Пролог

В итоге войны не закончились.

Даже в эту эпоху — когда технический прогресс достиг каждого уголка Земли, когда при помощи мощных лазеров с лёгкостью отправляют шаттлы в космос, когда самые влиятельные из людей имеют личные виллы на Луне — не было придумано ничего, что могло бы разрушить барьеры между сердцами людей. И хотя компании, снабжающие население цифровым «комфортом» и «спиритизмом», уже перестали быть редкостью, способ убрать из менталитета людей черты, провоцирующие конфликты, так и не был открыт.

Стали ли изменения в правилах войны, вызванные появлением нового вида оружия, спасением для человечества или же очередным шагом к пропасти?

Но всё же кое-что изменилось.

Люди, забывшиеся в абсурдной тяге к убийствам, также изменились.

И благодарить за это необходимо гигантские орудия, получившие название — Объект.

Имея корпус диаметром более пятидесяти метров, эти гигантские боевые машины кажутся еще массивнее из-за огромных орудий. С появлением Объектов военные учебники были полностью переписаны: крупные отряды солдат перестали убивать друг друга непосредственно на поле боя — вместо этого первоочередной задачей стала благополучная доставка на поле боя мощнейшего Объекта.

Танки, самолёты и прочие шестерёнки старой войны превратились в пережиток ушедшей эпохи.

Обычные пулемёты, снаряды и ракеты стали не более чем игрушками.

Они могли лишь демонстрировать подавляющее превосходство Объектов.

Когда некая островная держава представила публике первый образец этого оружия, мир содрогнулся в ужасе. Четырнадцать стран-союзников предприняли внезапную совместную атаку на прототип Объекта... и были разгромлены. В финале схватки с другого берега Тихого океана даже был произведён запуск ядерной ракеты... и изображение махины, которая, даже будучи наполовину расплавленной — словно мороженое под лучами палящего солнца, — продолжала топить флот союзников, навеки вошла в каждый учебник истории.

Вышеупомянутая островная держава продолжала занимать лидирующую позицию в деле разработки Объектов, и скоро уже всем стало ясно, что появление столь мощного оружия полностью меняет картину мира.

Неудивительно, что слово «Объект» стало синонимом войны.

Так что же дальше?

Глава 1.1

В итоге война стала ничем иным, как битвой Объектов. Солдаты из плоти и крови, мечущиеся вокруг с судорожно сжатыми винтовками в руках, ни на что не влияли.

Даже если отправить десятки, сотни тысяч бойцов, тысячи танков и самолётов, это пятидесятиметровое чудовище мимоходом истребит их всех. Некоторые из Объектов способны двигаться и после прямого попадания ядерной ракеты, или даже двух, так что попытку атаковать их можно считать форменным безумием.

Вот почему враждующие стороны целиком и полностью положились на эти орудия. Свалив всю чёрную работу на Объекты, они могли спокойно наблюдать битву издалека.

Вот почему восемьсот солдат, заполонившие территорию военной базы, которая занималась техобслуживанием, бездельничали, вместо того чтобы находиться на линии фронта.

Хоть эта зона и называлась военной базой, её единственным назначением было эффективное техническое обслуживание Объектов и обеспечение их успешной доставки на поле боя. Живые солдаты только охраняли гигантские машины во время недолгих процедур, проводимых здесь, — за это они удостаивались звания героев, сражающихся за свою страну, не жалея живота своего.

Пока рядом были Объекты, люди пребывали в полной безопасности.

Орудие, под защитой которого они находились, напоминало огромное дерево, приносящее урожай из чистого золота. Оно нуждалось исключительно в наблюдении, само тем временем истребляя врагов одного за другим. Солдаты единогласно утверждали, что это — результат совместных действий всей базы, и поэтому всем им полагается награда. Как следствие, на их банковские счета падали огромные суммы, выделяемые из средств налогоплательщиков.

В действительности же исход войны зависел исключительно от Объектов.

Наличие орудия в непосредственной близости служило гарантией их жизни и будущего.

Вот почему среди солдат, наблюдавших душераздирающее зрелище, как их Объект охватывает пламя, и он взрывает, поднялась такая паника.

На тот момент сама война стала лишь битвой между Объектами. Это значит, что пока у вражеской стороны имеется свой Объект, всегда существует вероятность поражения союзного.

Снежная буря, разразившаяся над Аляской, затрудняла обзор, но все отчётливо видели бушующее пламя и столб чёрного дыма.

Механизм катапультирования выплюнул в небо девушку-пилота, известных как ”Элита”, однако никого не волновала жизнь уже бесполезной неудачницы. Их мысли занимали гораздо более важные дела. Это можно повторять сколько угодно: в настоящее время война ведётся исключительно между Объектами. Выстроившиеся в ряд танки, самолёты и прочая военная техника из прошлого с лёгкостью уничтожаются этим пятидесятиметровым чудовищем.

Теперь, когда их Объект уничтожен, вражеский волен перемещаться беспрепятственно. Отсюда следует простой вывод.

Их всех убьют.

Подавляющий поток огня отправит их мясо, кости и внутренние органы в далёкий полёт, разбивая вдребезги любые надежды.

У них не остается выбора, кроме как уносить ноги. И даже если они без промедления пустятся в бегство, чудо, если хотя бы один из десяти солдат базы останется жив. Ни один из них и не вспомнил основной приказ, действующий внутри армии: держать позиции и не отступать.

Безжалостная игра в салки началась.

Нелепая игра в догонялки между монстром длиной пятьдесят метров и крохотными человечками.

Глава 1.2

Днём ранее некто по имени Квенсер перекапывал снега Аляски...

Сейчас он находился в зоне обслуживания гигантских Объектов. Телосложение его было совершенно нетипичным для солдата. Проще говоря, Квенсер не обладал той развитой мускулатурой, которая необходима военному. Юноша больше походил на невзрачного школьника из какой-нибудь мирной страны. При этом казалось, он может сам выбирать свой пол, просто сменив штаны на юбку.

И правда, первое впечатление было не столь уж ошибочным.

Его руки, сжимающие черенок снеговой лопаты, дрожали от крайней усталости и боли.

— Вот чёрт! Какой грёбаный толк от такой работы?! — человек, что выпалил эти слова, бросив затем своё занятие, стоял рядом с Квенсером, с которым познакомился на этой базе, и был настоящим солдатом. Тот с удивлением посмотрел на молодого вояку, чья лопата только что улетела в снег. — Существует куча родов войск. Вот я — специалист по радарам, чья задача проверять характеристики вражеского Объекта в поисках уязвимых мест. И вступил я в армию не для того, чтобы разгребать чёртов снег!

Этого солдата-интеллигента звали Хейвиа. Квенсер так и не смог влиться в армейскую среду, где преобладал культ физической силы, но вот с этим парнем он чувствовал себя лучше, чем с кем-либо ещё.

"Ну, мы ведь одного поля ягоды..." — пришло на ум Квенсеру, прежде чем он заговорил:

— Не то чтобы были какие-то другие варианты. Все боевые задачи возложены на Объект, но гражданские не хотят платить налоги, не видя при этом, что каждый солдат занят делом. На гражданском новостном канале, который я недавно смотрел, советник Флайд вещал о снижении налогов в ходе своей предвыборной кампании.

— Какое важное занятие, — буркнул Хейвиа. — Даже дети из безопасной глубинки понимают, что расчищать от снега взлётно-посадочную полосу — абсолютно бесполезная трата времени. Понимание, что это всего-навсего показуха, напрочь убивает во мне желание заниматься подобной ерундой.

— Это да, авиация ничего не может сделать Объекту. Во время учений он уничтожил их полторы тысячи единиц, и я уверен, что на самом деле эта цифра куда больше, просто они устали считать, — Квенсер воткнул лопату в снег и опёрся на неё обеими руками. — В конце концов, Объект оснащён противовоздушными лазерами, которые питаются от мощного реактора. Истребители могут двигаться со скоростью в два-три Маха, но это не идет ни в какое сравнение со скоростью света. В тот момент, когда система наведения Объекта взяла самолёт на прицел, тому конец. Я слышал, что упомянутая на лекциях по истории бронетехника спасалась за счёт пыли и грязи, поднятой с поверхности, которые искажали путь луча лазера. Но на той высоте, на которой летают самолёты, нет ничего, что могло бы ему помешать.

— Эти пятидесятиметровые монстры сохраняют боеспособность даже после ядерного удара. Авиация для них — всего лишь птички или комарьё. Очистка взлётно-посадочной полосы — пустая трата сил.

— Ага, я слышал, что даже лётчики-асы всего лишь сидят в своих кабинах в режиме ожидания, так что они могут расслабиться и слушать радио. Но я сомневаюсь, что даже танки могут что-то сделать... И касательно выравнивания этой полосы. Разве они не могут просто прицепить здоровенный ковш к бронетранспортёру и по-быстрому расчистить весь этот снег?

— Какой же хернёй мы занимаемся...

— Что ж, я всё равно предпочту это сражениям.

— Это прозвучит совсем не по-военному, но тут я с тобой согласен, — сказал солдат Хейвия, старательно уклоняющийся от возложенных на него обязанностей, парню гражданского происхождения. — Мы можем просто оставить бои Объектам. Умирать на поле боя уже нет необходимости. Нам остается лишь смотреть издалека на то, как Объект возвращается с победой в кармане. Люди вроде нас уже никак не связаны с битвами.

— Ты ведь аристократ, Хейвиа?

— Ага, так что я должен был попасть сюда и стать «почётным солдатом», чтобы доказать свою важность, столь необходимую будущему главе семьи. В общем, если я вытерплю три года пребывания на этой базе, то всю оставшуюся жизнь буду обитать в огромном особняке и крутить шуры-муры с многочисленными горничными, — противореча своим словам, Хейвиа не выглядел довольным.

Похоже, что мысль о подобном мирном существовании его не радовала.

— Но у тебя, наверное, и своих проблем хватает?

— Да. В отличие от тебя, Хейвиа, я — простой человек. И должен быть уверен, что смогу найти работу. Поэтому я и прохожу здесь студенческую практику.

— Ты надеешься стать проектировщиком Объектов?

— С учётом нынешнего положения дел, это самый короткий путь к финансовому благополучию. Если останусь здесь на три года, то получу лучшее образование, какое только возможно. И тогда я начну грести деньги лопатой, буду считаться «святым, что помогает героям», создавая Объекты и этим самым героям их продавая.

