Глава 1. Мне так повезло

На тёмном углу улицы молодой человек в костюме держал твёрдый и холодный хлеб, от которого у него раздувались щёки. К счастью, он был красив и не выглядел уродливым, несмотря на такой неряшливый внешний вид. Это только заставило бы людей сочувствовать его горечи и депрессии.

Может быть, Бог не думал, что он был достаточно смущён? В этот момент внезапно начался дождь. Молодой человек быстро спрятался под навесом ближайшего магазинчика и поспешно положил оставшуюся половину хлеба в рот. Капли воды скатились по его щеке. Было неизвестно, был ли это дождь, пот или слёзы, перед которыми он не мог устоять.

– Хорошо, добавь ещё два снимка с камеры, и тогда мы закончим!

В тот момент, когда режиссёр крикнул остановиться, разбрызгиватели выключились, и помощник съёмочной группы быстро подошёл к мокрому актёру.

– Учитель (1) Ли, выплюньте хлеб в мешок для мусора... – помощник съёмочной группы не закончил, когда увидел, что рот Ли Чжао двигается, и он действительно проглотил сухой хлеб, который приготовила команда.

Ассистент стоял неподвижно. Их команда могла быть бедной, но они всё ещё могли позволить себе коробки с едой.

– Спасибо, я в порядке, – Ли Чжао остановился и взял горячий чай, принесённый помощником съёмочной группы. Он выпил два глотка и подождал, пока гримёр исправит его внешность, чтобы не было никаких ошибок при съёмке дополнительных сцен.

– Всегда пожалуйста, – помощник глухо рассмеялся, прежде чем взять чашку из рук Ли Чжао и отойти в сторону режиссёра.

Режиссёр сидел на табурете с хромыми ногами, держа в руке пластиковый веер. Слово "Бесплодие" появилось, когда веер двигался. Это была команда, которая излучала ощущение бедности. Даже обычные фанаты были бесплатными фанатами, полученными с помощью уличной рекламы.

– Ли Чжао только что хорошо выступил. Режиссёр Лю, мне дать ему куриную ножку завтра в полдень? – помощник режиссёра сел рядом с режиссёром Лю, глядя на только что снятую сцену.

Режиссёр Лю коснулся своего толстого живота и рассмеялся.

– Что вкусного в куриных ножках? У молодых людей должен быть простой и понятный стиль, чтобы вносить больший вклад в будущее Родины.

– Вы слишком жёсткий, – помощник режиссёра огляделся и что-то прошептал на ухо режиссёру Лю. – Сцены Сун Юя приближаются. Он ещё не закончил с укладкой?

Режиссёр Лю сильно обмахивался веером.

– Подожди немного, прежде чем напоминать ему.

Этого актёра устроил отец-директор, и режиссёр Лю не мог позволить себе обидеть Сун Юя.

Сун Юй имел некоторую известность в кругу. Первоначально команда назначила его первым главным героем, и даже был подписан контракт. Неожиданно, они только начали снимать, когда парень сказал, что не хочет играть главного героя. Он хотел оспорить роль второго главного героя.

Насколько сложной была роль второго главного героя? Разве он не был красивым, богатым и нежным человеком, одержимым главной героиней?

Этот тип персонажа был стандартной конфигурацией для мужских ролей в других дорамах об идолах, но их команда отличалась от тех, кто выглядел великолепно снаружи. В других дорамах были принц и Золушка, в то время как у них были принцесса и бедный мальчик.

Властная и богатая главная героиня и трудолюбивый и неукротимый красавчик-главный герой были хорошей парой.

К сожалению, сам режиссёр Лю больше не был удовлетворён постановкой роли. Сун Юй не только хотел сыграть вторую главную мужскую роль, он также назначил оригинального исполнителя второй главной мужской роли, Ли Чжао, на роль главного героя.

Режиссёр Лю был "непреклонным" режиссёром. Таким образом, как только он услышал, как Сун Юй попросил своего отца добавить ещё миллионы в инвестиции, он тут же согласился.

В круге часто были актёры, которые просили своих знакомых подкинуть денег, чтобы повысить их роль. Редко случалось, чтобы актёр бросал деньги, чтобы уменьшить свою роль. Конечно же, он был в круге долгое время, и там были действительно диковинные вещи. Для режиссёра самым важным было быть непредубежденным. Независимо от намерений Сун Юя, он занимался благотворительностью для команды.

Закончив съёмку, Ли Чжао вытер воду с лица и обнаружил, что у многих сотрудников не было хорошего выражения лица. Он огляделся и не увидел фигуры Сун Юя. Героиня сидела на своём стуле и играла со своим мобильным телефоном, и на её лице было выражение "это не имеет ко мне никакого отношения".

Он стряхнул воду с одежды и обернул вокруг себя сухое полотенце. К счастью, это была зимняя драма, которую снимали летом, а не наоборот, иначе он бы замёрз на месте.

Ли Чжао мог быть исполнителем первой главной мужской роли, но он всё ещё был новичком с самой низкой звёздной силой в команде. Настроение Ли Чжао было очень стабильным, когда он увидел такую вещь. В любом случае, он всё равно получил бы деньги за съёмки.

– Учитель Ли, присядьте и отдохните немного. Скоро придёт учитель Сун.

Помощник съёмочной группы сочувственно посмотрел на Ли Чжао. Следующими должны были сниматься кадры соперничества между Сун Юем и Ли Чжао. В настоящее время мокрый Ли Чжао сидел здесь, ожидая, когда Сун Юй придёт и снимет сцену. Это было немного похоже на издевательство.

Их группа была бедной, и исполнитель первой главной мужской роли тоже был бедным. Не говорите о том, чтобы есть еду на вынос каждый день. Он жил ещё более скромной жизнью, чем команда. Рядом с ним не было помощника, и только один агент приходил к нему через день.

Сегодня вечером они снимали ночную сцену почти шесть часов. Чтобы снять эффект, Ли Чжао намеренно не стал ужинать. С полудня и до сегодняшнего дня у него во рту было только немного сухого хлеба, который использовался на съёмках. На этот раз Сун Юй опаздывал на съёмку. Команда не могла на этом фокусироваться, и Ли Чжао оставалось только ждать.

Столкнувшись с выражением лица помощника съёмочной группы, которое говорило: "Хотя я вам сочувствую, я ничего не могу с этим поделать", Ли Чжао просто опустился на стул. Он завернулся в одеяло и закрыл глаза.

После пяти минут лежания он услышал громкое приветствие.

– Учитель Сун здесь. Учитель Сун, добрый вечер.

– Учитель Сун, на этой стороне немного пролитой воды, и земля скользкая. Пожалуйста, будьте осторожны со своими шагами.

__________________________

1. Для тех, кто ранее с этим не сталкивался в новеллах. "Учитель" – это обращение к более значимым людям в круге развлечений, будь то актёры, режиссёры и прочие мэтры. Это не значит, что помощник режиссёра у него действительно чему-то учится.

Услышав движение, Ли Чжао открыл глаза и встретился взглядом с Сун Юем. Шаги Сун Юя немного замедлились, прежде чем он гордо поднял подбородок и прошёл мимо Ли Чжао.

Ли Чжао поднял бровь и не принял близко к сердцу отношение Сун Юя. С начала съёмок Сун Юй редко смотрел на него. Даже если он и смотрел, в его глазах была лёгкая жалость и презрение. Ли Чжао подозревал, что тот факт, что он был беден, был известен всей команде.

– Ли Чжао, приготовься. Мы снимем следующую сцену через десять минут, – режиссёр Лю зевнул и позвал Ли Чжао.

Ли Чжао сбросил одеяло и встал перед камерой. Он позволил визажисту исправить свой макияж, ожидая, пока дублёр Сун Юя закончит со своими ужимками, чтобы помочь Сун Юю найти идеальную позу.

С тех пор, как начались съёмки, Сун Юй прерывал съёмки по разным причинам. К тому времени, когда они закончили все сцены, было уже три часа ночи.

Ли Чжао вернулся к гримёру, чтобы снять макияж, и услышал, как помощник гримёра тихим голосом проклинает Сун Юя. Однако, как только помощник Сун Юя принёс полуночную закуску в комнату, все люди в гримёрной улыбались и не демонстрировали никакого нетерпения.

– Учитель Ли, брат Сун услышал, что Вы не ели сегодня вечером, поэтому он попросил меня приготовить для Вас ещё еды, – помощник вручил Ли Чжао большие контейнеры с едой и сказал с улыбкой: – Как только Вы закончите есть, идите и отдохните пораньше.

– Спасибо, – Ли Чжао взял контейнеры с едой и открыл крышку, чтобы найти чашку чая с молоком, два куска торта и вкусное барбекю. Он сделал глубокий вдох, чтобы ощутить глубокий аромат полуночной трапезы, а затем сделал большой глоток чая с молоком.

Это была главная причина, по которой он никогда не жаловался на то, что Сун Юй заставляет его не спать всю ночь, чтобы закончить съёмки. Сун Юй, возможно, любил опаздывать, вёл себя как важная шишка: надменно и претенциозно – но он был щедр.

Пока Сун Юй был в команде, он каждый день давал другим полуночные закуски. Это уже было половиной хлеба с маслом Ли Чжао. Кто бы мог жаловаться, если бы их хлеб с маслом был вкусным?

Визажистка, снимающая грим Ли Чжао, увидела содержимое коробки и заколебалась. В частности, она увидела, как Ли Чжао пьёт чай с молоком, и не смогла сдержать вздоха.

"Сяо Ли, ты должен есть понемногу. Сун Юй, этот бессердечный человек кормит тебя, чтобы ты растолстел!"

* * *

В своей комнате Сун Юй увидел, как вернулся его помощник, и сразу же спросил:

– Ли Чжао ел эти вещи?

Помощник кивнул.

– Он всё съел.

– Это хорошо, – на лице Сун Юй появилась довольная улыбка. Согласно этой скорости еды, Ли Чжао определённо станет толстым. Как только драма была показана, и зрители позже обратят внимание, они увидят не красивое лицо, а жирное тело. Кто бы стал поклонником такой знаменитости?

– Брат Сун, у компании Ли Чжао нет ресурсов, и за ним никто не стоит. Он не может угрожать Вашему положению. Почему Вы так много тратите, чтобы справиться с ним? – помощник не мог понять. Если брат Сун так сильно боится Ли Чжао, почему он отдал главную мужскую роль Ли Чжао?

– Что ты понимаешь? – Сун Юй опустил веки, чтобы скрыть свою нечистую совесть. Несколько месяцев назад ему приснилось, что он сыграл главную мужскую роль в небольшой сетевой драме. Команда была бедной и сломленной. Получив сценарий, он не собирался играть. Кто знал, что после выхода шоу в эфир в Интернете начался бум, и это способствовало карьере многих актёров. В частности, роль второго исполнителя главной мужской роли была популярна во всей сети. Только он был другим. Он сыграл главную мужскую роль, который подставил бедного человека. Он был не только бедным, но и упрямым. Это вызвало возмущение у многих зрителей, и некоторые даже отправились на официальный канал Weibo, чтобы отругать главную женскую роль за то, что она была слепа, влюбившись в главного героя. Они также ругали сценариста за написание такого сюжета и так далее.

Он не воспринял это всерьёз после пробуждения. Неожиданно кто-то передал Сун Юю сценарий два дня спустя, и содержание сценария было точно таким же, как и в его сне. Он внезапно понял, что, возможно, это был шанс, данный ему Богом. Таким образом, он должен был растоптать Ли Чжао и устранить эту угрозу.

* * *

Ли Чжао ел в своей комнате, когда получил видеозвонок от своего агента Чжан Сяо Юаня.

– Ли Чжао, почему ты снова ешь? – Чжан Сяо Юань увидел, как Ли Чжао сидит, скрестив ноги, на кровати и ест свиные котлеты, и кровеносный сосуд на его лбу начал набухать.

– Сегодня я снимался десять часов подряд, и у меня не было времени поесть. К счастью, там был брат Сун, – Ли Чжао вытер масло с уголка рта и улыбнулся. – Ты знаешь моё телосложение. Мне не нужно беспокоиться о том, что я растолстею, независимо от того, сколько я ем.

– Я не беспокоюсь о том, что ты набираешь вес. Я беспокоюсь, что у тебя войдёт в привычку есть поздно вечером, и позже никто не будет угощать тебя едой, – увидев, что Ли Чжао схватил ещё один шампур, Чжан Сяо Юань сглотнул и заговорил торжественным тоном. – А Чжао, брат должен сказать тебе кое-что плохое.

– В чём дело? – Ли Чжао посмотрел на объектив мобильного телефона.

– Наша компания обанкротилась, и босс сбежал. Мы остались без работы, – закончив это предложение, Чжан Сяо Юань увидел, что Ли Чжао, держащий шампур, не ответил, и не мог не спросить: – Ты… у тебя нет мыслей?

– О? – Ли Чжао моргнул и выразил глубокое сожаление.

Двое мужчин смотрели друг на друга через объектив мобильного телефона и ничего не говорили.

Прошло много времени. Ли Чжао увидел, что выражение лица Чжан Сяо Юаня было слишком тяжёлым, и успокоил собеседника:

– Брат Сяо Юань, не будь слишком печальным. Почему бы тебе не прийти к нашей команде перекусить? Брат Сун также даёт дополнительное питание, и это сэкономит нам много денег.

Хотя есть бесплатно было постыдно, но кто осмелился бы сохранить своё достоинство перед лицом хорошей еды и питья? К счастью, в их бедной команде был великодушный брат Сун. Это была очень большая удача.

Глава 2. Поздравление с днём рождения

На следующее утро команда приступила к работе, и Сун Юй, как обычно, опоздал. Он поднял глаза и увидел, что Ли Чжао ослепительно улыбается, отчего его настроение ухудшилось.

"Чего он лыбится, что здесь такого смешного?"

Помощник позади него был поражён этой яркой улыбкой и прошептал Сун Юю:

– Брат Сун, он хочет занять у нас денег?

Или это было потому, что брат Сун давал еду этому человеку каждую ночь, делая его глупым?

– Брат Сун, доброе утро, – Ли Чжао тепло поприветствовал Сун Юя и любезно вручил ему бутылку минеральной воды, предоставленную командой. Он также не забыл помочь отвинтить крышку для Сун Юя.

Сун Юй увидел, что ему передают минеральную воду, и поднял подбородок, говоря холодно и надменно:

– Нет, я пью только импортную воду.

Ли Чжао поспешно убрал бутылку воды, которая была продана менее чем за два юаня.

– У брата Суна есть вкус.

"Очень богатый!"

Он явно хотел унизить другого человека за то, что тот бедный. В результате этот человек не только не чувствовал унижения, но и проявлял восхищение. Сун Юй почувствовал разочарование от удара хлопком и почти закатил глаза к небу.

– Хе-хе.

"Успокойся, Сун Юй, ты должен быть спокойным. Скоро ты станешь популярным артистом, и тебе не придётся знаться с таким бедным крестьянином!"

Думая об этом, он повернулся, чтобы уйти. он сделал всего несколько шагов, когда услышал голос Ли Чжао:

– Брат Сун, иди медленно.

Услышав весёлый тон Ли Чжао, помощник Сун Юя не мог не оглянуться назад. Пара ясных глаз с отчётливой улыбкой затронула его совесть. Улыбаясь так счастливо, разве он не знал, что брат Сун действует против него? Слишком глупый.

* * *

В углу съёмочной группы режиссёр Лю посмотрел на монитор и остался доволен выступлением Ли Чжао.

– Ли Чжао, может, и не профессионал, но роль, которую он играет, очень одухотворена.

Ли Чжао был выбран на вторую мужскую роль в основном потому, что он выглядел необычайно хорошо и был дешёвым. Среди списка альтернативных актёров он выглядел лучше всех. Дорама об идоле всегда хотела видеть красивые лица.

Режиссёр Лю посчитал, что этот кастинг был бы более уместным, если бы Сун Юй не хотел играть главную мужскую роль и вместо этого хотел сыграть второго главного героя.

– Все команды готовы. Давайте приготовимся снимать следующую сцену, – режиссёр Лю встал и уговорил Сун Юя и главную актрису сняться сцену под жарким солнцем. Они были великими, а он был маленьким режиссёром, который не мог позволить себе обидеть их.

После съёмок во второй половине дня Ли Чжао воспользовался возможностью поговорить с персоналом съёмочной группы. Он сказал, что его агент увидел, что он остался без помощника, и войдёт в команду на следующие полмесяца, чтобы позаботиться о нём.

Персонал не стал много думать об этом и согласился на месте. В конце концов, кто бы мог подумать, что актёр, исполняющий главную мужскую роль, из съёмочной группы приведёт сюда своего агента для бесплатной еды и питья?

Он подумал о том, что будет ещё один человек, для которого можно будет выпросить еду, и лицо Ли Чжао подсознательно просветлело. К сожалению, Сун Юй выбил себе в тот день у команды отгул, и никто не дал ему еды ночью.

Ли Чжао обнаружил, что не может спать в отеле, и открыл программу для еды на вынос на своём мобильном телефоне. Он обнаружил, что плата за доставку в ночное время была в два или три раза больше, чем днём, а потому торопливо закрыл приложение для еды на вынос.

Стоимость доставки еды на вынос была немного завышена. Несмотря на то, что он был невероятно голоден, Ли Чжао не хотел заказывать еду на вынос. Он некоторое время волновался, прежде чем просто переодеться, чтобы пойти на поиски еды.

Рядом с отелем была улица с закусочными, и летними ночами здесь было очень оживлённо. Было три или четыре часа утра, но всё ещё было много молодых людей, приходящих сюда выпить пива. Ли Чжао пошёл в ресторанчик, полный людей, и купил немного жареной лапши и несколько шампуров. Он напевал, неся коробку и направляясь обратно.

Ночной ветер подул немного прохладным порывом ему в лицо. Ли Чжао нашёл скамейку рядом с пешеходной улицей и сел, открыв пластиковую коробку с едой и приготовившись поесть.

Насыщенный аромат масла поднял его аппетит. Прежде чем он смог использовать одноразовые палочки для еды, чтобы положить жареную лапшу в рот, он увидел рядом старика с грязным телом и разбитой фарфоровой миской. Глаза старика были сосредоточены на жареной лапше в его руке.

Молодой человек вздохнул, встал и положил половину своей жареной лапши в миску старика. Он также дал два шампура. Видя, как старик медленно уходит, поедая шашлык, Ли Чжао с горечью опустил голову, чтобы поесть.

Половина коробки жареной лапши не могла насытить двадцатилетнего молодого человека. Ли Чжао потрогал свой желудок, который не чувствовал себя сытым, и начисто обглодал мясо на шампуре. Он даже лизнул порошок тмина сверху ещё несколько раз. Была поговорка, что у подростков внезапно повышается аппетит из-за физических потребностей. Он не был подростком, поэтому мог плохо питаться.

В тот день, когда брат Сун отсутствовал, Ли Чжао очень скучал по нему. Ли Чжао подумал о жареных свиных ножках, чае с молоком и мясе, которое присылал ему Сун Юй. Было бы неплохо, если бы он купил две булочки на пару прямо сейчас. Булочки на пару с жареной лапшой были вкусными и сытными.

Он встал и выбросил мусор в мусорное ведро. Ли Чжао глубоко вздохнул и приготовился вернуться в отель, чтобы поспать. В последнее время съёмочная группа немного спешила. Чтобы соответствовать расписанию Сун Юя, следующие два дня были посвящены почти всем его сценам.

Ли Чжао сделал два шага и не мог не оглянуться на популярную улицу закусочных неподалёку. Молодой человек хотел вернуться, чтобы съесть миску ароматной говяжьей лапши. К сожалению, его бедный кошелёк не позволил ему потратить деньги на полуночный перекус.

Уличные фонари превратили тень Ли Чжао в длинную и одинокую тень, тянущуюся до самой чёрной машины, припаркованной на улице. Тень задрожала и медленно последовала за своим владельцем.

Окно чёрной машины медленно опустилось. Как только чёрная тень полностью исчезла за углом, окно снова поднялось.

– Господин, Вы не ели десять часов...

– Хм? – человек, сидевший на заднем сиденье машины, был скрыт тенью. В жёлтом свете уличных фонарей была видна только белая рука. Затем рука вскоре вернулась во тьму. В машине снова стало тихо.

* * *

Два дня спустя агент Ли Чжао Чжан Сяо Юань притащил большой чемодан и пришёл к съёмочной группе. Он выступал в роли помощника Ли Чжао, у него были быстрые руки, ноги и сладкий рот. Каждый раз, когда кто-то из команды делился закусками, он всегда помогал Ли Чжао получить свою долю.

В этот день выходные Сун Юя закончились, и настроение персонала было немного подавленным. Они явно ненавидели эту жизнь, где им приходилось постоянно улыбаться. Это было действительно сложно. Таким образом, как только Сун Юй вошёл в павильон съёмочной группы, первым, кто тепло приветствовал его, был Ли Чжао.

– Брат Сун вернулся, брат Сун усердно работал, – Ли Чжао подбежал к Сун Юю, в то время как Чжан Сяо Юань подвинул несколько пластиковых стульев позади него. Затем он попросил помощника Сун Юя присесть.

– Ли Чжао, в течение двух дней, пока я снимал рекламу, производитель присылал мне некоторые рекламные продукты, – Сун Юй попросил своего помощника подарить Ли Чжао целую коробку конфет. – Возьми это с собой и ешь медленно. Если этого недостаточно, у меня есть ещё, – Сун Юй был доволен мыслью, что он начал снимать рекламу, в то время как Ли Чжао всё ещё был неизвестен.

Он не верил, что такое количество высококалорийного шоколада не может сделать Ли Чжао толстым.

– Спасибо, брат Сун, ты хороший человек, – Ли Чжао взял коробку с конфетами и посмотрел в глаза Сун Юю, притом в его собственных глаза, казалось, сияли звёзды.

Сун Юй почувствовал себя немного виноватым под этим взглядом. Он повернул голову, чтобы избежать взгляда Ли Чжао, и неопределённо фыркнул. Сун Юй закрыл глаза, чтобы больше не видеть Ли Чжао. Чжан Сяо Юань посмотрел на шоколад в руках Ли Чжао и открыл рот, чтобы что-то сказать. Затем он увидел улыбку на лице Ли Чжао и снова замолчал. Ли Чжао был воспитан им, поэтому никто лучше него не знал, как сильно Ли Чжао боялся голода.

Проходили дни, и съёмки были близки к завершению. Ли Чжао также отметил свой двадцатый день рождения. Команда была занята и хаотична, поэтому никто не вспомнил о его дне рождения.

Как только съёмка закончилась ночью, Чжан Сяо Юань потащил Ли Чжао поесть запеканку с лапшой.

– А Чжао, мне жаль тебя. Я сказал, что приведу тебя к хорошей жизни. Я не ожидал, что компания закроется, – Чжан Сяо Юань поставил на стол коробку с тортом размером с ладонь и подтолкнул её к Ли Чжао. Он открыл упаковку и с энтузиазмом разложил сверху несколько свечей, зажигая их. – С двадцатилетием.

– Спасибо, брат Сяо Юань, – Ли Чжао почесал голову. – Брат Сяо Юань, не беспокойся о том, что ты сказал. Если бы не ты, я бы жил хуже, чем сейчас.

Чжан Сяо Юань горько улыбнулся.

– Давай, загадай желание, прежде чем задуть свечу.

Ли Чжао серьёзно задумался, сложив руки вместе, молча загадывая желание. Он надеялся, что брат Сяо Юань не потеряет работу и что в будущем они смогут есть много еды.

Чжан Сяо Юань съел только маленький кусочек торта, а остальное отправилось в желудок Ли Чжао. Они вышли из магазина рисовых запеканок и увидели неподалёку элитный ресторан со множеством красивых корзин с цветами. К цветочным корзинам были привязаны воздушные шарики, которые нравились детям. На каждом воздушном шаре было написано: "С десятилетием Ван Цяна".

Увидев эту сцену, Чжан Сяо Юань не мог не повернуть голову, чтобы посмотреть на Ли Чжао.

– Брат Сяо Юань, брат Сяо Юань! – Ли Чжао указал куда-то в сторону. – Там люди продают воздушные шары, – он закончил говорить и подбежал.

Чжан Сяо Юань последовал за ним и услышал, как Ли Чжао торгуется с продавцом. Минуту спустя Ли Чжао снизил цену воздушного шара с пятнадцати юаней до десяти юаней.

– Я думаю, это хороший знак, – Ли Чжао правильно привязал воздушный шар к своему запястью. – Это хорошее предзнаменование для моего будущего. Я определённо смогу съесть бесчисленное количество вкусных блюд.

В детстве во всём детском доме был только один телевизор, и он и другие дети больше всего любили смотреть аниме "Чука Ичибан! (1)" Все пускали слюни, наблюдая за блюдами в мультфильме, и мечтали о вкусной еде, когда вырастут. Чтобы осуществить эту мечту, ему нужно было заработать больше денег.

– Ты прав, – Чжан Сяо Юань похлопал Ли Чжао по плечу. – Это сбудется в будущем, как только ты станешь популярным, – он посмотрел на неравномерный цвет воздушного шара, свидетельствующий о том, что это явно некачественный продукт, и почувствовал проблеск надежды на будущее.

Что, если это действительно осуществится?

* * *

В ту ночь правительственное новостное СМИ Weibo опубликовало видео с камер наблюдения на дороге. На видео молодой человек отдал половину своей еды бездомному старику. Как только еда была разделена, молодой человек откинулся на спинку стула и казался очень голодным. Официальные правительственные СМИ отправили это видео, чтобы пропагандировать доброту человеческой природы. Никто не ожидал, что многие пользователи Сети сделают репосты и станут активно обсуждать его.

Весенний цветок: Видео не в формате HD, и я не вижу внешности младшего брата. Тем не менее моя интуиция подсказывает мне, что это красивый маленький парень.

Медвежья трапеза: Наблюдая за тем, как младший брат сидит один и ест, я необъяснимо чувствую себя немного расстроенным. Он выглядит очень молодым.

Могу ли я не работать сверхурочно сегодня: разве не только я заметил, что младший брат облизывает мясной шампур? Возникает желание купить ему еды.

Сорокаметровый клинок: После просмотра этого видео я поднял своего брата, который был придирчивым едоком, и ударил его…

________________________

Автору есть что сказать:

Бог пожеланий на день рождения:

– Хорошо, я согласен.

________________________

1. Чука Ичибан или Мастер кулинарии – манга, созданная Эцуси Огавой и позднее получившая аниме-адаптацию. История повествует о мальчике Мао, который после смерти матери решает занять её место шеф-повара в семейном ресторане, но перед этим отправляется в путешествие по всему Китаю, чтобы лучше изучить кухню своей страны и узнать лучшие рецепты.

Глава 3. Невинные прохожие

Онлайн-видео было перепосчено многими официальными сайтами Weibo и маркетинговыми сайтами. Некоторые популярные в Сети люди даже нашли старика и послали ему еду и питье, чтобы получить трафик. Сотрудники местных соответствующих отделов узнали об этом и должным образом организовали жильё и питание для старика. Пользователи сети только сожалели, что никто не нашёл младшего брата на видео.

"Таинственный младший брат" в настоящее время нёс коробку с едой съёмочной группы, более энергичный, чем кто-либо другой. Женщина-звезда, у которой изначально не было аппетита, смотрела на Ли Чжао в течение двух минут и взяла свои палочки для еды, чтобы съесть немного овощей.

– Чжао А, если ты станешь популярным в будущем, тогда ты не можешь позволить фанатам узнать, сколько ты можешь съесть, – Чжан Сяо Юань наблюдал, как Ли Чжао ест свою еду с невероятным аппетитом и внезапно почувствовал себя усталым старым отцом.

– Почему? – Ли Чжао съел последнее зёрнышко риса и вытер уголки рта.

– Это потому, что все волшебные человечки пили росу, чтобы вырасти, – Чжан Сяо Юань снова похлопал Ли Чжао по плечу. – В будущем ты должен помнить, что необходимо проявлять некоторую сдержанность, когда есть посторонние.

– Брат Сяо Юань, ты забыл? – Ли Чжао бросил коробку с едой в мешок для мусора и сочувственно посмотрел на Чжан Сяо Юань. – Наша компания закрылась.

Чжан Сяо Юань потерял дар речи.

Он родился человеком. Разве он не заслуживал даже возможности мечтать?

– Всё в порядке. Я буду работать, чтобы поддержать тебя, как только съёмки закончатся, – Ли Чжао нежно утешал Чжан Сяо Юаня. – Я молод и обладаю хорошей физической силой... – он не закончил говорить, когда его WeChat показал, что у него новое сообщение.

Ли Чжао уставился на приглашение WeChat'а и несколько секунд колебался, прежде чем медленно открыть групповой чат.

Лучшее завтра: Операция прошла успешно! @Сяо Чжао @Сначала заработай 100 миллионов

Ли Чжао был так взволнован, что у него тряслись руки. Он поспешно ответил на сообщение.

Сяо Чжао: Отлично, главное, что она в порядке.

Лучшее завтра: Врач сказал, что пациент должен некоторое время наблюдаться в больнице после операции. Братья, на этот раз я действительно хочу поблагодарить вас. Если бы не вы, Сяо Ся, возможно, не выжила бы.

Сяо Чжао: Хорошие братья не должны говорить спасибо.

Сначала заработай 100 миллионов: @ Сяо Чжао прав, хорошие братья не должны говорить спасибо. В то время, когда вы с сестрой Ся выходили и усердно работали, вы не забывали заботиться о детях в детском доме. Мы все это помним.

Чжан Сяо Юань заметил, что Ли Чжао выглядел взволнованным, как будто произошло что-то хорошее. Он спросил:

– Есть ли хорошие новости?

– Операция сестры Ся прошла успешно! – Ли Чжао держал свой мобильный телефон и посмотрел на Чжан Сяо Юань блестящими глазами. – Брат Мин только что прислал сообщение!

Чжан Сяо Юань долгое время был ошеломлён, прежде чем рассмеяться.

– Отлично.

– Да, это здорово, – Ли Чжао открыл торговую платформу и заскулил губу: – Брат Сяо Юань, помоги мне узнать, что следует использовать для ухода за здоровьем человека после операции...

Глядя на Ли Чжао, серьёзно склонившего голову, чтобы купить продукты, Чжан Сяо Юань не мог не коснуться мягких волос этого человека и улыбнуться. Возможно, для Ли Чжао Чжоу Мин и Чжу Ся были не только старшими братом и сестрой. Они были похожи на его отца и мать.

Чжан Сяо Юань впервые встретил Ли Чжао десять лет назад. В то время он только что окончил университет и отправился с несколькими друзьями добровольцем в бедные районы. Узкие улочки, крутые горы и пыльные магазины без понятия о моде с первого взгляда заставили их почувствовать боль от того, что в мире есть такое бедное место.

Они пришли в дома социального обеспечения в нескольких округах и смотрели, как дети выстраиваются в очередь, чтобы получить еду и съесть миску бесплатной еды дочиста. Их сердцам стало ещё тяжелее.

Чжан Сяо Юань заметил, что ребёнок в углу ел особенно быстро, как будто он был голоден. Он смотрел на свою еду так, словно не мог дождаться, когда отправит её в желудок.

Черты лица ребёнка были очень хорошими, но он был слишком худым. Издалека он выглядел как большеголовая кукла, сидящая на стуле. Чем больше Чжан Сяо Юань смотрел, тем больше он расстраивался. Он достал немного шоколада, намереваясь поделиться им с ребёнком. Подойдя ближе, он обнаружил, что руки ребёнка были в синяках, а на голове кровоточила рана. Казалось, что ребёнок подвергся жестокому обращению.

Сотрудники приюта боялись, что волонтёры неправильно поймут и подумают, что они жестоко обращаются с детьми в приюте. Они быстро объяснили ситуацию.

– Этого ребёнка отправили сюда всего два дня назад. Если бы его главный учитель не обнаружил, что что-то не так, и не сообщил об этом в полицию, я боюсь... – сотрудница покачала головой и вздохнула, зачерпывая ложку риса в миску ребёнка.

Ребёнок посмотрел на персонал и улыбнулся, выглядя очень хорошо воспитанным.

– Спасибо, тётя.

Чжан Сяо Юань только что закончил университет и увидел эту сцену. Всё его сердце смягчилось. Узнав, что приёмные родители часто издевались над ребёнком, учитель сообщил об этом в полицию. Это привлекло внимание средств массовой информации, и его отправили в детский дом.

Они были добровольцами и полдня сопровождали детей, чтобы поиграть. Перед отъездом они прислали канцелярские принадлежности и одежду. Как только они ушли, все дети встали у ворот, чтобы проводить их.

Чжан Сяо Юань увидел маленького мальчика в синяках, держащего книгу, которую он прислал, с невинной улыбкой. Перед лицом этой улыбки он присел на корточки перед ребёнком.

– Как тебя зовут?

– Меня зовут Ли Чжао.

– Это красивое имя, – Чжан Сяо Юань хотел дотронуться до головы ребёнка, но кровь и синяки на его голове не исчезли. Чжан Сяо Юань мог только неловко убрать свою руку.

С тех пор он часто общался с ребёнком и рассказывал ему о внешнем мире. Ребёнок рассказал о том, что занял первое место в классе, и о брате и сестре, которые присматривали за ним в детском доме.

Брат Чжоу Мин и сестра Чжу Ся поступили в хороший университет, поженились и каждый год присылали много игрушек и одежды. Ребёнок сказал, что хочет быть как брат Мин и сестра Ся. Он поступил бы в хороший университет и заработал бы много денег.

Однако летом, когда он должен был сдавать вступительные экзамены в университет, Ли Чжао внезапно сказал, что не хочет ходить в университет. Он хотел заработать деньги, много денег.

Чжан Сяо Юань был очень зол и бросился к Ли Чжао, чтобы отругать его.

– Однако у сестры Ся очень серьёзная болезнь, – ребёнок не мог поднять голову после того, как его отругал Чжан Сяо Юань. Он сидел в своём кресле и выглядел жалким. – Доктор сказал, что сестра Ся слишком устала. Чтобы поддержать нас в доме социального обеспечения, брат Мин и сестра Ся жили скромно. У них нет ни дома, ни детей. У них даже не было возможности наслаждаться жизнью. Я хочу, чтобы она жила. Брат Сяо Юань, помоги мне, – его юное лицо было полно решимости, и он был похож на упрямого телёнка. Он определил своё направление и никогда не оглядывался назад.

Чжан Сяо Юань дал обещание. С тех пор он не спрашивал о результатах вступительных экзаменов Ли Чжао в университет, и Ли Чжао больше не упоминал университет. Ли Чжао подписал контракт с кино– и телекомпанией на десять лет. Его превосходная внешность означала, что он бегал по разным небольшим командам, играя небольшие роль. Он также выступал в качестве дублёра, экономя деньги.

– Брат Чжан Сяо Юань, что ты делаешь? – Ли Чжао увидел, что Чжан Сяо Юань ошеломлённо смотрит на него, и весело сказал. – Пригласить тебя на горячий острый суп сегодня вечером?

Сун Юй проходил мимо Ли Чжао и услышал это предложение. Он поднял глаза и посмотрел на Ли Чжао. В этом мире действительно был такой бедный человек. Кто бы попросил своего агента и помощника есть нездоровую острую пищу?

– Не мог бы ты добавить ещё две говяжьих фрикадельки? – быстро спросил Чжан Сяо Юань.

Сун Юй подумал в своём сердце:

"Изначально беден не актёр. Агент тоже плохой".

Он достал свой мобильный телефон и откинулся на спинку стула. Он лег и нажал на популярное видео на Weibo. Молодой человек на этом видео выглядел чем-то знакомым? Он выпрямился и посмотрел в сторону Ли Чжао. Затем он заблокировал экран своего телефона, как вор.

– Брат Сун? – Ассистент подумал, что Сун Юй что-то увидела в Интернете, и поспешно сказал: – Вы не должны принимать слова пользователей Сети близко к сердцу. Через несколько дней никто даже не вспомнит о том, что они сказали.

Сун Юй ничего не сказал, когда коснулся телефона, боясь, что Ли Чжао всё ещё действительно может стать таким популярным, как это было во сне.

В Интернете появились новые комментарии, в которых говорилось, что видео было снято намеренно, и некоторые люди использовали это, чтобы стать популярными. Многие люди согласились. Через несколько дней пользователи Сети забыли об этом видео.

Ли Чжао был с Чжан Сяо Юанем в команде большую часть месяца, до заключительного пира команды. Сун Юй знал, что эта драма будет горячей, и для того, чтобы члены команды позже говорили о нём хорошие вещи, он использовал свои собственные деньги, чтобы пригласить команду поужинать в роскошном отеле.

Ли Чжао не хотел упускать такую возможность вкусно поесть. Чтобы больше есть вечером, он съел только две миски каши в полдень. Затем он надел свой лучший костюм.

За столом главные хозяева вечера пили и неуверенно раскачивались из стороны в сторону. Даже главная героиня, которая обычно игнорировала людей, немного выпила. Ли Чжао покачал кружащейся головой и увидел, что на его рукаве осталось немного жира. Он встал и пошёл в ванную.

Это был его лучший комплект одежды, и ему придётся надеть его позже. Ли Чжао должен хорошо заботиться о нём.

Ресторан изысканной кухни в роскошном отеле был другим. Официанты были одеты в рубашку и жилет, и Ли Чжао даже подумал, что одежда, которую носили официанты, была дороже, чем его собственная одежда.

Он использовал жидкое мыло в раковине, чтобы смыть масло с рукава. Затем Ли Чжао услышал тяжёлый звук удара. Он вытащил кусок бумажного полотенца, вытер нижнюю часть рукава и пошёл к двери, чтобы проверить.

Пьяный мужчина лежал на земле, касаясь спины и стонал. Он выглядел так, как будто тяжело упал. В нескольких шагах от мужчины средних лет у стены стоял мужчина в белой рубашке и жилете. Этот человек заметил пристальный взгляд Ли Чжао и посмотрел на него.

Внешность мужчины была ошеломляющей, но он был бледен, а его губы были нездорового розового цвета. Он выглядел так, как будто получил огромный шок.

Ли Чжао не ожидал, что человек с такой привлекательной внешностью, темпераментом и благородным видом на самом деле был персоналом отеля.

Ли Чжао мгновенно понял, что происходит. Он услышал шаги, доносящиеся из-за угла, посмотрел на опущенные веки мужчины и потянулся, чтобы оттащить его за собой. Мужчина, казалось, не отреагировал, и его потянули за собой.

– Не бойся, предоставь это мне, – Ли Чжао обернулся и похлопал мужчину по руке, улыбаясь ему. – Я профессионал, когда дело доходит до актёрского мастерства.

Мужчина смотрел на него три секунды и молчал.

– Сэр!

Двое или трое сильных мужчин в костюмах выбежали из-за угла. Они посмотрели на человека, лежащего на полу, прежде чем посмотреть в сторону Ли Чжао и остановиться.

– Этот джентльмен с вами? – лицо Ли Чжао было полно беспокойства. – Только что этот официант проводил меня в туалет, когда мы увидели, как этот джентльмен внезапно упал на пол. Мы собирались помочь ему подняться, когда вы подоспели сюда.

Кто был самым восторженным, самым добрым и невинным свидетелем в мире в этот момент? Это был Ли Чжао!

Сильные мужчины непонимающе смотрели на Ли Чжао. Ли Чжао сделал шаг вперёд, позволяя этим сильным мужчинам сосредоточиться на своём собственном теле, прежде чем показать невинную улыбку.

– Вино хорошее, но из-за этого легко не рассчитать меру. Должно быть невероятно больно падать вот так, верно??

Лица мужчин в костюмах… стали более равнодушными.

Глава 4. Ах-ах-ах

Возможно, это было потому, что выражения лиц мужчин в костюмах были слишком холодными, отчего атмосфера несколько сгустилась. Только мужчина средних лет, лежащий на полу, издал отчётливый звук боли. Прошло несколько секунд, и как только Ли Чжао подумал, что эти сильные люди сомневаются в нём, они наклонились, чтобы поднять мужчину средних лет, лежащего на земле, и поблагодарили его.

Они не ушли далеко, неся мужчину, так что Ли Чжао имел возможность наблюдать за тем, как чьи-то ноги поскользнулись, и голова мужчины средних лет с глухим стуком ударилась о стену. На этот раз мужчина средних лет не издал ни звука, потому что он потерял сознание.

Телохранители богатого человека были такими жесткими? Ли Чжао не смог сдержать вздоха и сделал два шага назад, похлопав официанта по плечу.

– Я был напуган до смерти, – Ли Чжао потёр висок. Молодой человек выпил несколько бокалов вина, поэтому у него немного кружилась голова. Он снова похлопал официанта по плечу. – Быстрее, давайте поторопимся и уйдём отсюда.

Мужчина посмотрел на плечо, которого коснулись, и после минуты молчания последовал за Ли Чжао.

– К счастью, они не нашли ничего плохого. Я боялся, что не смогу победить их троих, – Ли Чжао вздохнул с облегчением и прошептал: – Если кто-то спросит Вас об этом, Вы должны настаивать, что ничего не знаете. Поняли?

Мужчина смотрел на него в течение двух секунд, прежде чем медленно кивнуть.

– Вот и отлично, – Ли Чжао довольно улыбнулся. – Мы пришли сюда, чтобы зарабатывать на жизнь. На этот раз мы должны притвориться глупыми и толстокожими. Мы не можем беспокоиться о том, что будем слишком постыдными.

Мужчина слушал молча. Он пошёл в отдельную комнату с Ли Чжао, и из-за полузакрытой двери раздался смех.

– Вы должны подождать меня снаружи. Я попрощаюсь со своими друзьями, а затем пойду с Вами к боссу, – Ли Чжао закончил говорить и увидел, что мужчина тупо смотрит на него. Он, казалось, не понимал, почему Ли Чжао хотел сопровождать его, чтобы увидеть босса. – Вы когда-нибудь смотрели криминальную драму? – Ли Чжао прикрыл рот рукой и что-то прошептал мужчине. – Если подозреваемый не хочет, чтобы его обнаружили, ему нужно алиби.

Глаза мужчины слегка задрожали.

– Вы понимаете? – Ли Чжао хитро подмигнул. – Я – доказательство того, что Вас там не было.

Мужчина, казалось, никак не отреагировал, поэтому подвыпивший Ли Чжао прямо сказал:

– В любом случае, не волнуйтесь. Подождите меня здесь, и я сразу вернусь.

Мужчина видел, как он вошёл в отдельный кабинет и заговорил с несколькими людьми, сидящими на главных местах. Он налил им несколько бокалов вина, прежде чем уйти. Смеющиеся люди позади него, казалось, не заботились о его раннем уходе. Они в основном окружали другого молодого человека.

– Пойдёмте, – Ли Чжао вытер винные пятна в уголке рта бумажной салфеткой. – Я отведу Вас поздороваться с боссом и сказать, что Вы мне очень помогли. Разве не полезно, когда клиент лично хвалит Вас?

Мужчина посмотрел на него со слегка покрасневшими щеками, расстегнул жилет и повесил его на руку, после чего уверенно выпрямил спину.

– Всё в порядке, завтра меня здесь не будет.

Шаги Ли Чжао остановились. Он потряс своей и без того кружащейся головой и повернулся, чтобы посмотреть на лицо и талию мужчины.

– Это нормально – уволиться. Вы хорошо выглядите и будете страдать, если встретите какую-нибудь бессмертную сволочь.

Нажав кнопку открытия лифта, Ли Чжао прислонился к стене лифта, чтобы попытаться протрезветь. Он увидел, что мужчина молчал, и его настроение не выглядело хорошим.

– Это плохо, но не обращайте на это внимания. Это не Ваша вина. Это вина этих вонючих и бесстыдных людей.

Мужчина посмотрел на Ли Чжао и внезапно сказал:

– Разве иметь красивое лицо не вредно для собственного благополучия?

Дверь лифта открылась, и в кабину ворвался охлаждённый кондиционеров воздух холла, заставив Ли Чжао задрожать. Он повернулся, чтобы посмотреть на мужчину.

– Что Вы сказали?

Мужчина посмотрел на красное лицо и влажные глаза Ли Чжао, прежде чем веки мужчины слегка опустились.

– Как Вас зовут? – его тонкие пальцы небрежно расстегнули первые две пуговицы рубашки, обнажив белую шею.

Увидев эту сцену, Ли Чжао улыбнулся.

– Вы не похожи на официанта отеля. Вы больше похожи на владельца отеля.

Этот человек был белым и элегантным, с хорошо сложёнными и нежными руками, которые были ухожены. На первый взгляд было легко увидеть, что его семейное положение было превосходным. Вероятно, он пришёл сюда работать, потому что хотел испытать жизнь

– Вы помогли мне, и я угощу Вас ужином, – видя, что Ли Чжао вот-вот врежется во вращающуюся дверь, мужчина протянул руку и помог ему выйти из отеля.

– Ужин? – Ли Чжао посмотрел на небо и обнаружил, что луна сегодня необычайно круглая. Он огляделся и нашёл ресторанчик лапши через дорогу, что заставило его дотянуться до плеча мужчины. – Пойдем, я угощу Вас ужином.

Мужчина посмотрел на руку на своём плече, но Ли Чжао уже безапелляционно тащил его за собой.

– Я только что обнаружил, что Вы немного выше меня? – Ли Чжао сравнил свой рост с ростом мужчины и обнаружил, что он на несколько сантиметров ниже. Это заставило его дважды расстроенно хмыкнуть.

В зале лапшичной не было других гостей. Босс мыл пол шваброй, в то время как жена босса помогала своим детям с домашним заданием. Как только она увидела, что пришли посетители, жена босса забрала детей с собой на кухню, в то время как босс отложил швабру в сторону и тепло поприветствовал их.

У Ли Чжао был живот, полный вина, и его желудку чувствовал себя немного неудобно. Он попросил две миски говяжьего супа с лапшой и два гарнира. Он разломал одноразовые палочки для еды и протянул их мужчине.

– Спасибо, – мужчина взял палочки для еды, и Ли Чжао обнаружил, что рука этого человека была белее, чем одноразовые палочки для еды.

Как только лапша и гарниры были поданы, босс положил на стол два завёрнутых в пластик лунных пряника.

– Попробуйте наши лунные пряники. Я желаю вам, двум красивым молодым людям, счастливого Фестиваля Середины Осени.

Лунные пряники были размером всего с два больших пальца и даже в супермаркете сейчас продавались массово. Но только теперь, увидев их перед собой, Ли Чжао понял, что сегодня был Фестиваль Середины Осени.

Он открыл свой пряник и откусил кусочек.

– Лунный пряник с пятью орехами?

Он посмотрел на лунный пирог перед мужчиной и увидел слова "яичный желток" на упаковке. Возможно, он не очень разборчивый едок, но он должен был признать, что лунный пирог с начинкой из яичного желтка был лучше, чем начинка из пяти орехов.

После того, как он съел лунный пирог, Ли Чжао склонил голову, чтобы съесть лапшу. Его стиль питания не был уродливым, и он ел с аппетитом. Как будто этот говяжий суп с лапшой и несколькими кусочками овощей был самой вкусной вещью в мире.

Мужчина долго смотрел на него, прежде чем взять дымящуюся лапшу своими палочками для еды. Лапша была недостаточно хорошо проваренной и плохо жевалась, а листья недостаточно крепкими. Ломтики говядины были не самой нежной частью коровы, а плохое качество уксуса придавало ей слабый кисловатый привкус. Мужчина съел только немного своими палочками для еды и не хотел продолжать. Затем он увидел, что Ли Чжао серьёзно ест лапшу, и на мгновение заколебался, прежде чем взять ещё несколько кусочков лапши.

– Меня зовут… Янь Тин, – мужчина изящно положил свои палочки для еды на тарелку. – А как насчет тебя?

– Я? – Ли Чжао выпил суп с лапшой чисто, и его щеки покраснели. – Ли Чжао.

– Чжао, как утро (1)? – мужчина протянул палец и нарисовал символ на столе.

– Нет, Чжао, как ясный или светлый, – Ли Чжао повторил за этим человеком и вывел на столе пальцем своё имя. – Мой учитель языка в начальной школе сказал, что моё имя особенно хорошо. Это означает свет во тьме, представляющий надежду (2).

В пьяных глазах Ли Чжао вспыхнул яркий свет.

"Надежда?"

Уголки глаз Янь Тина слегка опустились.

– Это имя действительно очень хорошее, – он хотел сказать больше, но у Ли Чжао зазвонил телефон.

– Я в ресторанчике лапши напротив отеля, – Ли Чжао услышал тревожный вопрос Чжан Сяо Юаня и быстро объяснил. – Не волнуйся, я не слишком напился.

– Пьяные люди любят говорить, что они не пьяны.

Янь Тин молча слушал эту перепалку.

Пьяный человек, действительно, как он мог доказать, что он не был пьян?

– За мной приедет мой друг, – Ли Чжао достал свой мобильный телефон, чтобы расплатиться, попросил у босса листок бумаги и записал свой номер телефона, прежде чем передать его Янь Тину. – Если отель всё ещё захочет найти тебя, чтобы создать неприятности, я буду свидетелем твоей невиновности.

Янь Тин посмотрел на эту криво порванную и слегка асимметричную бумагу и потянулся к ней.

– Пока, пока, – Ли Чжао решил идти по прямой, чтобы доказать, что он не пьян. Прежде чем он смог сделать два шага, он врезался в обеденный стол рядом с собой.

– Я в порядке, – Ли Чжао оглянулся на Янь Тина. – До свидания, я желаю тебе счастливого Фестиваля Середины Осени и благословений для всей твоей семьи.

Янь Тин решительно встал и проводил Ли Чжао на улицу, и через некоторое время он увидел, что кто-то идёт в этом направлении.

– Чжао А, ты пошёл перекусить, – Чжан Сяо Юань подбежал, чтобы поддержать Ли Чжао и прошептал: – Эти собачьи ублюдки на самом деле не люди. Они знают, что ты плохой пьяница, и специально напоили тебя.

Эти люди видели, что Сун Юю не нравился Ли Чжао, поэтому намеренно были жёсткими с молодым человеком перед лицом Сун Юй?

– Собаки, конечно, не люди, – Ли Чжао рассмеялся. – Брат Сяо Юань, ты действительно плохо ругаешься.

– Ты можешь выругаться лучше, если хочешь.

– Я был хорошим учеником в старшей школе.

– Что ты имеешь в виду?

– У меня всестороннее развитие моей морали, интеллектуальной, физической формы и эстетического чувства. Я никогда не ругаюсь.

Спустя долгое время, когда фигура Ли Чжао больше не была видна, перед Янь Тином остановилась чёрная машина.

– Господин, всё улажено. Вы сейчас собираетесь отправиться домой, чтобы отдохнуть? – человек в костюме быстро вышел из машины и наклонился, чтобы открыть дверь для Янь Тина.

Янь Тин сел в машину только для того, чтобы вспомнить, что он всё ещё держит в руке записку, которую дал ему Ли Чжао, и нераспечатанный лунный пирог. Он отбросил лунный пирог в сторону и достал изящные ножницы для ногтей. Осторожно обрезав неправильные углы бумаги, пока она не стала симметричной, он посмотрел на имя и номер мобильного телефона на записке и прошептал имя:

– Ли Чжао...

* * *

Два месяца спустя погода постепенно вступила в зимнюю пору. Первая сетевая драма Ли Чжао "Сладкая любовь властной женщины-президента" была запущена на интернет-платформе Green Pepper Video. Кроме спонтанной публичности основных членов съёмочной группы, рекламы почти не было.

Все знали, что это будет транслироваться онлайн, как и многие недорогие сетевые драмы. Никто не обратил бы на это внимания, не говоря уже о том, чтобы обсуждать это. Даже главная героиня не приняла драму близко к сердцу. Например, если бы её агент не напомнил ей, то звезда дорамы даже забыла бы опубликовать сообщение на своём Weibo в день трансляции.

Чего они не ожидали, так это того, что клип из кадров дорамы внезапно станет вирусным в Интернете. Название клипа было: "Перед лицом такого красавчика, кто не хочет быть властной женщиной-президентом?".

_____________________________

1. Янь Тин использует иероглиф "朝", который означает утро и произносится так же, как и имя Ли Чжао, но пишется иначе.

2. "黎昭" – имя Ли Чжао. "黎" – Ли в его имени можно перевести как чёрный или тёмный. В то же время "昭" Чжао в его имени переводится как ясный и светлый.

Глава 5. Green Pepper Video

На видео чистый и красивый молодой человек иногда смеялся, иногда раздражался, а иногда бегал с властной женщиной-президентом по траве…

Я серьёзный человек: Перед лицом такого прекрасного брата я могу! Я действительно могу!

Груша на яблоне: Я никогда не понимал, почему властному президенту-мужчине всегда нравились жёсткие маленькие белые цветы в романах. После просмотра этого видео я ненавижу только то, что я не властный президент.

Медвежонок: Тут нечего сказать. Я просто хочу… аххххххх!

Никаких плодов на цветущем сливовом дереве: Вы поверхностные женщины, вы знаете только, как смотреть на лицо. Эта фея презирает вас. Разве вы не видите, что малыш ведёт себя хорошо? В тени он обернулся и улыбнулся. Не знаю почему, но это напоминает мне о самом красивом мальчике в школе, в которого я была тайно влюблена. То, как он ест хлеб на обочине дороги, также заставляет меня чувствовать себя плохо до мозга костей. Я хочу тут же вытащить свою банковскую карточку и сказать ему: "Сынок, что ты хочешь съесть? Мама купит тебе всё, так что не мори себя голодом".

Видишь два цента на дороге: У меня есть деньги, я готова тебя воспитать!

Сун Юй держал свой мобильный телефон и просматривал данные с тех пор, как властная женщина-президент вышла в эфир. В течение первых нескольких часов было всего несколько кликов и всплывающих окон. Только к середине ночи аудитория постепенно росла.

Сун Юй посмотрел на зону комментариев под видео, которая постепенно становилась всё более оживлённой. Его сонливость исчезла, и молодой человек был достаточно возбуждён, чтобы летать. Казалось, он видел будущее, наполненное бесчисленными приглашениями на съёмки и огромной популярностью.

Затем постепенно он обнаружил, что что-то не так. В своём сне, в день выхода дорамы, известный блогер Big V похвалил исполнителя второй главной мужской роли Ли Чжао на Weibo за его очаровательную внешность. Это заставило многочисленных прохожих прийти и посмотреть на роль Ли Чжао, и это помогло шоу стать популярным.

Почему никто не хвалил второго главного мужского персонажа, которого сыграл он, Сун Юй? Вместо этого многие люди говорили, что исполнитель главной мужской роли страдает. Сун Юй смотрел, пока, наконец, не увидел что-то, связанное с ним самим.

[Второй главный герой мужского пола действительно претенциозен. Он думает, что может украсть девушку главного героя благодаря своим деньгам. Главная героиня не испытывает недостатка в деньгах. Почему она не может найти хорошего парня по своему вкусу?]

Сун Юй ошеломлённо уставился на этот комментарий.

В том сне зрители этого не говорили. Они ругали главного героя, которого он играл, за то, что он был раздражающим белым лотосом с фальшивым благородным и добродетельным видом и без какой-либо гибкости.

Сюжет и даже главная героиня не изменились. Как направление может полностью отличаться от развития во сне? В этот момент люди должны хвалить его за то, что он красивый, богатый и нежный, и жаловаться, что главная героиня слепа.

[Я говорил ранее, что главная героиня не должна следовать за вторым главным героем. Неужели только из-за того, что мой маленький красавец выглядит так хорошо, второй главный герой имеет достаточно смелости, чтобы насмехаться над ним? Куда делась женщина-тиран? Над твоим парнем издеваются! Приди уже на помощь!]

[Ууууууу, я так громко плачу. Такой хороший маленький милашка, почему он не принадлежит мне? Почему я не властный президент?]

[Видя, как издеваются над маленькой милашкой, моё сердце разбито. Малыш, иди в мамины объятия!]

Претенциозен? Сун Юй широко раскрыла глаза. В его сне зрители явно хвалили красивое и элегантное выступление Ли Чжао, прямо как маленького принца, выходящего из сна! Сам Сун Юй, очевидно, играл ту же вторую главную мужскую роль, почему эти люди дискриминировали его?

* * *

Всего за два дня властная женщина-президент пережила много дискуссий в Интернете, и количество кликов резко возросло. Это привело платформу вещания в восторг. Они купили авторские права по низкой цене и не ожидали такого урожая.

Отдел рекламы вещательной платформы увидел это и быстро сотрудничал, чтобы опубликовать драму в Интернете. Все сотрудники отдела, казалось, видели цель в достижении целевого показателя KPI.

Сюжет о властной женщине-президенте пошёл вразрез с общепринятым маршрутом. Это было похоже на то, что главные мужские и женские роли взяли неправильный сценарий. Неожиданно оказалось, что это соответствовало аппетитам женской аудитории. Красивая и властная женщина и нежный и солнечный мужчина, они не должны пересекаться, но они встретились и влюбились.

Пользователи Сети смеялись и радостно смотрели. Как только они обнаружили, что больше нет эпизодов, им пришлось пополнить подписку с помощью Green Pepper Video, чтобы посмотреть на четыре эпизода больше, чем могла сделать обычная аудитория. После просмотра они отправились на официальный канал Weibo Green Pepper Video, чтобы спросить, когда будет обновлён новый эпизод.

На Green Pepper Video пользователи Сети обратили всё больше и больше внимания на властную женщину-президента и решили устроить мероприятие со звёздами. Однако вскоре они обнаружили, что у исполнителя первой главной мужской роли не было ни Weibo, ни команды по связям с общественностью. Его управляющая компания даже развалилась несколько месяцев назад.

Рекламная группа Green Pepper связалась со съёмочной группой и потратила много энергии, чтобы получить номер телефона агента главного героя.

* * *

– Брат Сяо Юань, ты действительно собираешься открыть здесь магазин? – Ли Чжао посмотрел на пыльный магазин и почувствовал, что он не сможет приносить деньги. Это был университетский городок, и арендная плата за магазин была особенно высокой. На улице были всевозможные магазины, и конкуренция была слишком большой.

– Я открою магазин, а ты будешь штатным сотрудником. Ты можешь читать книги, когда будешь свободен, – Чжан Сяо Юань сделал паузу. – Тело Чжу Ся постепенно восстанавливается, и контракт, который ты подписал с компанией, больше не действует. Ты не популярен, у тебя нет контактов, и ты не можешь продолжать вращаться в кругу развлечений. Не выходи на работу в ближайшие несколько месяцев. Оставайся в магазине и хорошо учись. В июне следующего года ты получишь новую возможность принять участие во вступительных экзаменах в университет.

Ли Чжао не ответил по поводу участия во вступительных экзаменах в университет. Он просто сказал:

– Брат Сяо Юань, я просто беспокоюсь, что ты потеряешь деньги, открывая магазин, и тогда у тебя даже не будет жены.

Чжан Сяо Юань потерял дар речи, когда услышал эти слова.

Мужчина вдруг вспомнил, что ему было тридцать два года, но у него не было ни жены, ни даже девушки.

– Коснувшись моего больного места, ты... – Чжан Сяо Юань готовился схватить Ли Чжао, когда зазвонил его телефон. Мужчина посмотрел на идентификатор вызывающего абонента и был смущён. Почему команда властной женщины-президента звонила ему? Была ли у Чжао Чжао возможность получить новую роль?

В тот момент, когда телефонный звонок был принят, Чжан Сяо Юань услышал из динамика взволнованный голос собеседника.

– Что? – Чжан Сяо Юань был ошеломлён долгое время и уставился на Ли Чжао после того, как повесил трубку. – Чжао А, сегодня первое апреля?

– Проснись, сейчас начало зимы, – Ли Чжао увидел, что лицо Чжан Сяо Юаня было неправильным. – В чём дело?

– Green Pepper Video хочет пригласить тебя принять участие в самом популярном ток-шоу платформы, созданном своими руками. Ты можешь получить плату за выступление. Ты хочешь пойти? – Чжан Сяо Юань смутно помнил, что другая сторона сказала, что драма прямо сейчас была чертовски популярна, и не мог удержаться от смеха. Команда, режиссёр и актёрский состав были настолько плохими, что он действительно начал подумывать о том, что у платформы были не слишком высокие стандарты для того, что называть "горячим" шоу.

Возможно, они не намерены в будущем вращаться в сфере развлечений, но они всё равно могут получать прибыль от платы за выступление.

По дороге в локацию Green Pepper Ли Чжао беспокоился о том, что его рубашка и обувь стоят четыре цифры, и специально вызвал водителя через мобильное приложение.

После того, как машина прибыла, водитель-женщина извинилась перед Ли Чжао, потому что у неё в машине был двух или трёхлетний ребёнок. Поскольку её ребёнок спал и его нельзя было оставлять без присмотра, ей пришлось взять ребёнка с собой, чтобы заработать деньги.

– Это не имеет значения, – Ли Чжао нежно посмотрел на спящего ребёнка. – Я не имею ничего против того, чтобы поехать на пассажирском сиденье.

– Спасибо, спасибо, – водитель несколько раз поблагодарил Ли Чжао, прежде чем отправиться в пункт назначения.

– В машине довольно жарко. Не хотите снять пальто? – Ли Чжао заметил, что щёки ребёнка немного покраснели, и ответил: – В противном случае Вы можете просто немного снизить температуру.

Водитель подъехала к обочине и осторожно сняла с малыша пальто, положив его рядом.

– Извините, я отнимаю у Вас время, – водитель снова завела машину. Она выглядела молодой и немного уставшей.

– Это не имеет значения, я никуда не спешу, – Ли Чжао улыбнулся. – Вы хорошая мать.

– Что в этом такого хорошего? Она – мясо, которое вышло из моего живота. Её отец не хотел её, но я не могу не любить её, – водитель ухмыльнулась. Её улыбка выглядела не очень хорошо, но её глаза были очень нежными. – Я чувствую себя некомфортно, когда думаю о том, как она просыпается и плачет, потому что не может меня найти. Воспитание ребёнка стоит денег, поэтому я должна зарабатывать деньги, беря её с собой. Как только она пойдёт в детский сад, это будет намного удобнее.

Ли Чжао слушал разговор водителя с нежной улыбкой на лице.

Выйдя из машины, Ли Чжао похвалил водителя в приложении на пять звезд и вошёл в офисное здание Green Pepper Video, где его тепло приветствовал персонал.

– Учитель Ли, добро пожаловать. Я сотрудник группы развлекательных программ компании Green Peper Entertainment. Вы можете называть меня Сяо Ван.

– Хорошо, брат Ван, – Ли Чжао снял своё толстое пальто, чтобы показать сшитую на заказ белую рубашку.

Брат Ван повёл Ли Чжао наверх. Два человека только что вышли из лифта, когда внутренний персонал пришёл, чтобы сделать фотографии. Брат Ван улыбнулся Ли Чжао.

– Бай Сяо Ду, которого играет учитель Ли, был слишком успешным. Многим коллегам в компании нравится эта роль, поэтому они были немного взволнованы, когда увидели, как Вы появились.

– Брат Ван мне льстит, – Ли Чжао втайне чувствовал, что сотрудники крупных компаний действительно хорошо выполняют свою работу. Они даже похвалили такого совершенно неизвестного актёра, как он.

Они прибыли в гостиную, где был визажист, чтобы нанести Ли Чжао подходящий грим. Затем сотрудник принёс стопку фотографий для подписи Ли Чжао.

Сун Юй вошёл в гостиную и увидел нескольких сотрудников Green Pepper Video вокруг Ли Чжао. Его лицо изменилось, и он неохотно выдавил улыбку.

– Ли Чжао, ты пришёл рано.

– Привет, брат Сун, – увидев Сун Юй, Ли Чжао подумал о бесчисленных восхитительных ночах с такими вкусными перекусами, и его улыбка была особенно теплой.

Сун Юй изобразил фальшивую улыбку. Всякий раз, когда он видел Ли Чжао, молодой человек вспоминал тех, кто ругал его за претенциозность, и неизбежно чувствовал себя несколько неловко. Если бы он знал заранее, что сон окажется настолько ненадежным, он бы не позволил Ли Чжао сыграть главную мужскую роль. Он своими руками выкинул такую высокую популярность. Вскоре появилась и главная героиня. Они давно не виделись, и она была особенно счастлива, когда увидела Ли Чжао, а также вручила молодому человеку подарки.

Сун Юй закатил глаза, сидя в углу. Обычно эта женщина никогда не смотрела на Ли Чжао в команде. Теперь, когда Ли Чжао стал так популярен в Интернете, она вела себя так, словно они были близки. Намеревалась ли она разжечь тему отношений главных героев как у "хороших друзей", или, возможно, даже собиралась пойти дальше и представить всё как "неоднозначную любовь"?

Green Pepper Video была сетевой развлекательной программой. Содержание было более спокойным, а темы соответствовали текущим увлечениям пользователей сети. Таким образом, вскоре после начала интервью ведущая напрямую заговорила о горячей теме.

– Чжао Чжао, ваша драма понравилась многим зрителям с тех пор, как она была показана на нашей платформе. Всего за несколько дней количество просмотров увеличилось в геометрической прогрессии, и многие зрители сказали, что хотят стать властным президентом, чтобы любить тебя. Что ты об этом думаешь?

Столкнувшись с нежной и милой улыбкой ведущей программы, Ли Чжао честно ответил.

– Я думаю... быть властным не очень важно. Важно быть умным, хорошо общаться и, если они хотят кого-то вырастить, позволять своим "питомцам" есть, пока они не наедятся.

Ведущая посмотрела на влажные глаза Ли Чжао, и её улыбка смягчилась.

– Похоже, Чжао Чжао – гурман.

Ли Чжао внезапно вспомнил, что Чжан Сяо Юань сказал ему не сообщать посторонним, сколько он может съесть, поэтому он поспешил спасти свой образ маленького фея мужского пола.

– Это не так, я имею в виду, пока есть чувства, всё остальное не имеет значения.

– Конечно, – ведущая рассмеялась. – Если присмотреться к твоей фигуре, ты не кажешься гурманом.

Женщина-звезда и Сун Юй повернулись, чтобы посмотреть на Ли Чжао, прежде чем выбрать молчание. Сун Юй почувствовала лёгкое удушье при мысли о том, что Ли Чжао ел шоколад так много вечеров подряд, но при этом не потолстел ни на грамм!

– Сун Юй и Чжао Чжао – любовные враги в дораме, но что вы думаете друг о друге за пределами дорамы? – в Интернете было много комментариев о втором исполнителе главной мужской роли, поэтому ведущая подняла эту тему.

– Брат Сун? – Ли Чжао искренне улыбнулся. – Брат Сун очень хороший человек и очень заботился обо мне в команде.

Сун Юй чуть не поперхнулся собственным языком.

Он презирал вид хорошего человека этого парня.

Женщина-звезда тоже предпочла хранить молчание.

Вся команда знала, что Сун Юю не нравился Ли Чжао. Только сам Ли Чжао этого не знал.

Интервью продолжалось полчаса. На первый взгляд, у трёх главных действующих лиц было одинаковое количество времени, но Сун Юй явно чувствовал, что ведущая была более склонна к Ли Чжао.

Держаться за высокое, наступая на низкое, разве быть популярным не было здорово?

– Далее нас ждёт прямая трансляция, которая продолжится полчаса. Трое учителей могут сделать перерыв. Мы начнём прямую трансляцию через десять минут, хорошо? – ведущая увидела "жару" в Интернете, и многие пользователи Сети ждали в студии, несмотря на то, что прямая трансляция ещё не началась.

В мире развлечений каждые несколько лет появлялась тёмная лошадка, которая становилась популярной. Невозможно предсказать, как долго эти тёмные лошадки смогут быть популярными, но пока они были на вершине, с этого следовало снять как можно больше сливок.

* * *

Ван Сяо Хун уложила своего спящего ребёнка в постель, прежде чем оттащить своё усталое тело в ванную. Она улеглась в воду и достала свой мобильный телефон. На его экране появилось сообщение с видеоплатформы, показывающее, что некоторые звёзды ведут прямую трансляцию.

Она случайно вошла и нашла знакомую фигуру на экране. Разве это не был тот нежный и внимательный молодой человек, который только что был в её машине? Был ли он звездой?

Молодая женщина не ожидала, что звезда, известная в Интернете, будет сидеть в её машине без посторонних людей, вроде агента или помощницы. Это было просто слишком приземлённое поведение.

_________________________

Автору есть что сказать:

Ли Чжао:

– Не имеет значения, приземлённый я или нет. Важно то, что я беден!

Глава 6. Актуальные темы

Каждый раз, когда новый человек начинал становиться популярным и за ним гонялись фанаты, находился кто-то, кому это не нравилось. В частности, поклонники похожего артиста подсознательно почувствовали бы, что этот новый артист отнимет ресурсы у их собственного кумира.

Таким образом, прямая трансляция ещё не началась, а пользователи Сети уже комментировали появление Ли Чжао. Они сказали, что он не мог появиться без фильтров телевизионной драмы, его привлекательность была невысокой или что он был простоватым, как сестра из деревни или тётя с фабрики.

Уведомление о прямой трансляции Green Pepper Video на их Weibo было шумным, но главной силой, которая была привлечена этой программой, были те, кто лизал экран. Для таких людей было бесполезно выдвигать аргументы или заниматься их увещеванием. Видя лицо Ли Чжао они решили, что оно достаточно привлекательно, чтобы прилипнуть к экрану и облизать его, когда появится парень.

Как только началась прямая трансляция, пользователи Сети обнаружили, что звезда женского пола сидела посередине с исполнителем первой главной мужской роли и исполнителем второй главной мужской роли. По сравнению со стильной и утончённой внешность. Сун Юя, Ли Чжао был одет в белую рубашку, и его можно было назвать красавцем золотого века.

Яблочный пирог: Мама, я умираю. Здесь есть мужчина, который украл моё сердце, и я хочу выйти за него замуж.

Улыбаясь украдкой и тайком: Ааааа! В мире есть такая уникальная красота! Я переверну его жетон (1) сегодня вечером!

Чжао Чжао в моей постели: Почему ты мечтаешь передо мной? Чжао Чжао сказал мне, что он приготовит мне обед, когда вернётся.

Цветущее маленькое дерево: Все вы уходите! Детка, мама не разрешает тебе встречаться с другими женщинами!

* * *

– Теперь я случайным образом задам несколько вопросов от зрителей в прямом эфире, – ведущая выбрала несколько вопросов, связанных с главной героиней. – Пользователь Сети спросил, если бы это было реальностью, ты бы предпочла мальчика вроде Бай Сяо Ду или кого-то вроде Чжоу Шао?

Женщина-звезда застенчиво улыбнулась в камеру прямой трансляции.

– Такие вещи в основном зависят от судьбы, – затем она повернула голову и улыбнулась Ли Чжао.

Однако Ли Чжао смотрел на закуски на столе и не видел взглядов, которые бросала на него женщина-звезда.

Были зоркие пользователи Сети, которые заметили эту сцену, и экран был заполнен комментариями типа "хахахахаха".

Пользователь Сети 1: Дитя, ты можешь завести себе такую девушку. Разве ты не видишь улыбку Ша Ша?

Пользователь Сети 2: Чжао Чжао, сидящий на диване, совсем как ребёнок в детском саду. Слишком хорош.

Пользователь Сети 3: Некоторым фанатам, которые хотят настоящего накала страстей между мужчиной и женщиной, я советую вам успокоиться. Если вы умеете читать микровыражения, вы можете найти некоторые интересные вещи.

Пользователь Сети 4: Кто-то, наконец, сказал это. В начале прямой трансляции я обнаружил, что Яо Ша Ша взяла на себя инициативу несколько раз взглянуть на Ли Чжао, но Ли Чжао этого вообще не заметил. Очевидно, что в своём подсознании Яо Ша Ша никогда бы не взяла на себя инициативу активно общаться с ним.

Пользователь Сети 5: Яо Ша Ша несколько лет назад участвовала в шоу талантов, но не стала популярной. Теперь у неизвестного Ли Чжао есть некоторый статус.

Пользователь Сети 6: О, высокопоставленный человек, Ли Чжао немного жалок. Разве вы не знаете, что изначально Сун Юй должен был стать исполнителем первой главной мужской роли в этой дораме?

В тот момент, когда прозвучало это замечание, оно вызвало любопытство бесчисленного количества людей, и вся область комментариев взорвалась. Ли Чжао, который находился в самом разгаре трансляции, не знал, что в устах некоторых людей он стал "делать все, что ему заблагорассудится, чтобы получить ресурсы". Это было потому, что ему задали случайный вопрос.

– Чжао Чжао, после твоей драмы, какие у тебя планы на будущее?

Ведущая была несколько разочарована, когда увидела, что Ли Чжао задали вопрос без горячей темы.

– На самом деле, как только "Властная женщина-президент" закончилась, я собирался открыть ресторанчик лапши со своим агентом, – Ли Чжао застенчиво улыбнулся. – Просто аренда слишком дорогая, и мы ещё не определились с магазином.

– Ты имеешь в виду, что если бы драму не заметили, ты бы сменил карьеру? – у ведущей пересохло в горле. Неудивительно, что они изначально не могли связаться с Ли Чжао. Изначально он намеревался прекратить заниматься актёрством.

Пользователь Сети 1: Это совершенно невообразимо. Чжао Чжао из моей семьи хочет открыть ресторанчик с лапшой?

Пользователь Сети 2: Чтобы позволить ребёнку оставаться в кругу развлечений, мы должны опубликовать драму! Пока вы продвигаете властную женщину-президента, мы сводные братья или сёстры от разных отцов!

Пользователь Сети 3: Плохо работает и берёт собственного артиста, чтобы открыть ресторан с лапшой, чтобы заработать деньги… Кто агент Чжао Чжао? Знает ли он, как возмутительно заставлять такого несравненного человека открывать ресторанчик с лапшой?

– Я рада, что эта дорама понравилась некоторым пользователям Сети. Благодаря их поддержке ты решил остаться в кругу развлечений, – ведущая сложила руки вместе. – Итак, чтобы Чжао Чжао почувствовал себя непринуждённо, я надеюсь, что эта драма может стать горячей.

Ли Чжао был несколько взволнован словами ведущей. На самом деле, он просто пришёл, чтобы заработать гонорар за появление. Что касается того, будет ли он продолжать вращаться в развлекательном кругу или нет, ещё не решено.

Ведущий посмотрела отзывы в Интернете и улыбнулась.

– Многие пользователи Сети сказали, что твоя роль Бай Сяо Ду – идеальный белый лунный свет в их сердцах. Они не могут этого забыть. Что ты думаешь об этом?

Ли Чжао ответил:

– Эта роль должна понравиться зрителям. Я счастлив, что все готовы относиться к Бай Сяо Ду как к брату или белому лунному свету, – сказав это, он добавил: – Конечно, я не могу.

– Почему? – ведущая видела шквал "ааааааа" на экране и могла представить, как фанаты, смотрящие прямой эфир на своих телефонах или компьютерах, сходили с ума. – Ты сильно отличаешься от роли Бай Сяо Ду?

– Есть места, которые очень разные, а есть места, которые похожи.

– Можешь ли ты сказать мне, в чём сходство?

– Мы оба бедны.

Мгновенное "ааааа" превратилось в "хахахаха". Многие пользователи Сети в комментариях призывали крупные бренды пригласить Ли Чжао выступить в качестве их представителя, дав бедному ребёнку миску риса.

– Умоляю крупных производителей, спасите этого ребёнка и позвольте ему зарабатывать деньги!

– Я хочу зарабатывать деньги для ребёнка!

После взаимодействия между ведущей и Ли Чжао, мужчина-ведущий пошёл взаимодействовать с Сун Юем. Сотрудники программной группы вскоре обнаружили, что количество комментариев значительно сократилось, и даже темпы роста начали замедляться.

Тем не менее у Сун Юй имел человека, поддерживающего его. Таким образом, команда программы намеренно выбрала несколько приятных тем, чтобы помочь Сун Юю вызвать хорошие чувства у прохожих.

К сожалению, ведущий обнаружил, что Сун Юй был не только претенциозным в драме. На самом деле… он также был претенциозным в жизни. Ну и что, что он жил на вилле или получил элитное образование. Кстати, он время от времени поглядывал на Ли Чжао краем глаза во время разговора. Разве это не говорило всем, что он смотрел на Ли Чжао свысока?

Ведущий изо всех сил пытался сгладить ситуацию, натянуто улыбаясь. В конце концов, он мог только сдаться и позволить Сун Юю покрасоваться. В конце концов, была аудитория, которая научила бы его, как себя вести. Отношение Сун Юя действительно вызвало недовольство многих пользователей Сети.

_________________________

1. Для читателей различных новелл с Императорскими (царскими, королевскими, ханскими и прочими другими) гаремами это не должно быть загадкой, но для остальных поясню. Конечно, бывали гаремы, где посещение девушек и женщин было строго регламентировано и к каждой ходили в определённый день по предварительной записи, но часто монархом хотелось быть "внезапными". В гаремах таких правителей существовали бирки или жетоны с именами и титулами наложниц. В определённый момент дня главный евнух подавал правителю поднос со всеми жетонами, и тот мог выбрать случайным образом или целенаправленно один из них, и по этому жетону определялось, какую красавицу правитель навестит сегодня вечером. Именно на такую ситуацию здесь и идёт отсылка.

– Эмммм, почему мне кажется, что Сун Юй намеренно выпендривается перед Ли Чжао?

– Забавно, Сун Юй делает всё так очевидно, а исполнительница главной женской роли иногда хвалит Сун Юя. Кто-то сказал, что два актёра не очень хорошо знакомы друг с другом. Я думал, что они говорят глупости, но теперь кажется, что они действительно не знакомы друг с другом.

– На самом деле… Я думаю, Ли Чжао вообще не обнаружил, что Сун Юй намеренно выпендривается...

Сун Юй упомянул деревню, и глаза Ли Чжао заблестели, как кристаллы. Ли Чжао улыбался каждый раз, когда упоминался ужин с актёрами, и когда Сун Юй говорил о его элитном образовании, Ли Чжао был полон восхищения.

– Больно видеть такого глупого ребёнка...

– Душевная боль плюс один.

Сун Юй показал свою семью и с гордостью посмотрел на Ли Чжао. Затем он встретил глаза, полные восхищения… И потерял дар речи.

Он не хотел уважения, он хотел зависти и ненависти!

– В тот момент, когда их глаза встретились, мне показалось, что внутреннее "я" Сун Юя рухнуло.

– Для претенциозного человека самое болезненное – выпендриваться только для того, чтобы обнаружить, что другой человек равнодушен и даже немного взволнован.

– Убийственное сердце, ищущее психологическую теневую зону Сун Юя, хахахахахахахахахахахаха.

Сотрудники программы обнаружили, что зона обстрела снова активна. Казалось, что независимо от того, сколько горячих запросов Яо Ша Ша и Сун Юй купили после того, как шоу стало популярным, настоящей звездой был Ли Чжао.

Развлекательный круг был таким странным. Маленький популярный человек держался за бёдра другого человека, в то время как большой популярный человек просто должен был жить. Некоторые люди родились с очень популярной жизнью, и никто не мог её остановить.

* * *

После прямой трансляции Ли Чжао и сотрудники сделали фотографию, и он подписал своё имя. Он также получил пакет с закусками, переданный группой программы, прежде чем его доставили на подземную парковку через внутренний проход.

Глядя на парковку, заполненную различными автомобилями, Ли Чжао повернулся, чтобы молча посмотреть на персонал, который отправил его вниз. Как он мог тактично сказать другому человеку, что у него нет машины? Как раз в этот момент перед Ли Чжао остановился ослепительный спортивный автомобиль с открытой крышей. Сун Юй снял солнцезащитные очки и улыбнулся Ли Чжао.

– Прости, Ли Чжао, я уйду первым.

После этих слов машина обдала лицо Ли Чжао выхлопными газами.

Ли Чжао вздохнул. Он должен был схватить Сун Юй до того, как другой человек заговорил, чтобы он мог получить бесплатную поездку. Здесь присутствовал сотрудник Green Pepper Video, так что Сун Юй был бы слишком смущён, чтобы отказаться.

Сотрудник Green Pepper Video смущённо улыбнулся. Он давно слышал, что Сун Юй был против Ли Чжао в команде. Он не ожидал, что Сун Юй будет действовать так явно.

– Ли Чжао, – в этот момент чёрная машина медленно остановилась перед Ли Чжао. Ли Чжао увидел несколько прозрачное белое лицо через небольшую открытую часть окна.

Этот человек выглядел знакомым…

– Садись в машину. Я провожу тебя, – мужчина слегка приподнял голову, чтобы показать свой идеальный подбородок.

– Мистер Ли, пожалуйста, – мужчина в белых перчатках спустился с водительского сиденья и открыл дверь заднего сиденья для Ли Чжао.

В подземелье не было отопления. Ли Чжао увидел, что на мужчине на заднем сиденье были только рубашка и светлый свитер. Ли Чжао боялся, что холодный воздух заставит другого человека замёрзнуть. Таким образом, он повернулся, чтобы попрощаться с сотрудником Green Pepper Video, и быстро сел в машину.

– Спасибо, – Ли Чжао снял своё толстое пальто и благодарно улыбнулся. – Янь Тин, как ты здесь оказался?

Янь Тин увидел, что руки Ли Чжао покраснели от холода, и передал Ли Чжао свою собственную грелку для рук.

– Я просто проходил мимо, – он не видел Ли Чжао несколько месяцев, а молодой человек всё ещё выглядел таким живым.

– Спасибо, – Ли Чжао схватил грелку для рук и смущённо улыбнулся Янь Тину. Он мало что знал об автомобилях, но у человека, который мог позволить себе машину и нанять водителя, должны быть лучшие домашние условия, чем думал Ли Чжао.

– Недавно южная часть города была определена под снос, – Янь Тин посмотрел на Ли Чжао чёрными глазами, глубокими, как колодец.

– А? – Ли Чжао был в недоумении.

– Мой дом будет разрушен.

– Поздравляю? – Ли Чжао был рад за Янь Тина. – Это значит, что в будущем ты можешь делать всё, что захочешь, – было здорово не беспокоиться о деньгах.

Взгляд Янь Тина скользнул по улыбающемуся лицу Ли Чжао, и рот Янь Тина стал напряжённым.

– У меня нет родственников, и я нездоров, поэтому я нанял водителя.

– Тебе грустно? – Ли Чжао не знал, что сказать, и ему пришлось молча держать грелки для рук.

– Всё в порядке, – Янь Тин, казалось, улыбнулся, но это вскоре исчезло. – Наша встреча – это судьба. В прошлый раз ты пригласил меня на ужин. Теперь пришло моё время пригласить тебя в ответ.

– Как это возможно? – Ли Чжао был принципиальным человеком и не мог воспользоваться хорошими людьми.

– Хорошо, – Янь Тин всё ещё выглядел спокойным. – В любом случае, я привык есть в одиночестве.

Ли Чжао на мгновение потерял дар речи, прежде чем спросить:

– Где мы будем есть?

* * *

В этот момент Чжан Сяо Юань закончил свой бизнес-план и начал играть на своём телефоне. Затем он необъяснимым образом обнаружил, что его имя было довольно горячей темой на Weibo, но этот "огненный поток" был не очень дружелюбен к нему.

#Чжан Сяо Юань, верни своего артиста в мир развлечений#

#Чжан Сяо Юань, не ешь лапшу. Нам просто нужен ребёнок.#

#Чжан Сяо Юань, пожалуйста, оставь круг агентов в покое#

Смущённый Чжан Сяо Юань недоумённо уставился на это.

Глава 7. Это слишком сложно

Возможно, он был крайне ошеломлён, но, подумав, что это может быть вершиной его жизни, Чжан Сяо Юань быстро нажал на горячие темы, чтобы посмотреть, что произошло.

– Мой ребёнок такой хороший, что он не может пойти и продать лапшу!

– Детка, мама не позволит тебе этого сделать!

– Ублюдочный Чжан Сяо Юань, хочет побегать с моим ребёнком!

Глядя на горячие темы, полные ругани, Чжан Сяо Юань взволнованно захлопал в ладоши. Бытовало мнение, что фанаты, ругающие агента, означали, что агент был успешным. Неужели он наконец достиг пика жизни?

У него не было времени позвонить Ли Чжао, чтобы спросить о деталях, когда его телефон был засыпан сообщениями WeChat'а и звонками с незнакомых номеров. Все они интересовались будущим планом работы Чжао Чжао из его семьи!

Чжан Сяо Юань не сделал себе имени за последние несколько лет, но он видел много людей, которые держались за тех, кто был высоко, и попирали тех, кто был низко. Люди, которые обычно не хотели его видеть, теперь спрашивали его о новостях Чжао Чжао и говорили много лестных слов, делая его более осторожным.

* * *

Внутри роскошного ресторана.

Ли Чжао нерешительно посмотрел на стол, полный еды. Янь Тин увидел, что Ли Чжао хочет что-то сказать, и попросил официанта выйти.

– Что случилось? Тебе не нравится еда?

– Нет, дело не в этом, – Ли Чжао взглянул на омара, который был больше, чем его собственной руки. – Я могу есть всё, что угодно. Просто эти вещи слишком дороги, – в прошлый раз он был готов помочь Янь Тину по нескольким причинам. Во-первых, крепкое вино подбодрило его. Во-вторых, Ли Чжао не мог видеть, как над Янь Тином издевается жирный мужчина средних лет. В любом случае, в то время он не хотел продолжать быть в кругу развлечений и действовал без каких-либо угрызений совести.

– Тебе это не нравится? – Янь Тин слегка нахмурился. – Тогда мы поедим в другом месте.

– Я не это имел в виду, – Ли Чжао рассмеялся и объяснил. – Мы вдвоём можем съесть что угодно. Зачем тратить столько денег? Возможно, ты молод и заработал много денег на сносе, но есть много мест, где можно потратить деньги в будущем. Ты не должен разбазаривать их без разбора.

Янь Тин протянул ему горячий напиток.

– Деньги не имеют значения. Тебе это понравится.

– Кто сказал, что деньги не имеют значения? Деньги могут помочь людям, – Ли Чжао сделал глоток горячего напитка. – Я знаю, ты хочешь поблагодарить меня за помощь в прошлый раз, но я не привередливый человек. Я не против есть шашлык или хого (1) с кебабами. Нет необходимости тратить на меня столько денег.

Думая о том, что у Янь Тина не было родственников, Ли Чжао действительно беспокоился, что этого человека обманом заставят тратить деньги. Тем не менее у них были отношения лишь мимолётной дружбы, основанной на взаимной помощи, и самым запретным было слишком интимно разговаривать, будучи незнакомцами. Таким образом, для него было нехорошо говорить слишком много.

– Теперь ты можешь есть, пока не наешься, и не будешь голоден. Есть много мест, на которые можно потратить деньги, особенно когда ты женишься и заведёшь детей, – Ли Чжао сокрушался. – Не стоит говорить также о том, что в будущем может случиться всё, что угодно, будь то твоя болезнь или иная ситуация, которая потребует от тебя денежных вливаний. Так что не надо больше напрасно разбазаривать деньги.

– Хорошо. Тем не менее всё это уже было заказано сегодня...

– Тогда это не может быть потрачено впустую, – Ли Чжао засучил рукава и был готов к большой работе. – Давай, съедим всё это! Это для тебя, а это для меня, – Ли Чжао открыл лобстера плоскогубцами и отдал половину мяса Янь Тину. – В прошлый раз продюсер пригласил всех на ужин, и на столе было немного лобстера. Однако другие не двигали своими палочками для еды, поэтому я не мог дотянуться до него.

Янь Тин видел, как Ли Чжао достал мясо лобстера, а затем окунул его в секретный соус шеф-повара ресторана. Это выглядело очень мило. Янь Тин молча отложил нож и вилку, которые держал в руках, и, следуя примеру Ли Чжао, стал есть мясо руками.

Еда прошла через его горло в пищевод, и на этот раз это не вызвало у него тошноты и скуки. Ли Чжао ел очень быстро, но всё равно выглядел хорошо во время еды. Это даже заставило людей почувствовать, что еда, которую он ел, должна быть вкусной.

Ли Чжао обнаружил, что Янь Тин ел медленно и не любил разговаривать. Волшебная вещь заключалась в том, что даже если другая сторона ничего не говорила, он не чувствовал, что атмосфера была неловкой. Может быть, это было потому, что другая сторона была слишком нежной и красивой во время еды, что давало Ли Чжао ощущение продовольственной безопасности? Тем не менее Ли Чжао отказался признать, что он был таким поверхностным человеком.

– Большое тебе спасибо за то, что было в прошлый раз. Я не звонил тебе, потому что не хотел мешать твоей работе, – съев креветки, которые дал ему Ли Чжао, Янь Тин больше ничего есть не стал. Суп, стоявший перед ним, больше не был горячим.

– Я не настолько занят, – Ли Чжао кашлянул. Ему было неловко сообщать другому человеку, что он не получал роли в течение двух месяцев и бегал вокруг, разнося еду на вынос.

– В прошлый раз, когда мы встречались, ты сказал, что ты профессионал в актёрском мастерстве, – тонкие, белые пальцы Янь Тина легли на чашку. – Ты актёр?

Ли Чжао кивнул и смущённо улыбнулся.

– Если ты не обладаешь подобными навыками, то можешь сразу искать себе замену работы.

Тёплый напиток скользнул ему в рот. Янь Тин держал чашку в руке и использовал немного больше силы, когда ставил чашку на место. Он вдруг сказал:

– Ты счастливчик.

– А? – Ли Чжао сделал паузу, потянувшись за сэндвичем.

– У тебя всё получится, – Янь Тин вытер уголки рта носовым платком, и его бледные губы казались немного более кровавыми.

– Я очень благодарен тебе за поддержку, – Ли Чжао усмехнулся. Он хотел заработать много денег, когда впервые узнал, что сестра Ся больна. Теперь, когда он был популярен, он понятия не имел, что делать.

После ужина Янь Тин настоял на том, чтобы отвезти Ли Чжао домой. Ли Чжао не смог отказаться и был вынужден согласиться.

– Я был очень рад поужинать с тобой, – чёрная машина ехала по переполненным улицам, ухабистая дорога заставляла машину немного трястись. Янь Тин посмотрел на толпу за окном и пыльные витрины магазинов. Вся его личность бунтовала от пребывания здесь, словно молодой человек находился не на своём месте.

Ли Чжао чувствовал, что когда другой человек сказал, что он счастливчик, его невыразительное лицо было не очень убедительным.

– Прошло много времени с тех пор, как я спокойно ел с кем-то как сегодня, – Янь Тин внезапно повернулся, чтобы посмотреть на Ли Чжао, длинные ресницы отбрасывали тень на его глаза. Молодой человек внезапно передал свой телефон Ли Чжао. – Можешь ли ты добавить учётную запись, где я могу связаться с вами по желанию?

– WeChat? – Ли Чжао был поражён, прежде чем вытащить свой мобильный телефон. Он увидел, как Янь Тин сразу передал свой мобильный телефон и указал на значок WeChat на рабочем столе. – Могу я просканировать тебя?

Янь Тин кивнул и вложил свой телефон прямо в руку Ли Чжао.

Ли Чжао немного нахмурился.

____________________________

1. Хого – китайский самовар, в котором варят мясо и овощи, имеет два дна и встроенную печь для разогрева. Название можно перевести как "огненный котёл", так что в текстах новелл после их перевода часто можно встретить "горячий горшок" или "хот пот".

Не было ли это слишком неосторожным? Как можно случайно передать мобильный телефон другим? Он открыл WeChat, нажал значок аватара и обнаружил, что другой человек по-прежнему использует серый значок WeChat по умолчанию. Он подтвердил, что тот является другом, и вернул телефон Янь Тину.

– В будущем не отдавай свой телефон кому-то другому, – Ли Чжао вспомнил, что многие молодые люди любят покидать свои дома, и сказал: – Если я выйду поиграть в будущем, я позвоню тебе.

Янь Тин открыл WeChat и увидел имя WeChat Ли Чжао.

Удача приходит к Чжао Чжао.

– Хорошо, – Янь Тин схватил свой мобильный телефон. – В следующий раз ты должен позвонить мне.

– Вы можете оставить машину здесь, – Ли Чжао выглянул в окно и быстро сказал. – Есть много местных фермеров, которые устанавливают небольшие прилавки в переулке, и туда нехорошо въезжать на машине. Брат, спасибо тебе за угощение. Я угощу тебя в следующий раз, – Ли Чжао похлопал Янь Тина по плечу, а затем открыл дверь, чтобы выйти. Перед уходом он не забыл захватить с собой коробки с остатками еды.

– Кстати, – он сделал два шага, прежде чем обернуться и посмотреть на Янь Тина через окно. – Не забудь позвонить мне, если у тебя что-нибудь понадобится. Мой телефон включён двадцать четыре часа в сутки.

Янь Тин посмотрел на улыбающееся лицо в проёме окна и медленно кивнул.

– Хорошо.

– Увидимся в следующий раз, – Ли Чжао помахал рукой и свернул в переулок, который был немного грязным.

Янь Тин наблюдал, как он медленно исчезает в переулке, и единственный теплый цвет на его лице исчез без следа. Он протянул руку, чтобы коснуться окна, а затем закрыл глаза, откинувшись на спинку сиденья.

– Возвращаемся.

Автомобиль спокойно пересекал одну улицу за другой и собирался въехать в ворота, когда к нему подбежал мужчина.

– Господин Сюй, господин Сюй, – мужчина средних лет выглядел измождённым и бросился на переднюю часть машины, моля о пощаде. – Господин Сюй, пожалуйста, простите меня. Несколько месяцев назад я был безрассуден и оскорбил господина Сюя...

– Господин, – Водитель оглянулся на невыразительного Янь Тина.

Янь Тин спокойно посмотрел на мужчину средних лет, который был похож на собаку. Он надел пару белых перчаток и открыл окно.

– Господин Сюй! – увидев, что окно открыто, мужчина средних лет подбежал к окну и опустился на колени. – Господин, тысячи ошибок – это моя вина. Пожалуйста, будьте великодушны и отпустите меня.

– О, – Янь Тин внезапно мягко улыбнулся, но в его глазах не было улыбки.

Глядя на внезапное выражение лица Янь Тина, мужчина средних лет почувствовал ужас. Он извивался, и его горло, казалось, было заблокировано, не позволяя ему издать ни звука. Янь Тин взглянул на испуганного мужчину средних лет, убрал свою холодную улыбку и закрыл окно.

Через медленно закрывающееся окно мужчина средних лет, казалось, увидел дьявола из ада, и он вздрогнул. Говорили, что он был злым человеком, раз смог подчинить отца и мать семьи Сюй, что он был холодным и безжалостным. Слухи должны быть правдой…

Зазвонил телефон, и он неосознанно поднял трубку.

– Старина Ван, ты видел того человека?

– Я-я видел его, – зубы мужчины средних лет стучали. – Однако господин Сюй даже не захотел сказать мне ни слова. Брат, на этот раз моя жизнь кончена, действительно кончена...

С тех пор, как он несколько месяцев назад пришёл домой пьяным, его бизнес неоднократно страдал. Даже его обычные постоянные клиенты прекратили с ним деловые отношения. Видя, что его компания находится на грани краха, он поспрашивал вокруг, чтобы выяснить, какого Бога он оскорбил. Только тогда он понял, что обидел этого человека.

– Как ты его назвал? – его старый друг по телефону внезапно воскликнул.

– Г-господин Сюй, – у мужчины средних лет были некоторые сомнения. Как он мог перепутать фамилию этого человека? Возможно, он был жадным в эти годы, но его мозг был в порядке.

– Разве ты не знаешь, что этот джентльмен ненавидит, когда его называют господин Сюй?

Мужчина средних лет не ожидал, что у другого человека будет так много странных привычек. Он остолбенел. Погода была холодной, а его семью Ван, похоже, ждало полное банкротство.

– Тем не менее у тебя всё ещё есть проблеск надежды. Разве ты не обнаружил, что господин ушёл с красивым молодым человеком? – его друг на другом конце провода всё ещё придумывал идеи. – Насколько я знаю, господин Тин никогда не подпускает к себе посторонних. У этого молодого человека и господина Тина определённо есть отношения. Ты можешь попытаться пойти к нему.

Мужчина средних лет чувствовал себя так, словно ему нужна была скорая медицинская помощь, поэтому он поспешно спросил:

– Ещё не слишком поздно?

– Ты должен сделать всё возможное и позволить судьбе определить это, – его друг на той стороне телефонного разговора вздохнул. – Возможно, будет спасение в порядке любезности.

Мужчина средних лет не сразу нашёлся с ответом.

"Спасение в порядке любезности?"

* * *

В своём арендованном доме Ли Чжао сидел на кровати и слушал Чжан Сяо Юаня, одновременно просматривая запись программы Green Pepper Video.

– Брат Сяо Юань, есть так много людей, которым я нравлюсь?

– Привязанность собаколицых (1) похожа на цветение Царицы Ночи (2). Собаколицие сильны, как железо, и среди них много красивых мужчин и женщин, – Чжан Сяо Юань собрал информацию кино– и телекомпаний и передал её Ли Чжао. – Собаколицым нравятся красивые мужчины, словно они наложницы Императорского гарема. Ты можешь понравиться им сегодня, но завтра это может быть Чжан Фэй или Ли Фэй.

Ли Чжао коснулся своего лица и внезапно понял.

– Значит, я полагался на красоту, чтобы стать любимцем их сердец?

– Подумай об этом больше. Ты должен быть красивой девушкой, которая вошла во дворец благодаря своей красоте и таланту, – Чжан Сяо Юань бросил перед Ли Чжао толстую стопку информации о популярных артистах. – Смотри, этот человек не только хорош собой, но и обладает волшебным телосложением кои. Работы, в которых он появляется, особенно успешны. Я слышал, что он также является членом Ассоциации каллиграфии. Кроме того, он обладает отличными актёрскими способностями, хорошо поёт и сочиняет музыку, хорошо владеет боевыми искусствами, играет на музыкальных инструментах, а его семья владеет шахтой (3)...

Чжан Сяо Юань перечислил характеристики популярного артиста, а затем посмотрел на Ли Чжао.

– Тем не менее у тебя есть одна вещь, которая превозносит тебя над ним.

– Что это? – глаза Ли Чжао сияли.

– Ты бедный.

Ли Чжао обхватил себя руками от боли.

– Даже если так, у нас есть шанс, – Чжан Сяо Юань успокаивающе похлопал Ли Чжао по плечу. – По крайней мере, у тебя красивое лицо. Пока есть надёжная компания и ресурсы, ты, возможно, не сможешь стать настоящей Императрицей дворца собаколицых, но ты можешь, по крайней мере, быть номером один среди наложниц.

Ли Чжао не нашёлся с ответом.

Развлекательный круг был слишком сложным, и было слишком сложно быть мужчиной. Он должен был просто пойти и открыть ресторанчик с лапшой.

По крайней мере, у него было другое место, где можно было поесть с Янь Тином, и ему не нужно было тратить деньги.

____________________________

Автору есть что сказать:

Чжао Чжао, чеша в затылки:

– Это слишком сложно…

____________________________

1. 颜狗 (yángǒu) – дословный перевод – лицо собаки – таким людям нравятся те, кто хороши собой, красивы и привлекательны. Их часто называют "фейс-контролем", так как они пристально следят за внешним видом другим (особенно своих кумиров). Но из-за этого их повального увлечения красотой их в шутку называют "собаколицыми", что означает, что они поклоняются и очень заботятся о внешнем виде людей.

2. Селеницереус крупноцветковый – вид растений из семейства кактусовых. Тривиальное название растения – Царица Ночи. Цветёт очень редко и обычно не дольше одной ночи, за что и получил своё народное название. Хотя также можно встретить название Принцесса Ночи.

Глава 8. Последние новости

Ли Чжао и Чжан Сяо Юань провели ночь, просматривая агентства. В конце концов, они обнаружили, что большинство компаний были полны пустых обещаний. Они вообще не заботились о будущем развитии Ли Чжао. Они просто хотели позаимствовать его существующую популярность и использовать его поклонников как машину для зарабатывания денег.

Если бы Чжан Сяо Юань не видел, как многие артисты попадают в ловушку, едва войдя в круг развлечений, они могли бы поверить в эти пустые обещания.

– В условиях контракта есть много подводных камней, поэтому не спешите подписывать один, – Чжан Сяо Юань открыл сайт Green Pepper Video. – Сейчас выпущено шесть бесплатных эпизодов, и VIP-участники могут посмотреть дополнительные четыре эпизода. Всего десять эпизодов. Другими словами, осталось транслировать тридцать пять эпизодов. Средняя частота обновления составляет от двух до четырёх эпизодов в неделю, так что вы можете поддерживать текущий накал драмы как минимум два месяца. Давай не паниковать и не пытаться рвать подмётки на лету. Может быть, позже будет лучший выбор.

– Хорошо, – Ли Чжао кивнул. – Я буду слушать брата Сяо Юаня.

Чжан Сяо Юань рассмеялся.

– Ты не боишься, что я тебя надую?

– Я не боюсь. Ты помог мне, когда я был без гроша, и я могу начать всё сначала, – Ли Чжао рассмеялся. – С другой стороны, я верю, что ты меня не обманешь.

– На этот раз ты стал популярным и столкнёшься со многими вещами. Не беспокойся о вещах, которые ты не можешь контролировать, – Чжан Сяо Юань встал, чтобы открыть холодильник. Он достал оставшиеся коробки, которые принёс Ли Чжао, открыл одну из них, долгое время пялился на содержимое и затем сердито посмотрел на Ли Чжао. – Чжао Чжао, ты выиграл в лотерею?

