнаты для прислуги?

— Что, не хочешь?

— Нет, госпожа. Я сейчас же пойду и всё уберу.

Похоже, Хи Рён в этом сне ревновала к женщине по имени Пун. Иначе зачем благородной девице изводить прислугу? Это что, чосоновская версия Золушки? Девушка по имени Пун развернулась и побежала в сторону людских. Как только она скрылась за углом, служанка Хи Рён цокнула языком и добавила:

— Вы всё правильно сделали, госпожа! Эта Пун знает толк в соблазнении мужчин, так что наверняка попытается первой охмурить доброго молодого господина! Так что отсылайте её подальше!

Да, с таким лицом Пун могла бы легко соблазнить любого мужчину. Но какой бы красивой она ни была, наказывать её за то, чего она еще не сделала? Женская ревность страшна, — подумала Ён А и тихо вздохнула, как вдруг…

— Пэк Ён А.

Голос, зовущий её по имени, разорвал тихое небо, и спокойный пейзаж рухнул в одночасье.

— …

Ён А открыла глаза и тупо уставилась в потолок.

— Ха… ну и бред.

Самый настоящий бредовый сон. Сон, в котором она была знатной барышней в Чосоне, безответно влюбленной во внезапно появившегося Со Хви До, и из зависти издевалась над своей красивой служанкой. Но почему Чосон? Это просто совпадение? Внезапно она вспомнила призрака в траурном платье, который называл её «Госпожой» и обещал защищать. По коже пробежали мурашки. Ён А с головой укрылась одеялом и яростно замотала головой. Чтобы прогнать образ Со Хви До, приближающегося к ней с развевающимися полами топо под снегопадом из сливовых лепестков. Это всё из-за дурацкого сна. Сердце, начавшее бешено колотиться при одном лишь взгляде на Со Хви До, и влага внизу живота прорвали границу сна и перешли в реальность. Тук-тук, тук-тук. Это неровное биение сердца делало её похожей на влюбленную женщину.

— Я точно с ума сошла.

Бам-бам-бам!

Громкий стук вернул её к реальности. Только сейчас она поняла, что за дверью кто-то есть.

— Видимо, у тебя там время саморефлексии, но заканчивай с этим и выходи. Есть разговор.

Ну конечно. Мягкий голос из сна был всего лишь сном. Раздраженный, словно сдерживающий гнев голос рычал из-за двери. Ей хотелось сказать, что говорить не о чем, и прогнать его, но тут Ён А вспомнила об обряде и потеряла дар речи. Кстати говоря, у неё всё тело болело. Что вообще произошло?

— Ха…

Издав тихий вздох, Ён А ничего не оставалось, кроме как подойти к бумажной двери.

✨ P.S. Переходи на наш сайт! У нас уже готово 50 глав к прочтению!  ➡️ Fableweaver

Глава 15

Ён А на мгновение потеряла дар речи. Со Хви До только что произнес слова, которых она совершенно не ожидала.

— Что вы сейчас…

— Сказать прямым текстом? У тебя ни хера нет способностей к экзорцизму, так что освобождай помещение.

— Нет… подождите!

Да, это её вина, что она не смогла нормально завершить кут. Но она несколько дней и ночей вкалывала, чтобы провести обряд, который ей вообще не по силам. И к тому же, как можно быть таким жестоким? Они же вроде как сблизились, почему вдруг так резко? Нахмурившись, Ён А вышла из комнаты и, спустившись по каменным ступеням, сказала:

— Если бы вы знали, на что я пошла, чтобы отодрать от вас этого духа, вы бы так не говорили! Конечно, то, что я потеряла сознание — моя вина, но в итоге дух же полностью исчез, верно? И теперь вы хотите выгнать меня, когда я только-только пришла в себя? Вы вообще человек?

— А человек ли я?

Что он несет вообще. Раздраженная его попытками играть словами, Ён А повысила голос:

— Я же ясно сказала: я буду жить здесь в обмен на то, что прогоню духа. Вы сами тогда согласились, а теперь идете на попятную…!

Когда её голос, постепенно набирая громкость, достиг апогея, со двора послышался знакомый женский голос:

— Хви До? Вы дома?

В этот момент раздался тихий вздох. Ён А заметила, как между бровями мужчины пролегла едва заметная складка. Но, никак не отреагировав на голос, он шагнул к ней вплотную и ледяным тоном произнес:

— Проваливай. Не испытывай мое терпение.

Внезапно внутри всё закипело. Кто тут на кого должен злиться, а он еще и перекладывает вину? Ён А с трудом подавила бушующий гнев и тихо ответила:

— Вы в курсе, что брать свои слова назад — это жалко выглядит? Я никуда не уйду, так и знайте. Просто абсурд.

— Ха?

— Хви До? Я тут тушеные ребрышки (кальбиччим) принесла, вы здесь?

Ён А видела, как Со Хви До стиснул зубы. То, как заходили желваки на его скулах, источало такую угрозу, что казалось, он вот-вот задушит её. Ну еще бы, женщина, которую он терпеть не может, стоит у ворот, а Ён А преграждает ему путь. Ён А пристально смотрела в его светло-серые глаза, а затем, когда ворота со скрипом скри-и-ип приоткрылись, внезапно нырнула в объятия Со Хви До. Она почувствовала, как он вздрогнул от её неожиданного поступка, но ей было всё равно. Факт остается фактом: с тех пор как она приехала в эту деревню, она стала крепко спать и к ней вернулся аппетит. К тому же, теперь, когда она нашла Священное древо и начала молиться, появилась надежда, что она наконец-то заживет по-человечески. Поэтому — план «Б». То, что Со Хви До сам ей изначально предлагал. Вспомнив его слова о том, что он хочет использовать её как фальшивую любовницу, чтобы отвязаться от сталкерши, Ён А потерлась лицом о его широкую грудь и посмотрела на него снизу вверх.

— Сильно испугались? Простите, что внезапно упала в обморок. И спасибо, что позаботились обо мне. Вы не представляете, какое это счастье — приехать сюда. Я так счастлива, что встретила вас, Хви До.

Она никогда ни с кем не встречалась, поэтому не знала, что говорят в таких случаях, но специально повысила голос, чтобы женщина у ворот всё услышала.

— Так что давайте жить вместе. Да?

Глядя на мужчину, который смотрел на неё сверху вниз с полным недоумением, Ён А мимолетно улыбнулась. Как бы там ни было, он дважды позаботился о ней, когда она теряла сознание.

— …Хви До?

Нормальная женщина в такой ситуации тихо бы ушла, но эта особа явно была с приветом. Даже видя, как двое обнимаются, в её голосе не было и тени удивления. Ён А, глядя на Со Хви До, который протянул руки, чтобы оттолкнуть её, послала ему умоляющий взгляд. И передала немое сообщение: «Я сыграю роль твоей любовницы. Я сделаю что угодно, только позволь мне остаться в этом доме». Понял ли он её намек? С нечитаемым выражением лица мужчина грубо зачесал волосы назад. И в тот же миг. Ён А отчетливо почувствовала, как что-то твердое ткнулось ей прямо в живот.

— …

Ён А, не желая верить своим ощущениям, отчаянно зашептала мужчине, который тихо вздыхал:

— Я сделаю это. Я сыграю роль вашей любовницы, как вы и хотели. Подыграйте мне.

— Ха… блядь.

