Пролог

Ребёнок – безымянный раб.

Необходимость подчиняться чьим-то приказам – обыденность. Они отдали приказ не двигаться, но и без того никто не смог бы пошевелиться.

"Всё происходящее похоже на сон".

– Спа.., пожалуйста, спаси меня...Спаси меня, пожалуйста. Ох...

По полу ползал окровавленный работорговец. Это он только что ударил ребенка по щеке. Еще он сказал, что не нашлось бы лучшего хозяина, чем он, который продолжал кормить такое уродливое отродье, как я.

– Ты, уродливая дрянь! Почему ты не упрашиваешь меня?

– Как ты смеешь смотреть на меня так?!

– Зачем ты притворяешься больной? Когда ты подохнешь, я скормлю твоё тело собакам!

"Временами он пинал меня, а иногда бил хлыстом".

"Каждый раз находил для этого новые причины".

"Однажды ему не понравился мой вид, в другой раз – мои глаза, а в следующий я просто чувствовала себя плохо".

"Но я не просила пощады. Даже если бы я умоляла, ты бы никогда не перестал бить меня".

"У меня не было другого выхода, я могла только молча терпеть насилие".

Всякий раз, когда это происходило, работорговец расстраивался еще больше, и печально приговаривал:

– Молодая женщина – словно отрава.

Но когда всё заканчивалось, ребёнок в одиночестве лежал на кровати, заливаясь слезами.

И только странные сны помогали ей пережить очередной ужасный день. В детских ночных видениях происходили странные цещи.

Место, которое она видела, выглядело совершенно иначе.

«Самолёт» летит, «машина» едет по дороге, «школа» полна друзей.

Каждый раз, когда она видела этот сон, её сердце подсказывало две причины происходящему.

Всё было так красочно, словно она в самом деле жила там.

Погружаясь в сон, ребёнок мог убежать от мучительной реальности.

"Возможно, это не то место, где я должна быть".

"Может быть, я скоро смогу вернуться".

Подобные мысли заставляли ребёнка держаться.

Но с каждым днём издевательства работорговца становились все более жестокими.

"Может быть, я умру еще до того, как вырасту".

Иногда, когда она лежала, съежившись под одеялом, её посещали такие мысли. Она думала об этом и сегодня.

Когда в руке работорговца вместо хлыста оказался нож, она действительно в это поверила.

"Сегодня я умру."

Но тому, в чьей руке сверкнула сталь, ребенок был не нужен. Он пришел за работорговцем, который пытался убить ее, а сейчас, лёжа на полу, истекал кровью.

– В семье Аски Ниир не было дочерей, – сказал высокий мужчина, пнув катающегося по полу работорговца.

Девочка в ступоре смотрела на него с разинутым ртом.

На нём была одежда, какой ребёнок не видел прежде.

Длинный, до пола, красный плащ совершенно отличался от детской накидки, изорванной в клочья. Этот красивый плащ выглядел таким дорогим, что ребёнок никогда бы не смог к нему прикоснуться.

Но не только плащ выглядел дорого. Одежда, расшитая сверкающими золотыми нитями, пуговицы, похожие на драгоценности. Всё ослепительно сияло.

Но самым невероятынм был не наряд, а человек, носящий его. Серебристые волосы сияли платиной, а чёрные глаза были глубоки, словно ночь. Самый прекрасный мужчина, которого ребёнок когда-либо видел, равнодушно произнёс:

– Как всем уже известно, Первый Император совершил грех, из-за которого навлёк на себя дьявольское проклятье.

"Грех Первого Императора? Проклятье?"

Мужчина произносил много трудных слов, значение которых ребёнок не мог понять.

– По легенде, когда в Императорской семье родится девочка, проклятье будет снято.

Кроме ребенка, работорговца и мужчины с ножом в комнате стояли еще несколько человек. Они все смотрели на дитя.

– Десять лет назад одна из женщин Его Величества родила девочку.

– Ха…!

Дрожащий от страха работорговец посмотрел на ребёнка и отчаянно замотал головой. Выражение его лица, обычно сердитое или раздраженное, было испуганным, таким же, как у рабов, которых он избивал.

– О, нет. Этого не может быть, это отродье не может быть тем, кто сбежал с вер…Угх!

Фу…

– Разве я позволял тебе открывать рот?

Холодный голос прозвенел, рассекая плоть. Работорговец, который не мог даже кричать, огрызнулся, болезненно вздыхая.

- Я не помню ничего такого!

Нож мужчины, вновь безжалостно вонзился в плоть.

Она смотрела не моргая, но кто-то накинул ей на голову плащ, скрывая происходящее от её глаз.

Работорговец на полу и мужчина, который заставил ее мучителя рыдать – в миг всё исчезло. Но девочка не могла даже подумать о том, чтобы убрать плащ.

Всё происходило словно во сне.

– Ваше Высочество, вы видели слишком много. Вы ещё слишком юны…

Чей-то шепот. Движение, шорох.

Вскоре плащ, закрывавший лицо ребенка, сполз.

- …Ах.

Испугавшись, дитя едва сдержало крик.

Прямо у меня на глазах он поклонился.

Красивый человек, в красном плаще, с сияющими серебристыми волосами.

- Эй.

Прекрасный мужчина позвал ребёнка, доброта в его голосе тронула ее сердце.

Дрожащими губами ребенок с трудом, слабо ответил:

- Да.

Человек остановился, услышав голос ребёнка.

Все это время мужчины не выражало эмоций, но сейчас на его губах появилась улыбка. Его глаза, которые раньше казались чёрными, стали золотыми.

"А?"

Девочка удивленно уставилась на странного человека.

– Пора возвращаться домой, - нежно прошептал он.

В настоящий дом.

В этом мире у рабов обычно нет имени. И ребенок – исключение. Она никогда не считала, что быть безымянной несправедливо или грустно: другие невольники были такими же.

Рабу, которому хозяин даровал имя, отводилась особая роль. Таких рабов ребенок не любил. Не из зависти, но потому, что все они пытались извести такого раба.

"Имя не меняет его положения".

Удерживая в руках корзину с грудой белья, ребёнок передвигал маленькими ножками.

Один из рабов сверкнул глазами, увидев, как она проходит мимо.

– Эй.

Но ребёнок даже не заметил, что его зовут.

– Эй!

Раздражённый вопль пронзил уши. Девочка так испугалась, что чуть не выронила из рук корзину. Когда она смущенно оглянулась, то увидела, что на нее, морщась, уставилась рабыня.

– Мириам...

Одна из немногих местных рабынь с именем.

– Ты смеешь игнорировать меня? В среду!

"Среда". Так прозвали безымянного ребенка, потому что именно в среду она должна была прислуживать господину.

– …Не страшно.

– Не оправдывайся!

Жгучая боль распространилась по щекам ребенка. Поняв, что Мириам ударила её по щеке, девочка прикусила губу. Если бы она сказала, что не оправдывается, то наверняка снова получила бы пощёчину. Девочка предпочла молчать.

Раб с именем в основном исполнял роль надзирателя: следил, чтобы дргуие рабы не сбежали и не отлынивали от работы. Бороться с Мириам не имело смысла.

"Но она все еще такая же рабыня, как я".

Не по годам развитый ребенок знал, как устроен этот мир. Сейчас Мириам влюблена в своего хозяина, но...

Если бы хозяин выбрал другого раба на роль надзирателя, Мириам была бы не более чем безымянной рабыней.

– Ты ведь помнишь, что сегодня день, когда ты должна прислуживать своему господину?

– Да. Итак, с сегодняшнего утра...

– Молчи, – холодно оборвала Мириам. – Раб не имеет права говорить первым, ты забыла? Ты должна просто кивнуть.

В этот раз она кивнула вместо ответа. Только тогда с лица Мириам исчезло раздражение.

– Убедись, чтобы в кабинете хозяина порядок, его одежда выглажена, а зал убран до обеда.

Солнце уже садилось. Ребёнок никогда не смог бы сделать все это сам. Но она бы не помела возразить, потому что ребенок – раб.

– Не справишься вовремя – останешься без ужина.

Мириам толкнула ребёнка пальцем в плечо. Она снова рассердилась.

– Не смотри на меня! Твои глаза отвратительны!

– …Хорошо.

Движением руки ребёнок прикрыл глаза чёлкой. Мириам еще мгновение пялилась на ребёнка, а затем ушла.

Девочка молча смотрела на своё отражение в окне.

"У меня было изношенное платье, понурые уголки губ и белые лохматые волосы, неуклюже постриженные тупыми ножницами".

Мне вспомнилась Мириам, которая, в отличии от меня, носила чистую одежду и повязывала волосы черной лентой из хлопка.

Я не завидовала, но не понимала, почему Мириам была столь нетерпима ко мне.

"Не думаю, что ты и раньше задирала меня так сильно, как сейчас".

Ребёнок, погруженный в собственные мысли, медленно шёл по коридору, прижимая к себе корзину с бельём.

С каких пор Мириам стала такой?

Девочка, путаясь в своих мыслях, остановилась при виде тени, нависшей над залом.

Это было то место, куда ударила Мириам. Сейчас куда больнее, чем в предыдущие. Глаза застилало слезами, но ребёнок не проронил ни звука.

"О, Боже мой. Если я заплачу или издам какой-нибудь звук, меня снова побьют".

Как всегда, девочка молча терпела насилие.

Но в этот момент в ребёнка полетели большие настольные часы.

– Ааааа!

Громоздкий механизм, ударившись о ее тонкую руку, с грохотом покатился по полу.

На глаза ребёнка навернулись слезы.

Видя, как девочка схватилась за пульсирующую руку, хозяин снова разозлился.

– Почему ты игнорируешь меня? Ты что не слышишь, что я с тобой разговариваю?!

– ... Слышу.

"Я всегда знала, что, когда хозяин говорит, я должна молча повиноваться".

Ребёнок хорошо это знал.

Но сегодня… Почему-то я чувствовала себя невыносимо.

– Чтобы я ни сказала, вы всё равно разозлитесь.

Хозяин пришел в ярость, когда она попыталась огрызаться.

Он пнул раба, молящего о прощении.

Ребенка, который молчал, как подобает рабу, и молил о прощении, морили голодом и избивали.

"По положению рабы даже хуже собак" - сказал однажды один раб. он произнес это без всякого умысла, но эти слова пронзили мое сердце.

«…Рабство даже нельзя назвать собаководством».

– Чем я заслужила такое отношение?

– Как ты смеешь возражать хозяину, который кормил и растил тебя, а? Какого чёрта ты делаешь?

Работорговец с горящими глазами схватил со стола нож для бумаги. Очень острый нож, им можно легко разодрать в клочья тонкую кожу ребёнка.

Рефлекторно ребёнок попятился назад.

– Как ты и сказала, ты даже хуже собаки.

Работорговец смотрел на ребенка холоднее обычного. Для него рабы значили еще меньше, чем скот. С мертвых животных можно содрать шкуру, а мертвые рабы бесполезны.

Однако какая-то старая рабыня посмела заговорить с ним сегодня, и работорговец твёрдо решил сегодня показать всем, как должен вести себя хозяин.

Более того, сейчас перед ним стояла "Среда", посмевшая оскорбить его.

– Так что не важно, если кто-то вроде тебя умрет.

Дыхание ребёнка стало тяжелым, когда он услышал эти слова. Глаза работорговца, направившего на ребёнка нож, странно блестели.

"Я действительно могу умереть".

КЛАЦ!

Закрытая дверь кабинета внезапно распахнулась, и в комнату ворвались люди. Три человека в чёрных пальто, расшитых золотыми узорами. Последним вошел мужчина в красном плаще.

– ...Ах!

Девочка, гладя на мужчину в роскошной одежде, широко раскрыла глаза.

Люди в черных пальто, которые пришли раньше, выглядели великолепно, но не могли сравниться с последним. Красивые волосы, которые, казалось, сделаны из расплавленной платины, и голубые глаза, как безоблачное небо.

"Так сияет…"

Работорговец кричал, а ребёнок смотрел на него, словно на одержимого.

– Что, что?! Кто вы? Как вы попали сюда...Угх!!

Работорговец затрясся от злости.

– Откуда здесь взялись рыцари Императорского Двора?

Рыцари Императорского Двора?

Девочка знала об их существовании, но видела их впервые.

Кто-то из рабов, приведенных сюда, всё время говорил о своих связях с имперскими рыцарями.

«Я здесь не останусь. Скоро во всем разберутся, и я снова буду свободен».

Девочка покачала головой и быстро прогнала туманные воспоминания.

"Имперские рыцари действительно существуют!"

Но почему они сейчас здесь?

– Джон Кейл.

Мужчина в красном плаще произнёс имя работорговца. Равнодушный взгляд устремился на нож для бумаги, которым недавно угрожали ребёнку.

– Брось оружие.

Ладонь работорговца разжалась, лезвие выскользнуло из пальцев.

КЛАЦ!

Звук металла, ударившегося о каменный пол, эхом прокатился по комнате. Испугавшись этого звука, девочка рефлекторно съёжилась.

Мужчина перевел взгляд юных голубых глаз с работорговца на ребёнка.

– Блондинка.

Рыцарь, стоявший рядом с ним, что-то бормоча, осторожно сказал:

– Но, Ваше Высочество Честер. Ее волосы платиновые.

Честер слегка нахмурился, услышав его слова. Определённо, цвет волос ребёнка не был таким же платиновым, как у него. Но…

– Волосы Леди Эрики был такими же.

В тоже время, когда он это прошептал, торговец удивлённо вздохнул.

– Ваше Высочество Честер...?! Вы, Вы наследный принц Уэльский?!

Он быстро подбежал к Честеру и преклонил колени.

– Это ничтожество узнало Ваше Высочество принца Уэльского! Ослепительные платиновые волосы – доказательство Вашей принадлежности к благородной Императорской семье...

Еще до того, как работорговец закончил говорить, принц наступил ему на руку.

Глаза девочки округлились от невероятного зрелища.

Я бесчисленное количество раз наблюдала, как работорговец использует насилие против других, но никогда не видела, как страдает он.

– Мм, мм, Ваше...Высочество...ах!

На этот раз принц ударил его ногой по лицу

Бах! Бах!

Работорговец с глухим звуком упал на холодный каменный пол. и застонал, но никому больше не было до него дела.

– Ух, угх, …Почему… Почему так неожиданно?

В глазах Честера, смотревшего на него сверху вниз, не читалось никаких эмоций.

– Потому что ты заставил меня чувствовать себя неуютно.

Рабовладелец, узнав причину резкой атаки, почувствовал себя ущемленным.

– Это не справедливо! Кроме того, внезапно вторгнуться на частную землю вроде этой...

Бах!

– Аах!

Работорговец, получив удар в подбородок, снова с криком повалился на пол.

– Забавно слышать о частной собственности от работорговца. Империя – не то место, где сочувствуют преступникам.

– Нет, я не работорговец! Я никогда...

Джон Кейл отчаянно замотал головой. Рыцарь, стоявший рядом с Честером, бросил перед ним листок бумаги.

– Тебе лучше не думать об этом. Потому что я уже удостоверился в том, что ты отвечаешь за торговлю людьми на границе.

Его тело дрожало, когда он просматривал содержимое документа – неопровержимого доказательства  его преступлений.

– Ты ведь знаешь, что в Империи запрещено рабство, да? – жестко уточнил Рыцарь, бросивший бумагу.

Рабство запрещено?

Ребёнок быстро моргнул, услышав эти слова. Жизнь раба никогда не была приятной или счастливой. Это вполне естественно.

Сложно испытать радость, когда тебя лишают свободы и оскорбляют, но я думала, что это неизбежно.

Работорговец всегда говорил ребёнку и другим рабам:

"Вы рождены рабами, у вас нет выбора. Вам суждено прожить свою жизнь рабами и умереть рабами".

Постоянные угрозы и насмешки были похожи на промывку мозгов. Беглецы умирали, а тех, кто отказывался выполнять свои обязанности, жестоко избивали. Ребёнок смог приспособиться. Сдаваться было бессмысленно, я могла только выживать. Потому что я была рабыней.

Но рабство запрещено? В моём сердце зародилось странное чувство.

Девочка посмотрела на работорговца, обманувшего и разорившего многих людей. Этот отвратительный человек заслуживал наказания.

Даже увидев его, ползающего на полу в страданиях, я не испытывала сочувствия.

– Не только ты, но и все, с кем ты связан, понесут наказание. Но, прежде всего… Ваше Высочество?

Рыцарь, который говорил серьёзно, в этот момент выглядел озадаченным.

Выйдя вперёд, Честер подошел к ребёнку, и встал словно вкопанный. Удивленная девочка посмотрела на наследного принца.

Честер склонился над ней и аккуратно дотронулся кончиками пальцев до её чёлки.

– О, нет!

Удивившись, ребёнок рефлекторно вскрикнул. Образ кронпринца, еще мгновение назад безжалостно пинающего работорговца, промелькнул у меня в голове.

Я боялась, что он побьет и меня.

– Хм, почему нет?

Однако, вопреки опасениям ребенка, кронпринц не рассердился. Наоборот, он спокойно спросил о причине. Вздохнув с облегчением, девочка схватила волосы своей маленькой рукой.

– Мои глаза… Вам будет неприятно видеть их.

"Твой взгляд раздражает, скрой его, пока я не вырвал твои мерзкие глаза", – часто повторял работорговец.

Вполне естественно, что с тех пор девочка стала прятать взгляд за волосами.

Я не должна показывать людям что-то настолько неприятное. Если я это сделаю, то меня будут ненавидеть еще больше.

– Всё в порядке. Тебе не нужно бояться.

Может быть, ей просто показалось. Девочка почувствовала, что голос Честера был мягче, чем тогда, когда он разговаривал с работорговцем.

– Потому что ты не такой монстр как я.

Монстр? Что это значит?

Пока ребёнок был сбит с толку незнакомым словом, вид перед ней внезапно прояснился.

Сквозь поднятые волосы я видела прекрасные голубые глаза, похожие на ясное небо.

Неподвижно наблюдая за этим, девочка осознала, что Честер пристально смотрел ей прямо на неё.

– Красные.

От сказанного кронпринцем, девочке захотелось плакать.

Быстрее, быстрее. Я должна спрятать эти отвратительные глаза.

– Должно быть, Вам неприятно? Мои глаза не очень привлекательные.

Ребёнок, переминался с ноги на ногу, крепко зажмурив глаза.

Если я закрою глаза, Вам больше не придется испытывать отвращение.

Честера остановился из-за неожиданного поступка ребёнка.

Ее глаза, которые были плотно закрыты, словно от испуга, блеснули зелёным и быстро восстановили свой первоначальный цвет.

– Ты боишься меня?

Ребёнок покачал головой.

Я закрыла глаза, думая, что другим будет неприятно смотреть на них.

Однако, Честер посчитал, что девочка боялась. Обернувшись, он встретился взглядом с рыцарем, который быстро передал ему небольшой мешочек.

Взяв мешок, Честер протянул его ребёнку.

– Я отдам это тебе в качестве извинения.

Он увидел, как перепуганная девочка уставилась на свои руки.

То, что открылось её взору, было милым плюшевым щеночком. Раньше она никогда не видела ничего такого.  Пушистый мех был очень приятным на ощупь, однако, девочка не могла с лёгкостью принять подарок.

– Почему Вы так неожиданно даёте мне игрушку? И почему вы не испытываете отвращения к моим глазам?

Девочка забеспокоилась, впервые столкнувшись с беспричинной добротой.

– Мне это не нужно. Заберите назад…

Её кукольные глаза снова засияли зелёным.

Глаза Честера заблестели, когда он увидел это.

– …Цвет изменился.

Цвет правда изменился?

Девочка, не зная, что делать с игрушкой в руках, склонила голову набок.

Я не знала, что со мной произошло.

– Невероятно, это невозможно. Как ты это сделала?

Работорговец пялился на ребёнка. Нет, не только он, но и все рыцари в комнате тоже смотрели на неё удивленно.

И только Честер оставался спокойным.

– Я наконец-то нашел тебя.

В его безразличном голосе чувствовалось лёгкое волнение, которое могли заметить только те, кто хорошо его знал. Честер посмотрел на девчушку, которая была слишком маленькой и слишком худой. Единственный свет Аскании, разрушительница проклятия, спасительница одиноких чудовищ. Она и только она, принцесса Асканиерская.

Моя младшая сестра.

Сердце Честера, редко подвластное волнению, бешено стучало.

– После стольких лет...

Честер, который хотел сообщить о своей находке, заколебался. Сильно опухшие щеки ребёнка беспокоили его.