Как он мог брать такую дорогую еду на вынос?!

– Нет, я встретил друга через несколько месяцев разлуки, и он пригласил меня поесть, – Ли Чжао высыпал большой пакет с едой на тарелку. – Было слишком много блюд. Мы не смогли их закончить, поэтому я упаковал их и забрал всё с собой. Они нетронутые, и ты можешь съесть их с лёгкостью.

– Я не хочу отказываться от еды. Мы оба живём в наше беднейшее время и можем даже жить на хлебе, который раздают на пикетах, – Чжан Сяо Юань вошёл на кухню, чтобы включить огонь и разогреть блюда. – Твой друг очень щедр. Он пригласил тебя на ужин, а там ещё так много блюд осталось. Он такой открытый и светлый!

Ли Чжао предпочёл промолчать.

Он чувствовал, что подвергся физическому нападению, но не было никаких доказательств.

* * *

Обновление эпизода Властной женщины-президента, которого ожидали пользователи Сети, наконец-то прибыло. Они взволнованно нажали и обнаружили, что была проблема с контентом. Во всех двух эпизодах было много кадров с исполнителем второй главной мужской роли. А как насчёт их милого малыша Чжао Чжао? Кто хотел увидеть исполнителя второй главной мужской роли с бокалом вина или претенциозно сидящего в своей машине? Они хотели увидеть сладкую любовь властной женщиной и подавленного молодого человека.

Было много эмоциональных пользователей Сети, которые побежали к официальному Weibo Властной команды женщин-президентов. Официальному Weibo пришлось лично выйти, чтобы объяснить, что это было необходимо для сюжета, и опубликовал некоторые подробности съёмок Ли Чжао в съёмочной группе.

На видео Ли Чжао был мокрым от дождя, когда он шаг за шагом шёл к своему месту. Позже был добавлен голос за кадром, и он звучал особенно жалко. Как только все почувствовали душевную боль, камера внезапно ускорилась, и они увидели, как Ли Чжао выскочил из зоны действия камеры, взял со стола чай с молоком и выпил его с улыбкой.

Фанаты почувствовали, что их душераздирающие слёзы исчезли в одно мгновение.

– Мой маленький ребёнок попал под дождь. Это такая душераздирающая красота, что людям становится грустно.

– Свекровь, у меня те же мысли, что и у тебя!

– Катись отсюда, у меня нет невестки!

Все были недовольны сокращением сцен с участием главного героя, но лакомый кусочек, опубликованный официальным Weibo, сгладил ситуацию. Был только один человек, особенно недовольный этим вопросом.

Лу Жэнь Цзя сыграл друга детства главной героини в фильме "Властная женщина-президент". У него было не так много сцен, но аранжировка понравилась. Неожиданная популярность властной женщины-президента сделала его очень счастливым. Позже он обнаружил, что многие сюжеты, связанные с ним, были вырезаны.

Молодой человек с негодованием прочитал комментарий под дорамой, и гнев в его сердце становился всё сильнее и сильнее.

Он смирил своё нетерпеливое сердце и сердитую боль в груди. Лу Жэнь Цзя ворочался в постели и не мог уснуть. Он достал свой телефон, чтобы посмотреть онлайн-комментарии, и обнаружил, что его Weibo был холодным. Было всего несколько комментариев, и большинство из них спрашивали о том, почему Ли Чжао не открыл Weibo, он должен сказать Ли Чжао открыть Weibo и так далее.

Он сделал два глубоких вдоха, ответил на один из комментариев и решил переслать его.

Лу Жэнь Цзя ответил Медвежонку: Хорошо, я помогу тебе спросить [Мило] [Мило] // Медвежонок: Брат Лу, ты можешь помочь нам спросить, когда Малыш Чжао Чжао откроет Weibo?

Он переслал это, и это быстро привлекло много внимания со стороны поклонников телевизионной драмы. Менее чем за полчаса число поклонников Лу Жэнь Цзя увеличилось почти на десять тысяч, что дало ему почувствовать вкус сладости. Поэтому он нашёл две фотографии Ли Чжао на своём телефоне и опубликовал их на Weibo.

Эти фотографии действительно привлекли внимание бесчисленного количества людей.

– Ах, мой малыш действительно белый и сияющий.

– Мой ребёнок стоит с хорошей осанкой, как школьник, делающий выпускную фотографию. Мамин ребёнок – самый лучший ребёнок в мире!

– Спасибо брату Лу за то, что поделился. Эта фотография сохранена.

Это было самое большое количество комментариев и лайков, которые Лу Жэнь Цзя получил с момента открытия своего Weibo. Это заставило его одновременно гордиться и смущаться. Эти люди называли его братом Лу, но в их глазах был только Ли Чжао.

"Ли Чжао, Ли Чжао…"

Он всегда смотрел на Ли Чжао свысока, потому что у другого человека не было ничего, кроме хорошего лица. У него не было ни образования, ни ресурсов, и он был настолько беден, что никогда не видел мир. Ему было бы трудно вращаться в кругу развлечений.

Никто не ожидал, что из могилы предков Ли Чжао будет исходить зелёный дым, и он действительно стал популярным. Сколько человек в команде сожалели о том, что у них не сложились лучшие отношения с Ли Чжао?

Мысли Лу Жэнь Цзя были неописуемо сложными, когда он открыл Weibo второго исполнителя главной мужской роли в команде, Сун Юя. Он увидел красивое селфи этого человека и горячую и оживлённую область комментариев и не смог удержаться от насмешки. Кто не знал, что большая часть хвалебных постов была создана проплаченной армией воды?

Думая о том, как Сун Юй намеренно усложнял ситуацию для Ли Чжао в команде, глаза Лу Жэнь Цзя потемнели. Он перешёл на свой твинковый аккаунт (1) и отправил личное письмо на аккаунт сплетника.

Только когда главный герой и второй главный герой столкнутся, он сможет шанс высунуть голову.

* * *

В обновлении на выходные основной сюжет вернулся к главной героине и первому главному герою. Официальное сообщение Weibo о властной женщине-президенте вызвало волну похвал, и это тронуло сотрудников, отвечающих за Weibo. Таким образом, они выпустили ещё три лакомых со съёмочной площадки.

Из трёх лакомых кусочков только один был связан с Ли Чжао. Количество просмотров этого лакомого кусочка было значительно выше, чем у двух других. Не имело значения, был ли это кто-то из индустрии или обычные фанаты, самым популярным человеком явно был исполнитель главной мужской роли Ли Чжао. Некоторые компании увидели эти цифры и были ошеломлены.

Так же, как поклонники драмы были довольны обновлённым сюжетом, когда аккаунт сплетника внезапно сообщил новости. Сун Юй и Ли Чжао не ладили на съёмочной площадке. Сун Юй полагался на своего отца и часто появлялся поздно и уходил рано. Он даже позволил мокрому Ли Чжао подождать, пока сам снимет собственные сцены.

Фанаты Сун Юя внезапно были недовольны и отругали сплетника за то, что он говорит глупости. Сун Юй был всего лишь исполнителем второй главной мужской роли. Как он мог запугать главного героя съёмочной группы?

Развлечения 888: Поклонники Сун Юя, не прыгайте вверх и вниз на моём Weibo. У меня здесь настоящий молоток. Если вы продолжите шуметь, не вините меня за то, что я продолжаю сообщать новости.

Фанаты Сун Юя были ещё злее. Это была не только область комментариев, но они также сообщили Weibo о ложном контенте. Люди, которые любили есть дыни (2), с удовольствием наблюдали за областью комментариев, ожидая, когда же упадут спелые дыни.

* * *

Агент Сун Юя был удивлён, увидев сообщение в Weibo. Сун Юй был новичком в компании, и аккаунт сплетника был создан конкурирующей компанией. Материалы, которые будут выставлены, определённо будут вредны для них.

Он поспешил связаться с Сун Юем, а также с отделом по связям с общественностью, чтобы обсудить способы решения этой проблемы.

– Мы не знаем, какие новости сообщит другая сторона. Первое, что мы должны сделать, это связаться с агентом Ли Чжао и позволить другой стороне сотрудничать с нами, чтобы прояснить слухи, – агент повернулся к рассеянному Сун Юй. – У тебя был конфликт с Ли Чжао?

Если бы не было глубокой ненависти, не было бы необходимости беспокоиться, что сторона Ли Чжао не согласится, если они откроют цену.

Сун Юй не знал, что на это сказать.

Помощник Сун Юя тоже предпочёл хранить молчание.

Каждый день он не смотрел на Ли Чжао, а также кормил другого человека, чтобы откормить его. Разве это не было конфликтом?

В тот момент, когда агент увидел их лица, он понял, что что-то не так. Для Сун Юя не было ничего странного в том, что он оскорблял людей, когда у него был такой характер. В этом случае не упоминайте о том, чтобы помочь им прояснить это. На стороне Ли Чжао, должно быть, должна стоять Дева Мария, спустившаяся с самых высоких небес, если они не решат воспользоваться этой возможностью, чтобы наступить на Сун Юй.

Команда ещё не придумала идеального ответа, когда в один час ночи был обновлён аккаунт сплетника.

Развлечения 888: Команда связалась со мной и хотела, чтобы я удалил сообщение Weibo несколько часов назад. К сожалению, сегодня вечером я в хорошем настроении и решил удовлетворить пожелания любителей дыни. По словам очень надёжного инсайдера, который сообщил эту новость, актёра, который любил быть претенциозным, хвалили другие из-за его глубокого происхождения. В известной онлайн-драме первоначально он был актёром, который должен был исполнять главную мужскую роль, в то время как бедный актёр, над которым издевались, был исполнителем второй главной мужской роли. К сожалению, претенциозный актёр отказался от главной роли. Он подумал, что это было слишком плохо, и заставил съёмочную группу сменить актёрский состав перед началом съёмок. У бедного актёра, над которым издевались, не было ни опыта, ни квалификации. Ему пришлось согласиться на роль главного героя. Между тем, люди высмеивали его за спиной за эту роль. Жаль, что претенциозный человек не ожидал, что бедный актёр станет популярным из-за презираемой им самим роли. Он был так зол, что ударил и отругал своего помощника посреди ночи.

Развлечения 888: Я сообщил новости и не ожидал, что фанаты усомнятся в подлинности. Вы можете зайти на Weibo команды и посмотреть, когда они делали рекламные посты, чьё имя первое и последнее в посте, и вы можете увидеть, на что похожа эта команда. Кстати, я хотел бы рассказать историю поклонникам этого бедного актёра. Бедного парня часто вытеснял второй исполнитель главной мужской роли в съёмочной группе, в то время как ведущая актриса не заботилась о нём. Тем не менее есть несколько актёров второго плана, которые будут играть с бедным парнем. Что касается актёров второго плана, вы можете узнать это сами.

Этот взрыв причинил бесчисленным поклонникам Ли Чжао душевную боль. Область комментариев на Weibo Сун Юя была занята, поскольку команда по связям с общественностью пригласила армию воды, чтобы подавить гнев фанатов. Однако фанаты Ли Чжао были спокойнее. На Weibo Ли Чжао многие люди сказали, что не могут перейти на Weibo Сун Юя, чтобы сделать какие-либо комментарии, пока вопрос не будет подтверждён.

* * *

Рано утром следующего дня Ли Чжао пригласили принять участие в выступлении платформы вещания. Он только что вышел из машины, когда его окружили бесчисленные репортёры.

– Чжао Чжао, кто-то в Интернете распространил новость о том, что с тобой несправедливо обошелся актёр из съёмочной группы. Это правда?

Ли Чжао, который только что отправил сообщение, приглашая Янь Тина позже вместе съесть хого, внезапно в замешательстве взглянул на журналистов, спешащих к нему.

– Ха?

Его растерянное выражение лица делало его похожим на потерянного ребёнка, а репортёров – на зомби, окружающих его.

"Актёр" только что вышел из машины, когда услышал, как репортёр задал это предложение, и его лицо застыло.

____________________________

Автору есть что сказать:

Чжао Чжао, витая в своих мыслях:

– Хого… хого… что Вы сказали? Чжао Чжао не понимает. Чжао Чжао не знает.

Репортёры развлекательных программ, в недоумении и шоке.

____________________________

1. В анлейте используется "smurf account", а в оригинале "小号". Первое, как по мне, совершенно не подходит, потому что это не игра, и он не настолько крутая шишка, чтобы создавать смурфика. Второе – ну… Я не знаю, как аккаунт "труба" или "аккаунт маломерку" адаптировать, поэтому решила использовать то, что часто встречаю как раз здесь, на рулейте, твинк.

2. 吃瓜 (chīguā) – литературный перевод – есть дыни – это сленговое выражение, описывающее праздных ротозеев, людей, которые пришли поглазеть на нечто, не имеющее к ним никакого отношения.

Глава 9. Супер-хорошо!

Нежное лицо двадцатилетнего парня смотрело на них с недоумением, будет ли их сердце биться или им это не понравится?

Было всем известно, что стоило женщине посмотреть на Ли Чжао, и этого было достаточно, чтобы она не могла не смягчить своё сердце. Тем не менее сейчас она, женщина, как квалифицированный репортёр, занимающийся развлекательной тематикой, которому нужно было увеличить трафик и накал темы. Она не могла быть мягкосердечной и должна была спросить правильно.

– Недавно кто-то сообщил новость о том, что с Вами несправедливо обошёлся важный актёр второй главной мужской роли на съёмочной площадке, – репортёры не были готовы отказаться от этой возможности и продолжали допрашивать Ли Чжао.

Важный актёр второй роли… было ясно, что этим человеком был Сун Юй.

На глазах публики Ли Чжао склонил голову.

– Вы… Вы все это знаете?

Глаза репортёров загорелись, когда они увидели, что Ли Чжао слегка склонил голову. Горячие новости должны были разразиться! Убедитесь, что камера и диктофон были на месте!

– Да, да, мы все об этом слышали. Пожалуйста, расскажите нам больше. Мы все очень беспокоимся о Вас.

* * *

У помощника, следующего за Сун Юем, были мягкие ноги. Он тихо посадил Сун Юй обратно в машину и заблокировал переднюю часть двери.

– Уйди с дороги! – Сун Юй протянул руку, чтобы толкнуть помощника, но помощник поспешно оттолкнул его.

– Брат Сун, брат Сун, не производи никакого шума. Мы должны поторопиться, пока репортёры не обратили внимания.

– Почему я должен это делать?

"Я боюсь, что фанаты Ли Чжао будут взволнованы и будут бить людей".

Однако сказать вслух он этого, естественно, не мог.

У Ли Чжао теперь были смешные фанаты, все они были фанатами драмы и фанатами лица!

* * *

Ли Чжао испугался горячих взглядов репортёров и сделал шаг назад, его спина ударилась о многочисленные камеры и микрофоны. Он просто бесстыдно принял полуночные закуски Сун Юя. Не было никакой необходимости в том, чтобы так много людей приходило и фотографировать его, верно? Он был молодым человеком с бременем бытия идола.

– Разве не плохо говорить это перед таким количеством людей? – Ли Чжао говорил очень тихо.

– В этом нет ничего плохого. Фанаты очень обеспокоены этим, – как могли репортёры позволить Ли Чжао повернуть горячую тему вспять? – Пожалуйста, обязательно расскажите нам об этом.

Про себя репортёры думали:

"Сражайтесь, сражайтесь!"

– Несправедливое обращение, было немного, – Ли Чжао кашлянул. – На самом деле, мне нечего сказать.

– Всё в порядке, Вы можете поговорить с нами, – репортёры с нетерпением ждали, когда Ли Чжао сообщит новости.

Помощник Сун Юя осторожно наблюдал за фанатами вокруг них, держа в руках плакат Ли Чжао, всегда готовый вывести Сун Юя на пробежку от машины до безопасности здания.

– Тогда я... я просто скажу немного? – щёки Ли Чжао слегка покраснели.

– Да, скажи это! – Репортёры не могли ждать.

– Брат Сун знает, что я легко мог проголодаться по ночам, поэтому он часто договаривался со своими помощниками покупать мне еду на ночь.

– А? – репортёры чувствовали, что это не похоже на несправедливое обращение. – Что ещё? – должно быть, есть что-то, о чём он ещё не говорил.

Ли Чжао не ожидал, что эти репортёры попросят рассказать всю историю. Он посмотрел на репортёров, окруживших его, и понял, что не сможет от них убежать. Поэтому ему пришлось продолжить объяснение:

– Несколько месяцев назад брат Сун получил приглашение на съёмку в рекламе очень вкусного шоколадного бренда. Он дал мне коробку перед командой, но на самом деле он попросил своего помощника тайно прислать мне другую коробку, – говоря об этом, он поспешно посмотрел на камеры. – Другие братья и сёстры команды, пожалуйста, не обвиняйте брата Суна в несправедливости. Виноват тот факт, что я слишком много ем, заставляя брата Суна тайно посылать мне коробку. Брат Сун – очень хороший человек.

"А? А? А?"

Журналисты были ошеломлены. Это полностью отличалось от "несправедливого обращения", которого они ожидали? Н-нет, это совершенно не то, чего они хотели!

– Брат Сун часто договаривался со своим помощником, чтобы он кормил меня питательной едой. Он также утешил меня, сказав, что я моложе него, и он должен так заботиться обо мне. Я никогда не ожидал, что это заставит всех думать, что брат Сун несправедливо обращается со мной. Мне очень жаль, – Ли Чжао поклонился камере на девяносто градусов.

Его сердце вспомнило, как Чжан Сяо Юань говорил ему поддерживать образ того, что он "волшебная фея", и молодой человек с тоской подумал, что не сумел скрыть свою любовь к еде.

Глядя на этого молодого человека, кланяющегося, группа репортёров пережила минуту молчания. Вероятно, это был первый раз, когда они видели такого "замечательного" актёра.

Теперь основное мнение в Интернете сочувствовало Ли Чжао и оскорбляло Сун Юя. Если Ли Чжао был умён, то он не должен был помогать Сун Юй говорить в это время.

Публика любила несчастных людей, поскольку существовала естественная психология "сочувствия и любви". Ли Чжао был хорош собой даже по меркам индустрии развлечений, где было много красивых людей. Он был привлекательным, и его актёрские навыки были хорошими. Молодой человек может и не быть актёром-ученым, но он мог бы сыграть роль счастливо и ярко. Его можно было считать одновременно красивым и сильным.

Чего ему не хватало, так это страданий. До тех пор, пока он позволял аудитории, которая испытывала к нему хорошие чувства, демонстрировать психологию "этот актёр настолько несчастен, что у меня разбито сердце", было легко превратить поклонников драмы и прохожих в его поклонников. Если бы Ли Чжао был немного умнее, он бы использовал двусмысленные слова, чтобы заставить аудиторию чувствовать себя плохо из-за него.

Стоило ли сказать, что это была радость приветствия дождя после длительной засухи? Или это то чувство, когда крайняя печаль превращалась в неземную радость, которая приходит после того, как события меняются с ног на голову? Помощник Сун Юя в этот момент глубоко понял значение этих идиом. Он не ожидал, что Ли Чжао спонтанно скажет хорошие вещи о Сун Юе, а также похвалит Сун Юя. Не было средства более мощного, чем разъяснение вовлечённого лица!

Каким волшебным человеком был Ли Чжао? Он был хорош собой, добросердечен и самоотвержен. Он был просто моделью для новой эры артистов.

– Брат Сун, Ли Чжао лично разъяснил этот вопрос, и шоколадный бренд определённо не отменит контракт на рекламу, – помощник эмоционально поговорил с Сун Юем. – Это действительно нам очень помогло.

Вся команда по связям с общественностью ничего не могла придумать, но именно вовлечённый участник всё и разрешил.

Сун Юй уставился на Ли Чжао, который был окружён репортёрами, и повернул голову, чтобы усмехнуться. Какой смысл быть красивым, если у него свиные мозги? Ли Чжао даже не мог видеть, что его намеренно выбрали мишенью.

Охранники, нанятые платформой, наконец, прибыли, пусть и с ощутимым опозданием. Они вытеснили репортёров, чтобы актёры Властной женщины-президента могли беспрепятственно войти в VIP-проход. По сравнению с шумными воротами, переполненными репортёрами, этот участок был слишком тихим.

Актриса Яо Ша Ша знала об интернет-новостях и намеренно или непреднамеренно подошла к Ли Чжао, чтобы показать свои с ним отношения. Это заставило бы фанатов воспринять как шутку то, что она холодно относилась к Ли Чжао во время съёмок.

К сожалению, прошло много времени, но Ли Чжао всё ещё был слишком вежлив и менее интимен. Даже когда два человека стояли в одном направлении, их разделяли два шага. Услышав крики фанатов под сценой, улыбка на лице Яо Ша Ша была почти натянутой.

Её рекламный агент хотел, чтобы она раскрутила романтическую линию с Ли Чжао. Однако отношение Ли Чжао означало, что любой, кто не был слепым, мог видеть, что они не близки друг с другом. Как она могла продолжать раздувать ситуацию?

Во время сеанса опроса была проведена игра, чтобы проверить молчаливое взаимопонимание между актёрами. Ведущий спросил Ли Чжао, какой вкус чая с молоком ему нравится, и Яо Ша Ша написала "клубника". Она вспомнила, что однажды, когда команда позволила помощнику купить чай с молоком, Ли Чжао выпил его практически залпом.

– Увидим ли мы ответ? – ведущий платформы перевернул доску для письма Ли Чжао. – Аромат ванили.

Человеком, который всё понял правильно, был не Яо Ша Ша и не Лу Жэнь Цзя, который, судя по словам сплетника, был хорошим другом. На самом деле это был Сун Юй.

Сун Юй предпочитал хранить молчание.

Если он не понимал вкус Ли Чжао, как он мог пытаться сделать Ли Чжао толстым? Эти люди не знали, сколько усилий он приложил, чтобы фигура Ли Чжао потеряла форму.

После записи программы Сун Юй подошёл к Ли Чжао и был готов с гордостью заявить, что ему не нужно сочувствие Ли Чжао. Тем не менее Ли Чжао придержал своё пальто и поспешил в лифт с персоналом платформы.

– Брат Сун, брат Ли... – Лу Жэнь Цзя шагнул вперёд и был прерван Сун Юем.

– Какой брат? Ли Чжао всего двадцать лет, а ты на два года старше него. Ты хочешь притворяться перед другими? – Сун Юй насмехался над Лу Жэнь Цзя. – Ли Чжао – мой противник. Кто ты?

Установление хороших отношений рядом сбора тепла, которое потом будет использовано учёткой сплетница? Кто не понимал этих ухищрений? К сожалению, не все люди были достойны того, чтобы их облизывали собаколицие. И уж точно он не собирался заниматься этим.

Он не ожидал, что отношение Сун Юя будет таким прямолинейным. За ними стояли сотрудники платформы. Лицо Лу Жэнь Цзя покраснело от стыда, но он не посмел бросить вызов Сун Юю. Он мог только неловко улыбнуться.

– Брат Сун действительно может шутить. Я уважаю актёрское мастерство и характер брата Ли, поэтому я называю его братом.

Ответом было холодное фырканье Сун Юя и тень его уходящей спины. Лу Жэнь Цзя не нужно было оглядываться, чтобы знать, с каким выражением лица на него смотрели сотрудники платформы. Молодой человек стиснул зубы, и его сердце было тяжёлым. Если бы кто-то не стоял за ним, как бы Сун Юй мог так себя вести?

* * *

Ли Чжао был сопровождён персоналом и поспешил на подземную парковку. Он поспешно попрощался с персоналом и открыл дверь чёрной машины, чтобы сесть.

– Прости, что заставил тебя ждать, – Ли Чжао положил пальто на колени и повернулся, чтобы посмотреть на Янь Тина. – Сегодняшняя запись прошла в овертайме. Ты, должно быть, голоден, – он сказал это и вытащил два апельсина из кармана куртки. – Я только что взял это из гостиной, чтобы ты мог заморить червячка.

Янь Тин взял апельсин и заметил, что грим с лица Ли Чжао не был удалён.

– Ты был очень занят в последнее время?

– Люди сейчас смотрят дораму, так что я могу заработать немного денег на гонораре за участие, – Ли Чжао достал из кармана купон на наличные и радостно заговорил. – Я спрашивал об этом. Пока это не праздничный день, купон можно использовать. Таким образом, еда будет моим угощением.

Брови Янь Тина слегка приподнялись при виде красочного купона, который держал Ли Чжао. После почти тридцати лет жизни это был первый раз, когда его пригласили на ужин по купону.

– Я прочитал в приложении для отзывов о ресторанах, что многие клиенты считают этот ресторан вкусным. Отношение к обслуживанию тоже хорошее, – Ли Чжао открыл приложение, чтобы Янь Тин мог увидеть отзывы клиентов. – Я хотел попробовать это несколько месяцев назад, но у меня не было шанса.

К сожалению, у него не было денег.

Янь Тин мог только молча слушать, как Ли Чжао перечислял специальные предложения ресторана. Затем, когда он почти закончил, Янь Тин открутил крышку неоткрытой бутылки с водой и передал её Ли Чжао.

– Спасибо, – Ли Чжао сделал несколько глотков. – Только что некоторые вещи были сняты не очень хорошо. Мне пришлось ходить туда и обратно несколько раз, и у меня пересохло в горле.

Его голос был полон энергии, и жизнерадостный воздух, казалось, исходил от его костей, наполняя его конечности и даже кончики волос. Янь Тину нравилось слушать, как говорит этот молодой человек. Он был оживлённым и совсем не раздражающим.

– И что произошло на съёмках? – спросил Янь Тин и подождал, пока другая сторона продолжит.

– Вот почему я опоздал, и тебе пришлось так долго ждать, – Ли Чжао вздохнул. – Жаль, что у брата Сяо Юаня сегодня есть чем заняться. В противном случае я бы попросил его поесть вместе. Для того, чтобы есть хого, нужно, чтобы у многих людей была подходящая атмосфера.

– Ты отправил мне сообщение не так давно, так что я ждал не так уж долго, – голос Янь Тина был всё ещё спокоен. – Ты записывал программу. Как ты мог отправить мне сообщение?

– Хе-хе, – Ли Чжао взял апельсиновую кожуру, вытянул пальцы и потряс её. – Я использовал промежуток между записью программы, чтобы отправить сообщение. Скорость моей руки волшебна.

Он был популярным новичком и тайно отправлял сообщение во время съёмок программы. Этого было достаточно, чтобы его сердце остановилось от страха.

Машина подъехала к выезду с подземной парковки. Затем Ли Чжао увидел Яо Ша Ша и её помощника, стоящих рядом с белой машиной. Капот автомобиля был открыт и был заполнен белым дымом. Казалось, что с машиной что-то пошло не так.

– Ли Чжао! – Яо Ша Ша, казалось, знала, что человек, сидящий в машине, был Ли Чжао, и помахала в направлении Ли Чжао, как будто прося о помощи.

_________________________

Автору есть что сказать:

Чжао Чжао с восторженным придыханием:

– Брат Сун очень хороший, очень внимательный. Он уже составляет половину моего хлеба с маслом.

Брат Сун с негодованием:

– Я всё ещё хочу, чтобы ты сегодня помолчал.

Глава 10. Восхитительно

Водитель увидел, что эта женщина знала Ли Чжао, и нерешительно сбавил скорость. Тем не менее он не остановился и ждал жеста Янь Тина.

– Останови машину, – Янь Тин открыл рот в невыразительной манере. Он потянулся за белыми перчатками, положенными рядом с ним, и внезапно остановился на мгновение. Он повернулся, чтобы посмотреть на Ли Чжао, сидящего рядом с ним, и убрал руку.

Ли Чжао посмотрел на тепло улыбающуюся Яо Ша Ша и подсознательно придвинулся ближе к Янь Тину. Затем он понял, что, возможно, был немного груб с ней, и быстро вернулся на своё место, говоря через полуоткрытое окно.

– Сестра Ша Ша, что случилось?

– У моей машины проблема, и я не знаю, как это исправить, – Яо Ша Ша одарил Ли Чжао извиняющейся улыбкой. – Сегодня днём у меня есть работа. Могу я попросить вас подвезти меня?

Подвезти её было равносильно невозможности съесть хого с Янь Тином, что, в свою очередь, означало, что купон не может быть использован, а это значит, что деньги будут потрачены впустую, к тому же, получалось, что он заставил Янь Тина ждать слишком долго и напрасно. Бесчисленные мысли появились в голове Ли Чжао, а затем он посмотрел на Яо Ша Ша с сожалением и беспомощным выражением.

– Прости, сестра Ша Ша. У меня очень важное дело в полдень, и я не могу отвезти тебя. Здесь у меня есть номер телефона сотрудников организаторов. Должен ли я попросить их прийти и помочь вам организовать транспортное средство?

Первоначально он хотел помочь Яо Ша Ша вызвать водителя в приложении, которым пользовался сам. Затем молодой человек подумал о том, как деньги будут сняты с его счета. Он был настолько беден, что ему пришлось забыть, что такой выбор вообще существовал.

– Как я могу тебя побеспокоить? – выражение лица Яо Ша Ша на мгновение стало жёстким, прежде чем она внезапно наклонилась, как будто чтобы приблизиться к Ли Чжао в машине. Ли Чжао откинулся назад.

– Сестра Ша Ша, чего ещё ты хочешь?

– Всё в порядке, – Яо Ша Ша с ненавистью посмотрела на расстояние в десяток метров между ней и Ли Чжао, и её лицо стало невыразительным. – Два дня спустя мы отправляемся на вещательную станцию Сянгo, чтобы записать программу. Тогда я с нетерпением жду встречи с тобой.

Ли Чжао быстро махнул рукой.

– Всего доброго! – затем он не мог дождаться, чтобы закрыть окошко, и его тело откинулось на спинку сиденья с таким облегчением, как будто Ли Чжао только что избежал катастрофы.

Янь Тин спросил:

– Она твоя подруга со съёмочной площадки?

– Это нельзя считать дружескими отношениями. Самое большее… коллега, – нехорошо было плохо отзываться о девушках перед другими, особенно перед другими мужчинами. Ли Чжао положил в рот очищенный апельсин и съел несколько кусочков, чтобы избавиться от шока.

Когда Яо Ша Ша впервые вошла в команду, он был вполне доволен лицом этой девушки. Однажды ночью она постучала в его дверь в пижаме и с распущенными волосами. Он был так напуган, что подумал, что в отеле есть привидения, и отказался открывать дверь.

С тех пор Яо Ша Ша больше не смотрела на него. Остальная команда смеялась, стоило им только увидеть молодого человека после этого инцидента, но Ли Чжао подумал, что это хорошо, что она проигнорировала его. В конце концов, кто хотел дружить с актёром, который постучал в дверь посреди ночи, чтобы напугать людей?

* * *

Яо Ша Ша посмотрела на машину, которой не терпелось уехать, и не смог удержаться от шёпота:

– Я не понимаю чувств этого бедного призрака. Он одинокий пёс, который проживет всю жизнь, так и не найдя женщину!

Ассистент увидел лицо Яо Ша Ша и прошептал ей на ухо несколько слов. Выражение лица Яо Ша Ша медленно смягчилось.

* * *

Ли Чжао остановился в десяти шагах от ресторанчика хого и сказал:

– Это немного неправильно.

Он посмотрел на пустой магазин и обратился к Янь Тину:

– Я слышал, что дела в этом магазине идут очень хорошо, и к каждому приёму пищи выстраивается длинная очередь. Почему сегодня здесь никого нет? Разве они не занимаются бизнесом сегодня? – он перевёл взгляд на Янь Тина, который специально приехал, чтобы забрать его. Молодой человек не мог позволить своему другу потратить поездку впустую, поэтому он подошёл к двери и заговорил с улыбающимся официантом. – Приветствую, вы сегодня всё ещё работает?

– Сегодня дела идут как обычно. Пожалуйста, проходите, – улыбка официанта стала теплее. – Пожалуйста, позвольте проводить Вас к столику.

Ли Чжао помахал Янь Тину и вошёл с ним в ресторанчик.

– Добро пожаловать, – официант, убиравший со стола, выпрямился и мягко улыбнулся им. Это заставляло людей чувствовать себя тепло и позволило отринуть смущение.

Во всём вестибюле не было гостей. Официанты улыбнулись и поприветствовали их, отношение к обслуживанию было сравнимо с лучшим отелем. Как отношение к обслуживанию может быть таким хорошим? Он тайно потянул Янь Тина за рукав и прошептал.

– У этого ресторана сменились владельцы? Почему нет посетителей?

Означало ли это, что его купон нельзя было использовать?

Молодой человек как раз закончил говорить, когда несколько посетителей открыли дверь и вошли. Они непринуждённо рассмеялись, и один из них спросил, можно ли воспользоваться купоном. Официант ответил, что купоны можно использовать в обычном режиме.

Ли Чжао успокоился.

В магазине было не так много других посетителей, и официант провёл их в частную комнату.

– Вы двое – первые гости после запуска плана улучшения отношения к обслуживанию. Поэтому мы специально подготовили для вас отдельный кабинет. Мы также предложим вам несколько самых свежих блюд. Желаю вам приятного аппетита.

Могла ли действительно существовать такая хорошая вещь? С детства Ли Чжао не везло, и у него возникла иллюзия, что ситуация начинает меняться.

Подумав об этом, он повернулся, чтобы посмотреть на Янь Тина. С тех пор, как он встретил Янь Тина и оказал ему помощь, его онлайн-драма внезапно стала популярной, и Ли Чжао мог даже заключить такую большую сделку, когда обедал вне дома. Было ли это… влиянием легендарной ауры чрезвычайно удачливого человека?

– Тин Тин... – Ли Чжао потянулся к плечу Янь Тина. – Твоя обычная финансовая удача особенно хороша?

– А? – Янь Тин не оттолкнул руку на своём плече и не заботился о странном имени, слетевшего с уст Ли Чжао в его адрес. Он взял электронное устройство для заказа и выбрал блюда на нём. – Почему ты спрашиваешь?

– Я был беден двадцать лет. Затем, после того, как я встретил тебя, я внезапно увидел свет денег, – Ли Чжао с энтузиазмом говорил. – Разве это не то удачливое будущее, которое ты мне принёс?

– Удача? – действия Янь Тина несколько замедлились, и он посмотрел на Ли Чжао немного странными глазами. – Ты думаешь, я принёс тебе удачу?

– Должно быть, – Ли Чжао похлопал Янь Тина по руке и подтащил свой стул к Янь Тину. Он был в очень хорошем настроении. – В конце прошлого года брат Сяо Юань потратил пятьдесят юаней, чтобы найти кого-то, кто помог бы рассчитать мою жизнь. Гадалка сказала, что мне не везло в предыдущие двадцать лет моей жизни, но после того, как я откажусь от своей судьбы, я смогу встретить благородного человека и никогда больше не буду беспокоиться о еде и питье. Так вот, я думаю, что этот человек – ты!

– Благородный... – Янь Тин сунул в руки Ли Чжао электронное меню. – Не будь суеверным.

– Это не суеверие. Это тайна метафизики, – Ли Чжао убрал руку от Янь Тина и посмотрел на список заказанных блюд. – Почему ты заказываешь так мало вещей? Там даже нет утиной крови или требухи. Есть ли что-то, что ты не можешь есть?

– Нет, – Янь Тин взял белую фарфоровую чашку и отпил глоток чая.

– Тогда оставь заказ мне, – Ли Чжао стал ловко выбирать необходимые гарниры. Он беспокоился, что Янь Тин не может есть острую пищу, и специально заказал слегка острый бульон для хого. – Я эксперт по хого.

Официанты подавали еду с пугающей скоростью. Каждое блюдо было настолько свежим, что Ли Чжао заподозрил, что они подобрали мясо и овощи на месте, чтобы добиться этой свежести.

– Сэр, это еда, которую мы предоставляем вам за счёт заведения. Кроме того, есть членская дисконтная карта, – официант передал карточку Ли Чжао. – В будущем Вы будете пользоваться скидкой в размере тридцати процентов, если будете приводить сюда своих друзей, чтобы поесть.

– Спасибо, – Ли Чжао взял членскую дисконтную карту, подняв брови при взгляде на Янь Тина, его сердце громко кричало:

"Янь Тин, ты действительно мой благородный человек!"

Взгляд Ли Чжао был слишком прямым, и с одного взгляда было видно, о чём он думает. Горячий бульон в самоваре варился и издавал громкие звуки. Янь Тин схватил листья салата, чтобы положить их в самовар.

– Подожди, салат нельзя класть первым, – Ли Чжао взял его за руку. – Позволить пище попасть в наш желудок в наиболее подходящее время – это наше величайшее уважение к ней.

Глядя вниз на свою руку, которую держал Ли Чжао, Янь Тин положил кусочек салата, покачивающийся на его палочках для еды, обратно на тарелку.

– Хорошо.

– Сначала можно положить несколько кусочков говядины, но их нельзя готовить слишком долго. Это повлияет на вкус, – Ли Чжао выложил ингредиенты в кастрюлю и выудил их в соответствии с опытом. Он положил их в миску Янь Тина своими палочками для еды.

– Ты любишь чеснок? – он взглянул на масляный соус Янь Тина, в котором не было ничего, кроме масла.

– Нет никаких возражений.

– Затем попробуй добавить немного чеснока в блюдо с маслом. Никакой чеснок в масле не заставит хого потерять свою душу, – он поставил миску с чесноком перед Янь Тином. – Тебе нужно, чтобы я добавил немного?

Янь Тин положил немного в свою миску маленькой ложкой. После этого мужчина повернул голову, чтобы увидеть, что Ли Чжао всё ещё смотрит на миску с чесночным маслом, и добавил ещё одну маленькую ложку. Подсознательно, на глазах у Ли Чжао, он добавил чеснок, зелёный лук, нарезанный арахис, и уксус в масло. Единственное, с чем он не пошёл на компромисс, это с кориандром.

Нежная говядина была несколько раз перевёрнута на триста шестьдесят градусов в масле и отправлена ему в рот, аромат наполнил все его вкусовые рецепторы.

– Это вкусно, – Ли Чжао почти заподозрил, что раньше он ел поддельную говядину. Это потому, что сегодняшнее мясо было слишком вкусным. Он украдкой посмотрел на цену говядины. Это было так дёшево, что он заподозрил, что в доме владельца была расположена шахта, приносящая ему нешуточный доход, поэтому он мог спокойно переносить такие траты.

– Это горячо, подойди и попробуй, – Ли Чжао дал Янь Тину кусочек утиной кишки. Он увидел, как Янь Тин откусил небольшой кусочек утиного кишечника, и не смог удержаться от смеха. – Тин Тин, кажется, ты действительно не часто ешь хого. Так весело есть утиные кишки вот так.

Кишки утки были в течение нескольких секунд пропущены через блюдо с маслом, а сверху посыпаны различными приправами, прежде чем отправлены в его рот. Такая хрустящая текстура была идеальна для того, чтобы понравиться языку.

Янь Тин обнаружил, что каждое блюдо может выглядеть удивительно вкусно, когда речь идёт о Ли Чжао. Он взял пример с Ли Чжао и положил в рот целую утиную кишку. На самом деле, это было не очень вкусно, но, глядя в глаза Ли Чжао, он медленно проглотил утиный кишечник, после чего вытер уголки рта бумажным полотенцем и медленно кивнул.

– Это хорошо.

– Хехехе, – Ли Чжао рассмеялся, и его подача стала более гибкой. Он не позволил официанту вмешаться в процесс, и, наконец, официант просто ушёл, оставив их на собственном обеспечении. После того, как он закончил есть, Ли Чжао любезно приготовил несколько овощей и поделился ими с Янь Тином.

– Как только ты наедаешься, ты должен обязательно съесть несколько овощей, прежде чем сможешь завершить ритуал поедания хого, – Ли Чжао говорил глупости. – Можешь ли ты догадаться, почему это так?

Янь Тин сотрудничал с ним и покорно переспросил:

– И почему же?

– Это потому, что ты говоришь своему мозгу, что сегодняшняя еда полезна, поскольку в ней есть овощи. Тогда тело не станет толстым, – Ли Чжао закатал рукава и показал свои руки. – Смотри, это секрет, почему я не толстый.

Янь Тин несколько секунд молчал.

– Не будь суеверным.

– Это метафизика, – Ли Чжао всё ещё настаивал.

* * *

Пока Ли Чжао и Янь Тин наслаждались хого, Чжан Сяо Юань отправил сообщение на аккаунт Weibo, в котором было всего несколько зомби-фанатов.

Брат Сяо Юань: Мой ребёнок действительно наивен. Он встретил женщину-актрису из той же команды, у которой сломалась машина. Он не стал подвозить её и предложил только позвать на помощь. Я спросил его, почему, и он сказал, что боится, что люди неправильно поймут его коллегу-женщину. Что знает пердящий ребёнок, которому только что исполнилось двадцать лет? Кто бы неправильно понял его отношения с его коллегой-женщиной? Сегодня я агент с разбитым сердцем из-за моего исполнителя с низким эмоциональным интеллектом.

Аккаунт был зарегистрирован несколько дней назад, поэтому никто из фанатов не знал, что именно Чжан Сяо Юаня они попросили оставить индустрию развлечений в покое.

__________________________

Автору есть что сказать:

Восторженный Чжао Чжао:

– Давай, позволь мне научить тебя правильному ритуалу употребления хого.

Невыразительный Янь Тин, хранящий непоколебимое молчание.

Глава 11. Детские таблетки для пищеварения

Чжан Сяо Юань отправил это сообщение в Weibo и не привлёк никакого внимания, но видео репортёров, берущих интервью у Ли Чжао, начало становиться популярным в Интернете.

В частности, ошеломлённый Ли Чжао, говорящий смущённым голосом, заставил некоторых пользователей Сети взорваться материнской любовью. Они чесались от желания прикоснуться к его лицу. Пользователи Сети с более быстрой скоростью рук полагались на это видео, чтобы сделать серию наборов выражений и фотографий.

Например, [Чжао Чжао – хороший ребёнок, Чжао Чжао ничего не знает], [Чжао Чжао удивлен], [Не обманывай меня], [Я всё ещё ребёнок], [Чжао Чжао кланяется] и так далее, и все эти вещи быстро распространились в Интернете.

Возможно, люди, которые использовали эти картинки, не знали имени Ли Чжао, но он незаметно усиливал своё ощущение присутствия другим способом.

Как только это интервью вышло, фанаты Сун Юя начали безумно хвалить Ли Чжао, начиная с его внешности и заканчивая его личностью. Было даже соглашение по умолчанию, что эти два человека были хорошими братьями.

Я люблю Сяо Юя: Сяо Юй – хороший друг, в отличие от некоторых людей, которые хотят быть популярными. Я советую другу по сплетням не иметь дела с артистами тридцать восьмого уровня, которые полагаются на тот факт, что у Ли Чжао нет аккаунта в Weibo, чтобы нагло заработать шумиху, наступая на другого члена команды.

Грелка для рук Юя: Мой Сяо Юй – честный мальчик, который не знает, как себя продать, просто позволяя некоторым бесстыдным людям очернять его.

Сун Юй увидел, что его фанаты воспользовались возможностью выставить его несчастным, и его чуть не вырвало его едой. Сун Юй каждый день покупал армию воды, чтобы похвастаться собой. Как он мог не понимать маркетинг? Однако они не стали бы ввязываться в такую большую неразбериху, чтобы не утащить своих любимых артистов в воду.

Для пиар-команды Сун Юя неожиданной радостью стало то, что Ли Чжао встал, чтобы выступить от имени Сун Юя. Агент Сун Юя был полон эмоций, когда он говорил с Сун Юем.

– Я не ожидал, что кто-то будет самоотверженно говорить за тебя, да ещё и с видом преданного щенка.

Любой мог видеть, что молчание Ли Чжао было лучшим выбором. Если бы он был агентом Ли Чжао, он бы остановил Ли Чжао от разговоров в это время.

Разве он не был дураком, что не воспользовался такой хорошей возможностью, чтобы выставить себя несчастным?

Однако этот дурак помог его собственному артисту, поэтому агент чувствовал себя ещё более счастливым.

– Наша сторона не связывалась с пиар-командой Ли Чжао, пока он не взял на себя инициативу выступить от твоего имени. Если бы не он, реклама шоколада, которую ты только что получил, была бы потеряна. Это большая услуга, и ты должен не забыть поблагодарить Ли Чжао лично. Я посмотрю, какие ресурсы подходят для ознакомления с Ли Чжао, что можно рассматривать как отплату за услугу, – агент посмотрел на Сун Юя. – Ты не тот тип актёра. Даже если у него есть шанс развиваться в будущем, он не будет представлять для тебя большой угрозы.

Сун Юй молча прищурил глаза.

Они не были одного типа, поэтому он должен отказаться от своей неприязни?

– Раньше я не утруждал себя расследованием этого вопроса, когда ты нацелился на Ли Чжао. Однако, с сегодняшнего дня, не вступай в какие-либо конфликты с Ли Чжао, – агент указал на онлайн-данные. – Теперь все знают, что Ли Чжао вступился за тебя. Если ты будешь делать с ним слишком много в будущем, ты станешь белоглазым волком (1) в глазах всех. Понимаешь?

Сун Юй злился полдня и не мог удержаться, чтобы не сказать:

– У Ли Чжао команда пердунов. Он слишком беден, чтобы даже иметь помощника.

– Запуганный и бедный молодой человек без опыта может стать популярным. Ты знаешь, что это значит?

– Что?

– Это значит, что в его жизни есть популярность, – агент постучал по клавиатуре. – У нескольких друзей много дорог. Если он тебе действительно не нравился, тогда ты должен был выгнать его из драматической команды в первую очередь, не давая ему шанса появиться на сцене. Теперь, когда он завоевал популярность, ты должен хорошо переносить это, даже если тебе это не нравится.

Редко можно было видеть Сун Юя таким тихим и слушающим его, поэтому агент сказал ещё несколько слов:

– Не думай, что я говорю слишком много. Таких людей с популярной жизнью лучше не обижать.

Сун Юй посмотрел на своего агента.

– Хочешь верь, а хочешь – нет, – агент закрыл свой ноутбук и встал. – Тебе следует сделать перерыв на некоторое время. У тебя встреча в четыре часа дня. Я приеду и заберу тебя в это время. Не забудь поблагодарить Ли Чжао лично.

Сун Юй проигнорировал агента и провёл долгое время, сидя на диване. Затем он вытащил свой телефон и поискал в адресной книге. Он, наконец, нашёл учётную запись WeChat Ли Чжао в своём чёрном списке WeChat и вытащил этого человека из чёрного списка.

Сун Юй: Я не буду использовать тебя в своих интересах. Я представлю тебе роль через несколько дней.

* * *

В ресторанчике хого Ли Чжао неохотно отложил палочки для еды. Еда была вкусной, но его желудок больше не мог вместить даже малюсенького кусочка. Ему пришлось вытереть рот.

– Этот хого очень вкусный. В следующий раз я позову брата Сяо Юаня, и мы съедим его снова.

– Хорошо, – палочки для еды Янь Тина последовали за ним. Его поза была слишком элегантной, и это было так, как будто он ел на высококлассном банкете, а не в ресторанчике хого.

Раздался звук сообщения из WeChat'а. Ли Чжао увидел, что человек по имени "Эта земля под небесами" отправил ему сообщение.

Эта земля под небесами: Я не буду использовать тебя в своих интересах. Я представлю тебе роль через несколько дней.

Взгляд Янь Тина скользнул по экрану мобильного телефона. Это было не намеренно, но с детства он никогда не забывал того, что видел. Затем мужчина увидел содержание сообщения. Его глаза стали безразличными, когда Янь Тин медленно опустил салфетку.

Ли Чжао не мог угадать личность по этому странному имени WeChat'а. Иногда, чтобы сохранить поверхностную дружбу команды, он мог бы добавить других в друзья, но тогда они никогда не обменялись бы ни словом.

Удача приходит к Чжао Чжао: Извините, некоторое время назад я, возможно, был слишком занят и допустил ошибку в записи Вашего имени. Могу я, пожалуйста, спросить Вас…

* * *

Сун Юй получил ответ Ли Чжао и был так зол, что чуть не бросил свой телефон на ковёр. Ли Чжао, этот обманчивый призрак, что написал это нелепое сообщение. Было ясно, что он забыл написать примечание к имени.

Он обычно называл Сун Юя "братом" в команде и хвастался им перед СМИ, но Ли Чжао чувствовал, что Сун Юй даже не заслуживает упоминания имени? Грудь Сун Юя наполнилась гневом, и он снова внёс Ли Чжао обратно в чёрный список. Он был бы гнилой сволочью, если бы позже взял на себя инициативу отправлять сообщения Ли Чжао.

___________________________

1. 白眼狼 (báiyǎnláng) – литературный перевод – белоглазый волк – это выражение призвано описать бесчувственного и неблагодарного человека, предавшего доверие и добрые чувства другого.

* * *

Через некоторое время другая сторона не ответила на его сообщение, чтобы Ли Чжао отправил другое сообщение. Затем последовало сообщение WeChat'а о том, что он не был другом другого человека.

– Неправильное сообщение? – Ли Чжао прошептал, но особо не задумывался над этим вопросом. Он встал и сказал Янь Тину: – Я пойду оплачу счёт. Ты жди меня здесь.

Янь Тин кивнул.

Горячий бульон в самоваре всё ещё готовился. Янь Тин смотрел на булькающий бульон без малейших эмоций на лице. Мужчина в костюме осторожно вошёл, поклонился и выключил огонь.

– Господин, я не знаю, есть ли у вас какие-либо комментарии по поводу еды в ресторане?

Янь Тин спросил:

– Вы управляющий ресторана?

– Да, господин, – улыбка на лице мужчины стала ещё почтительнее.

Янь Тин собирался что-то сказать, когда за дверью послышались шаги. Он слегка поднял указательный палец, и управляющий ресторана отступил на два шага назад. Ли Чжао увидел, что в комнате был кто-то ещё, и ухмыльнулся. Управляющий ресторана искренне улыбнулся в ответ.

– Это для тебя, – Ли Чжао вложил коробку таблеток для пищеварения в руки Янь Тина. Янь Тин держал таблетки для пищеварения, и его тёмные чёрные глаза смотрели на Ли Чжао.

– Во время наших первых двух совместных приёмов пищи я обнаружил, что ты ешь очень мало, – Ли Чжао, естественно, помог Янь Тину открыть коробку с лекарствами и положил её ему на ладонь. – Сегодня ты съел больше, чем в предыдущие два раза, и я боюсь, что ты этого не вынесешь. Поблизости есть аптека, поэтому я купил коробку. Прими несколько таблеток.

Янь Тин почувствовал запах таблеток для пищеварения и ощутил лёгкий фруктовый аромат. Он нашёл слово "детские таблетки для пищеварения" на коробке, а в углу была детская мультяшная картинка.

– Спасибо, – Янь Тин сделал простые жевательные движения.

Взгляд управляющего рестораном тайно скользнул по двум людям, но он не осмеливался вымолвить ни слова.

– А Вы? – Ли Чжао увидел, что незнакомец всё ещё стоит рядом с ним, и повернулся, чтобы посмотреть.

– Здравствуйте, господин, я управляющий ресторана. Могу я спросить, довольны ли Вы едой? – управляющий спросил с улыбкой.

– Это восхитительно. Моему другу и мне понравилось, верно? – Ли Чжао ударил Янь Тина локтем.

– Угу, – Янь Тин дал короткий ответ.

– Достаточно того, что вы удовлетворены, удовлетворение – это хорошо, – это был простой комплимент, но управляющий, похоже, получил отличное подтверждение. Он поклонился двум людям и взволнованно заговорил: – Мы должны приложить дальнейшие усилия, чтобы продвигать дух служения. Я с нетерпением жду вашего следующего визита.

Ли Чжао не думал, что управляющий ресторана будет так взволнован, и поспешно произнёс ещё несколько слов похвалы. Чем больше комплиментов он делал, тем счастливее была другая сторона. Он лично проводил их к двери и широко улыбнулся, наблюдая, как они уходят.

– Этот ресторан действительно хорош. Это дёшево и тепло для гостей, – Ли Чжао улыбнулся. – Сегодняшняя жизнь действительно полна.

– Ты доволен? – бледные губы Янь Тина слегка дрогнули. – Правда?

– Я заработал гонорар за выступление, съел вкусный хого с другом, а также получил дисконтную карту ресторана, – Ли Чжао улыбнулся. – Конечно, это идеально.

Янь Тин слегка кивнул.

– Я понимаю.

– Что ты понимаешь? – Ли Чжао приспособился к таинственной атмосфере своего нового друга. Его понимание этого было очень простым и грубым. Янь Тин не любил заводить друзей или общаться. Его сердце всегда было загадочным.

Янь Тин проигнорировал вопрос и сказал:

– Я провожу тебя домой.

Ли Чжао удивился:

– Тин Тин, у тебя нет девушки?

– Угу.

Хорошо, ради их братства, он позволил бы этому человеку сохранить свою загадочность. Загадочные мужчины были популярны среди девушек, и Ли Чжао думал, что он очень понимающий.

– Всё в порядке. Тебе всего двадцать восемь лет, и тебе не нужно спешить, – Ли Чжао утешил Янь Тина. – Подружки всегда будут.

Янь Тин молчал. Будучи зрелым мужчиной, иногда ему приходилось мириться с молодыми людьми, считавшими себя умнее и опытнее него.

После возвращения Ли Чжао домой, Янь Тин отправился обратно в компанию. Водитель и помощник наклонились, чтобы открыть ему дверь, и прошептали:

– Господин, с Вами хочет поговорить директор Strawberry Entertainment Company.

– Я встречусь с ним, – Янь Тин прижал кулак ко рту и тихо кашлянул.

– Да, – помощник подождал, пока Янь Тин выйдет за дверь, и быстро накинул пальто на плечо Янь Тина. Внезапно шаги Янь Тина остановились. Он оглянулся на коробку с таблетками для пищеварения на сиденье автомобиля. Затем он наклонился и положил коробку с лекарством в карман пальто.

Войдя в офисное здание, Янь Тин потёр виски и посмотрел на мир, который никогда не менялся, оставаясь прежним изо дня в день. Его глаза были похожи на лужу стоячей воды без взлётов и падений. Лифт поднимался этаж за этажом и медленно открылся в бледном свете. За лифтом был стильно оформленный коридор.

– Господин, Ваше питательное лекарство, – возле лифта мужчина в профессиональном костюме вручил ему коробку с таблетками.

– Нет, мне это не нужно, – его веки слегка опустились, и все его тело растаяло в холодном коридоре, не выдавая никакой жизненной силы. Единственной вещью, которая казалась здесь неуместной, был карман пальто. Коробка детских таблеток для пищеварения стоила меньше ста юаней.

В глазах мужчины в профессиональном костюме было беспокойство, но он ничего не мог сказать. Он мог только молча опустить голову.

___________________________

Автору есть что сказать:

Чжао Чжао, с печалью в глазах:

– Хороший брат без девушки, моё сердце разрывается.

Тин Тин, с равнодушием:

– Не хочу говорить об этом.

Глава 12. Невозможно

Глава Strawberry Entertainment Company осторожно шёл по тихому коридору, боясь атмосферы. Он не знал, почему господин Тин, который ранее отказывался встречаться с ним, внезапно передумал. Таким образом, он вообще не мог быть беспечным. В будние дни он был человеком, который создавал проблемы в круге, но он был ничем перед этим человеком.

– Президент Сунь, пожалуйста, – секретарь мило улыбнулась и пошла впереди. Президент Сунь поблагодарил её и постучал в дверь, не забыв привести в порядок свою одежду.

Дверь открылась изнутри, и вышел серьёзный мужчина в чёрном костюме.

– Президент Сунь, пожалуйста, пойдёмте со мной.

– Спасибо, специальный помощник Цинь, – президент Сунь поблагодарил его тихим голосом, выдавил льстивую улыбку и последовал за специальным помощником Цинем.

Человек, сидящий за столом, выглядел хорошо во всех смыслах. Просто глядя на его лицо, любого другого мужчину можно было бы посчитать форменной обезьяной. Однако, никто не был бы достаточно смелым, чтобы позволить какой-либо мысли зародиться в их сердцах об этом человеке.

– Президент Сунь, сядьте, – мужчина выглядел очень спокойным. В романах его описывали как "глаза, холодные как лёд" или "полны злых духов", поэтому, как только президент Сунь сел, он не осмелился сесть слишком расслабленно и даже подсознательно наклонился вперёд.

– Спасибо, господин Тин, – все знали, что этому человеку не нравится, когда его называют господин Сюй, и постепенно все молчаливо стали называть его господин Тин. Это обращение было несколько необычным, но все проигнорировали его.

Янь Тин подписал последнее слово в документе, прежде чем поднять глаза. Только тогда он открыл рот.

– Господин Тин, несколько дней назад под моим знаменем был наивный артист, который ничего не понимал и пытался намекнуть на отношения с Вами. Наше руководство было небрежным и побеспокоило Вас, – руки президента Сан начали потеть. – Пожалуйста, будьте уверены, что такие вещи не произойдут в будущем. Мы разберёмся с вещами, прежде чем это станет настолько серьёзным...

Янь Тин поднял руку, чтобы прервать президента Цзуна, и решительно заговорил.

– Угу.

Что это означало? У президента Суня были сомнения, но он боялся спросить. Он открыл рот, но молчал, потому что боялся издать хоть звук.

– Специальный помощник Цинь, – позвал Янь Тин. – Кто был оратором в том интервью, которое только что смотрела секретарь?

– Это актёр по имени Ли Чжао.

Янь Тин закрыл документ и, казалось, говорил небрежно.

– Этот ребёнок хороший.

– Я не ожидал, что господин Тин также оценит господина Ли, – президент Сунь немедленно взял инициативу в свои руки. – Многие люди в нашей компании ценят актёрское мастерство господина Ли и даже надеются подписать с ним контракт. Если нам повезет, и он присоединится к нашей компании, мы подберём лучшую команду и пойдём по пути высококачественного развития...

– У большинства молодых людей живая личность, – специальный помощник Цинь улыбнулся и перебил президента Суня. – Им не нравилось, когда ими управляли другие. До тех пор, пока они не идут по извилистой дороге, иногда просто следовать за ними безобидно.

– Как сказал специальный помощник Цинь, у некоторых молодых людей есть своя живая индивидуальность, – президент Сун сменил тон. – Наша компания всегда уважала выбор и характер артиста. Мы не будем слишком вмешиваться в их свободу.

– Президент Сунь действительно высокого мнения о некоторых талантах, – специальный помощник Цинь кивнул. – Мы просто говорим небрежно. Нас мало интересует господин Ли, пожалуйста, не поймите меня неправильно.

– Конечно, конечно, это мои личные мысли, – президент Сунь вздохнул. – Впервые за все десятилетия моей жизни я вижу такого гениального актёра. В кругу развлечений я должен ценить талант, когда встречаю такого хорошего актёра. Как я могу позволить сплетням повлиять на его карьеру?

– Босс с сердцем, полным любви, всегда вызывает восхищение, – специальный помощник Цинь улыбнулся. – Президент Сунь, должно быть, занят, я сопровожу Вас вниз.

– Как я могу беспокоить специального помощника Циня? Я могу спуститься сам, – президент Сунь не осмелился остаться. Он вежливо попрощался со специальным помощником Цинь, поспешил из здания и с тревогой поговорил со своим секретарём, ожидающим снаружи. – Поспеши проверить актёра по имени Ли Чжао и приложи все усилия, чтобы вежливо подписать с ним контракт от лица нашей компании. Помни, даже если ты не сможешь подписать с ним контракт, лучше не оскорблять его и не позволять артистам нашей компании оскорблять его.

– Хорошо, – секретарь поспешно открыл свой мобильный телефон и договорился, чтобы люди проверили информацию Ли Чжао и нашли способ связаться с Ли Чжао. Сотрудники Strawberry Entertainment не успели подойти к Ли Чжао, как в Интернете разразилась сплетня, связанная с Ли Чжао.

[Предполагается, что главные герои драмы "Властная женщина-президент" – мужчина и женщина – были не просто так близки на подземной парковке. Поговорите о неожиданной любви между женщиной в возрасте и молодым мужчиной в кругу развлечений. Наш многообещающий CP стал реальностью!]

За короткий промежуток времени в течение часа новость о любовной связи Ли Чжао с Яо Ша Ша распространилась почти на все сетевые платформы. Пользователи Сети посчитали это необъяснимым. Откуда взялся этот артист тридцать восьмого уровня?

Самая бурная реакция была не от фанатов драмы, а от фанатов Яо Ша Ша и фанатов Ли Чжао.

Поклонники Яо Ша Ша считали, что Ли Чжао слишком молод, чтобы на него можно было положиться. Поклонники Ли Чжао подумали, что она использует шумиху, полагаясь на молодого человека. Это было потому, что независимо от того, были ли это интервью или закулисные кадры драмы, было видно, что у Ли Чжао и Яо Ша Ша не было хороших отношений. Для них было смешно внезапно оказаться влюблёнными.

– Эмммм, не вините меня за то, что я говорю резко. Фотографии, которые разразились в аккаунте сплетен, – это всего лишь несколько фотографий. На одном изображена половина лица Ли Чжао, а на другом Яо Ша Ша, наклонившаяся к окну. Где тут близость?

– Я не видел дораму "Властная женщина-президент", но я чувствую усталость от актёра по имени Ли Чжао. Сегодня в команде есть близкий брат, а завтра в него кто-то влюбился. Я боюсь, что через два дня кто-нибудь внезапно выйдет и заявит, что Ли Чжао – его давно потерянный сын.

– Советую команде не раздувать шумиху. Жаркое будет гореть.

– Ох, фанаты нового артиста действительно забавные. Вас всё ещё волнует, что ваш любимый артист влюбился? Что плохого в любви между молодым мужчиной и женщиной средних лет? Вы, монстры, выступаете против этого?

_____________________________

1. CP – это сокращение от "child pornography", детской порнографии.

В Интернете начались споры, и даже маркетинговые аккаунты последовали за накалом страстей. Имя Яо Ша Ша вскоре стало популярным в Weibo. Некоторые пользователи Сети обнаружили, что два часа назад Яо Ша Ша переслала видео с ней и Ли Чжао в одном кадре и похвасталась, что Ли Чжао был очаровательным. Это убедило ещё больше фанатов в том, что они играют фальшивую игру.

– Я знал, что это не так просто, – Чжан Сяо Юань пролистал популярную страницу Weibo и заговорил с Ли Чжао, сидящим на диване. – Изначально я собирался попросить тебя зарегистрировать свою учётную запись Weibo сегодня. Похоже, тебе придётся подождать несколько дней, иначе это шаг будет лишь направлен на то, чтобы раздувать любовные отношения. К счастью, ты рассказал мне об этом заранее, поэтому я заранее подготовился, – Чжан Сяо Юань потёр руки. – Эти вонючие и бесстыдные люди обычно игнорировали тебя в команде. Теперь, когда ты, наконец, начал набирать популярность в Интернете, они хотят заполучить твой жар!

Зазвонил его мобильный телефон. Чжан Сяо Юань увидел странный номер и подождал мгновение, прежде чем звонок соизволил подключиться.

– Здравствуйте, я Чжан Сяо Юань… Strawberry Entertainment? – Чжан Сяо Юань подумал, что у него проблема с ушами. Это была первоклассная компания в отрасли, в которой работало множество крупных знаменитостей. Как они могли смотреть на актёра, который только что стал популярным в Интернете?

Слушая вежливый и почти любезный тон другого человека, Чжан Сяо Юань усмехнулся, небрежно нашёл оправдание и повесил трубку.

Весь развлекательный круг знал, что у Strawberry Entertainment обладала огромным капиталом и к неё принадлежало множество выдающихся талантов. Новым артистам было трудно подписать контракт с этой компанией. Как такая компания могла подойти к нему с таким внимательным отношением? Даже мошенники должны обратить внимание на основной закон.

– Брат Сяо Юань, кто это был? – спросил Ли Чжао.

– Человек, который утверждал, что он из Strawberry Entertainment, но его тон был слишком тёплым и разумным. Я подозреваю, что он лжец, – Чжан Сяо Юань подошёл к Ли Чжао и сел. – Возможно, я мог бы мечтать о том, что ты подпишешь контракт с этой компанией, но моё здравомыслие не позволяло мне думать об этом.

– О, – Ли Чжао продолжал склонять голову, чтобы поиграть со своим телефоном. Затем он с радостью поделился этим низкоуровневым обманом со своим другом.

* * *

В тихом офисе мобильный телефон на столе внезапно задрожал. Янь Тин поднял трубку и взглянул на сообщение.

Удача приходит к Чжао Чжао: Тин Тин, я столкнулся с мошенничеством! После стольких лет нищеты мошенник, наконец, нацелился на меня. Только что мошенник, который утверждал, что он из Strawberry Entertainment, позвонил моему агенту и сказал, что хочет подписать со мной контракт. Теперь мошенники делают вещи менее серьёзно. Они должны подумать, прежде чем захотеть обмануть людей. Как Strawberry Entertainment может подписать контракт с таким маленьким артистом, как я? Хахахахаха, я действительно не знаю, кто бы использовал эту ложь.

За этим последовал смеющийся смайлик.

Янь Тин растерялся, прочтя сообщение.

* * *

Увидев, что Ли Чжао хихикает над своим телефоном, Чжан Сяо Юань тоже достал свой телефон.

– Не продолжай играть со своим телефоном. Посмотри на меня и улыбнись.

Ли Чжао в замешательстве поднял глаза. Чжан Сяо Юань воспользовался возможностью, чтобы сделать фотографию.

Большой мальчик в пижаме с ягнёнком и подушкой в руках был глупым, но особенно милым. Глядя на Ли Чжао на фотографии, Чжан Сяо Юань эмоционально вздохнул.

– Уродливые люди в таком выглядели бы странно, в то время как красивые люди прекрасны в любых вещах!

Он сделал фотографию и опубликовал её на своём Weibo.

Брат Сяо Юань: Я тайно сделал фотографию, пока мой артист развлекался со своим телефоном. Я не ожидал, что меня поймают на месте [Изображение].

Фотография была опубликована и постепенно привлекла внимание пользователей Сети, которые искали по ключевому слову "артист". Они были заняты и помогли купить заголовок для этого Weibo.

В любом случае, у него было не так много подписчиков на Weibo, и покупка заголовка не стоила ему больше нескольких юаней. Несколько юаней можно обменять на счастье бесчисленных любителей дыни. Восторженные пользователи Сети были сыты и счастливы, делая такую тривиальную вещь.

* * *

Команда Яо Ша Ша не знала, что Чжан Сяо Юань опубликовал сообщение несколько часов назад, чтобы прояснить ситуацию. Таким образом, они купили армию воды, чтобы раздуть любовь между Яо Ша Ша и Ли Чжао.

Яо Ша Ша была в круге почти десять лет. В ранние годы у неё было несколько важных ролей в звёздных драмах. Однако, поскольку появлялось всё больше и больше новых людей, а она не показывала особых улучшений, женщина могла пойти только на съёмки нескольких онлайн-дорам.

На этот раз Яо Ша Ша почувствовала сладость горячей драмы и захотела усилить своё воздействие. У Сун Юя была значительная поддержка, и она не осмеливалась использовать парня, чтобы поднять тему. У Ли Чжао была самая высокая популярность и никакого фона за спиной, поэтому он был лучшим выбором.

Что касается того, окажет ли этот тип спекуляций негативное влияние на Ли Чжао, это не входило в сферу интересов Яо Ша Ша. В её глазах Ли Чжао был бы популярен самое большее полгода. Тогда у него не было бы ресурсов для продолжения, и никто не обратил бы на него внимания.

В любом случае, этот человек рано или поздно утратит весь своё жар и полностью замёрзнет. Она совсем не сожалела о том, что воспользовалась юношей.

Однако Яо Ша Ша и её команда были счастливы недолго. Маркетинговый аккаунт сделал скриншот сообщения Weibo, которое недавно отправил Чжан Сяо Юань.

Маленькая сестрёнка, я могу есть дыни каждый день, но я давно не видел, чтобы команда использовала такие уродливые средства. Несколько часов назад появилась учётная запись Weibo, подозреваемая в принадлежности агенту Ли Чжао. Он высмеял своего исполнителя без какого-либо эмоционального интеллекта за то, что тот не знал, как сопроводить коллегу-женщину домой. Я не ожидал, что через несколько часов некоторые люди будут использовать это, чтобы рекламировать любовь между женщиной средних лет и молодым мужчиной. Кто купил эти горячие поиски? Вы можете угадать это по пальцам ног. До того, как драма закончила показ, команде фазановой компании не терпится наступить на людей. Они издевались над ним, потому что у него нет поддержки команды [Изображение].

Команда Яо Ша Ша запаниковала, когда увидела этот пост. Они боялись не содержания, а личности этой учётной записи Weibo. Это было потому, что этот маркетинговый аккаунт был под знаменем управленческой команды Strawberry Entertainment.

– Неужели… Ли Чжао подписал контракт с Strawberry Entertainment? – Яо Ша Ша не хотела принимать это предположение. – Но это просто невозможно!

__________________________

Автору есть что сказать:

Тин Тин:

– Этот ребёнок хороший.

Президент Сунь:

– Я понимаю, я действительно понимаю!

Глава 13. Ревность

– Не паникуй. Я попрошу кого-нибудь навести справки о Strawberry Entertainment, – пиар-агент Яо Ша Ша не знал, что имела в виду сторона Strawberry Entertainment. Он быстро достал свой телефон и связался с другом, который знал внутреннюю историю.

После наведения справок агент выглядел озадаченным.

– Нет никаких новостей о подписании Strawberry Entertainment Ли Чжао.

– Почему они присоединились к шумихе? Они занимаются благотворительностью? – после большого потрясения Яо Ша Ша был в ярости и говорила без стеснения. – Они могут быть большой компанией, но они всё равно должны делать всё в соответствии с правилами.

Как правило, было вообще невозможно вмешаться, если у двух компаний не было конфликта интересов. Она и Ли Чжао были всего лишь двумя восемнадцатиуровневыми актёрами онлайн-драмы. Как они могут помешать Strawberry Entertainment?

– Не надо так быстро критиковать. Подумай о тех, кто оскорбил Strawberry Entertainment в последнее время, – агент думал больше, чем Яо Ша Ша, и не посмел оскорбить Strawberry Entertainment.

– Я бы хотела их обидеть. У меня должен быть шанс встретиться с ними, – Яо Ша Ша огрызнулась. – Что нам теперь делать?

– Не делайте никаких комментариев в Интернете. Все уведомления должны быть удалены, – агент увидел, что Яо Ша Ша выглядит испуганной, и успокоил её: – В настоящее время показ дорамы ещё не закончился, и Ли Чжао всё усложнит. Если репортёр спросит об этом позже, просто скажи, что вы с Ли Чжао обычные друзья.

Наступил информационный век, и пользователи Сети были в курсе многих интересных новостей. Было легко оставить всё позади через несколько дней, и они забудут об этом вопросе.

Он зашёл на Weibo агента Ли Чжао и увидел содержание сообщения Чжан Сяо Юаня несколько часов назад.

Агент был недоволен, когда подумал о том, как другая сторона помешала им раздуть скандал из этой ситуации. Спекуляции, поскольку драма транслировалась, были бы только на пользу обеим сторонам. Почему артистам нравилось вести себя как образцы целомудрия?

Чтобы не потерять своё достоинство в индустрии, сторона Яо Ша Ша ничего не смела делать. Им пришлось переслать сообщение Чжан Сяо Юаня в Weibo и сказать, что это был слух. Она просто была хорошей подругой с Ли Чжао.

Пользователи Сети вскоре обнаружили, что после того, как студия Яо Ша Ша переслала Weibo Чжан Сяо Юаня, Чжан Сяо Юань не ответил на комментарии студии и не переслал этот пост в Weibo. Любой мог видеть, что Яо Ша Ша выступала с сольным концертом.

Пользователи Сети, которые изначально не понимали причину всего произошедшего, сразу же поняли правду и насмехались над Яо Ша Ша. Кроме того, поклонники лица Ли Чжао отправились на Weibo Чжана Сяо Юаня и сказали, что он искупил свою вину. На данный момент ему не нужно было выходить из круга развлечений в одиночку.

– Чжан Сяо Юань – хороший человек. Ты должен позаботиться о нашем ребёнке.

– Брат Сяо Юань, не забудь вернуться и сказать этому ребёнку, что женщина у подножия горы – тигр. Полевые цветы на обочине дороги нельзя собирать.

– Домашняя фотография моего маленького ребёнка восхитительна. Я хочу делать с ним нецивилизованные вещи ниже шеи. Я собираюсь надеть такую же пижаму, и это будет похоже на сон с ребёнком.

– Брат Сяо Юань, открытие ресторанчика лапши – это не весело. Вы не сможете заработать много денег, даже если будете рано вставать и поздно ложиться спать. Вы не должны направлять ребёнка по ложному пути!

Чжан Сяо Юань молча прочитал комментарии и потерял дар речи. В это время он не мог вывести Ли Чжао из круга развлечений, чтобы открыть ресторанчик с лапшой. Он потряс Ли Чжао, который лежал на диване и играл со своим телефоном.

– Чжао Чжао, завтра я буду сопровождать тебя, когда ты пойдешь записывать программу.

Его ребёнок был наполовину взрослым, и на него пялилось бесчисленное количество бесстыдных людей.

– Я начну завтра рано утром. Ты помогал мне собирать информацию о компаниях и плохо спал несколько ночей подряд, – Ли Чжао убрал свой телефон. – Всё в порядке. Я пойду туда один.

Чжан Сяо Юань подумал о нескольких компаниях, с которыми ему нужно было провести собеседование. Ему действительно нужно было использовать своё время.

– Тогда уделяй больше внимания своей безопасности, – у Чжан Сяо Юань не было большого опыта работы с командами телевизионных программ, и он мог только напомнить Ли Чжао быть осторожным.

Мужчина волновался, когда его артист не был популярен, и волновался, когда он был популярен. Он отвечал за последующее сотрудничество и боялся, что задержит развитие Ли Чжао.

Необходимо было как можно скорее определить маршрут развития Чжао Чжао, а также сформировать профессиональную команду. Воображение было замечательным, но реальность была слишком скудной. У Чжао Чжао в настоящее время… не было денег.

– Брат Сяо Юань, – Ли Чжао понял, что Чжан Сяо Юань последние два дня находился под психологическим давлением, и посоветовал ему. – Не думай слишком много. В прошлом году я смог неплохо жить, бегая по съёмочным группам, играя небольшие роли или выступая в качестве дублёра. Сейчас может быть лучше, но если мы потерпим неудачу, мы можем вернуться и открыть ресторанчик с лапшой.

– Не думай об открытии магазина лапши, – Чжан Сяо Юань вздрогнул. Он услышал слово "лапша" и вспомнил ошеломляющую #Чжан Сяо Юань, оставь развлекательный круг в покое# тему.

Ли Чжао улыбнулся и достал свой телефон, чтобы посмотреть сообщение WeChat'а от Янь Тина.

Тин Тин: Ты актёр. Разве ты не живешь в безопасном месте?

Ли Чжао мог иметь некоторую популярность в Интернете, но его никто не узнавал, когда он выходил. В лучшем случае, некоторые девушки могли лишь подумать, что он хорош собой, и стали бы тайно пялиться на него.

* * *

Удача приходит к Чжао Чжао: На данный момент я в безопасности.

Тин Тин: Заранее подготовься к переезду. У меня здесь много домов, и ты можешь выбрать один.

Удача приходит к Чжао Чжао: Как я могу это сделать? Я должен вести честные переговоры даже со своим братом. Я не могу воспользоваться тобой.

Тин Тин: Снос, у меня много домов в аренду.

Удача приходит к Чжао Чжао: …

Удача приходит к Чжао Чжао: Плачь, плачь, плачь, я буду страдать от болезни ненависти к богатым.

Янь Тин долго смотрел на слова дерева "плачь, плачь, плачь", и выражение его лица было беспрецедентно серьёзным.

– Господин, что случилось? – специальный помощник Цинь вышел вперёд и спросил: – Вам нужно, чтобы я с чем-нибудь разобрался как можно скорее?

– Всё в порядке, – Янь Тин перевернул телефон вверх дном и положил его на стол.

* * *

Передача телеканала Xiangguo "Существует человек с такой же профессией, как у вас" была запущена почти десять лет назад и пользовалась большой популярностью у аудитории. Возможно, на просмотр телепередач повлияли онлайн-вещательные станции, но это по-прежнему была самая востребованная программа для рекламы телевизионных драм и фильмов.

Изначально приглашённые в этот эпизод гости были горячей группой. К сожалению, у членов горячей группы несколько дней назад возник конфликт, и программе пришлось временно сменить гостей. Таким образом, основная команда "Властной женщины-президента" заполнила пробел.

Программа часто приглашала знаменитостей из всех слоёв общества для участия в этой записи. Было легко получить такую горячую интернет-драму, даже если на них не было особого внимания.

Команда "Властной женщины-президента" прибыла на телеканал очень рано, и съёмочная группа также подготовила подарок для команды программы и сотрудников. Даже Сун Юй, самый высокомерный среди них, сильно изменил своё отношение, когда прибыл в Xiangguo.

Перед записью программная группа сняла рекламу для трёх ведущих актёров. Ли Чжао был одет в белую рубашку и держал книгу в руке, улыбаясь в камеру.

– Сегодня ты хочешь пойти со мной в библиотеку, чтобы почитать книги? Какие вопросы ты не понимаешь? Мне помочь тебе с учёбой?

Программная группа была очень довольна. Красивый мальчик, которого легко снимать, был редкостью.

Ли Чжао закончил съёмку, и Яо Ша Ша, которая долго ждала, воспользовалась этим перерывом, чтобы взять инициативу в свои руки и поговорить с Ли Чжао. Прежде чем она смогла подойти ближе, Ли Чжао сделала несколько шагов назад, что можно было бы назвать божественной походкой змеиной кожи.

Другие члены актёрского состава "Властной женщины-президента" видели эту забавную сцену, прежде чем притвориться, что они её не видели. Если бы это было несколько месяцев назад, возможно, кто-нибудь вышел бы, чтобы "любезно научить" Ли Чжао, как ладить со старшими. Однако остальная команда не хотела сегодня обижать Ли Чжао.

Яо Ша Шао связала себя с Ли Чжао из-за шумихи. Все в команде видели это. Единственным сюрпризом было то, что Яо Ша Ша внезапно остановилась. Должны быть другие причины, по которым такая женщина, как Яо Ша Ша, так легко остановилась.

Сун Юй сидел рядом с ними с уродливым выражением лица. Его отношение к Яо Ша Ша и Ли Чжао было последовательным, это было отвращение.

– Учитель Яо, Ваша очередь, – слова оператора сняли смущение Яо Ша Ша. Ли Чжао воспользовался этой возможностью, чтобы выскользнуть, найти ванную и смыть тональный крем и косметику, которые случайно попали на тыльную сторону его ладони.

Он посмотрел в зеркало и поправил воротник рубашки, прежде чем выйти из ванной. Однако он не смог убежать от Яо Ша Ша.

– Ли Чжао, – Яо Ша Ша уже давно ждала снаружи. Она увидела, как вышел Ли Чжао, и затушила сигарету из своей руки в пепельнице, лениво глядя на Ли Чжао. – До начала записи программы остается ещё тридцать минут. Мы можем поговорить.

– Это… Я не думаю, что в этом есть необходимость, – Ли Чжао встал на место и даже тихо сделал шаг назад, как будто возвращаясь в мужской туалет. Это был туалет только для гостей. Персонал уважал конфиденциальность гостей и обычно сюда не приходил.

– О, – Яо Ша Ша усмехнулась. – Знаешь ли ты, что самое важное во вхождении в этот круг?

Ли Чжао молча уставился на неё, его глаза были чрезвычайно сложными. Затем он молча обхватил себя руками за грудь, как цветочница, попавшая в волчье гнездо.

– Люди должны знать, как действовать тактично, особенно молодое поколение, которое неразумно, – Яо Ша Ша приподняла вьющиеся волосы, упавшие ей на плечо. – Если ты не можешь всю свою жизнь наступать на плечи другим людям...

– Сестра Ша Ша, твой так называемый "такт" – это открыть тебе дверь посреди ночи в отеле или сотрудничать с тобой в спекуляциях? – Ли Чжао улыбнулся, как невинный ребёнок. – Тем не менее я актёр. Я не хочу продавать себя.

– Хорошо, – усмехнулся Яо Ша Ша. – Давай посмотрим, сможешь ли ты прожить всю свою жизнь с такими принципами.

Ребёнок, новичок в круге, всегда думал, что он может делать всё, что захочет, только потому, что он немного популярен. Только после того, как их избивали, они понимали трудности и правила этого круга.

– Не имеет значения, есть ли у меня принципы, – Ли Чжао улыбнулся. – Если что-то случится, я могу пойти домой и открыть ресторан с лапшой.

Яо Ша Ша рассмеялась. Те, кто вошёл в этот суетный мир, как мог противостоять искушению ярких звёзд?

– Поскольку ты хочешь открыть ресторанчик с лапшой, почему бы тебе не покинуть развлекательный круг прямо сейчас? – Яо Ша Ша не скрывала своей злобы по отношению к Ли Чжао. – Ты ни за что не платишь, и тебе даже не нужно ходить в университет. Почему ты должен быть горячее всех нас?

– Вероятно... – Ли Чжао улыбнулся, как будто не мог видеть неприязнь Яо Ша Ша к себе. – Всё зависит от судьбы, и люди ничего не могут с этим поделать.

Яо Ша Ша затряслась от гнева. Почему она раньше не обнаружила в команде, что Ли Чжао может так злить людей, когда разговаривает?

– Хорошо! – выражение лица Яо Ша Шао исказилось. – Сейчас ты немного популярен и сходишь с ума, не зная, кто ты. Неужели у тебя дома нет никого, кто мог бы научить тебя благодати?

Услышав слова "кто-нибудь дома", улыбка Ли Чжао исчезла.

– Да, они рано умерли и не смогли научить меня.

Яо Ша Ша потеряла дар речи.

Что это было за волнующее чувство в её груди? Это был удушающий гнев.

Стук, стук, стук.

В коридоре послышался звук кожаных ботинок, чеканящих каждый шаг. Яо Ша Ша немедленно избавилась от своего гнева и показала свою фирменную улыбку. Войдя в этот мир, радость и печаль не принадлежали ей.

– Извините, что беспокою вас, – руки Сун Юя были скрещены на груди, когда он прислонился к стене, глядя на двух людей без малейшего намёка на смущение. – Программа начала запись. Что вы оба делаете, продолжая торчать у двери в уборную?

Яо Ша Ша повернулась и пошла. Она сделала только два шага, когда внезапно повернула голову и посмотрела на Ли Чжао полными ненависти глазами. Она смогла вытерпеть это и подумала, что это то, что должна делать большая шишка. Бедный мальчик, который был не так хорош, как она, должен склониться перед ней и не делать ничего оскорбительного.

При виде этих ужасных глаз на лице Ли Чжао расцвела яркая улыбка. Иногда, чтобы справиться с врагом, требовалась только яркая улыбка, чтобы разозлить его до смерти.

Глава 14. Шум и суета

На самом деле, Яо Ша Ша действительно была убита улыбкой на лице Ли Чжао. Два года назад она использовала эти глаза, чтобы запугать новенькую актрису. С того дня актриса думала, что Яо Ша Ша отомстит. Она была так напугана, что исчезла из круга.

Она не ожидала, что этот трюк будет совершенно бесполезен в отношении Ли Чжао. Она не знала этого, но давным-давно Ли Чжао видел более ужасные и жестокие глаза.

После улыбки атмосфера необъяснимо стала неловкой. Трио шло один за другим, и никто не говорил.

Они вошли за кулисы студии, и визажисты сделали макияж для трёх человек, прежде чем им рассказали об общем плане процесса программы. Режиссёр Лю рядом с ними смотрел на трёх человек, потеряв дар речи. Он беспокоился, что потеряет ещё два волоска со лба.

Атмосфера была настолько напряжённой, что кто не смог бы увидеть конфликт между ведущими героями на сцене? В прошлом он всегда подавлял Ли Чжао и поддерживал двух других. Теперь Ли Чжао был самым популярным и поддерживал накал его драмы. Он не мог позволить себе никого обидеть.

Программа, похоже, не видела ничего плохого в звёздах "Властной женщины-президента". Как только началась запись, они попросили трёх человек встать вместе, чтобы сыграть в игру.

В аудитории было много девушек, державших табличку Ли Чжао. Это был первый раз, когда он столкнулся с такими тёплыми и милыми маленькими девочками. Его сердце было счастливым, и он помахал зрителям с сияющими глазами.

На сцене раздался взрыв аплодисментов. В глазах фанатов у их ребёнка была своя аура, и его красота была в период его процветания.

Для таких артистов, как Ли Чжао, не было ничего удивительного, что программная группа даст им шанс продемонстрировать свой талант. Яо Ша Ша спела главную песню драмы, а Сун Юй играл на барабанах, делая сцену чрезвычайно оживлённой.

– Чжао Чжао, мужчина, который заставляет бесчисленное множество женщин хотеть стать властным президентом. Какой талант ты хочешь показать всем?

В зоне отдыха Яо Ша Ша презрительно улыбнулась. Ли Чжао был бедным мальчиком, который даже не мог поступить в университет. Каким талантом он мог обладать?

Ли Чжао не знал, как играть на инструментах, которые требовали много денег и энергии. Он также не разбирался в музыке профессионально. Даже его стандартный мандаринский постепенно исправлялся лишь за последние два года. Тем не менее съёмочная группа согласилась с договорённостями команды программы, и он мог только сотрудничать с рекламной работой.

Глядя в выжидающие глаза фанатов под сценой, Ли Чжао держал микрофон, стоя в центре сцены, и перекинулся несколькими словами с ведущим:

– Игра брата Суна на барабанах была такой красивой, а у сестры Ша Ша приятный голос. Я могу только стоять здесь, показывая своё уродливое лицо, и этого явно будет недостаточно.

– Не сдавайся! – фанаты под сценой закричали. – Детка, даже если ты будешь стоять на сцене, мы не будем ненавидеть тебя!

Ведущий говорил со странным выражением:

– Кто сказал это предложение? Я не ожидал, что у вас будет такая просьба. Должен ли я встретиться с ним?

Аудитория разразилась смехом.

– Людям без таланта тяжело, – Ли Чжао покачал головой и вздохнул. Он коснулся своего кармана и внезапно вытащил букет красивых цветов.

– Это странно. Почему у меня в кармане букет цветов? – Ли Чжао поклонился по-джентльменски и передал его девушке впереди, держащей световую табличку. – Держи, сестрёнка. Я желаю тебе хорошо учиться и прогрессировать каждый день.

Живая аудитория просто потеряла дар речи.

Хорошо учиться и делать успехи каждый день? Что это было за благословение?

Девушка, получившая цветы, покраснела от волнения. Что бы ни сказала Ли Чжао, она просто кивнула. Её ребёнок только что сказал ей усердно учиться. Даже если бы она была первой в своём году, она всё равно сошла бы с ума, стремясь учиться ещё лучше!

– Чжао Чжао, ты собираешься сегодня показать всем фокусы? – ведущий увидел, что Ли Чжао не забыл напомнить своим несовершеннолетним фанатам усердно учиться, и весело рассмеялся. – Если бы не твоя красивая внешность, я бы подумал, что директор школы по ошибке пришёл на нашу программу.

– Брат! Брат! Брат! Не говори так, – поспешно сказал другой ведущий. – Вас будут подозревать в дискриминации по отношению к номинальной стоимости директоров-педагогов.

– Учитель, я был неправ, – ведущий быстро поклонился в камеру и извинился. – Чтобы выразить свои извинения, я решил позволить Чжао Чжао показать кое-что ещё.

– Давай, Чжао Чжао, помоги мне с этим одолжением, – ведущий потянулся к плечу Ли Чжао. – Давай устроим им ещё одно шоу.

– Чтобы предотвратить критику со стороны директоров-педагогов, я могу только продолжать своё бесстыдное шоу.

Прислуга вынесла поднос, покрытый красным шёлком, и Ли Чжао снял красный шёлк.

– Вау, – три ведущих собрались вместе, чтобы посмотреть. – Это... флейта?

– Да, пайсяо (1), – Ли Чжао был очень хорош собой. Он выглядел как самый очаровательный ребёнок, пока смеялся. Молодой человек поднял пайсяо обеими руками. – История пайсяо в Китае насчитывает не менее тысячи лет. До сих пор первый обнаруженный пайсяо имеет трёхтысячелетнюю историю. Из-за его красивой формы древние когда-то называли его крылом феникса. К сожалению, из-за потери метода игры пайсяо в Китае все методы игры, которые мы используем сейчас, импортируются из-за рубежа. Есть много материалов для изготовления пайсяо. Этот... – Ли Чжао внимательно посмотрел. – Это должен быть горький бамбук?

Фанаты под сценой не ожидали, что их ребёнок будет играть на музыкальном инструменте и будет таким знающим. Они послушно слушали из страха пропустить хоть одно слово. Кто сказал, что наука скучна? Это было явно очень интересно. Они могли слушать десять часов.

Голос ребёнка было приятно слушать, и его поведение на сцене было приятным. Кем был этот несравненный бессмертный человек?

_____________________________

1. 排箫 (páixiāo) – пайсяо – это древний музыкальный духовой инструмент, китайский аналог флейты Пана (пан-флейты). Особенностью этого инструмента является наличие 12 бамбуковых стволов, что обеспечивает широкий диапазон звучания. При этом количество стволов может быть разным.

В зоне отдыха Яо Ша Ша усмехнулась. Запомнить эти слова заранее, должно быть, нелегко? Она была в зоне отдыха, которую не могли заметить зрители, поэтому не стеснялась показывать свои чувства.

Сун Юй тайно закатил глаза и отодвинул свой стул немного дальше от Яо Ша Ша. Он боялся, что глупость заразит его.

Ведущий удивился:

– Чжао Чжао, кажется, очень хорошо в этом разбирается. Тебя учили этому в школе?

Ли Чжао покачал головой.

– Когда я был ребёнком, обо мне заботился дедушка, который был преподавателем музыки в консерватории на пенсии. Он учил нас играть, когда приходил в нашу школу. К сожалению, я был ребёнком и всегда думал о том, чтобы побегать, поэтому я не выучил много песен.

Директор сказал им, что у людей, которым действительно нравятся музыкальные инструменты, будет свой любимый. Ли Чжао редко проводил время в игре на пайсяо, поэтому ему было стыдно говорить, что он "выучил" его.

У горько-бамбукового пайсяо был более чистый звук, чем у других материалов, но Ли Чжао не играл ни одной известной песни. Он только выдул местную народную мелодию. Звуковые эффекты этой прямой трансляции не были сравнимы с профессиональными музыкальными залами, но живая аудитория всё ещё испытывала чувство ностальгии от неизвестной мелодии.

В конце песни раздались бурные аплодисменты, особенно со стороны фанатов. Они смотрели на Ли Чжао, как родители смотрят на ребёнка, который получил полные баллы за тест. Были все виды гордости и удовлетворения.

Их ребёнок действительно был идеальным мальчиком, как с талантом, так и с внешностью.

Шоу талантов и игровая часть закончились. Наконец, пришло время для вопросов в чате. Поскольку героиня и исполнитель второй главной роли "Властной женщины-президента" оба были богатыми людьми в драме, ведущий рассказал гостям об их богатых друзьях.

Ли Чжао услышал это и, поскольку другие гости не обращали внимания, он поспешно достал свой телефон, чтобы отправить сообщение Янь Тину. Большинство его друзей были такими же бедными, как и он. Единственным, у кого были деньги, был Янь Тин.

Выслушав рассказы других гостей о местных тиранах с круизами, деревнями или вертолётами, Яо Ша Ша внезапно спросила Ли Чжао.

– Чжао Чжао, ты играл со своим мобильным телефоном, пока мы просто болтали. Почему бы тебе не поделиться с нами богатым человеком в своей жизни?

Яо Ша Ша не хотел упускать ни малейшего шанса унизить Ли Чжао.

Её агент увидел в зале зрителей и смотрел на эту сцену с зелёным лицом. Перед тем, как прийти на Xiangguo, он сказал Яо Ша Ша не создавать проблем Ли Чжао. В результате она не прислушалась к его словам. Конечно же, это была экстравагантная надежда контролировать человека, который хотел быть популярным, но не мог.

– Только что я отправлял сообщение своему богатому другу о его активах, – Ли Чжао улыбнулся, как будто он не знал, что Яо Ша Ша намеренно искал неприятностей. – Мой хороший друг – человек, чей дом был снесен, и его переселили.

– Переселённое домашнее хозяйство? – Яо Ша Ша не могла не усмехнуться. Деревенщина всегда оставалась деревенщиной. Даже человека с переселённым домом можно назвать богатым. – Есть много переселённых семей, но не все из них богаты.

– Ты права. Однако, для меня, бедного, он богатый человек, – затем Ли Чжао прочитал ответ на своё сообщение, и его настроение стало немного сложным.

Услышав его слова, Яо Ша Ша была ещё более пренебрежительной.

– И что же он ответил на твой вопрос?

– Он сказал, что у него слишком много домов и он не может четко вспомнить. Там, вероятно, один или два дома и десятки магазинов... – Ли Чжао тайно подсчитал значение в своём сердце и сглотнул.

– Только... – Яо Ша Ша хотела сказать "всего несколько домов", но не смогла вымолвить ни слова. Если бы у неё было так много домов, зачем бы ей было влезать в круг развлечений?

– Чжао Чжао, у твоего друга есть недостаток в друзьях? – ведущий обнял Ли Чжао за руку. – Я могу очень хорошо говорить и легко засыпаю.

– Недостатка нет, – Ли Чжао посмотрел на ведущего, защищаясь. – Достаточно того, что он мой друг.

– Два человека могут веселиться, но трое могут играть в карты, – ведущий всё ещё не отпускал Ли Чжао.

– В маджонг могут играть четыре человека, – другой ведущий подошёл и схватил Ли Чжао за другую руку. – Чем больше людей, тем веселее. Я бы хотел предложить твоему другу подумать об этом.

Глаза Яо Ша Ша покраснели от зависти, когда она смотрела на Ли Чжао, окруженного двумя ведущими. Она собиралась снова открыть рот, когда микрофон Сун Юй случайно задел тыльную сторону её ладони. Она знала, что Сун Юй сделал это намеренно, но она могла только улыбнуться.

У двух главных актёров-мужчин из этой команды были проблемы с мозгом. У них не было джентльменского поведения, и они сражались против неё повсюду. Что это были за люди?! Больше всего её смутила не живая запись шоу. Два дня спустя программа опубликовала несколько интересных моментов на своём официальном сайте Weibo.

В неё вошла сцена, где она рассказывает о своём богатом друге. Подруга, которую она упомянула, переслала сообщение, сказав, что они только немного общались с госпожой Яо. Это заставило бесчисленное количество людей в Интернете насмехаться и высмеивать её. Женщина позвонила своей подруге и обнаружила, что её номер телефона был затемнён.

Она утверждала, что была подругой богатого тирана, и в результате богатый тиран её совсем не знал. Это была сцена, когда Яо Ша Ша трагически не смогла удержать бедро. Хуже всего было то, что национальная аудитория знала, что она не смогла удержать бедро.

Этот фарс означал, что программа загорелась до выхода эпизода в эфир. Многие люди, которые даже не смотрели "Властную женщину-президента", начали с нетерпением ждать этой программы. Поедание дынь всегда было самым большим хобби скучающих пользователей Сети.

* * *

В день, когда транслировалась программа, господин Янь Тин, богатый переехавший дом с двумя зданиями и десятками магазинов, сидел в популярном ночном ресторанчике барбекю, проводя свою первую дружескую встречу с агентом Ли Чжао.

Люди за дверью, мужчины и женщины, пьющие в ресторане, горящий огонь, который время от времени вырывается из сковороды, переплетаясь с живой симфонией ночного рынка, ревели в ухе Янь Тина.

Это был мир, в который он никогда не ступал.

– Я попросил босса сделать его менее острым и с меньшим количеством перца, – Ян Тину был вручён шампур с ароматными креветками на гриле. – Его ингредиенты очень свежие, и ты можешь есть его спокойно. Хочешь попробовать?

Молодой человек, одетый в чёрную футболку и кепку, смотрел на него с улыбкой. Узор на его кепке был ярко-красным.

Шумный мир, казалось, снова успокоился.

Глава 15. Мошенник?

– В чём дело? – Ли Чжао увидел, что Янь Тин смотрит на него, но не взял креветки на гриле и не заговорил. Ли Чжао недоверчиво коснулся своего лица: – У меня что, что-то странное на лице?

– Да, – Янь Тин взял жареные креветки и отвёл взгляд.

– Что это? – Ли Чжао коснулся своего лица, а также достал свой мобильный телефон, чтобы взглянуть. Там явно ничего не было. – Тин Тин, я не ожидал, что у тебя такие густые брови и большие глаза (1). Ты даже будешь обманывать людей.

Янь Тин склонил голову и съел креветку, не сказав ни слова.

– Всё дело в твоей красоте, – Чжан Сяо Юань ударил Ли Чжао по лбу и поднял напиток. – Господин Янь, мы впервые встретились. Чжао Чжао напомнил мне об этом перед тем, как я пришёл, что я не могу позволить Вам пить. Поэтому я дам Вам этот напиток вместо вина. У этого ребёнка прямой и простой ум. Если он оскорбит Вас в будущем, пожалуйста, потерпите это.

Янь Тин поднял чашку травяного чая, которая стоила несколько юаней, и чокнулся ею со стаканом Чжан Сяо Юаня.

– Ли Чжао очень хороший.

Чжан Сяо Юань рассмеялся.

– Я мог бы быть его агентом, но я также воспитал его так, как будто он мой младший брат. К сожалению, он не получил никакой известности за последние несколько лет. Если Вам что-нибудь понадобится в будущем, просто скажите мне, и я помогу, если это возможно.

– Спасибо, – травяной чай был немного сладковатым, и Янь Тин сделал небольшой глоток.

– Поскольку здесь только мы, не беспокойтесь о вежливости, – Чжан Сяо Юань отложил свой травяной чай и потёр руки. – Тогда мы… начнём.

В тот момент, когда он закончил говорить, волосы на висках Янь Тина зашевелились. Это было из-за ветерка, созданного, когда Ли Чжао протянул руку. В мгновение ока шашлык из креветок и баранины, поджаренный на гриле и дожидающийся их на блюде, уже перелетел в руку Ли Чжао. Ли Чжао держал креветку в левой руке, а шашлык из баранины – в правой. Он с гордостью посмотрел на пустые руки Чжан Сяо Юаня. – Я знал, что ты обязательно это сделаешь, и был готов к этому.

– Янь Тин, давай, – Ли Чжао положил свою добычу в одноразовую коробку перед Янь Тином. – Мы оба будем есть медленно.

– Я больше не твой любимый брат? – печальный Чжан Сяо Юань взял последнее блюдо, запечённые картофельные чипсы и повернулся, чтобы помахать боссу. – Босс, ещё два шашлыка из баранины и два свиных.

– Хорошо! – в холодную зиму владелец ресторанчика был занят и потел. Он повернулся к компании Ли Чжао и улыбнулся им, умело выкладывая ингредиенты на гриль.

– Ещё десять с креветками, десять шампуров с грибами эноки и один с острыми креветками, – Ли Чжао прошептал Янь Тину: – Что ещё ты хочешь съесть.

Янь Тин на мгновение замолчал.

– Ты главный.

– Тогда давай возьмём ещё десять свиных шашлыков, – Ли Чжао ударил Чжан Сяо Юань по руке, которая тянулась к тарелке Янь Тина. – Говорю тебе, свиные шашлыки от босса просто необходимы. Они не жирные и ароматные.

Посетители в переполненном ресторанчике громко разговаривали, но не мешали друг другу, создавая удивительную гармонию. Как только начальница доставки вернулась, она взяла пульт дистанционного управления из шкафа, включила телевизор и поспешно повернулась, чтобы помочь своему мужу.

Было неизвестно, сколько лет было этому телевизору. Он продолжал трястись, пока, наконец, не появилась чёткая картинка. Так получилось, что это была станция Xiangguo. Ли Чжао подсчитал время. Похоже, программа, в которой он принимал участие, будет транслироваться сегодня вечером.

– Забудь об этом, я отпущу это сегодня вечером, – Чжан Сяо Юань воспользовался тем, что Ли Чжао не обращал внимания, чтобы украсть два шашлыка из говядины из миски Янь Тина, медленно поедая свою добычу. – Сегодняшнее барбекю – это празднование твоего первого участия в известной телепрограмме.

Ли Чжао заявил:

– Однако сегодня я плачу.

– Не имеет значения, кто платит, главное – сердце, – Чжан Сяо Юань поднял запястье и посмотрел на время. – Программа начнётся через две минуты.

Услышав слова Чжан Сяо Юаня, даже Янь Тин отложил еду из своей руки и повернулся, чтобы посмотреть на старый телевизор, висящий на стене. В этом шумном ресторанчике никто не интересовался телевизионным вещанием, кроме них троих.

На запись программы ушло три или четыре часа, а на воспроизведение ушло всего несколько десятков минут. Ли Чжао чувствовал, что у него не было чувства разнообразия, но эффект редактирования был очень хорошим. Во время выступления его игры на пайсяо команда программы также поставила несколько сцен, в которых у взволнованной аудитории были красные глаза. Он молча подумал, что команда программы, должно быть, потратила деньги на аудиторию с актёрским мастерством.