Где-то словно лопнула натянутая до предела струна. Или это был звук скрежещущих зубов? Ён А, проверяя, всё ли с ним в порядке, невинно посмотрела ему в глаза. И тут это случилось. Большие руки, которые еще секунду назад отталкивали её за плечи, вдруг скользнули вверх и полностью накрыли её уши. Ладони были такими огромными, что, казалось, обхватили не только уши, но и весь затылок. Неужели он решил свернуть мне шею… Почувствовав угрозу, она ослабила руки, обнимавшие его. И, вспоминая сотни приемов самообороны, начала искать возможность вырваться.

— Ладно. Посмотрим, надолго ли тебя хватит.

Она не успела даже испугаться его тихого бормотания. В следующее мгновение их губы слились, и её мыслительный процесс полностью отключился. Из-за ворот доносился голос женщины, которая что-то кричала, но Ён А была в таком шоке, что не понимала ни слова; её тело мелко дрожало. Казалось, сердце вот-вот остановится. Этого не было в её плане, но… его мягкие, податливые губы оказались не так уж плохи. Было ощущение нелепого уюта и разливающегося тепла. Некоторое время это был лишь легкий поцелуй. Ён А, словно заколдованная, терлась о его губы и приподнялась на цыпочки. Обхватив его за шею, она повисла на нем, словно прося большего. И тогда раздался глухой звук плюх чего-то упавшего на землю, а затем частые удаляющиеся шаги топ-топ-топ. Решив, что этого достаточно, Ён А ослабила хватку на его шее. Она ждала, что он тоже её отпустит, но в этот момент скользкий язык ворвался сквозь её губы и нежно прошелся по зубам. От этого незнакомого ощущения Ён А подпрыгнула как ошпаренная и изо всех сил оттолкнула его. Со Хви До, легко поддавшись, посмотрел на неё сверху вниз и облизнул губы. Он выглядел как человек, у которого отобрали вкусную еду в самом начале трапезы.

— Ч-что вы творите?

— Ты же сама предложила. Поиграть в любовников.

— Нет, это было только для той женщины…!

— А что дальше? Может, займемся сексом, раз Пэк Ён А так хочет?

— Ч-что вы сказали?

— Не хочешь — выбирай. Либо остаешься и продолжаешь эти игры в любовников, либо приносишь 2 миллиарда. Если и то, и другое не устраивает — вон там дверь. Всё просто, не так ли?

— …

Говорят, первое впечатление не обманывает. Старые пословицы не врут. Со Хви До перед ней был самым настоящим психом.

***

В итоге Ён А выселили из главного дома во флигель (саранчхэ). По сравнению с главной спальней комната была крошечной, но она была благодарна и за то, что её вообще не выгнали. И именно с того дня всё началось. Деревенские старики, встречая её, начали шептаться за спиной. Очевидно, что эта женщина, социальный работник, распустила какие-то странные слухи, но что именно она наплела? Стоило ей подойти ближе, как старики спешили улизнуть, но после того как она сдружилась с бабушкой из дома ниже по склону, ситуация прояснилась.

«Я и говорю, как бы там ни было, целоваться надо по-тихому, в комнате. А тут распустили слух, что вы прямо перед гостьей лизались и миловались, вот люди и болтают.»

Оказалось, что среди весьма консервативных жителей деревни прошел слух, что она — бесстыжая развратница. Просто абсурд. Ён А переложила в контейнеры остывший суп из водорослей (миёккук), салат из ростков сои (кхоннамуль мучхим) и жареную картошку соломкой, и убрала их в холодильник. Туда же отправилось кимчи из молодой редьки (алтхари), которым угостила соседка. Всё это началось с переезда во флигель. Она умоляла разрешить ей остаться, пообещав готовить и убирать, и в итоге стала кем-то вроде домработницы. Хотелось бы сказать, что она с радостью исполнит роль его любовницы, но, вспомнив то давящее ощущение внизу живота, она затрясла головой. Издавна говорят, что мужчины могут физически реагировать на женщину даже без любви. Когда она поняла, что у мужчин тело и разум могут работать отдельно, она подумала, что они просто животные. Поэтому, играя роль любовницы, она могла бы снова почувствовать это давление внизу живота. Ей совершенно этого не хотелось, поэтому она слезно умоляла разрешить ей заниматься готовкой, уборкой — чем угодно. Так как она всю жизнь вела хозяйство вместо своей слабой здоровьем мамы, для неё это не составляло труда. Проблема была лишь в привередливом мужчине, который мог жаловаться, что еда то пересолена, то недосолена.

— И куда он опять ушел?

В первый день он строго-настрого заявил, что ему обязательно нужно завтракать. Они поели вместе, но с тех пор он относился к ней как к призраку. Неужели еда была настолько невкусной? Она несколько раз винила себя, но ведь в уговоре не было пункта, что она обязана готовить точно в соответствии с его вкусами. Значит, ей просто нужно хорошо делать свою работу. Необязательно подстраиваться под вкусы Со Хви До.

— Фу-х…

Ён А вытерла пот со лба и выпрямилась. Плотно позавтракав, она собиралась снова отправиться к Священному древу для молитвы.

Глава 16

Закончив недолгую молитву, Ён А развернулась. Оно и понятно — стоило ей только оказаться перед Священным древом, как возникало чувство, будто из неё высасывают все силы. К тому же, казалось, она невольно привыкает к той жуткой ауре, которую почувствовала при первом визите, поэтому она постаралась помолиться как можно короче и начала спуск. Она думала, что пока не видит особого эффекта, но в то же время нельзя сказать, что его совсем не было. В тот день, когда она впервые пришла к этому дереву, призрак в траурном платье, являвшийся ей во сне, впервые заговорил с ней. Призраки, которые то появлялись, то исчезали, требуя её тело, похоже, боялись бабушкиного дома. Но если она продолжит молиться Священному древу, возможно, когда-нибудь и тот призрак в траурном платье тоже перестанет её тревожить? Говорят, не бывает призраков без своей истории. Если так и произойдет, она была готова выслушать её историю до конца и искренне помолиться за упокой её души. Ён А посмотрела на пятицветные ленты, развевающиеся на ветру. То, как густо они были повязаны, словно охраняя дерево, выглядело довольно впечатляюще. Ей захотелось привязать к этим безумно трепещущим лентам и свои болезненные воспоминания, чтобы ветер унес их прочь.

— Эх… тяжело…

Это были чувства, которые она никому не показывала. В год, когда она пошла в среднюю школу, отец схватился за грудь и упал — началась долгая борьба с болезнью. А когда ей исполнилось двадцать, он умер. Затем начала медленно угасать мама. Оглядываясь назад, она даже не могла вспомнить, когда в последний раз искренне смеялась, не обремененная заботами. Она была просто благодарна за то, что мама была рядом, и старалась не терять улыбку ради неё. Но почему в тот день всё вышло именно так? Это был её день рождения. Мама, как всегда, причитала, виня во всем себя, и Ён А в конце концов не выдержала и сорвалась:

«Пожалуйста… хватит! У каждого своя судьба! Почему это из-за тебя? Это ты сделала нас такими? Нет! Ведь нет! Так что хватит винить себя!»

Разве она могла тогда знать? Что тот день, когда она впервые накричала на маму перед уходом на работу, станет для мамы последним.