– Ты не замёрзла?

В коридоре было прохладно, но в кабинете – довольно тепло. Даже если одежда ребёнка была слишком тонкой и изношенной, ей не было холодно.

– Нет.

Честер понял, что просчитался.

– Тогда почему твои щеки покраснели?

– Ах…

Ребёнок, неосознанно взглянул на работорговца. Для Честера этого было достаточно, чтобы понять, в чём дело.

– Вот как…

Взгляд Честера снова стал злым, когда он взглянул на работорговца.

Наказание для преступника было определено с самого начала, но именно в этот момент Честер решил ужесточить его так, чтобы даже смерть казалась наградой.

– Подвергни его невыносимым мукам и обеспечь ему самую жалкую смерть.

– Нет…я…угх…так...

Что-то не так.

Работорговец инстинктивно понял это.

Но слишком поздно.

Честер направился к нему. Джона Кейл никогда раньше не испытывал такого давления. Он посмотрел на Честера испуганными глазами. Наследный принц Честер Асканьер.

Королевский род Аскании всегда был знаменит своей жестокостью, но говорят, что императоры этой эпохи совсем другие. Жуткой славы наследного принца было достаточно, чтобы подтвердить слухи. Известно, что он убил авторитетного аристократа, отрубил голову послу и отправил его тело обратно на Родину. Ходили сплетни о том, что именно он зарезал своего отца, Императора.

Главный герой этих ужасных слухов, глядя на Джона Кейла, сказал:

– Глаза этой девочки должны быть голубыми. Но иногда они становятся красными или зелёными, верно?

– Откуда мне знать? Эта стерва не может быть королевских кровей! Не может! – работорговец пронзительно кричал, убеждая не сктолько принца, сколько себя.

.

Очевидно, что, как и сказал Кронпринц, глаза «Среды» имели свойство менять свой цвет.

Вы хотите сказать, что эта дрянь принадлежит к Королевской семье?

– В Королевской семье не может родится девочка.

Рыцари схватились за мечи, но Честер остановил их. Его лицо ничего не выражало, когда он смотрел на дрожащего от страха работорговца.

– Только члены Рода Аскании способны изменять цвет глаз в зависимости от эмоций, которые испытывают.

Он вынул из ножен  меч, от острого лезвия комната залилась ярким светом. Глаза Честера стали такого же цвета, что и меч, направленный на преступника.

– Такие же глаза, как и у того ребёнка…

Саха, один из рыцарей, затрясся от гнева.

– Ваше Высочество, принцесса еще слишком юна…

Честер с окровавленным мечом пришел в себя от его слов. Он не обращал внимания на работорговца, извивавшегося по полу, словно уж на сковородке. Быстр обернувшись, он увидел принцессу, одетую в плащ Колина.

"Хорошо".

Честер вздохнул с облегчением.

"Я пожалел, что чуть не показал страшный образ этой маленькой девочке, потеряв в гневе рассудок".

Колин низко поклонился, взглянув на Кронпринца.

– Га́рдин.

Рыцарь, чьё имя было названо, понял команду Честера и быстро схватил работорговца.

– Угх!

Гáрдин и Хит вытащили работорговца наружу. Честер последовал за ними. Работорговец извивался и умолял сохранить ему жизнь.

– Угх... простите меня! Угх... Я, угх! Я вырастил ее!

Его последние слова переросли в оглушительный крик.

Как ты смеешь говорить о принцессе своим поганым ртом.

– У тебя действительно есть талант испытывать терпение людей.

Честер взмахнул мечом и гневно направил лезвие к горлу работорговца.

– Ха-ха-ха…

Джон Кейл с ужасом  перевёл взгляд на меч. Видя дрожащее в конвульсиях тело, Честер нацелил острие точно в сердце торговца.

Но он не взмахнул.

– Ваше высочество?

Глядя на Честера, который внезапно остановился, Гáрдин выглядел озадаченным.

– Вас что-то беспокоит?

Честер медленно убрал меч.

– Давайте сохраним этому парню жизнь.

– Что?

Они были удивлены.

– Чт-, Ваше Высочество, Вы серьезно?

Я не верю, что принц Уэльский, который никогда не испытывал сострадания, внезапно осознал ценность человеческой жизни.

– Этого недостаточно для расплаты.

Но это было не так.

Глаза Честера, смотревшего на работорговца сверху вниз, неистово полыхали голубым пламенем.

– Я подарю тебе так много боли, что ты будешь молить о смерти.

***

Честер быстро вернулся на прежнее место и снял накидку, закрывавшую ребенку обзор. Сквозь растрепанную челку девочки он мог видеть её большие зелёные глаза. Безусловно, это был красивый цвет, но на сердце у Честера было неспокойно.

Члены рода Аскании меняют цвет глаз в зависимости от настроения: чёрный цвет выражает злость, золотой и красный – грусть, фиолетовый – возбуждение. Наконец, зелёный означает беспокойство.

И Честер еще не видел голубых глаз ребенка.

– Дитя.

Маленькие губы принцессы слегка шевельнулись, когда он позвал её.

– Да?

Честер осторожно дотронулся до лица девочки, когда она посмотрела на него.

Дитя, что выглядит таким хрупким и слабым… Моя единственная сестра… Мне бы хотелось увидеть золотые глаза этого ребёнка, вместо зелёных или красных. Нет, голубые тоже неплохо. Её глаза могут быть любого цвета: пока это не зелёный или красный, всё в порядке.

Честер, надеясь, что девочка почувствует себя комфортнее, смягчил выражение лица.

– Пора домой.

При этих словах ребёнок тяжело задышал.

"Пора идти домой?"

Домой? Мой дом здесь. Куда я должна идти?

Сам факт того, что в этой стране рабство было запрещено законом, заставил меня задуматься, и неожиданно люди стали называть меня "Императорской принцессой".

Это не могло быть правдой.

– Дитя.

Честер тихим голосом позвал молчащего ребёнка.

– Что ты чувствуешь, глядя на это место? Жалость?

Ребенку, который не знал значения многих слов, трудно было понять.

Глядя на девочку, которая моргала с озадаченным видом, рыжеволосый рыцарь позади нее, вздохнул.

– Ваше Высочество, мне кажется, что слово «жалость» сложное для понимания ребёнка.

– Ты меня не поняла?

Ребёнок медленно кивнул в ответ на вопрос растерянного Честера.

Я боялась, что со мной будут обращаться как с идиоткой, если я скажу, что не понимаю значение этого слова, но к счастью, никто так не подумал.

– Ваше Высочество, если Вы не возражаете, я бы хотел поговорить с принцессой. У меня шесть младших братьев и сестер, и я привык общаться с детьми.

Это был тот самый рыжеволосый рыцарь, который спрятал ее под плащом, чтобы девочка не увидела сцену, которая могла заставить её плакать.

Когда Честер кивнул и отошел, рыцарь быстро занял его место.

– Здравствуйте, принцесса. Меня зовут Колин.

Колин мягко улыбался, и его доброта была приятна сердцу. Благодаря этому девочка нервничала меньше, чем при общении с Честером.

– Здравствуйте.

Когда девочка склонила голову в приветствии, Колин ликующе посмотрел на Честера.

– Вы должны улыбаться, общаясь с детьми.

Честер, только что узнавший об этом, решил держать сей факт в голове.

После удачной попытки Колин, уверенный в себе, снова обратился к ребёнку.

– Вы не должны так бояться. Отныне мы будем защищать вас...

– Это…

Девочка покачала головой, осторожно прервав речь рыцаря.

– Нет, думаю, вы ошиблись. Я на самом деле не принцесса.

Колин был так ошарашен ответом ребёнка, что не мог вымолвить и слова.

Девочка привычно съёжилась. Обычно рабов избивали, даже если они не лгали.

– Да… ты принцесса.

Честер, молча наблюдавший за происходящим, сказал:

– Единственная принцесса, которая может снять проклятье с рода Аскании, это, несомненно, ты.

Это не может быть правдой.

Я ничего не знаю ни о проклятии Аскании, ни о принцессе.

Если бы она в самом деле была принцессой, она никогда бы не оказалась здесь в качестве рабыни.

"Навреное, они ошиблись".

Ребёнок взглянул на тыльную сторону левой руки, где отчетливо виднелось клеймо раба. Печать у девочки была гладкой, хотя у других рабов она бугрилась.

"Твоё клеймо особенное. Ты получила его сразу после рождения".

Я вспомнила слова работорговца, сказанные очень давно.

Это была абсурдная история.

Тихонько прикрыв тыльную сторону руки рукавом, девочка снова начала отрицать это.

– Я… «Среда». Я не принцесса.

– Среда?

Колин напрягся, услышав слова ребёнка. Никто из рыцарей не понимал, о чём говорит девочка, они могли только догадываться. Даже Честер с некоторым любопытством пристально смотрел на дитя.

Ребёнок терялся под этими настойчивыми взглядами.

– Среда!

Послышался голос «Воскресенья», зовущего ребёнка.

Обернувшись к двери, я увидела, как один из рыцарей схватил «Воскресенье».

– Воскресенье!

Он начал отчаянно сопротивляться, когда увидел «Среду», окруженную рыцарями.

- Эй, вы! Немедленно отпустите «Среду»! Если вы что-нибудь сделаете с ней – я убью вас!

– Простите, Ваше Высочество. Этот мальчик очень шустрый.

Рыцарь, одной рукой поймавший «Воскресенье», тяжело вздохнул.

– А ты хорошо пинаешься… Агх!

«Воскресенье» резко толкнул ворчливого рыцаря., вырвался из его хватки и кинулся к девочке.

– Ты в порядке, «Среда»? Не ранена?

Воскресение посмотрел на моё лицо.

– Да, я в порядке, – с тревогой сказала я.

– Хорошо! Откуда появилось так много чудаков, а? Среда, твои глаза ...

Это замечание не принесло девочке облегчения, поэтому она снова опустил челку, чтобы скрыть зрачки.

– Что? Теперь она зеленые! Ах! Пусти!

На этот раз Колину удалось догнать Воскресенье, и тот снова начал толкаться.

Девочка боялась, что рыцарь может ударить Воскресение за неповиновение. Но Колин просто ткнул Воскресение в щеку с широкой улыбкой.

– Неплохо. Пинаешь имперских рыцарей?

– Пусти!

– Колин! Не отпускай его! Если не справишься, он и тебя побъет.

– Держи его подальше, Хит. Позор тебе. Ты Имперский рыцарь, а от тебя удирает ребенок. Дурак!

– Эй! Ты же видел, какой он ловкий. К тому же, его уже поймали.

В комнату вошел тот самый "дурак" – Хит, которого Воскресение ударил ногой по голени. Девочка взглянула на него и вздрогнула: его тело было в гораздо лучшей форме, чем у остальных рыцарей.

Но он не собирался вредить Воскресенью.

– Ты. Ты поступишь так со взрослым.

Хит ущипнул Воскресение за щеку:

– Он вроде неплохой паренек.

Девочка почувствовала облегчение.

– Ты первый схватил меня со спины!

– О чем ты? Я боялся, что тебя могут пнуть, поэтому попытался убрать тебя с дороги.

Хит грубо потрепал Воскресение по волосам и оглядел комнату.

– Так, где, черт возьми, та, которую мы так долго искали? Не говори мне, что ее здесь тоже нет.

И тут взгляд Хита остановился на ребенке.

– Э-э... Нет, я... Э-э, я как мешок, а! Нет, нет, я имею в виду, ну, маленькая леди с очень уникальной прической ... ты принцесса или что-то в этом роде...

Глядя на лицо Честера, Хит начал заикаться еще больше.

– Сэр Хит Рэтболд! – рявкнул Честер.

Рыцарь вздрогнул и заткнулся.

Воскресение, недовольный Хитом, быстро взглянул на Честера.

– Ты здесь босс.

Парень был невежественным, но высокомерным. "Среда" уже знала, что Честер – наследный принц, и хотела остановить Воскресенье.

Но он заговорил:

– Так кто вы такие, черт возьми? Похоже, вы довольно высокопоставленный аристократ, но что случилось со Средой?

Я никогда не прощу тебе, если попытаешься навредить ей!

На глаза Воскресенья теперь наворачивались слезы.

В этот момент в глазах Честера, смотрящего на Воскресение, вспыхнул странный свет.

– Ты.

Честер сделал равнодушный жест в сторону Воскресенья. Сейчас в нем не осталось и следа той нежности, с которой он обращался к девочке.

– Что ты несешь? Почему ты называешь девочку "Среда"?

Мальчик, стиснувший зубы, чтобы не показывать страха, ответил со значительным усилием:

– В этот день, в среду, она прислуживала господину. Она - "дневной раб".

– Дневной раб?

Честер нахмурился, как будто услышал об этом впервые.

Вместо того, чтобы замолчать, Воскресенье снова открыл рот.

– Рабов «обучают» делать только то, что установлено в "их" день недели. Так они привыкают подчиняться нашему господину. Обученный раб называется дневным рабом.

Легкое объяснение ребенка лишило всех дара речи.

– ... раб дня?

Спустя долгое время широко распахнутые глаза Честера снова стали черными. Девочка, казалось, почувсвовала это.

«Когда он очень зол, его глаза чернеют».

Честер, глаза которого все еще были темными, шаркнул ногой по полу и пробормотал:

– Он "тренировал" тебя и ее? Этот тупой, грязный, свиноподобный преступник?

Ответ Воскресенья прозвучал по-взрослому цинично:

– Я ничего не мог поделать. Тот, кто откажется прислуживать в этот день недели, умрет. Раб не может отказать своему господину. Никогда.

Лица Честера и других рыцарей исказились. Некоторые из них выплевывали резкие проклятия, а другие смотрели в окно. Все выглядели так, словно пытались сдержать гнев.

– Ты, блядь, сукин сын...– Как можно было поработить такого маленького ребенка? Ты – дерьмо!

– Я думал, что слухи о продаже рабов на границе – ложь.

– Что, черт возьми, она пережила за это время?

Девочка боялась смотреть в лица рыцарей: Хит ругался, Колин скрипел зубами. Все они не скрывали злости и раздражения. "Среда" была рада, что они открованны и не сдерживают чувств, но жалела их: она не была той, кого искали эти люди. – Значит, я не принцесса.

Она продолжала попытки двигать языком, который почему-то онемел:– Я родилась рабом. Моя мать – рабыня, поэтому я тоже раб...

Честер, который молча слушал девочку, покачал головой.– Женщина, которая тебя родила, не была рабыней. Она была одной из лучших женщин столицы.

– Моя мать?

Ресницы "Среды" задрожали от слов Честера. Раньше она никогда не думала о своих родителях и слепо верила словам работорговца, который всегда утверждал, что она - дочь рабыни и безотцовщина.

Нет, у меня не было выбора, кроме как поверить в это. Кроме него никто не мог рассказать ей о ее происхождении. – Да, она была добрая и чуткая женщина. Даже Император не мог не любить ее.

В словах Честера чувствовалась любовь и тепло, но девочка этого не заметила.  – ···мать.

У меня была такая мать.

Маленькая рабыня выглядела так, будто слушала чужую историю.

Я не могу в это поверить...– Среда ... ты благородная?

Воскресение, который все еще слушал разговор, перестал заикаться.– Не просто благородная, малыш. Она – сестра наследного принца и Асканийская принцесса.

Слова Гардина касались Честера и девочки, Воскресение широко раскрыл глаза.– Среда – принцесса ...?

Разум Воскресенья был полон вопросов.– Неужели это правда, что Среда - принцесса? – спросил он снова. –Может, ты всё-таки ошибаешься...– Какого цвета были ее глаза несколько минут назад?

Вопрос честера вызвал у парня недоумение:

– Зеленого...

Воскресение еще раз взглянул на девочику, а Честер продолжал говорить:– Только кровь королевской семьи позволяет менять цвет глаз в зависимости от эмоций. Это факт, который нельзя оспорить или скрыть.

Девочке стало неловко, и она коснулась пальцами полуприкрытых век, будто это могло помочь ей определить цвет собственных зрачков. Она не видела, меняется ли цвет радужки, но выражения лиц людей, наблюдавших за ней, показали, что Честер не лжет. Даже Воскресение смотрел на нее как-то странно.– Если красный зрачок выглядит немного розовым, можно сказать, что это иллюзия глаза. Случается, что оттенок становится более светлым или темным.

"Среда" вспомнила, что голубые глаза наследного принца изменились на черно-золотые.– Глаза ребенка стали зелеными, я уверен, – это было неопровержимым доказательством.

– Каждый год один или два человека, которым наплевать на свою жизнь, появляются, утверждая, что они асканского происхождения. Но никто из них не осмеливается доказать это.

– Потому что цвет их глаз не менялся?

Девочка, до этого молчаливая, теперь заговорила, и Честер кивнул.– Ни у кого, кроме тебя.

Маленькая рабыня – или теперь уже принцесса – тяжело дышала.

Уникальный цвет глаз, которым обладает только императорский род. Мать, которая была высокопоставленной женщиной.... Я просто не могла поверить в то, что всё это было на самом деле. Если да, то почему все так сложилось?

– Погодите, но если Среда и правда принцесса, то почему вы пришли забрать ее только сейчас?

Воскресенье очень точно озвучил сомнения девочки. – Тебе стоило побыстрее забрать Среду! Ты знаешь, как тяжело ей пришлось?!

Отношение Воскресенья было достаточно неуважительным, но рыцари не стали его наказывать. Вопрос мальчика прозвучал разумно. Все рыцари чувствовали себя виноватыми каждый раз, когда их взгляды падали на личико, наполовину скрытое челкой.

В отличие от рыцарей, которые не могли поднять голов, Честер смотрел прямо на Воскресение.

– Почему ты спрашиваешь об этом?

Лицо Честера, смотрящего на Воскресение, было более безразличным, чем когда он говорил с девочкой.

– А ты, значит, ее защитник?

"Среда" почувствовала жесткие нотки в вопросе Честера, и ее беспокойство за друга усилилось. Воскресенье часто помогал ей и раньше, однако так опрометчиво себя вести перед наследным принцем – вторым по значимости человеком в стране – было неразумно.

– Мне тоже любопытно. Почему ты пришел за мной сейчас?

Внимание Честера было сосредоточено на словах девочки. Когда маленькая рабыня замолчала, он повернулся к ней. Его взгляд все еще не был выразительным, но и холода в нем убавилось.

– Мне кажется, он смущен и встревожен?Честеру удалось заговорить.

– ... это, – он не смог продолжить и замолчал.

Гардин объяснился от его имени, потому что принцу тяжело было произнести это вслух:

– Мы пришли сюда так поздно, чтобы забрать тебя, потому что мы никогда раньше не знали, что ты находишься здесь.

Теперь ты знаешь, что я здесь?

Вы вообще не знали, что я была здесь, потому что не знали, что я была здесь? Какого черта?Это объяснение еще больше озадачило ребенка.

– Думаю, нам лучше вернуться в замок и снова обсудить детали.

Честер, который так сказал, перевел тему.

– Его Величество Император... Ваш отец тоже ждал новостей о том, что вы в безопасности.

Девочка быстро заморгала, услышав слова Честера.

Отец, который ждет меня и думает о моей безопасности? Я ошибалась, когда думала, что умру, так и не повзрослев. Малышка сильно прикусила губы, чтобы сдержать слезы.

Воскресение, взглянув на нее, осторожно спросил Честера:

– Вы будете заботиться о Среде?

– Она возвращается туда, где ей место.

Услышав ответ Честера, Воскресение ответил с застывшим лицом:

– Тогда возьми меня с собой. Я сделаю все.

– Что?

Девочку поразили слова друга.О чем, черт возьми, говорит Воскресенье?

– Воскресенье, что это значит? - спросила она, но не получила ответа.

– Куда бы ни пошла Среда, я тоже пойду туда.

На лбу у Честера проступила небольшая морщинка.Первым заговорил Колин.

– Не волнуйся, детка. Теперь все рабы свободны. В Империи всегда плохо шла торговля людьми.

Хит кивнул и продолжил.

– Верно. Рабы, которые немного старше, получат жилье и работу, а молодым будут назначены опекуны. Так что тебе не нужно следовать за принцессой...

– Я должен присматривать за ней.

Тот, кого избил Воскресенье, скривился.

– Возьмите и меня!

Глаза Воскресенья сияли твердой решимостью. Девочка хорошо знала, что когда у друга такое лицо, она не может его остановить.

– Я буду защищать ее.

Честер вспыхнул. лезвие его меча сверкнуло и коснулось шеи мальчишки.

– Воскресенье!

Девочка закричала, когда увидела, как парень дрожит, а его глаза широко распахнуты.