Программа длилась десятки минут, перемежаясь рекламой дольше, чем программа. Трое людей не спешили уходить. Они ели барбекю, одновременно смотря телевизор. Игровая часть была снята первой, но она была размещена после шоу талантов. В программе Ли Чжао сделал три прыжка, чтобы добраться до турника, закончил двадцать подтягиваний и первым схватил игрушечный мяч.

Криков, доносящихся из телевизора, было достаточно, чтобы Чжан Сяо Юань догадалась о волнении на сцене. Он эмоционально посмотрел на Ли Чжао. Этому мальчику было двадцать лет, и он только начал показывать свои прелести. Когда он достигнет своего расцвета через несколько лет, было неизвестно, сколько девушек будут очарованы им.

– Дай мне посмотреть на это цветущее лицо. Какая девушка получит это позже? – Чжан Сяо Юань поднял тост за Ли Чжао. – Давайте, выпьем за будущую девушку Ли Чжао.

_________________________

1. 浓眉大眼 (nóngméi dàyǎn) – литературный перевод – густые брови и большие глаза – это описание для человека, имеющего благочестивый вид.

Янь Тин потянулся к травяному чайнику и не присоединился к тосту. Его глаза были прикованы к экрану телевизора. Молодой человек в белой рубашке счастливо улыбнулся в камеру. Он был как маленькое солнце, которое бессмысленно излучало тепло.

Ослепительно, слишком ослепительно.

* * *

Сян Сян была преданной поклонницей этой программы. Каждую субботу она сидела на диване и ела закуски во время просмотра шоу. Это был её основной способ расслабиться каждую неделю. Она с нетерпением ждала гостей, только для того, чтобы команда программы внезапно изменила это. Она была разочарована, но всё же включила телевизор и небрежно осмотрела закуски.

Затем это невнимание исчезло, когда Сян Сян увидела лицо одного из гостей. Она долго смотрела в телевизор, пока не началась реклама. Затем девушка взволнованно вытащила свой телефон и открыла чат-группу, чтобы поделиться этим красивым парнем со своими друзьями.

Сян Сян: Сёстры, приходите посмотреть на красивого мужчину. Когда вы включите Xiangguo TV, вас ждёт сюрприз!

Бин Бин: Разве ты не говорил, что группа, которая тебе понравилась, отменила запись? Несколько дней назад ты всё ещё жаловались, что этот эпизод не будет интересным. Почему ты так взволнована сегодня?

Сян Сян: Сущность человеческих существ действительно ароматна. Сёстры, я сказала вам эти слова. Как только он станет по-настоящему ароматным позже, не вините меня за то, что я не сообщила вам.

После ответа на это сообщение у Сян Сян не было времени позаботиться о своих подругах. Она воспользовалась рекламным временем, чтобы отправить сообщение в Weibo о программе.

Сян Сян: Прошу прохожих любезно сказать мне, кто этот красивый парень в белой рубашке в сегодняшнем выпуске "Существует человек с такой же профессией, как у вас". От чьей улыбки моё сердце онемело? Преклоняю колени перед моими сёстрами-подругами!

Сян Сян была активным поклонником этой программы, и её пост быстро прокомментировали.

Соль на булочке с бобовой пастой: Сестра, это моя новая коллекция. Он новичок с небольшим количеством работ. Его зовут Ли Чжао, и он недавно сыграл в драме, показанной на Green Pepper Video. Ты можешь поискать его, если тебе интересно.

Сян Сян поблагодарила сердечного пользователя Сети. Она увидела, что это конец рекламного времени, и поспешно положила трубку. Девушка пристально смотрела на телевизор, не желая пропустить ни одной сцены с этим младшим братом.

Её чат-группа подруг время от времени отправляла ей сообщения, но, к сожалению, до появления красоты всё сестринство можно было превратить в пластик.

Ли Чжао, с лёгкостью сделавший двадцать подтягиваний, был таким красивым. Ли Чжао, использующий песню на пайсяо приятную народную мелодию, был талантливым и темпераментным юношей. В более поздних частях другие гости упоминали своих богатых друзей, у которых были сумки известных брендов или частные самолёты. Как только настала очередь Ли Чжао, он упомянул о разрушенном и перемещённом доме.

Вертолёты, роскошные виллы и круизные лайнеры были слишком далеки от широкой публики, но слово "переселение" смогло мобилизовать нервы каждого. В наши дни многие молодые люди не могли купить квартиру своими силами. Они мечтали о собственном доме, который полностью принадлежал им.

Таким образом, когда они услышали, что у друзей Ли Чжао на самом деле было два здания, они искренне позавидовали. Быть богатым было не так уж и важно. Важно было то, что они ценили друга Ли Чжао. Они не знали и не задавались вопросом, где взять такого друга.

Пока завистливая аудитория смотрела, Ли Чжао по телевизору всё ещё говорил о своём друге.

– Мой друг очень хороший. Он знает, что я слишком беден, чтобы позволить себе дом, и попросил меня переехать в его дом.

– И ты переехал? – ведущий, казалось, был очень обеспокоен этим вопросом.

– Нет, – Ли Чжао с улыбкой покачал головой. – Он такой хороший. Как я могу воспользоваться им?

Услышав это, Сян Сян была очень тронута. Чем ценнее дружба, тем неохотнее человек уничтожал его. Было видно, что Ли Чжао придавал большое значение этой дружбе.

Она задумчиво взяла свой телефон и открыла группу друзей в чате. Она обнаружила, что все её сёстры были увлечены, говоря о том, какой их Чжао Чжао был действительно тёплым. Затем она закрыла чат-группу с пустым выражением лица.

Она волновалась. Эта группа собак действительно не пропустила бы симпатичного человека.

* * *

В ресторанчике барбекю Чжан Сяо Юань уставился на это содержимое глазами, полными сомнения.

– Чжао Чжао, у тебя действительно есть друг с двумя зданиями? – он знал друзей Ли Чжао, и они были бедны. Никто из них не был богат.

– Именно так, – Ли Чжао положил руку на плечо Янь Тина и гордо поднял подбородок. – Вот он.

Чжан Сяо Юань уставилась на него.

– Господин Янь, у вас действительно два здания?

Янь Тин слегка кивнул.

– Да.

В тот момент, когда Янь Тин кивнул, он больше не был человеком в глазах Чжан Сяо Юаня. Вместо этого он был золотым сокровищем, которое соблазнительно сияло.

– Я сыт, – Ли Чжао потёр живот и снял кепку. – Пойдёмте домой.

Чувства Чжан Сяо Юаня всё ещё не вернулись. Он последовал за Ли Чжао и Янь Тином и подождал, пока чёрная машина не припарковалась перед ними, прежде чем вспомнил, что ему нужно кое-что сделать.

– Чжао Чжао, сегодня вечером я возвращаюсь в родительский дом. Я не смогу пойти с тобой.

– Хорошо, – кивнул Ли Чжао. – Будь осторожен в пути.

– Я отвезу тебя, – ночью щёки Янь Тина казались особенно бледными, что придавало ему чрезвычайно отчуждённый вид.

Чжан Сяо Юань был ошеломлён, прежде чем улыбнуться.

– Нет, дом моих родителей недалеко, – затем он сел на свой маленький электрический скутер и уехал со скоростью молнии.

Ли Чжао отвёз машину обратно в пункт проката. Он только что поднялся по лестнице, когда тёмная тень у двери побежала к нему. Он подсознательно вытянул ноги и пнул человека. Тёмная тень врезалась в стену и издала жалобный крик.

– Не двигайся, или я вызову полицию, – Ли Чжао с опаской посмотрел на тень.

– У-учитель Ли Чжао, я Цао Цзя, помощник президента Strawberry Entertainment, – помощник ждал у двери арендованного дома Ли Чжао большую часть времени. Было нелегко ждать кого-то, только для того, чтобы его пнули, прежде чем он смог заговорить.

Разве Ли Чжао не был актёром-идолом? Как он мог бить людей, как в драме о боевых искусствах? Помощник погладил болезненное место, куда его ударили, и посмотрел на свет в коридоре, который не горел.

– Я ранее связывался с Вашим агентом, но, возможно, в разговоре было недопонимание. Таким образом, господин Сунь договорился, чтобы я приехал, чтобы обсудить с Вами все вопросы детально при личной встрече.

Ли Чжао удивлённо нахмурился.

"Теперь мошенники не обманывали онлайн? Они также делали это оффлайн?"

_________________________

Автору есть что сказать:

Ли Чжао:

– Ты думаешь, этому ребёнку три года, и его так легко обмануть?

Глава 16. Фува

Двое мужчин молча смотрели друг на друга в темноте. Цао Цзя позаимствовал слабый огонёк своего мобильного телефона, чтобы передать визитную карточку.

Ли Чжао взял визитную карточку и посмотрел на неё. В эти дни мошенники были действительно профессиональными и делали всё так, чтобы это выглядело реальным. С раннего возраста Ли Чжао понял истину. Пирог никогда не упадёт с неба.

Видя, что Ли Чжао ничего не сказал после того, как взял визитную карточку, Цао Цзя поправил очки на носу.

– Учитель Ли, наша Strawberry Entertainment участвует в телевизионных драмах, фильмах и управлении артистами. У нас много известных артистов, и у артистов лучшие команды. До тех пор, пока Вы готовы присоединиться к нашей компании, мы предоставим Вам индивидуальный план развития для Вашего будущего. Вы получите высококачественные ресурсы. Пожалуйста, внимательно рассмотрите это предложение, – он взглянул на старое арендуемое здание. – Конечно, мы также организуем жильё.

– Простите, я подумал, что Вы преступник, поэтому случайно пнул Вас. Надеюсь, Вы не пострадали, – он тайно проверил в Интернете информацию о Цао Цзя, прежде чем сделать два шага вперёд, улыбка молодого лица была восторженной. – Может, мне отвести Вас к врачу?

– Всё в порядке, – Цао Цзя стиснул зубы от боли, но не забыл сохранить улыбку. – Этот шаг учителя Ли направлен на безопасность всех жильцов здания. Вы смелый человек. Мне нужно винить самого себя за то, что я плохо подумал и побеспокоил Вас так поздно. Это моё удостоверение личности, – Цао Цзя увидел, что этот ребёнок выглядел хрупким, а его улыбка была наивной. Ребёнок, живущий один в этом старом здании, был очень бдителен и, по крайней мере, знал, как сохранить себя в безопасности. Он подумал, что Ли Чжао может ему не поверить, и протянул Ли Чжао своё удостоверение личности. – Это моё удостоверение личности. Учитель Ли, пожалуйста, поверьте, что я пришёл с искренностью.

Ли Чжао взглянул на удостоверение личности, но не взял его. Он достал свой телефон и отправил сообщение Чжан Сяо Юаню.

Удача приходит к Чжао Чжао: Брат Сяо Юань, как ты думаешь, помощник президента Strawberry Entertainment будет ждать у моей двери, чтобы подписать со мной контракт, а также хвалить меня в том, что я смелый после того, как я ударил его?

Через некоторое время Чжан Сяо Юань ответил.

Брат Сяо Юань: Иди домой и ложись спать пораньше. Ты уже грезишь наяву.

Удача приходит к Чжао Чжао: Однако есть человек по имени Цао Цзя, который утверждает, что является помощником президента Strawberry Entertainment, и он хочет подписать со мной контракт. Я посмотрел на его удостоверение личности и поискал в Интернете. Кажется, это он.

Брат Сяо Юань: Чёрт возьми? Чжао Чжао, какая удача сопутствовала тебе в последнее время?

Брат Сяо Юань: Пусть он сначала подождёт. Я приду прямо сейчас!

Брат Сяо Юань: Не дай ему убежать!

Перед Цао Цзя поставили чашку с горячим чаем, и он вежливо поблагодарил. Он посмотрел на красивого человека, сидящего на диване с невинной улыбкой. Это может заставить людей простить его за все его ошибки.

Если бы не боль, исходящая из того места, куда его ударили, Цао Цзя бы не поверил, что другой человек может прижать взрослого мужчину к стене.

– Учитель Ли в очень хорошей форме. Вы практиковались раньше?

Ли Чжао вспомнил свой боевой опыт, который накопился за эти годы.

– Систематического обучения не проходил, но у меня есть некоторый практический опыт.

– А? – Цао Цзя, возможно, был стар и не понимал, что сейчас имеют в виду молодые люди. Конечно, это не было в центре внимания. Он пришёл по приказу босса и не стал бы связываться с такими мелочами.

– Учитель Ли в настоящее время участвует в интернет-драме, и Вы нравитесь многим людям в нашей компании. Больше всего мне нравятся сцены, когда Вы стесняетесь своих коллег или прячетесь под карнизом от дождя, – Цао Цзя поднял чай, который налил ему Ли Чжао, и сделал глоток. – Компания инвестировала в несколько дорам, и есть роль, очень подходящая для Вас. Учитель Ли, если Вам интересно, я отправлю сценарий Вам по электронной почте.

Ли Чжао снова подлил Цао Цзя немного чая.

– Тем не менее мы не подписали контракт.

– Даже если Вы не подпишете контракт, это не повлияет на признательность президента Суня учителю Ли. До тех пор, пока Вы готовы согласиться, эта роль Ваша.

Ли Чжао ошеломлённо молчал.

Существовала ли в мире такая хорошая вещь? Почему он не сталкивался с подобными ситуациями раньше? Казалось, всё началось с его встречи с Янь Тином.

* * *

В тихой машине мобильный телефон, лежащий на сиденье, внезапно слабо засветился. Бледная рука подняла телефон и разблокировала его.

Удача приходит к Чжао Чжао: Тин Тин, ты действительно кои, посланный Богом, чтобы спасти меня!!!!!!

Вся строка восклицательных знаков прекрасно выражала внутреннее волнение Ли Чжао. Свет на экране исчез. Как только стало совсем темно, белые пальцы коснулись его, и индикатор телефона снова загорелся.

Удача приходит к Чжао Чжао: Спасибо тебе, Боже, спасибо тебе, судьба, за то, что позволил мне встретиться с этим хорошим братом.

Хороший брат?

Экран мобильного телефона становился то тёмным, то ярким, то тёмным, то ярким. Янь Тин не ответил на эти два сообщения. Как только его рука снова коснулась экрана, машина резко затормозила. Мобильный телефон упал и отлетел в щель под переднее сиденье.

– Сюй Янь Тин! – растрёпанная женщина бросилась на машину, дико избивая лобовое стекло. – Сюй Янь Тин, ты немедленно выйдешь из машины!

_________________________

1. 福娃 (fúwá) – Фува или дети удачи.

Женщина выглядела измождённой. Её глаза были опухшими и полными ненависти. Она продолжала бить, как будто не чувствовала боли, но лобовое стекло было совершенно непоколебимым.

– Г-господин? – водитель сглотнул и испуганно повернул голову, чтобы посмотреть на Янь Тина.

Мужчина в костюме открыл окно, как будто для того, чтобы послушать её ругань. Однако, что бы ни говорила другая сторона, он оставался спокойным, как будто крики и проклятия женщины не имели к нему никакого отношения.

– Сюй Янь Тин, ты безумец, ты животное! – женщина, ругаясь, лежала на капоте и плакала. – Что, чёрт возьми, ты готов принять?

Янь Тин молчал, опустив голову, пока пытался найти свой мобильный телефон.

– Я знала, что ты бешеный зверь. Я не должна была тебя отпускать! – женщина быстро подбежала к окну, положила руки на окно и злобно уставилась на Янь Тина, желая разорвать его на куски мяса. – Как получилось, что ты не мёртв? Ты должен быть мёртв!

– Отпусти, – Янь Тин равнодушно уставился на женскую руку на окне.

– Сюй Янь Тин, такие люди, как ты, не должны рождаться в этом мире! Ты монстр, зло! – женщина пыталась дотянуться до него из окна, чтобы поцарапать человека в машине.

Янь Тин надел белые перчатки и бесцеремонно вывернул ей запястье, отталкивая её. Он слушал болезненные крики женщины, когда отпустил руку и снял перчатки.

– Тётя, у тебя нет последнего слова в моей жизни и смерти.

Женщина со слезами на глазах сидела на земле, в неё бросили пару белых перчаток. Она подняла голову и посмотрела на бледное, бессердечное лицо за окном.

– Тётя, ты забыла, что когда мне было шесть лет, ты столкнула меня в бассейн? Холодная и леденящая кровь вода не утопила меня. Какая польза от нескольких проклятий? – голос Янь Тина был почти нежным, как будто он мило беседовал с женщиной. – Пруд всё ещё там. Тётя, хочешь посмотреть?

Женщина мгновенно побледнела.

– Ты помнишь это?

Янь Тин ничего не говорил, его глаза были спокойны, как озеро, когда мужчина спокойно наблюдал за ней. Женщина боялась этой пары глаз. Они были слишком спокойны и даже не тряслись перед лицом жизни и смерти. Это был безумец, безумец, как и его мать. Семья Сюй, которая просуществовала почти сто лет, рано или поздно будет уничтожена его собственными руками.

– Неважно, как сильно ты ненавидишь семью Сюй, кровь Сюй всё ещё течёт в твоих венах, – женщина, спотыкаясь, поднялась с земли. – Твоё отрицание и твой отказ – это просто прикрытие. Если ты не умрёшь, ты никогда не сможешь избежать крови Сюй.

– Ты часто говорила, что моя мать была сумасшедшей, – веки Янь Тина опустились. – Кто сумасшедший? Если я сумасшедший, – он посмотрел на грубую женщину. – То это из-за грязных генов Сюй.

Женщина громко рассмеялась, её смех был более уродливым, чем плач.

– Поскольку гены семьи Сюй грязные, почему ты не умрёшь? Пока ты жив, ты грязный. Ты не сможешь избавиться от метки своих генов! Так почему ты не умираешь? Почему ты не умираешь?! – женщина снова обезумела, начав лупить руками в окно машины. – Ты должен отправиться к чёрту!

Тётя и племянник были отделены друг от друга дверью машины. За пределами роскошной и холодной семьи не было семейного тепла. Только безразличие и ненависть.

Поднялся ночной ветер, холодный ветер проник в машину и без разбора лизнул бледные щёки Янь Тина.

– Тётя, уже поздняя ночь, – Янь Тин был равнодушен к проклятиям женщины. – Если ты действительно беспокоишься о своём муже, ты можешь пойти и сопровождать его, – выражение его лица было очень серьёзным, как будто молодой человек действительно обдумывал это. – Муж и жена неохотно расстаются. Я могу это понять.

Ругань женщины резко оборвалась, и она поняла, что Янь Тин говорит серьёзно.

– Поскольку ты не говоришь, я буду считать это согласием по умолчанию... – слова Янь Тина ещё не закончились, когда зазвонил телефон, нарушив тяжесть воздуха.

Женщина вздохнула с облегчением, когда сделала шаг назад, едва удерживаясь на ногах. Янь Тин не интересовался её смущающим внешним видом. Он нажал кнопку "Принять", и раздался весёлый голос.

– Тин Тин, у меня есть для тебя хорошие новости. Угадай, что?!

– Ты выиграл в лотерею? – Янь Тин прислонился к окну, посмотрел на женщину с опухшими глазами и закрыл окно. Он жестом приказал водителю въехать в ворота.

– Подумай ещё раз, подумай ещё раз, угадай в большем направлении, – Ли Чжао счастливо катался по своей кровати.

– Ты получил новый сценарий?

– Нет, это не то, – смех Ли Чжао донёсся из его мобильного телефона вместе с глухим стуком. Затем голос Ли Чжао продолжил вещать по телефону: – Я так счастливо переворачивался, что упал с кровати. Я говорю тебе, человек, который утверждал, что он из Strawberry Entertainment, не лгал, – Ли Чжао лежал на мягкой подушке и рассказывал о процессе заключения контракта с Strawberry Entertainment. – Кроме того, срок действия контракта составляет целых три года. Я столкнулся с такой хорошей вещью.

– Золото всегда сияет, – машина остановилась в гараже. Янь Тин не слезал, когда он прислонился к сиденью и поболтал с Ли Чжао. – Большая компания, предлагающая так много льготных условий для подписания с тобой контракта, означает, что ты достаточно хорош, чтобы привлечь их внимание.

– С каких это пор в мире развлечений стало не хватать хороших людей? – Ли Чжао рассмеялся. – Должно быть, мне повезло, – Ли Чжао придержал подушку и сел. – Тин Тин, ты, должно быть, был Фува в своей прошлой жизни. Иначе, как ты можешь принести мне столько удачи?

Янь Тин долго смотрел на огни и молчал. Прошло некоторое время, прежде чем он произнёс:

– Дети не должны быть суеверными.

__________________________

Автору есть что сказать:

Ли Чжао, с восторгом в голосе:

– Встреча с тобой – моя удача. Тин Тин – лучший Тин Тин в мире!

Глава 17. Напыщенный

– Как это можно назвать суеверием? Существует научная теория о таинственном магнитном поле между людьми. Как только люди с одинаковым магнитным полем встретятся, их магнитное поле резко изменится и повлияет на окружающих их людей. Люди, которые ненавидят человека, постепенно полюбят его, в то время как люди, которые ценят его, станут более благодарными, – Ли Чжао торжественно передал псевдонауку Янь Тину. – Ты не думаешь, что мне повезло с тех пор, как я встретил тебя?

– Правда? – Янь Тин открыл дверь и спустил свои длинные ноги. Он глазами показал телохранителю, чтобы тот не следовал за ним.

– Конечно, – Ли Чжао зевнул. – Новая компания организовала для меня эпизодическую роль в одной картине. Мне нужно уехать на несколько дней, и я привезу тебе сувенир.

– Как долго тебя не будет?

– Сцен не так много, так что это должно занять около недели, – Ли Чжао небрежно просмотрел сценарий, который дал ему Цао Цзя. – Я уеду завтра и приглашу тебя на ужин, когда вернусь.

– Хорошо, – Янь Тин пересёк сад роскошной виллы и прошёл мимо фонтана. В фонтане послышался звук падающей воды, и вода заискрилась, отражая осколки холодной луны. – Обращай внимание на свою безопасность, когда выходишь на улицу.

Дверь в главное здание бесшумно открылась. Управляющий и слуги склонили головы. Они были тихими и совершенными, как будто являлись украшением этого роскошного особняка.

– Добро пожаловать...

Янь Тин слегка поднял руку, и управляющий замолчал на полуслове.

– Есть ли кто-то ещё на твоей стороне? – Ли Чжао, казалось, слышал голос другого человека в динамике телефона.

– Это просто человек, помогающий мне по хозяйству, – внутри было тепло. Янь Тин стоял у двери и не переступал её.

Он слушал болтовню ребёнка почти двадцать минут, пока другая сторона не сказала:

– Хорошего сна, мы поговорим в следующий раз, – затем Ли Чжао повесил трубку.

Янь Тин вошёл в дверь и мог слышать эхо каждого своего шага, пока неторопливо двигался по холлу. Управляющий помог ему снять толстое пальто и снова молча удалился. В доме, наконец, воцарилась настоящая тишина.

* * *

После беседы с Янь Тином Ли Чжао хорошо выспался. На следующее утро он сел на самолёт, чтобы отправиться в другое место. Это был первый раз, когда он летел первым классом, и настроение молодого человека было немного взволнованным. Он тайно достал свой телефон и сделал снимок.

– Учитель Ли, – помощник, которого организовала Strawberry Entertainment, сидел рядом с ним. Он увидел, как Ли Чжао играет со своим телефоном, и осторожно спросил: – Перед выходом компания отправила мне информацию о команде. Вам нужно, чтобы я представил подробный отчёт?

Он увидел, как Ли Чжао уставился на него большими глазами, и внезапно занервничал ещё больше.

– Я… Е-если Вам это неудобно, может, поговорим позже?

Он был лично организован помощником президента Суня, Цао Цзя. Помощник Цао специально сказал ему, что он должен хорошо заботиться о Ли Чжао и не мог позволить, чтобы с ним поступили несправедливо. Если случилось что-то плохое, необходимо было сообщить об этом Цао Цзя напрямую, чтобы он мог с этим разобраться в кратчайшие сроки.

Это был первый раз, когда ассистент видел, как помощник президента так серьёзно относится к артисту, поэтому он не мог не нервничать. В круге были тысячи странных артистов, которым было трудно служить. Он боялся, что Ли Чжао будет необычным.

Ли Чжао посмотрел на помощника, который уже начал нервничать.

– Всё остальное удобно, но... – Ли Чжао на мгновение остановился. – Я не думаю, что быть названным Учителем Ли – это очень хорошо. Можем ли мы изменить обращение?

– Старший брат Ли?

– Я моложе тебя.

– Чжао… Чжао Чжао?

– Хорошо, это хорошее имя, – Ли Чжао кивнул. – Пойдём, Да Кэ, теперь мы можем обсудить рабочие вопросы.

Помощник ошеломлённо моргнул

Он не был Да Кэ, он был Кэ Да (1).

– Имя Да Кэ, оно красивое, – хороший помощник должен вдумчиво относиться к работодателю. Имя было звучным, приятным на слух и легко запоминающимся.

Конечно же, как только он произнёс эти слова, актёр, чьё прошлое было неизвестно, но которого высоко ценили руководители компании, показал дружелюбную и невинную улыбку. Видя невинную улыбку другого человека, ассистент не мог не волноваться. Этот ребёнок выглядел слишком простодушным. Этот тип личности легко переносил потери в круге. Ему приходилось много работать, иначе как он мог сохранить высокую зарплату компании?

* * *

Как только самолёт взлетел, Ли Чжао переключил свой телефон в режим полёта. Он не знал, что после трансляции шоу выяснилось, что Яо Ша Ша не только синхронно пела во время шоу талантов, но и закатывала глаза в зоне отдыха, когда Ли Чжао играл на пайсяо.

Во время выступлений гостей камера время от времени поворачивалась к остальным гостям. Было неизвестно, сделала ли программа это случайно или они намеренно хотели создать горячую тему, но сцена, где Яо Ша Ша закатила глаза, была оставлена в итоговом варианте шоу.

– Вы обнаружили, что, когда Чжао Чжао болтал о своём друге, Яо Ша Ша явно смотрела на Чжао Чжао свысока.

– Женщина, которая не смогла удержать бедро, смотрит на Чжао Чжао сверху вниз. Кто не хочет знать о владельце двух зданий в сносимой части города? На какой зелёный лук Яо Шаша может смотреть с таким невыразимым презрением?

– Человек, который утверждал, что знает местного тирана, Яо Ша Ша имеет несколько связей и, естественно, отличается от нашего бедного Чжао Чжао.

Первоначально, поклонники оригинального шоу с участием главных героев женского и мужского пола пристально следили за телешоу, и они, естественно, увидели это и не могли принять подобное. Они побежали к случайному ролику со станции Xiangguo и обвинили их в преднамеренном провоцировании конфликта.

К сожалению, Xiangguo зарыли свои головы в песок. Они получили более десяти тысяч комментариев, проклинающих их от поклонников популярных артистов, и никогда не выходили, чтобы объясниться. Они не сделали бы этого для поклонников горячей онлайн-драмы.

Этот вопрос взорвался, и самой обеспокоенной была Яо Ша Ша. К сожалению, её агенту не удалось убедить персонал Xiangguo или связаться с агентом Ли Чжао.

___________________________

1. Здесь на самом деле присутствует больше, чем просто перестановка местами частей имени. Ли Чжао обращается к ассистенту Да Кэ (大可), что может быть в равной степени как Большой Кэ, так и прозвище "Абсолютная Возможность". Имя же ассистента Кэ Да (柯达), что является названием известной марки (Кодак), а также можно перевести как "высокая ветка". При этом иероглифы имеют сходное звучание Да – 大 и 达; и Кэ – 可 и 柯.

– Что делать? – Яо Ша Ша в панике посмотрела на своего агента. Агент молчал. Вскоре после этого он получил сообщение от друга, работающего в Strawberry Entertainment.

Прочитав содержание сообщения, он вздохнул и посмотрел на Яо Ша Ша, говоря сдержанным тоном.

– Не торопись. До того, как властная женщина-президент закончит эфир, у тебя не будет особых проблем.

Даже если бы сторона Ли Чжао не хотела помогать Яо Ша Ша, по крайней мере, они не стали бы сыпать соль на раны.

– Что насчёт того времени, которое наступит после трансляции? – Яо Ша Ша почувствовала что-то неправильное в словах агента.

– В последнее время ты очень устала от рекламной работы для властной женщины-президента. На этот раз хорошо отдохни дома, – агент встал и убрал свой ноутбук. – Компания организует для тебя работу позже.

– Через сколько времени после? – Яо Ша Ша закричала. – Я получила некоторую популярность. Как долго вы собираетесь заставлять мне ждать?

Агент проигнорировал её крики и направился к двери. Он оглянулся на потерянную Яо Ша Шао.

– В течение этого периода твой публичный аккаунт будет передан компании. Надеюсь, ты хорошо отдохнёшь. Если что-то случится, только ликвидированные убытки могут отрезвить тебя.

– Компания хочет меня спрятать? – Яо Ша Ша не смела в это поверить. – Почему?

– Ша Ша, когда ты впервые вошла в круг, я сказал тебе, что ты не должна показывать свою уродливую сторону, даже если ты не можешь быть в хороших отношениях с другими, – агент немного молчал. – Ради наших многолетних рабочих отношений я хотел бы спросить тебя, сожалеешь ли ты о том, что издевалась над этими маленькими новичками?

– Этот круг посвящён выживанию наиболее приспособленных. Сожалеть не о чем.

– В таком случае, и впредь не жалей об этом.

Дверь открылась и закрылась. Агент не только закрывал дверь, но и будущую славу Яо Ша Ша.

* * *

Ли Чжао присоединился в качестве приглашённого актёра и получил тёплый приём от всей съёмочной группы. Режиссёр даже организовал для него гримёрную.

Во время теста на макияж визажист продолжал хвастаться тем, как хорошо выглядел Ли Чжао. Он сказал, что если бы он раньше встречал такое идеальное лицо, то был бы готов потерять деньги, чтобы поработать над ним. Губы Ли Чжао дрогнули, и он не сказал визажисту, что восемь месяцев назад он сыграл восьмую мужскую роль в драме о боевых искусствах. Этот человек был лидером команды гримёров, но даже не взглянул на Ли Чжао.

Увы, не всем было легко есть. Не было недостатка в этой преувеличенной похвале.

Макияж был сделан, и было сделано несколько рекламных фотографий. Режиссёр любезно и мягко рассказал Ли Чжао о сценах и терпеливо объяснил молодому человеку суть работы:

– Эта роль – несколько самовлюблённый красавец. Я не смог найти подходящего актёра, поэтому я почти удалил эту роль. К счастью, ты пришёл, чтобы спасти её. Не слишком во время съёмочного процесса. Ты хорошо выглядишь и будешь хорошо выглядеть на съёмках. Это будет несколько тяжело, когда ты будешь висеть на проводах, но тебе не нужно беспокоиться об этом. У нас здесь есть дублёры, – режиссёр пригласил дублёра. – Посмотри на своего двойника. Если ты не удовлетворён, мы найдём более подходящую замену.

– Нет, я сделаю это сам, – Ли Чжао было немного не по себе от внимания режиссёра. Он быстро взял сценарий и прочитал строки.

– Чжао Чжао, тебе не нужно так нервничать, – помощник Да Кэ подошёл и прошептал ему на ухо. – Наша компания является основным инвестором этой драмы. Независимо от того, какие у тебя будут потребности, они не посмеют отказать.

Ли Чжао ошеломлённо моргнул.

Он несколько сожалел о подписании контракта с Strawberry Entertainment, потому что подозревал, что в компании плохая атмосфера. Они не советовали актёрам практиковаться в актёрской игре и даже активно убеждали своих собственных артистов запугивать людей.

Неудивительно, почему визажист и съёмочная группа так преувеличенно заискивали перед ним. Изначально они поддались власти денег.

– Просто сказать несколько строк. Сцен не так много, и снимать их не сложно, – Ли Чжао отверг предложение ассистента. – Как эффект дублёра может сравниться с моим собственным?

– Однако здесь слишком холодно, а твой костюм слишком тонкий. Я боюсь, что ты этого не вынесешь, – Да Кэ усердно работал, чтобы убедить этого человека. – Почему бы мне не позволить режиссёру перенести твои сцены в помещение, чтобы можно было использовать зелёный экран.

– Я в порядке, – Ли Чжао похлопал Да Кэ по плечу и серьёзно заговорил: – Твой образ мышления не очень хорош. Я принял оплату за этот фильм и должен работать.

Да Кэ ошеломлённо молчал.

Как актёр, которого ценил президент, правильно ли было с его стороны вести себя так просто?

– Учитель Ли, это Ваша сцена.

Полчаса спустя Да Кэ держал куртку Ли Чжао и наблюдал, как молодой человек сражался с главным героем, держа в руках веер. Каждое действие могло заставить девушек кричать, и Да Кэ серьёзно сомневался в своём понимании жизни.

Действительно ли высшему руководству компании понравились номинальная стоимость и энергия Ли Чжао?

Ли Чжао описал веером большой круг и мягко взмахнул им в воздухе.

– Посторонние хвалят, говоря, что внешность и навыки Линь гунцзы (1) выдающиеся, но это всё. Я так и знал, – он убрал бумажный веер, и его воздушное одеяние слегка пошевелилось. – Как может быть мужчина красивее меня?

В тот момент, когда сцена закончилась, и прежде, чем зрители смогли отреагировать, благородный молодой человек схватил куртку, протянутую его помощником, и плотно завернулся в неё, так что была видна только половина его лица.

– Да, это то самое чувство, – режиссёр хлопнул в ладоши из-за монитора. – Учитель Ли молод, но твоя игра превосходна. Тем не менее я хотел бы подумать о том, чтобы сделать съёмку дальнего плана. Мог бы ты рассмотреть это...

– Нет проблем, – Ли Чжао принял имбирный чай, который был передан ассистентом. – Я сделаю всё возможное, чтобы сотрудничать с командой.

Режиссёр услышал такой ответ и продолжал ещё некоторое время расхваливать его.

– Чжао Чжао, видишь? – Да Кэ прошептал на ухо Ли Чжао. – Это сила денег.

– Да Кэ, почему я чувствую, что ты теперь плохой придворный евнух, сообщающий ложные обвинения неспособному правителю?

Да Кэ подавился собственными словами.

Как ассистенту, который отчаянно хотел похвалить компанию перед новым артистом, разве это не должно быть проще?

___________________________

1. 公子 (gōngzǐ) – гунцзы – может быть как обращением, так и самообращением, которое переводится как молодой господин. Обычно используется сыновьями благородных фамилий или важных чиновников. В зависимости от династии это может быть обращение ко всем сыновьям благородного дома или только к тем, кто было рождён главной женой.

Глава 18. Забираю тебя с работы

Прошло несколько дней с момента вступления в команду, и съёмки проходили гладко. Его помощник беспокоился о еде и жилье, в то время как съёмочная группа была дружелюбной и восторженной. Даже Чжао Ин Нань, который получил премию "Золотой цветок" и играл главную мужскую роль, специально попросил помощника подойти к Ли Чжао и сказать, что Ли Чжао может обсудить с ним вещи, если есть что-то, чего он не понимает.

Лю Фэнь, актриса, получившая премию "Летающий журавль", также лично подошла к Ли Чжао и похвалила его.

– Учитель Ли, ты в центре внимания этой сцены. Тебе необходимо показать естественную элегантность и красоту персонажа. Камера переместится сюда и снимет крупный план твоих глаз. Давай посмотрим, сможем ли мы сделать хороший дубль до самого конца. Конечно, это не имеет значения, если ты не сможешь этого сделать. Эта сцена очень сложная. Многие люди, которые были в круге в течение нескольких лет, не могут этого сделать с первых кадров, – режиссёр объяснил Ли Чжао нюансы сцены. – Давай сначала попробуем сделать парочку. Если это не сработает, мы можем изменить план съёмок.

– Хорошо, – Ли Чжао был одет в вышитую одежду, нефритовый гуань (1) и вышитые вручную туфли. Подул холодный ветер, и он не мог сдержать дрожь. Сотрудник, находившийся поблизости, увидел это и вложил в руку Ли Чжао грелку для рук.

Перед началом съёмок Ли Чжао подвесили на проводах. Режиссёр последовал за ним, держа рупор, и крикнул:

– Учитель Ли, теперь ты должен показать то чувство элегантности, которое будет буквально литься с экрана. Твоя поза должна быть красивой, чтобы, когда женская аудитория увидела тебя, ни одна из них не смогла сдержать учащённого сердцебиения. Мы хотим такого чувства, ты понимаешь?

Самое большое значение роли Ли Чжао заключалось в том, чтобы понравиться группе зрителей. На самом деле у него была другая личность, которая была самым большим злодеем фильма. Однако это только подразумевалось в сценарии, и ничто прямо не указывало на это до конца.

Ли Чжао моргнул.

По правде говоря, он не совсем понял. Однако он уже был подвешен на проводах под порывами пронизывающего до костей холодного ветра. Он мог только попытаться понять. Молодой человек снимал несколько дублей подряд, прежде чем наконец уловил то чувство, которое было необходимо режиссёру. К тому времени, когда Ли Чжао спустился, он был совершенно окоченевшим. Да Кэ принёс ему немного горячего чая, и зубы Ли Чжао застучали по краю чашки, когда он сделал несколько глотков.

– Учитель Ли, эффект особенно хорош, – режиссёр прошёлся по группе Ли Чжао и похвалил Ли Чжао, прежде чем сказать: – Тем не менее нам всё ещё нужно сделать съёмку сбоку. Как ты думаешь, ты сможешь усердно работать ещё некоторое время?

Ли Чжао обнаружил, что, хотя директор говорил хорошие слова, он никогда не позволял Ли Чжао делать меньше, чем было необходимо. Он попросил визажиста подправить губы Ли Чжао и начал делать боковые кадры.

– Сестра Лю, тебе не кажется, что маленький актёр, которого подталкивает инвестор, довольно хорош? – эта актриса была той, кто сыграла вторую главную женскую роль, она также была шимэй (2) персонажа, которого играла Лю Фэнь. У них были разные внешности и пути развития, поэтому у них были хорошие отношения на протяжении многих лет.

– Как ты думаешь, он хорошо имеет хорошие актёрские способности или просто хорошо выглядит? – Лю Фэнь дала своей шимэй чашку имбирного чая. – Видно, что его выступление неподготовленное, но вокруг него есть определённая аура. В сочетании с бонусом его внешности, этого более чем достаточно для него, чтобы сыграть свою роль. В конце концов, он новый человек, которого наша компания хочет воспитать. Было бы удивительно, если бы у него совсем не было способностей.

В тот день, когда Ли Чжао пришёл в команду, высшее руководство компании специально позвонило ей и попросило Лю Фэнь позаботиться о новом человеке, когда она будет иметь свободное время.

– В кругу развлечений на такого привлекательного и симпатичного мальчика, как этот, приятно смотреть, – шимэй сделала глоток горячего чая, наблюдая за новичком через объектив. Она говорила эмоционально: – К счастью, он подписал контракт с Strawberry Entertainment. В противном случае, такое вкусное лакомство могло бы понравиться многим людям.

– О, – Лю Фэнь улыбнулась. – Человек, который может позволить руководству высокого уровня лично сказать мне позаботиться о нём. Кто посмеет возжелать его?

Её шимэй была слегка ошеломлена, прежде чем улыбнуться.

– Ты права.

Она посмотрела вниз и выпила горячий чай, отбросив свои маленькие мысли. Хорошие деньги было нелегко получить, но цена её карьеры была бы выше.

– Хорошо, эта сцена закончена, – во время их беседы Ли Чжао закончил съёмку.

– Учитель Ли, тебе осталось отснять последнюю серию сцен. Как только это будет сделано, твоя роль будет завершена, – режиссёр подтащил Ли Чжао к электрическому обогревателю и усадил на стул. – Самое главное в этой сцене – глаза. Это тот тип взгляда, который вызывает бесконечную задумчивость аудитории, а также создаёт парадокс с сюжетом. Ты понимаешь?

Ли Чжао спросил:

– Это для того, чтобы заставить аудиторию думать, что моя роль может быть настоящей чёрной рукой за кулисами? Позволить некоторым зрителям думать, что я не хотел оглядываться назад и улыбаться такими глазами?

– Правильно. Учитель Ли очень молод, но твоя способность понимать суть вещей очень сильна, – режиссёр взволнованно захлопал, держа сценарий. – Это то, что я хочу почувствовать.

Будучи зрелым режиссёром, он не оказал особого сопротивления, когда узнал, что инвестор хочет позволить новому актёру получить роль в съёмочной группе. В любом случае, это была незначительная роль, которая не имела особенного значения. По крайней мере, молодой человек, которого принудительно вставили, был симпатичным.

__________________________

1. 冠 (guān) – гуань – является общим термином, который относится к типу головных уборов в сочетании с ханьфу, покрывающие небольшую область верхней части головы, а не всю голову. Гуань, как правило, был официальной формой головного убора, который носили вместе с соответствующей придворной одеждой. Существовали законы на роскошь, которые регулировали ношение гуаня; однако эти законы не были фиксированными; и, таким образом, они могли отличаться от династии к династии. Существовали различные формы и типы гуаней.

2. 师妹 (shīmèi) – шимэй – дословно можно перевести как "сестрёнка-наставница", это обращение к младшей по возрасту дочери учителя или соученице.

Однако проходили дни, и у него сложилось несколько благоприятное впечатление о Ли Чжао. Вероятно, это было из-за его низких ожиданий, но режиссёр обнаружил, что другой человек был намного лучше, чем его собственное воображение. Было неизбежно, что режиссёр почувствовал некоторую доброжелательность. Первоначально режиссёр собирался отменить эту съёмку крупного плана с акцентом на глазах, потому что новый актёр не смог бы передать то чувство, которое он хотел. Теперь же он хотел попробовать.

Если бы это можно было сделать, это стало бы изюминкой фильма. Если нет, это не остановило бы весь фильм.

– Тогда ты должен сначала найти это чувство. Через полчаса мы официально начнем съёмки, хорошо?

Ли Чжао кивнул. Он был завёрнут в тёплую одежду, когда сидел один в углу, чтобы найти это чувство. Да Кэ не осмелился беспокоить Ли Чжао, когда он подбежал, чтобы поставить электрический обогреватель у ног Ли Чжао. Закончив с этим делом, ассистент предпочёл скрыться и не мешать.

После столь долгих съёмок у Ли Чжао в голове сложился полный образ роли. Таким образом, он, вероятно, мог понять чувство, в котором нуждался режиссёр.

Было сказано, что глаза – это зеркало души. На самом деле, большой экран предъявлял более высокие требования к глазам и взгляду в них. Каким бы красивым ни был актёр, если бы в глазах не было чувств, их красота была бы значительно уменьшена, и они были бы безжалостно высмеяны зрителями.

Как только Ли Чжао был готов отдать свой телефон своему помощнику и начать съёмку, телефон внезапно зазвонил. Идентификатор вызывающего абонента был странным номером. Он отклонил это дважды подряд, но другая сторона продолжала звонить.

Ли Чжао нахмурился и принял вызов. Из телефона донёсся голос Яо Ша Ша. Прошло несколько дней с тех пор, как они виделись, и голос Яо Ша Ша был странным. Ли Чжао несколько минут слушал её безумную болтовню, прежде чем медленно произнести:

– Сестра Ша Ша, я просто новый актёр. Я не могу тебе помочь.

– Только ты можешь мне помочь, Ли Чжао...

– Сестра Ша Ша, – Ли Чжао прервал её. – Ты мне слишком льстишь. Мне жаль, но я ничего не могу сделать.

Он повесил трубку и поднял глаза, чтобы увидеть Да Кэ.

– Да Кэ, почему ты так смотришь?

– Чжао Чжао, Яо Ша Ша искала тебя? – Да Кэ взял телефон из рук Ли Чжао и не смог скрыть своего презрения к Яо Ша Ша. – Я не знаю, откуда она узнала, что я твой ассистент, но пока ты снимался, она звонила мне больше дюжины раз. Столкнувшись с таким человеком, как она, лучше всего игнорировать её. Вначале эта женщина использовала свою популярность, чтобы быть выше тебя. Она вообще не обсуждала это с тобой, когда хотела тебя использовать. Теперь она осознаёт, что ей нужно поговорить с людьми, прежде чем что-то делать? Слишком поздно!

Ли Чжао увидел, что Да Кэ снова ведёт себя как придворный евнух, и поспешно побежал искать режиссёра, чтобы снять последнюю сцену.

* * *

Ли Чжао повесил трубку. Яо Ша Ша сидела на полу с бутылкой вина и плакала. Её сердце было полно безграничного раскаяния. Насколько лучше она была бы, если бы не усложняла жизнь Ли Чжао?

Если бы она знала, что властная женщина-президент взорвётся и что Ли Чжао подпишет контракт с Strawberry Entertainment, как она могла бы себя так вести? Однако, как такие вещи в мире могли быть известны так рано?

* * *

Эта сцена с глазами была снята очень гладко. После съёмки с нескольких позиций камеры Ли Чжао успешно закончил своё съёмочный процесс. Съёмочная группа сфотографировала его с цветами, которые они приготовили для него. Режиссёр потянулся к его плечу и, хлопнув пару раз, доброжелательно улыбнулся.

Он отклонил приглашение команды на вечеринку, чтобы отпраздновать его завершение работы. Ли Чжао рано ушел из отеля и отправился по магазинам, покупая местные сувениры и интересные мелочи.

Да Кэ увидел, как Ли Чжао собирает вещи с очень серьёзным выражением лица, и почувствовал некоторое беспокойство. Этот человек, должно быть, настолько важен, чтобы позволить молодому человек так серьёзно выбирать подарки. Это была любовь?

Да Кэ дождался самолёта, прежде чем спросить в притворно небрежной манере:

– Чжао Чжао, ты покупаешь так много вещей. Это для того, чтобы подарить своим родственникам и друзьям?

– Нет, я хочу отвезти кое-какие сувениры своему агенту и хорошему другу. Я не знаю, что им нравится, поэтому я просто покупаю несколько вещей разом, – Ли Чжао склонил голову, чтобы прочитать новый сценарий, который прислала ему компания. Молодой человек не поднял глаз, продолжая: – Поскольку это подарок, я должен вернуть вещи, которые им понравятся.

– О, – Да Кэ почувствовал облегчение, так как лучше было не влюбляться. Раньше он работал с двумя артистами, оба из которых прекратили сотрудничество с компанией из-за любви и брака. Он беспокоился, что в случае появления любви или простых романтических отношений Ли Чжа может пойти тем же путём, что и два его бывших артиста.

* * *

Зимние дни были короткими. К тому времени, когда было шесть часов дня, небо постепенно потемнело. Янь Тин встал перед окном от пола до потолка и посмотрел вниз на мир за окном, сделав шаг вперёд.

Затем зазвонил его телефон. Его указательный палец слегка шевельнулся, когда он посмотрел на телефон. Слова "Ли Чжао" появились на экране, ожидая, пока владелец мобильного телефона возьмёт трубку. Янь Тин посмотрел на эти два слова и, казалось, увидел Ли Чжао, машущего ему рукой. Он медленно нажал клавишу ответа.

– Тин Тин, я вернулся и купил тебе несколько сувениров. Где ты сейчас? Я отдам их тебе!

Весёлый голос эхом отдавался в тихом офисе, и каждая нота дышала радостью.

– Я... – Янь Тин выглянул в окно. Зажглись уличные фонари, рисуя на земле ослепительный узор. – Я в компании.

– У тебя есть работа?!

– Да, – Янь Тин закрыл шторы и включил свет в кабинете. – Это новая работа.

– Отлично, подожди меня немного, и я заберу тебя с работы.

Янь Тин протянул руку и осторожно потёр холодные украшения на столе.

– Хорошо.

Глава 19. Чистая дружба

– Это офисное здание действительно впечатляет, – стоя под офисным зданием с мигающими огнями, Ли Чжао посмотрел на окна.

– Конечно, это штаб-квартира всемирно известной компании. Говорят, что люди, которые могут здесь работать, все талантливые ученики известных школ. Даже старшая сестра, которая подметает пол, является скрытым мастером, – голос Да Кэ был полон зависти, когда он смотрел на сверкающую вывеску компании, глаза были полны нескрываемого восхищения. – Твой друг очень силён.

– Компания такая большая? – Ли Чжао жил в маленьком городке, а позже последовал за Чжан Сяо Юанем. Чтобы заработать деньги, он нанялся в большие команды в качестве дублёра. Он понятия не имел о больших компаниях.

– Ты не знаешь... – Да Кэ прошептал на ухо Ли Чжао. – Звёзды в кругу развлечений могут иметь неограниченное уважение, но перед этой компанией никто из них не посмеет валять дурака. Есть актриса по имени Сюй Син, которая только что получила награду за лучшую женскую роль. Услышав о боссе этой компании по фамилии Сюй, она распустила слухи, что является родственницей семьи Сюй, желая продать себя как богатую женщину. Боссу нашей компании пришлось подойти к двери господина этой компании, чтобы лично извиниться. Кто-то вроде нашего босса несколько раз встречал холодное плечо господина Сюя, прежде чем, наконец, встретиться с ним.

– Так ужасно? – Ли Чжао был рад за Янь Тина, но теперь он почувствовал некоторое беспокойство. Насколько сложно было бы сотрудникам следовать за таким боссом?

– Тебе не нужно беспокоиться о рабочей среде твоего друга. Только в штаб-квартире компании много сотрудников. Поведение их босса может показаться странным, но он очень добр к своим сотрудникам. Их преимущества хорошо известны в отрасли. Многие люди гордятся тем, что работают в компании, – Да Кэ указал на сотрудников, уходящих из компании. – Смотри, посмотри, как они ходят.

– О, – Ли Чжао посмотрел на белых воротничков, которые приходили и уходили в спешке. – Они кажутся действительно энергичными, – он достал свой телефон и отправил сообщение Янь Тину, сообщив тому, что ждёт внизу.

Янь Тин Сун ответил на его сообщение.

Янь Тин: [Подожди меня.]

Количество этажей лифта продолжало уменьшаться. Как только Янь Тин вышел из лифта, руководители, перешёптывающиеся в холле, одновременно успокоились. Весь зал мгновенно замолчал.

Янь Тин прошёл через тихий зал и вышел за дверь. Он увидел молодого человека, стоящего под уличными фонарями. Тело этого человека было завёрнуто в толстую одежду, кепка и шарф плотно закрывали всё его лицо, и только пара его глаз была открыта.

В тот момент, когда он оглянулся, Янь Тин увидел буйную жизненную силу и улыбающиеся глаза. Ли Чжао подпрыгнул на месте, размахивая рукой и выкрикивая имя Янь Тина. Он боялся, что доставит неприятности Янь Тину, и быстро побежал к нему.

– Тин Тин, я вернулся.

Рот Янь Тина шевельнулся. Он не знал, как реагировать на такой энтузиазм. Янь Тин никогда не сталкивался с тем, чтобы кто-то приходил, чтобы забрать его с работы, независимо от интересов.

– Почему ты вышел в костюме без пальто? – Ли Чжао снял свой шарф и обернул его вокруг шеи Янь Тина, дотянувшись до его плеча. – Иди и иди к моей машине. Компания предоставила мне машину. В будущем мне будет гораздо удобнее путешествовать.

Ли Чжао не мог дождаться, чтобы разделить свою машину со своим другом.

– К сожалению, у меня нет водительских прав. Поэтому я вынужден беспокоить своего помощника или водителя, организованного компанией.

– Господин... – помощник Цинь выбежал наружу, держа в руках пальто. Он увидел Ли Чжао, его глаза скользнули по руке, которую Ли Чжао положил на плечо Янь Тина, прежде чем улыбнуться. – Приветствую.

– Привет, – на голове у Ли Чжао была надета кепка, и он поднял её, чтобы показать уважение.

Помощник Цинь отметил действия Ли Чжао и передал пальто Янь Тину.

– Вы шли слишком быстро и забыли взять пальто.

Янь Тин коснулся шарфа на своей шее, готовый развязать его и вернуть Ли Чжао.

– Не двигайся, – Ли Чжао посмотрел на бледное лицо Янь Тина и остановил его движения. – Мне жарко, и меня нелегко заморозить. Ты должен быстро надеть пальто.

Он ворчал, пока Янь Тин не надел пальто. Затем Ли Чжао вздохнул.

– Ты действительно не можешь позаботиться о себе. К счастью, коллега помог тебе забрать пальто, – он повернулся к помощнику Циню с широкой улыбкой. – Спасибо.

– Не за что. Это то, что я должен сделать, – помощник Цинь увидел, как Ли Чжао, естественно, помог Янь Тину с его пальто, как хороший брат. Затем он повернулся, чтобы посмотреть на Янь Тина. – Тогда я сначала вернусь к работе.

Янь Тин кивнул.

– Уже так поздно. Давайте пойдём перекусить поздно вечером. Я угощаю, – Ли Чжао беспокоился, что отношение Янь Тина было слишком холодным и повлияло бы на отношения между коллегами, поэтому он поспешно открыл рот. – Больше людей будут живее.

Янь Тин поднял глаза и посмотрел на помощника Циня.

– Спасибо, но у меня всё ещё есть несколько незаконченных дел, – помощник Цинь пристально посмотрел на Ли Чжао, прежде чем внезапно сказать: – Ваше лицо выглядит несколько знакомым...

– Вероятно, это потому, что у меня такой тип лица, – Ли Чжао глухо рассмеялся, прежде чем вынуть пакет с сувенирами и передать его помощнику Циню. – Поскольку у Вас нет времени, тогда давайте встретимся в следующий раз. Янь Тин, его личность может быть немного сдержанной, но он очень хороший. Пожалуйста, позаботьтесь о нём на работе.

Помощник Цинь посмотрел на пакет в руке Ли Чжао и улыбнулся.

– Пожалуйста, будьте уверены, что трудоспособность господина Яна очень высока. Все мои коллеги в нашем отделе им очень восхищаются.

Улыбка на лице Ли Чжао внезапно стала более сияющей, как у отца, услышавшего, что его ребёнок получил высокий балл.

– Чжао Чжао, – Да Кэ подъехал к парковке и высунул голову из окна. – Быстро садись в машину. Я могу остановиться здесь только временно, иначе мои парковочные очки будут вычтены.

– Я иду прямо сейчас, – Ли Чжао попрощался с помощником Цинем и втащил Янь Тина в машину. Затем Янь Тин увидел большую коробку, полную сувениров.

– Я хотел подарить твоим коллегам сумку с сувенирами, – Ли Чжао положил пакет, который держал в руке, на землю и с некоторым смущением почесал голову. – Тем не менее ваша компания такая хорошая, а сотрудники – талантливые ученики прославленных школ. Отправка этих вещей не поможет тебе с ними поладить и только заставит твоих коллег смотреть на тебя свысока. Я не могу отдать это твоему коллеге, чтобы он отнёс их в офис.

В воображении Ли Чжао высокопоставленные белые воротнички использовали различные фирменные предметы и ели деликатесы. Вещи, которые он купил, были слишком простыми. Янь Тин наклонился, поднял сумку с сувенирами и положил их к своим ногам.

– Я отдам это им завтра. Им это понравится.

Ли Чжао покачал головой.

– Ты на работе всего несколько дней и не можешь позволить другим коллегам смотреть на тебя свысока. Интриги внутри офиса настолько ужасны, что я боюсь, что ты проиграешь.

Водитель Да Кэ услышал бред Ли Чжао о мерах предосторожности в офисе и не смог удержаться от шутки:

– Чжао Чжао, ты слишком много думаешь.

– Я так не думаю, – у Янь Тина не было родственников и друзей рядом с ним. Если бы компания причинила ему зло, ему не с кем было бы поделиться этим.

Янь Тин спокойно наблюдал за Ли Чжао. Ли Чжао улыбнулся ему, и эта улыбка, казалось, намертво запечатлелась в глазах Янь Тина.

Затем Ли Чжао вспомнил, что он был так занят, беспокоясь о работе Янь Тина, что забыл представить ему Да Кэ.

– Тин Тин, это Да Кэ. Он помощник, которого компания устроила для меня. Он очень осторожен и заботится обо мне. Да Кэ, это Янь Тин, мой хороший друг.

Да Кэ посмотрел в зеркало заднего вида. Друг Ли Чжао смотрел на него, и он не знал, была ли это его иллюзия, но глаза Янь Тина были тёмными и, казалось, видели его насквозь. Если бы ему пришлось использовать преувеличенные слова, чтобы описать друга Ли Чжао, это была атмосфера легендарной большой шишки. Конечно же, слухи не были преувеличены. Все люди, которые смогли войти в штаб-квартиру этой компании, были замечательными людьми.

Трое людей ели вместе. Да Кэ изначально планировал отправить Янь Тина и Ли Чжао обратно, но неожиданно Янь Тин договорился о приезде водителя. Глядя на машину, которая была стандартом дорогих автомобилей, Да Кэ нашёл возможность отвести Ли Чжао в сторону и прошептал:

– Чжао Чжао, твой друг только что начал работать. Как он может купить такую дорогую машину?

Разум мужчины был заполнен различными историями с добрым содержанием собачьей крови, и он даже стал опасаться Янь Тина.

– У его семьи два дома.

Да Кэ сказал:

– Оказывается, он твой друг, которого ты упоминал в шоу...

Его настороженное сердце мгновенно успокоилось, сменившись неподдельным восхищением. У семьи было два дома, но этот человек настаивал на том, чтобы идти на работу. Это был бесстрашный дух, который вкладывал средства в социальные конструкции! Если бы он мог владеть двумя домами, ему не нужно было бы ничего делать. Он мог есть, пить и играть каждый день, живя жизнью, полной удовольствий и наслаждений.

– Чжао Чжао, садись в машину, – Янь Тин стоял у машины с шарфом Ли Чжао на шее. Он стоял в тени улицы, и Ли Чжао не мог видеть выражение его лица.

– Я ухожу, – Ли Чжао помахал Да Кэ и подошёл к Янь Тину. – Пойдём.

– Подожди минутку, – Янь Тин подошёл к машине Да Кэ, наклонился, чтобы поднять сувениры и положить их в свою машину.

Машина двигалась по холодным улицам. Ли Чжао сидел в тёплой машине, держа в руках пакет с вяленой говядиной, и с удовольствием ел её.

– Чжао Чжао, – Янь Тин небрежно положил своё пальто на сиденье и сложил его рядом с пальто, которой было брошено ранее Ли Чжао. – Ты выбрал новое жильё?

– Пока нет, компания всё ещё занимается этим.

На мгновение в машине стало тихо. Янь Тин открыл крышку изоляционной чашки и передал воду Ли Чжао.

– Останься со мной на некоторое время. Рядом с моей комнатой есть свободное место. Я жил один все эти годы и не знаю, каково это, когда кто-то сопровождает меня.

– Да, тогда я поживу там некоторое время, – сердце Ли Чжао смягчилось, когда он увидел Янь Тина таким. – Так получилось, что я свободен в течение следующих двух дней. Завтра я перееду. Арендная плата...

– Арендной платы не нужно, – Янь Тин уставился на Ли Чжао. – Чжао Чжао, у меня никогда не было друзей, и я не знаю, как ладить с друзьями. У меня есть только эти холодные дома.

– Я был неправ, – Ли Чжао чувствовал себя крайне виноватым. Он хотел использовать вонючие деньги, чтобы запятнать эту чистую дружбу. Это было действительно отвратительно.

– Хорошо, – Янь Тин последовал примеру Ли Чжао и медленно потянулся к плечу молодого человека, похлопав по нему. – Я прощаю тебя. Завтра я пришлю кого-нибудь, чтобы помочь тебе переехать, – плечо под его рукой было тёплым, если не сказать горячим. Он неохотно отпустил руку, когда лишнее касание стало неуместным.

_____________________________

Автору есть что сказать:

Тин Тин равнодушно:

– У меня есть дом.

Глава 20. Я отдал деньги

Подул холодный ветер. Машина поспешно прорезала ночную тьму и остановилась перед виллой.

– Доктор Чжоу, сюда, – управляющий в костюме поспешно провёл мужчину из машины через ворота. – Около полуночи температура господина стала ненормальной. За короткое время температура поднялась до тридцати девяти целых и трёх десятых градуса.

– Как это может быть настолько серьёзно? – доктор Чжоу поднялся наверх, надевая медицинские перчатки. – Разве он не ел много за это время?

Управляющий выглядел немного странно.

– Господин в последнее время часто выходит из дома. Он также попросил людей навести порядок в соседнем доме.

Доктор Чжоу, который спешил наверх, повернулся, чтобы посмотреть на управляющего.

– Вы имеете в виду, что господин взял на себя инициативу связаться с кем-то?

– Вы знаете, что господин обычно очень тихий, не говоря уже о том, чтобы говорить о своей жизни с нами, – управляющий вздохнул. – Однако помощник Цинь упомянул мне в частном порядке, что психическое состояние господина в этом году очень плохое...

Двое мужчин одновременно замолчали. С годами их босс стал более молчаливым и менее активным. Теперь ему было трудно спать и есть. Питательные вещества были тщательно подготовлены, но его тело всё ещё постепенно ослабевало.

Доктор Чжоу подошёл к двери спальни и осторожно постучал в неё, прежде чем открыть. Сцена за дверью была не такой тёмной, как он себе представлял. Были яркие огни. Янь Тин сидел на кровати в тонком свитере, с книгой в руках. У него был необычный румянец на щеках, и он повернулся, чтобы посмотреть, когда вошёл доктор.

– Господин, как Вы сейчас себя чувствуете? – доктор Чжоу положил свой медицинский саквояж и достал термометр, чтобы измерить температуру Янь Тина. – Тридцать девять с половиной градусов по Цельсию. Вам нужно принять какое-нибудь жаропонижающее лекарство.

– Мне нужно поправиться до рассвета, – Янь Тин отложил книгу и протянул руку. – Сделай мне инфузию.

– Господин, инфузия будет слишком вредна для Вашего организма… – доктор Чжоу хотел убедить его, но понял, что это бесполезно, когда увидел спокойные глаза Янь Тина. – Даже если Вы получите инфузию, Вы должны уделять приоритетное внимание отдыху.

Янь Тин ничего не сказал. Он посмотрел вниз, когда доктор Чжоу ввёл иглу в его кровеносный сосуд. Его кровь не могла дождаться, чтобы хлынуть в инфузионную трубку, и казалась бесконечно счастливой. Грязная кровь, которая вытекла из его тела, также была ярко-красной. Затем холодная жидкость соскользнула и вытолкнула красную кровь обратно туда, где она должна была быть.

– Господин, – доктор Чжоу заметил, что глаза Янь Тина были правильными, и напомнил об этом, прикрепляя иглу к тыльной стороне руки Янь Тина с помощью клейкой ленты. – Пожалуйста, не забудьте, что завтра у Вас назначена встреча с доктором Сунем.

– Завтра не будет времени, – Янь Тин оторвал взгляд от инфузионной трубки. – Помоги мне запланировать это на послезавтра.

– Хорошо, – доктор Чжоу почувствовал облегчение. Он не боялся, что Янь Тин придёт на день позже, он боялся, что Янь Тин не пойдёт вовсе. Ранее он исчерпал себя, уговаривая Янь Тина пойти к доктору Суню. Сегодня это было так легко, что он был удивлён. – Я позволю доктору Суню чтобы урегулировать расписание.

Янь Тин перестал говорить. Он поднял другое запястье, чтобы посмотреть на время. В настоящее время был час ночи, и до рассвета оставалось пять часов.

* * *

Перед рассветом Чжан Сяо Юань и Да Кэ пришли помочь Ли Чжао собрать вещи.

– Это, это и это нельзя носить в будущем, – Чжан Сяо Юань подобрал одежду Ли Чжао. Он знал, что Ли Чжао неохотно избавлялся от этой одежды, и объяснил: – Сегодня всё по-другому. Если ты наденешь эту одежду, которая в будущем будет стоить десятки юаней, она будет сфотографирована и размещена в Интернете. В это время бесчисленное множество людей будут смеяться над тобой.

– Брат Чжан прав. Чжао Чжао, компания планирует открыть для тебя кольцевую дорогу моды. У тебя будет профессиональная команда дизайнеров, которая поможет тебе с твоей будущей одеждой, – Да Кэ не осмелился быть таким прямым, как Чжан Сяо Юань. – Конечно, твоя одежда очень удобная. Не имеет значения, носишь ли ты эти вещи у себя дома.

– Я понимаю. Компания будет платить больше за связи с общественностью, поэтому я приму эту небольшую потерю, – Ли Чжао положил часть своей одежды хорошего качества в коробку. – Я возьму эту одежду и надену её как пижаму.

Чжан Сяо Юань знал, что у ребёнка были свои мысли, и больше ничего не сказал. Он продолжал помогать Ли Чжао собирать его багаж.

– Что это? – Чжан Сяо Юань достал из шкафа коробку для лунных пряников. Неизвестно, чем была наполнена коробка, но она была довольно тяжёлой.

– Это заполнено письмами, которые ты написал мне ранее, и ручкой, которую ты мне дал, – Ли Чжао осторожно взял железную коробку и положил её в свой чемодан с одеждой.

Чжан Сяо Юань был ошеломлён. Десять лет назад Ли Чжао был всего лишь ребёнком, которому исполнилось десять лет. Вначале Чжан Сяо Юань написал Ли Чжао только из-за некоторой симпатии.

В то время он только что закончил школу, и его будущее было полно неопределённости. Только написав этому ребёнку, он смог обрести смысл существования. Дело было не столько в том, что он был добрым, сколько в том, что ему нужна была эта нелепая доброта, чтобы продолжать.

Чжан Сяо Юань в основном не мог вспомнить, что было написано в письмах, но это были не более чем слова поддержки. Он не ожидал, что Ли Чжао всё ещё сохранит эти письма, и какое-то время его настроение было сложным.

– В то время брат Сяо Юань написал, чтобы подбодрить меня, – Ли Чжао на мгновение задумался и достал коробку из своего чемодана. Он завернул её в слой полотенец, чтобы коробка не повредилась во время транспортировки. – На том фестивале Середины Осени ты и твои друзья подарили коробку лунных пряников детям из благотворительного дома. Каждый из вас прислал коробку лунных пряников с начинкой из яичного желтка, и это было восхитительно.

Оказалось, что это была коробка для лунных пряников, которые он купил в том году.

– Тётя в учреждении сказала, что мне повезло. В первый год, когда я пришёл в это заведение, там были хорошие люди, дарившие такие дорогие лунные пряники, – Ли Чжао улыбнулся и упаковал коробку, завёрнутую в полотенце. – Хе-хе, никто не может остановить удачу.

У Чжан Сяо Юаня перехватило горло. Этот человек подвергся такому насилию со стороны своих приёмных родителей, что это даже попало в новости. Как можно это называть удачей?

– Не говори глупостей. Поторопись и собери свои вещи, – он протянул руку, чтобы постучать по лбу Ли Чжао, дважды кашлянув, чтобы скрыть свои эмоции. – Да, ты самый удачливый. Теперь у тебя есть богатый друг-тиран, который предоставляет тебе бесплатное жильё. Кому может так повезти?

Ли Чжао прикрыл то место, куда его ударили, и отскочил назад.

– Брат Сяо Юань, ты не должен стучать по голове мужчины.

– Мужчина? – Чжан Сяо Юань поднял брови и посмотрел на место ниже живота Ли Чжао. – Желтоволосый ребёнок, когда это ты стал мужчиной?

– Брат Чжан, о вождении без прав будет сообщено, – Да Кэ не ожидал, что Чжан Сяо Юань и Ли Чжао так давно знают друг друга и смеются. – Брат Чжан, какая сейчас эпоха? Ты действительно общался с Чжао Чжао, написав письма?

Чжан Сяо Юань помахал рукой.

– Что ты знаешь? Письмо всегда является одним из лучших способов общения.

– Я не знаю.

Раздался стук в дверь. Ли Чжао посмотрел на дверь и увидел Янь Тина, одетого в костюм, кожаные туфли и куртку. Его лицо было ещё бледнее, чем вчера, и его элегантная внешность никак не вязалась с обшарпанным дверным проёмом.

– Тин Тин, почему ты пришёл так рано? – Ли Чжао оглядел беспорядок в доме. – В доме пыльно. Не заходи сюда.

Он подвинул маленький стул к двери. Затем Ли Чжао достал из холодильника пакет с фруктами и вымыл их дочиста. Он положил их на тарелку и передал Янь Тину.

– Сядь и подожди меня некоторое время. Будь хорошим мальчиком.

Янь Тин держал тарелку с большими вишнями с каплями воды на них. Он не знал, сесть или встать и колебался некоторое время. Это был первый раз, когда он увидел дом Ли Чжао. Он занимал более десяти квадратных метров и был заполнен всевозможными предметами первой необходимости. Там было так тесно, что людям было трудно дышать.

– Ты привёл этих людей? – только тогда Ли Чжао заметил, что за Янь Тином было несколько незнакомцев. Он молча взглянул на большие вишни на тарелке. Может быть... вишен было недостаточно.

Зимняя вишня была особенно дорогой, и он обычно не хотел её есть. Прошлой ночью он стиснул зубы и купил коробку. Половина этого была отдана брату Да Кэ и брату Сяо Юаню, которые пришли помочь утром, а остальное было оставлено Тин Тину.

– У меня всё ещё есть несколько яблок в холодильнике...

– Это люди из службы перевозки, – Янь Тин дважды кашлянул. – Скажи им, какие вещи нужно собрать, и предоставь это им.

– Это слишком хлопотно...

– Я уже отдал им деньги.

– Братья, эти коробки нужно снести вниз, – Ли Чжао проглотил свои слова отказа и поприветствовал сотрудников транспортной компании. Он был бережливым по натуре и терпеть не мог тратить деньги впустую.

Транспортная компания сработала быстро. Менее чем за час они погрузили всё в машину. Всё шло хорошо, пока Ли Чжао не увидел пустой дом, о котором упоминал Янь Тин.

– Тин Тин, это… пустой дом, о котором ты упоминал? – Ли Чжао посмотрел на виллу с садом впереди и бассейном сзади. Впервые Ли Чжао осознал, насколько его ценности отличаются от ценностей Янь Тина.

– Тебе это не нравится? – Янь Тин спросил Ли Чжао.

– Как будто это вообще возможно... – Ли Чжао сглотнул. Он думал, что пустой дом будет обычным домом с двумя или тремя спальнями. Он не думал, что это будет большая вилла.

– Просто нравится, – Янь Тин взглянул на следующую виллу. – Я живу в той, что слева. Обстановка здесь тихая, а безопасность чрезвычайно строгая. Кроме нас двоих, другие соседи будут очень далеко. Твоя профессия – актёр, и конфиденциальность и безопасность твоего дома очень важны.

– Я ещё не знаменит... – Ли Чжао неловко почесал голову. – Даже если я стану таковым, мало кто меня узнает.

– Они все узнают тебя позже, – Янь Тин передал карточку от ворот и карточку от дома Ли Чжао. – Зайди и посмотри.

Да Кэ был в перевозбуждённом состоянии с тех пор, как вошёл в ворота этого жилого комплекса. Как местный, он давно слышал об этом жилом комплексе. Все те, кто мог жить в этом жилом комплексе, были замечательными людьми. Многим известным артистам в круге пришлось потратить много денег и иметь связи, чтобы получить здесь небольшое место. Неожиданно хороший друг Чжао Чжао позволил ему одолжить виллу, чтобы жить бесплатно. Это было трогательное братство новой эры!

Они прошли через вход. Он был обставлен, а цветы и деревья были аккуратно подстрижены. Ковёр и занавески в доме были совершенно новыми, и даже на цветочной композиции в вазе всё ещё была утренняя роса.

– Здравствуйте, господин Ли, – мужчина средних лет в костюме спустился с верхнего этажа и отвесил элегантный поклон Ли Чжао. – Я управляющий господина Тина. В следующий период времени я буду управляющим Вашего дома. Если Вам что-нибудь понадобится, просто дайте мне знать.

Сказав это, он достал список из папки.

– Это список имен и контактной информации персонала, отвечающего за уборку. Пожалуйста, примите это.

Ли Чжао посмотрел на мужчину, одетого как управляющий древнего замка, а затем повернулся к Янь Тину. Он был несколько озадачен таким высоким уровнем приёма.

– Возьми это, – прошептал Янь Тин ему на ухо. – Им хорошо платят, и они получают деньги за то, что ничего не делают.

Дыхание Янь Тина было немного горячим. Ли Чжао не взял список, но протянул руку, чтобы коснуться лба Янь Тина.

– Тин Тин, у тебя жар?

Управляющий, который всегда сохранял элегантную улыбку, казалось, услышал ужасные слова, и улыбка на его лице мгновенно исчезла.

__________________________

Автору есть что сказать:

Да Кэ, сокрушённо качая головой:

– Разница между мной и Чжао Чжао не только в наших лицах. Это также движущееся братство.

Глава 21. Встреча

К сожалению, радость и печаль управляющего не были замечены другими.

Ли Чжао потянул Янь Тина к дивану, порылся в своей аптечке и сунул термометр в руки Янь Тина.

– Послушно сядь здесь, и я принесу тебе чашку горячей воды, – затем он достал из коробки мультяшную чашку, вымыл её дочиста, обошёл дом и нашёл диспенсер для воды.

– Ты болен, и тебе нужно пить больше горячей воды, – Ли Чжао проверил температуру воды тыльной стороной ладони. Он передал чашку и взял термометр. – Тридцать семь целых и девять десятых градуса. Это относительно низкая температура, и на данный момент тебе не нужно принимать жаропонижающие.

– Ты простудился, когда прошлой ночью выбежал из компании без пальто? – Ли Чжао печально нахмурился. – Я знал, что должен был подняться наверх или, по крайней мере, напомнить тебе надеть пальто.

– Моё тело не в порядке, – Янь Тин дважды кашлянул. – Прошлой ночью я забыл закрыть окно. Это не имеет к тебе никакого отношения.

Управляющий посмотрела на мультяшную чашку с большой кукольной головой и надписью "Завтра будет лучше". Он улыбнулся смешной роже и перевёл взгляд.

Один из основных критериев квалифицированного управляющего: вежливо улыбаться семейным вещам работодателя, какими бы неожиданными они ни были. Он был лучшим выпускником университета домашнего хозяйства и никогда не позволил бы себе проявить ни малейшего недостатка в обыденном поведении.

Температура воды не была ни горячей, ни холодной. Это было как раз то, что нужно, чтобы попасть ему в горло. Янь Тин лежал на диване и наблюдал, как Ли Чжао распаковывает вещи, а также время от времени возвращается, чтобы заменить полотенце на его лбу. Его сердце было странно спокойным. Мозг молодого человека никогда не был таким стабильным, как в этот момент.

– Дядя-управляющий сказал, что в полдень будет много вкусной еды, но ты в такой ситуации и можешь есть только лёгкую пищу, – Ли Чжао сочувственно похлопал горячим полотенцем по лбу Янь Тина. – Не грусти. Я буду сопровождать тебя, чтобы есть кашу в течение следующих двух дней. Как только ты поправишься, я приглашу тебя на шикарный ужин.

Янь Тин позволил Ли Чжао погладить его полотенцем. Затем, как только Ли Чжао убрал полотенце, Янь Тин встал. – Хорошо.

В полдень стол действительно был полон еды. Ли Чжао отодвинул свой стул от стола, за которым сидели Да Кэ и Чжан Сяо Юань, и поставил перед собой рисовую кашу. Миска с кашей вскоре оказалась у него в животе. Ли Чжао был готов съесть вторую тарелку, когда увидел, что тарелка каши Янь Тина была едва тронута.

– Ты не можешь есть, потому что у тебя болит живот?

Янь Тин поставил миску и вытер рот носовым платком.

– Это не имеет значения. Тебе не нужно беспокоиться обо мне.

– Что ты имеешь в виду? Не беспокоиться о тебе? – Ли Чжао поставил миску и был готов добавить рис. – Если ты болен и не ешь, как твоё тело может найти в себе силы, чтобы поправиться? Просто подожди, – он встал и побежал на кухню, принося миску кислого коровьего гороха. – Это мой маринованный коровий горох. Раньше тётя, которая заботилась обо мне, готовила его, и он особенно вкусный. У меня есть её рецепт, и он очень вкусный, особенно когда на него наливают две капли кунжутного масла. Ты не привык есть это, поэтому сначала попробуй.

Кислый коровий горох был слегка острым, и время маринования было хорошим. У него была хрустящая текстура и солоноватый вкус. Он был немного кисловатым и очень хорошо сочетался с лёгкой рисовой кашей.

– Как это? – Ли Чжао посмотрел на Янь Тина с некоторым ожиданием.

– Хорошо, – Янь Тин не хмурился, даже когда ел кислый коровий горох. Благодаря кислому коровьему гороху Янь Тин едва успел съесть половину миски рисовой каши. К тому времени, как он отложил палочки для еды, Ли Чжао уже съел три тарелки каши.

– Подожди ещё тридцать минут, и я дам тебе выпить лекарство от простуды, – Ли Чжао встал с мисками. – После приёма лекарства полежи некоторое время. Помни, что ты не должен позволять холодному ветру дуть на тебя.

– Господин Ли, пожалуйста, оставьте это для персонала, – управляющий подошёл в нужное время и остановил Ли Чжао, когда он брал палочки для еды. – Вы должны пойти со своим другом, чтобы посидеть на диване и отдохнуть.

– Работайте усердно, – Ли Чжао заметил, что Янь Тин был не в лучшем состоянии, и не настаивал на этих мелочах. Он сопровождал Янь Тина, чтобы сидеть на диване и смотреть телевизор.

Он только что включил канал, который показывал драму о боевых искусствах. Главный герой, который был совершенствующимся, парил в небе. Его лица не было видно, но эта сцена вызвала бесконечную задумчивость у женской аудитории.

– Я играл в этой драме, – Ли Чжао увидел себя по телевизору и с радостью поделился этим с Янь Тином. – В то время талия звезды мужского пола была неудобной, и он не мог снимать много сцен с проволочными сценами. Я помог ему сняться в нескольких кадрах. Съёмочная группа дала мне денег, а звезда мужского пола дал мне красный конверт. Я заработал на них много денег.

Два человека смотрели телевизор в течение тридцати минут. В конце сериала Ли Чжао пошёл на кухню, чтобы достать лекарство от простуды для Янь Тина. После десятков секунд рекламы телевизионная станция начала транслировать развлекательные программы с интервью. Интервьюируемым оказался главное действующее лицо предыдущей драмы.

– Брат Нань, я слышал, что недавно ты снялся в горячей драме о боевых искусствах "Героический правитель", и многие из сложных сцен были сделаны лично тобой. Ты не использовал дублёра. Можешь ли ты поделиться с нами какими-либо трудностями, с которыми ты столкнулся в процессе съёмок?

– Как профессиональный актёр, я стараюсь по возможности не использовать дублёров. Это мой принцип при съёмках, – мужчина в дорогом костюме болтал перед камерой. Перед ним было много микрофонов с логотипом, и звук затворов камер никогда не прекращался.

– Тин Тин, – Ли Чжао пришёл в комнату, неся лекарство. – Лекарство немного горячее. Дай напитку немного остыть, прежде чем пить.

Янь Тин взял пульт дистанционного управления и выключил телевизор.

– Почему ты не смотришь телевизор? – Ли Чжао сел рядом с ним и потрогал лоб Янь Тина тыльной стороной ладони. – Хорошо, температура твоего тела не поднялась.

– У меня кружится голова, – веки Янь Тина опустились, и он выглядел очень больным.

Ли Чжао услышал, что у Янь Тина кружилась голова, а потому у него не было намерения заботиться о просмотре телевизора. Он забрал диванную подушку из рук Янь Тина.

– Не возвращайся сегодня к себе. Сначала иди в мою комнату и как следует отдохни. Простыни только что поменяли, и никто в них не спал.

Янь Тин молчал и ничего не говорил, но, основываясь на понимании Ли Чжао Янь Тина, молчание было согласием.

Чжан Сяо Юань был полон еды и напитков. Он увидел, как Ли Чжао ухаживает за больным Янь Тином, и открыл рот:

– Чжао Чжао, я вернусь первым. Сегодня вечером властная женщина-президент проводит локальную оффлайн-рекламную акцию. Команда хочет пригласить тебя принять участие. Если ты не хочешь идти, я могу помочь тебе разобраться с этим вопросом.

Ли Чжао спросил:

– Есть ли какие-либо сборы за выступление?

– Это рекламная кампания вне контракта, поэтому есть плата за участие.

– Прими это, – Ли Чжао всё ещё с большим энтузиазмом относился к деятельности, связанной с деньгами.

– После пяти часов дня я приведу кого-нибудь, чтобы он сделал тебе укладку, – Чжан Сяо Юань встал. – Мы с Да Кэ сначала вернёмся в компанию, чтобы выбрать для тебя подходящий сценарий.

Чжан Сяо Юань и Да Кэ ушли. Ли Чжао наблюдал, как Янь Тин выпил лекарство, а затем отвёл его в комнату.

– Ты приляг на некоторое время. Я буду сидеть на балконе и читать сценарий, чтобы сопровождать тебя. Позови меня, если тебе что-нибудь понадобится.

Одеяло на кровати было новым только на семьдесят или восемьдесят процентов. Оно было покрыто лёгким запахом мыла. Янь Тин наблюдал за Ли Чжао, сидящим на балконе, и медленно закрыл глаза.

Прошло много времени, прежде чем Ли Чжао отложил сценарий и встал, чтобы помочь Янь Тину укрыться одеялом. Затем он переключил свой телефон в беззвучный режим.

* * *

По мере роста популярности властной женщины-президента в Интернете, всё больше людей стали беспокоиться о Ли Чжао и ругать Сун Юя. Сун Юй все эти дни сидел дома и в гневе уничтожил свою мышь, когда увидел онлайн-шквал.

– Чтобы изменить то, что зрители думают о тебе, нужна более сложная роль, – агент, похоже, не заметил гнева Сун Юя. – Я устрою тебя в другую команду, и ты просто должен вести себя хорошо. Публика непостоянна. Пока ты получаешь роль, которая им нравится, они не будут тебя критиковать.

– Если есть роль, подходящая для этого парня, тогда дайте ему её, – Сун Юй с неудовольствием отшвырнул в сторону фрагменты мыши. – Я должен вернуть свой долг, чтобы чувствовать себя комфортно.

– Ты о ком? – агент на мгновение не смог среагировать на мысленный поток своего подопечного. – Кого ты имеешь в виду? Ли Чжао?

– Кто ещё, если не он? – Сун Юй отвёл взгляд. – Ты случайно должен выбрать важную роль, которую я не могу сыграть, и перекладываешь её на плечи этого парня. В любом случае, он не может мечтать о доступе к этим ресурсам со своими контактами.

– Есть кое-что, чего я тебе не сказал, – выражение лица агента слегка изменилось. – Мы в долгу перед Ли Чжао, но, боюсь, не так-то просто вернуть ему долг.

– Что ты имеешь в виду? – Сун Юй нахмурилась. – Агент Ли Чжао открыл рот и упомянул другие требования?

– Нет, – Агент покачал головой. – Ли Чжао подписал контракт с Strawberry Entertainment. Я слышал, что Strawberry Entertainment считает его очень важным. Они не только подобрали для него рабочую команду, но и предоставили ему много ресурсов.

– Невозможно! – выражение лица Сун Юй стало очень странным. – Как он может подписать контракт с Strawberry Entertainment?

Агент думал, что он не желает принимать это и мог только убедить Сун Юя.

– Новость ещё не опубликована, но многие люди в индустрии слышали об этом. Я говорил тебе много раз и повторю это снова сегодня. Твой путь развития отличается от его. Теперь у него за плечами Strawberry Entertainment. Все фанаты думают, что вы с ним хорошие друзья, и ты должен продолжать поддерживать эту дружбу.

Сердце Сун Юй билось как гром, и он не слышал, что сказал агент. В своём сне о будущем Ли Чжао, возможно, полагался на властную женщину-президента, чтобы стать популярным, но он не подписал контракт с Strawberry Entertainment. Он испытал много боли и перенёс много трудностей, прежде чем стать первоклассным актёром-идолом.

Были ли все эти изменения из-за того, что он сменил роль Ли Чжао?

Оказалось, что этот месяц трюков был только для Ли Чжао. Его ругали во сне и всё ещё ругали наяву. Ли Чжао был популярен во сне и стал ещё более успешным после того, как его первоначальная траектория была изменена.

– Чёрт возьми! – Сун Юй понял это и не мог удержаться от ругани. – Я действительно попал во что-то злое.

– Не говори грязных слов! – агент серьёзно предупредил. – Сун Юй, многие из твоих поклонников несовершеннолетние. Ты должен быть внимательным к своим словам и поступкам!

– Я знаю, что нельзя ругаться перед фанатами, – настроение Сун Юя было немного плохим. – Почему ты говоришь, что Ли Чжао сексуальнее меня?

– Ты хочешь услышать правду или ложь?

– Что ты скажешь, если я попрошу произнеси ложь?

– Он сам бедный человек, поэтому он, естественно, может сыграть подобного персонажа.

– А что же тогда правда?

Агент на мгновение замолчал.

– Он действительно хорошо сыграл свою роль, заставляя женскую аудиторию полюбить его. Самое главное… он выглядит лучше, чем ты.

Сун Юй с трудом подавил своё негодование.

Почему он задал такой вредный вопрос?

* * *

Когда наступила ночь, Янь Тин толкнул дверь, к которой он обычно не подходил.

– Господин, Вы сегодня вовремя, – доктор Сунь увидел, как он вошёл, и улыбнулся молодому человеку. Затем он указал на кушетку рядом с ним. – Похоже, у Вас сегодня есть время поболтать со мной.

Янь Тин подошёл, чтобы устроиться на кушетке. Он ничего не говорил, и в комнате было очень тихо. Поскольку он ничего не говорил, доктор Сунь тоже не открывал рта и пытался уменьшить своё ощущение существования. Этот человек был наименее сговорчивым из всех его пациентов.

Вскоре он заметил, что человек в кресле пошевелился. Он снял очки и принял позу слушателя. Было здорово, когда пациенты были готовы проявить инициативу и высказаться. Свет в комнате был очень тёплым, но человек в кресле не расслаблялся. Он был настороже в отношении доктора Суня и всего, что было в комнате.

Это было долгое молчание. Как только доктор Сунь подумал, что этот человек не будет говорить, Янь Тин открыл рот.

– Я кое-кого встретил. Он очень странный.

Глава 22. Аромат

– Я никогда раньше не видел никого, похожего на него. Его улыбка... ослепительна, – несмотря на то, что он сидел в самом удобном стуле, мужчина сидел с прямой спиной, и каждая пуговица его рубашки была плотно застёгнута.

Это был первый раз, когда доктор Сунь видел такой блеск в глазах другого человека. Как врач, он был одновременно обеспокоен и счастлив. Среди его прошлых пациентов были люди, которые нашли своё спасение, постепенно становясь счастливыми и обретая надежду на жизнь. Однако никто не был рождён, чтобы спасать других. Как только их спасение ушло, многим пациентам становилось хуже, и они прыгали в пропасть без пути назад.

Янь Тин произнёс всего несколько слов, прежде чем снова замолчать. Это уже было самое большее, что он когда-либо говорил. Доктор Сунь хотел воспользоваться возможностью, чтобы завязать с ним разговор, и похвалил:

– Он, должно быть, очень хороший человек.

– Он любит смеяться, – Янь Тин на мгновение замолчал. – Он любит болтать.

– Это Вас раздражает? – доктор Сунь сидел небрежно. Он хотел, чтобы пациент забыл личность своего врача и открыл своё сердце, чтобы поговорить с доктором Сунем.

Янь Тин снова замолчал, прежде чем посмотреть на своё запястье и встать.

– Время вышло.

– Господин, – доктор Сунь последовал за ним, но не стал останавливать молодого человека. Вместо этого он сказал: – Если Вы захотите поговорить со мной о своём друге в будущем, я могу быть Вашим преданным слушателем.

Янь Тин поднял веки, чтобы посмотреть на другого человека.

– Чтобы позволить Вам проанализировать его характер и менталитет?

Доктор Сунь улыбнулся и объяснил:

– Господин, я просто зритель.

Янь Тин открыл дверь и вышел, ожидая, пока телохранители соберутся вокруг.

– Идём на площадь Цзиньхэ.

На площади Цзиньхэ было светло, как днём. Под сценой фанаты держали огни. Команда властной женщины-президента готовилась за кулисами. Ведущая актриса и третий исполнитель главной мужской роли не присутствовали, но все, казалось, забыли о существовании этих двух людей. Никто не упоминал их от начала до конца.

– Ли Чжао, – Сун Юй агрессивно двинулся к Ли Чжао, когда режиссёр Лю подбежал и остановил Сун Юя: – Учитель Сун, если Вам есть что сказать, оставьте это на потом. Мы выходим на сцену.

Не создавайте проблем в это время. Снаружи уже было известно, что главные герои мужского и женского пола не согласны друг с другом. Если бы возникла ситуация с между главным героем и вторым главным героем, то его старое сердце не выдержало бы этого.

– Режиссёр Лю сегодня очень быстр, – усмехнулся Сун Юй. Раньше он усложнял жизнь Ли Чжао и никогда не видел реакции команды.

Улыбка режиссёра Лю была немного неловкой, но он не позволил Сун Юю приблизиться к Ли Чжао.

– Это всё для нашей команды.

В прошлом он позволял издеваться над Ли Чжао, потому что знал, что актёр, устроенный его работодателем, не может быть оскорблён. Теперь он не мог позволить Сун Юю запугивать Ли Чжао, потому что знал, что Ли Чжао был самым популярным актёром в команде. Только когда Ли Чжао сотрудничал, реклама приносила пользу.

Он был режиссёром, который оценивал ситуацию и не думал, что он был неправ.

– Брат Сун, ты меня для чего-то ищешь? – Ли Чжао не понял благих намерений режиссёра Лю. Он не только не избегал Сун Юя, он даже взял на себя инициативу встать на сторону Сун Юя. – Не хочешь пригласить меня поужинать поздно вечером?

– Съешь пердёж. Почему ты не думаешь ни о чём, кроме еды! – Сун Юй прошёл мимо помощника режиссёра Лю и сел рядом с Ли Чжао, говоря жёстким тоном: – Я слышал, ты подписал контракт с Strawberry Entertainment?

Остальная часть комнаты услышала слова "Strawberry Entertainment" и навострила уши. Несколько других актёров не могли удержаться от чувства зависти.

– Да, – Ли Чжао кивнул.

Лицо Сун Юй изменилось, и он, наконец, заговорил сдавленным голосом:

– У тебя действительно есть некоторые способности. Ты действительно пошёл, чтобы поймать Strawberry Entertainment?

– Нет, они связались со мной. Я увидел, что условия были очень хорошими, и подписал с ними контракт.

Сун Юй ошеломлённо молчал.

Остальные в комнате ничем не отличались от него.

Они были вынуждены оставаться на месте и им нечего было сказать. Вероятно, это было из-за слов Ли Чжао, но Сун Юй больше ничего не говорил до сцены. Позже в интерактивном сеансе ведущий упомянул о дружбе между Ли Чжао и Сун Юем. Сун Юй холодно улыбнулся в своём сердце. У него с Ли Чжао была нелепая дружба.

– Мы все знаем, что Чжао Чжао и Сяо Юй – любовные враги в дораме, но в реальной жизни вы хорошие друзья. Вы не знаете, будет ли ещё один шанс сотрудничать?

Сун Юй взглянул на Ли Чжао. Он не хотел сотрудничать с Ли Чжао в своей жизни. Он боялся, что у него в такой ситуации просто не выдержит сердце.

Ли Чжао улыбнулся.

– Брат Сун всегда заботился обо мне. Я надеюсь, что в будущем будут возможности для сотрудничества.

Это сэкономило бы ему деньги на ночных закусках.

Сун Юй продолжал хранить молчание.

Нет, он не хотел!

К сожалению, идеалы были полными, но реальность была тощей. На следующее утро он проснулся ото сна, и Сун Юй получил сообщение от своего агента. Он получил роль в исторической драме с крупными инвестициями.

– Я хотел помочь тебе получить более высокую роль, но, к сожалению, другая команда лучше, и актёр превзошёл тебя, – агент на другом конце мобильного телефона сказал: – Если ты хорошо сыграешь эту роль, ты сможешь снять свою дурную славу.

– Кто боролся со мной за роль? – Сун Юй был немного расстроен.

– Команда Ли Чжао, – агент успокоил его. – Это невозможно, пиар-команда Strawberry Entertainment слишком сильна, и мы не можем конкурировать. Тем не менее твоя роль великолепна. Если ты будешь хорошо себя вести, то сможешь оказать давление на Ли Чжао.

– Ты слишком много думаешь, – Сун Юй без сил откинулся на спинку кровати. Он изменил роль Ли Чжао, опираясь на свой провидческий сон, и Ли Чжао может стать популярным, не говоря уже об этой хорошо сделанной исторической драме.

Жизнь, это была жизнь.

* * *

По сравнению с безжизненным Сун Юй, Ли Чжао был очень счастлив. Казалось, он видел лучшее будущее, сосредоточенное на безделии и еде. Затем он подумал о том, как он получил важную роль без прослушивания, и спросил Ло Жуна, исполнительного агента Strawberry Entertainment.

– Брат Ло, прослушивания не будет?

– Компания отправила твой профиль команде, и команда оказалась очень довольна тобой. Ты можешь спокойно войти в команду, – Ло Жун несколько дней служил исполнительным агентом Ли Чжао. Он отличался от Чжан Сяо Юаня с точки зрения содержания работы и знал больше о внутренних ресурсах компании.

– Наша компания является одним из инвесторов Небесной Песни. После съёмок это может транслироваться на национальной станции. Твоя игра очень хороша, так что не испытывай слишком большого давления, – Ло Жун говорил категорично, как будто было действительно легко получить эту роль. – Неважно, даже если эта драма закончится. Через три месяца у компании будет драма о древнем мире сянься. Я помогу тебе получить первую мужскую роль, чтобы обеспечить твою последующую популярность.

В Strawberry Entertainment Ли Чжао наконец понял, что это значит – находиться под богатой атмосферой и богатыми ресурсами. Они могли обеспечить роль в большой исторической драме и даже дать главную роль в драме о древнем мире сянься. Было ли это счастьем – выйти замуж за богатую семью?

Ли Чжао закончил разговор с Ло Жуном и открыл сценарий Небесной Песни, нарисовав карту понимания персонажа. В полдень шеф-повар помог ему приготовить еду. Он сел за стол и внезапно подумал о Янь Тине, работающем в компании. Он достал свой телефон и отправил сообщение.

Удача приходит к Чжао Чжао: Тин Тин, уже полдень, ты не забыл поесть?

Удача приходит к Чжао Чжао: Ты только что простудился и не должен есть ничего слишком жирного. Если каша невкусная, тогда вы можете съесть рисовую запеканку.

* * *

В офисе Янь Тин принял лекарство, прописанное врачом, и выпил питательную жидкость, переданную помощником Цинь. Вернее, он был готов выпить её, когда загорелся экран его телефона.

– Господин? – помощник Цинь увидел, как Янь Тин поставил питательную жидкость рядом с ним, и подумал, что его босс не был удовлетворён питательной жидкостью. – Если тебя не устраивает этот вкус, я могу предложить Вам другой.

Наступила минута молчания, прежде чем Янь Тин сказал:

– Нет, приготовь для меня рисовую запеканку.

– Хорошо, – помощник Цинь был счастлив. Он незамедлительно договорился с кем-то приготовить рисовую запеканку. Сделав эти приготовления, он вздохнул с облегчением. Желание есть было хорошей вещью, очень хорошей вещью.

Полчаса спустя Ли Чжао получил фотографию от Янь Тина. На столе стояла рисовая запеканка, и от неё всё ещё шел пар.

Янь Тин: Ем.

Сообщение было коротким и прямым, с правильной пунктуацией.

Удача приходит к Чжао Чжао: завтра я войду в новую команду. У меня будет меньше времени, чтобы вернуться. Я буду готовить вечером, так что, пожалуйста, питайся правильно.

Рисовая запеканка была очень горячей. Янь Тин прочитал сообщение Ли Чжао и отложил палочки для еды.

– Господин? – Помощник Цинь увидел, что Янь Тин остановился, съев две ложки, и поспешно спросил: – Вам не нравится еда из этого магазина?

Янь Тин быстро вытер уголки рта, прежде чем встать и схватить пальто, лежащее рядом с ним.

– Идём домой.

– Хорошо, господин.

Машине было трудно двигаться по запруженным улицам. Янь Тин посмотрел на бесконечное движение впереди и откинулся на спинку сиденья, закрыв глаза.

– Господин, кажется, перед нами автомобильная авария, – помощник Цинь воспользовался своим телефоном, чтобы проверить дорожные условия. – Вероятно, потребуется некоторое время, чтобы восстановить нормальный поток.

Янь Тин открыл глаза и посмотрел в окно. На тротуаре была пара, идущая рука об руку на холодном ветру. Девушка положила свою холодную руку на шею молодого человека. Парень вздрогнул, но не оттолкнул девочку. Они разговаривали и смеялись, пока медленно уходили.

Что означало быть тёплым, когда ты рядом, и ненавидеть расставаться? Он не мог понять и не хотел понимать. Чувствам было суждено разделиться, как восходящему утром солнцу суждено было сесть на западе, сделав мир тёмным местом.

Экран телефона снова засветился.

Удача приходит к Чжао Чжао: Тин Тин, я приготовил для тебя суп. Он будет готов, когда ты вернешься. Кстати, ты можешь купить два килограмма мандаринов на обратном пути? В это время года мандарины в самый раз на вкус.

* * *

Владелица фруктового магазина держала телефон и сосредоточилась на наблюдении за властной женщиной-президентом. Обычно дела шли хуже всего в два-три часа дня, и она обычно проводила это время за просмотром дорам.

Увидев, как главный герой наклонился, чтобы снять туфли на высоких каблуках с женщины-президента, она не смогла сдержать сладкой улыбки и даже не заметила гостей в магазине. К тому времени, как она подняла голову, другой человек подошёл к стойке.

– Приветствую, какой фрукт ты хотел бы купить?

– Мандарины.

– У нас в магазине есть разные сорта мандаринов.

– Хорошо.

Владелица фруктового магазина украдкой посмотрела на посетителей и вздохнула. Чёрт возьми, как в этом мире появилась такая великая красота? В ответ на её приветствие прекрасный гость ответил холодно, но потом взял несколько разных видов мандаринов и ушёл. Другой человек никогда не менял выражения лица и ничего не говорил, но она всё равно чувствовала, что у этого человека есть история.

* * *

Янь Тин нёс пакет с мандаринами и почувствовал слабый запах бульона, когда шёл к двери Ли Чжао.

Дверь медленно открылась, и Ли Чжао высунул голову.

– Тин Тин, почему ты вернулся так рано? Еда не готова.

Это был аромат бульона. Он не был отвратительным и имел лёгкий аромат. Янь Тин вошёл в дом, положил мандарины на стол, снял пальто и положил его на подлокотник дивана.

– Этот мандарин такой сладкий, – Ли Чжао очистил мандарин и положил его в рот. Он прожевал дольку, прежде чем схватить ещё один кусочек и положить его в рот Янь Тина. – Возьми, ты должен попробовать это.

Янь Тин посмотрел на мандарины перед ним и почувствовал аромат мандариновой кожуры.

Это был... аромат зимы?

Глава 23. Какое совпадение

Янь Тин наклонился, чтобы съесть мандарин, который дал ему Ли Чжао. Внезапный кислый привкус заполнил его рот, и он выглядел невыразительным.

– Ты его проглотил? – Ли Чжао увидел, что Янь Тин не нахмурился, и поспешно вытащил конфету из кармана, отдавая её Янь Тину. – Я тебя дразню. Этот мандарин такой кислый, что у меня чуть зубы не выпали.

Поедание этих зелёных мандаринов было похоже на игру на проигрывателе удачи. Некоторые были сочными и сладкими, в то время как некоторые были кислыми и заставляли людей плакать. Ли Чжао не ожидал, что Янь Тин может проглотить мандарин с таким кислым вкусом, не изменив выражения лица. Он сразу почувствовал восхищение.

– Ты слишком силён.

– Этот должен быть хорошим, – Янь Тин вытащил пожелтевший мандарин и вложил его в руку Ли Чжао.

– На первый взгляд он сладкий, – Ли Чжао очистил его и съел. – На этот раз он действительно сладкий. Попробуй его.

Видя, что Янь Тин не возражает против того, чтобы съесть дольку мандарина, которую он передал, Ли Чжао обнял подушку и сел, скрестив ноги, на диван.

– Янь Тин, ты слишком искренен. Что, если я снова обману тебя?

– Это не имеет значения, – Янь Тин выбрал два жёлтых мандарина и положил их перед Ли Чжао.

– Всё кончено. Я чувствую вину за издевательства над честными людьми, – тело Ли Чжао всем весом упало на Янь Тина. – Тин Тин, ты не можешь быть таким послушным с людьми в будущем, или ты понесёшь убытки.

Начался урок Ли Чжао по борьбе с мошенничеством и кражами. Рассказав Янь Тину несколько историй о том, как друзья обманывали других друзей, Ли Чжао выпил два глотка воды, чтобы увлажнить горло.