— Фу-х…

До сих пор она старалась ни на кого не опираться. Не выражала своих истинных чувств. Привыкла скрывать эмоции и никогда ни перед кем не показывала, как ей тяжело. Она точно была такой. Но здесь, особенно рядом с Со Хви До, она невольно выплескивала свои эмоции, и казалось, что он постоянно сбивает её с толку, отчего на душе было неспокойно. К тому же, вспоминая момент, когда её сердце дрогнуло при виде Со Хви До во сне, и тот настоящий поцелуй в реальности, она вообще не понимала, что именно к нему испытывает. Погрузившись в мысли, она долго шла и не заметила, как спустилась до середины горы. У вершины, где находилось Священное древо, солнце пекло так, что она даже вспотела, но здесь густая листва, закрывающая небо, шелестела на прохладном ветру. А прямо под ней бестелесная душа в белом траурном одеянии растерянно озиралась по сторонам. Хорошо, что она не смотрит в эту сторону, но что она так отчаянно ищет? Ён А, напрочь забыв, что перед ней призрак, чуть было не спросила: «Что ты ищешь?», но вовремя прикусила язык. Потому что призрак, осматривавший землю под деревьями, вдруг вздрогнул, словно увидев что-то, и попятился. Что он такое увидел, что так испугался? Этот дух не казался злым, так что же могло до такой степени напугать бестелесную сущность? Ён А уставилась на пустое место, где только что словно испарился призрак, и в этот момент неподалеку послышались шаги. Она инстинктивно спряталась. И вскоре увидела там Со Хви До. Она гадала, куда он ушел с самого утра, но что он тут делает? Ён А, стараясь не шуметь, пошла по пятам за Со Хви До, который свернул на совершенно другую тропу, не ведущую к вершине. Цикады стрекотали так громко, что можно было не бояться, что он услышит её шаги. Но зачем он идет туда, куда не ступает нога человека? Ён А шла шаг в шаг по его следам, отстав на приличное расстояние, и размышляла: Куда ведет эта узкая горная тропинка, по которой едва может пройти один человек? Почему тот призрак так испугался, увидев Со Хви До? Нет, скорее не просто испугался, а пришел в ужас… Вскоре перед её глазами открылась просторная поляна. А посреди неё возвышалось огромное дерево странного вида. Вау… Но удивляться было некогда. Резкий голос Со Хви До, стоявшего под деревом, разрезал воздух.

— Что ты собираешься делать, а? Живо тащи свою задницу сюда. Не выводи меня из себя.

Неужели он меня заметил? Может, просто сбежать? Она даже представить не могла, что он сделает с ней за то, что она тайно следила за ним, и нервно сглотнула.

— Блядь, из-за тебя я сейчас… фу-х…

На кого он… на кого он смотрит и говорит это?

— Учти, мое терпение заканчивается сегодня.

Было очень странно видеть, как он смотрит на дерево, точнее, смотрит вверх на крону и отчитывает его. Она начала осматриваться по сторонам. В отличие от заросшей тропинки, по которой не ходили люди, место вокруг огромной дзельквы было на удивление чистым. Словно кто-то регулярно приходил сюда и ухаживал за ним. Но важнее было другое: ствол огромной дзельквы, крона которой могла бы заслонить синее небо, был наполовину почерневшим, словно обугленным в огне. Это дерево, случайно не… В голове внезапно всплыло одно воспоминание.

«Но почему из всех деревьев молния ударила именно в то? Видимо, деревенские старики не зря говорили не подходить к нему близко!»

Дерево, в которое ударила молния. Дерево, которого избегают деревенские старики. И сейчас перед этим деревом стоит Со Хви До и бесится так, словно готов срубить его прямо на месте. Почему он так себя ведет? Что это за дерево такое? Она в замешательстве склонила голову, как вдруг… со стороны входа, через который она только что прошла, послышались шаги. Ён А тут же юркнула глубже в кусты. Кто еще идет? Тот человек, которого только что звал Со Хви До? Она затаила дыхание и стала наблюдать, но неожиданно появился дедушка — муж той самой бабушки с деменцией, которая таскала её за волосы. Судя по тому, как он еще от входа начал привычным жестом обрывать мелкие сорняки, он приходил сюда далеко не в первый раз. Что они скажут друг другу, когда встретятся? Ситуация становилась всё интереснее, и Ён А осторожно навострила уши.

Вз-з-з, вз-з-з.

В этот момент завибрировал телефон. Взглянув на экран, она увидела номер полицейского участка, где работала. Что случилось? Ён А, наблюдая за Со Хви До и дедушкой, которые как раз заметили друг друга, тихо ответила на звонок.

— Да, это Пэк Ён А.

Она зашептала так тихо, чтобы её не услышали по ту сторону поляны. Но, может, ей показалось? На мгновение ей почудилось, что она встретилась взглядом с Со Хви До, и по спине пробежал холодок. Бред. Как он мог заметить меня за этими густыми кустами. Ён А продолжила говорить, не сводя глаз с Со Хви До, который смотрел в её сторону.

— А? Нет, всё в порядке. Я постараюсь восстановиться как можно скорее и вернуться к работе. Спасибо, что беспокоитесь обо мне. Инспектор… нет, сонбэ (старший коллега).

Это был человек, который охотно взял её под свое крыло, когда она, растерянная, только пришла в участок. Тот, кто заботился о ней, когда на неё бросали косые взгляды только потому, что она женщина-полицейский. Он сообщил, что её заявление на отпуск сегодня одобрили, сказал, что это отлично, велел хорошенько отдохнуть и пообещал как-нибудь навестить. Вспомнив, как они сблизились и он разрешил называть его «сонбэ» в неформальной обстановке, она чуть было не назвала его по званию, но в последний момент исправилась. Но, может, ей снова показалось? Глаза Со Хви До, казалось, сузились и стали еще более колючими. Ён А попрощалась и повесила трубку. А затем перевела взгляд на дедушку, который как раз доставал из рюкзака бутылку алкоголя и контейнеры с едой. Если присмотреться, похоже, он собирался провести поминки. У этого дерева тоже есть своя история? Ён А вспомнила бабушку из дома ниже по склону, с которой недавно сдружилась, и решила расспросить её об этом дереве. Она медленно поднялась. Совершенно не замечая взгляда Со Хви До, который провожал её спину.

Всю дорогу вниз с горы она не могла перестать думать об этом, но так и не нашла объяснения. Может, это совпадение, но почему тот призрак сбежал, увидев Со Хви До? Более того, призраки обычно липли к ней, чем бы она ни занималась. Было удивительно, что дух не обращал на неё внимания, находясь так близко, но еще более странным было то, что он в панике скрылся, увидев поднимающегося в гору Со Хви До.

— Фу-х, ну и дела.

Они живут под одной крышей уже довольно долго, но всё, что она о нем знает — это его имя. Надо будет в ближайшее время попросить сонбэ пробить его по базе. С этой мыслью она подошла к воротам.

— А? Почему ворота открыты?

В деревне Сонхак проживало всего около десятка семей. К тому же место было довольно глухим, поэтому о ворах здесь никто не беспокоился. Но в жизни всякое бывает. Ён А, прокручивая в голове простые приемы задержания на случай, если внутри вор, решительно шагнула во двор.

Глава 17

— Ох… молодуха, ты дома?

Незваной гостьей оказалась та самая бабушка с деменцией, которая недавно таскала её за волосы.

— Испугалась? Ворота-то открыты были.

Вспомнив жуткую боль, когда казалось, что у неё вырвут клок волос, Ён А вздрогнула.

— А… здравствуйте, бабушка. Но какими судьбами… вы здесь?

Она постаралась быть максимально вежливой. Бабушка, с аккуратно собранными седыми волосами, заколотыми красивой шпилькой, медленно подошла, прижимая к груди белую бутылку.

— Ох… послушала я рассказы и поняла, что в тот день перегнула палку. Честно говоря, я ничего не помню. Рассудок-то у меня то ясный, то мутный. В общем, мой муженек сказал, что я обязательно должна перед тобой извиниться, а с пустыми руками как-то неловко, понимаешь? Вот, принесла небольшую взятку.