— Полевые студенты*, добившиеся успеха, ценятся очень высоко, потому что у них всегда много препятствий. Я слышал, что поскольку они не проходят боевой подготовки, как солдаты, то постоянно отсеиваются из-за болезней и переутомлений. Подобные истории напоминают мне, что мы всё-таки на войне.

— Кстати об этом, а ты проходил боевую подготовку, Хейвиа?

— Ага, сразу после призыва я прошёл через тренировки старого образца. Похоже, что за те пять месяцев они хотели нарастить нам мясо и привить дух товарищества, вот только ничего хорошего из меня не вышло. А так как я не участвовал ни в одном настоящем сражении со времени моего распределения сюда, то заржавели даже навыки рукопашного боя.

— Я безмерно счастлив, что мы можем жить жизнью, в которой забываются боевые навыки.

— Не стоило бы такое говорить солдату, но я вынужден еще раз с тобой согласиться, — подустав от этой темы, Хейвиа переключился на другую. — Эти сбалансированные военные пайки вызывают только отвращение. Каким местом думали производители? ...Наш хавчик стоит дороже обычного мяса, но на вкус отвратительно. У меня нет сил есть такое.

— Разве они не специально сделали их безвкусными, чтобы никак не повлиять на «боевой дух» солдат, пищевые пристрастия которых могут сильно различаться? Вкусы разные, всем не угодишь.

— И вместо этого они сделали еду, которую абсолютно все будут ненавидеть? Нахер это надо?!

— Эта еда оплачивается из карманов налогоплательщиков, так что грех жаловаться. Хотя я полностью согласен: гораздо лучше поймать оленя и зажарить его с солью на костре, — выпалил Квенсер. Услышав такое предложение, Хейвиа застыл на месте с открытым ртом, глядя на Квенсера полными восхищения глазами.

— Вот так полевой студент... Да ты просто гений!

— Эй.

— Ты прав. Раз у нас нет нормальной еды, мы просто должны её сами поймать.

Глава 1.3

Отбросив лопату в сторону, Хейвиа прихватил винтовку и направился прочь от базы. Хвойный лес, будто выступающий из снега, окружал базу со всех сторон. Это дикие места — дичи здесь хватит накормить хоть сотню голодных Квенсеров.

Хейвиа пытался уговорить его идти вместе, но тот опустил против воли сунутую ему в руки винтовку:

— Давай вернёмся. Если офицеры об этом узнают, пойдут за нами. Я уже почти слышу их причитания на тему нашей нелюбви к животным.

— Да забей, я же знаю, что ты предпочтёшь сочное мясо армейским пайкам, которые на вкус, как резина. И я не понимаю, с какой стати они станут осуждать нас за убитое животное, воздавая при этом почести за мертвого вражеского солдата.

— Потому что пули стоят денег, они куплены за счёт налогоплательщиков, для убийства вражеских солдат. И держу пари: они будут не в восторге от пустой траты боеприпасов, — объяснил Квенсер. Но Хейвиа и ухом не повел — он всё дальше и дальше углублялся в чащу, двигаясь по следам оленя.

"Я не собираюсь идти за ним..." Квенсер закинул винтовку за спину и уселся на ближайший камень. Слегка повернув голову, он уставился на базу техобслуживания. Однако, смотрел он не на ряд укреплённых железобетонных зданий: зона базы, к которой был приписан Квенсер, была мобильным подразделением и состояла из группы огромных тяжеловозов. Эти грузовики, включенные в штат базы, по размеру превосходили самые большие трейлеры с прицепами. Казармы солдат, радиолокационная вышка да и всё остальное находилось на борту этих гигантских тяжеловозов. Даже площадка для обслуживания Объекта собрали из нескольких выстроившихся в ряд огромных, многометровых грузовиков.

Это ещё одна особенность новой войны, вызванная появлением Объектов. С военной точки зрения, вместо укрепления одной позиции, стало куда более выгодно иметь возможность без промедления доставить Объект в нужную точку.

Глядя на конструкцию базы нового поколения, Квенсер погрузился в размышления: "Начальство, небось, сейчас греется в своих уютных комнатках, потягивает кофе и ждёт возвращения Объекта".

Однако накопившаяся злость никоим образом не спасала от сурового ветра Аляски, вдобавок Хейвиа был совершенно прав насчёт того, что Квенсер уже порядком устал от пресного, безвкусного пайка.

Юноша пошарил в карманах своей униформы, к которой так до сих пор и не привык, и вытащил оттуда комплект для выживания. Там имелся армейский нож, которым студент абсолютно не умел пользоваться. В комплекте было всё необходимое для остановки кровотечения, а также для разжигания огня и ловли рыбы. "Во времена, когда со всем разбираются Объекты, это всего лишь пустая трата денег".

В сложенном состоянии удочка была не больше шариковой ручки, однако стоило её развернуть, как она удлинялась до полуметра и походила на удочку для ловли вакасаги*. Вот только сделанная из военного углеродного чего-то там, была она исключительно прочной и гибкой. Вместо живца в комплект входило несколько видов блёсен. Похоже что создатели этой штуки стремились вообще избавить солдата от необходимости использования любой наживки.

Немного побродив по округе, Квенсер нашел извилистый ручей, разломал корку льда и опустил в воду леску.

— Да уж, сегодня действительно тихий денёк, — пробормотал он, не придавая никакого значения тому, что находится сейчас на передовой.

Глава 1.4

Однако студенты-новички не умели должным образом управляться с комплектом для выживания. Сложно сказать, способен ли Квенсер поймать рыбу даже с подходящей удочкой, потому неудивительно, что сколько бы он ни ждал, ничего поймать так и не сумел.

Он услышал вдалеке отрывистые звуки ружейной пальбы.

Понятно, что то был не боец противника, ошивающийся в этих местах, а Хейвиа, преследовавший оленя в надежде подстрелить его к ужину. В этот день и эпоху сама мысль, что вражеский солдат из плоти и крови попытается атаковать базу, на которой находится Объект, казалась чем-то немыслимым. Все равно, что пытаться вскрыть ядерное убежище с помощью напильника.

Стоило Квенсеру подумать об этом, как за его спиной под чьими-то ногами захрустел снег.

— Что здесь происходит?

Квенсер обернулся и увидел озадаченную девушку. Она выглядела лет на четырнадцать и на первый взгляд подходила для армии ещё меньше, чем полевой студент Квенсер.

У неё пушистые светлые волосы до плеч и белая кожа. Чистые голубые глаза цвета светлого неба устремлены куда-то вдаль, так что сложно разобрать в каком она настроении.

Тонкая фигура девушки не вписывается в понятие «довольно стройная».

Кажется, она спрашивала о выстрелах вдали, а не о самом Квенсере.

Ответ его звучал довольно грубо:

— Мы собираемся устроить барбекю сегодня вечером. Я отвечаю за поимку лосося, а Хейвиа за добычу мяса. Я мог бы и один этим заняться, но не уверен, что оленина придётся мне по вкусу. Я никогда раньше её не пробовал, поэтому сложно сказать. Надеюсь, что на вкус она не слишком странная.

— ...Тебя ждёт ранняя смерть, если будешь есть барбекю без овощей.

Девушка вздохнула с таким выражением лица, будто в предвкушении открыла коробку с подарком, а в ней не оказалось ничего интересного.

Квенсер отвёл взгляд от удочки. Все равно ни одна рыбина не заглатывала наживку, сколько бы он ни ждал.

— Куда направляетесь, принцесса?

— Ты что, пытаешься меня разозлить? — обычно выражение её лица практически не менялось, но на этот раз она выглядела задетой.

Однако Квенсер был едва с ней знаком и не знал как ей ответить. Руководствуясь непонятными побуждениями она всегда первая начинала с ним разговор.Квенсер сомневался, что когда-нибудь возникнет ситуация, в которой он будет вынужден сам обратиться к этой девушке.

Всё-таки элита, девушка-пилот мощного оружия, известного как Объект.

За время пребывания в зоне техобслуживания Квенсер время от времени обменивался с ней короткими приветствиями, но сомневался, что этого достаточно для установления близких отношений. Разница в их положениях слишком большая. Он — один из студентов, которых пруд пруди, а у девушки настолько высокое положение, что, кроме нее, его занимают всего несколько человек во всем мире.

В отличие от Квенсера и остальных, на ней эксклюзивная форма элитных пилотов. Костюм с трудом поддается описанию. Но точно можно сказать, что он сильно отличается от обычной армейской униформы. Это облегающий костюм цвета индиго, начинающийся от шеи и полностью закрывающий руки и ноги. Башмаки и перчатки, кажется, надеваются отдельно и крепятся к нему с помощью застёжек.

Помимо этого, на девушке надет бронежилет черного цвета, защищающий торс, и пояс, который вместе с закрепленными на нем подсумками похож на мини-юбку. Разумеется, низ жилета и верх пояса скреплены, когда человек за штурвалом Объекта. Вероятно, в качестве дани армейской традиции, на её униформе, в области шеи, прикреплен воротник-матроска, который похож на часть школьной формы мирной страны.

Костюм имеет высокие показатели водонепроницаемости, так что его можно использовать для подводных работ. Он так же способен препятствовать оттоку крови в нижнюю часть тела, таким образом, защищая бойца элиты от потери сознания, прямо как форма лётчиков. Этот специальный костюм предназначен именно для пилотирования Объектов, поскольку превосходит все прочие образцы, бывшие в ходу раньше.

Квенсер вспомнил своё удивление, когда впервые увидел её небесно-голубые глаза в зоне техобслуживания. Поначалу он думал, что они действительно светятся.

Но ошибался. Во время пилотирования Объекта используются слабые инфракрасные лучи таким образом, даже движение глазных яблок задействовано в качестве элемента управления. Долгое воздействие такого направленного излучения привело к тому, что её изначально синий цвет глаз стал значительно светлее.

Это осветление не было следствием нежелательного разрушения хрусталиков её глаз от инфракрасных лучей. Напротив, оно позволяло улучшить управление с их помощью до максимально возможного, а по достижении этого уровня глаза цвет менять переставали.

Девушка посмотрела на Квенсера своими высветлёнными глазами — явным признаком элиты:

— Объект на обслуживании. Мне нечем было заняться, и я решила побродить по округе. А потом услышала что-то похожее на выстрелы.

— ...Вот чёрт. Ты услышала их ещё на базе? Тогда уже можно настраиваться на персональную лекцию.

— ...А старая леди орала что-то насчёт «несносного тупицы», который упускает превосходный шанс узнать что-нибудь важное, пока Объект находится на техобслуживании.

