Том 1

Иллюстрации

Пролог

Дикая готовка

— Isekai Ryouridou —

— Том 1 —

— Автор: Eda —

— Художник: Kochimo —

[Перевод на русский язык: Knox]

Пролог

Когда я очнулся, то обнаружил, что лежу в весьма неуклюжей позе посреди незнакомого леса.

— Хм......?

Я растерянно огляделся.

Ну да, я в лесу.

И лес мне совершенно незнаком.

Нет, я родился и вырос в центре делового городского района, поэтому «знакомого» леса для меня не существовало по определению.

К тому же, откуда в Японии взяться дремучим джунглям, похожим на амазонские?

Большие деревья, скрюченные в странные формы.

Огромные листья папоротника.

Ядовитого вида экзотические цветы.

Пение незнакомых мне птиц.

Толстые ветви и листья перекрывали обзор настолько, что нельзя было даже понять, какого цвета небо.

— Где я, чёрт возьми, нахожусь?

Будучи погребённым в зарослях травы, я оглядел себя.

Привычная поварская одежда: белый фартук, белые туфли, белые штаны.

На груди —  чёрный логотип «Тсурумия».

Белое полотенце на голове.

И почему это я лежу здесь в своей рабочей форме?

Я сел, скрестив ноги, и попытался вспомнить, что произошло до того, как потерял сознание.

И... как только я пошевелился, моей руки что-то коснулось.

Твёрдое и гладкое на ощупь, как обработанная древесина.

Я вытащил предмет, спрятанный в траве... Это был Сантоку, нож в белом защитном кожухе с потёртой рукоятью из чёрного дерева.

Довольно длинный — около 21 сантиметра.

Мне не нужно было вытаскивать его из белого деревянного чехла, чтобы узнать. Этот нож мой отец ценил больше собственной жизни, шедевр киотского магазина столовых приборов «Сакакия» — нож Сантоку.

И, увидев его, я вспомнил всё.

◇◆◇

Меня зовут Тсуруми Асута.

Кандзи в моей фамилии можно прочитать как «подождать и посмотреть», а в имени как «растолстею к завтрашнему дню».

Мне семнадцать лет, учусь на втором году старшей школы. Рост 170 см, вес 58 кг, не особо и толстый.

Родился в префектуре Тиба, регион Канто.

Моя семья держит закусочную под названием «Тсурумия». Бизнес шёл довольно-таки неплохо, пока не появились эти парни в прошлом месяце.

Здание по соседству с нами перестраивалось в развлекательный комплекс, и его владелец то и дело обращался к нам с предложением продать ему свою закусочную.

"Я хочу построить вместо неё парковку", — говорил он.

Однако истинной причиной было: "Я хочу открыть в развлекательном комплексе фудкорт, и популярная забегаловка по соседству будет отбивать у меня всех клиентов".

Поскольку это было одностороннее требование, то, конечно же, мы вежливо отказались. Но сосед нам попался очень уж скверный.

По всей видимости, он был связан с криминалом и слыл человеком без стыда и совести. По слухам, его собственное здание досталось ему от предыдущих владельцев нечестным способом.

Вот почему, когда он только начал реновацию, началось и форменное вымогательство.

Сначала появилось граффити «грязная дыра» на рольставнях лавки. Потом были бесконечные звонки, из-за которых телефон разрывался как бешеный. Подбрасывание трупов кошек... в общем, он не останавливался ни перед чем.

Он даже позаботился о том, чтобы раздуть скандал, распространяя лживые слухи, мол: "В этой закусочной то и дело кто-нибудь травится".

Конечно, наши преданные клиенты не верили этому и продолжали приходить как обычно.

Однако количество студентов колледжа, заворачивавших к нам на пути домой, да и новых клиентов тоже резко сократилось, и это сказалось на продажах.

Интернет имеет большое влияние, осознал я тогда с горечью.

Но отец смеялся:

— Люди верят во всякую чепуху! Что ж, сами виноваты, что не попробуют мою стряпню!

Но однажды случилось то, что стёрло улыбку с его лица.

По моим ощущениям это было всего несколько часов назад.

Отец вышел, чтобы купить кое-какие ингредиенты на вечер — у нас ожидался наплыв посетителей. И по дороге в магазин его сбил грузовик, отправив в больницу.

Когда я получил срочное сообщение, то помчался туда на всех парах, даже не успев переодеться.

Лёжа на больничной койке, отец улыбнулся мне.

Несмотря на его улыбку, обе его ноги были сломаны.

На забинтованных голове и руках виднелись отчётливые пятна крови.

Грузовик гнал на скорости 80 км/ч, и удар вышел лобовым.

Даже его лечащий врач удивился и сказал: "Это чудо, что он вообще выжил".

Грузовик же просто взял и уехал.

Было множество свидетелей происшествия, но машина была без номеров, а водитель был в вязаной шапке и очках.

Это было умышленное преступление.

Но мой отец продолжал улыбаться.

Что ж, если они действительно хотят убить его, то им понадобится что-нибудь посерьёзнее — например, самосвал.

Позже отец спросил доктора:

— Ну и когда же я смогу выписаться?

— Перед выпиской вы должны пройти томографию и операцию на обеих ногах...

— Ага, так когда же меня выпишут-то?

— На данном этапе я не могу сказать точно... Переломы ступней очень сложные, и на реабилитацию может потребоваться время...

— Хаа, как скажете, но я должен заботиться о своей закусочной. Если понадобится, я туда на инвалидной коляске прикачу, но выпишите меня как можно скорее! Если я оставлю её на попечение своего олуха, то глазом моргнуть не успею, как обанкрочусь.

Конечно, этим олухом был я.

Ну, мой отец такой человек, что будет продолжать орудовать своим кухонным ножом даже из инвалидной коляски.

Подумав об этом, я даже улыбнулся.

Но позже... мне позвонила Рейна, моя подруга детства.

— Асута-чан, беда! Ваша закусочная, в «Тсурумии» пожар!

Когда я рассказал об этом отцу, улыбка сошла с его лица:

— Асута! Нож! Это единственная вещь, которая не должна сгореть!

Я немедленно выбежал из палаты, в отчаянии торопясь вернуться обратно.

Отец ценил этот Сантоку дороже собственной жизни.

Неважно где и когда, с помощью каких ингредиентов или инструментов, настоящий повар всегда должен быть способен удовлетворить клиента!

Несмотря ни на что, отец настаивал на этом, и он неизменно добавлял в конце: "Но без этого парня я не справлюсь".

Этот шедевр был куплен им в магазине традиционных ножей «Сакакия».

"Нож... обязательно спаси его!"

Несмотря на преследование, переезд грузовиком, угрозу разорения и даже на переломанные ноги, сердце отца было непоколебимо. Но единственное, что могло пошатнуть его дух — это потеря ножа Сантоку.

Так что я спешил обратно, как мог.

Перед лавкой стояла толпа зевак, пожарные уже начали бороться с огнём.

«Тсурумия» горела. От неё в июньское небо поднимался столб густого, чёрного дыма.

Огонь был так силён, что мне сразу стало ясно — никакой воды не хватит, чтобы затушить его вовремя. Лавка была обречена сгореть полностью.

Словно какой-то ночной кошмар.

— Асута-чан.....

Рейна, что стояла там, заметила меня и подошла с заплаканным лицом.

Я положил руки на её тонкие плечи, кивнул... и нырнул прямиком в море огня.

Глава 1: Худший ужин

Глава 1

Худший ужин

Часть 1

Итак, нынешняя ситуация.

Я проигнорировал предупреждения Рейны и пожарных, глупо нырнув в ревущее пламя, а потом как-то умудрился оказаться в одиночестве в незнакомом лесу.

Помню, что когда ворвался в море огня, то даже сумел добраться до кухни и схватить нож Сантоку.

И в тот самый момент, как я это сделал, здание издало ужасающий звук и обрушилось…

Меня должно было похоронить под обломками вместе с этим ножом, и хорошенько поджарить в дыму…

И всё же на моём теле нет ни единого ожога.

И в моих руках нож Сантоку, что должен был сгореть вместе со мной.

— Это… наверное, это и есть загробная жизнь!

Я ущипнул себя за щеку и поморщился от боли.

Больно... Где бы это ни было, чем бы это ни было, очевидно, что это не сон и не иллюзия.

Прелый запах густой травы.

Тёплый и влажный ветер.

Струйка пота, сбегающая по щеке.

Гладкая форма чехла для ножа.

Это не может быть сном или иллюзией.

— Ну точно, я умер! - прокричав в пустоту ещё раз, я развалился на земле.

Ничего удивительного. Как можно выжить после такого прыжка в море огня?

Но… не мог же я просто стоять и смотреть.

Я совершил такой глупый поступок лишь потому, что не хотел видеть отца в отчаянии.

Но в результате не только не сумел защитить нож, но ещё и умер в придачу.

Десять лет назад он потерял свою жену из-за болезни.

А теперь он потерял  магазин и даже сына.

Когда он поймёт, что ещё и Сантоку потерян… останется ли у отца хотя бы какой-то повод продолжать жить?

Рейна тоже будет плакать…

Лицо моей подруги детства неожиданно всплыло перед глазами.

Она приходила и бесплатно помогала нам по субботам, когда от посетителей было не продохнуть.

Даже не жаловалась, когда пробовала мою стряпню.

А и в школе я всегда доставлял ей одни только проблемы.

Я больше не смогу встретиться с Рейной и отцом… Даже "Тсурумия" сгорела.

В чём смысл моей жизни?!

Когда я начал об этом думать, кусты сзади меня задрожали.

Следуя за этим: "Буруруруру", — раздалось оттуда.

Мне не послышалось, это точно было звериное рычание.

Пригнувшись к земле, я медленно поднял взгляд на кусты.

Там, в темноте, я увидел горящие красные глаза.

Что теперь?! На меня набросится какой-нибудь призрак или демон?!

Изначально это место показалось мне тропическим раем, но теперь оно больше стало смахивать на ад.

Красные глаза вспыхнули явной враждебностью.

Ой, да ладно! Неужели я так сильно нагрешил в прошлой жизни?!

Чтобы не провоцировать зверя слишком сильно, я медленно поднялся.

И точно так же медленно из кустов показалось это существо.

Ого…

Это был дикий кабан.

Или что-то, что только выглядело как дикий кабан.

Довольно крупный, килограмм 90 на вид.

Его коричневая щетина с чёрным отливом выглядела жёсткой, как стальная проволока. А шикарная грива была такой густой, что выглядела практически как ирокез.

Толстые короткие конечности.

Два длинных и острых клыка, плоское рыло.

Маленькие глазки.

Тело было огромным и грузным.

Чем больше я на него смотрел, тем больше он напоминал мне дикого кабана.

Вот только у диких кабанов не растут изо лба два длинных костяных рога.

— Уваааа…

Я поднял колено и принял позу, при которой мог начать убегать в любой момент.

Когда он искоса глянул на меня и копнул копытом землю, я бросился бежать, словно испуганный заяц.

Пришлось побегать при жизни, а теперь ещё и после смерти то же самое?!

Известный мне дикий кабан может бежать со скоростью до 40км/час. Сможет ли этот также?

Я уже мёртв, так что бояться мне нечего. Но если я буду пробит этими острыми клыками и бивнями, то это будет гораздо болезненнее, нежели просто щипок моей щеки.

Вот почему я отчаянно бежал.

У меня не было времени оглядываться назад, я был слишком занят перепрыгиванием через кусты, прорыванием через ветки и проскальзыванием между большими стволами деревьев.

Я бежал-бежал-бежал словно сумасшедший. И, в конце концов, упал.

— Ааааааааай!

Я не знал, что в зарослях травы скрывалась лоза, так что я споткнулся и ударился головой об землю и покатился кубарем.

Весь мир завертелся вокруг меня, и я почувствовал, будто падаю в пропасть.

— Это больно, чёрт подери!

Я лежал на дне какой-то ямы.

Ну точно, волчья яма! Причём хорошо подготовленная.

Посмотрев наверх, я увидел, что её край находится где-то в трёх метрах над моей головой.

Яма, явно вырытая человеком.

— Проклятье! Эта шутка зашла слишком далеко, знаете ли…

К счастью, на дне была мягкая земля, так что моя голова и спина не сильно пострадали. С Сантоку тоже было всё хорошо. Но вот моя великолепная униформа повара вся покрылась грязью.

— Не знаю, что тут происходит, но в таком темпе моё тело скоро не выдержит.

Когда я попытался встать, то правая лодыжка отозвалась тупой болью.

Похоже, подвернул.

— Ой-ой, да вы издеваетесь...

Я положил испачкавшийся нож Сантоку в грудной карман и снова посмотрел наверх.

Меня окружали тени деревьев.

Солнечный свет пробивался сквозь листья, однако стало заметно темнее, чем раньше.

Похоже, приближалась ночь.

— Эй, там есть кто-нибудь!?

Результат нулевой. Ни спаситель, ни кабан не появлялись.

С больной ногой невозможно было карабкаться по стене, которая разваливалась от малейших касаний.

Я разочарованно опустил плечи и сел, упершись спиной в стену.

— Остаться на ночь в подобном месте...

Будучи заброшенным в чащу незнакомого густого леса, преследуемый неизвестным животным, я ещё умудрился попасться в ловушку и вывихнуть лодыжку в придачу.

Всё очень плохо.

Всё очень-очень плохо. Настолько, что я даже начал смеяться.

— Нет, сейчас не время смеяться!

Вместо этого я попытался разозлиться.

— Чёрт побери! Я не знаю, кто ты — бог или дьявол, но что ты хочешь от меня?! Моя жизнь... она действительно был такой ошибкой? Конечно, умер я так, что не похвастаешься, но не помню, что когда-то делал что-то, чтобы заслужить подобную участь! Если у тебя есть претензии, то отправь меня в более подходящий ад!

— …Ты слишком шумный.

Это было неожиданно, как удар по затылку ломом.

На фоне неба появился тёмный силуэт.

— Почему ты так шумишь в подобном месте?

С тоном взрослого мужчины прозвучал глубокий и немного хриплый голос молодой девушки.

Слава богу, этот голос был усладой для моих ушей, несмотря отчётливый холодок, который в нём слышался.

Я не мог рассмотреть её внешность из-за малого количества света, проникающего сквозь листву.

Зато я мог расслабиться, так как был не единственным человеком в этом мире. В любом случае, я должен что-то ответить:

— Как видишь, я упал в эту яму. Не знаю, кто её выкопал и зачем, но эта шутка явно неудачная.

После секундной паузы она ответила, и в её голосе заметно прибавилось холодку:

— Это я её выкопала.

— Э?

— И выкопала я её для гибы, а не для тебя. Ты хоть понимаешь, как это было сложно?

— Эм? Тогда… я очень сожалею? Эм…? Наверное, я должен извиниться?

— ...

— Хммм. Ну, раз моё падение свело все твои усилия на нет, то я прошу прощения. Раз я извинился, то можешь помочь мне выбраться отсюда?

— ... Она не такая уж и глубокая. Ты можешь сам выбраться оттуда.

Так как силуэт собрался уходить, то я торопливо продолжил:

— Нет! На самом деле, я подвернул лодыжку при падении! Это несерьёзная травма, но я не смогу выбраться без посторонней помощи. Не хочу тебя затруднять, но не могла бы ты мне помочь?

— ...мне плевать. Просто умри здесь.

Силуэт исчез.

— Подожди минутку! Это слишком бессердечно! Пожалуйста, помоги мне!

Нет ответа.

Невозможно... меня что, действительно бросили на произвол судьбы?

— Эй! Я молю тебя! Если я останусь здесь, то умру от голода! Если у тебя не лёд вместо сердца, то прошу, вернись!

— ....ты такой шумный.

Её не было видно, был слышен только голос.

К моим ногам вдруг свалилось что-то странное.

Это была лоза, что растёт кругом в этих джунглях.

— ...Карабкайся давай.

Что? Она с самого начала планировала мне помочь?

Эх, эта девчонка с дурным характером. Это таких зовут цундере?

В любом случае, когда чьё-то милосердие приходит на помощь, особенно в такой ситуации, я должен быть благодарен. Я думал об этом, когда упёрся ногой в стену и начал взбираться.

Несмотря на то, что лодыжка всё ещё ныла, это было не настолько болезненно, чтобы я не мог терпеть. Земля крошилась подо мной, но я взбирался вверх изо всех сил.

Однако я начинаю понимать всё меньше и меньше в этой ситуации.

Если это ад, то довольно странно, что кто-то согласился спасти такого проблемного человека. К тому же, всё вокруг кажется таким реальным, прямо как при жизни. Я не мог с уверенностью заявить, что мёртв на все сто процентов.

Что ж, чему быть, того не миновать.

Использовав все свои последние силы, я наконец-то выбрался на поверхность.

— Больно... Спасибо тебе большое. Я спасён.

Я  уселся на траву и склонил голову в жесте искренней благодарности.

Девушка стояла молча, широко расставив ноги и уперев одну руку в бок.

А в другой она держала что-то прямо перед моим носом.

Это был отливающий серебром мачете.

Часть 2

— Итак. Кто ты такой?

Она направила сияющий мачете к кончику моего носа.

Это довольно острый клинок.

Длинное, почти 80 см, лезвие. Примерно 10 см в ширину. Он такой толстый, что выглядит как топор. Также, похоже, он очень заботливо заточен. Этим клинок без проблем можно разрезать любое мясо и даже кости любой добычи.

Серьёзное во всех отношениях оружие.

— Ч-что это? К-какое опасное приветствие! Я же извинился за то, что испортил твою ловушку!

— Шумный. Быстро отвечай на вопрос.

Девушка была спокойна. И это действительно пугало. Вздохнув, я перевёл взгляд с  кончика лезвия на её лицо.

— Прежде всего, где мы находимся? Как-то не очень похоже на загробный мир...

— Это место подножие горы Морга - Морихен.

— Горы Морга?

— Это западная территория Королевства Сельва. Эта земля находится под управлением местного лорда Дженоса. Откуда, чёрт возьми, ты тут взялся?

Почему-то я абсолютно её не понимаю.

Но лучший ответ — честный ответ.

— Я родился в стране под названием Япония. В префектуре Чиба. Ты о ней слышала?

— Япония... Чиба...?

Судя по её реакции — нет. Да и откуда ей знать?

У этого мира нет вообще ничего общего с Японией.

У диких кабанов в моём мире нет рогов на голове, а девушки не разгуливают по лесам с мачете наперевес.

И насчёт её внешнего вида — прежде я никогда не видел такие черты лица.

Загорелая кожа, словно шоколад.

Волосы цвета тёмного золота.

И бездонные голубые глаза.

Она подвязала свои длинные волосы кожаным ремешком.

Её глаза пронзительно сияли в тусклом сумраке леса.

Она была без преувеличения прекрасна.

Приподнятые уголки глаз, как у дикой кошки. Тонкий и пропорциональный нос, розовые губки… Щёки, что казались такими мягкими. Она выглядела молодо. Возможно, что она — моя сверстница.

Что ж, не часто такое увидишь.

Пожалуй, её по праву можно было назвать потрясающе красивой.

Меня манило к её загорелой коже и невероятно сексуальным розовым губам.

Но что это на ней надето?

Толстая, тёмно-коричневая, шерстяная мантия на плече, а грудь и бёдра были окутаны прекрасной, отливающей тенями, материей, на которой был сложный и чудесный узор, который, видимо, было трудно вышить. Несмотря на то, что её тело скрывала одежда, оно всё равно притягивало взгляд.

К тому же, на ней было ожерелье из множества клыков, выглядевших так, будто их тщательно выбирали. На руке был браслет из орехов, а на талии можно было увидеть пояс с кожаными ножнами для мачете. Больше же ничто не мешало моему взгляду насладиться её гладкой и загорелой кожей.

На лодыжке у неё было какое-то сложное переплетение из кожаного ремешка. Должно быть, это была обувь.

Несмотря на такую гипнотизирующую полураздетость, на лице у неё застыло свирепое выражение.

Глаза горели, как у настоящей дикой кошки, а губы были крепко сжаты.

Для девушки, она была довольно высокой и стройной.

Но даже близко не казалось слабой.

Оголённые руки и ноги, плечи и живот — крепкие, словно кожаный кнут. На её теле не было даже грамма лишнего жира. И тут, и там виднелись белые шрамы, повествующие о суровости её жизни.

Современный человек, избалованный продвинутыми научными технологиями, никогда не сможет достигнуть такого уровня силы. Было в ней что-то первобытное.

И, кроме того...

Что это за запах?

С того самого момента, когда я её только увидел, меня всё время мучил один и тот же вопрос

Что это за сложный аромат?

Запах перезревших фруктов, чуть сладковатый.

Запах цветущих бутонов и пыльцы.

Запах высушенных трав — успокаивающий и освежающий.

Запах пряностей, немного щекочущий нос.

Было в нём и нечто агрессивное, кровавое — запах мяса и жира животных.

Все эти ароматы так сильно переплелись, что возбуждали мою носовую полость уже какое-то время.

Не хочу хвастаться, но я с самого детства занимаюсь готовкой. Моё обоняние гораздо лучше, чем у многих других.

В любом случае, этот запах так сильно раззадорил мой аппетит, что желудок решил действовать за меня и оповестил округу соответствующим звуком.

Мачете в руках девушки немного дрогнуло.

— Ты что это задумал?

— Ничего я не задумывал... Я просто голоден.

В подтверждение моих слов желудок снова заурчал.

Это не круто.

Тонкие брови девушки взметнули вверх, но взгляд продолжал оставаться серьёзным:

— Эй, не шути со мной. Ты меня за дурочку держишь?

— Я не шучу. Это нормальная реакция, не могу ничего поделать. От тебя так вкусно пахнет, что мой желудок реагирует сам собой.

— О чём это ты? У меня нет с собой никакой еды, а из-за тебя я теперь не получу и сегодняшней добычи.

— Ах, но ведь я же уже извинился...

Желудок снова издал урчащий звук, обрывая меня на полуслове.

Мой живот... от тебя слишком много шума.

Эх, как-то неудачно всё складывается.

Она сердито на меня зыркнула, и её плечи начали дрожать от злости.

Невозможно. Только не говорите, что я умру по такой дурацкой причине.

— Эй, погоди! Я не собирался создавать тебе никаких проблем! Я просто потерялся и, если честно, понятия не имею, что тут вообще происходит! Если хочешь, я прямо сейчас уйду!

*Бррргргбрр!*

Живот заурчал ещё сильнее.

Ох, нет, это плохо.

Только я серьёзно и искренне извинился, как живот всё испортил.

И пока я думал обо всём этом… девушка неожиданно отвернулась.

Угрожая мне мачете и прикрыв свой рот левой рукой, она затрясла плечами ещё интенсивнее.

— ...Эй, ты чего?

*Бррргррбр?*

Меч внезапно упал на землю.

А лицо девушки резко покраснело.

— Эй! Тебе нехорошо?

*Бррргрбрр? Бррргрбрр?*

— Пх... — выдавила она из себя странный звук.

В уголках её глаз появились слёзы.

— Прекрати... хватит уже…

Даже её голос ослаб.

Это растревожило меня ещё сильнее.

— Ну... Даже если ты так говоришь, то я…

* Брргррбрр. Бррррбрргрббррргрббрр!*

Девушка, опираясь на мачете, резко упала на корточки.

— Пхахахахахахахаха!

Её смеющееся лицо было таким милым.

Нет, подождите. Так она всё это время сдерживала свой смех?

Вдоволь насмеявшись, она вытерла слёзы… и снова направила на меня мачете.

— ....Я тебя прибью.

— ЗА ЧТО?!

Я в панике отполз подальше.

Но ловушка позади меня никуда не исчезла и словно дожидалась, когда я снова в неё упаду.

А острый кончик мачете постепенно приближался к моему носу.

— Это был первый раз, когда я опозорила себя таким образом... Я точно тебя убью!

Даже в тусклом свете я всё ещё мог видеть, какое у неё красное лицо.

Стыд? Ну точно, как я и думал! Самая настоящая цундере!

Не хочу быть убитым из-за такой причины.

Достигнув края ямы, я поднял руки над головой.

— Если мой несносный желудок причинил вред твоей гордости, я прощу прощения! Это всё потому, что он пустой! Если подумать, то я ничего не ел с полудня!

— ...

— Я действительно ничего не понимаю. Что это за место? Почему я тут оказался? Я ничего не понимаю! Я полностью сбит с толку! Если ты меня сейчас убьёшь, то зачем я вообще тогда…

Зачем я тогда поставил на кон свою жизнь и бросился в море огня?

Когда я подумал об этом, к моему горлу подкатил комок, и я не мог больше выдавить из себя ни слова.

Выбора не оставалось, и я просто посмотрел ей в глаза.

Девушка пронзила меня своими бездонными тёмно-голубыми глазами.

— …Я тоже не понимаю, о чём ты вообще говоришь.

Она немного опустила своё мачете.

— Ты не из Каменной Столицы?

— Каменная Столица? Я же уже говорил, что я из Японии.

— Не знаю страны с таким названием. В любом случае, ты не из людей западного королевства, верно?

Сказав так, она, наконец, полностью опустила свой мачете.

Но искры сомнений и подозрения не исчезли из её глаз.

Однако… в её взгляде я видел не только это. Там определённо было что-то ещё.

— Я хочу узнать больше, — сказала она, понизив голос. —  Идём ко мне домой. Если откажешься, то я брошу тебя здесь одного.

— …Это нормально, что ты приглашаешь в свой дом незнакомца?

— Уже почти ночь. Нет времени болтать тут с тобой. Просто к твоему сведению: если не зажжёшь ночью в лесу огонь, то можешь попрощаться со своей жизнью.

Она подобрала кожаные ножны, валявшиеся на земле, и сложила в них мачете.

Я посмотрел на её чудесную фигуру и попытался встать.

— Хорошо, если ты так говоришь... Кстати, я ведь до сих пор не представился. Меня зовут Тсуруми Асута.

— Туору... Миасута?

— Нет. Тсуруми Асута.

— Чурумиасута...

Ну не милашка ли?

Когда она пыталась выговорить моё имя с таким серьёзным выражением лица, то выглядела ещё более милой, чем обычно.

— Хммм. Если это так сложно, то можешь звать меня просто Асута. А как зовут тебя?

—… Ай Фа, — назвала она своё имя и повернулась ко мне спиной.

Я не ошибся, она была действительно очень стройной, но ростом пониже меня. Где-то 167-168 см максимум.

И как она с таким телосложением умудряется орудовать таким здоровенным мечом одной рукой?  Может, плотность её костей и мышц отличаются от привычных мне?

Пока я беззаботно размышлял об этом, она одарил меня ещё одним пронзительным взглядом.

— Что ты делаешь? Твоя ступня болит, верно? Обопрись о моё плечо.

— Эм, а ты не против?

— Время не ждёт. Опирайся, быстро.

Я немного поколебался, но перекинул свою правую руку через шею Ай Фы.

И в следующую секунду получил чувствительный удар локтем в бок.

— Кто разрешал тебе обнимать меня? Сказала же — хватайся за плечо!

— Агх... Так вот, что ты имела в виду.

Я потёр ушибленный бок и схватил её за правое плечо.

Моя рана не так уж и серьёзна, но так я смогу передвигаться быстрее.

Поскольку на ней был довольно плотный плащ, моя рука ощущала лишь его твердость и больше ничего.

— Вещь, которую ты прячешь на своей груди — это нож?

— Э?

Я удивлённо замер.

Когда я протягивал свою руку, моя грудь на миг коснулась её спины. Она почувствовала это даже сквозь такой плотный слой ткани?

— Ты так быстро его заметила? Я не хочу причинять тебе вреда, так что не беспокойся об этом.

— Почему я должна беспокоиться? Если хочешь зарезать меня, что ж, рискни.

Ай Фа холодно на меня посмотрела и сказала ещё более холодным тоном:

— Но если попробуешь, мой меч разрежет твоё горло быстрее, чем твой нож успеет хотя бы коснуться меня. Если сомневаешься, то можешь попытаться проверить это в любой момент… Асута.

Часть 3

В итоге, мы с Ай Фа на всех парах неслись через лес, стараясь выбраться из него засветло.

Темнота медленно наступала, так как вокруг уже сгустились сумерки.

— Я потратила на тебя слишком много времени. Нужно покинуть зону активности зверей гиба как можно скорее.

Держась за левое плечо Ай Фа, чтобы продвигаться быстрее и не напрягать больную ногу, я спросил:

— Гиба? Это для него ты приготовила ловушку? Тот зверь, что выглядит как дикий кабан?

— Дикий кабан...?

— Угу. Чёрного цвета, круглый и имеет рога здесь и здесь...

— Это — гиба. Ты его видел?

— Видел. Нет, я убегал от него! Вот почему я и угодил в твою яму.

— Ты — растяпа. Когда тебя преследует гиба, то ты можешь просто залезть на дерево, чтобы спастись. Это называется здравый смысл.

— Вот почему я сказал, что в этом странном месте мой здравый смысл отказывается работать.

Я взглянул на плечо Ай Фа, за которое держался.

— Эй, этот мех на плаще. Это шкура гибы?

— Конечно. Я одна из людей Морихена. Мы охотимся на гиб, едим их мясо, продаем их бивни, рога и шерсть, чтобы жить.

Когда мы осторожно шли через кусты, она угрюмо оглянулась на меня:

— И жители Каменной Столицы презирают нас потому, называя людей Морихена "поедателями гиб".

— Хммм? Почему? Дикие кабаны же вкусные.

Опять же, я не хвастаюсь, но, когда я был во втором классе средней школы, на  зимних каникулах, я был в лагере ассоциации охотников и получил богатый опыт в разделке диких кабанов и оленей. Тогда набэ в горшочке был невероятно вкусным.

— Это не дикий кабан, это — гиба. Мясо гибы жёсткое и вонючее. Люди Морихена, что едят мясо гибы, тоже плохо пахнут.

— И совсем ты не плохо пахнешь. Наоборот, от тебя исходит восхитительный аромат.

Тёмно-голубые глаза Ай Фа одарили меня раздражённым взглядом.

Да уж. С девушками её возраста тяжело найти общий язык.

Для того, чтобы не задеть гордость Ай Фа, следует отметить, что пахло от неё вовсем не только одними мясом и жиром. По большей части в её запахе преобладали освежающие ароматы сладких фруктов и различных душистых трав, а небольшой намёк на мясо был только приятным дополнением, стимулирующим мой аппетит.

— Нет, серьёзно! У меня отличное обоняние. Гиба должен быть очень вкусным.

— Не имеет значения, вкусная еда или нет.

Ох, это сильное заявление. Разве это не вызов для такого помощника повара, как я?

Но нет никакого смысла настаивать на моём видении мира в этой ситуации. Поэтому, чтобы не сотрясать воздух зря, я молча сконцентрировался на ходьбе.

Примерно через 15 минут деревья неожиданно расступились, и мы наконец-то вышли из леса.

К тому времени солнце уже практически скрылось за горизонтом.

Исчезающие закатные лучи осветили небольшую деревушку, расположившуюся в долине у подножия гор.

Ах... так в этом мире действительно живут люди.

По какой-то причине меня переполнили чувства.

Уже был полумрак, и вокруг лежали густые тени, затрудняя видимость. Однако я смог разглядеть, что в скалистой области, где начинались горы, стояло множество крепких, небольших, деревянных домиков, рассеянных тут и там. Из некоторых в небо уходили струйки дыма.

…Я же говорил, что этот запах действительно неплох!

Вокруг разливался и таял в воздухе тонкий мясной аромат, дополненный запахом трав и специй.

Было тяжело успокоить урчание моего живота, чтобы не злить Ай Фа.

— За пределами леса  хорошо и спокойно. Как много жителей в деревне?

— Откуда мне знать?.. Пожалуй, не больше 500.

— 500 человек? Не так уж и мало. Но не слишком ли мало домов для такого количества?

— …Люди Морихена живут на границе горы Морги и территории Дженоса. Деревня тянется от севера к югу. Нужна по меньшей мере половина дня, чтобы пройти её от одного конца к другому.

Ясно, так они строят дома не в одном месте. И между ними довольно большое расстояние. Что ж, полагаю, в этом есть смысл. Комфортнее жить, когда вокруг тебя не слишком много соседей. Но можно ли вообще это поселений называть тогда деревней? Я хотел задать ещё пару вопросов, но меня прервало появление незваного гостя.

— Йоу, Ай Фа. Это что за потрёпанный отброс рядом с тобой? — нас окликнул мужчина с низким голосом.

—…. Не твоё дело, Дига Сан.

— Конечно же, это моё дело. Я ведь из дома Сан, властителей Морихена.

Грузная персона грубо подходила к нам.

Это был молодой парень, одетый в том же стиле, что и Ай Фа.

Довольно высокий и крепкий. Если сравнивать со стандартами моего мира, то что-то около 180см.

Толстые кости,  плотные мышцы — на вид он весил где-то около 80 кг.

Короткие тёмно-коричневые волосы, тёмная кожа, голубые глаза. Кроме цвета волос, он был похож на Ай Фа.

Также он носил плащ и жилет, соответствующие его большому телу, а в ожерелье на его шее было гораздо больше клыков, чем на ожерелье Ай Фа. На его талии висели толстый длинный меч и нож.

Он заступил нам путь и окинул наглым взглядом.

— Хм... Странная одежда, ха! Ты откуда тут взялся?

Его голос был грубым и говорил он медленно — не слишком приятная и вежливая манера речи.

И хотя цвет его глаз напоминал цвет глаз Ай Фа, они были какие-то тусклые и грязноватые.

Он был вторым человеком, которого я встретил в этом мире, но не выглядел слишком доброжелательно.

Но я всю свою жизнь, сколько себя помню, помогал семейному бизнесу. Если какой-то придурок начинает доставлять проблемы, то его следует сразу же осадить. И поэтому, собираясь сказать это настолько дружелюбно, насколько возможно, я…

— …не твоё дело, — сказала Ай Фа прежде, чем я успел произнести хоть слово. — Давай кое-что проясним, Дига Сан. Я не обязана преклоняться перед домом Сан и тобой — тем, кто приносит одни лишь неприятности. Мне с тобой говорить не о чем. Бери свою жирную задницу в охапку и вали отсюда, пока цел.

— Что ты там вякнула…?

Цвет его лица резко изменился, но Ай Фа продолжила:

— Если ты хочешь проблем, то я готова уделать тебя в любое время. Так что не появляйся передо мной снова. Ты — бельмо на глазу, Дига Сан.

После этих слов, Ай Фа развернулась и пошла прочь.

У меня не было иного выбора, кроме как поспешить за ней, так как я всё ещё опирался на её плечо. Проходя мимо взбешенного парня, я кивнул ему в лёгком приветствии.

— Ты, глупая приблудная баба! Советую тебе внимательно следить за своей головой, чтобы, когда я пойду охотиться на гиб, я случайно не отрубил её!

Голос парня, потерявшего самообладание, отразился эхом от подножия горы.

Тишина и спокойствие этого живописного места были безнадёжно нарушены.

— Слушай, могу я задать тебе вопрос? Конечно, я тут чужак, и не мне лезть в ваши дела. Но разве тебе не стоит быть более дружелюбной со своими соседями?

— В ночь, когда умер мой отец… этот человек, Дига Сан, пробрался в мой дом и попытался меня изнасиловать. Вот почему я била его тупое тело, пока он не смог больше стоять, и выбросила после этого в реку.

— ...

— С тех пор, из-за того, что я унизила главного наследника семьи Сан, я потеряла своё место в деревне... Должна ли я заботиться об отношениях с подобным человеком?

— Я забираю свои слова назад. Сожалею, что пытался относиться к нему дружелюбно. Мне вернуться и врезать ему?

Я отпустил плечо Ай Фа и сжал свою праву руку в кулак.

Она перехватила мой кулак своими тонкими, но сильными пальцами.

— О чём ты говоришь? Дига Сан не стоит даже одного твоего удара.

— Но ведь он тебя опозорил, верно? Это несправедливо!

— Я не живу в позоре. Мне всё равно не нравится иметь дела с людьми не из моей семьи. Так даже проще.

Она серьёзно посмотрела на меня, и решимость в её глазах не могла сравниться тем человеком.

— Это я привела тебя в деревню. И если ты навредишь человеку из семьи Сан, то ответственность за это понесу тоже я. Если такое случится, меня по-настоящему выгонят из деревни... Ты хочешь, чтобы я стала бездомной?

— Ах… ты права. Прости. Я не подумал об этом с твоей точки зрения. Наверное, я так легко вышел из себя потому, что голоден.

Словно соглашаясь со мной, мой живот заурчал.

Ай Фа всё ещё сжимала мой кулак, и её плечи снова затряслись.

— Ты... это специально? Хочешь, чтобы я и тебя бросила в реку?

— Я н-не настолько хорош, чтобы урчать животом по своему желанию! Просто смейся, если хочешь смеяться.

— Шумный!

Ай Фа отбросила мою руку и прибавила шаг.

Я рванул за ней и снова схватился её за плечо.

И тогда, посмотрев сзади на её уши и шею, я увидел, что она покраснела. И у меня пронеслась шальная мысль:

Похоже, люди в этом мире точно так же чувствительны к касаниям, как и в моём собственном .

Часть 4

Дом Ай Фа располагался примерно в десяти минутах ходьбы от того места, где мы находились.

Как и остальные жилища, он стоял на ровном, очищенном пространстве с небольшими кустами.

Большинство из них были построены на удалении друг от друга, но дом Ай Фа выглядел особенно изолированно. Вокруг было так тихо, что пробирала жуть.

Впрочем, из-за её немного диковатой одежды и слов "Люди Морихена", я ожидал более примитивного жилища, но это оказалось вполне приличное строение.

— Эй... а ты живёшь в хорошем месте.

Хотя ему не хватало величины, чтобы зваться особняком, но сочетание досок и брусьев создавали хорошее впечатление. В любом случае, дом был достаточно просторным. Он точно не проиграет "Тсурумии" в размерах.

Пусть я не смог разглядеть большинства деталей из-за темноты, но было заметно, что крыша слегка наклонена справа налево, а при постройке не было использовано гвоздей или шурупов.

Вокруг жилища была выкопана траншея шириной и глубиной около полуметра, окаймлённая бревенчатой оградой. Это защита от дождя и диких животных?

— Что ты делаешь? Заходи живее.

— Ах, извини.

Входная дверь напомнила мне японскую, горизонтально скользящую. Вау!

Я неуверенно прошёл к центру дома.

— Прошу прощения за вторжение...

Внутри было даже темнее.

Но просторно, как и ожидалось.

Часть пола прикрывала тёмно-коричневая оленья шкура. Увидев, что Ай Фа начала снимать свои кожаные сандалии, я тоже быстро разулся.

На босу ногу мех казался жестковатым и немного щекотал ступни.

Сзади послышался тяжёлый удар — Ай Фа закрыла дверь на тяжёлый засов.

С такой штукой помощь не придет, даже если я закричу, хах.

Молясь о том, чтобы кричать и не пришлось, я снова оглядел интерьер.

Квадратная комната площадью около 12 татами.

Большие окна на правой и левой стене. Как и ожидалось, в них не было стекол, но были тонкие дощечки, которые пересекались, словно решётка, с интервалом в 20 см.

Задняя часть дома была отделена стеной, в которой было три двери.

Высокий потолок. Опорные балки выходили наружу с уклоном влево. Такая конструкция могла отлично сдерживать ветер и дождь. Впрочем, я не специалист в строительстве.

Если честно, меня больше интересовал источник запаха, что дразнил мой нос, нежели в рассматривание всех этих вещей.

Сложный аромат, что исходил от этой девушки. Здесь он чувствовался в разы сильнее.

Запах мяса, трав и специй.

— Как лодыжка?

— А? Всё ещё ноет и слегка распухла, но это не проблема. Если ничего не произойдёт, завтра всё будет в порядке.

— Хорошо.

Ай Фа прошла в центр комнаты, о чём-то задумавшись.

— Хотя я хочу услышать твою историю немедленно, но я так же и голодна. Так что пока я приготовлю поесть.

— Пожалуйста, не забудь обо мне! …И хотя мне нечего предложить взамен, могу ли я разделить трапезу с тобой?

— Сделай так, чтобы твой урчащий живот был единственным попрошайкой.

Кажется, мне нужно вырвать себе зубы, чтобы она больше не злилась... Хотя, если я буду бесплатно угощён мясом, я буду очень признателен. Если бы она стала есть его в одиночку, то я бы попросту упал в обморок от этого потрясающего запаха.

Подготовка к ужину началась.

Едва зайдя в дом, я сразу же заметил место у правого окна, которое было отведено под кухню.

На полу там не было оленьей шкуры, вместо этого на пространстве в 2 метра были квадратом выложены белые камни, а также красивые жёлтые камни в форме трапеции.

В центре стояла невысокая — мне по пояс — тумба с большим отверстием в центре, а на нём уместился большой блестящий металлический котелок чёрного цвета.

Это была хоть и примитивная, но всё же самая настоящая кухонная плита с печкой.

Ещё там лежала связка дров.

Итак, это помещение используется ещё и как кухня.

Может, тут такой обычай — все готовят и едят вместе?

Но единственные присутствующие сейчас в этом просторном доме люди — это только я и Ай Фа.

— Я тут подумал, а где твоя семья?

— Отец умер, я тебе уже говорила. А мать умерла ещё раньше, — прямолинейно ответила Ай Фа и налила в котелок воды, черпая её половником из стоящего за плитой большого горшка.

Будучи не знакомым с устоями этого мира, я не мог ответить ничего, кроме простого:

— Понятно.

Тем временем в плите появился огонь.

Как она его разожгла? Я должен был заметить это.

Как бы там ни было, в комнате стало заметно светлей.

— Почему ты стоишь и витаешь в облаках? Живо сядь, это раздражает.

— Ах, да, эм, а где я могу сесть? Извини, но я на самом деле ничего не знаю о культуре и обычаях этих земель. Я совсем в этом не разбираюсь.

— Да просто сядь! Какое это имеет отношение к культуре и обычаям? Странный ты человек, — удивлённо посмотрела на меня Ай Фа.

В её руках я заметил небольшой огонёк и заинтересовался.

Это было небольшое блюдце с ручкой в форме подсвечника.

Третий, после меча и котелка предмет, сделанный из металла, что я увидел.

Содержимое блюдца было маслянистым — должно быть, животный жир. Запах в комнате становился сильнее и разжигал мой аппетит.

Ай Фа поставила подсвечник к левому окну, потом отнесла второй, точно такой же, к правому, а затем медленно сняла свою меховую накидку.

Теперь, когда в комнате появились источники света, они высветили линии тела Ай Фа так хорошо, что… у меня чуть сердце из груди не выскочило.

Всё, что на ней было надето — это небольшие куски ткани, прикрывающие грудь и бёдра, и ожерелье на шее. Её сияющая нежная кожа так и притягивала взгляд, как будто она стояла передо мной в купальнике или нижнем белье.

Что ж, даже будучи недружелюбной, девушка остаётся девушкой.

И она была действительно прекрасна.

Стройное, но хорошо натренированное тело было крепким, словно кожаный хлыст, идеально сочетаясь с женственными, гибкими и изящными изгибами.

Как бы это сказать… она и раньше казалась мне прекрасной и чарующей.

Но когда она избавилась от своей накидки, эта разрушительная сила удвоилась.

— …Эй.

— Да! Что такое?!

— Не кричи так громко... Та вещь, что ты прячешь на своей груди. Отдай её мне.

Повесив свой плащ на стену и положив рядом меч, Ай Фа подошла ко мне и одарила пристальным взглядом.

— Такой слабак как ты даже с клинком не сможет причинить мне вред. Но когда ты приходишь в чужой дом, то должен отдать оружие на хранение — таков обычай людей Морихена.

Я проглотил свой язык.

Ай Фа, прищурив горящие опасностью глаза, подошла ещё ближе.

На её поясе всё ещё висел нож.

— Мне повторить? Это — обычай людей Морихена, так что отдай.

— Подожди минутку! Суть этого обычая в доверии друг другу, верно?

Ай Фа молча вытянула левую руку.

Поколебавшись пару секунд, я принял решение.

— Я понимаю. Но, пожалуйста... это очень важная для меня вещь. Она более хрупкая, нежели охотничий нож. Так что, можешь обращаться с ним поосторожнее?

— Смеёшься? Людей Морихена, что были бы неуклюжи с мечами... не существует.

— Нет, я не это имел в виду. К примеру, если он сломается, то очень сложно будет его починить. Если ты понимаешь это, то всё в порядке.

Я вытащил сантоку и передал его Ай Фа ручкой вперёд.

Уставившись на рукоять из чёрного дерева, Ай Фа замерла.

— Этот клинок... Это что-то вроде памятного подарка от родителей?

— Ах, да. Можно сказать и так.

Я ведь вроде как умер, так что вряд ли я когда-нибудь снова увижу своего отца…

Ай Фа приняла нож, поднесла его к груди и повернулась ко мне спиной.

— В Морихене не существует людей, которые плохо относятся к своей семье.

Сказав это тихим голосом, она открыла правую дверь и зашла внутрь.

Вышла она оттуда уже без ножа, но с внушительной кучкой ингредиентов.

Я с любопытством подошёл к плите.

Рассмотрев котелок вблизи, я понял, что он довольно большой.

Посудина имела круглое дно с диаметром около 60 сантиметров и глубиной около 30 сантиметров. По форме котелок напоминал разрезанный пополам мяч.

— Что такое? Готовка займёт время. Сядь и подожди.

— Нет, мне просто интересна кулинарная культура этого мира. В некотором роде это моя работа.

Лицо Ай Фа приняло скептическое выражение, но она ничего не сказала и сложила ингредиенты рядом с моей ногой.

— Эй... А не многовато ли тут на двоих?

Там было два вида овощей, которые я никогда раньше не видел.

Один по форме и размеру походил на лук, но только ярко-зелёного цвета.

Другой... чем же он был? Шар размером с кулак. Я бы сказал, что он похож на картофель. Только кремового цвета и без ростков. Похоже, этот овощ растёт не под землёй.

И наконец... В довершение всего там был отличный кусок мяса, должно быть, срезанный с задней части бедра того зверя — гибы. Килограмм пять на вид.

Ай Фа уже срезала с него шкуру и кожу и посыпала чем-то, что напоминало чёрный молотый перец.

Мясо лежало на большом листе, похожем на лист каучукового дерева. Овощи же просто лежали рядом на полу.

Похоже, ужин сегодня будет очень плотным.

— …Разве это много? Самая обычная еда людей Морихена. Ты что, даже этого не знаешь? — незаинтересованно пробормотала себе под нос Ай Фа.

Так как огонь уже разгорелся, вода в котелке начала закипать.

Проверив воду, Ай Фа взялась за мясо.

Она осторожно схватила ногу за копыто и поднесла его к булькающему котелку.

Она что, собирается закинуть её в горшок целиком?

Пока я наблюдал за её действиями, Ай Фа вытащила нож с талии и начала отрезать кусочки гибы.

Ух, этот способ готовки схож с киосками, где строгают мясо на кебаб!

Срезанное мясо падало в кипящую воду.

Видимо, приправленной части отдавался наибольший приоритет.

Хотя нож в её руках предназначался для охоты, он всё равно был очень острым.

Лезвие было около 20 см длиной и 7-8 мм толщиной. Задняя часть — с зазубринами. Довольно серьёзное оружие.

Ручка, как и у мачете, обтянута тонкой кожей, но без гарды.

Использовать охотничье оружие в кулинарии… довольно примитивный метод

Ну что ж, я был сыном владельца закусочной. Меня не интересует роскошная еда. Если нет проблем с гигиеной, то я не против любого способа приготовления.

В конце концов, главное в еде — это её вкус.

Разумеется, во вкусной еде нет никакого смысла, если она вредит вашему телу. Вот почему повара первоочередное внимание уделяют гигиене.

Я смотрел, как Ай Фа строгает мясо, и мой аппетит возрастал всё сильнее.

— Ты чего улыбаешься?

— А? Так вкусно выглядит.

— ...Не имеет значения, вкусная еда или нет.

Снова сделав такое наглое заявление, Ай Фа накрыла котелок крышкой.

Ну, хоть я и назвал это крышкой, это была обычная квадратная доска.

И она придавала её большим камнем.

На обструганной ноге гибы всё ещё оставалось мясо, поэтому Ай Фа отнесла её в кладовку.

Проверив огонь, она кивнула: "Умм…" и повернулась ко мне.

— Скоро будет готово... А пока, расскажи мне о себе.

Часть 5

— Хах, ну ладно. Но предупреждаю, это не самая лучшая для пищеварения история. Так что лучше покончить с ней побыстрее.

Ай Фа фыркнула и села неподалёку от кухонной плиты, скрестив ноги и подняв одно колено.

Внушительная поза, вот только совсем не подходит такой легко одетой девушке, как она.

— …Я тоже слегка расслаблюсь, ты не против?

Сказав это, я развязал фартук.

Конечно, я не думал ни о чём таком, мне просто было жарко из-за огня.

На улице стояла самая обычная летняя ночь, характерная для Японии. А открытый огонь в доме повышал температуру сразу на несколько градусов.

Хотя, судя по одежде Ай Фа, температура была не очень высока.

Сняв фартук и рабочую куртку, я остался в одной футболке. Из окна подул лёгкий приятный ветерок, остужая разгорячённую кожу.

— …Странная одежда. Я никогда не видела такой даже в Почтовом городе.

— Эмм, да, конечно. Я тоже впервые вижу людей с одеждой, как у тебя.

Я сел на жёсткую шкуру, скрестив ноги, как и Ай Фа.

— Итак, с чего бы начать? Сказать по правде, я и сам пока мало что понимаю в этой ситуации, так что не уверен, что смогу многое объяснить.

— …Откуда ты прибыл сюда?

Этот вопрос... был задан уже во второй раз.

Из округа Чиба, страны, под названием Япония... Если я отвечу так снова, то разговор вряд ли сдвинется с мёртвой точки.

Глаза Ай Фа сверкали в полумраке, как у кошки. Я посмотрел на неё и сказал:

— Ай Фа. Ты не только спасла меня, но и пригласила в свой дом. Я благодарен тебе за это. И во всём, что я скажу далее, нет ни толики лжи.

Ай Фа наклонила голову в сторону, как будто спрашивая: "Итак?"

— Так что я расскажу всё без утайки. После этого решай сама — верить мне или нет.

И я рассказал ей всё о том, где и как жил все эти 17 лет.

О своей родной стране.

О том, как со мной однажды приключилась настоящая катастрофа, и всё закончилось моим прыжком в огонь.

Как я думал, что погиб, но очнулся в лесу, словно ничего не произошло.

Что всё вокруг выглядело таким реальным, но так сильно отличалось от привычного мне.

— …сначала мне показалось, что меня перенесло в какое-то странное место, но абсолютно мне незнакомое место в моём мире. Кроме того, я, должен быть уже мёртв, но до сих пор жив и в полном порядке. Слишком много всего случилось, чтобы я мог здраво рассуждать.

Я попытался как можно лучше рассказать ей обо всех своих сомнениях.

— Но странно ведь тогда получается. Например, язык, на котором я говорю. Ай Фа, ты когда-нибудь слышала о стране под названием Япония?

— …Нет.

— Хмм, вот об этом я и говорю. Если ты никогда не слышала о Японии, то и не можешь бегло разговаривать на японском языке. Так как же мы тогда с тобой общаемся

—  ...

— Итак, в этом мире существуют не только люди Морихена, но ещё Каменная Столица и Западное Королевство, верно? Это большие страны?

— Даже я много не знаю о Каменной Столице. Мы продаём рога и клыки гибы в Почтовом городе. Здесь только ходят слухи о Каменной Столице.

Ненадолго задумавшись, Ай Фа тихо заговорила:

— Я слышала... что за каменными стенами в городе-крепости живут тысячи людей, это территория Западного Королевства Сельва. А во всём королевстве людей больше, чем звёзд на небе…

— Понятно… Значит, их довольно много… А в каких богов верят люди Каменной Столицы?

Услышав этот вопрос, она взглянула на меня с удивлением :

— Конечно же, люди Сельвы поклоняются Западному Божеству — Сельве. На материке Амусхорн есть четыре великих королевства. У каждого по своему великому божеству. В Амусхорне нет такого народа, которому не покровительствует кто-то из четырёх великих богов. Лишь звери — безбожники. Ты и об этом не знаешь, Асута?

— К сожалению, не знаю. Я никогда раньше не слышал о континентах, королевствах и богах с такими названиями.

Я выдавил горькую улыбку и почесал обёрнутую полотенцем голову.

— Племя из пятисот человек, странный рогатый кабан — это ещё можно объяснить, но всё остальное... К сожалению, напрашивался очевидный вывод.

И он означал, что я, вероятно, больше никогда снова не смогу увидеть ни отца, ни свою подругу детства.

Глядя в прекрасную голубизну глаз Ай Фа, я сказал:

— Мой вывод об этой ситуации... Возможно, по какой-то божественной прихоти я переместился в другой мир. Думаю, бог предусмотрел возможные проблемы с языком и позаботился об этом.

— ...

— Далекое прошлое, далёкое будущее, или параллельный мир, где человечество эволюционировало по-другому, или даже мир в абсолютно другом измерении... В любом случае, это не тот мир, в котором я родился.

— ...

— Я человек из другого мира.

Озвучив то, что меня терзало уже долгое время, я огорчённо пожал плечами.

— Ну, или я просто ударился головой и сошёл с ума... Одно из двух... Мне кажется.

— …Ты считаешь себя ненормальным?

— Не сказал бы. Те 17 лет, что я уже прожил, являются для меня всем. Если это ложь, то и моё существование тоже ложь, —  убеждённо сказал я, проглатывая удручённый вздох.

У меня не было другого выбора, кроме как принять это.

— Скажи, а не было ещё кого-то, кто, как и я, утверждал, что умер и появился в этом мире...?

— Такая глупая ситуация невозможна.

— Точно. Если бы существовала такая система, то этот мир был бы наполненным мёртвыми.

Повторяя позу Ай Фа, я поднял одно колено и подпёр подбородок одной рукой.

— Это всё, что я могу сказать. Решение оставляю за тобой.

— …Поняла.

Взглянув на меня последний раз, Ай Фа медленно встала.

— …Почти готово.

— Хмм?

— Мясо почти готово.

Сказав это, Ай Фа убрала камень и дощечку с котелка.

Из его недр мгновенно поднялся густой пар.

— Ух, как вкусно пахнет!

Я торопливо поднялся и заглянул через плечо Ай Фа.

В котелке весело бурлил бульон, и пританцовывали плавающие в нём кусочки мяса.

Аромат стоял восхитительный. Над котелком стояло такое густое облако пара, а пузырьков пены было так много, что казалось, словно в воду кинули мыло.

— Эй, конечно, еда важна, но ты уже услышала всё, что хотела?

Ай Фа хмуро посмотрела на меня в упор:

— Ты либо человек из другого мира, либо ты сумасшедший, убеждённый в этом... Это я поняла.

— Поняла, да?.. Ты в самом деле веришь в эту безумную историю?

— …По крайней мере, ты не пытаешься меня обмануть. Это я тоже поняла.

Ай Фа отвернулась от меня и подняла с пола странный овощ, напоминающий луковицу.

Она сняла с него кожуру и порезала на несколько частей — его внутренняя часть была зелёной, но текстура, как и ожидалось, выглядела, как у обычной луковицы.

Закончив с шинковкой, Ай Фа с булькающим звуком бросила его в горшок.

— Ты определённо не врёшь. Потому, наверное, просто сумасшедший.

*Бульк-бульк-бульк*

Вслед за первой, в котелок полетели ещё пять луковиц.

Глядя на адски бурлящую воду, я пробормотал:

— Спасибо.

— За что? Обрадовался, что я назвала тебя сумасшедшим?!

— Я обрадовался тому, что ты поверила словам чудака, которого сегодня встретила впервые в жизни.

— ...Ты человек, которого я совсем не понимаю! — сердито сказала Ай Фа.

Она подняла с пола следующий овощ — на этот раз это была псевдокартофелина кремового цвета. Она сняла с неё кожуру, сделала линейный надрез и просто бросила целиком в кипящую воду.

*Бульк*

Несмотря на то, что котелок был довольно глубоким, пена поднялась до самых его краёв.

Помешивая содержимое тонкой деревянной палочкой, Ай Фа смотрела на меня угрожающим взглядом:

— …А теперь что будешь делать?

— Хмм? Делать? Что ты имеешь в виду?

— Жить-то как собираешься? Хочешь попытаться отыскать способ попасть обратно в свой мир?