Всё логично. Даже если бы это была обычная старушка, Ён А решила бы, что на то были свои причины. Но зная, что она страдает деменцией, Ён А была к ней более снисходительна. Ён А покрутила в руках белую бутылку, которую ей уже успели всучить.

— Ну что вы. Не берите в голову, бабушка. А… что это?

— Это макколи. Мой муженек тут немного поставил, сейчас самое время его пить, вот я и принесла, чтобы извиниться и угостить. Ты же в городе живешь, небось ни разу домашнего макколи не пробовала? Попробуй. За уши не оттащишь.

— Вау. Домашнее макколи? Звучит очень вкусно. Спасибо, с удовольствием выпью… Бабушка, а можно вас кое о чем спросить?

Видимо, старушка сильно переживала, поэтому, увидев, как Ён А с радостью принимает бутылку, она заулыбалась как ребенок.

— Ась?

Чтобы не уронить бутылку, Ён А крепко прижала её к себе обеими руками. Она не особо любила алкоголь, но в такой день, когда голова шла кругом от мыслей, немного расслабиться не помешало бы.

— Да ничего особенного… просто я недавно видела вашего мужа на горе за домом. Он оставлял еду у одной дзельквы. Хотела узнать, это не то же самое Священное древо, что стоит выше? Мне просто интересно.

— Ты про то дерево, в которое молния ударила? Так это ж то самое дерево, которому наша Сун Джа, твоя бабушка, всё время молилась.

— Что? Дерево, которому молилась бабушка?

О чем она говорит? Мне же сказали, что бабушка молилась Священному древу, которое находится выше. Ён А, вспомнив женщину, которая отвела её к фальшивому дереву, продолжила:

— Дерево, которому молилась бабушка — это Священное древо на середине горы…

— А? Ты туда ходила? Ох, говорю же, как эта хитрая лиса сюда приперлась, так всю воду в деревне замутила! Заладила: «Кто в наше время токкэби как божество почитает?» Сама притащила то странное дерево и посадила его! Если б не наша Сун Джа, то дерево токкэби уже давно бы срубили…

У Ён А отнялись руки, и она чуть не выронила бутылку.

— То… токкэби? Нет… погодите, вы хотите сказать, что дерево, которому каждый день молилась моя бабушка… это дерево токкэби?

— Ну да, чем ты слушаешь. Этому дереву уже несколько сотен лет, есть легенда, что если усердно молиться и загадать желание, оно исполнится. Я-то сама так не старалась, поэтому не знаю, но Сун Джа ходила туда каждый божий день, так что, наверное, её желание исполнилось.

— Желание…

В голове всё помутилось. Дерево токкэби, исполняющее желания? С другой стороны, если она видит призраков, почему бы не существовать токкэби. Ладно, это можно понять, но почему Со Хви До тогда бесился перед этим деревом? Кричал, чтобы тот скорее возвращался, угрожал срубить дерево… Может, он заключил контракт с токкэби? Ён А еще долго и внимательно слушала болтовню старушки.

Нужно было ужинать, но кусок в горло не лез. К Со Хви До накопилась уйма вопросов, и то, что он сегодня задерживался, ужасно раздражало. Чему верить, а чему нет? Учитывая, что у бабушки деменция, принимать её слова за чистую монету было сложно. Токкэби. С одной стороны, было понятно, но с другой — совершенно не верилось, что существа из детских сказок существуют в реальности. Тем более, если верить легендам, токкэби очень любят людей и обожают проказничать. Ей было любопытно, почему жители деревни отвернулись от легендарного дерева токкэби, история которого тянулась издревле, и посадили другое дерево, чтобы поклоняться ему.

«Как-то раз шаманка, которую привезла семья Ким, сказала: в одной деревне не может быть двух Священных деревьев. Раскричалась, что в деревне случится беда. Ну, трое мужиков взяли топоры и пошли на гору. Но не успели они и разу ударить, как один ногу сломал, другой — запястье вывихнул. Разозлились они, решили сжечь дерево токкэби, деревня на ушах стояла, но Сун Джа его отстояла. Сказала: срубите дерево токкэби — я сожгу ваше Священное древо…»

С тех пор никто и близко не подходил к дереву токкэби. Но вскоре после смерти бабушки появился Со Хви До, который стал крутиться вокруг этого дерева и охранять его. И в тот день, когда она приехала в Сонхак, в дерево токкэби ударила молния. Но почему Со Хви До пытается его защитить? Я слышала, что когда ударила молния, он первым побежал туда и всё уладил.

«А человек ли я?»

Внезапно в памяти всплыла фраза, брошенная Со Хви До. Тогда она подумала, что он несет бред. Но если он действительно не человек, то, может… причина, по которой она перестала видеть призраков с момента приезда сюда, тоже кроется в этом? Тогда, может… это дерево самого Со Хви До?

— Да ну, бред…

Это бессмыслица. Если бы это было его дерево, он бы не кричал «возвращайся сейчас же» и не угрожал его срубить. Но вспоминая призрака, который в ужасе сбежал при виде Со Хви До, сомнения только крепли. Разве токкэби — это не те же духи? Могут ли духи бояться друг друга? Такие мысли лезли в голову, но абсурдные ситуации шли одна за другой, и она уже не понимала, где правда, а где ложь.

— Я уже вообще ничего не понимаю…

Пробормотав это, Ён А уселась на край веранды. И снова сделала глоток налитого макколи. Она впервые пробовала домашнее макколи и планировала сделать лишь глоток ради интереса, но оно оказалось неожиданно сладким, с ореховым привкусом, так что незаметно она выпила уже половину. Легкое опьянение начало туманить разум. И когда только вернется Со Хви До? Глядя на мутное макколи в круглой пиале, она увидела отражение полной луны. Казалось, если проглотить эту спокойную, покачивающуюся луну, шум в голове утихнет.

Глоток. Глоток.

— Разве макколи… может быть таким вкусным?

Прожевав кусочек яичного рулета, она снова пробормотала:

— Вау… да это же можно продавать!

Ён А долго смотрела на бутылку, в которой оставалась лишь треть, а затем моргнула, когда зрение начало расплываться.

***

Сначала было презрение, потом — интерес. А теперь — проблемы. Пока он ждал возвращения Ким Юля, от скуки решил немного поиграть. То, что родившийся в этом мире младенец становится взрослым, затем стариком и возвращается в небытие — закон природы. Это так же естественно, как дышать, и Пэк Ён А не была исключением. То, что 5-летняя малявка вернулась прекрасной женщиной, тоже не было чем-то особенным. Но эта совершенно ненормальная Пэк Ён А постоянно врала, таскала за собой мелких бесов и была донельзя бесстыдной. Ну и что. Какое мне дело. Пусть делает что хочет, ему нужно лишь выполнить свою задачу. Снять печать со спины, вернуть силы и покинуть мир людей. Это была его единственная цель. Но в какой-то момент Пэк Ён А начала мозолить ему глаза. Она была обычной женщиной, но почему его тело так реагировало — он не понимал. Можно было просто прогнать её, но на её предложение стать домработницей он лишь промолчал. Я что, совсем идиот? Не смог отказать, и вот расплата — поллюции. Начиная с того момента, когда эта женщина с чистым лицом мяла его хер, требуя отдать его ей, и до того мига, когда он не выдержал и засунул язык в её сладкие губы. Нет, всё началось именно тогда. С тех пор, стоило ему увидеть Пэк Ён А, как возникало ежеминутное желание уткнуться в неё и высосать всю без остатка. Когда она впервые приготовила ему еду, он еще мог держаться. Но стоило ему съесть ложку, как на него обрушивался шквал вопросов, а если он игнорировал их, её маленькие губки обиженно надувались. И почему это так притягивало взгляд? Понимая, что если он задержится еще немного, то точно всосется в эти губы, он вылетал из дома и возвращался только на закате.