– Нет!

Я должна как-то его остановить.Среда сразу вспомнила, как Честер замахнулся мечом на работорговца.

Воскресенье тоже можно порезать мечом. Мальчик отчаянно рванулся вперед. Девочку кто-то крепко сжал со спины.

– Нет, миледи.Колин с ожесточенным лицом держал ее как можно крепче.

– Отпусти!

– Не могу, извини.

Как бы сильно она не боролась, но ослабить хватку не смога.

– Не обижай Воскресенье! Нет! – в отчаянии завопила она.

Тарелка опустела, девочка положила ложку.

О нет. Колин нахмурился, сожалея о том, что сегодня она не просит добавки.

– Разве было бы плохо, если бы ты съела больше?

– Нет, я сыта.

– Мой брат на Вашем месте уплел бы еще десять тарелок такого супа. Если бы Вы могли есть, как он, я хочу, чтобы вы это делали.

Колин всегда говорил о своем брате. Девочка никогда не видела его, но рассказы рыцаря разбудили в ней любопытство.

– Твой младший брат так много ест?

Колин, подчищавший миску, вздохнул. Впервые за несколько дней принцесса наконец задала вопрос! Он ответил с радостью:

– Да довольно много, как и все мальчики в его возрасте. На самом деле он четвертый среди моих братьев и сестер. Половина моей зарплаты уходит на их пропитание. Это очень страшно.

Зная, что у Колина есть четыре брата и две сестры, она кивнула.

Колин был рад, что ребенок впервые за долгое время чем-то заинтересовался, поэтому стал больше говорить о младших братьях и сестрах.

– Сорванцы каждый день влипают в истории, но... Среди них четвертый, младший брат – самый озорной. Боюсь, Вы удивитесь, если познакомитесь с ним.

Слово «мальчик» напомнило принцессе о Воскресенье. Ее друг сказал, что последует за ней позже, но не уточнил, когда именно. На лице малышки отразилась тревога.

Колин, заметивший это, любезно спросил.

– Вас что-то беспокоит? Неужели, Воскресенье?

Заметив, о чем волнуется ребенок, Колин успокоил ее.

– По приказу Его Высочества паренек тоже пойдет в замок. Хит – рыцарь, идущий с ребенком, немного опоздает из-за другой миссии.

– Они надолго задержатся?

– Придут в течение месяца или раньше.

Колин никогда не лгал ей, так что она и на этот раз решила поверить его словам. Девочка с облегчением кивнула, и Колин вернул ей куклу-щенка. Принцесса осторожно обняла игрушку. Ей нравилось, как мягкий мех щекочет кончики ее пальцев.

Убирая посуду, Колин произнес:

– Если мы отправимся сейчас же, то сегодня прибудем в столицу.

Капитал. Очень большой город, в котором я буду жить.

Сердце малышки сильно забилось, когда она вспомнила, что говорил ей Колин. Пока она ехала в замок, он обещал, что у нее будет вкусная еда, мягкая постель и ее ждут старшие братья.Конечно, мне было любопытно посмотреть на роскошь дворца, но больше всего интересовали новые родственники.

– Неужели они похожи на Его Высочество Честера?

Образ Честера, который оцарапал мечом шею Воскресения, ясно запечатлился в ее памяти. Принц все еще был для нее страшным человеком.

Конечно, очень плохим человеком может быть Нил, учитывая, что он накрывается плащом, когда спит. А Честер, может быть, и не плохой, раз накрывает меня плащом, когда сплю я. Но я все еще не понимаю, насколько он опасен для Воскресенья.

А может быть, остальные братья будут похожи не на Честера, а на Колина?

«Не могу дождаться встречи с ними».

***

Когда-то, когда принцесса была еще совсем маленькой, у входа в особняк она встретила раба. Он описал пейзаж, который когда-то видел, и сказал, что никогда не забудет этого.

На протяжении всего пути в столицу девочка пыталась представить ее, сочетая воспоминания о других мирах, виденных ею во сне, с рассказми других людей.

Но внезапно взгляд малышки застыл.

– Вау...

Картинка, созданная ее воображением, меркла перед впечатляющей реальностью. Яркий солнечный свет и река, будто серебряная. Над водой – длинный мост, конец которого теряется вдали. А на другом берегу – несколько разноцветных зданий, которые кажутся большими даже издалека.

– Будьте осторожны, принцесса.

Девочка увлеклась этим зрелищем и удивилась, когда услышала голос рыцаря так близко.

Колин с тревогой смотрел на нее.

– Ты можешь пораниться, если вот так высунешь голову.Девочка

Девочка прислонилась к окну, мягко откинулась на спинку стула, принимая заботу рыцаря. Но она все еще смотрела в окно.

Пейзаж казался таким спокойным и гармоничным.

Девочка глазела на улицу с открытым ртом, но вдруг ее взгляд наткнулся на игрушечного щенка. Недолго думая, она подняла куклу и хотела показать ей прекрасный вид из окна, но карета внезапно остановилась.

Та, которую работорговец пытал на границе, не жаловалась, даже когда он увез ее.

Нет, возможно, всё это не случайно.

Когда Честер впервые услышал, что у него есть сестра, – засмеялся. С самого детства до этого дня он видел более сотни мошенников, выдающих себя за принцессу. Конечно, ни один из них не был его родственником.

Все считали, что проклятие, наложенное на императорскую семью, никогда не будет снято. И Честер так думал.

Но с тех пор, как Император приказал мне исследовать себя, я по чувствовал, что на этот раз что-то может измениться. С тех пор у меня не было времени думать ни о чем другом. Я искал подсказки о моей младшей сестре, не зная, существует ли она на самом деле. Я думал, что уже никогда ее не встречу.

«Я Среда. Я не принцесса».

Ребенок сказал, что у нее даже нет имени.

Каждый раз, когда он вспомнила ее слова, душе Честера взвивалось пламя.

– Ваше высочество...?

Только по звуку голоса Гардина Честер понял, что его глаза изменили цвет, стали черными.

Честер несколько раз медленно моргнул.

– Ваше высочество?

И на этот раз слова принца были неясными, но Гардин точно понял, что он имел в виду.

– Я уже послал гонца перед нашим отъездом. Когда мы доберемся до замка, ответ будет дан.

Честер кивнул.

Он сразу же опубликовал отчет о решенных проблемах.

– Ваше Высочество, принц Джед уже переехал.

– Понимаю.

Глаза наследного принца заблестели, когда он услышал имя брата. Его взгляд снова устремился на карету, в которой спала юная принцесса.

Гардин проследил за его взглядом. Когда Рыцарь вспомнил образ молодой девушки с растрепанными светлыми волосами и жутким видом, он подавил эмоции.

«... Я так рад ее найти».

– Мы похожи, – внезапно сказал Честер.

Гардин согласился.

– Леди Эрика была красивой женщиной. Я уверен, что и ее дочь станет красавицей, когда вырастет.

– Ей лучше не следовать по пути матери.

Голос Честера был полон горечи.

Гардин ненадолго замолчал.

Эрика Грэм, женщина, которую любил Император. Красивая, мудрая женщина, конец которой был несчастен. Такое случалось не раз: возлюбленная правителя, аристократка, умирает в результате "инцидента".

Женщина императора иногда подвергалась большей опасности, чем он сам. Однако в этой стране всё было еще хуже: та, которой удалось бы родить правителю дочь, могла стать первой Императрицей.

Дворяне, которые хотели приблизиться к правящей семье, не могли оставаться в стороне и молча наблюдать. Леди Эрика стала жертвой жестокой политической борьбы.

Существовала и другая проблема, связанная с природой проклятого Асканира.  Поэтому юную принцессу передали этому странному работорговцу, когда она была еще новорожденной.

Как я могу вообще объяснить это всё ребенку?

Честер никогда не чувствовал себя так мерзко и разочарованно.

Однако мои мысли мрачнели, когда я вспоминал испуганный взгляд ее больших глаз.

Гардин заметил, что у его Наставника редко бывало столь сложное выражение лица.

Хотя мне легко понять его эмоции по изменению цвета его глаз, я впервые увидел, как он испытывал такую бурю чувств.

«Вы должны сожалеть о ее особой крови».

Гардин разумно сменил тему.

– Я уверен, что вы хотели прийти лично. Очевидно, лорду Майерсу было трудно удержать вас от выхода на поле битвы.

Честер даже не рассмеялся, когда Гардин попыталась пошутить.

Он просто кивнул.

– Если бы не выставка, я никогда бы её не нашёл.

Прошло около месяца, прежде чем Император узнал, что у него есть дочь. Полгода назад он покинул поле битвы со своей армией, но не смог просто уйти. Вместо этого он поручил Честеру тайно найти свою дочь.

Честер посмотрел в сторону особняка, откуда он уехал со своей младшей сестрой. Он ничего не видел, кроме слабого дыма.

Особняк, в котором осталось печальное и болезненное воспоминание, теперь превратился в пепел.

Он замучил грязного работорговца и сжег его вместе с домом.

Несомненно, Император захочет оторвать ему язык.

Честер не собирался отказываться от мести за сестру.

– Гардин.

– Да, Ваше Высочество.

Голос Честера стал спокойнее.

– Убейте всех людей, причастных к торговле рабами. Чтобы больше никогда не было ни единого случая купли-продажи детей на этой земле.

Гардин, понявший приказ, низко поклонился.

– ... Понял.

После того, как Гардин исчез, Честер медленно подошел к карете и осторожно открыл дверь.

Как только я открыл дверь, увидел девочку, спящую в неудобной позе на полу, и куклу-щенка, которая удобно устроилась на простыне.

Честер сразу понял, в чем дело. Маленькая принцесса не могла прикоснуться к кукле, которой у нее никогда раньше не было, и положила ее на лучшее место.

– Я могу достать тебе еще тысячу или десять тысяч таких кукол.

Глаза Честера покраснели. Он поднял игрушку с простыни и положил принцессу на ее место. Девочка крепко стиснула куклу-щенка в тощих руках.

Слабая улыбка появилась на губах Честера, когда он посмотрел на нее. Отныне он мог многое дать этой молодой принцессе.

Ни симпатичных кукол, ни модных платьев, ни удобной обуви, ни дорогих украшений – ничего из этого у нее никогда не было. Конечно, девочке нужно было дать что-то более важное, чем гора дорогих вещей. Но этого принц ей дать не мог.

– Просто подожди еще немного, – прошептал он, укрывая младшую сестру плащом.

В столице тебя ждет подарок.

***

Я почувствовала что-то мягкое и пушистое. Такое ощущение, что тепло растеклось по всему телу.

«Странно».

Девочка открыла глаза в незнакомом месте.

«Где я?»

Необычный пейзаж на мгновение озадачил детский разум.

Затем она услышала звук снаружи.

– Теперь, когда мы нашли ее, проклятие императорской семьи полностью снято.

Проклятие императорской семьи? Девочка, которая еще не полностью проснулась, потерла глаза.

«Теперь все изменится ...»

Случайно подслушивая непонятный разговор, она постепенно начала осознавать свое положение.

«Да, люди, которые приходили ко мне, говорили, что я принцесса, и что я сейчас еду в столицу».

Потирая еще сонные глаза, девочка попыталась встать. В это время голоса снаружи затихли.

Вместо этого ее позвали.

– Принцесса, ты встала?

– Колин ...

Голос, который мягко будил меня в течение этих нескольких дней, стал мне очень близок.

Девочка собиралась быстро подняться, но замешкалась. Она, должно быть, уснула на полу, но, как ни странно, сейчас лежала на сиденье.

Кроме того, она теперь обнимает куклу-щенка.

«Красный плащ ...?»

Когда девочка поднялась, знакомая красная накидка соскользнула с ее маленького тела. При виде упавшей на пол дорогой вещи малышка запаниковала.

Какого черта эта штука здесь?

– Принцесса? Все в порядке? - спросил Колин из-за двери.

– Да, - быстро ответила она.

Она глянула на пол, чтобы не наступить на плащ, и открыла дверцу кареты.

– Доброе утро, принцесса.

Колин, который по росту был не выше ребенка, нежно поприветствовал ее, как и каждое утро. Девочка тоже здоровалась с ним, беззастенчиво глядя в добрые глаза.

– Привет, Колин.

– Скоро будет завтрак...

Колин, который собирался сказать, что еда была готова, увидел красную накидку, покрывающую пол кареты, и уставился на нее.

– Почему здесь плащ?

– Когда я проснулась, то уже была укрыта им.

Колин взглянул на Честера, пытаясь сдержать смех. Честер Асканир накрыл своим плащом спящую девочку.

Если бы кто-нибудь знал, что наследный принц был тем, кто ее прикрыл, никто бы этому не поверил. Конечно, никто бы не поверил и в то, что юная девушка изначально была принцессой.

– Его высочество накрыл тебя прошлой ночью, потому что боялся, что ты простудишься.

Девочка затряслась и кукла-щенок, которую она крепко держала на руках, задрожала вместе с ней.

– Но я уронила плащ на пол ...

Колин заметил, что глаза девочки, просвечивающие сквозь челку, были зелеными.

Она боялась наказания.

Колин едва не нахмурился, но, опасаясь напугать малышку, лишь тихо рассмеялся.

– Все в порядке, Ваше высочество, он никогда не рассердится, если Вы поробежитесь по этому плащу.

– Даже если я наступлю на него?

Колин уверенно ответил девочке с широко открытыми глазами.

– Конечно. Он бы не рассердился, даже если бы ты бросила его в грязь.

– Я не буду этого делать.

Девочка покачала головой. Она не поняла шутки Рыцаря. Вместо того, чтобы объяснить, что он пошутил, Колин похвалил принцессу.

– Вы очень милая девочка. Мой младший брат много раз бросал этот плащ в грязь.

– ...Почему?

Малышка была озадачена.

Зачем бросать одежду в грязь?

Колин пожал плечами.

– Мой умный младший брат Макснетт говорит, что дети делают это, потому что это кажется им смешным. Тебя не за что ругать, потому что ты никогда так не поступишь.

– Так ты не попадешь в неприятности, если сделаешь что-то подобное?

Колин торжественно взглянул на нее, услышав этот невинный вопрос принцессы.

– Конечно, попаду.

– Ах ...Конечно, у меня будут проблемы.

Девочка кивнула.

– Но если это сделает принцесса, тогда все будет в порядке.

Колин предлагал ей и другие способы развлечься:

– Вы можете разорвать плащ или вытворить еще больше шалостей. Я бы хотел, чтобы Вы могли это делать.

Малышка все еще не понимала его слов. Однако она молча кивнула, потому что он так по-доброму на нее смотрел.

Я не хотела бы, чтобы у того, кто так хорошо ко мне обращается, было такое разочарованное лицо.

– Ну, а почему бы нам не пойти на завтрак? Приведи сегодня и этого маленького парня.

Колин указал на куклу-щенка на руках у ребенка. Только тогда девочка вспомнила, что все время обнимала куклу. Она быстро попыталась положить игрушку обратно на сидение, но Колин остановил ее.

– Все в порядке.

Девочка выбралась из кареты и последовала за Колином, сжимая плюшевого щенка в руках.

– Мех такой мягкий.

Малышка разглядывала куклу. Черные круглые глаза смотрели на детское лицо.

Девочка вдруг вспомнила, что видела настоящую собаку с такими же глазами. Очень давно в особняк работорговца забрела собака. Тощая, но милая. Когда девочка дала ей еду – твердый хлеб – щенок съел его в мгновение ока и завилял хвостом. Черные круглые глаза, которые смотрели на нее, выглядели точно так же, как глаза этой куклы.

Ей тогда понравилась бездомная собака.Я хотела быть с ней как можно дольше, но ...

– Принцесса?

Колин, принесший на подносе еду для ребенка, позвал ее.

– Тебе что-то не нравится?

– Нет.

Девочка покачала головой, глядя на еду на подносе.

От картофельного супа с мясом валил теплый пар, а хлеб был мягким и белым. В те дни, когда малышка была в рабстве, она не пробовала такой еды. Были даже кисло-сладкие сухофрукты, приготовленные специально для принцессы.

В первый день такого питания ребенок даже не мог ее нормально жевать.

От теплого и насыщенного вкуса, который я чувствовала впервые, я едва не расплакалась. Я никогда не пробовала такого супа. Волнение сохранялось до сих пор, хотя я ела это уже несколько дней.

– В замке для вас приготовят лучшую еду, чем эта.

Есть еда получше, чем эта? Невероятно.

– Давай, кушай, пока оно не остыло. Если тебе что-нибудь понадобится, пожалуйста, скажи мне.

Колин сел рядом, вытащил из руки девочки куклу дал ей ложку.

– Вы должны есть досыта, но не стоит переедать.

Взглянув на тощую ручку ребенка, Колин вспомнил, что повторял эти слова при каждом новом приеме пищи.

– Да.

Девочка, привыкшая к этой нелепой просьбе, пошевелила ложкой. Каждый раз, когда она двигала губами, ее щеки опухали, как у белки.Колин наблюдал за этим с теплотой.

Тарелка опустела, девочка положила ложку.

О нет. Колин нахмурился, сожалея о том, что сегодня она не просит добавки.

– Разве было бы плохо, если бы ты съела больше?

– Нет, я сыта.

– Мой брат на вашем месте уплел бы еще десять тарелок такого супа. Если бы вы могли есть, как он, я хочу, чтобы вы это делали.

Колин всегда говорил о своем брате. Девочка никогда не видела его, но рассказы рыцаря разбудили в ней любопытство.

– Твой младший брат так много ест?

Колин, подчищавший миску, вздохнул. Впервые за несколько дней принцесса наконец задала вопрос! Он ответил с радостью:

– Да довольно много, как и все мальчики в его возрасте. На самом деле он четвертый среди моих братьев и сестер. Половина моей зарплаты уходит на их пропитание. Это очень страшно.

Зная, что у Колина есть четыре брата и две сестры, она кивнула.

Колин был рад, что ребенок впервые за долгое время чем-то заинтересовался, поэтому стал больше говорить о младших братьях и сестрах.

– Сорванцы каждый день влипают в истории, но... Среди них четвертый, младший брат – самый озорной. Боюсь, вы удивитесь, если познакомитесь с ним.

Слово «мальчик» напомнило принцессе о Воскресенье. Ее друг сказал, что последует за ней позже, но не уточнил, когда именно. На лице малышки отразилась тревога.

Колин, заметивший это, любезно спросил.

– Вас что-то беспокоит? Неужели, Воскресенье?

Заметив, о чем волнуется ребенок, Колин успокоил ее.

– По приказу Его Высочества паренек тоже пойдет в замок. Хит – Рыцарь, идущий с ребенком, немного опоздает из-за другой миссии.

– Они надолго задержатся?

– Придут в течение месяца или раньше.

Колин никогда не лгал ей, так что она и на этот раз решила поверить его словам.

Девочка с облегчением кивнула, и Колин вернул ей куклу-щенка. Принцесса осторожно обняла игрушку. Ей нравилось, как мягкий мех щекочет кончики ее пальцев.

Убирая посуду, Колин произнес:

– Если мы отправимся сейчас же, то сегодня прибудем в столицу.

Капитал. Очень большой город, в котором я буду жить.

Сердце малышки сильно забилось, когда она вспомнила, что говорил ей Колин. Пока она ехала в замок, он обещал, что у нее будет вкусная еда, мягкая постель и ее ждут старшие братья.

Конечно, мне было любопытно посмотреть на роскощь дворца, но больше всего интересовали новые родственники.

– Неужели они похожи на Его Высочество Честера?

Образ Честера, который оцарапал мечом шею Воскресения, ясно запечатлился в ее памяти. Принц все еще был для нее страшным человеком.

Конечно, очень плохим человеком может быть Нил, учитывая, что он накрывается плащом, когда спит. А Честер, может быть, и не плохой, раз накрывает меня плащом, когда сплю я. Но я все еще не понимаю, насколько он опасен для Воскресенья.

А может быть, остальные братья будут похожи не на Честера, а на Колина?

«Не могу дождаться встречи с ними».

***

Когда-то, когда принцесса была еще совсем маленькой, у входа в особняк она встретила раба. Он описал пейзаж, который когда-то видел, и сказал, что никогда не забудет этого.

На протяжении всего пути в столицу девочка пыталась представить ее, сочетая воспоминания о других мирах, виденных ею во сне, с рассказми других людей.

Но внезапно взгляд малышки застыл.

– Вау...

Картинка, созданная ее воображением, меркла перед впечатляющей реальностью. Яркий солнечный свет и река, будто серебрянная. Над водой – длинный мост, конец которого теряется вдали. А на другом берегу – несколько разноцветных зданий, которые кажутся большими даже издалека.