— Да стоит ли вообще пытаться? Если такой способ и есть, я ведь вполне могу очутиться посреди пожара. Глазом моргнуть не успею, как поджарюсь. Я не хочу возвращаться лишь для того, чтобы умереть... Это тяжело признавать, но в том мире я уже умер…

Конечно, если бы я смог вернуть нож отцу, может быть, всё это не было бы зря. Впрочем, огонь пожара не пощадит не только меня, но и нож тоже.

— В голове полный бардак... Да и что толку забивать этим голову? Не имею ни малейшего понятия, возможно ли это вообще. Я даже в теории не знаю, как сюда попал. Но я не буду удивлён ничему, что отныне произойдёт.

— …Я поняла.

— Если ты я тебе мешаю, ты только скажи! Я сразу же уйду отсюда. Переночую в лесу или ещё где…

—Ночью в лесу тебя сожрёт гиба. К утру даже косточек не останется, — прервала мои слова Ай Фа. — И Дига Тсун уже видел нас вместе. Если ты, не зная даже про четырёх великих божеств, нарушишь какой-нибудь запрет, это будет на моей ответственности.

— Ах? Да, но...

— Побудь-ка некоторое время у меня на виду, — недовольно сказала Ай Фа и помешала в котелке, как самая настоящая колдунья из сказки. — Я вобью тебе в голову немного здравого смысла и правил поведения в Морихене. А там, хоть в лесу помирай, хоть ещё где.

— Понял... Искренне благодарю тебя, Ай Фа…

— Эй! За что ты меня опять благодаришь? Рад тому, что я говорю тебе помереть?!

— Я счастлив. По крайней мере, сейчас ты не выгоняешь меня на улицу.

Я изо всех сил старался придать своему тону менее серьёзное выражение.

Я отступил от Ай Фа на шаг подальше.

Если бы мы продолжили стоять так близко друг к другу, то я бы не удержался и обнял её.

Моё будущее казалось туманным и неопределённым, а в голове царил полнейший кавардак.

Но Ай Фа сказала, что я могу остаться.

Она поверила мне.

Не знаю, какие испытания меня ждут в будущем, но я от всего сердца благодарил судьбу, что первым, кого я встретил после прибытия в этот мир, оказалась именно эта упёртая девушка.

— …Готово, — сказала Ай Фа всё ещё немного сердитым голосом, повернулась ко мне спиной и исчезла за средней дверью.

Вернулась она с двумя большими мисками, двумя ложками и большим половником — в общем, всем необходимым для супа.

Конечно, вся кухонная утварь была деревянной.

Весь пышущий паром котелок был окутан белой пеной. Ай Фа зачерпнула содержимое половником, разлила по мискам и молча протянула одну из них мне.

— Спасибо.

Меня переполняла благодарность, но живот, к сожалению, был абсолютно пуст.

Я с благодарностью принял миску и уселся на оленью шкуру.

Ожидая Ай Фа, я заинтригованно оглядел свой будущий ужин.

Это был густой белый суп.

По виду как похлёбка из моллюсков, но с запахом тушёного мясо кабана.

Я видел плавающие в нём кусочки тёмного мяса и зелёные овощи.

Псевдолук неплохо разварился, а псевдокартошка… куда-то пропала. Неужели она так быстро полностью растворилась в бульоне?

Между прочим, у супа был немного кремовый оттенок. Похоже, тот же самый, что и у псевдокартошки.

Овощи выглядели в точности как лук и картошка. Интересно, а на вкус такие же?

Но не слишком ли много пены? Ай Фа наливала как есть, не убирая её в сторону, так что это заставило меня слегка беспокоиться. Но «Когда ты в Риме, поступай как римляне». Конечно, пена не могла не повлиять на вкус блюда. Но, с другой стороны, она впитала в себя вкус всех ингредиентов. Так что вряд ли мне стоило особо беспокоиться.

Должно быть, у местных свои кулинарные традиции. Не чужаку, пришедшему из другого мира, возмущаться.

Тем временем Ай Фа села рядом со мной.

— Почему не ешь? Изменил своё мнение насчёт мяса гибы и решил, что оно несъедобное?

— Нет-нет, дело не в этом. Я просто тебя ждал. Кушать нужно вместе, это обычай моего мира. А выглядит действительно вкусно.

Ай Фа пожала плечами и приняла моё оправдание.

Что-то тихо пробормотав, она принялась за свою порцию.

Я не преминул последовать её примеру, сказал: «Приятного аппетита!», поднял деревянную ложку и зачерпнул в неё густого белого бульона с кусочком мяса.

Это был мой первый ужин в другом мире.

Я вознёс благодарность кулинарному искусству этого мира в целом и Ай Фа в частности, и проглотил содержимое ложки.

— НУ И ДРЯНЬ!

Глава 2: Утро в чужих землях

Глава 2

Утро в чужих землях

Часть 1

Этой ночью мне снился сон.

Это были воспоминания о времени, когда я принимал участие в выезде на природу ассоциации охотников.

В тот день мы делали рагу из кабана. Его вкус был просто восхитителен.

Опята и шиитаке, пекинская капуста и морковь, корень лопуха и батат — всё это добавлялось в белый мисо бульон. Мясо было порезано большими кусками и было мягче, чем обычная свинина. Не слишком жирное и совсем без душка.

Я мог есть столько, сколько в меня помещалось.

Время года... Это был декабрь, середина зимних каникул.

Это особое чувство, когда ты, будучи промерзшим до костей, мгновенно согреваешься изнутри — каждому хоть раз в жизни нужно прочувствовать его на своей шкуре.

Перед обедом нас учили разделывать кабана.

До этого я имел дело только с курицами и утками, поэтому я одновременно нервничал и был взволнован.

Может быть, прозвучит как клише, но тогда я подумал: "Да, кулинария — это действительно тяжёлый труд."

К сожалению, мясо пришлось оставить мариноваться на несколько дней. Поэтому то, что я попробовал позже — это мясо, которое взрослые из охотничьей ассоциации подготовили заранее.

И всё же оно было потрясающе вкусным.

Лагерь с ночёвкой длился три дня. Вечером второго дня отец и Рейна навестили меня.

Когда Рейна увидела, как я обращаюсь с дикими кабанами, то чуть не потеряла сознание. Но всё равно она сумела съесть столько же рагу, сколько и я. Уж не знаю, действительно ли ей так понравилось или она делала это через силу.

— Что ж, вряд ли тебе когда-нибудь придётся разделывать дикого кабана в нашей закусочной , — посмеивался тогда мой отец.

— А я так хотела попробовать кабанье мясо, с которым работал Асута! — Рейна тоже смеялась.

Помнится, тогда я смеялся вместе с ними.

Из-за лагеря мне пришлось отсутствовать в магазине три дня. Сначала я сомневался, что оно того стоит, но в результате это оказалось довольно весело и полезно.

— ... Эй, просыпайся...

— В следующий раз я займусь оленем, — хвастался тогда я.

Рейна удивилась, а её глаза округлились ещё сильнее:

— Мне жалко оленя!

— Это ещё почему? Кабана-то ты слопала с превеликим удовольствием! Его тебе не жалко?

— А? Это из-за того, что дикий кабан выглядит совсем как свинья , — сказала Рейна, надув щёки.

Я сказал ей, что это несправедливо.

— Как по мне, так свиньи гораздо симпатичнее оленей! Если внимательно приглядеться, конечно же.

— Прекрати, а то я больше никогда не смогу есть свинину!

"В других странах ещё и не такое едят", хотел сказать я Рейне. Но не стал, ибо мне стало её жалко.

— ...Эй, сколько ещё ты собираешься спать? Подъём!

Как шумно.

Ах... В любом случае, то кабанье рагу было на самом деле восхитительным.

Но там был такой густой и ароматный суп, что в будущем мне хотелось попробовать приготовить кабанье мясо так, чтобы сильнее подчеркнуть его вкус.

Да и бульон из кабаньих костей должен быть потрясающим.

— Я разрешила тебе оставаться тут, но я не имею желания кормить лежебок! Эй!

Ох... И почему-то кто-то так сильно трясёт меня за плечо?

Кстати говоря, я вообще люблю мясо с сильно выраженным вкусом.

Баранина, которую я ел несколько раз, также имеет отчётливый вкус, что мне нравится. Я люблю аромат мяса и жира. Должно быть, в своей прошлой жизни я был хищником.

Ещё я обожаю рамэн. Мой любимый — со свининой в соевом соусе. Не слишком жирный, как раз то, что надо. Я даже тайно планировал добавить его в меню закусочной в будущем, когда унаследую семейный бизнес.

— Эй... А ну вставай, а не то получишь!

Да, это был тот самый вкус. И кто сказал, что мясо гибы плохо пахнет?

Хмм? Но что же это за звери такие?

В любом случае, как же оно вкусно пахнет!

Стоп, разве я совсем недавно не ел кабанье рагу?

Нет, погодите-ка, вчерашний ужин ведь был просто ужасен.

Или не вчерашний?

Без разницы, в любом случае, я голоден.

У мяса была такая приятная текстура и аппетитный запах, что так и хотелось его укусить…

В следующее мгновение из моих глаз посыпались белые искры.

◇◆◇

— ...Ааа?

Я некоторое время пытался придти в себя и понять, что же всё-таки происходит.

Щекочущий мой нос запах мяса и трав.

Раннее утро. Солнечный свет из окна.

Ощущение жёсткой шерсти.

Деревянная стена и деревянный же потолок над головой.

Ах, да! Я провёл свою первую ночь в другом мире.

Это была не моя комната. Это был дом Ай Фа, жительницы Морихена.

И она сейчас стояла прямо передо мной, уперев руки в бока и широко расставив ноги.

Почему-то она прижала левую руку к шее, а её симпатичное лицо густо покраснело. А ещё в её руках был нож — и его острый конец был направлен прямо на меня. Мой благодетель — Ай Фа собственной персоной.

— По-погоди минутку! Даже если ты съешь меня... Я невкусный! Наверное...

Я немедленно проснулся и отполз подальше к стене.

Металлическое лезвие сверкало, отражая солнечные лучи.

Правая рука Ай Фа, что держала его, мелко дрожала.

— ...Убью.

— За что?! Ещё только утро, а ты уже занимаешься такими опасными вещами! — крикнул я и тут же почувствовал, как раскалывается моя голова.

Хмм? Кстати говоря, похоже, мне кто-то крепко врезал, пока я спал.

— Ах... Это ты меня ударила? Как грубо! Зачем бить по голове спящего человека?

— ...Сам виноват.

Лицо Ай Фа покраснело от гнева ещё сильнее.

Вчера было так же. Несмотря на то, что снаружи она холодна, но у неё очень вспыльчивый характер.

Если подумать, то она не из тех, кто станет злиться без причины.

Не говорите мне... Я сделал что-то не так?

— Хотя бы скажи, за что?! Я был таким сонным, что ничего не помню. Если я сделал что-то грубое по отношению к тебе, то прими мои извинения!

— ...Пытался.

— Хмм?

— Ты пытался съесть меня!

Ай Фа впервые закричала так громко с тех пор, как я пришёл сюда, и взялась за нож двумя руками.

На её гладкой шее был отчётливый след от укуса.

Я хлопнул себя кулаком по ладони.

— Оооо... А ведь и правда. Я ел что-то во сне. Наверное, всё дело в том, что от тебя исходит такой вкусный аромат. Я не удержался и укусил тебя по ошибке, так?

—  ...Убью.

— Увааааа, подожди, подожди! Моя вина! Пожалуйста, прости! Я искренне извиняюсь от самого сердца. Только пощади...!

— Шумный!

И таким вот образом, начало моего второго дня в другом мире началось очень суматошно.

В то же время, я хотел бы отметить факт, что, к счастью, не стал каннибалом.

Часть 2

—Как только поешь, сразу выходим! — объявила Ай Фа с ещё более недовольным лицом, чем обычно.

Что ж, это неизбежно, учитывая, что её злость – это моих рук дело. Лучше бы врезала мне рукояткой ножа по голове ещё пару-тройку раз и успокоилась, наконец…

Между прочим, на завтрак я получил вяленый кусок мяса гибы.

Очередное испытание. Как высушенный кальмар под пиво, его было необходимо раздирать зубами на небольшие полоски и тщательно пережёвывать. Но сколько бы я ни жевал, проглотить так и не мог. Словно резина с запахом мяса.

Мясо смердело зверем, из него даже кровь как следует не выпустили.

Ай Фа в сторонке оперлась спиной на стену с таким видом, словно у неё над головой огромными буквами было написано: "Не подходи ко мне!"

Я же стоял одиноко в кухонном уголке и жевал своё мясо.

Я смотрел дно выскобленного до кристальной чистоты железного котелка и вспоминал вчерашний ужин.

Он был... худшим.

Словно какая-то пытка.

Как на это ни посмотри, он был просто ужасным...

Наверное, впервые в жизни, попробовав чью-то готовку, я воскликнул: "Ну и дрянь!"

Не стоило говорить так,  но я не мог ничего с собой поделать.

Впрочем... Ай Фа не проявила по этому поводу особых эмоций, так что я остался цел и невредим.

— …Не имеет значения, вкусная еда или нет.

Слышать это третий раз за день — подобно словесному оскорблению.

Возможно, для людей  Морихена еда — это просто белки, жиры и углеводы?

Но даже если и так...

Настолько ужасный ужин...

Прежде всего, мясо гибы.

Оно было слишком жёстким и воняло зверем.

Неважно, насколько плоха свинина или даже говядина, они никогда не будут так смердеть.

Из-за того, что оно достаточно долго варилось, оно было всё липким от жира. С толстенными жилами внутри, оно казалось плавленой резиной.

С другой стороны, текстура лукообразного овоща была хороша — приятная и хрустящая. На этом плюсы данного блюда заканчивались.

Вкуса от него не было никакого.

Псевдокартошка тоже подкачала.

Она просто растворилась как порошок, и в результате получилась склизкая субстанция кремового цвета, как будто в воду сыпанули муки.

А теперь представьте себе.

Вязкий суп с растворённой мукой.

Хрустящая текстура лука.

Мясо, оставляющее на языке какой-то звериный привкус.

А из приправ только чёрный перец!

Как думаете, могло ли это быть вкусным?

К сожалению, это нереально.

И самым худшим во всём этом было то, что при этом готовое блюдо имело потрясающий аромат.

Смешанный с похожей на чёрный перец приправой, освежающий букет мяса и жира был достаточно сбалансирован. Да от него просто слюнки текли!

Вот только отвратительный вкус совершенно не оправдывал ожидания.

Первый же кусок мяса во рту разрушал идиллическую картину, которую рисовало сознание.

Поэтому… для меня это была настоящая пытка.

Нос чуял одно, а ощущения на языке говорили мне другое. Честно говоря, если бы не моя благодарность к Ай Фа, я бы не смог съесть даже половину тарелки.

Но я запихнул в себя целых три тарелки этого дьявольского варева!

К концу последней мне даже пришлось бороться с тошнотой.

И даже когда мой желудок был полностью набит, мозг продолжал ворчать: "Так когда же там будет нормальная еда?", — до тех пор, пока я не уснул.

Вероятно, именно поэтому мне и приснился такой сон.

— …Чего в облаках витаешь? Пошли.

Когда я услышал её сердитый оклик, Ай Фа уже надела свою меховую накидку. На её талии висели клинки. Она уже почти закончила собираться.

— Ах, подожди минутку! Мой нож Сантоку?

— Сантоку?

— Клинок, что я отдал тебе вчера.

Ай Фа молча указала подбородком на дверь во внутреннюю часть дома.

Вспомнив, что в тот раз она зашла в правую дверь, я направился туда.

В конце концов, мы с Ай Фа спали в самой большой, центральной комнате, и мне так и не выдалось шанса взглянуть на остальные.

Я осторожно отворил дверь... и сразу же почувствовал взрыв ароматов.

Уваааа... Ну, ничего себе!

Я уже понял, что это место было хранилищем еды.

Там лежало множество мешков, откуда выглядывали головки псевдолуковиц и псевдокартофелины.

На стене были развешены какие-то растения. Одно из них было похоже на чёрные сморщенные водоросли, у другого были длинные зелёные листья, и висело оно связками.

Чуть дальше, в глубине комнаты, находилось место, отгороженное квадратной доской размером два на два метра. Оно было до самого моего колена заполнено каким-то чёрным порошком.

И запах шёл именно оттуда.

Это была специя, выглядевшая как чёрный перец, которой Ай Фа сдабривала вчерашний ужин.

У неё был очень сильный и специфический запах. В комнате не было окон, поэтому он чувствовался ещё острее. У меня даже заслезились глаза, и запершило в горле.

Понятно... Вот, значит, как они хранят мясо гибы.

Но я не мог победить своё природное любопытство и продолжал осматриваться со слезящимися глазами.

Должно быть, мясо гибы находится под толстым слоем этой специи.

Оно не было засолено — оно было заперчено.

Учитывая, что здесь не было холодильников, вполне неплохой метод. При таком жарком климате и влажности мясо быстро сгниёт, если не подвергнуть его должной обработке.

Хмм, а эти листья — это и есть сырьё для специи?

Я оглядел висящие на стене листья — те, что выглядели, словно чёрные водоросли. Когда я коснулся их, с них посыпался чёрный порошок.

Вот оно что. Значит, если высушить эти чёрные листья, они становятся этой самой приправой, похожей на чёрный перец. Да если бы европейцы во время Века великих географических открытий увидели это, они бы в обморок хлопнулись от зависти.

Пока я думал обо всём этом, из-за моей спины  раздался голос:

– Эй! Долго ты ещё копаться будешь?

Ай Фа стояла в дверном проёме входа в кладовую. В утреннем солнечном свете мне был виден только её силуэт.

Она оперлась спиной о стену, сложила руки на груди и вопросительно наклонила голову набок.

— Вон твой клинок. Выходи скорее, иначе весь запах выветрится.

— Ах, прости! Я просто заинтересовался всеми этими вещами и немного задумался.

Ай Фа выгнала меня из тёмной кладовки наружу, и меня ослепило утреннее солнце.

Когда Ай Фа сказала выходить из комнаты, утреннее солнце уже слепило глаза. Я всего пару десятков секунд пробыл в той комнате, но чувствовал себя проперченным до самого нутра.

— Уваа, у меня нос горит и чешется! Эта специя слишком сильная.

— Олух! Ну и нечего было так пристально всё там разглядывать. Всё равно съесть ничего не смог бы.

— Мне было интересно. Разве я вчера не говорил? Я сын повара.

— …Повара живут только в Каменной Столице. Хочешь жить как повар — побыстрее узнай об этом мире и чеши из Морихена куда подальше! — недовольно сказала Ай Фа и прижала нож Сантоку к моей груди.

— Да я тут первый день, куда уж мне быть поваром в столице... Кстати, почему ты держала мой нож в этой "адской" комнате?

Конечно, от специй он не заржавеет, но пропитается этим запахом — будь здоров.

— …Потому что в ней единственной нет окон. Конечно, здесь не все люди такие, как Дига Тсун, чтобы бесстыдно вламываться в чужой дом. Но всё равно, кладовая — самое безопасное место.

— Ах, вот оно что. Ты, в самом деле, заботилась о нём должным образом... Спасибо тебе.

Ай Фа приподняла одну бровь.

Похоже, она не привыкла принимать благодарности.

— …Мы теряем время. Пока солнце не поднялось высоко, нужно успеть собрать дров и листьев пико. Если ты не хочешь быть нахлебником, тогда будь полезным, хотя бы немного.

— Так точно! Но перед этим, у меня есть просьба. Выслушаешь её?

На лице у Ай Фа появилось раздражение.

Учитывая её красоту, мне хотелось как можно реже наблюдать такое выражение на нём.

— Ну что ещё? Имей хоть каплю совести.

— Нет, на самом деле, я как раз и хочу принести пользу! Не позволишь ли ты мне с этого вечера готовить для тебя?

Напряжение в лице Ай Фа никуда не исчезло, но теперь на нём появилось какое-то удивлённое выражение, как у голубя, что ест горох.

Очень милое, как по мне.

— Что? Приготовление еды — не такое уж большое дело! С этим даже десятилетний ребёнок справится.

— Эмм… Дело в том, что готовка, о которой я знаю, отличается от здешней. Поэтому я хотел бы попробовать приготовить что-нибудь из местных ингредиентов, используя кулинарное искусство своего мира.

Ай Фа озадаченно насупила брови, и на её лице появилась тень сомнения.

Она выглядела так, словно столкнулась с собакой, ходящей на двух лапах.

Кому как, а мне это казалось невероятно милым.

— Я не понимаю... Все «повара» такие, с приветом?

— Ну, я пока ещё только ученик. Но я уверен, что все настоящие повара согласились бы со мной.

— …Что ж, поступай, как знаешь. Для меня готовка еды не имеет такое уж большое значение.

После такого замечания Ай Фа направилась к выходу.

Я облегчённо вздохнул и последовал за ней.

Моё заявление было равнозначно признанию: "Твоя готовка плоха, так что позволь мне заняться этим". Я уж было приготовился к тому, что она опять рассердится и всё-таки прирежет меня.

Но, по всей видимости, Ай Фа действительно считает еду необходимым средством выживания, эдаким «топливом для тела».

С одной стороны это было грустно, а с другой любопытно.

Отлично, я принимаю этот вызов!

Мне хотелось стереть неудовлетворенность и депрессию прошлой ночи.

Я был уверен, что смогу приготовить мясо гибы так, что оно понравится кому угодно в этом мире.

В самом деле, разве это справедливо, что ингредиент с таким приятным ароматом тут готовят настолько отвратительно?

Я ещё не решил, как именно следует обращаться с местными овощами, но был переполнен уверенностью, что с их помощью смогу как следует раскрыть потенциал мяса гибы.

Что касается метода приготовления кабаньего мяса — кое-что мне было известно, но только самые основы. Но даже с этими основами — насколько вкусным может получиться мясо гибы в результате?

Просто думая об этом, у меня текут слюнки.

К тому же…

Я смотрел на то, как Ай Фа завязывает свою обувь кожаными ремешками и думал о том, что мне хочется удивить эту девушку своей стряпнёй.

Будучи всего лишь учеником повара, я не хватаю звёзд с неба.

Но, похоже, для Ай Фа это не имеет особого значения, как и вкус блюд, которые она ест.

Но я был уверен, что не существует такого человека, который не любил бы вкусную еду.

Она частенько выглядит угрюмой… Может быть, если я приготовлю ей что-нибудь вкусненькое, её лицо хотя бы на мгновение осветит счастливая улыбка?

Научиться готовить мясо гибы и порадовать свою благодетельницу.

Звучит как новая цель в жизни, по крайней мере, на первое время.

Когда я об этом подумал, через чёрные тучи в моей душе пробился тонкий лучик света.

— …Как нога? — неожиданно спросила Ай Фа, разобравшись со своей обувью.

— Ах, вроде нормально... Благодарю за беспокойство.

— Да какое мне вообще до тебя дело? Если вдруг скажешь, что не можешь дальше идти — я просто брошу тебя в лесу, — особо сердито вымолвила она и добавила, — если болит, сразу так и скажи.

Отплатить такой благодетельнице будет действительно непросто.

— Всё в порядке, — ответил я.

А потом сделал свой первый шаг в этот слепящий утренний свет другого мира.

Часть 3

– Листья пико растут вдоль берега реки Ранто, в глубине леса. Но вверх по течению находится территория дома Тсун. Поэтому мы пойдём вниз по течению.

— Так точно, капитан!

Мы выбрали тот же путь, которым вчера ночью вышли из леса и направились по нему обратно.

Мы немного припозднились из-за всей утренней неразберихи, но другие дома в поселении были очень тихими. Иногда можно было заметить тени людей, смотрящие на нас из окон, но никто не пытался заступить нам дорогу.

— Хмпф, рано утром в лес никто не ходит. В это время все занимаются домашними делами — обрабатывают шерсть, колют дрова или ещё чего.

– И всё же капитан решила отправиться в лес спозаранку?

— ...Я тоже так обычно не делаю. Но теперь у меня появился лишний рот, который надо кормить, так что я беспокоюсь о запасе дров.

— Виноват, товарищ капитан!

–... Если ты сейчас же не прекратишь так говорить, я отрежу тебе язык.

– Хорошо... Прости.

Поскольку Ай Фа все ещё находилась в плохом настроении, я решил вести себя хорошо.

Вчера было темно, и я не мог ничего разглядеть вокруг, но отрывающиеся в утреннем свете солнца виды действительно были потрясающими.

В воздухе стояла лёгкая дымка тумана, а соседняя гора Морга гордо возносила свой пик в облака. Внушительный горный хребет простирался в обе стороны, поражая воображение своей величественностью.

Нашим местом назначения была лесная чаща.

Но даже на самой кромке леса, на границе поселения, всё заросло пышной зелёной растительностью. Нас окружала дикая, необузданная природа.

Воздух был идеально чист, и не было даже намёка на выхлопные газы. В небе сновали туда-сюда самые разные птицы. Было не слишком жарко, так что моя поварская одежда с длинными рукавами не особенно меня стесняла.

Я с любопытством оглядывался на всё вокруг, и на кустах, росших вдоль тропы, сияла в лучах солнца утренняя роса.

Будь я в туристическом походе, уверен, что наслаждался бы полнотой картины от всей души.

— Я тут кое-что узнать хотел… А что такое эти листья пико? — спросил я, когда мы достигли опушки леса.

— То, над чем ты совсем недавно проливал слёзы счастья, вот что, — слегка раздражённо ответила Ай Фа.

— А? Ты имеешь в виду ту специю? Довольно милое названьице.

— ...Их эффект пропадает через месяц, поэтому нужно запасаться впрок. Без листьев пико мясо испортится меньше, чем за два дня. Всегда помни об этом, если не хочешь есть гнилое мясо.

— Понял... А овощи, которые мы ели прошлой ночью, их тоже собирают в дикой местности?

Ай Фа зашла в густые лесные заросли и встряхнула ожерелье, висящее на её шее.

— Арию и пойтан можно выменять в Почтовом городе на клыки и рога гибы. Одной гибы хватает на десятидневный запас арии и пойтана. Для двух людей — пятидневный... Другими словами, нам нужно добывать на охоте по одной гибе раз в пять дней, или придётся сильно урезать рацион. У нас нет времени расслабляться.

— Вот как? Но эта гора такая большая. Уверен, здесь в лесу растёт множество самых разных ингредиентов.

– Брать благословения горы Морга – табу.

– Хмм?

— Если мы начнём собирать то, что здесь растёт, голодные гибы начнут нападать на посевы земель лорда Геноса. Людям Морихена разрешено собрать только фрукты грике и травы, такие как листья пико и риро — они для гиб ядовиты. Всё остальное под запретом.

— Но кто именно запретил это? Леса и горы ведь никому не принадлежат, верно?

– Гора Морга и лес — это территория Западного Королевства Сельва. 80 лет назад мы, люди Морихена, спаслись бегством от войны в Южном Королевства Джагал и поселились здесь, в лесу... Для того чтобы нам позволили здесь жить, мы дали обещание не собирать ресурсы горы Морга и изо всех сил охотиться на гиб.

— Но ведь это вопиющая несправедливость! И гора, и лес огромны! Если вы просто возьмёте немного, гибы ведь не помрут с голову, верно же?

– Ничего подобного. Гибы — это создания, которые могут жить только у подножия горы. Глубже в горах водятся их природные враги — змеи Мадарама и волки Варубу. Не говоря уже о жестоких диких племенах. Поэтому единственное место, где и гибы, и мы, люди Морихена, можем жить — это относительно безопасное подножие горы.

— Вот как...

Логика мне понятна, но её слова меня не убедили.

В результате естественного отбора гибы были выгнаны к подножию горы. Тут ничего не поделаешь, но чтобы защитить поля, людям Морихена разрешено охотиться только на них... Похоже на какую-то злую иронию судьбы.

Ай Фа вчера сказала мне, что этих людей презрительно называют «пожирателями гиб», и этот разговор крепко засел в моей голове.

— ..Люди Морихена — простые беженцы из Южного Королевства. Мы оставили Южного Бога Джагала и посвятили наши души и мечи Западному Богу Сельве. Но даже так, для горожан Каменной Столицы мы всё равно остаёмся чужаками, — как будто прочтя мои мысли, холодным голосом пробормотала Ай Фа.

– Чужаки? Но постой, разве вы не живёте на этой земле уже 80 лет? За такой немаленький срок вы заслужили больше прав, чем имеете сейчас.

— ...Как я не ищу защиты дома Тсун, так и все люди Морихена не ждут помощи от Королевства. Кроме того, мы больше подходим для охоты на гиб, чем для выращивания посевов.

— Понятно. Что ж, я и сам тут чужак, так что не мне качать какие-либо права.

Похоже, мои слова разозлили Ай Фа, потому что она пристально на меня посмотрела.

— Нет, я не имею в виду, что вы живёте как-то неправильно! Я просто подумал, что тоже не смогу поладить с горожанами из Каменной Столицы.

–...Хмпф! Такому слабаку, как ты, самое место в Каменной Столице, а не в Морихене.

В ответ на её едкий комментарий я вернул ей точно такой же пристальный взгляд, но остался при своём мнении.

— Подожди-ка! Ты только что сказала, что клыки и рога одной гибы можно обменять на десятидневный запас еды. Значит, для семьи из десяти человек требуется один гиба в день... Эй-эй-эй, это что же получается, если в Морихене живёт 500 человек, то вам всем нужно около 50 гиб в день?!

Ай Фа наклонила голову набок, словно спрашивая: "Ну и что с того?"

— И все эти 80 лет люди Морихена убивали по 50 гиб каждый день? Да с такими темпами, как гибы вообще не вымерли?!

— Гибы не исчезнут. Фактически, за последние несколько лет их число даже увеличилось. Я слышала, что они совсем недавно даже разорили несколько посевов. Гибы очень многочисленны, ведь этот лес — невероятно обширен.

— Хаа... невероятно.

Тогда тем более, королевство только небрежно притесняет людей Морихена, взваливая на них грязную работу. Это система запрещает им получать какой-либо другой источник пищи, кроме охоты на гиб. Честно говоря, подобная несправедливость просто выводит меня из себя.

Нельзя ни собирать природные лесные ресурсы, ни засеивать свои поля. Всё, что разрешено — это охота на гиб... Очень удобно эти горожане всё для себя устроили.

Они ещё и дали людям Морихена обидное прозвище, чтобы посмеяться над ними.

— ...Вот почему разрушать благословение леса — это табу. Если ты нарушишь его, с тебя снимут скальп, а потом разобьют голову. Хорошенько уясни это для себя.

— Как скажешь...

Ай Фа внезапно остановилась и схватила меня за воротник куртки.

— Эй, это что за отношение?! Если есть какие-то проблемы, говори прямо!

— Нет у меня никаких проблем с вами, ребята! Мне просто не нравится, как королевство ведёт свои дела!

Ярость в глазах Ай Фа, которая бурлила в них, как мясо во вчерашнем котелке, немного поостыла после моих слов.

— Что ты имеешь в виду? Ты ведь даже не из людей Морихена, тебе-то какое до всего этого дело?

— Очень даже большое! Эта ситуация просто выводит меня из себя! Ты взяла меня под свою опеку, так что вполне естественно, что я смотрю на вещи с твоей перспективы.

— ...Ты действительно очень странный.

Она отпустила мой воротник и продолжила идти вперёд по шелестящей лесной подстилке.

— То, что ты говоришь — не логично. Мы держим своё обещание не потому, что нам угрожают мечами. Мне не нравятся горожане, но мы защищаем их с гордостью. Если мы покинем это место, то искоренять гиб придётся кому-то другому... Мы предложили для этой работы свои мечи, и будем выполнять её с честью, на благо процветания всего королевства.

— Эм... Наверное, вас можно понять, только родившись морихенцем...

— Мы горды тем, что живём в Морихене. Эти бивни и рога — это не только наше богатство, которое можно обменять на продовольствие, но и символ нашей гордости. Поэтому помни, что разрушая благословение леса, ты наносишь вред всему королевству — а это то же самое, что растоптать гордость людей Морихена.

— Я понял. Дела всего королевства меня не касаются, но ради гордости людей Морихена я буду соблюдать это правило, — нехотя признал я.

Ай Фа раздвинула ветки, ускорила темп и бросила на меня быстрый взгляд.

– ...Асута, ты очень странный человек.

Как ни странно, когда Ай Фа пробормотала это, угрюмое выражение, всё утро царившее на её лице, рассеялось.

Так мы и шагали ещё несколько десятков минут, пока солнце полностью не поднялось из-за горизонта и мы не достигли своего пункта назначения.

Это был берег Реки, где должны были расти листья пико.

В ширину река была примерно метров пять. Хотя поток не был быстрым, она была довольно глубока. Солнечный свет, просвечивающий сквозь переплетения веток и листьев, отбрасывал на прозрачную воду причудливые тени — чудесное зрелище.

Но берега реки были скалистые, без единого намёка на траву.

Я остановился, растерявшись. Когда я повернулся, чтобы вопросительно взглянуть на Ай Фа, она почему-то начала снимать свою меховую накидку.

– Прежде чем искать листья пико, мне надо искупаться.

— А? Искупаться?

— Что? Я вся липкая от жира гибы. Это неприятно.

Хоть к ней и вернулось хорошее настроение, она была всё так же прямолинейна.

Она повернулась ко мне и протянула свою накидку.

Ох, а она не такая лёгка, как кажется на первый взгляд — килограмма два или даже три. Рассмотрев её поближе, я обнаружил множество небольших карманов, заполненных всякой всячиной: небольшими фруктами, железными иголками и катушками с нитками.

— ...Это я тоже доверяю тебе.

Ай Фа сняла с шеи ожерелье и протянула мне.

Но дорогая принцесса, обе руки твоего слуги заняты накидкой.

— Голову опусти, — пнула меня в ногу Ай Фа.

— Не надо пинаться, я бы опустил её и так, — сказал я и слегка наклонился.

Ай Фа приблизилась, взяв ожерелье обеими руками.

Она находилась так близко ко мне... За исключением того, что произошло сегодня утром, это первый раз, когда мы находились так близко друг к другу.

Пока мне в голову лезли ненужные мысли, мои глаза сами собой взглянули на её шею.

С её левой стороны всё ещё отливал лиловым цветом синяк в форме укуса.

Моя работа...

Между прочим, от Её Высочества сегодня, как и вчера, исходил просто непередаваемый аромат. Её лицо находилось так близко, что я отчётливо видел, какая у неё гладкая кожа. Её вишнёвого цвета губы были такими чувственными...

...Это что, новый вид игры с наказанием?

Ай Фа не обратила ни малейшего внимания на моё замешательство, повесила мне на шею ожерелье и отстранилась.

— Ладно... Гибы в это время ещё спят, но некоторые всё же могут бродить по округе. Стой тут на стрёме и кричи, если что. Понял?

— Понял. Буду стоять тут, и следить за лесом.

Я не сделал ничего особенного, но Ай Фа по какой-то причине холодно на меня посмотрела.

— ...Просто на всякий случай скажу тебе кое-что: смотреть на голую незамужнюю девушку нельзя, это табу.

— А на замужнюю, получается, можно?

— Только мужу разрешено смотреть на обнажённое тело его жены.

Эх, лучше мне было бы помалкивать. Я почувствовал, как холода в глазах Ай Фа прибавилось.

— ...Просто держи ухо востро.

— ...Понял.

Я нашёл здоровенный булыжник неподалёку и облокотился на него, уставившись в сторону леса.

Она сказала, что это ожерелье — символ богатства и гордости жителей Морихена. И всё же она с готовностью доверила его мне. Так же она верила в то, что я не буду подглядывать. И мне хотелось оправдать оказанное ею доверие.

Мы с ней знакомы уже некоторое время, но я до сих пор не мог понять эту девушку.

Сначала она показалась мне невероятно сдержанной и осторожной. Но почему она так легко доверилась такому, как я?

Да и каждый раз, когда я восхищаюсь её заботой обо мне, она просто холодно игнорирует мою благодарность.

Но всё равно, я уверен, что в глубине души она добрая и нежная. Конечно, при этом ещё и невероятно упрямая. И её настроение меняется чуть ли не каждую секунду.

Но на неё можно положиться — в этом я не сомневался.

И как раз, когда я об этом подумал...

— ААААА! — панический крик Ай Фа нарушил тишину речной идиллии.

Часть 4

— Эй, Ай Фа! Что случилось?! Ответь! — крикнул я, забравшись на обломок скалы повыше и приподнявшись на одном колене.

Нельзя торопиться, может быть, она всего лишь поскользнулась и упала. Если я неосторожно брошусь ей на помощь, она меня просто прикончит на месте.

Но Ай Фа ничего не ответила.

Я слышал только всплески воды, эхом разносящиеся в воздухе.

— Эй! Ты сказала мне не смотреть, но мне придётся, если ты не ответишь через три секунды!

Не знаю, понимает ли она концепцию слова "секунды", но я продолжал её звать.

Ай Фа не отзывалась.

С трудом преодолевая тревогу, резавшую мою грудь болью, я отсчитал три секунды:

– Один...два...три!

Я вскочил на камень и взглянул на реку.

Там... никого не было.

Но на берегу, чуть в отдалении, увидел знакомую одежду и два клинка, лежащие с ней рядом — один большой и другой поменьше.

И вода там была неспокойна, во все стороны так и летели брызги, как будто под водной поверхностью происходила какая-то борьба.

Я отбросил в сторону накидку и, перепрыгнув через камень, бросился бежать к воде.

В этот момент на поверхности воды показалось лицо Ай Фа. На нём застыло выражение боли.

— Ай Фа!

Она отчаянно схватила ртом воздух и опять погрузилась под воду.

Глубина реки в этом месте едва достигала её талии, но, казалось, будто её что-то тянет вниз.

— Ты тонешь?! Хватайся за руку!

Я встал как можно ближе к воде и вытянул правую руку.

– Не... подходи... — продолжая отчаянную борьбу с чем-то, слабо выкрикнула мне Ай Фа хриплым голосом.

— Эй, да хватайся же ты! Ну?!

Выбора у меня не оставалось — её начинало медленно уносить течением.

Я наступил правой ногой в воду. Чтобы не снесло течением, я схватился за камень, а свободную руку протянул к Ай Фа.

Я уже практически ощущал её кончиками пальцев... как вокруг всей моей правой руки что-то обвилось.

— Увааа?!

Руку вдруг пронзила резкая боль, и я отчётливо услышал, как затрещала кость.

То, что удерживало мою руку, было невероятно сильным. Оно было толщиной с запястье и всё покрыто тёмно-синей чешуёй.

Это был хвост огромной змеи.

Как только я это понял, Ай Фа испустила болезненное:

– Угх.

Вода вздыбилась и расплескалась во все стороны — из-под неё показались руки Ай Фа.

Её пальцы мёртвой хваткой вцепились в массивную змеиную голову, мешая ей вонзить свои зубы в её плоть.

Девушка сражалась в воде с этой огромным питоном.

— Чёрт, больно...!

Я продолжал твёрдо стоять, крепко опершись правой ногой и пытаясь вытерпеть боль в руке.

Лодыжка, которую я подвернул вчера, ещё не зажила как следует, и жжение от неё распространилось уже по всей ноге.  Но волноваться об этом было некогда.

Пусть у змеи было достаточно сил, чтобы сломать мне кости, она сама схватила меня за руку. А это означало, что я мог попытаться вытянуть их из воды.

Течение было слабым, а Ай Фа весила не так уж и много, так что я мог сделать это... Нет, я должен был сделать это даже ценой собственной жизни.

– Впееереееед!

Крича как псих, я собрал всю свою силу в правой руке и потащил змею, обвившуюся вокруг тела Ай Фа, на берег.

Я отступил на шаг назад, выходя из воды, и замкнул шею змеи в замок левой рукой.

– Нуууу... давааааай жеееееееее...!

Сцена стала похожа на соревнования тяжелоатлетов.

Пусть я и не опытен в подъёме тяжестей.

–........ДАВАААААААЙ!!!

Вложив все оставшиеся силы, я наконец-то смог вытянуть тело Ай Фа на берег.

— Угххх... — слабо застонала она.

Змея большими кольцами обвилась вокруг её обнажённого тела, удерживая её за грудь, живот и правую ногу. Хвост же обернулся вокруг моей руки.

Самая толстая часть змеи была размером с моё бедро. Кроме того, она была просто невероятно длинная.

Я присмотрелся и заметил на змеиных чешуйках трещины и порезы. Похоже, она была ранена. Если бы не это, кости Ай Фа уже давно были бы раздроблены.

– Ладно! Ай Фа, не отпускай мою руку!

Я поднял подходящий камень и врезал им по голове нашего общего врага.

Блестящее и мокрое змеиное тело забилось в конвульсиях.

То, что змеи не чувствуют боли — это просто миф. Ещё как чувствуют, особенно если врезать как следует.

Ай Фа продолжала удерживать змею за голову, а я продолжал колотить по ней камнем.

Примерно после пятого удара из змеиной головы брызнула красная кровь.

В тот же самый момент Ай Фа взвыла от боли.

А змея ещё крепче сжала мою правую руку.

— Вот ведь чёртова тварюга! А ну отпусти её!

Ай Фа держала змеиную голову так, что я никак не мог вложить в удар полную силу, поэтому я решил переключиться на змеиный желудок.

Я тщательно прицелился в ту часть змеи, которая лежала на плоском камне, и, как следует размахнувшись, обрушил на неё свой камень.

Я прямо почувствовал смачный удар в змеиное мясо.

— ...!

Змея, наконец, ослабила хватку, и медленно сползла с Ай Фа и моей руки.

Я немедленно приподнял тело девушки и столкнул убегающую змею ногой обратно в реку. Змея издала *БУЛТЫХ* и потонула на дне реки.

Убедившись, что её унесло течением, я потряс Ай Фа:

— Эй! Ты как?! Держись! Пожалуйста... только не умирай, Ай Фа!

Я осторожно положил её на плоскую скалу и ещё раз легонько потряс за плечи.

Ай Фа слабо застонала, а потом начала кашлять и отплёвывать речную воду.

Её светлые волосы, обычно собранные в пучок, теперь растрепались и намокли, прилипнув к лицу и груди.

Ай Фа казалась такой хрупкой... как совершенно другой человек. Её глаза были закрыты, а ногти вонзились в обратную сторону моей ладони.

— Тебе больно? Дышать можешь?

Я перевернул ослабшее тело девушки на бок и несильно похлопал по спине. Из её рта снова ручьём полилась вода.

— Угх.. А... сута...?

— Ты как? Я выбросил эту чёртову змею в реку! Теперь всё в порядке.

Её голубые глаза всё ещё не могли нормально сфокусироваться и рассеянно смотрели на меня.

Она выглядела такой слабой.

Но она была жива, и это главное.

Я чуть приподнял её тонкое тело и крепко обнял.

Если вам интересно, что я мог бы сделать с ней после того, как мы избежали змеиной хватки... Я тоже не знаю. Слишком эмоциональный момент был, понимаете.

– Какое облегчение... Не заставляй меня так переживать...

Я с ног до головы промок, но это не имело значения.

И тут... Ай Фа с неожиданной силой упёрлась руками мне в грудь.

— А ну... отпусти!

— А? — удивился я и выпустил её из своих рук.

В тот же самый момент Ай Фа толкнула меня так сильно, что я отлетел назад и грохнулся на землю.

– Т-ты чего?

В глазах Ай Фа разгорелось яркое пламя.

Она потянулась к мечу, лежащему у её ног.

– Ч-что такое? Я сделал что-то не так?

Её неожиданное поведение полностью выбило меня из колеи.

Ай Фа обнажила меч.

Ее лицо еще недавно выглядело как лицо больного ребенка, но сейчас оно наполнилось жаждой крови.

Похоже, я допрыгался.

Может, всё дело в том, что я увидел её голой? Но ведь это была случайность. Или это из-за того, что я в порыве чувств её обнял?

Но... если это был такой серьёзный проступок, что за него меня стоило убить, тут я не мог ничего поделать.

Слишком много всего произошло так быстро... у меня в голове была полнейшая путаница.

Но лучше пусть уж она меня сама убьет, чем я стану стоять и смотреть, как она умирает.

Стоя на одном колене, обнажённая Ай Фа подняла меч и направила его мне в горло.

По какой-то причине она целилась в меня его тупой стороной. Но клинок был таким толстым, что она легко могла забить меня им до смерти.

Я посмотрел ей в глаза.

Однако...

Её взгляд был направлен не на меня.

Её глаза, похожие на два синих полыхающих костра, смотрели на что-то за моей спиной.

*ГРРРРРРРРР*

У меня за спиной вдруг раздался низкий гул, похожий на звук выхлопной трубы.

Похоже, за моей спиной... что-то было.

— Хах!

Ай Фа издала яростный крик, наполненный воинственным духом.

Меч прочертил в воздухе серебристую дугу.

А затем на меня грохнулось что-то тяжелое.

— ...Уггхх.

Оно было твёрдое, жёсткое и воняло зверем.

— Фуух, — выдохнула Ай Фа и рухнула на землю.

Её голубые глаза пристально смотрели на меня в просвет между светлыми волосами.

— Я же сказала тебе: держи ухо востро. Никогда не расслабляйся, преодолев одну опасность, за ней всегда может придти другая. Только так ты сможешь выжить в Морихене.

Даже обнажённая, она продолжала оставаться собой.

Я наконец-то понял, что произошло.

Та тяжёлая штука, что свалилась мне на спину — это туша здоровенного гибы. Оно всё ещё конвульсивно дёргалось, потому что Ай Фа проломила ему череп.

...Ну вот, а мне так хотелось понаблюдать за беззащитной Ай Фа. Но хорошего — понемногу, так ведь говорят?

Глава 3: Ученик повара в Ином Мире

Глава 3

Ученик повара в ином мире

Часть 1

— ...Должно быть, ты само воплощение катастрофы, — сказала Ай Фа, подвязывая волосы в пучок.

Уже одетая, она ловко накинула себе на плечи накидку.

— Спасибо за комплимент... наверное, но что именно ты подразумеваешь?

— Гигантские змеи Мадарама не должны появляться у подножия горы. И гибы не должны нападать до того, как солнце достигает зенита. Просто какая-то череда неудачного стечения обстоятельств.

Так вот, в чём дело.

Между прочим, ты забыла ещё кое-что. Я видел твоё незамужнее обнажённое тело.

Я мог бы возразить ей вслух, если бы хотел встретить быструю и неминуемую кончину. Но я не хотел, а потому решил держать язык за зубами.

B это решение, по-видимому, было верным.

Потому что, когда Ай Фа увидела, как я замолк, на её лице появилось выражение лёгкого сожаления.

— ...Это было неожиданно, но я сама виновата, что не почувствовала присутствие Мадарамы. И ты спас мою жизнь... мне стоит поблагодарить тебя за это.

Ай Фа слегка склонила голову, продолжая пристально на меня смотреть и теребить ожерелье на груди.

А затем сказала мягким и таким тихим голосом, что я едва его слышал:

— ...Спасибо тебе.

Словно маленький ребёнок.

По какой-то причине моё сердце так бешено застучало, что чуть не выскочило из груди. И я машинально ответил:

— Всё в порядке, не волнуйся об этом. Я ведь и сам не заметил приближение гибы. И ты тоже меня спасла... Спасибо.

Пока у Ай Фа хорошее настроение, всё остальное не имеет значения.

Если бы она погибла из-за какой-то огромной змеи... Представив это, мне действительно захотелось умереть.

— Итак, у нас теперь имеется один свеженький гиба. Теперь его следует разделать, я полагаю?

Зверь, которому Ай Фа разбила голову, всё ещё слабо дёргался в конвульсиях у моих ног.

По сравнению со вчерашним, этот был поменьше. Но он всё равно был около 150 см в длину и весил 70 кг, не меньше. У него были огромные рога и клыки, но Ай Фа уделала его одним ударом.

— Разумеется. Начнём с ноги, — ответила Ай Фа.

Она уже было занесла свой клинок, чтобы сделать разрез, но я торопливо её остановил.

— Стой, подожди! А кровь выпустить?

— Кровь выпустить?

— Так и знал! Ты до этого времени никогда первым делом не выпускала кровь? Теперь понятно, почему мясо так сильно пахло.

На лице Ай Фа появилось выражение полнейшей озадаченности.

Между прочим, это выражение — моё любимое.

— Придётся мне тебя просветить. Слушай: причина такого резкого запаха от мяса — это кровь. Если ты выпустишь её, это поможет избавиться от запаха.

— ...Ничего не понимаю. Разве при разделке кровь не вытекает сама собой?

— Этого недостаточно... Ладно, сейчас не время спорить. Если сердце гибы прекратит биться, то будет слишком поздно. Детали я объясню позже, а пока — не одолжишь мне свой нож ненадолго?

Ай Фа с лицом полным сомнения передала мне нож.

Гиба лежал на боку на земле прямо передо мной. Я склонился над ним.

Так... Несмотря на мою показную уверенность, я всего лишь видел со стороны, как члены ассоциации охотников обескровливали тушу кабана. Кроме того, не было никакой гарантии, что внутренности гибы и дикого кабана одинаковые. Так что всё в некотором роде зависело от удачи.

Расположение артерий и органов вепря в целом аналогично расположению у человека. Для того чтобы слить кровь гибы, мне требовалось попасть в сонную артерию, пока его сердце ещё стучало...

Вспоминая комментарии охотника, я наклонился поближе к гигантской туше гибы и прицелился ножом в основание толстой шеи.

А затем уверенным движением воткнул туда нож.

Крови... было не так уж и много.

Промах?

Что ж, всё никогда не бывает просто.

Скрепя сердце, я провёл ножом вниз, в сторону грудины.

Сонная артерия либо аорта. Одно из двух. Если я смогу перерезать любую из них, то всё сработает.

Со шкурой этого животного было довольно сложно работать, но я продолжал понемногу двигать лезвие ножа... пока некоторое время спустя из раны не полилась свежая кровь.

Успех! Похоже, мне всё-таки удалось не повредить сердце.

— Сердце — это орган, который перекачивает кровь по всему телу. Если разрезаешь артерию, не повреждая сердце, тогда можешь эффективно выпустить кровь из всей звериной туши.

Таким образом, лучше всего для этой цели годится именно сонная артерия. Одновременно с этим — это самый рискованный путь. Если повредить глотку или органы дыхания, гиба просто задохнётся, и его сердце перестанет перекачивать кровь.

— На самом деле, лучше всего было бы подвесить его на дерево. Но он довольно тяжёлый для нас двоих. Так что и этого будет вполне достаточно.

Ай Фа ничего не ответила, поэтому я обернулся посмотреть, что с ней.

Она стояла и растерянно на меня смотрела.

— ...Но ведь нам нужно только мясо с бедра, зачем выпускать кровь из всего тела?

— Хмм?

— Даже если мы притащим всю тушу гибы домой, мясо испортится прежде, чем мы успеем его съесть. Это большие семьи забирают всё мясо целиком, но все остальные берут только задние ноги.

— Это слишком расточительно! Ты собираешься просто отказаться от этого деликатеса?

— Если мы просто оставим его здесь, то о нём позаботятся падальщики — Мунто и прочие звери, кто ест гнилое мясо. А если заберём домой, и оно сгниёт там, то это будет серьёзный грех.

— Хм, понимаю. Но почему именно заднюю ногу? Мясо с бедра довольно неплохо, но есть много других частей, которые гораздо вкуснее.

— Ничего подобного. Мясо гибы вонючее, а от задней ноги запах не так силён, как от всего остального.

Эй, разве? Если вы не в курсе метода кровопускания, и оставляете всё, как есть, то естественно, что всё остальное будет вонять, кроме ноги. Отрезав ногу, кровь всё равно будет течь, так как артерия так же будет разрезана.

Даже не смотря на то, что этот народ прожил в этих местах 80 лет, охотясь на гиб, они так и не заметили, что к процессу кровопускания не стоило относиться так беспечно. Стоило приложить больше усилий к тому, чтобы сделать мясо гораздо вкуснее. Ведь именно это стремление и приводит к тому, что кулинарные традиции людей из разных стран становятся такими уникальными.

Пока я размышлял об этом, кровь перестала течь.

Гиба так же прекратил биться в судорогах.

Животное умерло.

Я вознёс в своём сердце короткую молитву, благодаря его за то, что он обеспечит нас едой на ближайшее будущее.

Вся шкура гибы перепачкалась грязью, так что я как мог постарался отмыть её в реке, а потом повернулся к Ай Фа:

– Хорошо, перейдём к следующему этапу... Могу я всё-таки настоять на своём и доставить его домой целиком?

– Делай что хочешь. Главное — не повреди рога и клыки.

На лице Ай Фа было какое-то непонятное выражение. Не зная, то ли она заинтересовалась, то ли наоборот, я просто пожал плечами.

Проигнорировав её реакцию, я воткнул нож в брюхо гибе.

Нож был отлично заточен, гораздо лучше, чем тот, которым я пользовался в лагере. Стараясь не резать слишком глубоко, я вскрыл животному брюхо.

Нужно было удалить внутренние органы.

Не так уж и сложно, но нужно было помнить кое о чём. А именно — о том, чтобы не перерезать толстую кишку, мочевой и желчные пузыри. У всего этого был отвратительный запах, который мог полностью испортить всё остальное мясо.

Я провёл ножом до диафрагмы и начал доставать из брюха органы один за другим.

Прежде всего, тонкая и толстая кишка.

Затем последовали: потроха, печень, поджелудочная железа, лёгкие и сердце.

Как оказалось, внутренности гибы не отличались от кабаньих.

Последнее препятствие ожидало меня в нижней части туши.

Это был мочевой пузырь.

Не разорвать его. Осторожно. Осторожно.

...Хмм?

Под мочевым пузырём был ещё орган, который я никогда раньше не видел. Он уникален для гиб?

Я аккуратно его отрезал.

Два довольно крупных и твёрдых шара.

...Ох, ну да. Точно.

Это были яички.

Раньше-то я видел, как разделывали самку. У неё такого органа не было.

Я достал из гибы яички и положил их на камень, выражая им своё уважение.

С внутренними органами я закончил.

Когда я оглянулся, то Ай Фа по-прежнему стояла с удивлённым лицом.

— Похоже на какие-то шаманские ритуалы, о которых я слышала. Это всё обязательно делать лишь для того, чтобы съесть потом мясо?

— Это необходимо. Но к следующему этапу я здесь приступить не могу. Нужно как-то доставить тушу домой... есть идеи?

Ай Фа вздохнула:

— Подожди минуту.

И скрылась в лесу.

Пока её не было, я промыл речной водой брюшную полость гибы.

К счастью, в его шкуре не было клещей или чего-то подобного. Животное постепенно остывало, так что если на нём было что-то подобное, оно бы уже давно перепрыгнуло на моё тёплое тело.

— Вот, держи.

Ай Фа вернулась через пять минут и протянула мне прямую и длинную — с мой рост — палку. Странного тёмного цвета, с пеньками от недавно очищенных веток. Толщиной примерно с моё запястье.

— С дерева Крили. Она очень прочная.

— Ладно. И что с ней нужно делать?

Ай Фа невозмутимо присела возле гибы и достала из внутренностей своей накидки верёвку. Затем она обвязала конечности гибы и привязала их к палке из дерева Крили.

— О! А ты довольно умело это делаешь!

— Я просто повторяю за другими. Люди из больших семей используют этот метод, чтобы переносить туши целиком и после обрабатывать шкуры.

— Понял. А тебе разве шкура не нужна? Накидка, которую ты носишь, она ведь из шкуры гибы, верно?

— Для обработки шкуры требуются усилия многих людей... И это женская работа.

У меня на лице отразился вопрос: «Но ведь ты тоже женщина». Хоть я ничего и не произнёс вслух, Ай Фа всё равно раздражённо нахмурилась.

— Я могу обменять клыки гибы на уже выделанную шкуру. Поэтому вместо того, чтобы тратить время на что-то подобное, мудрее всего будет охотиться. Кроме того, я просто с голоду умру, если не буду ходить на охоту... У меня нет семьи, которая помогла бы мне с отделкой шкуры. Так что, будут ещё какие-то претензии?

— Нет у меня никаких претензий... Я просто подумал, что... Ты сказала, что обработка шкур — это женская работа. Тогда получается, что охота на гиб — мужская?

— Разумеется. Женщины не охотятся на гиб.

— Н-но ведь ты же женщина.

В конце концов, я не смог удержать язык за зубами.

— Я женщина, но прежде всего я глава дома Фа. Охоте я научилась у своего отца.

— Ясно.

Но о чём думал покойный отец Ай Фа, обучая свою дочь охоте на гиб?