— Ну надо же.

Но когда он увидел Пэк Ён А, развалившуюся на веранде, и облепивших её мелких духов, его глаза мгновенно налились кровью.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению!  ➡️ Fableweaver

Это опасная затея. Кто бы мог подумать, что настанет момент, когда он будет сокращать собственную жизнь ради того, чтобы прогнать какую-то жалкую нечисть. По своей природе он был существом, обреченным на бессмертие, но сейчас, когда его силы запечатаны, он мало чем отличался от ничтожного человека. Конечно, он обладал силой, превосходящей человеческую, но эта власть достигалась лишь путем сжигания собственной жизненной энергии. Бесконечная жизнь, подобная ленте Мёбиуса, сейчас была поставлена на паузу, и ситуация была настолько шаткой, что нить могла оборваться в любой момент. Триста лет назад, когда ему выжгли клеймо на спине, и до сих пор, живя как получеловек-полудемон, он ни разу не задумывался о жизни и смерти. Но если он продолжит так транжирить свои силы, то в итоге может встретить жалкую смерть как обычный человек. Но мог ли он просто закрыть глаза на бесов, бросающихся на Пэк Ён А? Похотливые духи, призраки растерзанных тиграми (чхангви), водяные — она таскала их за собой целыми гирляндами, на любой вкус. Просто потому, что родилась с духовной связью? Для такого оправдания их было слишком много. И это только те, кого видно. Кто знает, какие еще злые духи поджидают её в тени. Поэтому нужно было смотреть на перспективу. Каждый раз, когда он будет прогонять от неё призраков, его жизнь будет понемногу сокращаться. А тело, которое возбуждалось по несколько десятков раз на дню, и вовсе скоро изведется на нет.

— Блядь… надо её выгнать.

Почему он вообще ломает голову из-за какой-то Пэк Ён А? Это было абсурдно и смешно. Хви До посмотрел на мелких духов, облепивших спящую Ён А, и размял шею.

— Один, два. Три, четыре. Накинулись на одну бабу, где ваши манеры, уебки.

Услышав ледяной, скрежещущий голос, духи вздрогнули и резко обернулись.

— Ну, кто пойдет первым. Установите очередь, можете спички потянуть.

— К-я-я-я-ак!

Судя по вытаращенным глазам, они здорово испугались. В отличие от остальных, которые мгновенно растворились в воздухе, один чхангви в ужасе попятился. Хви До схватил его и усмехнулся:

— Вижу вас впервые. Даже если вы тут новенькие, не знать, кто держит эту территорию — это уже перебор.

В этой деревне всегда было больше призраков, чем в других местах. Начиная с мстительных духов, умерших несправедливой смертью, бесчисленные души заполонили всё вокруг. Но с тех пор, как он обосновался здесь, самые сообразительные из них затаились, стараясь не попадаться ему на глаза. Однако то, как они начали массово появляться с приездом Пэк Ён А, говорило лишь об одном: её «сосуд» выглядел для них чертовски аппетитным. Хви До слушал омерзительные вопли духа, умоляющего пощадить его хоть раз, как вдруг заметил, что женщина вот-вот свалится с веранды. Он бросился к ней и подхватил на лету. Тем временем чхангви, вырвавшийся из его хватки, исчез в мгновение ока, и в объятиях Хви До осталась лишь Пэк Ён А, источающая сладковатый аромат.

— Ха.

С губ сам собой сорвался пустой смешок. Судя по пустой бутылке, валяющейся на веранде, она напилась. То, как эта женщина каждый раз превосходила все его ожидания, лишало дара речи. Хви До пристально смотрел на женщину в своих объятиях. Лицо её было таким умиротворенным, словно она видела прекрасный сон, но почему ему так хотелось её разбудить? Хотелось растормошить её и увидеть растерянное лицо, шокированный взгляд. Увидеть, как она хмурится и злится — если это не извращение, то что тогда? От едва уловимого сладкого аромата и мягкой кожи под пальцами член, естественно, встал колом, да и бешено колотящееся сердце тоже внесло свою лепту.

— Теперь у него вообще расписания нет, блядь.

Разозлившись на Пэк Ён А, которая довела его до такого состояния, Хви До подумал бросить её прямо на веранде, но передумал. Быстрым шагом он направился во флигель, чтобы уложить её. И почему вид того, как она лежит на жестком полу без одеяла, так режет глаз? Выругавшись сквозь зубы, Хви До подошел к шкафу, достал матрас, расстелил его на полу и, подняв Ён А, осторожно опустил её на постель.

— О-орабони (братец)…

В этот момент тихий, полный тоски голос заставил сердце Хви До ухнуть вниз. Чего это она так убивается? У неё что, парень есть? Тот самый «сонбэ», с которым она говорила по телефону, когда подглядывала за ним на горе? Он ничего не понимал. Непонятные эмоции скакали как сумасшедшие. Что это за чувство, и почему он так злится? Непостижимо. Хви До посмотрел на волосы, закрывающие её бледное лицо, и протянул руку. Он собирался только убрать их и сразу же уйти. Откинув мягкие пряди, он открыл её красивое лицо. Стиснув зубы, Хви До почувствовал острую жажду, пересушившую горло, и попытался резко встать. Но в этот момент Ён А распахнула глаза.

— Ора… бони… это ведь ты, орабони?

Это еще что такое. Хви До уставился в её затуманенные глаза и тихо произнес:

— Какой я тебе орабони, малявка.

Голос, которым он сдерживал себя, прозвучал тяжело. Но Пэк Ён А было всё равно: она протянула руки, обхватила его за щеки и резко потянула на себя. Хви До, не сопротивляясь, подался вперед и замер на расстоянии поцелуя. Что она творит? Судя по тому, что она ни с того ни с сего называет его «орабони», это точно пьяный бред. О ком она думает, пытаясь поцеловать меня сейчас? Внутри всё закипало. Но Ён А слегка отпустила его щеки и тихо прошептала:

— Немного… просто побудь со мной, пока я не усну. Орабони.

— Орабони, блядь.

Как ни крути, это слово резало слух. Конечно, отчасти потому, что он не знал, о каком ублюдке думала Пэк Ён А, но главной причиной было то, что за все пятьсот лет его жизни так его называл лишь один человек. И сейчас перед глазами всплыл её последний образ. Неужели та злодейка переродилась? Но этого не могло быть. Будь это возможно, его силы не были бы запечатаны. Хви До подавил желание немедленно растормошить Ён А и разбудить её. То, как она просила побыть с ней, пока она не уснет, показалось ему по-своему милым.

— Ну, хотя бы не просит остаться на рамен.

Но видя, как она тут же закрыла глаза, он понял, что она просто бредила во сне и уже благополучно отрубилась. Осознавать, что у него стоит на такую мелкую девчонку, было нелепо, и что с этим делать — непонятно. Оставленный без присмотра стояк становился всё больше. Проще говоря, он был бессилен. Казалось, его тянет непреодолимой силой, словно магнитом.

— Фу-х…

С трудом взяв себя в руки, Хви До резко встал, оставив Ён А лежать. Если эти ситуации, когда она, будь то по пьяни или во сне, просит его не уходить и липнет к нему, продолжатся, его самоконтроль, достигший предела, точно сорвется. Поэтому он заставил себя думать о другом. О том, что завтра он возьмет топор и пойдет на заднюю гору. Он безжалостно отрубит те немногие ветви, что остались после удара молнии, а если Ким Юль и после этого не вернется, то он сровняет гору с землей.