– Это правда. Ты должен помнить об этом в будущем, понимаешь?

– Я знаю.

– Вот и хорошо, – Ли Чжао удовлетворённо похлопал его по плечу. – А пока посиди немного. Я пойду на кухню, чтобы проверить бульон.

Как только Ли Чжао зашёл на кухню, Янь Тин взял конфету, которую Ли Чжао положил на стол. Он снял обёртку и положил её в рот. Леденец был очень сладким.

* * *

Вечером ели только два человека. Ли Чжао приготовил всего несколько блюд, но Янь Тин сделал ему лицо и наполнил его желудок целой миской риса.

После еды Янь Тин попрощался, и Ли Чжао проводил его. Янь Тин стоял в ночи, ночной ветер развевал его одежду. Он остановился и оглянулся на Ли Чжао, стоящего на свету.

– Когда ты вернёшься?

– Перед весенним фестивалем, – Ли Чжао улыбнулся, его глаза изогнулись. – Мы проведём Новый год вместе?

В его глубоких глазах была бесконечная тьма. Янь Тин сунул руку в карман куртки и медленно кивнул.

– Хорошо, – он повернулся и вышел за ворота, ступив в темноту, которую не могли достичь уличные фонари.

– Подожди! – Ли Чжао остановил его. Он побежал обратно в дом и достал симпатичную поясную подушку, вручая её Янь Тину. – Это то, что организаторы прислали мне, когда я участвовал в мероприятии. Ты сидишь в кабинете каждый день, и тебе будет удобнее, если у тебя будет эта подушка.

Янь Тин посмотрел на куклу-смайлик, вышитую на поясной подушке, и потянулся к ней.

– Спасибо.

– Какие могут быть благодарности между братьями? – Ли Чжао махнул рукой. – Возвращайся и ложись спать пораньше. В следующем месяце мы будем поддерживать связь по телефону.

– Да, – Янь Тин вернулся с подушкой в одной руке.

– Не ходи туда, где тусклый свет, и смотри под ноги, – Ли Чжао напутствовал сзади, выражая свой искреннее беспокойство.

Янь Тин остановился. Он посмотрел на уличные фонари, сияющие всего в двух шагах от него, а затем снова на Ли Чжао. Ли Чжао стоял под светом ворот и смотрел на него с беспокойством. Янь Тин на мгновение остановился, прежде чем медленно выйти на свет. Освещение было немного резким, и ему это не нравилось, но он мог с этим смириться.

* * *

На следующее утро Ли Чжао взял свой чемодан и поехал на машине в аэропорт. Как только он сел в самолёт, он встретил Сун Юем в первом классе.

– Брат Сун, какое совпадение, – Ли Чжао одарил Сун Юй братской улыбкой. Он пришёл, он пришёл. Там будут вкусные полуночные закуски и чай с молоком.

Встретившись с глазами Ли Чжао, полными энтузиазма, Сун Юй почувствовал себя немного уставшим, хотя он ещё не нашёл причину своей усталости. Может быть, это было потому, что Ли Чжао был слишком неприглядным?

Ли Чжао бросился к съёмочной группе драмы Небесная Песнь и снова был тепло принят. Их отношение не было таким преувеличенным, как в прошлый раз, но Ли Чжао всё ещё чувствовал влияние денег.

– Учитель Ли, здешняя команда приготовила комнату отдыха для Вас и учителя Суна. Из-за ограниченных условий экипажа, мы вынуждены заставить вас разделить комнату отдыха с учителем Суном, – член съёмочной группы привёл Ли Чжао в эксклюзивный лаундж, который они делили с Сун Юем. – Если вы увидите что-нибудь, что вам нужно купить, я попрошу менеджера команды организовать это для Вас.

– Это очень хорошо. Больше нет необходимости беспокоить всех, – Ли Чжао увидел, что комната отдыха была оборудована всеми видами вещей и даже имела два компьютера. Таким образом, он знал, что команда потратила много энергии на приём его и Сун Юя.

Член команды вздохнул с облегчением, когда увидел, что Ли Чжао так хорошо говорит. Актёры, которых устроило руководство, были очень состоятельными людьми, которых съёмочная группа не могла обидеть, если это было возможно. Как только Сун Юй вошёл в комнату отдыха и увидел Ли Чжао, сидящего внутри, улыбка на его лице исчезла. Сотрудник позади него тепло объяснил:

– Все в нашей команде слышали, что учитель Сун и учитель Ли – хорошие друзья, поэтому мы специально организовали комнату для вашего совместного проживания...

Он не хотел говорить, он просто хотел тишины.

* * *

В день церемонии запуска Небесной Песни Ли Чжао зарегистрировал аккаунт в Weibo и отправил рекламный пост съёмочной группы. Фанаты, с нетерпением ожидающие Weibo Ли Чжао, были так взволнованы, что чуть не плакали на месте.

– Бабушка, выходи скорее. Твой кумир наконец-то открыл Weibo.

– Чжао Чжао из моей семьи наконец-то узнал, что в мире есть программное обеспечение под названием Weibo? Мама громко плачет.

– Детка, у тебя есть возможность зарегистрировать учётную запись, а затем у тебя есть возможность сделать селфи!

– Ааааа, мой малыш действительно присоединился к команде Небесной Песни!

– Детка, веди себя хорошо. Мы будем ждать твоей новой драмы.

По мере того, как властная женщина-президент набирала все больше кликов в Интернете, популярность Ли Чжао также постепенно росла. Если бы Strawberry Entertainment не имела такого строгого контроля над отбором рекламных съёмок, тогда многие компании уже пришли бы к его двери.

Сун Юй тайно открыл Weibo и увидел, что в рекламном сообщении Ли Чжао было даже больше комментариев, чем в оригинале. Его сердце внезапно превратилось в лимон, и оно стало кислым. В полдень его агент позвонил ему и похвалил его.

– Ты, наконец, понял, как сохранить друга. Тебе действительно понравился первый пост Ли Чжао в Weibo.

Нравится? Что это был за комплимент?

Сун Юй открыл свой Weibo, чтобы проверить, и многие фанаты в комментариях обсуждали его дружбу с Ли Чжао. После того, как Ли Чжао сделал аккаунт в Weibo, Сун Юй был первым в актёрском составе властной женщины-президента, кто подписался на Ли Чжао и похвалил его.

Он этого не сделал, его рука просто соскользнула.

Затем, глядя на список подписчиков, Ли Чжао не подписался на него в ответ? Даже если бы рука Сун Юя только соскользнула, разве Ли Чжао не должен был немедленно подписаться на него, иначе он был бы слишком смущён?

– Иди и скажи Ли Чжао, чтобы он немедленно подписался на меня, – Сун Юй крикнул своему помощнику. – Он сделал нас хорошими друзьями, так что не позволяй другим видеть во мне посмешище.

Помощник потерял дар речи. Разве Ли Чжао не был тем, кто сказал в самом начале, что он хорошие друзья? И разве они не поддержат его позицию, если сейчас сделают это? Однако он не осмелился сказать это. Если бы он это сказал, собачий характер Сун Юя наверняка бы вскипел так сильно, что он определённо снёс бы раздевалку.

Помощник Сун Юя пошёл к Ли Чжао, который общался с актёром-ветераном. Этот актёр-ветеран не слишком часто снимался в сериалах, но он был актёром национального уровня с отличными навыками.

У Ли Чжао было лицо, которое нравилось старикам и девушкам. Таким образом, помощник Сун Юя увидел, как актёр-ветеран улыбается, серьёзно рассказывая Ли Чжао о своём актёрском опыте. Ли Чжао слушал очень серьёзно, вероятно, чтобы угодить актёру-ветерану. Только когда помощник подошёл к Ли Чжао, актёр перестал говорить.

– Подумай ещё раз об этой сцене. Спрашивай меня, если у тебя есть какие-либо вопросы, – актёр-ветеран заложил руку за спину и с удовлетворением ушёл.

У этого актёра-ветерана была проблема. Всякий раз, когда он видел молодого актёра с аурой, он хотел, чтобы они играли лучше. Это привело к тому, что некоторые актёры за кулисами говорили, что ему нравится быть учителем.

В последние годы он много сдерживал себя, пока не встретил Ли Чжао. С его точки зрения, актёрское мастерство Ли Чжао было диким, и было много областей, которые не были достаточно отточены. Однако актёрскому мастерству можно научиться. Актёру было очень сложно привнести свою собственную ауру. Его сердце взволновалось, и он совершил старую ошибку.

К счастью, Ли Чжао любил учиться. Два человека нашли общий язык, и в течение нескольких дней было ощущение, что они нашли старого друга.

Актёр-ветеран ушёл, а помощник Сун Юя улыбнулся.

– Учитель Ли, брат Сун попросил меня купить чай с молоком. Вы хотите выпить чаю? Может, мне принести Вам чашечку по пути?

– Как я могу это сделать? – Ли Чжао вежливо отказался, но его сердце уже предвкушало вкус чая с молоком.

– Это как раз в пути. Хотите, я куплю ванильный аромат, который Вам так нравился?

– Хорошо, – Ли Чжао кивнул. – Ванильный вкус хорош.

– Хорошо, – улыбка ассистента стала немного неестественной. – Учитель Ли, я слышал, что вы открыли аккаунт в Weibo. Брат Сун был очень счастлив и только что подписался на ваш аккаунт.

"Так что поторопись и немедленно подпишись на него!" – если бы Ли Чжао не на него, собачий характер Сун Ю вырвался бы наружу!

– Аккаунт был создан моим помощником, и я посмотрю комментарии фанатов позже, – Ли Чжао посмотрел на небо. – Становится темно. Тебе следует уйти пораньше, чтобы ты мог вернуться пораньше.

Помощник почувствовал, что Ли Чжао, возможно, вообще не понял его намёка…

Самым дальним расстоянием в мире была не жизнь и смерть, а то, что он хотел, чтобы Ли Чжао подписался на аккаунт брата Суна в Weibo, в то время как мысли Ли Чжао были заняты только чашкой чая с молоком, которую не вернули.

– Хорошо, как только вы посмотрите на комментарии фанатов, не забудьте подписаться на людей из нашей команды, – помощник Сун Юя не сдавался. – Мы должны работать вместе в течение двух или трёх месяцев. Если Вы не подпишитесь на других, люди могут подумать, что между актёрами есть конфликт.

– Хорошо, спасибо, что напомнил мне.

"Таким образом, ты должен поспешить и купить чай с молоком".

Глаза двух мужчин встретились под вечерним небом, когда они улыбнулись, думая, что другой человек понял их значение.

Помощник Сун Юя ушёл, а Ли Чжао выхватил свой телефон у Да Кэ. Он обнаружил, что его поклонников перевалило за полмиллиона.

– Неужели моя популярность так высока? Я открыл аккаунт на Weibo меньше дня назад, а у меня уже полмиллиона поклонников?

– Да, сейчас дёшево покупать вентиляторы. Чтобы не вызывать подозрений у фанатов, компания купила только четыреста тысяч фанатов, а настоящих фанатов всего около ста тысяч, – Да Кэ был очень доволен ростом поклонников Ли Чжао.

Ли Чжао ошеломлённо молчал.

Оказалось, что только один из пяти фанатов был настоящим, а остальные были поддельными фанатами?

– Не впадай в депрессию. После восьми вечера – самое время для пользователей Сети заглядывать в Weibo. Компания может помочь тебе управлять им, а также увеличить количество живых поклонников, – Да Кэ посмотрел на график съёмок. – У вас есть несколько ночных сцен. Как только они закончатся, я сделаю твою фотографию и выложу её на Weibo.

– Я хочу пообщаться со своим другом после съёмок, – Ли Чжао поднёс телефон к лицу, сделал снимок и начал редактировать свой Weibo. – Отправлю это сейчас.

"Чёрт побери! Остановись ради своего образа кумира! Это был смертельный ракурс для селфи. Ты не использовал фильтр красоты и не ретушировал фотографию! Не отправляй это!"

Глава 24. На краю обрыва

К сожалению, хотя сердце Да Кэ упало, но он не смог остановить селфи Ли Чжао. Он в отчаянии оглянулся и едва удержал вежливую улыбку.

– Фундамент Чжао Чжао настолько хорош, что любая фотография будет красивой.

Черты лица Ли Чжао были хорошими, плюс его кожа была в отличной форме. Ракурс этого селфи был плохим, но он всё равно был красивым. Фанаты увидели это селфи без фильтров или фотошопа, даже ракурс был очень случайным, поэтому можно было догадаться, что это сделал сам Ли Чжао.

– Мой малыш действительно прирождённый красавец. Он выглядит так хорошо, несмотря на ужасный ракурс для селфи. Я могу, я действительно могу.

– Под этим углом нет двойного подбородка. Муж, ради тебя я готова есть меньше риса.

– Чжан Сяо Юань, выйди, чтобы умереть. Почему ты не научил ребёнка делать селфи?

– Конечно, Чжан Сяо Юань не специально позволил ребёнку стрелять так, чтобы мы больше не любили ребёнка. Тогда он возьмёт ребёнка домой, чтобы открыть ресторан с лапшой?

– Чжан Сяо Юань, ты бессердечный пёс!

– Чжан Сяо Юань, забудь об этом. Даже если мой ребёнок сделает селфи, где его лицо превратится в тыкву, он мне по-прежнему будет нравиться. Пожалуйста, уходи из индустрии развлечений в одиночку.

* * *

Волнение индустрии развлечений никак не повлияло на тех, кто не следил за знаменитостями. У специального помощника Циня было полдня отпуска, чтобы помочь своей семье. Как только он вернулся в компанию, атмосфера в отделе помощников была немного странной.

– Босс, – ассистент достал пакет с чем-то в яркой упаковке. – Хотите попробовать?

Специальный помощник Цинь выглядел ошеломлённым. Почему это выглядело так же, как подарок, который Ли Чжао дал ему?

– Корпоративные льготы? – спросил специальный помощник Цинь. Он задавался вопросом, когда компания организовала такие льготы.

– Похоже, Вы не знаете, – ассистент понизил голос. – Этим утром телохранитель босса принёс это. Говорят, что это подарок от друга босса.

– Поскольку его дал друг босса, вы должны хранить его в безопасности, – заявил специальный помощник Цинь. – Это сердце слишком редкое.

– Действительно? Друг босса очень добрый. Он вышел поиграть и принёс кое-что для нас.

– Этот тип натуральной пищи полезен для организма, когда его едят. Друг босса должен быть человеком с хорошим вкусом.

Все бросились хвалить совершенно незнакомого им человека. Возможно, они никогда раньше не видели и не слышали о друге большого босса, но поскольку босс специально договорился, чтобы телохранитель принёс эти вещи, это указывало на то, что друг имел высокий статус в глазах босса. Таким образом, было правильно воздать ему хвалу.

* * *

Пока помощники компании Янь Тина неистово хвалили Ли Чжао, Чжан Сяо Юань посмотрел на Weibo и обнаружил, что его снова ругают. Он ничего не сделал.

– Тебя ругают? – Ло Жун передал книгу планирования Чжан Сяо Юаню, прежде чем взять напиток из холодильника. Он бросил его в Чжан Сяо Юаня, думая утешить другого человека. – Как зрелый агент, ты должен научиться терпеть ругань. Чем популярнее артист, тем больше ругают агента. Если ты не можешь этого вынести, просто подумай о деньгах на своей банковской карте, и ты отпустишь своё негодование.

– Спасибо, – Чжан Сяо Юань горько улыбнулся. – Я не сержусь. У меня просто есть психологическая тень в отношении слов "открыть ресторанчик с лапшой".

– Сегодня я пришёл, чтобы найти тебя, чтобы обсудить путь развития Чжао Чжао, – Ло Жун наблюдал за лицом Чжан Сяо Юаня. – Я думаю, ты можешь видеть, что компания хочет сосредоточиться на развитии Чжао Чжао.

Чжан Сяо Юань сделал глоток и поставил напиток на стол.

– Брат Ло, я мог бы быть известен как агент Чжао Чжао, но он ребёнок, за ростом которого я следил много лет. Я лично надеюсь, что когда компания организует маршрут развития Чжао Чжао, она сможет максимально уважать личный выбор Чжао Чжао.

– Пожалуйста, будь уверен, что компания не будет препятствовать Чжао Чжао, – у Ло Жуна было несколько первоклассных артистов под его руководством. Таким образом, как только компания устроила его на работу в качестве исполнительного лица для нового человека, он подумал, что Ли Чжао был высокопоставленным лицом компании.

Однако, благодаря его наблюдению за Ли Чжао и Чжан Сяо Юанем, ни у одного из них, похоже, не было высокого образования. Действительно ли способности Ли Чжао были настолько оценены высшим руководством, что они организовали Ло Жуна для прихода сюда?

– Черты лица Чжао Чжао выдающиеся и привлекательные для зрителей. Это способствует созданию у него базы поклонников, – Ло Жун сложил руки на груди. – Однако этого недостаточно. Как артисту, ему нужно лучше понимать заимствования, чувство стиля и управление выражением. Я решил организовать для него учителей в этом отношении. У тебя есть какие-либо комментарии?

Чжан Сяо Юань не был дураком. Он знал, что эти договорённости были действительно хороши для Ли Чжао. Раньше у них не было денег и связей. Даже если бы он хотел попросить учителей научить Чжао Чжао, он не смог бы связаться ни с одним профессиональным учителем. Теперь, когда Strawberry Entertainment взяла на себя инициативу упомянуть об этих вещах, он с радостью согласился.

* * *

– Господин Тин, Ли Чжао – редкий хороший актёр. Компания договорилась с учителями, чтобы они давали ему уроки, пока он в команде, и он быстро прогрессирует. Каждый учитель хвалит его талант, – президент Strawberry Entertainment взял на себя инициативу позвонить Янь Тину и поговорить о планах компании для Ли Чжао. Янь Тин ответил небрежно.

Как только президент Сунь повесил трубку, его помощник Цао Цзя не мог держать в узде собственное любопытство.

– Босс, отношение господина Тина такое холодное, и, похоже, он не очень ценит Ли Чжао. Мы что-то неправильно поняли? Возможно, помощник господина Тина действительно просто говорил небрежно.

– Ты всё ещё очень молод, – президент Сунь улыбнулся и отпил из своей чашки. – Обычно очень трудно разговаривать по телефону с таким человеком, как Янь Тин. И все же сегодня он слушал меня так долго. Разве это не показывает, насколько он ценит Ли Чжао? У нашей Strawberry Entertainment так много громких имён, но Янь Тин не упомянул их, только Ли Чжао. Если это не считается особенным, тогда что особенного существует в этом мире? – президент Сунь загадочно улыбнулся. – Что сказал Янь Тин, когда он упомянул Ли Чжао при мне?

– Что он сказал?

– Ли Чжао, тот ребёнок, – президент Сунь объяснил. – Янь Тин назвал двадцатилетнего мальчика ребёнком. Это не обычное утверждение.

– Есть так много способов, – Цао Цзя внезапно улыбнулся. – Президент Сунь, Вы такой внимательный. Я не мог услышать так много значений из его слов.

– Хорошо, ты слышал эти слова, но не распространяй их случайным образом, – президент Сунь посмотрел серьёзно. – Я боюсь, что господин Тин придёт в нашу компанию, чтобы найти проблемы, если мы неосторожно поступим в отношении его ребёнка.

* * *

– Тин Тин! – после дня съёмок и часа занятий по этикету Ли Чжао лёг на кровать после принятия ванны.

На экране телефона можно было разглядеть силуэт работающего Янь Тина. Услышав, как Ли Чжао зовёт его, Янь Тин перестал стучать по клавиатуре и оглянулся.

– Хм?

– Я умираю, – Ли Чжао держал подушку и лежал совершенно без сил. – Я не ожидал, что ты будешь работать так поздно. Ты всё ещё работаешь сверхурочно по ночам.

– Ты не хочешь сниматься?

– Это не то, – сказал Ли Чжао. – Сначала я просто хотел зарабатывать деньги. Затем я подумал о том, как людям нравится моя роль, и стал очень счастливым. На самом деле... – Ли Чжао понизил голос и уткнулся лицом в экран телефона. – У меня есть небольшая идея в моём сердце.

– Что это?

– Кажется, я тебе не говорил. Ты знаешь, что я вырос в приюте? – Ли Чжао почесал голову с некоторым смущением.

Янь Тин пристально посмотрел на Ли Чжао и открыл рот после долгого молчания.

– Нет.

– Это не имеет значения, – Ли Чжао сменил тему. – Я скажу важную вещь. Как ты думаешь, мои настоящие родители увидят меня по телевизору? – волосы Ли Чжао были всё ещё влажными, и он выглядел очень хорошо, когда лежал на кровати. – Я был очень хорошим ребёнком. Никто не учил меня после школы, но я всё равно занял первое место в классе. Раньше я думал, что мои родители случайно потеряли меня и искали все эти годы. Я мог бы выглядеть как мои родители или я мог бы выглядеть как мои бабушка и дедушка. Возможно, когда они увидят меня по телевизору, они будут сокрушаться, что их потерянный ребёнок должен был вырасти таким же красивым, как этот мальчик по телевизору, – Ли Чжао произнес эти слова и рассмеялся. – В любом случае, всё возможно.

Янь Тин молчал, наблюдая за счастливо смеющимся ребёнком на экране. Он задавался вопросом, думал ли Ли Чжао, что, возможно, его родители никогда не искали его, возможно, его рождения не ожидали, поэтому его бросили в приюте.

Однако Янь Тин не мог сказать это перед такой яркой улыбкой.

– Они будут гордиться тобой.

– Это неправда, – Ли Чжао зевнул. – Тин Тин, я пойду спать первым. Я поговорю с тобой завтра, – после этого он натянул одеяло на своё тело и сонно лег, даже не отключив видео.

– Ли Чжао, Чжао… Чжао? – Янь Тин посмотрел на спящего ребёнка и протянул руку, чтобы отключить видео. Затем, как только его взгляд упал на мягкие волосы другого человека, он прекратил свои движения.

Возможно, это было из-за того, что ребёнок так крепко спал, что Янь Тин почувствовал редкую сонливость. Он держал свой мобильный телефон в руке и вышел из кабинета. Янь Тин положил его на шкаф в своей спальне, повернулся, чтобы взять другой телефон и позвонил Специальному помощнику Циню.

– Как продвигался проект "Генный банк потерянных детей" в последние годы?

Специальный помощник Цинь был удивлён, когда ему позвонили. Босс обычно ничем не интересовался, как будто он родился с полным отсутствием обычных человеческих чувств. Уход и смерть других никогда не могли произвести впечатление на босса.

– Прогресс ограничен из-за ограниченного финансирования.

– Я окажу финансовую помощь в частном порядке, – Янь Тин подошёл к окну и выглянул в темноту. – Организуй это как можно скорее.

– Хорошо, господин, – специальный помощник Цинь повесил трубку и взволнованно позвонил доктору Суню, его тон был высоким. – Доктор Сунь, босс проявил инициативу, чтобы помочь другим! Это признак того, что его состояние улучшается?!

Доктор Сунь спокойно заговорил:

– Мистер Цинь, не волнуйтесь. Во-первых, нам нужно выяснить, вызвано ли поведение господина Тина состраданием или оно направлено на то, чтобы помочь конкретному человеку.

– В чём разница? – специальный помощник Цинь не понял. Даже если это было для конкретного человека, это было хорошо.

– Кто может гарантировать, что этот конкретный человек останется с господином Тином на всю оставшуюся жизнь? – доктор Сунь вздохнул. – Для человека, у которого нет желания жить, самое ужасное – это когда он решает жить хорошо только для того, чтобы человек, поддерживающий его в живых, оставил его. Это всё равно, что толкать человека, который стоит на краю обрыва, гарантируя, что он никогда больше не будет жить.

Лицо специального помощника Циня было белым от страха.

– Тогда я должен найти способ держать этого человека подальше?

Доктор Сунь покачал головой.

– Мистер Цинь, даже если господин Тин болен, мы не должны нарушать его право заводить друзей. Это несправедливо по отношению к его другу или господину Тину.

– Я понимаю, – после минутного размышления специальный помощник Цинь мог только беспомощно кивнуть. Насколько было бы хорошо, если бы этот человек смог оттащить босса от края обрыва?

_______________________

Автору есть что сказать:

Чжао Чжао:

– Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь, где мой друг?

Малыш Тин поднял руку:

– Туточки!

Глава 25. Оставаясь подростком

– Учитель Ли, давай пройдёмся по этому вопросу ещё раз. Ты должен помнить, что ты можешь быть денди, но твоё уважение и восхищение своим отцом не меньше, чем у других людей. Если настроение твоего выступления не соответствует действительности, последующие повороты эмоций твоего персонажа будут слишком резкими, – режиссёр Небесной Песни был очень доволен выступлением Ли Чжао и даже приятно удивлён.

Ли Чжао мог не отставать от актёра-ветерана, и они также очень хорошо ладили наедине. Однако режиссёр не думал, что у Ли Чжао будут проблемы с известной сценой отца и сына.

– Мне жаль, режиссёр Ян, – Ли Чжао извинился перед режиссёром и актёром-оппонентом.

– Всё в порядке, – актёр-ветеран протянул руку и похлопал его по плечу. – Кажется, твой отец очень строг с тобой дома. Таким образом, ты смотришь мне в глаза и не можешь проявить больше уважения, верно?

Ли Чжао улыбнулся, обнажив зубы.

– Учитель Ли, давай сделаем перерыв, пока ты ищешь подходящие эмоции, – видя, что ребёнок застрял, режиссёр Ян не рассердился. Он встал из-за монитора и шагнул к Ли Чжао. – В последнее время ты много снимался и, возможно, слишком устали.

Ли Чжао улыбнулся режиссёру и взял маленький табурет, чтобы сесть в углу, опустив голову. Остальная команда знала, что он ищет смысл сцены, и не беспокоила его. Хотя никто в команде не винил его, Ли Чжао знал, что он не устал. Дело было в том, что он не мог понять эмоций персонажа.

Раньше, когда ему было меньше десяти лет, образ отца в его сердце был мрачным, этот человек любил выпить и любил бить и пинать Ли Чжао. Возможно, Бог внезапно обнаружил, что Ли Чжао был отдан не в ту семью. Учителя и полиция защищали его, спасая от побоев и ругани.

Родители, которые ругали его, не были его настоящими родителями. Если руководство не обманывало его, мать и отец отвели бы своего ребёнка в зоопарк и купили бы ему красивую новую одежду. Он потерял своих родителей и совсем не мог наслаждаться этим.

За годы, проведённые в приюте, Ли Чжао иногда втайне фантазировал, что, когда он проснётся на следующее утро, любящая пара подойдёт к нему и скажет: "Прости, мама и папа случайно потеряли тебя. Мы здесь, чтобы забрать тебя домой".

Позже он не стал их ждать и жил счастливой жизнью в приюте социального обеспечения. Каждый год добрые самаритяне приходили в гости, и матери других детей вязали для них красивые свитера. Он не знал, как обычно ладят отец и сын, поэтому Ли Чжао был робким, когда действовал.

– Я слышал, как ты потратил более дюжины дублей на съёмки в одной сцене, – Сун Юй пришёл в своём костюме. Это было удалённое место для раздумий, поэтому здесь не было других мест для сидения. Он попросил своего помощника принести стул и сел лицом к лицу с Ли Чжао.

Ли Чжао поднял глаза и посмотрел на другого человека яркими глазами. У него не было стыда или покраснения, которых ожидал Сун Юй. Это заставило Сун Юя мгновенно потерять чувство удовлетворения определённым достижением. Он услышал, что Ли Чжао плохо провёл свою последнюю съёмку, поэтому Сун Юй взволнованно выбежал из комнаты отдыха, боясь, что он придёт слишком поздно и не будет живой сцены, которую можно увидеть.

Глаза Ли Чжао необъяснимым образом заставили Сун Юя почувствовать некоторое смущение, и он фыркнул.

– Какой смысл смотреть на меня? Я не тот, кто может потребовать "вырезать" твои сцены.

– Брат Сун, как отец и сын ладят? – Ли Чжао польстил Сун Юй улыбкой. – Ты можешь мне сказать?

Сун Юй удивлённо моргнул.

В последний раз, когда Ли Чжао улыбнулся ему, это был вопрос, не хочет ли он поесть вечером.

– Это всё? – Сун Юй оттащил стул назад, решив держаться подальше от Ли Чжао. – У моего старика мало что есть, кроме денег. Если я не совершу ошибок, он даст мне много денег. Если я его провоцирую, он ведёт себя как летающая курица или прыгающая собака (1).

– Тогда он отведёт тебя в зоопарк?

– Нет, – Сун Юй замахал руками.

Ли Чжао внезапно понял, что не все отцы поведут своих детей в зоопарк.

– В детстве я ненавидел зоопарки. Поэтому они обычно водили меня в известные парки развлечений за границей, – Сун Юй никогда не забывал хвастаться своим богатством. – Почему ты спрашиваешь об этом?

– Всё в порядке, не нужно тебя беспокоить, – Ли Чжао внезапно почувствовал, что он не хочет знать, на что похожи отношения отца и сына.

– Да, – Сун Юй только подумал, что Ли Чжао завидовал ему. – Ты не можешь себе представить счастье богатых.

Ли Чжао заложил руку за спину и бесцельно ходил по студии, пока не увидел актёра группы, разговаривающего по телефону со своей семьёй. Тон молодого человека был немного нетерпеливым, но его глаза были очень спокойными. Это было похоже на то, что пока его родители были рядом, где-то продолжало существовать безопасное убежище, даже если дорога впереди была трудной и опасной.

Он некоторое время стоял на месте, прежде чем вернуться, чтобы найти режиссёра Яна.

– Режиссёр Ян, давайте попробуем ещё раз.

– Да, не будь слишком психологически напряжён, – режиссёр Ян утешил Ли Чжао. – Это нормально, что твоё состояние иногда бывает плохим.

– Спасибо, – Ли Чжао глубоко вздохнул и вышел на позицию для съёмки.

Они официально начали очередной дубль. Режиссёр Ян заставил оператора подтолкнуть камеру вперёд и кивнул.

– Это то самое чувство. Попросите вторую машину обратить внимание на микровыражения Ли Чжао.

Сцена успешно завершилась с первого дубля, и актёр-ветеран рассмеялся.

– Сяо Ли, ты разговаривал со своим отцом по телефону и обнаружил, что отцовская любовь подобна горе?

Ли Чжао ответил смехом.

____________________________

1. 鸡飞狗跳 (jī fēi gǒu tiào) – литературный перевод – курицы летают, а собаки прыгают – идиома, которая описывает суматоху, переполох, сумятицу.

* * *

Приближался весенний фестиваль, и задача съёмочной группы становилась всё тяжелее и тяжелее. Ли Чжао играл известного государственного служащего в истории, поэтому там было большое количество реплик. Он смертельно уставал каждый раз, когда заканчивал сниматься.

Вечером он часто болтал с Янь Тином и засыпал. Янь Тин, казалось, привык к этой привычке и позволял ему поспать. Иногда, видя, что он слишком устал, Янь Тин просил кого-нибудь принести еду и напитки. Поэтому, хотя он был уставшей собакой каждый день, Ли Чжао не терял в весе.

* * *

Во время съёмок наконец-то наступил финал властной женщины-президента. Фанаты драмы плакали, не желая позволять Ли Чжао закончить эту прекрасную роль. Некоторые фанаты Ли Чжао хотели посмотреть другие дорамы Ли Чжао. Они поискали в Интернете и обнаружили, что у Ли Чжао не было других дорам.

Кто был Сыном Неба, который прославился только одной драмой? Был маркетинговый аккаунт, который написал это и отправил его с фотографией Ли Чжао.

Этот тип Weibo, казалось, помог увеличить чувство существования Ли Чжао, но на самом деле, прохожим было легко почувствовать, что Ли Чжао получает всё слишком легко, и это плохо сказывалось на его долгосрочном развитии.

Команда Ли Чжао заметила это. Они потратили всю ночь, чтобы найти все кино– и телевизионные ресурсы, в которых участвовал Ли Чжао, и смонтировать видео за ночь.

– Брат Чжан, Чжао Чжао также участвовал в Героическом правителе? Это шоу получило хороший приём и, вероятно, является сериалом номер один в этом году, – сотрудники команды просмотрели материалы выступления Ли Чжао и не смогли сдержать вздоха при виде рабочей нагрузки Ли Чжао. Даже глаза Чжан Сяо Юаня были другими.

В индустрии может быть много агентов типа эксплуататора Чжоу (1), но они не были такими безжалостными. Чжао Чжао в прошлом году было всего девятнадцать лет, но он совершал опасные действия в качестве дублёра, чтобы заработать деньги.

– Все посторонние говорят, что роль Чжао Цзюнь Наня в "Героическом правителе" очень полная. Я не ожидал, что несколько сцен, которые мне понравились, были сделаны Чжао Чжао, – в команде был молодой человек, которому действительно нравился Героический правитель. Он даже планировал рекомендовать Чжао Цзюнь Наню принять участие в большом фильме, запланированном компанией.

– Разве Чжао Цзюнь Нань не утверждал, что многие сложные действия в Героическом правителе были сделаны им и что он не любил использовать дублёра? – другой сотрудник усмехнулся. – Рот артиста настолько лжив!

– Не распространяйте новости о том, что Чжао Чжао являлся дублёром Чжао Цзюнь Наня, – приказал Чжан Сяо Юань. – Популярность Чжао Чжао в настоящее время основана на его интернет-драме. Чжао Цзюнь Нань – актёр первого эшелона. На этот раз успех Героического правителя означал, что он получил много поклонников среди прохожих. Если эта новость выйдет, люди только подумают, что Чжао Чжао пытается прокатиться на поле плаща Чжао Цзюнь Наня, и будут испытывать к нему отвращение.

– Брат Чжан прав, – редактор кивнул. – Тем не менее мы можем врезать фактурный боковой кадр примерно на секунду в видео. Фанаты не заметят этого сейчас, но как только Чжао Чжао поднимется...

Мир восхищался сильными, но также сочувствовал страданиям и обидам, которые перенесли сильные.

Нынешний Чжао Цзюнь Нань осмелился встретиться лицом к лицу со СМИ и приписать все заслуги своему телу. Если бы это обернулось против него позже, он не должен сожалеть об этом.

Чжан Сяо Юань был расстроен, увидев интервью Чжао Цзюнь Наня. Было нормально, что артисты не хотели, чтобы фанаты знали, что они использовали дублёра. Тем не менее было ясно, что многие сцены с боевыми искусствами, особенно на проводах, были сделаны не им самим, но он любил рассказывать о том, насколько он предан делу и как ему не нравится использовать дублёров. Это было немного отвратительно.

В начале, в команде Героического правителя, Чжао Цзюнь Нань говорил, как сильно он ценит Чжао Чжао, и для Чжао Чжао были подходящие роли. Он порекомендовал бы Чжао Чжао на прослушивание. Позже он узнал, что в Героическом правителе доступна небольшая роль. Режиссёр увидел, что сцены драк Чжао Чжао были хороши, и планировал отдать эту роль Чжао Чжао. Затем, как только Чжао Цзюнь Нань услышал об этом, он пошёл к режиссёру и сказал, что Чжао Чжао не подходит для этой роли, и вопрос был снят.

Если бы не неприятные отношения сотрудника с командой Чжао Цзюнь Наня, этот вопрос не был бы известен.

* * *

Чэнь Мин Мин была поклонницей Ли Чжао. Её ребёнок всё ещё может быть новым, но она будет ходить и проверять его данные каждый день. Она надеялась, что её ребёнок займет место в списке желаний.

В ту ночь она просмотрела посты Ли Чжао в Интернете и увидела видео.

[Успех не даётся легко. Некоторые люди могут выглядеть как лёгкий ветер на поверхности, но за ними стоит профессиональный актёр пушечного мяса.]

Она нажала на видео и увидела названия команд, которые были как известными, так и неизвестными.

В этих дорамах Чжао Чжао играл евнуха, прохожего одноклассника, негодяя, который флиртовал с главной героиней и был выгнан главным героем мужского пола. Он также прыгал в яму снова и снова. Глядя на Чжао Чжао, одетого в костюм и выбирающегося из грязевой ямы, дрожа от холода, Чэнь Мин Мин была так расстроена, что захотела попасть на видео и укутать своего ребёнка толстым пальто.

Затем она вскоре обнаружила, что это был не худший опыт её ребёнка.

Лошадь протащила его по земле, сломав колено. Он ударился о карниз, когда висел на проволоке, и чуть не потерял сознание, когда его ударили оружием на земле. Каждая сцена была страданием каскадёра.

Её ребёнок, к которому она относилась как к сокровищу, был таким несчастным. Чэнь Мин Мин не могла смотреть полное видео, но она не могла не открывать его снова и снова. Больше всего сердце Чэнь Мин Мин задело то, что в конце Чжао Чжао надел белую рубашку и улыбнулся в камеру, заявив:

– Что с тобой не так?

Самым трогательным было пройти через тысячи испытаний, но всё ещё оставаться подростком.

Эта улыбка прочно заняла всё сердце Чэнь Мин Мин. В этот момент она поняла, что значит иметь правильное сердце.

____________________________

Автору есть что сказать:

Чжан Сяо Юань:

– Продай его!

Сяо Чжао:

– Что продавать?

Чжан Сяо Юань:

– Страдание!

____________________________

1. 周扒皮 (zhōubāpí) – эксплуататор Чжоу – это отрицательный персонаж в рассказе эпохи культурной революции "Полночный крик петуха", эксплуататор, кровосос.

Глава 26. Братская одежда

– Я так громко плакал. Нашему ребёнку действительно было нелегко.

– Я видел, как Чжао Чжао упал на землю после удара палкой, и он не мог подняться. Другие люди из команды прошли мимо него, но никто не помог ему встать.

– Я фанат прохожих, плачу и использую пачку салфеток.

– Я просто прохожий. После просмотра этого видео я чувствую себя беспомощным и грустным. Сколько актёров в кино и на телевидении похожи на Ли Чжао, мечтающих стать звёздами? Черты лица Ли Чжао выдающиеся, но ему так плохо живётся. Насколько суровы те, кто не так хорош, как он?

– Сестра наверху немного наивна. Как Ли Чжао может быть несчастным, когда он так хорошо выглядит? Он был несчастен, потому что не был достаточно послушным. Грубо говоря, он не желает принимать определённые правила. У меня есть друг, который является инсайдером. Я ужинал с ним два дня назад и только что говорил о Ли Чжао. Он сказал, что Ли Чжао очень хороший человек. Он всегда глуп и счастлив в команде. Даже если он смертельно устал, он может с удовольствием съесть упакованную еду вместе с командой. Он также сказал, что Ли Чжао очень бережлив в обычное время. Он не хотел пить бутылку минеральной воды, на которую ушло два юаня. Обычно он брал большой пластиковый чайник и бежал к питьевому пункту, чтобы набрать кипяченой воды. Мой друг очень рад, что Ли Чжао наконец-то преуспел. Я надеюсь, что в будущем он будет развиваться всё больше и больше.

– Кстати, я не уверен, что это истинная инсайдерская информация. Я слышал, что есть приличная развлекательная компания, которая полюбила Ли Чжао и готова обучать его. Если эта информация достоверна, Ли Чжао не придётся жить такой несчастной жизнью в будущем.

Команда Ли Чжао увидела взрывные комментарии пользователя Сети и пошла спросить Чжан Сяо Юаня.

– Брат Чжан, этот взрыв правда или ложь?

– Это случилось в прошлом году в команде Героического правителя, – Чжан Сяо Юань взглянул на взрывоопасное содержимое. – Кажется, друг информатора должен быть членом команды Героического правителя.

– Чжао Чжао действительно жил так плохо, – сотрудники чувствовали, что Ли Чжао, вероятно, был самым жалким артистом, которого они когда-либо встречали.

– Не было никакого способа, – Чжан Сяо Юань вздохнул. – В то время мы были очень бедны. Нам приходилось полагаться на коробки с едой, которые раздавала съёмочная группа, чтобы едва выжить.

– Это ужасно, слишком ужасно, – сотрудник достал из своего ящика наполовину съеденный пакет чипсов и передал его Чжан Сяо Юаню. – Возьми его и съешь. Не возвращай его мне.

Чжан Сяо Юань смущённо принял предложение.

Он немного перестарался, давя на жалость?

* * *

В тёмной комнате мерцал только слабый свет на экране компьютера. Как только на видео было показано, как голова Ли Чжао ударяется о стену или когда он лежит на земле от боли, его белые пальцы удерживают мышь и нажимают паузу.

Он отложил мышь, слегка переместил руку вправо и поднял телефон со стола. Прошло десять часов, а он не получил никаких новостей от Ли Чжао. Он смотрел на неподвижный экран полминуты, прежде чем, наконец, нажать на кнопку воспроизведения. Сцена снова изменилась. Ли Чжао был одет в костюм героя и носил парик, когда прыгал в грязь.

Ребёнок продолжал улыбаться, изо всех сил стараясь сдержать своё желание дрожать от холода. Снова и снова, снова и снова, пока он не выдохся. Затем режиссёр был, наконец, удовлетворён сценой.

Секундная стрелка на часах постоянно тикала. Янь Тин посмотрел на последний снимок тепло улыбающегося молодого человека и ещё раз нажал на паузу.

– Господин, – управляющий постучала в дверь. – Господин, пришло время принять Ваше лекарство.

– Войди, – в комнате полностью потемнело, когда Янь Тин выключил экран компьютера.

Управляющий открыл дверь и не удивился, увидев темноту в комнате. Он подошёл к столу и поставил воду и лекарство на стол.

– Господин, вам следовало бы лечь отдыхать пораньше.

Никто не ответил ему в темноте, но он знал, что Янь Тин услышал это. Управляющий уже собирался отвернуться, когда телефон на столе внезапно загорелся.

Он никак не отреагировал, когда босс с удивительной скоростью поднял трубку.

[Счастливчик Чжао Чжао: Тин Тин, ты спишь?]

С тех пор, как Ли Чжао был добавлен в друзья WeChat, Ли Чжао несколько раз менял своё имя в WeChat, но все это было связано с приходом удачи. Сегодня он, наконец, изменил его на "Счастливчик".

[Янь Тин: Нет.]

– Тин Тин!

– Тин Тин!

Голос Ли Чжао донёсся со двора внизу. Янь Тин встал и быстро подошёл к окну. Он раздвинул плотные шторы, и яркий лунный свет засиял в окне. Словно он не мог дождаться, чтобы войти и распространиться по всей комнате за шторами.

В тёмном доме наконец-то появился свет. Внизу, во дворе, чемодан Ли Чжао стоял у его ног, и он был завёрнут, как большая булочка на пару, когда смотрел на здание. Луна освещала его лицо, как будто он светился.

Увидев открытое окно, Ли Чжао поднял глаза и увидел фигуру Янь Тина.

– Тин Тин, я вернулся, – он несколько раз подпрыгнул и энергично помахал Янь Тину. – Тин Тин, я голоден. Можно мне перекусить здесь в полночь?

Рука Янь Тина крепко сжала занавеску, прежде чем отпустить её.

– Да.

Закрытая дверь виллы вскоре открылась перед Ли Чжао. Он ворвался в дом с большим чемоданом, затопал ногами и снял шляпу, шарф и пальто. Молодой человек прикрыл свой голодный желудок и сказал:

– Не было билетов на прямой рейс в Пекин. Мне пришлось купить билет до соседнего города, а затем сесть на скоростной поезд обратно. Я достаточно голоден, чтобы съесть корову.

Вскоре кто-то принёс на стол горячую еду. Ли Чжао не был вежлив и схватил свои палочки для еды, чтобы поесть. Он съел половину тарелки лапши, прежде чем, наконец, нашёл в себе силы поговорить с Янь Тином.

– Через пять минут наступит Новый год. Я желаю тебе счастливого Нового года и благоприятного нового года.

Янь Тин сел за стол и пододвинул маленькие тарелки от управляющего к Ли Чжао.

– На сколько дней ты вернулся?

– Послезавтра в полдень я вернусь к команде, – Ли Чжао высыпал все овощи из маленьких тарелок в лапшу и опустил голову, чтобы съесть оставшуюся лапшу. Он коснулся своего живота и смущённо улыбнулся Янь Тину. – Можно мне ещё одну миску?

Янь Тин посмотрел на управляющего, и управляющий поспешно заговорил.

– Подождите немного, повар готовит его.

– К счастью, у меня есть твоя карточка доступа к двери, иначе я не смог бы войти в твой двор, – Ли Чжао вытер уголок рта и нахмурился. – Прошлой ночью, когда я говорил с тобой о видео, на твоём столе была бутылка с лекарством. Ты снова заболел?

– Это тонизирующее средство, которое делает моё тело сильным, – Янь Тин посмотрел на Ли Чжао. – Ты вернулся за этим?

– Несколько главных действующих лиц съёмочной группы получили приглашение от крупных телевизионных станций на новогоднюю вечеринку. Таким образом, режиссёр Ян просто дал мне полтора выходных дня, – Ли Чжао потянулся за яблоком на тарелке с фруктами. – Ты иногда можешь быть слишком занудным, к тому же ты не любишь ничего говорить. Я решил вернуться, чтобы посмотреть на всё лично.

Сказав это, он вытер руки и пощупал лоб Янь Тина. Лихорадки не было, температура была нормальной. Казалось, что Янь Тин не лгал ему.

Управляющий вышел и увидел эту сцену. Он остановился как вкопанный, пока Ли Чжао не опустил руку. Затем управляющий улыбнулся и сказал:

– Мистер Ли, Ваша еда здесь.

– Спасибо, – Ли Чжао улыбнулся и поставил миску перед собой. Он снова начал есть.

Ли Чжао ел с таким аппетитом, что управляющий не удержался и посмотрел на Янь Тина. Посмотрите на других людей, они могли бы с таким аппетитом съесть тарелку обычной лапши.

– Тин Тин, твоя семья хорошо готовит лапшу. На самом деле так много ингредиентов, – Ли Чжао повернулся, чтобы вытащить креветку из лапши, и с удовольствием съел её. – Как только я заработаю достаточно денег, я буду сидеть на корточках у твоего дома каждый день, чтобы поесть и выпить. Я никуда не пойду и ничего больше не буду делать.

– Это было бы здорово, господин. Я с нетерпением жду этого, – управляющий заговорил по собственной инициативе. После этого он внимательно наблюдал за выражением лица Янь Тина, но ответа не последовало.

Ли Чжао кивнул с улыбкой.

– Тогда заголовок раздела развлечений будет таким: Ли Чжао, знаменитый актёр, был выгнан из дома своим другом, потому что он слишком много ел. Хахахаха!

Янь Тин ответил:

– Нет.

– Что нет? – глаза Ли Чжао выпучились. Разве он не стал бы известным актёром, который заработал бы много денег?

– Тебя не выгонят из дома, – Янь Тин заявил, глядя на Ли Чжао. – У меня есть деньги.

Ли Чжао на мгновение задумался, а потом кивнул.

"О, у Тин Тина было два здания".

Ли Чжао съел три тарелки лапши, прежде чем его желудок наконец наполнился. Он открыл свой огромный чемодан и вытащил из него кучу вещей. Там была еда, изделия ручной работы и пальто с китайским элементом со словами "большая удача", вышитыми на нём.

– Была местная вышивальщица, чья вышивка была особенно хороша. Я попросил её вышить два пальто, – он указал на пальто, которое снял. – У меня – большая прибыль, а у тебя – большая удача. Сегодня Новый год, так разве не хорошо иметь большую удачу и большую прибыль?

– Не будь суеверным.

– Это не суеверие. Это стремление к лучшей жизни, – Ли Чжао взял его пальто и сравнил его с Янь Тином. – Твой на один размер больше, чем тот, который я ношу. Он должен тебе очень хорошо подойти. Не хотели бы вы примерить его?

Янь Тин надел пальто с отсутствующим выражением лица.

– Тин Тин, ты прирождённый манекен для одежды. Независимо от того, какую одежду ты носишь, от тебя исходит ощущение дороговизны, – Ли Чжао обошёл Янь Тина. – Ты излучал благородство в униформе служащего отеля. Но стоит тебе надеть этот тип модифицированной одежды, и ты всё ещё излучаешь элегантное ощущение принца. Ты действительно сокровище. Остальная команда сказала, что одежда, которую я купил, была уродливой, но ты выглядишь хорошо, – глаза Ли Чжао изогнулись, когда он улыбнулся. – Это день Нового года. В твоей компании должны быть выходные дни?

– Угу.

– Тогда мы пойдём играть в этой одежде, – Ли Чжао открыл рот с приятным выражением лица. – Завтра вечером будет световое шоу. Я попросил кое-кого помочь мне забронировать два билета. Пойдём посмотрим? Я видел в прошлом году новогоднее световое шоу, и оно было суперкрасивым, – Ли Чжао потянулся к шее Янь Тина. – Эти билеты было действительно трудно достать.

– Хорошо, – Янь Тин согласился. Рука на его шее была очень горячей, как огонь, распространяющийся от головы до кончика сердца.

– Да, только не говори брату Сяо Юаню, – Ли Чжао обнял Ли Чжао за шею и прошептал: – В последнее время он был очень занят. Если он узнает, что я веду тебя на световое шоу, он сойдёт с ума.

– Я не буду, – Янь Тин посмотрел вниз на его руку и не оттолкнул её.

– Тогда я пойду спать, – Ли Чжао зевнул, отпустил шею Янь Тина и встал. – Я позвоню тебе завтра утром.

Его шея внезапно опустела. Отопление в комнате явно было включено, но Янь Тин почувствовал озноб.

Ли Чжао присел на корточки и собрал большую часть пустых коробок, глядя на Янь Тина.

– Ложись спать пораньше. Завтра мы будем играть до поздней ночи. Это будет утомительно.

Янь Тин наклонился, чтобы собрать разбросанные по земле мелочи и положить их в коробку Ли Чжао.

– Я буду ждать, пока ты мне позвонишь.

– Да! – Ли Чжао вытащил свой чемодан и встал. – Тогда я возвращаюсь. Спокойной ночи.

Янь Тин посмотрел на ребёнка, который нес пустые коробки, быстро шагая в лунный свет за дверью. Было тихо, как и тогда, когда он появился во дворе. Как только Янь Тин больше не мог видеть Ли Чжао, он сел на диван и посмотрел на вышитое пальто.

Глава 27. Шум

В пустом доме снова было тихо, но чувствовался слабый аромат.

Янь Тин взял деревянную куклу, качающую головой, из нескольких маленьких украшений, которые принес Ли Чжао. У куклы была большая голова и маленькое тело. Это было мило и празднично. Постучите по её голове, и она затрясётся. Это было мило.

– Господин, Вы не приняли лекарство, – управляющий увидел, что Янь Тин заинтересовался небольшим подарком, который принёс Ли Чжао, и забыл о лекарстве в кабинете. – Вы хотите, чтобы я принёс его Вас?

– Нет, – Янь Тин ткнул в куклу пальцем, поставил её на шкаф и повернулся, чтобы направиться в свою комнату наверху.

– Господин! – видя, что Янь Тин не принимает лекарство, управляющий с беспокойством погнался за ним. – Вы...

Янь Тин остановился и повернулся, чтобы непонимающе посмотреть на него. Все слова и мужество управляющего исчезли под этим пристальным взглядом, и он не осмелился сделать ещё один шаг вперёд.

Только когда Янь Тин ушёл, и раздался звук закрывающейся двери, управляющий перевёл дыхание. Он повернулся, чтобы посмотреть на деревянную куклу на шкафу, которая не соответствовала другим дорогим украшениям. Затем он тщательно собрал другие вещи, которые принёс Ли Чжао.

* * *

В середине ночи Янь Тин проснулся от женских криков и разглагольствований. Он встал с кровати и открыл дверь, чтобы выйти.

Женщина в красном платье медленно шла перед ним к вершине винтовой лестницы. Затем она подпрыгнула и тяжело упала на землю, как бабочка без крыльев. Она лежала вот так на сияющем полу, красная жидкость постоянно вытекала из его тела, более красная и яркая, чем цвет её платья.

Спускаясь по лестнице, Янь Тин наступил на пол в коридоре, и под ногами у него было что-то липкое. Он склонил голову и увидел кровь на своих ботинках. Почему человек мог пролить так много крови?

Женщина, лежащая на земле, смотрела на него большими и красивыми глазами. Её губы дрожали, и она выглядела очень грустной, но Янь Тин не мог слышать, что она говорила. Он наступил на лужу крови, подошёл к женщине и опустился перед ней на одно колено. Затем он наклонился ухом к её бледному рту.

– Детка, мама заберёт тебя.

– Давай выберемся отсюда вместе.

Холодная рука внезапно обрела силу. Она схватила его за запястье, кровь окрасила его руку.

– Следуй за мной.

Кровь окрасила половину тела Янь Тина в красный цвет. Он посмотрел на сумасшедшую, отчаявшуюся женщину и заявил без эмоций:

– Нет.

– Почему, почему? – женщина закричала. – Ты тоже собираешься извиниться передо мной?!

Янь Тин молча посмотрел на неё. Крики женщины, казалось, пронзали его барабанные перепонки, пытаясь извлечь его тупую душу из этой вонючей оболочки.

– Кое-кто придёт ко мне завтра, – крики женщины были настолько громкими, что заглушали голос Янь Тина. – Я обещал ему.

Крики прекратились. Женщина и кровь в доме исчезли. В просторном зале остался только Янь Тин.

– Господин, – в это время в комнату ворвались два телохранителя и включили свет. – Вы в порядке?

Под светом Янь Тин был бледен в своей тонкой пижаме, выглядя как совершенная и несентиментальная скульптура.

– Я в порядке, – Янь Тин опустил веки, его глаза потемнели.

– Господин, Ваше лекарство, – управляющий вышел, держа лекарство.

Янь Тин посмотрел на пузырёк с лекарством и не потянулся к нему.

– Мистер Ли придёт к Вам завтра утром.

Его кончики пальцев шевельнулись, и Янь Тин положил лекарство себе в рот. Тёплая вода с таблетками скатилась по его пищеводу. Он выглянул в тёмное окно и поднял руку, чтобы увидеть мир. Это был рассвет.

* * *

Ли Чжао пережил несколько дней съёмок с высокой нагрузкой и очень устал. К тому времени, когда он проснулся, было уже больше девяти утра, он вскочил с кровати, быстро умылся и надел шляпу, шарф и куртку, прежде чем броситься к дому Янь Тина по соседству. Ли Чжао вошёл в дом и увидел Янь Тина, аккуратно сидящего на диване с нетронутым завтраком на столе.

– Мне жаль, Тин Тин. Я сегодня проспал, – Ли Чжао смущённо почесал затылок и посмотрел на стол. – Ты ещё не ел?

– Садись, давай поедим вместе, – Янь Тин встал и пошёл, чтобы сесть за стол. Ли Чжао поспешно и бесстыдно последовал за ним.

– Вкусно пахнет.

После завтрака Ли Чжао надел шляпу и шарф и сказал Янь Тину:

– Мой агент сказал, что в последнее время я немного прославился, поэтому мне нельзя позволять себя узнать, когда я выхожу на улицу.

К счастью, сейчас было холодно. Было не так уж странно прятаться за шарфами и шапками. Янь Тин увидел Ли Чжао, у которого была открыта только пара глаз. Он взял шарф и, следуя примеру внешнего вида Ли Чжао, обернул его вокруг шеи.

В период новогодних праздников любое весёлое место было переполнено туристами. Ли Чжао отвёл Янь Тина в не очень шумный внутренний двор, где были слышны аплодисменты и приветствия.

– Было несколько молодых парней, которые учились исполнительскому мастерству и выступали на эстакаде за деньги. Я подружился с ними, когда был дублёром, – Ли Чжао протянул руку и постучал в маленькое окошко с табличкой "продавец билетов". Молодой человек, лежащий на столе и спящий, поднял глаза.

– Брат, есть ли свободные места? – Ли Чжао снял свою маску и сказал: – Устрой хорошую позицию для моего брата.

– Чжао Чжао? – молодой человек, продававший билеты, увидел лицо Ли Чжао и поспешно выбежал. Он огляделся и сказал: – Теперь ты популярный человек. Как ты можешь приходить сюда?

– Популярный? Что ещё за популярный? – Ли Чжао снова надел маску. – Это фестиваль, и я привёл сюда своего хорошего друга, чтобы посмотреть ваше выступление.

– Иди, я провожу тебя, – молодой человек улыбнулся и кивнул Янь Тину в знак приветствия. Он отвёл их к боковой двери, поднял занавеску и указал на деревянный стол посередине. – Сначала сядьте. Я налью вам чаю.

– Спасибо, – Ли Чжао поблагодарил человека и отвёл Янь Тина к среднему столу.

Янь Тин отметил, что это был небольшой дворик под открытым небом с навесом над ним. В аудитории было около дюжины зрителей. Как только человек на сцене закончил проглатывать несколько железных шариков, зрители бросили немного денег в корзину.

– Они научились традиционным исполнительским навыкам, но в наши дни молодым людям не нравится смотреть такие шоу. Людей, которые их изучают, может быть всё меньше и меньше в будущем, – Ли Чжао прошептал Янь Тину. – Как только шоу закончится, я отведу тебя в старый ресторан неподалёку.

Через некоторое время вошёл продавец билетов с чайником и тарелкой с фруктами. Он увидел необычайную динамику Янь Тина и подумал, что это большой человек в сфере развлечений. Он боялся, что доставит неприятности Ли Чжао, если будет говорить больше. Таким образом, он нашёл повод уйти после нескольких простых приветствий.

Нескольким молодым людям на сцене было от двадцати до тридцати лет. Содержанием шоу были выступления старой школы, такие как проглатывание меча и так далее. Одно полное представление длилось несколько минут.

В конце представления кто-то ходил с корзиной по кругу, чтобы получить чаевые. Большая часть аудитории встала, иногда давая чаевые, но в основном это были десять или двадцать юаней.

Молодой человек с корзиной чаевых передал её Ли Чжао и Янь Тину, и Янь Тин положил в неё деньги.

Молодой человек остановился в испуге и посмотрел на Янь Тина и Ли Чжао.

– Чжао Чжао, мы не обязаны соблюдать такие правила цзянху (1).

Ли Чжао не ожидал, что Янь Тин положит так много денег. Он потянулся к плечу Янь Тина и рассмеялся.

– Согласно правилам цзянху, деньги, которые были изъяты, не могут быть возвращены. Ты получишь это.

– Брат, спасибо тебе, – парни отослали зрителей, убрали двор и окружили Ли Чжао.

– Ладно, ты, пацан, – лидера звали Да Лун, и он ударил Ли Чжао локтем в грудь. – Ты играли в той интернет-драме, а мы, братья, каждый день пользовались нашими мобильными телефонами, чтобы увеличить твою тактовую частоту. Теперь ты сделал это. Поздравляю.

Все в группе выступали в качестве дублёров, но они отличались от Ли Чжао. По крайней мере, у них было ремесло, чтобы выжить. У Ли Чжао не было родителей и не было пути к отступлению. Они были очень счастливы, когда увидели, что Ли Чжао наконец-то стал немного популярным, но подсознательно чувствовали, что у них не будет шанса увидеть Ли Чжао и попрощаться.

Большинство популярных артистов меняют номера своих мобильных телефонов и удаляют контактную информацию людей, чтобы избежать неприятностей. Они не ожидали, что у них с Ли Чжао будет шанс продолжать называться братьями. Ли Чжао не только пришёл, он также привёл друга.

– Спасибо, – Ли Чжао потёр место, в которое попал удар, и горько улыбнулся. – Брат Да Лун, ты такой сильный. Пожалуйста, действуйте легче.

– Ха-ха, – Да Лун неловко рассмеялся и повернулся к Янь Тину. – Вы друг Чжао Чжао. Я слышал, что Вы только что дали нам много денег. Спасибо. Если Вы придете посмотреть наше выступление в следующий раз, Вам не нужно давать нам денег. Братьям не нужно обращать на это внимание.

– Это хорошее представление, – Янь Тин не был общительным человеком и не любил много говорить.

– Лучше сказать похвалу, – Да Лун увидел, что Янь Тин не был разговорчив и повернулся, чтобы поговорить с Ли Чжао. – Ты знаешь, сколько девушек кричат, что хотят стать твоей женой, в Интернете прямо сейчас? Как ты можешь выйти на этот раз, не боясь быть узнанным?

– В прошлом году я сказал, что, если будет время на Новый год, я приду и посмотрю ваше шоу. В то время ты сказал, что не возьмешь с меня денег за билеты, сколько бы людей я ни привёл, – Ли Чжао поднял брови и притворился сердитым. – Почему теперь ты ворчишь? Я привёл сюда хорошего друга, и ты не можешь этого вынести?

– Эй, этот пацан! – Да Лун собирался дать ему пощёчину. Затем он подумал о своих сильных руках и со смехом отвёл руку. – Слова этого старика, естественно, имеют значение. Будь то в этом или следующем году, с тебя не будут брать деньги за билет, пока ты приходишь на наше шоу.

– Все это слышали. Как только я приду позже, никто не сможет забрать мои деньги, – Ли Чжао держал Янь Тина за плечо. – Кроме того, вы не можете принять деньги моего брата.

Да Лун удивился:

– Эй, ты теперь большая звезда. Почему ты должен быть таким скупым?

– Потому что я бедный.

Группа рассмеялась.

Да Лун и другие разговаривали и смеялись с Ли Чжао до полудня, прежде чем расстаться с ним. Глядя на спины Ли Чжао и Янь Тина, маленький парень, который глотал железные шарики, подошёл к Да Луну и прошептал:

– Да Лун, ты думаешь, что пальто, которое Чжао Чжао носит со своим другом, похоже на одежду пары?

– Нет, этого не может быть, – Да Лун почесал лоб. – Могут ли они просто испытывать хорошие чувства? Думай чисто и не считай всех геями.

– …

* * *

В старом ресторане Ли Чжао заказал фирменное блюдо босса.

– Его бараньи отбивные особенно вкусные, так что ты должен съесть ещё две.

Ресторан был полон гостей, казалось, это место было чрезвычайно популярным.

– Хорошо.

Мир мог быть полон шума, этот шум был довольно раздражающим, но…

Он посмотрел на улыбающееся лицо Ли Чжао и попытался вписаться в шум.

Автору есть что сказать:

____________________

Малыш Тин Тин:

– Мир может быть шумным, но ты хороший.

____________________

1. 江湖规矩 (jiānghú guīju) – литературный перевод – грабительские законы, законы улиц или воровские законы. Обычно это выражение имеет негативную окраску, но в некоторых случаях речь идёт немного о другом. Цзянху действительно чаще всего используется в варианте бандит, разбойник, но также это странник, путешественник. Так часто называли странствующих воинов, которые оказывали услуги защиты, сопровождения или нападения, часто являясь наёмниками или добрыми самаритянами. Также Цзянху могло относиться к странствующим артистам. Поэтому законы / правила Цзянху, это не обязательно зло. Просто, кто бы ни скрывался под именем Цзянху, у него всегда есть собственные принципы.

Глава 28. Угрозы

– Ты, должно быть, удивляешься, почему я повёл тебя на представление, – Ли Чжао налил в свою чашку горячего чая и налил фруктовый напиток Янь Тину. – Ты слишком надутый. Я хотел отвести тебя в место, где будет очень весело. Есть поговорка, что если человек хочет увидеть всё процветание мира, отведите его на карусель. Я думаю, это имеет смысл.

– Тебе скучно оставаться со мной? – фруктовый напиток не был свежевыжатым, и большую бутылку можно было купить за несколько юаней. У него был очевидный запах.

– Как мне может быть скучно? Ты не знаешь, какой ты милый и как интересно быть с тобой, – видя, что Янь Тин, казалось, неправильно понял вложенный в слова смысл, Ли Чжао поспешил объяснить. – Я тот, кто забирает тебя из дома. Я боюсь, что я плохой дядя, похищающий красивого мужчину.

– Ты моложе меня.

– На самом деле это не имеет значения, – Ли Чжао махнул рукой и выпил полстакана фруктового напитка на одном дыхании. – Смысл тот же. Может быть, это потому, что я помог тебе в то время. Видя, как ты послушно идёшь со мной, я каким-то образом чувствую ответственность за тебя.

Ответственность?

Странно, эти два человека не были родственниками. Зачем брать на себя ответственность за другого человека?

– Это судьба. У тебя нет родителей, и у меня тоже нет родителей. Бог сделал нас друзьями, – Ли Чжао поднял свою чашку. – Давай, выпьем за нашу прекрасную дружбу.

Янь Тин спокойно посмотрел на чашку в руке Ли Чжао и коснулся её своей чашкой.

– Ах, – Ли Чжао с улыбкой посмотрел на Янь Тина. – Почему ты такой милый?

Янь Тин продолжал молчать. В его воспоминаниях никто никогда не называл его "милым".

После обеда Ли Чжао повёл Янь Тина на цветочный и птичий рынок. Босс чуть не выгнал его, потому что он дразнил попугая, чтобы тот заговорил. Вечером они пошли посмотреть световое шоу. Световое шоу ещё не началось, но сцена уже была заполнена зрителями. На задней платформе было много людей, и там было шумно.

– Тин Тин, надень это, – Ли Чжао надел светящиеся кроличьи уши поверх Янь Тина и надел один на себя. – Сегодня мы здесь самые красивые.

В тот момент, когда началось световое шоу, вся сцена была полна возбуждённых криков. Свет изменился, и сцена стала такой же оживлённой, как в Новый год. Как только огни превратились в метеор, многие люди начали делать громкие признания или клятвы.

– Чжан Сяо Тин, я люблю тебя!

– Мама и папа, я желаю вам долгой жизни.

– Я желаю процветания и силы Родине!

Ли Чжао смешался с кричащей и хлопающей толпой, наконец, просто крикнув:

– Я желаю Тин Тин крепкого здоровья и долгих лет жизни!

В этом шумном мире Янь Тин ясно услышал это предложение.

– Я желаю Тин Тину счастливого сердца и прекрасного тела!

Метеоритные огни вспыхнули на стене, как тень метеорита, принося людям бесконечные мечты и красоту. Ли Чжао схватил Янь Тина за руку и прошептал ему на ухо:

– Тин Тин, ты тоже должен загадать желание. Не упусти эту хорошую возможность.

Затем он отпустил руки Янь Тина и закружился в ритме музыки, танцуя танец, который никто не мог понять.

Янь Тин посмотрел на подпрыгивающего Ли Чжао, прежде чем посмотреть на огни, его глаза были такими же глубокими, как ночь. Он никогда не загадывал желания и не молился судьбе.

К концу светового шоу голос Ли Чжао охрип от крика. Он взял минеральную воду, которую протянул ему Янь Тин, и выпил половину. Всё его тело прислонилось к Янь Тину, когда молодой человек сказал:

– Моё тело кажется опустошённым. Я устал.

Многие пары, наблюдавшие за световым шоу, проходили мимо них. Некоторые продавцы цветов воспользовались возможностью подождать на обочине дороги и продать им цветы.

– Идём, идём, – Ли Чжао увидел этих продавцов цветов, и его поясница внезапно перестала болеть. Его ноги не болели, когда он тащил Янь Тина, практически переходя на бег.

Выбежав из ряда продавцов цветов, Ли Чжао ахнул.

– Эти цветы дорогие и не свежие. Если мы станем мишенью, они будут преследовать нас, чтобы продать цветы.

Янь Тин увидел, что Ли Чжао вспотел от бега, и достал из кармана куртки носовой платок, протягивая парню.

– Тин Тин, ты единственный из моих друзей, кто носит с собой носовой платок, – Ли Чжао вытер пот со лба. – Наверное, ещё со времён детского сада ты был любимцем учителя?

– Я никогда не ходил в детский сад.

Ли Чжао положил свой носовой платок в карман.

– Какое совпадение. Я тоже там не был. Кажется, мы действительно обречены быть хорошими братьями.

Условия жизни Ли Чжао были очень тяжёлыми, когда он рос. Родители с хорошими условиями отправили бы детей в дошкольное учреждение. У него не было такой возможности. Только когда ему было шесть лет, он последовал за старшими детьми деревни, чтобы пойти в первый класс начальной школы.

Иногда, когда он ходил на окружную ярмарку, он особенно восхищался красочной горкой в детском саду и другим игровым оборудованием. Жаль, что его "родители" не хотели, чтобы он туда ходил. Даже если они отправятся в город, его не оставят надолго в одиночестве.

Только когда ему исполнилось десять лет, учитель нашёл его сильно ушибленным и даже со сломанной рукой. Учитель пошёл в полицию. Затем Ли Чжао обнаружил, что он не был ребёнком своих родителей. Они сказали, что подобрали его из мусорного бака.

– Если бы мы его не подобрали, он бы умер с голоду, – перед лицом полиции его приёмный отец был праведным. – Ну и что, если я побью его? Я просто бью своего сына. Даже если я убью его, он мне должен.

Только когда он услышал, что его посадят в тюрьму, он заплакал, что не читал и не понимал закон.

– Все кошки и собаки, которыми я владею, могут сражаться. Я спас ему жизнь. Как я могу нарушить закон, если я ударил его?

Ли Чжао чувствовал себя очень счастливым. Учитель спас его, и полицейские спасли его. Так много других людей помогали ему. Он остался в приюте для детей, где он мог есть, иметь одежду и быть в тепле каждый день, не подвергаясь побоям. Это была замечательная жизнь.

– Это был мой счастливый год, – Ли Чжао вспомнил это и пришёл к выводу. – Мне повезло, когда мне было десять лет. В двадцать лет удача снова пришла...

– Не будь суеверным.

Ли Чжао хотел сказать, что это не было суеверием только для того, чтобы увидеть старушку, сидящую в углу с лотком. Её белые волосы развевались на холодном ветру. Возможно, это было из-за холода, но её тело было съёжившимся. Ли Чжао притянул Янь Тина ближе и нашёл пластиковый лист перед старушкой. На нём был какой-то трикотаж.

– Бабушка, сколько это стоит? – Ли Чжао взял вязаный подсолнух и спросил старушку, чьё лицо было испещрено морщинами.

– Один за десять, три за двадцать, – пожилая женщина махнула рукой и достала пластиковый пакет из кармана пальто. Её мутные глаза уставились на Ли Чжао. – Молодой человек, Вы хотите его купить?

– Я возьму несколько штук, – Ли Чжао взял несколько поделок с цветами, сплетенными на проволоке, и вручил сто юаней пожилой женщине. – Бабушка, уже поздно. Вам следует пораньше уйти домой.

– Да, спасибо, спасибо, – пожилая женщина с радостью использовала пластиковый пакет, чтобы упаковать все вязаные вещи, которые купил Ли Чжао. Она также дала Ли Чжао вязаный кошелёк. – Молодой человек, у Вас доброе сердце. Благие намерения будут иметь хорошие награды.

– Я просто покупаю прекрасные вещи, которые Вы связали, – Ли Чжао не считал мятый пакет слишком уродливым, чтобы носить его в руке. Он надел пакет на запястье и сунул руку в карман. – Бабушка, пока.

Они прошли по тротуару и встали в зону ожидания. Ли Чжао подарил Янь Тину жёлтую розу, нанизанную на проволоку.

– Тин Тин, это для тебя.

Качество шерсти было не очень хорошим, и с ней было довольно сложно обращаться.

– Ты знаешь, что означает желтая роза? – Ли Чжао достал динозавра из пластикового пакета и передал его Янь Тину. – И это тоже для тебя.

Янь Тин медленно покачал головой.

– Самая чистая дружба в мире, – Ли Чжао положил руку на плечо Янь Тина. – Разве это не очень подходит для нас?

Янь Тин посмотрел на жёлтую розу и положил её в карман пальто.

– Да.

– У меня завтра ранний рейс, поэтому я не приду к тебе, – Ли Чжао зевнул. – В следующий раз, когда я вернусь, это, вероятно, будет весенний фестиваль. Ты должен помнить, что нужно дождаться моего возвращения, чтобы вместе купить новогодние товары.

– Хорошо, – Янь Тин коснулся жёлтой розы в своём кармане. Сегодня был седьмой день начала месяца, и до Весеннего Фестиваля оставалось двадцать три дня.

Машина остановилась у двери Ли Чжао. Он вышел из машины и наклонился к Янь Тину. – Тин Тин, спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – Янь Тин наблюдал, как Ли Чжао вошёл в ворота, прежде чем склонил голову и достал жёлтую розу из кармана.

Как только он вернулся домой, он поставил вязаную жёлтую розу в вазу в комнате. Лунный свет проникал сквозь оконную сетку и падал на жёлтую розу, окрашивая её нежным серебристым светом. Когда Янь Тин проснулся утром, он увидел сообщение от Ли Чжао.

[Счастливчик Чжао Чжао: Доброе утро. Я сажусь (*^▽ ^ *)]

Янь Тин долго смотрел на смайлик, прежде чем встать и открыть шторы. Снаружи небо постепенно начинало светлеть.

* * *

– Чжао Чжао, я только что получил новости от команды. Команда пригласила Чжао Цзюнь Наня сыграть роль вражеского принца, и он согласился. Сегодня он войдёт в состав съёмочной группы, – Да Кэ поприветствовал Ли Чжао после того, как он вышел из самолёта в аэропорту. – Ты будешь действовать больше всего против роли вражеского принца. Не забудь оставить его в покое.

– Учитель Чжао? – Ли Чжао был несколько удивлён. – Зачем ему приходить в нашу команду?

– Кто знает, о чём думает Чжао Цзюнь Нань? Он взял на себя инициативу связаться с режиссёром Яном и сказал, что сыграет эту роль по дружбе, – Да Кэ нахмурился. – Он рекламировал себя как трудолюбивого человека с тех пор, как стал популярным в Героическом правителе. Возможно, он приходит, чтобы намекнуть тебе, что ты не должен раскрывать, что ты действовал как его дублёр.

Ли Чжао ничего не сказал. Он чувствовал, что Чжао Цзюнь Нань не должен заботиться о таких вещах. Был ли это дублёр или он сам, это было то, что он любил. Не было необходимости повторять прошлое. Однако человек, который стал популярным после трудностей, не смог перенести это случайное происшествие.

* * *

– Почему ты не остановил это, когда команда дала мне замену, – Чжао Цзюнь Нань сидел в своём фургоне, его лицо было очень уродливым. – Даже если есть дублёры, они не должны быть красивыми. Теперь Ли Чжао рассчитывает на популярность онлайн-драмы. Что, если он наступит на меня, чтобы подпрыгнуть? Мне всё равно, что ты думаешь, я не должен позволить Ли Чжао продолжать быть популярным, – Чжао Цзюнь Нань дал выход своему гневу и глубоко вздохнул. – В этом кругу только люди, которые не пользуются популярностью, не представляют угрозы.

Он ни за что не позволил бы Ли Чжао наступить ему на плечо и подняться на более высокое положение, чем он.

____________________

Автору есть что сказать:

Чжао Чжао с довольным видом:

– Тин Тин моей семьи – лучший ребёнок в мире.

Другие, качая головами:

– Эмммм, твои глаза слепы.

Глава 29. О!

– Брат Чжао, у нас здесь очень интересные новости, – после того, как Чжао Цзюнь Нань дал выход своему гневу, его помощник прошептал: – Сун Юй, который играет в том же актёрском составе, хорошо дружит с Ли Чжао на поверхности. На самом деле, их личные отношения очень плохие. Может быть, мы сможем одолжить Сун Юя, чтобы использовать себе на благо. Вы первоклассный айдол, в то время как Ли Чжао – восемнадцатиуровневый актёр онлайн-драмы. Если Вы будете иметь дело с ним лично, это не будет хорошо, когда команда Небесной Песни узнает.

– Разве они не известны как хорошие братья? – другой помощник поинтересовался. – Не так давно Ли Чжао зарегистрировал аккаунт в Weibo, и Сун Юй из группы Властной женщины президента стал первым артистом, подписавшимся на него. Это также было в самых горячих поисковых запросах.

– Этот горячий поиск был куплен командой Сун Юя, – первый помощник усмехнулся. – У меня есть друг из команды Властной женщины-президента, и он сказал, что Сун Юй всегда усложнял жизнь Ли Чжао. Даже роль исполнителя первой главной мужской роли была дана ему Сун Юем. Теперь, когда драма транслируется и Ли Чжао стал столь популярен, пользователи Сети ругают Сун Юя. Как он может быть счастлив?

– Это неправильно. Если отношения между двумя людьми действительно настолько плохие, почему Ли Чжао помог прояснить ситуацию, когда появились первоначальные негативные новости о Сун Юе? – у другого помощника был вопрос. – Он Дева Мария?

– Это потому, что ты не знаешь. Некоторое время назад команда Сун Юя спрашивала о ресурсах, подходящих для Ли Чжао, – первый помощник терпеливо объяснил. – Перед лицом достаточных интересов даже враги могут говорить о сотрудничестве. Недавно Ли Чжао подписал контракт с Strawberry Entertainment. Возможно, этой связи способствовала команда Сун Юя.

Другой помощник сказал:

– Сун Юй, этот богатый человек во втором поколении не должен помогать своему врагу подписать контракт с крупной компанией только для того, чтобы успокоить общественное мнение в Интернете, верно? – видя, как постепенно опускается лицо его коллеги, голос помощника становился всё тише и тише и, наконец, закрыл рот.

– Иди к команде Небесной Песни и посмотри, – Чжао Цзюнь Нань успокоился и вернул себе свой обычный скромный вид. Он стал популярным в возрасте восемнадцати лет. Позже индустрия развлечений быстро развивалась, и он был постепенно вытеснен из рядов первого эшелона новым поколением актёров. Он молчал десять лет.

В круге было много артистов, но лишь немногие были популярны. Было слишком сложно быть популярным, но было слишком легко упасть. Героический правитель позволил ему снова достичь вершины, и он никогда не допустит никаких недостатков.

Чжао Цзюнь Нань дружил с режиссёром Яном в ранние годы. На этот раз Героический правитель стал очень популярным, и Чжао Цзюнь Нань был готов принять приглашение режиссёра Яна сыграть роль. Для режиссёра Яна это была неожиданная радость. Таким образом, как только Чжао Цзюнь Нань прибыл, он был тепло принят всей командой.

Всего за полдня слухи о дружелюбии Чжао Цзюнь Наня, отсутствии напускного вида, самоотверженности и так далее, распространились по всей команде.

Самым несчастным был главный герой Небесной Песни, Лу Хао. Лу Хао и Чжао Цзюнь Нань были актёрами, которые начали свою карьеру в одно и то же время. Они были похожи внешне, но их встреча с популярностью не была одинаковой.

Лу Хао медленно развивался до сегодняшнего статуса, в то время как Чжао Цзюнь Нань был популярен, когда дебютировал, прежде чем на время угаснуть. После того, как Чжао Цзюнь Нань стал популярным, он украл одобрение бренда роскошных часов у Лу Хао. Таким образом, два человека были не очень счастливы при встрече.

Дружелюбный, не важничающий и преданный? Лу Хао усмехнулся в своём сердце. В то время, когда Чжао Цзюнь Нань впервые стал популярным, он вёл себя как примадонна, ругал своего помощника и лапал других актрис. Если бы не это, он не стал бы таким холодным позже. В развлекательном кругу действительно смешалось много типов людей. Чжао Цзюнь Нань был таким развратником, но он всё ещё вёл себя как порядочный благородный человек.

– Брат, – как только Лу Хао почувствовал себя несчастным, в его ушах послышался знакомый голос. Он поднял глаза и увидел Ли Чжао, нового актёра, играющего вторую мужскую роль. Лу Хао указал на пустое место рядом с ним. – Это Сяо Ли. Твоя очередь выходить на площадку ещё не пришла. Сначала сядь и отдохни.

– Спасибо, брат, – Ли Чжао присел рядом с ним и достал сценарий, читая его. Лу Хао взглянул на Ли Чжао и увидел, что сценарий был полон примечаний, поэтому не стал беспокоить Ли Чжао.

– Ли Чжао, я давно тебя не видел, – прибытие Чжао Цзюнь Наня нарушило мир между двумя мужчинами.

Лу Хао взглянул на Ли Чжао, его глаза немного посветлели.

– Сяо Ли, ты и учитель Чжао знаете друг друга?

Чжао Цзюнь Нань мягко улыбнулся и первым открыл рот.

– Я встретил Сяо Ли на съёмках "Героического правителя". В то время я увидел, что у Ли Чжао есть талант, и планировал рекомендовать его на роль маленького мастера. Позже произошло кое-что ещё. Я очень сожалею о неудаче.

Услышав это, выражение лица Лу Хао молча изменилось. Актёр, который играл маленького мастера, был младшим братом в той же компании, и он рекомендовал человека на эту роль.

– Здравствуйте, учитель Чжао, – Ли Чжао отложил сценарий и послушно поприветствовал Чжао Цзюнь Наня. Затем он невинно улыбнулся. – Я не ожидал, что Вы так много сделаете за моей спиной. Извините, мой агент мне не сказал.

Улыбка Чжао Цзюнь Наня не изменилась.

– Это не вина твоего агента. Я не сказал ему. Изначально я хотел преподнести тебе сюрприз, когда всё уладится. Я не ожидал, что эту роль возьмут на себя другие. Тем не менее круг – это удача. Если бы ты играл роль молодого мастера, у тебя не было бы времени сниматься во Властной женщине-президенте, – Чжао Цзюнь Нань многозначительно посмотрел на Лу Хао. – Популярный человек будет популярен, несмотря ни на что. Люди, которые не могут быть популярными, будут только мертвы, даже если они сделают всё возможное.

Лу Хао с трудом удержался от того, чтобы заскрежетать зубами.

Чёрт, он думал, что этот лицемер косвенно ругает его, но у него не было доказательств!

Сун Юй, который случайно проходил мимо, держал в голове ту же идею, что и Лу Хао. Он остановился и повернулся, чтобы посмотреть на Чжао Цзюнь Наня. Кого ругала эта глупая штука?

– Это бесполезно, даже если ты временно популярен. Что, если вы похожи на учителя Чжао, который был популярен в течение одного года и холоден в течение десяти лет. Это довольно жалко, – Сун Юй надел свой костюм и цинично спросил: – Вы не думаете, что это правда, учитель Чжао?

– Этот маленький друг – Сун Юй, – Чжао Цзюнь Нань говорил так, как будто не слышал сарказма в словах Сун Юя. Он терпеливо улыбнулся молодому человеку. – Я видел роль Чжоу Ци Наня, которую ты сыграл во властной женщине-президенте. Ты выглядел очень хорошо, и вокруг тебя была аура.

– Это, учитель Чжао... – Ли Чжао моргнул своими ясными и невинными глазами. – Роль брата Суна звали Чжоу Ци Бэй.

– Кхем, – Лу Хао притворно кашлянул. Он увидел невежественное выражение лица Ли Чжао и не смог удержаться от смеха. – Сяо Ли, учитель Чжао занят, и это нормально, что он неправильно запомнил имя персонажа. В следующий раз специально не указывай на это.

– Хорошо, – Ли Чжао кивнул и повернул голову, извиняясь перед Чжао Цзюнь Нанем. – Мне жаль, учитель Чжао, я молод и не понимаю всех тонкостей отношений. Пожалуйста, прости меня.

– Да, учитель Чжао, Сяо Ли всё ещё ребёнок. У него неплохой ум, так что не принимай его слова близко к сердцу, – Лу Хао положил руку на плечо Ли Чжао. – Этот ребёнок очень хороший. Его личность слишком искренняя.

Чжао Цзюнь Нань улыбнулся.

– Ли Чжао просто любезно напомнил мне. Как я могу злиться?

Ребёнок? Есть ли в вашей семье двадцатилетний ребёнок?

Чжао Цзюнь Нань подозрительно посмотрел на Ли Чжао и увидел ослепительную улыбку Ли Чжао. Улыбка ужалила сердце мужчины. Ли Чжао действительно не понимал или он притворялся наивным?

– Я знал, что учитель Чжао самый щедрый, – Ли Чжао улыбнулся. – Я не думал, что мы снова будем сотрудничать. Это действительно судьба.

Чжао Цзюнь Нань улыбнулся, пряча свои крепко сцепленные руки под костюмом.

– О, – Сун Юй закатил глаза и не хотел снова видеть глупую внешность Ли Чжао. Он развернулся и ушёл.

Полчаса спустя настала очередь Ли Чжао выступить против Сун Юя. Чжао Цзюнь Нань сидел рядом с режиссёром и улыбался, наблюдая за ними.

– Учитель Чжао, Ли Чжао действительно хороший актёр, – режиссёр Ян подумал, что у Чжао Цзюнь Наня и Ли Чжао была хорошая дружба, и взял на себя инициативу похвалить Ли Чжао. – Недавно появилась роль в большом движении, которая подходит для него. Я собираюсь подтолкнуть его попробовать это.

Чжао Цзюнь Нань рассмеялся.

– Режиссёр Ян, Вы всегда обучаете новых людей. Молодым актёрам в круге повезло встретиться с Вами.

– Всё дело в том, чтобы сделать индустрию развлечений лучше в будущем, – режиссёр Ян улыбнулся и подождал, пока два молодых актёра придут в хорошее состояние для съёмок.

– Ваша идея очень хороша, но Ли Чжао не обучен. Он может хорошо играть в сериалах, но если он выйдет на большой экран, его актёрского мастерства может оказаться недостаточно, – Чжао Цзюнь Нань вздохнул. – Это может спровоцировать осуждение и принести ему больше вреда, чем пользы. Я думаю, его нужно тренировать ещё годика два.

Режиссёр Ян несколько секунд смотрел на Чжао Цзюнь Наня, прежде чем кивнуть с улыбкой.

– Ваши слова имеют смысл.

В дораме у Сун Юя и Ли Чжао были отношения "враг, переходящий в друга". Сначала они не понравились друг другу. Затем, когда страна была наполнена беспорядками, они начали расти, а также научились ценить друг друга. Снимать враждебную сцену было легко, но когда дело доходило до сожаления, глаза Сун Юй часто были совершенно неуместными.

– Остановись! Учитель Сун, Вы должны ценить Ли Чжао прямо сейчас, но Ваши глаза не соответствуют образу, – режиссёр Ян прокричал через громкоговоритель. – Учитель Ли, пожалуйста, повторите это с учителем Суном эту сцену.

– Остановись, сделай это снова.

– Сделай это снова.

Чжао Цзюнь Нань увидел, как глаза режиссёра Яна вспыхнули огнём, и встал, возвращаясь в свою гримёрку.

– Брат Нань, похоже, что между Сун Ю и Ли Чжао действительно есть разногласия, – его помощник принёс ему чай. – Я слышал, что предыдущие сцены были сняты очень хорошо, но сегодня они снимают сцену, в которой два человека дружелюбны друг к другу, и они играют снова и снова. Характер режиссёра Яна такой хороший, но он начинает злиться на них. Ты хочешь...

– Нет, – Лицо Чжао Цзюнь Наня мрачное. – Этот Сун Юй не очень хороший парень. Новый человек, который только что вошёл в круг, не проявил вежливости перед своими старшими.

– Он является богатым отпрыском во втором поколении, и его семья готова потратить деньги на его воспитание. Остальные члены круга не хотят его провоцировать, – помощник не ожидал, что через полдня Чжао Цзюнь Нань также возненавидит Сун Юя. – Почему бы нам сначала не убрать Ли Чжао?

– Что такое богатое второе поколение в этом кругу? – Чжао Цзюнь Нань разбил чашку, которую держал в руке, об пол. Горячий чай разлился повсюду, отчего в комнате запахло чаем.

– Учитель Чжао, – раздался стук в дверь, и появилась яркая улыбка Ли Чжао. – Ваш помощник только что не закрыл дверь. Я закрою её для Вас.

Раздался щелчок, когда полуоткрытая дверь закрылась перед Чжао Цзюнь Нанем и личным помощником.

Ли Чжао закрыл дверь гримёрки Чжао Цзюнь Наня и вернулся в свою гримёрку. Он увидел Сун Юя, сидящего в кресле и дующегося из-за плохой съёмки.

Увидев, что он вошёл, Сун Юй спросил:

– Что ты делал в соседней гримёрке?

– Ничего, – Ли Чжао коснулся своей груди. – Просто тривиальная вещь. Я чувствую, что красный шарф на моей груди стал ярче.

Сун Юй ошеломлённо моргнул.

Чёрт, этот человек был слишком болен.

* * *

В гримёрке по соседству личный помощник тайком посмотрел на тёмное лицо Чжао Цзюнь Наня и внутренне вздохнул.

"О, теперь всё точно кончено".

_____________________

Автору есть что сказать:

Чжао Чжао всё ещё всего лишь ребёнок, Чжао Чжао просто ещё очень многого не знает.

Глава 30. Подсчёт овец

– Ты обвиняешь меня в том, что из-за меня нам пришлось переснимать сцену так много раз? – после долгого молчания Сун Юй сердито посмотрела на Ли Чжао, который с удовольствием пил чай с молоком. – Кроме того, у тебя что, действительно мозг свиньи? У Чжао Цзюнь Наня очевидные проблемы. Ты также глуп, когда смеёшься над другими? Держись от него подальше позже. Ты меня понимаешь?

Его семья была богатой и могущественной. Даже если у него не было большой славы, в кругу было не так много людей, которые осмеливались оскорблять его. Таким образом, когда он узнал, что Чжао Цзюнь Нань переходит в команду Небесной Песни, кто-то рассказал ему о Чжао Цзюнь Нане.

Он был популярен, когда дебютировал, и заставил инсайдеров ненавидеть его. После десятилетия молчания он полагался на Героического правителя, чтобы восстать из пепла забвения. Теперь он продавал себя как преданного ветерана, когда на самом деле был плохим человеком.

Глядя на чай с молоком Ли Чжао, Сун Юй почувствовала, что тот был чем-то знаком. Разве это не был его любимый бренд чая с молоком?

Увидев, что Сун Юй уставился на чай с молоком в его руке, Ли Чжао дал тёплое и дружелюбное объяснение.

– Только что твой помощник купил тебе чай с молоком. Ты сказал, что не хочешь его пить, поэтому твой помощник дал его мне.

Сун Юй глубоко вздохнул и сказал себе успокоиться. Он не должен злиться.

– Ты не боишься, что мой помощник добавит что-нибудь в чай с молоком? Теперь артисты не принимают еду от фанатов. Как ты можешь есть еду из рук моего помощника?

– Разве пот не капает на почву, когда крестьянин работает в поле в течение дня? – Ли Чжао выпил чай с молоком. – Мы так давно знаем друг друга. Я полагаю, что ты не такой человек, верно?

– Ты мне так сильно веришь? – Сун Юй почувствовал, что его мозг гудит, и он даже задался вопросом, почему этот человек был его противником. Это была просто насмешка над его интеллектом. – Если ты хочешь его выпить, тогда пей. В любом случае, это твоё личное дело, если твои тело и кожа становятся плохими, – Сун Юй взял сценарий и приложил его к лицу. Он решил не беспокоиться о пустяках.

Он был нормальным человеком, и его нельзя сравнивать с этим странным существом. Ли Чжао закончил пить чай с молоком. Достал свой мобильный телефон и открыл чат-окно WeChat.

[Удача приходит к Чжао Чжао: Я только что совершил выдающуюся вещь.]

[Чжан Сяо Юань: Что за вещь?]

[Удача приходит к Чжао Чжао: Кто-то говорил плохие вещи, и я помог ему закрыть дверь. Мой мобильный телефон также стал зрелым и научился записывать автоматически.]

[Чжан Сяо Юань: …]

[Чжан Сяо Юань: Не будь таким непослушным. Отправь запись по адресу.]

Ли Чжао отправил запись Чжан Сяо Юаню. Через некоторое время он получил большое количество гневных оскорблений от Чжан Сяо Юаня.

[Чжан Сяо Юань: Этот идиот Чжао Цзюнь Нань! Какой дурак! У меня сейчас будет сердечный приступ от гнева! Я видел это, когда он использовал бесстыдную пропаганду перед средствами массовой информации, заявляя, что ему не нужен дублёр, и продавая себя как преданного делу человека. Он дурак без стыда и совести!]

[Удача приходит к Чжао Чжао: Брат Сяо Юань, ты не должен говорить грязные слова детям.]

[Чжан Сяо Юань: Кто здесь ребёнок? Он помешал режиссёру "Героического правителя" дать тебе небольшую роль. Он не знает, как трудно актёру без опыта, такому как ты, получить роль с репликами. Я был в круге в течение многих лет и не видел кого-то настолько отвратительного. Даже Сун Юй, маленький дурачок, лучше, чем этот большой дурак.]

[Удача приходит к Чжао Чжао: Ты можешь ругать Чжао Цзюнь Наня, но не ругай моего пищевого родителя. Я только что закончил пить его чай с молоком.]

[Чжан Сяо Юань: ...]

[Чжан Сяо Юань: Непослушный ребёнок, ты пытаешься меня разозлить?!]

Видя, что брат Сяо Юань перестал ругать Чжао Цзюнь Наня и начал ругать его, Ли Чжао быстро написал, что он уходит на съёмк, и положил телефон в карман.

– Брат Сун, почему бы нам не попробовать разыграть это ещё раз? – Ли Чжао увидел, что Сун Юй полон разочарования, и направился к Сун Юй со своим сценарием. – Ты когда-нибудь думал, что что-то невкусно, только чтобы узнать, что это вкусно, попробовав это?

– Что за чушь? Ты не имеешь никакой подготовки, но всё же хочешь научить меня, как действовать? – Сун Юй убрал сценарий с лица и беспокойно покрутил головой. – В этом нет необходимости.

– Нет, я просто хочу, чтобы ты сопровождал меня, – как только Ли Чжао закрыл свой сценарий и убрал улыбку, он больше не был Ли Чжао, а знаменитым судебным чиновником, записанным в истории. – Чжан дажэнь (1), теперь, когда внешние враги стоят перед нами сегодня, является ли этот Сюй в твоих глазах более ненавистным, чем внешние враги? – у молодого человека было красивое лицо, и он мог свести с ума женщин в столице каждым своим движением.

Сун Юй не ожидал, что Ли Чжао так быстро перевоплотится в свою роль, а потому не отреагировал.

– Брат Сун? – видя, что Сун Юй не отвечает своими репликами, Ли Чжао вышел из роли и посмотрел на другого человека. – Режиссёр Ян дал нам только час на отдых. Я боюсь, что моё выступление не очень хорошо, поэтому, пожалуйста, помоги мне.

Рот Сун Юй двигался, но он ничего не говорил.

– Брат Сун, брат Сун? – Ли Чжао взмахнул руками и уставился на Сун Юя сияющими глазами.

Сун Юй сжал сценарий в руке, прежде чем, наконец, ответить.

– Давай начнём.

– Брат Сун, я думаю, что когда ты произносишь эту фразу, ты можешь быть немного неловким. Это как когда ты сказал мне держаться подальше от Чжао Цзюнь Наня.

– Кто это тут неловкий? Кто, а?!

– Я был неправ, я был неправ, я имею в виду, это просто так кажется. Или мы должны сделать это снова?

____________________

1. 大人 (dàren) – дажэнь – официальное обращения к чиновникам или дворянам.

* * *

На съёмочной площадке режиссёр Ян посмотрел на снимки перед ним и с беспокойством коснулся лба.

– Делайте это один за другим. Не волнуйтесь.

Он думал, что Чжао Цзюнь Нань и Ли Чжао были друзьями. Кто знал, что Чжао Цзюнь Нань хотел преградить путь Ли Чжао. Он не хотел беспокоиться о разногласиях между этими артистами. Было просто жаль Ли Чжао.

Инвестор пригласил Чжао Цзюнь Наня сыграть роль не только по дружеским соображениям, в основном из-за его нынешней популярности и хорошей репутации. Крупнейшим инвестором шоу была Strawberry Entertainment. Ли Чжао может быть артистом Strawberry Entertainment, но у Strawberry Entertainment было много артистов. Они не обязательно оскорбили бы Чжао Цзюнь Наня за Ли Чжао.

* * *

В офисе Тин Тин сидел в кресле и просматривал бумаги.

– Господин, Strawberry Entertainment звонит, – помощник Цинь вошёл с телефоном и положил его перед Янь Тином.

Он не спал двадцать часов. Янь Тин отложил ручку и взял телефон у помощника Циня.

– Президент Сунь.

– Здравствуйте, господин Тин, я Сунь Хуай Чжи, – голос Сунь Хуай Чжи был немного осторожным. – Извините, что помешал Вашей работе. На этот раз я позвонил, чтобы поблагодарить Вас за то, что Вы позволили компании найти такого хорошего актёра, как Ли Чжао.

– Угу, – Янь Тин перестал вертеть бумаги в руках, слушая, как Сунь Хуай Чжи постоянно хвалит Ли Чжао по телефону.

– К сожалению, ребёнок Ли Чжао недавно столкнулся с некоторыми проблемами. Возможно, наша компания какое-то время не сможет решить эту проблему, – голос президента Суня стал более осторожным. – Пожалуйста, будьте уверены, что мы справимся с этим.

– Скажи, в чём дело.

– В последнее время появился актёр первого эшелона, который, похоже, нацелился на Ли Чжао. Подготовленные ресурсы, которые мы дали Ли Чжао, были потревожены им, – президент Сунь вздохнул. – Изначально мы говорили о большой поддержке бренда для Ли Чжао. Кто знал, что актёр по фамилии Чжао остановил это на полпути? Ли Чжао всё ещё новичок, поэтому мы можем только понести потери. Кто сказал Ли Чжао идти хорошим путём к прохожим?

Президент Сунь много болтал, прежде чем повесить трубку. Затем он позвонил помощнику Цао и сказал:

– Не беспокойся о стороне Чжао Цзюнь Наня. Мы продолжим предоставлять ресурсы Ли Чжао, а также удвоим их!

– Президент Сунь, что Вы делаете? – Цао Цзя с сомнением уставился на Сунь Хуай Чжи. Как большой босс вдруг стал таким смелым. Он не был таким гладким, как обычно.

– Ничего, я просто нашёл родителя ребёнка и рассказать ему тривиальный вопрос, – президент Сунь загадочно улыбнулся. – Чжао Цзюнь Нань издевается над ребёнком. Не стоит винить родителя ребёнка за то, что он считает, что этот человек создаёт проблемы.

Цао Цзя задумался. Имелся ли в виду Ли Чжао, когда говорилось о ребёнке? Однако Ли Чжао явно был из приюта. Какие родители? Это был родитель средних лет?

* * *

Янь Тин положил трубку и посмотрел на специального помощника Циня.

– Господин, я помню, что Министерство торговли намеревалось найти подходящего представителя по имиджу для нового продукта в филиале, – специальный помощник Цинь заговорил прежде, чем Янь Тин успел открыть рот. – Я думаю, что мистер Ли вполне подходит.

Янь Тин слегка кивнул. Как только специальный помощник Цинь вышел из кабинета, Янь Тин потёр свою больную голову и откинулся на спинку стула, закрыв глаза. Его тело было сонным до крайности, но его мозг бодрствовал. Экран телефона засветился, и мужчина потянулся к нему.

[Счастливчик Чжао Чжао: Я так хочу спать, но вечером есть несколько сцен.]

[Янь Тин: Я не хочу спать.]

[Счастливчик Чжао Чжао: Тогда ты пообщаешься со мной и не дашь мне заснуть.]

[Янь Тин: Угу.]

Ли Чжао отправлял сообщения очень быстро. Он рассказал о том, какой вкусный был ужин. У команды было много риса и мяса в упакованном блюде, и даже османтус перед отелем был очень ароматным. Он был счастлив, как глупый дурак, и ни словом не обмолвился о том, что над ним издеваются. Как будто того, о чем упоминал Сунь Хуай Чжи, не существовало.

[Янь Тин: Кто-нибудь издевался над тобой?]

[Счастливчик Чжао Чжао: Чжао Чжао всё ещё ребёнок. Кто будет запугивать ребёнка?]

Ребёнок? Бледные, тонкие пальцы Янь Тина остановились, когда его мозг внезапно взорвался болью. Казалось, он слышал крики женщины и тихое гудение.

– Малыш, мамин хороший малыш...

Раздался звон колокольчика. Его телефон внезапно зазвонил, прервав напев женщины. Офис внезапно затих, и был слышен только телефонный звонок.

Янь Тин поднял трубку.

– Тин Тин, я забыл спросить. Уже так поздно. Почему ты не спишь?

Из телефона доносился громкий голос, а также звуки ходьбы множества людей.

– Сверхурочная работа, – боль заставила его покрыться холодным потом, пот стекал по его бледным щекам. Однако его спокойное выражение лица ничего этого не выражало.

– Я знал, что такие крупные компании, как твоя, будут эксплуатировать людей, – Ли Чжао вздохнул. – Тин Тин, ты облысеешь, если будешь продолжать ложиться поздно. Это пустая трата твоего красивого лица. Ложись спать пораньше.

Босс большой компании Тин Тин ошеломлённо моргнул.

Янь Тин сказал ему:

– У меня бессонница. Это не имеет никакого отношения к боссу.

– Если бы я только мог поделиться с тобой своей сонливостью, – Ли Чжао зевнул. – Если хочешь, я посчитаю для тебя овец. Найди место, где можно лечь и поспать. Может быть, овцы передадут тебе мою сонливость. Одна овца, две овцы... пятьдесят овец...

Голос человека, считающего овец, становился всё тише и тише. Янь Тин держал свой телефон, глядя в окно в ночь, его глаза были спокойны.

____________________

Автору есть что сказать:

Малыш Тин Тин:

– Пришёл волк и заскулил, все овцы ушли!