В день, когда он умер, она нанесла оскорбление Диге Тсуну — довольно влиятельному человеку в поселении. Из-за этого же она не могла больше полагаться на кого-то ещё и жила одна. Но благодаря своему отцу она смогла выжить и продолжать охотиться без него. Он предвидел, что его дочери тяжело придётся после его смерти? Может, и так. А может, и нет.

Наверное... не стоит думать об этом слишком много.

Я ведь такой же — мой старик учил меня готовке с ранних лет. Но он всегда поощрял и другие мои интересы, твердя, чтобы я искал в жизни то, что интересно мне самому. Каждый родитель хочет, чтобы его ребёнок был всесторонне развит.

Но она...

В отличие от меня, у неё не было выбора.

Чтобы выжить, ей не оставалось ничего иного, кроме как охотиться на гиб, как делают мужчины.

И это несмотря на то, что она была такой доброй и красивой девушкой...

— ...Ты! Чего это ты на меня так странно вылупился?!

Ай Фа медленно встала.

В её кошачьих глазах разгорелся огонь, а смуглые щёки слегка покраснели.

— Слушай сюда! Ты нарушил смертельное табу. Я имею полное право выколоть тебе глазёнки. Но так уж и быть, поскольку ты спас меня в сложной ситуации, я забуду об этом. Ошибись ещё раз — и познаешь такую боль, какую ещё никогда не испытывал прежде. Уяснил?

– Ааа? О чём это ты? – я склонил голову набок и запаниковал. — И с-совсем я не вспоминал твоё обнажённое тело! Да за кого ты меня принимаешь?! Конечно, я похоронил этот дорогой образ в глубине своего сердца, но ты сама заставляешь меня вспомнить его снова!

— Шумный! Хочешь, чтобы я тебе ещё и язык отрезала?

— Аааааа! Всё, с меня достаточно, это глупо! Давай уже просто доставим этого гибу домой и дело с концом!

Стараясь чем-то отвлечь разгневанную Ай Фа, я присел возле туши гибы. И перед взглядом предстали горы внутренностей.

— Я бы хотел всё это приготовить, но у нас нет холодильника. А с моими текущими умениями я не смогу осилить все органы сразу.

— ...Ты серьёзно?

– Вполне. Есть ли ещё какая-либо часть гибы, кроме меха и костей, которую не едят? — спросил я и положил на плечо конец палки.

Хм. Как и предполагалось, 70-ти килограммовая тушка. Это действительно тяжеловато.

– Если на полпути начнёшь жаловаться, что устал, я просто брошу тебя и уйду домой одна.

Ай Фа подняла второй конец палки, и ноша на моём плече немного ослабла.

— Я готов усердно потрудиться, чтобы ужин тебе понравился. Ты сама-то как после того злополучного инцидента?

– Ты! Шумный! Хватит об этом вспоминать!

Хмм, похоже, случившееся повлияло на неё гораздо сильнее, чем я предполагал.

Хотя её навыки охоты не уступали ни одному мужчине, она всё же оставалась девушкой, и довольно юной. Ничего удивительного, что всё это как следует её смутило.

— В путь! Я приготовлю такой вкусный ужин, что ты забудешь обо всех своих проблемах! Ожидай с нетерпением!

Часть 2

— Отлично, приступим! — воскликнул я, стоя перед огромной тушей гибы.

Хмурая Ай Фа, сидевшая скрестив ноги и прислонившись спиной к стене, буркнула:

— Делай, что хочешь.

Думаю, она просто устала. Даже я был измотан. Во-первых, тащить эту тушу от реки было довольно тяжелой задачей. А нам ещё нужно было собрать листьев пико и дров, поэтому мы сделали крюк и ещё раз вернулись к реке. Впрочем, на этот раз ничего чрезвычайного не случилось. Когда мы закончили с работой, солнце уже вошло в зенит. Другими словами, с раннего утра и до самого до полудня, нам пришлось тяжело потрудиться. И это если не принимать во внимание нашу смертельную схватку с гигантским питоном.

Так как мы планировали охотиться на гибу днем, сейчас спешить смысла не было, поэтому я решил заняться тушей.

Я попросил Ай Фа развести в очаге огонь, и как только она справилась с этим, то просто плюхнулась на пол и стала грызть кусок высушенного мяса, как будто её уже ничего не волновало.

Поскольку я уже закончил с кровопусканием и вынул все органы, следующим шагом было снятие шкуры. В качестве рабочей поверхности мне отлично подошла как нельзя кстати подвернувшаяся поломанная дверь, которую я обнаружил в кладовке. В доме не было ничего похоже на стол, поэтому работать мне пришлось на полу.

Ну, на полу так на полу.

Перевернув гибу на спину, я подложил слева и справа от животного деревяшку, зафиксировав тушу. Начну с задних ног.

Я сделал круглый разрез на лодыжке довольно жёсткого копыта. Затем повёл ножом дальше к брюху. Кончик лезвия ножа с трудом справлялся с жёсткой шкурой. Да и слой жира между мышцами и шкурой был довольно толстый, сантиметра полтора.

Пусть это мясо и замечательное, но работать с ним гораздо не так уж просто. Будь это олень, я справился бы гораздо быстрее.

Ну, чего не сделаешь ради вкусного обеда.

Чтобы мех не повылазил из кожной ткани, жир должен оставаться на мясе как можно дольше. Наклонив кончик ножа так, чтобы он шёл параллельно плоти, я рывком потянул за шкуру и обнажил мясо.

К тому времени нож уже почти затупился — его лезвие было всё покрыто липким жиром. Поэтому, пришлось бросить его отмокать в качающийся железный котелок, наполненный кипящей водой. Жир сразу же начал таять. Это была одна из причин, почему снимать шкуру нельзя сразу же, на месте охоты.

Дома же под рукой всегда было множество необходимых в работе предметов кухонного обихода.

К тому времени комната уже наполнилась ароматом свежей вырезки.

Я вытер нож небольшим кусочком ткани, который мне дала Ай Фа, и вернулся обратно к работе.

Тем же самым методом я снял шкуру и с передних копыт.

Звучит просто, но с того момента как я начал, прошёл уже целый час. А я по-прежнему находился лишь в начале пути.

После того, как я закончил с четырьмя конечностями, пришла очередь торса.

Поскольку я уже вынул внутренние органы, то воспользовался уже имеющимся разрезом.

Однако поверхность торса была гораздо больше конечностей — работать с ней было сложнее. Мои руки скользили от жира, из-за чего я всё никак не мог твёрдо ухватиться за край шкуры.

Раз так, придётся сделать по краям отверстия, куда я могу всунуть пальцы, чтобы удерживать в них шкуру.

Так как шкура была довольно толстой, она не порвётся, даже если я стану тянуть изо всех сил.

Я ещё раз удалил с клинка жир и продолжил отделять шкуру от торса.

Когда я, наконец, закончил с правым боком, с меня градом катился пот.

По моим прикидкам прошло уже порядка двух с половиной часов. За окном всё ещё было светло.

— Фуух... Пожалуй, стоит сделать небольшой перерыв, — сказал я, кладя нож рядом с гибой, и бессильно плюхнулся на пол.

Я бросил взгляд на Ай Фа — она продолжала сидеть на том же самом месте, наблюдая за моими действиями. Её глаза были широко раскрыты, совсем как у ребёнка. Один взгляд на неё — и всю усталость как рукой снимало. Возможно потому, что её лицо обычно было довольно недружелюбным, такое выражение на нём было ещё более милым.

— ...А у тебя ловкие руки, Асута.

— Да, но это касается только готовки.

— И ты серьёзно относишься к работе.

— Да, но это тоже касается только готовки.

– ...Мясо гибы можно есть и так, не заморачиваясь. Почему ты так серьёзно относишься к такой бесполезной работе?

Я мыслил не настолько поверхностно, чтобы обижаться на её слова, поэтому ответил:

- Мне просто нравится есть вкусную еду. И готовить её для других тоже.

Я бы предпочёл, чтобы она выносила суждение о бесполезности всё-таки после того, как попробует мою готовку, а не заранее.

— Хорошо! Перерыв окончен!

Отдохнув, мне вспомнилось ещё кое-что, о чём нужно было позаботиться.

Голова — в ней тоже находилось некоторое количество съедобных органов. Например: рот, нос, глаза. Что затрудняло процедуру свежевания. Поэтому сперва нужно было разобраться именно с ней.

По этой причине, я приступил к процедуре. Я мысленно помолился, перед тем, как снять скальп с черепа гибы: "Я сделаю из тебя вкусное блюдо!".

После чего вонзил нож прямиком под нижнюю челюсть. Клинок продвигался труднее, чем когда я выпускал из животного кровь, видимо, это трупное окоченение... Да ещё и кровь потекла.

Тут уж ничего не поделаешь. Всю кровь во время кровопускания выпустить очень трудно, к тому же, я всего лишь новичок. Я был всего-навсего учеником повара, который полагался на воспоминания трёхлетней давности. Сделать все идеально — это не то, что можно было бы требовать от начинающего.

Мне только однажды доводилось принимать участие в свежевании дикого кабана. Тогда мне было семнадцать, и моим инструментом был лишь охотничий нож. Никакой рабочий поверхности — я просто распластался на земле, стараясь резать ровно.

Может быть, Ай Фа посмеялась бы надо мной, но это было очень познавательно. Пусть каждый уголок моего тела был пропитан потом и животной кровью, я чувствовал себя живым. Конечно, некоторые могут подумать, что у меня странные увлечения. Но правда в том, что я ненавижу тех, кто издевается над животными и занимается разделкой просто ради развлечения. Для меня эта работа. Я занимаюсь этим потому, что мне нравится готовить еду.

Я рос, наблюдая за отцом. Когда я поступил в младшую школу, то уже вовсю помогал ему с закусочной. Возможно, я не могу с уверенностью сказать, что этот путь я выбрал самостоятельно, но мне не на что жаловаться.

Папа любил с улыбкой повторять: «Найди себе ещё какое-нибудь интересное занятие, помимо готовки. А если не сможешь, тогда тебе не останется ничего другого, кроме как унаследовать семейный бизнес».

Я и в старшую школу пошёл, помня об этом.

Но... я всё равно проводил всё свободное время на кухне.

Мне нравилось это занятие, так что не было причин искать что-то ещё.

«Однажды, я стану поваром, как мой отец», — это все, о чем я тогда думал.

– Ух... как я и думал, это трудно.

Наполовину закончив с шеей, я налил себе стакан воды из кувшина. Я настолько вспотел, что обычная вода комнатной температуры показалась мне божественным избавлением.

Обратная сторона лезвия представляла собой зазубренную пилу, которую использовали для извлечения клыков и рогов, поэтому ею я и спилил шейные позвонки.

Когда я трудом справился с этой задачей, свежеотрубленная голова упала на пол. Немного подумав, я подобрал ее и снял небольшую часть кожи: вокруг шеи и челюсти. Скорее всего, в ней были и другие съедобные части, но мне о них было неизвестно. Жаль, что я не расспросил того охотника обо всём подробнее.

Покончив с этим и перевернув гибу на живот, я начал сдирать шкуру с левой части туши.

Спустя некоторое время работа, наконец, была закончена.

Тут и там я проделал немало дыр, но мнё всё-таки удалось снять шкуру полностью.

Гиба был довольно крупным — полтора метра в длину и весил 70 кг, так что это был настоящий шедевр. По всей туше проглядывались прослойки жира, можно сказать, это была белоснежная груда мяса. Огромный "безголовый" стейк.

Уже и не определишь, что это за животное было раньше. Впечатляющее зрелище. Но не время упиваться моментом. Остался ещё один, последний рывок — разделка туши.

Я перевернул гигантскую тушу обратно на спину и первым делом погрузил кончик ножа в тазобедренный сустав, разрезав от промежности до задней ноги. Если сделать достаточно глубокий надрез, то суставы можно вывернуть в другую сторону.

С глухим звуком, берцовая кость отошла от таза. Оттуда показался белоснежный хрящ. Отрезав оставшиеся сухожилия и мышцы, я оттянул их, и мясо стало легко отслаиваться.

Снова пустив в ход нож, у меня получилось отделить правую заднюю ногу.

Довольно тяжёлая. Потянет где-то килограмм на десять.

Вслед за ней, настало время левой конечности, а затем и передних двух.

Их суставы не были присоединены к тазу, поэтому ноги легко было отделить небольшим надрезом, сделанным чуть выше.

Теперь самое важное.

Мои внутренние часы уже давно сбились, но мне показалось, что солнце стало уже немного оранжевым.

С тех пор, как я взялся за работу, прошло примерно четыре с половиной часа.

— ...О, точно! Ай Фа, у тебя есть пила? — когда я повернулся к ней, она сохраняла каменное выражение лица. Никакого удивления на нём, к сожалению, не было.

Впрочем, она не пыталась прожечь меня взглядом — и на том спасибо.

— Ты спала? Извини, что разбудил.

— Ничего я не спала! Стала бы я ложиться засветло!

Ну и зачем тогда злиться?

Ай Фа надулась и исчезла за дверью, ведущей в среднюю комнату. В ней хранилась посуда и разная другая кухонная утварь.

Вернулась она с тридцатисантиметровым клинком в руке. Пока он был в ножнах, его было не отличить от любого обычного ножа. Но разница стала очевидной, когда я его обнажил — это определённо была пила. Пять сантиметров в ширину, примерно пять миллиметров в толщину. Металл был толще, чем в привычных мне пилах, но всё нормально. Наверное, жители Морихена с помощью таких вот инструментов и построили свои дома.

— Я почти закончил. Подожди ещё немного.

— Хмпф, — ответила она и отвернулась.

Что это значит? Женскую логику мне никогда не понять.

Как бы там ни было, я продезинфицировал лезвие в кипящей воде. Наступал кульминационный момент разделки.

Я собирался распилить хребет пополам.

Не на верхнюю и нижнюю половины — а вдоль. Это называется: «продольный разрез».

Как только я это сделаю, со всем остальным будет справиться гораздо проще... Этому меня обучил тот охотник.

Животное было большое, так что тут лучше бы подошла электрическая пила. Но её, увы, не предвидится — в этом мире нет электричества, а любой физический труд приходится выполнять самостоятельно.

Я приступил к работе.

Чего и следовало ожидать, последний этап — самый трудный.

Я приседал и извивался с пилой в руках, из-за чего сразу же пожалел. Пила была острой, но я никогда не увлекался плотничеством, поэтому управляться с лезвием было непросто. Ещё и слой жира постоянно мешал. Время от времени я очищал клинок, и спустя три таких подхода... я, наконец, закончил. Это заняло около часа. Я разделил позвоночник, убрал одно за другим рёбра и почти идеально отделил мясо в области поясницы.

Теперь, наконец-то...

– …Конец! — выпалил я, распластавшись на полу, а затем резко вскочил.

Работа закончилась, но мне ещё много о чём нужно было позаботиться.

— Я столько времени потратил на разделку... Нужно немедленно замариновать мясо в листьях пико, чтобы оно не испортилось.

Я попросил Ай Фа о помощи, и мы закопали мясо в горе специй. Из 70-ти килограммовой туши мне удалось отделить где-то 40-50 кг.

Ну, неплохо, как для ученика повара.

– А-а-а, я так устал! Рук просто не чувствую!

Я, наконец, мог упасть на пол и вытянуть руки и ноги. Солнечный свет, до этого пробивающийся через окно, уже сменился сумерками.

С раннего утра до самого вечера. Думаю, я трудился где-то 5-6 часов.

«Интересно, в этом мире в сутках тоже 24 часа?», — такая мысль промелькнула в моей усталой голове.

— ...Эй, а с этим что будешь делать? — окликнула меня Ай Фа, и я обернулся.

Она стояла возле плиты, широко расставив ноги. Рядом с её ногами на сломанной двери была пополам сложена большая шкура, лежал череп гибы и груда костей.

— А, точно. Жаль, конечно, но кости придётся выбросить... Что ты обычно делаешь со шкурой? Даже если ты берёшь только ноги, ты ведь всё равно снимаешь с них шкуру, верно?

— Я срезаю жир, а остальное выбрасываю.

— Значит, выбрасываешь... Довольно расточительно. Другие семьи ведь обрабатывают шкуры, верно? Может, отдаёшь её кому?

— Ведение дел со мной равносильно открытому вызову клану Тсун. Никто не станет рисковать из-за какой-то шкуры.

— Тц, какие мелочные люди... А жир можно использовать как топливо, верно? С ним ты что обычно делаешь? — стоило мне сказать это и попытаться подняться, как Ай Фа холодно меня остановила.

– Не вставай. Измотанный помощник только прибавит хлопот. Просто лежи.

— Но...

— Жиром я займусь сама. И клыки с рогами тоже отрежу. Это моя работа, а твоя — готовить ужин. До тех пор отдыхай.

Хоть она и сказала это холодным тоном, но само её предложение было более чем привлекательно.

Тяжело работая с самого утра, сейчас я буквально валился с ног. На самом деле, даже мои веки казались невероятно тяжелыми.

— Ты действительно очень милая... — то ли вслух, то ли нет сказал я. Вполне возможно, что это был просто голос моего сердца — я уже практически ничего не соображал и медленно уплывал в царство снов.

Часть 3

Когда я проснулся, снаружи уже стемнело.

Ай Фа засветила подсвечники от огня в очаге и одарила меня пронзительным взглядом.

— Проснулся, наконец? А я уж было решила вылить на тебя ведро воды, чтобы ты прекратил разлёживаться.

— Не стоит заходить так далеко... Сколько часов я проспал?

Безмолвно наклонив голову, девушка подбросила дров в огонь.

Возможно, людям Морихена не была знакома концепция измерения времени в часах и минутах? Когда солнце поднималось — они вставали, когда солнце садилось — они ложились спать. Весь их распорядок жизни был подчинён природе.

— Я избавилась от костей, а разделочную доску помыла... Теперь я голодна.

— Понял. Теперь моя очередь приниматься за работу.

В разделении труда нет ничего плохого, поэтому я в приподнятом настроении направился к комнате хранения продуктов.

Мне понадобится 6 псевдолуковиц.

4 псевдокартофелины.

А ещё задняя нога гибы — её я положил на нечто, по виду напоминающее лист каучукового дерева. И, конечно же, мясо было первой свежести. То самое, которое мы добыли сегодняшним утром. По логике вещей было бы правильнее воспользоваться тем, что уже хранится некоторое время, но я хотел приготовить Ай Фа просто изумительный ужин. И для этого мне нужны были самые лучшие ингредиенты.

— Это стандартная пропорция овощей на день?

Знает ли Ай Фа, что такое «пропорция» — неизвестно, но она ответила:

— Мы умрём, если будем питаться одним только мясом.

Безусловно, любому человеку жизненно необходимо сбалансированное питание.

Однако я всё ещё не мог разобраться с методом обработки этих овощей. (Ну... я просто сделаю всё, что в моих силах, чтобы не облажаться.)

Затем я сполоснул большую, заменяющую горшку с водой крышку, и положил сверху гибью ногу.

И... моя рука сама собой потянулась к ножу Сантоку.

Этот нож — символ души моего старика.

Сжав в руке его чёрную рукоять, я достал его из ножен.

Клинок был длинным — примерно 21 см. И хотя он служил уже в течение 20 лет, его лезвие было всё таким же прямым и острым. На его кромке были выведены два слова: «Закусочная Тсурумия».

Отец... Позволь мне воспользоваться этим ножом.

Я вонзил клинок в мясо. По сравнению с простой свининой, оно было гораздо более жёстким. Но нож Сантоку прошёлся по нему так, словно это был просто кусок масла.

Я радостно наблюдал, с какой лёгкостью острейший клинок отделяет мясо от кости.

Сверху мясо было покрыто тончайшим слоем жира, а в глубине было густого красного цвета. Чтобы не затупить лезвие о кость, я старался резать как можно дальше от неё. На этот раз процесс был гораздо более тонким, чем раньше, и требовал больше внимания.

И хотя оно жёсткое, это было сырое мясо — его не получится нарезать слишком уж тонко. С моим текущим уровнем навыков у меня выходило 7-8 мм в толщину, это был мой предел. Но для рагу этого хватит.

Отрезав где-то пятьсот грамм, я отнёс остаток обратно в кладовую. После чего снял с кости оставшиеся мясо. Этого должно хватить на двух человек.

— А, точно! Я ведь ещё самого важного не знаю. Ай Фа, у тебя дома есть ещё какие-нибудь приправы?

Девушка, которая всё это время внимательно наблюдала за каждым моим движением, посмотрела на меня с сомнением:

— Для еды достаточно гибы, арии и пойтана. Если есть их друг с другом, то не заболеешь.

— Хорошо, но разве от тебя не пахнет чем-то ещё? Не могу точно сказать, что это: цветы, фрукты или травы. Но ведь должно быть ещё что-то, верно? — когда я закончил говорить, она густо покраснела.

— Асута. Я хотела сказать это ещё вчера. Хватит так странно описывать мой запах.

— Но почему? Это ведь просто комплимент! От тебя действительно очень приятно пахнет.

— Но я не смогу принять его, если ты будешь продолжать пытаться меня съесть!

Ай Фа положила на шею ладонь и хмуро встала. Под её пальцами всё ещё можно было разглядеть след от укуса.

Я почувствовал лёгкое смущение.

Ай Фа широкими шагами исчезла в кладовке, а через некоторое время вернулась, неся что-то в руках.

Это был круглый литровый глиняный сосуд и свёрнутый в шар лист псевдокаучукового дерева.

— Фруктовое вино и соль.

— Сооооль! — вырвалось у меня, и Ай Фа сердито на меня взглянула.

— Я использую соль, чтобы вялить мясо. Чтобы столько выменять, нужно отдать один рог гибы.

Девушка раскрыла лист, и в этот момент у меня в голове заиграли фанфары. Взгляду предстали красивые синие кристаллы. Вероятно, это каменная соль.

Мне доводилось раньше видеть розовую и жёлтую каменную соль, но и про существование голубой я тоже слышал.

Я соскрёб немного ногтем и попробовал, после чего у меня во рту взорвался яркий солёный вкус. Он показался мне просто божественным — видимо, я настолько пропотел за день, что организм испытывал острый соляной дефицит.

— ...Соль ценная. Не трать её впустую.

— Конечно! А это фруктовое вино?

Откупорив сосуд, плотно заткнутый деревянной пробкой, я тут же почувствовал отчётливый аромат винограда с сильным горьковатым привкусом.

— Дай сюда, — она вырвала у меня из рук сосуд, сделала большой глоток и протянула обратно.

— Эм, кстати говоря... а тебе сколько лет, Ай Фа?

— Семнадцать, — ответила она, облизнув уголок губ.

Дико и сексуально.

— Ясно, мне тоже. Получается, мы одногодки... Вино тоже ценное?

— Если я покупаю всё необходимое, и у меня остаётся немного денег, я обмениваю их на фруктовое вино. Мне не нравится хранить деньги в поселении... поэтому я стараюсь их тратить. Но самое ценное — это соль и ингредиенты для еды, остальное не так уж и важно.

— Хорошо. Думаю, и фруктовому вину найдётся применение... Но всё это не имеет ничего общего с тем ароматом, что исходит от тебя.

— Ну и не знаю тогда! Кроме этого, я прикасаюсь только к фруктам, отпугивающим ядовитых насекомых, а ещё травам для вяления мяса!

И почему она всегда так злится?

Ну, пока что и этого достаточно. Самое главное, что теперь у меня есть соль!

— Ай Фа, можешь ещё раз одолжить мне свой нож?

Девушка хмуро отдала мне свой клинок, и я соскрёб оставшееся на кости мясо.

С подготовительным этапом закончено.

Мясо с ноги — 500 грамм.

Мясо с костей — ещё 400 грамм.

6 псевдолуковиц.

4 псевдокартофелины.

Горсть высушенных листьев пико с запахом чёрного перца.

И каменная соль.

Это сегодняшние ингредиенты.

Я начал с того, что под руководством Ай Фа перемолол соль и засыпал целую её ложку в кипящий котелок.

Пока что меня всё устраивает. Даже одной ложки будет достаточно, чтобы вывести вкус блюда на совершенно иной уровень.

Как и прошлой ночью, котелок был заполнен водой ровно наполовину. Много это или мало — не знаю, придётся выяснять методом проб и ошибок.

Затем я закинул туда около 900 грамм мяса. Белые и красные кусочки затанцевали в кипящей воде.

— О, Ай Фа! Пока что не нужно подкидывать больше дров, — остановил я её.

Она уже подходила к печке, но в последний момент обернулась, вопросительно на меня посмотрев:

— Если мясо не проварится, оно будет жёстким.

— Да-да. Поэтому я и планирую потушить его на медленном огне.

Вчера Ай Фа варила его на большом огне 20 или около того минут. И, хоть оно и разварилось, по текстуре больше напоминало резину.

Мясо диких кабанов становится мягче при длительном кипячении на медленном огне. В этом его главное отличие от свинины, выращенной на фермах.

— Увааа, начинается!

Спустя несколько секунд после того, как мясо оказалось в воде, наверх поднялся густой слой пены и пузырей, который я убрал черпаком и вылил на заранее приготовленную тарелку.

Вероятно, всё дело в жире — пены было гораздо больше, чем вчера.

Точно... если я правильно припоминаю, той ночью мы ели мясо с бедра. Оно было красным и почти без жира.

Что у гибы, что у кабана — у них на бёдрах между мясом и кожей почти нет жира. А тот, что есть, Ай Фа видимо срезала специально.

Кабанье мясо без жира абсолютно не подходит для рагу (а значит, и мясо гибы тоже). Скорее всего, именно поэтому оно так напоминало резину.

— Ладненько, главная проблема заключается в том, что мне делать со всем этим?

Закончив с пеной, я накрыл котелок крышкой и оставил его покипеть некоторое время.

Присев, я проверил огонь, а затем повернулся к овощам.

— Псевдолук... нет, это называется ария. С ней более-менее всё понятно. А вот псевдокартошка... пойтан? Что это вообще конкретно такое?

— ...Пойтан — это пойтан. — Ай Фа опять сидела спиной к стене и подперев рукой щёку. На её лице было уже привычное хмурое выражение. — Два пойтана и три арии. Их нужно есть вместе с покрытым порошком из листьев пико мясом гибы. Это мудрость, которую мы обрели, прожив в Морихене восемьдесят лет.

— Хм... Кстати, а какая средняя продолжительность жизни обычного морихенца?

— Средняя продолжительность жизни? Если ты спрашиваешь, как долго живут люди Морихена, то по-разному. Многие погибают на охоте от нападений диких зверей, а не от болезней или старости, — опустила взгляд на пол Ай Фа.

Возможно, в этот момент она вспомнила об отце.

— Ещё... некоторые умирают от голода или несчастных случаев в лесу. Остальные могут прожить и 60 лет, и даже больше. Самой старшей из людей Морихена, Джибе Ву, уже больше восьмидесяти.

— Хм... В сравнении с моим миром, люди здесь живут довольно долго.

На смуглой коже девушки играли отсветы пламени очага. У неё было несколько белых шрамов, но её кожа всё равно выглядела очень гладкой.

— Хммм, — протянул я и потянулся пальцем, желая проверить, так ли это на самом деле.

В следующее мгновение я получил удар кулаком по макушке.

— Прости-прости! Ты выглядишь такой гибкой и подтянутой. Думаю, твоим мускулам бы позавидовал любой спортсмен.

Чтобы развеять тягостную атмосферу, я начал нести разные глупости, но явно завернул куда-то не туда. На лице Ай Фа немедленно появилось угрожающее выражение, больше подходящее вышедшей на охоту дикой кошке.

— Нет, ну то есть, я просто хотел сказать, что ты выглядишь такой здоровой! По крайней мере, в твоём рационе нет ничего вредного.

Это хорошо, что местные жители понимали необходимость потребления овощей каждый день.

— Хмм, пусть это будем моим домашним заданием! К завтрашнему дню я обязательно научусь, как правильно готовить пойтан! А сегодняшний пусть будет целиком посвящён мясу гибы.

В глазах Ай Фа все ещё читалась ярость, поэтому я поскорее вернулся к плите.

Убрав новую пену, я подкорректировал огонь, чтобы он не был очень слабым. Это заняло некоторое время.

— ... Я голодная. Когда уже можно будет поесть?

— Хм? Ещё где-то 60-90 минут... это где-то в 3-4 раза дольше, чем вчера.

Ай Фа ошеломлённо распахнула глаза и разочарованно вздохнула.

— Извини, я тоже проголодался... Нужно было начинать приготовления к ужину сразу после разделки.

— ... Я сама сказала тебе отдохнуть. Тебе не за что извиняться, — серьёзно ответила Ай Фа.

Почему-то она погрустнела. Она настолько проголодалась? Ну, это даже к лучшему. Ведь пустой желудок — лучшая приправа!

Если ей не понравится мое блюдо, я искренне признаю свою некомпетентность.

Выиграю я или проиграю? Всё решится примерно через час.

Часть 4

– Ну что, готово!

По моим грубым прикидкам прошёл час и двадцать минут с тех пор, как я забросил мясо в котелок. И теперь, наконец, можно было объявить о его готовности.

Все это время мне приходилось убирать пену, следить за огнём, проверять жёсткость мяса и одновременно отвлекать голодную Ай Фа разговорами о всяком разном.

...Это были счастливые, но иногда и грустные 80 минут.

По всему дому витал чудесный аромат.

Сейчас запах, исходивший из бурлившего на огне котелка, чувствовался намного сильнее, чем вчера вечером. Наличие на мясе жирка, как я и предполагал, сыграло огромную роль.

Но всё это пустяки. Главное — это то, что теперь наконец-то можно утолить голод!

— Прости за ожидание и не стесняйся просить добавки.

Помешав черпаком содержимое котелка, я наполнил тарелку и передал её Ай Фа.

В конце концов, я решил не закидывать в котелок местную псевдокартошку, также известную как пойтан.

Но спустя час после начала готовки я добавил тонко порезанный псевдолук (также известный как ария) и чёрный перец — листья пико.

Но даже так бульон получился довольно густым — тарелка, полная полупрозрачной похлёбки, так и просилась поименовать её не «Рагу из Гибы», а скорее «Мясным гиба-супом».

Если подумать, то это блюдо действительно представляет собой мясной бульон, приправленный только солью и специями. Вместо «тушёного мяса» его действительно будет уместнее именовать именно «супом». А суп луком не испортишь. Вот если бы ещё пойтан был похож на картошку не только внешне, но и по вкусу...

В любом случае, я с гордостью представил своей хозяюшке блюдо, которое втайне назвал  «Мясным гиба-супом».

– ... без пойтана выглядит странно, — сказала Ай Фа, подозрительно принюхиваясь к содержимому тарелки.

То, что она приготовила вчера, тоже пахло очень вкусно. Не время расслабляться.

Налив и себе порцию, я сел напротив девушки.

— Это моя экспериментальная работа номер один. На самом деле я не очень в ней уверен. Я планирую использовать это блюдо в качестве фундамента для будущих исследований. Пожалуйста, попробуй и честно скажи, что ты о нём думаешь.

— Вкус не имеет значения. В моих словах не будет смысла.

– Понял-понял... Приятного аппетита.

Ай Фа закрыла глаза, поднесла палец левой руки ко рту и провела им прямую линию вбок, тихо что-то проговорив себе под нос.

Вероятно, это какой-то обряд, который в этом мире совершают перед едой. Хотя не помню, чтобы она так вчера делала. Но что бы это ни было, я не возражал. Ведь отсутствие фразочек вроде: «приятного аппетита» и «спасибо, было очень вкусно» может заставить любого повара упасть духом.

Ладно, хватит тянуть, время пробовать!

Я зачерпнул полную ложку супа.

В бульоне отчётливо можно было различить чёрный порошок специи листьев пико.

И вид, и запах блюда находились на высшем уровне.

Но пока что особой разницы с блюдом Ай Фа не наблюдается.

Я уже несколько раз пробовал бульон во время готовки, но мне был интересен конечный результат. Наполнившись надеждами, я сунул ложку в рот...

И это был успех. Очень вкусно!

Это самый простой суп, без мисо и соевого соуса. Его наполнял только уникальный вкус мяса гибы и листьев пико. Приправ было мало, но вкус и аромат всё равно вызывали желание съесть ещё.

Около трети воды, которую я залил в кастрюлю, испарилось. И суп получился довольно наваристым. Похоже, не добавлять много воды было верным решением — блюдо было невероятно богатым на вкус.

Главную партию в нём играло мясо гибы.

До этого я только проверял его готовность деревянной палочкой, поэтому ещё не пробовал.

Первым мне попался кусочек мяса бедра, а не та часть, что я срезал с кости. Он был окрашен в цвет слоновой кости, а белый жирок миленько колыхался при малейшем движении.

Я порезал мясо с бедра кубиками со стороной 4см и толщиной 5мм. Как только я начал его жевать, то сразу почувствовал его невероятную нежность. Текстура оказалась гораздо мягче, чем я ожидал. Но жевать его всё равно было не так просто. Жир был желатиноподобной текстуры, отчего бодрящий вкус блюда очень быстро распространялся по всему рту.

Ах... как я и думал, это высококлассный ингредиент.

У меня не было времени как следует замариновать мясо, но его вкус не уступал жаркому из дикого кабана, которое я ел три года назад.

И конечно, такой результат был плодом моих тяжёлых усилий в разделке, на которую я потратил столько времени. Да и день выдался непростым — я практически умирал с голоду. Но даже так... это не умаляет достоинств этого блюда.

Из-за отсутствия приправ вкус мяса дикого животного чувствовался очень отчётливо... В каком-то смысле, это и было истинной ценностью охоты...

Может казаться небольшой наглостью, что я так размышляю, несмотря на то, что в своей жизни пробовал не так уж и много дикого мяса. Но это просто моё мнение.

Я попробовал и арию, и она идеально сочеталась со всем блюдом, как я и ожидал.

Когда я зачерпнул ложкой всё сразу: и бульон, и мясо, и арию, то ещё глубже ощутил вкус блюда. Лук (ну, не совсем лук) был чуть сладковатым, а не пряным. Он совсем не перебивал вкус, даже улучшал его.

Хмм, очень даже неплохо для первого раза, как по мне.

Подумав так и подняв глаза от тарелки, я увидел Ай Фа — она по какой-то причине встала на ноги, держа в руках свою тарелку.

Со своим вечно серьёзным лицом, не сказав ни слова, она тихо направилась к котелку.

Она уже управилась со своей порцией?

Я рад, если у нее хороший аппетит, но меня волновало, распробовала ли она блюдо.

Налив себе в тарелку ещё два половника, она вернулась на прежнее место, даже не взглянув на меня.

К тому времени я уже не мог сдержать свою обеспокоенность.

— Ну как тебе? Думаю, получилось очень недурно.

Отхлебнув, Ай Фа смущённо наклонила голову в сторону.

– Что...? Я же сказала, что моё мнение бессмысленно.

— Может, и так... но всё равно...

Я почувствовал, как во мне поднимается какое-то странное чувство, ища выхода. Даже мурашки побежали по коже.

Что же это было: злость, огорчение, грусть, нетерпение?.. Точно сказать не могу, но явно что-то «негативное».

— П-просто чтобы убедиться. Я потратил столько времени на готовку, а ты хочешь сказать, что всё это... было зря?

На лице Ай Фа отразилось ещё больше смущения.

Затем она резко перевела взгляд обратно в свою тарелку.

Оранжевые языки пламени отбрасывали танцующие тени от ресниц на её щёки.

Что же делать?

Моё сердце забилось быстрее. У меня появилось плохое предчувствие.

— ...Для меня не имеет значения вкусная еда или нет. Пища — это просто средство выживания.

— Хм...

— Поэтому когда ты спрашиваешь моего мнения, мне трудно тебе ответить. Я не знаю, как это правильно выразить словами.

— Хм... Понятно.

— Единственное, что я могу тебе сказать... — Она медленно подняла взгляд от тарелки. Её чарующие голубые глаза смотрели прямо на меня. — Наверное, это и есть то, что называют «вкуснятиной». — Из её розовых губ медленно вылетели эти слова. — Это приятно... комфортно... радостно. Так себя чувствуют люди, когда едят что-то вкусное?

Я утратил дар речи.

Ай Фа слегка нахмурилась.

— Теперь я понимаю, почему ты вкладываешь душу в приготовление пищи и становишься до глупого серьёзным... Думаю, что понимаю. Может быть, это слегка самонадеянно с моей стороны, но я не собираюсь смеяться над твоими усилиями.

— Ай Фа...

— Не могу подобрать нужных слов. Но я думаю, что ты делаешь всё правильно.

А затем... совсем слегка, но кончики прекрасных губ Ай Фа растянулись в лёгкой улыбке.

— Поэтому не делай такое лицо. Это блюдо вкусное.

Кивнув в ответ, я молча вернулся к еде.

В голове был полный сумбур. Скопившаяся во мне тревога исчезла, но на этот раз к моей шее прилила кровь, а по спине пробежался холодок.

Даже дыхание спёрло. Может быть... я был невероятно счастлив? И резкая перемена настроения заставила мои эмоции пуститься в пляс?

Глубоко в глубине души я страстно хотел, чтобы Ай Фа признала мои кулинарные навыки. Сила этого желания была больше, чем мне казалось.

Ай Фа — единственный понимающий человек, которого я встретил в этом мире.

Она заботилась обо мне и помогала, поэтому я хотел получить её признание.

И пусть снаружи она холодна, эксцентрична, прямолинейна и слишком уж по-мужски неотёсанна. Но она была самым великодушным человеком из всех, кого мне приходилось встречать. Возможно, глубоко в её сердце зияла рана, и она старалась жить, ни от кого не завися. Сильная, красивая, храбрая и изящная. Я надеялся, что однажды... она по-настоящему примет моё существование.

Проклятье... Я способен на большее!

Почему-то во мне воспылал соревновательный дух, поэтому я вгрызся в кусок мяса гибы.

Мой бой ещё не окончен!

Переполненный новой решимостью, я уставился на своего следующего врага — псевдокартофель, сложенный кучкой возле плиты.

Интерлюдия: Утро в Морихене

Интерлюдия

Утро в Морихене

Люди Морихена — ранние пташки.

Они просыпаются с восходом солнца и сразу же приступают к работе.

Необходимый объём работы варьируется, но если нет ничего более важного, то сначала они начинают уборку после вчерашнего ужина.

Они складывают посуду, кухонные принадлежности и скатерть в железный котелок и идут мыть всё это к источнику. Почему они делают это утром, а не сразу после еды? Потому что, хотя в поселении и относительно безопасно, с наступлением ночи всегда остаётся риск столкнуться с каким-нибудь диким животным.

Гибы осторожны и, как правило, не выходят из леса, если только не проголодаются. Ну а если проголодаются — жди беды. Тут пострадают не только морихенцы, но и фермы территории Геноса, которые простираются на запад.

Но и кроме гиб здесь есть, кого опасаться. Это и манто, падальщики, похожие на огромных крыс. И всевозможные ядовитые змеи и скорпионы. Больших хищников, которые бы охотились на людей, здесь нет, но если укусит даже такая мелочь, то можно серьёзно заболеть и не вылечиться вообще.

По этой причине посуда моется утром, на ближайшем к дому источнике.

Один из маленьких притоков реки Ранто находится в десяти минутах ходьбы от дома Ай Фа. Он небольшим водопадиком стекает со скалистых утёсов и дальше уходит в лес.

Горшки и остальная кухонная утварь моется чем-то вроде щёток, сделанных из высушенного, затвердевшего и обработанного меха гибы. Посуда может быть довольно жирной, но стоит потереть её таким мехом, и она становится гладкой и чистой.

Здесь же и стираются, если остаётся свободное время. А ещё набирают питьевую воду.

Чтобы носить тяжёлые ёмкости, жители Морихена пользуются приспособлением, которое называется «Тяговая доска».

Как следует из названия, это большая доска, предназначенная для переноски грузов, покрытая с одной стороны жёсткой щетиной и обмазанная твёрдым жиром. Сплетая лозы в верёвки, они закрепляют их на доске и делают ручки. Кроме того, доску можно просто тащить по земле, перекинув через плечо верёвку.

Поскольку нижняя поверхность доски хорошо смазана жиром, трение значительно уменьшается, что снижает нагрузку. Но несколько полных ёмкостей с водой весят никак не меньше 100 кг, так что тянуть всё равно довольно тяжело.

Но все, кого я обычно встречаю у источника — женщины. Большинство из них средних лет, с крепким телосложением — не то, что у меня. Но есть женщины и постарше, и совсем маленькие девочки. И даже они тянут доски без малейшего намёка на усталость. Могу сказать с уверенностью, что самый усталый среди них — это я.

«Какой слабак», — конечно, именно это бы и сказала моя горячо почитаемая хозяйка.

Кстати, раннее утро у источника — отличный момент пообщаться с людьми из других семей. Но, как я и ожидал, никому не хочется связываться с Ай Фа. Её просто приветствуют, но никто и никогда не заводит разговор. Впрочем, мы на это особо и не рассчитываем, когда идём туда. В конце концов, дом Тсун — главный клан Морихена. Никому не хочется навлекать на себя их гнев.

Вдобавок ко всему, теперь рядом с ней ещё появился и какой-то слабак, наряженный в белую поварскую униформу и футболку. Я слишком сильно выделяюсь, так что я бы не удивился, если бы местные жители из-за меня стали смотреть на Ай Фа с ещё большим подозрением и враждебностью...  но, к моему удивлению, этого не произошло. Все просто поглядывали на меня издалека, но старались не встречаться со мной взглядом.

Немного не в тему, но все женщины одеты примерно так же, как и Ай Фа. Видимо для того, чтобы не слишком выделяться, их одежда в основном тёмно-зелёного и коричневого цветов. Но зато украшена сложным спиральным узором, который придаёт ей по-этнически модный вид.

Замужние женщины оборачиваются большим куском ткани, скрывая своё тело от груди и до колен.

А те, кто ещё не вышел замуж, одеваются как и Ай Фа, скрывая только грудь и талию двумя отдельными отрезами ткани.

И конечно, никто из женщин не носит меховую накидку и длинные клинки на талии. Выходя из дома, Ай Фа всегда берёт с собой ещё короткий нож. У многих молодых девушек тоже есть ножи — даже если они не охотятся на гибу, у них было довольно широкое применение: от сбора трав до обрезания лоз на верёвки, очень практичный инструмент.

У всех в Морихене смуглая кожа, меняется лишь цвет глаз и волос. Но светло-каштановые волосы и голубые глаза здесь встречаются наиболее часто. Но я видел и рыжих, и брюнетов, и людей со светлыми волосами, как у Ай Фа. Полагаю, здесь есть и женщины с тёмно-карими или коричневыми глазами, но все они стараются держаться от меня подальше, так что точно сказать не могу.

Но я не видел никого, у кого была бы жёлтая кожа, как у меня.

Как бы там ни было, закончив работу у источника, все идут заниматься домашними делами.

Для нас это забота о клинках. Мы проверяем состояние лезвия и рукояти. Если необходимо — ремонтируем. Точильный камень в этом мире похож на обсидиан, чёрный и блестящий.

После этого мы проверяем состояние еды в кладовке.

Следить за свежестью арии и пойтана очень важно, но самое главное —  следить за мясом гибы.

Чтобы убедиться, что оно не испортилось, я плавно отодвигаю в сторону листья пико. Это тоже очень важно, потому что листья абсорбируют лишнюю влагу с мяса, так что их верхний слой необходимо перемешивать хотя бы раз в день, иначе они потеряют свои свойства.

Как и сырое, вяленое мясо тоже хранится под слоем листьев. Мы отрезаем необходимое количество на завтрак и, жуя эту резинку на ходу, отправляемся в лес.

В то утро моей целью было собрать травы и дров, а так же искупаться.

К тому времени солнце уже поднялось довольно высокого.

Значит, когда я впервые переночевал у неё дома, Ай Фа ещё до рассвета выполнила всю домашнюю работу, а после собрала вещи, необходимые для раннего похода в лес, и стала будить меня.

А я в ответ совершил тот опрометчивый и грубый поступок. И хотя я был тогда полусонный, мне до сих пор стыдно. И когда я извинялся, она ударила меня по ноге. 3 раза. Это было очень больно.

Как бы там ни было, мы направились в лес — сперва вниз по течению реки Ранто, я собирался там искупаться.

Вы не ослышались, искупаться.

Хотя сначала нападение огромной змеи мадарамы, а после ещё и гибы сильно поколебали мою решимость, оставив глубокую рану, моя дорогая хозяйка сказала: «Такое случается редко». Но всё равно мне, слабому человеку из другого мира, стоит опасаться неприятностей.

Кстати говоря, мадарама — природный враг гибы. Из-за того, что змеи царствуют в горах, гибы вынуждены оставаться в лесу у подножия. Но если змеи начнут часто появляться в лесу, то это спугнёт гиб, и либо они начнут искать себе новое место обитания, либо их поголовье уменьшится.

Поэтому эти змеи, спускающиеся к подножию горы, редкий случай. Вероятно, та упала с горы, и её вынесло течением. Что за проблемная змея попалась.

Успокоив сам себя таким образом, я наконец-то смог насладиться купанием.

Вода была тёплая, градусов 30, и купание было просто чудесным.

У меня никогда не было привычки принимать душ по утрам, но теперь водные процедуры представлялись роскошью, так что это было похоже на рай.

Забегая немного вперёд, скажу: после того инцидента в первый день я больше ни разу не нарушал табу Морихена. Клянусь, что этого больше не повторится! Честно.

Покончив с купанием, мы занялись сбором травы.

Листья пико – самые ценные.

Если использовать их в качестве консервантов, то со временем они начинают терять свои свойства, так как сильно впитывают жидкость из мяса. Даже если постоянно их переворачивать, то их эффекта хватает только на месяц, не больше.

Хранилище для мяса было довольно большим: 2м х 2м х 30 см. Поскольку листья менять требовалось ежемесячно, то и собирать их нужно было каждый день.

Не будет листьев пико — не будет и мяса. Этот вопрос непосредственно влиял на жизнь, поэтому его всегда надо было иметь в виду. Если имеющегося количества было недостаточно, мы отдавали главный приоритет сбору.

Закончив с листьями пико, мы занялись сбором фруктов крили и листьев риро.

Фрукты используются для отпугивания вредных насекомых. Чтобы защитить себя от ядовитых насекомых и змей, которые скрываются в лесу, люди Морихена делают из них браслеты. Носить такой на руке мне неудобно — мешается при готовке, поэтому я вешаю его на шею. Кроме того, если разбросать их вокруг дома, то вероятность того, что дикие звери проникнут ночью через окно, будет равняться нулю. Поэтому нельзя было забывать и про сбор этих невероятно полезных плодов.

Листья риро — это травы, необходимые для вяления мяса.

Между прочим, один из целого букета ароматов, исходящих от Ай Фа, это запах этого растения. Освежающий и успокаивающий, совсем как дорогие духи. Он также помогал избавиться от резкого запаха мяса и жиров. Как ни странно, это очень полезная трава.

Но я не сказал всего этого Ай Фа, потому что если бы я это сделал, она бы меня ударила.

Закончив со сбором специй, в списке дел остались только дрова. Так как они составят основную ношу, то этот пункт был отложен напоследок.

Упавших веток достаточно для растопки, их всего лишь нужно перевязать растущей здесь неподалеку лозой. Но если с такими ветками напряг — подойдут и свежие, их только нужно будет высушить дома.

Кстати говоря, внезапные ливни для этой местности — обычное дело. Они идут несколько раз в день. Этот природный феномен настолько непредсказуем, что нередко случается так, что собранные с великим трудом дрова оказываются насквозь мокрыми. Чтобы не расстраиваться раньше времени, я заставил себя откинуть эти мысли и просто собирать. Даже если они вымокнут, их всегда можно высушить. Всегда важно мыслить позитивно, особенно в Морихене.

Для моей готовки требовалось порядочное количество дров, так что их сбор тоже являлся крайне важной задачей.

Что означало... что у нас не было бесполезной работы.

Главным же было правильно расставлять приоритеты. Во всяком случае, вся работа должна быть выполнена, иначе тут было не выжить.

Будь то мытьё посуды, натаскивание воды, уход за ножами, пополнение припасов, собирание трав и дров, даже охота на гиб. Цель всего этого — выжить.

Забудь о чём-то одном, и ты пропал.

Чтобы жить, необходимо упорно трудиться — каждый день, чтобы наступил следующий.

Люди Морихена живут такой жизнью с рождения, поэтому им никогда и в голову не приходило задуматься о том, как «улучшить качество еды».

Мясо, арию и пойтан можно просто потушить в одном котелке. А большего и не нужно. Есть, чтобы выжить. Как и вся остальная работа, это было просто ещё одно «средство» выживания. Это делалось не для развлечения, поэтому и «вкус» не имел особого значения.

Если не будешь питаться, то умрешь. Так что ешь. Только так и никак иначе.

Для живых существ в таком поведении нет ничего сверхординарного.

Что у стряпни Ай Фа, что у моего супа из гибы одинаковая питательная ценность. Тогда по логике этого мира, правильным выбором будет то, что готовится быстрее и проще.

Но я-то не из этого мира.

Я пришёл оттуда, где люди понимают ценность наслаждения от «вкусной еды».

А посему я буду идти своим собственным путём.

Моя борьба в этом новом для меня мире только начинается!

Глава 4: Маленькая гостья

Глава 4

Маленькая гостья

Часть 1

— Охх.

Сколько раз я уже охал сегодня?

Дурацкий пойтан катался прямо передо мной.

Был полдень, мой пятый день в этом мире. Сегодня, как только мы помыли посуду, навели порядок в кладовке и сделали все остальные рутинные дела, мы решили заняться вяленым мясом.

Вернее, не просто вяленым, а копчёным.

Позвольте, я объясню всё подробнее. Мы заранее натёрли кусочки мяса гибы каменной солью и листьями пико, а затем завернули их в псевдокаучуковый лист (кстати говоря, я до сих пор не знаю, как он называется) и оставили на некоторое время. На третью ночь мы смыли соль и травы и оставили мясо просыхать до утра. Наутро мы развесили его на дереве во дворе и развели под ним костёр. Добавляя в огонь листья пико и риро, мы поддерживали огонь до полудня. К тому времени мясо как следует завялилось и прокоптилось.

Я занимался этим всё утро. Ай Фа освободила меня от обязанности таскать дрова и собирать травы, и дала указание посвятить все свои усилия копчению.

Сама работа была проста — я подбрасывал в огонь дрова и травы, следя за тем, чтобы он не погас. Но на всё про всё требовалось несколько часов, так что сохранять бдительность всё время было довольно трудно. Несмотря на это, до полудня всё прошло спокойно, и я накоптил целую гору мяса.

Ай Фа ушла в лес, а я таскал продукты в кладовку и ждал её возвращения.

Ай Фа вернулась к полудню и разрешила посвятить оставшееся до вечера время изучению пойтана. Сама же она вновь собиралась отправиться в лес, на этот раз на охоту. У нас было в запасе довольно мяса, но запасы пойтана и арии не бесконечны — чтобы их пополнять, необходимо добывать по одной гибе каждые пять дней. Сам бы я на охоте только мешал, поэтому мне не оставалось ничего другого, кроме как заняться своими исследованиями.

До моего появления Ай Фа нужно было отправляться на охоту в два раза реже — раз в десять дней, а это дело было очень опасным. Во время того инцидента со змеёй мы совершенно случайно разжились огромной мясной тушей, но это было пять дней назад.

Первый день я потратил на разделку. В следующие четыре дня я урывал время для изучения пойтана, но соперник попался не из лёгких.

Проще говоря: я до сих пор не понял, что это такое. Этого растения не существовало в моём мире. Ну, или мне просто ничего не было о нём известно. Оно выглядело как клубень картошки, но более светлого оттенка. И форма, и текстура кожуры — всё напоминало картошку. Вот только внутри он был совершенно другим.

Я пытался есть его сырым, но он был горьким и рассыпчатым, совершенно невкусным. В нём практически не было жидкости, так что я даже начал сомневаться, а растение ли вообще это.

Как я уже знал, варка пойтана в кипящей воде растворит его в безвкусную мутную субстанцию.

Я пытался добавлять его в свой «Мясной гиба-суп», но это никак не улучшило вкус блюда.

Однако, судя по всему, он был очень питательным. За прошедшие четыре дня, после того, как мы закончили с мясом и арией, я добавлял его в бульон.

Делать кашу на бульонной основе — неплохая идея, но только не в случае с пойтаном. Вкус был таким противным, что глаза на лоб лезли.

Вот почему от этой загадки у меня уже начала раскалываться голова... разгадки всё никак не предвиделось.

Ай Фа разрешила мне использовать один пойтан в день для моих исследований, но все мои эксперименты заканчивались неудачей.

Варка его в воде превращала его в жижу. От жарки он просто рассыпался в труху, даже если добавить побольше жира. Если замачивать его в воде, то это вообще никак не влияло на его вкусовые качества.

Я даже пытался растолочь его, жарить без масла, сушить — в общем, я испробовал всё, что только мог. И это не дало мне ни малейшей подсказки.

— Охх... — в очередной раз за сегодняшний день охнул я.

В следующий момент кто-то ударил меня сзади по голове.

— Шумный! Не наводи на других тоску, если у тебя проблемы.

Разумеется, по голове я получил от Ай Фа.

Она ещё не отправилась в лес, и всё это время рыскала в кладовке, что-то там разыскивая. Не похоже, что от неё можно ждать много помощи в решении этого вопроса. Она была одета легко, как обычно, с одной только тканью, прикрывающей ее грудь и талию.

Ай Фа встала, широко расставив ноги и уперев руки в бока, и одарила меня сердитым взглядом.

— Больно вообще-то... Думаешь, я специально вздыхаю что ли?.. — начал я и вдруг заметил у Ай Фа что-то под мышкой. Что это у неё там? Похоже на свёрток прекрасно окрашенной ткани.

Ай Фа заметила мой взгляд и достала свёрток из-под мышки, показывая мне.

— Это одежда, оставшаяся от отца.

Понял. Это была рубашка без рукавов с широким открытым воротом. Скорее, даже жилетка. Без пуговиц, но со шнуровкой. Ничего особенного, но довольно удобная и с красивыми спиральными узорами.

— Вау, неплохо! Думаю, тебе очень подойдёт.

Хоть я и сказал это искренне, Ай Фа почему-то покраснела.

— С-с чего бы вдруг мне носить нечто подобное?! Да, я глава дома и «охотник на гибу», но я всё ещё женщина!

— А? Я не имел в виду, что тебе стоит надеть это вместо всего остального!

Не могу сказать, было ли это полноценной жилеткой, но спереди у неё всё было открыто точно так же, как у Аладдина. Если она снимет всё остальное... Нет-нет! Это было бы слишком 18+!

— Лучше надень поверх остальной одежды! И ты слишком красива, чтобы мне взбрело в голову думать о тебе как о мужчине...

— Шумный! Это не для меня, а для тебя! — выкрикнула она и бросила одежду мне в физиономию.

Прошло уже некоторое время с тех пор, как я видел Ай Фа такой сердитой.

— Твой наряд слишком вызывающий! Все постоянно смотрят на нас подозрительно, это неловко!

О, понял. Я тоже чувствую, что утром на источнике привлекаю к себе слишком много внимания.

Но у меня не было сменой одежды, и приходилось ходить так. А ещё каждый день стирать штаны и нижнее бельё, надевая их обратно влажными.

Но в таком жарком климате одежда сохла за пару часов. Даже если бы я её вообще не стирал, то неожиданно мог полить дождь и промочить меня до последней нитки. Так что я уже смирился с этими неудобствами. Но работать приходилось и в лесу тоже, так что у меня сердце кровью обливалось каждый раз, когда я пачкал свою поварскую униформу.

И поэтому я низко поклонился своей разъярённой благодетельнице, выражая свою благодарность.

— Спасибо огромное. Но эта одежда... она ведь важна для тебя?

— ...Важна или нет, какой от неё толк, если её никто не носит? — ответила Ай Фа и с угрюмым лицом потянулась за ножом на поясе.

Я непроизвольно отступил, но она протянула этот нож вместе с ножнами мне.

— Это тоже осталось от моего отца.

При более близком рассмотрении у Ай Фа на поясе висел и другой, её собственный нож.

— Я... правда могу его взять?

— Я просто одалживаю его тебе на время! Из-за тебя мой собственный постоянно весь жирный! Если он заржавеет из-за твоей неряшливости, клянусь, я отрежу тебе уши!

— Понял-понял! Спасибо. Я очень благодарен и буду обращаться с вещами твоего покойного отца с осторожностью. Я обещаю.

Ай Фа недовольно отвернулась. Но она не ушла и просто медленно села рядом со мной.