***

Похоже, у неё было похмелье. С утра она никак не могла открыть глаза и смогла встать только после полудня. Кажется, ей всю ночь снились сны, но подробностей она не помнила. Это было похоже на продолжение прошлого сна: она, став Асси, злилась, плакала и, кажется, даже немного кричала. Её чувства к Со Хви До оставались неизменными, и воспоминание о том, как её отчаянно бьющееся сердце не знало покоя, было очень ярким. Как ни крути, совершенно непонятный сон. Изменилась только эпоха, а главный герой в том мире оставался прежним. Словно она оказалась на съемочной площадке исторической дорамы. Но она, исполнявшая роль Асси, слишком вжилась в образ, и её чувства к нему каждый раз бурлили через край. Медленно поднявшись, Ён А пошла в ванную и смыла с себя неприятные ощущения. Только тогда голова прояснилась, но проблемой стал пустой желудок.

— Так… значит, сегодня пойду к тому дереву?

Пробормотала она, вытирая мокрые волосы полотенцем. Со Хви До сегодня наверняка снова нет дома. Человек, который каждый день уходит, даже не позавтракав, вряд ли сможет угрожать выгнать её за то, что она не накрыла на стол.

— Козел…

Ён А открыла дверь ванной и вышла на улицу. Довольно прохладный воздух коснулся кожи, вызвав мелкую россыпь мурашек.

— Ух… зябко… А-а-а!

Сердце екнуло и забилось как сумасшедшее. Прямо перед ней стояло существо, сейчас пугавшее её больше, чем любые призраки. Со Хви До с расстегнутым воротом рубашки смотрел в её сторону и курил. Судя по дернувшейся брови… неужели он слышал, что она бормотала себе под нос? Теперь она была в положении подчиненной, и ни в коем случае нельзя было злить его. Включив свои навыки выживания, Ён А широко улыбнулась.

— Ой, вы дома? Вы уже поели?

Говорят, на улыбающееся лицо не плюют. Ён А выдала свою самую смертоносную улыбку, которую до этого никому не показывала, и снова лучезарно улыбнулась.

— Если еще не ели, может, сходим в город? Я… угощаю.

Три цели, которые до этого крутились у неё в голове, быстро выстроились в ряд. Во-первых, купить гречневое желе (мэмильмук), которое токкэби любят больше всего. Во-вторых, подкупить Со Хви До, который хочет её выгнать. И, наконец, была одна вещь, которую она хотела проверить лично, взяв его с собой на рынок.

— …

Но он молчал. Лишь слегка нахмурил идеальные брови. Видя это, Ён А решила добить его:

— …Ладно, гулять так гулять! За десерт тоже я плачу, поехали вместе. А?

Сидеть с ним за одним столом и есть было той еще пыткой, но выбора не было. Если причина, по которой она перестала видеть призраков — этот мужчина, ей обязательно нужно было кое-что проверить.

— Не знал, что ты любишь желе (мук).

Она притащила явно не горящего желанием Со Хви До в ресторан, который в городе славился блюдами из желе. Ён А зачерпнула ложку теплого супа с желе (мукпап), отправила в рот и тщательно прожевала. Мужчина, вяло помешивая свой холодный суп, смотрел на неё взглядом, в котором читалось: «Что ты задумала?». И всё-таки он слишком догадлив. Ён А пододвинула к Со Хви До тарелку с гречневыми блинчиками (пхаджон) и широко улыбнулась. Сейчас был самый подходящий момент, чтобы задать вопрос о дереве токкэби.

— Я не особо привередлива в еде. Ем всё подряд. А вы, господин Со…

— Женщина, которая ест всё подряд, вряд ли притащила меня в такую даль просто для того, чтобы по-дружески поесть гречневого желе.

Ослепительное солнце ударило ему в глаза, и его серая радужка стала еще ярче. Ён А, завороженно глядя на этот загадочный цвет, уже собиралась согласиться с его словами.

— Решила сегодня всё-таки высосать мой член?

— Кхм! Кхе, кхе… кхе-кхе!

Мужчина, который до этого ковырялся в еде, внезапно выдал нечто невообразимое. От шока Ён А чуть не выплюнула еду прямо на стол.

— Кхе! Ч-что вы такое говорите? Кто кого… сосать собрался?

— Да так, говорю, что нашей малышке чертовски приглянулся мой хер.

Ён А судорожно схватила стакан и начала глотать воду. Она чуть не отправилась на тот свет, подавившись едой. Когда приступ кашля немного утих, она вытерла выступившие слезы салфеткой и прошипела:

— Послушайте, Со Хви До. Чего вы добиваетесь? Хотите, чтобы на вас прямо сейчас наручники надели?

Она изо всех сил пыталась подавить кипящий внутри гнев. Но несмотря на её старания, Со Хви До, даже не моргнув глазом, выдал ответ, от которого всё внутри перевернулось:

— Тебе бы лучше подумать хорошенько. Если я выложу всё, что знаю, то в наручниках окажусь не я, а ты.

Вы совсем с катушек слетели? Ей хотелось бросить ему это в лицо, но она пока не могла отказаться от Со Хви До. Она смутно начала догадываться, почему с тех пор, как она приехала в бабушкин дом, призраки перестали ей докучать, и почему по ночам исчезли мелкие духи. «Призраки избегают не бабушкин дом, они избегают Со Хви До». Если подумать так, то всё сходилось. То, что призрака, привязанного к месту, который обычно сидел в углу рынка, когда она приходила за продуктами, не было даже видно. То, что духа ребенка, который плакал и звал маму на углу по дороге к мясной лавке, сегодня не оказалось на месте. И, наконец, то, что женщина-призрак, которую она видела у подножия горы Сонхак, бросилась наутек, увидев Со Хви До. Ответ был один. Со Хви До. Этот мужчина. С ним точно что-то не так. Нужно выяснить, что именно. Но до конца обеда между ними висело неловкое молчание. Зачем он ляпнул такую дичь. Она старалась не думать об этом, но странная, пошлая фраза продолжала крутиться в голове.

«Решила сегодня всё-таки высосать мой член?»

От одной только мысли лицо вспыхивало огнем, но Ён А продолжала анализировать странности в его словах. Например, слова «сегодня» и «всё-таки»… Это что, значит, что я уже когда-то пыталась это сделать? Нет, бред какой-то. Вообще-то тот поцелуй был у неё первым, так что он имеет в виду? Ей хотелось немедленно надеть наручники на человека, который так спокойно её домогается на словах, но… как говорится, брось кость злой собаке. Ён А, так и не поняв, в какое горло лезла еда, вышла из ресторана и направилась в фастфуд. Купив два рожка с мягким мороженым, она всучила один ему в руку.

— В отличие от некоторых, я свои обещания выполняю. Вот, обещанный десерт.

Мужчина, глядя на белое мороженое, слегка прикусил его край. Это выглядело так нереально, словно сцена из рекламы, и Ён А судорожно сглотнула.

— Сладкое.

— Естественно. А разве мороженое едят не ради сладости?

— Сразу видно — малявка.

— Может, вам заменить его на замороженный лед, дедуля?

В ответ на её непреклонный тон глаза Со Хви До угрожающе сузились. Остро наточенный взгляд впился в неё на долю секунды.

— Чего ты хочешь.

— А?

— Тебе что-то от меня нужно, раз ты притащила мне и гречневое желе, и мороженое. Так уж и быть, выслушаю. Выкладывай.