— Дьявол! Всё ещё хуже, чем я думал!

Квенсер уже было пустился рысцой по направлению к базе, но вдруг остановился:

— ...Нет, постой. Даже если я примчусь туда немедленно, меня всё равно ждут нотации, так что придется выбирать. Либо на меня наорут, когда я приду с пустыми руками — либо наорут, когда я приду с уловом. ...Точно-точно, я не вернусь, пока не поймаю хотя бы одного лосося, только через мой труп!

— Если бы ты вёл себя по-взрослому, они не злились бы на тебя так часто.

Квенсер вернулся к своей удочке, демонстрируя философскую невозмутимость пред лицом обстоятельств, и девушка окинула его удивлённым взглядом. То ли ей было больше нечем заняться, то ли она не привыкла общаться с тем, кто не является настоящим солдатом (для солдат пилотирование Объекта было вопросом жизни и смерти, потому они старались отстраниться от девушки-элитницы, чтобы не произошло ничего непредвиденного), потому она продолжила стоять у Квенсера над душой. Сейчас была совсем иная ситуация, нежели во время техобслуживания, когда они могли обмениваться только формальными фразами.

"...Неужто принцесса тоже устала от пайка и захотела лососинки?"

Квенсер не посмел озвучить эти мысли, потому что знал: это совершенно точно раздосадует её ещё больше.

Он пытался придумать, что же такого сказать, но она снова его опередила:

— Ты прибыл сюда, чтобы изучать Объект, так?

— Да. Если я выживу на этой базе, помогая в техобслуживании, то меня ждёт сногсшибательный успех по возвращении домой.

— Почему именно эта база? — с любопытством спросила девушка. — Тебе ведь известен тип Объекта, который я здесь пилотирую?

— Это Составной Многоцелевой Объект... То есть он может быть использован в любой обстановке, в любом месте на Земле, при любых погодных условиях. Самый стандартный тип гигантского оружия. Пригоден и для суши, и для моря.

— Стандартный — это эвфемизм для слова "устаревший", — вздохнула девушка. — Объекты второго поколения не стремятся так ревностно применять где угодно. Объект, разработанный для пустыни и предназначенный только для неё, будет действовать в условиях пустыни эффективнее универсального Объекта.

Эта точка зрения, только начавшая распространяться в среде изготовителей оружия.

Когда появились первые Объекты, составной тип был способен одинаково эффективно сражаться на любом типе местности, и ничто не могло ему противостоять. Однако когда по земному шару стали распространяться разнонаправленные Объекты, ситуация изменилась.

Составная модель, действующая в любой обстановке, не имела никаких слабостей. Однако это также означало то, что у неё нет реальной силы. Когда ситуация, при которой Объект крушит обычное оружие, изменилась на ситуацию, когда Объект имеет дело с другим Объектом, на передний план вышла проблема того, как сделать свой Объект лучше других.

Был предложен такой вариант: создать Объект с повышенными боевыми возможностями, даже если это уменьшило бы его функциональность. Впоследствии такая вариация приобрела преимущества на определённом типе местности, что позволяло одержать победу над другими Объектами.

— На Аляске то же самое. У нас в наличии обычный Объект без каких-либо недостатков, а у врагов имеется оптимизированный, с явным преимуществом. На этой снежной местности я могу проиграть.

— Но ты продолжаешь пилотировать этот Объект, ведь так, принцесса?

— ...У меня нет выбора, — с едва заметной заминкой сказала девушка, элита вооруженных сил.

Все предыдущие образцы пятидесятиметровых Объектов стали «старыми» после появления новых моделей, но далеко не каждый мог стать элитным пилотом такой машины. Это были люди, отвечающие всем требованиям, какие предъявляли военные учёные в своих блок-схемах. Вдобавок, человек превращается в терминал управления Объектом только после того, как искусственно отточит, усовершенствует и всячески улучшит (в том числе химическими и электромагнитными стимуляторами) свои естественные показатели выше уровня среднего гения, чтобы соответствовать конкретному Объекту. После того как элитник проходит через всё это, его судьба оказывается навсегда связана с его Объектом.

Элита не может пилотировать любой Объект. Они могут управлять лишь тем, для которого их тренировали. Так что не будет ошибкой сказать, что элитник — пилот, мозг которого заточен под конкретную машину.

Если так, то что будет, если тип Объекта, который ты используешь, устареет?

— Я могу и проиграть, — внезапно сказала девушка-элитник, пилотирующая невероятную машину. — Я могу не справиться.

Мозг этой девушки был заточен под одну единственную цель — пилотирование своего Объекта.

— Тот, кто работает в зоне техобслуживания, должен знать это лучше, чем кто-либо другой. Ты знаешь. Так зачем ты прибыл сюда?

— Потому что у меня свой взгляд на вещи, — ответил Квенсер после недолгих раздумий. — Только солдаты озабочены вопросами того, что является сильным, а что слабым. Я — студент. Если я не останусь вместе с Объектом, представляющим академическую ценность, я не получу необходимых знаний и навыков.

— …

— Если я изучу стандартную, базовую модель, я смогу использовать эти знания где угодно. С другой стороны, если я разберусь с моделью, уже оптимизированной для конкретных условий, я не везде смогу применить эти знания. Для полевого студента твой Объект является лучшим вариантом.

На его мнение не оказывали влияния такие важные моменты, как победа в войне, но, не будучи солдатом, он мог говорить подобное.

— Если будешь слишком суетиться на поле боя, долго не протянешь.

— Никаких сомнений, вот почему среди полевых студентов такая высокая смертность. Но я мучаюсь здесь, на поле боя, в надежде быстро разбогатеть, так что не стану жаловаться.

Услышав заявление Квенсера прошедшая через множество битв воительница озадаченно склонила голову набок и стала похожа на обычную девушку.

— Значит ты готов.

— Да. Ну, я терпеть не могу медленное обучение в условиях школы, так что сразу ухватился за этот шанс ускорить дело. Так что должен быть готов ко всему.

— Хммм, — промычала элитница с такой интонацией, будто ее мыслительная способность дала небольшой сбой.

А потом.

— На самом деле?

— ? — в этот раз озадачился Квенсер. Однако девушка не изъявила желания продолжать разговор. Она развернулась и покинула это лесистое местечко Аляски, оставив парня наедине с винтовкой и удочкой.

Люди и правда частенько забывают о странных вещах, которые с ними случаются.

Как наглядный пример этой истины, Квенсер не стал особо размышлять о причине, побудившей элитницу заговорить с ним сегодня.

В конце концов, это Объект сам — олицетворение войны, а солдатам из плоти и крови здесь грош цена. А значит, думать о таких вещах — совершенно бесполезное занятие.

Глава 1.5

Как и предполагалось, их ждала выволочка.

Двоих полудурков — Квенсера и Хейвиа — вызвали в бараки к высокопоставленным офицерам.

Как и всё остальное эти бараки находились в огромных тяжеловозах, из которых состояла база. Три грузовика, соединенные друг с другом, образовали треугольное здание высотой в четыре этажа. Само собой, в любой момент их можно было расцепить, чтобы проехать по узкой дороге.

Квенсер и Хейвиа сейчас были на самом верху, в офицерских бараках.

"Чёртова буржуйка, помешанная на Японии!"

Эта мысль одновременно пришла им в головы не только из-за великолепной внутренней отделки помещения, но и потому, что их обоих заставили сидеть на твёрдом полу в традиционной японской позе со сложенными ногами.

Между тем, их начальник — офицер Флорейция — не испытывала таких неудобств, поскольку внутренняя половина комнаты представляла собой подиум, на котором разложены татами. Флорейция сидела в его центре за низким столиком на ножках. Под ней лежала подушка-забутон — настолько мягкая, что окажись на ней кошка, ее невозможно было бы согнать.

Офицер — красивая женщиной с длинными серебристыми волосами. Вероятно, не обошлось без краски, поскольку у волос имелся слабый синеватый оттенок. Флорейция высокая, стройная, с большой грудью заметной под униформой. Её ноги в черных чулках, выглядывающие из-под узкой офицерской юбки, не назовешь просто стройными. Они излучали безмерную, изящную красоту, которая каким-то образом постоянно притягивала к себе взгляды. Ее бледные губы сомкнуты на курительной трубке. Но не короткой и толстой, как любят европейские детективы. Нет, это длинная японская кисеру* длиной в тридцать сантиметров.

Квенсер не знал, в чем дело: в самом ли табаке, или же в том, что запах смешался с ароматом её волос, — но он чувствовал в воздухе сладковатый привкус.

— ...Вы ведь знаете, зачем вас вызвали сюда? — ударившие им по ушам слова казались холоднее снежных равнин за окном.

Разумеется, они знали о причинах вызова "на ковер". Ребята бросили своё задание по очистке снега лопатами и отправились на поиски еды за пределы зоны базы техобслуживания. А раз Хейвиа ещё и стрелял из боевой винтовки, то нет ничего удивительного в том, что офицер в бешенстве. Теперь они в двух шагах от отправки на гауптвахту или даже под трибунал.

"..Что нам теперь делать, Хейвиа?! Вот почему я говорил тебе прекратить. Это всё из-за пайков, но я предпочёл бы три дня есть один снег, лишь бы избежать такого исхода!"

"...Заткнись, чёрт возьми! Будь она проклята, ей точно восемнадцать? Я знаю, что обычные солдаты ни к чему на поле боя в наши дни, но я готов поставить на то, что эта баба вынесет Объект одними кулаками".

— Квенсер, Хейвиа!

Услышав свои имена, парочка в панике выпрямила спины. Флорейция даже не смотрела в их сторону. Она вертела в пальцах длинную, тонкую заколку для волос, похожую на японскую канзаси* и одновременно водила похожим на рейсфедер* предметом по плоскому предмету, лежащему на её столике.

Это оказался планшет.

Квенсер подумал, что обычно с целью что-то начертить применяются устройства на базе компьютеров, но...

— Тебе это интересно, Квенсер?

— Д-да!

— Возможно, это не ваш уровень, учитывая то, что вы оба тратите всё своё время на поиски еды, но я довольно занятой человек. Возможно, это ничто по сравнению с вашими отчаянными попытками зарыть в снег найденную еду, чтобы она не пропала, но мне нужно руководить операцией на маленьком острове в Тихом океане, будучи на этой базе на Аляске.

— У-угу...

Квенсер задвигал одними лишь глазами, пытаясь взглянуть на боковую стену. Она была скрыта за огромным LCD-монитором, на котором отображалась карта океана и нескольких маленьких островов. Красные галочки появлялись на экране в соответствии с манипуляциями Флорейции на планшете.