— ... Итак, ты нашел способ сделать пойтан вкусным?

— Я в тупике. В моём мире не было ничего похожего. Гибы похожи на кабанов, ария на лук, но пойтан не похож вообще ни на что.

— Значит, ты сдался? Нет ничего плохого в том... чтоб всё осталось, как есть.

Ай Фа упрямо не хотела на меня смотреть, отвернувшись в сторону.

Она сидела очень близко, и я рассматривал её профиль.

— Как есть?! Да ни за что! «Мясной гиба-суп» получился очень даже недурным! Но если я не разгадаю секрет этой псевдокартофелины, то грош цена моему поварскому скилу!

— Скилу?

— Умению! А ещё чести и достоинству!

— Поняла... С недавних пор мне кажется, что лучше есть вкусную еду, чем какую-то другую. Но ты не можешь продолжать разбрасываться продуктами.

— Знаю...

— Эти рога и клыки можно обменять и на другие полезные вещи, а не только на еду. Например, на новый нож, одежду или лекарства. — Ай Фа потрогала ожерелье на своей груди. — Раньше мне нужно было ходить на охоту раз в десять дней, чтобы хватало арии и пойтана для выживания, поэтому мне удалось скопить несколько рогов и клыков. Но отныне мне нужно добывать по одной гибе каждые пять дней. Мои сбережения могут быстро закончиться... а значит, нам нужно экономить продукты.

— Ты права. Но ты ведь всё равно согласилась выделять мне по одному пойтану в день?

Я уже потратил четыре.

Всё из-за того, что я слишком бесполезен.

— В таком случае, сегодняшний пойтан я тратить не буду. Может, если я не стану есть его сегодня за ужином, то смогу продолжить исследования завтра...

— Нет, так нельзя! — отрезала Ай Фа неожиданно твёрдым голосом и наклонилась ближе. — Я говорила тебе много раз, ты должен есть два пойтана и три арии каждый день. Это минимальные потребности для жителей Морихена, чтобы поддерживать своё здоровье. Если ты станешь урезать свою порцию, то заболеешь!

В её глазах разгорелся синий огонь.

Видимо, морихенцу всё-таки претит жертвовать своим здоровьем ради каких-то исследований.

Нет, тут дело не только в Морихене. Я же повар, я должен понимать, что так делать не следует.

Повар, не способный правильно составить собственный рацион, это как врач, который не заботится о своём здоровье, или сапожник без сапог.

Конечно, она права...

Повара должны обеспечивать клиентов вкусными и питательными блюдами. Но если блюдо вредит телу, то не имеет значения, насколько оно вкусное. С другой стороны, если еда питательна и отвратительна на вкус, то в этом тоже мало смысла. Тут необходим баланс. И главная задача повара — позаботиться об этом. Не знаю, как другие, но мой старик всегда учил меня помнить это.

Конечно, существует огромное множество блюд приятных на вкус в ущерб питательности. Лично мне нравится жирный тонкоцу рамен.

Нет ничего страшного в том, чтобы время от времени есть «джанк фуд», но всего должно быть в меру.

У человеческого тела есть потребности, и мы удовлетворяем их с пищей. Конечно, люди давно уже не живут согласно своим инстинктам... но даже так, мы никогда не должны идти против природы.

Мясо гибы действительно превосходно на вкус.

Я прямо-таки ощущаю, как в нём полно питательных веществ, необходимых моему телу. Когда я его ем, то чувствую, что они впитываются в мою кровь.

Конечно, многие могут надо мной посмеяться, но мне серьёзно так казалось.

И поэтому я хотел продолжать делать такие блюда — вкусную еду, от которой появлялось бы такое ощущение. И я хочу, чтоб люди, важные для меня, попробовали эту вкусную и полезную еду.

Пойтан определённо полезен для тела — достаточно просто посмотреть на Ай Фа.

Среди всех, кого я знаю, Ай Фа — самый сильный и полный жизни человек.

В основе её рациона находилось три ингредиента: гиба, ария и пойтан.

Пойтан определённо содержит питательные вещества, полезные для человеческого тела...

...Хмм?

Полезные питательные вещества…?

…Необходимые для человеческого тела?

Что значит...

— Понял! Я понял, что это! — непроизвольно закричал я и схватил Ай Фа за плечи. — Я знал, что упустил из виду нечто важно! Что должно быть что-то ещё! Чёрт, так вот в чём дело...!

— ...Ты чего это вдруг с ума сошёл?

Когда Ай Фа обеспокоенно попыталась отодвинуться от меня подальше, я неосознанно потянул её обратно к себе.

— Благодаря тебе я нашел ответ! Ай Фа, ты — замечательная!

Клянусь, что я делал всё это неосознанно.

Я крепко сжал её стройное тело в своих объятьях.

И, конечно же, спустя несколько секунд я получил по голове. Но в тот момент я был вне себя от радости из-за своего триумфа.

Часть 2

— Ай Фа, сегодня я попробую приготовить кое-что новенькое!

Хоть я и сообщил ей об этом уже после заката, Ай Фа просто с угрюмым лицом ответила: "Как хочешь".

Она до сих пор злится из-за моей вчерашней ошибки? Ну, может быть я и позволил себе немного лишнего... и уж точно проиграл бы дело в суде, если бы она обвинила меня в сексуальном домогательстве. Ничего удивительного, что теперь она относится ко мне с подозрением.

— Хоть «Мясной гиба-суп» очень даже ничего, но каждый день есть одно и то же приедается. Так что в этот раз тебя ожидает большой сюрприз!

— Как хочешь.

— ...Между прочим, как я выгляжу в той одежде, что ты мне одолжила? Мне идёт?

— Нет. Выглядишь по-дурацки. Не стоило тебе её давать, — продолжала бушевать она.

Ничего страшного, она точно станет счастливее, когда поест вкусной еды.

Кстати говоря, ходить в одной жилетке на голое тело и обёрнутом вокруг пояса куске ткани казалось не слишком-то практичным, поэтому под свой наряд я всё-таки решил надеть футболку. Это, наверно, выглядело немного странно, но я боялся обжечься во время готовки, так что я надеялся, что со временем все привыкнут к моему странному внешнему виду. Ну не могу же я взять и отказаться от такого важного атрибута, как обёрнутое вокруг головы полотенце!

— Скажу сразу: я уже приготовил пойтан. Пришлось потратить довольно много дров, но завтра я схожу за новыми. Так что не волнуйся об этом.

Ай Фа ничего не ответила. Она всё ещё казалась какой-то безучастной.

Поколотив меня вчера, она отправилась в лес, как обычно в это время. Естественно, она не могла видеть, что я делал с пойтаном. И ей даже не любопытно?

— Ладно, неважно. Ещё довольно рано, но, пожалуй, я всё-таки начну готовить. Если ты ещё не голодна, попробуй за это время как-нибудь проголодаться!

Уж я-то, в отличие от Ай Фа, был ещё как взбудоражен. Я просто не мог дождаться попробовать новое блюдо.

Это будет жареное мясо.

Не просто обычный гриль, на самом деле я продумал множество способов: и готовка на пару, и жарка в стиле терияки. Но решил остановиться на блюде, в котором я хорош. А теперь, когда я определил истинную сущность пойтана, другие способы придётся отложить на другой раз.

Не буду дальше тянуть, просто скажу, что это будут «Мясные гиба-котлеты». Ну, или «Гиба-бифштекс».

Напевая себе под нос, я пошёл в кладовку и принёс оттуда к плите все необходимые ингредиенты.

Бедро и грудинка гибы, по 500 грамм каждого.

Шесть арий.

Две веточки листьев пико.

Фруктовое вино.

Каменная соль.

И магическая эссенция, полученная из пойтана.

Её было немного, поэтому я хранил её в листе псевдокаучукового дерева.

Ну что ж, время начинать готовку!

Первым делом я взял бедро и отрезал около сантиметра жира сверху. Расставаться с ним было жаль, но мне нужно было использовать его в качестве масла для жарки. Весь жир со шкуры ушёл на свечи, так что мне нужно будет сохранить немного для готовки и на следующий раз.

За пять дней после разделки мясо не испортилось — никаких признаков гниения. Листья пико отлично справлялись с задачей консервирования. Впрочем, ещё 15-20 дней, и мясо неминуемо начнёт гнить.

Чтобы оно сохранилось дольше, его необходимо закоптить. У нас ещё оставалась целая гора мясо, и я каждый день продолжал ломать голову, как же его всё-таки лучше хранить.

Итак, готовка.

Я развёл огонь в печке и, ожидая пока железный котелок нагреется, нарезал две арии.

Закончив с этим, я занялся мясом.

Я порезал бедро и грудинку на маленькие кусочки ножом Ай Фа, а затем пошинковал их ещё мельче ножом Сантоку — воплощением духа моего отца.

Хоть мяса и было около килограмма, это было проще простого. Бифштекс — одно из самых популярных блюд в «Тсурумии» и я уже привык к такой работе.

Это заняло у меня меньше десяти минут.

Я обернулся посмотреть, чем занимается Ай Фа... и увидел, что она лениво развалилась на боку и пристально наблюдает за моими действиями.

Обычно она сидит тихо, как будто выказывая своё уважение повару. Но, похоже, что сегодня у неё было ужасное настроение. Неужели её даже не удивило то, что я так мелко нашинковал мясо?

Подавив тревогу, я проверил огонь и капнул водой на стенку котелка — та сразу же испарилась. Время пришло.

Я бросил на дно котелка кусочек жира и равномерно распределил растопившийся жир по стенкам, используя для этого деревянную лопатку (которую сделал сам). Затем я забросил две нарезанных арии.

Будь это сковорода, я бы смог подбрасывать содержимое по мере готовки. Но с тяжёлым котелком такой фокус не пройдёт, поэтому я продолжал терпеливо размешивать содержимое лопаткой.

Когда цвет арии изменился, я добавил фруктовое вино и продолжил помешивать, пока испарялся алкоголь.

Когда ария полностью сменила зелёный оттенок на густо-коричневый, я достал и переложил её в контейнер.

Делая бифштексы в закусочной отца, мы всегда исходили из нормы в четверть луковицы на каждые 200 грамм рубленого мяса. Две целых луковицы на килограмм — многовато, но у гибы сильный вкус, поэтому добавление большего количества арии не должно стать большой проблемой.

Поскольку мне нужно было подождать, пока горячая ария остынет, чтобы перейти к следующему шагу, я использовал это время для нарезки оставшихся четырёх арий. В этот раз я не стал нарезать её кубиками, а мелко пошинковал на тонкие ломтики вдоль волокон.

Если бы я хотел отварить и размягчить её, то стал бы разрезать наоборот — поперёк. Но сейчас мне нужна была её текстура, поэтому я использовал такой способ.

Я сложил результат своего труда на лист псевдокаучукового дерева — получилась внушительная горка... Возможно, я слишком сильно раскатываю губу, но мне бы хотелось раздобыть контейнер получше.

Пока я суетился, первая партия арии уже остыла. Я поместил нарезанную кубиками и прожаренную арию вместе с нашинкованным мясом гибы на ещё один лист. А затем посыпал всё это каменной солью и листьями пико... и вот тут как раз и настал момент дебюта моей магической эссенции.

Я вылил на горку мяса вязкую жидкость кремового цвета.

После этого мне просто нужно было хорошенько это перемешать.

Я замешивал и разминал получившуюся массу ещё несколько минут, пока она не стала вязкой.

Несмотря на то, что я ранее отрезал с бедра жирок, на грудине ещё оставалось достаточно. И нежность, и блеск рубленого мяса были безупречны.

Чувствуя, что триумф близок, я почувствовал, как по моей спине бегут мурашки.

Очистив ладони, я натёр их остатками жира, чтобы мясной фарш к ним не прилипал. Дальше я буду лепить из него форму.

Если котлета получится слишком большой, то будет тяжело контролировать соответствующую температуру. Я собрал примерно одну шестую часть получившегося фарша и сформировал из него овальную котлету. Шлёп-шлёп-шлёп, я не забывал перебрасывать её из одной руки в другую, чтобы выпустить изнутри лишний воздух.

У меня получилось шесть мини-бифштексов, каждый примерно по 160 грамм.

Замечательно. У них был превосходный розовый цвет, и у меня даже слюнки потекли — хотелось съесть их прямо так, в сыром виде.

Ладно, что там с огнём?

Огонь был слишком сильным, поэтому мне пришлось убрать несколько брёвнышек, чтобы угомонить его.

Температуру я мог определять только на глаз, так что это было самой большой сложностью при приготовлении этого блюда.

Использовать сильный огонь вначале, а затем постепенно уменьшать его... мне такая роскошь была недоступна. В общем, нелегко пришлось. Но тут ничего не поделаешь, придётся помозговать как следует, чтобы решить эту задачу. В этом дела важна гибкость ума и сила воображения.

Я забросил кусок жира в железный котелок и подождал, пока он растопится. После этого я, наконец, выложил внутрь бифштекс.

С шипящим звуком, который был музыкой для моих ушей, аппетитный аромат заполнил дом.

Так как котелок был круглым, мне пришлось быть очень аккуратным и следить за тем, чтобы бифштексы не слиплись друг с другом. Быстро выложив все шесть котлет на горячее дно, я подождал несколько секунд.

Не хотелось бы облажаться на данном этапе, и пустить все усилия до этого момента псу под хвост. Следя за изменением запаха, я проверил деревянной лопаткой степень нагрева.

Похоже, мне не стоило ранее ослаблять огонь. Бифштексы были готовы примерно на 60%.

Но лучше уж так, чем если бы мясо сгорело. Даже если вытечет немного сока, его можно подать, как часть соуса. Я считаю, что сок гибы в этом плане очень универсален.

Ещё через несколько секунд, когда нижняя сторона подрумянилась до нужного цвета, я перевернул бифштексы.

Что ж, время готовиться к следующему этапу...

Что ж, время готовиться к следующему этапу... Когда я отступил от плиты, то во что-то врезался.

Ай Фа стояла позади меня, и заглядывался мне через плечо в котелок. И когда только успела подкрасться?

— Оу, ты меня напугала! Значит, ты всё-таки здесь, Ай Фа?

— Разумеется, это ведь мой дом.

— Нет, я вообще-то не это имел в виду... Извини, мне нужно кое о чём позаботиться.

Я обошёл Ай Фа, чтобы взять бутылку фруктового вина и лист псевдокаучукового дерева, заполненный арией.

Я снова вернулся к котелку, поставил рядом бутылку и вновь проверил степень готовности мяса.

Готово на 80%, а это значит, что пора.

— Будь осторожна, Ай Фа! Можешь обжечься брызгами горячего масла!

Она не ответила, но у меня не было времени колебаться. Я залил фруктовое вино в котелок и прикрыл крышкой.

*Пшш пшш*

Раздалось громкое шипение.

Это был уникальный способ приготовления «гиба-бифштекса».

Когда обжариваешь котлеты, это следует делать на сильном огне и с двух сторон, чтобы быстро предотвратить потерю сока. Для того чтобы мясо прожарилось внутри, огонь следует уменьшить и дальше жарить на слабом огне или запекать в духовке. Таков правильный способ приготовления.

Однако для меня ни один из этих методов был недоступен, поэтому я выбрал готовку на пару. Таким образом, я мог как следует термически обработать котлету внутри и не спалить её.

А из этого вытекало, что и размер котлет должен был быть не слишком большой.

Но, не имея возможности регулировать нагрев, обжаривая такие небольшие котлетки на сильном огне, я мог их очень быстро сжечь. Поэтому я пришёл к очевидному выводу: на втором этапе они будут доготавливаться именно на пару.

Это было самым простым и логически верным решением.

— Отлично, они уже должны быть готовы.

Я поднял крышку, и из котелка сразу же поднялся густой белый пар, наполненный ароматом фруктового вина.

Я попытался разделить лопаткой один бифштекс пополам.

Внутри он был прекрасно светло-бежевого цвета, без единого оттенка красного.

— Ай Фа, можешь подать мне тарелки?

Я сконцентрировался на том, чтобы остальные бифштексы не сгорели.

Услышав мою просьбу, Ай Фа молча передала мне деревянную тарелку.

Я быстро выложил на неё три готовых бифштекса, взял новую и выложил ещё три.

— Отлично, осталась только ария.

Мясной соус, жир и фруктовое вино кипели в котелке.

Я всыпал ещё немного каменной соли, забросил листья пико и ломтики арии.

Всё, что осталось сделать — это слегка поджарить арию, и работа будет сделана.

— Ай Фа, будь добра, передай мне тарелки ещё раз.

Она снова, не произнося ни слова, передала тарелки обратно мне.

Хмм? Я так сконцентрировался на работе, что даже не заметил, что всё это время она держала тарелки в руках и ждала меня?

Очень внимательно с её стороны. Несмотря на её обычную холодность, я мог чувствовать за этой ширмой настоящую искренность и доброту.

Но об этом я подумаю когда-нибудь потом, а пока стоит сконцентрироваться на главном.

Я разделил арию между двумя тарелками, полил сверху мясным соусом и вуаля — «гиба-бифштекс» был готов.

— Ах, пожалуйста, присядь и подожди меня ещё немного!

Я забежал в кладовку и забрал оттуда то, что когда-то было пойтаном.

Но теперь-то оно выглядело совсем по-другому.

Ай Фа уставилась на то, что лежало на листе псевдокаучукового дерева, и озадаченно склонила голову набок.

Это был плоский, круглый объект кремового цвета с признаками обжарки.

Если бы тут был кто-то из моего родного города, он бы тут же признал в нём индийский «наан» или «окономияки»[1] без начинки.

И это была истинная сущность пойтана.

— Давай есть, пока не остыло! Объясню тебе всё позже.

[1] Наан — пшеничная лепёшка, блюдо индийской национальной кухни. Окономияки — японские жареные оладьи.

Часть 3

Позвольте мне начать с конца.

Я пришёл к выводу, что пойтан — это местное «злаковое».

Таково было моё предположение. Но у меня не было никаких доказательств.

Впрочем, это предположение сыграло мне на руку, когда я наконец-то нашёл способ его готовки и последовал ему.

Подсказкой стала его питательная ценность.

Это совсем не сложно, даже младшеклассник может понять.

Гиба — это белки и жиры.

Ария — это жёлто-зелёный овощ, сочетающий в себе витамины и клетчатку.

Тогда что насчёт углеводов? Этот вопрос стал для меня божественным откровением.

Я не был особенно уверен насчёт структуры человеческого тела в этом мире, но они выглядели очень похожими на нас, поэтому я просто использовал свой здравый смысл для дальнейших рассуждений.

Ай Фа — здоровая девушка.

Её кожа — гладкая и блестящая, тело — стройное, как у скульптуры, а руки сильнее моих.

Такое тело возможно только при сбалансированной диете.

Ай Фа ест мясо. И ест овощи. В таком случае, было бы странно для неё не потреблять углеводы.

Углеводы — источник энергии.

А уж её энергия может дать фору любому дикому зверю, и она всегда полна жизни. Соответственно, я заключил, что она не испытывает недостатка в углеводах.

— Пойтан — это злаковое и источник углеводов.

Другой фактор, который привел к моему выводу — это структура пойтана.

Попробовав его впервые, я подумал, что это просто какая-то «разведённая в воде мука».

Мука делается из злаковых культур — к примеру, из перемолотой в порошок пшеницы.

Мне не нужно было жарить или пытаться грызть в сыром виде. Ответ был передо мной с самого начала.

Я должен был уделить больше внимания культуре еды Морихена. Потому что кипячение была единственным ответом.

Оно помогает избавиться от горечи пойтана и растворить его в воде.

Именно это делает пойтан пригодным в пищу. Но что насчёт «мучной воды»? Элементарно — мне просто нужно было превратить его в муку.

Обдумав это хорошенько, я принялся за пойтан.

Я вскипятил его в небольшом количестве воды, превратив в густой вязкий сок. Затем я нагрел его как можно сильнее, и когда он уже был близок к пригоранию, пойтан принял нужную мне склизкую консистенцию.

Затем я продержал его около часа на солнце, и он наконец затвердел.

Я порезал его на части и попробовал — он был безвкусным и легко крошился.

Как и ожидалось, это было похоже на муку.

В таком случае, я просто буду использовать его, как муку.

Мои прогнозы оказались верны.

Я растворил порошкообразный пойтан в воде и нагрел его. Он не кипел, как сырой, но начал бурлить и твердеть, как мучные оладьи из моего мира.

У меня ещё осталось немного образов для испытания, поэтому я попытался поджарить полужидкий пойтан, который не выносил сушиться на солнце. Но он упорно отказывался затвердевать. Когда вода испарилась, осталась только сгоревшая пыль.

Разгадка крылась именно в процессе высушивания.

Разумеется, у меня не было способа узнать, какие именно изменения произошли в молекулярной составляющей пойтана, но это было не столь важно.

Главное, что я нашёл тот ответ, который искал.

И таким вот образом я наконец-то покорил пойтан и не мог сдержать своего ликования и возбуждения победителя.

Мука пригодится мне в будущем — она обладает очень полезным «связывающим» эффектом. А это краеугольный камень любых хороших котлет. Без него рубленое мясо просто-напросто развалится. Ещё точно таким же эффектом обладают яичные желтки и хлебные сухари.

Мы в «Тсурумии» всегда добавляли в свои бифштексы и котлеты связующие ингредиенты.

Попав в этот мир и приступив к готовке, я всё это время мучился вопросом — где бы раздобыть нечто подобное. И, получив такой ингредиент, я смог перейти к экспериментам с готовкой на пару или в терияки-стиле — а это гораздо проще, чем варка.

И поэтому я решил приготовить бифштекс.

Бифштекс — это мясное блюдо-полуфабрикат. Оно не сохраняет оригинальную форму мяса. Для меня это простое блюдо, но оно определённо должно выглядеть невероятно для людей в этом мире.

Если я смогу удачно приготовить его, то какой будет реакция Ай Фа?..

Когда я подумал об этом, то уж слишком волновался, как какая-то влюблённая девица.

◇◆◇

Так или иначе, но наконец-то настало время насладиться ужином пятого дня.

— Он выглядит совершенно иначе, но это пойтан. Сам по себе он довольно безвкусный, но ты можешь крошить его на мелкие кусочки и есть вместе с мясом. Ты ведь примешь такой способ его поедания, верно?

У каждого из нас было по три небольших «Гиба-бифштекса» с нарезанной арией и большим количеством соуса из фруктового вина, и круглый поджаренный пойтан, который выглядел точь-в-точь как большой оладушек — 30 см в диаметре и 1 см в толщину.

— Хорошо, приятного аппетита.

Ай Фа провела горизонтальную линию вдоль рта пальцем левой руки, пробормотала что-то и затем подвинула тарелку, взяла ложку и с озадаченным видом уставилась на бифштекс.

Покосившись на неё, я тоже взял деревянную ложку и порезал свой на части.

Что ж, поджаренная корочка была не слишком твёрдой. Внутренность котлеты оказалась сочной и отлично приготовилась.

Но меня волновал самый главный вопрос — а хорошо ли сочетаются друг с другом ингредиенты?

Люди редко делают котлеты из мяса кабана — оно не слишком для этого подходит.

Кабанина нежнее свинины, но это свойство обнаруживается только во время варки в воде. Насколько я помню, причина в том, что в нём много жира. В любом случае, чем дольше его готовишь, тем оно мягче.

Если приготовить его как-то иначе, то оно будет жёстким.

При правильном методе готовки оно ничем не уступит ни свинине, ни говядине.

Бифштексы же принято делать в основном именно из говядины или смешанного свинино-говяжьего фарша.

Кабаны же, вроде как, разновидность свиней, поэтому структура их мяса была схожей... Но что насчёт гиб? Они ведь тоже внешне напоминают кабана. Получится ли бифштекс? Даже если Ай Фа удивится, буду ли я сам доволен результатом? Настало время решить этот вопрос.

Я зачерпнул полную ложку бифштекса и отправил её в рот. Сок был горячим и распространился во рту, почти обжигая язык.

Мое первое впечатление было — "нежное".

Мясо было сладким и вкусным. К его уникальному вкусу добавилась нотка фруктового вина. Думаю, это было идеальное сочетание. Блюдо было потрясающе вкусным.

В отличие от привычных для меня котлет, эту требовалось как следует пережёвывать. Я постарался нарезать мясо максимально мелко, но жевать всё равно было довольно трудно.

С каждым укусом из котлеты вытекало всё больше и больше сока, распространяющегося по моему рту и дарящего неземное удовольствие...

...О нет.

Похоже, я предпочитаю мясо с уникальным вкусом больше, чем остальные люди.

Будь то кабанина, баранина или утятина — мне всегда нравилось мясо с сильным уникальным привкусом.

И потому... я на самом деле считаю, что оно было восхитительно.

Я не могу судить его объективно.

Я отправил ещё один кусочек мяса в рот вместе с кусочком арии и большим количеством соуса.

Восхитительно.

Неимоверно вкусно.

Вероятно, будь это не мясо гибы, а мясо кабана, я бы дал точно такую же высочайшую оценку.

Не судите строго, что я так нахваливаю собственное блюдо. Но оно было действительно вкусным!

Если же указывать на его недостатки, то это толщина котлеты. Лучше бы она всё-таки была потолще.

По сравнению с внешней частью бифштекса, соотношение сочной части в середине было слишком мало, это единственное, что разочаровало меня. Я оторвал немного пойтана и положил его в рот, он тоже был хорош.

Самое идеальное, это если бы у меня был рис. В конце концов, к мясу необходимы не только овощи, но и углеводы. Многие народы не совмещают эту еду вместе, но в моей стране и семье так принято.

Жареный пойтан был не таким мягким, как хлеб или наан, а на вкус напоминал окономияки, в котором не было ни яиц, ни начинки. Но даже так, я считаю, он был восхитительным.

Одного было слишком мало для трёх котлет — я бы не отказался ещё от двух.

Не так давно я считал пойтан ненавистным созданием, и теперь не мог перестать криво посмеиваться.

— Ты чего улыбаешься? — вдруг прервал мои размышления чей-то голос.

Это Ай Фа наконец-то раскрыла свой драгоценный рот.

Это никуда не годится. У меня так зверски пробудился аппетит, что я слишком сильно увлёкся ужином и не обратил внимания на её реакцию.

— Ох, точно, ну как тебе на вкус, Ай Фа?

Глядя на её тарелку, я заключил, что она съела более половины пойтана и почти закончила со вторым бифштексом из гибы. За то время, пока я разбирался с одним.

Прожевав и проглотив, она ответила:

— Хорошо.

— Вот спасибочки...! Но ты можешь описать своё мнение более подробно?

— Не хочу.

— ...Не хочешь?

— Не хочу. Не буду я говорить тебе своё мнение.

— Ээээй, но почему? Ты всё ещё обижаешься за то, что произошло вечером?

— А что произошло вечером? — наклонила голову Ай Фа. — А-а, ты имеешь в виду ту гадость, которую сотворил со мной из-за того, что слишком сильно увлёкся? Я уже забыла об этом.

— Ты забыла?.. Тогда почему ты не хочешь говорить мне, что думаешь?

— Шумный! Не хочу говорить об этом и всё!

А затем произошло то, что я не смог понять.

Ай Фа покраснела, склонила голову и прикрыла своё лицо тарелкой.

— Хватит! Прекрати на меня пялиться!

Что-то я совсем перестал понимать происходящее.

Ничего страшного, эмоции миледи сегодня немного нестабильны, придётся спросить её как-нибудь потом, через несколько дней. Несмотря на то, что она наотрез отказывается продолжать эту тему, в самом начале она сказала: "Хорошо"... этого достаточно, чтобы сделать меня счастливым.

И пока я думал об этом...

Вдруг раздался чей-то новый, незнакомый мне голос.

— Эй, а что это вы едите?

Мы с Ай Фа удивлённо подняли головы.

Голос доносился из окошка рядом с кухонной плитой.

На улице уже темнело... и в оконном проёме появилось чьё-то маленькое личико.

— Эй, я же вас спрашиваю! Пахнет-то как вкусно! Это гиба? Что это за белая штуковина?

— Рими Ву... Я ведь говорила тебе держаться подальше от моего дома.

Удивлённое выражение пропало с лица Ай Фа. Её невозмутимый ответ позволил мне вздохнуть с облегчением. Если это была её знакомая, то никаких проблем. В любом случае, мы не делали ничего неприличного.

Но кто же этот ребёнок?

Она была довольно низенькой, поэтому через окно мне была видна только её каштановая шевелюра и большие круглые глаза.

— Не хочу, не буду! Я тебя так давно не видела, чего это ты сразу с грубостями...? А ну, отвечай на вопрос! Чего это вы там такое едите? Какое оно на вкус? Кто это приготовил? Этот мужчина твой муж?

— Что за ерунду ты несешь!? С чего бы мне выходить замуж за этого слабака?!

Её слова вонзились в меня как нож.

Однако...

Когда Ай Фа кричала это, она густо покраснела. Хмм...

Нечасто увидишь у неё на лице такое выражение. Поэтому сделаю вид, что ничего не слышал.

— Эй, а кто этот ребёнок?

Хотя спрашивал я у Ай Фа, мне ответила девочка:

— Я Рими Ву! Младшая дочь клана Ву! Мы с Ай Фа — подруги!

— Хватит тут шутки шутить. Не помню, чтобы я водила с тобой дружбу, Рими Ву, — отрезала Ай Фа холодным тоном и поковырялась ложкой в тарелке. — Терпеть не могу шумных малявок вроде тебя. А ну, проваливай домой отсюда!

Как только она это сказала...

Глаза девочки по имени Рими Ву наполнились слезами.

И ещё через секунду...

— Увааааааааааа! — она начала громко рыдать.

— Эй, Ай Фа, не будь такой инфантильной, когда разговариваешь с детьми... — моё замечание было полностью заглушено воплями.

Она так громко голосила, что у меня заболели барабанные перепонки.

— Но мне-то Ай Фа нравится, увааааа! — наконец-то смог разобрать я что-то членораздельное в её криках.

Как бы там ни было...

Младшая дочь клана Ву, Рими Ву, сделает решительный толчок в моей судьбе в будущем. И вот таким вот образом я её впервые и встретил.

Часть 4

— Но мне нравится Ай Фа! И Гилл Фа тоже нравился! Когда он ещё был жив, они вместе играли со мной!

Таинственная гостья по имени Рими сидела между нами и весело болтала. И это спустя всего лишь несколько минут после таких громких и пронзительных рыданий!

Чтобы успокоить её плач, мы пригласили её зайти в дом. Но это не помогло — девочка продолжала голосить, растирая по мордашке слёзы.

Но когда Ай Фа помассировала виски и сказала, будто бы сдерживая головную боль: "...То, что я сказала — неправда. Я тебя не ненавижу", Рими Ву мгновенно перестала плакать.

— Но я нанесла оскорбление клану Тсун, поэтому тебе лучше держаться подальше от моего дома. Я уже объясняла это тебе много раз.

— И совсем я не боюсь какой-то там клан Тсун! И папа мой не боится! Он говорит, что наследник клана Тсун — идиот, и они скоро потеряют своё положение! И тогда предводителем Морихена станет клан Ву!

— Глава клана Ву, Донда Ву, слишком воинственный, это только ухудшит ситуацию. Если клан Тсун и клан Ву начнут войну, то всё поселение Морихен может быть уничтожено.

Когда Рими Ву прекратила плакать, Ай Фа вновь вернулась к своему привычному ледяному спокойствию.

Несмотря на это, Рими Ву всё равно была довольна и мило улыбалась.

На вид я бы дал ей лет семь или восемь. Она была хорошенькая и такая крошечная, что её макушка едва доставала мне до груди. Её каштановые волосы были подстрижены очень коротко и выглядели пушистыми, как одуванчик. Её кожа, конечно же, была шоколадно коричневой. А глаза — цвета чистой воды и наполнены светом, как небо весной.

Одета она была в большой отрез ткани с красивыми узорами. Он покрывал её правое плечо и талию, и смотрелся как мини-платье с одной бретелькой. Её тонкие ручки и ножки были ничем не покрыты. Так как она ещё была маленькой, то этот наряд выглядел непорочным и невинным.

Ожерелье, покачивающееся на ее груди, было сделано из трёх кусочков то ли рогов, то ли клыков, соединённых вместе.

Не думаю, что такой маленький ребёнок может охотиться на гибу, поэтому, скорее всего, это был амулет или просто украшение.

— ...Эй, а ты ведь чужестранец, верно? — уставилась она на меня своими большими глазами. Они были голубыми и действительно очень красивыми.

Хотя у неё с Ай Фа был одинаковый цвет глаз, его оттенок всё же отличался — у Ай Фа зрачки были более глубокого синего цвета, и время от времени в них как будто бы разгоралось пламя.

— Папуля Донда рассказывал мне! В доме Фа появился подозрительный и очень странно одетый человек! Скорее всего, он чужак и навлечёт на нас беду! И пока мы не узнаем, кто он такой, я должна держаться подальше от дома Фа!

— И почему же ты тогда здесь? — хотя половина моих мыслей была занята остывающим бифштексом, я всё равно постарался ответить помягче.

— А раньше я и не приходила! А сегодня вдруг вижу: ты расхаживаешь в одежде Гилл Фа! А это значит, что ты больше не чужак.

В её логике определённо кроется изъян. Ведь я-то не Гилл Фа.

Она то и дело продолжала вспоминать это имя, не боясь ранить Ай Фа. Неужели всё в порядке? Я не мог определить этого.

— У меня вопросик! Раз уж ты отдала свою семейную одежду этому мужчине, это значит, что ты приняла его в свою семью, верно? И ты говоришь, что он те твой муж?!

— Это что ещё за старомодные обычаи!? Он ходил во всяком потасканном рванье, поэтому я просто одолжила ему ненужную одежду!

Ай, это больно.

Но Ай Фа опять покраснела.

Я молился, чтобы это было не от злости, но я заметил эту её милую сторону и сделал вид, что не услышал её оскорбительного замечания.

— Рими Ву, топай домой и больше здесь носа не показывай! Я не хочу начинать войну между кланами Тсун и Ву.

— Неа! Папуля Донда говорил не приближаться к чужакам. А раз уж этот человек больше не чужой, то всё нормально.

Рими Ву расплылась в улыбке, а Ай Фа сердито бросила: "Как хочешь!" и подвинула к себе тарелку с едой.

На простодушном лице Рими Ву появилось выражение заинтригованности.

— Эй, а что это? Почему оно так пахнет? Это мясо гибы? Что это за круглая штука, по цвету похожая на пойтан?

Ай Фа ничего не ответила и молча приступила к еде.

Я решил последовать её совету...

Не успел я взять в руки ложку, как девочка повернулась ко мне:

— Вы вдвоём притащили сюда гибу, правда ведь? Это её мясо? А почему оно такой формы? А где суп из пойтана?

— Эм... Всё это я приготовил... Форма, может быть и странная, но это мясо гибы, а вот это пойтан, — моя мягкость не позволила игнорировать такого невинного ребёнка, поэтому я ответил ей.

В глазах Рими Ву разгорелось любопытство, и она сказала ровно то, что я ожидал:

— А на что вкус похож? Я хочу попробовать!

Подавив вздох, я повернулся к Ай Фа.

— Запрещено ли делиться едой с кем-либо из другого клана?

— ...Такого табу не существует.

Хотя Ай Фа выглядела слегка уныло, она не стала меня останавливать.

Раз так, то нет ничего зазорного в том, чтобы дать девочке попробовать кусочек. Конечно, я был голоден, но не настолько, чтобы жадничать. Кроме того, мнение третьей стороны будет ценным для меня, как для повара.

— Что ж, попробуй, если хочешь. Но на вкус это блюдо совершенно отличается от того, к чему ты привыкла, поэтому не удивляйся, хорошо? — сказав это, я подвинул ей свою тарелку. Но она лишь улыбнулась и широко открыла рот.

— Аааа.

Она совсем меня не боится?

Пока я отрезал кусочек бифштекса ложкой, всё это время я ощущал на своей правой щеке ледяной взгляд Ай Фа. Я добавил два кусочка арии и отправил всё это дело девочке в рот.

Она резко его захлопнула, клацнув зубами, и начала энергично жевать.

Она несколько раз моргнула, а затем широко распахнула глаза.

— Ммм, какой интересненький вкус... Ааааа.

Похоже, она хотела ещё.

Ничего, от двух полных ложек я не обеднею.

Но если она попросит ещё, это может сказаться на пищевых потребностях братика.

Подумав обо всём этом, я зачерпнул ещё одну ложку, оторвал кусочек жареного пойтана и отправил всё это девочке в рот.

Рими Ву опять клацнула зубами.

Прожевала.

Проглотила.

Моргнула.

Её мысли были написаны у неё на лице. Редко вижу таких простодушных детей.

— Хорошо...

— Хмм?

— Хорошо на вкус!

Она крепко за меня схватилась.

Ах, я даже слегка запаниковал, вспомнив тот досадный инцидент, когда я в сердцах поступил точно так же с Ай Фа.

Нет, стоит поскорее его забыть.

Маленькие пальчики Рими Ву вцепились в мою футболку, и она трясла меня с невообразимой силой.

— Вкусно! Вкуснятина же! Почему так вкусно-то?! Это точно гиба? Почему она такая мягкая!? Эй, почему!?

В тот самый первый вечер, когда я занялся готовкой, я тяжело трудился, чтобы заставить Ай Фа произнести слово "вкусно", но эта девчушка с такой лёгкостью повторяет это слово из раза в раз.

Но слушать, как она расхваливает моё блюдо, для меня, Как для повара, было настоящим блаженством.

Между прочим, Рими Ву была удивительно сильной. Поразительно, как в племени охотников мышцы даже простого ребёнка отличаются от обычных людей.

— А ну, прекрати! Не надоедай нам во время еды, — громко высказала Ай Фа, спасая меня.

Прежде чем я понял это, она уже покончила со своей порцией. Она потянула Рими Ву за шиворот и с лёгкостью отцепила её от меня.

— Еда необходима для выживания. Мешать кому-то есть — это всё равно, что угрожать его жизни. Это табу. Разве глава твоего клана не учил тебя этому?

— ...Простите, — склонила голову Рими Ву, когда Ай Фа подняла её в воздух. На её лице внезапно появилась печаль. — Это и правда очень вкусно, спасибочки! Простите, что помешала вам кушать, я... — в этот момент она наклонила голову и несколько раз моргнула, — ...я ведь не знаю твоего имени. Как тебя зовут?

— Тсуруми Асута. Если это тяжело выговорить, зови меня просто Асута.

— Чуру... Асута. Я очень благодарна тебе, Асута из дома Фа.

Кажется, она меня зауважала.  Я тепло ей помахал.

— Всё в порядке, я просто слегка удивился. Спасибо за твой комплимент... Ай Фа, и тебе спасибо, что остановила её.

Ай Фа хмыкнула и села обратно, отпустив Рими Ву — та села рядом и молча обняла колени.

...Я совсем не понимаю жителей Морихена.

Эта девочка так радуется самым тривиальным вещам. Но за пять дней в этом мире она — первый житель Морихена, который не остерегается иметь дело с Ай Фа. Другие жители слишком сильно боятся клан Тсун. Рими Ву же, наоборот, совсем не скрывала своих чувств, что меня радовала. Надеюсь, они смогут поладить.

В конце концов, Ай Фа и Рими Ву замолчали, поэтому я был вынужден доедать свой ужин в тишине.

Хотя еда уже остыла, её вкус это нисколько не испортило.

Лично я был доволен результатами.

— Ух, наелся... Что ж, уже темно. Рими Ву, ты сама доберёшься до дома? — спросил я.

Рими Ву, всё это время молча обнимающая колени и о чём-то раздумывающая, вдруг вскинула голову, как будто придя к какому-то решению.

Я думал, она мгновенно вскочит, но она подползла ко мне по шкуре на коленках и потянулась ко мне двумя руками.

— У Рими Ву из клана Ву есть просьба для Асуты из дома Фа! Ты можешь помочь мне немножко?

Я встревоженно посмотрел в сторону Ай Фа.

Она встала на одно колено и растерянно нахмурилась.

— Пожалуйста, приготовь эту невероятную еду для старейшины клана Ву, Джибы Ву. Она… уже совсем скоро нас покинет!

Из голубых глаз Рими Ву покатились крупные слёзы.

В этот раз она не рыдала во весь голос. Рими Ву тихонько всхлипывала, шмыгая носом, и не могла никак остановиться.

Часть 5

— ...Асута, ты действительно пойдёшь в дом Ву?

Уже наступила ночь.

— Я вернусь завтра утром.

Рими Ву быстренько поклонилась нам обоим и вышла из дома.

Она сказала лишь: "Ты можешь дать свой ответ завтра" и "Сегодня я постараюсь уговорить свою семью".

Я сложил грязные тарелки и кухонные приборы в котелок, и моя работа на сегодня была выполнена. Обычно, мы ещё некоторое время болтает перед сном... но сегодня Ай Фа была какой-то уж слишком молчаливой.

Мне необходимо понять здравый смысл этого мира. Ай Фа каждый вечер тратила немного времени, чтобы посвятить меня в правила и запреты Морихена, рассказать легенды о королевствах и местных богах или о Почтовом городе Геносе, в котором я никогда не был. Обычно она рассказывал мне много всяких вещей, но не сегодня.

Она долгое время молчала, прежде чем спросить у меня это.

Ай Фа прижалась спиной к стене и отвернулась от меня, глядя во тьму за окном.

Огонь в печи уже погас и остался только свет от свечей. Я внимательно посмотрел на её холодный профиль, освещённый тусклым светом, и тихо ответил:

— Да, я действительно хочу туда пойти...

Джиба Ву — старейшина клана Ву, и Рими надеется, что я смогу приготовить для неё что-нибудь... Рими в двух словах поведала мне, почему.

Бабушка Джиба Ву была уже очень старой, ей было 85 лет и почти все её зубы выпали из-за возраста, поэтому она не могла как следует жевать.

Даже порезанное мясо гибы и отварные овощи были для неё настоящей пыткой. С каждым днём она ела всё меньше и меньше.

"... Нет смысла каждый день пить эту мутную жижу, чтобы просто не умереть...", — плача, говорила она каждый день.

Ещё каких-то несколько лет назад она была вполне здорова, но силы быстро покидали её и дух постепенно слабел.

Она очень любила младшенькую дочь семьи, Рими Ву, и её страдания причиняли Рими большую боль.

Когда я подумал о том, как она себя чувствует, я захотел отправиться в дом клана Ву.

— Ты против, Ай Фа?

— ...Клан Тсун возглавлял Морихен поколениями, но клан Ву всегда с ними соперничал. Несколько поколений назад между двумя ними была вражда.

— Вражда?

— Примерно двадцать лет назад люди из клана Тсун похитили одну девушку, которая собиралась выйти замуж за кого-то из клана Ву. Мужчины из клана Ву пришли в ярость и захотели справедливости. Но прежний глава клана Тсун заявил, что девушка совершила прелюбодеяние, несмотря на то, что была помолвлена с другим, и они решили наказать её согласно правилам. Но к тому времени девушка была уже мертва, и её труп вернули клану Ву.

— ......

— Вероятно, она покончила жизнь самоубийством ещё до того, как они до неё добрались. Но доказательств не было, поэтому мужчины Ву лишь ругались и проклинали клан Тсун, на чём свет стоит, но держали клинки в ножнах... Если бы они столкнулись друг с другом, развернулась бы самая настоящая война, которая разделила бы Морихен пополам. Обе стороны понесли бы огромные потери. Если бы девушка была жива, и её бы не вернули клану Ву, бойню предотвратить бы не удалось. Но поскольку она была мертва... мы не проливаем кровь за мёртвого человека. В тот день два клана разорвали все контакты и не разрешили свои разногласия до сих пор.

— Какая тревожная история. Все мужчины клана Тсун такие ужасные люди?

— Кто знает. По крайней мере, их главные наследники все как один мерзавцы, — ледяным тоном отрезала Ай Фа. — Когда два года назад между мной и Дигой Тсуном возникла ссора, глава дома Ву предложил мне выйти замуж за кого-нибудь из мужчин его клана.

— В... Выйти замуж за кого-то из клана Ву?

— Донда сказал мне тогда с улыбкой: "Так клан Тсун не сможет до тебя добраться. А даже если они попытаются, я их всех прикончу!"... Я отвергла его предложение и порвала связи с кланом Ву.

— Ах... Так вот, что ты имела в виду, когда сказала, что не хочешь "разжигать войну".

— Даже без помощи клана Ву я не уступлю Диге Тсуну. Не хочу кланяться в ножки ни одной из этих семей.

— Ясно. Теперь я понимаю. Раз уж теперь я живу под твоей крышей, то ты не можешь допустить, чтобы я помогал клану Ву.

Я глубоко вздохнул.

Ай Фа снова отвернулась, и уголок её рта дрогнул, слегка изогнувшись в улыбке, как будто высмеивая что-то.

Такая улыбка совсем ей не шла.

— Но даже так, ты всё равно ведь хочешь помочь Рими Ву, верно? В этом весь ты, Асута.

— Хмм...? Верно. Эта девочка, она хороший ребёнок. Я хочу помочь ей и её бабушке.

— Что ж. В таком случае поступай так, как считаешь нужным.

— А?

— Всё очень просто. Если ты хочешь помочь Рими Ву и Джибе Ву, тебе нужно разорвать отношения со мной. После этого просто попроси клан Ву принять тебя... Это ведь просто, не так ли?

— Чего-о? Я же не какая-то ветреная девушка, которую несёт туда, куда дует ветер! — я пожал плечами, не понимая, к чему именно клонит Ай Фа. — Если это невозможно, я смогу это пережить. Конечно, мне будет жаль отказывать Рими, но я сделаю это.

— ...Что?

— Рими — милый ребёнок, но я познакомился с ней только сегодня, а эту старушку вообще никогда не встречал... Можешь считать меня равнодушным, но если мои действия поставят тебя в затруднительное положение, то у меня не останется иного выхода, кроме как отказать им в помощи.

— ...Почему?

Ай Фа резко выпрямила спину.

Она выглядела очень удивлённой.

"Это выражение лица совсем ей не идёт", —  подумал я, стараясь вести себя естественно.

— Ты спрашиваешь меня почему. Но по сравнению с теми, кого я не знаю и никогда не встречал, ты для меня гораздо важнее... И не заставляй, блин, меня произносить что-то столь смущающее!

— ......

— Что? Разве это замечательно, что у меня не будет никаких дел с кланом Ву?

— Ничего особенного, но если ты спасёшь члена клана Ву, Донда Ву может снова попросить меня выйти замуж за кого-нибудь из его клана — во имя возвращения благосклонных отношений. Если я вновь откажу ему, он определённо решит, что я пытаюсь оскорбить его клан, и сильно разозлится.

— Что за трудный старик... Кстати, неужели юношам из клана Ву не хватает обаяния? Он ведь хочет, чтоб ты вышла замуж за брата Рими Ву, да? — спросил я наполовину из любопытства, наполовину из зависти.

— Я уже решила прожить жизнь охотницы, — холодно ответила Ай Фа. — Женщинам полагается жить, занимаясь ткачеством и выделкой шкур, ожидая возвращения своих мужчин. Это не соответствует моему характеру. Я хочу быть охотником, который живёт в лесу и в нём же умрет. Я решила это в тот день, когда потеряла своего отца Гилла.

— Что ж, будет очень жаль, если такая красота пропадёт в лесу.

Она проигнорировала мой саркастический комментарий.

Непостижимые для меня эмоции распалили в её глазах огонь.

— Как бы там ни было, тебе не о чем беспокоиться. Я откажу Рими Ву, и всё останется по-прежнему. Уж на меня-то клану Ву точно не будет никакого смысла злиться.

Рими Ву сказала мне: "Я постараюсь уговорить свою семью!"

Что означало, что это её личная инициатива. Даже если она расскажет своей семье об этом, они могут отнестись ко мне с подозрением и не захотеть принять мою помощь.

— Почему? Если ты оборвёшь все связи со мной, то будешь волен делать всё, что пожелаешь. Вместо того чтобы оставаться с таким странным человеком, как я, тебе будет выгоднее оказать им помощь.

— Я не горю особым желанием это делать. Ты столько обо мне заботилась, что теперь мне неприятна одна только мысль покинуть тебя ради жизни в какой-то незнакомой семье... Эй, и вообще, ты сейчас ведёшь себя странно! Так ты хочешь или не хочешь, чтобы я это сделал?

Ай Фа ничего не ответила.

Поэтому я встал и сел перед ней, скрестив ноги.

Она опустила голову, но в её глазах я всё ещё мог видеть огонёк тревоги.

— Слушай, если ты считаешь меня обузой и хочешь, чтоб я ушёл, я так и поступлю. Но ведь дело не в этом, верно? В таком случае просто скажи мне, в чём дело.

— ......

— Я ведь не умею читать чужие мысли! Просто скажи как есть. Я сделаю то, что ты захочешь.

Ай Фа подняла голову и посмотрела прямо на меня.

Огонь в них ещё не потух... но теперь в них стояли слёзы.

— Мой отец, Гилл Фа, скончался два года назад... — Из её розовых губ тихо вылетели эти слова. — Перед тем, как это случилось, мы с Рими Ву были очень дружны. Хоть даже у меня не было никаких особых дел с кланом Ву... Джиба Ву души не чает в Рими. Когда я была маленькой, я видела её несколько раз.

— ...Понятно.

Когда я увидел её глаза, полные слёз, у меня душа ушла в пятки, и я смог ответить только так.

Ай Фа немного болезненно нахмурилась.

— Я и сейчас не хочу иметь с ними никаких дел. Но если Рими Ву и Джиба Ву страдают... это меня печалит.

— Раз так... получается, что ты хочешь, чтобы я разорвал отношения с тобой и помог Рими?

Когда я сказал это, она схватила меня за грудь.

Её горящие синим пламенем глаза смотрели прямо на меня.

И затем...

По её щеке скатилась одинокая слезинка.

— Я... — её голос немного дрожал, — ...я не знаю, как следует поступить.

Как же так? Она ведь сама сказала, что мне нужно разорвать с ней отношения и тогда я смогу помочь Рими Ву. Это единственный способ, если она не хочет иметь никаких отношений с кланом Ву.

Однако...

Пальцы Ай Фа ещё сильнее стиснули мою грудь.

Она выглядела такой напряжённой, как будто боялась, что если она отпустит, то я моментально исчезну.

— Я понял, — сказал я и положил руки ей на плечи.

Я ощущал гладкую кожу на её обнажённых плечах, её тепло, а ещё её дрожь.

Я притянул её к себе.

Стройное тело Ай Фа упало мне на грудь без всякого сопротивления.

— Ну, если не знаешь, то и нечего забивать себе этим голову. — Я вдохнул аромат её тела, от которого мне всегда сносило крышу. — А я вот знаю одно... если ты не можешь сказать мне, как поступить, тогда разреши мне поступить по-своему.

— ......

— Я хочу помочь Рими Ву. Но я не хочу покидать тебя. Поэтому я помогу ей официально, как тот, кого принял дом Фа.

Сказав это, я погладил её по волосам, заплетённым в сложную косу.

— Разногласия между кланами Ву и Тсун не так уж и важны, правильно? Почему из-за их глупой размолвки я должен покидать человека, который мне дорог? Важными вещами, связанными с будущим всего поселения, пусть занимаются те, кто постарше и помудрее. Не стоит игнорировать собственные чувства ради таких вещей.

— ......

— Давай сделаем это вместе. Кого волнует, что скажет отец Рими Ву? Если он снова поднимет разговор о замужестве, просто скажи ему, чтобы он в следующий раз подобрал тебе жениха не такого уродливого, как гиба!

Ай Фа не ответила.

Но её пальцы ещё сильнее стиснули мою грудь, а слёзы продолжали мочить мою футболку.

Глава 5: Клан Ву

Глава 5

Клан Ву

Часть 1

Итак, мы решили направиться в главный дом клана Ву.

Я был рад достичь окончательного решения, но это так же создавало некоторые проблемы.

Обещанное появление Рими Ву следующим утром заставило меня эти проблемы осознать. Я как раз закончил утреннюю работу на водном источнике и как раз занимался заточкой ножа, когда она заглянула.

Узнав, что я согласен ей помочь, она закричала: "Спасибо!". От её яркой улыбки мне тоже стало теплее.

Затем она сказала мне:

— В таком случае, приходи к нам до заката! Я подготовлю всё необходимое.

Я недоумённо наклонил голову.

— Всё необходимое? Я приготовлю всё здесь, а затем принесу вам уже готовую еду.

— Так нельзя! Еда, приготовленная здесь, может быть съедена только здесь!

Я действительно не понял этого, и после расспросов выяснилось, что это было одним из правил Морихена.

Реальным объяснением было:

"Согласно обычаю, когда хранитель очага угощает кого-то, он готовит у очага его дома. А затем ест блюдо вместе с ним."

Проще говоря, таков был порядок, чтобы не дать другим приготовить еду, вредную для здоровья.

— Я на самом деле не понимаю этого, но мне необходимо приготовить еду в твоём доме и поужинать в том же месте, где и бабуля Джиба Ву, так?

Идти в незнакомое место и готовить было немного проблематично, но я не стану отступать из-за таких банальных вещей.

Но настоящая проблема явила себя после того, как это выяснилось.

— Да, но ты будешь готовить не только для бабули Джибы. У меня большая семья и это будет немножечко трудно, но я обещаю тебе помочь!

— А-а? Я буду готовить не только для бабули, но и для всех остальных тоже?!

— Да, потому что мы доверим тебе домашний очаг. Что-то не так?

— Даже и не знаю, уместно ли это...

— Ну а как же иначе? Асута, ты такой странный!

Даже семилетний ребёнок думает, что я странный.

Пожалейте меня, я ведь до сих пор тут новенький!

— Хорошо, я понял. Мне просто нужно приготовить на всех, так? Я согласен. Чем больше людей попробует мою готовку, тем больше мотивации постараться как следует! Сколько людей у вас в семье?

— Хмм... — Рими Ву начала загибать пальцы.

Когда все десять пальцев кончились, я уже не мог остановить гулко колотящееся сердце.

— ... Хмм, включая меня, тринадцать!

— Т-тринадцать!? Большая у вас семья.

— Ага! Но Кота Ву ещё совсем маленький, ему можно только пить молоко. Поэтому тебе нужно будет приготовить еды на двенадцать человек. Женщины, которые должны заботиться о домашнем очаге, тоже тебе помогут!

— Двенадцать, значит... Ну, думаю, я справлюсь. Я могу приготовить для всех то же блюдо, что и вчера?

—  Да, конечно! Буду ждать его с нетерпением!

— Я понял. Но не думаю, что смогу решить проблему, приготовив для бабули только один раз. Мне нужно будет прочитать лекцию женщинам клана Ву и научить их своему рецепту. Только тогда я смогу со спокойным сердцем сказать, что сделал всё возможное...

— А чего это такое — лекция?

— Хмм... Я имею в виду, что я же не могу готовить в твоём доме каждый день, так? Поэтому я просто научу вас, и с завтрашнего дня вы сами будете готовить для бабули.

— А-А?! Я тоже смогу так вкусно готовить?

— Ну, вообще-то для вчерашнего блюда довольно сложно контролировать правильную температуру... А кстати, если у вас целых 13 человек, то и котелков несколько, верно?

— Котелков? У нас их четыре.

— Четыре?! Отлично!

В конце концов, мне и самому уже не терпелось приступить.

Четыре котелка и дюжина людей... Не, вместе с Ай Фа и мной их будет 14.

На этот раз моим противниками в этом бою будут пожилая женщина и люди из поселения, считающие меня чужаком и настроенные враждебно.

Такое развитие событий только ещё сильнее распаляло мой поварской дух.

— Ясно. Я подготовлю мясо гибы здесь, а ты подготовь достаточно арии и пойтана. А ещё каменной соли и фруктового вина.

— А-а? У нас дома полно мяса!

— Мясо — это ключ. Я хочу воспользоваться шансом и научить вас правильно его нарезать, чтобы оно было вкусным.

Я уже вовсю раздумывал о предстоящем блюде.

Рими Ву вдруг подошла ко мне и нерешительно дёрнула за угол футболки.

— Асута, спасибо тебе огромное. Теперь бабуля Джиба перестанет плакать... Спасибо, что согласился принять такую трудную задачу.

— Не плач, глупышка! И мы ещё не знаем, справлюсь ли я с этой задачей вообще.

— Не говори так! Всё будет хорошо! Еда, приготовленная тобой, действительно вкусная!

Потом Рими Ву повернулась к Ай Фа, которая занималась своим клинком в углу дома.