— Правда? Вы правда выслушаете?

Всё-таки взятки работают. Она раньше не понимала, почему люди так любят взятки, но история не лжет — взятки это абсолютная истина. Ён А, слизывая подтаявшее мороженое, начала размышлять. О чем бы его попросить? Какую просьбу он охотно выполнит? Вдруг она почувствовала на себе колючий взгляд и подняла голову. Что такое, почему он так смотрит? Со Хви До стоял и пристально смотрел на неё сверху вниз. На его лице не было ни единой эмоции. Чувствовался лишь пылающий, почти обжигающий взгляд. Что ему опять не понравилось? Фу-х, — Ён А тихо вздохнула и помахала рукой перед его лицом, привлекая внимание.

— Вам плохо? Может, поедем домой? Или хотите где-нибудь отдохнуть?

Почему-то после её слов взгляд мужчины вспыхнул еще сильнее. Он злится? Из-за того, что я назвала его дедулей? Почувствовав недоброе, Ён А сделала шаг назад. Желваки на скулах мужчины дернулись несколько раз, а затем плотно сжатые губы медленно разомкнулись.

— Поехали. Поехали домой.

***

Ён А украдкой посматривала на Со Хви До, который молча крутил руль, глядя только вперед. Почему-то его дергающиеся желваки явно говорили о том, что он чем-то сильно недоволен. В чем дело? Я думала, взятка сработала, а получилось только хуже. Или ей кажется? Запах Со Хви До, заполнивший салон машины, начал душить её. Еще совсем недавно всё было нормально. Но стоило обратить на него внимание, как его присутствие стало подавляющим. Острый подбородок, высокий, словно высеченный из мрамора нос и хищный разрез глаз. Волосы, спадающие на лоб, сегодня выглядели как-то особенно порочно. Помимо её воли взгляд прилип к нему и не отрывался. А его крепкая шея и выступающий кадык? Слегка расстегнутая рубашка, небрежно ослабленный галстук, как только они сели в машину. Черные брюки и идеально чистые туфли. Судя по внешнему виду, он походил на чеболя в третьем поколении, который наслаждается неспешной жизнью за городом. Сглотнув, Ён А облизала губы. Нужно было спросить его о том, что она вчера узнала от бабушки с деменцией. У неё накопилось много вопросов, и она уже выстроила их по порядку, собираясь начать разговор, как вдруг…

— Я в курсе, что я красавчик, так что хватит пялиться. Дырку протрешь.

Мужчина заткнул её одним предложением.

— …

Хотелось съязвить в ответ, но пришлось сдержаться. Если он опять обидится — будет плохо. Нельзя портить ему настроение.

— А… ха-ха. Не думала, что от взглядов можно стереться. Хотя, может, вы и правы.

Она неловко рассмеялась, словно только что это осознала, и Со Хви До продолжил:

— Ты шутку за чистую монету принимаешь. Аж неловко.

— Но это же правда. Вы ведь красивый, Со Хви До.

— …

Ён А, сама того не ожидая, впервые заставила Со Хви До замолчать. Неужели он слаб к комплиментам? Я слышала, что такие люди бывают. Ей показалось, что она нащупала его слабое место, и сердце странно затрепетало. Ён А пошуршала пакетом с гречневым желе, лежащим у неё на коленях. Она попросила упаковать только само желе, без соуса, и мужчина, с подозрением посмотрев на пакет, спросил:

— Не знал, что ты настолько любишь гречневое желе, чтобы брать его навынос.

— …Это не для меня…

На его лице явно читался вопрос: «Тогда для кого?». Ён А начала издалека, заводя разговор о дереве токкэби, о котором и так собиралась спросить.

— Я тут услышала от бабушки, что живет ниже по склону… на горе есть дерево токкэби. Вы знали?

Ён А наблюдала за его реакцией. Из-за того, что он вел машину, она не могла видеть его лицо полностью, но ей показалось, что между его бровями пролегла складка.

— На самом деле, после того как умерла мама, я постоянно вижу призраков. Из-за тех, что внезапно появляются, я чуть не сбила человека на машине. Если бы я продолжила работать в таком состоянии, меня бы с позором уволили, поэтому я взяла отпуск и приехала сюда.

Ён А тихо вздохнула и сжала руки на коленях.

— Не тяни. И что дальше.

— Я пошла к шаманке, и она рассказала про бабушку. Сказала, что я избавлюсь от этого, только если продолжу её молитвы… что я обязательно должна молиться дереву, которому она так поклонялась… Но оказалось, что это не то Священное древо на вершине, а дерево токкэби. Я сама узнала об этом только вчера, так что я в шоке. Но в любом случае… это гречневое желе и макколи я купила, чтобы отнести их к дереву токкэби как подношение.

Желваки мужчины снова дернулись. Ён А своими глазами видела, как вчера он злился, стоя перед этим деревом. Она не знала причину, но он — это он, а она — это она, так что какая разница. Ён А, не замечая, как свирепо исказилось его лицо, продолжала говорить.

— Чудодейственный бог-токкэби, значит…

Услышав это, мужчина усмехнулся и тихо произнес:

— И что, контракт собралась с ним заключить?

— Кон… тракт?

— Вот они, ничтожные, слабые людишки. По тому, как деревня обожествляет обычное дерево, всё сразу ясно. Сами ничего решить не могут, вот и делают идолов из каких-то безымянных мелких божков, молятся впустую и ждут благословения. А, я сейчас про тебя говорю, если что.

— …

Ничтожные, слабые людишки? Да, в пищевой цепочке мы на вершине, но когда дело касается невидимого духовного мира, люди действительно слабы. Но зачем говорить так грубо? Она просто не хочет видеть призраков, хочет поскорее вернуться к нормальной жизни. Как он может так легко обесценивать её искренние попытки хоть как-то решить проблему? Ён А с трудом подавила вспыхнувший гнев и ответила:

— А откуда вы всё это так хорошо знаете? Может, вы, Со Хви До, сами заключили контракт с токкэби?

— Я? Ну уж нет.

Машина, въехавшая в деревню Сонхак, ехала по узкой дороге.

— …Могли бы сказать мне об этом чуть раньше.

Хви До, смотревший прямо перед собой, повернулся к ней с выражением лица, которое так и говорило: «Это еще к чему?». Ён А слегка прикусила губу и вздохнула.

— Если бы я знала, что можно заключить контракт, я бы на рынке еще и подношений купила. Жаль. В любом случае, спасибо за ценную информацию. Ах да, я выйду здесь и пройдусь пешком. А то старики увидят — опять не так поймут.

— Уверена, что всё будет нормально?

Что опять значит это «нормально»? Ён А проследила за его взглядом и посмотрела на единственный мост, ведущий в деревню Сонхак. Как… как там оказался призрак в траурном платье? Ён А незаметно ущипнула себя за щеку. Судя по сильной боли, это был не сон. Она сглотнула и решила проигнорировать взгляд призрака, устремленный в их сторону. Если она начнет паниковать из-за призрака, которого видит только она, можно и в аварию попасть.

— А что там? Там что-то не так?

— Ты же говорила, что видишь призраков. Или вон того не замечаешь?

Ён А испытала очередной шок. Это что, значит, этот мужчина тоже видит призрака прямо сейчас?

— Вы… вы его видите?

В этот момент перед глазами пронеслись все её попытки «изгнать» духа, якобы прицепившегося к нему. Не может быть. Пожалуйста, скажи, что нет. Когда она вспомнила, как мяла его тело под предлогом кута и бормотала нелепые заклинания, ей захотелось сквозь землю провалиться.