— Да, это довольно просто. Я делаю пометки на этом планшете, и ожидающие огромные Объекты начинают бомбардировку указанного места, стирая с лица земли базы повстанцев. В самом деле, очень просто, правда? Прошу, скажи, что это так, — небрежно продолжала Флорейция, не переставая добавлять пометки. — Планшеты — это так здорово. Хотя бы потому, что они могут распознавать степень моего напряжения, фиксируя силу нажатия на экран. У меня сложилось впечатление, что в наши дни дальние операции проходят на редкость гладко.

Похоже, в момент отдачи команд она была очень зла. Об этом можно было с уверенностью судить по треску, который издавал пластиковый стилус в её руках.

Представив, что после каждого её касания к экрану где-то вдалеке взлетают на воздух куски мяса, Квенсер и Хейвиа вздрогнули.

— Как уже было сказано, я — очень занятой человек, которому приходится управлять несколькими базами и подразделениями одновременно, но в один прекрасный момент появляются придурки, которые решают подкинуть мне проблем. ...Кстати говоря, что по-вашему я сейчас чувствую?

— Д-да, мэм! Хотя я бы не рискнул гадать о вашем душевном состоянии, но могу с уверенностью сказать, что вы очень сердитесь, Флорейция!

— Хорошо. Я рада, что у меня такие превосходные подчинённые. Я сержусь, да? Кивните, если так, — сказала Флорейция, наконец посмотрев в их сторону с садистской улыбкой.

После того как она отдала приказы подразделениям в Тихом океане и операция была успешно завершена, выражение её лица тут же сменилось на беззаботное.

— Так что же вам удалось достать? Я как раз подустала от этой якобы съедобной резины, которую почему-то называют пайками.

Глава 1.6

Вечер обещал быть спокойным (хотя в качестве наказания Квенсер и Хейвиа должны были пробежать двадцать километров по снегу), и до ужина ещё оставалось немного времени.

— Хотите сказать, что этот бесчеловечный забег начнётся прямо сейчас?! — еле смог выдавить кипящий от возмущения Квенсер, но Флорейция покачала головой:

— Ты ведь полевой студент. Если я не отправлю тебя в зону техобслуживания для изучения Объекта, на меня наорет та старая дама, что отвечает за него.

— Ууу?! Я совсем забыл об этом! Мне придётся выслушивать нотации от этой дряхлой карги, которая по сварливости даст вам сто очков вперед!

— О, кстати, Хейвиа. Ты можешь продолжать расчищать лопатой снег один. Обеспечь зеркальную чистоту взлётной полосы к закату. Лётчики жалуются.

— Нееет! Это звучит ещё хуже, чем марш-бросок на двадцать километров! И почему бы самим лётчикам не поднять свои жопы и не помочь нам?!

Итак, Квенсер расстался с Хейвиа и направился в зону техобслуживания. Это гигантское здание, полностью укрывающее в себе пятидесятиметровое оружие. Как и офицерские бараки, строение состояло из нескольких соединённых вместе тяжеловозов.

Грузовики с платформами размерами в пятнадцать на десять метров выстроились по обе стороны; помимо них были по-быстрому смонтированы две стены, соединённые крышей. В общем, строение напоминало поперечное сечение склада. Большая зона техобслуживания состояла из нескольких таких секций, соединённых между собой.

В дополнение к стандартным заслонкам, площадка техобслуживания имела аварийный способ вывода Объекта. Грузовики соединялись вместе и образовывали всю конструкцию таким образом, что машины в любой момент могли разъехаться в разные стороны и выпустить Объект. Поскольку такой способ приводил к неизбежному разрушению основания конструкции, его старались избегать.

Квенсер попал внутрь через чёрный вход для персонала техобслуживания.

Внушительный вид гигантского пятидесятиметрового Объекта, служившего символом военной мощи, ошеломлял.

Реактор, находящийся в его центре, окружала толстая сферическая перегородка, похожая на стену ядерного убежища. Ходовая часть напоминала перевернутую букву Y, но конструкция не ходила и не катилась на колёсах, как обычные грузовики. Вместо этого в ней применялось статическое электричество, и она парила над поверхностью земли. Теоретическая составляющая всего этого не имеет с таким способом передвижения ничего общего, но впечатление скольжения по поверхности имело место.

Разумеется, всего лишь воздействия на землю статическим электричеством недостаточно для того, чтобы такая махина могла парить.

Жидкость, выполняющая функцию репеллента, распрыскивалась по поверхности земли по мере движения Объекта, что приводило к эффекту отталкивания наэлектризованной конструкции.

В качестве движущей силы применяется лазер.

Энергия статического электричества создавала небольшое расстояние между землёй и Объектом, а воздух в этих промежутках разогревался лазерными импульсами, которые отражались множество раз и концентрировались. Разогрев способствовал мгновенному расширению воздуха, что давало движущую силу. Тот же самый принцип применялся в лазерных пусковых установках шаттлов.

Основную боевую функцию выполняли семь рук, выходящие с дальней стороны сферы. Семь огромных пушек, прикреплённые к ним, могли пробить Объект того же уровня. Помимо них, где-то сотня пушек разбросана по всей поверхности сферы. В общем, агрегат выглядел не как оптимизированное орудие, а скорее как идиотская постройка, чокнутый создатель которой напихал пушек куда только смог.

Камень преткновения современной военной индустрии.

Последнее слово в военной истории.

Это и есть Объект.

Более двухсот толстых кабелей, напоминающих тросы строительных кранов, крепились к стенам и потолку и удерживали громаду на месте. Бесчисленные дорожки проложены прямо по воздуху, и большое количество солдат-инженеров заняты своим делом.

Внезапно по всему помещению эхом разнёсся пронзительный скрежет искореженного металла.

Квенсер задрал голову наверх и увидел пожилую леди, кричавшую ему с третьего уровня дорожек:

— Так ты здесь, парень! Ты мне чертовски обязан! Я готова принять любую предоставленную помощь, — даже от такой бестолочи, как ты! Прихвати какие-нибудь инструменты и дуй сюда!

— Прошу прощение за опоздание! Насчёт моего наказания...

— Плевать. Как солдат техобслуживания, отработаешь свой косяк с отверткой в руке!

Услышав это, Квенсер поднялся на третий уровень по простой лестнице, которая выдвигалась нажатием кнопки.

"Охх... Слава богу, что старая леди способна войти в положение. А я уж думал, мне кранты…"

"Ну, если он и дальше продолжит тупить, я запихну его в железную бочку и буду колошматить по ней ломом..."

Прокомментировав себе под нос ситуацию и, хвала богам, не услышав друг друга, они принялись за работу на дорожке третьего уровня.

Старая леди проверяла что-то, относящееся к системе.

Кокпит (и люк для аварийного катапультирования) находились на верху сферического тела Объекта, в задней его части. Никто не хотел думать об этом, но в случае экстренного катапультирования пилоту-элитнику предстоит упорхнуть назад по диагональной траектории.

В данный момент многочисленные перегородки были открыты для доступа к сфере, и в её глубине, словно в туннеле, мерцали мониторы в кабине пилота. Этот туннель не был простым путём в кокпит. От него отходили ответвления к различным отсекам, таким как камера техобслуживания реактора, закрытая толстой двухслойной дверью и оснащённая дополнительным источником питания, или камера для замены цистерны с отработанным газом, который там был сжат и запечатан. Это напоминало туннель метро с многочисленными ограждениями и переключающимися рельсами.

Тем временем старая леди навалилась спиной на поручни рядом с туннелем и уткнулась в портативный компьютер в своих руках.

— Оно ведь подсоединяется к системе Объекта напрямую, без проводов? Если нет нужды протягивать длинные кабели, то зачем вообще открывать все эти перегородки и кабину пилота?

— Ты дурак? Стенки перегородок блокируют электромагнитные сигналы. Случись иначе, вражеский Объект мог бы испортить систему прямо посреди битвы.

Неожиданно где-то вдалеке вспыхнул бело-голубой свет, заставив их замолчать. Сварщик работал с обшивкой Объекта.

Главное тело машины само по себе больше пятидесяти метров, но оно изготовлено отнюдь не заливкой жидкой стали в монструозную форму для литья. Были подготовлены стальные изогнутые пластины размером с татами, и куча этих пластин — сотни, тысячи, десятки тысяч — сцеплялись вместе, образуя гигантскую сферу.

Многочисленные элементы, встроенные вместо монолитной толстой брони, должны были при попадании снаряда перераспределять энергию удара. В теории это походило на простой пуленепробиваемый жилет, однако тут применялось так много стальных пластин, что подобная конструкция могла выдержать даже ядерный взрыв.

— Это ведь называется онионной бронёй? Она не только прочная, отдельные пластины можно заменить в случае их повреждения. Кто бы ни придумал такое, он заслуживает Нобелевскую премию.

— Может прозвучать напыщенно, но каждая стальная пластина изготовлена и доведена до совершенства опытным мастеровым, прямо как японский меч.

— В разогретую сталь добавляется несколько миллиграмм реагента, придающего пуленепробиваемые свойства, правильно? Я слышал, что от этого металл становится прочнее, но его вторичное использование невозможно.

— Всё благодаря умелым рукам мастеровых. Машина не может правильно провести распределение, из-за чего металл получается более хрупким.

Квенсер и старая леди смотрели вниз с дорожки вслед проехавшему подъёмнику, везшему запасные изогнутые пластины. На боку подъёмника крупными буквами надпись на английском: «Удачи в бою, принцесса Милинда!»

"Та самая принцесса".

Квенсер ещё размышлял над этим, когда старая леди продолжила разговор:

— Лично меня больше всего в этой конструкции поражает система распределения электричества от центрального реактора аж до самых лазерных пушек на внешней обшивке без использования кабелей.

— Там ведь используется панельный распределитель питания с гибкой платой? Скреплением изолирующего материала с проводником и последующей сваркой со стальными пластинами удалось добиться распределения энергии без необходимости оставлять бреши в защите для прокладки кабелей. Человек, придумавший такое, тоже заслуживает Нобелевской премии.

— В самом деле, парень. Ты говоришь так, словно это было раз плюнуть.

Старая леди медленно тряхнула головой, одновременно проводя диагностику программ Объекта и быстро перебирая морщинистыми пальцами по экрану портативного компьютера.

Продолжая работать, она задала Квенсеру вопрос:

— Так ты хочешь стать разработчиком оружия?