— Ай Фа, и тебе тоже спасибо! Когда бабуле станет лучше, давай снова поиграем вместе. Я пошла, увидимся вечером!

— А, моё блюдо требует некоторого времени для подготовки. Мне нужно придти к вам до заката?

— Да! — ответила Рими и, ярко улыбнувшись, убежала домой.

Девочка была полна жизни, прямо как Ай Фа. Я слегка улыбнулся.

— ...Чего это ты там так гнусно улыбаешься?

— Ох! Ай Фа! Ты наконец-то решила заговорить со мной! Конечно, это было немного грубо, но у меня как от сердца отлегло!

— ...Шумный!

Ай Фа села спиной к стене и не удостоила меня даже взглядом. У неё, как обычно, было серьёзное лицо, пока она изучала свой блестящий нож.

Впрочем, вчера мне всё-таки удалось увидеть её слабую сторону. Должно быть, сегодня она из-за этого чувствует себя не в своей тарелке. Я легко могу представить себя на её месте.

— Подумать только, нам тоже придётся остаться с ними на ужин. Ай Фа, ты ведь знала об этом с самого начала, так?

— Разумеется. «Доверить домашний очаг» — это не просто слова.

Да. Люди Морихена считают заботу о домашнем очаге важной и ответственной обязанностью. Как по мне, так это прекрасная традиция.

— В таком случае нам придётся встретиться с отцом Рими... Ай Фа, ты ведь пойдёшь со мной?

— Сдурел? Ты же вообще не бельмес в местных правилах, шагу без меня ступить не можешь. Как я могу отпустить тебя одного в другой дом?! — рявкнула она и почему-то вдруг уставилась в пол. — ...Если ты не собираешься разрывать со мной связи, тогда конечно, я составлю тебе компанию.

— Ну и хорошо. Если бы я пошёл туда один, мне было бы страшно. Это замечательно, что ты будешь со мной.

Я подошёл к ней поближе и сел рядом, примерно на расстоянии вытянутой руки.

Ай Фа перевела взгляд из-под моих ног мне на грудь.

Я упёрся руками в пол и наклонился, пытаясь встретиться с ее взглядом.

Это не только не сработало, но теперь она ещё и направила в мою сторону нож.

— Извини, я просто шучу!

— Клан Ву... действительно собирается доверить свой очаг мужчине вроде тебя?

Она смотрела на меня, держа свой нож.

Откровенно говоря, это был первый раз за сегодняшний день, когда Ай Фа посмотрела мне в глаза как следует.

На её щеках играл румянец, но она всё равно старалась говорить со мной грубым тоном:

— Доверить тебе свой домашний очаг — это равносильно тому, чтобы отдать собственную жизнь и жизни своей семьи тебе в руки. Если кто-то из клана Ву заболеет, съев твою еду, они нас так просто не отпустят. Они могут отрезать нам уши, вырвать все наши зубы или вообще изгнать нас из Морихена!

— Эхх, если это так важно, то почему ты так легко разрешила мне готовить для тебя?

— М-меня не интересуют эти архаичные обычаи! Но многие люди в Морихене всё ещё придерживаются старых традиций!

— Я знаю, кем ты меня считаешь. Не волнуйся, я не допущу, чтобы они отравились.

"Ты всего лишь семнадцатилетний начинающий повар, так? "... Я надеялся, что Ай Фа так возразит, но она лишь крепко сжала свои розовые губы и промолчала.

Её щёки залились краской, как у ребёнка, который не хотел признавать своё поражение.

Но это было очень в её духе.

Вчера ночью она была такой печальной... это было совершенно на неё не похоже. Сейчас она была гораздо милее.

Ещё немного помолчав, Ай Фа сказала:

— Я просто хочу, чтобы ты не расслаблялся. Я знаю, насколько хороши твои навыки готовки. Ты точно сможешь помочь Рими Ву и Джибе Ву. Но ты должен сохранять предельную осторожность.

— Уваа... я так тронут твоей заботой!

Я хотел придвинуться к ней поближе и взять её за руку. Но она находилась в таком состоянии, что легко могла попытаться действительно меня прикончить, если бы я попытался. Поэтому я решил сдержаться.

— Ты сама сказала, что я смогу. Не беспокойся, я клянусь той небольшой честью, что у меня есть, что я помогу Рими Ву.

И теперь у меня появилась ещё одна причина, чтобы постараться.

"Я сделаю это ради Ай Фа."

Чтобы помочь Рими Ву и Джибе Ву, которых очень ценила Ай Фа, я возьму свой кухонный нож и буду сражаться изо всех сил.

Разве при таком раскладе я мог проявлять беспечность или самонадеянность?

Глядя на печальное лицо Ай Фа, я почувствовал, как наполнился храбростью и боевым духом.

Я определённо выполню эту работу как следует.

Ради человека, которого я уважаю больше всех в этом мире.

Сойдёт ведь такая причина?

Часть 2

— Ого... так вот он какой, двор клана Ву, — сказал я с трепетом.

Поход сюда занял у нас около часа. Если судить по расположению солнца, то мы находились южнее дома Фа.

В клане Ву не было ни одного строения, которое было бы больше других — все строения были примерно одинакового размера. Попав в этот мир, я впервые увидел такое зрелище.

Каждый дом был просторным и стоял на небольшом отдалении от других. Что было не слишком характерно для всего остального поселения.

Все здания были выстроены вокруг широкой центральной площади коричневого цвета — она была размером в половину футбольного поля. Всего домов было семь, каждый из которых был примерно в два раза больше дома Ай Фа.

Но даже для семьи из тринадцати человек не нужно было так много комнат. Пока я в недоумении раздумывал об этом, Ай Фа, осторожно несущая в руках лист псевдокаучукового дерева с пятью килограммами мяса с бёдер гибы, объясняла мне:

— ...Глава клана наследует главный дом. Если его братья женятся, то строят себе новый дом рядом с главным. Некоторые из этих домов — жилища братьев главы клана.

Я тоже тащил пять килограмм мяса с лопаток.

— Понятно. А зачем посередине эта площадь? Она такая большая, что на ней можно устраивать спортивные состязания.

—  Спортивные состязания...? Это место для празднований или похорон. Если здесь соберутся все, кто в родстве с кланом Ву, то людей будет больше сотни.

Из 500 жителей Морихена пятая часть являлась родственниками клана Ву.

— А теперь хватит болтать. Идём, — сказала Ай Фа и двинулась вперёд.

Я последовал за ней и ступил на площадь.

Когда мы дошли до её середины, с заднего двора центрального дома появился крошечный силуэт и бросился к нам.

— Ай Фа! Асута! Добро пожаловать в клан Ву! Вы пришли раньше, чем я ожидала!

Кстати, время было как раз между полднем и вечером.

По моим ощущениям — примерно 15:00.

— Мы слишком рано? Я хотел, чтобы у меня было побольше времени, чтобы потом никуда не торопиться.

— Да нет проблем! Дорогие гости, пожалуйста, сдайте мне свои ножи на хранение!

Ай Фа молча передала оба своих клинка.

Я не ожидал такого поворота событий и немного заволновался.

— Слушай, Рими Ву, а ничего, если я буду готовить своим собственным ножом?

— Хм? Но у нас дома видимо-невидимо ножей для нарезки мяса!

— Но мой нож немножко особенный.

Я достал с пояса нож Сантоку, как будто играл главную роль в фильме про мафию.

Кстати, на мне сегодня была футболка с цветной жилеткой поверх неё. Я обвязал ткань вокруг своего пояса, надел белую обувь и белое полотенце на голову, смешав множество разных элементов.

Честно говоря, без белой поварской униформы я чувствовал себя не в своей тарелке. Как-никак, носить её обязывает поварская честь. Но и выглядеть конкретным иностранцем мне не хотелось, поэтому я и нарядился так странно.

Рими с любопытством оглядела мой нож Сантоку и сказала: "Понятно", а затем растерянно склонила голову набок.

— В таком случае, пожалуйста, сначала дай мне свой нож, а я верну тебе его у кухонной плиты! А с ножом я тебя пригласить войти ну никак не могу!

Я вздохнул и протянул ей оба моих клинка.

Одна сабля, два ножа и нож Сантоку. Рими Ву с уважением приняла всё это и повернулась к дому.

— Сюда, пожалуйста.

Что же случится дальше? Я собрался с духом и приготовился встретиться с семьёй Ву.

В этот момент с двух входов и заднего двора появилась группа людей — похоже, все они были женщинами.

Ах, точно. В это время все мужчины должны быть в лесу.

Перед нами в ряд выстроились шестеро женщин. Я удивился такому приёму, но Ай Фа сохраняла своё привычное ледяное спокойствие.

— Я привела гостей! Это Ай Фа и Асута из дома Фа!

Нас внимательно и безмолвно изучало шесть пар глаз.

На протяжении этих пяти дней остальные люди вежливо игнорировали моё существование, вот почему их действия меня удивили. Они не только не игнорировали меня, но даже внимательно разглядывали.

Нет ничего удивительного в том, что в семье из 13 людей половина — женщины. Каждая из них обладала своей уникальной аурой.

Трое из них явно были замужем и носили длинные платья, сделанные из одного куска ткани.

Остальные три были незамужние, у каждой были длинные волосы, ниспадающие на плечи, и каждая носила два больших отреза ткани, обёрнутых вокруг груди и талии.

Одна из замужних была довольно пожилая. Но, скорее всего, это была не бабуля Джиба. Она была полной и выглядела довольно энергичной. От неё пахло какой-то едой.

Ещё одна была довольно высокой женщиной средних лет. Ей было примерно столько же, сколько моим родителям. Наиболее подходящий способ, чтоб описать её — она выглядела здоровой и крепкой. Типичная надёжная как скала мамаша.

А все остальные были юными девушками.

Две из них выглядели старше, чем я. Им было примерно по двадцать лет.

Одна из них, одетая в платье, держала на руках маленького ребёнка.

Ещё одна из девушек была примерно моего возраста, а последняя немного младше меня.

Всего шесть женщин. Включая ребёнка и Рими Ву, здесь собралось восемь человек из дома Ву.

— Это бабуля Дитто Мин. Рядом с ней мамуля Миа Лей. Следующая — Сати Лей, она замужем за моим братом Джизой, а этот карапуз — Кота. А вон там мои сёстры: Вена, Рейна и Лала!

— Эй, если ты будешь представлять всех так быстро, то я... — у меня вдруг сильно забилось сердце. — ...Постой-ка, ты сказала Рейна?

— Ну да, а что?

Девушка, которая была примерно моего возраста, в замешательстве наклонила голову.

У неё были чёрные волосы — редкость для Морихена. Она связала их в два длинных хвоста и перекинула через плечи. Сама она была невысокого роста и довольно миниатюрная, а её невинное лицо чем-то напоминало Рими Ву...  И конечно, у неё была смуглая кожа и голубые глаза.

...Точно. Что это мне ещё в голову взбрело?

У этой девушки просто-напросто точно такое же имя, как у моей подруги детства.

Но у Рейны волосы были покороче... Хотя роста они были примерно одинакового — чуть ниже моих плеч.

— Ничего, просто... одну мою знакомую тоже звали Рейна.

— Вы знаете кого-то с точно таким же именем, как у меня?

Она одарила меня невинной улыбкой, которая немного походила на улыбку Рими Ву.

Ах... даже её улыбка слегка похожа на улыбку моей Рейны. Рейна всегда вела себя чуть по-детски. То же самое я мог сказать и о девушке, стоящей передо мной, и о Рими Ву.

— ..Я глава дома Фа, Ай Фа. Это Асута, мужчина из моего дома. Мы здесь по просьбе Рими Ву, чтоб временно принять на себя ответственность за домашний очаг клана Ву, — сообщила Ай Фа более жёстким голосом, чем обычно.

— Ай Фа и Асута из дома Фа, мы приветствуем вас, — сказала нам пожилая дама, вкусно пахнущая едой.

Её голос, как и её внешний вид, был строгим и вежливым.

— Клан Ву приветствует ваш визит. Лала, возьми на хранение охотничью накидку нашей гостьи.

— А? А чего сразу я-то?! — без радости ответила девушка, которая выглядела самой младшей.

Ей было около тринадцати или четырнадцати лет, и было в ней что-то мальчишеское. Она была стройной и с тонкими руками, но выше Рейны. У неё были блестящие алые волосы, стянутые в шикарный хвост. Её глаза были ярко-голубыми как океан.

Девушка по имени Лала с неохотой вышла вперёд и приняла у Ай Фа её меховую накидку. Бабуля Дитто Мин проигнорировала её и вежливо нам улыбнулась.

— Должно быть, вы хотите воспользоваться кухней как можно скорее, так что мы пораньше закончили свою работу. Можете пользоваться ей как пожелаете. Кто сегодня у нас назначен ответственным за домашний очаг..?

— Рими, бабуля Дитто Мин и сестрёнка Рейна!

— Точно. Тогда Рими, Рейна и я будем помогать вам.

— Хорошо, спасибо.

Это было неожиданно.

Я собрался с духом для похода на вражескую территорию, но люди здесь оказались... как бы это сказать, тёплыми и довольно дружелюбными.

Только эта красноволосая Лала выглядела немного недовольной, у всех остальных были улыбки на лицах. По сравнению с людьми, которых я встречал на водном источнике и на дороге, их отношение было заметно другим.

Ай Фа однажды отвергла предложение Донды Ву, отказавшись выходить замуж за мужчину из клана Ву. Я же был пресловутым чужаком (по факту, вообще из другого мира). Но, похоже, это их не сильно волновало.

— Что ж... Прежде чем мы приступим к работе, я хочу кое в чём убедиться... — неожиданно сказал кто-то соблазнительным голосом.

Это была юная девушка —  та, что была чуть старше меня и без ребёнка.

Её длинные волосы были переброшены через правое плечо, а из-за того, что всю её одежду составляли два куска ткани, прикрывавшие грудь и талию с бёдрами, её сексуальные изгибы... казались довольно впечатляющими.

— Асута из дома Фа... Ты ведь прибыл из другой страны, не так ли? Есть ли причина, почему ты не называешь место своего рождения...?

— Нет, мне нет никакого смысла скрывать это.

Я уже обсуждал эту часть с Ай Фа ранее.

Я никак не мог доказать свою личность, да и свою роль в этом новом мире я понимал с трудом. Так что у меня особо не было выбора и решение было простым.

— Люди здесь, видимо, не знакомы с моей родиной... Я прибыл из страны, которая называется Япония.

Если меня спросят, я решил "отвечать честно", и Ай Фа поддержала моё решение.

— Шесть дней назад я проснулся у подножия горы Морга. Однако я без понятия, как и почему здесь оказался. Люди здесь не знают о Японии, и я тоже никогда не слышал о континенте Амусхорн. Но я понимаю ваш язык, а вы понимаете мой. Я всё ещё в недоумении от этого и не знаю, что происходит.

Если бы я соврал, меня бы раскрыли на следующий день. И в случае, если кто-то в этом мире сталкивался с подобным, я бы упустил возможность узнать об этом.

Поэтому я решил поделиться своей историей и быть честным... а скрыл я всего лишь одну вещь: "Я умер, но ожил в этом мире" — это звучало бы слишком невероятно.

— Понятно... Чужеземец, который никогда не слышал про Амусхорн?.. Прямо посреди этого материка?..

Девушка делала короткие паузы, а её загадочные глаза добавляли ей очарования. И раз уж она так этим заинтересовалась, она была среди них всех самой осторожной и самой сообразительной. Я мысленно отметил это.

— Я правда понятия не имею. Я встретил Ай Фа в лесу, теперь она заботится обо мне и даже волнуется за меня. Она говорит, что мне слишком опасно бродить где ни попадя, не зная правил Морихена.

— Ясно... Значит, Ай Фа из дома Фа... Я думала, тебе интересна только охота, как мужчинам...

В её словах не было злобы, но в тоне чувствовалась лёгкая насмешка, от которой лицо Ай Фа сразу же напряглось.

И, разумеется, Ай Фа ничего не ответила. Эта девушка одарила Ай Фа игривым взглядом и мягко рассмеялась.

— Как бы там ни было, я предвкушаю сегодняшний день. Вы ведь здесь ради нашей драгоценной бабушки Джибы, не так ли?.. Хотя отец Донда был недоволен, узнав об этом, я приветствую вас от всей души и очень благодарна вам за визит... И это не пустые слова...

— О, вы мне льстите, — рассмеялся я.

Услышав мой ответ, она приложила к своим чувственным губам указательный палец и рассмеялась в ответ. Её смех был похож на перезвон серебряных колокольчиков.

Каждое её движение было пронизано сексуальным обаянием.

— ...А я Вена Ву, старшая дочь клана Ву... Вторая дочь — черноволосая Рейна, третья дочь —  красноволосая Лала и самая младшая дочь — Рими... Я представлю вам своих братьев, когда мужчины вернутся из леса... — Вена указала рукой на группу старших женщин. — А это жена предыдущего главы семьи, Дитто Мин, она поможет вам позже... Что значит, что она моя бабушка... Рядом с ней моя мать — Миа Лей, жена главы клана, Донды... А это Сати Лей, супруга моего самого старшего брата Джизы, и её сын Кота... Человек, которому вы помогаете — моя прабабушка Джиба, она отдыхает сейчас в доме... Ай Фа и Асута из дома Фа, рада встрече с вами...

Часть 3

— ... Сюда, пожалуйста.

Нас вела вторая дочь клана Ву, Рейна Ву.

Рими тоже зашла с нами в дом, чтобы положить на хранение клинки гостей. Бабушке Дитто Мин ещё нужно было прибраться после дневной работы, а остальные женщины отправились по своим делам.

Кухня находилась в задней части дома.

В таких больших домах, как этот, было принято разделять жилые помещения и кухонное. Они построили ещё одно здание позади главного дома, которое было вполовину меньше его. Здесь была комната с печью, хранилище для еды и комната для разделки мяса.

— Хмм? У вас несколько очагов?

На улице рядом со зданием, под красивым навесом друг напротив друга стояли два массивных каменных очага.

— Мы используем их для жарки мяса. Мой отец Донда очень его любит, — улыбнулась миниатюрная девушка с двумя хвостиками чёрных волос.

— Понятно! Наверное, когда вы готовите, здесь поднимается целое облако дыма! Но мне сегодня потребуется очаг побольше.

— Э?! Асута, ты хочешь пожарить мясо?

Я удивлённо посмотрел на округлившиеся глаза девушки.

Что привлекло моё внимание?

Когда я услышал, как эта девушка с таким же именем, как у моей подруги детства, назвала моё имя, я почувствовал себя немного странно.

Но моя Рейна называла меня "Асута-чан", даже когда мы перешли в старшую школу.

— ...Верно. А что, есть какие-то проблемы?

—  Ну, Рими сказала, что то мясо, которое она попробовала, было очень мягким. Поэтому я и подумала, что ты будешь его тушить...

— Ах, вот как. Нет, я буду его жарить. Ты, возможно, посчитаешь мой метод готовки странным, но я позабочусь обо всех самых трудных этапах. А в остальном буду рассчитывать на вашу помощь.

— Хорошо! Для меня Джиба Ву незаменима. Я очень благодарна за твою помощь, Асута! Я буду очень стараться!

Эта девушка была действительно похожа на Рими Ву. Она была бодрой, невинной, энергичной и искренней.

Более того, мне представлялось вполне очевидным, что она унаследовала те же гены, что и её сексуальная старшая сестра.

У неё были слегка полные бёдра и руки, а изгибы груди и тела очень женственными. Из-за того, что у неё была тонкая талия, она совсем не выглядела толстой... Когда я разговаривал с ней, то совершенно не знал, куда девать глаза.

Девушки в этом поселении ходили чуть ли не полураздетыми, по моим меркам. Похоже, для них было достаточно всего лишь прикрыть грудь и талию. Ткань же, которой они оборачивали свои тела, была такой тонкой, что отчётливо очерчивала их фигуру.

И в отличие от женщин, которых я встретил в поселении, дочери клана Ву носили украшения.

Браслеты, сделанные из фруктов крили, яркие серебристые украшения для волос, серёжки, браслеты на лодыжках и...

— Ах! Это ожерелье...

— Хм?

— Вы все носите три клыка или рога на ваших ожерельях. Это какой-то амулет?

— Да. Из-за того, что женщины не могут охотиться, мужчины дарят нам клыки и рога, в качестве благословения на безопасную жизнь в Морихене.

Чуть выше её довольно смелого декольте раскачивалось ожерелье. Она прижала его к груди и блаженно улыбнулась.

— Отцы дарят их своим детям, мужья дарят их своим женам — в знак того, что это они добыли на охоте гибу, а не мы.

— Понятно, какая интересная традиция.

Пока я разговаривал с Рейной Ву, то всё время чувствовал пронзительную боль в затылке. Повернувшись, я обнаружил Ай Фа, прислонившуюся к стене и смотрящую на нас ледяным взглядом.

Я не забыл о поставленной задаче, моя дорогая хозяйка! Я просто слегка отвлёкся.

— Эмм, у вас ведь всего четыре очага, а? Давай разведём огонь в одной из них.

— Хорошо, пожалуйста, следуй за мной.

Рейна Ву снова улыбнулась и подошла к серьёзной как никогда Ай Фа.

Кивнув ей, она потянула и открыла рядом с ней раздвижную дверь.

— Сюда, пожалуйста.

— Понятно.

Проходя мимо Ай Фа, я хотел заговорить с ней, но моя дорогая хозяйка решительно отвернулась и зашла внутрь первой.

Что происходит? Я растерялся, но чувствовал, что это не к добру.

Я вошёл в комнату вслед за ней.

— Вау, круто!

Площадь комнаты была всего лишь 8 татами, но она выглядела огромной, так как внутри было самое множество разных вещей.

Здесь были четыре печи, стоящие вместе прямо в центре комнаты. Возле каждой был свой рабочий стол, покоящийся на большом бревне, и стояло по бутылю воды. Я был впечатлён.

Пол был простым деревянным и не покрыт шкурами. Деревянные стены, голый потолок и балки были такими же, как в доме Ай Фа.

Но на стенах была развешена целая коллекция кухонных ножей, ковшей и деревянных лопаток. Кладовая без двери в дальнем углу была заполнена тарелками, ложками и прочими кухонными принадлежностями.

Это была одновременно и кухня, и кладовка, и печная комната.

Я чувствовал, как мои эмоции начинают бурлить.

Пока я любовался всеми этими делами, Рейна Ву встала перед одной из печей и беззаботно улыбнулась:

— Скажи на милость, уже можно начинать разводить огонь?

Да, она действительно сказала: "скажи на милость".

Вот это вежливость!

Ещё и вкупе с чистотой и невинностью.

Кстати, огонь она разводила тем же самым методом, что и Ай Фа. Они привязала сухой лист, который называется каракара, к концу тонкой палки, а потом с помощью трения о другую палку поджигала его. Лист каракара вспыхивал, как спичка.

Она позаботилась о том, чтобы огонь не потух, и медленно запалила другие дрова.

Я и сам пробовал как-то пользоваться данным методом, но каждые две из трёх попыток были неудачными. Рейне не понадобилось больше одной.

— Поможешь мне вскипятить половину котелка воды? Только для этого нужен сильный огонь.

Рейна Ву кивнула и начала наполнять водой котелок.

...Я продолжал ощущать сверлящий мне спину взгляд.

Но ведь на этот раз я не сделал ничего неправильного, да?

— Отлично. Ай Фа, доставай мясо гибы. Мадемуазель, я ведь могу воспользоваться вашим столом?

— Да, конечно. А что такое мадемуазель?.. Лучше зови меня просто Рейна.

— Да, ты права. Просто тебя зовут так же, как одну мою знакомую. Чувствую себя странно...

Я забрал у Ай Фа мясо и раскрыл листья псевдокаучукового дерева.

Рейна Ву встала рядом и наклонилась, с улыбкой разглядывая его. Её лицо было так близко...

— Асута, наверное, она очень важна для тебя, раз ты не можешь заставить себя обращаться ко мне по имени?

— ...Дело не в этом.

Если не в этом, тогда в чём? Я и сам не знал ответа на этот вопрос.

Но, вспоминая прошлое... Я ведь и правда проводил с Рейной много времени. Я не воспринимал её как любовный интерес, но мысль, что я могу её больше никогда не увидеть, всё ещё причиняла боль моему сердцу.

Вот каким человеком она была для меня.

И вот почему я не хотел упоминать её имя вслух.

Разумеется, я понимал, что не стоит говорить об этом её тёзке.

— ...А?

Пока я разворачивал завёрнутое в лист мясо, мою кисть сжала маленькая смуглая рука.

Я удивлённо повернулся. Рейна Ву, которая до сих пор улыбалась, теперь печально смотрела себе под ноги.

— Прости, Асута. Я сказала то, что не должна была говорить. У тебя глаза такие грустные стали...

— Нет! Ничего! Я в порядке, правда! Просто кое-что вспомнилось!

Эй-эй, это что ещё за дела?! Я проделал весь этот путь сюда не для того, чтобы участвовать в комедийно-романтической драме!

А-а-а! Опять затылок болит! Как будто кто-то воткнул острие, сделанное изо льда, в мой мозг.

Так чётко чувствовать неодобрительный взгляд другого человека... неужели у меня есть какой-то скрытый экстрасенсорный талант?!

В этот момент я услышал, как позади меня кто-то сказал: "Прости за ожидание, Асута! Вот твой нож!" и ткнул меня в спину, заставив закричать.

— Ааааа!

Неужели кто-то взял со стены кухонный нож и заколол меня?!

— Рими, не делай так! Не играй с ножами!

— А? А что такого? Он ведь в ножнах!

Я вытер холодный пот и забрал нож Сантоку из пальцев Рими Ву.

— Л-ладно, мне нужно порезать мясо. Поможешь мне с пойтаном? Как только вода закипит, забрасывай его в котелок.

— Я поняла! Сестрёнка Рейна, пойдём в хранилище с едой!

— Ладненько!

Когда две сестры ушли, в комнате остались только я и моя драгоценная хозяйка.

Я растёр над мясом веточку листьев пико и украдкой взглянул на Ай Фа.

Моя хозяюшка сидела в своей обыкновенной позе у стены: скрестив ноги и подняв одно колено вверх.

— ...Похоже, от меня мало пользы.

— Это не так! Ты моя моральная поддержка! Я могу сконцентрироваться на готовке только потому, что ты сидишь тут и присматриваешь за мной!

— ...Ты чего такой взволнованный?

Вовсе я не взволнованный.  А если и был, то это из-за того, что её голос был холоднее и ниже, чем обычно.

Однако это была драгоценная возможность поговорить с Ай Фа наедине. Её ледяной взгляд был пугающим, но я всё равно поделился мыслями, которые были в моем сердце.

— ...А Клан Ву оказался дружелюбнее, чем я ожидал. Я-то думал это пылкое племя настоящих охотников.

— Может, и так. А может, и нет. Я кроме Рими Ву и Джибы Ву никого из них не встречала прежде.

— А как же их мужчины?

— ...Когда Донда Ву приходил в мой дом предлагать замужество, он привёл с собой всех трёх сыновей. Если ты хочешь встретить пылких людей, просто подожди до вечера.

— На самом деле не думаю, что горю особым желанием...

Мы обменялись всего несколькими словами, когда две сестры вернулись обратно.

Они держали в руках что-то вроде большого сита, в которое была сложена кучка псевдокартофеля, пойтана. Каждому из четырнадцати людей нужно два, поэтому там было всего 28.

Вот почему сестрам потребовался еще один помощник. Это была седоволосая и полная пожилая дама, Дитто Мин Ву.

— Простите за ожидание, я пришла помогать... О-о, какой большой кусок ноги гибы!

На её лице было много морщин, но это его не портило. Она повернулась к Ай Фа с улыбкой:

— — Ай Фа из дома Фа, я слышала, что ты присматриваешь за домом Фа сама. Ты что же, и сама охотишься?

— ...Да, именно так.

Её тон, может быть, и оставался холодным, но Ай Фа всё равно старалась быть вежливой и кивнула.

— Это действительно впечатляюще, но разве дом Фа не прекратил все отношения с остальными семьями? Я не могу представить, как такая девушка, как ты, может защищать свой собственный дом, не полагаясь на остальных.

— ... Это не трудно. Мой отец научил меня охотиться. Он научил меня важным особенностям выживания в Морихене. Я могу продолжать жить, не полагаясь на кого-то ещё.

— Жить одной и умереть в одиночестве?

На лице пожилой дамы появилась понимающая улыбка, как будто она видела её насквозь.

Ай Фа уже было открыла рот, чтобы ответить, но потом закрыла его, так ничего и не сказав.

— Если женщина посвящает себя охоте, то она не может иметь и растить детей, правильно? Жить одной, умереть одной и позволить дому Фа исчезнуть... Ай Фа из дома Фа, тебя это устраивает?

— ...Множество домов в Морихене вымерли так же. Не все такие сильные, как клан Ву.

— Хм? Ты нас переоцениваешь. Ни Рейна, ни Рими, ни я — никто из нас не может охотиться на гибу. Нет, даже мужчины нашего дома не могут делать это в одиночку. Сомневаюсь, что на всё поселение наберётся хотя бы несколько таких одарённых людей, как ты.

— Это...

— Однако это не отменяет того факта, что с таким подходом дому Фа суждено исчезнуть и прервать свой род... Разумеется, только если ты не передумаешь.

— ...О чём это бабуля Дитто Мин всё твердит? — с недоумением спросила меня Рими Ву и скучающе потыкала пойтан.

Пожилая дама повернулась ко мне и по какой-то причине с удовольствием прищурилась.

— Рими, ты поймёшь это, когда вырастешь... У вас вода кипит.

— А..! Точно!

Похоже, когда члены одной семьи обращаются друг к другу, они опускают фамилию.

Рими Ву энергично взяла со стены небольшой кухонный ножик.

Затем она посмотрела на бурлящий котелок и растерянно наклонила голову.

— А тут не слишком мало водички? Этого хватит на такую здоровенную кучу пойтана?

— Да, этого хватит. Я приготовлю его так же, как и вчера. Забрасывай!

— Хорошо!

Она взяла пойтан из кучки, разрезала его пополам и бросила в котелок. Пока она с этим разбиралась, я почти закончил подготавливать мясо.

Я срезал жирок, который понадобится мне для готовки. И чтобы мне было удобнее делать фарш, я порезал красное мясо на подходящие кусочки. На это не понадобилось много времени — мяса было всего около пяти килограмм.

Бабуля Дитто Мин повернулась ко мне и улыбнулась.

— Асута из дома Фа, ты очень ловко обращаешься с ножом, лучше любой женщины.

— Спасибо. Фактически, я был начинающий поваром в стране, откуда родом.

— Вот как? Интересно, — прищурилась бабуля Дитто Мин. — Женщина, которая охотится на гибу, и мужчина, который хорош в готовке. Какое интересное сочетание... Ох, похоже, я слишком много болтаю.

— Я согласна, бабушка Дитто Мин, лучше не вмешиваться в дела другой семьи, — упрекнула её Рейна капризным детским голосом.

Почему-то от этого у меня потеплело на душе.

Но я не собирался расслабляться!

Я решил на время выкинуть из головы беспокойство за Ай Фа и сосредоточиться на готовке.

Глава нашего дома продолжала сверлить меня взглядом.

Часть 4

Итак, самое время сфокусироваться.

Вокруг меня было довольно шумно, что могло повлиять на предстоящую работу. Будь я чуть искуснее в поварском деле, это не было бы для меня особой проблемой. Отец бы никогда не позволил мне использовать свой нож Сантоку в такой суматохе.

— ...Готовить пойтан этим способом легко. Если это блюдо понравится прабабушке Джибе Ву, тогда любая из вас сможет попробовать сделать его, начиная с завтрашнего дня.

Пока я говорил это, пойтан уже закипел. Я осторожно помешал его черпаком, чтоб он не пригорел. Консистенция медленно, но верно становилась нужной мне вязкости.

— Слушай, а ты планируешь варить пойтан до тех пор, пока вся вода не испарится? — поинтересовалась Рейна Ву.

Когда я кивнул, подтверждая это, её глаза округлились.

— Но ведь тогда он станет твёрдым, как кусок грязи? Не думаю, что есть такое...

— Хм? Рейна Ву, неужели ты уже пыталась его вываривать?

Рейна сверкнула глазами.

— Да! Я пробовала много разных способов, чтобы приготовить его повкуснее, но все только ругали меня за бесполезную растрату еды.

Она вдруг счастливо улыбнулась.

Почему у неё на лице подобное довольное выражение в этой ситуации? Потому что я впервые назвал её по имени? Нет, мне нужно сосредоточиться, сосредоточиться.

— Что ж, тогда я оставлю пойтан на тебя... Возможно, немного грубо это спрашивать, но люди Морихена тоже экспериментируют с кулинарными методами?

— Да. Нас серьёзно обеспокоило состояние бабули Джибы... Мне нужно подождать, пока вся вода испарится?

— Да, будь осторожна, не дай ему пригореть.

— Хорошо!

До вечера оставалось ещё немного времени, поэтому сперва нужно было разобраться с главным.

— Хорошо. А я тогда займусь мясом. Температуру для этого блюда тяжело контролировать. Пожалуйста, запоминай внимательно, это также может пригодиться для других блюд в будущем.

Сказав это, я выложил на стол кусок Чак Флэпа[1].

— Хмммм, — протянула Рими Ву.

— Какое-то оно странное! Это точно мясо гибы?

— Хм? А что странного? Это мясо с области между лопаток.

— А?! Ни разу такого не пробовала!

— Что? В твоей семье так много людей и вы никогда не приносили гибу домой целиком?

— Мы приносим всё животное обратно только для того, чтобы снять с него шкуру. Асута, мы едим только их задние ноги, — ответила бабушка Дитто Мин.

— Но ведь у вас такая большая семья! Неужели вам этого хватает?

— Мужчины клана Ву ловят каждый день по две гибы. Даже если мы забираем только задние ноги, то мяса всё равно слишком много. Мы его даже не всегда приготовить успеваем, как оно портится.

— Две всего за один день... — я был в шоке.

Она была права. Если одна гиба весит около 70 кг, тогда её задние ноги где-то 20кг. С двух гиб получается 40 кг... За один день столько съесть нереально. Даже если включить части для копчения, им необходима только одна нога.

Но я понял одну вещь. Клыки и рога одной гибы можно обменять на запас арии и пойтана только для десятерых людей.

И поскольку в клане Ву была дюжина людей (и один ребёнок), то одной гибы в день было не достаточно. Конечно, они получали излишек мяса, но это было неизбежно.

И конечно, я понимал, что в излишке мяса нет ничего необычного — у нас и у самих дома его было более чем достаточно.

От гибы, которую Ай Фа поймала шесть дней назад, всё ещё оставалось 45кг. Под консервантом из листьев пико оно потеряло в жидкости, уменьшившись до 40кг, но этого было всё равно много. Ай Фа ест не больше одного килограмма день. Так как оно хранится не большее 20 дней, то мне пришлось закоптить почти половину.

А тем временем потребность в клыках и рогах никуда не исчезала — Ай Фа всё ещё нужно было ловить на охоте по одной гибе каждые пять дней, оставляя тушу животного в лесу на растерзание тамошней дикой природе.

На копчение уходило довольно много времени. Вот почему я был рад потратить 10кг мяса за один раз... Однако понимание того, что даже такая большая семья ест только бёдра гибы, немного меня опечалило.

Нарезая мясо с лопатки, я покосился на чем-то очень довольную бабушку Дитто Мин.

— Так после охоты на гибу вы снимаете с неё шкуру, отрезаете клыки, рога и задние ноги, а затем просто выбрасываете то, что осталось?

— Да, мы выбрасываем остатки в ущелье, чтобы люди Морихена не могли до них добраться. На дне ущелья есть гнездо мунто. Они забирают дух гибы и возвращают его обратно в лес.

— ...чтобы люди Морихена не могли до них добраться?

— Именно так. Если люди, которые не могут охотиться на гибу, найдут это мясо, они будут жить только на том, что выбрасывают остальные. Из-за этого в Морихене могут появиться люди, отказавшиеся от своей гордости.

Так вот, что такое "гордость Морихена"...

Я из другого мира. Наверное, мне этого просто не понять.

Но с одним я точно не мог согласиться — они обращались с вкуснейшими лопатками и грудинкой, как с мусором! Возможно, мои ценности были для этого мира немного странными.

— Если мужчины калечатся или становятся слишком старыми, чтобы охотиться, что с ними происходит? Я спрашиваю просто для справки.

— Если кто-то теряет свою силу, им приходится положиться на свою семью. Если их семья не способна оказывать помощь, им необходимо положиться на более мощный клан. Даже если они не могут охотиться на гибу, они могут помогать в чём-то другом — тем самым сохраняя право на свою долю мяса.

— Понятно, — услышав это объяснение, я чуть лучше понял их суровые обычаи. —  Теперь я понимаю, спасибо... А теперь смотрите: нарезав мясо таким вот образом, его следует мелко пошинковать ножами.

Я снова сконцентрировался на готовке.

Сейчас у меня не было времени заниматься сбором информации.

— Сначала берём нож побольше, так будет проще. Не прикладывайте слишком много силы, пользуйтесь весом самого ножа, чтоб рубить мясо равномерно.

— Что это!? Выглядит интересно! Я тоже хочу попробовать!

— Хмм…? Ну, если хочешь, то попробуй. Здесь нет ничего сложного.

Ещё оставалось порядочно времени. Если что-то пойдёт не так, я смогу исправить её ошибки, поэтому тут не было никаких проблем. А им придётся делать это самим в будущем, поэтому я хотел научить их как можно лучше.

— Вау, оно всё липкое, так забавно!

С первого взгляда могло показаться, что Рими играется, но то, как умело она управлялась с кухонным ножом, было совсем не опасно. Может, она и была ещё маленькой, но уже привыкла помогать с домашними делами.

— И-извини, Асута, я тоже хочу попробовать!

И конечно, единственной, кто ко мне так обращался, могла быть только Рейна Ву. Помешивая пойтан в котелке, она повернулась ко мне и внимательно наблюдала за моими руками.

Я уже отложил 7кг мяса для приготовления бифштекса для 14 человек. Ей не нужно было столь горячо меня об этом просить — мне ведь не жалко!

— Ах, пойтан уже почти готов. Эм, мы можем как-нибудь передвинуть котелок?

— Если мы просунем через ручки палку, то вдвоём сможем запросто его сдвинуть!

— Это замечательно. Что ж, тогда Ай Фа...

— Я и сама справлюсь, — улыбнулась мне Рейна Ву, вертя в руках палочку дерева крили.

Может, тогда они вдвоём... Я несколько секунд обдумывал эту идею, но мои инстинкты кричали мне, что я не должен допускать, чтобы эти двое работали вместе.

И потому, отчаянно стараясь не обжечься, я просунул конец палки в ручку, и мы с Рейной Ву подняли тяжёлый котелок. Пришлось потрудиться, чтобы вынести его на улицу.

Ай Фа перестало сердито на меня зыркать, но когда она поговорила о чём-то с Дитто Мин, то стала ещё более замкнутой, а её глаза наполнились печалью.

Её подавленный вид очень меня расстроил.

— Итак, что нас с этим делать?

— А, нам нужно поставить его на солнце и дать подсохнуть. Давай побрызгаем ещё немного воды на внешние стенки котелка, чтобы уж точно ничего не пригорело.

— Хорошо!

Хотя я продолжал тревожиться из-за Ай Фа, старательность Рейны Ву заслуживала уважения. Она работала уверенно и быстро схватывала всё на лету. Да и Рими была такой же — они обе действительно хотели научиться этому ради их бабули Джибы.

Разобравшись с пойтаном, мы с Рейной вернулись к нарезке мяса. Она справилась даже лучше Рими. Мясо было так хорошо нарублено, что мне не понадобилось исправлять никаких ошибок.

Дитто Мин присоединилась к нам и, работая в несколько ножей, мы превратили 7кг мяса в розовую горку в мгновение ока.

Какие у меня замечательные ученицы.

— Хмм? Асута! А тут ещё мяско осталось! Нам и его тоже нужно сделать липким?

— Нет, оно мне пригодится для других блюд.

Поскольку у старушки были проблемы с зубами, я подумывал приготовить суп. 7кг мяса — на котлеты, 3кг — на суп.

Услышав мой ответ, Рими надулась:

— Пф!

— Я чуть изменил привычный порядок действий, но дальне нам нужно заняться арией. Так же мне понадобятся и другие ингредиенты, поэтому Рими Ву, ты можешь отвести меня в хранилище с едой?

— Конечно!

— Ахх, и ещё нужно развести огонь в другом очаге... Ай Фа, не поможешь мне принести всё необходимое?

Ай Фа вяло отлепилась от стены.

Мы оставили Дитто Мин управляться с огнём в очаге и вчетвером направились в кладовку с едой.

В доме было три двери: первая вела непосредственно в кухню, вторая — в кладовую, третья — в комнату для разделки.

Рими Ву провела нас в центральную.

Зайдя, я издал вздох трепета. Вот уж не ожидал увидеть внутри такую картину.

Каких незнакомых мне ингредиентов в ней только не было!

— Что это?! Это же самая настоящая сокровищница! — воскликнул я, оглядевшись.

Внутренность просторного помещения заполняли большие шкафы. На них хранились большие, красные как помидор тыквоподобные фрукты. Зелёные овощи с листьями в форме бутонов роз. Загадочный комок чего-то непонятного, похожий на свернувшуюся змею. Фрукты с колючками как у дуриана и зелёной кожурой...

На стене были развешаны уже знакомые мне листья пико и риро. У одной из стен хранилось какое-то большое двухметровое растение — оно было толстым, как бамбук, и пушистым, как лист лопуха. Рядом с ним на стене были развешаны связки чего-то вроде сушёной жёлтой хурмы.

Мяса не было. Но в помещении была ещё одна дверь. Вероятно, она вела в хранилище мяса.

Целая кладовая неизвестных мне ингредиентов! Это место было похоже на рай.

— Асута, арии у нас хранятся вон там!

Рими Ву быстро протиснулась между полками и побежала к правой стороне комнаты.

Я действительно увидел там большой запас арии и пойтана.

— ...В этом мире так много овощей.

— Мире...? Да! Если ты бросишь их в кастрюлю, то вкус тоже изменится, это интересно! Мне нравится тарапа. А Рейна любит листья тино!

— Но Рими Ву, я слышал, что местные жители довольствуются только арией и пойтаном.

— Хм? Ну, в основном это так и есть! Но ведь тебе надоест вкус, если ты будешь есть одно и то же каждый день, верно?

Понятно, эти ингредиенты, наверно, предметы роскоши, только сильные кланы могут себе их позволить. Нет... я уверен, что в них полно питательных веществ. Даже если это настоящие деликатесы, они не выглядят как что-то вредное.

Кстати, все остальные женщины, кроме Рими Ву и Лалы Ву, были довольно-таки крепкими и выглядели очень здоровыми.

С тех пор, как я догадался, что пойтан — это местный злак, то я почему-то решил, что ария — это единственный овощ, который здесь есть. Естественно, это не могло меня не расстраивать. Но, судя по всему, я всё-таки ошибался.

Впрочем... что бы это ни был за овощ, они ведь просто бросают его в котелок вместе с мясом гибы и пойтаном... Какое расточительство.

С таким большим количеством ингредиентов, какое роскошное блюдо можно было бы сотворить?! Простая мысль об этом заставляла меня дрожать от предвкушения.

— Если ты хочешь, можешь использовать любой из ингредиентов, которые найдёшь здесь, — слегка улыбнулась мне Рейна.

Её предложение показалось мне очень заманчивым, но я всё-таки решил отказаться.

— У меня сейчас нет времени пробовать их на вкус. Жаль, но давайте сейчас не будем экспериментировать. Если я воспользуюсь неизвестными ингредиентами и испорчу вкус блюда, тогда это будет пустой тратой усилий.

Я потратил целых четыре дня на исследование пойтана. Моя поварская честь и чувства Ай Фа были сегодняшней ставкой, я не мог рисковать.

Кстати об Ай Фа... Я повернулся к своей драгоценной хозяйке. Она холодно взирала на всё это с нечитаемым выражением лица.

...Ну да. Нам нужно добывать по одной гибе каждые пять дней, чтобы обеспечить минимальное количество еды. Бесполезно завидовать людям, которые богаче нас.

Я вырос в семье, которая управляет дешёвой закусочной. Простым людям не по карману ингредиенты вроде икры или фуа-гра. Мысль об этом слегка приподняла мне настроение.

Итак, мы взяли с собой достаточное количество арии на четырнадцать человек, глиняные бутыли фруктового вина, мешок каменной соли, и покинули кладовую с едой.

И в этот момент...

Явились они.

— Это ещё что такое?! Варёное гибье дерьмо?! Не загораживайте проход всякой хренотенью!

Из соседней комнаты раздался чей-то громоподобный хриплый голос.

Лицо Ай Фа сразу слегка напряглось.

—  Хмм? Папа Донда, добро пожаловать домой! Ты сегодня рано вернулся! — сжимая бутыль в руках, Рими Ву с радостным криком бросилась бежать к источнику голоса.

Мы вышли из кладовой с едой, и нашему взору предстали четыре сильных мужчины со свирепым духом.

Впереди стоял массивный здоровяк и недовольно взирал на котелок, наполненный приготовленным пойтаном, стоящий у него на пути. Он взглянул на нас поверх головы Рими.

— Хо, так это и есть чужак из дома Фа? Все говорят, что у тебя белая кожа. Ха-ха, и они правы! Какой-то ты слишком уж бледный и хилый, мальчишка!

У здоровяка была густая борода, и когда он дышал, это было похоже на дыхание дикого зверя...

Конечно же, это и был глава клана Ву, отец Рими и остальных, Донда Ву.

[1] Чак Флэп — это центральная часть лопатки животного, предназначенная для стейка. Одна из разновидностей "мраморного" мяса.

Глава 6: Ночь благословения

Глава 6

Ночь Благословения

Часть 1

Группа мужчин клана Ву выглядела очень внушительно.

Впереди стоял, вероятно, глава клана Донда Ву. Судя по возрасту и поведению, это определённо должен быть он. Он был около 180см ростом и весил более 90кг.

На нём была накидка из шкуры гибы, безрукавка и кусок ткани, обвязанный вокруг пояса. На шее висело ожерелье с большим количеством клыков и рогов. На ногах — крепкие кожаные сандалии, подвязанные кожаными ремешками, а ещё у него был большой меч и нож... Остальные трое были одеты примерно так же.

Но что выделяло Донду Ву среди них, так это его внушительность.

Мускулы на его руках, плечах, бёдрах и икрах бугрились, как горные массивы. Грудь была невероятно крепкой, а пояс выглядел мощно, как ствол дерева. Его каштановые волосы и борода выглядели жёсткими, как шкура гибы, и сбились в беспорядке. У него были большие глаза, рот и нос, а морщины на лице были глубокими, как трещины на валунах.

Он был уже в возрасте, но это нисколько не уменьшило его свирепую силу духа, ярко пылающую в голубых глазах. Его массивное тело напоминало кусок скалы, наполненный до краёв жизнью. Этот человек обладал такой харизмой, что невольно действовал на всех окружающих его людей.

Если бы мне нужно было описать его одним предложением, то я бы сказал, что этот крепкий мужчина — самый настоящий гиба в человеческом теле.

С другой стороны...

Мужчины позади него были больше похожи на людей.

Особенно тот, кто стоял справа — от него исходило ощущение доброты и спокойствия.

Он был не таким тучным, как его отец, но всё равно крепко сложенным. Его руки были толще моих икр, и он с лёгкостью нёс в одной из них молодую гибу весом килограмм в пятьдесят.

У этого мужчины было точно такое же лицо, как у отца — жёсткое, как валун. Но свои каштановые волосы он подстриг коротко, а в насмешливо прищуренных глазах можно было отчётливо различить тень улыбки. У него было очень спокойное выражение лица. Впрочем, даже если он выглядел добрым и спокойным, его мощное тело излучало неумолимую отвагу. У меня появилось такое чувство, что лучше его не злить.

Он тоже был в возрасте, тогда как оставшиеся двое были явно младше.

Один из них, должно быть, был всего лишь на несколько лет старше меня. Это был высокий парень с крепкими мышцами, похожий на молодого волка.

Его лицо было немного длиннее, переносица — высокой, а рот с серьёзным видом сжат в плотную линию. Он был хорош собой, с чёрным цветом волос, какой редко встретишь в поселении. Свои длинные волосы он подвязывал за затылком. И... в его прищуренных глазах горел точно такое же дикий свет, как и у его отца. И ощущение от него исходило такое же.

Последний был самым младшим — даже младше меня. В моём мире он бы учился в средней школе.

Немного ниже меня, он был худее по сравнению с другими мужчинами, но не чувствовался слабым. Он нёс гибу весом около 100кг с помощью палки крили вместе с молодым парнем, которого я упомянул ранее. У него были русые волосы средней длины и светлые глаза. Если бы не его мятежное, хулиганское выражение лица, он мог бы выглядеть милым. Красноволосая девушка, которая с неохотой взяла накидку у Ай Фа, была очень похожа на него.

Кстати, на свободном плече у него висели лук и колчан стрел. Я впервые увидел кого-то из этого мира с подобным оружием.

В любом случае... это были мужчины клана Ву.

Глава клана Донда Ву и трое его сыновей.

— О, Рими, как предупредительно с твоей стороны! — пророкотал он и взял у Рими из рук бутыль с фруктовым вином.

— Аа, нельзя, это для кулинарных целей!

— Хмпф! "Кулинарных целей"? Не используй такие заумные выражения!

У Донды Ву были белые крепкие зубы, прямо как у гибы. Он зубами вытащил пробку из бутыля и залпом отправил жидкость в своё горло.

Во фруктовом вине не так много градусов, как в красном, но всё равно солидное количество алкоголя. Он опустошил бутыль в одно мгновение и бросил её на пол.

— Ну, привет, девушка-охотница из дома Фа! Мы не встречались с момента смерти твоего отца два года назад. Прошло много времени, и ты даже не собираешься меня как следует поприветствовать?

Он направил свой горячий взгляд на Ай Фа.

Ай Фа оттолкнула меня за спину и вышла вперёд к этому большому мужчине.

— Глава клана Ву, Донда Ву, давно не виделись... По просьбе Рими Ву, член моей семьи Асута и я здесь, как временно ответственные за домашний очаг клана Ву.

— Хмпф, а ты всё та же нахальная девчонка, что и раньше! Если бы твои глаза не выглядели такими острыми, ты была бы красавицей, прямо как твоя мать.

У Донды Ву было широкое лицо, похожее на смесь гибы и льва. Он наклонился носом к носу Ай Фа.

— И ты действительно носишь на шее рога гибы, как мужчина. Не имеет значения, насколько ты храбрая, ты всё равно слабая девушка. Похоже, что ты до сих пор не можешь этого понять, а? Ай Фа из дома Фа?

— Я буду продолжать присматривать за своим домом, как глава дома Фа. Я уже говорила вам это два года назад.

Удивительно, но даже перед лицом такого пугающего человека Ай Фа сохраняла полнейшую невозмутимость.

Я не мог видеть выражение её лица, но мог побиться об заклад, что в её глазах горел огонь, который бы ничем не уступил огню Донды Ву.

Как будто дикая кошка столкнулась со стадом гиб.

— Ха! Дарум, как тебе это?! Почему бы тебе вступить в дом Фа через женитьбу? И тогда род Фа не прервётся! Вот только тебе придётся отвечать за домашний очаг и растить детей! Ха-ха-ха!

Здоровяк откинулся назад и громогласно расхохотался.

В ответ на это глаза среднего сына, так похожие на глаза своего отца, опасно вспыхнули, когда он перевёл взгляд на Ай Фа. В них отчётливо читалась насмешка.

— У неё глаза, как у дикого зверя, я не хочу жениться на такой женщине. Да и женщина ли вообще это? Что-то я сомневаюсь!

Услышав это, я рефлекторно дёрнулся сделать шаг вперёд.

Но Ай Фа, которая стояла передо мной, быстро меня удержала.

— Нам всё ещё нужно приготовить ужин. Мы обсудим это после того, как он будет готов.

— Вот именно! Мы как раз собирались начать готовить! А ну, не мешайтесь тут! — поддержала её Рими, бесстрашно размахивая пустым бутылём. В её глазах этот гигантский зверь был всего лишь отцом.

С другой стороны, Рейна Ву, держащая сито с горой арии, глядела на мужчин с беспокойством.

Посмотрев на своих дочерей, Донда Ву повернулся и бросил:

— Хах! Что за нелепость?! Отложить все дела, чтобы начать готовить ужин так рано? Это всего-навсего поедание жизни гибы, нет необходимости так стараться ради этого!

— Я уже говорила тебе! Мы готовим ради бабушки Джибы! Еда Асуты нежная и очень вкусная!

Донда Ву повернулся спиной к своей неистовой младшей дочери и немного изменил свой тон:

— ...Если житель Морихена больше не может жрать мясо гибы, его ждёт смерть и ничего более.  Ни Ву, ни верховный старейшина не может нарушить закон леса.

Его огромный силуэт начал медленно удаляться вглубь дома.

И тогда случилось нечто невероятное.

Рими Ву пнула своего отца в спину.

— Папа Донда, ты дурак! Зачем ты говоришь такое про бабушку Джибу?! Ты ведь тоже очень переживаешь за неё!

— Вот именно! Бабушка Джиба — старейшина всего Морихена, а не только клана Ву. Как глава клана Ву ты должен проявлять к ней уважение! — даже Рейна Ву не выдержала и со слезами на глазах воскликнула вслед отцу.

— ...Хммпф, — равнодушно проворчал Донда Ву и пропал в глубинах здания.

— Ладно, давайте вернёмся к делу, — раздался чей-то невозмутимый глубокий голос.

Опасная атмосфера развеялась.

— Да, я ведь не представился. Я — старший сын клана Ву, Джиза Ву. Ай Фа и Асута из дома Фа, я очень благодарен вам обоим за приход сюда ради старейшины Джибы Ву, — сказал высокий мужчина с прищуренными добрыми глазами. — ...Но то, что клан Ву передаёт ответственность за домашний очаг чужаку, это большая редкость... думаю, на уровне нашего предложения клинков западному богу Сельве. Прошу прощения за главу клана. Надеюсь, вы сможете понять его беспокойство.

— Хмпф! Батя всегда слишком балует Рими! — отметил самый младший парень с русыми волосами.

— Чего?! А ну-ка повтори! На драку нарываешься, братец Лудо?!

Парень и девочка уставились друг на друга, как два повздоривших щенка.

По сравнению с напряжённой атмосферой ранее, эта была более расслабленной.

— Этот коротышка — мой младший брат, Лудо Ву. А это — средний сын, Дарум Ву. Состояние Джибы Ву ранит сердце каждого из нас. Если вы сможете спасти её душу, мы покажем вам нашу величайшую благодарность и уважение, — Джиза Ву медленно улыбнулся. — ...Но если вы навредите домашнему очагу клана Ву или жизням членов нашей семьи, мы будем вынуждены скрестить мечи. Я надеюсь, вы это хорошенько запомните. А теперь мы вас покинем... Пойдёмте, Дарум, Лудо.

Три брата вышли в комнату для разделки гибы.

Когда они исчезли там, я вздохнул с облегчением.

— Эх... Они, конечно, пугают. Впервые вижу мужчин Морихена вблизи. Они все такие?

— ... Клан Ву — исключительно сильный по меркам Морихена. Естественно, что их мужчины экстраординарные.

Прошло какое-то время с тех пор, когда Ай Фа вот так смотрела мне прямо в глаза.

— Асута, ты не можешь отступить сейчас, даже если боишься.

— Не беспокойся, я живу под одной крышей с одной наводящей страх хозяйкой, поэтому я привык к... подобному.

Она немедленно пнула меня по ноге.

— Этот старик действительно внушает страх, но самый опасный среди них — старший сын. Однако то, что он сказал, распалило мой боевой дух!

Когда я сказал это, две сестры одновременно посмотрели на меня.

— Асута, ты потрясающий!

— Аа?

— Братец Джиза ужасен, когда выходит из себя. Если бы он сейчас меня отругал, я бы точно разрыдалась, как ребёнок.

— П-понятно.

— И ещё... Когда Рими хотела пригласить тебя и Ай Фа в наш дом, то единственным, кто сильнее всего возражал, был не отец, а Джиза. Джиза строго придерживается правил, он не может принять чужаков, отвечающих за домашний очаг в нашем доме.

— ...Спасибо за ценную информацию. Мой боевой дух теперь пылает ещё сильнее!