Глава 31. Подсчёт пельменей

Звук равномерного дыхания молодого человека доносился из динамика телефона вместе со слабым шумом из киностудии. Янь Тин взял свой телефон и открыл дверь, соединённую с комнатой отдыха, снял пиджак и лёг на кровать. Кровать была холодной, но звук дыхания в телефоне был тёплым.

В тихой комнате его дыхание и дыхание Ли Чжао слились воедино. Его шумный мозг, наконец, получил момент спокойствия. Постепенно приходила сонливость. Казалось, он видел скачущих жирных ягнят. Это было так, как будто Ли Чжао ехал на спине овцы, танцевал перед ним, прыгал в его разум.

– Ли Чжао, Ли Чжао! – Сун Юй нашёл Ли Чжао сидящим на стуле и крепко спящим, укрывшись пальто. Он вытянул ног, чтобы пнуть стул, но в середине он отвёл ногу назад и ткнул Ли Чжао в лоб. – Парень по фамилии Ли, сейчас твоя сцена.

Ошеломлённый Ли Чжао подсознательно прикрыл микрофон телефона, не желая, чтобы звук передавался Янь Тину.

– Брат Сун? – Ли открыл глаза. Он едва успел подняться, когда задрожал от холодного ветра. Он приложил телефон к уху и внимательно слушал. Он мог слышать только слабое дыхание. Тин Тин должен был крепко спать.

Он повесил трубку и поблагодарил Сун Юя:

– Спасибо, что разбудил меня, брат Сун.

– Кто бы захотел позаботиться о тебе, если бы не тот факт, что у меня роль соперника, который играет с тобой? – Сун Юй усмехнулся и небрежно посмотрел на Чжао Цзюнь Наня, болтающего с несколькими маленькими актёрами на расстоянии. – С тех пор, как он присоединился к команде, команда нарушила наш график. Ты получил больше всего ночных съёмок.

Три дня подряд, снимая ночные сцены до трёх или четырех утра, кто мог продержаться?

– Твоей команде платят за то, что она не работает? Почему они не разбираются с этим ублюдком? – Сун Юй посмотрел на чёрные круги на лице Ли Чжао. – Или ты думаешь, что готова причинить тебе вред ради съёмок в этой драме?

Ли Чжао покачал головой, не сказав ни слова. Сун Юй увидел другого человека таким и почувствовал, что его сердце было полно огня.

– Хорошо, я не буду утруждать себя рассказом. Забудь об этом, идиот!

– Чжао Чжао, сначала выпей горячего чая, – Да Кэ принёс горячий чай для Ли Чжао, за ним последовал гримёрша съёмочной группы.

– Да Кэ, это тяжело для тебя. Возвращайся в отель и разбуди меня завтра утром, – Ли Чжао посмотрел на время и сказал Да Кэ. – Тебе здесь нечего делать из-за меня. Я пойду спать после съёмок.

– Всё в порядке, я немного полежу в фургоне, – Да Кэ рассказал ему. – Компания слышала, что ты снимал ночные сцены в течение последних двух дней, и беспокоится, что твоё тело этого не выдержит. Они специально организовали для тебя фургон, чтобы тебе было удобнее отдыхать.

Как только визажисты услышали это, они поняли, что Strawberry Entertainment не очень довольны расстановкой команды. Один из них ушёл и рассказал команде.

Команда услышала новости и внезапно поняла, что это было эвфемистическое выражение недовольства инвестора. Просто у режиссёра Яна был статус в телевизионном драматическом кружке, и Strawberry Entertainment не хотели ставить его в слишком неловкое положение. Они могли использовать только этот тип щадящих средств.

Чжао Цзюнь Нань в настоящее время пользовался популярностью, но об этом не стоило упоминать по сравнению с основными инвесторами. В развлекательном кругу всегда не было недостатка в актёрах. В этом году был Чжао Цзюнь Нань. В следующем году может появиться Ли Цзюнь Нань или Чжан Цзюнь Нань.

В этом кругу было одновременно трудно и совершенно не сложно стать популярным. Всё стало легко, как только они поняли значение действий инвестора. В ту ночь съёмочная группа установила новый график съёмок и дала нескольким актёрам полдня выходных, включая Ли Чжао.

– Брат Нань, это новое расписание команды. Сегодня у тебя две ночные сцены, – в тот момент, когда помощник получил расписание от команды, он обнаружил, что что-то не так.

Несколько дней назад они общались с командой и сказали, что брат Нань в последнее время был слаб, поэтому они старались не устраивать для него никаких ночных сцен. Команда отнеслась с пониманием и вскоре передала ночные съёмки Ли Чжао, чтобы брат Нань отдохнул. Неожиданно, они так быстро изменили своё мнение.

Что имела в виду команда Небесной Песни? Чжао Цзюнь Нань увидел график съёмок, и выражение его лица поникло. Его сцены были либо утром, либо после вечерней трапезы. Был даже отмечен новый эпизод. Потребовалась бы целая вечность, чтобы просто надеть костюм. Согласно этому расписанию, ему нужно было бы проснуться рано утром, чтобы наложить грим, а затем снова наложить грим вечером.

Чжао Цзюнь Нань взял расписание со стола и встал, уходя.

– Брат Нань, брат Нань! – его помощники увидели это и быстро остановили его. – Брат Нань, это то, что мы можем медленно обсудить с командой. Не будь импульсивным.

Инвесторами Небесной Песни были крупные компании из круга, и устраивать шумиху было нехорошо для брата Наня.

– Это их отношение после того, как они пригласили меня принять участие? – Чжао Цзюнь Нань тяжело вздохнул и оттолкнул своего помощника. Он неохотно успокоил свой гнев. – Иди и спроси о времени съёмок Ли Чжао.

Через некоторое время помощник вернулся.

– Брат Нань, команда сказала, что у Ли Чжао были ночные съёмки в течение трёх дней подряд. Сегодня они позволят ему вернуться в отель, чтобы отдохнуть.

– Чёрт, они играют со мной! – Чжао Цзюнь Нань пнул стул. – Они относятся ко мне так из-за нового человека. Раз так, пусть они не винят меня за невежливость.

* * *

Янь Тин проснулся на следующее утро. Впервые за долгое время он посмотрел на солнечный свет за окном и не испытывал к нему такой ненависти. В телефоне осталось меньше десяти процентов заряда, а его разговор с Ли Чжао уже закончился. В пять часов утра Ли Чжао отправил ему сообщение.

[Счастливчик Чжао Чжао: Завтра я получу полдня отдыха. Наконец-то я могу поспать восемь часов. Счастлив!]

Счастье выпрыгнуло из простых слов и затанцевало.

Янь Тин положил телефон и пошёл в ванную, чтобы принять душ. Он переоделся в чистую одежду, позвонил по внутреннему телефону и попросил кого-нибудь принести завтрак.

– Специальный помощник Цинь, босс был в компании несколько часов. Конечно, он не бодрствовал всё это время? – новая помощница выглядела милой, тёплой и обладала прекрасным характером. Вскоре после поступления на работу в ассистентский отдел компании она познакомилась со своими коллегами.

Специальный помощник Цинь держал поднос с завтраком и смотрел на новую сотрудницу с длинными чёрными волосами.

– Я слышал, что твои результаты в университете были очень хорошими?

Маленькая помощница была скромной и застенчивой.

– Возможно, это была удача, которая позволяла мне каждый раз получать хорошие оценки.

– Теперь, когда ты в ассистентском отделе, тебе нужно понять, что бесполезно что-либо делать с удачей, – специальный помощник Цинь убрал улыбку со своего лица. Он выглядел очень серьёзным, когда не улыбался. – Первое, что тебе нужно понять, работая в отделе помощников, – это не обсуждать привычки босса наедине, – немного помолчав, он добавил: – Или ты хочешь занять моё место после того, как только поступил на работу?

Лицо маленькой помощницы побелело, и она покачала головой.

– Специальный помощник Цинь, у меня не было никакого подобного умысла.

– Если ты не это имела в виду, тогда учись, – специальный помощник Цинь поднял запястье, чтобы посмотреть на время, его тон был холодным. – Как тебя зовут?

Маленькая помощница выглядела ещё более смущённой. Она не ожидала, что после почти полугода работы в ассистентском отделе специальный помощник Цинь даже не знал её имени. Она склонила голову, кусая губы.

– Меня зовут Вэй Тянь.

Специальный помощник Цинь взглянул на неё и больше ничего не сказал, повернувшись, чтобы идти к офису. Вэй Тянь со слезами на глазах смотрела ему в спину, но никто вокруг не осмеливался её утешить.

Большой босс обычно не появлялся перед сотрудниками. Специальный помощник Цинь был правой рукой босса, и даже руководители отдела не осмеливались оскорблять его. Эта новая коллега была действительно сильна, чтобы быть способной разозлить специального помощника Циня до такой степени.

Через некоторое время Вэй Тянь улучшила своё настроение и неохотно воспрянула духом, чтобы продолжить работу.

– Тянь, – коллега, сидящий рядом с ней, прошептал ей: – Большой босс стоит больших денег, и есть много людей, которые хотят приходить к нему каждый день. Поэтому расписание большого босса держится в секрете, и только специальный помощник Цинь знает об этом. Это табу на рабочем месте, и ты не должна делать это снова.

– Спасибо, – у Вэй Тяня было милое личико. – Я только увидела, что в офисе горит свет, и задала вопрос из любопытства. Другого значения в этом не было.

Коллега рядом с ней послал девушке предупреждающий взгляд и больше ничего не сказал. В офисе снова стало тихо, тихо, что заставляло людей чувствовать себя подавленными.

* * *

Следующие несколько дней Чжао Цзюнь Нань очень усердно работал над съёмками. В любом случае, он был приглашённым актёром, и у него было не слишком много сцен. После съёмок всех его сцен съёмочная группа устроила для него вечеринку в ресторане в городе кино и телевидения.

Поначалу атмосфера за обеденным столом была очень хорошей. Это продолжалось до тех пор, пока Чжао Цзюнь Нань не взял на себя инициативу поднять бокал за Ли Чжао.

– Пойдем, Сяо Чжао. Брат Нань поднимет за тебя тост. Когда ты снимался в драме "Героический правитель", ты был актёром без реплик, и тебя не видели в течение года. Теперь ты можешь сыграть важную роль в драме режиссёра Яна. Это действительно сложно. Не забывай направлять и поддерживать меня, когда будешь подниматься всё выше и выше.

Слова Чжао Цзюнь Наня звучали хорошо, но на самом деле он подразумевал, что нынешняя роль Ли Чжао была неправильной. Как новичок, который приобрёл популярность благодаря онлайн-драме, какими способностями он обладал, чтобы направлять и поддерживать первоклассного актёра?

Люди, которые могли сидеть за этим столом, были элитой круга. Они могли слышать, что тон Чжао Цзюнь Наня был неправильным, и даже его шутливый тон был низким.

– Брат Нань, Вы снова шутишь, – Ли Чжао взял бокал вина и с улыбкой выпил его перед столом, полным людей. – На моём съёмочном пути я больше знаком с тем, чтобы играть небольшие роли и примерять на себя роль дублёра. Мне очень повезло, что я смог сыграть такую важную роль в команде режиссёра Яна.

Чжао Цзюнь Нань нахмурился при словах "дублёр". Он посмотрел на невинную улыбку Ли Чжао и догадался, что Ли Чжао либо говорил небрежно, либо намеренно что-то подразумевал.

– Хахаха, – Чжао Цзюнь Нань рассмеялся. – Этот ребёнок, ты такой серьёзный и не знаешь, как шутить, – он поднял свой бокал и выпил его до дна.

Ужин закончился, и Чжао Цзюнь Нань был пьян. Он положил руку на плечо Ли Чжао и сказал:

– Сяо Ли, могу я попросить тебя отправить меня к моей машине. Моему помощнику было чем заняться, и он спустился первым.

– Как я могу позволить Вам беспокоить Сяо Ли? Позволь моему помощнику отправить Вас вниз, – режиссёр Янг улыбнулся. – Я вижу, что Сяо Ли много выпил сегодня вечером. Я боюсь, что если вас двоих увидят пьяными в лифте, завтра это будет горячий поиск на основных платформах.

– Это хорошо. Это может помочь нашей команде сэкономить на рекламных гонорарах, – Чжао Цзюнь Нань проигнорировал препятствие режиссёра Яна и с улыбкой посмотрел на Ли Чжао. – Сяо Ли, ты не против того, чтобы проводить меня?

– Брат Нань, будь осторожен со своими ногами, – Ли Чжао улыбнулся и сказал режиссёру Яну: – Режиссёр Ян, я отправлю брата Наня обратно.

Режиссёр Ян сделал паузу, прежде чем, наконец, сказать:

– Иди осторожно и возвращайся пораньше. Если что-нибудь случится, просто позвони мне.

Чжао Цзюнь Нань затащил Ли Чжао в лифт, вытянул шею и прислонился к стене кабины лифта с невыразительным видом. Он холодно посмотрел на Ли Чжао.

– Слова, которые я сказал в гостиной в тот день, ты слышал это?

Ли Чжао моргнул.

– Брат Нань, что ты говоришь?

– Молодой человек, нелегко быть популярным. Ты не должен пойти неправильным путём и похоронить своё будущее, – Чжао Цзюнь Нань зажёг сигарету и медленно выпустил дым в сторону Ли Чжао.

Мужчина позволил себе неприятную усмешку, прежде чем продолжить:

– Что говорить и чего не говорить, у тебя должно быть чёткое понимание в твоём сердце.

Ли Чжао уставился на сигарету в руке Чжао Цзюнь Наня с серьёзным выражением лица.

– Что, ты не счастлив? – Чжао Цзюнь Нань усмехнулся. – Скажи, сколько нужно, чтобы купить твоё молчание?

– Курить в лифте запрещено, – выражение лица Ли Чжао было серьёзным. – Ради здоровья других, пожалуйста, соблюдайте общественную мораль.

Чжао Цзюнь Нань сделал паузу, куря, и поиграл сигаретой, как будто услышал шутку.

– Мораль, ты всё ещё ребёнок, который ходит в детский сад? Не меняй тему. Сделай прямое предложение.

В этот момент дверь лифта медленно открылась. В проёме появилось лицо Сун Юй, два его помощника и несколько других членов съёмочной группы.

– Мистер Чжао ещё не ушёл? – Сун Юй использовал руку, чтобы развеять дым, и повысил голос. – Кто настолько бесстыден, чтобы курить в лифте? Им не хватает добродетели?

Остальные молча посмотрели на руку Чжао Цзюнь Наня, держащую сигарету, а затем отвели взгляд, как будто ничего не произошло. Атмосфера стала очень неловкой.

– Извините, я забыл нажать номер этажа, – Ли Чжао изобразил невинную улыбку и повернулся к Чжао Цзюнь Наню. – Я только что выпил вина, и мой мозг немного затуманен. Я позволил брату Наню увидеть кое-что очень забавное.

Затем он нажал кнопку этажа, и лифт снова медленно закрылся. В лифте было тихо, пока дверь снова не открылась. Чжао Цзюнь Нань ничего не сказал.

Чжао Цзюнь Нань спокойно вышел из лифта и повернулся, чтобы посмотреть на Ли Чжао.

– Мы с тобой поговорим в машине.

Ли Чжао посмотрел на фургон перед ним и без колебаний сел в него.

– Ты смелый. Ты действительно осмеливаешься войти и сесть? – Чжао Цзюнь Нань усмехнулся и положил ногу на стул. – Достаточно ли одного миллиона, чтобы купить твоё молчание?

– Вся команда видела, как я провожал брата Наня. Что со мной может случиться? – Ли Чжао положил руки на колени, как ребёнок в детском саду, ожидающий прихода учителя в класс, очень послушный. И всё же в глазах Чжао Цзюнь Наня Ли Чжао был уродлив до крайности. Он хотел увидеть, как Ли Чжао исчезнет из мира сегодня вечером. Это было потому, что только мёртвые не могли говорить.

– Три миллиона?

Ли Чжао всё ещё смотрел на него, как послушный ребёнок.

– Пять миллионов?

Ли Чжао моргнул и невинно улыбнулся.

Лицо Чжао Цзюнь Наня стало совершенно мрачным.

– Ты хочешь десять миллионов? Такой бедный мальчик, как ты, который вышел из вонючей горной канавы, ты когда-нибудь видел столько денег в своей жизни? Не будь слишком уродливым! Ли Чжао, отбрасывать все притворства вежливости нехорошо для тебя.

– Я видел это, – Ли Чжао поднял два пальца с яркой улыбкой. – У моего друга два здания, два!

Два поднятых пальца выглядели очень гордыми.

Чжао Цзюнь Нань с яростью посмотрел на оттопыренные пальцы.

– Какое отношение к тебе имеют эти два здания?

– Разве ты не спросил меня, видел ли я когда-нибудь десять миллионов? – У Ли Чжао было выражение "этот человек действительно неразумный", когда он посмотрел на Чжао Цзюнь Наня. – Я просто серьёзно отвечаю на твои вопросы.

– Не валяй дурака со мной, – Чжао Цзюнь Нань глубоко вздохнул. – Тот факт, что ты выступал в качестве дублёра для меня, никогда не упоминай об этом за всю свою жизнь. Даже если кто-то спросит тебя об этом, ты должен это отрицать. Пока ты делаешь это, я могу дать тебе шесть миллионов.

Ли Чжао посмотрел на Чжао Цзюнь Наня с сочувствием, как будто он заботился о дураке.

– Так много людей в команде Героический правитель знали, что я выступал в качестве твоего дублёра. Ты можешь заставить их всех замолчать?

– Это не твоё дело. Главное, чтобы ты сам заткнулся, – Чжао Цзюнь Нань потерял терпение, и выражение его лица постепенно стало свирепым. – Не имеет значения, если ты не согласен. Теперь ты потерял поддержку и ресурсы фильма. Что касается того, что произойдёт в будущем, не вини меня в этом.

Ли Чжао был ошеломлён. Ему... угрожали? Он был просто дублёром, чтобы заработать деньги. Как его личная безопасность была затронута?

Тук-тук-тук. Именно тогда в окно постучали.

Чжао Цзюнь Нань оглянулся и увидел бледного, красивого мужчину в костюме, стоящего у окна. Мужчина заглянул в машину по своему желанию, и Чжао Цзюнь Нань необъяснимо почувствовал, что глаза мужчины проникают внутрь машины и могут видеть всё внутри.

Помощник, молча сидевший впереди, открыл дверь, его тон был не очень хорошим.

– Господин, мой артист не принимает никаких частных запросов от фанатов. Вы должны немедленно уйти отсюда.

Мужчина проигнорировал это, и его тёмные глаза уставились в машину.

– Чжао Чжао, вылезай из машины.

– Тин Тин, – Ли Чжао протиснулся мимо ног Чжао Цзюнь Наня, и Чжао Цзюнь Нань чуть не упал на пол.

Ли Чжао не волновал смущённый Чжао Цзюнь Нань. Он улыбнулся и выпрыгнул из двери машины, направляясь к Янь Тину.

– Зачем ты пришёл?

– Я пришёл сюда, чтобы увидеть тебя, – Янь Тин протянул шарф, который держал в руке, Ли Чжао. – Пойдем.

– Подожди минутку, – Чжао Цзюнь Нань высунулся из своей машины. – Ли Чжао, то, что я упомянул, подумай об этом. Мне нужен ответ до завтрашнего полудня.

Янь Тин остановился и оглянулся на Чжао Цзюнь Наня, его глаза смотрели так, словно он смотрел на придорожный щебень.

Ли Чжао потянул его за рукав.

– Тин Тин, пошли.

Видя, что Ли Чжао не выказал никакой реакции, лицо Чжао Цзюнь Наня стало очень уродливым. Когда он был звездой, куда бы он ни пошёл, кто-нибудь тайно фотографировал его на свои телефоны или просил его подпись карточку.

Это был первый раз, когда с ним обращались как с придорожным сорняком с тех пор, как Чжао Цзюнь Нань стал популярным.

* * *

– Что он хотел от тебя? – темп движения Янь Тина не был быстрым или медленным. Он оставался неизменно ровным, как будто ничто не могло нарушить его ритм.

– Он хотел дать мне шесть миллионов, чтобы заставить меня пообещать одну вещь, – Ли Чжао засунул руки в карманы. – Видя, что я не согласен, он рассмеялся, сказав, что я никогда в жизни не видел столько денег. Я сказал, что видел это, и он снова был недоволен. Это действительно головная боль.

Шаги Янь Тина немного замедлились.

– Его зовут Чжао Цзюнь Нань?

– Да, – Ли Чжао кивнул.

– Я понимаю, – веки Янь Тина слегка опустились, скрывая темноту в его глазах.

– Давай больше не будем об этом говорить. Когда ты сюда попал? Ты поел? – Ли Чжао не хотел, чтобы беспорядок в кругу развлечений повлиял на его чистого и умного друга. Он прыгнул вперёд и затанцевал рядом с Янь Тином. – В каком отеле ты остановился? Тебе обязательно возвращаться?

– Нет, – Янь Тин посмотрел на улыбающегося Ли Чжао. – Ты возвращайся первым, я сам найду, где поесть.

– Как я могу это сделать? Мы не видели друг друга несколько дней. Как я могу позволить тебе есть одному, – Ли Чжао потянулся к шее Янь Тина. – Только что мне не хватило еды. Давай найдём место, где можно сесть и медленно поесть.

– Хорошо, – Янь Тин посмотрел на ребёнка, свисающего с его тела, и почувствовал слабый запах вина. Янь Тин позволил Ли Чжао повиснуть на нем, как кулон.

– У тебя были проблемы со сном в последнее время? – блюда ещё не были поданы на стол. Ли Чжао налил чашку горячего молока для Янь Тина.

Янь Тин посмотрел на стакан молока и не пошевелился.

– Пить молоко полезно для сна. Никто не увидит, как ты его пьёшь, кроме меня, – Ли Чжао также налил себе стакан. – Я составлю тебе компанию, чтобы выпить, и никто не заподозрит, что мы не мужчины.

На его щеках был лёгкий румянец, и эффект вина ещё не полностью исчез.

Янь Тин сделал глоток молока, и вкус распространился у него во рту.

– Я не могу уснуть.

Ли Чжао взял свою чашку и выпил большую часть на одном дыхании. Услышав, как Янь Тин сказал, что он всё ещё не может уснуть, Ли Чжао поднял глаза.

– Считать овец бесполезно?

Янь Тин слегка покачал головой.

– Некоторые люди говорят, что подсчёт овец не соответствует привычкам нашей страны. Гораздо полезнее считать пельмени, когда не можешь уснуть, – Ли Чжао поставил чашку с молоком и задумчиво потрогал подбородок. – Почему бы тебе не попробовать считать пельмени? Я просто боюсь, что чем больше ты считаешь, тем голоднее ты становишься.

Янь Тин посмотрел на Ли Чжао.

– В ту ночь твой подсчет овец был очень полезен.

– Правда? – Ли Чжао поднял свой дух. – Я также чувствую, что мои навыки речи действительно хороши и особенно притягательны. Ты достоин быть моим хорошим другом. Ты знаешь, как меня ценить.

Он был очень взволнован. Хотя Янь Тин не хвалил его навыки речи от начала до конца, это не помешало Ли Чжао интерпретировать значение слов собеседника так, как ему было угодно.

– Подожди, я запишу для тебя аудиозапись подсчёта овец и пельменей. Если тебя опять станет мучить бессонница, то ты сможешь просто прослушать одну из них. Может быть, это будет полезно.

– Хорошо, – Янь Тин без колебаний согласился, как будто он ждал, что Ли Чжао скажет это.

После ужина Ли Чжао сидел в машине Янь Тина и считал овец и пельмени. Затем он попрощался с Янь Тином.

– Тин Тин, приходи к команде завтра, если у тебя будет время.

– Хорошо.

* * *

– Один пельмень упал в миску, два пельменя упали в миску... сотня пельменей готова. Тин Тин, спи послушно. Я пожелаю тебе спокойной ночи.

Голос мальчика был ясным и чистым. Янь Тин стоял перед огромным окном от пола до потолка, слушая, как пельмени падают в миску. Он потянулся, чтобы включить свет в изголовье кровати, потянув индикатор выполнения звука вперёд.

– Тин Тин, спи спокойно. Я пожелаю тебе спокойной ночи...

– Тин Тин, спи спокойно. Я пожелаю тебе спокойной ночи...

Прикроватные лампы погасли, и в комнате снова стало темно.

– Спокойной ночи.

* * *

В четыре часа утра, когда все спали, на рабочую группу Чжао Цзюнь Наня обрушились плохие новости. Они находились в разгаре переговоров со всемирно известным брендом класса люкс, чтобы Чжао Цзюнь Нань выступил в качестве азиатского представителя новых продуктов этого сезона. Печатные фотографии должны были распространиться по основным площадям и знаковым изданиям.

Столкнувшись с завистью других конкурентов, команда Чжао Цзюнь Наня была очень горда и даже заранее сообщила новость некоторым большим поклонникам. Они, в свою очередь, должны были поведать эту новость другим фанатам, чтобы усилить их преследование артиста.

Однако, незадолго до официального объявления, бренд внезапно позвонил, чтобы сказать, что образ Чжао Цзюнь Наня не подходит для их продуктов, и сотрудничество будет обсуждаться позже. Что ещё будет обсуждаться позже? Это была явная ложь со стороны бренда. Команда чувствовала себя нетерпеливой и злой, но они не могли оскорбить крупный бренд. Они могли только провести экстренное совещание, чтобы обсудить контрмеры.

Чтобы повысить ценность Чжао Цзюнь Наня, несколько дней назад они организовали армию воды, чтобы распространять слухи о сотрудничестве Чжао Цзюнь Наня с люксовым брендом через основные форумы и общественные платформы. Чжао Цзюнь Нань вчера также переслал сообщение от бренда на Weibo.

Теперь сторона бренда внезапно отступила, и они стали бы посмешищем в глазах других конкурентов. Тем не менее они не осмелились поссориться со стороной бренда и могли только провести экстренное совещание, чтобы найти способ минимизировать свои потери.

Как только они обсуждали решение, позвонили ещё два бренда, которые говорили о сотрудничестве, и отменили свои прошлые договорённости планы.

– Можно считать совпадением, что один бренд отменил сотрудничество, но в одночасье три бренда отменили свои предложения. Другими словами, кто-то мешает нам злонамеренно, – компания Чжао Цзюнь Наня провела экстренное совещание ночью, чтобы обсудить стратегии преодоления. – Теперь мы должны выяснить, кто идёт против нас.

Поддержка люксовых брендов была очень важна для артистов первого эшелона. Фанатам было чем гордиться. Теперь, когда рекламные объявления улетали, как утки, компания, естественно, забеспокоилась.

Чжао Цзюнь Нань блокировал многих первоклассных артистов-мужчин, когда он только стал популярным. С точки зрения его компании, артисты-мужчины, конкурирующие с Чжао Цзюнь Нанем, были очень подозрительными.

Однако, у кого было столько способностей?

___________________

Автору есть что сказать:

Один Чжао Чжао перепрыгнул через забор, два Чжао Чжао перепрыгнули через забор, все они в конечном итоге оказались в кармане Тин Тина.

Глава 32. Счастливая одежда

На следующий день на различных форумах появились сообщения, высмеивающие Чжао Цзюнь Наня. Чжао Цзюнь Наня обвинили в том, что он старый и невидимый. Как только он, наконец, стал популярным, он стал уродливым. Были также насмешки, что Чжао Цзюнь Нань поднимал свою цену.

– Разве поклонники Чжао Цзюнь Наня не хвастались тем, сколько ведущих модных брендов их артист собирается выигрывать каждый день? Жаль, что сторона бренда прямо заявила, что не намерена сотрудничать с вашим артистом.

– Обычный прохожий, смущённый и молчаливо краснеющий из-за фанатов Чжао.

– О, я давно догадывался, что этот злодей Чжао Цзюнь Нань рано или поздно перевернется. Я просто не ожидал, что он так быстро перевернётся. С тех пор, как его выступление в Героическом правителе стало популярным, его команда покупала статьи каждый день. К счастью, он не женщина. Если бы он был женщиной, то он сокрушил бы весь развлекательный круг.

– Наверху не видели репортаж несколько дней назад об артисте-мужчине, настолько очаровательном, что среди артистов-женщин нет для него конкуренции. Я зашёл посмотреть и чуть не ослеп. Поклонники Чжао превратили его в женщину и сравнили красоту с группой женщин-артистов.

– Рекламная команда Чжао Цзюнь Наня действительно высокомерна. Я просто хочу знать настроение фанаток артисток, с которыми его сравнивали.

– Настроение жертв очень нестабильное. Их актриса – фея. Что за дьявол Чжао Цзюнь Нань, чтобы сокрушить их кумира?

Это был первый раз, когда Чжао Цзюнь Нань был высмеян всем Интернетом с тех пор, как он стал популярным. Он был так зол, что готов был вызвериться на сотрудников по связям с общественностью, чувствуя, что их способности были слишком низкими.

– Брат Нань, глядя на сегодняшнее отношение, должно быть несколько сторон, использующих тебя в своих интересах, – помощник по рекламе успокоил настроение Чжао Цзюнь Наня. – Давай какое-то время не высовываться. Снимайся с лёгкостью, и через некоторое время всё будет хорошо.

Другие инсайдеры знали, что его подставили три бренда. Не было никакого способа выдержать насмешки, кроме как залечь на дно. В этой ситуации было полезнее оставаться в тени, чем отвечать. Актёр должен говорить о своей работе.

– Через некоторое время? – Чжао Цзюнь Нань был в ярости. – Через некоторое время все фанаты драмы Героический правитель уйдут. Как я могу приобрести постоянных поклонников из их среды, если залягу на дно?

– Брат Нань, о твоей драме хорошо говорят из уст в уста. Это не похоже на онлайн-драмы в исполнении Ли Чжао, которые в лучшем случае привлекут лишь несколько временных поклонников. У тебя есть и сила, и ресурсы. Тебе вообще не нужно думать о последующем развитии. О чём ты беспокоишься?

О чём он беспокоился?

Чжао Цзюнь Нань обмяк в своём кресле, потому что никто лучше него не знал, как ужасно падать с высоты на дно. Продюсеры и режиссёры, с которыми он когда-то дружил, один за другим поворачивали свои лица. Его поклонники уходили один за другим. Сначала некоторые люди издевались над ним за его упадок, но позже никто даже не издевался над ним.

Казалось, все забыли о нём. Даже если он не носил очки или маску, никто его не узнал. Чтобы получить в свои руки очередные роли, он пил до рвоты и терпел взгляды молодого поколения новых артистов.

Он стал популярным в возрасте восемнадцати лет и был полностью проигнорирован в возрасте двадцати пяти лет. Сегодня Чжао Цзюнь Наню было тридцать пять лет, и он, наконец, воскрес. Фанаты хвалили его за молодость и приятную внешность, но годы пьянства и курения сделали его кожу ужасной.

Чжао Цзюнь Наню делали уколы в лицо, и он ложился под нож, живя каждый день для фанатов, хвалящих его отфотошопленные фотографии. Увидев эти молодые, свежие и красивые лица, его сердце не могло сдержать паники. Чжао Цзюнь Нань хотел застрелить на пляже всех своих конкурентов.

Всякий раз, когда фанаты хвалили его хорошие сцены боя и его элегантную и очаровательную позу, его внутренняя гордость превращалась в ненависть к Ли Чжао. Очарование и элегантность, которые хвалили фанаты, принадлежали Ли Чжао. Тот, кого они любили, был вовсе не он, а Ли Чжао, у которого не было возможности показать своё лицо перед камерой.

Как только Чжао Цзюнь Нань обнаружил, что Ли Чжао внезапно стал популярным, ему приснился кошмар. Все фанаты, преследующие его, окружили Ли Чжао, чтобы признаться, а сам Чжао Цзюнь Нань вернулся к своему самому низкому периоду, когда у него не было драм, и никто не заботился о нем.

Ли Чжао был его постоянным кошмаром. Чжао Цзюнь Наню было бы трудно заснуть, если бы Ли Чжао продолжал оставаться в кругу развлечений.

– Он не может подняться.

– Что? – помощник по рекламе не расслышал слов Чжао Цзюнь Наня. – Брат Нань, что ты сказал?

– Я сказал, я не могу позволить популярности Ли Чжао продолжать расти.

Помощник по пропаганде нахмурился. Он не мог понять, почему брат Нань был так одержим актёром восемнадцатого уровня. Даже если бы у Ли Чжао за спиной была Strawberry Entertainment, ресурсы, к которым мог получить доступ брат Нань, были за пределами воображения Ли Чжао. Зачем это делать?

Чжао Цзюнь Нань не желал слушать уговоры помощника. Он организовал армию воды, чтобы намеренно создать шумиху в Интернете, заявив, что артист, ставший известным благодаря онлайн-драме, будет сотрудничать с крупным брендом. Об этом скоро будет официально объявлено.

Насмешки, которые он перенёс, он позволил бы Ли Чжао также испытать это.

* * *

– Ли Чжао, ты собираешься рекламировать крупный бренд? – Сун Юй был в своей гостиной, когда увидел новость о том, что звезда онлайн-дорамы скоро будет сотрудничать с крупным брендом. Основываясь на содержании, было очевидно, что Ли Чжао был главным действующим лицом онлайн-драмы, упомянутой в отчёте.

– Какой большой бренд? – Ли Чжао склонил голову, чтобы забрать упакованную еду, когда услышал, что Сун Юйк всё выложил ему. Ли Чжао оторвал взгляд от огромной коробки с едой и посмотрел на Сун Юя. – Я?

– Ах, есть новости, что ты собираешься рекламировать какой-то крупный бренд. Они думают, что твоя карьера растёт, – Сун Юй почувствовала, что что-то не так. Strawberry Entertainment обычно не использовала такого рода средства связи с общественностью.

– Однако в последнее время я не говорил ни о каких контрактах о рекламе, – Ли Чжао поднял свой напиток и сделал два больших глотка. – Это ошибка?

– Самая популярная онлайн-драма за последние три месяца, свежая белая рубашка, самая тёплая улыбка и мужчина, которого любит властная женщина... – Сун Юй прочитала эти ключевые прилагательные. – Маркетинговые отчёты ясно дали понять, что они говорят о Ли Чжао.

Сун Юй увидел ошеломлённое лицо Ли Чжао и выпрямился.

– Кто-то издевается над тобой?

Намеренно выпуская материал такого типа, чтобы заставить фанатов почувствовать надежду и последующее за разоблачением разочарование. Наконец, они перестанут быть фанатами. Такого рода вещи не были чем-то новым в круге. ещё более отвратительным было то, что в этих аккаунтах не было никаких имен. Даже если вовлеченная сторона хотела уточнить, они не могли говорить слишком четко, иначе их бы высмеяли.

– А? – Ли Чжао доел остатки своей еды. – Кому было бы так скучно тратить деньги в Интернете, чтобы купить маркетинг, чтобы выставить меня, артиста восемнадцатого уровня, в неприглядном свете?

– Ты полагался на властную женщину-президента, чтобы привлечь волну поклонников, и подписал контракт с Strawberry Entertainment. Ты уже седьмого или восьмого уровня, – Сун Юй увидел, что Ли Чжао был готов съесть маленький кекс в коробке с едой, и не мог не волноваться за него. – Ты ешь и ешь. У тебя всё ещё есть настроение поесть, несмотря на то, что кто-то действует против тебя?

Ли Чжао положил маленький кекс на место и взглянул на Сун Юя.

– Тогда что мне теперь делать?

– Свяжись со своей командой и попроси их подумать о решении, – в этот момент Сун Юй не мог удержаться от ругани. – Мой мозг действительно пропитан водой. Почему я помогаю тебе с этим...

Ли Чжао ответил:

– Потому что ты красив и у тебя доброе сердце.

Сун Юй воскликнул:

– Убирайся отсюда!

* * *

Как исполнительный агент Ли Чжао, Ло Жун получил известие о том, что маркетинговые аккаунты готовились очернить Ли Чжао. Он отправил сообщение в командный чат, чтобы попросить их не отвечать на этот вопрос.

– Мистер Ло, если у мистера Ли нет мнения о сотрудничестве между двумя сторонами, тогда мы надеемся сделать рекламные фотографии как можно скорее, – глава департамента торговли пожал руку Ло Жуну. – В конце концов, потребуется некоторое время, чтобы подготовить фотографии.

– Пожалуйста, будьте уверены, что наши артисты будут полностью сотрудничать с вашей рекламой, – Ло Жун пожал руку главе департамента торговли. Он всё ещё был в состоянии, когда чувствовал, что всё это было нереально.

Как всемирно известный семейный бизнес, Cang Huan всегда имел высокий статус в сердцах китайского народа. Артисты, которых они приглашали для рекламы своего продукта, гордились этим, так как это было доказательством их силы и популярности. Если бы фанаты дрались друг с другом, то одобрение продукции Cang Huan можно было бы расценивать как десятикратную славу.

Теперь такой бренд внезапно проявил инициативу, чтобы найти их, и сказал, что образ Ли Чжао очень подходит для имиджа их продукта. Он надеялся, что эти два человека смогут сотрудничать.

Это было похоже на то, как отец брендов или дедушка в романе о боевых искусствах берут на себя инициативу передать знаменитые приёмы боевых искусств. Не говоря уже о том, что условия со стороны бренда были настолько привлекательными, что они без колебаний подписали бы контракт, даже если бы цена составляла всего одну десятую от предложенной.

Многие артисты были готовы смириться с потерей, если только могли получить одобрение Cang Huan. Нет, это точно не было контрактом на рекламу. Это явно была сила с Небес. Это предложение означало, что текущий ритм в Интернете, пытающийся отправить Ли Чжао на смерть, просто помог им сэкономить на рекламных расходах.

Обжарьте его сильнее, чтобы он был горячее. Они могли себе это позволить.

* * *

– Ли Чжао! – крикнул Сун Юй из команды. – У меня здесь коробка с пирожными. Ты хочешь его съесть?

– Я иду, – Ли Чжао быстро отложил сценарий и побежал к Сун Юю. Помощник Сун Юя нёс большую коробку с пирожными. Ли Чжао ел быстро и вскоре доел всё угощение.

– Ты часто голодал, когда были ребёнком? – Сун Юй с сомнением посмотрела на рот Ли Чжао. Рот этого человека был маленьким, и он хорошо выглядел во время еды. Как он мог есть так быстро?

– Да, – Ли Чжао кивнул. – В детстве моя семья не давала мне есть, если у них было плохое настроение. Таким образом, если бы у меня было что-нибудь поесть, я бы сначала отправил это в желудок. Это было намного безопаснее.

– Ты просто преувеличиваешь, – Сун Ю усмехнулся. – В этом возрасте какому ребёнку не хватает еды?

Ли Чжао хихикнул.

– Кхем.

За спиной Ли Чжао послышалось знакомое покашливание. Ли Чжао оглянулся, и его улыбка стала ещё более ослепительной.

– Тин Тин! Почему ты не позвонил мне? Как команда впустила тебя?

– Чжао Чжао, я встретил господина Тина снаружи. Я знал, что он собирается навестить команду, и взял его с собой, – Да Кэ обнаружил, что у него нет смысла существования, так как его в этот момент даже не заметили, и помахал рукой. – Вы можете поговорить медленно. Я налью воды.

– Тин Тин, ты садись первым, – Ли Чжао потянул Янь Тина, чтобы тот сел в его собственное кресло. Затем, опасаясь, что ноги Янь Тина замерзнут, он использовал своё одеяло, чтобы укрыть Янь Тина.

Ли Чжао был одет в парик, инкрустированный золотом гуань (1), большую красную свадебную одежду и у него были красные губы.

– Ты вчера не пришёл к команде, поэтому я подумал, что у тебя не было времени прийти, – Ли Чжао взял маленький табурет и сел перед Янь Тином, мгновенно став ниже него.

– Я закончил свою работу и хотел прийти и посмотреть на твои съёмки, – взгляд Янь Тина упал на красную одежду Ли Чжао под его тёплой одеждой. – Я боялся, что помешаю твоим съёмкам, поэтому не стал звонить.

– Мой телефон у Да Кэ, когда я снимаю. Ты не побеспокоишь меня, даже если позвонишь, – Ли Чжао увидел, что Янь Тин был без перчаток, и снял свои. – Здесь ветрено. Сначала надень мои перчатки. У меня есть запасная пара вон там.

В тот момент, когда тепло перчаток обернулось вокруг его холодных пальцев, Янь Тин посмотрел на красивого мальчика перед ним.

– Ты женишься?

– Дело не в том, что я женюсь. Персонаж, которого я играю, женится, – Ли Чжао несколько раз взмахнул руками. Такие вещи невозможно перепутать.

Небесная Песнь была исторической драмой, и персонажи в драме были основаны на исторических фактах. Персонаж, которого он играл, возможно, умер рано, но в исторических записях у него была жена.

– Я собираюсь снять сцену, в которой жених и невеста стоят на коленях на свадебной церемонии. Если у тебя сегодня есть время, ты можешь остаться и посмотреть, – Ли Чжао указал на золотой гуань на его голове. – Если верить словам режиссёра, золотой гуань и одежда, которые я ношу, являются имитацией настоящих вещей. Это лучший костюм, изготовленный за счёт производственных затрат съёмочной группы, и это редкая возможность. Останься и посмотри.

У Небесной Песни была большая команда, и требования были очень высокими. Многие аксессуары были из настоящего золота и серебра. Например, на изготовление костюма Ли Чжао ушёл почти месяц, но он был использован только для нескольких сцен.

Температура тела Ли Чжао, оставшаяся в его перчатках, постепенно снижалась. Янь Тин посмотрел на красный костюм, расшитый узором в виде дракона и феникса, прежде чем слегка кивнуть.

– Хорошо. Я останусь.

______________________

Автору есть что сказать:

Малыш Чжао Чжао:

– Посмотри на счастливую одежду этого ребёнка. Правда же она красивая? А какая дорогая!

Малыш Тин Тин лишь спокойно промолчал.

______________________

1. 冠 (guān) – гуань – является общим термином, который относится к типу головных уборов в сочетании с ханьфу, покрывающие небольшую область верхней части головы, а не всю голову. Гуань, как правило, был официальной формой головного убора, который носили вместе с соответствующей придворной одеждой. Существовали законы на роскошь, которые регулировали ношение гуаня; однако эти законы не были фиксированными; и, таким образом, они могли отличаться от династии к династии. Существовали различные формы и типы гуаней.

Глава 33. Хвастовство?

Съёмки свадьбы были не такими романтичными, как они должны были выглядеть в сериале. Несколько камер были направлены на актёров с разных позиций. Там были свет, звукорежиссёры и остальные сотрудники драмы и актёры, создавая беспорядок. Любой зритель, который никогда не общался со съёмочной группой, вероятно, усомнился бы в том, что сцены в драмах действительно были сняты таким образом?

Камера всё ещё регулировала положение. Ли Чжао и актриса, выступающая его напарницей, время от времени тихо перешёптывались, но, судя по их позе стоя и дистанции, было видно, что они не часто общались наедине.

– Эта актриса из театральной студии. Не смотрите на её нежную внешность. Она фактически высмеяла Чжао Чжао как актёра-проститутку, – Да Кэ прошептал рядом с Янь Тином. – Каждый год из театральной студии приезжают тысячи актёров, и есть несколько, сравнимых с нашим Чжао Чжао. Эта женщина считает, сто пока она открывает свой рот, она покажет своё превосходство.

Да Кэ не мог забыть, что Янь Тин был супербогатым магнатом по сносу зданий. Он боялся, что Янь Тин увидит, что эта актриса красива, и у него будут другие мысли, поэтому он быстро поспешил стянуть маску с этой артистки. Как квалифицированный ассистент, он не мог позволить другу своего артиста стать золотым мастером другой артистки или артиста.

– Каждый отдел готов, – режиссёр Ян увидел, как несколько людей, ответственных за свои позиции, делают ему знаки, и вытащил громкоговоритель. – Все, сохраняйте тишину. Не портите настроение актёрам.

– Хорошо, актёрам на заднем плане следует обратить внимание на выражение их лиц. Раз, два, три, вперёд.

– Номер один, покажи мне вышивку крупным планом.

Они не тратили бы столько денег, если бы не нужно было демонстрировать одежду крупным планом.

– Номер два и три должны приготовиться, актёры собираются пересечь дверь.

Жених был одет в красную одежду и держал один конец красной гортензии. Он медленно переступил порог и нежно взял невесту за руку, осторожно помогая ей войти в дом. Его глаза были нежными, как вода. Хотя весь зал был залит красным, его глаза были сосредоточены только на невесте, как будто она была его собственным миром.

– Ритуальное коленопреклонение перед небом и землёй.

– Отдайте дань уважения своим родителям.

– Поклонение мужа и жены.

– Четвёртая камера, крупным планом глаза.

Что это была за пара глаз?

Затяжной, нежный, терпимый и тёплый. Режиссёр Ян посмотрел на монитор и остался очень доволен глазами молодого актёра. Он даже кивнул.

– Первая камера, не отставай и увеличь вуаль.

– Цин Цин, моя жена, – глаза жениха были похожи на мигающие звёзды. – Ты сегодня много работала. Иди в комнату для новобрачных.

Его щёки покраснели, когда он протянул руку, чтобы бережно взять нежную руку невесты.

– Пойдём, я провожу тебя.

– Спасибо тебе, мой муж.

Невеста крепко держала жениха за руку, когда двое людей повернулись к боковой двери, ведущей в спальню.

Янь Тин, сидевший в кресле, внезапно встал и сделал шаг вперёд.

– Господин Тин, – Да Кэ быстро протянул руку, чтобы остановить Янь Тина. Он подумал, что другая сторона была очарована драмой, и быстро прошептал: – Съёмки ещё не закончились. Не ходите туда, или эта видеозапись будет забракована.

– Хорошо, – режиссёр Ян закончил съёмку и подошёл к артистке. – Твоё лицо может быть закрыто, но когда господин Сюй говорит с тобой, твоё тело должно реагировать. Например, слегка пожимая плечами или непроизвольно опуская голову. Ты должна дать аудитории понять, что любишь человека рядом с тобой.

– У Сяо Ли всё очень хорошо, и язык твоего тела подходит просто идеально, – режиссёр Ян несколькими словами похвалил Ли Чжао. После того, как они поладили с ним в этот период, он сменил обычное слово "Учитель" на "Сяо Ли".

Для артистов, пользующихся некоторой популярностью в кругу, то, что персонал называл их Учителями, было скорее вежливостью, чем близостью.

– Спасибо, режиссёр Ян, – в тот момент, когда съёмка прекратилась, Ли Чжао отпустил руку актрисы. Сегодня у него было меньше сцен, и после съёмок двух сцен в комнате для новобрачных он мог отдохнуть.

Место съёмок в комнате для новобрачных было по соседству. Между двумя людьми не было интимных сцен. Все сцены были поверхностными. Ли Чжао просто нужно было с любовью посмотреть на актрису и довериться ей. В конце концов, сценарии не могут быть описаны ниже шеи. Как только любовные слова закончились, и свеча была задута, прошла ночь.

– Поздравляю вас двоих с тем, что вы закончили сегодня рано, – режиссёр Ян заговорил. – Завтра утром продолжим в девять часов.

– Спасибо, директор. Все усердно трудились, – Ли Чжао поблагодарил команду и, взяв свою тёплую одежду, приблизился к Янь Тину. – Мне так холодно. Костюм совсем не тёплый.

Янь Тин пристально посмотрел в глаза Ли Чжао. Глубокие чувства и нежность внутри них полностью исчезли. Не было найдено ни единого следа.

– Тин Тин, вы с Да Кэ можете ненадолго пойти в мою комнату отдыха. Я пойду сниму макияж, а потом мы вместе поедим горячий суп, – Ли Чжао плотнее запахнул куртку и прошептал на ухо Янь Тину. – Этот костюм слишком дорогой, и я не могу позволить себе повредить его. Будет более обнадёживающим, если я сниму его пораньше.

Сказав это, он побежал в раздевалку. На съёмочной площадке он был в костюмных ботинках, и его ноги совсем околели.

– Господин Тин, я отведу вас в комнату отдыха Чжао Чжао.

Сун Юй снимал свои сцены в этот момент, и в комнате отдыха никого не было. Да Кэ мог бы отправить Янь Тина в комнату отдыха без каких-либо опасений.

– Господин Тин, кресло для отдыха слева принадлежит Чжао Чжао. Присядьте на минутку, а я налью Вам воды.

В гостиной было зеркало. Янь Тин встал перед ним и увидел своё бледное, невыразительное лицо. В чём разница между жизнью и смертью? Люди вокруг него, счастливые или грустные, рано или поздно уйдут. Смерть заберёт их, интересы или любовь, которые не имеют к нему никакого отношения, также навсегда будут утрачены.

Его веки опустились, и единственный свет в его глазах померк.

– Тин Тин! – дверь комнаты отдыха распахнулась. Ли Чжао, задыхаясь, стоял в дверях. Он не переоделся из своего костюма, и у него в руке была розовая перезаряжаемая грелка для рук. – Вот ты где. Электрический обогреватель в комнате сломался, а времени на замену не было. Сидеть здесь внутри будет очень холодно.

Янь Тин пристально посмотрел на розовую грелку для рук, остановился на две секунды, прежде чем встать, чтобы схватить её.

– У внешней команды были только грелки для рук такого цвета. Смирись с этим. Их всё равно никто не увидит, – сказал Ли Чжао с улыбкой. – Её только что зарядили, поэтому она тёплая. Я пойду сейчас сниму макияж. Не забудь укрыться одеялом на диване. Твоё тело слабое, и ты не можешь позволить себе простудиться.

Ли Чжао много ворчал, прежде чем убежать. Когда он бежал, молодой человек не забывал осторожно держать золотой гуань из страха, что тот сломается. Глядя на спину Ли Чжао, Янь Тин снял перчатки. Его холодные, бледные руки почувствовали тёплую заряженную грелку для рук.

Бежать из раздевалки сюда только для того, чтобы дать ему грелку для рук? Тепло медленно поднималось по его рукам и проникало в глаза. Янь Тин медленно закрыл глаза и сосредоточился на тепле, которое, несмотря на окружающий холод, проникало, казалось, в каждую клеточку его тела. Как только он получил немного тепла, он не хотел, чтобы другие забирали его.

Да Кэ вернулся с водой и увидел Янь Тина, стоящего в дверях комнаты отдыха, обдуваемого холодным ветром. Он подумал, что Янь Тин ждёт возвращения Ли Чжао, и объяснил с улыбкой.

– Раздевалка очень далеко отсюда, и снимать грим проблематично. Подождите в комнате некоторое время. На улице холодно.

Затем он заметил, что Янь Тин держит розовую грелку для рук, и был удивлён.

– Эта грелка для рук не была оставлена в раздевалке. Как она оказалась здесь?

Янь Тин положил грелку для рук в пальто и не ответил на этот вопрос.

– О, конечно, Чжао Чжао не бежал всю дорогу из раздевалки, чтобы принести Вам грелку для рук? – Да Кэ был в шоке. Он устал от съёмок, но у него хватает сил забежать так далеко, чтобы дать своему другу грелку для рук.

Что это было за движущееся братство? Почему он не смог встретить такую трогательную дружбу?

Вечером за ужином Сун Юй не увидел Ли Чжао в кафетерии и был очень удивлён. Команда заказала шведский стол в своём отеле. Пока не было сцен, актёры обедали в отеле. Каждый приём пищи Ли Чжао был самым активным. Было удивительно, что его сегодня здесь не было.

– Сотрудники группы А сказали, что друг Ли Чжао пришёл в гости. Он пошёл со своим другом, чтобы вместе поесть горячего, – прошептал помощник ему на ухо: – Брат Сун, ты его для чего-то ищешь?

– Почему я должен его искать? Мне гораздо комфортнее без него, – Сун Юй холодно фыркнул и схватил тарелку, чтобы перекусить.

– Брат Сун, ты ты должен есть меньше мяса, меньше мяса! – помощник, следующий за ним, напомнил ему. – У тебя телосложение, которое становится толстым после употребления мяса!

– Заткнись! – Сун Юй положил мясо обратно на тарелку, его настроение ухудшилось.

* * *

Онлайн-слухи о рекламе Ли Чжао уже превратились в слухи о том, что Ли Чжао собирается рекламировать продукт Cang Huan. Ряд маркетинговых аккаунтов поклялись в этом, но многие поклонники Ли Чжао не поверили в это.

Эти фанаты не хотели думать об этом. Это был продукт Cang Huan. Даже большие люди в круге не обязательно могли получить эти ресурсы поддержки. Как Ли Чжао мог его получить? Использовала ли она его бедность или его очаровательное лицо? В развлекательном кругу были тысячи красивых мужчин и женщин. Как Ли Чжао мог попасть в их число?

И всё же, какое это имеет отношение к нему? Этот человек неторопливо ел хого (1) со своими друзьями.

Новость о том, что Ли Чжао собирается рекламировать продукцию Cang Huan, распространилась по основным развлекательным форумам всего за полдня. Бесчисленные пользователи Сети были удивлены этой абсурдной новостью.

– Кто такой Ли Чжао? Маленькая прозрачная звезда планирует обмануть Cang Huan. У нового человека нет стыда, чтобы стать популярным?

– У меня сложное настроение. Его добавили на мою маленькую стену, и я подумал, что он честный. Я не ожидал, что он сделает что-то настолько масштабное.

– Что, если это правда?

– Сестра наверху, проснись. Не мечтай. Это бренд Cang Huan, а не другой бренд. В начале года фанаты двух больших людей в круге были жестоко избиты. Они купили армию воды, чтобы сражаться друг с другом только для того, чтобы стать представителем определённого продукта Cang Huan на полгода. Ваш артист даже не заслуживает носить обувь для этих двух больших парней. Не говорите, что ваш артист – новая звезда Strawberry Entertainment. Даже сын босса Strawberry Entertainment, возможно, не сможет получить этот ресурс.

– Я думал, что Чжао Цзюнь Нань был достаточно бесстыдным. Я не ожидал, что одна гора будет выше другой. Был более бесстыдный и храбрый человек, чем он.

– В этом социальном обществе этот новый человек по имени Ли Чжао может получить титул хвастливого Императора.

Фанаты Ли Чжао не осмелились заговорить, но одна фанатка не смогла сдержаться. Она не могла удержаться, чтобы не зайти на официальный сайт Weibo и не отправить личное письмо, спрашивая, есть ли план пригласить её ребёнка в качестве представителя.

Как только сообщение было отправлено, фанатка пожалела об этом. Это явно было вопросом самоуничижения, и она была готова отозвать сообщение.

Cang Huan: Спасибо за вашу заботу о бренде нашей компании. У этого бренда действительно есть план сотрудничества с господином Ли Чжао, и в настоящее время он готовится.

Фанатка, сокрушённо качая головой:

"Я знал, что это невозможно…"

А? Что она только что увидела? Она спала? Это было реально?

______________________

Автору есть что сказать:

Евнух Да Кэ говорит клеветнические слова:

– Ваше Величество, Вы видите, что эти скромные служанки хотят навредить Чжао Гуй Фэй (2).

Малыш Тин Тин:

– Ты должен называть его Императрицей!

______________________

1. Хого – китайский самовар, в котором варят мясо и овощи, имеет два дна и встроенную печь для разогрева. Название можно перевести как "огненный котёл", так что в текстах новелл после их перевода часто можно встретить "горячий горшок" или "хот пот".

2. 贵妃 (guìfēi) – исторический термин – Гуй Фэй – Императорская наложница второго ранга. В зависимости от династии может уступать только Императрице или Хуан Гуй Фэй. Дословно можно перевести как Благородная Супруга.

Глава 34. Рекламный представитель

Несколько маркетинговых аккаунтов с более чем миллионом поклонников начали публиковать негативные новости, связанные с Ли Чжао, как будто они договорились об этом заранее. Например, во время съёмок Властной женщины-президента он не работал со съёмочной группой. После его популярности он обнял бедра Strawberry Entertainment и больше не связывался со своими бедными друзьями из своей бывшей команды.

Был блогер-метафизик, который заявил, что предыдущая компания Ли Чжао, возможно, была небольшой, но она всегда была прибыльной. После подписания контракта с Ли Чжао, он начал снижаться и, наконец, компания закрылась. Кроме того, после краха компании Ли Чжао внезапно стал популярным. Что это означало? Это означало, что Ли Чжао украл удачу компании.

В конце концов, блогер-метафизик был "добр" и напомнил Strawberry Entertainment, чтобы они не вставали на путь предыдущего работодателя Ли Чжао. Одним из порочных методов в кругу развлечений было клеветать на жизнь артиста, какой инвестор осмелится сотрудничать с артистом, который принесёт несчастье?

Фанаты Ли Чжао были возмущены, когда подобные слова появились в сети. Любой, кто был в кругу фанатов, понял бы, что кто-то явно использовал эту возможность, чтобы оклеветать их ребёнка.

Большие фанаты были обеспокоены тем, что это повлияет на доброжелательность прохожих по отношению к Ли Чжао. Они отчаянно призывали всех игнорировать эти маркетинговые аккаунты. Ссора с ними только сделает их более горячими. Просто сообщите об этом.

Блогер-метафизик увидел, что поклонники Ли Чжао не спорят с ним, и почувствовал себя немного одиноко, поэтому он написал пост.

Мастер Пяти Элементов: Артист по фамилии Ли – типичный человек, который высасывает удачу. Что такое человек, который высасывает удачу? Любому, кто остаётся с ним, будет везти лишь ограниченное время, после этого удача резко пойдёт на спад. Это очень эгоистичная жизнь. Я советую другим артистам в круге держаться от него подальше. Если он высосет из вас удачу, тогда будет слишком поздно плакать. Если вы в это не верите, вы можете пойти посмотреть на главную женскую роль и вторую мужскую роль во "Властной женщине-президенте". Кажется, Ли Чжао поглотил их удачу, не так ли?

Фанаты Ли Чжао хотели выразить свои соболезнования семье блогера, но они были хорошими фанатами и не могли говорить грязные слова. Возможно, они не осмеливались говорить, но кто-то другой не собирался держать язык за зубами.

Сун Юй посмотрел на эту чушь в Интернете, и его настроение ухудшилось. Он выбрал блогера-метафизика и напрямую комментирует с восклицательным знаком.

Сун Юй Ви: Проваливай! //@Мастер Пяти Элементов: Артист по фамилии Ли…

Слова Сун Юя вызвали огромный ажиотаж в Интернете. Пользователи Сети, которым не нравился Сун Юй, говорили, что как артист он был слишком груб. Он вводил детей в заблуждение. Тем не менее многие из них восхваляли его истинный темперамент.

Ли Чжао был не единственным артистом, который пострадал от бреда этого блогера-метафизика. Также было много женщин-артисток. Он любил говорить, что они не были хорошими актрисами и что лицо артистки было очень непостоянным, как будто во всём развлекательном кругу не было хороших женщин. Ему также нравилось смотреть на артистов-мужчин.

Тем не менее была группа людей, которым нравилось держать вонючие ноги этого человека. Они рассматривали его посты в Weibo как священные писания и побежали в Weibo артиста, чтобы унизить людей, о которых писал этот блогер. Поклонники этих артистов уже давно испытывали отвращение к этому блогеру-метафизику. Увидев, что Сун Юй встал, чтобы отругать его, они побежали в зону комментариев, чтобы проявить солидарность с ним.

Сун Юй сам отправил сообщение на Weibo, и его команда опоздала, чтобы остановить его. Они узнали об этом только тогда, когда Интернет был оживлённым.

– Ты крутой? Вышел ли злой дух из твоего сердца? – агент долгое время был в ярости из-за этого артиста. – Это дело не имеет к тебе никакого отношения. Теперь поклонники блогера-метафизика ругают тебя за вспыльчивость и отсутствие актёрских навыков. Ты очень счастлив?

– Ругают? Ну и пусть ругают, – Сун Юй покачал ногами. – Тебе не нужно пытаться убедить меня. Я не буду это удалять. Вначале Ли Чжао выступил от моего имени в средствах массовой информации. Я всё ещё должен ему за это.

Кто хотел бы быть чем-то обязанным другому человеку?

– Есть много способов вернуть должок. Ты только что выбрал лучший способ привлечь огонь на себя, – агент глубоко вздохнул. – Ну, это нормально. Это принесёт тебе больше пользы, чем вреда. Если ты не хочешь удалять комментарий, тогда не удаляй его.

Он не сказал Сун Юю, что этот инцидент может иметь большое значение в будущем, сделав его честным, богатым человеком. Может, он и не был свежим, но это было лучше, чем притворяться претенциозным. Более того, шум Ли Чжао был известен через Интернет, и его можно было считать горячим артистом. Артисты не заслуживают этого имени, если боятся, что их будут ругать посторонние люди.

– Я не знаю, что происходит с этими блогерами. Говорят глупости, как будто они не закончили начальную школу, – Сун Юй усмехнулся. – Ли Чжао может быть дураком, но те, кто идёт против него, слепы.

Агент на мгновение замолчал.

– Учитель Сун, ты неуклюж, когда заводишь друзей.

– Кто такой неуклюжий? Кто хочет завести друзей? – Сун Юй отреагировал так, как будто агент рассказал ему страшную историю. – Не говори глупостей.

Этот агент чувствовал себя немного плохо. Почему компания попросила его быть ответственным за этого молодого господина?

Как раз в этот момент агенту позвонили. Он говорил вежливо и после завершения разговора, он тонко посмотрел на Сун Юя.

– Как ты себя сейчас чувствуешь? Если ты не чувствуешь себя хорошо, то можешь снова ругать этот маркетинговый аккаунт метафизика.

Сун Юй подозрительно посмотрела на агента. Этот человек сошёл с ума от гнева?

– Ранее мы не говорили об одобрении, но сторона бренда взяла на себя инициативу позвонить и назначить тебя представителем, – агент не мог скрыть своего волнения. – Это на один год.

Теперь информация о бренде была довольно точной, и контракты на становление рекламным представителем обычно подписывались на квартал или полгода. Если бы у артистов была сильная способность продавать товары, и потребители откликнулись, они продолжили бы продлевать контракт. В противном случае они "мирно расторгнут контракт" и продолжат собирать новую партию успешных артистов для своей рекламы.

Первоначально популярности и статуса Сун Юя было недостаточно, чтобы подписать контракт на год. Бренд, предлагающий сделать это на год, просто отправлял жирное мясо в рот.

– Будь лучше в своём отношении с Ли Чжао позже, – агент был очень эмоционален. – Такой человек процветает, и люди с ним поднимутся.

Сун Юй ошеломлённо уставился на своего агента.

Как это не стало феодальным суеверием? Он закатил глаза.

– Почему его бывший работодатель не преуспел из-за него?

– Многие контракты компании очень требовательны. Они, вероятно, были не очень добры к Ли Чжао и убили себя, – агент был наполовину шутливым, наполовину серьёзным. – Таким образом, ты должен быть лучше с Ли Чжао в будущем.

Сун Юй чувствовал себя всё более и более удивлённым, слушая агента.

Мир развлечений был ядовитым.

В то время, когда Сун Юй был дискредитирован СМИ, Ли Чжао встал, чтобы разъяснить ситуацию для Сун Юя. Когда у Ли Чжао появились слухи, распространяемые маркетингом, Сун Юй, не колеблясь, встал и отругал аккаунты. Это была действительно трогательная дружба в кругу развлечений.

Было небольшое количество пользователей Сети, которые нашли другой тип развлечения и стали фанатами CP (1) двух людей, тайно став фанатами на форуме. Как раз в тот момент, когда все подумали, что ругань Сун Юя людей уже стала оживлённым событием, Ли Чжао также переслал сообщение, несмотря на то, что обычно он был неактивен в Weibo.

Ли Чжао V: Каждый несёт ответственность за создание цивилизованного и научного общества. Следует сообщить о пропаганде феодальных суеверий // Сун Юй В: Проваливай! // Мастер Пяти Элементов: ...

* * *

– Хахахахаха, я хочу умереть от смеха. Бог создал цивилизованное общество, и каждый несёт ответственность за его поддержание.

– Ребёнок прав. Мы должны верить в науку и противостоять феодальным суевериям.

– Продвигая этот тип отсталого мышления в эту эпоху. Продолжай стараться и мечтать!

– Я не знаю почему, но я чувствую, что Сяо Юй немного импульсивный и безмозглый. Чжао Чжао – хороший мальчик, который следует за безмозглым, размахивая флагом. Я тронут этим чистым и безупречным братским чувством.

– Все говорят, что в развлекательном кругу нет настоящей дружбы. Разве это не настоящее братство?

– Братство? Хехехе…

Это "хехехе" показалось ему очень волшебным. Было много моментов, заслуживающих похвалы. Ли Чжао в замешательстве посмотрел на область комментариев. Было ли что-то странное в этом комментарии? Почему так много пользователей Сети ответили загадочной улыбкой ниже?

Приняв ванну и переодевшись в одежду, пропитанную тёплым воздухом, Ли Чжао позвонил Янь Тину, и видео подключилось.

Янь Тин был одет в белый халат, и капли воды всё ещё стекали с его чернильно-чёрных волос. Он держал в руках полотенце и вытирал волосы, глядя на Ли Чжао, разговаривавшего по телефону.

– Высуши волосы.

– Я сделаю это сейчас, – Ли Чжао был занят чтением новостей в Интернете и забыл о сушке волос. Он скатился с кровати и побежал в ванную за полотенцем. Затем он снова прыгнул в постель. – Тин Тин, ты собираешься вернуться завтра?

Янь Тин вытер волосы.

– Угу.

– Увы, – Ли Чжао вздохнул. – Я действительно хочу последовать за тобой.

Янь Тин молчал, пристально глядя на Ли Чжао.

– Что происходит?

Ли Чжао покачал головой.

– Всё в порядке.

Он просто не хотел, чтобы Тин Тин уходил. Было приятно, что кто-то сопровождал его.

Среди его друзей у каждого была своя семья и люди, которые были важнее него. Даже у его друзей-приятелей, вышедших из дома социального обеспечения, были люди, которые им нравились. Некоторые также были женаты. Только после появления Тин Тина у Ли Чжао внезапно появилось странное чувство ответственности. Он хотел сделать Тин Тина счастливым, но также... Нуждался в нём немного больше.

Когда молодого человека посетила эта мысль, он почесал голову. Странно, как ему могла прийти в голову такая идея?

Он смущённо улыбнулся Янь Тину.

– Будь осторожен, когда будешь возвращаться. Не оставляй вещи в отеле.

– Хорошо, – Янь Тин положил полотенце, которое держал в руке, чёрные глаза пристально смотрели в глаза Ли Чжао на экране. – До Весеннего Фестиваля осталось семь дней. Как только я вернусь завтра, я попрошу домработницу убрать вещи в обеих виллах. В канун Нового года мы с тобой вместе посмотрим Весенний Фестиваль.

– Хорошо, – Ли Чжао кашлянул и подумал, что ему следует быть вежливым. – Это не будет слишком сложно для тебя?

– Нет, – Янь Тин взял телефон и поднёс его ближе к своему лицу. – Чжао Чжао, я был один двадцать лет.

Очевидно, что на лице Янь Тина не было никакого выражения, но Ли Чжао почувствовал, что этому человеку было грустно. Отказ Янь Тину внезапно стал ещё более отвратительным преступлением.

– Тогда я нахально останусь в твоём доме на несколько дней.

Янь Тин слегка отодвинул свой телефон.

– Спасибо.

Ли Чжао был несколько смущён. Тин Тин был серьёзен, когда благодарил его, но также был очень милым.

– Ложись спать сегодня пораньше, а то завтра лететь будет трудно, – Ли Чжао зевнул. – Я тоже пойду спать.

– Спокойной ночи, – Янь Тин пожелал спокойной ночи, но не протянул руку, чтобы свернуть звонок.

– Тин Тин, спокойной ночи, – Ли Чжао помахал рукой камере и прекратил звонок. Сонливость на лице Ли Чжао мгновенно исчезла. Он с радостью открыл групповой чат для детей из приюта и не мог дождаться, чтобы рассказать им новости.

___________________

1. Фанаты CP – это особый вид фанатов, которые получают особое удовольствие от романтической стороны жизни своих кумиров. Их также называют фанатами-шипперами. Часто эти люди строят невероятные гипотезы о том, с кем именно у их кумиров был роман или отношения. Сейчас это очень популярная волна в китайских фанатских кругах (да и не только в китайских).

Удача приходит к Чжао Чжао: в этом году я буду праздновать Новый год с кем-то!

Лучшее завтра: !

Сначала заработай миллиард: !!

Цветущий голос: Детка, ты всё ещё ребёнок. Тебе не позволено влюбляться!

Удача приходит к Чжао Чжао: [Закрывает лицо] Сестра Ся, ты неправильно поняла. Я провожу новый год с хорошим другом. Мы с ним оба одиноки, так что новый год встретим вместе.

Лучшее завтра: Чжао Чжао, не лги мне и сестре Ся. Ты можешь прийти и провести его с нами.

Сначала заработай миллиард: Также можно прийти ко мне. Не обижайте себя. Тебе двадцать лет. Ты вообще знаешь, как праздновать новый год?

Удача приходит к Чжао Чжао: Хехехе, даже если я не понимаю, Тин Тин знает. Сестра Ся, брат Мин, я всё ещё жду, чтобы стать крёстным отцом для ваших детей. Я не потревожу ваш мир @Лучшее завтра @Цветущий голос

Удача приходит к Чжао Чжао: @Сначала заработай миллиард, брат Сяо Цзюнь, у тебя только что появилась девушка в этом году. Я не буду твоей лампочкой. В моей семье есть симпатичный президент с милым характером и вкусными домашними блюдами. Никто из вас не может забрать меня у Тин Тина.

Трое людей были обеспокоены тем, что Ли Чжао не хотел их беспокоить, и намеренно сказал, что кто-то будет сопровождать его на новый год. Они пытались убедить его, только чтобы обнаружить, что Ли Чжао не лгал. Скорее, он хвастался, насколько хорош его друг, от начала и до конца. Таким образом, они с лёгкостью согласились.

Цветущий голос: @Удача приходит к Чжао Чжао, ты знаешь, что можешь позвонить мне? Что бы не случилось с тобой в жизни, я буду рядом с тобой. У тебя всегда будет дом.

Ли Чжао держал свой телефон и не мог сдержать улыбки.

Удача приходит к Чжао Чжао: Я знаю, да. Я люблю тебя, да. Чмок-чмок, да!

Сначала заработай миллиард: Поговори серьёзно. Что такое "чмок-чмок, да"? Если тебе не хватает денег, не забудь сказать мне. Я оплачу тебе расходы на проживание.

Счастливчик Чжао Чжао: Чмок-чмок, да! Чмок-чмок, да, да, да, да!

Сначала заработай миллиард: Ты непослушный ребёнок…

* * *

Чэнь Сяо Цзюнь положил телефон и посмотрел на свою девушку, лежащую рядом с ним. Другие люди не могли представить, через какие усилия пришлось пройти ребёнку-сироте, чтобы жить нормальной жизнью после жизни в приюте. К счастью, у него была девушка, которая любила его. Просто Чжао Чжао теперь был звездой. Было неизвестно, будет ли у него время прийти на свадьбу Чэнь Сяо Цзюня в следующем году.

* * *

После разговора со своими друзьями Ли Чжао очень хотелось спать. Он только что отложил свой мобильный телефон, когда позвонил Ло Жун.

– Брат Жун, – ему так хотелось спать, что он не мог открыть глаза.

– Компания помогла тебе договорить о рекламном контракте с брендом первого уровня. Другая сторона проявила инициативу, чтобы найти нас, и даже плата за рекламное представительство соответствует стандартам первоклассных артистов. У тебя не должно быть комментариев, поэтому компания помогла подписать контракт от твоего имени.

– Хорошо... – Ли Чжао смутно слышал, что компания нашла для него новую работу, и согласился без колебаний. Работа была равна зарабатыванию денег. Он также хотел заработать больше денег, чтобы подарить Тин Тин большой красный конверт.

Он слышал, что если люди, которые не были женаты, получат красный пакет в канун Нового года. Тогда их новый год был бы мирным, безопасным и гладким. Ли Чжао должен был отправить большой конверт в руки Тин Тина.

* * *

Слушая смущённый голос Ли Чжао, Ло Жун не настаивал на том, чтобы разбудить Ли Чжао. Основываясь на его понимании Ли Чжао, для этого молодого человека было невозможно отказаться от такой хорошей возможности. Следует сказать, что немногие артисты в круге могли отказаться от такого сотрудничества в качестве рекламного представителя с лучшим брендом.

* * *

Вечер был самым активным временем для скучающих пользователей Сети. Пользователи Сети, которые ели дыни, обнаружили, что рекламные аккаунты резко подскочили вверх и вниз, но поклонники Ли Чжао были подобны Будде, решившему придерживаться своих трёх принципов.

Не было никаких комментариев, никаких переадресаций, никаких объяснений.

– Фанаты Ли слишком буддисты. Всё выходит наружу, пока они всё ещё облизывают лицо своего кумира?

– Разве они не последовали за своим кумиром сегодня, сообщив о блогере, который пропагандировал феодальные суеверия?

– Не упоминай об этом. В моей голове крутятся только слова "цивилизация" и "наука". Это ядовито как для его владельцев, так и для поклонников.

– Не говори так, Ли Чжао действительно умеет сражаться. Я провожу полчаса, сидя на корточках на его странице, только чтобы найти его фотографии.

– Я обычный прохожий. Если я фанат Ли Чжао, то я умру. Я думаю, что Ли Чжао, возможно, подставили. Подумайте об этом. До того, как Ли Чжао был очернён, кто был в центре внимания?

– Кто ещё? Это был хвастливый ветеран Чжао Цзюнь Нань.

– Наверху твоё прикрытие раскрыто. Перед отправкой сообщения ты удалил контент о Лу Хао в своём Weibo. Маленький восемнадцатиуровневый артист не годится даже для того, чтобы лизать ботинки моей семьи. Я взорвусь на любого, кто посмеет упомянуть имя моей семьи.

Вскоре фанаты Лу Хао и фанаты Чжао Цзюнь Наня поссорились на крупных форумах.

Поклонники Лу Хао знали, что их артист работал с Ли Чжао над драмой. Таким образом, они были очень вежливы при упоминании Ли Чжао и даже помогли ему говорить.

Фанаты Чжао Цзюнь Наня не были вежливы. Они сказали, что мальчишка был всего лишь артистом восемнадцатого уровня, и оба человека не годились для того, чтобы лизать ботинки Чжао Цзюнь Наня. Это было очень высокомерное отношение.

Фанаты Ли Чжао увидели это, и их сердца чуть не взорвались. Затем они подумали о том, что их ребёнок был новичком и могли только стерпеть это.

– Спасибо фанату наверху, который напомнил мне, что моему ребёнку нужно практиковать свои актёрские навыки.

– Спасибо за порку от поклонников мистера Чжао.

Фанаты Чжао Цзюнь Наня не были готовы к благодарности фанатов Ли. Разве это не было время, чтобы рвать друг друга? Пока фанаты Ли ругали их, они могли пойти на различные форумы, чтобы сказать, что маленький артист, полагающийся на своё лицо, отправился в Интернет, чтобы запугать актёра, который полагался на силу.

Кто бы мог ожидать, что фанаты Ли Чжао примут скромный и хороший стиль обучения? По мнению прохожих, это были фанаты Чжао Цзюнь Наня, которые использовали свой высокий статус, чтобы придраться к маленькому артисту.

Гениально, слишком гениально. Ли Чжао выглядел как чистый белый цветок, но наедине он, должно быть, коварный пёс. Все его поклонники последовали за ним. Фанаты Чжао Цзюнь Наня чувствовали себя так, словно они раз за разом ударяли по хлопку, и были очень расстроены. Им пришлось ухватиться за то, что Ли Чжао не поддержал.

– Разве кумир вашей семьи ещё не была объявлена представителем первоклассного бренда?

– Рекламный представитель компании первого уровня очень важная веха в жизни артиста, он не может быть небрежным. Когда будет объявление о рекламном представительстве кумира вашей семьи?

Вскоре "Ли Чжао объявил об официальном становлении рекламным представителем" тема была внесена в горячий поиск поклонниками Чжао Цзюнь Наня. Они были довольны своей боевой мощью и торжествующе хотели, чтобы больше людей увидели Ли Чжао, который становится посмешищем!

Маленький новый человек осмелился использовать своего брата, чтобы передать свои негативные новости. Они преподадут этому артисту урок и дадут ему понять, что их брат не достоин того, чтобы над ним издевались. Как раз в тот момент, когда Чжао Цзюнь Нань почувствовал гордость, официальный аккаунт Cang Huan в Weibo отправил сообщение без предупреждения.

Cang Huan V: Он прохладный ветерок летом, тёплое солнце зимой. Он является последним представителем часов Cangshi, выпущенных Cang Huan @Ли Чжао V. Спасибо, что воспользовались этой возможностью, и мы с нетерпением ждём сотрудничества с Вами.

Массы, поедающие дыню, ошеломлённо подавились косточками.

Был ли взломан официальный Weibo Cang Huan?

– Это первое апреля?

– Это… действительно тот Ли Чжао, которого я знаю?

Cang Huan V, отвечая пользователю Собака, которая ест цветы: Многим людям в компании нравится роль господина Ли Чжао во Властной женщине-президенте.

Увидев ответ официального Weibo, все пользователи Сети были шокированы.

– Ли Чжао, слишком крут! Потрясающе!

– В данный момент я просто хочу знать настроение фанатов Ли Чжао и фанатов Чжао Цзюнь Наня.

– Я буду говорить от имени поклонников Чжао Цзюнь Наня. Мама, у меня болит лицо.

– Хахахахаха, Чжао Цзюнь Нань был единственным, кто хвастался. Ваша семья хотела затащить Ли Чжао в воду только для того, чтобы вас самих ударили по лицу и убили.

– Посмотрите на тему, которую Чжао Цзюнь Нань разместил в горячем поиске. Это ещё больше соответствует посту Cang Huan.

Изначально фанаты Ли были очень буддистски-терпимыми. В этот момент они, наконец, вышли и побежали отвечать в тему "Ли Чжао объявил об официальном становлении рекламным представителем".

– Спасибо за заботу о нашем ребёнке. Было объявлено о становлении ребёнка нашей семь рекламным представлением.

– Спасибо за заботу о пожилых людях. Наш ребёнок ещё маленький и впервые получил одобрение первоклассного бренда. Если есть какие-либо недостатки, пожалуйста, простите его.

Поклонники Чжао Цзюнь Наня просто не могли найти слов для ответа на эти комментарии.

Они не хотели терпеть или обращать на это внимание. Они просто хотели удалить исходную тему и замолчать. Фанаты Чжао Цзюнь Наня были смущены, в то время как фанаты Ли Чжао были счастливы. Они были счастливы вместе с фанатами Лу Хао. Рекламное представительство, возможно, не имеет никакого отношения к их Лу Хао, но это было приятно, пока Чжао Цзюнь Нань был опозорен.

Вскоре люди, которые ели дыни, обнаружили кое-что интересное.

– Я единственный, кто задается вопросом, почему сообщение было объявлено на главной странице Cang Huan в Weibo, хотя это рекламируемый модный бренд?

– Возможно, это должно быть более торжественным?

– Я был праздным и скучал. Я просмотрел другие рекламные объявления о продуктах Cang Huan и обнаружил, что эти рекламные объявления были опубликованы официальным Weibo филиала компании.

– Эммммм...

– В моей голове, кажется, рождается развлекательная история.

– Не думай слишком много. Разве ты не видел официальное сообщение Weibo о том, что многим людям в компании нравится роль Ли Чжао? Может быть, это из-за этого.

– Нет, самое удивительное, что сообщение Cang Huan было отправлено более десяти минут назад. Ли Чжао не переслал его, и официальный сайт студии Weibo переслал его первым.

– Мне было скучнее, чем пользователям Сети наверху. Я обнаружил, что из всех рекламных предложений продукта Cang Huan Ли Чжао удостоился самой бессмысленной похвалы. Какой прохладный летний ветерок, какое тёплое зимнее солнце? Это человек? Это явно мужчина-небожитель.

– Я тоже это заметил. Пост в Weibo настолько искренний, что я почти подумал, что Ли Чжао не был артистом седьмого или восьмого уровня, который полагался на онлайн-драму, чтобы стать популярным. На самом деле он международная шишка.

– Какова личность Ли Чжао, которая может заставить официальный Weibo вот так подставить свою талию?

– Ребёнок моей семьи также была представителем бренда, и официальное объявление в то время было очень официальным и шаблонным. Честно говоря, я немного завидую.

– Завистник +1. Cang Huan, выдающий радужную чушь, действительно похож на высокий имитационный аккаунт.

– Это рекламное представительство суперкачественных часов Cang Huan! Если это рекламное представительство, которое получил артист моей семьи, то я определённо сойду с ума.

* * *

В этот момент Ли Чжао всё ещё спал. Внезапно Сун Юй постучал в его дверь.

– Ли Чжао, у тебя действительно хватает наглости спать? Поторопись и открой дверь!

___________________

Автору есть что сказать:

Чжао Чжао, тихо всхлипывая:

– Я не открою, не открою. Тин Тин не вернулся.

Глава 35. Прикосновение к фарфору

Его разбудил громкий стук в дверь. Ли Чжао протянул руку и коснулся телефона, который он забыл у своей подушки. Он покосился на телефон и увидел, что время едва перевалило за полночь. Кто мог постучать в его дверь в это время?

Он сразу вспомнил страх, вызванный Яо Ша Ша в команде Властной женщины-президента. Он осторожно заглянул в глазок на двери и увидел искажённое лицо Сун Юя.

Ли Чжао открыл дверь.

– Брат Сун, зачем ты меня нашёл? Заходи и говори.

Увидев сонные глаза Ли Чжао, Сун Юй сердито улыбнулся.

– Ты действительно подобен свинье, которая может продолжать спать даже в такой момент?!

– Уже полночь. Почему ты сам не спишь? – Ли Чжао давно привык к вспышкам гнева Сун Юя. Он повернулся, чтобы взять бутылку неоткрытой воды из шкафа и вручил её Сун Юю. – Выпей немного воды и успокойся.

– Ты даёшь мне бесплатную минеральную воду из отеля? – Сун Юй держал воду в руке и не мог поверить своим глазам. – Ли Чжао, как ты можешь это делать?

– Что плохого в минеральной воде? Она полезна и утоляет жажду, – Ли Чжао боялся, что громкий голос Сун Юя разбудит других. Он поспешно закрыл дверь и улыбнулся Сун Юю. – Брат Сун, если ты не хочешь это пить, тогда предоставь это мне. Я отнесу это команде завтра.

Сун Юй ошеломлённо уставился на собеседника.

После столь долгого пребывания в кругу, Ли Чжао был самым бедным актёром, которого он знал. Он уставился на Ли Чжао, открыл крышку бутылки и выпил половину бутылки.

– Прости, я выпил это.

Ли Чжао молчал. Что, чёрт возьми, делал этот человек?

– Ли Чжао, я не думал, что ты такой лицемер, – Сун Юй выбросил оставшиеся полбутылки воды в мусорное ведро и усмехнулся. – Сначала ты говоришь, что у тебя нет никаких контрактов на рекламное представительство, но всё это время ты действительно вёл переговоры с Cang Huan. Ты что, держишь меня за дурака?

– Cang Huan? – Ли Чжао был шокирован. Разве это не то место, где работал Тин Тин?

Какое это имело отношение к нему?

Он посмотрел на бутылку минеральной воды в мусорном баке и был немного расстроен.

– Официальный Weibo опубликовал это. Ты всё ещё притворяешься? – Сун Юй сел на диван. – Strawberry Entertainment удалось помочь тебе получить такой большой ресурс. Кстати, что не так с твоим агентом? Почему ты не переслал сообщение Cang Huan на Weibo?

– Какой пост? – Ли Чжао отвёл глаза от мусорного бака, открыл свой телефон и нашёл Weibo Cang Huan.

Рекламное представительство последнего продукта Cang Huan?

Его глаза расширились, когда молодой человек уставился, подтверждая, что человек, упомянутый в сообщении Weibo, был им самим. Он быстро вышел из Weibo, открыл свою адресную книгу и набрал номер телефона Ло Жуна.

– Брат Ло, что происходит с этим контрактом на рекламное представительство? – Ли Чжао почесал в затылке. – В последнее время я был слишком занят съёмками. Я пропустил какие-то ключевые новости?

– Я думал, ты будешь спать до завтрашнего утра, – Ло Жун был особенно терпелив с Ли Чжао. – В контракте, который ты подписал с компанией, указано, что компании требуется твоё согласие на использование твоей личной учётной записи Weibo. Вот почему мы не переслали сообщение от твоего имени. Однако, не волнуйся слишком сильно. Компания через свой Weibo отправила это сообщение первой.

– Нет, я не волнуюсь, – Ли Чжао прошептал. – Как такая большая компания, как Cang Huan, может найти меня в качестве представителя?

Самым важным для человека было самопознание. Даже если он спал, было неловко видеть такой сон. Его самой большой мечтой было рекламировать лапшу быстрого приготовления, печенье и другие продукты. Таким образом, во время его работы рекламным представителем производитель отправил бы ему много еды бесплатно.

– Не смотри на себя свысока. Твоя внешность выдающаяся и очень хорошо подходит к их новому продукту, – Ло Жун, естественно, не сказал бы, что он не знал, какое безумие курил Cang Huan, и просто похвалил Ли Чжао. – Твоим первым контрактом в качестве рекламного представителя действительно стали новые часы Cangshhi от Cang Huan. В будущем ты определённо получишь другие большие представительские контракты. Это более выгодно, чем у других артистов.

Обычно он не был придирчивым человеком, но сегодня он много говорил. Он посмотрел на студию, работающую сверхурочно, чтобы контролировать общественное мнение, и сказал:

– Если это удобно, пожалуйста, перешли сообщение Cang Huan в Weibo. Кроме того, бренд Cangshi под руководством Cang Huan только что опубликовал сообщение. Ты также должен переслать это.

– Да, спасибо, брат Ло, – Ли Чжао повесил трубку и повернулся, чтобы посмотреть на Сун Юя. – Рекламное представительство действительно реально.

– Ли Чжао, ты потрясающий. Произошло такое большое событие, а ты даже не знаешь, – Сун Юй увидел, что Ли Чжао действительно не знал о собственном положении дел, и половина огня в его сердце рассеялась. – Ты что, свинья? Разве ты не собираешься быстро переслать сообщение Cang Huan?

Ли Чжао зашёл в Weibo и переслал официальное сообщение Cang Huan.

– Ли Чжао, ты свинья! – Сун Юй прочитал содержание переадресованного сообщения Ли Чжао и был шокирован. – Не мог бы ты сказать ещё несколько слов при пересылке?

Ли Чжао V: С нетерпением жду сотрудничества [улыбка].

Это улыбающееся лицо имело слишком много значений. Те, кто хотел ругать других, но не хотел использовать грязные слова, часто использовали это выражение.

– Забудь об этом, ты такой деревенщина, – Сун Юй фыркнул и встал. – Ложись спать пораньше. Не будь слишком взволнованным из-за соглашения на рекламу часов, иначе ты не сможешь заснуть. Завтра ты должен пойти к команде. Если тебя увидят другие с синяками под глазами, они будут смеяться над тобой.

Он подошёл к двери и повернулся, чтобы посмотреть на Ли Чжао.

– Кроме того, ты звезда. Не живи так убого. Разве ты не можешь позволить себе несколько бутылок воды и несколько предметов одежды?

Ли Чжао улыбнулся и проводил Сун Юя до двери. Он закрыл дверь и подсознательно посмотрел на полупустую бутылку минеральной воды в мусорном баке. Затем он снова лёг на кровать.

За годы, проведённые в приюте социального обеспечения, у него выработалась привычка не тратить впустую еду и воду. Всё, что он ел, и каждый предмет одежды, который он носил, было дано ему государством и заботливыми людьми.

Если он потратил их впустую, то это была не просто трата предметов. Это растрачивало сердца других. Таким образом, даже если он был вдали от дома социального обеспечения в течение почти двух лет, он не хотел ничего терять.

____________________

1. 碰瓷 (pèngcí) – литературный перевод – налетать на фарфоровую посуду – требование компенсации за подстроенный ущерб. Это был трюк, применявшийся торговцами, которые намеренно выставляли посуду на мостовую, и когда прохожие наступал на неё, заставляли платить за разбитые предметы.

Ли Чжао чувствовал себя немного меланхолично, но при мысли о том, что плата за рекламу нового продукта поступит на его счет, Ли Чжао снова стал счастливым. Он перекатился взад и вперёд по кровати два или три раза. Он подсознательно хотел рассказать Янь Тину новости, но он беспокоился о том, что потревожит сон Янь Тина. Таким образом, ему пришлось положить свой телефон обратно.

Ах! Он действительно хотел рассказать Янь Тину новости. Хорошими вещами нужно делиться с друзьями вовремя, чтобы достичь полного счастья. Он как раз думал об этом, когда позвонил Янь Тин.

– Тин Тин! – Ли Чжао поднял трубку так быстро, как только мог. – Почему ты ещё не спишь?

– Я пойду спать после того, как закончу обработку этих файлов, – в телефоне раздался звук переворачиваемой бумаги. – Я мешаю твоему отдыху?

– Нет, нет, – Ли Чжао теперь окончательно проснулся. – У тебя что-то случилось, что ты решил позвонить мне так поздно?

Тин Тин был не из тех, кто звонит так поздно и беспокоит людей понапрасну.

– Да, – Янь Тин посмотрел на экран компьютера, на котором была страница Ли Чжао в Weibo. – Я забыл спросить тебя. Простыни и занавески какого цвета тебе нравятся?

– А? – Ли Чжао всё ещё был в состоянии возбуждения и был смущён резкой сменой темы.

– Ты забыл, что обещал провести новый год со мной? – Янь Тин отложил документы, которые держал в руке, и посмотрел на улыбающееся выражение лица Ли Чжао на посту в Weibo. Это выражение было вежливым на первый взгляд.

– Нет, нет, как я могу забыть такую важную вещь? – Ли Чжао перевернулся и сел на кровати. – Тин Тин, я должен сказать тебе очень радостную вещь.

– Что?

Его счастье почти выплеснулось из его телефона.

– Я заработал много денег, много денег!

Янь Тин задавался вопросом, почему в мире есть люди, которых так легко удовлетворить? Еда делала его счастливым, становление рекламным представителем сделало его ещё более счастливым. Как будто всё в этом мире могло сделать Ли Чжао счастливым.

– Угадай название компании, которая приносит мне деньги?

– Как же она называется? – Янь Тин встал и подошёл к кровати, медленно садясь.

– Она называется Cang Huan, – Ли Чжао рассмеялся. – Разве это не особенно удивительно?

– Это сюрприз, – кофе на чайном столике уже остыл. Янь Тин собирался сделать глоток, но увидел свои бледные щёки на поверхности кофе.

– Это судьба, – Ли Чжао снова вздохнул. – Я на сто процентов уверен, что ты тот благородный человек, который изменил мою судьбу.

– Изменение твоей судьбы не имеет ко мне никакого отношения.

– Ты не понимаешь, – Ли Чжао некоторое время весело ворчал на Янь Тина, прежде чем вспомнить, что Янь Тин должен будет завтра сесть на самолёт. Он поспешно остановил свои слова. – Поспеши и ложись спать. Как только ты завтра вернёшься домой, мы поговорим без спешки.

– Хорошо.

– Да, у тебя уже есть бессонница. Не пей кофе или крепкий чай перед сном, – Ли Чжао говорил без остановки. – Я видел много белых воротничков, которые любят пить кофе.

Янь Тин поставил чашку с остывшим кофе, и она издала тихий звук, коснувшись блюдца.

– Я не буду это пить.

– Важно хорошо заботиться о своём теле и рано ложиться спать, – мозг Ли Чжао создал образ хорошего ребёнка, лежащего в постели. – Спокойной ночи.

– Угу.

Янь Тин посмотрел на кофе в чашке и на мгновение замолчал. Он встал и лёг в кровать, прежде чем найти на своём телефоне аудиозапись подсчёта пельменей. Человек из отдела по связям с общественностью внезапно получил сообщение от своего начальника.

* * *

– Будьте вежливы, когда публикуете смайлики?

Сотрудники открыли официальную учётную запись Weibo и посмотрели. Как официальный аккаунт бренда, их контент всегда придерживался таинственного и продвинутого стиля, но они никогда не были грубыми. Эстетика его начальника всегда была такой странной и сбивающей с толку.

После объявления об одобрении часов Cangshi фанаты Ли Чжао были счастливы, как будто это был новый год. Некоторые богатые фанаты начали проводить лотерею, чтобы отпраздновать первое рекламное представительство своего маленького кумира. Любой, кто не очернил их ребёнка, мог принять участие в лотерее.

Мир сочувствовал слабым и восхищался сильными. Таким образом, как только слабый Ли Чжао ударил Чжао Цзюнь Наня по лицу, поклонники Чжао Цзюнь Наня стали мишенью всей Сети. Ранее пользователи Сети высмеивали Сун Юя как претенциозного человека. Из-за этой драки он получил благосклонность некоторых пользователей Сети.

– На самом деле, Сун Юй – богатый человек во втором поколении. Он мог быть глупым, но его сердце не было плохим. Во время интервью актёров Властной женщины-президента он едва разговаривал с Ли Чжао, как будто они не были дружелюбны. Однако, когда над Ли Чжао посмеялись, только Сун Юй вышел, чтобы помочь ему говорить.

– Невзгоды раскрывают правду о характере человека. В будущем я никогда не буду смеяться над Сун Юем за то, что он глупый богач во втором поколении.

– Нет, человек наверху, разве ты не смеёшься над глупыми людьми?

– Над головой группы карпов голубое небо.

– Сёстры наверху, не уходите. Я...

* * *

Команда по связям с общественностью воспользовалась этим моментом и быстро продала Сун Юя как откровенного человека во втором поколении. Реакция была действительно хорошей.

– Я думаю, что самым правильным, что сделал брат Сун Юй в своей карьере, было кормить Ли Чжао и покупать ему еду каждый день, – помощник Сун Юя поговорил с его агентом. – Этот трафик действительно хорош.

Хотя брату Суну действительно нравилось притворяться, что его принуждают наедине. Рано на следующее утро у Сун Юя были опухшие глаза, а у Ли Чжао – синяки под глазами. Они одновременно получили жалобы от визажистов в гримёрной.

– Учитель Сун, у Вас телосложение, которое склонно к отёчности. Нельзя пить воду перед сном, – визажистка Сун Юй вздохнула. – Посмотрите в зеркало. Это повлияет на вашу внешность.

Первоначально внешность Сун Юя была не так хороша, как у учителя Ли, сидящего рядом с ним. Теперь он сделал такое лицо. Как только сериал начнёт транслироваться, он хотел, чтобы Учитель Ли схватил себе фанатов лица? Фанаты лица могли быть переменчивы, как весенний ветерок, но они были щедрыми. В развлекательном кругу получить фанатов лица было уже половиной успеха. Однако она не сказала этих слов на случай, если могла ими обидеть Сун Юя.

Ли Чжао услышал слова визажиста, обращённые к Сун Юю, и не смог удержаться, чтобы не посмотреть на лицо Сун Юя. Сун Юй повернулся в сторону и не позволил Ли Чжао взглянуть на его лицо. Теперь он был полон сожаления. Почему он выпил минеральную воду, которая стоила два юаня, в момент гнева? Более того, он действительно выпил целых полбутылки?

– Брат Сун, я вижу это в зеркале, – Ли Чжао на мгновение уставился в зеркало. – Всё в порядке. Твои глаза немного меньше, и влияние не сильно.

– Не разговаривай со мной, – Сун Юй выглядел так, будто ему больше не для чего было жить.

Он был неправ, он действительно совершил ошибку. Во-первых, он не должен быть рядом с Ли Чжао в команде. Гнев не способствует здоровью, а также не способствует красоте.

– Брат Сун! – помощник Сун Юя пришёл снаружи, голос немного встревоженный. – Лу Жэнь Цзя, человек, который играет третью главную мужскую роль во властной женщине-президенте, Он хочет прикоснуться к твоему фарфору и написал кое-что о тебе в своём Weibo.

____________________

Автору есть что сказать:

Вопрос:

– Что вы думаете о новом актёре Ли Чжао?

Сяо Юй:

– Он зверь.

Глава 36. Тин Тин?

– Этот дурак, который намекал, что я издевался над Ли Чжао в команде в прошлый раз? – Сун Юй внезапно наполнился энергией, и его опухшие глаза расширились.

Помощник тайком взглянул на Ли Чжао. Строго говоря, человек в прошлый раз... говорил правду?

Ли Чжао удостоился пристального взгляда помощника Сун Юя и был очень щедр.

– Всё в порядке. Вы можете продолжать общаться. Притворись, что меня не существует.

– Мистер Ли, на этот раз действительно невозможно притвориться, что Вас не существует, – помощник беспомощно засмеялся. – Это также связано с Вами.

– Почему это связано со мной? – Ли Чжао намеревался тайно слушать сплетни, но теперь он оказался вовлечён. – Что он сказал?

– Он сказал, что Вы поддались деньгам брата Суна... – помощник прошептал эти слова едва слышным шёпотом. По его мнению, Ли Чжао был особенно хорошим человеком. Он не только помог брату Суну хорошо выступить перед СМИ, он также не хотел, чтобы брат Сун предоставлял ему какие-то ресурсы. Это было намного лучше, чем друзья вокруг брата Суна, которые всегда хотели воспользоваться им.

Ли Чжао виновато избегал взгляда помощника. На самом деле, ему просто понравилось, что Сун Юй тратит деньги на покупку закусок по вечерам. Так что он действительно поддался деньгам. Ах, эта проклятая жадность, которую ему некуда было девать.

– Что ещё? – Сун Юй не верил, что Лу Жэнь Цзя мог сказать только это. Если бы дело было только в этих вещах, то его помощник не бросился бы прямо в гримёрку.

– Лу Жэнь Цзя сказал, что вы помогли мистеру Ли выступить вчера вечером, потому что у вашей семьи широкая сеть людей. Вы заранее знали, что мистер Ли будет рекламировать часы Cangshi, и хотели воспользоваться теплом мистера Ли.

– Я использую его тепло? – Сун Юй взорвался и указал на Ли Чжао. – Я использую его тепло?!

Помощник мог только промолчать.

Это было просто совпадение, но в последнее время они, похоже, использовали тепло Ли Чжао. Конечно, не было никакого способа сказать это. Невиновный Ли Чжао, которого также обвиняли, улыбнулся Сун Юю.

– Всё в порядке, я не возражаю.

– Ли Чжао, я говорю тебе. Я холоден к актёру восемнадцатого уровня без надлежащего портфеля работ на экране. Мне не нужно использовать твоё тепло

– О, – Ли Чжао кивнул, эмоционально стабильный.

Сун Юй с прищуром посмотрел на него.

Странно, почему огонь в его сердце разгорелся ещё сильнее?

* * *

В самый пик славы властной женщины-президента даже страницы Weibo с маленькими персонажами из команды были горячими, и многие фанаты пришли, чтобы признаться. Однако любовь фанатов была недолгой. Как только драма закончится, накал, вызванный ею, постепенно рассеется.

Лу Жэнь Цзя был просто онлайн-студентом без каких-либо контактов. Первоначально он полагался на предположение о том, что он друг Ли Чжао и наступил на Сун Юя, чтобы получить небольшую волну друзей. Он почти подписал контракт с компанией, когда Ли Чжао выступил перед СМИ, заявив, что его отношения с Сун Юем были хорошими.

После этого Сун Юй был обелён, а фанаты, которых Лу Жэнь Цзя приобрёл, притворившись другом Ли Чжао, сбежали. Компания, с которой он разговаривал, также прекратила план сотрудничества. Без компании Лу Жэнь Цзя вскоре вернулся в состояние невидимости. Он ощутил на собственном опыте, что значит быть известным и вернуться к жизни, когда никто не обращает на него внимания. Это было слишком одиноко.

Зависть в глазах тех, кто был в его школе, исчезла. Напротив, некоторые люди намеренно спрашивали его, получал ли он сценарии каких-либо крупных режиссёров или с какой звездой он общался.

Его высмеивали, пока Сун Юй и Ли Чжао взлетали. Теперь они были в команде режиссёра Яна, известного режиссёра телесериалов. Весь Интернет может высмеивать Сун Юй как претенциозного, но у его семьи были деньги, поэтому он всё ещё получал ресурсы.

Кроме того, Ли Чжао тоже был мерзким. Сун Юй доставил ему неприятности в команде, но он был готов говорить хорошие вещи о Сун Юе перед СМИ. Если бы не Ли Чжао, выступавший от имени Сун Юя, как пользователи Сети могли высмеять Лу Жэнь Цзя? И как бы могло оказаться, что компания откажется подписывать с ним контракт?

Все они были в популярной команде. Почему эти два человека были единственными, у кого были дополнительные ресурсы? Самым ненавистным из них был Ли Чжао. Как может бедная горная деревенщина поддерживать модный бренд класса люкс? Были ли менеджеры рекламного отдела этого бренда слепыми?

Ревность была самой иррациональной эмоцией. Лу Жэнь Цзя встал утром и был готов идти на занятия. По дороге он услышал, как две студентки говорили о развитии актёров из команды властной женщины-президентов.

– Ли Чжао действительно хорош собой, особенно когда он носит белую рубашку. Посмотри, как он улыбается в камеру, я действительно не могу этого вынести. Такой человек – белый лунный свет, белая роза, киноварная родинка в глубине моего сердца!