— А? Что касается меня, я хочу стать проектировщиком Объектов. Ну, для простолюдина это превосходный шанс обеспечить себе безбедное существование. Пока деньги имеют ценность, они позволят жить лучше, чем аристократы низкой ступени.

— Ты не сможешь жить припеваючи, если не будешь хорошим торгашом... Что ж, это твоя жизнь, парень, я не буду тебя останавливать. А на какой области ты собираешься специализироваться в оружейной инженерии?

— Я надеялся заняться общим конструированием.

— Ты придурок. Ни одному новичку в производственном деле не позволят заняться целым Объектом. Это как заявить, что в будущем ты намереваешься стать миллиардером. Слишком размыто. Разве студенты вроде тебя не начинают с чего-нибудь удобного, типа репликаций, идут по контракту в оборонный сектор, а там начинают изучать что-то более сложное?

— Ага. Ну, я не питаю нежных чувств ко всем этим репликациям, — эта идея будто пробудила в нем какую-то неприятную мысль, поскольку Квенсер недовольно скривился. — Это область разработок новых способов передвижения для Объектов, основанных на движении насекомых и других животных, а я терпеть не могу пауков, тараканов и тому подобное. Хотя там ты просто наблюдаешь за букашками, я соглашусь, что это направление само по себе довольно выгодное.

— Ты трус. Именно ты будешь потом ныть, когда поймёшь, что не смог осилить базис.

— Я хотел изучать стандартную модель Объекта, как у нашей принцессы, чтобы освоить основы без необходимости проходить через всю эту муть.

— Как ты думаешь, почему главы администраций у нас на родине строят зоопарки и музеи насекомых в каждом крупном городе? Они расходуют деньги налогоплательщиков, чтобы вдохновить многообещающую молодёжь, которая пытается придумать собственные Объекты.

Старая леди вздохнула.

Квенсер заглянул в похожий на туннель ход в кабину пилота.

— Кстати о многообещающей молодёжи, разве сейчас не время для отбора пилотов... Вернее сказать, для поиска кандидатов в элитники? Когда я был в школе в безопасной стране, представители правительства в черной одежде только и делали, что слонялись по школе туда-сюда.

— Они обязаны делать это четыре раза в году, но, похоже, в этот раз они не смогут найти никого подходящего.

— Элитники должны соответствовать какому-то Элементу, так? Что это такое?

— ...Это собирательный термин для всех требований, которым должен соответствовать пилот Объекта, — старая леди прекратила водить пальцами по экрану портативного компьютера, и её голос стал чуть холоднее. — Что сказать, это не что-то типа силы эсперов, которая наделяет их способностями управлять неким устройством. Ну, есть такие нюансы, связанные с наследственностью, но всё же элитники представляют собой военный проект, в рамках которого пилоты улучшают свои врождённые способности всевозможными способами, вплоть до электрической стимуляции и внушения. В связи со спецификой их подготовки, главной проблемой стали права человека, а отнюдь не финансовые или технические ограничения.

— То есть?..

— Права тех, кто прошёл подготовку, оказываются ущемлёнными, но никто не жалуется, да и сами элитники готовы сражаться за свою страну даже после всей этой жуткой подготовки. Люди, отвечающие всем требованиям, не совсем обычные... Элитники взращиваются как пилоты сильнейшего оружия, и, если они применят это оружие против своей страны, это станет огромной проблемой.

Они услышали механический шум, и старая леди добавила шёпотом.

— Не говори с ней.

Кресло пилота выехало из туннеля на элеваторе. Принцесса-элитница сидела в нём, верхняя часть её тела была закреплена Н-образными ремнями.

— Так ты наконец-то тут, соня.

— Прошу прощения. Мне нет оправдания.

— Слушай, парень, у меня есть для тебя работа. Проверь устройство экстренного катапультирования. Никто больше не возьмётся за это, потому что все считают это плохой приметой.

В любую эпоху всегда найдётся работа, которую спихивают на новичков. Новичок будет заниматься предвещающей беду или просто бесполезной работой, краем глаза наблюдая за вознёй профессионалов, занятых настоящим делом.

Квенсер обогнул кресло, на котором уселась девушка, и взялся за работу.

— Кстати о суевериях, а почему Объект полностью белый? Или это камуфляж для снега?

— Во-первых, это превосходный камуфляж для условий заснеженной местности, — сказала девушка.

— Но огромному чудовищу, у которого нет естественных врагов, нет смысла прятаться в снегу и заботиться о покровной окраске, так что он просто так белый. К слову, пятидесятиметровую махину спрятать не так-то просто, — добавила старая леди.

— Хех, это не то же самое, что те репликации, о которых мы говорили чуть ранее, но я слышал, что был проект по созданию запугивающей окраски, основанной на окраске агрессивных зверей и насекомых.

— Была ещё задумка добавить для вящего ужаса такой режим работы Объекта, чтобы куча трущихся шестерёнок создавала жуткий скрежещущий звук. Но ни один из планов такого рода так и не был осуществлен.

— ?

— Объект будут видеть не только враги. Изобретение бесполезно, если оно будет подрывать моральную стойкость наших собственных солдат; вдобавок они не смогли продемонстрировать на параде в мирной стране ни одну модель Объекта, выглядящую по-настоящему устрашающе.

— Ясно, — ответил Квенсер. — Тогда как насчёт рапиры, что свисает с потолка на верёвке?

— Это традиционный талисман на удачу.

— Он приносит победу, — прозвенел голосок девушки.

Слушая, Квенсер продолжал работать гаечным ключом, как вдруг уловил тихий щёлкающий звук, а девушка тряхнула головой в тот момент, когда собралась сказать что-то ещё про талисман.

— Я не могу дышать.

— Вот дерьмо! Ты придурок! Не лезь к ремням! Ты сдавил принцессу!

— Чего?! Я сделал что-то по-настоящему плохое?

— Я не могу дышать, — напомнила девушка.

Квенсер отчаянно схватился за гаечный ключ, не зная, как разобраться с ремнём.

Старая леди побежала к маленькому элеватору.

— Я поищу нож! А ты, парень, проследи за ней. Тяни на себя ремень, чтобы она не задохнулась к моему возвращению!

Квенсер всё ещё продолжал паниковать, когда старая леди убежала.

Он быстро обогнул кресло и оказался спереди девушки.

— П-прости!!!

— Мне всё равно... Просто сделай что-нибудь.

— Хорошо!!!

Квенсер решил сделать так, как сказала старая леди, и собрался оттягивать ремень, чтобы уберечь девушку от удушья. Вот только Н-подобный ремень вдавился в её грудь так, что стали отчётливо видны её женские прелести.

— Умм...

Пальцы Квенсера отчего-то похолодели.

Чтобы ухватиться за ремень, придётся просунуть под него ладони, а это значит, что он коснётся выпуклостей груди девушки.

"Несмотря на её детское телосложение, в этом месте она довольно-таки..."

Эти бесполезные мысли ещё метались в его голове, когда он услышал тихий девичий голос:

— ...Я умираю.

— ?!

Да. В такой ситуации не остается места колебаниям.

"Я спасаю чью-то жизнь. Всё серьёзно. Я напортачил. И должен это исправить. Но её сиськи… Нет, я не должен из-за этого волноваться. Мне нужно быть серьёзным. Если я не поспешу, её жизнь окажется в опасности. Нужно спасти её. Я должен сделать для принцессы всё, что смогу… Сиськи!!!"

— Ооооххх!!!

Окончательно решившись, Квенсер мужественно потянулся к груди девушки, стараясь успеть до того, как хоровод подобных мыслей убьёт его смелость.

— Эээ?!

Принцесса чуть слышно пискнула, словно мелкая зверушка, и его руки остановились.

"Плохо дело. Я сосредоточился больше на её сиськах, чем на ремне. Нельзя хватать её за грудь с таким возбуждённым взглядом, она, чего доброго, подумает, что я покушаюсь на ее невинность! Но что же мне делать? Как мне спасти её и при этом не нарушить приличий?"

— Экстренные... меры, — пробормотала принцесса, лицо которой становилось всё бледнее и бледнее.

— Что? Ты знаешь какой-то другой способ?!

— Да... Но... — она ещё произносила это, а её рука уже нажала какую-то кнопку снизу кресла.

Сразу после этого сиденье, на котором она сидела, словно взорвалось. Сдерживающий принцессу Н-образный ремень мгновенно разорвался на клочки, а её маленькое тельце взлетело в воздух. Квенсера тоже смело с площадки. Потоком сжатого воздуха его отшвырнуло на несколько метров.

Квенсер приземлился на пешеходную дорожку, прокатившись по ней кубарем, и краем глаза заметил, как вдалеке распустился большой белый цветок.

Парашют для экстренных случаев.

В обычной ситуации элеватор быстро поднимает кабину пилота на поверхность, всё сиденье взлетает вверх, а в последний момент активируется эмиттер сжатого воздуха. Но сейчас принцесса активировала сразу последнюю стадию, в результате чего её подбросило чуть ли не до самого потолка.

"Проверка механизма катапультирования – реально плохая примета".

Сквозь собственное бормотание, Квенсер услышал голос:

— Я впервые использовала его.

Глава 1.7

Ужин начался после захода солнца.

Вместо того, чтобы наведаться в столовую, Квенсер вышел наружу под падающий снег. На этот вечер у него было запланировано барбекю. К нему присоединились Хейвиа, поймавший оленя, и офицер Флорейция, заявившая, что она обязана приглядывать за своими подчиненными.

С тех пор, как военные обязанности были возложены исключительно на Объект, ее бойцы бездельничали. Если б им предложили, они бы (все восемьсот солдат) с радостью присоединились к банкету, но Флорейция посчитала, что это конфиденциальная информация, которую не следует распространять. Всё-таки мясо у них не в избытке.

Итак, эти трое устроили барбекю.

На территории базы техобслуживания.

Сама база представляла собой всего лишь нагромождение гигантских грузовиков, а собирались они в местечке, которое со всех сторон было окружено сооружениями, заслонявшими его от ледяного ветра. В том самом месте они развели костёр и установили сверху металлическую пластину.

Флорейция, высокопоставленный офицер, была в этом месте впервые и сейчас грела руки у разведённого ею костра. Возможно, она ждала этого ужина больше остальных.

— Хоть я и греюсь, холод продолжает пронизывать моё тело. Мне надо съесть жирный кусок мяса, чтобы согреться изнутри.

Квенсер глянул на ноги Флорейции.