– Будьте осторожны, принцесса.

Девочка увлеклась этим зрелищем и удивилась, когда услышала голос рыцаря так близко.

Колин с тревогой смотрел на нее.

– Ты можешь пораниться, если вот так высунешь голову.

Девочка прислонилась к окну, мягко откинулась на спинку стула, принимая заботу рыцаря. Но она все еще смотрела в окно.

Пейзаж казался таким спокойным и гармоничным.

Девочка глазела на улицу с открытым ртом, но вдруг ее взгляд наткнулся на игрушечного щенка. Недолго думая, она подняла куклу и хотела показать ей прекрасный вид из окна, но карета внезапно остановилась.

Мы уже приехали?

Держа куклу, девочка высунул голову из окна.

Колин, который только что сопровождал экипаж на лошади прямо рядом с ней, теперь стоял перед Честером с другими рыцарями.

Все нервничали.

Почему-то даже Честер нахмурился.

С ним что-то не так?

Встревоженная малышка огляделась.

– Ни за что, - холодно отчеканил Честер.

– Вы хотите, чтобы принцесса, дочь Императора, впервые предстала перед людьми в этой обшарпанной карете?

После слов Честера наступило минутное молчание.

– ...

– ...

– ...

Рыцари с удивлением и недоверием смотрели на принца.

С каких это пор Его Высочество заботится об этом?

Если бы Хит был здесь, он бы с горечью посмотрел на него и уточнил бы, не болен ли он.

Однако все рыцари, включая Гардин и Колина, были хорошо знакомы с Частером.

– Хм, хм ... Ваше Высочество. Конечно, поскольку это первое появление принцессы, есть на что обратить особое внимание, но...

–  Мне нужен самый большой и самый эффектный из императорских экипажей.

"Он не появится из ниоткуда только потому, что вы его заказываете!" - беззвучно закричал Гардин.

Колин попытался осторожно оспорить приказ:

– Ваше Величество. Чтобы вывезти из замка карету с выгравированным гербом королевской семьи ... это ... я имею в виду, что процедура разрешения настолько сложна. И это занимает довольно много времени ...

– Сделай это.

– По общему правилу, карета не может выехать из замка, если только Императорская семья не едет ...

– Неужели рыцари забыли, что прямо сейчас экипаж заказал член императорской семьи?

"Но, Ваше Высочество ..."

Колин, который всеми силами пытался убедить Честера, замолчал, когда увидел его почерневшие глаза. Сейчас не стоило перечить.

Остальные рыцари пришли к тому же выводу.

Колин, переглянувшись с Гардином, вздохнул, взглянул на карету и улыбнулся, как будто привык улыбаться при виде принцессы.

Малышка, выглянувшая из окна, неловко улыбнулась в ответ. Однако уголки ее губ быстро опустились. Было ясно, что ее обеспокоила внезапная остановка.

– ....

Тощий ребёнок, она при каждом приеме пищи опасливо оглядывалась. Длинная челка скрывала половину лица. Она лишь мотала головой всякий раз, когда ее спрашивали, нужно ли ей что-нибудь.

Вспомнив обо всем этом, Колин, неожиданно даже для себя, поддержал принца:

– Я думаю, Его Высочество прав.

Она жила, даже не зная о том, что она принцесса. Даже в суровых условиях она выросла умной, не утратив доброты. Теперь, когда она вернулась на свое законное место, юная принцесса заслуживала того, чтобы ее приветствовали великолепным парадом.

Взбудораженный такими мыслями, Колин предложил:

– Ваше Высочество, почему бы вам не подготовить парад? Он будет намного более захватывающим.

Гардин и другие рыцари посмотрели на Колина с удивлением.

Что с ним вдруг случилось?

Парад.

Императорский экипаж в короткие сроки еще можно было доставить по воздуху. Но торжественное шествие нельзя подготовить за день или два, необходимо гораздо больше времени.

Рыцари опасались, что падад придется подготовить в тот же день. Человек, на которого свалится его организация, будет кричать и рвать на себе волосы.

Но Честер кивнул.

– Хорошая идея. Тогда, Гардин, свяжитесь с помощником начальника. Чтобы вы могли подготовить цветы к посадке и привести оркестр.

Наследный принц никогда не отменяет однажды принятого решения.

– Понятно. Я пошлю кого-нибудь в замок.

Гадин сочувственно склонил голову перед бедным хозяином.

Гардин дал указания нескольким рыцарям, включая Колина, и они быстро разошлись. Колин немедленно вернулся к экипажу, в котором ехала принцесса.

– Принцесса, мне нужно кое-что приготовить перед входом во дворец, Вы можете подождать немного?

Девочка не понимала, что планируют Честер и рыцари, и мягко кивнул.

– Тогда я приду и в миг все подготовлю. Если тебе что-нибудь понадобится, ты можешь сказать другим рыцарям.

Колин ушел, сказав, что скоро вернется.

Малышка поняла, что направляется к большому замку.

Я не знаю, что нужно для подготовки, но надеюсь, что Колин скоро закончит.

Девочка стала ждать, положив руки на колени, но вскоре услышала, что прибыл новый экипаж. Она вышла из прежней кареты и с удивлением уставилась на новый:

«Теперь я понимаю, почему наследный принц назвал мою карету потрепанной».

Новая коляска была размером вдвое больше прежней. В нее были запряжены четыре лошади цвета платины – под цвет волос императорской семьи Асканьеров. Все кони выросли в северных горах и славились своей силой и храбростью.

Снаружи карета была украшена чистым золотом и залита ярким светом, а большие драгоценности были встроены в гравировки символов королевской власти. Сапфир и голубые бриллианты, топаз и аквамарин.

Похоже, все синие драгоценные камни, которые существовали на земле, сверкали в отделке экипажа. Но роскошь коляски не была пошлой или безвкусной. Скорее, изящной и хрупкой, будто сделанной для мифических богов.

Всего два человека в стране могли пользоваться этой каретой: Император и наследный принц. Остальные члены королевской семьи не могли прикасаться к ней без разрешения правителя.

Гардин, который хорошо это знал, с озадаченным взглядом спросил Честера:

– Ваше высочество, вы действительно собираетесь взять принцессу в этом экипаже? Если Император узнает...

– Он был бы счастлив предоставить эту карету принцессе.

– Но...

Лицо Гардина, который знал о тяжелом характере Императора, потемнело. И правителю, и его наследнику трудно было служить. Однако Император все же был сильнее и упорнее, чем равнодушный ко всему Честер, к тому же, имел привычку переиначивать собсвтеныне слова.

Более того, проклятие в крови Императорской семьи Асканий...

Узнав, о чем беспокоилась Гардин, Честер сказал:

– Этот ребенок – единственная принцесса Аскании.

Но это и так было ясно.

Гардин понял волю своего лорда, поклонился и отошел.

Честер посмотрел на ребенка, а девочка удивленно разглядывала карету. Заметив его взгляд, она повернулась. В тот момент, когда их глаза встретились, малышка вздрогнула, будто желая что-то сказать.

– Что случилось? Тебе не нравится?

При словах Честера девочка быстро покачала головой.

– О нет. Не то чтобы мне это не нравилось...

– Было бы лучше, если бы он был украшен цветами, чем драгоценностями. Ты еще очень юна.

При слове Честера девочка широко открыла глаза.

"Есть ли карета из цветов?"

Когда я была рабыней, у меня не было возможности ездить в карете. Я часто видела, как работорговец выезжает в карете, но ко мне это не имело никакого отношения. К тому же, его коляска была в не очень хорошем состоянии. Так что меня поразила карета, в которой меня повезут во дворец.

До того, как я увидела ее, украшенную драгоценностями и золотом, я даже не представляла, что такой экипаж вообще может существовать.

– Каляска с цветами... Такие бывают?

Девочку лишь восхитила сама идея, но выражение лица Честера странным образом изменилось после ее слов.

Он расстроился из-за того, что я задала дерзкий вопрос?

Малышка подумала, что совершила ошибку, и смутилась.

Рыцари, стоявшие позади ребенка, начали шептать.

– Он же не станет требовать, чтобы мы прямо сейчас нашли другой экипаж, верно?

– Ах, нет. Если он прикажет нам сделать это снова, он, вероятно, сошел с ума.

– Колин тоже виноват во всем этом.

– Гардин.

Голос Честера пресек болтовню рыцарей.

– Привези мне карету, украшенную цветами, прямо сейчас.

Слова Честера удивили и смутили Гардина.

– Но, ваше высочество, это уже заняло много времени. Прежде всего, вам лучше доставить принцессу во дворец и дать ей отдохнуть ...».

– Император приказал, что если принцесса чего-то хочет, вы должны слушать и делать все, чтот она скажет.

Ребенок, который все еще наблюдал за ситуацией, понял, что все приказы Честера были сделаны ради нее.

Очень странно, что так много людей суетятся из-за меня.

– Я не могу доставить всем неприятности.

Мне жаль.

– Вот! – вскрикнула девочка, но тут же закрыла рот ладошкой. Однако все уже уставились на нее.

– Что случилось, принцесса? – мягко спросил Гардин.

Девочка, которой с трудом удалось немного расслабился, четко произнесла:

– Мне нравится эта карета.

О, не слишком ли дерзко это звучит?

– Карета, которая был раньше, тоже хороша. Я к ней привыкла.

Девушка, поспешно выражавшая свои эмоции, пошевелила пальцами.

– Так что, если я – причина ваших проблем, то я хочу сказать, что я в порядке. Все в порядке.

– Принцесса.

Лицо Гардина потемнело. И не только у него. Остальные рыцари тоже мрачно смотрели на ребенка.

В отличае от своих подчиненных, Честер казался равнодушным, но его глаза на миг покраснели. Девочке, которая не знала, что значит этот цвет значков, он показался красивым.

Я думала, что всем будет легче, если я откажусь от роскошной кареты, но меня смутила неожиданная реакция.

– Я должен был сказать, что ты можешь просто пойти пешком?

– Ммм ...

Честер подошел к малышке. В его зрачках все еще играли красноватые блики. Девочка разглядела в глазах принца злость, но не такую, как при разговоре с работорговцем или при попытке убить Воскресенье.

Честер прошептал печально, но в то же время дружелюбно:

– Теперь нет никого, кто посмел бы заставить тебя терпеть неудобства.

– ...

В этот момент девочка, которая не понимала, что имел в виду Честер, нежно моргнула.

– Если ты действительно чего-то не хочешь, можешь свободно сказать об этом.

– ...

На этот раз мне показалось, что я немного поняла его слова. Кажется, оон имел в виду, что говорить о том, чего я действительно хочу и что собираюсь делать – это нормально.

Девочка покачала головой, когда осознала это.

– Все нормально.

Никогда еще никто не работал так усердно ради нее одной.

Я очень смутилась, но была счастлива. И не имело значения, украшена ли карета драгоценностями или цветами.

– Спасибо.

Я хотела как можно полнее выразить свою благодарность, и любые слова казались для этого слишком простыми и короткими. Чтобы полностью выразить свои чувства, мне пришлось бы произнести все прекрасные слова, котоыре только существуют в мире.

–  Мне правда нравится эта карета.

Девочка снова посмотрела на конную повозку перед собой.

Лошади платинового цвета, с гривами, похожими на волосы Честера, и яркий экипаж под цвет моей прически выглядели великолепно. Не могу поверить, что поеду на такой карете в дом, где буду жить.

Глаза ребенка заблестели от предвкушения. Честер остановился, когда заметил сквозь длинную челку золото ее зрачков - признак радости. На губах принца тут же заиграла мягкая улыбка.

– Моя сестра такая хорошая девочка.

Сказавший это Честер осторожно погладил ребенка по волосам. Девочка неосознанно напряглась.

Мне вдруг стало страшно или не по себе.

«Сердце колотится».

Мой брат.

Как только Честер сказал это, ее грудь вздулась, как воздушный шар. Каждый раз, когда его большая рука осторожно поглаживала ее волосы, возникало странное чувство. Такое же появлялось, когда очень маленький щенок касался моей ладони, или когда я засыпала, чувствуя запах свежего одеяла.

Малышка задержала дыхание, чтобы это чувство не испарилось.

Дверь кареты открылась, и Честер сам посадил ее внутрь и дал ей куклу-щенка. Он был так не похож на того жестокого Честера, который угрожал воскресенью, и это очень нравилсоь мне.

Как только она села, дверь закрылась.

– Ты со мной не поедешь?

Ехать с братом было бы немного стршано, но в огромной карете малышка чувствовала себя очень одинокой.

Размышляя об этом, девочка осмотрела внутреннее убранство кареты.

– Ого!

Ребенок был поражен.

Экипаж казался мне потрясающе отделанным снаружи, но внутри он выглядел еще лучше: мягкие подушки, удобные ящички и тонкий цветочный аромат. Эта карета не шла ни в какое сравнение с предыдущей.

Как только малышка осмотрелась, процессия тронулась с места.

Девочка, которая отвлеклась на достопримечательности и не заметила этого, поняла, что процессия начала переезжать городской мост, только когда увидела, как меняется пейзаж. В этой карете окно находилось выше. Чтобы увидеть, что делается снаружи, малышка приподнялась, рискуя свалиться на пол.

Колин и еще один рыцарь осторожно правили лошадьми, запряженными в карету.

– Думаю, тебе лучше устроиться побезопаснее, принцесса.

– Да, - девочка кивнула и огляделась.

– А как насчет наследного принца?

Она думала, что Честер тоже поедет в карете, но он совсем пропал из виду.

Рыцарь, горько улыбнувшись, взглянул на роскошный экипаж. Честер верхом на лошади промелькнул перед окном, и малышка снова высунула голову.

– Его Величество отдает приказы, так что завтра будет пришество.

Девочка медленно моргнула, услышав незнакомое слово. Что будет завтра? Но любопытство мучило ее недолго.

Вдруг перед ее глазами упало что-то маленькое. Снег? Но на улице было не так уж и холодно. Лишь спустя пару мгновений малышка поняла, что это лепесток, а не снег.

– В столице идет дождь из цветов?

Если это действительно так, то столица – действительно прекрасное место.

Конечно, я не знала, что Колин собрал груду лепестков и разбрасывал их. Они танцевали поверх пейзажа, медленно проплывающего перед каретой.

Девочка приоткрыла окно, потому что хотела поближе рассмотреть необычный дождь, как друг...

– Ах ...

Ветер занес в окно несколько лепестков, и они мягко опустились на ее колени.

Такие милые. Девочка долго разглядывала их.

– Наверное, не стоит их трогать.

Это было похоже на куклу-щенка, которую мне подарил Честер. Красивые лепестки, которые я увидела впервые в жизни, были настолько драгоценны, что я не смела прикоснуться к ним. Но очень хотела.

Может, все-таки можно потрогать?

Девочка взяла лепесток. Она держала очень осторожно, опасаясь повредить. Она ни разу не брала в руки ничего столь же нежного. Аккуратно сжав лепестки в кулаке, малышка снова выглянула в окно.

Голубое небо, цветочный "дождь", привествтия народна. Глядя на это великолепие, девочка думала о том, что никогда не забудет этот полный сюрпризов день.

***

Белые цветы были повсюду, будто собирались покрыть всю столицу.

Все дороги, ведущие к замку, были наполнены их ароматом, и императорская карета, источавшая сияющее величие, медленно двигалась ко дворцу. Наследный принц лично шел во главе парада, будто защищая экипаж.

Удивительное зрелище потрясло всех жителей.

Этот день вошел в историю как праздник: принцесса впервые прибыла в столицу Империи.

***

Дорога от границ до столицы была не так коротка, как путь от столичных ворот до замка.

Благодаря этому девочка могла долго рассматривать чудесные виды за окном: ребенок в причудливом костюме, статуя животного, изо рта которого капает вода...

Все, что я видела, было потрясающим, но больше всего мне запомнилось одно место. Вокруг было несколько зданий, а между ними – большое пустое пространство. Казалось, что так спланировано специально или здание, которое стояло здесь раньше, разрушено.

«Все остальные дома стоят радом, почему только там пусто?»

Пока ребенок любовался странным пейзажем, карета прибыла на открытую площадку.

Преодолев большие ворота, в котоыре без труда прошел бы и гигант, девочка подумала, что перед ней, должно быть, замок, в котором она будет жить.

Здесь здания намного больше и ярче, чем те, что я недавно видела за окном.

Но карета ехала без остановки.

Любопытная девочка выглянула из окна.

Рыцарь, любезно сообщивший, где находится Честер, посмотрел на нее и спросил.

– Что случилось, принцесса?

– Разве это не замок?

– О, это все еще открытая территория. Твое место не здесь, а на природе.

Открытая местность и природа. Я впервые слышала эти слова и они озадачили меня. Тогда рыцарь быстро объяснил:

– Природа — это место, где может жить только королевская семья. Открытая территория — это место, где самые знатные дворяне могут строить собственные дома.

Рыцарь сказал и несколько других трудных слов, но девочка все же поняла его.

– Значит, здесь живут дворяне, а замок, в котором я буду жить, дальше, – кивнула она.

Люди в красных, белых, желтых и зеленых платьях...  Их было так много, что нельзя сосчитать по пальцам. И все – женщины в маскарадных костюмах.

Когда малышка увидела их, ей показалось, что что-то не так.

– Император – очень уважаемый человек, поэтому он может делать все, что хочет.

Он даже сказал, что может жениться несколько раз.

Девочке не казалось странным, что у мужчины, обладающего властью, было несколько женщин. Работорговец тоже брал любимых рабынь, когда хотел. А у Императора есть целая страна, и неудивительно, что он купается в женском внимании.

И все же странно видеть так много дам в одном месте.

Независимо от того, как долго она была рабыней, у нее были воспоминания о прошлом, которое она видела во сне. И сейчас в окне появилось что-то, что напомнило о необычном мире ее сновидений.

– Почему они все здесь, а не в замке?

Даже работорговец отдал понравившейся рабыне комнату рядом со своей спальней.

«Или это люди, которые не имеют отношения к Императору. Тогда зачем они здесь собрались?»

Пока девочка думала об этом, карета наконец подъехала воротам замка.

Это были самые большие ворота, в которые я когда-либо входила. На них было вырезано странное животное, похожее на статую–фонтан, которую я увидела перед тем, как въехать в замок.

Тактичный рыцарь, заметивший любопытство ребенка, быстро пояснил:

– Это древний дракон.

– Древний дракон?

– Да. С тех пор, как первый Император Аскании подписал контракт с древним драконом, тот стал защищать империю и превратился в символ королевской семьи.

Что за древний дракон?

Объяснение рыцаря было добрым, но девочка почти ничего не поняла. Мир за пределами особняка казался ей и волнующим, и трудным.

Но я не ненавидела его.

Скорее, хотела узнать больше.

«Я хочу прочитать книгу».

Раб однажды сказал, что чтение книг сделает его очень умным. В то время малышка иногда тайком открывал книги, убирая библиотеку хозяина.

Хотя я не могла понять содержание огромных томов, потому что не умела читать, иногда мне просто нравилось смотреть на картинки. Но что, если бы я могла понять текст, а не только глазеть на рисунки?

Мое сердце колотилось при мысли о том, чтоб я могу узнать больше.

«Если ты действительно чего-то хочешь, можешь свободно говорить об этом», - промелькнули в памяти слова Честера.

Если то, что он говорит, правда...

Могу я сказать, что хочу научиться читать, чтобы читать книги?

Щеки девочки, у которой впервые появилось желание, слегка покраснели от волнения.

«Он может отказать. Но я все-же попрошу его, позже».

Она обняла куклу-щенка, которая сидела рядом, и попыталась унять волнение.

Тем временем карета полностью остановилась. Дверь открылась, и Честер протянул руку сквозь льющийся яркий свет. Девочка приняла ее, и принц помог ей выбраться из коляски.

– ... Ах.

Глаза малышки расширились, когда она, держа на руках игрушку, огляделась.

Замок, казавшийся огромным даже издалека, был настолько большим, что, как бы я ни запрокидывала голову, не могла полностью его увидеть. Он сиял золотым светом, настолько ярким, что не уступал карете.

«Я думаю, мне нужны очень сильные ноги, чтобы жить здесь».

Оказывается, особняк, в котором жил работорговец, был маленьким домикой, и не шел ни в какое сравнение с этим замком.

Малышка неосознанно шла рядом с Честером, в то время как ее маленький рот был широко открыт.

Все слуги склонили головы, и Честер двинулся вперед.

Вскоре он остановился.

– Ваша милость.