– Посмотри на баланс своей банковской карты и протрезвей. Ты заслуживаешь такого хорошего человека?

– Прошлой ночью я была взволнована больше, чем мой ребёнок, когда Ли Чжао получил предложение стать рекламным лицом часов Cangshi. Это было действительно тяжело для моего ребёнка.

– Сестра, проснись. Твоё членство в фанатах будет раскрыто.

– Разоблачение есть разоблачение. В любом случае, я не вхожу в круг фанатов, – девушка с длинными волосами покраснела. – Я слышала, как большие фанаты говорили, что экономические условия Чжао Чжао не очень хорошие. Я очень рада, что он может получить предложение сняться в такой рекламе.

– Позволь мне напомнить тебе, что часы, которые он рекламирует, очень дорогие, и мы не можем себе их позволить.

– ...

– Тем не менее Ли Чжао развивается довольно хорошо. Несколько дней назад я просматривала Weibo команды Небесной Песни и увидела его фотографию. Костюм очень изысканный. Ли Чжао стоял под фонарём в королевской одежде. Я уверена, что никто не сможет сказать, что этот актёр плохой.

– У нашего Чжао Чжао хороший темперамент и актёрские способности. Вот почему люди готовы сотрудничать с ним.

– Команда властной женщины-президента, возможно, была горячей темой в течение нескольких месяцев, но, похоже, только у Ли Чжао и Сун Юя есть возможности для продолжения своего развития. Я не могу проверить других людей.

– Не упоминай об этом. Эта команда потрясающая. Третий главный герой – из нашей школы. Его актёрская игра вне съёмочной группы лучше, чем внутри съёмочной группы...

Две девушки постепенно ушли. Лу Жэнь Цзя услышал их разговор, и его лицо было мрачным. Он включил свой телефон и не мог не распространять негодование в своём сердце.

Лу Жэнь Цзя: Видя, как богатый актёр второго поколения в Интернете раздувает дружбу с другим актёром, говоря, что он прямой человек с простым умом, я смеюсь до смерти. Команда купила маркетинговые аккаунты, чтобы распространять эту ложь. Кто бы в это поверил? Кто был тем, кто ругал другого актёра за то, что он был плохой собакой? Кто был тем, кто намеренно покупал высококалорийную еду для актёра? Тем не менее актёр также гибок. Пока еда доставляется, он будет есть её перед помощником второго поколения. Съев её, он всё ещё может улыбаться и сказать спасибо. Перед лицом ресурсов стыд и личность не нужны. Он даже счастлив, когда облизывает собаку?

Содержание этого поста было настолько очевидным, что маркетинговые аккаунты как можно быстрее сделали скриншоты и разместили их в своих собственных Weibo. Ранним утром массы, поедающие дыню, были праздными и скучающими. Они увидели, как этот актёр отправил какие-то новости бесплатно, и их дух внезапно пробудился. Любой пользователь Сети с нормальным мозгом знал бы двух актёров, о которых говорил Лу Жэнь Цзя. Вскоре имена трёх человек были особенно популярными в поисковой строке.

#Настоящие братья или настоящие интересы?#

#Последние новости Лу Жэнь Цзя#

#Братство обмана Сун Юй и Ли Чжао#

– Я всегда задавался вопросом, как Ли Чжао может получить ресурсы Cang Huan, когда он актёр восемнадцатого уровня. Оказывается, он лизал задницу Сун Юя.

– Наверху, ты слишком много. Не хвалите Ли Чжао слишком сильно. Он тридцать восьмой уровень, спасибо.

– Пока лизать собаку – это хорошо, недостатка в ресурсах нет.

Большинство этих комментариев были водяными армиями, организованными другими компаниями, которые хотели воспользоваться этой возможностью, чтобы наступить на Ли Чжао. Рынок развлечений был большим, и каждая компания хотела запустить своих новичков. Популярность Ли Чжао была угрозой для их новичков. Другие компании не могли упустить возможность наступить на Ли Чжао.

– Кто из верхних – водяная армия? Чёрные люди, пожалуйста, подумайте об основном законе. ЕСЛИ Сун Юй такой замечательный, почему бы ему не получить одобрение самому? Пойдите и посмотрите текущие рекламные предложения Сун Юй, а затем посмотрите, сможет ли он повлиять на выбор Cang Huan.

– Слова этого Лу Жэнь Цзя не заслуживают доверия. Ранее он выдавал себя за друга Ли Чжао. В результате Ли Чжао так долго открывал свой Weibo, но при этом не обращал внимания на Лу Жэнь Цзя. У кого в круге может быть такой друг?

– Это трюк.

– Кровососущие насекомые снова приходят, чтобы высосать кровь моего ребёнка, убирайся!

Перед лицом оскорблений пользователей Сети Лу Жэнь Цзя, казалось, сошёл с ума и выкрикивал одно за другим.

Лу Жэнь Цзя: Фанаты, не спешите помогать богатому актёру второго поколения говорить хорошие вещи. Над вашим младшим братом издевались, но вы всё ещё преследуете других артистов. Разве вы не знаете, что когда ваш артист снимался, он ютился в гостиной с другими актёрами второго плана? У второго главного героя была отдельная гостиная, в то время как у первого главного героя её не было. Вся съёмочная группа поддерживала исполнителя второй главной роли и закрывала глаза на то, что над исполнителем первым главной роли издевались. Я хочу смеяться до смерти, когда вижу, что вы помогаете исполнителю второму главной мужской роли!

Лу Жэнь Цзя: Богатый актёр второго поколения, который трясёт лицом в съёмочной группе и намеренно ведёт себя высокомерно, кто в съёмочной группе не знал об этом? Просто его богатая семья обладает реальной властью. Никто не осмеливался говорить за исполнителя главной мужской роли.

Глядя на новости, раскрывающиеся одна за другой, фанаты Ли были потрясены в своих сердцах. Они были огорчены страданиями, которые их ребёнок испытал в той мусорной бригаде, а также беспокоились, что Сун Юй продолжит запугивать Ли Чжао в команде Небесной Песни. Тем не менее их ребёнок сказал перед СМИ, что Сун Юй хорошо заботился о нём. Таким образом, даже если у фанатов было мнение о Сун Юе, они не хотели, чтобы другие воспринимали Ли Чжао как шутку.

* * *

Ли Чжао тайно использовал свой телефон, чтобы прочитать все онлайн-новости, а затем посмотрел на Сун Юя, который уже причесался.

Сун Юй по необъяснимым причинам не осмелился взглянуть на Ли Чжао и сухо сказал:

– Раньше в съёмочной группе я действительно...

– Не волнуйся, я не поверю словам Лу Жэнь Цзя, – Ли Чжао встал и похлопал Сун Юй по плечу. – Все эти продукты ночью попали в мой желудок, и я могу засвидетельствовать это за тебя.

Сун Юй ошеломлённо молчал.

Он не знал почему, но чувствовал, что Ли Чжао смотрит на него со странным воодушевлением, и этот парень также подчеркнул слова "еда на ночь". Было ли это каким-то намёком?

– Иди сюда, – Ли Чжао потянулся к шее Сун Юй, соединил их головы и сделал снимок.

* * *

Ли Чжао V: Брат Сун сказал, что купит все мои ночные закуски в команде. Я был очень смущён и тронут, поэтому согласился. [Изображение]

– Я уверен, что вы настоящие друзья. Если вы не настоящие друзья, то вас убьют, отправляя такие фотографии.

– С первого взгляда ясно, что эта фотография была сделана самим ребёнком. Уродство – это его стиль.

На фотографии Ли Чжао не было фильтра красоты, и ракурс был очень странным. Это был ужасный снимок. Если бы это были другие артисты, фотографировавшие Сяо Юя, фанаты Сун Юя взорвались бы. Тем не менее сегодняшние поклонники Сун Юя побежали к этому Weibo, чтобы похвалить Ли Чжао.

Если Ли Чжао некоторое время молчал, это означало бы, что он был вынужден уступить притеснениям Сун Юя. Откровения Лу Жэнь Цзя мало повлияли на Ли Чжао, но оказали большое негативное влияние на Сун Юя.

Однако Ли Чжао встал первым и намекнул, что он был тем, кто хотел съесть высококалорийную пищу. Сун Юй купил ему еду, потому что друг хотел съесть её, а не потому, что Сун Юй намеренно пытался откормить его. Сделанная фотография была действительно уродливой, но это был их любимый артист. Они должны подавить свою совесть и похвастаться этим перед своим артистом.

– Он хорошо смотрится в этом костюме.

– Чжао Чжао действительно прямолинеен. Он большой мальчик, который не заботится о своих словах. Мы спокойны, если у нашего Сяо Юя есть такой хороший друг.

– У Чжао Чжао такая хорошая кожа (Сёстры, вы видите мои стандарты хвастовства?).

* * *

– Ли Чжао! – Сун Юй увидел фотографию на Weibo и не смог удержаться от рыка. – Ты намеренно искал самый уродливый ракурс, чтобы сделать снимок?

– Это так? – Ли Чжао улыбнулся. – Разве ты не так выглядишь?

– Ни в коем случае, я не такой уродливый! – Сун Юй трясло. – Сделай новое фото.

– Нет, даже твои поклонники говорят, что я хорошо снял, – Ли Чжао указал на комментарий в разделе комментариев.

[Чжао Чжао, это фото сделано действительно хорошо. Ракурс чёткий, свет яркий, и текстура костюма отлично видна, так же как и красиво вышитые узоры. Смотрите, малейший недостаток не виден. Гуани смоделированы по образцу настоящих, и это показывает, насколько серьёзно команда Небесной Песни относится к этому. Я с нетерпением жду выхода Небесной Песни.]

Сун Юй ошеломлённо молчал.

Это действительно был его фанат, а не притворяющийся фанат Ли?

Он сердито переслал сообщение Ли Чжао и прокомментировал.

Сун Юй V: Я не такой уродливый! Что это за плохая фотография?

Фанаты Ю, которые были уничтожены своим кумиром, не знали, что на это сказать!

Они действительно усердно работали.

Уродливая фотография Ли Чжао вызвала смех у пользователей Сети. Учитывая, что команда Сун Юя руководила общественным мнением, было не так много людей, которые поверили во взрывоопасные новости Лу Жэнь Цзя. В конце концов, он сошёл с ума. Однако Сун Юй не понимал, почему Ли Чжао был готов проявить инициативу, чтобы помочь ему. Накануне Весеннего Фестиваля, в ночь перед тем, как команда отправилась в отпуск, он подавил самооценку молодого господина и постучал в дверь Ли Чжао.

– Ли Чжао, почему ты мне помогаешь?

Даже если Ли Чжао был дураком, он должен был видеть, что Сун Юй не был дружелюбен к нему в команде властной женщины-президента.

– Брат Сун, не стучи в дверь каждую ночь, – Ли Чжао посмотрел на руки Сун Юя. – Однако случилось так, что я собирал свой чемодан и не спал. Ты можешь зайти и присесть.

Сун Юй вошёл в комнату. Он увидел телефон на столе и услышал голос другого человека, исходящий из него.

– Чжао Чжао, кто это?

– Это мой коллега по команде. Тин Тин, я познакомлю тебя с ним, – Ли Чжао поднял трубку телефона.

Тин Тин? Подождите, какой мужчина взял имя этой маленькой девочки (1)?

________________________

1. Речь идёт о дораме "Ради моей любви (в оригинале 我们的爱)". Это дорама об истории семьи из трёх поколений. Бабушка заботится о внучке, которую зовут Тин Тин, родители Тин Тин думают о разводе, а сама девочка теряет слух из-за несчастного случая.

Глава 37. Радости и печали

Он не знал, кто этот человек, но Сун Юй, очевидно, чувствовал близость Ли Чжао и этого человека.

– Приветствую, – человек на экране телефона сидел в офисном кресле, за спинкой которого окно было задёрнуто занавесками. Вероятно, из-за того, что шторы были слишком плотно задёрнуты, у Сун Юя перехватило дыхание.

– Приветствую, – Сун Юй стоял небрежно, и он мгновенно принял осторожное положение. Он встретил этого человека, который недавно пришёл навестить команду. У этого человека были хорошие отношения с Ли Чжао.

– У ребёнка моей семьи простая личность. Я надеюсь... – человек на экране мобильного телефона на мгновение остановился. Его глаза совсем не изменились, но Сун Юй необъяснимо почувствовал, что глаза другого человека могут видеть все насквозь. – Надеюсь, вы хорошо поладите.

Ранее в команде этот друг Ли Чжао не разговаривал с Сун Юем, но его глаза были нормальными. Сегодня он был явно кровожаден. Сун Юй подумал о том, как Лу Жэнь Цзя выложил взрывоопасную новость на Weibo, и внезапно понял. Он не осмелился посмотреть Янь Тину в глаза и положил шашлыки, которые держал в руке, на стол.

– Ну, если что-нибудь будет, я приду к тебе после новогодних каникул.

Он действительно боялся этого взгляда.

– Всё в порядке, просто подожди, – Ли Чжао положил телефон перед собой и поговорил с Янь Тином. – Мой коллега принёс несколько шашлыков. Я боюсь, что они остынут. Я съем их, а потом позвоню тебе.

– Угу, – видя, что внимание Ли Чжао было приковано к еде, Янь Тин слегка кивнул.

Ли Чжао закрыл видео, вымыл руки и сел. Он улыбнулся и сказал Сун Юю:

– Нехорошо есть шашлыки, когда они холодные. Садись и поешь.

Завтра у них не было съёмок, поэтому Сун Юй также принёс две банки холодного пива. Он развернул фольгу, обёрнутую вокруг шашлыков, и вся комната наполнилась аппетитным ароматом. Ли Чжао не пил пиво, поэтому он встал, чтобы взять недопитую минеральную воду с прикроватного столика и с удовольствием поел.

– Ты не пьёшь? – Сун Юй посмотрел на одинокое, забытое пиво в стороне и почувствовал, что его сердце было таким же холодным, как эти две банки пива.

– Я не буду пить, – Ли Чжао покачал головой.

Сун Юй посмотрел на Ли Чжао и не стал пить пиво. Он также не ел шашлыки.

– Мне любопытно, почему ты мне помогаешь, – Сун Юй вспомнил, как Ли Чжао представил его своему другу.

Коллеги. Это было не близко, но и не слишком незнакомо. Вот и всё.

Ли Чжао указал прямо перед собой.

Сун Юй удивился:

– Что ты имеешь в виду?

– Полуночные закуски настоящие, чай с молоком настоящий, пирожные настоящие, – Ли Чжао коснулся своего живота. – Ты не знаешь, что когда я был бедным и голодным, каждую ночь я не мог заснуть от голода. Ты прислал еду, и это было спасительное лекарство для меня.

Сун Юй ошеломлённо смотрел на него.

Нет, он просто хотел накормить этого человека, пока Ли Чжао не растолстеет.

– Это не эксплуатация, – Ли Чжао положил палочку от шашлыка в мешок для мусора. – Ты накормил меня мясом, и я помог тебе прояснить ситуацию. Проблем нет.

Сун Юй колебался. Он действительно не мог себе представить, что в эту эпоху всё ещё были люди, которые были слишком бедны, чтобы обедать. С самого детства он жил свободно и никогда не чувствовал голода. И всё же ради нескольких приёмов пищи этот человек терпел его так долго.

Сун Юй очень ясно дал понять, что его характер был неприятным, но ему было всё равно. Независимо от его плохого характера, всегда был кто-то рядом с ним, чтобы угодить ему и похвалить его. Что касается того, были ли эти люди искренними, ему было всё равно. Это было похоже на человека, которому было всё равно, что думают о нём кошки и собаки.

– Ты... – Сун Юй почувствовал, что ему не хватает слов, и впервые в жизни он почувствовал себя виноватым. Это чувство вины было размером с человеческий волос, но Сун Юй очень редко испытывал подобное.

– Ты не ешь? – Ли Чжао прервал слова Сун Юя.

– Что съесть? Ты думаешь, я не могу управлять своим телом, как ты? – Сун Ю был несколько раздражён. – Ли Чжао, я должен тебе ещё одну услугу.

– Разве ты не согласился, что у нас есть контракт на ночные закуски на время шоу? – Ли Чжао посмотрел на него над шампуром с мясом. – После драмы ты мне больше ничего не должен.

Сун Юй усмехнулся.

– Неужели я такой дешёвый?

– В противном случае, дайте мне десять миллионов, – Ли Чжао был очень прагматичным молодым человеком.

– Проваливай, – Сун Юй взял две банки пива, которые Ли Чжао не пил, и сердито ушёл прочь.

Как только Сун Юй ушёл, Ли Чжао быстро позвонил Янь Тину по видеосвязи и поболтал во время еды.

– Твой коллега ушёл? – Янь Тин не слышал других звуков из комнаты.

– Он ушёл, – настроение Ли Чжао было очень хорошим, когда он думал о том, как вернётся завтра. – Почему ты всё ещё работаешь сверхурочно? Или завтра я должен пойти в твою компанию, чтобы забрать тебя?

– Хорошо, – Янь Тин согласился без каких-либо колебаний.

– Что ж, договорились, – Ли Чжао закончил есть все шашлыки и связал бамбуковые палочки вместе. – Тогда иди домой сегодня пораньше, чтобы поспать.

– Да, – Янь Тин повесил трубку и позвонил специальному помощнику Циню.

– Подготовь машину. Я возвращаюсь.

– Да, господин, – специальный помощник Цинь внутренне обрадовался. – Господин, команда мистера Ли должна быть в отпуске?

Янь Тин взглянул на него.

– Цинь Сяо, с каких это пор ты стал любопытным?

Специальный помощник Цинь увидел, что Янь Тин не хочет говорить о Ли Чжао, и быстро сказал:

– Извините, господин.

Янь Тин проигнорировал его. Янь Тин взял своё пальто и вошёл в лифт. Только когда лифт закрылся, он внезапно сказал:

– Он возвращается.

Янь Тину не нужно было объяснять личность "его". Цинь Сяо знал, кто это был. Он посмотрел на пустое лицо своего босса и осторожно напомнил:

– Господин, у Вас сегодня назначена встреча с доктором Сунем.

Его встреча с доктором Сунем была назначена на восемь часов вечера, а сейчас было десять часов вечера. Цинь Сяо не знал, действительно ли Янь Тин забыл или он отказался от встречи с доктором Сунем.

Янь Тин повернулся к Цинь Сяо. Цинь Сяо склонил голову и не осмелился взглянуть в такие глаза. Однако, чтобы позаботиться о здоровье Янь Тина, он набрался смелости сказать:

– Господин, скоро наступит Новый год.

Лифт медленно опускался, и в лифте не было никаких звуков. Лифт издал звук, и двери открылись. Янь Тин подошёл к своей машине и подождал, пока телохранитель рядом с ним откроет ему дверь.

– Господин?

– Идём... – он сделал паузу. Были некоторые вещи, которые он не хотел, чтобы Ли Чжао знал. – Идём к доктору Суню.

Доктор Сунь долго ждал и думал, что Янь Тин не придёт. В тот момент, когда Янь Тин появился у его двери, он испытал момент приятного удивления и нашёл это действительно неожиданным. Однако он этого не показал. Доктор Сунь приветствовал Янь Тина в дверях и столкнулся с долгим молчанием пациента.

– Можете ли Вы рассказать мне, какие у Вас были симптомы в эти дни?

Выражение лица Янь Тина было безразличным.

– Всё те же.

– А как насчёт частоты появления?

Янь Тин молчал.

– Господин Тин, Ваши симптомы ухудшаются, – доктор Сунь остановил ручку. – Я предлагаю Вам найти место, где Вы могли бы заниматься самосовершенствованием в течение некоторого времени, и постарайтесь... меньше контактировать с другими.

Как только симптомы пациента станут хуже, он может быть не в состоянии отличить иллюзию от реальности. Это было плохо для пациента и окружающих его людей.

– Вы намекаете, что я сумасшедший? – Янь Тин посмотрел на доктора Суня.

– Нет, Вы здоровы, – доктор Сунь мягко покачал головой: – Просто Ваш мозг немного остыл. Если Вы будете сотрудничать с лечением, Вы скоро исцелитесь. Пожалуйста, не испытывайте психологического давления.

Чтобы изменить настроение Янь Тина, доктор Сунь взял на себя инициативу упомянуть его друга.

– Я недавно посмотрел сериал мистера Ли и обнаружил, что он очень интересный человек. Не могли бы Вы рассказать мне о нём?

В тот момент, когда он заговорил, он обнаружил, что глаза пациента изменились и стали агрессивными. Другая сторона хорошо это скрывала, но, как профессиональный врач, доктор Сунь мог различить эмоции пациента.

Он немного нервничал. Симптомы пациента… это стало сложным. Хотя у Янь Тина были эмоции, они были направлены только на одного человека. Он всё ещё был параноиком и собственником. Если это продолжится, что-то может случиться.

– Конечно, это не имеет значения, если Вы не хотите говорить, – доктор Сунь не хотел, чтобы пациент относился к нему как к врагу, поэтому мужчина улыбнулся и сменил тему. – Если Вы не хотите говорить, я посижу здесь с Вами некоторое время.

– Он в порядке, – Янь Тин посмотрел на доктора Суня. – Очень хорошо.

– Конечно, потому что Вы его друг.

– Нет, я его лучший друг, – густые и длинные ресницы Янь Тина опустились.

Рука доктора Суня дрожала, когда он улыбался и ждал, когда Янь Тин откроет рот. Однако Янь Тин больше не хотел с ним общаться. Затем из его мобильного телефона раздался звук. Изначально в эту комнату нельзя было приносить телефоны, но Янь Тин отличался от других. Тот факт, что Янь Тин вошёл в эту комнату, уже был успехом.

Ему платили высокие гонорары, а медицинская этика доктора Суня не позволяла себе быть безответственным по отношению к пациенту. Он предположил, что текстовое сообщение должно было быть отправлено другом по имени Ли Чжао. Это было потому, что господин Тин полностью скрыл свою агрессивность после прочтения сообщения.

Янь Тин сказал ему:

– Мне пора вернуться и пожелать ему спокойной ночи.

– Господин Тин, – позвал доктор Сун Янь Тина. – Если Вам что-нибудь понадобится, пожалуйста, позвоните мне в любое время. Я доступен двадцать четыре часа в сутки.

Янь Тин ничего не сказал.

– Тогда я желаю Вам и мистеру Ли Чжао счастливого Нового года.

– Спасибо, – Янь Тин взял пальто, лежавшее рядом с ним, и вышел.

После того, как Янь Тин ушёл, доктор Сунь набрал номер телефона Цинь Сяо.

– Мистер Цинь, болезнь господина Тина стала более сложной, – доктор Сунь вздохнул. – Его дух, кажется, находится в состоянии атаки.

– Как это произошло? – Цинь Сяо был очень встревожен. – Разве Вы не говорили, что его психическое состояние было очень стабильным?

– Там есть что-то, что стимулировало его, – доктор Сунь объяснил. – Господин Тин очень оборонителен, и я не могу проводить с ним гипнотерапию. Господин Тин, наконец, отреагировал на внешнюю среду, но его эмоции болезненны и извращены. Я очень беспокоился о безопасности мистера Ли.

– Вы можете быть уверены, что я обращу внимание на его безопасность, – Цинь Сяо успокаивал себя. – Вы сказали, что Ли Чжао, сопровождающий его, сделает его лучше, верно?

– Я надеюсь на это, – доктор Сунь повесил трубку и долго вздыхал.

Молодой человек в индустрии развлечений, как долго он может дружить с кем-то того же пола? Люди меняются с возрастом и окружающей средой.

* * *

– Это твое, – Ли Чжао отдал свой новогодний подарок Чжан Сяо Юаню, а остальное было засунуто обратно в коробку. – Здесь кое-что для людей со студии. Брат Сяо Юань, пожалуйста, помоги мне отдать это им.

Чжан Сяо Юань взглянул на коробку, полную подарков. Было ощущение, что его ребёнок убежал с другими, оставив старика одного в пустой комнате. Он почувствовал некоторую душевную боль.

– А как насчёт этого?

Он указал на маленькую коробку.

– Это для Тин Тина моей семьи, – Ли Чжао положил коробку на колени.

– Я не собираюсь тебя грабить, – Чжан Сяо Юань открыл подарочный пакет, который дал ему Ли Чжао. Там были вещи, подходящие для пожилых людей, и это, очевидно, было приготовлено для его родителей.

– Чжао Чжао, спасибо, – Чжан Сяо Юань не был вежлив с Ли Чжао. – Приходи ко мне домой, когда у тебя будет время. Мои родители говорят о тебе каждый день, превращая мои уши в кокон.

– Я приду после второго дня нового года, – Ли Чжао улыбнулся и кивнул в знак согласия.

– Чжао Чжао, сегодня… ты действительно проводишь время с Янь Тином? – Чжан Сяо Юань был не в своей тарелке. – Ты не хочешь пойти ко мне домой?

– Нет, я в порядке, – Ли Чжао покачал головой. Он надел шляпу и маску и вышел из машины, держа в руках коробку. – Я договорился о встрече с Тин Тином. Сейчас почти шесть часов дня. Я собираюсь забрать его с работы.

– Ты также забираешь его с работы. Если бы я не знал лучше, я бы подумал, что Тин Тин является твоей девушкой, – Чжан Сяо Юань бросил шарф с пассажирского сиденья Ли Чжао. – Будь осторожен на дороге. Не позволяй людям узнавать тебя.

– До свидания, – как только машина Ли Чжао прибыла, он помахал Чжан Сяо Юаню и сел в машину.

* * *

– Господин? – Цинь Сяо обнаружил, что документы в руках Янь Тина оставались долгое время. Янь Тин посмотрел на него и передал ему документы.

– Господин, что-то случилось? – осторожно спросил Цинь Сяо.

– Нет, – Янь Тин медленно закрыл ручку крышкой. – Ребёнок придет, чтобы забрать меня с работы.

В этот момент Цинь Сяо увидел эмоции обычного человека на лице Янь Тина. Это было настроение удовлетворения. Цинь Сяо не знал, радоваться ему или волноваться.

____________________

Автору есть что сказать:

У дверей детского сада малыш Тин Тин со школьной сумкой появился раньше и стоял там.

Он с гордостью сказал своим одноклассникам:

– Сегодня кто-нибудь приедет за мной.

Глава 38. Ежегодное собрание

Цинь Сяо помог Янь Тину открыть дверь лифта и подсознательно хотел последовать за ним вниз. Янь Тин остановился и повернулся, чтобы посмотреть на него.

– Господин, пожалуйста, – Цинь Сяо понял, что этот человек не хотел, чтобы он следовал за ним вниз, и сделал шаг назад. Дверь лифта медленно закрылась перед его глазами, и количество этажей продолжало уменьшаться, указывая на то, что господин Тин приближался к маленькой звезде.

Он снял очки с носа и приготовился вытереть пыль. Подняв глаза, он увидел молодую женщину в профессиональном костюме, стоящую в конце коридора, который соединялся с коридором для персонала.

– Вэй Тянь? – Цинь Сяо снова надел очки и выглядел серьёзным. – Почему ты здесь?

– Специальный помощник Цинь, это документ, присланный отделом по связям с общественностью. Речь идёт о ежегодном собрании компании. Разрешено ли журналистам входить? Есть также представитель, который не свободен и надеется уйти пораньше, – Вэй Тянь передала отчёт Цинь Сяо.

Под руководством Cang Huan было много брендов, и представители этих брендов собрались вместе. Это было похоже на небольшой развлекательный фестиваль. Таким образом, ежегодное собрание Cang Huan каждый год было в центре внимания средств массовой информации. Даже красная ковровая дорожка у входа может заставить многих представителей СМИ присесть там на корточки.

Цинь Сяо взял папку и слегка кивнул.

Вэй Тянь немного побаивалась его и ничего не сказала. Она развернулась и направилась обратно в офис персонала, ответственного за связи с общественностью.

Цинь Сяо открыл папку, в которой содержался подробный процесс всего ежегодного собрания. В нём даже указывалось, на какой машине поедут артисты, посещающие ежегодную встречу, и сколько помощников они возьмут с собой. Цинь Сяо не нашёл имени Ли Чжао в этом списке. Он нахмурился и напрямую позвонил по внутреннему номеру телефона отдела по связям с общественностью.

– Ли Чжао – представитель последней марки часов. Почему его имени нет в списке приглашённых на ежегодное собрание?

– Специальный помощник Цинь? – менеджер отдела по связям с общественностью спорил с менеджером отдела логистики. Как только он получил телефонный звонок от Цинь Сяо, его голос внезапно упал на восемь градусов. – Да, Ли Чжао подписал с нами контракт на рекламу часов, но не было чёткого плана для рекламы и печатных фотографий. Вот почему мы не отправили письмо с приглашением в его компанию.

– Поскольку он подписал соглашение о сотрудничестве с нашей компанией, он является нашим представителем, – Цинь Сяо закрыл документ. – Попросите людей как можно скорее отправить пригласительное письмо в Strawberry Entertainment. Не позволяйте им думать, что наша компания относится к ним по-другому.

– Да, – менеджер отдела по связям с общественностью повесил трубку и немедленно связался с Strawberry Entertainment.

* * *

Ли Чжао недолго ждал внизу. Он увидел фигуру Янь Тина и, держа коробку, побежал к Янь Тину.

– Отведи меня к своей машине. Эта коробка с вещами довольно тяжёлая.

– Позволь мне, – Янь Тин протянул руку, чтобы взять его.

– Нет, – Ли Чжао увидел бледное и красивое лицо Янь Тина. Его мучила бы совесть, если бы он попросил владельца этого лица выполнять физическую работу.

Янь Тин взял картонную коробку, которую держал в руках, и отнёс её в нижний гараж.

– Что в ней?

Ли Чжао рассмеялся.

– В основном то, что можно использовать на Новый год.

Янь Тин шёл легко, держа коробку в руках. Он как раз проходил по главной дороге гаража, когда машина внезапно затормозила, и владелица посмотрела на них с ужасом.

– Ой... – Ли Чжао натянул маску и спрятался рядом с Янь Тином. Он взглянул на женщину-владельца автомобиля, выражение лица которой постепенно возвращалось к нормальному. – Меня узнали?

– Всё в порядке, – Янь Тин посмотрел на владелицу машины. – У людей компании были плотно закрытые рты. Они не станут болтать снаружи.

– Это хорошо, – Ли Чжао вздохнул с облегчением и подошёл к Янь Тину, протягивая руку, чтобы помочь Янь Тину нести половину коробки. – Давай сделаем это вместе.

Янь Тин не отказался. Водитель Янь Тина пробежал всю дорогу и испуганно забрал коробку.

– Господин, мистер Ли, как я могу позволить вам нести это?

– Всё в порядке, всё в порядке. Мы большие мальчики и можем перемещать такие вещи, – Ли Чжао потянулся к шее Янь Тина. – Разве это не так, Янь Тин?

Водитель посмотрел на Янь Тина и не посмел ничего сказать или спросить. Янь Тин посадил Ли Чжао в машину и сел рядом с ним.

– Команда устроила для вас каникулы?

– Это отложено до восьмого, – ответил Ли Чжао. – Первоначальный план заключался в том, чтобы съёмки начались седьмого, но продюсеры посчитали, что семи дней недостаточно, и изменили его на восемь. Я приму участие в новогодней вечеринке с видеороликом Green Pepper двадцать девятого числа и буду рекламировать часы Cangshi пятого и шестого числа в первый месяц нового года. Кроме этого, у меня нет других договорённостей, – У Ли Чжао, новичка, ставшего популярным благодаря онлайн-дораме, не было большой рабочей нагрузки. Strawberry Entertainment не устраивали для него бессмысленных мероприятий. Вместо этого они намеренно контролировали его воздействие, чтобы пользователи Сети не начали чувствовать, что Ли Чжао слишком надоедлив. – А как насчёт тебя? – Ли Чжао открыл холодильник и увидел внутри два пирожных. Он знал, что это было специально приготовлено для него Янь Тином. Он достал две сладости, одну для Янь Тина, а другую для себя. – Когда ты берёшь отпуск?

– Совсем как ты, – Янь Тину не понравилась ярко-красная клубника на пирожном. Это заставило его подумать о крови, текущей по земле.

– В чём дело? – Ли Чжао увидел, что Янь Тин не двигается, и спросил: – Тебе не нравится этот?

Янь Тин покачал головой и положил пирожное обратно в холодильник.

– Это для тебя. Я не люблю есть такое.

Слабый сладкий аромат наполнил машину. Ли Чжао съел пирожное в несколько глотков и лежал, как червяк, откинувшись на сиденье.

– Лучше всего быть дома. В команде всё, о чём я могу думать, это сценарий и много выпавших волос.

Лучше всего.

Янь Тин посмотрел на большого мальчика, выглядевшего ленивым, и долго молчал.

– Добро пожаловать домой.

Возвращение Ли Чжао было тепло встречено управляющим. Он попросил повара накрыть стол разнообразными блюдами и произнёс много слов благословения.

– Спасибо, дядя, – Ли Чжао вытащил красный конверт и протянул его управляющему. – Я желаю Вам счастливого Нового года.

– Спасибо, мистер Ли, – управляющий посмотрел на Янь Тина и взял красный конверт. Он перекинулся парой слов с Ли Чжао, прежде чем под надуманным предлогом уйти. Управляющий подошёл к двери и оглянулся на столовую. При оранжевом свете мистер Ли рассказывал боссу интересные истории о команде. Всё его тело было окрашено в тёплый цвет. Рядом с оживлённым молодым человеком даже босс стал выглядеть мягче.

После еды Ли Чжао сел, скрестив ноги, на пол в гостиной и открыл коробку, что-то вытаскивая. Предмет был красным и на нём был вышит символ, означающий "удача".

– Это будет в изголовье кровати и принесёт удачу, – Ли Чжао сунул знак Янь Тину и продолжил вытаскивать вещи. Вырезки из бумаги, сложенные красные фонарики, двустишия, символы благословения и орнаменты из пяти культур, а также... стопка красных конвертов.

– Дома, в которых мы оба живём, слишком большие, и я боюсь, что вырезок из бумаги будет недостаточно, – Ли Чжао потёр руки. – Это первый раз, когда я принимаю участие в новогодних мероприятиях. Я немного неопытен, поэтому я купил их все.

Сказав это, он достал два куплета.

– Это от команды, и я не тратил деньги. В канун Нового года они будут висеть на наших входных дверях.

В коробке были и другие мелочи, всё для Нового года. Ли Чжао тщательно изучил, как эти вещи должны быть размещены или подвешены. Он был похож на озорного нарушителя спокойствия в детском саду.

– Надень носки, – Янь Тин отвёл взгляд. – Не ходи босиком по полу.

– Я только что вернулся после принятия ванны, и мои ноги не пахнут, – Ли Чжао покачал головой. – Здесь тепло, и наступать на пол очень удобно.

Янь Тин посмотрел на движущиеся ноги и почувствовал странный зуд в сердце. Наконец, он попросил горничную принести чистые носки и заставил Ли Чжао надеть их.

– С этим ничего не поделаешь, – Ли Чжао надевал носки, когда раздался звонок в дверь. Он поспешно сложил разбросанные вещи обратно в коробку.

– Нет необходимости, – Янь Тин удержал его за руку. – Не беспокойся об этом.

Ли Чжао увидел, как управляющий открыл боковую дверь, чтобы выйти. Он также слышал женские крики и смутно догадывался, что происходит. Владение двумя зданиями и десятком магазинов в столице можно охарактеризовать как нахождение на золотой и серебряной жиле. Естественно, что дальние родственники хотели получить кусок пирога.

Возможно, у него и не было родственников, но Ли Чжао играл покупателя соевого соуса (1) в различных семейных этических драмах и знал, какими плохими могут быть родственники.

– Хорошо, я понимаю.

Как компетентный и хороший брат, он должен был заботиться об интересах своего брата и не позволять другим пользоваться этим.

* * *

– Миссис Сюй, ночь глубока. Пожалуйста, возвращайтесь, – у ворот внутреннего двора виллы управляющий отвесил женщине безупречный приветственный поклон и улыбнулся. – Господин развлекает гостя. Пожалуйста, не беспокойте гостя.

– Развлекает гостя? – женщина усмехнулась. – Знает ли этот гость, что Сюй Янь Тин – бесчеловечный безумец?

Управляющий всё ещё улыбался.

– Миссис Сюй, здесь есть наблюдение. Клевета на других противозаконна.

Сюй Ли Жань посмотрела на монитор и глубоко вздохнула. По сравнению с прошлым разом, когда она остановила машину у ворот, сегодня она выглядела немного более достойно.

– Я хочу знать, действительно ли Янь Тин хочет меня убить.

Янь Тин отправил её мужа в тюрьму, и компания под его именем была куплена другими. Теперь у компании по производству одежды под её именем были частые проблемы и меньше заказов.

– Миссис Сюй, у босса много отраслей. Как он может помнить, что под вашим именем существует компания по производству одежды? – управляющий вежливо улыбнулся. – Пожалуйста, не поймите его неправильно.

Сюй Ли Жань была самоуничижительной.

– Ты имеешь в виду, что я теперь тонущая собака, недостойная усилий Сюй Янь Тина?

Управляющий улыбнулся и ничего не сказал. Глядя на улыбку управляющего, выражение лица Сюй Ли Жань внезапно изменилось. Как она могла забыть? Возможно, Сюй Янь Тин на самом деле ничего ей не сделал, но весь круг знал, что Сюй Янь Тин не ладил с семьёй Сюй. Кто посмеет рискнуть оскорбить Сюй Янь Тина, сотрудничая с её компанией? Он не действовал, но он был более безжалостным, чем если бы действительно что-то предпринимал.

– Сюй Янь Тин, эти хорошие средства... – Сюй Ли Жань почти затаила дыхание, поняв это. В её глазах эта великолепная вилла была похожа на замок дьявола. Было ужасно являться врагом того, у кого не было никаких чувств.

– Тсс, – управляющий достал свои карманные часы и посмотрел на время. – Уже поздняя ночь. Миссис Сюй, пожалуйста, сдержите свой голос, иначе господин не будет счастлив.

– Счастлив? – Сюй Ли Жань горько улыбнулась. – С каких это пор он был счастлив?

Ей хотелось кричать, кричать, злиться и оскорблять. Однако женщина ничего не могла сказать. Она боялась, что окажется в тюрьме, как и её муж, и боялась, что Сюй Янь Тин, этот безумец, отомстит их единственному ребёнку.

Сюй Янь Тин не сделал бы ничего, что удивило бы её, когда дело дошло до мести семье Сюй. Это было потому, что она не понимала чувств монстра, сумасшедшего.

* * *

Ли Чжао и Янь Тин, прислонившись к дивану, смотрели телевизор, когда вернулся управляющий.

– Господин, незваный гость ушёл, – управляющий слегка поклонился. – Пожалуйста, отдохните с мистером Ли.

* * *

Пока Ли Чжао смотрел телевизор, Ло Жун, Чжан Сяо Юань и сотрудники студии неторопливо проводили время. Чжан Сяо Юань только что отправил сотрудникам новогодние красные конверты и подарки на конец года, когда в студию позвонили из штаб-квартиры Cang Huan.

– Что? Завтра вечером ежегодное собрание? – Ло Жун был взволнован и счастлив. Это была редкая возможность побывать на ежегодной встрече в штаб-квартире Cang Huan. Это значительно повысило бы ценность Ли Чжао. Срочным было то, что это было всего через день, и времени на подготовку совсем не было.

– Брат Ло, Cang Huan прислали часы Cangshi, выпущенные ограниченным тиражом, – в этом случае артисту определённо нужно было что-то с брендом Cang Huan.

Ло Жун осторожно открыл коробку, присланную Cang Huan. В ней были часы с бриллиантами, которые ярко светились.

– Сссс, – стилист пришёл взглянуть и в итоге затаил дыхание. – Разве это не снятые с производства часы под названием Звёздный Океан, которые находятся в штаб-квартире Cangshi?

Это было отправлено так небрежно, и им даже не нужно было подписывать соглашение о защите предметов. Это было слишком демонстративно.

– Быстро пришли охрану, – Ло Жун чувствовал, что ему нужно действовать быстро, чтобы спасти своё сердце. – Мы должны обеспечить их безопасность.

– Что означает действие Cang Huan? – Чжан Сяо Юань подумал, что это странно. Если бы они искренне приглашали Ли Чжао на ежегодное собрание, они бы не ждали до сегодняшнего дня, чтобы сообщить компании. Однако, если не было искренности, то как они могли передать эти часы с необычайной значимостью? Им даже не нужно было подписывать письмо об ответственности. Если их сторона проиграла, случайно повредила его или сделала трюк, они не могли нести ответственность.

_______________________

1. 打酱油 (dǎ jiàngyóu) – литературный перевод – покупать соевый соус – идиома, имеющая несколько значений. В данном случае, речь идёт о повзрослевшем ребёнке, который может оказывать некоторую помощь по дому, например, сходить и купить соевый соус.

– Что бы это не означало, первое появление Чжао Чжао на ежегодном собрании не может быть робким, – Ло Жун думал о будущем. Cangshi прислала драгоценные и необычные часы Звёздный Океан. Если завтра стиль Чжао Чжао будет неподходящим, произойдёт большая авария.

Подумав об этом, он поспешно связался со знакомым крупным брендом, надеясь одолжить одежду, подходящую для Ли Чжао. Это было ближе к концу года, и в развлекательном кругу было много мероприятий. Последние крупные бренды предоставили все свои большие наряды. Ло Жун звонил, чтобы спросить, но его надежда была не слишком большой. Остальная часть студии интересовалась нарядами других артистов, чтобы избежать ситуации с появлением одинаковых нарядов.

Чжан Сяо Юань начал общаться с отделом по связям с общественностью по поводу завтрашнего выхода на красную дорожку и успешно получил список гостей и СМИ. После прочтения списка приглашённых артистов сердце Чжан Сяо Юаня учащённо забилось. За исключением их Чжао Чжао, все эти гости были супер большими артистами. Он придерживался менталитета своего старого отца и начал беспокоиться, что Ли Чжао не сможет адаптироваться к этой среде.

– Все последние сезонные продукты ведущих брендов первого уровня были предоставлены в аренду, – Ло Жун торжественно повесил трубку телефона. – Однако Чжао Чжао, носящий бренд второго уровня, не достоин этих часов.

– И что? – Чжан Сяо Юань тоже был встревожен.

– Не паникуй, – Ло Жун на мгновение замолчал. – Я позвоню Цао Цзя и спрошу, есть ли у него какие-нибудь связи.

– Не слишком ли это большое одолжение? – Чжан Сяо Юань не хотел, чтобы Ли Чжао был смущён, но он не хотел беспокоить специальную помощь большого босса ради наряда. Он боялся, что это приведёт к недовольству высшего руководства компании и приведёт к неприятностям для Чжао Чжао позже.

– Ты плохо знаешь Цао Цзя? – спросил Ло Жун.

– Как я могу знать этих людей? – Чжан Сяо Юань сказал правду. – Впервые я увидел помощника Цао в арендованном доме Чжао Чжао.

Это было странно. Агент Ли Чжао не был знаком с высшим руководством, а Ли Чжао не был знаком с ними. Почему высшее руководство время от времени звонило ему, говоря, чтобы он хорошо обучил Ли Чжао? Если была какая-то проблема, которую нельзя было решить, он должен был им сказать.

Он на мгновение задумался, прежде чем позвонить. Конечно же, они позаботились о подготовке наряда и даже дали Ли Чжао стилиста.

Возможно… был ли Ли Чжао незаконнорождённым сыном президента Сунь? Этого не могло быть. Президент Сунь был известен тем, что был влюблён, но боялся своей жены. Он считался одним из самых чистых боссов в индустрии развлечений, и у него не могло быть внебрачного сына. Кроме того, отличительные черты лица президента Суня не могли произвести на свет такого красивого ребёнка, как Ли Чжао.

* * *

В студии царил хаос, в то время как список гостей ежегодной встречи начал распространяться снаружи. Фанаты гордились тем, что их артисты представляли Cang Huan и примут участие в ежегодной встрече Cang Huan. По дороге они издевались над фанатами других артистов. Основные развлекательные форумы были очень оживлёнными.

Как единственного артиста восьмого уровня, имя Ли Чжао было зажато между кучкой больших людей и было проигнорировано всеми поклонниками этих больших артистов. Это было потому, что Ли Чжао даже не был квалифицирован в их глазах. Фанаты Ли увидели список и были счастливы, как будто уже наступил Новый год. Они побежали в Weibo студии и оставили сообщения.

– Это первый раз, когда ребёнок посещает официальное мероприятие. Вы должны подготовить для него умного стилиста.

– На ежегодном собрании так много пожилых людей. Малыш не должен быть более элегантным, чем старшие, но он не может быть на последнем месте. Студия, вы можете это сделать?

– В одежде и украшениях не может быть недостатка, вы понимаете?

– Если вы позволите над моим малышом смеяться, тогда вам конец.

Фанаты в комментариях успокоили свои сердца, опасаясь, что завтра вечером маркетинговые аккаунты будут насмехаться над их ребёнком. Пока это было важное событие, наряд артиста был его бронёй. Они столкнулись не только с мечами, но и с критикой аудитории.

Хвалили красивых людей. Если бы они не были красивыми, их бы высмеяли, и это даже использовалось бы как чёрный материал, который навсегда останется у чёрных фанатов. Время от времени его вынимали, чтобы люди высмеивали.

* * *

Ли Чжао узнал об этом только на следующее утро. Он получил телефонный звонок от Ло Жуна и повернулся к Янь Тину, который читал книгу на диване.

– Тин Тин, я должен присутствовать на мероприятии вечером. После обеда компания организует приезд стилиста. Должен ли я сначала вернуться к себе домой?

– Нет, пусть они придут сюда, – Янь Тин сказал ему. – Недавно я собрал несколько украшений. Ты можешь позволить им выбрать полезные из них во второй половине дня.

– Драгоценности? – Ли Чжао уставился на него. – Это очень дорого.

– Не дорого, – Янь Тин покачал головой. – Месячная арендная плата позволяет многое купить.

Ли Чжао ошеломлённо моргнул.

Он спокойно подсчитал, сколько арендной платы можно получать каждый месяц с двух зданий и десятков магазинов. Затем он схватился за грудь и выдохнул:

– Я недостаточно видел мир. Я плачу, – он закрыл лицо и лег рядом с Янь Тином. – Тин Тин, я хочу ненавидеть богатых.

Янь Тин отложил книгу, которую держал в руке.

– Нет необходимости в ненависти. Должен ли я отправить тебе два магазина?

– Нет, нет, нет! – Ли Чжао испугался и махнул рукой. – Это твёрдое нет!

Это были два магазина, а не два куска хлеба!

– Это всего лишь два...

– Прекрати это! – Ли Чжао поспешил развеять эту ужасную идею. – Тин Тин, это действительно невозможно. Ты даже не можешь думать об этом. Ты понимаешь?

Янь Тин посмотрел на Ли Чжао и слегка кивнул.

– Тин Тин, я молод, и у меня хороший желудок, – Ли Чжао боялся, что Янь Тин рассердится на отказ, и пошутил, чтобы разрядить атмосферу. – Таким образом, ты не можешь позволить мне привыкнуть есть мягкую пищу (1).

Янь Тин не понимал, какое отношение это имеет к мягкой пище.

– Ты мой хороший брат. Я не могу позволить моему хорошему брату содержать меня всю оставшуюся жизнь.

– Ты не хочешь быть со мной до конца своей жизни? – Янь Тин склонил голову и снова открыл книгу, тонкие белые пальцы сжимали страницы книги.

Ли Чжао не мог видеть выражение его лица и обнял Янь Тина за шею, улыбаясь.

– Хороший брат, конечно, мы будем хорошими братьями до конца наших дней. Тем не менее братья должны рассчитать суммы. В этом мире только один человек может воспользоваться тобой.

Янь Тин поднял на него глаза.

– Кто?

– Твоя будущая жена, – Ли Чжао прислонился к Янь Тину и поднял бровь, улыбаясь. – Твоя жена – это та, кто будет есть, спать с тобой и сопровождать тебя до конца твоей жизни. Таким образом, она может воспользоваться всем.

Это был продуманный маленький поезд, но Янь Тин, похоже, не понял.

Он задумчиво посмотрел на Ли Чжао, прежде чем медленно кивнуть.

– Ты прав.

_______________________

Автору есть что сказать:

Малыш Чжао Чжао:

– Тин Тин, почему у тебя так много печенья?

Малыш Тин Тин:

– Не веди себя избалованно. Эти два печенья для тебя.

_______________________

1. 吃软饭的 (chī ruǎnfàn de) – литературный перевод – есть мягкую пищу – идиома, которая описывает мужчину, сидящего на шее у женщины, по-простому – альфонса или жиголо.

Глава 39. Создание образа

Команда придавала большое значение присутствию Ли Чжао на ежегодной встрече Cang Huan, поэтому стилист пришёл пораньше, привезя костюм. Глядя на район с пятью сторожевыми постами, многочисленным лежачими полицейскими и чрезвычайно строгой охраной, команда начала сомневаться, насколько плохая публичная персона Ли Чжао была преувеличена.

– Этот район... – кто-то сказал. – Кажется, в нём трудно жить.

– У друга Чжао Чжао есть две виллы в этом районе, поэтому Чжао Чжао арендовал одну, – Чжан Сяо Юань увидел, что другие его коллеги неправильно поняли, и объяснил: – У Чжао Чжао из нашей семьи нет ничего, кроме бедности.

Лица его коллег были полны превратностей судьбы.

– Брат Чжан, ты знаешь, я на самом деле злой дух.

– Который из них?

– Лимонная эссенция (1).

– Хахахахаха, – Да Кэ ударил себя по бедру. – Говорю тебе, я был таким же кислым, как и ты, в тот день, когда помог Чжао Чжао переехать.

Кто не хотел иметь богатого и щедрого друга?

Водитель робко посмотрел на Чжан Сяо Юань.

– Брат Чжан, мне продолжать ехать внутрь или въехать в подземный гараж с этой стороны?

– Нет, двигайся прямо по правой подъездной дорожке. В доме Чжао Чжао есть частный гараж.

Остальные чувствовали себя ещё более ревниво от этих слов.

* * *

Ли Чжао получил телефонный звонок от Чжан Сяо Юаня. Он услышал, что они вошли в ворота, и ждал их у двери дома Янь Тина. Через несколько минут медленно подъехали две машины. Ли Чжао помахал им рукой.

– Сюда.

– Чжао Чжао, почему ты сидишь на корточках у чужой двери? – Чжан Сяо Юань высунул голову из окна.

– Я живу здесь все эти дни. Проезжайте, – Ли Чжао указал в направлении гаража. – Дверь гаража открыта.

* * *

Как только машина въехала в гараж, команда увидела, что в гараже был даже персонал службы безопасности.

– Какое происхождение у друга Чжао Чжао?

– У него два здания и десятки магазинов, – Да Кэ покачал головой. – Один только доход от аренды каждый месяц составляет миллионы юаней.

– Если эти два дома находятся в пределах Третьего транспортного кольца, тогда магазины... – все посмотрели вниз и подсчитали. – Нет, я думаю, что ненавижу богатых.

Частный гараж был большим, и в нём было припарковано семь или восемь машин. Там присутствовала охрана, и людям было стыдно смотреть слишком пристально. Они лишь смутно чувствовали, что эти машины были недешёвыми.

– Вы коллеги мистера Ли? – начальник охраны улыбнулся им. Он увидел, что у них в руках было много вещей, и позвал нескольких охранников, чтобы те оказали помощь. – Пожалуйста, идите в эту сторону. Пожалуйста, обратите внимание на ступеньки под ногами.

Сердце стилиста было немного несчастным. Он не понимал, почему Strawberry Entertainment устроила так, чтобы он вошёл в дом артиста для создания стиля. Дом какого артиста был бы оборудован его студийными инструментами?

Однако, даже если бы он был недоволен, он всё равно дал бы Strawberry Entertainment лицо. Увидев роскошные автомобили и охрану, а также услышав слова членов команды, он понял, что этот артист был нуворишем. Пройдя через роскошные ворота и посмотрев на прислугу у двери, стилист был ещё более уверен, что это был нувориш.

– Приветствую всех вас. Я слышал, что вы специально пришли, чтобы сделать укладку для мистера Ли, и мой босс приготовил гримёрную для всех, – управляющий улыбнулся группе. – Пожалуйста, пойдёмте со мной.

Группа последовала за управляющим и толкнула дверь в просторную комнату, глядя туда с шокированными лицами.

Косметика и средства по уходу за кожей крупных брендов были размещены на разных полках, были самые дорогие лампы для макияжа, а также разнообразное профессиональное оборудование.

– Это было приготовлено в спешке. Если чего-то не хватает, пожалуйста, немедленно дайте мне знать. Я договорюсь с персоналом, чтобы принесли всё необходимое, – управляющий указал на закуски и напитки на столе, показывая место, где были расставлены все виды посуды. – Кто-то охраняет дверь. Просто откройте рот, если вам что-нибудь понадобится.

Стилист, который только что презирал владельца как нувориша, теперь хотел встать на колени и признать владельца своим отцом. Это была гардеробная, о которой мечтали стилисты и визажисты!

– Учитель, что с тобой не так? – визажист увидел, что у стилиста были слёзы на глазах, и удивился: – Вы забыли что-нибудь принести?

– Нет, – стилист покачал головой. Почему у него были слезы на глазах?

Это было потому, что он очень любил здешние вещи.

* * *

Ли Чжао вошёл в раздевалку и был опустошен с головы до ног. Этапы ухода за кожей были выполнены тщательно, и каждая прядь волос получила внимание и любовь стилиста.

– Ваша кожа настолько хороша, что Вам не нужно беспокоиться об объективе HD-камеры, – стилист и визажист окружили Ли Чжао, но вскоре обнаружили проблему. Одежда, которую позаимствовали Strawberry Entertainment, не подошла.

Непрофессионал мог ничего не заметить, но было очевидно, что пошив этого наряда не подходил для фигуры Ли Чжао. У Ли Чжао были длинные ноги и белая кожа. Этот костюм, очевидно, больше подходил для зрелых мужчин в возрасте тридцати лет.

– Что делать? – Strawberry Entertainment подготовили три комплекта нарядов для Ли Чжао, но ни один из них не произвёл того эффекта, которого хотел стилист.

Эта одежда не могла полностью отобразить очарование Ли Чжао. Стилист критически покачал головой.

– Я хочу, чтобы ощущение костюма сводило людей с ума настолько, чтобы они желали снять с него одежду. Солнечный свет, чистота, воздержание, но очаровательно, – пробормотал стилист, глядя на лицо Ли Чжао. – Эта одежда только испортит это красивое лицо.

Ли Чжао выглядел оцепеневшим, когда позволил им дотронуться до него со всех сторон. Теперь он, не колеблясь, сказал бы "да", если бы его заставили одеться в простыни на красной ковровой дорожке.

– Извините, извините, что снова беспокою вас, – управляющий постучал в дверь, и за ней последовали две горничные, толкающие вешалку с одеждой. – Мистер Ли, босс недавно заказал кое-какую одежду, но персонал ошибся размером. Хотите посмотреть, есть ли что-нибудь подходящее для Вас?

Вешалка была полна мужской одежды всех цветов.

Стилист случайно взял один.

– Дизайн этого наряда очень похож на стиль главного дизайнера the Red House.

Дизайнеры такого уровня не должны допускать незначительных ошибок в размере.

– Этот набор похож на дизайн the Orange House... – руки стилиста дрожали. Это были не товары для продажи, а скорее одежда, изготовленная по индивидуальному заказу. Было ли совпадением, что так много дизайнеров ошиблись с размером?

______________________

1. 柠檬精 (níngméngjīng) – дословный перевод – лимонная эссенция – это метафоричное описание зависти и ревности. Обычно ревность ассоциируют с уксусом, но, как принято у нас говорить, хрен редьки не слаще. Так что лимон тоже ассоциируют с ревностью.

Более того, он выбрал один костюм для Ли Чжао, чтобы переодеться, и размер был в самый раз.

– Это правильный вариант, – стилист выбрала элегантный чёрный наряд. Это была белая рубашка в паре с чёрным костюмом. Это был вневременной контраст цветов. Этот костюм действительно очень подходил Ли Чжао, но украшения, которые он принёс с собой, не заслуживали этого костюма.

Управляющий видел, как они выбирали одежду, и открыл запертый шкаф.

– Здесь есть некоторые аксессуары. Я не знаю, нужно ли вам что-нибудь.

Все смотрели и могли видеть хорошо подобранные часы, запонки, броши, зажимы для воротника, булавки для воротника…

– Я не могу смотреть дальше, – Да Кэ прикрыл глаза и повернул голову, опираясь на своих коллег и задыхаясь. – Если я посмотрю ещё раз, боюсь, я совершу ограбление.

– Дядя управляющий, – умирающий Ли Чжао восстановил свой дух при свете золота и драгоценных камней. – Все это было куплено Тин Тином?

– Это личные вещи босса, и мистер Ли может пользоваться ими с уверенностью, – управляющий изящно поклонился. – Пожалуйста, не волнуйтесь.

Свет алмазов был несколько ярким. Ли Чжао моргнул и глубоко вздохнул.

– Я понимаю.

Стилист надел перчатки и осторожно достал бриллиантовую булавку для шейного платка, чтобы надеть Ли Чжао. Он произнёс имя крупного дизайнера, как будто поклонялся чему-то священному.

Как только Ли Чжао подобрали аксессуары, голос стилиста задрожал.

– Чжао Чжао, ты должен защитить эти вещи сегодня вечером и не потерять их.

Брошь на груди Ли Чжао была одним из любимых украшений одного знатного человека за границей сто лет назад. Как только дворянин обанкротился, его коллекция была продана с аукциона. В прошлом веке эта брошь была сфотографирована местным бизнесменом и исчезла. Он не ожидал, что такой предмет появится здесь.

Это была не та вещь, которую можно было купить за деньги. Если бы эти вещи были потеряны, они не смогли бы позволить себе выплатить их стоимость, даже если бы продали всю свою команду.

– Это всего лишь несколько кусочков камней, сложенных вместе, – управляющий улыбнулся. – Босс сказал, что он счастлив, пока мистер Ли веселится на ежегодном собрании.

Какие чёртовы камни? Стилист сходил с ума. Было ли это всего лишь вопросом нескольких камней? Было ли это? Теперь нувориши были такими смелыми?

После общего оформления все остались довольны. Команда сделала фотографии в коридоре виллы и сделала несколько фотографий в полный рост, чтобы использовать их в качестве рекламы студии.

Прежде чем отправиться в путь, Ли Чжао попросил команду подождать его в гостиной. Затем он постучал в дверь Янь Тина.

– Тин Тин, – он толкнул дверь и обнаружил Янь Тина, сидящего на балконе с книгой на коленях, которая не была открыта. Он повернул голову и посмотрел на Ли Чжао, молча в течение нескольких секунд.

– Да.

– Я хорошо выгляжу? – Ли Чжао подошёл к нему и коснулся чайной чашки, стоящей на столе рядом с Янь Тином. Чай был холодным, и листья на балконе слегка дрожали на холодном ветру.

Он повернулся, чтобы поднять пальто и накинул его на Янь Тина.

– Я постараюсь вернуться пораньше вечером. Не забудь попросить на кухне оставить мне поесть.

Ему определённо не хватило бы еды на такой ежегодной встрече.

– Хорошо, – Янь Тин посмотрел на новую причёску ребёнка и кивнул. – Это очень мило.

– Они трогали меня весь день. Если я не буду хорошо выглядеть, мне будет жаль моих поклонников, – Ли Чжао поставил чашку немного дальше. – Не пей это. Чай уже совсем остыл.

– Чжао Чжао, приготовься идти, – снизу донёсся голос Чжан Сяо Юаня.

– Я выйду первым, – Ли Чжао сделал два шага. Видя, что Янь Тин всё ещё смотрит на него со стула, он не мог удержаться, чтобы не отойти назад и не протянуть руку, чтобы погладить этого человека по волосам. – Приятель, ты такой милый!

Ли Чжао видел, как он сам испортил красивые волосы Янь Тина, и его мучила совесть. Он начал бежать.

Шаги становились всё дальше и дальше. Янь Тин скинул пальто, накинутое на его тело, встал и подошёл к перилам балкона. Он наблюдал, как Ли Чжао и его команда направлялись в гараж. Машина медленно выехала из ворот, и свет в глазах Янь Тина постепенно потемнел.

– Господин, – управляющий стоял у двери и не вошёл внутрь. – Перед тем, как мистер Ли ушёл, он сказал мне напомнить Вам выпить суп на кухне.

Оконный экран дрожал на холодном ветру. Через наполовину прикрытое окно управляющий не мог ясно видеть фигуру Янь Тина.

– Я знаю, – он посмотрел на пальто. – Подними это.

* * *

Сессия на красной ковровой дорожке ежегодного собрания всегда пользовалась популярностью у фанатов. Cang Huan также понимал психологию фанатов, и каждый год они транслировали красную дорожку в прямом эфире на своём видео-сайте.

В связи с развитием информационного века у Cang Huan было много отраслей, связанных с развлекательной информацией. Например, у Cang Huan были доли в известной платформе онлайн-вещания, такой как Green Pepper Video.

Красная дорожка ещё не началась. Пользователи Сети сидели в комнате для прямых трансляций, а на основных форумах открывались прямые трансляции, ожидая появления артистов.

С наступлением ночи средства массовой информации уже заняли нужные места на красной ковровой дорожке. Вначале это были боссы крупных компаний, и не было никакого интереса. В гостиной было не так много фанатов, оставлявших сообщения. В лучшем случае, некоторые люди выходили, чтобы посплетничать о том, у какого босса был роман с какими артистами. В остальном было очень холодно.

Как только первая артистка появилась в платье с рыбьим хвостом, экран начал кипеть!

Основные маркетинговые аккаунты были эффективными. Они начали выяснять, от каких брендов одежда и украшения, которые носили артисты. Фанаты были заняты сравнением и восхвалением своих собственных артистов. Они также заходили на Weibo и форумы, чтобы прокомментировать и похвалить своих артистов.

Когда Ли Чжао появился на красной дорожке, экран был холодным в течение нескольких секунд, после чего появилось большое количество восклицательных знаков и "ааааааа".

– Аааа, кто этот младший брат? Я хочу знать всю его информацию за три секунды!

– Я могу! Это лицо, эти ноги, эта талия, я могу!

– Так много больших людей, как этот восемнадцатый уровень Ли Чжао смешался с ними?

– Булавка на воротнике его рубашки выглядит хорошо. Я хочу купить такого же парня.

– Я единственный, кто думает, что Cang Huan будет низким в этом году? Даже Ли Чжао, артист восемнадцатого уровня, также может получить пригласительное письмо.

______________________

Автору есть что сказать:

Малыш Тин Тин:

– У меня здесь есть несколько красивых камней. Я отдам их тебе…

Чжао Чжао:

– Я собираюсь поиграть. Ты должен есть дома.

Глава 40. Банкет

– Да, это так. Ты самое особенное облако в небе, самое странное существо на земле.

– Ли Чжао – представитель часов Cangshi при Cang Huan. Для него естественно получить пригласительное письмо от Cang Huan. Ваш артист не может получить письмо-приглашение. Просто ешьте лимоны молча в углу. Что вы хотите сделать с моим ребёнком?

– Я обычный прохожий. Хотя я чувствую, что текущей должности Ли Чжао недостаточно, он является официальным представителем часов Cangshi и появляться здесь для него нормально. Вчера вечером не было ли маркетингового аккаунта, который опубликовал список участников ежегодного собрания. Ли Чжао был среди приглашённых гостей. Сетевой друг, ты узнал об этом только сейчас?

– Не прохожий!

Появление Ли Чжао вызвало новый виток накала страстей на сцене. Несколько фанатов Ли, держащих световые доски Ли Чжао, втиснулись в кучу фанатов, почти столкнувшись с досками других фанатов.

– Чжао Чжао, давай!

Ли Чжао услышал, как кто-то позвал его по имени. Он остановился, чтобы посмотреть, и увидел нескольких девушек, отчаянно машущих ему. Он поднял руку и помахал им, широко улыбаясь.

– Ах, Чжао Чжао увидел нас!

– Чжао Чжао выглядит хорошо, улыбаясь! Я собираюсь влюбиться. Я влюблена!

Девочки радостно подпрыгивали. Несмотря на это, они не забыли вытащить свои телефоны, чтобы снять видео в прямом эфире и отправить его другим своим товарищам в группе фанатов. Ли Чжао не мог оставаться на красной дорожке слишком долго. Он продолжал идти вперёд. Иногда СМИ просили его остановиться, чтобы сфотографироваться. Он улыбнулся и согласился, прежде чем идти быстрее.

Этот костюм выглядел хорошо, но он не был тёплым. Как только подул ветер, холод пробрал его до костей.

– Чжао Чжао, пожалуйста, останься, – ведущий подождал, пока Ли Чжао поставит свою подпись на доске объявлений, прежде чем попросить его остаться для краткого интервью.

– Хорошо, – как квалифицированный актёр, даже если ему хотелось дрожать от холода, он мог твердо контролировать свой порыв.

– Чжао Чжао, ты впервые присутствуешь на нашем ежегодном собрании. Что ты думаешь?

– Организаторы полны энтузиазма. Красная дорожка длинная, а ветер холодный, – Ли Чжао взял микрофон и искренне заговорил. – Перед тем, как приехать сюда, мой агент не позволил мне надеть грелки для тела. Теперь я жалею, что слушал его.

Ведущий не ожидал, что Ли Чжао будет таким прямолинейным и усмехнулся.

– Отопления в комнате достаточно. Я желаю тебе хорошо провести время сегодня вечером.

– Спасибо, – Ли Чжао вернул микрофон ведущему, и камера в прямом эфире показала крупным планом часы на его запястье.

* * *

Чжан Сяо Юань сидел дома и смотрел прямую трансляцию, дрожа от страха.

Как только это закончится, фанаты Ли снова будут ругать его. На самом деле, фанаты Ли опоздали, ругая Чжан Сяо Юаня на этот раз, они были заняты тем, что облизывали экран, делали скриншоты фотографий, а также говорили "ааааааа".

Ли Чжао никогда раньше не выходил на красную дорожку. Таким образом, фанаты Ли не видели Ли Чжао на красной ковровой дорожке. После просмотра прямой трансляции некоторые самопровозглашённые фанаты-мамочки молча превратились в фанаток-девушек.

– Уууу, я не компетентная поклонница-мамочка. В тот момент, когда я увидел, как ребёнок выходит из машины, мне захотелось расстегнуть воротник его рубашки, чтобы посмотреть, как выглядит его ключица.

– Мысли наверху слишком опасны. Я советую тебе держаться подальше от моего ребёнка.

– Ребёнок моей семьи может быть сладким и солёным, что является настоящим сокровищем. Просто подожди, твоя мама будет долго копить деньги и купит часы Cangshi.

– Часы на запястье нашего ребёнка из серии Cangshi? Почему я могу найти похожие товары на официальном сайте?

Фанаты внезапно занервничали, когда увидели это. Команда их ребёнка, конечно же, не совершила такой мелкой ошибки? Это была ежегодная встреча Cang Huan. Их ребёнок был представителем часов фирмы. Если бы он носил часы другой марки, то это, несомненно, было пощёчиной Cang Huan.

– Не нервничай. Strawberry Entertainment предоставила зрелую команду с опытом работы для ребёнка. Они точно не допустят ошибки. Нам просто нужно дождаться официальных новостей.

В круге были артисты, которые совершали такие ошибки. В конце концов, бренд не только разорвал контракт с ними, но и попросил их заплатить за нарушение контракта. С тех пор артисты были чрезвычайно внимательны к тому, что они надевали в важных случаях.

Вскоре официальный сайт Weibo дал фанатам Ли таблетку, останавливающую сердце.

Cangshi Watch V: Господин Ли Чжао носит любимую работу нашего первого дизайнера – Звёздный Океан. Это означает, что, хотя в галактике бесчисленное множество сияющих звёзд, только ты самая ослепительная. Мы надеемся, что звёздный путь мистера Ли будет ярким, и звёзды будут сопровождать его на всём пути.

– Ли Чжао слишком удивительный! Я не фанат Ли, но я искренне восхищаюсь им. Возможно, вы не знаете положения часов Звёздный Океан в серии часов Cangshi, но любой, кто любит коллекционировать часы, знает это. Основатель бренда Cangshi является предком президента Cang Huan. Говорят, что она влюбилась в очень прекрасного молодого человека, когда была молода. Позже, чтобы спасти её, молодой человек расстался с жизнью. В память о своём потерянном возлюбленном госпожа Сюй создала часы Звёздный Океан и больше так и не вышла замуж.

– Таким образом, вы можете не понять. Позвольте мне выразить это по-другому. Звёздный Океан – это уникальные часы. Они годами лежали в сейфе штаб-квартиры Cangshi. Теперь эти часы, выпущенные ограниченным тиражом, на запястье Ли Чжао. Глядя на всех представителей часов Cangshi, кто может победить Ли Чжао?

У публики, поедающей дыни, были открытые рты. Ли Чжао был восьмиуровневым новичком. Почему он был так хорош?

– Фанаты Ли пишут роман? Осмеливаетесь хвастаться подобными вещами? Вы пытаетесь выслужиться перед своим артистом?

– Вместо того, чтобы восхвалять величие этих часов, подумайте о том, что носит ваш артист. Другие артисты уже давно претендуют на бренд, только ваш артист полон загадок. Ни один модный блогер не может понять, в какие вещи он одет.

– Артист восемнадцатого уровня без сил и без работы, весь смысл существования даётся Cangshi. Какую одежду большого бренда он может приобрести? Артист восемнадцатого уровня может носить только бренды восемнадцатого уровня.

– Человек наверху – это слишком. Как человек восемнадцатого уровня может носить какой-то бренд? Разве он не носит имитацию одежды?

Эти люди, издевающиеся над Ли Чжао, были поклонниками бывших представителей Cangshi, они не могли выносить, когда другие люди хвалили Ли Чжао, и воспользовались этой возможностью, чтобы высмеять Ли Чжао.

Их артист уже давно интересовался внутренней информацией. Ли Чжао был добавлен в список приглашённых лишь в последний момент, и Strawberry Entertainment не могла заимствовать ни у каких громких имён. Таким образом, фанаты обоснованно предположили, что одежда Ли Чжао была поддельной продукцией или брендами незначительного уровня.

Среди фанатов была цепочка презрения. Для больших фанатов было нормально смотреть свысока на новых фанатов. Если бы новые фанаты осмелились опровергнуть, они были бы покрыты различными шляпами. Итак, многие новые фанаты научились быть стойкими и смотреть жизни в лицо с улыбкой.

* * *

Ли Чжао вошёл в зал, где были накрыты столы. Сотрудник подвёл его к среднему круглому столу. Подойдя, сотрудник посмотрел на стол, и выражение его лица стало немного неестественным.

– Мистер Ли, пожалуйста, подождите минутку, – член обслуживающего персонала огляделся и увидел карточку с именем Ли Чжао на столе в углу.

– Разве это не Сяо Ли? – мужчина-конферансье за средним столом повернулся к Ли Чжао и улыбнулся. – Я хочу немного посидеть здесь и поболтать со своими друзьями. Ты не против пересесть?

Ли Чжао посмотрел на гостей за этим столом. Там были международные суперзвезды, известные режиссёры и несколько мужчин и женщин среднего и пожилого возраста, чьи личности были неизвестны. Член обслуживающего персонала нахмурился, но перед многими гостями он ничего не сказал.

– Да, хорошо пообщайтесь с моими старшими, – Ли Чжао не колеблясь, повернулся к угловому столу.

– Мистер Ли, я прокомментирую вовлечённую сторону и помогу вам отрегулировать спинку сиденья, – сотрудник поклонился и прошептал извинения Ли Чжао. – Это наша рабочая ошибка. Пожалуйста, простите меня.

– Это не имеет значения, мне и здесь хорошо, – Ли Чжао улыбнулся. – Не превращайте это событие во что-то значительное.

Сотрудник заметил, что Ли Чжао не был обеспокоен, и смог уйти с лёгкостью. Оказавшись за кулисами, он доложил об этом своему начальству.

Вскоре имя артиста-мужчины было передано в отдел по связям с общественностью. Отдел по связям с общественностью был занят и изначально не мог позаботиться о смене места. Однако они увидели, что человек, который был изменён, был артистом, которого ценил специальный помощник Цинь, и вздохнули.

– Этот артист действительно приехал, чтобы сделать большое дело в день Нового года.

– Этот артист не понимает. Позже не рассматривайте его для предложения сотрудничества, – заместитель менеджера отдела по связям с общественностью сделал несколько глотков кофе. – Кстати, отправьте сообщение компании, чтобы они знали, кто виноват.

Из стольких артистов этот человек выбрал Ли Чжао, чтобы сменить место. Он думал, что хурму легко собирать? Он был счастлив, схватив сладкий плод, и не думал о том, сколько проблем он доставил их отделу по связям с общественностью.

Вице-президент головного офиса выступил от имени Cang Huan, а также высшего руководства различных департаментов. Ли Чжао не видел таинственного большого босса. Он сидел за одним столом с представителями других компаний. Эти люди не знали Ли Чжао и шептались о внутренних сплетнях.

– Он не появился в этом году.

– В прошлом году он тоже не участвовал. Я слышал, что сторонники семьи Сюй изо всех сил пытаются найти что-то против него.

– Как это может быть так легко сделать? Плохие долги семьи Сюй были непосредственно очищены его рукой.

– Он действительно хорошо выстрелил. Пять или шесть человек были отправлены им в тюрьму, а остальные напуганы до смерти.

– Если бы я видел, как эти люди заставляли мою мать...

– Тсс, прекрати это! – кто-то заметил, что незнакомец, Ли Чжао, был за их столом и прервал их разговор. – Какой смысл говорить об этих гнилостных вещах во время еды и питья?

– Правильно, правильно, – мужчины средних лет, которые стали разговорчивыми после выпитого вина, пришли в себя и сменили тему.

Ли Чжао склонил голову, чтобы поесть, делая вид, что не слышит сплетен.

– Младший брат, из какой ты компании? – мужчина средних лет, сидящий рядом с Ли Чжао, поднял свой бокал. – Пойдём, это судьба, что мы можем сидеть в одно и то же время. Давай выпьем.

– Спасибо, – Ли Чжао чокнулся бокалами с собеседником и выпил шампанское. – Я представитель продуктов Cang Huan.

– О... – мужчина средних лет повысил тон. – Ты артист.

Услышав, что Ли Чжао был артистом, отношение остальных за столом стало небрежным. Босс даже предложил Ли Чжао встретиться с ним "наедине", чтобы поговорить о сотрудничестве.

– Извините, артисты не могут говорить о сотрудничестве, – Ли Чжао невинно улыбнулся. – Если Ваша компания намерена сотрудничать, пожалуйста, свяжитесь с моим агентом.

– Молодые люди действительно не понимают. Босс Ли позаботится о твоём бизнесе. Ты можешь сначала поговорить с ним, а затем позволить своему агенту составить контракт...

– Мистер Ли, – появление Цинь Сяо прервало разговор за столом. Как только они увидели этого человека, люди за столом внезапно изменили свои выражения.

– Боссы, пожалуйста, хорошо питайтесь, – Цинь Сяо поправил очки на носу. Не дожидаясь, пока они откроют рты, он прямо сказал: – Это ребёнок моего друга. Он впервые пришёл на ежегодное собрание и занял не то место. Если вы не возражаете, я отведу его к своему столу.

Возражают? Подобного не существовало! В частности, босс Ли, который только что намекнул, что Ли Чжао должен поговорить с ним "наедине" о сотрудничестве, был напуган до смерти. Это не изменилось, даже когда Цинь Сяо и Ли Чжао ушли далеко. Весь стол только что смеялся. В этот момент никто не осмеливался открыть рот.

– Все эти люди – партнёры Cang Huan. Если они говорят глупости перед Вами, тогда не показывайте им лица, – Цинь Сяо усадил Ли Чжао за стол для внутреннего управления Cang Huan. – Это все мои коллеги.

Высшее руководство увидело, как Цинь Сяо привёл хорошо одетого молодого человека, и подумало, что он привёл артиста, чтобы произнести тост. Они не ожидали, что тот сядет.

– Все, это ребёнок моего друга. Недавно он подписал соглашение о сотрудничестве с Cangshi. Как только вы встретите его, не забудьте позаботиться о нём, – Цинь Сяо попросил официанта принести новую посуду для Ли Чжао. – Подойди, Чжао Чжао, поздоровайся с дядями.

– Приветствую, дяди, – Ли Чжао поприветствовал их, хотя он подумал, что один из дядей немного похож на вице-президента Cang Huan, который только что говорил на сцене.

– Приветствует, – высокопоставленные люди демонстрировали любящие улыбки, но им было любопытно узнать личность этого ребёнка, которого специальный помощник Цинь лично привёл для представления.

Под присмотром этих добрых дядюшек Ли Чжао спокойно съел две порции еды. После того, как он закончил есть, эти люди похвалили его.

– Сяо Ли действительно хорош. Ты можешь съесть две полных тарелки.

Нет, на нормальном уровне он мог съесть пять полных тарелок.

Если бы не особый случай, Ли Чжао подозревал, что эти люди устроили бы ему овацию стоя. Это было просто потому, что он съел две миски риса. Были ли люди из крупных компаний такими доступными?

* * *

В то время как высокопоставленные чиновники Cang Huan смотрели на Ли Чжао самыми добрыми и нежными глазами, в Интернете кипели споры по поводу одежды Ли Чжао. Это было из-за поста модного блогера.

Модный блогер: Чем больше я смотрю на это, тем больше я чувствую, что брошь на теле Ли Чжао похожа на Око Ангела, которое любил аристократ в прошлом веке. Если это настоящий продукт, то Ли Чжао носит на своём теле нечто, достойное нескольких комплектов дорогостоящей одежды.

– Фанаты Ли, пожалуйста, не хвастайтесь. В своё время вы сказали, что Звёздный Океан – это часы с самым высоким статусом в Cangshi. Теперь вы говорите, что брошь стоит несколько люксовых костюмов. Почему бы вам не похвастаться, что всё его тело полно больших брендов. Каждая кнопка стоит одного комплекта?

– Не так давно один артист сказал перед СМИ, что он беден. Через несколько месяцев он занят тем, что рекламирует себя как отличного сына. Неужели у Интернета действительно нет памяти?

– Изначально я был прохожим фанатом Ли Чжао, но мне так стыдно, что я заболел раком, увидев, как его команда раздувает шумиху.

– Команда такая потрясающая. Почему бренд до сих пор не заявил права на одежду?

– Хахаха, хотя я беден и ношу имитацию одежды, я могу носить брошь стоимостью в несколько люксов?

– Команда Ли Чжао обманывает пользователей Сети?

Эксперт по ювелирным изделиям Ван: Все хотят высмеять менталитет маленького артиста. Я понимаю, но сейчас я думаю так же, как модный блогер. Брошь на теле Ли Чжао действительно похожа на Око Ангела. Я нашёл фотографию Ока Ангела и сравнил её с брошью на теле Ли Чжао. Я обнаружил, что их сходство составляет почти 100%. Сколько люксов это стоит?

Эксперт по ювелирным изделиям Ван был известным экспертом по ювелирным изделиям в Интернете. Его слова имели определённое доверие, но именно из-за этого доверия его пост вызвал больший ажиотаж.

_________________________

Автору есть что сказать:

Помощник Цинь:

– Это ребёнок друга, вы все понимаете?

Все:

– Хлоп-хлоп. Этот ребёнок замечательный. Не имеет значения, где он хорош. Правильно хвалить его.

Глава 41. Частное обеспечение

– Команда Ли Чжао очень способная. Даже эксперт по ювелирным изделиям Ван помогает ему говорить. Самая базовая профессиональная этика ювелирного эксперта Вана была утрачена. Какой эксперт по ювелирным изделиям осмелился бы идентифицировать драгоценности как настоящие или фальшивые с помощью нескольких фотографий?

– Я просто хотел сказать это. Разве идентификация ювелирных изделий не основана на том, чтобы увидеть настоящую вещь?

– Чем больше дынь я ем, тем интереснее становится. Всё продолжает меняться и меняться. Это похоже на погоню за сериалом, сжигающим мозг. Вы продолжайте ссориться. Вам не нужно беспокоиться о таких едоках дыни, как я. Рвите и продолжайте рвать друг друга на части.

– Студия разослала рекламные фотографии. Сёстры, я хочу видеть, что независимо от того, настоящие это украшения или поддельные, я могу сделать это лицо.

– Украшения поддельные, но это лицо не поддельное.

– Кто-то в моей семье делает пластические операции. Я спросила, и это лицо абсолютно реально.

– Мальчики и девочки, рождённые красивыми, – это сокровище! Я немного понимаю, почему Ли Чжао является представителем. Он действительно сияющая звезда.

– Вы, поверхностные женщины, умеете только смотреть в лицо. Однако это лицо действительно красивое, действительно ароматное!

Рекламные фотографии, выпущенные студией Ли Чжао, были сделаны в коридорах дома Янь Тина. Фон, вероятно, был хорошо выбран. Ли Чжао на фотографии выглядел как благородный сын, который прошёл сквозь время и появился перед людьми через экран. Это были красивые глаза, как будто в них были самые красивые эмоции в мире.

– Какой наряд или брошь? Чушь. Эта старая леди просто хочет этого человека.

– Разве это не часы? Если это можно купить, я куплю это. Могу ли я отдать их представителю после покупки?

– Только что я отправила маме фотографию Ли Чжао, сказав, что он мой парень. Затем позвонила моя мама и десять минут ругала меня на том основании, что я принуждаю хорошего мальчика.

– Наверху, это определённо твои биологические родители. Хахахаха.

* * *

Водные войска, организованные конкурирующими компаниями, были ошеломлены. Они хотели заставить пользователей Сети думать, что Ли Чжао был нечестным и тщеславным. Как получилось, что после того, как студия Ли Чжао выпустила несколько фотографий, эти девушки просто облизывали его лицо?

Разве они не могут быть серьёзными, когда дерутся? Они знали только, как смотреть на лицо? Могут ли они съесть хорошее лицо?

Глава водной армии увеличил фотографии, выпущенные студией. Он посмотрел на них несколько раз, прежде чем взволнованно захлопать.

– Братья, наш недавний бизнес снова пойдёт вверх.

– Почему? – коллега, склонивший голову, чтобы съесть лапшу быстрого приготовления, поднял глаза и спросил.

– Один взгляд на этого нового человека показывает, что он популярен. Пока он популярен, это кроваво, – глава водной армии улыбнулся. – Там, где есть Цзянху (1), есть споры. Там, где возникают споры, мы нужны.

Армия воды не боялась новичков на сцене. Они боялись, что круг не будет оживлённым.

* * *

Профессор Чэнь был преподавателем в Школе каллиграфии и живописи. Его самым большим хобби было рисовать и ценить картины. Вечером он пил чай дома, когда был потрясён, услышав крик своей дочери. Он подумал, что с его дочерью что-то не так, и с беспокойством пошёл в комнату дочери. Профессор Чэнь обнаружил, что она сидит перед компьютером и смеётся над фотографией молодого человека.

– Такой большой человек, как это похоже... – профессор Чэнь подошёл к своей дочери. Он внезапно схватил мышь в руке своей дочери и увеличил фотографию.

Картина, висящая на стене на этой фотографии, казалась подлинной? Поскольку фон и темперамент Ли Чжао очень хорошо сочетались, фон не был размытым. Чем больше он смотрел, тем больше профессор Чэнь чувствовал, что картина настоящая. Однако он не мог этого гарантировать, пока не увидел настоящую вещь.

– Ты можешь связаться с этим мальчиком? Я бы хотел увидеть картину в его доме, – профессор Чэнь был очень взволнован. – Это нормально, даже если мне придётся давать деньги.

Дочь профессора Чэня ошеломлённо уставилась на отца.

Она знала, что её отец был без ума от картин, но она никогда не думала, что погоня за звездой позволит её отцу открыть новый мир.

– Папа, этот человек – большая звезда. Как я могу связаться с ним? Не говоря уже о том, что место, где сделана фотография, не обязательно является его домом, – дочь профессора Чэня поспешила появиться перед своим взволнованным старым отцом. – Сейчас так много имитационных картин. Как ты можешь полагаться на фотографию, чтобы думать об истинности полотна?

Узнав, что этот молодой человек был большой звездой и не обязательно владельцем картины, профессор Чэнь почувствовал себя очень потерянным. Он повернул голову, чтобы научить свою дочь:

– Не смотри на него только потому, что он красивый. Самое главное – это характер. Ты понимаешь?

– Да, я понимаю, – дочь профессора Чэня вытолкала своего отца за дверь и открыла фанатскую группу для общения.

– Только что вошёл мой папа и сказал, что картина, висящая на стене на фоне фотографии нашего ребёнка, настоящая, и спросил, могу ли я с ним связаться. Если бы я могла связаться с ним, мне не пришлось бы лизать экран.

– Что происходит сегодня? Некоторые люди говорили, что брошь ребёнка очень настоящая, а теперь кто-то говорит, что фоновая стена ребёнка очень хороша.

– Это невозможно. Сам ребёнок сказал, что он бедный.

– Я подозреваю, что те, кто разжигает спекуляции о ценности броши, делают это намеренно, чтобы уменьшить благосклонность прохожих к Чжао Чжао.

– Так кто же идёт против нашего ребёнка?

У группы фанатов была минута молчания. Это было потому, что они не знали, кем была семья Ли Чжао. Сначала у них были разногласия с фанатами Сун Юя. Затем, после стольких проблем, фанаты Сун Юя и фанаты Ли почти заключили союз, и не было никаких контактов с другими фанатскими группами и конфликтов с ресурсами. Это было потому, что Чжао Чжао получил ресурсы поддержки, которые другие студенты просто не могли получить.

– Сегодня вечером те, кто прыгает вверх и вниз сильнее всех, желая очернить других, – это фанаты Лу Жэнь И.

– Лу Жэнь И – супер первоклассный артист. Нужно ли его фанатам усложнять нам жизнь?

Они говорили прямо. Кто-то со статусом Лу Жэнь И должен игнорировать фанатов Ли, которые будут добиваться благосклонности своего собственного Чжао Чжао. Занимались ли фанаты Лу Жэнь И благотворительностью?

_______________________

1. 江湖 (jiānghú) – литературный перевод – реки и озёра – это может быть как банальное описание лона природы или сельской глуши, так и метафоричное название странников и бродяг, но чаще всего в иносказательном контексте имеется в виду уголовная среда, проще говоря, бандиты с большой дороги.

– Вы все забыли, что Лу Жэнь И был представителем дозора Cangshi? Его фанаты всегда думали, что Cangshi продлит контракт с Лу Жэнь И. В результате Cangshi подписал контракт на рекламное представительство с Чжао Чжао из нашей семьи.

Фанаты Ли наконец-то поняли, почему эти фанаты так сильно прыгали сегодня вечером. Поклонники Лу Жэнь И были известны своей боевой мощью во всём круге. Поклонники многих артистов избегали их, чтобы избежать давления со стороны другой стороны. Фанаты Ли не могли конкурировать с их численностью и, естественно, не хотели ссориться с такой группой. Шумный человек потеряет расположение прохожих и потеряет своё лицо. Это было не рентабельно.

* * *

В этот момент компании Лу Жэнь И действительно было нелегко.

Это был канун Нового года, и все с нетерпением ждали конца года в красных конвертах. Затем им внезапно позвонил менеджер Cang Huan, который сказал, что, поскольку артисты их компании вели себя невежливо на публике, с этого момента всё сотрудничество с их компанией будет приостановлено.

Затем они получили новость о том, что Cang Huan отозвал свои инвестиции во все фильмы и телевизионные шоу, связанные с компанией. Даже предстоящие контракты на рекламное представительство были отменены.

– Кто был груб в нашей компании? – глава компании выпивал на улице с друзьями. Он услышал новости и поспешно включил свой телефон, чтобы посмотреть горячие запросы в Интернете.

Больше всего высмеивали артиста по имени Ли Чжао. Он не был с их компанией? Последние два дня он искал новости о своих собственных артистах, и всё было нормально. Лу Жэнь И в настоящее время присутствовал на ежегодной встрече Cang Huan, и фанаты хвастались, что он хорошо выглядит.

Всё было хорошо. Кто был груб?

Босс поспешил вернуться в компанию, в которой уже давно царил беспорядок. Strawberry Entertainment была большой компанией. Когда артист попытался создать шумиху с боссом Cang Huan, президенту Суню пришлось лично извиниться. Их компания была не такой большой, как Strawberry Entertainment, и Cang Huan прекратила с ними всякое сотрудничество. Кто ещё осмелился бы иметь с ними дело?

Он с тревогой позвонил пиар-менеджеру Cang Huan и смиренно извинился. Неважно, что было не так, просто признай это первым.

– Артист вашей компании не был удовлетворён местом, которое компания организовала для него. Он проявил презрение и отверг наше гостеприимство. Как мы можем говорить о сотрудничестве с вашей компанией? – пиар-менеджер улыбнулся. – Наша плохая компания маленькая и не может позволить себе большого Будду вашей компании.

Лицо босса изменилось, когда он услышал сигнал занятости на мобильном телефоне. Не доволен местом, устроенным Cang Huan?

Босс Cang Huan был крупным бизнесменом, но был очень дисциплинированным, когда дело касалось бизнеса. Многим компаниям нравилось сотрудничать с Cang Huan, потому что Cang Huan не играла с людьми через личные средства и уделяла большое внимание репутации.

Какой бизнесмен не хотел зарабатывать деньги безопасно и надёжно?

– Сколько человек в нашей компании посетили сегодня ежегодное собрание Cang Huan? – босс не был дураком, и слова другой стороны были ясны. Если бы он не понимал, что его артист нарушил правила Cang Huan, он не смог бы работать в индустрии развлечений.

– Только Лу Жэнь И, – руководство не посмело быть небрежным и немедленно ответило. – Его контракт на поддержку истекает через несколько дней, но он по-прежнему является представителем часов Cangshi в текущем сезоне. Мы выиграли для него место для участия в ежегодном собрании.

– Позвони ему прямо сейчас, – босс был бледнолицым.

Лу Жэнь И разговаривал с режиссёром за тем же столом о своей следующей драме, когда мобильный телефон, который он положил на стол, начал вибрировать. Артист думал о том, кто мог быть таким неразумным. Они знали, что он был на ежегодном собрании Cang Huan, и всё равно позвонили ему. Он посмотрел на свой телефон и увидел, что это был исполнительный директор компании.

Он извиняющимся тоном обратился к своему соседу по столу, взял телефон и пошёл в уборную, чтобы принять вызов.

– Что? – Лу Жэнь И услышал новости от компании и был напуган. – Это невозможно. Я был очень вежлив с Cang Huan, даже с официантами. Как я мог их обидеть? Недовольство моим местом? – Выражение лица Лу Жэнь И изменилось. Он вдруг вспомнил. Режиссёры и актёры за этим столом были знакомыми, плюс было два известных инвестора. Таким образом, он изменил положение своих и Ли Чжао именных карточек.

Ли Чжао был новым человеком, который только что стал знаменитым. Даже если бы его место поменяли, он определённо не посмел бы ничего сказать. Факты доказали, что Ли Чжао не посмел ничего предпринять, узнав, что его место поменяли. Лу Жэнь И никогда не думал, что такой маленький вопрос приведет к таким большим неприятностям.

– Чьё место ты поменял? – голос на другом конце провода был явно взбешен.

– Д-да п-просто маленький артист.

– Как маленький артист может пойти на ежегодную встречу Cang Huan?

– Он маленький артист. Прошло совсем немного времени с тех пор, как Strawberry Entertainment подписали контракт с Ли Чжао.

– Мне всё равно, новый он или большой. Поскольку Cang Huan недовольна твоим поведением при пересаживании, иди и извинись, иначе неудача постигнет всю нашу компанию.

– Но...

– Знаешь ли ты, что Cang Huan напрямую прекратила сотрудничество со всей нашей компанией, и даже инвестиционный план был отменён.

Лу Жэнь И повесил трубку и вернулся в банкетный зал, пытаясь найти место, где сидел Ли Чжао. Он спешил и, наконец, увидел фигуру Ли Чжао за другим столом. Затем, как только он увидел людей, сидящих с Ли Чжао, всё его тело стало плохим. Все эти люди были высокопоставленными людьми в штаб-квартире Cang Huan.

В этот момент Лу Жэнь И знал, что значит сожалеть. Он был так опечален, что хотел плакать, но слёзы не текли. Если у него были отношения с высшим руководством Cang Huan, он должен был так и сказать. Если он вскочил и ударил Лу Жэнь И по лицу, когда пересаживался, как он мог быть обижен?

Он подумал о том, что главные герои некоторых романов любят играть в свиней, когда на самом деле они тигры. Он никогда не думал, что люди из развлекательного круга захотят играть в эту игру. Лу Жэнь И увидел, как это обычно безучастное начальство дружелюбно улыбается Ли Чжао и даже подаёт Ли Чжао суп, и почувствовал, что его ноги слабеют.

Почему он был таким способным? Он присутствовал на ежегодном собрании и умудрился оскорбить самого могущественного человека?

* * *

Купаясь в нежных глазах людей за столом, Ли Чжао выпил две миски супа, которые ему дали благодаря заботе "старейшин". Он воспользовался тем, что они вдвоём пошли произносить тосты, чтобы поспешно пойти в ванную.

Затем Ли Чжао увидел, что старейшины смотрят на него с выражением типа "Малыш потрясающий, он действительно может самостоятельно сходить в туалет". Он убежал в ванную и вздохнул с облегчением.

– Учитель Ли... – за ним вошёл мужчина с льстивой улыбкой на красивом лице.

– Учитель Лу, – Ли Чжао был поражён и сделал большой прыжок в сторону. – Вы можете называть меня Сяо Ли.

Лу Жэнь И подумал в своём сердце:

"Нет, я не смею!"

– У меня только что произошло короткое замыкание в мозгу, и я поменял Ваше место. Пожалуйста, не обращайте на это внимания и простите мою ошибку, – Лу Жэнь И увидел, что Ли Чжао не выказал ни малейшего недовольства, и подумал, что это мастер, который ничего не демонстрировал на своём лице.

– Учитель Лу слишком серьёзен. Не имеет значения, где сидеть, – Ли Чжао взял бумажные полотенца и вытер воду с рук. – Это мелочь, не стоит упоминания.

Лу Жэнь И посмотрел на Ли Чжао. Он думал, что этот молодой человек был действительно нечестным. Его рот сказал, что ему всё равно, но он не проявил милосердия. С сегодняшнего дня он больше не смел запугивать новичков. Кто знал, кто стоял за ними? Он не мог себе этого позволить, просто не мог себе этого позволить.

– Учитель Ли, Вы можете простить меня? – Лу Жэнь И действительно боялся. – В Интернете есть несколько невежественных фанатов, которые несут чушь. После того, как я вернусь, я буду сдерживать их и не позволю им клеветать на Вас.

– Что? Ваши фанаты клевещут на меня? – Ли Чжао уставился на него. Он был погружён в свою еду и не знал, что произошло в Интернете.

Лу Жэнь И ошеломлённо моргнул.

Изначально Ли Чжао не знал, что фанаты Лу ругали его в Интернете. Тогда почему он сделал этот ход? Будучи зрелым актёром в свои тридцать лет, Лу Жэнь И чуть не плакал.

* * *

Фанаты Лу не знали, что их артист оказался в затруднительном положении, и всё ещё были на официальных страницах крупных брендов в Weibo, высмеивая Ли Чжао за то, что он носит подделку.

Так же, как сами фанаты Ли были близки к тому, чтобы поверить, что Ли Чжао был одет в поддельную имитацию, главный дизайнер известного люксового бренда отправил сообщение, в котором говорилось, что наряд Ли Чжао был частным, индивидуальным продуктом и не продавался.

Насмешливые фанаты Лу: – Кто я, где я, что случилось?

Вскоре другие главные дизайнеры крупных брендов вышли и опубликовали, чтобы доказать, что украшения на теле Ли Чжао были их работой. Во всех этих сообщениях были общие слова: частный заказ.

– По индивидуальному заказу главных дизайнеров крупных брендов...

– Ли Чжао на самом деле сын босса Strawberry Entertainment. Нужно ли использовать такую большую руку для участия в ежегодном собрании?

– Поклонники Лу Жэнь И, продолжайте смеяться. У вашего артиста нет никаких ценных украшений, в то время как вы смеётесь над другими людьми за то, что они носят подделку?

– В ежегодной встрече Cang Huan участвуют другие артисты Strawberry Entertainment, которые имеют более высокий статус, чем Ли Чжао, и они не носят одежду, изготовленную по индивидуальному заказу. Клубничный конферансье сделал больше для нового человека, чем для отмеченных наградами артистов?

– Наверху, ты говоришь о Лю Фэнь? Она носит последнюю модель из семейства D, которая уже очень мощная. Strawberry Entertainment инвестировала в фильм для неё, который выйдет в первый день нового года. Они потратили много энергии, чтобы похвалить её. Её обращение не может быть хуже, чем с новым человеком.

– На самом деле, из трёх артистов Strawberry Entertainment, участвующих в ежегодной встрече, только Ли Чжао имеет одежду, пошитую на заказ. Кроме того, говорят, что брошь на его теле стоит несколько люксовых комплектов. Если это тоже правда, то сегодня ему будет очень жарко.

Фанаты двух других артистов Strawberry Entertainment увидели эти замечания и почувствовали некоторый дискомфорт. Они побежали на официальный сайт Strawberry Entertainment в Weibo, чтобы спросить, почему Strawberry Entertainment предоставила Ли Чжао одежду от крупных брендов на заказ.

Пока все шумели, Strawberry Entertainment наконец-то опубликовала положительный ответ.

Strawberry Entertainment V: Спасибо за ваше внимание и любовь к артистам компании. Я также хочу поблагодарить бренды D и A за спонсирование одежды для наших артистов. Я желаю вам счастливого Нового года.

Пользователи Сети отметили, что Strawberry Entertainment благодарит бренды одежды Лю Фэнь и другого артиста, но не упомянули бренды, которые носил Ли Чжао. Некоторые пользователи Сети прямо упомянули об этой проблеме в разделе комментариев.

Ответ Strawberry Entertainment был следующим:

Strawberry Entertainment V: Одежда Чжао Чжао была предоставлена его другом в частном порядке. Это не было подготовлено для него компанией.

– Какой друг такой потрясающий?!

– Только что я случайно ругал ювелирного эксперта Вана за его случайную идентификацию, но я не знаю почему, теперь я твёрдо верю, что брошь, которую носит Ли Чжао, настоящая.

– Сегодня я – лимонная эссенция.

– Я другой, я лимонное дерево.

– Мне любопытно, какой друг может быть таким щедрым?

– Я не знаю, видел ли кто-нибудь варьете, которое Ли Чжао вёл после того, как "Властная женщина-президент" стала хитом?

– Ты говоришь о том, что существует человек с такой же профессией, как у тебя?

– В то время команда властной женщины-президента рассказывала о своих богатых друзьях. Ли Чжао представил своего друга и сказал, что у его друга два дома и десятки магазинов в столице. Сёстры, он говорит о столице, где каждый клочок земли стоит так дорого.

– Верно, у меня тоже такое впечатление. Говорят, что его друг дал дом для Ли Чжао, чтобы он жил в нем.

– Вероятно, это тот таинственный друг.

– Это не самое главное. Важно то, что я хочу такого друга.

– Мой фокус очень странный. Я хотел бы знать, сколько люксов стоит всё тело Ли Чжао.

– Не думай об этом. Мы всё равно не можем себе этого позволить.

– Я не знаю, есть ли у этого местного тирана девушка. Я восхищаюсь его щедростью по отношению к друзьям.

– Какое совпадение. Я тоже это ценю.

Фанаты Лу увидели, что атмосфера на сайте меняется, и не могли перестать винить себя. Таким образом, они обернулись и сказали, что это фанаты Ли намеренно создают проблемы. Они также сказали, что эта проблема была вызвана вовсе не фанатами Лу, а другими чёрными фанатами, притворяющимися ими.

Фанаты Лу были непобедимы, когда нападали на другие фанатские круги. На этот раз они, наконец, упали, и другие фанатские группы были рады это видеть. Однако это был не худший момент для фанатов Лу. Хуже всего было то, что их артист внезапно отправил сообщение на Weibo, страстно и искренне восхваляя Ли Чжао. Количество слов было так велико, что это было похоже на небольшую оду.

Поклонники Лу оказались совершенно ошеломлены.

"Брат, что с тобой не так? Тебя похитили и обманули?"

_______________________

Автору есть что сказать:

Лу Жэнь И:

– Я был неправ. Даже моё имя – ошибка.

Глава 42. Подарки

Композиция Лу Жэнь И, наполненная похвалами, несомненно, вылила ледяную воду на головы фанатов Лу. Некоторые большие фанаты, которые знали внутренние секреты, были прямо ошеломлены. Ранее они слышали, что его рабочая команда выразила некоторое недовольство Ли Чжао. Как получилось, что тон Лу Лу изменился до окончания вечеринки?

Посмотрите на этот пост в Weibo, в котором снова и снова восхвалялся Ли Чжао. Это было так лестно, что это было почти облизывание сапог. Нет, это должно быть их иллюзия. Их Лу Лу был супер-идолом силы первого уровня, который был популярным артистом. Для него было невозможно похвастаться артистом восемнадцатого уровня.