Мне захотелось почесать голову, но я не мог сделать это с руками, занятыми арией.

— Что ж, тогда... Рими Ву, у вас ведь есть ещё фруктовое вино? Честно говоря, если нет, то у нас будут проблемы.

— Не беспокойся! Там его видимо-невидимо! Отец пьёт по три или четыре бутыля каждый день. Нам приходится то и дело покупать новые, это так утомительно!

Прекрасно, похоже, что на какое-то время я смогу сохранить свою голову на плечах.

Что бы ни происходило за последние несколько минут, это ничего не меняло. Используя доступные ингредиенты, я должен был приготовить лучшее блюдо, которое смогу.

И не только для бабули Джибы. Мне нужно удивить ещё и гибоподобного отца семейства, и его старшего сына — местного серого кардинала. Иначе моя жизнь будет в опасности...

С таким внушительным главной клану Ву нечего было переживать о своём будущем.

А, кстати говоря...

Это ведь не первый раз, когда я встретил мужчину Морихена!

В ту самую первую ночь, когда я попал в этот мир, я ведь уже встречал одного местного здоровяка?

Того, который вторгся в дом Ай Фа, подавленной смертью своего отца. Которого она поколотила и сбросила в реку.

...Вроде бы, это был наследник клана Тсун.

В таком случае, если между этими двумя кланами начнётся война, то её исход будет вполне ясен, не так ли?

Я подумал об этом и вернулся на кухню со своей драгоценной хозяйкой и остальными женщинами.

Часть 2

- Ах... Вы уже закончили подготовку ужина...?

Когда появилась Вена Ву, приготовление ужина уже подходило к своей кульминации.

Прямо сейчас мы занимались мясным гиба-супом. Пойтан уже был как следует обжарен, и мы постепенно переходили к этапу жарки котлет и арии.

— О? Что такое, Вена? Редко увидишь тебя ни кухне, если не ты дежурная, — повернула к ней голову Дитто Мин.

Девушка, стоящая в дверном проёме и внимательно нас разглядывающая... была старшей сестрой клана Ву. Вена медленно накручивала свои длинные каштановые волосы на палец и обворожительно улыбалась.

— У меня сейчас нет никакой работы, поэтому я пришла посмотреть... Но видимо, моя помощь не требуется...

Подготовка ужина была почти завершена, хотя до заката оставалось ещё немного времени.

Рими, Рейна и бабуля Дитто Мин оказались более умелыми, чем я ожидал, поэтому работа наша совместная работа продвигалась очень быстро.

Всё шло как по маслу.

— Всё, что нам осталось сделать — это пожарить мясо, и дело сделано! Сестрица Вена, тебе этого доверять точно нельзя, ты его обязательно спалишь!

— Рими, не говори так... У нас ведь гости...

Великолепное тело Вены Ву застенчиво затрепетало.

Да уж, в сексапильности ей не откажешь...

— Я немного беспокоюсь... Папа Донда сегодня выглядит ещё более недовольным, чем вчера...

— Ну и пусть его! Асута и Ай Фа согласились на эту утомительную работу только ради бабули Джибы! — надулась Рими Ву.

Вена Ву окинула ярким оценивающим взглядом меня и стоящую рядом Рейну.

— Может и так, но если вы навлечёте на себя гнев отца и Джизы, всё станет гораздо сложнее... А ты что думаешь, Рейна...?

— А я думаю, что всё будет в порядке. Асута замечательно готовит! Я думаю, бабушке Джибе очень понравится! — заявила Рейна.

Её глаза были наполнены верой в меня, что слегка меня смутило.

— Хмм... — протянула Вена Ву, оглядев сестру с головы до ног, а затем радостно улыбнулась. — Так-так, ну раз уж сама Рейна — чемпион в деле хранения домашнего очага — такое говорит, то я могу быть спокойна... А что это у вас вон там, такое странное...?

— А, это пойтан. Я его на солнце высушил, а потом развёл в воде и поджарил. И он стал таким, — ответил я, на что глаза Вены раскрылись шире.

— Это пойтан...? А что это за странная форма у мяса...?

— А это мясной фарш. Из него мы слепили овальные котлеты. С помощью такого метода жёсткое мясо гибы станет мягким и нежным.

— Хмм... — снова протянула Вена Ву и погрузилась в глубокие размышления. — Никогда не видела таких странных блюд, даже в Почтовом городе Геносе... Ты действительно из далёкой-далёкой страны...

— Да, это обычный способ готовки в месте, откуда я родом, — я повернулся к Рейне Ву. — Но, должно быть, довольно трудно понять все тонкости всего за один день. С завтрашнего дня вы можете просто мелко шинковать мясо и забрасывать его прямо в суп.

— Рубленое мясо в суп?

— Да, тогда его не придётся жевать. Получится такой густой бульон, который можно будет пить. Можете даже сперва поджарить фарш, это придаст больше вкуса и сделает суп вкуснее.

— Покрошить мясо, пожарить его немного, а потом добавить в суп? Нам нужно готовить его на медленном огне, как сегодня?

— Да. И не забудьте в самом конце добавить арии. Сам бульон можно делать и на обычном мясе, так вкус получится более сложным и разнообразным.

— Понятно. Спасибо... Асута, ты так здорово во всём этом разбираешься! Просто удивительно.

— Вовсе нет, просто моя семья зарабатывает на жизнь с помощью готовки, вот я и поднахватался разного.

Её взгляд, наполненный уважением, только заставил меня ещё больше смутиться, и я даже почувствовал угрызения совести. В конце концов, я ведь был всего лишь полуобразованным начинающим поваром.

Но я был полон решимости постараться как следует, чтобы помочь бабуле Джибе, которую все они так ценили.

"Еда ради выживания" — это сказала мне однажды Ай Фа.

Это храброе и простодушное племя охотников не сильно заботилось о вкусе еды. Но я уверен, что если уделить готовке чуть больше внимания, даже они смогут получить от неё радость и удовольствие.

Ай Фа и Рими Ву обе восхитились тому, что я приготовил, назвав еду "очень вкусной".

Они осознали ценность вкусной еды и испытали радость.

В таком случае, хоть даже я и вырос в совершенно другой обстановке, моя иная система ценностей могла оказаться полезной.

Я не знаю, было ли мое прибытие в этот мир шуткой судьбы, но я хочу продолжать жить здесь, сохраняя свой собственный взгляд на вещи.

Кулинарные навыки были единственной вещью, в чем я имел значительный опыт. Если мои способности могли помочь дорогому для Ай Фа человеку жить спокойной и насыщенной жизнью, то для меня не было бы больше радости.

— Хмм...

Пока я думал об этом... Вена Ву вздохнула и тихо сказала:

— Асута, ты действительно необъяснимый мужчина... Я слышала, что профессия повара существует только в городах, окружённых каменными стенами...

— Я родился в самом простом городе. Наверное, всё дело просто в культурной разнице наших миров.

Что у Вены Ву на уме?

Мужчины под предводительством Донды Ву выразили мне явную враждебность. Я не чувствовал этого от Вены и, похоже, она не слишком-то меня опасалась. Но... при разговоре с ней у меня всегда появлялось стойкое ощущение, что она внимательно меня изучает.

— А я вот не знаю ничего о готовке... Если бабушка Джиба почувствует радость жизни, меня это очень порадует... Постараешься ради меня...? — медленно сказала Вена, а потом развернулась и ушла.

Когда источник чрезмерных феромонов покинул нас, я вздохнул с облегчением.

— У меня от этой леди голова кругом идёт...

— Именно так, из всех семерых детей она — самая необычная, — дружелюбно сообщила мне Дитто Мин. — Она хорошая девочка, но иногда трудно понять, что у неё в голове творится. Ей уже двадцать, а о замужестве даже и не думает.

— Понятно. Но это довольно странно, ведь... она просто очаровательная женщина.

Как только я это сказал, со всех направлений на меня устремились внимательные взгляды.

Ну, в кухне-то и было всего пять человек, включая меня, так что направлений было не так уж и много, но тем не менее...

— ...Асута, так ты считаешь Вену очаровательной? — грустно спросила меня Рейна.

— Хмм? Не то, чтобы это было моё субъективное мнение, основанное на моих предпочтениях, я просто постарался взглянуть на неё глазами обычного человека.

— ...Да. Хотя она и моя сестра, я с тобой согласна.

Тогда почему ты смотришь на меня такими глазами?

— Но Вене уже двадцать. Асута, тебе ведь семнадцать, как и Ай Фа, правильно? — спросила Рими.

У неё на лице было написано удивление.

— М-мой возраст тут совершенно ни при чём, ладно? И почему вы вообще придаёте такое большое значение моим словам? Я не понимаю!

— ...Если ты так открыто будешь восхищаться женщиной, все подумают, что ты намерен взять её в жены, — прервала своё затянувшееся молчание Ай Фа.

Я не мог упрекнуть её за холодный взгляд и тон, и поэтому решил немедленно встать на путь истинный.

— Так вот, в чём дело... Это было грубо с моей стороны. Я всё еще плохо знаком с местным этикетом, так что, пожалуйста, простите меня. Я не имел в виду ничего такого, когда говорил это.

— Не волнуйся. Конечно же, мы не возражаем против твоих комплиментов члену нашей семьи.

Несмотря на то, что сказала Дитто Мин, Рейна Ву продолжала печально на меня взирать. Рими Ву смотрела недоверчиво. А Ай Фа просто отвернулась — похоже, она опять была в дурном расположении духа.

Я правда не подразумевал ничего такого...

Учитывая сложные условия, в которых я очутился, мне было далеко до романтики...

Но это был другой мир.

Их понятия о любви между мужчиной и женщиной, а так же о свадьбе, должны были сильно отличаться от привычных мне. Нужно было сохранять предельную осторожность.

Но, что бы там ни происходило...

Моё сердце уже было занято Ай Фа.

Но что же это было за чувство? Я хотел отплатить ей за помощь? Или это было чувство близости, которое неизбежно появляется между двумя людьми, живущими под одной крышей? Или это уважение к ней как к личности с добрым сердцем? Я и сам не мог этого точно определить.

Однако... Я хотел прожить свою жизнь в этом мире достойно, потому что здесь была Ай Фа.

Это не подлежало сомнению.

— ...Что ж, давайте наконец перейдём к заключительному этапу.

Следом за моим объявлением, на лица всех окружающих вновь вернулась жизнь, сменив выражения задумчивости и печали ответственностью и энергичностью.

Мы были из разных семей, выросли в разных условиях, но все работали вместе ради общей цели.

Ради того, чтобы вернуть покой в сердце Джибы Ву, старейшины всего Морихена.

Часть 3

Время решающей битвы настало.

На улице сгустились сумерки — время между днём и наступлением ночи.

В большом зале внутри главного дома Ву были зажжены свечи.

Неуверенно шаркая, в зал, в сопровождении Рейны Вы, вошла старейшина клана Джиба Ву.

С её приходом собрались все...

Зал был очень просторным — на 20 татами, грубо говоря, в два раза больше дома Ай Фа.

Планировка была почти такой же, но на стенах были крючки, сделанные их костей гибы, на которых было развешено множество разных украшений: длинные мечи и луки, меховые накидки и укороченные копья.

Глава клана сидел на самом почётном месте, а позади него висела шкура гигантской гибы вместе со зловещим черепом.

Гиба был громадным и при жизни, должно быть, весил несколько сотен килограмм. Как на повара, на меня редко производили впечатление разные шкуры и кости — но эта шкура была невероятно большой и вселяла мне в сердце какой-то безотчётный страх.

— Хмпф, все на месте, что ли? — надменно сказал Донда Ву, сделав большой глоток фруктового вина из бутыля.

Джиба Ву осторожно присела рядом с ним. На его массивном фоне она выглядела очень маленькой.

Помимо длинного платья, которое носят замужние женщины, на её плечи было накинуто что-то вроде шали. Кроме того, она носила какие-то причудливые украшения, очень похожие на колдовские амулеты. Её тело так сильно усохло, что она выглядела почти как сухофрукт.

Она очень сильно горбилась, поэтому я не могу определить её рост, но она определённо была ниже Рейны. Её седые волосы были почти такой же длины, как у Рими Ву. Она подвязала их в две длинные косы, в точности, как и Рейна. У неё было такое морщинистое лицо, что я практически не мог различить на нём глаз. А тонкие пальцы, выглядывающие из-под шали, были слабыми и костлявыми, как сухие веточки. Она была хрупкой, словно туман в открытом поле. Словно если Рейна, сидящая с ней плечом к плечу отойдёт — она просто рухнет в ту же секунду.

...К счастью, у неё ещё остались силы, чтобы ходить.

Для такой немощной старушки блюда, сделанные на основе мяса, должны быть тяжёлым испытанием.

Но жребий был брошен. Мы могли только ждать результатов.

В зале были две отдельные плиты, и железный котелок на одной из них весело побулькивал. Эти плиты не предназначались для готовки — они нужны были для того, чтобы разогревать уже готовую еду.

В зале вообще не было принято готовить, а кладовая с едой находилась в соседнем здании, поэтому в зале не было кухонных запахов, вроде пригоревшего жира и тому подобного. И поэтому в ней стоял ароматный запах блюд, которые мы уже приготовили.

Вокруг очага овалом расселись четырнадцать людей.

На вершине овала находилось почётное место — там сидели Донда Ву и старейшина Джиба.

Мы с Ай Фа сидели напротив, на местах наименее почётных.

Справа от меня сидели три брата: Джиза, Дарум и Лудо. Далее были третья сестра Лала и самая младшая сестра Рими.

Слева от меня сидели: жена предыдущего главы клана, бабуля Дитто Мин, супруга главы клана Миа Лей, жена старшего сына Сати Лей и самая старшая дочь Вена. Слева от Вены лежали столовые приборы Рейны Ву.

Сама же Рейна сегодня была представителем группы ответственных за домашний очаг, и ей нужно было помогать Джибе Ву есть. Она могла поужинать только после того, как справится со своей работой. Не только сегодня, кому-то каждый день нужно было заниматься этим. Пожилая Джиба Ву была слишком слабой и не могла кушать самостоятельно.

Кстати, позади Сати Лей стояла детская кроватка, в которой беспробудным сном спал её сын, Кота Ву.

— ... Мы выражаем благодарность за лесную благодать...

Хоть Донда Ву и выглядел как дикий зверь, он объявил это без капли насмешки, очень серьёзным тоном.

Он прижал сложенные пальцы своей мощной левой руки к заросшему бородой рту.

— ... Мы отдаём должное хранителям очага Сати Мин, Рейне, Рими, Ай Фа и Асуте. Благодаря им наши жизни сегодня смогут продлиться...

Все повторили то, что он сказал, и прочертили горизонтальную линию своими кончиками пальцев.

Этот жест... точно такой же, какой делает Ай Фа каждый вечер перед ужином.

Ай Фа всегда проговаривала это очень тихо, поэтому я не мог её расслышать. Получается, она благодарила меня?

Мысль о том, что Ай Фа каждый вечер тайно говорила моё имя, пробудила странное чувство в моём сердце.

А потом...

Когда короткая молитва закончилась, и все принялись за еду.

Они даже не стали ждать, пока мы с Ай Фа возьмём свои ложки. Если бы еда была отравлена, они сейчас были бы мертвы. Они доверились нам... это и означало быть "хранителем домашнего очага".

Вот почему мы не могли себе позволить оплошать.

Еду готовили пятеро, но я был единственным ответственным. Если сегодня с ужином будут какие-то проблемы, я буду вынужден принять всю вину на себя. Даже если они выскажутся в мою защиту, это ничего не изменит.

Мне не хотелось, что бы кто-то пострадал — ни Рими, ни Рейна, ни Дитто Мин Ву... И конечно, не Ай Фа.

Прошу, Рейна Ву, помоги бабушке Джибе.

Я наконец-то потянулся за кухонными приборами, мысленно подбадривая Рейну.

По просьбе Рими Ву я приготовил то же самое, что и прошлым вечером.

В меню был «Бифштекс из гибы под соусом из фруктового вина и жареной арии», а также «Мясной гиба-суп» и «Жареный пойтан».

Так как суп не был главным блюдом, я уменьшил в нём количество мяса и арии. Он был нужен только для того, чтобы служить приятным дополнением. Тот котелок, что кипел на плите, был наполнен именно этим супом.

Как только молитва была закончена, все молча подняли ложки. Бабуля Дитто Мин поднялась со своего места и разлила по тарелкам суп.

В это время Рейна Ву, сидевшая рядом с бабушкой Джибой, даже не шелохнулась.

Всё шло в соответствии с моим планом.

Перед ужином, когда пять человек, ответственных за готовку, начали наполнять тарелки едой и подавать их на стол, все громко кричали, как Рими Ву вчера: "Что это?", "Это гиба?", "Что это за плоская штука?". Но я кратко объяснил им, что есть что, и на что следует обращать внимание, и они притихли.

Я воспользовался шансом, чтобы понаблюдать за реакцией окружающих. Некоторые казались чем-то недовольными, другие — взволнованными, у кого-то блестели глаза, а некоторые оставались невозмутимы. У всех была различная реакция, но никто не говорил ни слова.

Поскольку среди нас были женщины, а у них аппетит меньше, чем у мужчин, я немного скорректировал порции. На "женскую" версию бифштекса у меня ушло по 300г фарша, тогда как на "мужскую" 700г. У меня и Ай Фа была обычная 500-граммовая порция. Бабуле Джибе я сделал поменьше, около 200г.

Стоит упомянуть, что это были не мини-бифштексы, а бифштексы нормальных размеров.

Из-за обилия кухонных плит у клана Ву я ни в чём себя не ограничивал. Начал я, поджарив внешнюю часть мясной котлеты на сильном огне, а затем продолжил готовить её на медленном огне. Однако решение изменить размер куска мяса сделало этот продукт совершенно отличающимся от вчерашнего. "Бифштекс был недостаточно толстым" - это было единственной вещью, которой я был вчера разочарован, и я наконец-то смог это исправить.

Это было правильное решение. Бифштекс стал почти на 3см толще и был сочнее, чем тот, что я сделал вчера. Поскольку большая его часть не была пожарена, а приготовлена на пару, он получился ещё более нежным.

Я был очень доволен этим блюдом.

Что касается клана Ву... Как и ожидалось, они ели молча.

У некоторых были кислые лица, как и до еды, некоторые довольно улыбались, а некоторые продолжали оставаться невозмутимыми. Здесь были все виды реакций, но пока что никто не высказал своё мнение вслух. Ай Фа тоже когда-то была такой. Возможно, эти люди просто не привыкли общаться во время еды.

Кстати, одним из тех, кто сидел с кислыми лицами, был Донда Ву. Представителем группы людей со счастливыми лицами была Вена Ву, а представителем невозмутимых — средний сын Дарум.

И конечно, Рими кушала очень энергично и с широкой улыбкой на лице, а её голубые глаза время от времени поглядывали в сторону бабушки Джибы.

— Бабуля, время ужинать. Блюдо сегодня очень особенное. Наши гости помогли нам приготовить восхитительную еду, — сказала Рейна, поднося ложку ко рту бабушки Джибы.

В ложке был мясной суп из гибы. Рейна оторвала кусочек пойтана и пропитала его в бульоне.

Это был способ, который я придумал.

"Это мяско очень нежное, бабушка Джиба запросто сможет его скушать!" — хоть даже Рими Ву ободряюще и сказала это мне во время подготовки к ужину, мне тогда подумалось, что "наверное, бифштекс будет слишком жирным для восьмидесятилетней старушки".

Поэтому я решил действовать шаг за шагом.

Сначала дать ей попробовать пойтан, пропитанный в бульоне.

Затем арию в супе.

Когда и с тем, и с другим будет покончено, можно будет перейти к бифштексу.

Но не знал, как много зубов осталось у бабушки Джибы. Если она не сможет съесть его, то всё будет бесполезно. Поэтому я решил, что бифштекс предварительно нужно будет точно так же пропитать бульоном — таким образом, рубленое мясо не будет требовать особого пережёвывания.

Поэтому я и приготовил «Мясной гиба-суп».

Я решил подать это блюдо специально ради бабушки Джибы.

Что касается планирования меню, то было бы лучше, чтобы суп дополнял всё остальное, и я решил, что остальные тоже получат возможность насладиться им.

Я специально в этот раз нарезал арию потоньше, чем обычно, и варил её до тех пор, пока она не стала такой мягкой, что я почти перестал чувствовать её плотность. Большая часть мяса ушла на бифштексы, так что для супа я использовал совсем немного, ведь его целью было смягчить пойтан и бифштекс.

Вот такое вот блюдо я придумал специально для бабушки.

— Ах... — удивлённо вздохнула Рими Ву.

Я тоже заметил это.

Бабушка Джиба продолжала подавленно мотать головой, сколько бы Рейна её ни упрашивала. Но похоже, она всё-таки сдалась и начала потягивать суп из ложки.

— Вкусно, да? Тут еще очень много, — радостно сказала Рейна, оторвав ещё один кусочек пойтан и бросив его в тарелку.

Но бабушка Джиба не отреагировала.

Возможно, грубо говорить такое, но она, похоже, стала чуть ближе к небесам после этой еды... И совсем не двигалась.

— Что такое? Вкусно ведь? Это приготовили Рими, бабушка Дитто Мин и я.

Рейна выглядела немного встревоженной и немного сильнее подвинула ложку ко рту старушки.

Нет, не нужно торопить её! Пусть кушает в своём темпе.

Не успел я об этом подумать, как... рот бабушки Джибы, который выглядел как трещина в скале, немного приоткрылся.

Рейна, видимо, успокоилась и протолкнула в него ложку.

— Что ж, тогда как насчёт попробовать арию? Она мягкая и тоже очень вкусная.

Пока мы готовили, Рейна перепробовала все блюда.

Это было моим советом. Если мы хотим уговорить бабулю Джибу поесть, будет лучше, если тот, кто будет кормить её, будет знать, какова еда на вкус.

— Асута вложил в эту еду так много заботы ради тебя... А ведь он никогда тебя не встречал раньше!

Хотя глаза Рейны покраснели, когда она говорила это, для меня, как для повара, собственные усилия представлялись вполне естественными.

Кроме того, я делал это ещё и ради Рими и Ай Фа, которые так сильно беспокоились об этой старушке. И как повар, я так же надеялся, что все остальные тоже смогут насладиться блюдом, которое я приготовил. Если повар не примет во внимание всё это, то он недостоин называться поваром.

— Восхитительно, правда? Как насчёт немного мяса? Оно тоже очень мягкое.

Рейна наконец-то добралась до бифштекса, зачерпнула небольшой кусочек котлеты ложкой и пропитала его в бульоне.

Понравится ли он Джибе?

Я порезал ария немного мельче, чем обычно, но приготовлен он был, по сути, тем же способом.

Я проинструктировал Рейну избегать хрустящей корочки и кормить бабушку Джибу нежным мясом бифштекса как можно больше. Но если у неё вообще не осталось зубов, она легко может подавиться. Я очень чётко предупредил Рейну об этой опасности.

Она отправила ложку в рот старушки.

Та медленно задвигала морщинистой челюстью.

А потом...

Из того места, где у неё должны были быть глаза, потекли слёзы.

— Это мясо восхитительно... Это правда... мясо гибы...? — в притихшем зале раздался её дрожащий голос.

Часть 4

— Да, это мясо гибы. Вкусно, не правда ли? Пожалуйста, съешь ещё немного, — голос Рейны немного дрожал.

Рими Ву и остальные держали свои тарелки и тихо всхлипывали.

А Ай Фа...

Прекратила есть и немного склонила голову, закрыв глаза.

— Ну что, тогда попробуйте съесть одно только мясо. Красная подлива — это экстракт фруктового вина, очень сладко и вкусно.

После нескольких кусочков мяса, пропитанных в бульоне, Рейна отрезала непосредственно "бифштекс" и отправила его в рот старушки.

Все её передние зубы, наверно, выпали. Бабуля Джиба открыла свой рот, похожий на черную дыру, и съела кусочек.

Она прожевала, медленно работая челюстями.

— Это действительно восхитительно... Правда, очень вкусно. Гиба на самом деле такая вкусная...

— Такую приторно-нежную кашу и едой назвать сложно. Пусть это мунто жрёт! — раздался злой рык, разошедшийся эхом по залу.

Это был глава клана.

Донда Ву закончил со своей едой быстрее, чем кто-либо еще, а потом бросил свою пустую тарелку на пол и сделал несколько больших глотков фруктового вина.

— Фруктовое вино делает еду отвратительно сладкой. Ария мокрая, как будто гнилая! Эй! Ты сказал, что тут не только мясо с бедёр гибы, а ты ещё использовал мясо с лопаток, верно?

Донда Ву был в ярости, на его жёстком как валун лице появились складки от злости.

— Только мунто, который получает удовольствие от тухлого мяса, станет жрать туловище гибы! Ты думаешь, мы звери, прячущиеся в лесу!? Мы — люди! Мы — благородные и гордые охотники Морихена! И ты заставляешь нас есть падаль?! О чём ты думаешь?!

— Донда, сколько уже лет прошло, а ты всё никак не меняешься... Ведёшь себя, как шумный ребёнок.

Глаза бабули Джибы, которые были спрятаны за её морщинами, медленно посмотрели в сторону главы клана.

Хоть Донда Ву и был главой семьи... но он продолжал оставаться внуком старейшины.

Здоровяк взглянул на старушку, которая была в два раза меньше его.

— ...Если уж это еда для мунто, то мунто намного превзошли людей... Возможно, в этом лесу это действительно так и есть...

Возможно, это всего лишь моё воображение, но в голосе старушки прибавилось силы.

— ...Глава клана Донда, то, что не нравится тебе, не должно не нравиться всем... Каждый сам решает для себя... но твоей бабушке... это мясо понравилось...

— Потрясающе... Бабушка Джиба говорит так же оживлённо, как и раньше... — пробормотала Рими Ву.

Бабушка Джиба повернулась к Рими.

— Рими тоже помогла с этим блюдом... Оно очень вкусное. Спасибо, Рими...

— Всегда пожалуйста!

Рими Ву энергично покачала головой и запихнула остаток своего бифштекса в рот со слезами на глазах.

Посмотрев какое-то время на Рими, бабушка Джиба спросила:

— Ай Фа... где ты?

Плечи Ай Фа вздрогнули.

— Прости, мои глаза стали хуже видеть. Я не могу разглядеть всех как следует в этом тусклом свете... Если ты здесь, можешь встать так, чтобы я могла на тебя взглянуть...?

— Эй.

Так как Ай Фа не двигалась, я толкнул её локтем в бок.

Ай Фа сердито зыркнула на меня и медленно встала... При этом она почему-то крепко вцепилась в моё запястье.

— Аа? Эй? Подожди!! — закричал я, поставив свою тарелку супа на пол.

Она силой потянула меня за собой, не давая вырваться, и заставила меня стать на колени вместе с ней рядом с бабушкой Джибой.

Донда Ву окинул нас грозным взглядом.

— Джиба Ву... Я — Ай Фа из дома Фа. Этот мужчина — член моей семьи, Асута.

И конечно, бабушка Джиба даже не взглянула на меня. Её сморщенные пальцы потянулись к лицу Ай Фа.

— Ах... Прошло столько времени... Столько лет... Ай Фа, я хотела увидеть тебя...

Наблюдая за бабушкой Джибой вблизи, я заключил, что она никакой не сухофрукт, а достойный уважения человек.

И лицо, и пальцы её были морщинистыми, а большой нос и тонкие губы посечены трещинами, отмечая её преклонный возраст. Так как все её передние зубы выпали, мне было трудно понять, что она говорит.

Но под полуопущенными веками были спрятаны неожиданно чуткие голубые глаза. Её лицо, похожее на сухофрукт, выражало доброту и любовь.

Она выглядела действительно доброй.

Её выражение лица было на самом деле теплым.

Я впервые видел старушку, так безмятежно улыбающуюся.

— Рейна Ву, тебе тоже стоит попробовать эту восхитительную еду... Ай Фа, пожалуйста, покормишь меня...?

— Если вы этого желаете, я буду рада сделать это.

Ай Фа осторожно взяла Джибу Ву за руку. Рейна вытерла слёзы и встала.

— Что вы хотите? Мясо? Или пойтан?

— Мясо гибы... Это мясо действительно очень вкусное...

Ай Фа сохраняла невозмутимость, отправляя деревянную ложку в рот старушки немного неуклюжими движениями.

— Ах, оно очень хорошее... Ай Фа, это ты сделала его для меня...?

— Нет, я только смотрела со стороны. Это приготовила ваша семья и Асута.

— ... Асута... — она сильно прищурила свои глаза и посмотрела в мою сторону.

Её лицо было так близко... Будь на её месте старший сын Джиза Ву, возможно, на таком расстоянии я смог бы уловить проблески его мыслей.

В глазах старушки появился едва различимый блеск радости.

— Асута из дома Фа... Ты сделал эти блюда...?

— Да. Рими Ву попросила меня приготовить их... В далекой зарубежной стране мой отец работает поваром. Может быть, я пока только лишь начинающий, и не могу называться полноценным поваром, но я буду рад, если эти блюда придутся вам по вкусу.

Рука бабушки Джибы ощупала воздух.

Ай Фа спокойно посмотрела на меня, и я робко взялся за неё.

Она сжала мои пальцы своими. Пусть они и выглядели как сухие веточки, но в них определённо было тепло.

— Спасибо... Я уже стала чувствовать, что жизнь стала слишком мучительна... Я не могу ходить сама, не могу сама есть вкусную еду... Я сейчас — всего лишь несколько старых костей, от которых у моей семьи одни только проблемы... Это печалит меня каждый день, и я прошу бога, чтобы он немедленно отправил мою душу на небеса...

— Не доставляешь ты нам никаких проблем! — воскликнула Рими Ву, но её красноволосая сестра ударила Рими по макушке, заставляя её заткнуться.

— Я пришла в этот лес, когда мне было пять лет... Я была одной из тысячи людей, которые покинули южного бога Джагала и предложили свои души западному богу Сельве.

— ... Да.

— Но я не могла заставить себя полюбить Морихен... Южный лес был богат дарами. Хотя там были животные, вроде больших обезьян и ядовитых змей, которые нападали на людей, но мы могли собирать фрукты в любое время, когда захотим... Мы откапывали насекомых, которые прятались в земле, и жарили цветных ящериц перед тем, как съесть их... Люди из города высмеивали нас, как дикарей, но тогда я была действительно счастлива...

Бабушка Джиба не смотрела ни на меня, ни на Ай Фа.

Она смотрела куда-то в пространство,  а её ясные глаза были наполнены слезами.

— Но солдаты сожгли лес нашего племени... Мы бежали на запад и оказались здесь. Люди из западного города заставили нас заниматься охотой на гиб и запретили нам трогать дары их леса... Но даже так, все были счастливы поначалу. Нам больше не нужно было есть мясо ящериц. Или собирать гнилые фрукты или грибы. Мы могли съесть всё мясо гибы, которое захотим, и наслаждаться урожаем, выращенным другими...

— Да...

Наверно, мне вообще не нужно было отвечать.

Сцены из прошлого, вероятно, всплывали перед глазами старушки.

— Но Морихен оказался ужасающим местом... Гора нас не одаривала милостью. В первый год сотня мужчин была убита гибами. Прошёл еще один год, и пала ещё сотня. Пока умирали мужчины, такое же количество женщин и детей умирало с ними от голода. В первые годы мы потеряли больше половины из тысячи наших людей...

— Вот как...

— Дом Гадзе полностью погиб. За ним отправился дом Лима. Клан Тсун и клан Ву возглавили наших людей после этого, и теперь мы упрочили наши жизни... Мы охотимся на гибу, едим их мясо, продаём их рога и клыки, чтобы купить урожай. Так мы научились выживать в Морихене... Однако мне всегда хотелось вернуться обратно в лес, в котором я была рождена.

Я вдруг понял, что все уже закончили со своей пищей и тихо слушали речь старейшины

— Но наш лес сгорел. А из тех, кто его помнил, осталась только я... Мне было так одиноко и грустно, хотя даже со мной была моя семья, но моё сердце всё равно стремилось туда, а не к Морихену... Мясо гибы оказалось совсем не вкусным, а выращивать собственный урожай нам запретили. Шло время, мои зубы выпадали один за другим, и вот я больше не могу есть мясо гибы. Я поняла, что чем-то разгневала западного бога... Но всё шло к тому, что я наконец смогу воссоединиться со всеми... Я таила эти мысли в своём сердце... И я всё ещё хочу вернуться в тот южный лес...

Её узловатые пальцы сжали мои с непредсказуемой силой.

А неожиданно ясные голубые глаза снова взглянули на меня.

— Я продолжала вспоминать свою умершую семью и лес, которого не стало. Но теперь я наконец-то могу вновь думать о живых, о своей семье и Морихене. Я могу наконец-то отдать свою душу богу запада Сельве, а не богу юга Джагалу. Я решилась поужинать гибой со своей живой семьёй и продолжать жить... Я должна продолжать жить... Наконец-то я могу думать о чем-то, что так естественно...

— ...Должно быть, вы были очень подавлены из-за того, что не могли больше получать удовольствие от вкусной еды.

Услышав мой ответ, Ай Фа напряглась.

Тут уж ничего не поделаешь — я простой начинающий повар, а не великий оратор. Откуда мне знать, как правильно поддерживать разговор со старейшиной Морихена, пережившей множество трудностей за 85 лет.

— Но прежде, чем это случилось, вы, должно быть, много заботились об окружающих вас людях. Это можно понять потому, что Ай Фа и Рими Ву так сильно старались, чтобы помочь вам вспомнить радость жизни. Из-за них и мне захотелось внести свой посильный вклад.

Бабушка Джиба тихо повернулась к Ай Фа.

Та прикусила губы и смотрела на неё в ответ, из-за чего-то покраснев.

— Если вы хотите выразить благодарность, пожалуйста, поблагодарите их. Мне же достаточно просто того, что вы признали мои блюда достойными.

— Они восхитительны... Очень вкусные... Я всегда ненавидела мясо гибы и думала, что пойтан — это не та еда, которую должны есть люди. Но у меня вновь появился аппетит... Теперь я смогу продолжать жить в этом лесу...

Бабушка Джиба тихонько улыбнулась, а затем пробормотала:

— Ай Фа, сними-ка с меня моё ожерелье.

Ай Фа всё ещё выглядела чем-то разозлённой, но она покорно сняла по просьбе старушки с неё ожерелье и вложила его ей в руки.

Бабуля Джиба достала клыки и рога гибы своими дрожащими руками, похожими на веточки.

— Джиба Ву из клана Ву желает благословить Ай Фа из дома Фа и члена её семьи Асуту... Пожалуйста, примите это...

Из трёх клыков и рогов в ожерелье она достала по одному для Ай Фа и для меня.

— Эй, старейшина, это ведь...

Повернувшись спиной к возмущённому Донде Ву, бабуля Джиба широко улыбнулась.

— В клыках и рогах гибы заключена судьба жителей Морихена... Я обязана вам двоим и надеюсь, что эти клыки и рога станут частью вашей плоти, вашей крови и вашей жизни... Джиба Ву из клана Ву благословляет ваши души.

Это был первый раз в этом мире... когда я получил материальное вознаграждение за свою работу.

Интерлюдия: Младшая дочь клана Ву

Интерлюдия

Младшая дочь клана Ву

В 25й-день жёлтого месяца Рими Ву впервые встретила этого чужеземца.

В то утра она закончила свою обыденную работу на водном источнике, а затем побежала по низменной тропе к дому Фа. Ей редко когда выпадал шанс переделать все дела до полудня,  поэтому она получила разрешение от матери пойти погулять и вышла из деревни клана Ву.

Так как Ай Фа была вынуждена заниматься всем в одиночку, она постоянно была занята. С тех пор, как два года назад умер её отец, они почти перестали друг с другом видеться.

Когда же это было в последний раз?

Наверно, десять дней назад, а то и больше.

От простой мысли, что она увидит Ай Фа спустя столько времени, на лице Рими Ву появлялась довольная улыбка.

Однако... Дом Фа был пуст.

Может, она ещё не вернулась с водного источника? — подумала Рими.

Но Ай Фа не было и там.

А может, её выкрали мужчины из клана Тсун? — почувствовала тревогу Рими и пошла к ближайшим соседям Ай Фа. Если она правильно помнила, то это был дом Фоу.

— Простите! Я Рими Ву из клана Ву! Есть кто-нибудь дома? — постучала она в их дверь.

Дверь медленно открылась и оттуда показалась голова худой измождённой женщины.

— В чём дело? Что ты здесь забыла, малышка?

— Простите, я ищу Ай Фа! Вы не знаете, куда она подевалась?

Рими уже доводилось встречать эту женщину раньше.

Но сейчас она выглядела более болезненной, чем помнилось Рими, а её глаза стали очень печальными.

Рими вспомнила, что раньше у неё постоянно на руках был ребёнок.

В клане Ву тоже был ребёнок по имени Кота, но её был гораздо младше.

Он был таким маленьким... что все, кто его видел, волновались — а всё ли с ним в порядке?

— Ай Фа, говоришь... Она рано утром ушла в лес... — слабым голосом отозвалась худая женщина.

— В лес? А чего так рано-то?

— Да... И она взяла с собой этого своего чужеземца...

— Чужеземца...?

Рими не понимала, о ком речь.

В Почтовом городе ей доводилось видеть множество иностранцев, но они даже и близко никогда не приближались к Морихену. Людей пугали свирепые гибы, да и жители Морихена тоже — словно и они были настоящими чудовищами.

— Это какого ещё такого чужеземца? С чего бы Ай Фа вдруг стала водиться с каким-то там чужеземцем?

— Я не знаю... Но я видела, как прошлым вечером они вместе вошли в наше поселение...

— ... Хмм? — озадаченно протянула Рими, но решила, что лучше всего остальное будет узнать у самой Ай Фа. Поэтому она поклонилась и поблагодарила эту женщину.

— Спасибки! Тогда я просто подожду, пока она не вернётся!

— Ах, да… Извини... Ай Фа до сих пор отказывается выйти замуж за одного из мужчин клана Ву...?

— А? Да, а что?

— В таком случае... Тебе, как человеку из клана Ву, не стоит с ней связываться, не так ли...? — В пустых глазах женщины появился проблеск жизни. — Я видела, как старший сын клана Тсун околачивается возле дома Фа... Если клан Тсун и клан Ву вступят в конфликт, это не приведёт ни к чему хорошему для Морихена...

— А меня это не касается! И Ай Фа тоже! — крикнула Рими, и женщина испуганно юркнула обратно за дверь.

Она была слишком сильно напугана двумя сильнейшими кланами Морихена. И поэтому не хотела иметь никаких дел с Ай Фа, которая была в плохих отношениях с обоими этими кланами.

Вот почему Ай Фа считалась изгоем.

Рими погрустнела.

Она повернулась и крикнула:

— До свидания!

— Подожди, пожалуйста... — снова раздался приглушённый голос женщины, — ...Не хочу быть назойливой, но лучше бы тебе не связываться с этим чужеземцем тоже... Лучше сначала посоветуйся с главой своего клана...

Рими живо представила себе реакцию папы.

Донда Ву частенько твердил ей не связываться с иностранцами. Рими редко доводилось покидать поселение, поэтому у неё даже такой возможности не было. Следовательно, она понятия не имела, насколько серьёзен этот запрет.

Если Рими сделает что-то не так, её семья может вообще запретить ей общаться с Ай Фа.

Она не хотела, чтоб это случилось.

... Я просто хочу, чтобы мы с Ай Фа оставались друзьями...

Но теперь та и сама хотела разорвать все отношения с Рими — по причинам, которые ранее озвучила эта женщина.

Ай Фа находилась в ужасных отношениях с кланом Тсун, поэтому и клану Ву не стоило иметь с ней дел.

Кроме того, Ай Фа отказалась выйти замуж за одного из сыновей Донды Ву.

Может, их отношения и нельзя было назвать враждебными, но они всё равно после этого стали очень сложными.

Ай Фа могла выйти замуж за одного из братьев Рими... в то время для неё это не ощущалось реальным, поэтому она не придала особого значения отказу Ай Фа. Но сейчас никто не хотел, чтоб Рими продолжала дружить с ней, что доставляло Рими много проблем.

— Ах... — тихо вздохнула женщина из дома Фоу.

Ай Фа и неизвестный чужестранец возвращались домой.

У них на плечах была палка из дерева крили, на которой висела туша большого гибы.

"Ух ты, она так рано пошла на охоту!" — поразилась Рими и принялась внимательно разглядывать чужестранца.

Он... был определённо не из этой страны.

У него были чёрные волосы и глаза, а по сравнению с людьми запада, его кожа была цвета жёлтой слоновой кости.

Он выглядел молодым — должно быть, примерно одного с Ай Фа возраста. И одет очень странно: в белой обувке, белой плотной одежде, оставляющей открытыми только лицо и руки. А вокруг головы обёрнут кусок белой же ткани.

"Он выглядит... довольно слабым . "

Они несли гибу вдвоём, но только он один запыхался и пошатывался, как будто был готов упасть даже от лёгкого толчка.

Впрочем, это не мешало ему быть в приподнятом настроении.

На его лице отсутствовали какие-либо особые черты, и оно было бледным, как у людей в городе. Но его чёрные глаза были решительными и энергично блестели — совсем не так, как у городских жителей.

Впрочем, он всё равно не выглядел, как житель Морихена.

Чужестранец отличался от всех людей, которых доводилось видеть Рими, и от него исходила какая-то особенная аура.

"Как бы там ни было... Он не похож на плохого парня..."

Но это всё равно был человек из города.

Городские всегда недолюбливали жителей Морихена.

Почему же тогда он работал вместе с Ай Фа? Рими не могла этого понять.

Ни Ай Фа, ни чужестранец не заметили Рими, и быстро исчезли из виду.

— Видела? Раньше в Морихене никогда не было чужестранцев, это плохой знак...

— Тогда я должна помочь Ай Фа!

Рими Ву скрестила руки на груди и склонила голову, погрузившись в свои мысли. Но сколько бы она ни ломала голову, всё равно не могла найти происходящему подходящего объяснения.

Ей было всего восемь лет, и её способности были ограничены. Она даже не знала, что ей сказать или сделать, чтобы помочь. Ей необходимо было узнать больше о запретах по отношению к иностранцам.

Поэтому ей пришлось вернуться домой, так и не поговорив с Ай Фа, что очень сильно её расстроило. Но иного пути не существовало.

— Хмм? Рими, ты где пропадала?

Когда Рими Ву вернулась домой, её третий брат Лудо лениво слонялся по площади перед домом.

Хоть даже у мужчин не было никакой работы до полудня, Лудо Ву всегда вставал рано.

Рими Ву бежала весь путь от дома Фа назад и, тяжело дыша, схватила брата за руку.

— Слушай, я хотела узнать кое-что! Допустим, у Ай Фа дома живёт чужестранец! Что мне делать?

— ... А? Ты о чём это?

Рими Ву не знала, как ещё объяснить.

Но она рассказала брату обо всём, что видела и слышала этим утром.

— Понятия не имею, чего Ай Фа вдруг связалась с чужестранцем... Кстати, почему ты вообще бегаешь к ней в гости?

— А потому, что мы с Ай Фа всегда будем подругами!

— Ладно. Не важно. В любом случае, если ты хочешь решить проблему с этим иностранцем, тебе нужно рассказать об этом отцу. Если этот парень имеет отношение к Каменной Столице, это нарушит серьёзный запрет.

— ...Ай Фа поэтому слушается этого слабого мужчину? — Рими Ву в отчаянии посмотрела на Лудо Ву.

Лудо взлохматил свои русые волосы и сказал:

— Что за ерунду ты говоришь? Эта женщина чрезмерно эгоцентрична. Её не волнует ни наш отец, ни клан Тсун. Она ни за что не станет слушаться человека из города. Может, она просто добровольно согласилась принять его на работу...? Нет, это тоже полная бессмыслица.

— Точно! Чего это Ай Фа делает вместе с мужчиной из города? Я об этом думаю с того самого момента, как увидела их вместе! И всё никак не могу понять.

— Хмм... Но ведь у неё не слишком богатый выбор, не находишь? Она настроила против себя два сильнейших клана Морихена, а все остальные боятся даже близко подойти к ней.

— Ай Фа не враг клана Ву! — сердито крикнула Рими, но её противный брат лишь пожал плечами в ответ и проигнорировал её возмущение.

— Даже если и так, она всё равно отказала отцу. Теперь мы не можем иметь с ней никаких дел. Можешь кричать, сколько влезет, мы не пойдём спасать чужака.

— Ну и ладно, больше не буду тогда с тобой разговаривать! Лудо — негодяй! Дурак! — сердито топнула ногой Рими и побежала в дом.

— Сама ты малявка сопливая! — услышала Рими ответный крик своего братца, и распахнула входную дверь.

Её отец, должно быть, ещё спал — в комнате были только её старший брат Джиза и его жена Сати Лей Ву. Они тихо ворковали над своим сыном Котой, который спал между ними.

— Ах? Ты что это несёшься как на пожар, Рими?

Сати Лей Ву покачала люлькой, сделанной из плетёной травы, и улыбнулась Рими.

Рими Ву была так встревожена, что даже не сняла свою обувь. Она уселась перед ними.

— Я хочу спросить вас! Я думаю, что чужеземец поселился в доме Фа! Что мне делать?

Её старший брат Джиза Ву был гораздо страшнее, чем папа Донда. И он был более непреклонен в следовании традициям Морихена, чем кто-либо ещё. В подобном случае именно с ним и следовало в первую очередь посоветоваться.

Но... когда он услышал рассказ Рими, ей было трудно принять его следующие слова.

— Рими, тебе не стоит связываться с любым иностранцем вообще. До того времени, пока он не уйдёт, даже близко не подходи к дому Фа.

— Но почему?! Если он плохой парень, разве Ай Фа тогда не в опасности!?

— Ни люди из города, ни лесные жители не попадут в опасность, если будут следовать своим законам. Так как глава дома Фа решила быть охотником, она не проиграет человеку из города.

— Но...

— Глава дома Фа должна была продумать это, прежде чем приводить мужчину из города в поселение. Если от этого не будет никаких проблем, тогда никто не будет осуждать её действия. Но если ты вмешаешься в их отношения, тогда глава дома Фа будет вынуждена принять на себя ответственность за любые возможные осложнения, — невозмутимо объяснял ей Джиза. — Поэтому, Рими, просто не ввязывайся во всё это.

Чуть позже проснулся Донда Ву и с недовольным видом сказал то же самое, что и обычно: "Не связывайся с иностранцами!"

Рими могла считать, что ей повезло, что он не потребовал вообще разорваться все отношения с домом Фа.

Рими Ву не стала спорить с отцом.

"Почему никто не беспокоится об Ай Фа?" — вот, что больше всего печалило Рими.

Раньше Рими с бабулей Джибой часто её навещали. Но потом всё изменилось, когда она поколотила старшего сына Тсун, и отец, прослышав об этом, сказал в шутку, что хочет, чтобы Ай Фа вышла замуж за его среднего сына Дарума.

Это было настолько внезапно, что никто не стал возражать. Никто, кроме Джизы — он был очень этим недоволен.

Ай Фа было всего 15 лет, а на неё столько всего навалилось... Все ей сочувствовали и были бы рады видеть эту решительную и сильную женщину в своём клане.

Для Рими Ву Ай Фа была подругой детства и то, что она могла стать ещё и её семьей, заставляло её робеть и стесняться. В тот раз Джиба чувствовала себя неважно и не могли придти вместе с Дондой Ву в дом Фа. Но все думали, что это неплохая идея и она непременно согласится.

Однако... Ай Фа отвергла замужество. Она сказала, что станет главой дома Фа и будет зарабатывать на жизнь охотой.

Когда Рими Ву услышала это, она успокоилась.

Когда Гилл, отец Ай Фа, был ещё жив... он часто брал свою дочь в лес, обучая её всему, что знал сам. В то время она выглядела очень счастливой, и Рими не могла представить, чтобы она вдруг отказалась от жизни охотника и стала домохозяйкой.

Рими было всего шесть лет, и она всё никак не могла нормально собраться с мыслями. Но когда она услышала, что Ай Фа отвергла предложение отца, её облегчение пересилило чувство сожаления.

Может, они и из разных семей, но Рими всё равно очень дорожила своей подругой. Она надеялась, что они смогут сохранить такие отношения на очень и очень долгое время.

Но Ай Фа изменилась.

Она сказала Рими держаться от неё подальше.

А клан Ву — собственная семья Рими, тоже потеряла к Ай Фа интерес. Многие разозлились или разочаровались. И постепенно все вообще перестали говорить о ней. Ай Фа предстояло выживать в одиночку, но никто больше не сочувствовал ей и не скучал по ней.

Только она и Джиба Ву продолжали называть себя её друзьями. Джиба Ву больше не могла ходить, но всё равно продолжала оставаться на её стороне.

С этой мыслью Рими Ву продолжала посещать дом Фа, не важно, насколько холодно вела себя с ней его хозяйка.

Это продолжалось два года... а потом появился этот чужестранец.

Кем же он был на самом деле?

Хотя её отец и старший брат наказали не приближаться к нему близко, она просто не могла оставаться безучастной и наблюдать со стороны. Поэтому она бегала к дому Фа каждый день с тех пор, как впервые увидела этого парня.

Если они не заметят её, тогда и проблем никаких не будет.

Она выполняла наказ отца и старшего брата, поэтому старательно пыталась подгадать время так, когда Ай Фа останется в одиночестве, чтобы как следует её обо всём расспросить.

Но шанса всё никак не появлялось.

И утром, и ночью — они всегда держались вместе, как приклеенные.

В полдень Ай Фа отправлялась в лес на охоту. Это был отличный шанс, но в это время у Рими Ву начинались дела по дому.

Время шло и прежде, чем Рими успела опомниться, пролетело пять дней.

"Уже довольно поздно..."

На улице уже темнело, поэтому Рими неслась во весь дух.

Ей нужно было помочь своей семье с дублением шкур, поэтому она довольно сильно подзадержалась.

Скорее всего, она опоздает на ужин, и отец наверняка будет шуметь по этому поводу. Но даже так, Рими не сможет заснуть, не проверив, как дела у Ай Фа.

"Что Ай Фа замышляет с этим чужестранцем?"

Понаблюдав за ними двумя, она пришла к выводу, что они вполне ладят между собой.

Конечно, иногда они ссорились, но это всегда было понарошку.

Интересно, почему же он до сих пор остаётся в её доме?

Может быть, он хочет взять её в жёны и поэтому вторгся в её жилище?

Но если бы Ай Фа не хотела, она бы не пустила его в свой дом. А если наоборот, хотела — тогда чего это они топчутся на месте?

В конце концов, Ай Фа ведь не обрезала свои длинные волосы, символизирующие незамужнюю женщину, и не надела длинное платье, прикрывающее всё её тело.

"...Не хочу, чтобы Ай Фа покинула Морихен..." — вот, что больше всего волновало Рими.

Ай Фа порвала со всеми остальными жителями. Только Рими Ву и Джиба Ву считали её своим другом. Но сейчас она собиралась разорвать отношения и с ними тоже.

Она действительно сможет прожить в одиночку? Рими не могла представить это.

Поэтому если бы Ай Фа устала от Морихена и захотела отправиться в далёкие земли, это не стало бы большим сюрпризом.

"Самое главное, чтобы Ай Фа была счастлива..."

Но Рими не хотелось навсегда прощаться со своей подругой.

Чувство, что он отдаляется от неё всё дальше и дальше... наверное, именно из-за него Рими и продолжала каждый день навещать дом Фа.

Лудо правильно сказал — Ай Фа не проиграет слабаку из города. Но она могла насовсем покинуть Морихен и сбежать с чужеземцем... Это чувство тревоги изо дня в день терзало Рими, заставляя её ежедневно убеждаться в присутствии Ай Фа.

Когда солнце начало клониться к западу, она уже была около её дома.

Увидев свет свечи через окно, Рими вздохнула с облегчением: "Отлично... Она всё ещё здесь."

Ей просто нужно было убедиться, что Ай Фа в безопасности, и после этого она со спокойной душой могла идти домой.

Рими Ву думала об этом, тихо подкрадываясь к окну.

"Ах...!"

Заглянув внутрь дома, она потрясённо выдохнула.

Ай Фа ужинала вместе с этим чужеземцем.

И он... был одет в одежду Морихена.

Да, у него оставался кусок ткани, обёрнутый вокруг головы, и часть его белой одежды. Но всё остальное точно было нарядом морихенца! Это была та самая одежда, которую носил Гилл Фа, когда был ещё жив!

"Значит ли это, что Ай Фа приняла его в дом Фа? Он что, правда собирается стать её мужем?"

Сердце Рими внезапно охватили сомнения и смятение.

Значит ли это, что они подходят друг другу?

Она была озадачена и встревожена из-за этого.

Рими изо всех сил встала на цыпочки и вытянула шею, чтобы увидеть как можно больше.

Ей всегда удавалось хорошо скрываться, даже бдительная Ай Фа никогда не замечала её раньше.

Похоже, эти двое ссорились.

— Ээээй, но почему? Ты всё ещё обижаешься за то, что произошло вечером?

Чужеземец говорил громко. Он был очень бледным и худым, как женщина — совсем как люди в городе. Других каких-то отличительных черт она не заметила. Ну, может быть ещё его чёрные глаза... они тревожно сверкали в сумраке.

Что за странные глаза.

Добрые, как у женщины, и сильные, как у мужчины. Чуднó!

Но... Рими они понравились.

— А что произошло вечером? А-а, ты имеешь в виду ту гадость, которую сотворил со мной из-за того, что слишком сильно увлёкся? Я уже забыла об этом, — тихо ответила ему Ай Фа.

"Интересно, что это значит?" — недоуменно наклонила голову Рими.

Выражение отчаяния на его лице вдруг сменилось удивлением:

— Ты забыла?.. Тогда почему ты не хочешь говорить мне, что думаешь?

— Шумный! Не хочу говорить об этом и всё! — неожиданно закричала Ай Фа, шокировав Рими.

Чужестранец, видимо, тоже был в шоке.

"А у него выразительное лицо. По нему легко догадаться, о чём он думает."

Впрочем, лицо Ай Фа было ещё более выразительным.

Она почему-то покраснела, склонила голову и подняла деревянную тарелку, прикрыв ей лицо.

Чужестранец сидел напротив Ай Фа и ему, наверное, не было видно выражение её лица. Но Рими наблюдала за ними со стороны, поэтому ей было видно всё.

Ай Фа... определённо покраснела от смущения.

— Хватит! Прекрати на меня пялиться!

Обычно Ай Фа никогда не вела себя так с другими людьми.

Будь то радость или печаль, на её эмоции можно было увидеть некоторые намёки по движениям глаз и бровей, но она никогда открыто не показывала то, что чувствует на самом деле. А с тех пор, как умер Гилл Фа, она стала ещё более замкнутой, чем раньше.

Вот почему Рими была потрясена, когда увидела от Ай Фа такое количество эмоций.

Чужеземец печально вздохнул и погрузился в свои мысли.

Поэтому он... не заметил.

Он не заметил, что Ай Фа чуть опустила свою тарелку и пристально на него посмотрела.

Кажется, при этом её лицо осветила слабая улыбка.

Её щёки покраснели, и она смотрела на чужестранца довольным и счастливым взглядом.

Ай Фа вела себя точно так же, Как тогда, когда Гилл Фа был ещё жив... Рими очень понравился тёплый и добрый свет в её голубых глазах.

"Ай Фа..."

Она впервые за два года сменила холодное и жестокое выражение на своём лице. Раньше она выглядела так, словно вместе с отцом умерла и часть её самой.

"Это она из-за него так сильно изменилась?"

Не имеет значения, откуда он. Чужестранец или нет - если он смог сделать Ай Фа счастливой, то большего и не нужно.

Рими Ву раздумывала, глядя на этого странного парня... он тоже улыбался, немного опустив голову.

Огорчение на его лице сменилось удовольствием и радостью — в точности как и у Ай Фа, а глаза сверкали, пока он разглядывал свою тарелку с мясом какой-то странной формы на ней.

Наверное, они делили друг с другом одинаковые ощущения.

Значит, это и есть то, что называется "семья".

Даже если Ай Фа потеряла Гилла Фа, отказала в замужестве клану Ву, ей всё равно нужен был кто-то... человек, которого она могла бы назвать своей семьёй.

Жить в одиночестве — слишком печально.

Рими Ву вытерла слёзы с глаз тыльной стороной ладони и попыталась сказать как можно более радостным голосом:

— Эй, а что это вы едите?