Филипп, низко склонивший голову, глубоко вздохнул, когда увидел принцессу на руках Честера.

– Она...

Честер молча кивнул.

Глаза седовласого старика потускнели.

Несмотря на то, что Колин тщательно расчесывал её волосы, у неё были лохматые кудри, которые закрывали лицо. Эти растрепанные вихры доказывали, в сколь ужасных условиях девока жила до этого.

Верный дворецкий, долгое время служивший королевской семье, должен был сдержаться и не показывать слез при первой личной встрече с принцессой.

– Приятно познакомиться. Меня зовут Филипп, я – главный дворецкий императорской семьи, - поприветствовал ее Филипп.

Малышка тоже поздоровалась, стараясь быть с ним как можно вежливей.

– Привет.

Она панятия не имела об этикете, но в ее манерах и интонации сквозили откровенность и доброта.

Филипп посмотрел на принцессу с мягкой улыбкой. Он был похож на дедушку, который обожал юную внучку.

– Главный дворецкий, – окликнул Честер.

Филип, улыбавшийся принцессе, пришел в себя. Вспомнив о своем долге, он быстро и с вежливым поклоном обеими руками вручил Честеру письмо.

Честер, который без труда схватил его одной рукой, протянул бумагу ребенку.

– Это письмо Императора к тебе.

– Что?

Его Величество Император, вы имеете в виду моего отца, верно? Но откуда взялось письмо...

– Он сейчас в отъезде, поэтому не может поприветствовать тебя лично.

Честер решил не уточнять, что император участвовал в войне. Он посчитал, что опасно рассказывать об этом ребенку, только что прибывшему в замок.

Девочка вскрыла конверт, но прочесть послание не мога.

Я была рада впервые в жизни получить письмо. Но...

– Я не понимаю, что здесь написано.

Честер на мгновение задумался, когда увидел, как дрожат зрачки ребенка.

– У отца своеобразный почерк, поэтому непривычному человеку трудно разобрать слова.

Удивившись такому объяснению, девочка подняла голову. Честер взял конверт из ее рук.

– Позволь мне.

Он глянул на короткое письмо, состоящее всего из нескольких строк. Честер сразу прочел первую.

– Моей дочери, которую я еще не видел, но, которая наверняка очень мила.

Сердце девочки бешено забилось. Она все еще не могла поверить, что в мире есть кто-то, кто называл ее «моя дочь».

Я так боюсь, что это окажется всего лишь сном.

– Сначала я хотел бы извиниться за то, что поприветствовал тебя письмом. Я думал о тебе с тех пор, как узнал, что ты существуешь в этом мире. Я обещаю сбежать к тебе, как только закончу срочную работу. А пока прими небольшой подарок.

Подарок? Для нее лучший подарок – это осознание того, что она теперь свободна, и у нее есть семья.

Маленький росток из конверте попал в руки ребенка.

Росток?

– В древних языках ростки называют хлоей.

Голос Честера прозвенел в голове девочки, пока она смотрела на зеленый росток.

– Хлоя Асканье.

Когда она подняла голову на странное имя, Честер сказал ей:

– Это твое имя, Хлоя.

– ... Хлоя Асканье? – пробормотала бывшая рабыня, широко распахнув глаза.

Честер назвал ее имя.

– Мое имя?

Честер молча кивнул. Хлоя снова и снова произносила его.

– Хлоя Асканье... Мое имя – Хлоя Асканье.

Я чувствовала, как горячие слезы хлынули из глаз.

– Мое имя...

Когда я была "рабом дня", я по-настоящему завидовала Мириам из-за того, что у нее есть имя. Конечно, я притворялась, что мне все равно, но это было настоящее имя. Даже у полевых цветов было название, даже лошади в конюшне имели клички, а у меня имени не было.

"Привет, Среда", – это прозвище существовало лишь для удоства.

Безымянная, маленькая рабыня чувствовала себя неполноценой, несчастной. Будто ей запретили жить в этом мире.

Имя, которое каждый обычный человек получает с момента рождения, она получила только теперь.

Сейчас она испугалась сильее, чем в тот момент, когда Честер пришел за ней. Сильнее, чем когда узнала, что она больше не рабыня.

И, самое главное...

– Да, Хлоя.

Дело в том, что кто-то назвал ее по имени.

– Меня зовут Честер Асканиер, Хлоя. Я один из твоих братьев.

Честер, который намеренно отложил свое представление, поприветствовал ее. Его лицо оставалось невыразительным, но глаза мерцали тусклым золотом.

– ... Я Хлоя, принц Честер.

Хлоя назвала свое имя, хотя Честер знал его. Она обратилась к нему по имени и титулу, как делали все остальные. В тот же миг золото полностью исчезло из глаз Честера.

– Принц Честер...

Он пробормотал это несколько раз, словно ему не понравилось, как Хлоя обратилась к нему.

Я ничего не могу с собой поделать. Я еще недостаточно хорошо знаю его, чтобы назвать братом. Однако мне было жаль расстраивать его.

«Я должна стать для него близким человеком».

– Ваше высочество?

Хлоя слегка забеспокоилась, когда Честер не ответил. Очевидно, она волновалась из-за того, что могла ошибиться. Но Честер добавил:

– Теперь никто не знает, во что вырастет из ростка.

Хлоя моргнула от его внезапных слов. Взгляд Честера был прикован к ростку в руке Хлои. Девочка проследила за взглядом брата и тоже посмотрела на семя в своей ладони. Оно казалось мягким и блестящим. И милым.

– Может быть, из ростка вырастет огромное дерево или распустится цветок, котоырй пробил себе дорогу сквозь камни утеса.

Бесконечные возможности и надежда. Этого хотела принцесса Хлоя.

– Его Величество, кажется, выбрал имя, которое тебе очень подходит..

Белоснежные щеки Хлои покраснели.

Она не только впервые в жизни получила собственное имя, но и услышала приятные слова: ей сказали, что это имя ей очень подходит.

Кроме того, Его Величество, ее отец, даже послал Хлое красивый подарок, хранящий в себе значение ее имени.

Хлоя взяла росток обеими руками, боясь его сломать, и сказала.

— Я хочу поблагодарить Его Величество. Когда он вернётся?

Глаза Хлои, которая не знала, что он ведет армию на поле битвы, сверкали.

Расстерявшийся Честер не знал, что ответить, и обер-камергер, поняв ситуацию, заговорил вместо него.

— Его Величество отправился в долгий путь, поэтому в ближайшее время организовать встречу будет очень сложно.

— …Вот как. Тогда для начала мне бы хотелось отдохнуть.

Благодаря Филиппу, который заметил замешательство Честера и нашёлся с ответитом, Честер как ни в чем не бывало приобнял Хлою и пошёл дальше.

— Где Хлоя может передохнуть?

— Я подготовил комнату во дворце Его Высочества принца Честера.

— Хорошо, молодец.

— Правда, мы подготавливали ее в спешке и переживаем, понравится ли комната принцессе.

Пока Филипп и Честер вели диалог, Хлоя внимательно огляделась.

Все работники дворца ходили с опущенными взглядами.

Их уважительная манера, да и в целом атмосфера сильно отличалась от того, что видела Хлоя в рабстве.

Все они были одеты в одинаковую белую одежду, но цвет ремешков на талии немного отличался.

С интересом глядя на них, Хлоя вдруг поняла одну вещь.

«Здесь только мужчины?»

Вне замка были одни женщины, внутри же не было видно ни одной женской фигуры.

Ей было интересно, есть ли здесь кто-нибудь из знакомых лиц. Она всматривалась в слуг, напрягая зрение. Но, как и прежде, не увидела ни одной женской фигуры.

— Что с тобой, Хлоя?

Хлоя не сразу среагировала на незнакомое имя, которым ее звали впервые.

— Все присутствующие здесь люди — это работники замка?

— Вам не нужно использовать вежливую разговорную форму, Принцесса, — быстро ответил Филипп на слова Хлои.

Честер кивнул и сказал:

— Здесь всего несколько человек с более высоким статусом, чем твой. Его Величество Император, я и другие братья. Но...

Честер, проглотивший слова о том, что Хлоя — более ценный человек, чем Император, решил сменить тему.

— В общем, да, они все работают тут. А что, тебя что-то беспокоит насчёт них?

— Нет. Это не так, ммм... Кажется, тут только мужчины.

В особняке работорговца работу по дому часто выполняли рабыни.

От приготовления пищи, уборки и стирки до различных мелких дел.

Кроме того, Хлоя часто слышала, что и за пределами того особняка домашние дела обычно выполняют женщины.

Поэтому она была озадачена тем, что во дворце нет служанок.

«Может, во дворцах все по-другому?»

В тот момент, когда Хлоя подумала об этом...

— Женщины не могут войти сюда, — ответил Честер даже не задумавшись.

Женщины не могут войти.

— Почему же?

— Из-за проклятия.

«Проклятие?»

А затем...

Хлоя вспомнила день, когда Честер нашёл ее.

Нацелив свой меч на работорговца, он сказал что-то вроде этого:

«Как всем известно, это из-за проклятия, наложенного в наказание за грехи первого императора»

Помимо этого Хлоя вспомнила диалог водителей повозок.

Они говорили, что теперь, когда принцесса найдена, проклятие императорской семьи будет снято.

— Что это за проклятие?

— Это…

Честер сделал паузу.

Его лицо как всегда ничего не выражало, но Хлоя смогла увидеть легкое смущение.

— Если это то, о чем мне не следует знать, то я не буду допытывать.

Она не хотела беспокоить Честера.

«Большое любопытство приводит к большому хаосу».

Хлоя прикусила губу, вспомнив слова, которые когда-то услышала и хорошо запомнила.

— Нет, дело не в том, что тебе не следует знать. Наоборот, именно ты, а не кто-то другой, должен знать об этом. Просто...

Честер, продолжавший идти на протяжении всего разговора, вдруг остановился.

Перед ними были огромные двери.

— Будет лучше поговорить об этом в спокойном месте, без спешки.

Выстроившиеся по обеим сторонам двери, работники дворца открыли ее.

Глаза Хлои широко раскрылись, когда она увидела комнату за этими дверями, которая в десяток раз превосходила размерами ту каморку, в которой она жила, будучи рабыней.

Для Хлои, которая жила в комнате, где собирали столько рабов, что они едва могли даже вытянуть ноги, комната со всевозможной мебелью, такой как комод, гардеробный шкаф, стол и огромная кровать, была поистине новым миром.

Хлоя с открытым ртом смотрела на красивые кружевные шторы и люстры, ярко сияющие на потолке.

Честер оглядел комнату и нахмурился.

— Комната не подходит для принцессы.

Так как комната находится во дворце принца, то проблем с ее расположением и размером не было.

Однако для юной девушки не подходила такая расстановка мебели и сама мебель.

— Мне очень жаль, Ваше Величество.

Филипп покрылся холодным потом, когда понял, что не учёл то, что Хлоя физически развита меньше своих ровесников.

— Другие комнаты не сильно отличаются от этой, поэтому я выбрал комнату, которая максимально приближена к комнате Его Величества принца Честера.

Этот замок никогда не был заселен женщинами с момента его основания.

Это означает, что в замке не только нет подходящего места для жизни юной девушки, но и нет людей с проницательным взглядом, чтобы подготовить такое место.

В отличие от Честера, которому комната совсем не понравилась, Хлоя была в восторге.

— Теперь я буду жить здесь, в этой комнате?

— Нет. Это временно. Вскоре мы подготовим для тебя подходящее место.

"Но и это место достаточно подходящее..." — подумала Хлоя, но сдержалась и кивнула.

Честер усадил Хлою на диван в центре комнаты.

Девочка расширила глаза, изумленная мягкостью дивана. Ей казалось, что она на нем тает.

Честер наклонился перед ней и сдвинул челку Хлои в бок.

Ее зрение резко прояснилось, и Хлоя вздрогнула по привычке.

Хлоя, которая не знала, что ее глаза стали зелеными, продолжала играть пальцами.

Неосознанно она все время опускала взгляд к полу.

— Хлоя.

Честер нежным прикосновением приподнял ее голову на уровень его глаз.

— Здесь не нужно скрывать глаза. Наоборот, здесь все будут завидовать, восхищаться и тосковать по твоим глазам.

— ...

Несмотря на ласковое утешение Честера, Хлоя все равно не могла найти в себе уверенность и храбрость.

Это было не потому, что она не верила его словам.

Страх и тревога, которые сидели в ней все десять лет, не могли исчезнуть за одно утро.

Понимая это, Честер больше не заставлял Хлою поднимать взгляд.

Вместо этого он обратился к ней.

— Теперь я скажу тебе то, что ты должна сделать в первую очередь. Хлоя.

То, что она должна сделать.

При этих словах Хлоя глубоко вздохнула.

Конечно. Не могли ведь ей позволить жить в таком прекрасном месте просто так.

«Я даже получила свое имя в подарок».

Уборка, стирка одежды, мытье посуды или так дико ненавистная ей чистка картофеля.

Хлоя кивнула, пообещав сделать все, что она должна.

— Прежде всего, ешь очень много еды.

А?

— Далее, усердно делай абсолютно все, что захочешь.

— …

— Захочешь спать — спи.

Много есть, хорошо отдыхать, крепко спать.

Это и есть работа?

Хлоя моргала большими глазами и смотрела на Честера.

На удивление он выглядел очень серьезным и суровым.

— Так ты будешь достаточно здоровой, чтобы одежда, которую ты сейчас носишь, стала тесной, и ты больше не могла ее носить.

Большие руки Честера нежно погладили Хлою по голове.

— Это твоя первая домашняя работа.

***

Рано утром...

Хлоя по привычке открыла глаза.

«Мне нужно идти работать».

Но она увидела перед собой не то убогое место, к которому привыкла и которое так хорошо знала.

— Ах….

Прошла уже неделя с тех пор, как она приехала в замок.

Тем не менее, Хлоя по-прежнему удивлялась каждый раз, когда просыпалась.

«Мне страшно, потому что потолок слишком высок...»

Она с тревогой огляделась и увидела игрушку-щенка, тихо лежащую рядом с ней.

Хлоя, осторожно обнимая куклу, приподнялась с кровати.

Но каждый раз, когда она пыталась встать, ее тело проваливалось из-за чрезмерной мягкости матраса.

После продолжительной борьбы с кроватью она все таки смогла встать с постели.

Тонкая кисейная пижама, в которую она была одета, вся скомкалась и помялась.

Под кроватью были меховые тапочки.

Но Хлоя, которая до сих пор не привыкла их носить, ступила на голый пол.

Пол с толстым ковровым покрытием был таким же пушистым, как и кровать, на которой проснулась Хлоя.

Из любопытства девочка осторожно постучала ногами.

Но как бы она ни старалась шуметь, от пола не доносился ни единый звук.

Это благодаря толстому ковру.

«Если бы в моем прежнем доме был такой пол, я могла бы очень хорошо спать на нем».

Хлоя вспомнила время, когда она жила в особняке торговца рабами.

Понятия «моя комната» там не существовало.

Рядом с гланвым зданием, в котором жил владелец особняка, стоял сарай. Эта пристройка и была комнатой для рабов. Для них было совершенно обычно и привычно жить всем вместе, в одном помещении.

Поэтому неудивительно, что она никогда не лежала на постели.

К тому же, одеяла редко менялись, и временами она спала на соломе, принесенной из конюшни.

Все пытались выжить, поэтому они были не в том положении, чтобы заботиться о других. Но в редких случаях некоторые рабы пытались помочь, потому что им было жаль юную Хлою и Воскресенье. Однако такие люди обычно быстро исчезали. Работорговцы их называли «слишком слабыми».

То, что по началу казалось страшным и странным, со временем становилось привычным и повседневным. Когда Хлоя подросла, она не особо дружила с другими рабами. Потому что она знала, что если близкий ей человек внезапно пропадёт, то для неё это будет больнее побоев.

Единственным исключением был Воскресенье. Он, как и Хлоя, с ранних лет жил в особняке работорговца. Они вместе провели там детство и были друзьями.

«Как там Воскресенье?»

Лицо Хлои потемнело, когда она вспомнила о своем единственном друге. Колин сказал, что Воскресенье прибудет в замок раньше, чем через две недели. Его слова не вызывали подозрений. Однако она беспокоилась, что никогда больше не сможет увидеть своего единственного друга.

«Надеюсь, Воскресенье приедет как можно скорее»

Тяжело вздохнув от сожаления, Хлоя посмотрела вниз, на игрушку щеночка. Его круглые черные глаза, казалось, осуждали ее за то, что она теперь живет в роскоши. Хлоя нежно погладила куклу по голове, как Честер гладил ее. Ее прикосновение было неловким, потому что она не привыкла в проявлениям нежности, но выражение лица Хлои было невероятно серьезным.

Причесав шерсть щенка рукой, Хлоя встала и огляделась в комнате. Белый шкафчик с круглыми ножками и фарфоровой куклой на ней, на стене висела большая картина в раме. Несмотря на то, что она жила в комнате уже неделю, в глазах Хлои все было потрясающе.

Посмотрев на закрытый шкаф с одеждой и небольшой шкафчик, она так и не решилась их открыть. Вернувшись к кровати, она увидела на столе рядом с ней небольшую шкатулку. Внутри открытой шкатулки для драгоценностей был маленький росток, который Хлоя получила в письме от отца.

Хлоя положила руки на стол и наклонилась. Росток в шкатулке все еще был зеленым. Это было странно. Непосаженный в землю росток не высох и не испортился. Хлоя осторожно прикоснулась к листьям ростка.

По ощущениям он был таким же упругим, как свежие ростки.

«На древнем языке этот росток называют хлоей»

Глаза Хлои окрасились в золотой цвет, когда она вспомнила, как Честер это говорил.

«Я — Хлоя»

Каждый раз, когда она бормотала свое имя, она чувствовала легкую щекотку в своём сердце. Ей так хотелось рассказать о своём имени хоть кому-нибудь. Подходящий собеседник как раз был в ее руках.

— Привет, я Хлоя, — сказала она неловко.

Глаза собаки, казалось, мерцали. Хлоя радостно обняла своего щеночка. Она подумала, что было бы неплохо, если бы у этой игрушки тоже было имя. Она поняла счастье иметь имя, когда получила свое. Очень приятно, когда тебя зовут по имени. И иметь возможность назвать кого-то по имени — тоже приятно.

«Воскресенью тоже нужно имя»

Кто придумает имя для Воскресенья? Хлоя подумала, что когда она снова встретит Честера, ей нужно будет спросить у него.

— Я спрошу у Его Величества, может ли он дать ему имя, — прошептала Хлоя своей игрушке.

У игрушки мило тряслись уши. Хлоя обняла щеночка и еще раз оглядела комнату. Раз уж она уже привыкла к своей игрушке, то решила охотно рассказывать ей все как другу.

Тем временем из-за занавески стало пробиваться утреннее солнце. Хлоя, немного уставшая от разговора с молчаливой игрушкой, взглянула на росток, который положила в шкатулку для драгоценностей. Вдруг она услышала стук в дверь.

— Принцесса, это Филипп. Вы проснулись? — раздался голос из-за двери.

Хлоя, вспомнив его лицо с дружеской улыбкой, побежала к двери. Она хотела открыть дверь, но не могла дотянуться до ручки.

— Принцесса, вы еще спите?

— Подождите!

Подпрыгнувшая Хлоя сумела повернуть ручку в сторону. Дверь медленно открылась с хорошим глухим звуком.

— Ах!

Рука, державшая ручку, соскользнула, и Хлоя чуть не упала на пол.

— Принцесса!

Удивленный, Филипп бросился к Хлое.

— Боже, вы в порядке? Нигде не поранились?

Филип быстро присел и взглянул ей в лицо.

— Да, все в порядке, — кивнула она, и Филип вздохнул с облегчением.

Он еще раз с тревогой посмотрел на Хлою, а затем с суровым лицом сказал.

— Почему вы подошли сюда.

И что насчет вашей обуви?

— А! Точно, обувь!

Хлоя посмотрела на него.

— Мне очень жаль… — извинилась Хлоя мрачным голосом, и Филипп смущенно покачал головой.

— Нет, нет. Принцесса не должна извиняться. Я должен был лучше помогать вам...Это моя вина.

Только вчера Филипп просил ее надевать обувь. И позавчера. Филипп ни в коем случае не был виноват.

— Я больше не забуду и точно буду их надевать.

— Да. Для вас так будет лучше. Пол холодный, вы можете заболеть.

Филип, который отвел Хлою обратно в кровать, надел ей обувь. Хлое очень понравились мягкие и теплые туфельки. Но по какой-то причине выражение лица Филиппа было обеспокоенным.