— Разве в чулках не теплее, чем с голыми ногами?

— Мне напялить их тебе на голову, чтобы проверить это, Квенсер? Это не чулки, а сплошная видимость. Так, для душевного спокойствия. Или ты считаешь, что твои носки способны спасти тебя от холода? Завидую вам, парни: вы круглый год можете носить штанишки, — сказала девушка в узкой юбке, после чего повернулась к Хейвиа. — Отличная работа, Хейвиа. Благодаря тебе мы можем в любой момент воспользоваться взлетной полосой. Я уверена, что парни из воздушного подразделения тоже тебя поблагодарят.

— Хе-хе, да ерунда.

— Но на самом деле воздушные подразделения вообще не нужны. Эти трусы убрали с собственных самолётов всё вооружение, объясняя это тем, что так удастся повысить манёвренность и скрытность. На самом же деле, они всего лишь боятся того, что враг подобьёт их, посчитав за угрозу. Они нагло заявляют, что теперь специализируются на разведке, но практически всю информацию о вражеских Объектах мы получаем после сражений нашей принцессы.

— Проклятье! Я догадывался, что это бессмысленное занятие, но, слыша это от другого человека, меня аж передергивает! А если учесть здешние погодные условия, то к утру полоса снова будет завалена снегом!!!

— Что ж, эра истребителей подошла к концу, когда на бомбардировщики стали устанавливать йод-кислородные лазеры. Они слишком большие для установки на маленькие истребители. Как только лазеры были пущены в оборот, способность летать быстрее звука перестала играть какую-то существенную роль. А потом появились Объекты. Они могут вести огонь непрерывно по всем направлениям. Невозможно сражаться с ними с помощью истребителей. Сейчас эти летающие корыта годятся только на то, чтобы доставить из безопасных мест пиццу до того, как она остынет.

— Целых семьсот метров! Я в одиночку расчистил от снега семьсот метров взлётной полосы! — пока Хейвиа бушевал, Флорейция отвернулась, чтоб тот не видел, как она высунула язык. Затем она обратилась к Квенсеру, причём гораздо фамильярнее, чем ко множеству своих подчинённых.

— Кстати говоря, я слышала, что ты разговаривал с принцессой за пределами базы, — сказала она тоном прекрасного высокопоставленного офицера, который тщательно заботится о своем изысканном маникюре и при этом остается солдатом на передовой.

Причем с такой интонацией, будто этот вопрос интересовал её даже больше, чем факт его неповиновения приказу.

— Эмм... А это проблема? Я время от времени разговариваю с ней в зоне техобслуживания, так что и в этот раз я беседовал с ней в такой же манере. Мне следует больше думать о разнице в нашем положении?

— Не вижу никакой проблемы. Очевидно, медицинское подразделение кормит её пайками даже более жуткими, чем наши, для поддержания стабильности её физиологического состояния. Но лично я считаю, что от такой еды она испытывает сильный стресс, который в итоге губит ее здоровье ещё быстрее, чем плохое питание.

— Разве принцесса-элитница не имеет право на посещение специального рекреационного здания? Как я слышал, там есть куча всяких технических устройств, приводящих организм в порядок, — сказал Хейвиа куда вежливее, чем ему хотелось.

Флорейция подцепила сочный кусок оленины палочками, которые лишний раз свидетельствовали о её помешательстве на Японии.

— Эта штука обходится нам в кругленькую сумму, но на самом деле не так уж хороша. Вы считаете, это вообще возможно — получать удовольствие от обучающих материалов, которые дают учителя в школе? Очевидно, что принцесса побывала там один единственный раз и не возвращалась.

— Вот где собака зарыта, — произнес Квенсер, вспоминая недавний разговор с принцессой.

Он не смог себе вообразить ничего такого, что заставило бы её улыбнуться.

Это была девушка, высказавшая зловещие сомнения по поводу победы в предполагаемом бою.

Пока её слова продолжали звучать в его голове, Квенсер спросил:

— Случалось ли такое, чтобы вы растерялись, Флорейция?

— Да, — охотно ответила она с таким видом, будто подумывала ещё и о пиве к мясу. — Я трижды терялась, когда удалённо руководила операциями, и один раз вместе со своим подразделением. Это было ужасно. Критика в мой адрес была хуже самих провалов. Но здесь нечему удивляться. Я потеряла оружие, стратегически важное в национальных масштабах.

— Эээ? Объекты ведь — синонимы войны? Что вы делаете, когда вражеская сторона уничтожает ваш Объект? Я сомневаюсь, что вы будете полагаться на танки и истребители, — спросил Хейвиа с явным любопытством.

— Всё просто. Мы поднимаем белый флаг, — бесстрастно ответила Флорейция.

— А?

— Войны в наши дни отнюдь не тотальные. Как только чей-нибудь Объект оказывается разрушенным, победитель очевиден. И у победителя нет времени на то, чтобы гоняться за каждым мелким подразделением, которое представляет сомнительную опасность. Нет никаких формальных договоров на этот счёт, но одно из базовых правил современной войны гласит, что никто не заинтересован в неуместном героизме. Если подразделения быстро отступают и сдают территорию, нет смысла надрываться и догонять их.

Глядя в открытые рты двух новичков, Флорейция беззаботно улыбнулась.

— Ха-ха. Я понимаю, почему вы так удивлены. Тренируя вас, они не хотят, чтобы вы расслаблялись, потому не говорят о подобных соглашениях. Просто посмотрите на меня. Я присоединилась к армии в возрасте тринадцати лет и побывала с тех пор во многих кампаниях, но у меня нет ни единого шрама. С целью предотвратить ненужные смерти, мы используем чистое оружие — Объекты — чтобы собрать всю свою боевую мощь в одном месте вместо распределения её по огромной территории. Моя прекрасная кожа является наглядной демонстрацией того, что это по-настоящему «безопасное поле битвы», — Флорейция немного покрутила в своих пальцах палочки для еды. — Вы знали, что причина отправки солдат из этого подразделения обратно домой — отнюдь не огнестрельное ранение или взрыв мины? На самом деле, причина в конфликтах между мужчинами и женщинами на территории базы. На современном поле брани тебе следует больше опасаться любовных дел, нежели пуль. Вы вообще понимаете, насколько здесь тихо?

Квенсер уже собирался возразить, но вдруг один вопрос возник в его голове.

— Погодите. Флорейция, разве вы не приказывали дружественным Объектам бомбардировать вражеские базы где-то в Тихом океане?

— У тебя хорошая память, Квенсер. Это совсем не война против другой армии. Атаки по повстанцам и террористам — это не более чем операции подавления, так что недавно упомянутые соглашения тут не работают. Вот что я вам скажу. Это — самый эффективный способ применения Объектов. Крупным державам требуется налаженный механизм для своевременного подавления оппозиционных сил.

Когда зашедший в неприятное русло разговор стал портить аппетит Квенсер решил сменить тему. Единственной темой для разговоров, которую он мог придумать помимо Объектов, была еда.

Квенсер взглянул на оленину, являвшуюся главной частью их сегодняшнего ужина, а потом посмотрел на Хейвиа, который и добыл им её.

— Так значит, солдат обучают охоте? Лично я способен поймать одну единственную рыбину, и то просидев с удочкой три часа.

— Современные винтовки оснащены не только прицелами. В них, помимо этого, ещё встроены инфракрасные датчики и микрофон для поиска противника. Это сделано с расчётом на то, чтобы ты смог следить за своим врагом разными способами. Я бы сама осталась с пустыми руками, если бы отправилась в дикую местность с одной лишь удочкой. Хотя винтовки — это пустая трата денег, поскольку боевая задача полностью возложена на Объекты, — проговаривала Флорейция, ловко орудуя палочками для еды. — Пока снабжение этой станции не нарушено, мы можем получать столько продовольствия с родных земель, сколько нам нужно. А база никогда не будет списана, пока у нас есть Объект. Даже когда я была солдатом-новичком, они не утруждали себя обучением нас охоте на диких животных. Но я могу точно сказать, что это не самый важный навык для боевого инженера вроде тебя.

— Боевого... инженера? Я до сих пор не могу привыкнуть к такому слову.

— Управленческая деятельность на базе вертится вокруг финансов. Если мы не найдём работу для студентов, что ошиваются здесь, это может повлиять на результат политических выборов. На родине близится кульминация выборов в Совет, потому советник Флайд начинает суетиться.

Существовало великое множество видов боевых инженеров, но те, о которых говорил Квенсер и остальные, работали со взрывчатыми материалами. Однако они не использовали их для непосредственного уничтожения противника. Вместо этого они подрывали мосты, чтобы нарушить транспортное сообщение врага, или расчищали свои же дороги от завалов.

Для студента, который обладает массой знаний, но не имеет достаточного хладнокровия, чтобы выстрелить в другого человека, это идеальный вариант. Разумеется, было ещё медицинское направление, но Квенсер больше увлекался механизмами, а о живых существах знал немного.

— Но наша база собрана из гигантских грузовиков, так что мы можем запросто поменять расположение базы, а ещё у нас есть Объект. Не очень-то много дел, оставшихся для боевых инженеров.

— Это относится не только к боевым инженерам. Это относится почти ко всем на базе, — сказала Флорейция, потянувшись палочками к одному из нескольких кусочков оленины. — Чёрт побери, до чего же мирное место. Такое ощущение, что скоро мой ствол покроется ржавчиной, а я — прыщами от переедания.

— Знаю. Пока у нас есть Объект, мы в безопасности. Через три года я вступлю на свой путь аристократа, а Квенсер вернётся в безопасную страну и станет каким-нибудь выдающимся учёным, — улыбнулся Хейвиа, дружески похлопав Квенсера по плечу.

— Я вам завидую, ребята, — выдала Флорейция, но на её лице не было ни малейшего намёка на зависть. Скорее всего, она предпочитала оставаться на безопасном поле боя, чтобы потом получить высокий пост политического деятеля.

— Ага, — сказал Квенсер. — Пока у нас есть Объект, даже такие изнеженные миром типы, как мы, могут воевать.

Слова Квенсера описывали лишь одну сторону медали.

«Пока у них есть Объект».

Глава 1.8

А завтра они узнают.

Узнают о том ужасе, который ожидает изнеженных миром солдат, лишившихся своего Объекта.

Флорейция сказала, что они всего лишь должны будут поднять белый флаг.

Но она сказала и кое-что ещё.

На этот счёт не было никаких официальных соглашений.

Глава 1.9

Аляску сотряс взрыв.