— Я вроде не говорил, что не вижу.

— Т-тогда… вы с самого начала знали, что все мои слова про девственницу-призрака на вашем плече — вранье?

— Ну естественно.

— Ха… Если вы всё прекрасно знали, зачем заставили меня устраивать этот кут? Что за злые шутки?

— Дай подумать, зачем же?

Ён А потеряла дар речи. Будь он её настоящим другом, она бы точно влепила ему подзатыльник. Как же ему, наверное, было весело наблюдать, как она из кожи вон лезет, пытаясь провести обряд. Как же он смеялся над ней, когда она неумело читала фальшивые заклинания. Гнев и стыд нахлынули одновременно, но факт оставался фактом: обмануть пыталась она. Спорить с ним дальше было как-то неловко, поэтому она лишь крепко сжала губы. В этот момент он спросил:

— Черное траурное платье… Похоже на мстительного духа (вонгви). С чего вдруг такое к тебе прицепилось? Знакомый призрак?

Разве мстительный дух не становится таким из-за глубокой обиды после смерти? И, насколько она знала, эта несправедливость и гнев должны отражаться даже в их взгляде. Но этот призрак в черном был скорее тихим и изящным, а его аура отдавала не столько обидой, сколько элегантностью. К тому же, она никогда в жизни никому не переходила дорогу, так что иметь «знакомого» мстительного духа — это просто бред. Но…

«Как бы больно вы мне ни делали, Асси, я всегда на вашей стороне.»

«…Простите? Вы про комнаты для прислуги? Нет, госпожа. Я сейчас же пойду и всё уберу.»

Внезапно в памяти всплыли два голоса, и Ён А замерла. Эти два слабых, но твердых голоса были далеки от звучания обиды. И сейчас, думая об этом, голос Пун из её сна и голос призрака в черном, который давил на неё, казались очень похожими. Неужели этот сон о Чосоне — реальность? А этот призрак — та самая Пун? Тогда почему там был Со Хви До? Причем выглядел точно так же, как сейчас? Да ну… бред. В голове была каша, но, видя, что Хви До ждет ответа, Ён А заговорила:

— Не то чтобы знакомый… скорее, кто-то… смутно знакомый. Звучит бредово, что это эпоха Чосон, но мне кажется, что это девушка из моего сна, поэтому такое чувство.

— …Что?

Машина, медленно ехавшая вперед, резко затормозила, и Ён А бросило вперед. Твердая рука Со Хви До мгновенно перехватила её правое плечо, не дав удариться. Ён А, тупо глядя на призрака в траурном платье, который стал еще ближе, продолжила:

— Я не уверена, но у меня такое предчувствие… Просто чувство. Может, это всё полная чушь.

Да, она надеялась, что это чушь. Та женщина светилась изнутри, несмотря на поношенную одежду. Белоснежная кожа, глаза как у олененка. Если в мире существуют ангелы, они должны выглядеть именно так. Неужели та девушка, Пун, умерла и стала мстительным духом? Значит ли это, что сон о Чосоне был реальным? Разве такое возможно? Нет, это невозможно. Этот призрак точно прицепился к ней где-то в другом месте. Ён А попыталась убрать руку Со Хви До, которая сжимала её плечо с такой силой, словно собиралась его раздробить. Но его рука не сдвинулась ни на миллиметр, а темно-серые глаза смотрели на неё так, будто хотели прожечь насквозь.

— Продолжай. Рассказывай.

— Отпустите сначала…

— Как её зовут. Этого злого духа.

Почему… почему он такой серьезный? От его пугающего вида у Ён А по спине пробежал холодок.

— Н-не знаю. Вы думаете, я с призраками именами обмениваюсь?

Почему-то ей казалось, что говорить об этом не стоит. Конечно, она думала, что это просто бред, но, вспоминая сегодняшний сон, те эмоции, когда её сердце разрывалось из-за Со Хви До и Пун, были всё еще слишком живы. Что с тобой, Пэк Ён А. Ты реально думаешь, что эта женщина — та самая Пун? И что, ты ревнуешь? Да, если судить трезво — это ревность. Обычная ревность. Ревность — вот и всё. Желание, чтобы Со Хви До не встретил прекрасную Пун. Чтобы он не влюбился в неё. Эти жалкие эмоции копились и взорвались в сегодняшнем сне, где Хи Рён в итоге сорвалась, плакала и злилась. Наверное, это было предзнаменованием встречи Со Хви До и Пун. Сон, от которого осталось лишь горькое чувство обиды и гнева, раздирающее грудь. Ей было любопытно. Что же тогда произошло? Каким был конец их истории?

— Тогда поставлю вопрос иначе. Что этот злой дух делает в твоих снах? И с каких пор?

Видимо, Со Хви До тоже решил, что в этом призраке есть что-то особенное. Он убрал руку с её плеча и резко нажал на газ.

— …Почему вам это так интересно? Я же говорила: она начала сниться мне после смерти мамы. Точнее, это был не сон, у меня каждый раз случался сонный паралич…

Он беспрепятственно проехал по узкой дороге, где едва помещалась одна машина, и остановился прямо перед каменным мостом. Затем он резко открыл дверь, вышел и широкими шагами направился к призраку, стоящему на середине моста. Она тоже должна была выйти, но тело не слушалось. А вдруг этот призрак — действительно Пун? Если так, то ревность отходила на второй план, ведь тогда всё, что она видела в Чосоне, могло быть реальностью. Если дать волю воображению, может, это её прошлая жизнь. Нет, если этот призрак — Пун, то разве Со Хви До не узнает её? Сложные мысли роились в голове. Ён А издалека наблюдала за тем, как сокращается расстояние между ними. И в этот самый момент. Призрак, который только что стоял перед Со Хви До, внезапно исчез и материализовался прямо на соседнем сиденье — водительском кресле рядом с Ён А.

— Кя-я-я-ак!!

Что она творит? Если её целью было довести Ён А до инфаркта, то у неё получилось. Но разве она не обещала её защищать? Нет, я дура, раз поверила словам призрака. Она усмехнулась абсурдности ситуации, но её тело не переставало дрожать. Ён А глубоко вздохнула и крепко обхватила себя руками, но её сердце билось так быстро, что казалось, вот-вот остановится.

<Госпожа, с вами всё в порядке?>

Длинные волосы, спадающие до пояса, скрывали лицо призрака, оставляя видимыми только нос и губы. После сонного паралича оставались лишь смутные воспоминания, и Ён А очень хотелось увидеть её лицо, чтобы убедиться, действительно ли это Пун. Ён А посмотрела туда, где должны были быть глаза призрака, затем перевела взгляд на губы и задала вопрос, который не давал ей покоя:

— …П-пун?

И в этот момент опущенные уголки губ призрака растянулись в улыбке, доставшей до самых ушей.

<Госпожа… вы… вы вспомнили меня?>

— …Ч-что это. Э-это невозможно.

Пока Ён А заикаясь пыталась подобрать слова, призрак крепко схватил её за руку и тихо прошептал:

<Мне было… так оди… ноко, Госпожа.>

Что происходит? Это всё реальность? В вихре замешательства и нахлынувших эмоций раздался крик.

— Пэк Ён А!

От этого оглушительного рева Ён А резко пришла в себя. В то же мгновение призрак бесследно исчез, а на том месте, где он только что сидел, осталась лежать лишь одинокая белая шпилька (пинё).

✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению!  ➡️ Fableweaver

Страница книги Пункт назначения в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16

1 - 17

1 - 18

1 - 19

1 - 20

О книге