— Они немного большеваты принцессе.

В первый же день Филип подготовил обувь, которая идеально подходила для десятилетнего ребенка. Но они были слишком велики для Хлои. Затем он принёс другую обувь, но как оказалось, и эти велики.

Было ясно, что у маленькой принцессы ноги и руки меньше, чем у ее сверстников. Вокруг глаз Филиппа появились глубокие морщинки. Увидев это, Хлоя быстро сказала.

— Нет. Эта обувь мне очень нравятся.

Если бы она всегда могла носить эту обувь, то ее ноги не замерзали бы даже холодной зимой.

— Спасибо вам.

Когда Хлоя произнесла слова благодарности, ее глаза стали золотистого цвета. Чувства Филиппа, когда он увидел это, смешались. Ей так понравилась обычная обувь. Он подумал, что сегодня ему обязательно надо будет заказать еще десятки пар детской обуви и привезти их.

Нет нет. Лучше всего пригласить сапожника из обувного салона, который известен своей популярностью за пределами империи. Верный работник замка уже распланировал задачи у себя в голове.

В то же время его руки были заняты переодеванием Хлои. В одно мгновение Хлоя сменила тонкую пижаму на плотное детское платье.

Филип подавил вздох сожаления, когда посмотрел на слишком мешковатый подол платья Хлои.

— Были ли у вас какие- нибудь неудобства во время сна на этой кровати?

Неудобства. Разве такое может быть? Хлоя покачала головой.

— Нет, мне все очень понравилось.

На случай, если ее неправильно поймут, она несколько раз повторила свою фразу.

— Хорошо.

Филип расчесал Хлое волосы. Первоначально это не входило в его обязанности, но он не мог доверить уход за драгоценной принцессой кому-то другому. Он с удовольствием снова и снова поправлял одежду Хлои. Потом он заправил непослушные волосы Хлои за уши и поднял ее.

— Прежде всего, пойдемте завтракать, принцесса. У вас сегодня много дел.

Расстояние до столовой было не большим. Ожидающие слуги открыли двери с двух сторон, и перед Хлоей появилась комната столовой, достаточно большой, чтобы собрать десятки людей. Когда она впервые увидела это, то была сильно шокирована. Тем не менее, не настолько сильно, чтобы потерять аппетит.

На длинный широкий стол положили новые белые скатерти и приготовили столовое серебро.

— Я провожу вас до вашего места.

Филип усадил Хлою на стул. Ноги девочки самопроизвольно качались в воздухе, потому что она не могла дотянуться до пола. Обувь все норовила соскользнуть, поэтому она крепко прижимала пальцы ног. Филип посадил игрушку-щеночка рядом с Хлоей.

Четверо людей из обслуживающего персонала по очереди несли еду в столовую. Большой стол вскоре был заполнен разными блюдами. Хлоя круглыми от удивления глазами смотрела на еду. Вчера вечером перед сном она съела мягкий вареный картофель, яйца-пашот и блины, политыми маслом и кленовым сиропом. Тогда она подумала, что это была действительно роскошная еда...

— Сегодня еще роскошнее.

Чем больше выносили еды, тем шикарнее становился стол. Конечно, Хлоя не знала, что шеф-повар во дворце творит произведения искусства.

Шеф-повар, получивший от Честера специальный указ «сделать принцессу пухлой», готовил каждый день изо всех сил. И результат был прямо прямо глазами Хлои.

Южный салат сашими, смешанный с сыром фета, маринованными оливками и свежесобранными помидорами, а также теплый суп из овощей, чеснока, фасоли, ветчины и молока. Холодный суп из свеклы, йогурта и маринованных овощей, лосось на гриле с отварной репой и специями. Стейк, обжаренный на гриле после выдержки в меде и вине, и картофельное пюре, заправленное сладким сливочным соусом. И это далеко не весь список.

Безумно сладко пахнующий панкейк, отваренная сладкая тыква с яблоками и сахарным сиропом…

Еды было так много, что накормить ею можно не только одного или двух человек. Хлоя с удивлением взглянула на стол и пришла к радостному выводу.

«Кто-то еще будет есть со мной».

Хлоя решила, что этой еды слишком много для нее одной.

«Его Величество Честер тоже придет... Может быть, придут и другие мои братья».

Прошла неделя с тех пор, как она приехала в императорский дворец. Хлоя еще не встречала других членов семьи.

Итак, сегодня, в ожидании того, что она наконец сможет увидеть своих братьев, глаза Хлои приобрели бледно-фиолетовый цвет. Филипп положил немного корицы в стакан Хлои и залил его медом с подогретым молоком.

— А сейчас я расскажу о вашем расписании на день. Принцесса не против?

Хлоя взяла стакан с молоком. Запах корицы пощекотал кончик ее носа, она нахмурилась и кивнула.

— Во-первых, после еды будет время для игр. Вы можете прогуляться в саду, и если вы хотите поиграть с игрушками, то мы все подготовим.

— Игрушки…

До сих пор у Хлои никогда не было игрушек или игр, в которые она могла бы поиграть. Поскольку рабу некогда отдыхать, то и в игры играть времени не было. Иногда, в редких случаях, она проводила время с Воскресеньем. Они играли с камнями, сломанными ветками и винтами, которые падали со сломанных стульев. Есть ли игрушки, которые она хочет?

— Мм... Нет, не нужно.

— Понятно. Если вам что-нибудь понадобится, то обязательно скажите мне, принцесса.

Филип, на мгновение разочарованный, продолжал говорить.

— После игр самый популярный в последние годы парикмахер столицы подстрижет принцессу. А императорский портной приедет снимать с принцессы мерки для пошива одежды, — продолжал говорить о планах на день Филипп.

Когда он закончил и спросил, есть ли у нее какие-нибудь вопросы к нему, Хлоя покачала головой. У нее не было конкретных вопросов, но даже если бы они были, она не собиралась их задавать. Она не хотела, чтобы ее считали проблемным ребенком, который приносит неудобства такому доброму человеку.

Как будто прочитав ее мысли, Филипп мягко спросил.

— Если у вас появятся какие-либо вопросы, не стесняйтесь их задавать, принцесса. Хорошо? Даже если это будет какой-нибудь пустяк. Если вы не спросите то, что вам неловко спрашивать, но очень интересно, то в конечном итоге это окажется тем, чего вы не узнаете навсегда.

Вот как.

Значит никто не будет злиться или ругаться, даже если она чего-то не знает и хочет спросить. Хлоя быстро кивнула.

— Да, я поняла.

— Хорошо…

Филипп удовлетворенно посмотрел на Хлою и собирался что-то сказать. Дверь открылась, и появился слуга средних лет. Он низко поклонился Хлое, быстро подошел к Филиппу и сказал.

— Господин, вас ищет Его Величество наследный принц.

— Его Величество принц? Понятно.

Он на мгновение задумался. Филипп умело скрыл свое замешательство, взял со стола салфетку, развернул ее и положил на колени Хлое.

— Я скоро вернусь, принцесса.

Он, поклонившись быстро удалился со слугой, который пришел за ним. Хлоя, которая осталась сидеть за столом, подняла руку над коленом. Ее нос пронзили всевозможные вкусные запахи. Послышалось урчание ее голодного желудка. Бессознательно у нее изо рта потекла слюна.

Еда выглядела восхитительно и будто сама просила, чтобы ее съели. Но она не могла есть в одиночестве. Она сжала кулачок и сопротивлялась искушению поесть.

«Нужно просто набраться терпения. Вскоре Честер придёт вместе с другими братьями», думала она про себя.

Когда Филипп подошел к кабинету принца, он дважды постучал в дверь. Вскоре одна из створок открылась.

— Ваше Величество, вы меня звали? — спросил Филипп, войдя в комнату, и поклонился находящимися в ней Гардину и Коллину.

Оба рыцаря также поприветствовали его. Честер вчитывался в документы, и спросил даже не поднимая взгляда:

— Что насчет Хлои?

— Она сейчас в столовой. Повар сегодня очень постарался, так что принцесса будет очень довольна сегодняшним завтраком.

Удовлетровившись ответом, Честер мягко кивнул.

— Что насчёт того, что вы должны были организовать?

— Парикмахер должен прийти сегодня. После стрижки портной снимет мерки с принцессы. А завтра я позову сапожника, чтобы подобрать туфли принцессе. Многого не было и приходилось заказывать, так как во дворце никогда не жила юная леди.

— … Понятно, обувь ей нужна. А помимо этого?

— Я думаю, что нужно подготовить игры и игрушки, но моих знаний для этого не хватит, поэтому скорее всего придется нанять кого-нибудь, чтобы выбрать игрушки.

— Хорошо. Давай сделаем так: если что-то ещё понадобиться, то покупай, не жалея сил и денег. не важно, сколько это будет стоить.

— Как скажете.

Честер задал еще один вопрос склонившему голову Филиппу.

— А горничная?

Шел уже двадцать пятый год работы с этим немногословным принцем. Филипп научился понимать смысл таких кратких предложений.

— С сегодняшнего дня я начну отбор кандидаток.

До сих пор во дворце не было горничных, но с тех пор, как приехала принцесса, невозможно обойтись только мужчинами. Более того, невозможно было предоставить обслуживаие принцессы мужчине.

Честер приказал Филиппу нанять служанку, и Филипп был занят отбором первых горничных во дворец.

— Со всех сторон света соберутся, Ваше Величество.

Честер улыбнулся словам, которые бросил Колин, все время до этого молчавший.

— Ну и отлично.

Из-за «проклятия» во дворец никогда не ступала женская нога. По этой причине все те, кто мечтал стать женщиной императора, искали возможность встретиться с королевской семьей. Вот почему вне замка всегда было так много дворянских девушек. Среди них было несколько амбициозных, которые были бы готовы войти в замок под видом горничной, если бы они могли проникнуть за ворота.

Нет, даже если бы они не хотели, их семьи не могли упустить эту прекрасную возможность. Если их дочь родит от императора или принца, то большинство из них станут просить о браке. Намерения таких людей были очевидны, а расчеты легко предсказуемы. Но невозможно было отказаться от идеи взять в замок горничную только из-за таких, как они.

Это все для Хлои.

— Все равно невозможно скрыть существование принцессы.

Конечно, никто не собирался скрывать это.

— Со вчерашнего дня люди, разузнавшие об этом, уже кружат вокруг замка.

Королевская карета заехала во дворец. Из кареты вышла маленькая девочка. Подобные слухи уже быстро распространялись среди знати. Если быть посмышленей, то легко догадаться, что эта девочка — принцесса, которой никогда не было в Аскание и которая, как говорили, не появлялась, пока императорская семья не была уничтожена.

Пока неизвестно, какие перемены несёт появление этой девочки в столице.

— Вы хотите впустить гончую? — спросил Гардин, глядя на те же бумаги, в которые смотрел Честер.

Его глаза обратились к Колину.

Колин Найджел, который смог довольно дружелюбно завязать разговор с Хлоей по дороге в столицу. Он был паладином с выдающимися навыками. Это звание, которое предоставляется только самым опытным специалистам, вне зависимости от их родовой принадлежности. У него было шесть младших братьев и сестёр. Он так любил детей, что часто рассказывал, как ухаживал за самым младшим ребёнком в семье, как кормил его молоком, менял пеленки и усыплял.

Для сопровождения принцессы не было более подходящей кандидатуры.

— Колин, — крикнул Честер.

Колин без колебаний поклонился.

— Я с радостью выполню приказ его величества.

Других слов не требовалось. В этот момент Колин сразу понял, чего хотел Честер. Попрощавшись, Колин вышел из кабинета принца. Гардин открыл рот, посмотрев на удаляющегося Колина.

— Все ли будет в порядке, ваше величество?

Этот вопрос возник не из-за сомнений в умениях и способностях Колина. Однако его волновало, хватит ли его одного, чтобы исполнить роль «гончей». Задача ведь стоит в эскорте единственной принцессы Аскании.

— Если появится Чед, то я приставлю еще людей, — вылетело изо рта Честера.

Гардин замолчал при упоминании имени второго принца. Для него было в новинку, что братья, которые не были очень близки друг к другу, делали что-то вместе и помогали друг другу.

«Все благодаря принцессе»

Никогда такого не было, чтобы братья в Аскании были заодно. Все шло согласно легенде. Принцесса — единственная, кто сможет избавить Асканию от проклятья.

Пока Гардин это обдумывал, Честер передал Филиппу документ. Филипп посмотрел, что было написано на бумаге, и вежливо вернул документ Честеру.

— Как ты думаешь, сколько времени это займет?

Вспомнив инструкции на бумаге, Филипп быстро подсчитал что-то в голове. Нужно отобрать людей на работу, затем подготовить необходимые материалы…..

Он ответил, закончив расчет почти мгновенно.

— Если поторопиться, то работник сможет приступить к делу в течение недели.

Честер не ответил, и на спине Филиппа выступил холодный пот. Но опытный дворецкий не проявил никаких признаков смущения.

— Все будет готово в течении двух или трёх дней, Ваше Величество.

Голова Честера слегка дернулась. Внутренне вздохнув с облегчением, Филипп попрощался и вышел из кабинета. У него было много незавершенных дел, но ступал он не спеша.

Интересно, какое поручение дал Его Высочество обер-камергеру?

Гардин подавил своё любопытство. Если есть что-нибудь, что нужно знать Гардину, Честер обязательно расскажет ему как можно раньше. Или, если это то, о чем Гардин не должен знать, лучше не задавать фривольных вопросов.

— Итак, — Честер заговорил, снова беспечно глядя на документы. — Значит с группой еще не связывались?

— Что?

На мгновение озадаченный, Гардин чуть не спросил вслух, о чем это он. Но тут он встретился с черными глазами, полными раздражения. Он вспомнил, что пришел в кабинет, чтобы рапортовать о результатах полученных приказов.

— А, да! Верно. Последнее известие, полученное от группы, сообщало о том, что группа наздоится около княжества Мадрания. Однако это было четыре месяца назад, поэтому местонахождение группы на данный момент неизвестно. Вот почему мы не смогли связаться с Азрой.

Мадрания — маленькое княжество, довольно далеко от Империи, в которой они сейчас находились.

«Зачем же они туда пошли?»

Честер, слегка нахмурился, но вскоре смягчил взгляд и сказал:

— Продолжайте сбор информации.

— Да, ваше величество. Тогда я вернусь к...

Гардин, который низко склонил голову, попрощался и на мгновение остановился. Его колебание длилось недолго.

— Ваше Величество.

Взгляд Честера обратился к Гардину. Казалось, что взгляд его голубых глаз пронзает до самого сердца.

— Когда вы собираетесь сказать об этом принцессе?

Бровь Честера дернулась. Гардин осторожно озвучил вопрос, о котором думал все время после встречи с Хлоей.

— Ведь суть проклятья Аскании в том, чтот ей суждено умереть от руки любимого человека.

— …

Он несколько раз упоминал о проклятии в присутствии Хлои, но так и не объяснил, что это за проклятие. Сначала это было просто потому, что не было подходящего времени, чтобы рассказать подробности о проклятии. А сейчас он переживал, что, услышав правду она начнёт бояться.

— … Рано.

Честер понимал, что это слишком абстрактно, но предпочел воздержаться от прямого ответа.

— Еще слишком рано.

Нет необходимости обременять младшую сестренку, которая уже переживает из-за резко изменившейся обстановки. Пусть ее жизнь стабилизируется. Прежде всего, «проклятие» Аскании уже снято просто самим существованием принцессы. Нет необходимости спешить.

Подумав об этом, Честер кивнул Гардину.

— А пока постарайтесь, чтобы слова о проклятии не достигли ушей принцессы.

Не лучше ли сказать правду как можно раньше? Утаивание болезненной правды — не всегда лучший способ для защиты кого-либо. Даже думая так, Гардин все равно согласился выполнять приказ.

— Вас понял.

Во-первых, рыцари не должны ставить под сомнения приказы хозяина. Если им скажут убить — они убьют, если скажут спасти — спасут.

К тому же, главнокомандующий рыцарями — сам Честер Аскания. Благородный принц, следующий император королевской семьи Империи Велок, которая правит огромным континентом.

Поклонив голову перед Честером, Гардин направился к выходу. Вдруг он почувствовал чьё-то присутствие за дверью.

Тук-Тук-Тук.

Тук-Тук-Тук-Тук.

Никогда раньше во дворце не стучали так резко. На мгновение Гардин занервничал и схватил меч. Неужели нападение? Вскоре дверь внезапно открылась, и молодой работник вбежал в кабинет.

— В-ваше величество! — сказал слуга дрожащим голосом и посмотрел на Честера с испуганным лицом. — Вам стоит пройти в столовую.

Столовую? Что-то случилось в месте, где сейчас находится Хлоя?

Честер, который все это время был спокоен, встал со своего места. Большое кресло с громким стуком и шумом покатилось по полу.

— Хлоя, что то случилось с Хлоей?!

Глаза Честера на мгновение стали зелеными. Гардин, увидевший это, широко раскрыл глаза от удивления. Согласно традициям, прежде чем стать официальным принцем, он и бровью не повёл, когда ударил императора ножом. Гардин сделал для себя открытие: равнодушный ко всему с раннего детства принц оказывается имеет какие-то эмоции глубоко внутри.

Глаза печально известного принца стали зелеными. В это было так трудно поверить, что Гардин и не думал, что увидит подобное когда-нибудь. Встревоженный слуга привёл его в чувство после полученного шока. Сейчас есть дело намного важнее, чем эмоции принца. Слуга, затаив дыхание, громко воскликнул.

— Принцесса… Принцесса не ест!

Сколько прошло времени? Может, прошло пять минут, а может, два часа. Хлоя крепко сжала руки и опустила взгляд в пол. Когда она смотрела на стол, полный еды, ей было трудно сдерживаться.

«Я могу еще потерпеть».

Когда она жила в особняке работорговца, ей приходилось терпеть более длительные периоды времени без еды, чем сейчас. Чтобы уничтожить дух рабов, рабовладелец намеренно приносил и ставил перед рабами вкусную еду и не позволял им прикасаться к ней. И если кто-то не выдерживал и дотрагивался до еды, то его избивали до полу живого состояния. Рабы, увидев это зрелище, не могли осмелиться протянуть руку к лежавшей перед ними еде.

«Сейчас намного лучше, чем было тогда».

Тут и не холодно и кресло, на котором она сидит, очень мягкое и удобное. В таких условиях она может долго терпеть свой голод.

Урррррррр…

Лицо Хлои покраснело из-за громкого урчания в животе. Подняв голову, она огляделась, чтобы убедиться, что никто не слышал. Все работники в столовой смотрели на нее с непроницаемыми лицами. Они хмурились, но не от злобы, а, скорее, от испуга и встревоженности.

Хлоя, не знавшая, куда смотреть, склонила голову. Почему все смотрят на нее с такими лицами?

В тот момент, когда Хлоя об этом думала, дверь столовой внезапно открылась.

— Хлоя.

Честер поспешно открыл дверь. В тот момент, когда она увидела его, Хлоя невольно мягко улыбнулась.

— Ваше Величество Честер!

Голос Хлои был полон радости от того, что она наконец сможет покушать, и от удовольствия видеть Честера. Глаза Честера на мгновение блеснули из-за ее радостного голоса и вскоре стали золотыми. Хлоя впервые улыбнулась! Уголки его рта задрожали и он быстро подошел к Хлое.

— Хлоя, — Честер наклонился, чтобы быть с ней на одном уровне глаз. — Все хорошо? Может где-нибудь болит?

— Что? О, нет.

В ее импровизированной спальной комнате было тепло, а кровать была на удивление мягкой. Благодаря прекрасному ночному сну ее тело стало таким легким, как будто оно вот-вот взлетит. Каждый ее день был похож на сон.

— Может тебе не нравится приготовленная еда?

— Что?

Хлоя яростно покачала головой, глядя на Честера, а затем с удивлением посмотрела поверх стола. Неужели есть человек, которому не понравится эта чудесная еда?

Хотя у Хлои явно не было сильного аппетита, ей хотелось попробовать каждое блюдо на столе. Настолько еда выглядела аппетитно.

— Все это выглядит так восхитительно.

Глаза Честера резко заблестели, когда он последовал за ее взглядом. Бросив взгляд на стол, он пришел к выводу, что еда на столе неплохая. Если бы это услышал шеф-повар, который с самого рассвета готовил еду от всего своего сердца, он бы заплакал из-за слишком суровой оценки.

— Тогда почему ты не ешь?