От гигантского непобедимого Объекта, бившегося в десятке километров отсюда посреди снежной бури, полетели клубы чёрного дыма, он остановился. Через бинокль было видно кресло пилота, вылетевшее наружу и медленно опустившееся в снег на аварийном парашюте.

И...

— …

Грозный гул, принесённый ветром, казалось, прошел в самое нутро Квенсера. Символ их безопасности был разнесён на куски вражеским Объектом.

Основа механизма — огромная сфера, заключённая в толстую броню. С четырёх сторон тянулись к земле механические ноги. Главным оружием Объекта являлись спаренные пушки, стреляющие низкостабильной плазмой, по пятьдесят метров каждая. После заправки их специальным газом огромное количество энергии из реактора превращало его в сверхгорячую плазму, которая и становилась поражающим фактором. Пары таких пушек размещались спереди, сзади и по бокам, создавая крестообразную фигуру, позволяющую вести огонь в любом направлении. Всего таких пушек восемь. На главном сферическом теле и четырёх ногах расположены бесчисленные лазерные пушки, рейлганы* и койлганы*, что в сумме дает более сотни стволов.

Основной каркас механизма возвышался над землей на полсотни метров, а вместе с пушками по обеим сторонам выходило больше ста сорока. Монументальная махина медленно разворачивала к цели свои пушки размером с мост. Пара орудий, стреляющих низкостабильной плазмой, была способна одним залпом расплавить стены ядерного убежища, спрятанного глубоко под землёй.

— Эй... — внезапно сказал Хейвиа, ошарашенно стоя рядом с Квенсером. — Почему он целится в нашем направлении? Если наш Объект проиграл, мы должны просто поднять белый флаг, да? Так сказала Флорейция, правильно? Тогда почему?! Не стоит ждать с такими вещами! Поспешите и поднимите этот грёбаный белый флааааг!!!

Квенсер уставился на выданную ему рацию.

Он слышал прерывистый сигнал, исходящий из нее.

Наверное, это была цифровая версия современного белого флага.

Флорейция, чтобы окончить битву, должно быть, следует тому самому соглашению, о котором твердила. Наверное, она собралась с мыслями и постаралась снизить число жертв среди своих подчинённых до минимума.

Однако вражеский Объект не останавливался.

Слабый пристрелочный выстрел стал безоговорочным подтверждением того, что врага не интересовали никакие соглашения.

— Бегите... — сказал кто-то.

Вполне возможно, что это был сам Квенсер.

— Бегииииииииииииитееееееееееееее!!!

Могли ли восемьсот солдат на базе вовремя среагировать?

Громоподобный рев и вспышка света разорвали нервы Квенсера в клочья.

Словно что-то пыталось разорвать даже не барабанные перепонки, а сам череп. Объект атаковал совсем не металлической дробью. Он стрелял из пушек низкостабильной плазмой, разогретой избыточной энергией.

Какая там температура?

Квенсер ещё не успел додумать эту мысль, когда сознание покинуло его.

Выстрел одной плазменной пушки угодил в несущий тяжеловоз, стоявший рядом с Квенсером. Грузовики, образующие площадку техобслуживания, были самыми большими из всей сотни несущих тяжеловозов базы, и один из них оказался искорёженным, словно сахарная фигурка, после чего взорвался, как пробудившийся вулкан.

Взрыв отбросил Квенсера на снег.

Даже под снегом, температура которого была намного ниже нуля, тело покрылось неприятной испариной.

— Какого...? — он не слышал даже собственного голоса.

В глазах двоилось, но Квенсер, все еще отчаянно пытаясь разобраться в происходящем, понял, что его не задело. Выстрел из плазменной пушки всего лишь вырыл рядом с ним широкий котлован.

(Неужели температура настолько высокая, что снег растаял, а потом произошёл грунтовый взрыв?)

Это вполне возможно, если испарилась даже сталь.

Ошеломлённый Квенсер ещё лежал на снегу, когда кто-то схватил его за руку и поднял на ноги.

Это был Хейвиа с налитыми кровью глазами и прерывистым дыханием.

— Слушай, нам надо валить отсюда.

— Чего?..

— Нужно валить отсюда нахер! Наш Объект поимели, а вражеский — целехонек!!! И мы не угандошим его, будь у нас хоть сотня танков!!! Если мы не уберёмся отсюда, нас прихлопнут, как кучку муравьёв!!!

Бежать.

Вот тогда до Квенсера дошло.

Он осмотрелся и увидел остальных солдат, которые уже начали драп-марш. Базу образовывало более ста несущих грузовиков. Солдаты запрыгивали в ближайшие и уматывали кто куда, разрушая тем самым целостность базы.

Со всех сторон неслись истошные вопли.

Ни один солдат даже не заикнулся о сражении.

— Чёрт возьми! Выпускайте все БПЛА*! Отвлеките внимание Объекта от нас!

— У нас есть запасные пути к отступлению? Какой-нибудь узкий горный путь, по которому не сможет проехать пятидесятиметровый монстр?!

— У нас имеется запас отражателей и сигнальных ракет?! Сражаться с ним мы не можем, так хоть прицел собьем...

Будучи настоящими солдатами, они прекрасно знали, что пытаться атаковать Объект в лоб бесполезно.

Глядя на всё это, Квенсер беспомощно пробормотал:

— Бежать? Но куда?

— Твою мать!!! — лицо Хейвиа исказилось — больше от страха, чем от гнева.

Когда он услышал от Квенсера подтверждение безнадежности ситуации, в которой они оказались, от страха его затрясло еще сильнее.

Сразу после этого Хейвиа с Квенсером услышали странный гул.

Обернувшись, они увидели всего в десяти километрах от них приближавшийся гигантский Объект. Он перемещался совсем не на колёсах, как автомобиль. Ускоряясь за счёт кратковременных рывков, словно водомерка, Объект гладко перемещался по земле и по горным склонам и полностью игнорировал особенности ландшафта — как солнечный зайчик.

Квенсер услыхал слабое потрескивание, напоминающее звук отдаленной грозы.

("Вот дерьмо. Значит, он использует статическое электричество — прям как наша принцесса...")

Несмотря на то, что несущие грузовики дружно покидали базу, Квенсер продолжал стоять в снегу.

Объект парил над самой поверхностью, используя силу статического электричества. Он весил более двадцати килотонн, но реактор внутри превосходил ядерный и по безопасности, и по мощности, генерируя достаточно энергии, чтобы позволить этой машине парить.

Слабый запах ударил в нос Квенсера. Скорее всего, это специальное вещество, которое распыляет Объект для улучшения эффекта отталкивания от земли. Как правило, репеллент бесследно разлагается через несколько дней, не принося никакого вреда растениям и животным, однако для Квенсера он сейчас пах даже омерзительнее, нежели кровь.

Это огромное нечто, словно скользящее по поверхности, представляло собой действительно странное зрелище.

Несущие грузовики пытались ускользнуть через долину между двумя горами.

Со звуком, напоминающим разряд молнии, Объект обогнул грузовики по диагонали и пролетел над одной из этих гор. А затем спустился в долину, отрезав путь к отступлению.

За какие-то двадцать секунд путь к спасению был перекрыт.

Теперь стало ясно, что их ожидает.

— Дерьмо! А ну свалили оттуда! — заорала Флорейция.

Сразу после этого пятидесятиметровый Объект открыл огонь.

Нет, не так просто.

Объект обладал не только пушками, стреляющими низкостабильной плазмой. В конце концов, он был оснащён реактором, более чистым и мощным по сравнению с ядерным. Вместе с плазменными пушками у Объекта имелись лазерные установки, рейлганы и койлганы. Всего более сотни стволов.

И все они дали залп одновременно.

Даже одно из этих мощных орудий могло своим весом утопить целый линкор, а таких пушек тут было больше сотни.

Не было никакого смысла считать количество выстрелов, производимых в секунду.

Тысячи, десятки тысяч грохотаний накладывались друг на друга в едином реве канонады.

Пока несущие грузовики пытались разъехаться в разные стороны в поиске пути для спасения, неисчислимые снаряды и лазерные лучи беспощадно накрывали их.

Бронированные стенки могли выдержать прямое попадание обычного снаряда, но их сносило вместе с платформами грузовиков так, словно они были картонными. Раздавались последовательные взрывы от возгорания бензина, тела множества солдат поднимались в воздух.

Хейвиа без промедления ухватил Квенсера за затылок и пригнул его голову к земле так, что тот практически нырнул в снег. Им обоим сказочно повезло, что снаряды Объекта не распылили их тела на атомы.

("Нет...")

Лишь голова Квенсера все ещё работала, остальное же тело впало в такое состояние, что он не мог почувствовать даже холода снега вокруг.

("Не бывает никаких чудес или совпадений, когда речь идёт об Объекте. Он не позволяет себе таких вещей! Должно быть какое-то рациональное объяснение тому, почему нас еще не убили!!!")

Квенсер смотрел на несущий грузовик, разрушенный рейлганом, который выполнял скорее функцию пугача (хотя и был достаточно мощным, чтобы его устанавливали на бомбардировщики). Солдаты вокруг пытались смыться, но пушки меняли цель и переключались на другие грузовики.

От этой картины лицо Квенсера ещё больше скривилось.

— Проклятье! Станции техобслуживания! — прокричал Квенсер настолько громко, что ему показалось, будто его горло сейчас лопнет. Лишь бы взрывы не стерли его с лица земли. — Прочь от грузовиков, занимающихся техобслуживанием Объекта!!! Они целятся во всё, что связано с Объектом! Если вы не отойдете от них, вас взорвут!!!

Стоило перепуганным солдатам выскочить из несущих грузовиков, как выстрел низкостабильной плазмой поднял эти станции на воздух.

Объект — это синоним войны.

Сколько бы ты ни привёл танков или самолётов, ты не сможешь справиться с Объектом.

Вот почему вражеский Объект, прежде всего, уничтожает хранилища запчастей и станции техобслуживания, предназначенные для уничтоженного им Объекта. Надо было предотвратить возможность того, что разрушенный Объект смогут восстановить за короткое время и вновь ввести в бой.

Объект не щадит жизни солдат.

Сперва, он сводит к нулю вероятность контратаки. После этого пятидесятиметровая громада начинает преследовать каждого солдата из плоти и крови, пусть даже все люди для нее не опаснее муравьишек.

Несущие грузовики взрывались один за другим.

Хотя Квенсер и другие солдаты понимали, что сейчас по ним не стреляют, от страха они пригнулись. Стоило хоть на мгновение высунуться, как можно было получить прямо по башке одним из свистящих вокруг обломков арматуры размером с татами.