Том 2

Иллюстрации

Пролог

Дикая готовка

— Isekai Ryouridou —

— Том 2 —

— Автор: Eda —

— Художник: Kochimo —

[Перевод на русский язык: Knox  ]

Пролог

Однажды ночью, впервые за долгое время, мне приснился сон.

Сон, когда я действительно крепко спал и грезил о вещах, о которых давно забыл.

Это был сон такого рода, когда ты просыпаешься — и начисто забываешь, а о чём же, собственно, он был.

Такого рода сны заканчиваются прежде, чем ты успеваешь их запомнить.

В нём я был ещё ребёнком — учеником начальной школы.

Папа смотрел телевизор, пил пиво и болел за свою любимую бейсбольную команду.

Мама резала на кухне какие-то овощи — наверное, это был лук.

Наша семья управляет собственной закусочной, поэтому это должно быть выходной, который случается раз в неделю. В любой другой день мы бы все просто не собрались вместе на ужин.

Это была спокойная семейная сцена, которую вы часто можете увидеть в сериалах по телевизору.

Я совсем не интересовался бейсболом и спросил отца во время рекламы:

— Пап, ведь твои кулинарные навыки гораздо лучше маминых! Но почему же тогда ужин готовит именно она?

— Чёрт возьми, ты... — отец встревожено наклонился ко мне поближе, — ...ты чего это вдруг заговорил об этом? А вдруг твоя мать услышит?!

— Так я ведь поэтому так тихо и спрашиваю... Ну всё-таки, почему?

— Асута... тебе что, не нравятся блюда, приготовленные твоей мамой?

— Нет, конечно нет! Нравятся... — решительно потряс головой шестилетний я.

В то время я был милым ребёнком, даже мне самому так казалось.

— Но мне больше нравятся блюда, приготовленные папой, потому что твоя еда самая вкусная!

Слова, которые я бы сейчас произнести не смог.

И не только потому, что я потерял человека, которому мог бы их адресовать.

— Ну, видишь ли... Я ведь профессиональный повар... Вкусно готовить — это моя работа...

Отец казался чем-то раздосадованным. Тогда ему только исполнилось 30.

Наверное, в тот момент он решал — а не вдолбить ли мне в голову чуточку здравомыслия своим кулаком. Но услышав такой ответ от шестилетнего ребёнка, он воздержался и признал своё поражение.

— Но ведь ты ешь мою готовку каждый день, не так ли? Что плохого в том, чтобы есть мамину стряпню по выходным?

— Я не сказал, что это плохо. Мне просто любопытно.

Реклама по телевизору закончился, и трансляция бейсбольного матча возобновилась.

Но отец продолжал беспокойно на меня смотреть, скрестив руки на груди.

— Ты неправильно смотришь на вещи. Когда мы все дома, должна готовить именно мама.

— Но почему?

— Ты спрашиваешь меня почему... Потому что я профессиональный повар, — ответил папа со строгим лицом. — Работа повара — готовить для посетителей, а готовить для семьи — работа матери.

— Хмм...?

Мне было всего шесть лет, и я тогда не совсем понял значение его слов.

Но раз уж они мне приснились, это значит, что они оставили в моей душе глубокий отпечаток.

Год спустя моя мать умерла.

Заливаясь слезами, я сказал тогда отцу:

— Хотел бы я попробовать мамину стряпню ещё хотя бы один раз!

Глава 1: Интерлюдия под луной

Глава 1

Интерлюдия под луной

Часть 1

Старейшина Морихена Джиба Ву похвалила мою готовку, сказав, что она заставила ее вспомнить радость жизни, и дала свое благословение Ай Фа и мне.

Я был очень счастлив от этого. Даже словосочетание "лучший исход" не опишет того, что я чувствовал. Ай Фа очень заботилась л старушке, и мне выпала честь присутствовать в такой момент ее жизни… Я был тронут.

Однако... я остался один в пустой комнате и взволнованно размышлял.

Ай Фа со мной не было.

Как и Рими Ву.

В этой комнате, лишенной всяких звуков, я злился, чувствуя унижение, и мучительно ходил из угла в угол.

"Черт! Почему это ощущается, как абсолютное поражение!?"

Меня не запирали здесь против моего желания. Ай Фа и Рими остались в комнате Джибы Ву, а меня отправили посмотреть дом.

Это был дом в поселке клана Ву, и его владельцем был то ли брат Донды Ву, то ли племянник. Несколько лет назад количество членов клана уменьшилось, и их жизнь стала труднее. Они перебрались к другой семье, а это место так и осталось пустым.

— Дом Фа далеко, поэтому заночуйте здесь.

Мы с благодарностью приняли гостеприимство клана Ву... Но я был чрезвычайно подавлен.

Несмотря на это, я не знал, кому бы я мог излить свои ощущения.

Говоря откровенно, я сам был во всём виноват.

Я продолжал мучительно шагать из угла в угол, испытывая эти невысказанные чувства.

◇◆◇

Несколькими часами ранее мы были в зале главного дома клана Ву.

— ...Ай Фа, почему бы тебе не провести ночь у нас...? — спросила бабуля Джиба у Ай Фа за ужином. — На улице уже темно... передвигаться ночью опасно, поэтому просто отдохните сегодня ночью в пустом доме.

— Нет, в этом нет необходимости. Нам просто нужен огонь, и мы не встретим никакой опасности. Только дайте мне подсвечник.

— Ааа... Ты стала выдающейся охотницей. Но хотя бы ради такой старой женщины, как я, уж останься на ночь, Ай Фа...

— Но...

— У тебя, должно быть, много работы, как у главы дома, и ты не сможешь часто посещать деревню Ву, верно? У меня больше нет сил ходить к тебе в гости... Составь мне компанию хотя бы на эту ночь. Прошло несколько лет с тех пор, когда мы в последний раз виделись...

Даже неподатливая Ай Фа не могла отклонить эту просьбу.

Я был полностью согласен с этим.

Глава клана Донда Ву не изъявлял сейчас никаких намерений предлагать Ай Фа выйти замуж за кого-нибудь из мужчин Ву. Таким образом, он могла возродить свои отношения с бабушкой Джибой и Рими... такая дурацкая мысль появилась в моей голове.

Настоящая проблема заключалась не в этом.

В Морихене, по всей видимости, существовал особый обычай, что комнату можно покинуть только тогда, когда все закончат трапезу. Рими сейчас помогала бабушке Джибе с ее едой, а мы с Ай Фа вернулись на свои места.

В это время глава клана Донда Ву продолжал злиться из-за моей готовки.

"Это не еда для охотника", "Как ты смеешь мне подсовывать мне жратву мунто", "Это портит мою жизнь". Его недовольство ощущалось, как дождь.

Я думаю, этот грубый мужчина позорил мою готовку не просто так.

Вероятно, необходимость давать отпор чужаку или его положение главы клана вынуждало его так делать. Вот почему я не беспокоился. Бабуля Джиба уже сделала мне самый лучший возможный комплимент, поэтому продолжал оставаться спокойным и торжествующим.

Когда Ай Фа доела последний кусочек моей еды, у меня резко переменилось настроение.

— Ты закончил!? Почему ты так злостно унижаешь готовку Асуты? Разве бабушка Джиба не получила удовольствие от своей еды? - воскликнула Рейна, которая закончила есть немного раньше, чем мы.

Голубые глаза Донды Ву горели, пока он раздраженно смотрел на любимую вторую дочь клана Ву.

— Я просто констатирую факты, что не так? Старейшина тоже сказала, что у всех может быть разное мнение о том, что правильно или неправильно. Эта еда похожа на навоз мунто, только беззубые старики могут есть это с благодарностью.

Рейна закипела от злости и недолго замолчала... а затем медленно встала со своего места.

Она сняла рог и клык со своего ожерелья и медленно подошла ко мне с Ай Фа.

— Эй...

Опасная вспышка появилась в глазах Донды Ву, но Рейна совсем не беспокоилась. Став на колени на полу, она предложила клык и рог Ай Фа и мне соответственно.

— Рейна Ву из клана Ву выражает свое благословение Ай Фа и Асуте из дома Фа. Спасибо вам за спасение души Джибы Ву и доставленное спокойствие в жизни клана Ву.

"Что?! Эй, все точно в порядке, Рейна Ву...?" — захотелось мне прошептать ей.

Но прежде, чем я это сделал, Ай Фа ткнула меня в плечо.

— Просто любезно прими это. Для жителей Морихена процесс дара клыков и рогов гибы священен. Если ты ей откажешь, то растопчешь ее чувства гордости и собственного достоинства, — сказала мне Ай Фа, а затем приняла белый клык со словами: — Благословение Рейны Ву для меня честь.

У меня не было другого выбора, кроме как повторить за ней и поблагодарить Рейну.

— Рейна... Ты пытаешься опозорить имя клана Ву? — тихо спросил Донда Ву.

Его голос звучал весомо и четко, что напомнило мне дрожь земли перед землетрясением.

— Ты преподносишь фальшивое мнимое благословение другим, чтоб поиздеваться надо мной? Ты думаешь, я позволю тебе сделать это...?

Хоть даже лицо Рейны и позеленело от страха, она все равно решительно взглянула на своего отца.

— Это не мнимое благословение! Даже без случая с бабушкой Джибой, я тоже от всего сердца считаю, что кулинарное искусство Асуты потрясающее! Впервые в своей жизни я попробовала такое восхитительное мясо гибы. Еда - это жизнь... Точно так же, как и бабушка Джиба, я очень четко ощущаю радость жизни.

— Ты... с ума сошла? — проворчал Донда Ву.

Я был потрясен тем, какое удивление звучало в его голосе.

Но прежде, чем я осознал, что меня так шокировало, Рими вскочила со своего места и сказала: "Я тоже!"

Она покосилась на бабушку Джибу, которая кивнула и сказала: "Не волнуйся"

Рими подбежала к нам и на ее детском лице играла ее обычная замечательная улыбка.

— Асута! Ай Фа! Спасибо вам большое за сегодня! Еда была очень-очень-очень вкусненькой, поэтому я тоже хочу подарить вам свое благословение!

Она вложила третий подарок благословения... в наши с Ай Фа руки.

— Именно так... Эта еда замечательна и достойна моего благословения, — чувственно произнесла старшая дочь Вена Ву и медленно встала. — Я впервые узнала, что в Морихене существует "очень вкусная еда"... И как его житель, я должна преподнести вам свое благословение...

— Ты абсолютно права, Вена.

Следующей встала бабушка Дитто Мин.

— Невероятно! Что происходит!? — снова закричал Донда Ву.

Эмоции в его хриплом голосе... были не гневными, а удивлёнными.

— Моя семья обезумела?! В эту дерьмовую еду был добавлен яд Апаз, который заставляет терять рассудок? Но если это так, все здесь должны обезуметь!

Я сжал пять клыков и рогов в своей руке и осторожно бросил взгляд на главу клана.

Он выглядел искренне озадаченным.

Донда Ву действительно сомневался в моральном состоянии своей семьи.

— Здесь есть кто-нибудь, кто не осмелился встать из-за страха моих назиданий? Не сдерживайтесь, просто делайте то, что хотите!

После того, как он это сказал, жена старшего сына Джизы, Сати Лей Ву, робко поднялась со своего места.

Она была примерно того же возраста, что и Вена Ву, со своими блестящими каштановыми волосами, обрезанными до плеч. Женщина с безупречным характером.

Перед тем как встать, она посмотрела на своего мужа. Увидев его искреннюю и открытую улыбку, она расслабилась и подошла к нам.

— Сати Лей Ву из клана Ву хочет преподнести свое благословение Ай Фа из дома Фа и члену её семьи Асуте... Спасибо вам за вашу потрясающую еду.

Когда она вернулась на свое место, то в этот раз встала полная женщина рядом с ней.

В ее красных волосах было замешано немного серого цвета, а ее темные карие глаза казались бездонными. Ее обнаженные руки и плечи были большими и сильными, и она выглядела женщиной в расцвете сил, которая способна спокойно справиться с любой неожиданностью.

Это была Миа Лей Ву. Мать Рими Ву и ее братьев и сестер, а так же жена Донды Ву.

— Я действительно не понимаю, разве не нормально выразить честно свои мысли, когда мы попробовали очень вкусную еду? Я так разволновалась, что у меня ноги ослабли.

Посмотрев на своего мужа, который замер, словно каменное изваяние, она подошла к нам своей фирменной походкой.

Миа Лей Ву с приятной улыбкой подарила нам рог и клык.

— Ваша еда замечательна. Спасибо за то, что сделали ее для бабушки Джибы. Ума не приложу, и почему глава нашего клана сейчас такой упертый…

Ее улыбка выглядела, как изображение фразы "мамы сильнее".

Из всех присутствующих семеро были рождены ею, что я считаю действительно впечатляющим.

В любом случае, это было седьмое благословение, которое мы получили.

— ... Пап, ты серьезно, да? Не делай из меня потом козла отпущения, ладно? — сказал младший брат Лудо голосом, в котором еще ощущался намек ребячества, и встал.

Он почесал свою голову со светлыми волосами, а потом смело подошел к нам и резко сел.

— Эй, но кто ты вообще такой? Я слышал про людей родом из Восточного королевства, которые, кажется, являются магами. Ты использовал магию, чтобы придать мясу гибы особый вкус?

— Это не магия, я использовал только кухонный нож... ножи и огонь. Это просто мастерство.

Ай Фа молчала, а этот вопрос был явно адресован мне, поэтому я так и ответил ему.

Равнодушно проворчав, он перевел взгляд на Ай Фа и сказал:

— Ай Фа из дома Фа, ты стала хорошей женщиной. Жаль, но если бы ты была более женственной, я бы, не задумываясь, женился на тебе, даже если ты не можешь выйти замуж за моего брата.

— ...

— Ладно, неважно. Они говорят без преувеличения, это очень вкусная еда. Откровенно говоря, простая мысль о необходимости пить с завтрашнего дня этот надоевший пойтановый суп заставляет меня чуть ли не плакать. Если ты не муж Ай Фа, тогда женись на ком-нибудь из нашей семьи и вступай в клан.

— Х-хорошо, но женщины вашей семьи имеют право выбрать своего супруга.

— Хмм, кроме этой мелкой Рими, выбирай кого угодно.

Лудо произнес последнюю часть тихо, а затем снял свое ожерелье. Его трофеев на ожерелье было не намного меньше, чем у Ай Фа.

— Ужин - безумно вкусный, поэтому я хочу преподнести вам свое благословение. Это первый раз, когда я так делаю, потому будьте признательны.

Когда надменный младший брат вернулся на свое место, в зале повисла странная тишина.

— ... Кто-то еще?

Донда Ву погладил свою бороду, осматривая своим взглядом зал.

— Итак, только три других человека считают это не подходящим для потребления человеком.

— Я не думаю, что блюдо такое плохое, не суди всё по своим собственным стандартам, — грустно произнесла третья сестра Лала Ву.

У Лалы Ву были красные волосы, завязанные на макушке головы, а ее высокомерие не проиграло бы ее брату. Среди семи братьев и сестер, каждый со своей уникальной личностью, только третья сестра и младший брат выглядели похожими во внешности и характеру. Она, должно быть, младше, чем Лудо Ву, и максимум ей было двенадцать или тринадцать лет.

— Я думаю, что жареный пойтан и мясной суп из гибы хороши, но мясо гибы, которое должно было быть главным блюдом, было тягучим и выглядело отвратительно, поэтому я не считаю его достаточно хорошим для того, чтобы я дала свое благословение... Если честно, просто то, что они сделали для бабушки Джибы, уже достойно моего благословения. Но видимо, все считают это очень вкусным, поэтому я так не сделаю.

— Понятно... Дарум, что ты думаешь?

— Мне нечего сказать.

Средний брат, чье поведение напоминало повадки дикого волка, отказался от комментариев.

— Хмм, что насчет тебя, Джиза?

— ... ... Глава клана Донда, пожалуйста, не берите всё это в голову. Неважно, как выглядит еда или какая она на вкус, гиба все равно остается гибой, а пойтан остается пойтаном. Сколько бы усилий не было вложено в их приготовление, во время еды это не имеет особого значения.

— Да я это и без тебя знаю!

Огонь горел в глазах главы клана.

Старший брат взглянул на своего отца прищуренными глазами и облегченно улыбнулся:

— Ты спрашиваешь меня, вкусно ли это? Как и сказала Лала, я в жизни не мог представить, что есть способ приготовить пойтан так, чтобы он удивил меня. Суп ничем не воняет, но я четко ощущаю в нем жизнь гибы... Однако мясо с красным соусом сверху слишком мягкое, я совсем не чувствую, что ем дикого зверя. Если я буду есть это мясо каждый день, то мои зубы постепенно потеряют силу. Мне бы не хотелось, чтобы это на самом деле произошло.

— Да... Вот именно! Вот почему я думаю, что эта еда не подходит для охотников Морихена!

У Донды Ву просветился взгляд, и жизнь медленно вернулась на его лицо.

— Мои зубы предназначены для раздирания жесткого мяса! Точно так же, как мои руки, которые охотятся на гибу, и мои ноги, которые позволяют мне бегать в лесу, мои зубы - один из инструментов выживания в Морихене! Если я не буду использовать часто свои инструменты, они заржавеют. Еда, которую ты подал мне, плохая и разрушит мою жизнь!

— Это...

Я хотел опровергнуть его заявление, но Ай Фа молча схватила меня за руку.

Ее спокойные голубые глаза говорили мне заткнуться.

— И так как я мужчина Морихена, охотник Морихена, эта еда вредна для меня... Но для беззубых стариков — эта еда лучшая.

Надменная улыбка медленно вернулась на лицо Донды Ву. Он повернулся к старушке и сказал:

— Моя бабушка и старейшина Джиба Ву, ты права в своих словах. Поскольку эта еда вновь разожгла твой дух, я заберу свои слова обратно. Это не падаль для мунто, это блюдо спасло мою любимую бабушку, которая живет дольше всех в Морихене и многим содействовала всю свою жизнь. Эта еда - лекарство! Это сокровище!

— Хмм... глава клана Донда, ты более откровенен, чем обычно...

— Я всегда такой откровенный! Что правильно - то правильно, и когда я не прав, я признаю это! Если бы у меня не было такой решимости, я был бы не способен занимать место главы клана.

Он направил свой пылкий взгляд на Ай Фа и меня, а затем произнес:

— Ай Фа из дома Фа и член её семьи Асута! Вы спасли старейшину клана Ву, Джибу Ву! Как глава клана Ву, я прошу прощения за свои грубые действия ранее и еще раз приношу вам свою благодарность!

Ай Фа признала это своим взглядом.

Пока чувства в моем сердце постепенно прояснялись, я растерялся в действиях и смотрел прямо на Донду Ву.

У него на лице светилась бодрая улыбка — как будто он наконец-то разрешил сомнения, которые терзали его сердце годами.

— Твоя готовка ядовита для нас, но хорошее лекарство для старейшины. Поедание этого яда только на один вечер не разрушит наши души, потому я сниму с тебя ответственность. Клыки и рога, полученные тобой благословениями, заслуженно заработаны тобой. Не переживай об этом, только используй их должным образом, чтоб они стали твоей плотью и кровью!

Часть 2

Вернемся к настоящему времени.

Сказав мне "засыпать первым", Ай Фа пошла в комнату бабушки Джибы, оставив меня в одиночестве. Я лег в большой открытой комнате и раздосадовано обхватил свою голову руками.

"Как он посмел назвать мою еду ядом! Этот чертов старик... был таким самодовольным!"

Вероятно, Донда Ву волновался, видя, как его семья преподносит нам свои благословения одно за другим. Он сомневался в их благополучном моральном состоянии... или же он был единственным, кто сошел с ума.

Услышав то, что сказал старший брат Джиза, он наконец осознал, почему его семья так поступила. Как и сказала бабушка Джиба в начале: "у всех свои представления о том, что вкусно".

И таким образом, он понял, что его семья не сошла с ума и успокоился.

Однако... это значило, что "бифштекс из гибы" на самом деле не пришелся ему по вкусу.

У всех разные вкусы! Некоторые люди просто ненавидят бифштекс. И это блюдо первым делом предназначалось для бабушки Джибы, у которой плохие зубы!

Вот, что я думал.

Хотя это именно  я выбирал меню для ужина.

После того, как Ай Фа и Рими Ву превосходно отозвались о его вкусовых качествах, я без колебаний выбрал это блюдо из другого мира в качестве главного... и подал его в Морихене, как будто это было вполне естественно.

Если бы я уделил больше внимания содержимому, то мог бы придумать ещё что-нибудь. И таким образом, я был единственным виноватым.

"Но даже так..."

Даже так, разве моя еда так уж ужасна?

По сравнению с тушеной в овощах гибой в вязком пойтановом супе, которую жители Морихена едят обычно... разве моя еда действительно такая плохая?

Должно быть, именно в этом и крылась моей разбитости.

Я был слишком самонадеянным, думая таким образом?

Или просто с моим мировоззрением что-то не так? Стиснув зубы и положив руку на связанное из восьми клыков и рогов ожерелье, сделанное Рими Ву для меня... я услышал приятный звякающий звук.

Ожерелье было первой оплатой, которую я получил в этом мире. Из двенадцати людей восемь посчитали мою еду "восхитительной", что значит, что я должен быть горд собой. Я не хотел обменивать эти клыки и рога на пойтан или арию, но, может быть, позволить им стать частью моей плоти и крови - это правильный способ их использования?.. Я думаю, пройдет немного времени, прежде чем я решусь это сделать.

Было очевидно, что остальные признали мою деятельность.

Они посчитали, что в ней есть ценность.

Я был счастлив.

Я был горд.

Я мог продолжать жить в этом мире... и чувствовал, что я получил от них разрешение.

Однако также моя работа была отвергнута. Это меня очень злило.

Я был полон огорчения.

Как будто было отвергнуто все мое существование.

"У всех разные вкусы" - это нормальное объяснение не избавляло меня от депрессивного настроения.

"Более того, я еще и некомпетентно решил вопрос с едой бабушки Джибы."

Я научил женщин клана Ву готовить рубленое мясо. Они могут продолжать готовить еду, легкую для жевания.

Но вот кровопусканию я их не научил, поэтому они не смогут усовершенствовать вкус еды.

И это необходимо делать сразу после поимки гибы или в этом не будет смысла. Потому это было не женской работой, а мужской.

Судя по текущей ситуации, Донда Ву не собирался учиться этому умению.

В этом смысле, я тоже облажался... полностью потерпел поражение.

Я был недостаточно совершенен в своих размышлениях.

"Но что еще мне нужно было сделать...?"

Пока я думал об этом...

*Тук-тук-тук*

Кто-то трижды постучал в дверь.

— Я здесь, входите, пожалуйста.

Я подумал, что это вернулась Ай Фа. Но зачем она стучала?

Кстати, в этом мире, похоже, тоже принято стучать в чужие двери. Я впервые узнал об этом.

По всему выходило, что это никакая не Ай Фа.

— Я не запирал дверь, входите, пожалуйста.

У меня не было выбора, кроме как встать, сказав это.

"Кто бы это мог быть?"

Пока я думал об этом, в моих мыслях появилась невинная улыбка Рейны Ву.

Вторая сестра клана Ву, у которой были блестящие черные волосы, смотрела на меня восхищенными глазами всё время подготовки ужина и после того, как мы закончили нашу работу. Мои отношения со всеми все еще не окрепли настолько, что кто-нибудь кроме нее решился бы меня посетить.

Впрочем, не могу не отметить, что у нее было милое лицо, шикарная фигура и на ней был соблазнительный наряд. Поэтому я засомневался, а стоит ли встречаться с такой девушкой наедине поздно ночью... и медленно со скрипом открыл дверь.

Однако...

— Ч-чужестранец? Это ты?

За дверь стояла вовсе и не Рейна Ву, но в некотором смысле кое-кто даже более опасный.

— Спасибо, что открыл мне дверь... Я действительно рада, Асута...

Я узнал её по сексуальному голосу.

Из маленькой щели полуоткрытой двери в комнату проскользнуло преступно хорошее тело.

— П-почему ты здесь, Вена Ву...?

Я хотел было обратиться к ней повежливее, но решил, что и так сойдёт.

— Я хотела увидеть тебя, Асута... Хочу спросить кое-что у тебя...

— У тебя ко мне вопрос?

Вена смотрела на меня дразнящим флиртующим взглядом, а потом сняла свою кожаную обувь. Я не дал ей никакого разрешения, но она была решительно настроена войти в мою комнату.

— Прекрасно, Рейна не пришла раньше меня. Я так волновалась, размышляя о том, что мне делать, если бы ты был занят...

— У Р-Рейны Ву нет причины посещать меня, верно? Я только единожды приготовил еду вместе с ней.

"И мои отношения с тобой еще более поверхностные!"  — вот что подразумевал мой ответ, но Вена Ву просто кокетливо улыбнулась.

— Уфф, ты полностью покорил её детское сердце. Ты что, сам этого так и не понял? Асута, ты и правда глупый...

— Нет, я имею в виду...

— Не волнуйся. Я здесь не для того, чтобы болтать о женитьбе... В любом случае, давай сядем и поговорим...?

Ее тело было правильной формы с развитыми мышцами и нормальным количеством жира. Ее правая рука мягко обхватила мою левую руку.

"ВНИМАНИЕ, ВНИМАНИЕ" — в моей голове завыла сирена тревоги.

Она излучала просто какое-то количество женственного обаяния. Ее руки и ноги были полны чувственности, а тело — интригующими изгибами. Просто для того, чтобы описать одну из ее рук, необходима куча самых бестолковых эпитетов. Чтобы сохранить свой рассудок, я мог только закрыть глаза. Вся ее сущность была как будто воплощением женских феромонов.

Она сонно щурила глаза, а ее розовые губы, похоже, совсем не уступали в чувственности всему остальному. Ее овальное и гладкое лицо, тонкая шея, четкие линии ключиц, со спадающими на ее нежное правое плечо длинными каштановыми волосами... на таком близком расстоянии я не мог отвести от нее свой взгляд. Я чувствовал, что если сделаю это, то просто помру на месте.

— ... Давай сядем... — сказала она снова и потянула меня в комнату.

Как и ожидалось от жителя Морихена, вынужденного тяжело работать каждый день, она была очень сильной. Если бы я сопротивлялся, моя левая рука, которую она схватила, могла коснуться опасной части ее тела, поэтому я мог только пойти вместе с ней.

Она остановилась прямо возле окна, где горела свеча, и ее центр тяжести плавно переместился вниз.

Из-за причин, которые я объяснил ранее, я мог только следовать ее примеру...

Прислонив меня к стене и присев рядом, Вена прижалась своим телом ко мне, как будто она не могла больше ждать.

— Эмм, эй, подожди! — беспомощно воскликнул я.

Ее прекрасный палец — настоящее произведение искусства — прикоснулся мягко к моим губам:

— Тихо... Я не хочу, чтобы моя семья услышала то, что я собираюсь сказать дальше...

Легкое дыхание проникло в мои уши с этими словами, чего хватило для меня, чтобы моментально покрыться гусиной кожей. Вовсе не из-за того, что это было неприятно, а с точностью до наоборот.

Но неважно, как я себя чувствовал, я не действовал по собственному желанию, а был вынужден подчиняться ей. Это наполнило меня чувством, похожим на страх. В тусклом свете взрослая сестра, которая была олицетворением сексуальности и феромонов, прислонилась ко мне и выдыхала воздух в мои уши... Остатки моего здравого смысла медленно куда-то растворялись.

"Ахх... она коптила мясо гибы днем?"

Эта неожиданная мысль пронеслась в моем сознании, как будто я избегал реальности.

На самом деле, это было банально и не заслуживало упоминания. Я подумал об этом только потому, что почувствовал аромат от волос и тела Вены. Это был освежающий запах риро и сладкий, но жгучий аромат листьев пико.

"Пахнет приятно... но чего-то не хватает..."

Пока я думал об этом, воображение вдруг живо нарисовало мне пару горящих кошачьих глаз.

Мой разум находился на грани распада, но внезапно вернулось чувство напряжения.

Я не знал, когда вернется Ай Фа. В такой ситуации я не мог расслабляться.

— Что ты хотела спросить у меня? Раз уж ты не хочешь, чтобы знала твоя семья, это что-то опасное?

— Да... Я здесь, чтобы спросить у тебя кое-что опасное...

Она держала свою левую руку за спиной и поставила что-то с глухим стуком на пол.

Это была бутылка фруктового вина.

Я чуял запах Вены Ву, который перемешался со сладким ароматом фруктового вина.

— Прости, я немного рассеянная... Я очень сильно дорожу своей семьей... Если бы я не выпила, я бы не смогла набраться смелости...

— К ч-чему ты клонишь? Мне не нужны никакие проблемы.

Кажется, безопаснее заставить ее думать, что я ненадежный мужчина.

Но Вена Ву медленно потрясла своей головой и положила ее на мое плечо.

— Асута... Кто же ты такой...?

— ... Что ты имеешь в виду?

— Мы часто посещаем Почтовый город Генос, поэтому привыкли к иностранцам... Но твоя еда невероятна... Я узнала, каково на вкус счастье, и такое чувство, будто я получила новую жизнь...

Значит, она хотела спросить о еде. Я ничего не имел против, но искренне желал, чтобы она сохраняла достаточную дистанцию. Я кое-как смог вернуть свой рассудок обратно, и опасное ощущение, давящее на мою левую руку, заставляло мой разум кричать.

— Ты ведь говорил, что не знаешь о западном королевстве и никогда не слышал о континенте Амусхорн...? Ты не из этих земель, а из далекой страны, да...? Но что это за страна...?

— Я-я не знаю! Я прибыл из островной страны, поэтому, должно быть, она на другом конце океана. Но так как я даже не знаю название этого континента, естественно, я не могу найти дорогу обратно!

— Островная страна... островная страна где...? Это очень интересно...

Теплый кончик пальца Вены Ву надавил на мою грудь.

Я почувствовал, как по телу побежали мурашки.

— Асута... Ты возьмешь меня обратно в свой невероятный родной город...?

Сказав это... Вена Ву начала опутывать мое тело своим, как огромная змея Мадарама.

Часть 3

— Подождите, Вена Ву...!

Я был в таком отчаянии, что неосознанно обратился к ней на "вы".

В это время она терлась своей нежной кожей о мое тело.

Ее тело было мягким и нежным, и огромная сила была спрятана внутри него.

— Рейна - милая девушка, но я ведь тоже не так плоха... верно?

Нет, все стало только хуже! Все теперь на совершенно другом уровне!

Она толкнула меня на плед и обвилась вокруг меня. Она не использовала свои пальцы, но терлась всем своим телом об мое. Мягкие, но грубые ощущения ощущались так, словно все мое тело собиралось вот-вот разбиться на части, как стеклянное.

Что-то похожее по ощущению на страх мешало мне чувствовать мышцы моей спины.

В то же время меня охватывало сильное чувство, совершенно отличающееся от страха.

Мое сердце так сильно стучало, что в груди заболело, и я все никак не мог перевести дух.

Сладкий аромат, совсем не похожий на запах трав, постепенно заполнил мой мозг.

В этот момент я был как зажигалка, плавающая в жидком и готовом в любой момент вспыхнуть топливе.

Если зажечь огонь... я потеряю себя.

— Как женщина клана Ву я вынуждена была знакомиться с кучей разных мужчин во время сватовства... Но я отказала им всем... Потому что если я возьму кого-то в клан Ву, как своего мужа, или меня выдадут замуж за кого-то, я никогда не смогу покинуть Морихен...

Каждое слово, сказанное ею, касалось моей шеи горячим дыханием.

— Я не хочу провести всю свою жизнь здесь... Попробовав твою еду, у меня появилось такое ощущение, что где-то там… есть другой мир. Я хочу посетить этот мир... Я хочу отправиться туда с тобой...

Ощущение обжигающего тепла медленно отпускало меня?..

Вена Ву встала.

Она готовилась направиться прямиком главной цели своего прихода.

— Позволь мне стать твоей... а ты будешь моим...?

В оранжевом свете свечи Вена Ву добралась до ткани, обернутой вокруг ее груди.

Мой рассудок, который почти испарился, еще раз собрался, и я схватил ее снизу за талию.

— Тебе нельзя! Незамужним женщинам запрещено оголять свое тело, так? Тебе нельзя делать этого.

Ее светло-карие глаза уставились прямо на меня.

В них отражалось колеблющееся пламя свечи... и они были полны слез...

Я не мог сказать, была ли она на самом деле готова заплакать. Но Вена Ву не стала сбрасывать с талии моих пальцев. Она ничего не говорила, а просто стояла и тихо смотрела на меня...

А затем, наконец, отодвинулась от моего тела.

— ... Моей привлекательности недостаточно...?

Она села спиной ко мне, склонившись на бок, и уставилась в пол.

Я медленно встал и ответил:

— Я думаю, тут дело не в привлекательности. Я даже не знаю, почему или как я попал в это неизвестное место. Возможно, я просто сумасшедший и все это просто игра моего воображения. В таком случае я не могу заводить с кем-то серьезных отношений... или обещать то, что не знаю, смогу ли выполнить.

— ... Значит, ты не собираешься жениться на Ай Фа...?

Мое сердце, которое уже было успокоилось, вновь начало биться как бешеное из-за странного чувства.

Неудачная выдалась ночка для моего сердца.

— Как бы мне правильнее выразиться… я действительно не знаю. Но она очень важна для меня.

— Ты такой честный... как будто просишь меня умереть...

— Я-я не это имел в виду.

— Вот как?.. Но в Морихене женщины, которые не вышли замуж до 20, либо противные, либо вредят своей семье...

Она сердито потянула плед пальцами.

— Я храню девственность и даже терплю любопытные взгляды. Но когда я захотела отдать её тебе, ты мне так холодно отказал, что я действительно ощутила, будто какая-то часть меня умерла...

— Э-эмм, Вена Ву...?

— Если ты женишься на Рейне, я на самом деле могу попытаться убить вас обоих...

Вена Ву с невероятной лёгкостью произнесла нечто настоль ужасающее и встала, сжимая бутылку фруктового вина в руке.

— А если ты возьмешь в жены Ай Фа… Хм, что же мне тогда сделать?.. Если я сделаю ее своим врагом, то она меня просто убьет... Лучший способ стать счастливой - соблазнить тебя и умереть вместе с тобой...

— Нет, как я уже сказал...

— Трехкратный стук и приглашение войти - это старая традиция, которая означает установление свадебной помолвки друг с другом...

Вена Ву плавной походкой направилась к выходу.

— Если ты согласен, то впускаешь гостью внутрь, если нет - ты прямо отказываешь ей. Это обычай Морихена...

Она надела свою обувь и открыла дверь. Уже наполовину выйдя наружу, она повернулась лицом ко мне:

— Ты принял меня, поэтому я не сдамся... Сладких снов, Асута, не забывай наше обещание.

Она тихо закрыла дверь, и комната вновь погрузилась в тишину.

Я устало свалился на пол.

— Ах, ну правда, почему именно старшая сестра!? Я совсем ее не понимаю! Лучше бы ей перестать давить на меня...

Я только что наелся гибы, но эти калории, похоже, были полностью потрачены.

Я улегся на шкуру и потряс своей головой, в которой еще осталось некоторое количество неприличных мыслей, стараясь вернуть рассудок в норму.

"Сейчас не время крутить романы! Мою поварскую гордость серьезно уязвили!"

Пока я пытался направить свои мысли в правильное русло...

Кто-то постучал по стене.

"Что теперь!?"

Я стал осторожнее после урока, который преподала мне Вена.

Однако звук исходил от стены напротив меня, а не от двери.

Поскольку трехкратный стук в дверь был знаком для свадебной помолвки, то что тогда означал один стук в стену? Сигнал для меня приготовить еду? Или какой-то протест против того, что мы стали слишком близки?

Что бы он ни означал, но кто-то стукнул мне в стену рукой или ногой. Кухонный домик располагался сзади, на отдалении, поэтому никто не мог ошибиться.

Темнота поглотила мир, и я почти ничего не видел в окно.

"Забудь об этом! Если у кого есть ко мне дело, пусть подаст голос! Голос!"

Я снова растянулся на полу.

После этого на какое-то время стук прекратился, и спокойствие ночи вернулось в комнату.

Но затем... послышался тихий голос.

Снаружи определенно кто-то был.

Я не слышал конкретных слов, но это прозвучало, как доказательство.

Один голос был мужским и один женским.

Кто-то увидел, как Вена Ву вышла отсюда, и расспрашивал ее?

Если так, то это веская причина мне не вмешиваться. Я закрыл глаза и попытался уснуть. Свеча продолжала гореть — Ай Фа займется ей, когда вернется.

"Кстати говоря, что-то Ай Фа задерживается..."

Для жителей Морихена, это была уже поздняя ночь. Бабушка Джиба сильно ослабела, поэтому они не должны сильно давить на нее. Или именно из-за нее Ай Фа и задерживалась? Размышляя об этом, я уже было начал погружаться в свои сны...

Как внезапно я вскочил.

Я понял, что этот голос очень похож на голос Ай Фа.

Не думаю, что кто-либо захочет прогуляться посреди ночи. Но если кто-то поджидал здесь её возвращения из главного дома, тогда все сходится.

Как следует обдумав эту мысль, я понял, что не смогу уснуть, пока не проверю все лично.

Судя по голосам снаружи, мужчина и женщина ссорились.

"Я только подсмотрю. Если это не Ай Фа, тогда я ничего не видел и не слышал, никому ничего не скажу."

Приняв решение, я подошел к выходу, тихо открыл дверь и проскользнул наружу под лунный свет.

Голоса раздавались с левого угла здания главного дома Ву.

Крадучись, я направился к стене слева.

Я выглянул в направлении голосов... и это несомненно была Ай Фа.

Она стояла спиной к стене, скрестив руки на груди, и яростно смотрела на человека перед собой.

Напротив нее стоял средний брат клана Ву, Дарум Ву.

С глазами, так похожими на глаза своего отца, он был солидным мужчиной, похожим на молодого волка... И опирался одной рукой на стену, смотря сверху вниз в лицо Ай Фа.

Значит, этот звук только что был ударом его руки о стену.

Ай Фа была невысокой — 170см, не больше, и этот парень был выше ее на пол головы. Но даже так, Ай Фа не показывала страха и смотрела на него ледяным взглядом.

Дарум улыбался.

Это была не милая улыбка, а насмешливая.

Хладнокровный мужчина, который обычно не проявлял особых эмоций, насмешливо улыбался, глядя на Ай Фа.

— ... Ай Фа, все лишь считают забавным, что такая женщина, как ты, осмеливается быть охотником.

Я услышал его тихий голос.

— Все смеются над тобой, говоря, что девушка одержима духом своего мертвого отца. Ты надеваешь накидку из гибы и ходишь в лес... Эй, почему ты отвергаешь клан Ву?

— ......

— Тебе просто повезло, что эта пара лет прошла хорошо, но такая жизнь не продлится вечно. Если ты ищешь кого-то, на кого сейчас можно положиться, ты можешь прожить остаток своей жизни в уюте. Никто не будет заботиться о тебе, когда ты постареешь...

Горячие эмоции бурлили в моем сердце. Если его лицо станет ближе на сантиметр к лицу Ай Фа, я громко выскажусь и остановлю его. Приняв это решение, я смог сдержать чувства в своем сердце.

Беспомощный мужчина вроде меня будет только путаться у нее под ногами, если я попытаюсь помочь. Я это отлично понимал, поэтому не стал приближаться к ней, черт возьми.

— А может... ты вовсе и не сопротивлялась старшему сыну клана Тсун в ту ночь? Вот почему ты не хочешь бросить этого дурака и не можешь заставить себя выйти замуж за кого-то достойного...

— Эй, твои иллюзии заходят слишком далеко!

Когда пришел в себя, то уже кричал на него.

Дарум Ву не сдвинулся с места.

Но я не мог промолчать.

— Асута, что ты делаешь? — Ай Фа холодно посмотрела на меня. — Иди в дом, дурак, разве я не сказала тебе ложиться спать первым?

Ее реакция была ожидаемой.

А вот мужчина…

Он воспринял меня, как булыжник на обочине, просто одарив безразличным взглядом и повернувшись обратно к Ай Фа.

— Ай Фа, если я не прав, тогда просто честно скажи мне. Я не претендую на чей-то подержанный товар. Но если ты действительно...

— Этот парень просто тряпка, Ай Фа ни за что не позволила бы ему добиться своего! Ты слепой? Или ты насмехаешься над ней? Или домогаешься? Ищешь повод для драки?! Если ты не объяснишься, Ай Фа тоже не будет знать, как реагировать!

— ... Ты, дерьмо мунты, не смей разговаривать со мной тоном мужчины. Если ты можешь только заниматься домашним очагом, то просто заткнись и продолжай готовить свою жратву.

Он даже не посмотрел на меня и сказал все это, как будто я был простым комаром, который жужжал у него над ухом.

Я сделал несколько шагов в их сторону.

— Как ты меня назвал? Я никогда не видел это животное ранее, поэтому не буду злиться, даже если ты опишешь мне его. Хватит, просто убирайся отсюда. Ты не видишь, что доставляешь Ай Фа неудобство так к ней приблизившись?

Дарум Ву холодно скривил губы и наклонился еще ближе к Ай Фа.

Так близко, что их носы почти соприкоснулись.

Мои возбужденные эмоции превратились в слова и вырвались изо рта:

— Эй! Тогда дай мне сказать тебе прямо! Так как все, что ты можешь - это охота, тогда закрой свой рот и вали на свою охоту! Не строй из себя мачо и не лезь к девушкам!

Лицо Дарума Ву утратило всякое выражение.

Он убрал от стены руку и выпрямился.

И его пальцы… потянулись к ножу на поясе.

— Дерьмовый мунто, ты смеешь насмехаться над охотниками Морихена?

— Я не насмехаюсь! Ты сказал мне продолжать готовить свою еду, значит, это ты надо мной насмехаешься? Все верно, я буду заниматься домашним очагом! Это моя работа. Если ты не можешь справиться с этой работой, тогда и не крутись вокруг девушек!

— Почему ты...

— Сейчас я храню домашний очаг дома Ай Фа. Но до последних шести дней, Ай Фа была единственной, кто занимался им! Она охотится на гибу и сама занималась всеми домашними делами! Она выполняла обе задачи — и мужскую, и женскую.  Ты сам-то на это способен?!

Я ударил кулаком в стену, которая была ни в чем не виновата.

— Если не можешь, тогда и не насмехайся над ней!

— Дерьмовый мунто. Ты... смеешься над кланом Ву...?

Его словам не хватало злости, вместо этого они прозвучали скорее ошарашенно.

— У меня нет проблем ни с кланом Ву, ни с людьми Морихена. Я говорю это лично тебе, Дарум Ву. Ай Фа - мой благодетель, поэтому ты не можешь быть с ней таким дерзким.

— ... Хватит, Асута, прекрати.

Сказав это тихим голосом, Ай Фа отстранилась от стены.

Она опустила руки, прошла мимо Дарума Ву, который все еще держался за рукоятку ножа, и подошла ко мне.

— Постой, Ай Фа! Я еще не закончил...! — сказал Дарум Ву.

— А я закончила. Мне все равно, что ты скажешь, мой ответ останется прежним.

Ай Фа встала рядом со мной и одарила Дарума своим обычным решительным лицом и жестким взглядом.

— Для меня гордость получить снова твое предложение. Но я решила жить как охотник, поэтому не могу выйти замуж ни за кого из клана Ву.

— Ты...

— Кроме того, согласно правилам, главы обоих домов должны решать любую свадьбу. Я - глава дома Фа, но глава клана Ву - Донда Ву. Если в будущем ты захочешь делать кому-то предложение, пожалуйста, делай это вместе с главой своего клана... А теперь мне пора.

Ай Фа взяла меня за руку и пошла прочь широкими шагами, таща меня за собой.

Дарум остался в той же позе, его тело тряслось, и он смотрел в пустоту.

— Эй, ничего страшного, что мы оставили его вот так?

Ай Фа не ответила, она прошагала вдоль стены, повернула за угол и толкнула меня в открытую дверь. Затем зашла, захлопнула дверь и закрыла на засов. Наконец, она была готова отчитать меня.

— Ты болван! Зачем ты довел этого олуха до предела!? Что бы ты делал, если бы он пошел на тебя с ножом!? Я — гость и мой нож не со мной!

— Я не виноват в том, что он слишком безрассудный...

— Он нес полнейшую ерунду, потому тебе просто нужно было его игнорировать! Без разрешения от главы его клана, у него кишка тонка выкинуть что-либо глупое! Но ты намеренно спровоцировал его...

Ай Фа толкнула меня к двери и крепко взяла за шиворот.

Разъяренная Ай Фа наклонилась ближе — нас теперь разделяло такое же расстояние, как и ее с Дарумом Ву минутой ранее.

Ее нежный аромат — смесь сладкого фрукта, освежающих трав и вкусного мяса — попал в мой нос... и мое сердце забилось быстрее.

Видимо, влияние Вены Ву на меня до сих пор не прошло. Мне нужно было вернуть свой рассудок, это было слишком опасно.

Ай Фа совсем не поняла моих переживаний, ее решительный взгляд был направлен прямо мне в глаза.

— ... Когда я услышала, как ты сказал "закрой свой рот и вали на свою охоту", мне действительно захотелось ударить тебя, Асута.

— Н-но ведь ты поняла, что я имел в виду? Я пытался сказать, что все работы одинаково важны.

— Если бы не поняла, то давно бы ударила.

Неожиданно Ай Фа отстранилась. Ее пальцы, держащие мою грудь, переместились к моей правой руке.

Она крепко взяла ее и потянула почти на уровень своей груди.

После удара о стену моя рука была до сих пор немного красной.

— ... Твои руки предназначены для хранения домашнего очага, правильно?

Она мягко накрыла мою ладонь своей.

— Если ты повредишь свою руку, и это помешает твоей работе, что ты будешь делать? Не будь безрассудным... Эта пара рук спасла бабушку Джибу как-никак.

Гнев в голосе Ай Фа понемногу утихал.

Она сжала мою руку двумя своими и подняла на меня глаза.

— Асута, пусть даже это временно, но ты все равно член дома Фа.

— Хмм? Конечно. Я гость, отвечающий за домашний очаг дома Фа.

Моя правая рука ощущала тепло. Как будто тепло тела Ай Фа перетекало в мое через ее руки... Это невероятное ощущение было действительно уютным. Хоть даже я чувствовал мурашки по спине, когда Вена Ву меня оседлала, тепло Ай Фа меня успокоило.

Ай Фа сжала мою руку покрепче, заглянула в мои глаза и тихо произнесла:

— Вот почему я не предложила тебе свое благословение. Мы же семья, мы не можем так легко разбрасываться своими благословения... Но ты спас не только душу бабушки Джибы, но и Рими Ву, и мою.

— Да, я рад был помочь.

— Я очень благодарна, но я не могу дать тебе какую-либо материальную награду... Однако я надеюсь, ты веришь, что я действительно так себя чувствую.

Тусклый свет свечи не позволял мне четко увидеть выражение лица Ай Фа. Но ее яркие голубые глаза и тихие слова были теплее и нежнее, чем обычно, и в то же время содержали в себе ее уникальную силу.

Это теплое, нежное и сильное чувство проникло в мое тело вместе с теплом ее тела и медленно насыщало мое сердце.

— Я верю тебе. Я счастлив слышать от тебя это, — сказал я.

Ай Фа крепко сжала мою руку в последний раз перед тем, как медленно отпустить ее.

— ... Эти руки спасли старейшину Морихена, поэтому не навреди им из-за этого дурака. В этом смысле ты все еще очень неопытен.

— Конечно, я еще слишком неопытен! Вот почему мне нужно работать усерднее.

Я широко ухмыльнулся, но когда вспомнил позеленевшее лицо Дарума Ву в самом конце, вдруг разволновался.

— Эй, я перестарался? Я излишне разозлил его?

— Перестараться - это для тебя в порядке вещей... Но то, что ты сказал - правильно, вот почему лицо этого человека позеленело, и он не смог ничего ответить.

Ай Фа медленно опустила взгляд, смотря на меня сквозь длинные ресницы.

— Но... Я была вынуждена слушать его бормотание обо всей это ерунде… То, что ты сделал – заставило меня почувствовать себя лучше.

— Понятно, получается, мои действия не были полностью напрасными.

Ай Фа фыркнула, затем вернулась в свое обычное состояние и начала снимать свою обувь, завязанную на кожаные ремешки.

— Кстати, почему здесь была старшая дочь клана Ву? — спросила она, снимая свою обувь.

— ... Что?

Я наклонил свою голову и резко вспотел.

— Когда я вернулась, эта женщина вышла из твоей комнаты. Я хотела поговорить с ней, но этот средний брат неожиданно потянул меня в полумрак, поэтому она не заметила, что я была там.

Она нагнулась и начала снимать второй ботинок.

Я посмотрел на её прекрасный затылок и смог только выдавить из себя: "Понятно".

—Уж не знаю, что она тут забыла, но похоже, она была пьяной.

— Э-э, да, она на самом деле держала в руке бутылку фруктового вина.

Ай Фа наконец-то сняла оба ботинка и медленно встала.

Затем она тяжело положила руку на мое плечо.

— Тогда что она имела в виду, говоря про "обещание" прямо перед своим уходом?

В прекрасных голубых глазах Ай Фа отразился силуэт несчастного юноши, на чьем лице застыла печать отчаяния.

И день закончился на радостной ноте... давайте сделаем вид, что именно так и произошло.

Глава 2: Какой же путь верный?

Глава 2

Какой же путь верный?

Часть 1

На следующее утро.

Я открыл глаза, и не обнаружил Ай Фа поблизости.

Свободный дом клана Ву, где мы остановились, был в два раза больше её дома — он был очень просторным. Как обычно, ночью мы спали на покрытом шкурами полу.

— Хмм?.. Куда ушла Ай Фа?

Я встревожено поднялся и проверил остальную часть дома, но все равно не нашел ее. Все комнаты были пусты.

Куда она пошла?

Я вдруг забеспокоился.

"Этот средний брат снова заявился, чтобы донимать ее?"

Я не мог сидеть спокойно с этой мыслью в голове.

Захватив белое полотенце, которое снял перед сном, я поспешил к выходу.

Засов был поднят.

"... Что означает, что она ушла по собственному желанию."

Солнце только-только поднялось над холмами.

Обычно в это время мы занимаемся стиркой. Но так как мы остались здесь в качестве гостей, то пока что избежали необходимости заниматься обыденными домашними делами. Это озадачило меня ещё сильнее.

Снаружи была пустая площадь, окруженная семью домами. Я пошел туда и осмотрелся.

Неподалеку полная женщина несла металлический котелок, старая женщина сушила листья пико на большом куске ткани, а группа маленьких детей то ли помогали им, то ли наоборот мешали.

Каждая семья занималась своими утренними обязанностями, но у главного дома клана Ву не было никого видно. Ай Фа я здесь тоже не увидел. Однако... судя по спокойной атмосфере здесь, ее хотя бы никто не уводил силой. Передо мной была такая мирная картина, что я почувствовал себя глупо из-за того, что питал такие опасные иллюзии.

"В таком случае, что происходит? Она оставила меня здесь и пошла обратно в одиночку?"

Я постарался не связывать эту мысль с приходом ко мне Веной Ву прошлой ночью.

В конце концов, я настоял на том, что: "Она просто была пьяна, и я не совсем уверен в том, что именно она мне сказала", поэтому Ай Фа не должна была злиться из-за этого. Хоть Ай Фа и восприняла мое оправдание недоверчиво и холодно, но я не думаю, что она настолько разозлилась, чтобы просто бросить меня здесь одного.

Или все-таки настолько?

Я чувствовал свою вину из-за того, что многое ей недоговорил. Неужели она видела меня насквозь?

Ох, если бы я знал, что буду так волноваться, то не держал бы ее в неведении. Я должен признаться во всем... нет, не совсем во всем, но в больше части... и выложить ей все как на духу!

"... В любом случае, думаю, я слишком паникую?"

Я был как потерявшийся ребенок в поисках родителей.

Но все-таки, я находился в ином мире, и эта ситуация выбила меня из колеи.

"Оу... Кстати говоря, прошлой ночью я впервые действовал отдельно от Ай Фа."

Включая те разы, когда я присматривал за домом, нам уже доводилось действовать отдельно. Но я обещал ей, что "буду действовать только под ее присмотром", поэтому я никогда не бродил по улице самостоятельно.

И даже если мы были порознь, у нас не было больше никого, с кем бы мы могли пообщаться. Мы провели целых пять дней в этом маленьком мире, в котором было только два человека — она и я.

Но появилась Рими Ву и разрушила этот баланс.

Когда он пропал, все и пришло к этому.

Вена Ву сделала мне предложение, а Дарум Ву начал приставать к Ай Фа.

Должно быть, это судьба.

"... Погоди, сейчас не время разговаривать с самим собой!"

Я должен узнать, куда делась Ай Фа.

А значит, начать следует с главного дома Ву.

Если Ай Фа попрощалась с ними и пошла домой, тогда я могу только последовать за ней в слезах.

—...Хэй, ты чего тут стоишь в одиночестве, гость?

Когда я почти сделал шаг вперед, то услышал из-за спины чей-то голос. Я повернулся и на меня озадаченно смотрел светловолосый юноша.

Это был младший брат клана Ву, Лудо Ву.

— Аа, и тебе привет, парень... а  ты что здесь делаешь?

Я собирался направиться в главный дом Ву, который находился в самой дальней части площади. А раз он появился у меня за спиной, то значит пришел из-за пределов деревни.

— Хмм? Да вот, сам не знаю почему, вскочил спозаранку и бесцельно слоняюсь вокруг. Если меня найдут женщины, то обязательно разворчатся и заставят помогать, — ответил Лудо и широко зевнул.

Мой рост — ровно 170см. Этот юноша был ниже, худее меня, и более смазливым.

Впрочем, он все равно не выглядел слабым. Он напоминал молодого оленя — быстрого и ловкого. Его большие глаза светились упрямством, а на лице было бесстрашное выражение.

— Женскую работу должны делать женщины. Они продолжают командовать мной только потому, что я самый молодой мужчина в семье... Так чего ты тут делаешь-то? Ты ведь Асута, верно?

— Нуу, Ай Фа пропала, когда я проснулся, поэтому я вышел найти ее. Ты видел ее, парень?

— Неа. Возможно, она помогает женщинам по дому. Они в это время стирают белье на водном источнике... Пойдем, я тебя провожу.

Лудо Ву быстрыми шагами направился к главному дому Ву.

Несмотря на его будничный тон, он оказался неожиданно любезным. Из всех мужчин Ву этот парень казался мне самым дружелюбным и был единственным, кто признал мою еду.

— Вы двое сегодня уже собираетесь возвращаться обратно? Какая досада, я бы не отказался ещё от одного вкусного ужина.

Его слова наполнили меня радостью. Моя привязанность к нему продолжала расти.

— Я научил своему способу готовки женщин вашего клана. Они справятся и без меня.

— Женщины моего клана не такие опытные! И папа не разрешит им готовить это блюдо - "бифштекс". Да и все равно, его только бабушка Джиба и сможет попробовать.

Он расстроено посмотрел на меня.

— Асута, ты, правда, не хочешь присоединиться к нашему клану через женитьбу? Сестренки Вена и Рейна — просто выбери из них любую и забирай себе.

— Эй, ты ведь их брат! Ты в самом деле сказал нечто настолько страшное... парень, тебе бы относиться к ним чуть лучше… Думаю, они достойны этого.

— Они рано или поздно все равно выйдут замуж, поэтому не такое уж и большое дело. И уж лучше они выйдут замуж и останутся в клане Ву, а не примут мужа со стороны и уйдут в другую семью.

Хмм, похоже, он действительно заботился о своих сестрах. Но, как человеку из иного мира, мне тяжело понять его мысли. Если мужчина со стороны возьмет его сестру замуж, разве он не станет после этого его шурином?

— Сестренке Рейне уже семнадцать, а сестрице Вене уже двадцать. Люди вокруг нас действительно беспокоятся и то и дело интересуются, а почему это женщины главного дома Ву до сих пор не замужем в их возрасте. Они хотят поскорее выдать их замуж, увеличить количество членов нашего клана и заняться воспитанием следующего поколения. Это ведь тоже важная женская задача, верно?

— Да. Кстати, сколько лет тебе, парень?

—Пятнадцать. Достаточно взрослый, чтобы жениться... И можешь перестать называть меня "парень"? У меня мурашки по коже от этого.

— Да, извини. Хм, водный источник в этой стороне?

— Сюда.

Какой дружелюбный юноша.