Может быть… возможно, Ли Чжао использовал средство белого лотоса, чтобы убедить Лу Лу, что он хороший человек, чтобы Лу Лу похвалил его. Да, должно быть. Ли Чжао использовал жару, чтобы высосать кровь их Лу Лу! Фанаты Лу были недовольны, обижены и злы, но они смирились с этим.

Как только фанаты Лу утихли, тема ежегодной встречи Cang Huan стала гораздо более мирной. Различные фанаты и компании хвастались друг другом и заранее желали друг другу счастливого нового года.

Тем не менее местный друг-тиран Ли Чжао оставил глубокий след в умах многих пользователей Сети. Более удивительным было то, что, возможно, из-за откровенного отношения Ли Чжао к своему другу, мало кто чувствовал, что у Ли Чжао и его друга были неподобающие отношения. Они были просто полны зависти, ревности и ненависти.

Было небольшое количество фанатов, которые показали загадочную тётушкину улыбку. Как они могли не придумать новый пейринг (1)? Это не могло сравниться с великолепными дарами, но им было под силу придумать сотни историй любви между местным тираном и звездой восемнадцатого уровня.

* * *

Давайте отключимся от шума и суеты Интернета и вернёмся к холодной реальности.

– Господин, – управляющий принёс Янь Тину горячую еду. – Пора ужинать.

Часовая стрелка указала на десять часов, и Янь Тин махнул управляющему, чтобы тот поставил еду.

– Принеси лекарство.

Воздух был неподвижен и в конце концов превратился в молчаливый компромисс управляющего. Вода мягко дрожала в прозрачной чашке. Янь Тин взял лекарство и, не колеблясь, выпил его.

Управляющий сделал паузу. В прошлом босс всегда отказывался принимать лекарства. Однако, начиная с позавчерашнего дня, босс всегда проявлял инициативу, чтобы выпить лекарство без напоминания управляющего.

Как только Янь Тин закончил с лекарством, управляющий взял чашку с водой и вышел через дверь.

– Ох, – только после того, как он покинул унылую комнату, управляющий осмелился вздохнуть. На протяжении многих лет он лично наблюдал, как босс превращается из ребёнка в молчаливого человека, постепенно теряя радость жизни.

Те, кто потерял какое-либо удовольствие в жизни, в конечном итоге превратятся в искривлённую бездну, пожирающую всё прошлое. Появление Ли Чжао было случайностью. Ради него босс принял лекарство, которое он не хотел принимать. Этот пустой дом, который был похож на могилу, наконец ожил.

Секундная стрелка не останавливалась ни на мгновение. Часовая стрелка медленно двигалась и пересекла одиннадцать часов.

* * *

Ежегодное собрание Cang Huan было оживлённым и грандиозным. Было много людей, которые с нетерпением ждали розыгрыша лотереи. Ли Чжао взглянул на номерной знак в своей руке и понадеялся, что сможет выиграть приз, хотя прошло много лет с тех пор, как он получал приз.

Призом за третье место стал новейший высокопроизводительный ноутбук, который был дорогим и имел отличную производительность. Многие офисные работники хотели иметь такой компьютер. Ли Чжао подумал о Янь Тине. Если бы он выиграл эту награду, он принёс бы её Янь Тину.

– Мистеру Ли нравится этот компьютер? – специальный помощник Цинь заметил пристальный взгляд Ли Чжао.

– Нет, нет, я просто смотрю из любопытства, – В присутствии коллег Янь Тина Ли Чжао, конечно, не мог признаться, что хочет ноутбук.

Специальный помощник Цинь улыбнулся и кивнул.

– Мне тоже нравится этот ноутбук, – после этого он кратко представил производительность этого ноутбука.

Ли Чжао подумал, что даже если он не выиграет, он должен купить один для Янь Тина. Оказалось, что многие белые воротнички хотели ноутбук, и его Тин Тин не мог испытывать недостатка в подобных вещах. В углу, о котором Ли Чжао не знал, было присуждено на одно третье место больше, чем планировалось изначально. Затем Ли Чжао выиграл ноутбук.

– Да! – услышав, что он выиграл, Ли Чжао провёл свой номер без каких-либо претензий и прыгнул на сцену.

– Поздравляем четырёх счастливых победителей, – ведущий улыбнулся Ли Чжао и поставил микрофон перед ним. – Мистер Ли, Вы впервые посетили нашу ежегодную встречу и выиграли приз. Могу я спросить, о чем Вы думаете?

– Я очень счастлив! – Ли Чжао взял тяжёлую компьютерную сумку, подаренную гостям-победителям. – Впервые за двадцать лет я выиграл такой дорогой приз. Спасибо, Cang Huan. Я также хочу поблагодарить Cangshi, – он поднял руку, чтобы показать часы на запястье. – Мне повезло, потому что я надел их сегодня вечером.

Зал наполнился аплодисментами. На ежегодном собрании представитель компании похвастался тем, что носил их собственный продукт. Была бы удача, и кто бы не был счастлив?

– Специальный помощник Цинь, ребёнок твоего друга очень интересный, – старшее руководство за столом Цинь Сяо сказало, хлопая в ладоши. – Он так счастлив из-за приза за третье место. Неудивительно, что ты был так встревожен.

Специальный помощник Цинь улыбнулся.

– Нет, рано утром босс передал мне сообщение о том, что у ребёнка простой характер, и я не должен позволять, чтобы с ним поступили несправедливо.

Старший исполнительный директор, который улыбнулся Специальному помощнику Цинь, замер.

– Что?

У него только что была галлюцинация? Другие руководители высокого уровня были не намного лучше него. Они посмотрели на Цинь Сяо, улыбки на их лицах застыли.

_______________________

1. Вообще-то в оригинале используется "cp", что является аббревиатурой от английского слова "Coupling", которое переводится "связь" или спаривание. Изначально это было особым жанром, используемых в додзиньзи (маленьких или не очень мангах, нарисованных часто фанатами на понравившуюся работу, где авторы пытаются связать отношениями персонажей, которые в оригинальной работе в отношениях не состояли). Позднее этот термин стал относиться к анимации, литературе и прочим направлениям визуально-развлекательного искусства. Я использовала более распространённую терминологию "пейринг" (от английского Pairing), что значит "составлять пару". Суть та же, что и у cp.

– Ребёнок недавно жил по соседству с боссом, – Цинь Сяо знал, о чём думают эти люди, и его улыбка не изменилась. – Вы знаете, что босс обычно не заботится о делах других людей, но он придаёт большое значение этому ребёнку.

– Неудивительно, почему я почувствовал, что ребёнок был таким красивым с первого взгляда. Изначально он ребёнок, живущий рядом с боссом.

– Этот темперамент отличался от любого другого.

Аплодисменты за столом были ещё более восторженными.

Как только Ли Чжао вернулся на своё место с ноутбуком в руках, он обнаружил, что дяди за столом смотрят на него глазами, полными доброты. Выражения их лиц, казалось, говорили о том, что этот молодой человек был таким потрясающим.

Идеологическая сфера элиты была недоступна обычному человеку.

* * *

Ежегодное собрание подходило к концу, и артисты, которые занимались общением с многочисленными людьми, были истощены до крайности. Тем не менее им всё ещё нужно было поддерживать идеальную улыбку перед начальством Cang Huan. Даже Лю Фэнь, которая только что получила награду за лучшую женскую роль, была осторожна со своей улыбкой.

В тот момент, когда вечеринка закончилась, артисты вздохнули с облегчением, а Лю Фэнь тайно расслабила свой тугой живот. Затем она обернулась и увидела нескольких высокопоставленных руководителей, с которыми она даже не могла поговорить, смеющихся и болтающих с Ли Чжао. Некоторые пожилые люди даже подарили Ли Чжао красные конверты.

Ли Чжао отказался принять их, но эти высокопоставленные руководители некоторое время уговаривали его, прежде чем молодой человек согласился принять их со смущением. Старшие разговаривали и смеялись, провожая Ли Чжао до двери его машины и приказывая ему приходить и играть, когда он сможет.

Лю Фэнь отступила назад, но втайне была удивлена. Во внутренних материалах компании говорилось, что Ли Чжао был из сиротского приюта. Тем не менее согласно отношению старших должностных лиц Cang Huan, к нему относились как к собственному сыну босса.

Она слышала много слухов о боссе Cang Huan. Женщина никогда не видела его сама, но из различных слухов можно было сделать вывод, что боссу Cang Huan определённо не было больше тридцати пяти лет. Как он мог родить такого взрослого сына?

Была ли истинная личность Ли Чжао незаконнорождённым сыном семьи гигантов? Таким образом, предпочтение Strawberry Entertainment по отношению к нему имело смысл. Поняв это, Лю Фэнь втайне обрадовалась. К счастью, она была достаточно вежлива с ним, когда Ли Чжао был в команде.

В тот момент, когда она вышла за дверь, Лю Фэнь была заблокирована несколькими репортёрами, которые выбежали откуда-то.

– Фэнь Фэнь, ты общалась с Ли Чжао сегодня вечером и заметила ли ты на нём брошь? – репортёр, знакомый с Лю Фэнь, пошутил. – В Интернете утверждается, что брошь стоит несколько люксов. Это правда?

– Чжао Чжао – очень хороший и прагматичный молодой человек, – согласно прошлым привычкам, Лю Фэнь обычно находила предлог, чтобы уйти. Однако сегодня вечером она произнесла несколько слов. – Он не стал бы носить что-то фальшивое ради создания разговоров.

– Значит, его брошь действительно любимая брошь дворянина? – репортёры кипели.

Лю Фэнь боялась, что неверная информация вызовет проблемы у Ли Чжао, и добавила несколько слов:

– Извините, Чжао Чжао никогда ничего не говорил об этом, но это определённо должно стоить нескольких люксов.

Так это было или нет, она сначала наклеила бы золото на Ли Чжао.

У Лю Фэнь был экстраординарный статус в круге, и хотя её преданных поклонников было не так много, как трафика у артистов "маленьких цветов (1)", хорошие чувства аудитории к ней были очень высоки. Даже пожилые женщины, которые обычно не выходили в Интернет, могли назвать её имя.

Таким образом, пока она это говорила, почти не было сомнений.

Онлайн-дебаты о броши Ли Чжао полностью прекратились после публикации этого видео с интервью. Таким громким именам, как Лю Фэнь, не нужно было лгать о таком маленьком актёре, как Ли Чжао. Если она сказала, что это стоит нескольких люксов, то это должно быть правдой.

* * *

Ли Чжао не знал, что Лю Фэнь, у которой не было большой дружбы с ним, взяла на себя инициативу нанести золото на его лицо перед СМИ. Он выскочил из машины с ноутбуком и бросился к двери.

В тот момент, когда он ступил на ступеньки, дверь открылась, и просторная гостиная была освещена как дневной свет. Услышав шаги, человек, сидящий на диване и читающий книгу, поднял голову.

– Ты вернулся?

Оранжевая лампа освещала его лицо и придавала ему другой вид мягкости. Ли Чжао стоял в дверях, глядя на гостиную и остановился.

– Что ты там делаешь, стоя там? – Янь Тин отложил книгу. – Прими ванну и переоденься. После этого спускайся, чтобы поесть.

Только тогда к Ли Чжао вернулись чувства. Он вошёл в светлую гостиную и подбежал к Янь Тину, чтобы сесть.

– Сейчас так поздно. Почему ты ещё не спал?

– Я не могу уснуть.

– Ты ждал, когда я вернусь?

Янь Тин не заботился о нём, белые пальцы подняли книгу и продолжили смотреть.

– Не читай. Чтение на ночь вредно для твоих глаз, – Ли Чжао взял книгу из рук Янь Тина и вложил ему в руки сумку с ноутбуком. – Первый приз в моей жизни, я отдам его тебе.

Янь Тин открыл сумку и увидел новейший ноутбук от Cang Huan. Его цена исчислялась десятками тысяч, и он считался ценным ноутбуком.

– Я увидел приз и подумал, что ты мог бы использовать его при работе. Было бы хорошо, если бы я смог выиграть приз, – настроение Ли Чжао было особенно хорошим из-за победы. – Я не думал, что я действительно выиграю. Тебе не кажется, что это потрясающе?

– Это потрясающе, – Янь Тин отложил ноутбук. Он почувствовал слабый аромат вина и духов от Ли Чжао.

Тот, кто прикасался к его телу, оставлял запах духов.

– Сегодня особенно удачное совпадение. Я не ожидал, что твой коллега будет там, чтобы позаботиться обо мне, – он уже давно привык к сдержанности Янь Тина. Ли Чжао мог говорить счастливо, даже если другой человек молчал. – Твой коллега очень сильный и имеет хорошие отношения с другими. Я думал о том, чтобы отправить ему новогодний подарок и позволить ему позаботиться о тебе в компании.

Янь Тин не был хорош в общении с людьми. Был его коллега по фамилии Цинь, который заботился о бизнесе и общался с людьми.

– Всё в порядке, – Янь Тин прервал слова Ли Чжао. – Я – ядро технического персонала, и никто не посмеет критиковать меня.

– Ты не можешь слишком гордиться, – Ли Чжао говорил искренне. – Не важно, насколько ты способный, ты, должно быть, боишься встречи со злодеями, верно?

Видя, что Янь Тин ничего не говорит, Ли Чжао поднял брови.

– Ну?

– Да, – под пристальным взглядом Ли Чжао Янь Тин поднял свою благородную голову. – Я позвоню ему завтра, чтобы узнать, в какой день он свободен.

– Это верно, – Ли Чжао удовлетворённо кивнул. – Мы не можем быть злодеями в банде, но мы не можем позволить другим запугивать его.

Янь Тин… Янь Тин всё ещё кивнул.

_______________________

1. 流量小花 (liúliàngxiǎohuā) – трафик артистов "маленьких цветов" – речь идёт о "проходных" артистах-однодневках, которые взрываются, привлекая к себе большое количество фанатов или подписчиков в соцсетях, и быстро исчезают, чтобы на их место тут же пришли новые.

Ли Чжао ел на банкете только до тех пор, пока не наелся на пятьдесят процентов. Он принял ванну и съел большую миску лапши. Увидев, что он так хорошо ест, Янь Тин попал под его влияние и тоже съел небольшую миску. Как только Ли Чжао уснул, Янь Тин положил ноутбук, который дал ему Ли Чжао, на стол.

Ноутбук был стильным, с тонким корпусом. Он был совершенно новым и нераспечатанным. Прикоснувшись к холодной оболочке, Янь Тин достал телефон и сфотографировал ноутбук. Впервые в истории он опубликовал свою первую фотографию в кругу своих друзей в WeChat.

Янь Тин: Подарок.

* * *

После посещения ежегодного собрания руководители Cang Huan были смертельно измотаны, когда получили визитную карточку WeChat, отправленную специальным помощником Цинь. Они увидели, что это на самом деле WeChat большого босса, и отправили непрерывные заявки в друзья.

После добавления друзей у каждого хватило ума посмотреть на Moments своего босса в кругу его друзей. Ну, в кругу друзей был только одна запись. Разве это не был последний ноутбук, разработанный их компанией? Какой дурак подарил ноутбук Cang Huan боссу Cang Huan?

Руководители никак не отреагировали, когда впервые увидели, как специальный помощник Цинь хвалит и оставляет сообщение.

Специальный помощник Цинь: Сегодня вечером мистер Ли был особенно счастлив, выиграв приз, и не хотел отдавать ноутбук. Оказывается, изначально это было для босса. Это сердце действительно редкое.

Всё начальство внезапно поняло и мгновенно превратилось в послушные хвалебные машины, постоянно восхваляющие этот ноутбук. Это был ноутбук? Нет, это было сердце, которое было дороже бриллианта!

Хвастайся, хвастайся до смерти!

* * *

Янь Тин посмотрел на новые комментарии и ответил Специальному помощнику Цинь хмыканьем.

* * *

Цинь Сяо вышел после принятия ванны. Он открыл свой мобильный телефон, чтобы увидеть, что босс действительно ответил ему, и он быстро нажал на сообщение.

Там могло быть только одно слово и точка, но, по мнению Цинь Сяо, это был прогресс. Однажды человеку, потерявшему интерес к жизни, внезапно пришла в голову идея покрасоваться, это означало, что в мире было что-то, что привлекало его и вызывало ностальгию.

Что ж, это было хорошо. Цинь Сяо улыбнулся и нажал на фотографию ноутбука.

* * *

После сна Ли Чжао проснулся, умыл лицо и почистил зубы. Ли Чжао был в меховых тапочках, и его волосы всё ещё были растрёпаны, когда он спустился в столовую на завтрак. Он не нашёл Янь Тина.

– Дядя, где Тин Тин?

– Босс пошёл в компанию, чтобы работать сверхурочно, и он вернётся в полдень, – Управляющий, казалось, привык к тому, что Ли Чжао называл Янь Тина по имени. Выражение его лица совсем не изменилось. Он улыбнулся более любезно: – Вы поздно легли прошлой ночью, поэтому мы не стали будить Вас на завтрак.

– Я действительно плохо спал в последние несколько дней, – Ли Чжао лениво потянулся. – Хорошо, что я дома, так как я могу лучше спать.

– Мистер Ли, Вы можете жить здесь всё время, если хотите, – управляющий выжидающе посмотрел на Ли Чжао. – Босс будет очень доволен.

– Как я могу это сделать? – Ли Чжао покачал головой. – Если я буду жить здесь, то это повлияет на то, что Тин Тин найдёт себе девушку.

Управляющий не осмеливался небрежно говорить об эмоциональных проблемах Янь Тина и должен был просто продолжать улыбаться.

После еды не до конца пришедший в себя мозг Ли Чжао наконец проснулся. Он пошёл в свою комнату, чтобы переодеться, и выбежал во двор, чтобы подышать свежим воздухом. Когда он подошёл к воротам, тон увидел, что перед воротами остановилась машина, и из машины вышел молодой человек в костюме.

Ли Чжао посмотрел на молодого человека, чьи брюки обнажали его лодыжки, и не смог сдержать озноба. Он плотнее обернул свой пуховик вокруг тела.

Молодой человек поднял глаза, как будто почувствовал взгляд Ли Чжао. Он не знал, было ли это иллюзией, но Ли Чжао чувствовал, что глаза этого молодого человека были очень странными, как будто он видел монстра, который не должен был появиться.

– Кто ты? – молодой человек подошёл к закрытым железным воротам и уставился на Ли Чжао. Ли Чжао сделал шаг назад. Двое мужчин в костюмах вышли сбоку и затащили молодого человека обратно в машину.

– Что ты хочешь сделать. Иди и скажи Сю-у-у-у...

Дверь тяжело закрылась, и вскоре машина уехала.

– Этот человек? – Ли Чжао увидел эту сцену и спросил у подошедшего управляющего. – Что с ним не так?

– Увы, – управляющий покачал головой. – У этого человека не очень хороший мозг. Он был возбуждён в молодом возрасте и любит говорить грязную чушь. Его семья тоже была в бизнесе. Его отец был ответственен за кражу материалов из проекта и чуть не убил людей. Он также совершил уклонение от уплаты налогов и был заключён в тюрьму несколько месяцев назад, – управляющий посмотрел на машину и заложил руки за спину. – В этом доме он жил в детстве. Он был куплен боссом некоторое время назад. Голова молодого человека не ясна, и он часто приходит сюда, чтобы создавать проблемы.

– Так вот в чём дело, – Ли Чжао внезапно понял и некоторое время не знал, что сказать.

– Мистер Ли, вы не должны принимать эти мелочи близко к сердцу, – управляющий отвёл взгляд и улыбнулся Ли Чжао. – На кухне есть жареные рыбные шарики. Хотите попробовать их?

– Да, – Ли Чжао повернулся и побежал на кухню.

Управляющий с улыбкой посмотрел ему в спину и медленно последовалза ним. После обеда с Янь Тином Ли Чжао поспешил в Green Pepper Video, чтобы порепетировать перед прямой трансляцией.

Гримёрные за кулисами были заняты, но не беспорядочно. Ли Чжао наложил макияж и вышел на сцену для последней репетиции. Последовательность его участия в программе была довольно ранней, и Чжан Сяо Юань и Да Кэ были с молодым человеком, общаясь с некоторыми артистами, которые пришли поприветствовать его.

У этих артистов почти не было отношений с Ли Чжао, но их тёплое отношение заставило Ли Чжао чувствовать себя немного смущённым. Он спускался со сцены, где услышал, как мужчина средних лет ругал двух танцоров. Танцоры хотели плакать, но не смели, их глаза были красными.

Большинство артистов, пришедших принять участие в прямом эфире Весеннего Фестиваля, были артистами, которые только что стали популярными, или были артистами второго уровня или ниже. Настоящие крупные артисты первого уровня репетировали бы для крупных телевизионных станций или даже для национальной телевизионной станции. Они не унизились бы до участия в онлайн-гала-концерте Весеннего Фестиваля, который начался за день до этого.

– Вы не знаете правил, но всё же хотите быть популярным? – тон мужчины средних лет был серьёзным. – Вы молоды и слишком импульсивны. Как долго вы сможете оставаться популярными, если будете просто полагаться на Интернет?!

_______________________

Автору есть что сказать:

Младший классный руководитель Тин Тин вытащил леденец из своей школьной сумки:

– Все, подойдите и посмотрите на этот леденец. Он горячий, круглый, сладкий и острый. Это подарок от Чжао Чжао!

Глава 43. Глаза

Ли Чжао на самом деле знал мужчину средних лет, который вышел из себя. В прошлом улицы были увешаны его плакатами, и бесчисленное множество женщин сходили по нему с ума. СМИ даже назвали его несравненным богом.

Однако красота со временем состарилась бы. Когда-то популярный Шэнь Кан постепенно угасал с годами. В последние годы он мог играть только роль отца главной мужской или женской роли в крупных дорамах. Всякий раз, когда появлялись ностальгически отредактированные видео, пользователи Сети всегда эмоционально вздыхали: "Шэнь Кан был таким красивым. Время превратило красивого мужчину в дядю средних лет".

– Привет, учитель Шэнь, – Ли Чжао увидел, что отруганные танцовщицы вот-вот заплачут, и открыл рот, чтобы поприветствовать этого человека.

Шэнь Кан не ожидал, что кто-нибудь придёт в этот маленький уголок за кулисами. Он повернулся, чтобы посмотреть на Ли Чжао, и выдавил неестественную улыбку.

Как только Шэнь Кан обернулся, Ли Чжао обнаружил, что на его костюме было большое пятно от чая с молоком, которое прилипло к телу и выглядело немного неряшливо.

– Привет, – Шэнь Кан только сейчас вспомнил свои слова и испугался, что Ли Чжао неправильно их поймёт. Он поспешно объяснил: – Эти две маленькие девочки облили меня чаем с молоком, и персонал сказал, что есть только один комплект костюмов. Я могу только отменить своё шоу и был немного обеспокоен. Я позволил тебе увидеть кое-что забавное.

Ли Чжао было несколько неловко от того, что старший так вежливо разговаривал с ним. Он обменялся несколькими вежливыми словами с Шэнь Каном, и атмосфера разрядилась.

В детстве ему очень нравилось смотреть "Героя Божественного Меча" Шэнь Кана. Он часто спорил со своими друзьями в приюте для детей о том, кто был настоящим фехтовальщиком. Нынешняя внешность Шэнь Кана была далека от романтического героя из "Героя Божественного Меча", даже с его льстивой улыбкой.

Как только две танцовщицы ушли, Ли Чжао взял на себя инициативу пожать руку Шэнь Кану.

– В детстве мне очень нравился Ваш Герой Божественного Меча. После выступления, пожалуйста, оставьте мне автограф.

Шэнь Кан был несколько польщён и слегка поклонился.

– Это было много лет назад, и я не ожидал, что такой молодой человек, как ты, видел это в детстве.

– Классика всегда остаётся классикой. Она ещё долго не устареет.

– Учитель Ли, – сотрудники Green Pepper Video увидели Ли Чжао и вежливо поздоровались с ним. Затем сотрудники посмотрели на Ли Чжао и Шэнь Кана, пожимающих друг другу руки. – Учитель Шэнь тоже здесь.

– На костюм учителя Шэня случайно попало немного чая с молоком. Я пришёл посмотреть, нельзя ли помочь.

– Это всего лишь мелочь, – сотрудник заговорил с энтузиазмом. – Учитель Шэнь, пожалуйста, пойдёмте со мной. Здесь есть запасной наряд для выступления.

Это вежливое отношение было совершенно иным, чем раньше.

– Тогда мне придётся Вас побеспокоить, – Ли Чжао поблагодарил сотрудника и повернулся, чтобы поклониться Шэнь Кану. – Учитель Шэнь, увидимся позже. Не забудьте про мой автограф.

Шэнь Кан увидел, что Ли Чжао помогает ему, и его глаза слегка покраснели.

– Я не забуду, я определённо не забуду.

– Учитель Шэнь, пожалуйста, идите в эту сторону, – сотрудник отвёл Шэнь Кана в раздевалку и поговорил с другим сотрудником. – Могу я попросить вас переодеть учителя Шэня в соответствующую одежду для выступлений? Программа учителя Шэня начинается относительно рано, так что вам нужно поторопиться.

Вскоре Шэнь Кан переоделся, и визажист даже подошёл, чтобы переделать его макияж. Никто больше не упоминал об отмене его программы. У него были смешанные чувства, но когда он думал о своей больной жене дома, ему приходилось выдавливать яркую улыбку, и он никого не мог винить.

В зале за кулисами Да Кэ отвинтил изоляционный колпачок и передал бутылку Ли Чжао.

– Чжао Чжао, не нервничай. Твоя программа запланирована на прайм-тайм, и трафик определённо будет на вершине.

– Я не нервничаю, – Ли Чжао взял чашку и сделал глоток. – У меня просто немного болит сердце.

– Двигайся дальше, – Чжан Сяо Юань знал, о чём думает Ли Чжао, и потянулся, чтобы похлопать его по плечу. – В этом круге есть взлёты и падения. Некоторые люди могут поддерживать пейзаж. Что касается других, они должны научиться принимать судьбу быть забытыми аудиторией. У Шэнь Кана раньше была хорошая жизнь. Затем он сказал перед СМИ, что популярному артисту не хватает актёрских навыков. После этого он не получал сценарий в течение последних двух лет и должен был полагаться на поездки в провинциальные города, чтобы заработать немного денег. Не случайно сегодня вечером его облили чаем с молоком. Ему тоже не повезло. Вскоре после того, как он оскорбил этого популярного артиста, его жена заболела, и ему пришлось тратить деньги каждый день, как воду. Если бы не обращение с его женой, ему не пришлось бы выступать в такой скромной манере, чтобы заработать деньги.

– Прошло несколько лет. Даже если популярный артист был зол, это должно было уже закончиться. Как они могут преследовать его и не отпускать? – Ли Чжао нахмурился. Неудивительно, почему Шэнь Кан назвал новичка "учитель". Оказалось, что он был напуган.

– Кто знает? – Чжан Сяо Юань вздохнул. – На этот круг оказывается большое давление, и есть много вещей. У некоторых людей вспыльчивый характер.

Если бы не золото, нанесённое на лицо его собственного артиста, и не действия Ли Чжао сегодня вечером, то Green Pepper Video действительно отменила бы программу Шэнь Кана. В любом случае, это была крупномасштабная прямая трансляция, и было нормально временно отменить одну или две программы, не говоря уже о том, что Шэнь Кан был старым актёром, которому уделяли мало внимания.

Программа началась, и Ли Чжао отправился в зону для гостей. Слева от него сидел подписанный артист Green Pepper Video. Поскольку он стал довольно популярным в Интернете, его считали братом Зелёным Перцем. Справа от него сидела артистка второго эшелона с жёсткой челюстью.

Время от времени камера в прямом эфире проносилась над гостевой зоной. Как только камера снова скользнула по ним, Ли Чжао заметил, что артист справа от него внезапно наклонился к нему, и он подсознательно переместился влево.

Фанаты Ли увидели эту сцену онлайн.

– Непобедимый молот натурала.

– Я сделал набор выражений "Я не должен прикасаться к нему". Кому-нибудь это нужно?

Ли Чжао всё ещё не знал, что это действие рассмешило фанатов Ли. Он серьёзно наблюдал за сценой. Иногда он смеялся счастливее, чем обычная публика на выступлениях, и он давно забыл о чём-либо подобном багажу идола.

Исполнители на сцене подбросили ему со сцены забавную тему, и Ли Чжао с радостью последовал за ними.

Лю Цзя Цзяо, сидевший рядом с Ли Чжао, почувствовал, что этот человек был странным. Это был такой тип вечернего онлайн-шоу, но он был более преданным, чем обычная аудитория. Это было так же, как… деревенщина, которая не видела мир.

Маленькая и популярная звезда дорожного движения не могла быть сдержанной и достойной? Какие фанаты могли бы вынести такого мастера?

Фанаты Ли открыли Green Pepper Video, просто чтобы увидеть своего ребёнка. Камера Green Pepper Video проявила понимание и время от времени снимала Чжао Чжао. В каждом кадре их Чжао Чжао был сосредоточен на сцене и выглядел очень счастливым.

– Я подозреваю, что ребёнок забыл, что он гость актёрского мастерства.

– Ребёнок счастливо наблюдает.

– Хахаха, детка, проснись. Скоро начнётся твоё шоу!

Ближе к началу программы Ли Чжао сотрудники отвели Ли Чжао за кулисы, и визажист подправил его макияж.

– Учитель Ли, всё в соответствии с репетицией. Пойдёмте, – сотрудница отвела Ли Чжао к лифту и дала ему пять.

– Спасибо, – Ли Чжао наклонился и ослепительно улыбнулся женщине.

Сотрудница была ослеплена этой улыбкой. Как только Ли Чжао вышел на сцену, она прикрыла грудь и сказала своим коллегам:

– Я сестра, которой почти тридцать лет, и даже я была ослеплена его улыбкой.

– Успокойся, ты не сестра. Ты странная тётя, – её коллеги безжалостно разорвали женщину на части.

Ли Чжао на сцене исполнил интерлюдию из "Властной женщины-президента". Это было несложно, и пение Ли Чжао было устойчивым, что вызвало аплодисменты на сцене. Ведущий вышел на сцену.

– Чжао Чжао, аудитория в таком восторге. Не мог бы ты показать нам ещё одно шоу?

Внезапно зал наполнился громкими криками.

– Все знают, что у меня нет другой специальности, – Ли Чжао посмотрел вниз со сцены. – У меня просто толстая кожа, и я могу остаться на сцене на некоторое время. Я никогда не уйду.

– Это нехорошо. Если ты не уйдёшь, что, если режиссёр увидит, что ты слишком красив, и попросит тебя быть ведущим шоу. Не останусь ли я безработным? – ведущий взял паньсяо с подноса помощника и вложил его в руку Ли Чжао. – После шоу поторопись и уходи.

Ли Чжао закончил беседу смехом и исполнил песню, прежде чем уйти за кулисы.

– Учитель Ли усердно работал, – несколько сотрудников подошли к нему, чтобы помочь снять наушник. – Вы проделали отличную работу.

– Спасибо, я желаю вам всем счастливого Нового года.

– Спасибо, учитель Ли. Я желаю вам всего наилучшего и удачи.

После обмена приветствиями с персоналом, Ли Чжао нашёл Шэнь Кана, который снял грим и переоделся за кулисами.

– Учитель Шэнь.

– Учитель Ли, – Шэнь Кан не ожидал, что Ли Чжао действительно придёт к нему, и был несколько удивлён.

– Я сказал, что мне нужно получить Вашу подпись. Вы забыли?

Шэнь Кан почувствовал себя немного кисло на сердце. За последние два года, вероятно, это был первый актёр, который относился к нему с наибольшим энтузиазмом. Он достал из сумки, которую принёс с собой, фотографию самого себя, когда он был молодым, и аккуратно подписал на ней своё имя.

– Я не забыл.

– Спасибо, – Ли Чжао взял подписанную фотографию обеими руками и счастливо улыбнулся. – В детстве мы с друзьями соревновались, кто станет Героем Божественного Меча. Разве у меня теперь нет сертификата мастера?

Глаза Шэнь Кана горели, когда он кивнул. В его жизни было много взлётов и падений. В тот момент, когда он был так низко, всё ещё были люди, которые помнили роли, которые он играл в индустрии развлечений.

После получения подписи Ли Чжао и Шэнь Кан сделали фотографию, прежде чем Ли Чжао вернулся в свою гримёрную, чтобы переодеться и снять грим.

– Не хочешь подождать, пока программа закончится, прежде чем уйти? – спросил Чжан Сяо Юань. – Я думал, ты очень заинтересован в этом шоу.

– Нет, кое-кто ждёт, когда я вернусь, – Ли Чжао поспешил к лифту. – Прошлой ночью я вернулся поздно, заставив его заснуть посреди ночи.

– Чжао Чжао, твой друг очень добр к тебе, – Да Кэ был эмоционален. – Братство должно быть таким.

– Вот почему мы не братья, мы лучше, чем братья, – Ли Чжао вошёл в лифт и обнаружил, что актриса, которая только что сидела с ним, тоже была в нём. Ли Чжао снял сценический грим, и у него была белая и нежная кожа. В сочетании с его уникальным солнечным светом и жизненной силой, женщина-артист взглянула на него по-другому. Этот человек был немного странным, но его лицо было действительно красивым. Его кожа не выглядела так, как будто она принадлежала актёру, которому часто приходилось пользоваться гримом.

Да Кэ и Чжан Сяо Юань встали посередине, отделяя Ли Чжао от актрисы. Их Чжао Чжао был ещё ребёнком, и это повлияло бы на его коммерческую ценность, если бы случайно распространились сплетни о нем и другой актрисе. Дверь лифта открылась, и обе стороны вежливо попрощались, прежде чем разойтись. Это была яркая демонстрация того, что "мы не знакомы друг с другом".

Как только программа Ли Чжао закончилась, Green Pepper Entertainment обнаружила, что посещаемость их шоу начала немного снижаться. Даже количество комментариев значительно уменьшилось. Режиссёр шоу покачал головой и эмоционально сказал:

– Если бы несколько популярных артистов могли быть организованы в разные периоды времени, то трафик этого шоу был бы стабильным сегодня вечером.

Сказав это, он рассмеялся. С приближением Нового года многие молодые люди были со своей семьёй, смотрели телевизор или навещали родственников. Для знаменитостей лучшим выбором был поход на телестанцию или вечеринку.

Квота Ли Чжао была установлена заранее. Затем Властная женщина-президент продолжала становиться всё более популярной, и Ли Чжао стал новичком, которого поддерживала Strawberry Entertainment. Они думали, что команда Ли Чжао найдёт предлог, чтобы отменить прямую трансляцию в Интернете. Они не ожидали, что Ли Чжао придёт, рискуя быть осмеянным другими.

Пиар-способности Strawberry Entertainment означали, что будет не так уж сложно помочь Ли Чжао получить программу в вечерней трансляции Весеннего Фестиваля телевизионных станций. Тот факт, что Ли Чжао решил прийти на Green Pepper Video, был неожиданностью.

Предположительно, это было потому, что Властная женщина-президент транслировалась на Green Pepper Video. Трудно было найти тех, кто помнил старых друзей.

* * *

После выступления Ли Чжао молодой человек получил много преувеличенных похвал от поклонников Ли в Интернете. Пока фанаты Ли радостно облизывали свои экраны, их малыш снова обновил свой Weibo!

Ли Чжао V: Раньше, в детстве, я всегда играл в Героя Божественного Меча со своими друзьями. Сегодня я, наконец, Герой Божественного Меча, которого признал сам Мастер. Спасибо, учитель Шэнь, за Ваш автограф. Я сохраню его в безопасности и покажу своим друзьям [Изображение].

Фотографии Ли Чжао и Шэнь Кана вызвали бесчисленные воспоминания о детстве, и люди даже начали спорить о том, какую героиню женского пола предпочитает Герой Божественного Меча.

– Чжао Чжао, ты хочешь помочь Шэнь Кану увеличить его присутствие в круге? – Чжан Сяо Юань спросил, увидев сообщение Ли Чжао в Weibo.

– Разве ты не говорил, что жена учителя Шэня больна, и ему нужно много денег? – Ли Чжао отправил сообщение Янь Тину, не поднимая глаз. – Если мой пост означает, что учитель Шэнь может взять какую-то работу, тогда это хорошо.

Он понимал чувство беспомощности, когда ему нужны деньги. В прошлом году, чтобы накопить денег на операцию сестры Ся, члены благотворительного дома отчаянно работали, чтобы заработать деньги.

– Ты… – Чжан Сяо Юань провёл рукой по волосам Ли Чжао. – Герой Божественного Меча, у тебя действительно есть праведность героя.

– Хе-хе, – Ли Чжао положил телефон в карман пальто. – Дома готовят много еды. Вы должны поесть перед возвращением.

– Нет, нет, – Чжан Сяо Юань и Да Кэ вместе покачали головами. Они почувствовали некоторое... отторжение от еды в доме Янь Тина.

Не то чтобы у них было мнение о друге Чжао Чжао. Просто им было неудобно оставаться в этом доме. Невыразимое чувство депрессии, казалось, отделило их от хозяина дома и разделило на два мира, сделав их подсознательно робкими.

– Чжао Чжао, – Чжан Сяо Юань на мгновение замолчал, колеблясь, прежде чем продолжить: – Ты привык жить в доме своего друга? Если ты не привык к этому, тогда приходи ко мне домой на несколько дней.

– Брат Сяо Юань, сколько раз ты спрашивал меня об этом? – ответил Ли Чжао. – Я очень комфортно живу в доме Тин Тина. Кровать мягкая, а еда вкусная. Даже дядя-управляющий проявляет особую заботу обо мне.

– Привычка – это хорошо, – Чжан Сяо Юань подумал, что неприятное чувство в его сердце, вероятно, возникло потому, что он был слишком беден.

– Брат Сяо Юань, когда я вернулся прошлой ночью, дом был ярко освещён, и Тин Тин ждал моего возвращения домой, – Ли Чжао улыбнулся, его глаза изогнулись в форме полумесяца. – Я прожил двадцать лет, и это был первый раз, когда кто-то так серьёзно ждал моего возвращения...

Губы Чжана Сяо Юаня сжались, и он не знал, что сказать.

Да, для ребёнка, который подвергался насилию со стороны своих приёмных родителей и не знал, что они не были его биологическими родителями в течение десяти лет, ребёнка, выросшего в доме социального обеспечения, иметь кого-то, кто ждал его возвращения домой, было роскошью.

Машина въехала в ворота виллы, и Ли Чжао ещё раз с энтузиазмом пригласил двух человек войти в дом.

– Вы действительно не собираетесь поесть перед уходом? Повара в доме Тин Тина особенно хороши в приготовлении.

Они оба снова покачали головами.

– О, хорошо, – Ли Чжао с сожалением покачал головой. – Увидимся позже.

– Мистер Ли, – управляющий услышал шум машины и понял, что Ли Чжао вернулся. Он подошёл к Ли Чжао и вытащил два красных конверта. – Я хочу поблагодарить вас двоих за заботу о мистере Ли. Я желаю вам счастливого Нового года, и это сердце нашей семьи.

Чжан Сяо Юань и Да Кэ покачали головами. Как они могли получить эти красные конверты?

– Это просто на удачу, а денег не так много, – управляющий улыбнулся и убедил их, и двое людей вскоре получили красные конверты. Только после того, как они покинули дом Янь Тина, Чжан Сяо Юань и Да Кэ отреагировали в замешательстве. Как они приняли красные конверты?

Это не было научным. Они не были такими жадными людьми, верно? Почему так получилось, что другой человек случайно произнёс несколько предложений, но они были достаточно толстокожими, чтобы взять красные конверты?

– Ты вернулся? – Янь Тин сидел на диване с планшетом перед ним. Он выключил планшет, когда увидел входящего Ли Чжао.

– Ты смотришь прямую трансляцию Green Pepper Video? – Ли Чжао надел тапочки и быстро подошёл к Янь Тину. – Ты видел моё выступление?

Ли Чжао был очень близко, и Янь Тин мог чувствовать тепло этого человека на своём теле.

– Я взглянул.

– Как я справился? – Ли Чжао сел. – Разве я не был особенно спокойным и красивым?

– Ну... – Янь Тин замолчал.

– Это было нехорошо? – улыбка на лице Ли Чжао начала исчезать.

– Очень хорошо, – Янь Тин не мог смотреть на депрессию Ли Чжао. Он встал и подошёл к обеденному столу, чтобы сесть. – Снимай пальто и садись есть.

– Тин Тин, я не ожидал, что ты научишься дразнить, – Ли Чжао снял пальто, подошёл к столу и подтащил свой стул ближе к Янь-Тину. – На самом деле, я очень нервничал на сцене. Затем я подумал о том, что за этим может наблюдать много фанатов, и набрался смелости. Если я сброшу мяч, эти фанаты потеряют лицо. Кроме того, я получил подпись Героя Божественного Меча, – Ли Чжао продолжил. – В детстве я всегда молился, чтобы я мог улететь, как Герой Божественного Меча. Тем не менее я был младшим в сиротском приюте, и большую часть времени я мог играть только друга Героя Божественного Меча или злодея.

Янь Тин съел небольшую миску, слушая слова Ли Чжао. Как только он лёг спать, разум молодого человека был полон голоса Ли Чжао. Посреди ночи Янь Тин снова проснулся.

Его мать стояла у его кровати, печально глядя на него. Внезапно она повернулась и вышла за дверь. Из коридора послышался женский плач, а затем нетерпеливый шёпот мужчины.

Янь Тин вышел на улицу. Он увидел, как человек в костюме упал в лужу крови, тело постоянно дёргалось.

Бах!

Оглянувшись, он увидел женщину в красном, лежащую на холодном полу. Она спрыгнула с верхней ступеньки лестницы.

Мужчина, который дёргался, и женщина в красном платье, чьи конечности были скручены.

Холодный ветер проникал сквозь щели в окне, принося холод. Внезапно он почувствовал тёплое прикосновение к тыльной стороне ладони.

– Тин Тин, что ты здесь делаешь, стоя босиком? Почему ты не включил свет?

В тёмном доме появилась вспышка света.

– Надень кардиган.

На тело Янь Тина была наброшена толстая шерстяная ткань. Он обернулся и увидел пару ярких, обеспокоенных глаз.

_______________________

Автору есть что сказать:

Сяо Чжао Чжао держит за руку Сяо Тин Тина и говорит серьёзно:

– Дети не могут бегать без разбору. Тебя заберут плохие люди.

Глава 44. Интервью

– Тин Тин?

Ли Чжао знал, что глаза Янь Тина были несколько затуманены, как будто он не мог сосредоточиться. Он слышал, что иногда люди, живущие в напряжении, не могут отличить сны от реальности. Был ли Янь Тин в таком состоянии?

Думая об этом, он не осмелился кричать на Янь Тина. Он осторожно держал лестницу, пытаясь не дать Янь Тину упасть, прежде чем оттащить его назад.

– Я в порядке, – голос Янь Тина был хриплым, и ясность постепенно возвращалась к его глазам.

Ли Чжао посмотрел на то место, куда смотрел Янь Тин. Не было ничего, но он чувствовал, что глаза Янь Тина… содержит некоторую грусть.

– Стой здесь и не двигайся, – Ли Чжао повернулся, чтобы взять пару тапочек. – Надень свои тапки.

Янь Тин надел ботинки и увидел, как Ли Чжао бежит вниз, чтобы взять стакан воды.

– Температура воды просто отличная. Сделай глоток, – Ли Чжао увидел, как Янь Тин взял стакан и выпил воду. Только тогда он полностью подавил свои тревоги. – Ложись отдыхать пораньше. Завтра мы будем покупать новогодние товары.

Тёплая вода согрела его сердце. Янь Тин посмотрел на растрёпанные волосы Ли Чжао и слегка кивнул. Он думал, что Ли Чжао продолжит спрашивать, но Ли Чжао ничего не сказал. Он покрутил стакан в руке, и вода слегка задрожала.

– Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – у Ли Чжао появилась мысль. – Тебе нужно пересмотреть свой рабочий график. Хотя для людей нормально много работать, когда они молоды, у тебя всё ещё есть два здания. Нет ничего важнее твоего тела.

Сказав это, он обнаружил, что глаза Янь Тина стали глубже, а Ли Чжао почесал голову в несколько неудобной манере.

– Спасибо, я знаю, – Янь Тин сделал ещё один глоток воды.

– Спасибо, – Ли Чжао ударил Янь Тина локтем в грудь и зевнул. – Я пойду выпью стакан воды перед сном.

Прошлой ночью он съел слишком много. Он проснулся посреди ночи и не ожидал увидеть Янь Тина, стоящего посреди коридора в оцепенении. Выпив воды, Ли Чжао вернулся в свою комнату, завернулся в одеяло и заснул.

* * *

Вода в стакане постепенно остыла, и Янь Тин поставил его в изголовье своей кровати.

– Господин, – перед Янь Тином стоял телохранитель. – Мистер Ли пришёл случайно и ничего не видел.

В комнате повисла мёртвая тишина.

Спустя долгое время.

– Я знаю, – Янь Тин закрыл глаза. – Вы все можете выйти.

Он любил тишину и ненавидел, когда люди вокруг него производили какой-либо шум. Телохранители давно привыкли к его хобби и покинули комнату.

Не было ни малейшей сонливости. Янь Тин открыл глаза, его взгляд прояснился. У него вообще не было желания продолжать спать.

Ночь всё ещё была долгой. Он тихо сидел на кровати и целую вечность не менял своего сидячего положения. Только когда небо посветлело и утренний свет проник через щель в окне, Янь Тин медленно встал. Он открыл дверь, и в коридоре снаружи было тихо. Дверь Ли Чжао была закрыта, и было неизвестно, насколько сладко спал человек внутри.

– Господин, – управляющий подошёл и поприветствовал Янь Тина. Он слегка поклонился Янь Тину и передал ему выглаженную газету. Янь Тин взял газету, взглянул на неё и увидел, что в углу была реклама Восходящего Шторма. В ней снялись Лю Фэнь и Чжао Ин Нань.

Ли Чжао был приглашённым персонажем в этом фильме.

– Господин? – управляющий принёс чашку кофе. Янь Тин подносил кофе к губам, когда вспомнил, что Ли Чжао ворчал на него, чтобы он не пил кофе. Он поставил чашку на стол. – Убери это.

– Кофе Вам не по вкусу?

Янь Тин не успел ничего сказать, как из коридора донёсся звук шагов. Ли Чжао проснулся. Он взглянул на Ли Чжао, который смотрел на кофе на столе.

– Тин Тин, – Ли Чжао нахмурился. – Ты только что встал. Как ты можешь пить кофе?

Управляющий заметил, что руки босса слегка дрожали, когда он держал газету. Глядя на хмурый взгляд мистера Ли, управляющий понял, почему босс не пил кофе. Наконец, эта чашка чистого кофе ручной работы была возвращена на кухню. Вместо этого на её месте появилась чашка горячего молока с миндалём и изюмом.

Ли Чжао сидел, скрестив ноги, на диване и читал новости развлекательного круга. Горячие темы касались вечерних программ Весеннего Фестиваля. Фанаты приветствовали своих артистов, и на данный момент не было ничего негативного.

Казалось, что крупные развлекательные компании были обеспокоены СМИ. Они не хотели никаких громких новостей, которые могли бы навредить им в новом году.

После завтрака Ли Чжао надел шляпу и маску и потащился в супермаркет.

Улицы были покрыты надписями "С Новым годом" и "Поздравляем и желаем богатства". По обе стороны улицы висели красные фонари. Столица, которая в обычное время была переполнена, в Новый год оказалась пуста.

Слишком много людей приехали в этот город в поисках мечты. Только в новом году они едва могли вздохнуть с облегчением.

Супермаркеты проводили различные распродажи по сниженным ценам в честь Весеннего Фестиваля. Тётушки тщательно отбирали товары и время от времени перешептывались. Казалось, они были не очень довольны ценой.

В родном городе Ли Чжао не было обычая готовить пельмени для Весеннего Фестиваля, но на новогоднем столе должны быть курица, утка и рыба, чтобы показать, что в следующем году будет избыток.

– У вас дома есть курица, утка и рыба? – Ли Чжао бродил по отделу сырого мяса и спросил Янь Тина позади него.

– Да.

– Тогда давай купим что-нибудь перекусить, – приближался Весенний Фестиваль, и было бы скучно, если бы они вернулись, ничего не купив. – Какой вкус чипсов ты любишь?

– ...

– Ну, никогда нельзя ошибиться с оригинальным вкусом и вкусом огурца.

В самые бедные времена Ли Чжао часто фантазировал о том, чтобы купить в супермаркете всё, что ему захочется. Оказалось, что возможность купить то, что он хотел... сделала его по-настоящему счастливым. Двое людей долго ходили по супермаркету. Как только пришло время платить, Ли Чжао прочитал итоговую сумму и почувствовал некоторую боль в сердце.

Он привык быть бедным и хотел купить много вещей, но он всегда чувствовал себя расстроенным из-за траты денег при покупке. Как только они вышли, пошёл снег. Ли Чжао посмотрел на куртку Янь Тина, на которой не было капюшона.

– Подожди минутку, – Ли Чжао поставил сумку с покупками на землю и накинул свой шарф на шею Янь Тина.

– Тин Тин, ты когда-нибудь видел партизанский отряд? – он улыбнулся, помогая надеть шарф на место. Затем он надел свою шляпу на голову Янь Тина и поднял капюшон своей куртки. – Давай прогуляемся.

Янь Тин сказал ему:

– На улице идёт снег.

– Это первый снег в году. Если мы не ходим по снегу, тогда зачем выходить? – Ли Чжао заговорил. – Быстро, машина остановилась вон там, и мы можем прогуляться до неё.

Сказав это, он взял свою сумку с покупками и убежал. Молодой человек, однако, не успел далеко убежать, так как наступил на скользкую землю и упал.

– Ли Чжао! – Янь Тин подбежал к нему и поднял его с земли. – Ты не ранен?

Ли Чжао прикрыл голову и захихикал.

– Боли нет. Моя одежда толстая.

– Ты действительно... – Янь Тин хотел спросить, как он мог быть таким ребячливым. Затем он вспомнил, что этому человеку только что исполнилось двадцать лет, и это был энергичный возраст. Ему пришлось принести носовой платок, чтобы помочь Ли Чжао вытереть грязь с одежды. – Иди осторожно.

– Господин, мистер Ли, – водитель нервно подбежал, наклоняясь, чтобы поднять что-то, что упало на землю. – Вы в порядке?

– Я в порядке, – Ли Чжао покачал головой.

– Не трясись, – Янь Тин нежно держал его за голову и не давал ему двигаться.

– А?

– Ветер такой сильный. Я боюсь, что вода из твоей головы вылетит.

Ли Чжао ошеломлённо моргнул.

– Эй, Тин Тин, ты не был таким раньше. Когда именно ты научился дразнить меня?

– Прошу прощения, три молодых господина. Вы не возражаете, если я вас прерву? – подошла женщина с микрофоном, за которой следовал оператор. – Мы – группа, участвующая в программе Весеннего Фестиваля. У вас есть время для краткого интервью?

Водитель сделал шаг назад и взглянул на Ли Чжао, стоявшего рядом с Янь Тином.

Ведущая подсознательно передала микрофон Ли Чжао.

– Я хочу спросить, Вы счастливы сегодня?

– Счастлив, я особенно счастлив, – глаза Ли Чжао горели, когда он смотрел на логотип национальной телевизионной станции на микрофоне. На самом деле у него брал интервью репортёр национального телевидения.

Он принёс честь своим предкам!

– Чего Вы ожидаете от Нового года после Весеннего Фестиваля?

– Мира и процветания. С каждым днём он должен становиться всё более процветающим, – перед национальной сценой Ли Чжао почувствовал, что его желание должно быть выше.

– Спасибо, – женщина-ведущая была удивлена Ли Чжао. – С Новым годом Вас.

– С Новым годом!

Как только ведущая ушла, Ли Чжао был так взволнован, что его лицо покраснело.

– Тин Тин, как ты думаешь, нас покажут по телевизору?

Янь Тин потянулся к его руке.

– Не прыгай.

Иначе он может снова упасть.

В машине Ли Чжао не мог дождаться, чтобы вытащить свой телефон и поделиться хорошими новостями со своими друзьями.

Удача приходит к Чжао Чжао: Ааааа, только что на улице у меня брал интервью репортёр национального канала! Я собираюсь выступить на национальной сцене!

Сначала заработай миллиард: Правда?!

Лучшее завтра: Репортёр узнал в тебе звезду?

Удача приходит к Чжао Чжао: Я артист восемнадцатого уровня. Как люди из национальной телестанции могут знать меня? Не говоря уже о том, что я ношу маску и шарф.

Сначала заработай миллиард: Это хороший знак! Чжао Чжао, может быть, это означает, что ты будешь на сцене гала-концерта Национального Весеннего Фестиваля в следующем году.

Удача приходит к Чжао Чжао: Тогда я принесу честь своим предкам!

Удача приходит к Чжао Чжао: Хотя я не знаю, где мои предки.

Сначала заработай миллиард: Это нормально. Твои предки должны знать, что ты их семья.

– Не играй со своим телефоном слишком долго в машине, – Янь Тин спокойно напомнил Ли Чжао, который склонил голову и играл с мобильным телефоном.

– Я сделаю это прямо сейчас, прямо сейчас. Просто подожди, пока я закончу хвастаться, – Ли Чжао отправил длинное сообщение в групповой чат.

Удача приходит к Чжао Чжао: Мой приятель не разрешает мне играть с моим мобильным телефоном в машине. Это вредно для моих глаз. Я уйду первым.

Сначала заработай миллиард: У тебя появился новый приятель, так ты забыл своих старых приятелей?

Лучшее завтра: Наконец-то кто-то заботится о тебе.

Вернувшись домой, они обнаружили, что большая часть домашней прислуги уехала домой на празднование Нового года, а потому особняк казался немного заброшенным.

После обеда и игры Ли Чжао стало скучно, и он постучал в дверь кабинета Янь Тина.

– Янь Тин, ты же из столицы? У вас есть привычка есть пельмени на Новый год здесь?

Янь Тин отложил документы и посмотрел на голову, торчащую из-за двери.

– В чём дело?

– Выходи, – Ли Чжао помахал ему с улыбкой.

Янь Тин встал и вышел из кабинета.

– Что случилось?

– Мы сами сделаем пельмени, – Ли Чжао потащил Янь Тина вниз по лестнице. – Это новый год, и тебе не стоит беспокоиться о работе. Я просто пошёл на кухню, чтобы посмотреть. Тесто уже было приготовлено, и начинка тоже. Они просто не были завёрнуты, – Ли Чжао выжидающе посмотрел на Янь Тина. – Будем ли мы делать пельмени вместе?

На последнем Весеннем Фестивале, чтобы заработать больше денег, он провел целый день в наряде куклы в супермаркете, и у него не было времени праздновать. Вечером он пошёл в дом Сяо Юаня и увидел, что семья сидит за столом и готовит пельмени. Он почувствовал немного зависти.

– Хорошо.

Управляющий помог им расставить на столе всё необходимое для приготовления пельменей. Они вдвоём вымыли руки, закатали рукава и посмотрели друг на друга.

– Ты сможешь это сделать?

– Ты сможешь это сделать?

Прошло короткое молчание, прежде чем Ли Чжао достал свой телефон:

– Всё в порядке, мы можем следить за онлайн-видео.

Подождите, почему он мог раскатывать пельмени тыльной стороной ножа? Это не было научным! Почему созданные пельмени были такими кристально чистыми? Должно быть, существует проблема.

– Забудь об этом, – Ли Чжао убрал свой телефон. – Мы можем попросить тётушку на кухне научить нас.

Тётя на кухне услышала, что босс хочет приготовить пельмени, и посмотрела на управляющего с недоверием.

– Управляющий Ван, не шутите так много ради Весеннего Фестиваля.

– Мистер Ли ждёт, – управляющий рассмеялся. – Что такого странного в том, чтобы приготовить пельмени на Новый год?

Не было ничего странного в том, чтобы приготовить пельмени на Новый год, но было странно, если человек, делающий пельмени, был боссом.

Тётя пошла в гостиную посмотреть и увидела своего босса с закатанными рукавами, в свитере, испачканном мукой. Он смотрел на тесто на столе, как будто мог превратить его в пельмени одним своим взглядом.

– Тётушка, – Ли Чжао увидел, как она вышла, и открыл рот с улыбкой. – Идите сюда и помогите нам.

– Хорошо, – тётушка, не колеблясь, согласилась. Наблюдая, как такой красивый молодой человек улыбается ей, кто мог устоять?

* * *

Тем временем отдел новостей национальной телевизионной станции сокращал новостной материал. Сегодня был канун Нового года, и в новостях будет отредактирован раздел "Народное благословение" для контента Весеннего Фестиваля. Таким образом, они срочно проверяли содержимое.

– Это хорошо. У этого человека в маске красивые глаза, и его благословение доброе.

– Мир и процветание, это очень атмосферно.

– Вставьте раздел, где он сказал: "Мира и процветания. С каждым днём он должен становиться всё более процветающим".

_______________________

Автору есть что сказать:

Сяо Чжао Чжао:

– Тин Тин, иди и поиграй со мной в пельмени.

Сяо Тин Тин:

"О, пока я достаточно оживлён, Чжао Чжао не будет скучать".

Глава 45. Красный конверт

Факты доказали, что ни у Ли Чжао, ни у Янь Тина не было таланта к приготовлению пельменей. Тётя видела, как они вдвоём раскатывали пельмени, толстые и тонкие, круглые и квадратные. Таким образом, ей пришлось взять на себя задачу раскатать тесто для пельменей и позволить им сделать начинку.

Пельмени, приготовленные обоими мужчинами, были уродливыми, но они были уродливы по-разному. Пельмени мистера Ли были жирными и большими. Он набил достаточно начинки для двух пельменей внутри одного кругляша теста. Пельмени же босса были вытянутыми и сухими, так что кожуру пельменя можно было разорвать на пять частей. Ну, семьи, которым не хватало мяса, сэкономили бы деньги, приготовив такие пельмени.

Как только большая часть пельменей была завёрнута, чувство новизны для двух людей также прошло. Они вымыли руки и лицо от муки и переоделись в чистую одежду. Ли Чжао сидел за столом и играл в игры, пока Янь Тин открыл ноутбук, который Ли Чжао дал ему для работы.

Небо темнело, и выступление Ли Чжао в игре было настолько плохим, что его высмеял пятиклассник. Он вышел из игры и выглянул в окно.

– Там темно.

Янь Тин поднял на него глаза.

– Ты голоден?

– Нет, сегодня мы собираемся включить телевизор и посмотреть гала-концерт Весеннего Фестиваля, – отбросив планшет в сторону, Ли Чжао включил телевизор. Было чуть больше семи часов, и национальный канал всё ещё транслировал новости.

Это был Весенний Фестиваль, так что даже выпуск новостей был полон радости. Ведущая была одета по этому случаю в красный костюм.

– Поскольку приближается новый год, мы посетили многих горожан на улице и выслушали их пожелания относительно Весеннего Фестиваля.

– Круг за кругом, чтобы сбывались желания.

– Чтобы моя семья была полезной и была в добром здравии.

– Мира и процветания. С каждым днём он должен становиться всё более процветающим.

– А?! – Ли Чжао увидел, как его лицо появилось на две или три секунды в новостной трансляции, и все его тело застыло на полминуты.

– Тин Тин!!!

Крик был настолько шокирующим, что Янь Тин ввёл неправильную строку данных.

– Я в новостях! – Ли Чжао танцевал от счастья. – Я в эфире новостей!

Янь Тин увидел, что он счастлив, как собака, и спрятал свой ноутбук в безопасное место. Он боялся, что Ли Чжао не сможет контролировать своё настроение и сломает ноутбук.

– Я могу хвастаться этим всю оставшуюся жизнь! – Ли Чжао захотелось поваляться на диване. Ему некуда было выпустить свой экстаз, поэтому он мог только броситься и обнять Янь Тина за шею. – Подожди, я позволю редактору моей студии вырезать эти несколько секунд и оставить это для моих потомков!

Потомки? Глаза Янь Тина потускнели, когда он посмотрел вниз на Ли Чжао, висящего у него на шее.

– Не беспокой других такими мелочами. Я помогу тебе вырезать эти кадры.

– Да, в те секунды была показана половина твоего лица, – Волнение Ли Чжао не прошло. – В будущем мы сможем похвастаться всем. Национальный канал запечатал нашу идентичность как хороших братьев.

Янь Тин сказал:

– Даже десятилетия спустя все будут знать, что ты со мной.

– Что? – Ли Чжао не услышал, что сказал Янь Тин.

– Я имею в виду, – медленно проговорил Янь Тин. – Все будут знать, что мы близкие братья.

– Я тоже доволен.

* * *

Ли Чжао Чао, фанатка Ли Чжао, аккуратно отправила сообщение.

– Я только что сопровождала своих родителей, чтобы посмотреть выпуск новостей, и обнаружила, что прохожий, у которого брали интервью, очень похож на нашего ребёнка.

Она боялась, что другие фанаты увидят это и скажут, что фанаты Ли бредят, поэтому она была очень осторожна в своих формулировках. Она боялась, что если скажет одно неправильное слово, это вызовет проблемы у её ребёнка.

– +1. Я чуть не закричала, когда увидела, что глаза над маской похожи на глаза нашего ребёнка.

– Я не осмеливалась сказать это, но я действительно чувствовала, что это наш ребёнок.

– Человек рядом с мальчиком в маске показывал только половину своего лица, но он выглядел очень красивым. Когда брат в маске говорил, я заметила, что его глаза продолжали следить за братом в маске.

– Я… я думаю, что он может быть местным тираном, о котором упоминал наш ребёнок.

– Не надо строить догадки. Если другие фанаты увидят это, они воспользуются возможностью очернить нашего ребёнка. Не говори об этих вещах.

– Я понимаю эту правду, но почему брат в маске так похож на нашего ребёнка?

Некоторые фанаты намеренно вырезали сцену под единым названием национального канала, интервьюирующего прохожих. Однако номинальная стоимость мальчика в маске явно превзошла других граждан.

– Не только внешность похожа, но и голос похож.

– Даже если показана только половина лица красивого мужчины, я действительно думаю, что он местный тиран нашего ребёнка. Я думаю, что я могла бы вступить в культ.

– Главный инспектор наверху, в настоящее время мы не имеем даже уверенности, является ли брат в маске Чжао Чжао. Не говори глупостей о Чжао Чжао.

* * *

Ло Жун проводил Весенний Фестиваль со своей женой и детьми дома. Внезапно он получил текстовое сообщение от Ли Чжао, который сказал, что это было в новостях, напугав Ло Жуна. Было ли это нарушением закона или большим несчастным случаем? Все члены группы WeChat были поражены. Они действительно не хотели работать сверхурочно во время Весеннего Фестиваля!

Как только Ли Чжао отправил группе видео с восторженным гражданином, все замолчали. Ло Жун на мгновение уставился на движущееся изображение. Тогда он должен был поверить, что Ли Чжао действительно повезло. Он ходил по магазинам в маске и сумел встретиться с репортёром национального канала. Даже если бы они увидели интервью, его можно было бы отредактировать в новостной трансляции. Это можно назвать наследственным благословением. В круге иногда нужно было верить в судьбу. Артистам, которые могли столкнуться с шансами, действительно повезло.

Кто-то из команды спросил, следует ли им покупать горячий поиск, чтобы продвигать этот вопрос.

Ло Жун: Нет, сегодня вечером мы все смотрим вечерние программы Весеннего Фестиваля. Другие новости не станут более горячими, чем вечерние празднества. Подождите несколько дней.

Более того, даже если они не делали рекламы, фанаты с глазами могли узнать, что одним из восторженных граждан был Ли Чжао.

* * *

Фанаты Ли действительно узнали его. Они были взволнованы и несколько… удивлены. Артистом, который появится в новостях в этом Новом году, вероятно, не мог быть никто другой, кроме Чжао Чжао из их семьи. Предположительно, из-за его хорошего настроения глупая радость их ребёнка почти выпрыгнула из экрана.

* * *

Сун Юй услышал, что Ли Чжао был в новостях, когда было уже больше десяти вечера. Он открыл страницу Weibo с гала-концертом Весеннего Фестиваля, а также открыл группу WeChat, чтобы отправить красные конверты сотрудникам своей студии.

Как только он закончил просмотр программы и вернулся, чтобы посмотреть на группу WeChat, он обнаружил, что в центре внимания чата оказался Ли Чжао в новостной трансляции. Ли Чжао, такой маленький артист, на самом деле был в новостях?

Сун Юй не мог в это поверить, но он вышел из группы чата, чтобы посмотреть в Интернете. Он увидел движущееся изображение и замолчал. Это была судьба! В начале ему приснился странный сон, который предсказал будущее. Он думал, что его жизнь станет популярной, а затем реальность дала ему несколько сильных пощёчин.

Какая популярность? Даже если роль изменилась, популярность была для него недостижима. Он всё ещё был тем, кого ругали. Даже если он изменил роль Ли Чжао и изменил звёздный путь Ли Чжао, жизнь Ли Чжао не изменилась.

Но…

Он внимательно посмотрел на движущееся изображение. Человек рядом с Ли Чжао должен быть его другом Тин Тином? Чтобы убедиться, что он может воспользоваться этой возможностью, Сун Юй чётко запомнил содержание сна. Он был уверен, что во сне у Ли Чжао не было местного тирана в качестве друга.

Во сне Ли Чжао играл второстепенную роль во многих дорамах. Он вспомнил, что после популярности Властной женщины-президента Ли Чжао сыграл вторую мужскую роль в недорогой драме о боевых искусствах. Он сломал ногу, но всё равно настоял на съёмках.

Время было как раз перед Весенним Фестивалем. Ли Чжао не только не сломал ногу, он также сыграл вторую мужскую роль в фильме режиссёра Яна "Небесная Песня". Он подпрыгивал, как кузнечик.

Думая об этом, Сун Юй не мог не усомниться в правдивости своего сна. Было ли это потому, что Бог почувствовал, что первоначальная популярная судьба Ли Чжао была слишком горькой, и попросил Сун Юя послать ему удачу? Все изменения в будущем начались с того момента, когда он поменялся ролями с Ли Чжао и попытался откормить Ли Чжао. Конечным результатом было то, что Ли Чжао не стал толстым, а его отругали.

Кроме того, откуда взялся Янь Тин? Если во сне у Ли Чжао был такой местный тиран в качестве друга, то почему он должен был бороться за свою жизнь в кругу развлечений?

– Ну, это не моё дело.

Не имело значения, было ли это сном или реальностью. Он не мог избежать участи быть отруганным или вынужденным полагаться на другие ресурсы. Он попросил своего агента узнать, принял ли Ли Чжао "Моя девушка – фея".

В его сне-предсказании в шоу изначально не было желающих взять роль главной героини. Затем, как только Ли Чжао взял на себя эту роль, многие девушки захотели стать подружкой Ли Чжао. На самом деле, звезда Ли Чжао изменилась. Если бы Ли Чжао не принял участия в этом шоу, тогда Сун Юй попытался бы занять это место. На этот раз он просто взял бы его и не лишил Ли Чжао возможности. Судьба не должна мстить ему… верно?

* * *

Ли Чжао не знал, что Сун Юй дрожал перед судьбой. В настоящее время он тайком возвращался в свою комнату и складывал подготовленные банкноты в красный конверт, на котором были напечатаны три больших золотых иероглифа. Это были новогодние деньги.

Красный конверт был толстым и наполненным большим количеством денег, немного походя на живот беременной женщины. Он крался к комнате Янь Тина с красным конвертом, когда столкнулся в коридоре с управляющим.

– Тсс, – Ли Чжао поднёс указательный палец ко рту и скорчил управляющему гримасу. Затем он тайком посмотрел вниз. Янь Тин не заметил его действий. Он сделал несколько шагов и положил красный конверт под подушку в комнате Янь Тина.

– Мистер Ли, он взрослый, – управляющий не пропустил слова на красном конверте.

– Кто не ребёнок? – голос Ли Чжао был низким. – Ты ребёнок, если ещё не женился. Красный конверт означает, что в новом году не будет болезней или бедствий.

Управляющий улыбнулся.

– Это действительно имеет смысл.

– Ли Чжао? – Янь Тин посмотрел на двух мужчин, стоящих в коридоре.

– Я иду прямо сейчас, – Ли Чжао сбежал обратно вниз и посмотрел на время на стене. – Уже почти полночь. К сожалению, в столице не разрешил фейерверки или петарды. Если бы это был его родной город, весь город был бы наполнен звуком петард.

Ведущий Весеннего Фестиваля начал готовиться к обратному отсчёту.

– С Новым годом! – Ли Чжао уставился на секундную стрелку, и как только она достигла цифры двенадцать, он повернулся и произнёс своё первое благословение Янь Тину.

Затем на телефоны двух людей хлынуло много сообщений, и казалось, что на столе произошло землетрясение.

– С Новым годом.

Янь Тин подумал, что глаза этого человека были действительно невероятными. Он хотел, чтобы эти глаза всегда смотрели на него. Никто в мире не мог их забрать. Двое людей некоторое время сидели на диване. После того, как по телевизору начали петь песню "Сегодня незабываемая ночь", Ли Чжао наконец-то почувствовал, что по-настоящему встречает новый год. Не было страха, беспокойства или тревоги.

Он повернулся, чтобы посмотреть на Янь Тина, который был одет в светлый свитер, с аккуратно причёсанными чёрными волосами, выглядя как персонаж из маньхуа.

– В следующем году...

Он хотел сказать, что в следующем году они должны продолжать встречать новый год вместе. Прежде чем слова могли быть произнесены, он проглотил их обратно и улыбнулся Янь Тину. Люди не могли ожидать слишком многого. Он должен ценить настоящее. Было что-то счастливое, и он мог бы быть ещё счастливее. Если бы он чувствовал надежду на будущее, насколько грустно было бы, если бы он был разочарован? Если не было надежды, не было и разочарования.

– В следующем году ты можешь пойти со мной встречать новый год? – спросил его Янь Тин.

– Хорошо, – улыбка на лице Ли Чжао стала ещё более ослепительной. Сюрпризы всегда делают человека счастливее. Таким образом, в этом году ему тоже повезло.

Ночь была глубокой. Янь Тин вернулся в свою комнату и выглянул в тёмное окно.

Это было то, что обещал Ли Чжао. Если бы его не было здесь в следующем году – Ли Чжао был бы здесь, даже если бы ему пришлось держать этого человека в этом доме.

Глядя на его кровать, мужчина заметил, что на подушке были следы движения. Он поднял подушку и увидел красный конверт, который, казалось, вот-вот расколется. На конверте было три ярких золотых иероглифа, и он ярко сиял на свету.

Красный конверт долго лежал тихо, прежде чем белая рука, наконец, подняла его. Янь Тин перевернул его и увидел несколько маленьких слов на нем.

{Я желаю Тин Тину мира и безопасности, чтобы он был свободен от болезней и бедствий, чтобы злые духи не вторгались в его мир.}

Под этими словами была нарисована улыбающаяся рожица. Глаза были изогнуты, точно так же, как когда улыбался Ли Чжао. Этот ребёнок всё ещё был таким суеверным.

_______________________

Автору есть что сказать:

В первый день нового семестра в детском саду Сяо Чжао Чжао положил красный конверт на грудь Сяо Тин Тина и серьёзно сказал Сяо Тин Тину:

– Даю тебе красный конверт, и ты будешь самым счастливым ребёнком в детском саду (* ^▽ ^ *)

Глава 46. Фильм

Это была ночь без снов. Когда утром Ли Чжао открыл шторы и обнаружил, что внешний мир покрылся снегом, как будто он был завёрнут в серебро. Он открыл окно и превратил снег на своём балконе в маленького снеговика. Он достал свой телефон и сделал снимок.

Ли Чжао V: Большой удачи всем в новом году [Изображение].

Видя, что их ребёнок, наконец, появился, фанаты Ли вышли, чтобы похвалить и отправить сообщение. Ещё несколько озорных фанатов спросили его, что он чувствует, впервые попав в новости.

Ли Чжао ответил: У меня нет никаких чувств. Я только сохранил движущееся изображение и готов хвастаться им в течение пятидесяти лет.

Фанаты Ли: Хахахахахахаха.

Было ясно, что их ребёнок был счастлив быть восторженным гражданином в новостной передаче. Пока Ли Чжао общался со своими поклонниками на Weibo, Янь Тин отправлял сообщение своему кругу друзей.

Тин Тин: Ребёнок дома действительно дал мне красный конверт. Он действительно своенравный [Изображение]

Утром Нового года старшие чиновники увидели это и похвалили, даже если они знали, что "ребёнок" босса не был настоящим ребёнком. В любом случае, если босс хочет покрасоваться, то он должен покрасоваться. Другие вещи не имели значения.

После завтрака Ли Чжао лениво прислонился к дивану. Он задавался вопросом, должны ли они остаться сегодня дома или ему следует взять Янь Тина поиграть. Мобильный телефон затрясся. Он поднял его и обнаружил, что его втянули в группу WeChat.

Это была команда Восходящего Шторма. Этот фильм был первой ролью, которую Ли Чжао сыграл после прихода в Strawberry Entertainment. Хотя он был всего лишь актёром восемнадцатого уровня, Strawberry Entertainment полагалась на то, что инвестор сделал его специально приглашённой звездой в этом фильме.

После присоединения к команде он снимал свои сцены всего десять дней. Группа режиссёров вежливо называла его учителем Ли, но они не включили его в чат-группу команды. Прошло несколько месяцев с момента съёмок. Почему команда внезапно подумала о том, чтобы взять его в группу?

– Добро пожаловать, учитель Ли.

– Добро пожаловать, добро пожаловать.

В группе было около двадцати человек, и они с энтузиазмом приветствовали Ли Чжао, несмотря на раннее утро.

– Спасибо вам, учителя. Зовите меня просто Сяо Ли, – Ли Чжао заметил, что Лю Фэнь и Чжао Ин Нань, получившие кинопремии, также вышли поприветствовать его.

Он не знал, почему они были в таком восторге, но скромничать было правильно.

– Учитель Ли, наш фильм был выпущен рано утром сегодня, и съёмочная группа намерена провести оффлайн-промо-мероприятие в столице. У Вас есть время завтра?

Восходящий Шторм в последнее время занимался рекламой, но Strawberry Entertainment не участвовала в этой рекламе. Съёмочная группа не связывалась с Ли Чжао по вопросам рекламы, поэтому Ли Чжао ничего не знал о продвижении фильма.

Удача приходит к Чжао Чжао: Поздравляю, я желаю большого успеха в прокате.

Он взглянул на время. Он был выпущен в течение восьми часов, и он не знал, что зрители говорили о фильме.

Режиссёр: Я молюсь, чтобы Ваши слова были правильными. Предварительные продажи фильма уже превысили сто миллионов. Пока все усердно работают над продвижением, кассовые сборы будут лучше.

Ли Чжао не знал, почему съёмочная группа вдруг захотела пригласить его на совместное продвижение фильма, и обдумывал, как ответить на приглашение режиссёра, когда Лю Фэнь отправила сообщение.

Лю Фэнь: Сяо Ли – артист по контракту моей компании, и для него нехорошо организовывать свою собственную работу. Режиссёр, Вы не должны спрашивать Сяо Ли об этом. Вам следует спросить его рекламного агента.

Режиссёр: Хахаха, учитель Лю права.

Люди в группе могли видеть, что Лю Фэнь защищала Ли Чжао. Раньше они думали, что Ли Чжао недостаточно велик, поэтому они не приглашали Ли Чжао на рекламные мероприятия.

Съёмочная группа не ожидала, что через восемь часов после выхода Восходящего Шторма в Интернете будет всё больше и больше дискуссий о Ли Чжао. Многие кинокритики говорили, что когда Ли Чжао оглядывался назад в конце фильма, весь фильм получал настоящую художественную сублимацию.

Некоторые кинокритики говорили, что если бы выражение лица Ли Чжао было слишком натянутым или слишком отсутствующим, он не смог бы достичь желаемого режиссёром эффекта. Его глаза были в самый раз. Это было как съесть вкусную еду и найти сюрприз на дне миски. Ресторан, который сумел бы сделать это, сумел бы достаточно привлечь посетителей, чтобы те решили посетить его ещё раз.

Если бы полная оценка составляла десять баллов, без последнего кадра с Ли Чжао этот фильм получил бы только восемь баллов. Тем не менее режиссёр умело добавил свой внешний вид и усилил воображение зрителей, благодаря чему фильм получил девять баллов.

Некоторые зрители даже почувствовали, что из-за последнего перфоманса Ли Чжао в фильме было много моментов, которые они не заметили, и решили посмотреть его снова.

После выхода фильма съёмочная группа всегда обращала внимание на онлайн-обзоры фильмов. Они обнаружили, что многие кинокритики хвалят Ли Чжао, и подумали о новой рекламе. Просто они стеснялись прямо сказать об этом Ли Чжао. Сначала они смотрели на него свысока, а теперь, когда они нашли его полезным, они хотели взять его поиграть. После долгих размышлений режиссёр нахально втянул Ли Чжао в группу.

Режиссёр подумал, что Ли Чжао был молод и у него была тонкая кожа. Пока режиссёр выдвигает предложение, Ли Чжао определённо не откажется. Он просто не ожидал, что Лю Фэнь встанет на защиту Ли Чжао.

Лю Фэнь и Ли Чжао, возможно, оба были артистами Strawberry Entertainment, но одна из них была дважды удостоенной награды актрисой, а другой был всего лишь новичком. Не похоже, что у них была большая дружба. Лю Фэнь не должна была выходить в это время, чтобы защитить Ли Чжао.

Поскольку Лю Фэнь вышла, чтобы выступить в его поддержку, Ли Чжао воспользовался возможностью, чтобы подтолкнуть этот вопрос к своему агенту. Справившись с энтузиазмом режиссёра, Ли Чжао готовился уйти из WeChat, когда он получил заявление о дружбе Лю Фэнь. Он не хотел отказываться и принял это.

Удача приходит к Чжао Чжао: Приветствую, учитель Лю.

Лю Фэнь: Какой учитель? Это слишком вежливо. Мы оба артисты одной компании, и ты должен называть меня сестрой.

Удача приходит к Чжао Чжао: Привет, сестра Фэнь Фэнь.

Лю Фэнь не всегда нравилось её имя. Она чувствовала, что это слишком безвкусно, но гадалка сказала, что с её образом жизни она должна использовать это имя, чтобы закрепиться в индустрии развлечений. Ради популярности женщина смирилась с этим.

Просто каждый раз, когда кто-то называл её сестрой Лю или сестрой Фэнь, возникало ощущение, что она тётушка, танцующая на улице.

Ранее она и Ли Чжао были вежливы друг с другом и общались только в команде Восходящего Шторма. Они не общались наедине, и её впечатление о молодом человек не было сильным. Она знала только, что это был новичок, поддерживаемый Strawberry Entertainment, которого нельзя было обидеть.

После посещения ежегодного собрания Cang Huan её оценка Ли Чжао изменилась с "не могу обидеться" на "у нас с ним хорошие отношения". Только когда она услышала "Сестра Фэнь Фэнь", у неё, наконец, появились серьёзные добрые чувства к Ли Чжао. Мальчики, которые умели говорить, всегда были симпатичными.

Она была счастлива и сказала несколько слов Ли Чжао.

Лю Фэнь: Хотя Восходящий Шторм выпущен всего восемь часов назад, оценка очень высока. Многие кинокритики высоко оценили твоё актёрское мастерство, и даже есть зрители, которые покупают билеты из-за твоего выступления. Вот почему команда хочет пригласить тебя на рекламное мероприятие. Ты был приглашённым актёром, и рекламная деятельность не входила в рамки твоего контракта. В этом кругу излишняя любезность приведёт к издевательствам. Если команде нужно твоё сотрудничество, скажи им, чтобы они поговорили с твоим агентом, и твой агент должен получить компенсацию за твои усилия.

Удача приходит к Чжао Чжао: Спасибо, сестра Фэнь Фэнь. Я понимаю.

Команда Ли Чжао не сразу согласилась после получения приглашения от съёмочной группы и спросила мнение Ли Чжао.

– Завтра в полдень я пойду к тебе домой, чтобы навестить тётю и дядю. Вечером будет вполне удобно, – Ли Чжао взглянул на Янь Тина, работающего рядом с ним, и взял телефон на балкон гостиной. – Сегодняшний день точно не подходит. Это первый день нового года, и я хочу остаться дома со своим другом. Есть дополнительные деньги? – Ли Чжао сглотнул и оглянулся на Янь Тина, который просто посмотрел на него. – Нехорошо заботиться об одних лишь деньгах, – Ли Чжао был очень твёрд в своём намерении. – Я сказал, что буду сопровождать своего друга, и я не могу нарушить своё обещание.

– Ли Чжао Чжао, ты больше не тот Ли Чжао Чжао, который усердно работал ради денег, – Чжан Сяо Юань вздохнул. – Детка, отец очень разочарован в тебе.

– Брат Сяо Юань, я скажу дяде и тёте, что ты хочешь жениться и иметь детей. Ты не можешь дождаться, когда станешь отцом.

Чжан Сяо Юань ошеломлённо молчал.

Хорошо, сделаем вид, что он ничего не сказал.

Ли Чжао повесил трубку и, оглянувшись, обнаружил, что Янь Тин всё ещё смотрит на него. Он убрал телефон и подошёл.

– В чём дело?

– Кто-то попросил тебя выйти?

– Нет, есть работа на стороне компании, но я отказался от неё, – взгляд Ли Чжао упал на волосы Янь Тина. Они были очень тёмными и выглядели приятными на ощупь. Однако он просто подумал об этом и на самом деле не стал прикасаться к ним. Два человека остались дома на день. После еды Ли Чжао действительно не хотел тратить своё драгоценное отпускное время напрасно. – Тин Тин, пойдём в кино?

– Хорошо, – Янь Тин отложил свой ноутбук. – Что ты хочешь посмотреть? Я это устрою.

– Всё, что ты захочешь. Просто выбери сегодняшнего победителя по кассовым сборам, – Ли Чжао проводил все своё время в съёмочной группе и не знал, какие фильмы показывали во время Весеннего Фестиваля.

Янь Тин слегка кивнул и передал заказ билетов специальному помощнику Циню.

* * *

Фильм? Босс собирался с кем-то в кино? Всегда спокойный специальный помощник Цинь был так взволнован, что не мог дождаться, чтобы поправить очки и позвонить в кинотеатр под руководством Cang Huan, чтобы организовать VIP-зал для Янь Тина.

Вскоре кинотеатр предложил Цинь Сяо множество вариантов. Учитывая, что Янь Тину не нравилось многолюдное окружение, он выбрал… ложу для пары. Ложи назывались так, потому что их часто выбирали парочки, с другой стороны, если там располагались семья, то это были семейные ложи, а друзья называли их ложами дружбы.

* * *

Ли Чжао и Янь Тин поехали на машине в кинотеатр только для того, чтобы Ли Чжао обнаружил, что билеты Янь Тина были на "Восходящий Шторм". Ли Чжао тайно наблюдал за Янь Тином. Этот человек, вероятно, не знал, что Ли Чжао также появился в этом фильме.

Показ вот-вот должен был начаться. Ли Чжао обнаружил, что персонал отвёл его и Тин Тин в маленькую комнату. В этой комнате были напитки, закуски и удобные диванчики. Он тупо уставился на все это. Он никогда раньше не видел мир. Были ли в кинотеатрах изначально такие VIP-залы?

– Не думай об этом, – Янь Тин сел на диван, его поза была элегантной даже на этом стуле. – У меня есть деньги.

Ли Чжао ошеломлённо кивнул.

Да, у него было два дома с десятками магазинов. Ли Чжао надел свои 3D-очки и сел рядом с Янь Тином с ведром попкорна в руках, ожидая начала фильма.

Режиссёр Восходящего Шторма был очень хорош в художественном воплощении актёров. В тот момент, когда начался фильм, сцены были настолько ослепительными, что зрители сосредоточили все своё внимание на фильме.

В фильме было много красивых мужчин и прекрасных женщин. Сюжеты переплелись воедино. Юмористические места находились там, где следовало добавить немного юмора, в то время как сенсационные места были по-настоящему восхитительными. Ритм был хорошо контролируемым. Даже Ли Чжао, который видел сценарий, был захвачен сюжетом.

Он сыграл прекрасного молодого господина, который появился на полпути после начала фильма. Белые и красные одежды сияли под лунным светом, так красиво, что он был похож на бессмертного Императора из Нефритового Дворца. Однако, как только он споткнулся о траву, он стал предметом смеха. До конца фильма роль Ли Чжао был похож на персонажа цветочной вазы (1). Все его действия должны были как можно более выгодно показать величие главных героев и прекрасных героинь.

В конце фильма главные герои мужского и женского пола ехали бок о бок на лошадях. Ветер дул сквозь весенние цветы, и всё казалось началом прекрасного сна, который предвещал начало прекрасного будущего для главных героев мужского и женского пола.

Затем персонаж Ли Чжао потянулся за падающим цветком и медленно повернулся назад. Он улыбнулся. Это была явно весна, когда цветы были в полном расцвете, но его улыбка проникла в сердце каждого члена аудитории. Камера переместилась вниз, и мужчина отпустил руку, позволив цветку упасть в грязь. Весь экран погрузился во тьму.

Фильм закончился. От начала и до конца выражение лица Янь Тина не менялось.

– Это то, что нужно истории, – Ли Чжао увидел, что Янь Тин молчит, и подумал, что Янь Тин напуган фильмом. Он передал ведро с попкорном Янь Тину. – Съешь немного попкорна, чтобы снять шок.

– Это хорошее представление, – Янь Тин повернулся к Ли Чжао. – Ты великий актёр.

Ли Чжао покраснел.

– На самом деле, я не чувствовал себя таким сильным, когда разыгрывал это. Атмосфера была передана очень хорошо в более поздний период редактирования.

– Ты – изюминка этого фильма, – Янь Тин был настолько уверен, что это невозможно было опровергнуть.

Сказав это, он вытащил свой телефон и приготовился отправить несколько слов своим друзьям. Ребёнок его семьи был настолько хорош, что он должен хвастаться.

_______________________

Автору есть что сказать:

Учитель:

– Дети, как вы думаете, кто лучший ребёнок в классе?

Сяо Тин Тин поднял руку:

– Чжао Чжао! Только Чжао Чжао!

После этого он пристально посмотрел на других детей, не допуская никаких возражений.

_______________________

1. 花瓶 (huāpíng) – литературный перевод – цветочная ваза – метафоричное описание красивого человека: глупый красавец или красавица, пустышка, смазливое личико без мозгов и личности.

Глава 47. Роли

Янь Тин: Сегодня я сопровождал ребёнка, чтобы посмотреть фильм. Он действовал хорош.

Этот пост в кругу друзей по-прежнему исключал Ли Чжао, как обычно.

Он хвалил ребёнка дважды за день, заставляя высокопоставленных начальников не переставать думать о том, какие интимные отношения были между Ли Чжао и большим боссом.

Несколько дней назад был высокопоставленный начальник, который отправил что-то своему кругу друзей, смутно насмехаясь над теми, кто публично проявлял привязанность. Затем он увидел, как его босс дважды за один день похвастался ребёнком, и молча удалил это.

Как можно назвать поведение босса хвастовством? Это называлось быть доступным и обоснованным.

Чтобы понять хобби босса, те, кому посчастливилось добавить WeChat босса, даже отправились посмотреть Восходящий Шторм. У них были высокие зарплаты, и они были заняты работой, поэтому у них было мало времени на просмотр фильмов. Таким образом, они внезапно решили сводить свои семьи в кино, и это вызвало положительные чувства среди их родственников.

После просмотра фильма эти большие начальники посмотрели на свои счастливые семьи и не могли не задуматься. Их действия по пренебрежению своей семьёй были действительно неправильными.

* * *

Утром второго дня нового года Ли Чжао переоделся, взял подарки, которые приготовил для него управляющий, и, задержавшись, всё вышел. Ли Чжао сказал, что ему нужно идти, но не покидал виллу до половины десятого.

– Не пей кофе и поешь вовремя в полдень.

Янь Тин кивнул.

Ли Чжао ему не поверил.

– Пусть дядя-управляющий запишет, как ты ешь, и пришлёт мне короткое видео.

– Да, – Янь Тин кивнул. – Если ты не уйдёшь, то опоздаешь.

Управляющий улыбнулся двум людям.

– Пожалуйста, будьте уверены, транспортное средство и водитель были организованы.

Янь Тин поднял глаза на управляющего. Управляющий склонил голову и отступил, но особого нервного страха не было. В уголках его рта даже появилась улыбка.

– Тогда я ухожу, – Ли Чжао всё ещё было немного не по себе. – Ты должен быть послушным.

Янь Тин ошеломлённо моргнул.

– Ли Чжао, я на восемь лет старше тебя.

– Что плохого в том, чтобы быть на восемь лет старше? – Ли Чжао улыбнулся, взял подарки со стола и направился к двери. Затем он повернулся обратно: – Не волнуйся, я не думаю, что ты старый. Даже если ты на восемь лет старше, ты можешь стать близким другом, который забывает свои годы.

Сказав это, он убежал, прежде чем Янь Тин смог ответить. Послышался звук убегающих шагов, и давление Янь Тина усилилось вокруг его тела, когда Ли Чжао ушёл. Дом опустел и снова вернулся к своей прежней холодной тишине.

* * *

Ли Чжао прибыл в дом Чжан Сяо Юаня и был тепло встречен его родителями. Они ничего не знали о развлекательном круге и всегда спрашивали, достаточно ли он ест или не сильно устаёт.

– Я не устал, и ем вдосталь, – Ли Чжао терпеливо ответил на эти вопросы. В сердцах многих молодых людей это может показаться раздражающим, но для Ли Чжао это было ценно.

– Я слышала, как Сяо Юань сказал, что ты работал с Эр Я над фильмом? – матушка была очень взволнована, когда упомянула Эр Я. – Она такая же красивая, как по телевизору?

Эр Я была ролью, сыгранной Лю Фэнь в подростковом возрасте. Эта роль была настолько хороша, что стала популярной по всей стране. Даже восьмидесятилетняя женщина могла указать на фотографию Лю Фэнь и сказать: "Разве это не Эр Я?"

– Она выглядит лучше, чем по телевизору, – Ли Чжао увидел, что матушке Чжан действительно понравилась Лю Фэнь, поэтому он сказал о ней несколько хороших слов. Матушке Чжан это так понравилось, что она не могла спокойно есть.

– Мама, – Чжан Сяо Юань поставил на стол блюда, приготовленные отцом Чжаном. – Не продолжай разговаривать с Чжао Чжао и ешь.

Ли Чжао хотел пойти на кухню, чтобы помочь, но был серьёзно остановлен матушкой Чжан.

– Ты не должен идти. Насколько важно твоё лицо как звезды? Будет жаль, если твоя кожа ухудшится из-за масла и дыма. Это нормально, чтобы оставить всё на Сяо Юаня. В любом случае, он не красив и не может стать уродливее.

– Я действительно твой сын, – Чжан Сяо Юань горько улыбнулся. – Мама, я, может, и не такой красивый, как Чжао Чжао, но люди могут смотреть на меня. Я не могу быть похоронен тобой вот так.

– Если ты не урод, то почему у тебя нет девушки, несмотря на то, что тебе за тридцать?

Чжан Сяо Юань был вынужден прикусить язык.

Яма была здесь и ждала его.

Ли Чжао увидел сцену ссоры матери и сына и внезапно заскучал по Янь Тину. Только рядом с Янь Тином он не чувствовал себя чужаком. Естественное чувство семьи, созданное кровными узами, было тем, что не могло быть воспроизведено заботой.

Янь Тин отличался от этих людей. Он был как Ли Чжао без родителей, без кровных братьев и сестёр или без возлюбленной. Они были самыми близкими друзьями и самыми особенными существами друг для друга. Хотя Янь Тин никогда этого не говорил, Ли Чжао был таинственно уверен, что Янь Тин относился к нему так же, как он относился к Янь Тину. Они были лучшими братьями.

После еды Ли Чжао немного посидел в доме семьи Чжан, прежде чем засобирался уходить. Родители Чжана сопротивлялись, но они думали, что Ли Чжао был звездой, и его условия работы были не такими, как у обычных людей. Они не просили его остаться и просто давали ему любые продукты, которые давали их родственники и друзья, а также свои собственные закуски.

– Я отвезу тебя, – Чжан Сяо Юань взял ключи от машины, собираясь проводить Ли Чжао вниз.

– Брат Сяо Юань, не нужно беспокоиться, – Ли Чжао увидел, что Чжан Сяо Юань начал переобуваться, и был слегка взволнован. – Мой друг договорился с водителем, чтобы он забрал меня внизу.

– Янь Тин?

– Угу, – Ли Чжао нес два пластиковых пакета, полных еды, и пакет слегка затрясся, когда он кивнул.

– Тогда я просто провожу тебя вниз, – Чжан Сяо Юань переобулся и помог Ли Чжао с сумками. – Кажется, у вас был отличный Новый год.

Ли Чжао улыбнулся.

Родители Чжан Сяо Юаня жили в старом здании без лифта. Стены коридора были покрыты беспорядочными линиями, нарисованными детьми, которые жили в этом подъезде. Некоторые семьи не закрывали свои двери, и с лестницы было слышно, как работает телевизор.

Чжан Сяо Юань сказал:

– Я заеду за тобой вечером.

– Мы будем продавать лапшу вместе? – Ли Чжао рассмеялся.

– Не упоминай слово лапша. У меня посттравматический синдром из-за этого слова, – Чжан Сяо Юань горько улыбнулся. – Недавно я получил новый сценарий, который не является драмой, продвигаемой Strawberry Entertainment. Ты уже просмотрел его?

– Сценарий называется "Моя девушка – фея"? – у Ли Чжао были некоторые впечатления от сценария. – Похоже, это адаптированный сценарий, и сюжет очень интересный.

– Да, это очень популярная маньхуа и у неё есть определённая фанатская база. Однако, из-за предмета, его можно воспроизводить только по онлайн-каналам, – Чжан Сяо Юань объяснил. – Если бы ты не принял участие в Восходящем Шторме, я бы предложил тебе принять драму. Однако теперь твоя роль в этом фильме получила высокую оценку. Это не поможет твоему долгосрочному развитию, если ты примешь эту онлайн-драму.

После выхода шоу в эфир это может помочь Чжао Чжао завоевать несколько поклонников, но было бы легко создать стереотип о нём. Если он хотел получить другие ресурсы в будущем, требовалось больше усилий. Если бы Чжао Чжао не подписал контракт с Strawberry Entertainment, тогда Чжан Сяо Юань заставил бы его принять сценарий, но сейчас ситуация изменилась.

Не было необходимости жертвовать долгосрочным будущим ради сиюминутной популярности.

– Я понимаю, – Ли Чжао кивнул. Ему мог понравиться сюжет "Девушки-феи", но он знал, что слова брата Сяо Юаня были правильными. Кроме того, Небесная Песня не была закончена. У него не было ни времени, ни сил, чтобы проработать биографию персонажа для нового сценария. – Помоги мне отклонить приглашение к этой драме.

– Хорошо, – Чжан Сяо Юань улыбнулся и согласно кивнул. Решение молодого человека соответствовало его намерению.

Он привёл Ли Чжао вниз и увидел неподалёку огромную машину.

– Чжао Чжао, это та машина, которая тебя забирает?

– Да, – Ли Чжао взял вещи из рук Чжан Сяо Юаня. – Брат Сяо Юань, на улице холодно. Ты должен побыстрее вернуться домой.

Чжан Сяо Юань наблюдал за отъездом Ли Чжао и заметил, что водитель роскошного автомобиля поспешно вышел. Водитель быстро пошёл навстречу Ли Чжао и понёс вещи Ли Чжао. Нелегко было быть шофёром. Он должен был даже помочь другу своего работодателя нести вещи.

Прежде чем бывший босс Чжан Сяо Юаня сбежал, он также нанял водителя. Водитель не был так внимателен к боссу. Он в частном порядке жаловался, что босс был скуп и нашёл предлог, чтобы вычесть зарплату. Богатые люди и те не все были одинаковыми, так что не было ничего удивительного в том, что даже водители были другими.

* * *

Когда Ли Чжао возвращался домой, Янь Тин столкнулся со столом, полным еды, и у него не было аппетита.

– Господин, – убеждал управляющий. – Вы должны поесть. В противном случае, что я должен показать мистеру Ли?

Янь Тин сделал паузу, собираясь положить палочки для еды.

– Который час?

– Уже почти два часа дня, – управляющий достал свой телефон. – Если Вы съедите хотя бы два кусочка, я сниму видео и отправлю его мистеру Ли?

Янь Тин посмотрел на своего управляющего, который улыбался при виде еды на столе, и атмосфера постепенно разрядилась.

Снаружи послышался звук машины, въезжающей в ворота, и управляющий был удивлён.

– Так рано. Мистер Ли вернулся? – он убрал свой телефон и пошёл к двери, чтобы увидеть, как Ли Чжао выходит из машины.

– Дядя-управляющий, – Ли Чжао взял две большие сумки и быстро подошёл к управляющему. – Тин Тин поел?

Управляющий удивился:

– Вы вернулись так рано?

– Да, – Ли Чжао вошёл в дверь и увидел, что Янь Тин сидит за столом и ест.

– Тин Тин, почему ты ешь только сейчас?

Янь Тин вытер рот и отложил палочки для еды.

– У меня было немного работы в полдень, и я сел обедать поздно. Почему ты вернулся так рано?

– Я беспокоился, что ты плохо поешь, и вернулся посмотреть, – Ли Чжао сложил свои вещи на кухне, вымыл руки и сел за стол. – Блюда на столе кажутся едва съеденными. На самом деле ты даже не пытался нормально есть, верно? Я буду сопровождать тебя, чтобы поесть некоторое время, – Ли Чжао схватил пустую миску и палочки для еды и похвастался: – Команда сказала, что наблюдение за тем, как я ем, вызывает у них дополнительный аппетит. Ты можешь понаблюдать за мной несколько минут и проголодаешься.

Управляющий, стоявшая в углу, увидел, как босс ест много всего в компании мистера Ли, и молча потёр лицо. Его метод убеждения не был ошибочным. Это было его лицо, которое было неправильным. Старое и поблекшее лицо, естественно, не могло сравниться с красивым и молодым.

Зная, что у Янь Тина была проблема с плохим питанием, Ли Чжао пообедал с ним, прежде чем поспешить в рекламный центр Восходящего Шторма. Публика была в восторге, и многие девушки закричали, когда Ли Чжао вышел на сцену.

– Вау, публика в таком восторге, – ведущий дразнил молодого артиста. – Пойдём, пусть наш несравненный благородный молодой господин поприветствует всех.

– Привет, я играю номинальную роль, которая представляет собой благородного молодого господина в Восходящем Шторме, – Ли Чжао заговорил только для того, чтобы услышать, как зрители кричат:

– Нет, ты актёр лица и представления.

– Кто это меня так хвалит? – Ли Чжао посмотрел на публику под сценой. – Обманываете Вы меня или нет, я всё равно отнесусь к этому серьёзно.

– Так и нужно! – зрительницы кричали: – Это более реально, чем жемчужина.

Мужская аудитория предпочла хранить молчание.

Подруги или жёны так обращались с другим мужчиной перед ними, кому из них не было бы стыдно?

Затем они тайком посмотрели на Ли Чжао и должны были признать, что он действительно хорош собой. Этот мальчик был полон духа, у него был солнечный смех, и его природа не отталкивала представителей того же пола. Было трудно ненавидеть такого человека.

Рекламное мероприятие закончилось, и Лю Фэнь и Чжао Ин Нань были окружены репортёрами. Некоторые из репортёров не смогли протиснуться, поэтому они все собрались перед Ли Чжао.

– Чжао Чжао, прошло два дня с момента выхода "Восходящего Шторма", и кассовые сборы превысили триста миллионов. Как специальный гость в этом фильме, что ты думаешь об этом?

– Я очень счастлив, – Ли Чжао не знал, почему репортёр задал такой бесполезный вопрос.

– Кинокритики говорят, что твоя игра – изюминка всего фильма. Ты согласен с ними?

Брат Ло и брат Сяо Юань напомнили ему, что придут репортёры, которые будут копать, и он был немного взволнован.

– Для меня большая честь, что меня хвалят как новичка. Я думаю, что весь фильм – это изюминка. Если вы не верите в это, вы можете купить билеты, чтобы увидеть его своими глазами.

– В Интернете распространяются слухи, что ты будешь исполнять главную мужскую роль в фильме "Моя девушка – фея". Это правда?

Ли Чжао ответил:

– Недавно я принял участие в съёмках фильма режиссёра Яна "Небесная Песня", и я не возьмусь ни за какую другую работу.

Сцена была шумной. Хотя вопросы, поднятые журналистами, были странными, не было никаких злонамеренных или каверзных вопросов. Как только Ли Чжао собирался закончить интервью, репортёр внезапно громко спросил:

– Ли Чжао, сценарист Властной женщины-президента, сказал, что после того, как вы стали популярными, вы ходили и игнорировали людей. Каково ваше объяснение?

Команда увидела, что ситуация не очень хорошая, и подошла, чтобы поддержать порядок.

– Свободное время для интервью закончилось. Все друзья-репортёры, пожалуйста, уступите дорогу.