Глаза Хлои затрепетали при третьем вопросе Честера, и стали бледно-зелеными.

— Ваше Величество, а вы, что, не будете кушать… вместе со мной?

Честер приоткрыл рот услышав грустный голос своей сестренки.

— Что ты, — поспешно сказал Честер, заметив, почему Хлоя не ела. — Мне очень жаль, что я опоздал. У меня было так много дел, что я заработался и забыл о еде.

После слов Честера лицо Хлои сразу же просветлело. Светло-зелёный огонёк в ее глазах исчез.

«С этого момента мне нужно будет завтракать с Хлоей каждый день... и если будет получаться, то еще обедать и ужинать»

Честер, который в прошлом очень часто пропускал приемы пиши, с этого момента решил питаться по расписанию. Он погладил Хлою по волосам и сел рядом с ней. В одно мгновение подготовили приборы на столе.

Честер нахмурился, глядя на холодную еду. В тот момент, когда он собирался заказать новую еду, послышалось...

Урррррррр...

Урчание был настолько слабым, что его нельзя было услышать, если не прислушаться. Честер, более чувствительный к звукам, чем обычные люди, понял, что урчание исходило со стороны Хлои.

Честер понял, что времени на приготовление еды уже нет и просто выборочно приказал заменить ту еду на столе, которую совсем невозможно было есть холодной.

Как только он подал знак слуге рядом с ним, тот немедленно исчез, чтобы передать приказ наследного принца на кухню.

— С этого момента, даже если я опоздываю, начинай есть первой.

Услышав слова Честера, Хлоя закатила глаза. Но все равно кивнула. Интуитивно Честер чувствовал, что она все равно будет продолжать ждать его, когда он будет опаздывать.

«Больше я никогда не буду опаздывать».

Когда Честер принял свое решение в пользу Хлои, Хлоя нерешительно открыла ротзаговорила.

— Ваше Величество Честер. Больше никто не придёт?

Ее привычка называть его «Ваше Величество» немного разочаровывала. Честер вслушался в ее слова и ответил.

— Больше никого нет.

— А…

Хлоя грустно опустила взгляд. Она надеялась, что сможет увидеть других братьев. Видимо нет.

После небольшого разочарования вскоре последовала большая тревога. Может, они не хотят ее видеть. Выражение лица Хлои стало испуганным при этой внезапной мысли.

Честер посмотрел на нее и сказал.

— …Второй брат, Зед, уехал на осмотр, а третий — Эзра — уже долгое время не появляется в замке.

Он говорил по-прежнему холодно, но Хлое почему-то показалось, что его тон речи стал мягче. Он был явно беспокоен тем, что она разочарована.

Хлоя сжала уголки губ, чтобы скрыть разочарование. Выглядело это как неловкая улыбка. Честер поспешно добавил.

— Скоро ты сможешь увидеться с Зодом. Он и сам хочет поскорее тебя увидеть. А Эзра….

Эзра….? Хлоя медленно моргнула, ожидая, пока он заговорит. Честер нахмурился, будто попал в просак.

— ….наверное, как только он узнает, что у него есть сестренка, он сразу же приедет. Он будет очень счастлив.

Сразу же приедет и будет счастлив.

Хлоя подумала, что он сказал это, только чтобы утешить ее.

— Скоро ты всех увидишь. Подожди немного.

— Хорошо!

Выражение лица Хлои прояснилось при мысли, что она сможет встретиться с другими братьями. Ее эмоции можно было легко прочесть даже не смотря на цвет ее глаз. Даже живя в суровых условиях, она не утратила искренности.

Честер рукой махнул в сторону слуг, чтобы они отошли и сам положил еды на тарелку Хлои. Глаза слуг, ожидающих указаний, расширились. Его Величество наследный принц кладет еду на чужую тарелку?

Это Честер Аскания? Разве он — не тот, который является синонимом бессердечия, о котором говорят, что у него нет крови, слез и эмоций? Однако такой принц сам кормит свою младшую сестру?

Все начали сомневаться, хорошо ли видят их глаза. Честер нежно спросил Хлою.

— Хочешь что нибудь еще?

Спрашивая только по привычке, Честер не ожидал, что Хлоя действительно что-нибудь попросит. Потому что было ясно, что она еще не привыкла к своему статусу.

— А можно?

Но ее ответ был не таким, какого он ожидал. Глаза Честера стали золотыми, когда он увидел, как Хлоя нерешительно смотрит на него. Ее младшая сестра впервые хочет что-то попросить у него.

— Скажи мне все, чего бы тебе хотелось.

Взволнованный Честер наклонился к Хлое. Это было бессознательное действие: он не хотел пропустить ни одного ее слова.

Что Хлоя хочет попросить? Новую куклу? Платье? Туфли? Ювелирные изделия? Игрушки? Честер смотрел на Хлою с нетерпением, он был готов достать что угодно. И, наконец, крошечные губы Хлои дернулись, и она сказала...

— Можете ли вы дать имя Воскресенью?

— Воскресенье…?

Подумав о том, кто же такой Воскресенье, Честер сразу же вспомнил мальчика с чёрными волосами. Мальчик, который дружил с Хлоей в особняке рабовладельца. Нахальный мальчуган, который сказал, что сделает все для Хлои, несмотря на его испуганное выражение лица.

Честер, вспомнив мальчика, который уже должен был направляться в столицу с Хисом, невольно нахмурился. Дать имя этому мальчугану. Если бы такое попросил кто-нибудь другой, то Честер просто проигнорировал бы просьбу. Но он не мог проигнорировать свою младшую сестренку, которая смотрела на него с искренней надеждой.

— Не дадите?

Став принцессой единственное, о чем она просит — это дать кому-то имя? И смотрит с таким отчаянием в глазах.

— Я подумаю.

Хлоя, на этот раз ярко улыбнувшись, сказала.

— Спасибо, Ваше Величество.

Она впервые ярко улыбнулась. Честер, пристально на нее посмотрев, спросил.

— Еще что-нибудь? Что-нибудь еще хочешь?

Если она захочет кучу платьев, то он будет дарить ей по сотне в день. Если захочет красивый сад, то он срубит весь лес около Императорского дворца и возведёт сад для нее. Ничего для нее не пожалеет. Только чтобы она улыбалась. Только чтобы она была счастлива.

— Все, что ты захочешь, Хлоя.

Голос Честера, говорящего, что он подарит ей что угодно, был довольно серьезным, как если бы он сам просил подарок. Медленно моргая, Хлоя посмотрела ему в глаза.

— Тогда...

— Да. Говори.

— Дадите имя и ему тоже?

Кончики пальцев Хлои указали на сидящего рядом с ней щенка. Честер заметил, что это была та игрушка, которую он подарил Хлое в день первой встречи.

— …с радостью.

Дать имя игрушке проще простого. Честеру хотелось, чтобы Хлоя попросила что-нибудь другое.

—  Хлоя, попроси что-нибудь для себя.

Ни имя мальчика-раба, ни имя игрушки не предназначалось для Хлои.

— Не для кого-то другого, а для себя самой. Разве нет ничего, что тебе бы хотелось?

Она, у которой никогда ничего не было, думала только о том, как протянуть руку помощи другим. Потому что для нее просить для себя — это проявление жадности. Он бы дал ей все. Честер хотел, чтобы Хлоя научилась жадности.

— …

В молчании прошла минута.

— На самом деле... — наконец, заговорила Хлоя, пошевелив пальцами рук, лежавших на коленях.

Когда она вошла в замок, ей очень хотелось кое-что сделать.

— …Я хочу прочитать книгу. И поскольку есть так много вещей, которых я не знаю, я хочу это все выучить. Буквы тоже.

Хлоя, стесняясь, сказала это полушепотом и опустила голову.

— Да, отложим формальные занятия, лучше сначала поучить буквы.

Честер сказал, что завтра же наймёт учителя по письму.

— Но взамен пообещай, что занятия не будут вредить твоему здоровью. Не переусердсвуй на уроках.

— Хорошо!

— И насчет книги… лучше бы построить библиотеку специально для тебя.

— …Что?

Хлоя подумала, что, может, она неправильно его услышала.

Построить библиотеку?

Но с ее слухом все было в порядке, она могла слышать что-то вроде ветра, дующего сзади. Когда она повернула голову туда, где был слышен звук, служащий, которая молча ждал приказаний, широко открыл рот. У других слуг было такое же выражение лица. Хлоя увидела это и поняла, что это были не слуховые галлюцинации.

— Ваше Величество, я не думаю, что нужно строить целую библиотеку. Я просто хочу учиться и прочитать книгу.

Она ведь не говорила, что хочет библиотеку, она просто сказала, что хочет читать книги. Было неловко, когда это внезапно превратилось в историю о строительстве библиотеки.

— …Хлоя.

Как подарить ей библиотеку, чтобы не смутить ее таким подарком? После недолгого размышления Честер придумал подходящий метод.

— Я сказал библиотека, но на самом деле это просто будет читальня, где будет много много книг. У всех принцев есть такие помещения, включая и меня.

Это была правда: у членов королевской семьи были свои личные читальни. Однако Честер решил, что читальня Хлои будет сильно отличаться от читальней других членов королевской семьи.

— Читальня?

У Хлои, которая не знала намерений Честера, загорелись глаза. Библиотека была бы обременительной. Но личная читальня — это так волнительно и здорово.

У нее будет личная читальня! Она и о своей личной спальне мечтать не могла. Честер кивнул, увидев, как глаза Хлои поменяли свой цвет на золотой.

— Да. Читальня. Сказу же начнём ее подготавливать. И узнаём насчет учителя для тебя.

— Спасибо!

Уголки губ Честера мягко поднялись, когда он уивдел, как глаза Хлои сияют. Принцесса впервые попросила что-то у него. Конечно, он не думал, что это будет обычная библиотека или учитель по письму.

Честер, закончивший размышлять об идее «личной читальни для принцессы», сразу же начал думать о подходящей кандидатуре в учителя для Хлои. Учителей по письму было много. Можно просто назначить кого-нибудь из ученых или чиновников из замка. А вот что делать потом — вопрос серьезный.

Политика, экономика, гуманитарные науки. Хлое, как члену королевской семьи, нужно было изучить это все.

«Для формальных уроков нельзя нанимать кого попало».

Честер подумал, что такие уроки должен преподавать как минимум декан академии или кто-то похожего статуса. И тут подходящая кандидатура пришла ему в голову.

«Думаю, мне стоит попытаться связаться с академией».

***

После довольно приятной трапезы с Честером Хлоя, следуя расписанию, пошла играть. Филипп сказал, что она может делать все, что захочет. Однако Хлое было очень трудно освоиться с предоставленным ей свободным временем.

В конце концов, она обошла коридор императорского дворца и вернулась в комнату, как и вчера. А в комнате ее ждал неожиданный гость.

"Колин!"

Увидеть Колина было так приятно, будто не видела его на протяжении нескольких лет, хотя прошел всего день.

Колин, который увидел радостную Хлою со сверкающими глазами, взаимно улыбался ей.

— Доброе утро, а, нет, оказывается уже день. Вы пообедали? — спросил Колин, будто ему было важнее всего, чтобы Хлоя хорошо питалась.

Хлоя кивнула.

— Да, сегодня я обедала с Его Высочеством Честером!

— ... С Его высочеством Честером?

— Да, Его высочество помог мне наложить еды, и даже помог порезать десерт.

— ... Его высочество Честер?

— Да! А ещё он решил, что теперь всегда будет кушать вместе со мной.

— Его высочество Честер...

Колин выглядел озадаченным.

Все приближенные Честера знали о том, что он очень часто забывает о приемах пищи. Филип так просил его не пропускать обеды и ужины и хорошо питаться, но он не слушался его и делал по-своему, это он...

Колин восхищено смотрел на Хлою.

Хлоя столкнувшись с ним взглядом, не знала, куда себя деть от смущения.

На мгновенье Колин ощутил желание позаботиться об этой девочке так же, как заботился о шести своих младших братьях и сестрах.

Это ведь именно то поведение ребенка, когда он хочет чем-то похвастаться?

Колин, уверенный, что у принцессы не так много близких людей, с кем она могла бы поговорить, поклонился ей.

— Принцесса, может быть вы хотите мне что-то сказать? — нежно спросил он.

— Колин, а у меня появилось имя. Это имя дал мне мой отец, то есть Его Величество.

Ее щеки покраснели из-за смущения, и стали похожи на красное яблоко.

Поскольку сейчас она выглядела так, юудто была его ровесницей, хотя при первой встрече казалась гораздо младше, Колин улыбнулся.

— Я так рад это слышать, принцесса. Если вы не против, не могли бы вы сказать свое..., сказать свое имя?

—Хлоя. Меня зовут Хлоя Асканир!

В голосе Хлои, которая произносила свое имя, чувствовалась радость, счастье и гордость.

Он удивился тому, как она говорила.

Но вдруг он сделал серьезное выражение лица, это было не похоже на него.

Он встал на одно колено перед Хлоей, с серьезным выражением лица, что было непривычно для нее.

— ... Колин?

Растерянная Хлоя удивилась на его внезапному поведению.

Он опустил голову.

— Мы, три рыцаря — Паладин, Колин и Найджел — получили приказ, согласно которому, начиная с сегодняшнего дня мы будем охранить принцессу Хлою Асканир.

После чего медленно поднял голову.

Колин выглядел серьезным, каким прежде Хлоя его не видела.

— С этого момента, какая бы опасность вам не угрожала, я защищу вас, Хлоя Асканир.

Хоть это и звучало словно клятва рыцаря, но на самом деле это не было клятвой.

Все рыцари могли дать клятву лишь раз в жизни.

Поэтому прежде, чем дать клятву нужно было тщательно все обдумать.

Однако то, как он говорил Хлое, что защитит ее, звучало так, будто это клятва рыцаря.

Хоть Хлоя и не до конца понимала значения слов Колина, но она болезненно восприняла его слова.

Слова, о том, что он действительно защитит ее, в какой бы она ни была в опасности.

— ... Спасибо, Колин.

— Это я должен вас поблагодарить. За то, что вы разрешили мне вас охранять.

По мнению Хлои, именно она должна была благодарить, но вместо этого только получала благодарность Колина.

Хлоя почувствовала, что после того, как пришла сюда, все сильно изменилось, от ее прежней жизни не осталось почти ничего.

'Я хочу остаться здесь на очень долгое, долгое время.'

Я могу и вкусно поесть, и спать на тёплой кровати.

А также меня здесь не бьют и не ругают.

Все были ко мне добры и милы.

Это лишь то, что я никогда не могла и представить себе. Если было бы возможно, я хотела бы остаться здесь навсегда, совсем навсегда.

'А для этого мне нужно стать очень добрым ребёнком'.

Хлоя снова решила постараться, чтобы ее не возненавидели.

Если бы люди узнали о Честере и Филипе, кроме Колина, то тяжело вздохнули бы.

Колин, который не осознавал, о чём могла думать юная принцесса, задал ей вопрос.

— О чем вы говорили с Его высочество Честером? Когда вы обедали с Его высочеством, не обижал ли он вас?

— Нет! Его высочество был очень добр ко мне.

Добрый Честер Асканир...

От комбинации никак не подходящих друг другу слов Колин вздрогнул.

— Когда я сказала, что хочу прочитать книгу, Его высочество пообещал, что предоставит мне очень большой кабинет. А ещё он сказал, что с завтрашнего дня я смогу учиться письму.

Когда Хлоя рассказывала о том, что пообещал ей Его высочество, сгибая по одному свои пальцы, ее глаза светились фиолетовым цветом.

Честер теперь был для Хлои настолько хорошим человеком, что то, что она боялось его, казалось уже далеким прошлым.

— Как замечательно. Поскольку вы способная девушка, то как только вы начнёте учиться, сразу станете очень умным человеком.

— Да!

Видя, как радовалась этому принцесса, Колин не мог сдержать улыбку.

Не верится, что всего несколько дней назад она была недовольным ребенком, который обо всем беспокоился и с подозрением смотрел на всех.

Теперь если только бы изменить эту прическу, которая закрывала ее лицо, то она была бы совершенно идеальной.

Колин испугался своих мыслей, после чего послышался стук в дверь.

— А, видимо парикмахер уже пришла.

Как и сказал Колин, чиновник, стоящий за порогом, сообщил о прибытии парикмахера, которого привел.

Большое мягкое кресло и большое зеркало были поставлены в середине комнаты, где вскоре должна была сесть Хлоя.

Хлоя, которая всегда весело беседовала с Колином, в мгновенье ока стала серьезной.

Слова, которые произнес чиновник, лишь сейчас дошли до нее.

'Поменять прическу... Это ведь значит, мне отрежут челку?'

Честер сказал, что другие будут завидовать и восхищаться мною, но...

Но тем не менее я боялась, что мои глаза будут видны, из-за того, что мне укоротят челку.

Но у меня не было смелости сказать, что мне не хотелось или нельзя отрезать челку.

'Я не хочу, чтобы меня возненавидели. Кто знает, что случится, если я не буду добрым ребенком. Может и не смогу остаться здесь на долго.'

Думая таким образом Хлоя, недовольным видом подошла к креслу и села.

Кто бы не посмотрел, на ее лице было написано, что ей это не нравилось.

— Принцесса, — сказал Колин, внимательно наблюдавший за этим.

На что трогающая свою челку Хлоя, подняла голову и посмотрела на него.

— Если вам нравится эта прическа, то можно и не менять ее.

— ...

— Никто не может заставить принцессу что-либо делать. Поэтому если вы не хотите, то можете прямо сказать об этом.

Был похожий случай, когда Честер, сказал что-то подобное Хлое.

Он сказал, что никто не смеет говорить ей смиряться.

Задумавшись на некоторое время, Хлоя медленно заговорила:

— Я... — голос прозвучал тихо и неуверенно, и девочка склонила голову.

Из-за того, что челка стала длиной, не было видно ее лица.

Но Колину казалось, что он понимал, о чем думала Хлоя.

Несмотря на это, Колин не торопил ее с ответом.

— Колин.

Только после некоторого времени Хлоя запинаясь заговорила.

— Слушаюсь вас, принцесса.

— Не странные ли у меня глаза, и не огорчил ли вас их вид?

— Нет, — быстро сказал Колин, даже не задумываясь над ответом. — Я думаю, что у вас очень красивые глаза.

— У меня красивые... глаза?

Глаза Хлои расширились, когда Колин сказал то, о чем прежде она никогда не слышала. Колин кивнул.

— Да, я думаю, что ваши глаза, принцесса, очень красивы.

— ...

— Другие тоже согласятся со мной. Кто бы не посмотрел на ваши глаза, тот больше не подумает о том, что у него было плохое настроение.

Хлоя медленно заморгала.

Глаза человека, от вида которого портиться настроение. Глаза, которые приносят неудачу.

Каждый момент в ее воспоминаниях, связанных с ее глазами, был полон ругательств и оскорблений в ее сторону.

Но Колин, и Честер сказали, что это не так.

'... Может, здесь мне все же будет хорошо.'

Так было не только для Колина и Честера.

Чиновник Филип и другие чиновники тоже, не были недовольны, когда видели Хлою.

Набравшись смелости, Хлоя прижала к себе куклу и сказала:

— Я хочу подстричь челку.

— ... Вы уверены? — волнуясь, спросил Колин, для которого эти слова Хлои стали неожиданностью.

Хлоя кивнула.

— Да, я готова.

Она взглянула на себя в зеркало, стоящее перед ней.

Отражение Хлои выглядело немного иначе, чем то, что она часто видела в оконном стекле.

Дело не только в одежде, которую она поменяла.

Она посмотрела на себя через зеркало, не отводя глаз.

'Я хочу измениться.'

Хотя для других это может быть и просто сменой прически.

Кто-то может сказать, что такое решение и нельзя назвать решением. Но для Хлои это был первый важный шаг к значительным переменам.

* * *

Белок — столица империи, Алес.

Говорят, этот город защищал древний дракон — существо из легенды, заключившее контракт с императором-основателем. Еще говорят, что договор между императорской семьей Асканир и древним драконом все еще в силе.

Те, кто хотел нанести вред правящему роду, не могли даже подобраться к столице.

В других странах такой Алес называли неприкосновенным городом. Здесь, где не было вражеской угрозы, культура должна была расцвести.

Начиная с музыки и искусства и заканчивая нарядами до прическами. Если бы мы выбрали несколько популярных магазинов в Алесе, который является лидером последней моды, парикмахерская Сары не могла бы остаться в стороне. Каждая дама в столице хотела подстричься в салоне Сары, и выстраивались очереди на несколько дней вперед.