— Нужно валить отсюда, пока ещё есть время, — сказал Хейвиа, ухватившись за Квенсера трясущимися руками. Квенсер пропустил это мимо ушей и остался на месте.

— Неважно, куда мы пойдём! Нужно просто удрать как можно дальше от этого чудовища!!! Бежим!!! — Хейвиа предлагал не тактическое отступление — он просто предлагал удрать куда глаза глядят.

И...

("Он остановился?")

Объект подорвал большую часть несущих грузовиков и замер посреди груды обломков. Только многочисленные турели медленно двигались, словно высматривая что-то.

Квенсер думал, что его сердце вот-вот остановится.

Теперь, когда он уничтожил все станции техобслуживания, настанет очередь солдат?

Эта жуткая мысль пронзила мозг Квенсера, но он всё равно не смог заставить своё тело двигаться. Похоже, то же самое происходило и с трясущимся рядом Хейвиа. Оба они понимали, что их врагом является обычный человек с человеческим разумом, такой же солдат, но внешний вид монстра был настолько устрашающим, словно это гигантский дракон смотрел на них сверху. Страх того, что при малейшем движении он тут же разорвёт их на куски, сковал их.

Квенсер и Хейвиа знали, что Объект руководствуется полученными приказами, но это не мешало им чувствовать себя травоядной дичью, которая вторглась прямо в логово льва и теперь молится, чтобы царь зверей снизошел и пощадил.

И...

Гигантский Объект длиной сто сорок метров (если учитывать торчащие во все стороны пушки) начал движение, поворачиваясь кругом и отводя в сторону мешавшие орудия. Сопровождаемый тем же потрескивающим звуком, Объект направился в ту сторону, откуда и появился. Солдаты, оказавшиеся рядом, старались убраться с его дороги, но Объект не обращал на них никакого внимания.

— Что? — Квенсер, наконец, оторвался от земли и посмотрел туда, где исчез Объект. — Почему мы всё ещё живы?

Чем это он отличается от всех замерших на снегу солдат, чья форма клочьями разлетелась по всей округе? Квенсер никак не мог найти ответ на этот вопрос. Рядом с ним раздался голос Хейвиа:

— Не знаю, но давай уже пойдём. Не понимаю, что происходит, однако нам удалось уцелеть. Свалить как можно дальше от этого места — на редкость хорошая идея.

Хейвиа била крупная дрожь.

Квенсер подумал, что тот прав, однако что-то его остановило. Какая-то штука, валяющаяся у самых ног.

Должно быть, это вылетело из одного из грузовиков, составлявших их бывшую базу. LCD-монитор. Размером где-то с лист А4 и, по-видимому, с функцией беспроводной связи.

На мониторе была открыта карта местности. В одном месте на карте мерцала красная отметка.

("Спасательный сигнал?")

Внезапное понимание значения этого сигнала всколыхнуло Квенсера.

— Принцесса-элитница!

Вражеский Объект получил приказ уничтожить всё, что способно вновь запустить их уничтоженный Объект. В соответствии с этим он подорвал станции техобслуживания, а солдат оставил в покое.

В таком случае, не станет ли у врага важнейшей целью уничтожение девушки-пилота, которая, что вполне вероятно, сможет управлять другим Объектом?

— Эй, вы, аристократ и студент, — раздался поодаль окрик Флорейции.

Хейвиа и Квенсер оглянулись и увидели красавицу со стальными серебристыми волосами, тычущую пальцем в сторону горного склона.

— Мы должны воспользоваться этим шансом и бежать! Я подготовлю для главнокомандующих официальную причину отступления. Если мы переберёмся через горы, то окажемся в большой долине. Единственная переправа через неё — висячий мост! Стоит нам перебраться на ту сторону — и мы будем спасены от этого Объекта! Он может попытаться накрыть нас огнём с этой стороны долины, но мы выживем, если рассредоточимся по всем направлениям в хвойном лесу на той стороне!!!

— Но... — взгляд Квенсера метался между Флорейцией и монитором под ногами.

Если честно, он почувствовал несказанное облегчение от мысли, что у них есть чёткий план побега.

Однако...

Что будет с девушкой-элитницей, которая была до сих пор жива?..

Эта мысль остановила Квенсера.

Тут Флорейция заметила монитор у его ног.

— Ты придурок! С чего ты решил, что она просит помощи?!

— ?

— Этот сигнал не для нас. Принцесса посылает спасательный сигнал, чтобы его засёк враг и отвлёкся на него. Она хотела убедиться, что нас не истребят. Ты хочешь, чтобы её усилия пошли прахом?!

Квенсер широко распахнул глаза.

Слова Флорейции проникли ему прямо в сердце.

("Неужели это правда?..")

Квенсер прошелся взглядом по каждому солдату, которые, по идее, должны были обладать крепкой мускулатурой после постоянных тренировок, если бы не забивали на них, находясь под покровительством Объекта. Каждый из них отводил взгляд, когда Квенсер смотрел на них.

Они выглядели неуклюже. Так, словно не хотели терять свой шанс на спасение.

("Что бы ты ни говорила, она наш товарищ, а вдобавок ещё и четырнадцатилетняя девочка. Она решила превратить себя в приманку, чтобы спасти нас. Как ты можешь серьёзно думать о том, чтобы бросить её?")

— Мы уходим, — пробормотал Хейвиа. — У нас нет другого выхода! Что бы мы ни сделали, принцессу убьют, так что нам остаётся только бежать, пока Объект не вернулся!

— Чёрт побери! Ты вообще понимаешь, что говоришь?! Ты подумал, что будет с элитницей, если она попадёт в руки вражеской армии, которая на болту вертела любую мораль?!

— Чего?! Хочешь пойти сражаться с тем Объектом?!

Веский аргумент. Квенсер замолчал.

Лицо Хейвиа выражало страх и стыд.

— Любой может просиживать зад, ничего не делая, и при этом рассуждать, что верно, а что нет! И если ты готов встретиться лицом к лицу с этим гигантским Объектом и попытаться спасти принцессу, то этого уже достаточно. Но на самом деле ты нихера не можешь! Как только эта штука засечёт тебя на радаре, она так жахнет, что от тебя не останется и кучки пепла!

Квенсер задумался, и Хейвиа схватил его за плечи.

("Проклятье!")

Некоторое стеснение в груди было нормальной человеческой реакцией.

Он испытывал всепоглощающий страх.

("Разумеется, я боюсь. Неважно, что говорят другие или насколько совпадают их мысли с моими желаниями, я всё равно не могу найти в себе смелости. Объект — это чудовище. Пытаться помериться силами с чем-то подобным — чистой воды идиотизм. Я хочу оказаться так далеко от этой штуки, насколько это только возможно. Хейвиа прав. И отвратительное ощущение его правоты останется, что бы я ни говорил...")

Однако ноги Квенсера и не думали вести его по направлению к безопасному пункту. Квенсер продолжал стоять на месте и смотреть на Хейвиа.

— Но разве принцесса не сражалась с этим чудовищем?

— …

— Этот монстр заставляет взрослых мужиков ссаться от страха, и даже мысль о том, что он слегка меняет наводку пушек, выбирая новую цель, заставляет нас трястись. Несмотря на это, она в одиночку пилотировала Объект, чтобы защитить нас!

Даже если принцесса пилотировала такое жуткое оружие, как Объект, это не значит, что она не должна была бояться. Когда она встречалась лицом к лицу с подобным чудовищем, иначе и быть не могло.

Вчера принцесса сказала, что может проиграть.

Она не казалась особенно серьёзной, так что Квенсер не придал этому большого значения. Однако он ошибся. Что если под её невозмутимым лицом скрывалась запредельная тревога, готовая бить из неё ключом? Что если она пыталась рассказать об этом кому-нибудь — кому угодно — чтобы хоть немного уменьшить своё беспокойство.

Квенсер думал о том, что же ему делать.

— ...Дай мне её.

Квенсер вытянул руку к Хейвиа.

Тот лишь озадаченно уставился на него, поэтому Квенсер повторил:

— Дай мне ту винтовку!!!

Квенсер выхватил у Хейвиа его винтовку. Высокотехнологичное оружие было оборудовано инфракрасной камерой, микрофоном для выслеживания противника и прочими устройствами в дополнение к оптическому прицелу.

Однако лицо Хейвиа от такого действия одеревенело.

— Ты в самом деле идёшь? — Хейвиа тряхнул головой взад-вперед, словно маленький ребёнок.

— Что хорошего может из этого получиться?! Ты вообще видел тот Объект?! Этот монстр — просто ядерный реактор, окружённый толстыми защитными стенами. Он может оставаться на ногах даже после прямого попадания одной или двух ядерных боеголовок!!! По-любому будущий учёный типа тебя должен это понимать!!!

— Я знаю, — ответил Квенсер.

По своей основной профессии Хейвиа был радарным аналитиком, выискивающим слабые места вражеского Объекта, но Квенсер изучал Объекты с точки зрения конструкции. Даже его скудных знаний было достаточно, чтобы понять: у него нет никаких шансов на победу.

Однако...

— У меня нет выбора...

— Что?

— Ты реально веришь в то, что Объект не достанет нас, если мы переберёмся на ту сторону долины?

— Ну...

— Если бы они действительно хотели убить принцессу, то хватило бы единственного выстрела. И если бы они хотели захватить её живой и доставить на свою базу, Объект сразу бы принялся за нас, как только её схватили бы обычные пехотинцы. Он бы не стал медлить и направил на нас свои орудия, когда мы начнем забираться на гору. ...Ты ведь видел, на какие манёвры он способен?

Квенсер чувствовал, как его тело дрожит под весом боевой винтовки, поскольку он толком никогда не пользовался ей. Он подавил дрожь в теле и продолжил:

— Похоже, что принцесса постаралась выиграть для нас немного времени, но вряд ли этого времени будет достаточно, — выговариваемые им слова даже самому ему казались ему чем-то нереальным.

Он хотел начать действовать до того, как страх нахлынет на него и окончательно затопит разум.

— Кто-то должен сделать хоть что-нибудь. Не из-за чувства долга, а ради того, чтобы выжить.

Страница книги Тяжелый Объект в интернете

Table of Contents

Пролог

Глава 1.1

Глава 1.2

Глава 1.3

Глава 1.4

Глава 1.5

Глава 1.6

Глава 1.7

Глава 1.8

Глава 1.9

О книге