– Ли Чжао, ты не хочешь дать ответ?

– Интервью окончено, – Да Кэ протиснулся и посмотрел на рабочую карточку репортёра, защищая Ли Чжао позади него. – Пожалуйста, не упоминайте о проблемах, которые не имеют никакого отношения к фильму, спасибо.

Лю Фэнь заметила, что что-то не так, и жестом попросила своего помощника помочь.

За кулисами Лю Фэнь успокаивала Ли Чжао:

– Не беспокойся об этих вещах. Каждого популярного артиста обвинят в том, что он не осознает и забывает старые чувства. Сценарист просто использует тебя для рекламы. Если ты ответишь, то просто поможешь ему. Лучший способ – игнорировать его.

– Спасибо, сестра Фэнь Фэнь, – Ли Чжао поблагодарил её.

– Тебе не нужно быть таким вежливым с кем-то из своей собственной компании, – Лю Фэнь улыбнулась. – Раньше я была на твоём месте. Пока кто-то, на кого я работала, что-то говорил, люди приходили ругать меня за то, что я недостаточно заботлива, – Лю Фэнь элегантно закатила глаза, говоря это. – Он просто наблюдает за весельем и не станет слишком вмешиваться. Кто бы воспринял это всерьёз?

Ли Чжао всё ещё просто улыбался.

Лю Фэнь сменила тему.

– Я слышала, что завтра ты собираешься снимать рекламу Cangshi. Удачи.

– Спасибо.

* * *

Семья Сун.

– Ты уверен, что Ли Чжао отклонил предложение сняться в "Моя девушка – фея"? – Сун Юй получил звонок от своего агента и был взволнован. – Это здорово. Быстро помоги мне получить эту роль.

Агент удивился:

– Почему Вы должны ждать, пока Ли Чжао не примет это? Это шоу не получило никаких инвестиций от Strawberry Entertainment, и у нас есть место для борьбы, даже если Ли Чжао этого хочет...

– Ты не понимаешь, – выражение лица Сун Юй было спокойным. – Подобрать что-то упавшее отличается от активного захвата.

Это было потому, что он не смел злить судьбу.

Как только агент закончил разговор с Сун Юем, он позвонил в команду "Моя девушка фея", чтобы помочь Сун Юй получить роль.

– Что? Персонаж утверждён ? – агент был немного удивлён. – Вы не говорили этого сегодня днём.

Как изменилась история всего за несколько часов?

_______________________

Автору есть что сказать:

Сяо Тин Тин, сидящий в детском саду, снова стал придирчивым к еде.

Сяо Чжао Чжао подтаскивает маленький табурет, чтобы сесть рядом с ним, держа маленькую ложку для еды:

– Тин Тин, мы будем есть вместе.

Глава 48. Щенячья любовь?

– Что? Кто-то украл мою роль? – Сун Юй услышал ответ агента и пришёл в неописуемую ярость. Если это был Ли Чжао, тогда Сун Юй бы покорно промолчал. Он не посмел бы ничего сказать. Однако, кто-то ещё осмелился лишить его его же роли? Пока он мог мстить, Сун Юй обязательно отомстил бы! – Кто? Кто её украл? – Сун Юй громко зарычал, и его голос был слышен по всей вилле.

– Сторона съёмочной группы не желает раскрывать это. Они только сказали, что найден подходящий кандидат, – агент подозревал, что съёмочная группа не осмелилась позволить Сун Юй, богатому второму поколению, узнать, кем был актёр. С собачьим характером Сун Юя другая сторона определённо не стала бы есть хорошие фрукты.

– В команде так много людей, и всегда есть болтуны, – Сун Юй холодно фыркнул. – Я могу узнать, если потрачу определённое количество денег.

Сун Юй был прав. Пока он был готов тратить деньги, было легко узнать о таких новостях. Вскоре они обнаружили человека, который украл роль.

– Сюй Бэй? – У Сун Юй не было впечатления от этого имени. – Восток, юг и запад не смеют оскорбить мою семью. Почему у севера хватает наглости на это (1)?

– Некоторое время назад было дебютное шоу, которое было очень горячим. Сюй Бэй пришёл из этой программы.

– Он был победителем?

Агент на мгновение замолчал.

– Нет, он был только на десятом месте.

– Сколько людей дебютировало после этого шоу?

Агент молчал в течение ещё более длительного времени.

– Девять человек.

– Этот человек, который отстал в соревновании, посмел украсть мою роль? Немедленно иди и помоги мне засунуть его туда, откуда этот ублюдок вылез! – после подтверждения того, что над человеком можно издеваться, Сун Юй внезапно набрал обороты.

– Однако я слышал, что Сюй Бэй имеет тесные отношения с Zijia Entertainment. "Моя девушка – фея" получила инвестиции от Zijia Entertainment, и они назначили Сюй Бэй на роль главного героя.

– Оказалось, что это просто ещё один человек, который решил принести деньги команде, – Zijia Entertainment была второй по величине компанией после Strawberry Entertainment. Они не смогли справиться с Strawberry Entertainment, но с силой семьи Сун Юй… он не мог позволить себе обидеть их.

– Забудь об этом, я не хочу иметь ничего общего с этим типом команды, берущей деньги.

Агент предпочёл промолчать, хотя и не мог перестать задаваться вопросом:

"Разве он не любил делать это, то есть, ну… Сам приносить деньги в команду? Как он мог насмехаться над другими?"

* * *

Ли Чжао не знал о кастинге "Моя девушка – фея". Ранним утром третьего дня нового года он бросился в штаб-квартиру Cangshi Watches, чтобы подготовиться к съёмкам.

Управляющий отдела Cangshi Watches принял его с большим энтузиазмом и отвёл в зал с коллекцией часов. Зал коллекции был заполнен лучшими работами главных дизайнеров с момента основания бренда Cangshi. Несмотря на то, что Ли Чжао был непрофессионалом, который ничего не понимал в часах, он всё равно почувствовал красоту этих эксклюзивных экземпляров.

Он также заметил, что часы, предоставленные ему для ежегодного собрания, были помещены в особый стеклянный шкаф. На стене над стеклянным шкафом висела фотография женщины в чонсам. На её лице была лёгкая улыбка, она была элегантной и очаровательной. Ли Чжао не мог удержаться, чтобы не взглянуть ещё несколько раз.

– Это госпожа Сюй, основательница Cangshi Watches, – управляющий увидел, что Ли Чжао заинтересовался основателем, и представил её. – Госпожа Сюй никогда не была замужем, но она была блестящей и имела много поклонников. Семья Сюй...

Голос управляющего остановился, как будто он боялся упомянуть что-то запретное. Он улыбнулся и сменил тему:

– Мистер Ли, в комнате коллекции есть много работ мисс Сюй. Если хотите, можете выбрать несколько, чтобы забрать.

Ли Чжао поспешно отказался. Он был бы слишком неинтересным актёром для общественности, если бы у него была достаточно толстая кожа, чтобы забрать что-то из комнаты коллекций компании. Однако, чем больше он смотрел на фотографию госпожи Сюй, тем больше у него появлялось знакомое чувство. Он всегда чувствовал, что где-то раньше видел её брови. Где это было? Для него было невозможно забыть такую элегантную и выдающуюся женщину, как эта, если бы он её увидел. Если молодой человек не видел её, почему он чувствовал, что она была знакомой?

В коридоре компании были фотографии представителей различных моделей часов бренда Cangshi. Первые несколько фотографий были очень известными актёрами прошлого века. Глядя на все фотографии, Ли Чжао, казалось, путешествовал во времени, поскольку он видел блеск Cangshi Watches в разные эпохи.

Как только он добрался до студии, стилист придал молодому человеку хороший внешний вид, и они начали съёмку.

Ли Чжао не был профессиональной моделью. Весь его опыт работы с фотографиями был основан лишь на здравом смысле и некоторых основах, которым его научили после того, как Ли Чжао присоединился к Strawberry Entertainment. Сначала он был напряжён, но фотограф был очень терпелив. Характер фотографа был настолько хорош, что возникло подозрение, что он делал художественные фотографии за высокую цену.

– Да, это то самое чувство. Давайте сделаем ещё один кадр.

– Представьте, что Вы хозяин этого мира, что Вы король, – чем больше фотограф снимал, тем счастливее он становился. – Да, верно, хорошо!

Наступила ночь, и Ли Чжао наконец закончил с фотосессией. В течение дня он менял макияж, переодевался дюжину раз и менял программу съёмки снова и снова. Самое главное, что он съел совсем немного, чтобы не испортить эффект.

Он был голоден и запаниковал. Это напомнило ему о том времени, когда ему было восемь лет и он был заперт в подвале. Он был голоден, у него кружилась голова, и в конце концов он отгрыз себе ногти.

– Чжао Чжао? – Да Кэ заметил, что состояние Ли Чжао было немного неправильным, он подумал, что это низкий уровень сахара в крови, и достал шоколадку из кармана. – Сначала ты должен поесть, чтобы получить немного энергии.

________________________

1. Бэй (北) в имени актёра означает север.

Ли Чжао взял шоколад и мгновенно кусок за куском отправил его в рот.

– Чжао Чжао, ты не можешь есть так много высококалорийных продуктов! – Да Кэ был с Ли Чжао несколько месяцев и никогда не видел, чтобы Ли Чжао яростно ел. Прошло целое мгновение, прежде чем мужчина сумел отреагировать.

Сладкий шоколад не утолил его голода. Ли Чжао открыл бутылку с водой и выпил большую часть за один раз. Затем он сказал обеспокоенному Да Кэ:

– Давай вернёмся.

Ему просто нужно было вернуться к Тин Тину, и он мог поесть. Прикрыв голодный желудок, Ли Чжао пришёл на подземную парковку и прислонился к столбу, ожидая, пока Да Кэ подгонит машину. В этот момент перед ним остановилась чёрная машина. Окно медленно опустилось, открывая лицо Янь Тина.

– Тин Тин?

– Садись в машину.

Ли Чжао открыл дверь и сел, его голова прислонилась к креслу в манере умирающего лебедя.

– Это для тебя, – ароматный пирог дрожал перед Ли Чжао, взывая к его душе: "Съешь меня, съешь меня быстро!".

Кто мог устоять перед таким искушением? Ли Чжао открыл рот и откусил, мгновенно съев половину пирога. Он взял пирог у Янь Тина и съел его за два или три глотка.

– Есть что-нибудь ещё?

– Да.

Свежий пирог и просто горячее молоко.

– Я, наконец, вернулся к жизни, – Ли Чжао съел три маленьких пирога, прежде чем, наконец, почувствовал себя уверенно. – Тин Тин, как ты узнал, что я ничего не ел?

– Я не знал, – он взял чистый носовой платок и вложил его в ладонь Ли Чжао. – Я только что принес это с кухни.

– Тин Тин, ты самый лучший брат в мире, – Ли Чжао вытер уголки рта и протянул руку, чтобы обнять Янь Тина, похлопав этого человека по спине. – Если бы ты не пришёл, я, возможно, сегодня вечером погрыз бы подушку автомобильного сиденья.

Было тепло. Уникальная атмосфера Ли Чжао наполнила его тело через объятия. Воздух также был наполнен сладким запахом выпечки. Янь Тин медленно протянул руку. Он уже собирался коснуться спины Ли Чжао, когда зазвонил телефон молодого человека.

– Чжао Чжао, где ты? – из телефона донёсся голос Да Кэ.

– Мой друг приехал, чтобы забрать меня. Ты можешь ехать обратно, не дожидаясь меня, – Ли Чжао отпустил Янь Тина, нашёл в холодильнике бутылку йогурта и передал её Янь Тину. Янь Тин открыл крышку и передал её Ли Чжао.

Ли Чжао сделал два больших глотка йогурта и облизал уголок рта.

– Хорошо, забери меня завтра утром. Я там не живу. Я живу по соседству в доме моего друга.

Повесив трубку, Ли Чжао обнаружил, что Янь Тин смотрит на уголок его рта, и поспешно вытер йогурт со рта носовым платком. Увы, был друг, который любил чистоту, и он был беспомощен.

* * *

Между тем, фанаты Лу Жэнь И были несколько обижены в последние дни. Артиста, которого они ругали, похвалил их Лу Жэнь И, из-за чего им пришлось замолчать. Затем артист, которого они ругали, стал восторженным гражданином и появился на несколько секунд в новостях.

Ради своего брата они неохотно сдерживали свои эмоции. Они затаили дыхание, пока не распространились горячие новости. Затем они приняли злорадный менталитет и смотрели на разворачивающееся шоу, как едоки дыни.

#Режиссёр "Моя девушка – фея" говорит, что Ли Чжао не подходит на роль главного героя мужского пола#

# Режиссёр "Моя девушка – фея" был недоволен Ли Чжао и сказал, что Сюй Бэй – идеальный кандидат в его сердце#

#Похудеть, чтобы сыграть роль, Сюй Бэй – лучший#

Фанаты Лу, которые ели дыни, чувствовали, что это неправильно. Это был явно хрестоматийный способ прикосновения к фарфору. Ранее в интернет-афише для "Моя девушка – фея" в качестве главного героя был указан Ли Чжао, и у поклонников маньхуа были возражения или поддержка. Затем, через несколько дней, режиссёр вышел и сказал, что Ли Чжао не подходит на эту роль?

Что это было? Ли Чжао сказал, что согласится на эту роль? Режиссёр сам говорил, чтобы добавить драмы. Режиссёр, который мог так играть, должен был сам идти прямо на сцену в качестве актёра.

Эти фанаты наступали другим людям на головы ради рекламы. Фанаты Лу могут быть хулиганами в круге, но даже они не сделали бы такой постыдной вещи.

На основных форумах появились сообщения о Ли Чжао.

Например, что люди думают о поведении Ли Чжао, который не связался с создателем Властной женщины-президента?

Например, с каких пор ты ненавидишь Ли Чжао?

Были живые выступления фанатов, которые из розовых превращались в чёрных, и это было очень оживлённо.

Фанаты Лу смотрели на этот фарс и не могли не злиться на фанатов Ли. Это было такое очевидное использование водной армии для очернения артиста, почему фанаты Ли не создали группу фанатов, выступающих против чёрных? Какая была польза от того, что у Ли Чжао были такие поклонники?

Кем был Сюй Бэй, который наступал на Ли Чжао, чтобы продать себя? Хотя они, возможно, ругали Ли Чжао, Ли Чжао был новичком, о котором их брат написал небольшую композицию, наполненную преувеличенными похвалами. Сюй Бэй был просто луком, который хотел прикоснуться к фарфору Ли Чжао.

Его водная армия наступала на Ли Чжао, и это заставило бы глаза Лу Жэнь И казаться очень плохими. Они должны были защищать репутацию своего брата. Сначала они подавили бы поклонников Сюй Бэя.

Как только другие фанаты увидели, что непобедимые фанаты Лу внезапно набросились на Сюй Бэя, сделав тему #Сюй Бэй трогает фарфор# горячей, они все были ошеломлены.

Как фанаты Лу и фанаты Ли стали благоприятными семьями? Не упоминайте фанатов, даже команда Ли Чжао была удивлена. Эта ситуация была чудом в индустрии развлечений.

– Чжао Чжао, – Чжан Сяо Юань увидел общественное мнение в Интернете и спросил Ли Чжао: – Ты склонил голову перед фанатами Лу?

– Не будь суеверным, – Ли Чжао зевнул. Он закончил снимать наружную рекламу Cangshi и хотел хорошо провести выходной.

На этот раз реклама должна была подчеркнуть элегантность, благородство и глубокие чувства. В рекламе часы были персонифицированы, поэтому Ли Чжао посмотрел на танцовщицу ласковыми глазами. Танцовщица ещё была лишь стажёркой, поэтому поначалу вела себя немного неестественно перед камерой.

Возможно, именно потому, что Ли Чжао смотрел ей в глаза слишком нежно, она постепенно вошла в игру. После окончания съёмок девушка покраснела и подошла к Ли Чжао. Она прошептала:

– Б-брат Ли, могу я добавить тебя в WeChat и подружиться с тобой, чтобы поучиться у тебя выступать перед камерой?

– Нет, – тёмная тень встала перед Ли Чжао. – Мой ребёнок не собирается влюбляться так рано.

________________________

Автору есть что сказать:

Сяо Чжао Чжао голоден.

Малыш Тин Тин достаёт из кармана леденец на палочке:

– Пока ты не подружишься с девочками, леденец всегда будет ждать тебя.

Сяо Чжао Чжао:

– Почему?

Малыш Тин Тин:

– Потому что мы не двух или трёхлетние дети. Мы не можем случайно играть с девушками…

Глава 49. Целая жизнь

Девушка не знала, почему этот человек внезапно появился. Она услышала слова "ранняя влюблённость" и мгновенно покраснела.

– П-простите. Я-я просто хотела подружиться с братом Ли.

Она держала свой мобильный телефон, выражение её лица было очень смущённым. Внезапно появившийся мужчина мрачно смотрел на неё. Казалось, что на неё смотрит демон, и девушка чувствовала себя так, словно она могла потерять свою жизнь в любой момент. Этот страх заставил её подсознательно отступить.

– Тин Тин? – Ли Чжао был удивлён внезапным появлением Янь Тина. – Почему ты здесь?

Это было место съёмок, и посторонний персонал не мог войти.

– Мистер Ли, здравствуйте, – Цинь Сяо вышел из-за спины Янь Тина. – Я здесь, чтобы кое-что сделать, и последовал... пришёл посмотреть с господином Тином.

Сказав это, он повернулся, чтобы поприветствовать съёмочный персонал.

– Вы закончили снимать? – голос Янь Тина был немного хриплым и звучал странно. Ли Чжао посмотрел на него и не увидел ничего плохого.

– Сначала сядь и выпей немного воды, – Ли Чжао передал чашку с водой Янь Тину. – Я пил из этой чаши. Ты не возражаешь?

Братья, использующие одну и ту же чашку, похоже, были в порядке. В тот момент, когда Янь Тин взял чашку и поднёс край к губам, он посмотрел на девушку, стоящую перед Ли Чжао, как плохая свекровь.

Ли Чжао увидел, что у девушки были красные глаза, и выглядела она несколько жалко. Затем он взглянул на Янь Тина, спокойно пьющего воду, и улыбнулся.

– Обычно я не пользуюсь WeChat. Если Вы хотите, то можете добавить WeChat моего помощника. Вы можете поговорить с ним, если Вам нужна помощь.

Девушка услышала, что Ли Чжао отверг её, и её юное сердце было разбито. Она неохотно улыбнулась:

– Спасибо, я побеспокоила Вас.

Она закончила говорить и, не взяв WeChat Да Кэ, повернулась и убежала.

– Да Кэ, проследи и убедись, что она не попадёт в аварию, – Ли Чжао вздохнул и повернулся к Янь Тину. – Ты такой свирепый, что напугал маленькую девочку.

Рука Янь Тина на чашке напряглась.

– Если ты такой, я не знаю, какая девушка осмелится быть с тобой, – Ли Чжао увидел, как Янь Тин молча опустил голову, и подумал, что этот человек осознал свою ошибку. Ли Чжао неохотно продолжил: – Не делай этого в следующий раз?

– Ты обвиняешь меня в том, что я помешал тебе подружиться с этой девушкой?

Слово "любовь" несколько раз вертелось у него в горле, но Янь Тин не мог его произнести, и в конце концов оно превратилось в "друзья".

– Даже если бы ты не заговорил, я бы отверг её, – Ли Чжао рассмеялся. – Такая простая и милая девушка, как она, зачем тратить время на меня?

Простая и милая? Простая… и милая?! Да, такие девушки были от природы простыми и милыми в сердцах молодых людей.

Янь Тин хотел закрыть глаза и рот Ли Чжао. Он не хотел, чтобы Ли Чжао видел других или хвалил других. Он хотел держать Ли Чжао в своём доме, чтобы никто не мог видеть Ли Чжао, кроме него.

– Всё в порядке, – Янь Тин повертел чашку в руке, прежде чем встать. – Я выйду на улицу подышать свежим воздухом. Ты можешь продолжить съёмку.

– Подожди! – Ли Чжао схватил шарф со стула и передал его Янь Тину. – Снаружи нет отопления. Возьми это с собой.

Янь Тин две секунды смотрел на шарф Ли Чжао и молча взял его. Всё здесь заставляло его чувствовать себя некомфортно. Вокруг было слишком шумно. Он вышел из студии, холод пронизывал его одежду и в конце концов заставил мозг Янь Тина успокоиться.

Шарф в его руке был мягким и тёплым. Он крепко сжал его, прежде чем медленно разжать руку. Его сила воли подсказала ему, что есть некоторые вещи, которые невозможно сделать. Затем поблизости послышался звук шагов. Он поднял глаза и увидел девушку, которая только что убежала, стоящую в конце коридора. Он тупо уставился на незнакомку, его глаза были полны безразличия.

– Мне очень жаль, – голос девушки звучал так, как будто она плакала. – Я буду держаться подальше от брата Ли и не буду влюбляться в него слишком рано.

Янь Тин проигнорировал её и медленно пошёл с шарфом прочь.

– Господин, – Цинь Сяо открыл дверь и последовал за Янь Тином. – Съёмка мистера Ли подходит к концу. Я отведу Вас в гостиную, чтобы Вы могли скоротать время.

Янь Тин оглянулся на него, как будто увидел незнакомца. Цинь Сяо увидел, как его губы шевелятся.

– Господин, что Вы сказали?

– Лекарство, – выражение лица Янь Тина исчезло, и это было похоже на то, что он вернулся в состояние до знакомства с Ли Чжао.

Сердце Цинь Сяо сжалось, и он вложил лекарство в руки Янь Тина.

– Я пойду и принесу Вам воды.

– Не нужно, – Янь Тин проглотил таблетку в невыразительной манере. – Скажи мне, когда закончатся съёмки.

Гостиная была очень хорошо звукоизолирована. Янь Тин вошёл в комнату, и в тот момент, когда он закрыл дверь, весь мир затих. Его мир изначально был таким тихим.

После инцидента с WeChat девушка, участвовавшая в съёмке, была явно в плохом настроении. К счастью, нужно было снять только её силуэт. Через час или два она, наконец, прекратила съёмку. Слишком долго снимали макияж. Ли Чжао вышел из студии, чтобы найти Янь Тина, но не увидел этого человека снаружи.

– Где ты? – Ли Чжао достал свой телефон и был готов позвонить Янь Тину.

– Брат Ли, – девушка погналась за ним, её лицо побледнело. – Только что этот человек… Ваш друг?

Ли Чжао кивнул. Лицо девушки изменилось, и она, наконец, прошептала:

– Вам следует быть осторожнее, – затем она опустила голову и бросилась прочь, как будто за ней гнались собаки.

"Быть осторожнее с чем?" – разум Ли Чжао был покрыт туманом. Должен ли он был проявить осторожность с уличным холодом?

– Мистер Ли, – Цинь Сяо вышел из-за угла. Он посмотрел в спину спешащей прочь девушки и с улыбкой повернулся к Ли Чжао. – Господин Тин ждёт Вас в гостиной. Я отведу Вас туда.

– Спасибо, – Ли Чжао последовал за Цинь Сяо. – Янь Тин чувствует себя некомфортно? Я не думаю, что он сейчас выглядел хорошо.

– Я не уверен, – Цинь Сяо оглянулся на Ли Чжао. – Господин Тин обычно не любит говорить, и всё похоронено в его сердце. Мы, посторонние, не можем видеть, что с ним не так.

Услышав это, шаги Ли Чжао немного ускорились.

– Мистер Ли, господин Тин в этой гостиной. Мне нужно кое-что сделать, поэтому, пожалуйста, временно извините меня, – Цинь Сяо поправил очки на носу. – Если есть что-то, тогда Вы сможете позвать сюда персонал.

– Спасибо, – Ли Чжао поспешно поблагодарил его и толкнул дверь. Он увидел Янь Тина, прислонившегося к дивану, бледного и болезненного, но его поза всё ещё была грациозной.

Это напомнило ему о фотографии госпожи Сюй, висящей на стене в комнате коллекции часов. Брови и темперамент Янь Тин были похожи на госпожу Сюй.

Почувствовав, что кто-то вошёл в комнату, Янь Тин медленно открыл глаза и увидел Ли Чжао, стоящего в дверях. Холод в его глазах немного рассеялся.

– Почему у тебя такое плохое лицо? Тебе неудобно? – Ли Чжао подошёл к Янь Тину и протянул руку, чтобы коснуться его лба.

Янь Тин несколько секунд молчал, прежде чем положить голову на тело Ли Чжао.

– У меня кружится голова.

– Это из-за холодного ветра, который дул после того, как ты покинул студию? – Ли Чжао был встревожен. – Я знал, что должен был остановить тебя от выхода. В студии может быть немного шумно, но это лучше, чем холодный ветер, дующий снаружи. Ты принимал лекарства?

– Я принял его, – Янь Тин прислонился к Ли Чжао и не отодвинулся. – Не двигайся. Позволь мне опереться на тебя на некоторое время.

– Хорошо, – Ли Чжао сел на диван и позволил Янь Тину прилечь ему на колени. – Я помогу помассировать тебе виски. Это может заставить тебя почувствовать себя лучше.

– Угу.

Метод Ли Чжао был не очень хорош. Янь Тин прислонился к его тёплым бёдрам, закрыв глаза и спросил:

– Только что я остановил тебя и ту девушку от обмена WeChat. Ты винишь меня?

– Мы хорошие друзья. Как я могу злиться на тебя из-за этой мелочи? – Ли Чжао пальцами откинул волосы Янь Тина. – Не говоря уже о том, что мне всего двадцать лет, и мне ещё два года до законного возраста вступления в брак. О какой любви я должен думать?

В комнате было очень тихо, и Янь Тин открыл глаза.

– После… какой тип человека тебе бы понравился?

Рука Ли Чжао замерла, прежде чем он тихо рассмеялся.

– Вероятно… Я хотел бы кого-то, кто дал бы мне семью. В её сердце должен быть только я, а у меня будет только она. Ей будет плевать на мои пердежи, и я не брошу её из-за её неопрятной пижамы и тапочек. Если она опоздает, я заберу её. Если я вернусь домой поздно, она оставит свет включённым для меня... Между мужем и женой… это, наверное, должно происходить так? – Ли Чжао не знал, как уживаются обычные мужья и жены. В его воображении это была самая совершенная модель.

– А как насчёт ребёнка? – голос Янь Тина снова стал хриплым.

– Я никогда не думал об этом, – его воспоминания до десяти лет были сплошными оскорблениями и избиениями. После десяти лет он жил в доме социального обеспечения и не знал, как родители относятся к своим детям в тёплой семье. – Не имеет значения, если у нас не будет детей. Мы можем вместе выращивать кошек и собак или цветы и рыбу. Этого будет вполне достаточно.

– У меня есть все эти вещи... – Янь Тин проглотил невысказанные слова.

– Что?

– Ничего, – Янь Тин снова закрыл глаза.

– Почему ты вдруг заботишься о том, чтобы влюбиться? – Ли Чжао поднял брови, его глаза были полны стремления к сплетням. – Есть кто-то, кто тебе нравится?

– Вокруг меня нет никого, кроме тебя.

– Это верно, – Ли Чжао кивнул. – Забудь об этом, мы оба холостяки. Давай, два холостяка, положимся друг на друга.

Янь Тин ничего не сказал.

– А? – Ли Чжао легонько ткнул Янь Тина в голову. – Холостяк Янь, ты ничего не собираешься сказать?

– Если я останусь холостяком до конца своей жизни, останешься ли ты рядом со мной до конца моей жизни?

– Хорошо, – Ли Чжао улыбнулся. – Ходить на рыбалку вместе, когда нам будет по семьдесят-восемьдесят лет, тоже очень хорошо.

– Ты не хочешь держать собаку или выращивать цветы?

– Если хочешь, мы можем посадить цветы. Однако ты нездоров и не можешь завести собаку. Собака обязательно будет линять, а это чрезвычайно плохо для твоих дыхательных путей.

– Да, давай посадим цветы и пойдём на рыбалку вместе, – Янь Тин сел и посмотрел в глаза Ли Чжао. – Чжао Чжао, я запомнил твои слова.

Ли Чжао кивнул, чувствуя некоторые сомнения в своём сердце. Почему он почувствовал что-то странное?

_______________________

Автору есть что сказать:

После детского сада дети весело играли вместе.

Малыш Тин Тин, сидящий на табуретке:

– Мне больно, у меня болит рука, всё моё тело болит. Я хочу, чтобы Чжао Чжао сопровождал меня.

Глава 50. Бесстыдные вещи

Цинь Сяо стоял за дверью, держа в руках тёплую воду, которая уже остыла. Однако он не постучал в дверь. Руководители Cangshi подошли, чтобы поприветствовать босса, но остановились, когда увидели, что Цинь Сяо сделал жест "тихо".

Увидев это, они остановились и боялись двигаться вперёд. Они не хотели идти и не осмеливались сказать. Поэтому они смотрели из-за угла и ждали, когда выйдет большой босс.

Дверь гостиной открылась, и они увидели господина Тина, идущего рядом с Ли Чжао. Они стояли далеко и не знали, что Ли Чжао сказал большому боссу, но большой босс кивнул, и они оба казались очень близкими. Это было интимно и не легкомысленно. Первоначально они думали, что Ли Чжао был игрушкой большого босса, но теперь, посмотрев ещё раз, казалось, что это не так.

– Управляющий? – Ли Чжао увидел нескольких мужчин и женщин, одетых в рабочую одежду, одного из которых он знал. Это был управляющий отдела, который вчера водил его по Cangshi.

Цинь Сяо быстро шагнул вперёд, достаточно, чтобы остановить темп этих людей.

– Мне нужно кое-что обсудить с вами. Пожалуйста, пойдёмте со мной.

Люди из руководства его не подозревали. Они кивнули Янь Тину и последовали за Цинь Сяо в конференц-зал наверху. Просто некоторые люди задавались вопросом. Только что они так долго стояли рядом с ним. Почему Цинь Сяо не издал ни звука раньше?

– Кажется, они тебя знают? – Ли Чжао почувствовал уважение, которое эти люди испытывали к Янь Тину.

– Угу, – Янь Тин потёр лоб, выражение его лица было немного болезненным. – Меня недавно перевели в офис президента, и руководство всех филиалов работает со мной.

– Твоя голова чувствует себя не слишком хорошо? – Ли Чжао был не в настроении беспокоиться о том, почему Янь Тин был знаком с этими высокопоставленными людьми. Он схватил Янь Тина за руку и сказал: – Пойдём домой.

– Твоя работа и твой макияж...

– Съёмки уже закончены, – Ли Чжао коснулся грима на своём лице. – Я вернусь и сниму его. Я буду сопровождать тебя обратно.

Ли Чжао помог Янь Тину выйти. Он только что подошёл к входной двери, когда встретил девушку, которая попросила у него WeChat. Увидев Ли Чжао, девушка сначала немного смутилась. Затем она обнаружила Ли Чжао рядом с Янь Тином, и кровь на её лице полностью исчезла, когда она сделала шаг назад.

– Прощай, – Ли Чжао не долго думал. Он улыбнулся и попрощался с маленькой девочкой.

Маленькая девочка поджала губы и отступила в сторону, наблюдая, как они уходят. Как только она собралась уходить, она увидела, что мужчина, которого поддерживал Ли Чжао, внезапно повернулся и посмотрел на неё. Этот взгляд определённо не был дружелюбным и даже… было похоже, что она стала пушечным мясом номер два.

Она вздрогнула и тайком посмотрела на невежественного Ли Чжао, бесчисленные мысли мелькали в голове девушки. Однако перед глазами этого холодного человека все мысли превратились в бесконечный страх. Она могла только извиваться и смотреть, как они медленно уходят, молча отсылая прочь свою первую любовь.

Вернувшись домой, Ли Чжао уговорил Янь Тина лечь в постель, накрыв его одеялом. Затем Ли Чжао вернулся в ванную комнату своей спальни, чтобы смыть грим.

Грим, который требовалось наносить перед камерой, был тяжёлым. Ли Чжао потребовалось много времени, прежде чем, наконец, удалось снять всю косметику со своего лица. Он только что закончил вытирать лицо, когда услышал шаги в коридоре. Он открыл дверь и увидел управляющего, стоящего снаружи с подносом.

– Дядя-управляющий? – Ли Чжао впустил управляющего. – Что это?

– Босс сказал, что в последнее время Вы много работали, поэтому я попросил кухню приготовить Вам суп, – управляющий поставил поднос и улыбнулся. – Мистер Ли, удобно ли Вам здесь жить?

– Всё в порядке. Здесь комфортно жить, – Ли Чжао взял миску и выпил суп.

Видя, что у него такой хороший аппетит, управляющий улыбнулся ещё более любезно. Он привык, что босс ничего не ест, и, наконец, появился молодой человек, у которого был аппетит ко всему. Управляющий почувствовал, что его собственный аппетит улучшается.

– Хорошо, что Вы живёте счастливо, – управляющий передал чистое полотенце. – Поскольку Вы привыкли жить здесь, я хотел бы попросить Вас приходить чаще. После того, как Вы стали жить здесь, босс намного счастливее. Раньше он не часто ел или пил, и мы очень беспокоились.

– Спасибо, – взяв полотенце, Ли Чжао посмотрел на дом. – Вы... разве Вы не обслуживающий персонал, приглашённый после сноса и переезда дома Тин Тина?

– Я отличаюсь от других домашних работников, – улыбка управляющего не изменилась, когда он взял полотенце, которым Ли Чжао вытирал рот, и положил его на поднос. – Мы с боссом знаем друг друга уже давно. В прошлом году мой работодатель подумал, что я старею, и уволил меня. Босс знал это и забрал меня к себе домой.

– Оказывается, Вы наблюдали, как растёт Тин Тин, – с любопытством спросил Ли Чжао. – Был ли Тин Тин очень милым ребёнком?

– Босс рос... – управляющий улыбнулся, прежде чем продолжить: – Босс был очень хорошим ребёнком. В детстве он был похож на маленького принца в замке. У меня есть фотоальбом. Хотите на него взглянуть?

– Я хочу это увидеть, – Ли Чжао кивнул.

– Тогда подожди меня некоторое время, – управляющий вышел из комнаты Ли Чжао с пустой миской и втайне почувствовал облегчение. Он не знал, как босс обычно общается с мистером Ли, но он почти раскрыл кое-что.

Он передал пустую миску горничной, достал ключ и нашёл пыльный альбом в хранилище. Альбом долгое время не открывался. Стиль выглядел немного старым, и управляющий дрожал, когда открыл печать альбома, чтобы показать только несколько фотографий.

– У Тин Тина в детстве было всего несколько фотографий?

Тин Тин на фотографиях выглядел лучше, чем думал Ли Чжао, за исключением того, что на каждой фотографии он никогда не улыбался. Единственная улыбающаяся фотография была, когда он лежал в кроватке в костюме медвежонка. Он улыбнулся без зубов, невинно улыбаясь человеку, делающему фотографию.

Человек, который сделал фотографию, должен быть самым близким человеком к Тин Тину. Сквозь пластиковую плёнку фотографии Ли Чжао почти мог представить, как человек, сделавший снимок, ласково зовет Тин Тина по имени, заставляя его громко смеяться, прежде чем сделать это драгоценное фото.

– Босс не любил фотографироваться с самого детства, – управляющий сказал со вздохом: – Затем постепенно остальные перестали настаивать на том, чтобы пытаться его фотографировать.

Ли Чжао был расстроен, услышав это. Ребёнок, который потерял своих родителей, кого бы волновало, был ли он счастлив или хранил детские фотографии в качестве воспоминаний?

Он вырос один, и был вынужден противостоять одиночеству лишь собственными силами.

– Посмотрите на мой рот. Я люблю говорить глупости, когда становлюсь старше, – управляющий виновато улыбнулся. – Теоретически, я не могу раскрывать частную жизнь моего работодателя, но Вы – другое дело. Я никогда не видел, как босс готовит пельмени или смотрит гала-концерт Весеннего Фестиваля перед телевизором. Как старик, который жил, наблюдая за тем, как растёт босс, я хотел бы сказать Вам спасибо.

– Не говорите так. Тин Тин – мой друг, и я должен сопровождать его, – Ли Чжао с трудом мог вынести торжественную улыбку старика. – Тот, кто должен поблагодарить Вас, это я. Я беспокоил Вас, чтобы Вы заботились обо мне.

– Мистер Ли шутит. Вы самый лучший ребёнок в мире. Это естественно – заботиться о Вас, – управляющий улыбнулся, став подобным сияющей хризантеме. – Поскольку Вы с боссом хорошие друзья, в следующий раз, когда Вы вернётесь со съёмок, Вы должны жить здесь. Так будет живее и приятнее.

– Это нехорошо...

– Вы с боссом хорошие друзья. Зачем беспокоиться о вежливости между хорошими друзьями? – управляющий покачал головой. – Когда ты становишься старше, тебя не волнуют фальшивые манеры. Пока вы, молодые люди, живёте счастливо, это лучше, чем что-либо ещё.

– Я подумаю об этом, – Ли Чжао не сразу согласился, так как он не был обычным мальчиком. По крайней мере, он ждал, когда Тин Тин пригласит его. Тогда он продолжал бы быть достаточно толстокожим, чтобы есть и пить здесь.

Короткий отпуск вскоре закончился. В шесть часов утра восьмого дня нового года Ли Чжао выбрался из-под одеяла, скорбно закончил свой завтрак и отнес огромную коробку на диван, не желая уходить.

Упал, он действительно упал. Кровать Тин Тина была слишком мягкой, еда слишком вкусной, фрукты слишком сладкими, а дни слишком комфортными. Он вообще не хотел идти на съёмки.

– В чём дело? – Янь Тин увидел, что он лежит неподвижно. – Тебе неудобно?

– Тин Тин! – Ли Чжао плакал. Опираясь на плечо Янь Тина, молодой человек почти плакал. – Я не хочу идти на съёмки. Я хочу оставаться здесь каждый день и быть солёной рыбой (1).

– Хорошо.

Температура тела Ли Чжао всегда была высокой, словно отражением его иероглифа. Почувствовав запах шампуня, Янь Тин слегка наклонил голову и заговорил на ухо Ли Чжао.

– Если ты хочешь быть солёной рыбой, тогда я поддержу тебя.

– Я настоящий мужчина, как я могу позволить тебе поддерживать и содержать меня? – Ли Чжао встал, не переставая ворчать. – Я пойду и заработаю деньги.

– Подожди минутку, – Янь Тин остановил Ли Чжао и надел шапку на его волосы. – Не будь узнан людьми в аэропорту.

– О, – Ли Чжао поправил шапку, натянув её поглубже. – Тогда я пойду.

Он подошёл к двери и подмигнул Янь Тину.

– Тин Тин, не забывай скучать по мне. Кроме того, не забывайте есть вовремя. Я попрошу дядю-управляющего присмотреть за тобой.

– Хорошо, – Янь Тин стоял неподвижно. Никто не знал, что он обещал. Было ли это обещанием скучать по Ли Чжао или питаться своевременно.

Послышался звук отъезжающей машины. Управляющий стоял у двери и смотрел на улицу, пока свет не скрылся из виду. Затем он развернулся и пошёл обратно в дом.

– Господин, мистер Ли уехал. Не хотите ли сначала позавтракать?

– Я не голоден, – Янь Тин встал и пошёл наверх. – Не мешай мне.

Управляющий поджал губы.

Если бы он позвонил мистеру Ли сейчас, чтобы подать жалобу, было бы это вовремя?

* * *

В первый рабочий день после нового года задания не были тяжёлыми, и у Ли Чжао было всего две сцены.

– Сяо Ли, у тебя всё ещё есть полмесяца до окончания всех твоих сцен. У тебя нет других рабочих договорённостей? – исполнитель главной мужской роли Лу Хао подошёл к Ли Чжао. – У тебя есть какие-нибудь намерения принять участие в варьете?

Ли Чжао ответил:

– Я не знаю. Я должен дождаться договорённостей компании.

Лу Хао покачал головой.

– На моей стороне есть возможность сняться в варьете. Это прошлогодняя очень горячая тема "Если мы влюбимся". В этом году начнётся запись нового сезона. Если тебе интересно, я могу помочь тебе получить приглашение на съёмки.

Лу Хао всегда хотел развиваться на большом экране, но нынешняя компания не могла справиться с его популярностью на рынке телевизионных драм, не говоря уже о том, чтобы помочь ему завоевать ресурсы для кино. Видя, что его контракт подходит к концу, он намеревался перейти в Strawberry Entertainment. Таким образом, он продемонстрировал свою благосклонность к новичкам, на воспитании которых была сосредоточена Strawberry Entertainment.

– Это там, где звёзды притворяются влюблёнными? – это шоу было действительно горячим, и даже Ли Чжао слышал о нём, несмотря на то, что не уделял особого внимания разнообразным шоу. Он покачал головой. – Я недостаточно взрослый, чтобы жениться. Как я могу рано влюбиться?

Лу Хао ошеломлённо моргнул.

Что за чёрт?

Ранняя любовь? Если бы не очень серьёзное и искреннее выражение лица Ли Чжао, Лу Хао почти подумал, что Ли Чжао разыгрывает его.

– Многие артисты первого эшелона занимают места на этом шоу. Ты действительно не пойдёшь? – Лу Хао почувствовал, что должен спросить ещё раз.

Ли Чжао покачал головой.

– Спасибо, старший брат, но я не подхожу для участия в такого рода программе.

– Хорошо, – Лу Хао кивнул. – На самом деле, это хорошо, если ты не пойдёшь. Зрители будут судить вас, а когда тебя ругают, очень сложно справляться с подобной критикой.

В эти дни у молодых людей были действительно высокие требования к объектам любви. Кого-то вроде Ли Чжао, вероятно, ругали бы с первой до последней стадии. Через некоторое время Лу Хао позвонил друг и сказал, что места на "Если мы влюбимся" заняты.

– Разве ты не сказал, что оставишь мне одно место? – Лу Хао был зол. К счастью, Ли Чжао не согласился с этим вопросом, в противном случае как он мог после этого объясниться с молодым человеком? – Кто ограбил это место? Сюй Бэй? Кто этот бесстыдный артист за пределами тридцать восьмого уровня?!

______________________

Автору есть что сказать:

Время обеда в детском саду.

Малыш Тин Тин:

– Не пиши больше. Я буду приносить закуски, чтобы поддержать тебя каждый день, хорошо?

После этого достаёт много шоколада из своей маленькой школьной сумки.

Сяо Чжао Чжао ест шоколад:

– Хорошие дети не должны оставаться без обучения!

______________________

1. 咸鱼 (xiányú) – литературный перевод – солёная рыба – метафоричное описание человека вялого и ленивого, живущего без мечты и мотивации.

Глава 51. Лестно

Одно дело было сделать это самому. Другое дело, когда его тайно лишили обещанного ресурса.

Лу Хао годами стабильно работал в индустрии развлечений и приобрёл много контактов. Даже если он планировал расторгнуть свой контракт с нынешней компанией, не было слишком много несчастий.

Если бы это случилось в прошлом, он бы не расстроился. Однако на этот раз все было по-другому. Ресурс, который он приготовил для кого-то другого, был украден.

К счастью, Ли Чжао только что отверг его рекомендацию для этого варьете. Если бы Ли Чжао согласился, но сам Лу Хао не смог получить ресурс для Ли Чжао, это было бы не оказанием услуги новичку, а оскорблением людей.

А значит, этот нахальный выскочка пытался оскорбить его самого.

Чем больше Лу Хао думал об этом, тем злее становился. В круге не было секретов. Как его можно считать первоклассным актёром в круге, если его избил такой молодой парень, как этот? Было неизвестно, сколько людей будут смеяться над ним за его спиной.

Несколько дней назад Zijia Entertainment всё ещё активно приближалась к нему, желая использовать крупный инвестиционный фильм, чтобы пригласить его в компанию. Изначально он планировал пойти в Zijia Entertainment, если не сможет договориться с Strawberry Entertainment. Теперь ситуация…

Артист тридцать восьмого уровня из Zijia Entertainment был достаточно смел, чтобы ударить его по лицу. Лу Хао не знал, какие ещё отвратительные вещи будут ждать его, если он подпишет с ними контракт.

– Сегодня откажись от всех договорённостей с Zijia Entertainment, – Лу Хао думал далеко вперёд. Чем больше он думал об этом, тем больше чувствовал, что окажется в опасной ситуации, если подпишет контракт с Zijia Entertainment. – Я не подпишу контракт с Zijia Entertainment, даже если мне придётся покинуть круг и открыть ресторан хого.

Будучи артистом, получившим золотую медаль в телешоу, он также обладал вспыльчивым характером. Таким образом, Лу Хао передал вопрос об отказе Zijia Entertainment своему агенту.

* * *

Ли Чжао увидел, как Лу Хао вышел с несколько плохим выражением лица, и подумал, что Лу Хао был недоволен, потому что Ли Чжао отверг его добрые намерения. Таким образом, он был мальчиком на побегушках у Лу Хао в течение следующих двух дней в команде.

Сун Юй закатил глаза при виде этого. Если в круге была лижущая зад собака, то Ли Чжао определённо был лучшим на этом поприще.

Лу Хао увидел, как вежлив Ли Чжао с ним, и стал ещё вежливее с Ли Чжао. Он попросил своего помощника отправить более дюжины вещей Ли Чжао и относился к Ли Чжао почти как к брату.

– Сяо Ли, ты можешь проявить здесь немного больше сдержанности, – Лу Хао увидел, что Ли Чжао не имеет подходящей актёрской школы. Действуя, Ли Чжао полагался на своё понимание и не имел соответствующих навыков. Этого типа актёрской игры было достаточно, чтобы снять сериал, но сейчас велись не съёмки телевизионного шоу.

В круге быть хорошим учителем было табу. Даже если это было сделано с благими намерениями, это может быть демонстрацией навыков другим. Лу Хао нелегко было учить молодое поколение, но Ли Чжао был искренним ребёнком. У молодого актёра, который смог под чистую уничтожить упакованные блюда, раздаваемые съёмочной группой, не было плохого сердца.

– Вот так? – Ли Чжао сдержал выражение своего лица.

– Да, самое главное в этой сцене – твои глаза, – Лу Хао кивнул. – Если на лице есть другие небольшие движения, это будет выглядеть преувеличенным крупным планом. Настоящая печаль – это не подёргивания лица и слёзы. Вместо этого позволь аудитории увидеть свои глаза и заразиться грустными эмоциями, – Лу Хао свернул сценарий в руке. – Успешные актёры погрузят зрителей, чтобы те испытали настоящий восторг от их выступления. Твои глаза выглядят хорошо, – Лу Хао поболтал и сменил тему. – Ты близорук?

Ли Чжао покачал головой.

– Лучше не становись близоруким, – Лу Хао хотел поговорить с Ли Чжао о преимуществах отсутствия близорукости, когда услышал, как режиссёр зовет его, и был вынужден сказать: – Я поговорю с тобой позже.

Товарищ Сяо Ли был действительно подходящим человеком для общения. Лу Хао только что ушёл, когда подошёл Сун Юй.

– Ли Чжао, ты слышал о Сюй Бэе?

– Кто это? – голова Ли Чжао была полна тумана.

– Дурак, – Сун Юй увидел, что выражение лица Ли Чжао не казалось фальшивым. – Ты действительно его не знаешь?

– А я должен? – Ли Чжао заметил, что лицо Сун Юй не было счастливым. – Неужели твои фанаты ссорятся с его фанатами?

– Чьи фанаты дерутся с его фанатами? Это всё его вина, – Сун Юй усмехнулся. – Я говорю тебе, что он нехороший, и ты должен обратить на это внимание. Я боюсь, что он давит на тебя из-за шумихи.

– Почему он хочет использовать мою шумиху? – спросил Ли Чжао. – Я очень популярен?

Сун Юй ошеломлённо моргнул.

Надо сказать, что Ли Чжао был очень популярен в последнее время. Кассовые сборы Восходящего Шторма продолжали расти. Самые высокие однодневные кассовые сборы составили почти триста миллионов, и это почти истощило кассовые сборы других фильмов, выпущенных за тот же период.

Несмотря на то, что праздник Весеннего Фестиваля закончился, кассовые сборы Восходящего Шторма всё ещё превышали сто миллионов за один день, и он вошёл в двадцатку лучших общих кассовых сборов по стране. На данный момент попасть в пятёрку лучших не было невозможно.

Strawberry Entertainment заработала много денег, и выступление Ли Чжао в этом фильме было замечательным, вызывая у прохожих добрые чувства к нему. Хотя кассовые сборы не были на совести Ли Чжао, его игра в фильме означала, что в будущем ему будет легче выйти на кинорынок по сравнению с обычными дорожными актёрами.

Судьба, это всё была судьба!

Сун Юй посмотрел на Ли Чжао со сложным выражением лица и внезапно встал.

– Нет, я не могу смотреть на твоё лицо сейчас.

Пока он видел Ли Чжао, Сун Юй думал о несправедливости судьбы.

Ли Чжао был совершенно недоумевающим.

Мозг этого ребёнка был не в порядке. Разве его не должны избить?

В конце съёмочного дня Ли Чжао вернулся в отель и открыл свой телефон, чтобы увидеть себя в поиске.

#Режиссёр "Моя девушка – фея" сказал, что Ли Чжао был приглашён для участия в съёмках, но Сюй Бэй больше подходит#

#Сюй Бэй, лучший в сердце розовых фанатов#

#Сюй Бэй vs Ли Чжао#

Что происходит с этой командой? Они готовы тратить так много денег? Казалось, что он был действительно популярен. Были команды, готовые потратить деньги, чтобы наступить на него.

Какое-то время Ли Чжао не знал, враждебна ли к нему команда или помогает ему. Они взяли такую звезду третьего уровня, как он, которая не могла позволить себе главную роль в звёздной драме, и запустили его имя в горячий поиск. Что это был за дух? Дух бесстрашия и самопожертвования ради других!

* * *

Рабочая группа Ли Чжао также была очень хорошей. Были ли мозги команды "Моя девушка – фея" залиты водой? В круге было так много актёров. Зачем наступать на Чжао Чжао их семьи ради рекламы. Чжао Чжао из их семьи... разве он был достаточно популярен для таких трюков?

– Значит, нам не стоит беспокоиться о горячем поиске? – у сотрудников команды было желание посмеяться. Что в этом было не так?

– Не имеет значения, что они делают, – Ло Жун усмехнулся. – Они могут раздувать это столько, сколько захотят. Кстати, этот Сюй Бэй – новый человек, подписавший контракт с Zijia Entertainment?

– Да, я слышал, что его отношения с главным руководством... очень близкие.

– Неудивительно, что он осмеливается покупать так много товаров. Оказывается, у него достаточно расходов на рекламу, чтобы путешествовать по всему миру, не беспокоясь, – у постоянных артистов развлекательных компаний были рекламные сдвиги. если бы артисты превысили этот бюджет, им пришлось бы заплатить за это самим, если бы они хотели купить статью.

Ло Жун недавно помогал Ли Чжао ознакомиться с иногородней драмой . Сценарий этой драмы был очень хорош, и он планировался в течение двух лет. Мужская роль освободилась не так давно. Услышав новости, Ло Жун активно связался с группой режиссёров.

Однако он не мог решить этот вопрос без разрешения. Решение было принято только после того, как Ли Чжао связался с режиссёром.

После получения новостей от Ло Жуна Ли Чжао взял на себя инициативу добавить WeChat режиссёра Шэня. Два человека едва успели произнести несколько предложений, когда режиссёр напрямую инициировал видеозвонок. Он, казалось, был встревожен.

– Мистер Ли, я сожалею, что задержал Ваше время, – борода режиссёра Шэня была небрита, и он был одет в серую куртку. Его волосы были в беспорядке, и выглядело так, будто он не принимал ванну несколько дней.

– Вы можете называть меня Сяо Ли, – Ли Чжао заметил, что у режиссёра Шэня за спиной была книжная полка, и книги были аккуратно расставлены.

– Сяо Ли, мы были очень счастливы после того, как Ваш агент связался с нами, – режиссёр Шэнь почесал голову и выглядел немного смущённым. – Тем не менее наша команда теперь… какое-то время я не смогу тебе заплатить. Могу ли я заплатить тебе в рассрочку? Я могу дать тебе долговую расписку.

Ли Чжао был несколько ошеломлён.

Впервые в своей жизни он собирался получить долговую расписку?

– Я прочитал сценарий сегодня. Мировоззрение фильма очень амбициозно. Будь то сюжет или персонажи, это здорово, но...

Если бы он был слишком беден, чтобы заплатить актёру, тогда как у режиссёра могло быть достаточно денег для последующей работы? К этому типу плёнки предъявлялись высокие требования на более поздних стадиях. Если бы они преуспели в постмонтажной работе, тогда фильм был бы наполовину успешным. Если это не было сделано хорошо, то актёрские навыки исполнителей могли оказаться бесполезны. Это только заставило бы людей думать, что это была детская комедия.

Выражение лица режиссёра Шэня стало более неловким, и он заговорил осторожно.

– Тогда, не мог бы ты уделить мне немного времени? Три месяца... Нет, два месяца. Если этот фильм не начнёт приносить прибыль через два месяца, тогда ты можешь пойти сниматься в других дорамах. Хорошо?

В конце концов, выражение его лица было почти просьбой. В этом фильме ранее было несколько ведущих актёров, которые в конце концов уволились из-за финансовых проблем съёмочной группы. Актёр с некоторой известностью, пришедший, чтобы найти их, был неожиданным удовольствием для съёмочной группы.

– Хорошо, – Ли Чжао кивнул. – Я буду ждать результатов два месяца.

Для съёмок оставшихся сцен в Небесной Песни у него должно было уйти около полумесяца. Затем в течение оставшихся полутора месяцев он мог сосредоточиться на изучении реплик, актёрского мастерства и манер в компании. Это также можно рассматривать как перезарядку самого себя.

В его голове мелькнула мысль, но он быстро подавил её.

– Спасибо, спасибо, – режиссёр Шэнь поблагодарил его несколько раз, глаза слегка покраснели. Затем он смутился, показав это Ли Чжао, и поспешно повесил трубку.

* * *

Рано утром следующего дня Сун Юй постучал в дверь Ли Чжао.

– Ли Чжао, открой дверь!

– Брат Сун... – Ли Чжао открыл дверь. – Сейчас раннее утро. Что ты делаешь?

– Ты согласился сниматься в фильме Тень Неба?

– Да, – Ли Чжао облизнул зубы. – Я увидел, что сценарий был довольно хорош, и режиссёр очень серьёзно относится к фильму, поэтому я согласился.

– Ты просто пердишь! Ты знаешь, что этот фильм.... – Сун Юй остановился и сделал два глубоких вдоха. – Свиные мозги!

Ли Чжао вылупился на него во все глаза.

Стучать в его дверь так рано утром только для того, чтобы напасть на него? Если бы не поздние ночные закуски, Ли Чжао бы не смог этого вынести. Забудьте об этом, мир был большим, и еда была самой важной вещью. Это не было невыносимо.

* * *

После принятия роли в "Моя девушка – фея", Сюй Бэй расспрашивал о Ли Чжао неустанно. Он не мог дождаться, чтобы воспользоваться возможностями Ли Чжао, и даже хотел втоптать этого человека в землю, пока он не перестанет быть популярным.

– Что ты сказал? Ли Чжао снимается в фильме Тень неба? – услышав новости, Сюй Бэй не мог скрыть радость в своём сердце. – Правда?

– Действительно, – агент ответил. – Многие люди смеются над Strawberry Entertainment за то, что они дали своему артисту фильм, в котором он будет полностью обречён на провал. Однако нынешнее положение Ли Чжао означает, что ему трудно войти в круг мейнстрима кино. Это, должно быть, сделано для того, чтобы проверить воду.

Однако создание научно-фантастического фильма, которому суждено было стать плохим фильмом, как только он вошёл в круг кино, было просто лучшим выбором для смерти.

Сюй Бэй ничего не сказал. На самом деле, у этого фильма не было стопроцентного шанса стать плохим фильмом. Как только фильм был снят на полпути, он был остановлен из-за нехватки средств.

Позже ситуация стала более шумной. Режиссёр прыгнул и покончил с собой. Пользователи Сети отругали актёра, который осудил режиссёра, чтобы он покинул круг, и, наконец, вещи, связанные с этой командой, были забыты пользователями Сети, которые ели дыню.

Ли Чжао, снимающий этот фильм, просто копал себе могилу. Сюй Бэй недавно исчерпал все свои средства, чтобы предотвратить всплеск популярности Ли Чжао, но он не ожидал, что Ли Чжао умрёт сам.

– Кстати, у меня был артист, который едва узнал, что твоя фамилия Сюй, начал гадать, является ли твоя фамилия общей с фамилией босса Cang Huan. Вы родственники? – агент налил чашку полезного чая для Сюй Бэя.

Он не знал почему, так как его артист был молод, но Сюй Бэй был одержим оздоровительным чаем.

– Как это может быть? Нет, нет, – Сюй Бэй быстро опроверг это, но выражение его лица изменилось.

На самом деле, если он вернулся на три поколения назад, то его семья действительно имела общего предка с Сюй Янь Тином, но он не осмеливался признать это. Люди снаружи не знали, но как член дальней ветви семьи Сюй он знал, что Сюй Янь Тин очень сильно ненавидел фамилию Сюй и был особенно равнодушен к семье Сюй.

Перед смертью Сюй Янь Тин боялся вызвать слухи, используя фамилию Сюй. Тем не менее это должно было случиться довольно скоро.

Если он правильно помнил, Сюй Янь Тин умрёт следующей весной, причина его смерти останется неизвестна. Некоторые люди подозревали, что он совершил самоубийство, в то время как некоторые люди говорили, что это была внезапная болезнь, и никто её не обнаружил вовремя. Независимо от причины, тень, нависшая над семьёй Сюй, исчезнет в следующем году.

* * *

В этот момент высшее руководство штаб-квартиры Cang Huan давало интервью финансовой программе для телевидения. Когда репортёр спросил его об обычных занятиях, он упомянул фитнес, просмотр фильмов, путешествия и так далее.

Говоря о фильмах, высшее руководство сделало паузу, прежде чем сказать:

– Недавно вся моя семья ходила смотреть "Восходящий Шторм". Моей жене и детям очень понравился молодой актёр в нём. Я думаю, его звали Ли, Ли Чжао?

Репортёр про себя подумал:

"Нет, большой человек. Это финансовое шоу, а не шоу в погоне за звёздами! Вы высшее руководство в штаб-квартире Cang Huan, а не охотник за звёздами! "

Старший управляющий оглянулся на репортёра с улыбкой.

Он был абсолютно профессионален, когда дело доходило до тайной лести большому боссу.

_____________________

Автору есть что сказать:

Члены высшего руководства компании проходят курс самообучения лести большому боссу в свободное от работы время.

Глава 52. Борьба?

[Шокирующе! Один из высших руководителей Cang Huan даже сказал такую вещь!]

[От какого фильма без ума даже управляющий аппарат Cang Huan?]

[Последний способ большого человека преследовать звёзд – хвалить их в финансовом шоу.]

– Бесстыдные артисты. Как вы можете войти в видео со своей бюджетной рекламной идеей? Выползайте на коленях!

– В тот момент, когда я открыл видео, я не мог удержаться от желания плюнуть. Тем не менее содержание видео заставило меня почувствовать, что оно слишком потрясающее!

– После поисков личности большого человека, я не думаю, что заслуживаю быть звёздным преследователем.

– Не достоин быть преследователем звёзд +1.

– Если бы я не посмотрел шоу снова, я бы подумал, что это поздний злонамеренный дубляж.

– Я не фанат, но я глубоко восхищаюсь...

– Наверху фанат Ли, не притворяйся чьим-то фанатом, чтобы выразить восхищение. Артист вашей семьи только что получил научно-фантастический фильм об инопланетянах. Он обречён быть собакой и думать о том, как сначала заплакать.

– Наверху, не ври. Хотя Чжао Чжао из моей семьи не является сыном Strawberry Entertainment, он, по крайней мере, наполовину приёмный сын. Strawberry Entertainment не устроила бы ему такую плохую драму.

Как все знали, до тех пор, пока существовал отечественный фильм, связанный с темой инопланетян, все они считались одинаковыми, и ни один из них не был бы признан местными ценителями фантастики. Если бы был снят отечественный фильм с научно-фантастическими мотивами и внеземными существами, то один из десяти был бы высмеян кинообозревателями национальной телевизионной станции с юмористическими и резкими словами. Остальные девять будут молча похоронены в забвении, потому что они настолько гнилые, что не заслуживают того, чтобы о них говорили.

– Расскажу фанатам Ли плохие новости. Говорят, что этот фильм о любви и мире, о том, как инопланетяне и земляне развиваются вместе.

Фанаты Ли решили промолчать.

Что это был за грязный сюжет? Это был бы на сто процентов отвратительный фильм! Фанаты Ли были опечалены. Они проигнорировали похвалу своего ребёнка бизнесменом и отправились в студию, чтобы выразить протест на Weibo агента!

Они хотели, чтобы у их ребёнка были хорошие ресурсы! Они не хотели, чтобы их ребёнок снимался в плохом фильме! Мусорный агент, пожалуйста, оставь индустрию развлечений в покое. Не навреди их Чжао Чжао!

* * *

Ругаемый Чжан Сяо Юань был очень обижен. Он был просто беспомощным, бедным рекламным агентом! Ли Чжао услышал, что Чжан Сяо Юаня ругают, и открыл WeChat, чтобы отправить ему красный конверт за девять целых девяносто девять сотых юаня, чтобы показать своё утешение. Чувства обиды Чжан Сяо Юаня были мгновенно успокоены этим красным конвертом.

Успокоив Чжан Сяо Юань, Ли Чжао получил звонок от помощника босса. Приветствия закончились, и Цао Цзя наконец выразил свои намерения.

– Чжао Чжао, если тебе не нравится фильм "Тень неба", тогда мы можем предоставить тебе другой ресурс для съёмок...

– Нет, я думаю, что сценарий хороший и очень интересный, – Ли Чжао объяснил свою позицию. – Я пообещал режиссёру, что буду ждать его два месяца.

В последнее время режиссёр Шэнь каждый день отправлял ему текстовые сообщения с пожеланиями доброго утра и спокойной ночи, даже если там нечего было сказать. Он также спрашивал: "Ты ел?". Перед лицом такой доброты Ли Чжао почувствовал себя старой Императрицей во дворце, каждый день к которой подходили многочисленные подданные, чтобы поинтересоваться её здоровьем.

– Ты собираешься закончить съёмки своей драмы. Возвращайся и отдохни два дня.

– Да, брат Лу помогал мне анализировать эмоции моего персонажа в последние несколько дней, и мои съёмки прошли гладко, – Ли Чжао говорил легко. – Я могу закончить за два дня.

Брат Лу? Будучи помощником большого босса развлекательной компании, Цао Цзя быстро отреагировал. Брат Лу, о котором упоминал Ли Чжао, должен быть Лу Хао.

Повесив трубку, он вернулся в кабинет президента и увидел, что босс чешет затылок.

– Сяо Цао, ты пришёл как раз вовремя, – президент Сунь увидел, как его помощник подошёл и положил информацию о двух артистах перед Цао Цзя. – Контракт артиста с компанией истекает, и Лу Хао снова активно связывается с нами. Как ты думаешь, нам следует улучшить условия контракта и оставить первоначальный или было бы лучше расстаться и подписать контракт с Лу Хао?

Цао Цзя не давал прямых советов, но сказал:

– Босс, я только что говорил с Ли Чжао по телефону. Он говорит, что хорошо ладит с Лу Хао, и Лу Хао в команде заботится о нём.

Президент Сунь слегка кивнул.

– Я подумаю об этом.

* * *

Финальной сценой Ли Чжао была его смерть. Он лежал в постели с открытыми глазами и, казалось, ждал, чтобы использовать свои глаза, чтобы проникнуть во время и пространство, получив возможность заглянуть в будущее.

Оператор нёс камеру и стоял над ним, объектив был направлен прямо в лицо молодому человеку. В это время актёру нужно было забыть о существовании камеры. Вся съёмочная группа планировала долгий съёмочный день, потому что Ли Чжао был слишком молод, чтобы понять смерть.

Перед съёмками режиссёр Ян много говорил с ним, но режиссёр всё ещё не мог быть уверен, что всё пройдёт гладко, когда съёмки официально начались. Однако, ко всеобщему удивлению, сцена Ли Чжао была необычайно хороша. Противоречие между желанием жить, но принятием смерти было ярко показано в его глазах.

После окончания съёмок Ли Чжао неподвижно лежал в постели, и персонал не мог его потревожить.

Когда актёр сосредотачивался для такой важной сцены было нормально, что он не мог сбежать от неё какое-то время. Несколько минут спустя Ли Чжао медленно встал с кровати и улыбнулся режиссёру.

– Режиссёр, я закончил.

– Да, поздравляю с окончанием съёмок, – режиссёр Ян полез в карман и вытащил набитый красный конверт. – Вот, возьми этот красный конверт.

Несколько сотрудников, которые хорошо знали Ли Чжао, также улыбнулись и принесли красные конверты и цветы. Как только он вернулся в раздевалку и открыл каждый из них, чтобы взглянуть, в самом большом красном конверте было шестьдесят шесть юаней, а в самом маленьком – двенадцать. Мясо комаров всё равно было мясом, каким бы маленьким оно ни было. Забудь об этом. В эти дни все платили своими телефонами, и было нелегко собрать шестьдесят шесть юаней наличными.

Была заключительная вечеринка с командой, и на следующее утро Ли Чжао помчался обратно в столицу. Первое, что он сделал, когда вернулся, это поставил Янь Тина на электронные весы. Атмосфера в комнате была торжественной, а лица присутствующих серьёзными.

– Сними пальто, и твои ботинки нельзя носить. Ты должен их снять...

Цинь Сяо держал документы и только что открыл дверь в дом Янь Тина, когда услышал эти слова и остановился.

– Извините, что беспокою вас. Пожалуйста, продолжайте.

Ли Чжао и обслуживающий персонал в гостиной повернулись, чтобы посмотреть на Цинь Сяо в дверях, показывая выражения, которые говорили: "Почему твои мысли такие грязные?"

Цинь Сяо ошеломлённо моргнул.

Он спокойно поправил очки и вошёл в дверь.

– Мистер Ли, что Вы делаете с господином Янем?

– Взвешивание его, – Ли Чжао увидел, что Цинь Сяо чувствует себя некомфортно, и указал на электронные весы в центре комнаты. Затем он снова сказал Янь Тину. – Не колеблись, поднимайся.

Янь Тин сделал один маленький шаг и ещё один, медленно переходя на электронные весы.

– Вау, – Ли Чжао ухмыльнулся. – Я ушёл из дома на две недели, и ты похудел на два или три килограмма.

Янь Тин спокойно спустился с электронных весов.

– Я много ел на Весеннем Фестивале, и это нормально – похудеть после нового года.

– Тем не менее я взвесил тебя на пятый день нового года.

– Может быть, они были сломаны.

– Они были в полном порядке, – Ли Чжао повернулся и сел, скрестив ноги, на диван, склонив голову, чтобы поиграть и больше не обращая внимания на Янь Тина. Янь Тин подошёл к нему и сел. Ли Чжао повернул голову в другую сторону и продолжил играть в игру.

– Есть новый шоколадный торт. Ты хочешь его съесть? – Янь Тин извлёк урок из внешности Ли Чжао и жёстко положил руки на плечи Ли Чжао. – Есть ещё много блюд, которые ты любишь есть на кухне.

Ли Чжао протянул палец.

– Что? – Янь Тин наблюдал, как палец дрожал перед его глазами.

– Одна миска риса.

– А?

– Поешь со мной и съешь одну миску риса.

– Хорошо.

Цинь Сяо молча наблюдает за этим.

Возможно, ему не следовало заходить с самого начала. Если бы он не вошёл, то не увидел бы эту сцену "смирения" босса. Никто в мире, кроме Ли Чжао, не смог бы этого сделать. Ли Чжао слишком удивительный!

Из-за присутствия постороннего Ли Чжао отложил свой телефон и встал, чтобы поприветствовать Цинь Сяо, а также пригласить его поесть.

– Нет необходимости, я должен отправить документ в компанию, – Цинь Сяо отказался, даже если он не хотел. Было невозможно есть с боссом. Он мог только как можно быстрее исчезнуть для поддержания своего духовного очищения.

Ли Чжао посмотрел на Янь Тина, который сидел неподвижно и не знал, как отослать своего коллегу. Ли Чжао был вынужден неохотно отправить Цинь Сяо к воротам.

– Мистер Цинь, простите за такой приём, приходите в следующий раз.

– Я приду, если буду свободен.

Самыми небрежными словами в мире были "приходи, когда освободишься" или "приходи в следующий раз".

Цинь Сяо не въехал на своей машине на территорию виллы, а припарковался снаружи. Он только что подъехал к воротам, когда мимо, как острая стрела, пронёсся спортивный автомобиль и остановился перед Ли Чжао.

Согласно классической рутине, владелец машины должен был спокойно выйти из машины. Однако Ли Чжао оказался быстрее владельца. В тот момент, когда машина остановилась, Ли Чжао первым сел на землю.

– Что ты хочешь сделать? Прикоснуться к фарфору? – владелец машины спустился с солнцезащитными очками на лице, снисходительно глядя на Ли Чжао. – Такое красивое лицо, неудивительно, что он поддерживает тебя.

Цинь Сяо нахмурился, остановился и не двинулся вперёд.

Ли Чжао проигнорировал его, вместо этого достал свой телефон и сфотографировал номера и общий вид машины и её хозяина, прежде чем положить телефон обратно в карман.

– Этот красивый парень, ты был очень непослушным, когда посещал детский сад?

– Что ты хочешь сказать?

– В детском саду дети, которые слушают учителя, должны знать, что при езде на детской машине они должны ехать медленно, чтобы не столкнуться с пешеходами. Разве ты не знаешь, что машина может убивать людей? – Ли Чжао отсутствовал у Янь Тина две недели, и за это время Янь Тин похудел на два или три килограмма. Ли Чжао был подавлен, и теперь кто-то пришёл к нему.

Он видел этого человека раньше во время Весеннего Фестиваля. Дядя-управляющий сказал, что у него не очень хороший мозг.

– Заткнись, что за чушь ты несёшь? – Яо Юй Гуан презрительно посмотрел на Ли Чжао. Он закурил сигарету и медленно затянулся. – Сегодня я хочу сказать этому сумасшедшему Янь Тину, что если из-за него рухнет бизнес моей матери, я умру вместе с ним.

– Кто сумасшедший?

– Кто сумасшедший? – выражение лица Ли Чжао внезапно поникло. – Старейшины твоей семьи, разве они не научили тебя говорить?

– Я называю Янь Тина сумасшедшим! – после того, как Яо Юй Гуан произнёс первое предложение, казалось, у него было бесконечное мужество, и он закричал: – Янь Тин, ты должен умереть. Однажды ты умрёшь, как твоя сумасшедшая мать...

Прежде чем Яо Юй Гуан смог закончить свои проклятия, Ли Чжао сбил его с ног ударом кулака. Окурок сигареты, который он держал в руке, упал, обжёг тыльную сторону ладони и заставил Яо Юй Гуана несколько раз дёрнуться.

– А-а-а...

Ли Чжао был очень опытен, когда он снял куртку Яо Юй Гуана, накрыл ею лицо Яо Юй Гуана и начал избивать этого человека, прежде чем тот смог отреагировать.

– Мистер Ли, пожалуйста, успокойтесь. Мистер Ли! – как только Ли Чжао почти полностью закончил избиение, Цинь Сяо притворился, что помогает сопротивляющемуся Яо Юй Гуану. – Если Вам есть что сказать, то говорите медленно. Не повредите руки и оставьте эту тяжёлую работу охранникам.

Яо Юй Гуан оттолкнул Цинь Сяо. Он стянул куртку с лица и улыбнулся, несмотря на боль.

– Как общественный деятель, ты действительно посмел ударить меня. Хочешь верь, а хочешь – нет, но я вызову полицию, чтобы ты даже не посмел снова появиться в развлекательном кругу!

Чёрт, он был тем, кого избил этот человек, но ублюдочный помощник Янь Тина беспокоился только о боли в руке человека, который его избил?!

– Если ты посмеешь снова проклясть Тин Тина, я продолжу сражаться, – Ли Чжао снял пальто и напугал Яо Юй Гуана, заставив его отступить. Он думал, что Ли Чжао снова ударит его по голове. – Ты так сильно проклинал моего друга, но я слегка ударил тебя. если я не смогу снова попасть в развлекательный круг, я вернусь и открою ресторанчик с лапшой, – Ли Чжао вспомнил слова другого человека и почувствовал, что человек перед ним отвратителен.

– Разве ты не говоришь так красиво, потому что это всё деньги Янь Тина? – Яо Юй Гуан усмехнулся. – К сожалению, я боюсь, что даже если у него есть деньги, у него не будет жизни, чтобы их потратить. Разве ты не знаешь, что сумасшедшие могут кого-нибудь убить? Ты знаешь, как умер отец Янь Тина?

Он указал на свою шею.

– Его сумасшедшая мать взяла нож и перерезала шею его отцу...

– Заткнись! – Ли Чжао надел пальто на голову Яо Юй Гуана и снова ударил его о землю.

Мусор! Подонок, который воспринимал чужую боль как болтовню! Чему родители учили своих детей?

Цинь Сяо сделал несколько шагов назад и оставил достаточно места, чтобы Ли Чжао мог насладиться каждым ударом.

– Ли Чжао, – Янь Тин стоял в дверях, тупо глядя на Яо Юй Гуана, который плакал на земле, умоляя своих родителей прийти ему на помощь. – Вернись и поешь. Не волнуйся об этом.

Яо Юй Гуан был счастлив ругать Янь Тина, когда этот человек отсутствовал, но как только Янь Тин действительно появился, он не мог контролировать свой внутренний страх, и всё его тело начало дёргаться. Грубые слова и проклятия стали робкими перед глазами Янь Тина.

– Что, Тин Тин, – Ли Чжао заложил руки за спину, пытаясь выглядеть хорошо и безобидно. – На самом деле, я человек, выступающий против насилия, правда.

С этими словами он расширил свои яркие глаза, пытаясь позволить Янь Тину увидеть искренность в его глазах.

– Я знаю, – Янь Тин спокойно наблюдал за Ли Чжао, снова открыв рот только спустя долгое время. – Чжао Чжао, возвращайся со мной.

Его глаза горели, и только Ли Чжао мог это видеть.

Ли Чжао переводил взгляд с него на невротика, который распух от побоев, прежде чем повернуться и побежать на виллу, где он жил.

Наблюдая, как Ли Чжао бежит всё быстрее и быстрее, казалось бы, стремясь убежать от него, глаза Янь Тина потемнели. Чжао Чжао боялся его и хотел оставить его. Его взгляд постепенно переместился и упал на Яо Юй Гуана.

– Т-ты... – Яо Юй Гуан испугался. Он никогда раньше не видел такого взгляда. Янь Тин хотел убить его… действительно хотел убить его. Янь Тин был сумасшедшим, таким же сумасшедшим, как и его мать!

Яо Юй Гуан хотел убежать, но его ноги были ватными от страха. Он мог только коснуться руками земли, когда немного отодвинулся назад.

– Сюй... Нет, Янь Тин. Убийство противозаконно. Не валяй дурака.

– Ты заставил его бросить меня, – Янь Тин подошёл к Яо Юй Гуану, наклонившись, чтобы схватить его за шею. – Ты лишний человек и должен просто умереть.

– Нет, нет, нет...

– Господин! – управляющий и Цинь Сяо увидели, что ситуация была неправильной, и бросились вперёд, чтобы оттащить Янь Тина. – Мистер Ли вернётся через минуту.

– Ты лжёшь мне, – Янь Тин холодно посмотрел на Цинь Сяо, его голос был необычно спокойным и трезвым. – Он не вернётся.

Никто не полюбит ненормального сумасшедшего. Поэтому Ли Чжао не вернулся бы. Ли Чжао знал правду и стремился убежать от него подальше. В мыслях Ли Чжао он мог быть только сумасшедшим и извращённым человеком, который вызывал у Ли Чжао отвращение…

– Тин Тин? – Ли Чжао прибежал обратно с огромным чемоданом, задыхаясь, когда увидел, что Янь Тин держит шею этого мусора. Его глаза стали круглыми, когда он уставился. – Ты сражаешься?

Спокойный и элегантный Тин Тин сражался? Это не должно быть виной Тин Тина! Во всём виноват этот мусор.

________________________

Автору есть что сказать:

Малыш Тин Тин подрался с другими детьми в детском саду. Малыш Тин Тин боялся, что Сяо Чжао Чжао посчитает его плохим мальчиком и больше не будет с ним играть.

Сяо Чжао Чжао торжественно сказал:

– В следующий раз ты не сможешь снова драться, понимаешь?

Малыш Тин Тин робко кивал.

Сяо Чжао Чжао тут же уверенно продолжил:

– Позови меня, если захочешь подраться!

Глава 53. Тепло

При виде большого чемодана, который тащил Ли Чжао, не только ноги Яо Юй Гуана смягчились, но и всё его тело. Он подумал о новостях в социальных сетях, которые он видел не так давно. Уборщик нашёл огромный чемодан на дне озера. Он открыл его и обнаружил тело, спрятанное внутри.

– Т-ты, не подходи сюда, – Яо Юй Гуан со страхом посмотрел на Янь Тина. Янь Тин хотел убить его, а Ли Чжао хотел помочь избавиться от тела… – Д-двоюродный б-брат, я был неправ. Пожалуйста, пощади меня, – Яо Юй Гуан был напуган настолько, что капал слезами и соплями.

Янь Тина не волновало, как он выглядел. Янь Тин отпустил руку, позволив затылку Яо Юй Гуана врезаться в землю и заставив его взвыть от боли.

– Ты уходишь? – увидев чемодан в руке Ли Чжао, Янь Тин сделал шаг вперёд, прежде чем остановиться. Он даже сделал шаг назад. – Так срочно?

– Конечно, это срочно, – Ли Чжао подошёл к Янь Тину, но Янь Тин внезапно обернулся и сказал:

– В моём кабинете ещё есть кое-какая работа.

Он боялся, что если он поближе посмотрит на Ли Чжао, то не захочет отпускать этого человека.

– Что?

Видя, что Янь Тин не возвращается и шагает обратно к входной двери, Ли Чжао нахмурился и посмотрел вниз на Яо Юй Гуана, лежащего на земле. Это из-за того, что он только что ударил Яо Юй Гуана, Янь Тин вёл себя так грубо?

Они должны были быть хорошими друзьями, но Янь Тин даже не мог видеть, как он кого-то избивает. Было ли их братство сделано из пластика?

– Не подходи, не подходи, – Яо Юй Гуан обнаружил, что глаза Ли Чжао выглядели неправильно. – Пожалуйста, отпусти меня. Я больше никогда не буду тебя беспокоить. Пожалуйста, отпусти меня!

В конце его голос сорвался.

Ли Чжао повернул голову и посмотрел на дверь, через которую прошёл Янь Тин. Затем он бросил чемодан на землю и начал открывать чемодан.

– Нет, не надо... – Яо Юй Гуан рыдал. Мужчина ростом одна целая и восемь десятых метра плакал и превратился в большое месиво.

– Господин Цинь, – Ли Чжао вытащил коробку со специальными продуктами и передал её Цинь Сяо. – Тин Тин сказал, что Вам и Вашим коллегам очень понравились специальные продукты, которые я принёс в прошлый раз, поэтому на этот раз я купил ещё. Вы должны забрать всё это обратно.

Цинь Сяо увидел сумку, наполненную различными сувенирами, большинство из которых были сушёным мясом и другими вещами. Такая большая упаковка не должна быть дешёвой. Он не знал, что сердце Ли Чжао в этот момент истекало кровью. Иногда, когда он выбирал еду на вынос для команды, он выбирал ту, которая отказывалась от платы за доставку. Эта упаковка сувениров стоила ему много денег.

Однако, ради будущего Тин Тина, он мог только быть щедрым. В последний раз, когда Ли Чжао ездил в Cangshi для съёмок рекламы, он мог видеть, что господин Цинь был не только элитой штаб-квартиры Cang Huan, он также имел право выступать перед лидерами различных филиалов. Тин Тин только что перевели в офис президента Cang Huan, и было необходимо угодить кому-то вроде Цинь Сяо. Этот человек также пришёл лично, чтобы принести документы Тин Тину. Он был хорошим коллегой.

– Спасибо, этого достаточно. Я не смогу съесть всё это, – Цинь Сяо видел, как Ли Чжао вкладывал ему в руку один пакет за другим, останавливаясь только тогда, когда он едва мог держать их обеими руками. Он не знал, было ли это его иллюзией, но на этот раз Ли Чжао отнесся к нему с большим энтузиазмом.

– Отдай это своим друзьям, если не сможешь доесть их сам. Всё это натуральные и экологически чистые продукты. Вы можете быть уверены, когда едите их.

Увы, самым большим недостатком было то, что это было дорого до смерти, настолько дорого, что он даже не хотел отказываться от одного мешка.

– Есть так много вещей. Позвольте мне помочь вам донести их до вашей машины, – Ли Чжао увидел, что Цинь Сяо был одет в костюм с галстуком и не подходил для ношения этих сувенирных закусок. Он поставил чемодан в угол ворот и взял сувениры от Цинь Сяо, ослепительно улыбаясь. – Господин Цинь, пойдёмте. Я провожу Вас.

Увидев, что Ли Чжао уходит, Яо Юй Гуан взглянул на чемодан, холодно блестящий в углу, и попытался доползти по земле до своей машины. Затем он обнаружил, что его ноги были слишком мягкими, чтобы водить машину. Он открыл свой телефон и попросил подвезти его. На данный момент приложения для вождения были величайшим изобретением в мире, по мнению Яо Юй Гуана.

* * *

В сообществе была специальная парковка для посетителей, но она была немного далеко от территории виллы. Цинь Сяо увидел, что Ли Чжао держит так много вещей в одиночестве, и был немного смущён. Он хотел понести некоторые из пакетов.

– Всё в порядке, просто оставьте это мне. Я занимаюсь этим с детства и привык к этому, – Ли Чжао улыбнулся. – Более того, это всего несколько шагов, и это не утомительно.

– Спасибо, – Цинь Сяо заметил, что отношение Ли Чжао было слишком внимательным и почти вежливым. Он посмотрел на молодого человека и хотел спросить его, почему он был таким восторженным, но перед лицом этой яркой улыбки просто ничего не мог сказать.

– Это… Господин Цинь, Тин Тин только что переведён в офис президента. Он привык к работе на новом месте? – Ли Чжао наблюдал за выражением лица Цинь Сяо. Если бы лицо Цинь Сяо выглядело не очень хорошо, он бы сменил тему. Если бы Цинь Сяо не был нетерпелив, то Ли Чжао был бы толстокожим и продолжал бы спрашивать.

Цинь Сяо на мгновение остановился, наблюдая за улыбающимся мальчиком, который почти льстил ему, и слегка отвёл взгляд.

– Господин Тин всегда был способным на работе. Руководители каждого отдела очень ценят его.

– Ваша компания – крупная международная компания. Офис президента всегда очень занят?

Если бы он не был занят, то Тин Тин не потерял бы так много веса.

– Рабочая нагрузка в штаб-квартире действительно непростая, – Цинь Сяо смутно догадывался о намерениях Ли Чжао, стоящих за лестью ему.

– Понятно, – Ли Чжао нахмурился, прежде чем расслабиться. – Господин Цинь, Янь Тин не любит разговаривать, и если никто не заботится о нём, он забывает поесть. Если Вы свободны, и я действительно имею в виду, если Вы свободны, можете ли Вы попросить его поесть с Вами?

Лицо этого человека было всё ещё молодым, а в его глазах читалось уважение к элите большой международной компании.

На этот раз Цинь Сяо полностью понял, почему босс любил Ли Чжао и даже позволил Ли Чжао занять такое особое положение в его жизни.

Настоящие чувства были редкостью. Двадцатилетний мужчина был готов отказаться от своего статуса знаменитости, чтобы наклониться и сказать хорошие вещи о своём друге, что указывает на то, что его дружба с боссом превзошла его собственную репутацию и статус знаменитости. Для этого полувзрослого человека честность была самой важной вещью, но он слишком рано научился склоняться.

– Вы можете быть уверены, что я хорошо позабочусь о господине Тине, – Цинь Сяо показал искреннюю улыбку Ли Чжао. – Если он будет плохо есть в компании, я отправлю Вам сообщение. Если Вам удобно, мы можем обменяться контактной информацией.

– Хорошо, – Ли Чжао едва мог сдержать улыбку. – Спасибо, спасибо.

Положив сувениры в багажник, Ли Чжао достал свой телефон и добавил Цинь Сяо в друзья в WeChat.

– Господин Цинь, Вы должны ехать медленно.

Взгляд Цинь Сяо скользнул по ладони Ли Чжао, на которой была красная отметина от сувенирных пакетов, но Ли Чжао было всё равно. Он был просто счастлив, что кто-то в компании мог позаботиться о Янь Тине.

– Спасибо, увидимся в следующий раз, – Цинь Сяо подумал, что, возможно, этот ребёнок сможет оттащить босса от скалы. – Только что, слова этого человека о господине Тине...

– Не верьте словам этого сумасшедшего, – Лицо Ли Чжао было встревоженным. – Тин Тин – это прекрасный человек. Всё в порядке.

Вопрос о родителях Тин Тин, было ли это правдой или ложью, абсолютно не мог быть раскрыт!

– Я знаю, что сотрудники должны пройти физическую и психологическую проверку, прежде чем войти в компанию, – Цинь Сяо увидел, что глаза Ли Чжао всё ещё были обеспокоены, и добавил: – Пожалуйста, будьте уверены, что я не выйду и не распространю такие необоснованные вещи.

Он подозревал, что это было главной целью Ли Чжао отправить его на парковку.

– Спасибо, – Ли Чжао с благодарностью посмотрел на Цинь Сяо и отпустил последний большой камень в своём сердце. Он был настолько доверчив, что Цинь Сяо почувствовал себя немного виноватым и поспешно попрощался, уезжая. Специальный помощник Цинь, который и глазом не моргнул, когда лгал конкурентам, проявил редкое чувство вины перед этим молодым человеком.

– Управляющий, Ли Чжао… он всё ещё у ворот?

– Господин, – управляющий посмотрел на Янь Тина с неловким выражением лица, не зная, что сказать. – Господин Ли всё ещё молод. Возможно, это недоразумение, и он вернётся вечером.

Янь Тин медленно заговорил:

– Он не вернётся.

В доме постепенно стало тихо. Человек, сидящий в кресле, казалось, был погружён в бесконечное одиночество, всё его тело источало безжизненный упадок.

– Я слышал, что он собирается участвовать в фильме, – спустя долгое время Янь Тин поднял глаза на управляющего. – Ты должен пойти, чтобы организовать всё так, чтобы фильм можно было снять хорошо. Это будет...

Подарок, который он сделает Ли Чжао.

Янь Тин не смог закончить эти слова.

На мгновение появился яркий цвет, и он начал чувствовать, что серый мир так трудно вынести. Он забыл, что его мир был серым.

* * *

– Старина Шэнь, ещё один инвестор ушёл, – его друг посмотрел на режиссёра Шэня, который что-то писал на листе бумаги. – Если всё идёт так, давай забудем об этом.

– Что ты сказал? – режиссёр Шэнь крепко держал ручку. – Я потратил несколько лет и продал свой дом и машину ради этого фильма. Я не хочу это забывать.

– Однако этот фильм слишком дорогой, – друг не мог этого вынести. – Почему бы тебе сначала не взять другие сценарии. Затем найдёшь подходящего инвестора и продолжишь этот фильм.

– Брат, я знаю, что ты добрый, но это моя тяжёлая работа на протяжении многих лет. Более того, мне нелегко было найти актёра со славой и актёрскими способностями, который согласился бы сыграть главную мужскую роль. Если я упущу его сейчас, я не знаю, смогу ли я найти другого актёра, – у режиссёра Шэня когда-то была дочь. Он пообещал своей маленькой дочери, что снимет для неё фильм о том, как инопланетянин и землянин становятся друзьями.

Его дочь сказала, что земной человек должен был выглядеть как принц, а инопланетянин должен быть очарован им, он решил научиться всему, что знали люди, пока наконец не сумел подружиться с ними.

Однако эта милая маленькая девочка серьёзно заболела несколько лет назад. Чтобы вылечить своего ребёнка, режиссёр Шэнь обратился в большинство больниц страны, но в конечном итоге потерпел неудачу. Пара не могла смириться с тем, что их дочь ушла, и в конце концов решила развестись.

С тех пор режиссёр Шэнь сошёл с ума, готовясь к фильму. Сначала он продал свои часы и предметы роскоши. Затем он продал свою машину и дом. Теперь у него ничего не было, и он жил в съёмной комнате, но он всё ещё не отказался от съёмок фильма.

– Я спросил свою жену, и эти деньги – наши инвестиции в твой фильм, – друг достал из кармана банковскую карточку. – Денег немного, но я написал пароль на карточке.

– Нет, я не могу взять твои деньги. Тебе и невестке нужно растить двоих детей, – режиссёр Шэнь не согласился. У него было чёткое представление о том, сколько денег стоит вырастить ребёнка. – Старина Ли, я не могу взять деньги на образование, которые ты и твоя жена скопили.

– Я не отдаю его тебе, это инвестиция. Как только кассовые сборы твоего фильма будут распроданы, тебе придётся отдать мне часть прибыли от кассовых сборов, – старина Ли увидел худое лицо режиссёра Шэня. Они были друзьями столько лет, и он не мог видеть, как этот человек умирает с голоду.

Не имело значения, что фильм не был снят. Люди всегда должны были жить хорошо. Они вдвоём перекладывали банковскую карту, когда зазвонил телефон. Режиссёр Шэнь быстро положил банковскую карту и соединил звонок.

– Что? Вы говорите мне правду? … Это удобно, когда у Вас есть время… Спасибо, спасибо!

Голос режиссёра Шэня был немного сдавленным. Он повесил трубку и заговорил со своим старым другом по фамилии Ли с красными глазами.

– Старина Ли, в этот фильм вложился крупный инвестор!

– Правда? – счастливо спросил старина Ли. – Кто это?

– Большой босс Cang Huan. Его личный помощник позвонил и сказал, что его босс ценит выступление Ли Чжао в Восходящем Шторме. Босс узнал, что он собирается сниматься в этом фильме, и решил инвестировать под своим именем.

– Босс?! – старина Ли воскликнул. – Старина Шэнь, это хорошая вещь!

– Да! Это хорошо! – он думал, что на пути впереди только отчаяние. Кто знал, что у него появилась новая надежда?

Ли Чжао, Ли Чжао…

Ли Чжао был золотой куклой их команды. Благодаря инвестициям босса Cang Huan им вообще не нужно было ждать два месяца. Съёмки можно было начинать уже через месяц!

– Этот большой босс просто лучший человек во вселенной. Я желаю ему всегда быть богатым и жить долго, – лицо обескураженного режиссёра Шэня сияло. Он вложил банковскую карту обратно в руки старого Ли. – Пойдём, я приглашу тебя вниз выпить!

* * *

– Господин, всё было улажено, – управляющий повесил трубку и сообщил хозяину. – На кухне приготовили суп. Принести Вам миску?

– Нет, – Янь Тин покачал головой. – Ты можешь идти.

Управляющий замолчал и вышел за дверь.

– Управляющий Лю, – вошёл телохранитель с большим чемоданом в руке. – Это то, что мы нашли у ворот. Вероятно, это оставил мистер Ли.

Управляющий взял чемодан и понёс его. Он не должен быть полным, потому что он не был особенно тяжёлым для переноски.

– Вы видели мистера Ли у двери?

Телохранитель покачал головой.

Управляющий вздохнул.

– Я понимаю.

– Если хотите, я могу проверить наблюдение за дверью...

– Нет, – управляющий отказалась, даже не подумав об этом. – Босс не согласится.

Босс по-другому относился к Ли Чжао. Он абсолютно не позволил бы телохранителям виллы следить за каждым шагом Ли Чжао. Хотя… босс хотел бы, чтобы он мог навсегда запереть Ли Чжао в этом доме.

* * *

Отправив Цинь Сяо обратно, Ли Чжао снова оказался перед дверью Янь Тина, но чего-то не хватало. Большой чемодан с сувенирами всё ещё был здесь минуту назад. Как он мог исчезнуть в мгновение ока?!

Ли Чжао почувствовал, что он вот-вот задохнётся. Он присел на корточки у ворот и подумал, что пришло время возвращаться. Думая о поведении Янь Тина, который ушёл, не оглядываясь, он встал и пнул стену. Этот пластиковый друг, даже не задумываясь о том, за кого он избил этого ублюдка. А он ещё собирался переехать и жить с Янь Тином!

Хм! У него тоже был характер! Он собирался спросить, видел ли управляющий его чемодан, а затем уйти!

Ли Чжао вошёл в ворота и бросился прямо к двери главного дома.

– Мистер Ли?

Садовник, подрезающий цветы во дворе, был удивлён, увидев, что всегда улыбающийся мистер Ли выглядит сердитым. Он собирался драться с боссом?

Ли Чжао ворвался в дверь главного дома и увидел управляющего и странного мужчину, окруживших его любимый чемодан.

– Мистер Ли? – управляющий улыбнулся. – Вы здесь?

– Я просто пришёл забрать свой чемодан, – Ли Чжао взял его и сказал с суровым лицом: – Возьму его и немедленно уйду.

– Мистер Ли, не сердитесь, – управляющий увидел, что лицо Ли Чжао было уродливым, и начал его уговаривать. – Босс с мистером Ли хорошие друзья. Если Вам есть что сказать, то нужно просто медленно поговорить. Не расстраивайтесь из-за мелочей.

Действительно ли мистер Ли поверил словам Яо Юй Гуана и хотел держаться подальше от босса? Нет, мистер Ли не был таким человеком. Если бы он так легко поверил Яо Юй Гуану, то не рисковал бы разоблачением, втоптав Яо Юй Гуана в землю.

– Дело не в том, что я несчастен, – Ли Чжао тихо пробормотал и взял чемодан. Он достал все сувениры из чемодана и отдал их экономке. – Дядя-управляющий, я сначала пойду домой. Я купил эти вещи для Тин Тина и всех остальных. Возьмите их и съешьте.

– Подождите, – управляющий позвала Ли Чжао. – Сегодня на кухне приготовят хого. Мне позвать Вас, когда всё будет готово?

Хого? Ли Чжао выглядел сияющим, прежде чем вернуться к своему безразличному выражению лица.

– Нет необходимости. Как я могу позволить себе быть помехой?

– Как Вы можете быть помехой, когда Вы и босс друзья?

Ли Чжао оглянулся наверх. Наверху не было никакого движения. Он отвёл взгляд и потащил свой пустой чемодан.

– Нет необходимости, ночью… Мне всё ещё нужно кое-что сделать.

Хотя он и сопротивлялся, он не мог позволить себе быть неприятной помехой.

– Спасибо, что заботитесь обо мне, – Ли Чжао повернулся и пошёл к двери, колеса чемодана с шумом катились по полу.

– Мистер Ли, ночью там будут раки, – сказал управляющий. – Босс услышал, что молодые люди любят есть раков, и попросил шеф-повара обучиться этому навыку. Есть чеснок, острый и пряный. Вы действительно не хотите попробовать?

– Нет, я не буду есть.

"Ли Чжао, держись, ты сильный человек. Ты не можешь сдать позиции просто из-за нескольких вкусных блюд!"

– Мистер Ли, придите после еды, – управляющий говорил с горечью. – Босс всё ещё ждёт, когда Вы вернётесь. На кухне также есть свежие волосатые крабы. Хотя это не лучший сезон для употребления крабов, они импортируются из-за границы и имеют приятный вкус. Идите и посидите с боссом некоторое время. Скоро они будут приготовлены на пару.

– Тин Тин действительно ждёт моего возвращения?

Глядя на выражение лица Ли Чжао, управляющий понял, что между мистером Ли и боссом, должно быть, произошло недопонимание.

– Конечно, у босса нет других друзей. Вы его единственный друг. Если Вы уйдёте, разве ему будет грустно?

– Тогда почему он просто развернулся и ушёл, игнорируя меня?

Управляющий улыбнулся.

– Только что босс работал над документами, когда услышал, что вы сражаетесь с другими. он беспокоился о Вас и хотел прийти и помочь. Увидев, что с Вами всё в порядке, он поспешил вернуться к работе.

– Понятно, – Ли Чжао был немного смущён. – Тогда я поднимусь и увижу его.

Ли Чжао ступил на лестницу и постепенно замедлился. Это было действительно странно. если бы это был Сяо Юань или кто-нибудь из малышей из дома престарелых, он бы нахально спросил их, почему они проигнорировали это. Почему он был другим с Тин Тином? Это потому, что Тин Тин был слишком добр к нему?

Думая об этом, Ли Чжао мысленно осудил себя.

"Ли Чжао, Ли Чжао, я не ожидал, что ты будешь таким мерзким другом? Ради тебя Тин Тин закатал рукав и сражался. И всё же ты подозревал, что это было пластиковое братство?"

Чем больше он думал об этом, тем более виноватым он себя чувствовал. Ли Чжао двигался шаг за шагом и колебался, прежде чем коснуться двери комнаты Янь Тина. Он тихонько приоткрыл дверь комнаты.

Шторы в комнате были плотно задёрнуты и пропускали только один луч света. Он долго осматривал комнату, прежде чем смог привыкнуть к тусклому освещению, и едва увидел Янь Тина, сидящего на единственном диване.

– Тин Тин, – Ли Чжао беспокоился, что Янь Тин спит от усталости, и прошептал: – Тин Тин?

Янь Тин открыл глаза и посмотрел на ребёнка в дверях, внезапно встав. Нет, этого не может быть. Янь Тин сделал несколько шагов назад, пока не прислонился к окну от пола до потолка. Всё это было его иллюзией.

– Что случилось? – Ли Чжао не смог включить свет и пошёл к Янь Тину. – Ты смущён, потому что спал?

Янь Тин наблюдал за ним и ничего не говорил. На самом деле, иллюзия тоже была хороша. После сегодняшнего дня только иллюзия Ли Чжао смеялась и приближалась к нему.

– Почему ты молчишь? – сердце Ли Чжао было слабым. Знал ли Тин Тин, что Ли Чжао неправильно его понял? Нет, Тин Тин его семьи не был бы так осторожен.

Он повернулся, чтобы пойти и включить свет, но был пойман Янь Тином.

– Не уходи.

– Я не пойду, я не пойду, – Ли Чжао обнаружил, что с голосом Янь Тина что-то не так, и он стал более осторожным. – Тин Тин, тебе приснился кошмар?

Обычно холодный Тин Тин на самом деле схватил бы его за руку после кошмара. Это было довольно мило.

– Это не кошмар, – Янь Тин уставился на Ли Чжао. – Это сон.

Ли Чжао вернулся.

– Грезить средь бела дня – это грезить наяву, – Ли Чжао позволил Янь Тину взять себя за руку и протянул другую руку, чтобы открыть занавес. В комнате стало светло. Янь Тин ослабил руку, которая сжимала запястье Ли Чжао, и медленно вытянул палец, указывая на тёплый лоб Ли Чжао.

Тёплый.

– Ты не ушёл?

– Что? – Ли Чжао неправильно расслышал. – Ты хочешь, чтобы я ушёл?

_______________________

Автору есть что сказать:

Чжао Чжао недоволен. Чжао Чжао должен быть уговорён Тин Тином. Кому-то другому бесполезно уговаривать его!

Страница книги Очень счастливый в интернете

Table of Contents

Глава 1. Мне так повезло

Глава 2. Поздравление с днём рождения

Глава 3. Невинные прохожие

Глава 4. Ах-ах-ах

Глава 5. Green Pepper Video

Глава 6. Актуальные темы

Глава 7. Это слишком сложно

Глава 8. Последние новости

Глава 9. Супер-хорошо!

Глава 10. Восхитительно

Глава 11. Детские таблетки для пищеварения

Глава 12. Невозможно

Глава 13. Ревность

Глава 14. Шум и суета

Глава 15. Мошенник?

Глава 16. Фува

Глава 17. Напыщенный

Глава 18. Забираю тебя с работы

Глава 19. Чистая дружба

Глава 20. Я отдал деньги

Глава 21. Встреча

Глава 22. Аромат

Глава 23. Какое совпадение

Глава 24. На краю обрыва

Глава 25. Оставаясь подростком

Глава 26. Братская одежда

Глава 27. Шум

Глава 28. Угрозы

Глава 29. О!

Глава 30. Подсчёт овец

Глава 31. Подсчёт пельменей

Глава 32. Счастливая одежда

Глава 33. Хвастовство?

Глава 34. Рекламный представитель

Глава 35. Прикосновение к фарфору

Глава 36. Тин Тин?

Глава 37. Радости и печали

Глава 38. Ежегодное собрание

Глава 39. Создание образа

Глава 40. Банкет

Глава 41. Частное обеспечение

Глава 42. Подарки

Глава 43. Глаза

Глава 44. Интервью

Глава 45. Красный конверт

Глава 46. Фильм

Глава 47. Роли

Глава 48. Щенячья любовь?

Глава 49. Целая жизнь

Глава 50. Бесстыдные вещи

Глава 51. Лестно

Глава 52. Борьба?

Глава 53. Тепло

О книге