Даже в других странах были люди, которые слышали о Саре и посещали ее салон. Когда пришло время провести довольно крупную вечеринку, между чувствительными к моде дамами вспыхнула война из-за предварительной записи. Сара — очень способный парикмахер, и в то же время знает, как повысить свою ценность.

Дочь барона Марианн, известная в столице как самая красивая девушка, дочь графа Эйли, хорошо известная в светских кругах, дочь Серенити, являющаяся единственной дочерью герцога, который обладает огромным могуществом и собирает вокруг себя множество дворян.

Сара взяла на себя ответственность за них. Все они — обладатели высокого положения, дочери из богатых семей.

Некоторые люди избегали ее, высмеивая за то, что у нее мания к деньгам, но Сара не обращала на это внимания.

Вместе со славой, которая росла с каждым днём, ее имущество возрастало ещё больше, поднимая ее самооценку.

Завидуйте же молча.

Сара всегда была уверенной и смелой.

Однако после того, как пришел приказ из дворца, она удивилась, несмотря на то, что она обслуживала самых высоких лиц.

На самом деле этот приказ был о...

'Вы действительно хотите сказать, что мне нужно пойти во дворец, чтобы сделать укладку принцессе?'

Шагая по коридору дворца, Сара все еще не верила, что это происходило на самом деле.

У императора Асканир не может родиться дочь.

Все люди в империи, нет, все люди на материке знали об этом.

А также они знали о том, что если у императора родится дочь, то его проклятие спадет.

Но никто не думал, что такое однажды случится.

Потому что со дня основания Белок у императора ни разу не рождалась дочь....

Но вы говорите — дочь...

"Сара Майер."

Сара взглянула на камергера, который стоял впереди нее и позвал ее по имени. У него было очень серьезное выражение лица.

"Прежде чем встретиться с принцессой, я хотел бы кое о чем попросить."

"Да, я слушаю вас."

"Поскольку принцесса — очень чувствительный человек, будьте особенно внимательны, чтобы не проявить бестактность."

Чувствительный человек... Со слов Филиппа Сара по-своему представила образ принцессы.

'Другими словами, это означает, что она очень грубая девушка.'

Для Сары слово 'чувствительная' обычно значило то же, что и слово 'капризная' и 'нервная'.

"Я поняла вас."

Сара, опыт работы которой превышал два десятка лет, имела дело со многими людьми.

Среди них было и много тех, кто были слишком чувствительными.

И она умела уверенно вести дела с такими капризными девушками.

Увидев уверенную Сару, камергер кивнул и остановился.

Он вежливо постучал два раза и оповестил о приходе мастера.

Вскоре послышался приказ о том, чтобы вошли.

Сара, успокоив свое волнение, сделала маленький шаг вперёд, в комнату.

Такая, как я, удостоилась возможность увидеть первую дочь Асканира.

Для начала, чтобы не показаться грубой, прежде чем ступить через порог, Сара вежливо поздоровалась.

"Приветствую вас, принцесса. Меня зовут Сара, из салона 'Сара', сегодня я позабочусь о ваших воло...".

Внезапно, не договорив до конца, Сара слегка приподняла голову, с льстивой улыбкой на лице.

В глаза ей бросилась маленькая девочка, которая сидела на огромном, высоком стуле посреди комнаты.

По ее глазам было заметно ее волнение.

По ее напряженному выражению лица не было заметно ни ‘чувствительности’, ни 'высокомерности'.

Напротив, ее круглое лицо, большие и светлые глаза, и прямые брови создавали образ послушной девочки.

Сара сделала такой вывод, незаметно и быстро взглянув на принцессу.

Она ведь простая и милая девочка?

Сара видела императора Честера Асканира несколько лет назад, но лишь издалека.

Хоть он и был невероятным красавцем, но из-за того, что от него исходила холодная аура, он был таким мужчиной, рядом с которымты чувствовал себя ничтожеством.

Таким был не только император.

Если верить тому, что она слышала, то все члены императорской семьи Асканира имели такую же ауру, как у императора.

Однако от девочки перед нею исходила другая аура. Будто бы в ней текла не кровь семьи Асканира.

"...волосы. Буду рада вам услужить, принцесса."

Еле договорив , Сара низко поклонилась.

Нет, нет, нельзя быть невнимательной.

Даже если у нее такое милое лицо, как только она заговорит, то тут же превратится в 'капризную' девочку.

Чтобы не медлить из-за волнения, Сара осторожно подошла ближе к принцессе.

Рыцарь с красными волосами, который стоял рядом с принцессой, быстро посмотрел на пояс Сары.

Он пробежался взглядом по парикмахерским ножницам, которые были у нее на поясе.

Глаза подростка, которые выглядели так, будто ей все нравится происходящее, в мгновенье стали как у дикого животного.

Из-за этого пугающего взгляда Сара сама не заметила, как остановилась.

И в этот момент принцесса заговорила.

"Приятно познакомиться, Сара. Меня зовут Хлоя."

На приветствие Хлои Сара ответила недовольным выражением лица. Но ведь эта принцесса малышка... совершенно не высокомерна? Из-за того, что она не ожидала такой реакции, Сара не могла скрыть свою растерянность. Она и в правду дочерь Асканира?

Как бы то ни было, если она из рода Асканира, то смотреть на людей свысока и высокомерно давать приказы — врождённое ее качество, но, как ни посмотри, я совершенно не чувствовала высокомерия от принцессы. Почему же о ней говорили, что она высокомерная?

Сама того не осознавая, Сара с упрёком взглянула на камергера, стоявшего сзади. Камергер, который не знал, почему же она так посмотрела на него, сделал вид, будто упрекает ее за то, что она просто стоит. Ой. Лишь только потом вспомнив причину прихода, Сара внезапно опомнилась. Стоявшая сзади Хлои Сара в спешке взглянула на отражение принцессы в зеркале и спросила.

"Вы хотели бы какой-то особенный стиль?"

Хоть это был нетрудный вопрос, отчего-то принцесса заволновалась и тяжело вздохнула. Вскоре, словно она решаясь, она сказала:

— Отрежьте, пожалуйста, мне челку.

— Хотите ли вы ещё что-нибудь добавить?

На вопрос Сары Хлоя ненадолго погрузилась в раздумья. Поскольку я не делала никаких причесок до этого времени, я не знала, какую бы лучше сделать.

— Я даже не знаю. А как вы думаете, какую прическу мне лучше сделать?

Чтобы ответить на честный вопрос Хлои, Сара прошлась по ее лохматым волосам, покрутила локоны между пальцами. Это были не просто редкие и сильно запутавшиеся волосы, но в каких-то местах они даже казалось, будто их погрызли крысы. Учитывая ее двадцатилетний опыт работы парикмахером в салоне, это было впервые, когда она видела волосы в таком состоянии.

Если говорить помягче, то ее волосы нуждались в уходе, но, если говорить прямо, то ее волосы были словно шерсть собаки. Если так и дальше пойдет, то проблема будет уже не в постоянно падающей челке, а...

— Принцесса, поскольку кончики очень испортились... Мне все же кажется, что нужно полностью подстричь отсюда до сюда.

Длина, на которую Сара указала рукой, не достигала даже плеч.

.— ..Разве это не слишком коротко? — вдруг заговорил Каролин, который спокойно наблюдал за этим.

Благодаря младшей сестренке, которая любит быть модной, Колин стал большим поклонником моды в столице. Среди девочек возраста Хлои было модно носить кружева и цветочные украшения на волосах, которые свисали до талии. Даже у сестрёнки Колины таких цветочных украшений было больше десяти.

— Однако, однажды поврежденные волосы трудно восстановить, их лучше остричь и отрастить заново...

— Если вы подстрижете только челку, а не повреждённые волосы, то в этом не будет никакой пользы.

Когда Сара пыталась объяснить это, в мгновенье появилась рука Хлои. Точнее, некая печать, выгравированная на тыльной стороне ладони.

— ... Что?

Та, что выгравирована на тыльной стороне ладони, все время была прикрыта длинными рукавами. Неужели это печать раба?

Давным-давно королевская семья из другой страны посетила салон Сары с рабыней. Хотя работорговля была запрещена в Империи долгое время, в некоторых других странах открыто покупали и продавали людей. Именно тогда Сара впервые увидела раба и узнала о печати.

Это была причина, по которой я смогла распознать печать раба несмотря на то, что я даже не выходила за пределы Белока.

'Как же так вышло, что на руке принцессы выгравирована печать раба?'

Сара растеряно посмотрела на Хлою. А что если она не является дочерью Асканира?...

— Отстригите пожалуйста все, — сказала Хлоя, как бы отбрасывая поспешные выводы Сары.

— Хорошо... Что?! — удивилась Сара, предполагавшая о связи принцессы с печатью раба.

В отражении зеркала на маленьком лице Хлои была заметна твердая уверенность.

— Отрежьте все, пожалуйста. Ведь волосы снова отрастут. Поэтому все в порядке.

— ...

Хотя она не сказала ничего особенного, Сара почувствовала себя странно. Казалось, что маленькая девочка перед ней говорила не о своих волосах. Посетители ее салона часто меняют прически в знак разрыва с прошлым. У всех было такое же выражение лица, как у Хлои.

— ...Слушаюсь, принцесса.

Сара снова обдумала, что ей нужно было сделать сейчас. Тщательно стирая печать, выгравированную на руке принцессы, она вытащила ножницы, которые были прикреплены к ее поясу. В ее руках заблестел серебристый металл. Глаза Хлои, в которых была видна твердая решимость, на мгновение задрожали.

— Тогда, начнем.

Крепко закрыв глаза, Хлоя кивнула. Чик — ножницами! Так она начала стричь ее волосы.

* * *

"...".

Хлоя застыла, глядя на свое отражение в зеркале. Челка, которая неаккуратно закрывала ее лицо, была подстрижена вместе с другими повреждёнными волосами. Одновременно с тем, как ее волосы длиной до талии становились короче, она ощутила, как ее голове стало легче. Из-за смущения Хлоя покачивала головой, а отражение маленькой девочки в зеркале повторяло за ней.

— Как вам, принцесса? Нравится?

Сара вытащила маленькую коробку, когда на ее вопрос Хлоя кивнула головой.

Даже Хлоя, которая раньше никогда не стриглась, заметила, что навыки стрижки Сары были не очень хороши.

— Так, а напоследок украсим лентой. В последнее время в столице хоть и популярно украшать волосы кружевом или большой лентой, сейчас больше всего вам подойдёт лента из атласа.

Сара, ловко вытащив из коробки несколько лент из атласа, подставила их на волосы Хлои.

Разноцветыне ленты — одна желтая, как ципленок, другая голубая, как глаза Хлои, третья красная, словно спелое яблоко, и еще одна черная, блестящая как глаза игрушечного ценка — замелькали перед глазами девочки.

Среди всех ленточек из атласа разных цветов больше всего Хлою заинтересовала лента салатового цвета.

'Это такой же цвет, как у молодых ростков. Цвето имени, которее дал мне Его величество'.

Сара поняла, что именно понравилось Хлое, поскольку она смотрела только на салатовый цвет.

Сара умело сделала бант из ленты, украсив ее прическу, затем широко улыбнулась.

— Ого! Принцесса. Вам так идёт этот цвет!

Сара, закончив делать укладку и добавив даже украшение, похлопала в ладоши, выразив удовлетворение своим высоким навыкам.

Иногда она делала комплименты ради лести своим гостям, которые приходили к ней в салон, но сейчас это был действительно искренний комплимент.

— ... Спасибо.

Хлоя покраснела от смущения, так как для нее это было непривычно.

Каждый раз, когда ее голова двигалась, ее прелестные волосы золотистого цвета, украшенные салатовой лентой из атласа, потихоньку покачивали из стороны в сторону.

Такая милая.

Сара довольно оглядела Хлою, которая сталапхжа на куколку, обернулась.

— Ну, а как вы думаете?

Посмотрите же на это произведение искусства, она же такая милая!

— К тому же будет ещё лучше, если вы посмотрите на мое прекрасное мастерство! — самоуверенно сказала Сара, поочередно глядя то на камергера, то на Колина.

То волнение, которое появилось, когда она впервые вошла в заброшенный дворец, исчезло без следа.

Филипп смотрел на Хлою сквозь зеркало, он выглядел радостным и довольным.

— И вправду хорошо, вам идёт. Вы очаровательны.

Эти мужчины — такие мужчины...

Если уж решили сделать комплимент, то выражались бы лучше, например, сказали бы, что она милая или красивая.

Сара, покачав головой, подмигнула и Колину.

Вы тоже поскорее сделайте принцессе комплимент.

Колин, поняв ее, подошёл ближе к Хлое.

— Принцесса.

Колин наклонился к принцессе и, посмотрев ей в глаза, нежно улыбнулся.

— Вам очень идет.

— Правда?

— Да. Я очень рад, что теперь каждый день смогу видеть вас такой милой.

"Милая, вам очень идёт..." — такие слова она слышала впервые в жизни, поэтому была очень счастлива.

Колин, увидев на ее щеках румянец, улыбнулся.

Хоть он и не был в том положении чтобы испытывать такие эмоции, но ему было радостно и он гордился принцессой, которая сама захотела измениться.

'Я желаю, чтобы и в будущем принцесса не боялась показывать свои глаза', — подумав про себя так, Колин посадил на руки Хлои игрушечного щенка.

Хлоя с радостью взяла щенка, которого положили в другое место, пока ей делали стрижку.

Как только Сара дала знать, что она закончила свою работу, камергер, который ждал снаружи, тут же зашёл и начал прибираться.

Аккуратно собрав все волосы принцессы, которые упали на землю, они обернули их в шелковый платок.

Они сказали, что это был приказ императора.

Думая про себя о том, что если бы все происходило в ее парикмахерской, то она бы бросила все в мусорное ведро, Сара собрала свои инструменты.

— Тогда, принцесса, прошу Вас, если потребуется, зовите меня снова. Уверена, я смогу порадовать вас высоким качеством своей работы.

Точно так же, как и вошла, Сара с уважением поклонилась ей на прощание.

Хлоя наклонила голову в ее сторону.

— Да, спасибо. Позаботьтесь обо мне и в следующий раз тоже.

"Следующий раз"! Сара обрадовалась словам принцессы.

Осознать, что кто-то признал ее навыки, не могло не радовать парикмахера.

Тем более если это была первая принцесса, дочь Асканира... .

На мгновенье Сара вспомнила печать раба, которую увидела до начала работы.

"И хотя я не смогла узнать, почему же и как так вышло что у принцессы была печать раба..."

Сара сдалась и решила не искать ответ на этот вопрос. Ведь говорят, что чрезмерное любопытство укорачивает жизнь.

Она была не кем иным, как членом императорской семьи Асканир. Разве может быть такое, чтобы они ошиблись в кровных узах. И все же она решила, что милая принцесса, которая сидела перед зеркалом неловко покачивая головой, является не подделкой, а настоящей принцессой Асканир.

— Ты ведь говоришь, что требуешь оплату сразу. Следуй за мной.

После слов камергера внезапно придя в себя, Сара тут же пошла вслед за ним.

Глядя на камергера сзади, Сара тихонько заговорила.

— Послушайте, я...

Определенно, чрезмерное любопытство укорачивает жизнь.

Это также касается и вмешательства в дела правящей семьи.

Но... .

'Отрежьте их все пожалуйста. Ведь волосы снова вырастут. Поэтому я в порядке'.

Она не могла забыть образ принцессы, когда она говорила это с твердой решительностью, и чувствовалось, чо этим смысл этих слов очень глубок. Но если вдруг принцесса и вправду пыталась уйти из какого, то прошлого, то...

— Это касается принцессы.

То я хочу ей помочь.

Неосознанно ко мне пришли такие мысли.

— Принцессы?

Филипп остановился и повернулся к Саре.

— Мне кажется, будет лучше, если вы подготовите принцессе перчатки.

— Перчатки?

В этом не было ничего необычного, ведь женщины высокого статуса имели несколько пар перчаток для прогулок.

Однако в данном случае, когда это говорила парикмахер Сара,  это почему-то звучало странно.

— Печать на руке принцессы... Не уместно ведь, чтобы на руке благородного человека было нечто подобное.

— ...

В миг взгляд Филиппа помутнел. Он сразу начал догадываться, о чем она говорила.

Принцесса, которая была продана торговцу в рабство, как только родилась, из-за заговора аристократов.

Если это про печать на руке у девочки...

'Вот почему принцесса так часто трогала свою руку.

'Теперь я понял, что это было неосознанно, чтобы прикрыть печать.

Почему же я не смог сразу заметить этого?

Чувствуя угрызения совести и думая о том, о том, что он не достоен быть камергером, Филипп посмотрел на Сару.

— ...С твоей стороны будет мудрым решением сделать вид, что ты ничего не заметила.

Филипп определенно был благодарен ей, ведь она сказала о том, чего он никак не мог заметить.

Однако слова Сары были крайне необдуманными. Ведь для нее и в самом деле было бы лучше сделать вид, что она ничего не заметила, даже если печать бросалась в глаза. Ведь другой собеседник мог воспринять ее замечание совсем иначе, вплоть до того, что ее жизнь могла оказаться под угрозой.

— Я знаю

Конечно же Сара хорошо понимала опасность.

— Я всего лишь хотела помочь принцессе.

— ...

Филипп внимательно посмотрел на Сару.

Говоришь, хотела помочь принцессе...

В ее глазах читалось лишь искреннее желание помочь.

Хоть ее навыки и были хорошими, но я волновался из-за слухов, что она девушка, которая любит только деньги. И все же казалось, что она просто заинтересовалась Хлоей.

"Ведь наша принцесса очаровательна, она умеет привлекать людей".

Филипп пытаясь сдерживать улыбку, заговорил:

— Все же спасибо, что дала знать об этом, Сара Майер. На следующей неделе приходи во дворец каждый.

К тому времени срок работы у новых слуг завершится. Это было также надлежащим временем для того, чтобы позвать работников из вне.

— Начиная с этого времени ты будешь отвечать за укладку волос принцессы.

Это было временем, когда самого лучшего парикмахера в столице, Сару Майер, определили надолжность главного парикмахера Хлои.

***

После того, как принцессе сделали укладку, тут же несколько портных прибыли во временную комнату Хлои.

Самым внушительным из них было то, что среди них был портной, который сошьет для нее личные перчатки. Войдя в комнату, он почти тут же начал измерять обхват руки Хлои. Кроме него ее ещё несколько мерок снял другой портной.

Вскоре после того, как закончились замеры с помощью измерительной ленты, на ковер расстелили множество материалов, которые могли заполнить почти всю комнату.

Они начали спрашивать у Хлои, какие лучше использовать материалы для шитья.

Из-за того, что Хлоя не могла выбрать, Колину приходилось несколько раз помогать ей.

Благодаря опыту Колина в выборе одежды для своих сестер, Хлоя смогла благополучно закончить выбор ткани для платья.

После примерки платья учитель, которого спас Честер, пришел к Хлое и начал обучать ее алфавиту.

Его звали Шайл, он сказал, что был второклассным исследователем в исследовательском институте императорского дворца.

Он был не особенно разговорчивым, и помимо необходимой для урока информации ничего не рассказывал.

Благодаря его стараниям Хлоя стала быстро постигать науку чтения и письма. День пролетел незаметно: Хлоя подобрала платье, училась писать, ела закуски и смотрела на необычные игрушки.

После такого напряженного дня ее ждал ужин с Честером.

Честеру всегда было интересно, что делала Хлоя или что с ней случилось на протяжении дня.

Даже если Хлоя больше ничего не скажет, его глаза будут сиять.

Время снова пролетело так быстро.

***

Раннее утро.

Хлоя открыла глаза и вскочила с кровати.

Прошел ровно месяц с тех пор, как яонаприехала в столицу.

А еще... .

‘Скоро Воскресенье!’

Поскольку Колин сказал мне накануне вечером, то это точно уже скоро.

Хлоя не могла скрыть своего волнения.

У Она хотела очень многое сказать, когда встретится с Воскресеньем.

Здесь нас никто не бьет и не ругает, и мы можем есть много вкусной еды.

А главное — чудесные подарки для Воскресенья.

‘Надеюсь, тебе нравится...’

Представив любимый образ, Хлоя крепко обняла куклу.

При каждом ее движении уши игрушечного щенка дрожали, как будто он радовался вместе с ней.

Даже слабый солнечный свет, проникающий сквозь занавески, выглядел красиво.

Это был очень хороший день.

Страница книги Три брата тирана в интернете

Table of Contents

Пролог

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16

1 - 17

1 - 18

1 - 19

О книге