Кроме третьей сестры, Лалы Ву, я теперь поговорил со всеми остальными членами клана Ву. Все братья и сестры из этой семи были очень разными.

Пугающий старший брат Джиза Ву, чей характер было тяжело определить.

Средний брат Дарум Ву - как яростный волк с опасным взглядом.

Младший брат, который выглядел диким, но на самом деле был довольно жизнерадостным.

Вена Ву, невероятно сексуальная старшая сестра.

Непорочная и серьезная вторая сестра, Рейна Ву.

Единственная женщина, которая отвергла мой "бифштекс из гибы", Лала Ву.

Невинная и милая Рими.

Каждый в этой семье обладал своей уникальной личностью.

Мне было очень любопытно, как это одна пара смогла родить и вырастить таких разных детей.

— Так что, ты не надумал присоединиться к нашему клану? Если решишься, я запросто могу помочь тебе в соблазнении сестренки Рейны и остальных.

Мы прошли дома и двинулись вниз по пути направо, где было больше деревьев.

— Я в этом деле большой дока. Например, ты можешь неожиданно заявиться, когда сестренка Рейна купается. Ты ведь знаешь об этом странном правиле, да? Если мужчина увидел голое тело незамужней женщины, то обязан взять ее в жены или выколоть себе глаза. Сестренка Рейна слабохарактерная, она не станет придираться к мелочам и определенно тебе не откажет.

— Я не хочу навязываться Рейне Ву! Думаю, если такое случится, то мне просто придется ослепнуть.

— Это будет проще, чем наброситься и оплодотворить ее, верно?

— Твои предпосылки уже неправильные... Лудо Ву, тебе определенно нужно серьезно подумать над тем, как именно сделать своих сестер счастливыми.

— Но это тоже счастье. Она ведь тогда сможет есть твою вкусную готовку каждый день!

Его слова были лукавыми, но я не мог заставить себя ненавидеть его, когда он добавлял в них похвалу... Я слишком мелочно мыслю?

Донда Ву полностью отверг мою готовку прошлой ночью, и это оставило глубокий шрам в моем сердце. И то, что говорил Лудо Ву прямо сейчас, лечило мои раны.

— Хм... тогда остается последний способ... Заставить моего упрямого папу принять тебя.

— Разве я уже не сказал тебе? Я не собираюсь жениться...

— Я говорю не об этом, я имею в виду — заставить его признать то, что твоя еда очень вкусная.

Я покосился на профиль юноши.

Лудо Ву не заметил мой взгляд, заложил обе руки за голову и зашагал вперед широкими шагами.

— Я считаю, мясо гибы - очень вкусное, но мой папа недоволен, что оно слишком нежное и сладкое, правильно? Значит, если ты приготовишь блюдо, которое не будет нежным или сладким, то папа не сможет жаловаться на это. Если папа признает твои навыки готовки, он не будет возражать, если женщины нашего клана переймут твои методы... Но этот способ будет самым трудным.

Пусть даже это и самый трудный путь, я все равно хотел, чтобы все развивалось в таком ключе.

Но я не знал, как это сделать.

— ... Но Донда Ву не позволит мне больше управлять домашним очагом.

— Хмм? Это не правда. Если ты скажешь ему: "я сделаю вкуснейшее блюдо для вас, так что позвольте мне позаботиться о домашнем очаге", он точно согласится. Если мой папа услышит такое, он не будет задавать вопросы.

— ... Уверен?

— Эй-эй, ты главное глупостей не наделай! Одно неверное движение — и можешь попрощаться со своими пальцами! Тогда я никогда больше не смогу поесть твоей стряпни... Я не хочу, чтобы все обернулось именно так.

Мне вдруг захотелось расцеловать его гладкие щеки.

Впрочем, я тревожился, что этот поцелуй откроет своеобразную, не совсем желательную новую страницу моей юности, поэтому воздержался.

"Понятно... Если он согласится, тогда я смогу вернуть свою честь другим блюдом...!"

Пока моя мотивация пылала, Лудо Ву вздохнул и сказал:

— В текущей ситуации самый простой способ - это женитьба. Я советую сестренку Рейну. Вы ведь оба одного возраста, верно?

— Нет, даже если мы одного возраста, это странно - жениться по такой причине. Я хочу быть более честен к самому себе в своей жизни.

Быть честным к самому себе.

Честным к своему сердцу.

— Справедливо, — лениво ответил Лудо Ву. — Видишь вертикальную доску вон там? За ней водный источник. Я не хочу, чтобы меня завалили работой, поэтому лучше свалю отсюда побыстрее.

— Я понял. Спасибо... А, немного поздно говорить об этом, но спасибо за клык и рог, которые ты дал мне вчера, это меня очень порадовало.

— Что ты имеешь в виду? Ты благодаришь меня за благословения, что я дал тебе? Но ты ведь их честно заслужил, не так ли?

Он насмешливо высунул язык, а потом развернулся и ушел.

Они все-таки были кровными родственниками. Прямо как его милая младшая сестра, он был очень энергичным и сопровождал все свои действия звуками. Ладно, время двигаться дальше. Я посмотрел вперед и увидел несколько досок, прислоненных к деревьям в чём-то, что по виду напоминало большую загородку.

Уж не знаю, зачем они их здесь поставили, но по ту сторону раздавались звуки плескающейся воды и шумные голоса женщин.

"Мне нужно получить разрешение Ай Фа, прежде чем собираюсь восстановить свою честь."

Я шагал к водному источнику, думая о том, какие слова подобрать, чтобы убедить ее.

Голоса звучали действительно весело. Вероятно, это был смех Рими Ву, даже ранним утром она была все так же энергична.

— Простите, Ай Фа здесь?

Я выглянул из тени досок.

И сразу же увидел ту, кого искал.

Ай Фа была прямо там.

Она вытирала свои золотистые волосы большим куском ткани и удивленно смотрела на меня.

Моему взору предстало все ее тело – полностью, без малейшей утайки.

Ее кожа была нежно шоколадного цвета.

……Ай Фа была первой, кого я встретил в этом мире.

Вот почему поначалу я принял ее за обычного жителя Морихена.

Как же я ошибался. Эта девушка была далека от "обычности", она была очень особенным созданием.

Она свободно орудовала мечом и охотилась на диких гиб в полном опасностей лесу. Ай Фа — единственная женщина, способная на это…

Я никогда не встречал никого, похожего на нее. У нее были глаза дикой кошки, а движения были решительными, как у мужчины.

Я никогда не встречал никого, похожего на Ай Фа. У нее были глаза дикой кошки, а решительные движения не проиграли бы любому из мужчин. В Морихене больше не было ни одной такой храброй девушки, сильной и полной жизни и боевого духа, как Ай Фа.

Даже ее внешний вид был совершенно не таким, как у других.

Женщины этого поселения, особенно молодые незамужние девушки, всегда одевались так, чтобы оставлять большую часть тела обнаженной, поэтому я легко могу сказать, что она отличалась от любой из них. Ни у кого, кроме Ай Фа, не было такой стройной фигуры.

Конечно, так как остальным женщинам еще нужно было собирать дрова и травы в лесу, рубить дрова и носить тяжелые кастрюли и бутыли с водой, никто не толстел от лени.

Но даже так, они все равно разительно отличались от нее.

Чтобы бегать в лесу и орудовать стальным клинком в охоте на свирепых гиб... Ай Фа должна была постоянно тренироваться. Ее тело выглядело так, будто оно было выковано из железа. Когда я говорю стройной, я имею в виду, что она была довольно худой, с тонкими руками, ногами и торсом. Разумеется, в ее фигуре не было ничего общего с мужской.

Но ее тело было отлично тренировано и обтянуто сильными мышцами с реальным опытом битвы.

Ни грамма лишнего жира, прямо как кожаный кнут.

Она не сидела на каких-то особенных диетах и сохраняла свою стройную фигуру благодаря тяжелой работе охотницы.

Тем не менее, из-за этого она не утратила нежности молодой женщины. Ее сильные мышцы спины, маленькая талия и изгибы ног выдавали ее невероятную ловкость.

От вида ее фигуры у меня сердце ушло в пятки.

Ай Фа была прекрасной, как дикий леопард.

Ее тело было изящным, как у атлета.

Ай Фа была женщиной, наполненной обаянием.

И...

Я просто стоял и не мог отвести глаз от ее великолепного тела.

И хотя даже на ее коричневой коже были едва заметные белые шрамы, она все равно была гладкой и блестящей, без малейшего изъяна.

И я мог разглядеть ее тело в мельчайших подробностях.

Почему, спросите вы?

Проще говоря, Ай Фа была полностью обнаженной.

Она стояла прямо передо мной на булыжнике, расставив ноги, и с помощью большой ткани сушила свои мокрые волосы. Позади нее играли несколько голых девушек. Заметив меня, некоторые из них издали взволнованные крики, но я их практически не слышал.

Хотите знать почему?

Как скоростной ураган, хозяйка моего дома быстро покраснела, и ее лицо наполнилось сложной смесью стыда и демонического гнева.

А потом она размахнулась и изо всех сил врезала мне правым кулаком в висок.

Часть 2

— Ты как будто притягиваешь к себе проблемы...

Мы были на небольшом пустыре недалеко от поселения Ву. Кто-то тяжело вздохнул.

Передо мной стоял мужчина 180-сантиметрового роста, мощного телосложения, с прищуренными глаза и улыбкой, из-за которых трудно было прочитать его мысли... Это был старший брат клана Ву, Джиза Ву.

Младший, Лудо Ву, стоял возле него и задумчиво смотрел на холмы вдали, как будто происшедшее его совершенно не интересовало.

Ай Фа стояла со мной рядом.

Расстановка, словно мастер отчитывает своих нерадивых учеников. Вот только На самом деле, серьезность дела находилась на совершенно другом уровне. Эта тайная встреча могла решить будущее клана Ву и дома Фа.

— Увидеть обнаженное тело незамужней девушки - это серьезный запрет, ты понимаешь это?

— ... Да, я понимаю.

— Согласно правилам, чтобы искупить свое преступление, тот, кто нарушил этот запрет, должен отдать глаз или жениться на девушке и присматривать за ней всю ее жизнь. К сожалению, мы даже не знаем, откуда ты родом, поэтому мы не можем позволить тебе жениться на ком-либо из клана Ву.

— ... Да, это мне ясно.

— Вена, Рейна, Лала и Рими — все четыре сестры были там. Мы не можем позволить всем этим девушкам сразу выйти за тебя замуж.

— ... Да, я бы не осмелился на это даже надеяться.

— Может и так, но глаза-то у тебя всего два. Поэтому вот, как мы поступим...

— О-относительно этого, я уже говорил в самом начале!

Эта встреча и проводилась в тайне, и мне нельзя было повышать голос.

— Я видел только обнаженное тело Ай Фа!

Я тут же получил чувствительный пинок в ногу.

— Из-за того, что Ай Фа закрыла все поле моего зрения, я видел только ее обнаженное тело и больше ничье!

Меня пнули снова.

— Из-за того, что все мое внимание было приковано к обнаженному телу Ай Фа, я не видел больше ничего вокруг! Я видел только ее обнаженное тело и больше ничье!

Каждый раз, когда я говорил "обнаженное тело", она меня пинала. Но было бы слишком грустно распрощаться со своими глазами или еще какими частями тела, поэтому я старательно пытался возражать.

Кстати, после того, как в левый висок прилетел мощный правый хук, я все еще чувствовал острую боль. Кровотечения не было, но я переживал о мелких трещинах в черепе.

— Эй, не отвлекайся на женщину из своей собственной семьи! Я что, зря потратил свои усилия на этот план? — пробормотал Лудо Ву без малейшего беспокойства о серьезности ситуации.

Джиза Ву медленно повернулся к нему.

— Лудо Ву, ты знаешь, какие у этого могут быть серьезные последствия?

Он сильно прищурился и спокойно оглядел своего младшего брата с ног до головы.

Лудо Ву на секунду съежился, поднял брови и сказал:

— Что!? Да ты делаешь из мухи слона! Это просто старая традиция, созданная давным-давно. Уже давно никто не следует этому глупому правилу!

— Может, ты и прав, но сейчас клан Тсун — лидирующий клан в поселении, находится в упадке. И поэтому мы, клан Ву, должны стать примером для Морихена. Даже если правила устарели, мы не должны относиться к ним несерьезно.

Лицо Джизы Ву оставалось непроницаемым. Какими бы строгими ни были его слова, оно не меняло выражение, и он продолжал спокойно улыбаться.

Но услышав то, что сказал Джиза Ву, Лудо Ву, который обычно вел себя, как лающий щенок, внезапно смертельно позеленел.

— Я... Я понял. Это моя ошибка... Хорошо, я был не прав! Братец Джиза, не будь таким сердитым!

— Я разберусь с тобой позже.

Джиза проигнорировал своего глупого братца и повернулся снова к нам.

Внезапно я ощутил невидимую силу, давящую на голову.

Ничего себе у него устрашающая аура! Давление было таким серьезным, что я почувствовал, будто выступаю против мастера боевых искусств.

— Ай Фа из дома Фа, каковы твои мысли по поводу этой ситуации? Я приму решение, когда выслушаю тебя, — спокойно произнес Джиза Ву. — Чтобы избавиться от посторонних взглядов, на водном источнике установлена изгородь из досок. Эта изгородь символизирует дверь дома — никто не смеет входить через дверь без разрешения члена семьи, это традиция Морихена. Таким образом, Асута из дома Фа нарушил два запрета... Если бы ты была на моем месте, как бы ты наказала его?

— ...... Асута - чужестранец. Как глава дома Фа, я приняла его к себе, но позволила ему посетить другой дом прежде, чем научила всем правилам Морихена. Это моя ошибка, — ровным голосом сказала Ай Фа, а затем тихо склонила голову. — Если необходимо искупить это преступление, я хочу предложить свои глаза. Но без двух своих глаз я не смогу жить жизнью охотника, поэтому, пожалуйста, позвольте мне отдать только один глаз...

— Эй, Ай Фа!

Когда я начал кричать, Джиза Ву остановил меня жестом и задумчиво потер подбородок рукой.

— Ай Фа из дома Фа, ты уверена? Даже если ты потеряешь всего один глаз, ты не сможешь зарабатывать на жизнь охотой. Лес - это не место для игр.

— ... Если я сгину в лесу из-за этого, то я приму эту судьбу.

— Понятно, — Джиза Ву кивнул и посмотрел на обеспокоенного меня. — Я спрошу еще раз. Асута из дома Фа, ты видел обнаженные тела женщин клана Ву?

— Я видел только обнаженное тело Ай Фа!

Даже в такой сложной ситуации она все равно меня пнула.

— Ясно, — вздохнул Джиза Ву. — Асута, тогда я поверю твоему слову... Поскольку ты утверждаешь, что видел только обнаженное тело Ай Фа, то это проблемы дома Фа, и они не имеют никакого отношения к клану Ву.

— ... Ты прощаешь его? — спросила Ай Фа.

— Я не прощаю его, я верю ему, — ответил Джиза Ву. — Ай Фа, ты — человек, заслуживающий доверия. Так как Асута из твоего дома, то я поверю тому, что он сказал... Асута, ты говорил, что ты не сделал и шага за дверь, верно?

— Да! Потому что Ай Фа стояла прямо за ней без всякой одежды!

Она снова меня пнула.

Я чувствовал, как будто у меня гора с плеч свалилась, поэтому не особо возражал.

Если Ай Фа должна пожертвовать одним своим глазом, пусть лучше они возьмут оба моих.

— Поскольку это не причинило никакого вреда клану Ву, мы закроем этот вопрос... Если кровь прольется из-за чего-то настолько незначительного, другие обвинят нас в использовании хитрых планов, чтобы навредить членам другого дома.

Сказав это, Джиза Ву повернулся к внезапно притихшему Лудо Ву.

— Лудо, теперь ты понимаешь? Твои действия не только доставили проблем дому Фа, но еще и могли нанести вред клану Ву тоже. Ты уже взрослый, можешь отличать хорошее от плохого, поэтому должен следовать правилам, как и любой другой член клана Ву.

— Да... — довольно жалостливо ответил Лудо Ву.

— Его т-теперь сурово накажут?

— Хмм? Асута из дома Фа, почему ты вдруг спрашиваешь?

— Потому что... Даже если он это и заслужил, тут все равно есть и моя вина тоже. Если бы я был лучше осведомлен об этом, то не допустил бы такого исхода.

— Хмм... я не буду наказывать его. Если я сделаю это, тогда все это дойдет до ушей главы клана.

Солнце уже встало, но глава клана Донда Ву до сих пор спал.

— Неважно, каковы правила, если мой отец узнает об этом, он никогда тебя не простит. Он действительно души не чает в моей младшей сестре Рими. Он потребует не только твои глаза, но и твое бьющееся сердце.

— ... Понятно...

— Если все так обернется, чужаки решат, что глава клана - кровожадный монстр, и начнут нас презирать еще сильнее. Я надеюсь, ты сохранишь это в тайне от остальных членов моей семьи и главы клана Донды Ву.

Я смог ответить только: "Надеюсь, ты сделаешь то же самое."

Не только репутация их клана находилась под угрозой, это могло серьезно навредить и нам с Ай Фа.

— Что ж, тогда заключим мир. Глава клана все еще отдыхает, поэтому я, Джиза Ву, попрощаюсь с вами. Пусть оба наших дома будут в безопасности.

Он подразумевал: "если у вас больше нет дел, тогда убирайтесь".

Я немного расстроился, что я не смог попрощаться с Рими и остальными, но с этим было ничего не поделать. Опустив головы, мы тихо направились к главному дому Ву, чтобы забрать наши клинки.

— Ах да, совсем забыл! Глава клана Донда Ву хотел, чтобы я передал вас его сообщение. Чтобы передать его безошибочно, я повторю в точности то, что он сказал, — со своей обычной доброй улыбкой на лице Джиза Ву остановил нас. — "Спасибо вам за вашу противную на вкус еду. Благодаря вам старейшина спасена. Примите мое благословение за лекарство, разрушающее душу охотника"... Это все сообщение.

Часть 3

— Эй, Ай Фа! — позвал я, но она не ответила.

Мы уже забрали наши клинки и накидку и были на пути обратно к дому.

По этой грунтовой тропке в Морихене часто ходили его жители, и мы встретили несколько других людей по пути.

Мы были примерно в часе ходьбы от дома Фа, и это был первый раз, когда я встретил здесь местных. Каждый из них смотрел на меня с удивлением. Ну разумеется, ведь чужестранец в одежде морихенца — очень занимательное зрелище.

Я совсем не беспокоился по этому поводу.

Сейчас самым важным для меня была Ай Фа, которая шла широкими шагами, и вокруг которой в воздухе витали гнев и осуждение.

Я должен был кое-что обсудить с ней, но не мог найти шанс заговорить.

"... Даже если я буду молчать, это не решит проблему."

Приняв такое решение, я обратился к ее взбешенной спине:

— Слушай! Если ты злишься из-за того, что случилось только что, я признаю, это моя ошибка! Но я не хотел, чтоб этот инцидент сломал доверие в наших отношениях. Учитывая, что все эти дни мы провели вместе, ты можешь дать мне шанс объясниться?

— ......

— Я не собирался это делать. Лудо Ву сказал мне, что там водный источник, но я не мог себе представить, что водный источник клана Ву - это невероятно широкая река, достаточно большая, чтобы в ней купаться. Я думал, что вы моете посуду после ужина, вот почему и заглянул внутрь.

— ......

— И это был первый раз, когда я услышал о свадебной части... И второй раз, когда я увидел тебя голой. Как я должен понести ответственность за это?

Даже я смутился и заволновался, сказав это.

Это не помогло. Я попытался сказать несерьезным голосом:

— Если я смогу жениться на такой красавице, как ты, я буду очень счастлив! Как ты знаешь, я не в том положении, чтобы быть достойным такой чести! Но если я действительно нарушил какие-то традиции, то не против женитьбы...

Мой конец близок.

Ай Фа повернулась ко мне, оттолкнулась от земли и набросилась. Ее взрывной рывок был невероятен, прямо как ее удар, который убил гибу семь дней назад.

Я был с легкостью повален на землю, она поставила колено на мой живот и изо всех сил схватила за шиворот, из-за чего мою шею сдавило так сильно, что стало тяжело дышать.

— Э-эй, Ай Фа...

— Заткнись! Ты... Ты сопляк!

Я точно наступил на ее больное место.

В глазах Ай Фа горел мощный огонь. Она крепко закусила свои губы, как будто собиралась пустить кровь, а ее лицо густо покраснело.

— Ты... Ты знаешь, сколько смелости мне потребовалось, чтобы зарабатывать на жизнь охотой? И ты с такой легкостью говоришь о женитьбе?!..

Голос Ай Фа дрожал от боли, и она все сильнее сжимала свою хватку.

Когда я увидел, как что-то медленно закапало из ее глаз, мое сердце наполнилось виной.

— Прости! Это моя ошибка, я не должен был шутить с тобой! Я хотел развеять неловкое настроение! И не собирался никак навредить!

Это была на 200% моя ошибка. Тут не было никаких вопросов.

Дело было не в нашей ссоре или разногласиях от конфликта эмоций. Моя несерьезность заставила глаза этой девушки наполниться слезами. Я прожил семнадцать лет, но впервые так сильно сожалел о последствиях своих действий.

— Прости! Правда, я прошу прощения! Вина из-за того, что я заставил плакать такую сильную девушку, как ты, душит меня! Пожалуйста, не плачь!

— Прекрати чушь нести! Это кто тут плачет!? — крикнула Ай Фа, и влажная теплая капля упала на мои щеки.

Эмоциональный огонь в глазах Ай Фа пылал как адское пламя, я даже подумал, что ее слезы из-за этого испарятся. К сожалению, такого чуда не произошло, и мое сердце разбивалось все больше с каждой следующей ее слезинкой.

Я думал, что я умру на месте.

Если бы Ай Фа сломалась и зарыдала, как Рими Ву позавчера, я точно бы умер от боли и сожаления из-за собственной глупости.

Но, стоит отдать ей должное, Ай Фа не зарыдала. Она оттолкнула меня, а затем отошла подальше и отвернулась ко мне спиной, вытирая слезы. Я медленно поднялся с земли и позвал ее:

— Эй, Ай Фа...?

— Я не плачу.

— Да, ты не плачешь! Совершенно точно не плачешь! Я слышал, что иногда от удушья зрение может помутнеть из-за недостатка кислорода!

Ай Фа молча потерла свое лицо рукой и продолжила идти вперед.

Тяжело вздохнув, я последовал за ней.

К счастью, в это время вокруг не было ни одного прохожего.

"Все верно, она сложная женщина. И у нее не одна только холодная сторона."

Ай Фа смотрела прямо перед собой и шагала как заведенная.

В ее глазах больше не было слез, но щеки все еще были красными, а выражение лица более грустным, чем обычно.

Я не собирался болтать лишнего, пока она в таком дурном расположении духа, поэтому тоже направил свой взгляд строго вперед и последовал за ней.

Как будто ожидая этого, она, наконец, грустно заговорила:

— ... Почему ты ведешь себя так глупо?

— А? Потому что я волнуюсь и думаю только о том, как с тобой помириться.

— Я не об этом спрашиваю. Ты взволнован чем-то еще? Если бы это было не так, на твоем лице не было бы столько сожаления.

Даже будучи рассерженной, от нее все равно ничего не ускользало.

— Да, на самом деле есть кое-что, что мне нужно обсудить с тобой. Но это немного тяжело, поэтому я расскажу тебе, когда немного успокоишься.

— Прекрати издеваться надо мной! Я всегда спокойная!

В ее голосе прорезались капризные нотки.

Я не был уверен, что это хороший момент, но все равно начал этот разговор, чтобы уважать ее желания:

— Эмм, хорошо, тогда я начну. Это прозвучит очень неожиданно, поэтому не сердись. Если ты прервешь меня, я просто потеряю мысль.

— ... Прошло всего несколько коротких часов, но я чувствую, что меня провоцировали годами. Ты собираешься продолжать свою ерунду?

— Если ты решишь, что я несу ерунду, то можешь в любой момент меня остановить... Я хочу дать Донде Ву попробовать свою готовку еще раз.

Ай Фа немного прищурила глаза и направила свой ледяной взгляд на меня.

Я попытался искренне описать свои чувства:

— Если Донда Ву не признает мою еду, то и клан Ву не узнает о кровопускании. Тогда, начиная с завтрашнего дня, бабуля Джиба будет вновь вынуждена есть мясо с сильным зловонием, верно? Кроме того, я расстроен тем, что кто-то осуждает мою еду, называя ее отравой.

Ай Фа не ответила.

Ее глаза были наполовину закрыты, пока она смотрела на меня.

— Все так хорошо закончилось, и я знаю, что лучше не связываться с этим кланом. Не стоит иметь дел ни с кем, кроме бабули Джибы и Рими Ву... Но все равно, это очень обидно.

— ... Вот, значит, как.

— Хмм?

— Было бы странно, если бы ты не заволновался, услышав, как кто-то так сильно осудил тебя. Это не то, о чем стоит сильно переживать.

— Может, ты и права. Мы ведь можем связываться с кланом Ву, правильно? Я поэтому и волнуюсь…

— ... Не волнуйся, - оборвала меня Ай Фа, а потом продолжила: — Просто делай то, что подсказывает тебе сердце.

— Хм? Ты имеешь в виду, что не будешь против, если я объявлю этому странному старику официальный вызов?

— Если ты хочешь так сделать, я не буду останавливать тебя.

— Почему ты ведешь себя так, будто тебя это не интересует!? У тебя же будут проблемы, если я потерплю неудачу, так?

"Если ты не хочешь беспокоить меня, тогда разорви отношения со мной" — она снова это скажет? Если да, я буду возражать, даже если она будет кричать или плакать.

Но она вовсе не подняла эту тему:

— У Донды Ву больше нет планов по моему замужеству. Судя по натуре этого мужчины, он не допустит девушку к охоте. Все, что я чувствую от него - это враждебность и насмешка.

— Эмм, поскольку он враждебен к тебе, то нам не стоит связываться с ним, да?

— Почему? Так как он - враг, нам просто нужно заставить его покориться, правильно? — сказала Ай Фа без колебаний.

Увидев мою взволнованность, она засмеялась.

— Я не прошу тебя победить Донду Ву клинком. Я прошу тебе покорить его сердце своей восхитительной едой... Разве это не лучший выход?

— Не подчинить, а заставить его признать меня, верно? Отлично, теперь я полон мотивации!

— В таком случае, поступай так, как хочешь... Я надеюсь, это пойдет бабушке Джибе только на пользу.

Голос Ай Фа постепенно становился все тише и тише, я уже с трудом разбирал слова.

— Однако перед тем как ты объяснишь причину, почему ты это делаешь, я должна спросить у тебя одну вещь. — Блеск в глазах Ай Фа стал более опасным. — Ты сможешь победить?

— Мои шансы, ээ...

Обдумав это пару секунд, я ответил:

— Шансы есть.

— Есть?

— Да. Мне нужно некоторое время, чтобы изучить все как следует, но дома осталось еще достаточно мяса для этого.

— Значит, ты сможешь победить?

— Хмм? Эх, иногда это вопрос простой удачи...

— Ты должен победить. Тебе не позволено проигрывать, — Ай Фа отвернулась. — Когда я услышала, как он унижает твою еду такими ужасными словами, я с трудом смогла это вытерпеть. Если Донда снова будет так надменно себя вести... я могу выйти из себя, и тогда я не знаю, что сделаю…

Когда она увидела что, я уставился на нее с широко открытыми глазами, то снова покраснела.

— Ты знаешь, какой оскорбленной я себя чувствовала, когда слушала, что этот мужчина говорил прошлым вечером? Мне хотелось плеснуть ему в рожу кипящим супом из котла.

Разве ты не провела весь вчерашний вечер с каменным выражением лица?

Я еще раз подумал об этом. Настроение Ай Фа часто менялось самым непредсказуемым образом, но она всегда при этом выглядела невозмутимо и немного холодно на людях.

Но под ее строгой внешностью скрывались дикие и горячие чувства.

— Но мы ужинали в чужом доме… доме клана Ву. Если бы я так дерзко поступила, для дома Фа все было бы кончено в тот же момент. Таким образом, если ты хочешь принять эту задачу, будь готов принять на себя ответственность за репутацию дома Фа.

— Я понял, — решительно кивнул я.

Я почувствовал теплоту в сердце.

— Спасибо, Ай Фа. Я не знал, что ты была так расстроена.

— Хмпф! Не забывай, что ты член дома Фа! Как главе дома, для меня естественно сердиться, когда другие без причины унижают члена моей семьи! — Рассерженно объявив эту часть, она надулась, как ребенок. — И меня не волнует, что говорят остальные. Это блюдо точно очень вкусное.

Почему она это сказала?

Ай Фа пыталась заставить меня плакать, чтоб отомстить за то, что было ранее?

Плакать я не стал, а вместо этого широко улыбнулся.

— Ай Фа, ты всегда даешь мне толчок в последний решающий момент. Я чувствую, как меня переполняет боевой дух!

— ... Хмпф.

— Что ж, замечательно, что этот глупый случай не навредил отношениям между нами. Отныне я буду под твоим присмотром, Ай Фа!

— ... Ты нарушил два табу, и тебе еще хватает наглости говорить, что они надоедливые.

То, как она сморщила свой нос, сделало ее еще больше похожей на дикую кошку. Ай Фа уже вернулась к своему привычному настроению.

Глядя на ее угрожающий вид, я почувствовал искреннюю радость.

— Точно, это никак не может быть скучным, ведь я видел твое обнаженное тело!

Похоже, я проявил излишнюю самоуверенность, в результате чего Ай Фа врезала меня по затылку со всей своей силы.

Часть 4

Последующие дни я провел за тем, что занимался исследованием способов обжарки мяса гибы... Возможно, это звучит так, словно я просто жарил мясо весь день без продыху, что, конечно же, было совсем неверно.

В Морихене, если ты не работаешь - ты не ешь. Поэтому мои ежедневные домашние обязанности никуда не делись. Кроме того, теперь мне ещё нужно было собирать материалы для исследований, и заниматься тяжелой физической работой.

К примеру, собирать дрова.

Без дров я бы не смог жарить мясо.

Наполненный энергией, я хотел использовать эту возможность, чтобы найти способ регулировать силу огня в печи.

На это могли потребоваться года, но я не собирался сдаваться.

Прежде всего, в доме Фа была только одна плита, и мне приходилось готовить в таких ограниченных условиях. Если я варил "мясной суп из гибы" на сильном огне, мне нужно было уменьшить количество дров, которые я добавлю позже, и дать ему вариться медленнее. Это был предел моего контроля.

Однако в клане Ву было множество плит. Перемещая кастрюлю во время готовки, я бы смог использовать сильный и слабый огонь соответственно. Вот почему я не приготовил ни одного мини-бифштекса во время ужина в клане Ву, а сделал их нормального размера... "поддерживать слабый огонь" было бы трудно для готовки. Это отличалось от использования сковороды на газовой печке. Форма каждого куска дерева в костре отличалась, и нужное количество приходилось отмерять на глаз. Металлический морихенский котелок был тоже толще, чем обычная сковорода, и нагрев передавался медленно. Но, раз нагревшись, он очень долго и интенсивно отдавал тепло. Это тоже было трудным моментом. Вчера я сосредоточился на том, чтобы не спалить бифштексы. Все шло более-менее хорошо, но огонь был слишком слабым, из-за чего из мяса вытекли все соки. Я не мог избавиться от беспокойства. Надеюсь, мне не придется так сильно волноваться, когда я в следующий раз увижу Донду Ву.

Следовательно, первой помехой для меня была "регулировка слабого пламени".

Сколько дров следует добавить? Насколько большой огонь я должен развести? Мне нужно было следить за тем, сколько дров я использую, насколько интенсивны огонь и дым, и в то же время оценивать степень прожарки мяса. Это была задача, испытывающая терпение, и начало путешествия, в котором не было видно конца. Как бы то ни было, я продолжал жечь дрова и жарить мясо.

Весь дом был затянут дымом, и было трудно дышать.

В такие моменты я завидую обстановке клана Ву, позволяющей им обустроить очаг на улице. Но бесполезно завидовать состоятельным... Приходилось обходиться тем, что есть. Однако кое-кто был очень недоволен всем этим беспорядком.

Я имею в виду драгоценную хозяйку этого дома, Ай Фа.

В тот день, когда мы вернулись домой от клана Ву, Ай Фа как обычно отправилась в лес на охоту. Когда она вернулась вечером, ее виду предстал полностью затянутый дымом от дров и мяса дом.

— Какого черта ты делаешь?! — завопила она.

"Чтобы победить этого старика, похожего на гибу, мне нужно продолжать свои исследования "  — возражал я мягким голосом и пытался использовать свое природное очарование, чтобы подлизаться к главе дома.

Похоже, на ней это не сработало, потому что она сурово меня отчитала:

— Дурак, просто выйди на улицу и разведи костер там, — сказала Ай Фа, откинув свои светлые волосы за спину.

Я хлопнул себя по лбу.

В Морихене не было столяров, архитекторов или дизайнеров интерьера. Жители делали дома и мебель вручную.

— Мы умрем от голода без кухонных очагов, поэтому я более-менее знаю, как их правильно строить.

Отец Ай Фа умер два года назад — ей тогда было всего пятнадцать. С тех пор она была вынуждена жить самостоятельно. Я, пришелец из другого мира, и представить себе не мог, какая она умница.

Разумеется, мне и в голову не пришло, что пятнадцатилетний морихенец может знать, как соорудить печь.

Ее отец, видимо, предвидел, что умрет молодым и поспешно передал все свои знания своей дочери... Даже такая мысль пришла мне в голову.

Но это была всего лишь мысль, развивать ее дальше я не стал.

Я просто продолжал нахваливать Ай Фа: "ты потрясающая" и был счастлив тому, что она рядом со мной.

◇◆◇

И таким образом, спустя день после того, как мы вернулись от клана Ву, мы с Ай Фа начали усердно работать над постройкой печи.

Я предвидел, что это будет трудно, но это оказалась действительно утомительная работа. Мы притащили нашу тяговую доску к каменоломне и собрали там камни нужного размера. Носить их обратно и складывать на земле было непросто —  это была битва выносливости и стремления.

Мы решили соорудить печь прямо за домом.

Я буду пользоваться ей, пока солнце все еще высоко в небе. Чтобы избежать чужих взглядов, она была предусмотрительно построена в месте, которого не видно с главной дороги. Более важно, что позади дома Фа росло высокое дерево, которое могло защитить печь от внезапного ливня. В будущем я собирался соорудить над ней полноценную крышу.

Мы продолжали таскать камни.

Их гора росла все выше и выше — получился небольшой холмик овальной формы. Спереди и сверху мы оставили отверстия, а сердцевину сделали полой. Очевидно, невозможно построить печь, просто складывая в кучу камни. Ай Фа принесла "вязкую глину" из леса и использовала ее, чтоб промазать щели.

Глина делалась из серого камня, который можно было найти только в специальной каменоломне в глубине леса. Расколов его на куски и растворив его в воде, получалось вещество нужной нам консистенции — вязкое и липкое. Мы проталкивали его в щели между камнями. А когда, наконец, очертания печи отчасти сформировались, мы попытались сжечь немного дров.

Если бы она была не герметичной или если бы какие-то части осыпались, когда горел огонь, мы бы укрепили ее еще большим количеством глины.

Повторив это пять или шесть раз, мы все же смогли избавиться от дыма, который просачивался из щелей. Затем мы замешали в глину песок и равномерно обмазали печь внутри и снаружи.

Все, что оставалось сделать дальше — это развести большой огонь внутри и ждать, когда глина полностью затвердеет.

— Уфф!! Я весь вспотел! Целых полдня на это потратили.

Солнце клонилось к западном краю неба, и белый дым из очагов других семей поднимался повсюду вокруг нас.

— ... Асута, я голодная.

Сидящая рядом со мной на земле Ай Фа не скрывала свою усталость.

— Это точно. Мы сегодня построили печь, поэтому давай на ней же и  приготовим. Ты хочешь мясной суп или бифштекс?

— Бифштекс.

Все еще лежа на земле, я повернулся к Ай Фа.

— Чего? — угрожающе поинтересовалась она.

— Ничего, я просто подумал, что ты ответила практически моментально. Мы же ели бифштекс прошлой ночью, и это четвертый вечер подряд, что мы едим одно и то же. Это нормально?

— ...........Нормально.

Тебе не нужно отвечать после такой долгой паузы. Во время перерыва между постройкой печи я потратил некоторое время на то, чтобы поджарить пойтан, поэтому она могла выбрать любое блюдо, которое хотела. Конечно, делать фарш — та еще морока, но в качестве благодарности за ее помощь я был готов на многое.

Пока я охал, Ай Фа снова позвала меня.

— Асута.

— Что такое, Ай Фа?

— Бифштекс, который мы ели в доме Ву два дня назад был больше.

— О, в моем родном городе это обычный размер.

— ... Почему бифштекс, который ты готовишь в доме Фа такой маленький?

— Хм, я разве тебе не рассказывал? Чтобы приготовить его таким большим, мне нужно жарить его и на сильном, и на слабом огне. Если бы я использовал только сильный огонь, внешняя часть бы сгорела. На одном слабом огне его тяжело готовить — соки вытекают. Поэтому я могу готовить только в маленьком и изящном размере.

— Значит, это не просто так?

— Да.

— Асута.

— Что, Ай Фа?

— ... В доме Фа теперь есть две печи.

— И это не может меня не радовать. Но одна внутри дома, а другая снаружи, так что будет тяжело таскать туда-сюда металлический котелок, готовя одно блюдо на двух разных печах.

Это так же означало, что не смогу улучшать свои навыки в поддержании слабого огня. Это было проблемой. Пока я думал об этом, в глазах Ай Фа отразился свет заходящего солнца.

Таким образом, нам пришлось потратить следующий день на постройку еще одной уличной печи.

◇◆◇

Я повалился на землю перед двумя печками, стоящими бок о бок, как братья-близнецы.

— Оох! Я полностью разбит! Строить печи два дня подряд слишком утомительно! Мои руки опухли! Я вообще смогу ими что-нибудь приготовить? — жаловался я.

Ай Фа, которая обводила взглядом окрестности, вдруг посмотрела прямо на меня.

— Ладно-ладно, я все равно приготовлю для тебя большой бифштекс, так что не хныкай.

— Я не хныкаю!

— Ну и замечательно... И завтра я наконец-то смогу как следует заняться исследованиями жареной еды. Ай Фа, спасибо за помощь!

— Хмпф.

— Кстати, с завтрашнего дня я хочу, чтобы ты попробовала жареную еду, которую я буду готовить, чтоб победить Донду Ву. Так что сегодняшний бифштекс на некоторое время будет последним.

— Последним…

— Ага. А ты сильно пристрастилась к бифштексам... Если будешь есть их каждый день, то твои зубы утратят свою силу, как и говорил Донда Ву!

В этот момент я почувствовал, что что-то не так.

Зубы утратят свою силу…?

Если это случится…

Что тогда произойдет?

— Ясно.

Я надавил пальцем переносицу и погрузился в размышления.

— Это... правда...

— В чем дело, Асута? — наклонилась ко мне Ай Фа с серьезным лицом.

Ее золотистые волосы немного прилипли к ее потному лицу и, как бы выразиться, она выглядела довольно сексуально.

— Н-ни в чем! Я просто думаю над тем, в каком направлении развивать свою кулинарию. Придется как следует постараться, чтобы сделать что-то такое же вкусное, как бифштекс. Жди с нетерпением!

Пока щупальца моих мыслей раскинулись во всех направлениях, я спросил у Ай Фа кое-что, что меня волновало:

— Между прочим, мы два дня потратили на эти печи. Как дела с твоей охотой? Прошло уже около десяти дней с тех пор, как мы поймали того гибу, верно?

— Все хорошо, я получила неожиданную награду в клане Ву.

Ай Фа сжала ожерелье, висящее у нее на груди.

Как и я, она получила восемь рогов.

Ай Фа уже носила большое количество клыков и рогов, потому дополнительные она хранила в кармане своей накидки.

— Восемь рогов равноценны двум гибам или двадцати ариям и пойтанам... это невероятная сумма за управление домашним очагом всего один раз.

— Ты это заслужила.

Ай Фа посмотрела на огонь, горящий в печи, и тихо произнесла:

— Если это будет сезон затишья для гиб, то я не смогу поймать ни одного, сколько бы ни бродила по лесу. Лес, может, и большой, но площадь, доступная нам, ограничена. Мы не можем уходить в глубь леса больше, чем на половину дня пути.

— Да, в этом есть смысл.

— Но если мы выловим всех гиб вокруг поселения, то вокруг появятся мелкие животные и начнут расти фрукты, которые гибы любят. Так что те, которые прячутся в лесной чаще, выползут наружу. И тогда мы вновь сможем охотиться.

— Понятно, так это своего рода цикл.

Тем не менее, после моего появления ноша на плечах Ай Фа удвоилась, поэтому я не думал, что это все так просто. Охотиться всего на одну гибу каждые десять дней было достаточно, чтоб обеспечить одного человека, но для двух людей необходимо охотиться на одну каждые пять дней.

"Возможно, сезон изобилия придет до того, как сбережения Ай Фа закончатся..." - молился я в своем сердце.

На следующий день Ай Фа вернулась домой с большими рогами и клыками.

— Гиба попал в ловушку, в которую ты тогда свалился, — сказала она.

День спустя она снова пришла домой с огромными рогами и клыками.

— Большая сегодня попалась, чуть нож не сломала.

Ей приходилось постоянно рисковать своей жизнью, чтобы охотиться.

Мне вдруг стало стыдно за свои мольбы о сезоне изобилия.

Прошел еще один день... Ай Фа, как ни странно, принесла домой тушу 50-киллограмовой молодой гибы.

— Я попробовала пустить кровь, как ты учил. Она истекала кровью и дергалась в конвульсиях довольно долго, все должно быть нормально.

В это время я жег дрова в печи на улице.

Ай Фа подошла и плюхнулась на зад рядом со мной.

Она была вся покрыта потом и грязью, и, судя по ее тяжелому дыханию, ей было больно.

Неудивительно, что она измотана. Даже маленькая гиба была довольно тяжелой — не намного легче самой Ай Фа.

— Т-ты в порядке? Прошу, не делай ничего безрассудного...

— Я в порядке... воды.

Я поспешил в дом и зачерпнул полный ковш воды.

Когда Ай Фа попыталась взять ковш, я заметил, что у нее трясутся руки. Поэтому я подвинул ковшик прямо к ее губам и немного его наклонил. Покончив с водой одним залпом, Ай Фа выдохнула и легла, растянувшись на земле.

Ее красивая грудь сильно поднималась и опускалась. Я слегка смутился, не зная, куда девать глаза.

Я решил смотреть на поверженного гибу.

Голова и горло туши животного были испачканы кровью, а его маленькие глаза, видимо, были крепко и печально закрыты. Он был не очень большим, но жирненьким. Так как его рога были больше, чем клыки, я предположил, что это молодой самец гибы.

— ... У нас все еще осталось половина мяса, тебе не нужно себя заставлять.

Когда я это сказал, Ай Фа недовольно на меня посмотрела:

— О чем ты говоришь? Еще пять дней, и мясо начнет портиться.

— Правильно. В таком случае, ты можешь просто пустить гибе кровь в лесу и принести обратно только ноги...

— Разве не ты постоянно жалуешься на тему того, что "отказ от торса - это расточительство"? — сказала Ай Фа с закрытыми глазами, все еще неровно дыша. — Почему ты придираешься ко мне? Я сделала что-то не так?

— Вовсе нет...! Я очень благодарен, спасибо, Ай Фа.

Ай Фа открыла глаза и взглянула на меня:

— ... Вырази лучше свою благодарность не словами, а делом.

— Хм? Что мне сделать?

Ай Фа медленно поднялась и немного надулась, посмотрев на меня:

— ... Я хочу сегодня на ужин бифштекс.

Не прошло и двух дней на жареном мясе, как у нее уже появились первые признаки ломки.

Но я все равно решительно кивнул:

— Понял! Сначала разделка — потом готовка! Просто подожди немного.

Ай Фа кивнула. Она выглядела немного странно.

Ее выражение лица было немного неестественным, как будто она старательно пыталась спрятать улыбку.

Когда она в таком настроении, моя мотивация пылает еще сильнее. Я посмотрел на небо и вздохнул.

Часть 5

Десять сумасшедших дней пролетели в одно мгновение.

Что значит, прошло две недели с тех пор, как я переместился в этот мир.

Я провел первые пять дней с Ай Фа наедине и встретил Рими Ву на пятый вечер. Мы посетили клан Ву на шестой день, и пошли домой на следующий. Прошло еще десять дней... точнее говоря, всего прошло шестнадцать дней.

Ощущалось, будто я прибыл в этот мир давным-давно. С другой стороны, я был удивлен тем, что время пролетело так незаметно.

В любом случае, это было довольно напряженное время.

Особенно эта неделя — я проводил каждый день, сжигая дерево и жаря мясо. Наконец-то я кое-что понял и собрался навестить клан Ву завтра утром, чтобы объявить официальный вызов.

Как бы сильно я ни старался, контроль огня мне все никак не давался. Необходимо было найти нужный момент, чтобы остановиться, и сейчас это время настало.

На сегодняшний ужин у Ай Фа был результат моих стараний — финальный прототип будущего блюда. Попробовав его, она поручилась, что: "Это так же вкусно, как и бифштекс".

Еда, подходящая жителям Морихена... то, чем жители Морихена могут с удовольствием наслаждаться. Это был ключ к блюду, которое я придумал. Когда я увидел довольное выражение лица Ай Фа, я искренне подумал: "Это блюдо определенно получится хорошим."

После ужина я привел посуду в порядок и удовлетворенно разлегся на ковре из шкуры.

— Если честно, если бы я не встретил тебя, то умер бы где-нибудь под кустом, так ничего и не достигнув.

*Шшш…* — слышалось мягкое шипение горящей свечи.

Ай Фа погрустнела:

— "Ты себя недооцениваешь. Я уверена, что в какой бы тяжелой ситуации ты ни оказался, и кто бы ни привел тебя к себе домой, с тобой все было бы в порядке…" — ты хотел, чтобы я ответила тебе именно это?

— Я не настолько далеко все продумал. Конечно, я не собираюсь недооценивать этот мир. Ты первый человек, которого я встретил на этой незнакомой земле. Разве это не удача? Уже после пары дней здесь я очень хорошо осознал этот факт.

— ... Почему ты всегда начинаешь говорить о серьезных вещах или поднимаешь грустные темы  ночью? Меня беспокоит, что я начинаю жить, следуя твоим привычкам.

Ай Фа взмахнула своими светлыми волосами под светом свечи. Когда наступало время ложиться спать, она всегда распускала свои волосы.

Я наблюдал за ее блестящими длинными светлыми волосами в свете свечи и улыбался.

— Правда? Я пробыл здесь какое-то время, но все никак не могу избавиться от привычек своей жизни в другом мире. Для меня тихо говорить с кем-нибудь в темноте - это не то, что происходит каждый день, поэтому это само собой настраивает на серьезный лад.

Кстати говоря, каждую ночь я чувствую себя так, словно принимаю участие в школьной поездке с ночевкой.

Я не видел четко ее лица под оранжевым светом свечи, но мы все равно продолжали неторопливо переговариваться, медленно погружаясь в сон.

Эта ситуация продолжала оставаться для меня уникальной — а это значит, что я все еще не привык к этому новому для себя миру.

— Если я заставляю тебя грустить своими разговорами, то прошу прощения. Но… как бы правильнее выразиться… от этих разговоров с тобой мне становится уютно на душе.

— ... Разве я не говорила тебе? Этот серьезный тон совсем тебе не идет. Звучит мерзко.

Ай Фа лениво прислонилась к стене и отпихнула меня, еще более лениво лежащего на ковре. Чтобы экономить свечи, после ужина мы зажигаем только одну. И чтобы видеть друг друга, обычно приходится находиться близко друг к другу.

Когда Ай Фа отдыхает рядом со мной, мне действительно уютно.

Поначалу я чувствовал себя неловко, проводя ночь с девушкой, но сейчас был спокоен. Прожив вместе долгое время, между нами появилось чувство взаимопонимания. Ее присутствие рядом со мной ощущалось так же естественно, как воздух... но дело было даже не в этом.

Разумеется, это было важно, но я не воспринимал Ай Фа просто как «члена моей семьи». Будь так, я бы не волновался каждый раз, глядя на ее прекрасное лицо, нежную смуглую кожу, резкие перемены настроения и капризы.

Я пришел сюда из другого мира... Если бы не это, я бы моментально на нее запал.

Нет, я бы влюбился в нее по уши.

За семнадцать лет моей жизни, кроме моей семьи и подруги детства, никто не занимал мое сердце так, как она. Мы провели вместе всего несколько дней, а она умудрилась заставить меня влюбиться в нее.

Тем не менее, я все равно не хотел рушить сложившиеся отношения между нами.

Я не мог предсказать, что принесет завтрашний день... Однажды я могу быть отправлен обратно в свой обычный мир и сгореть в пламени пожара. С такими переживаниями и страхом в своих мыслях, я не собирался предпринимать никаких безответственных действий. И даже если обворожительное тело Ай Фа то и дело вызывало в моем сердце настоящую бурю, я все равно старался держать себя в руках и проводить ночи спокойно.

Почему мои чувства вдруг стали ощущаться так отчетливо? Возможно, немалую роль в этом сыграл визит обворожительной Вены Ву той ночью.

"Интересно, а как проводят эту ночь члены клана Ву?"

Я заночевал у них только однажды.

Я не считаю их плохими людьми. И конечно, средний брат Дарум не был тем, кому я мог бы открыть свое сердце. У меня были сомнения и по отношению к старшему сыну Джизе, и старшей дочери Вене.

Но кроме них... Я не разговаривал со многими другими, а те, с кем я разговаривал не оставили о себе плохого впечатления.

Жена главы клана, Миа Лей Ву, оказалась храброй и великодушной матерью.

Супруга Джизы Ву, Сати Лей Ву, оказалась спокойной и доброй женщиной.

Бабушка семерых братьев и сестер, Дитто Мин, которая присматривала за кухней вместе со мной, оказалась теплой и заслуживающей уважения старушкой.

Вторая сестра Рейна Ву оказалась милой и честной девушкой.

Младший брат Лудо Ву доставил мне много хлопот, но мне все равно было трудно его за это ненавидеть. Я почти не общался с третьей сестрой Лалой Ву и никогда не видел ее, сияющей от улыбки. Но и о ней у меня тоже не сложилось плохое впечатление.

Я думаю, Рими - хороший ребенок. Достаточно просто увидеть ее энергичную улыбку, чтобы моментально взбодриться — вот, какой симпатичной она была. И она была важным человеком для Ай Фа.

"Я очень надеюсь, что ее характер не изменится, когда она вырастет."

Думаю, я был не одинок в этих мыслях.

Бабушка Джиба... их почитаемая старейшина. Эта бабушка была невероятной, будто персонаж старой сказки. Мне было тяжело представить ее бурную жизнь. А уж возможностью пообщаться с ней  я действительно гордился.

И главой клана Ву был Донда Ву.

Мужчина, уязвивший мою поварскую гордость.

Мне хотелось наполнить стол семьи Ву счастьем, чтобы исправить ошибку, сделанную по собственной глупости. Да и желание удивить этого странного мужчину было таким же сильным... Отрицать не буду.

Поэтому я чувствовал, что не стоит подходить к этому делу со злобой в сердце.

Даже если бы этот крепкий мужчина не оказался таким буйным и высокомерным, мне бы не хотелось становиться с ним близкими друзьями. Но он все равно был отцом Рими и внуком Джибы Ву.

А одно из самых главных правил поварского искусства — не испытывать враждебности.

Я хотел выиграть эту битву ради своей поварской гордости и достоинства. Но я намеревался не подчинить этого мужчину, а получить его признание.

Кроме того... Я никогда не слышал, чтобы повар вторгался в чей-то дом и заставлял кого-то есть его еду. Я все еще неопытен, из-за чего не могу сдерживать свое огорчение. И поэтому я искренне надеюсь, что у меня получится принести мирную атмосферу в их семью, а не создавать разлад в их отношениях.

Какой конец нас ожидает?

Это зависит от нашей завтрашней встречи.

— ... Хмм?

Я услышал мягкий стук. Я поднял голову и увидел что Ай Фа, которая все это время сидела, прислонившись к стене, легла.

— Эй, ты уже спишь? Если хочешь, я потушу свет.

— Нет... я еще не сплю.

Не было никакой необходимости упрямиться в таких мелочах. Я усмехнулся и заставил свое тело, измотанное от дневной работы, подняться и потушить свечу, стоящую рядом с окном.

Темнота сразу поглотила нас... но мои глаза довольно быстро привыкли к лунному свету.

Ай Фа продолжала лежать в той же позе.

Ее длинные золотистые локоны мягко расстелились по полу, омываемые тусклым серебром лунного света.

Осторожно, чтоб не наступить на ее волосы, я лег на некотором удалении от нее.

— …Я уверена, что в какой бы тяжелой ситуации ты ни оказался, и кто бы ни привел тебя к себе домой, с тобой все было бы в порядке… — еле слышно прошептала она.

Я ответил так же тихо: "Это не так", а затем закрыл глаза.

Так мы и проводили это время: иногда тихо и спокойно, как в эту ночь, а иногда громко и шумно, готовясь к моменту, когда мы уладим наши разногласия с Дондой Ву.

Глава 3: Договор и воссоединение

Глава 3

Договор и воссоединение

Часть 1

— ... А я думал, что больше никогда вас двоих не увижу.

Это был главный дом Ву.

Донда Ву вцепился зубами в кусок вяленого мяса и сидел, скрестив ноги и подняв одно колено. Позади него красовались огромный, впечатляющий череп и шкура гибы.

Прошло одиннадцать дней с тех пор, когда мы покинули дом Ву.

Сейчас было как раз около полудня.

Рядом с главой стоял только его старший сын, Джиза.

Кроме жены главы клана, Миа Лей Ву, которая приветствовала нас в начале, мы не встретили других женщин. Вероятно, они делали накидки, извлекали жиры и занимались другой работой.

Когда мы отдали свои клинки и расселись по местам, Донда Ву повернулся к нам и продолжил:

— И все-таки вы здесь. Глава дома Фа, ты можешь себе позволить пренебрегать своей работой охотника?

— Все в порядке. Я поймала четыре гибы за полмесяца. Нас всего двое в доме, так что мы справляемся.

Кстати, в этом мире один месяц состоял из тридцати дней. В году было двенадцать месяцев и около 360 дней. Но каждые три года добавлялся тринадцатый месяц, и я до сих пор так толком и не понял почему.

В любом случае, услышав ответ Ай Фа, Донда Ву лишь косо на нее посмотрел, выдохнул и сказал:

— Ну и? Вряд ли у вас дело ко мне, верно? Если хотите навестить старейшину, то к ней и идите.

— Пожалуйста, разрешите нам навестить ее позже. Перед этим член дома Фа, Асута, хотел бы извиниться перед главой клана Ву, Дондой Ву.

— ... Извиниться? — произнес Донда Ву, угрюмо поджав губы.

Я сел на полу, подогнув ноги под себя, и низко поклонился:

— Несколько дней назад блюда, которые я подал, не понравились главе клана. Я приношу искренние извинения клану Ву. Все из-за того, что мои навыки управления домашним очагом еще незрелы, поэтому я хотел бы извиниться перед всеми за это.

— Хмм, что за ерунду ты говоришь? Я ничего не понимаю, хранитель домашнего очага дома Фа. — Он глядел на меня сверху вниз с издевательской насмешкой на лице. — Ты спас душу старейшины Джибы Ву, поэтому я не буду предъявлять тебе претензии за то, что ты подал мне еду, которая разрушает душу охотника. Я уже забыл об этом, а ты все равно здесь, чтобы извиниться. Даже и не знаю, что тебе на это ответить.

— Да, вот почему у Асуты из дома Фа есть просьба к главе клана Ву, Донде Ву.

Я поднял голову и выпрямил спину, а затем посмотрел прямо в большое лицо Донды Ву:

— Разрешите мне еще раз взять управление домашним очагом клана Ву?

— ... Что ты сказал?

— Причина, по которой я занимался домашним очагом здесь в последний раз, заключалась в том, что я хотел, чтобы сердце старейшины Джибы Ву нашло покой. Я счастлив, что смог достичь этой цели, но кроме того моя еда сделала главу клана и его семью подавленными. Я рад, что вы простили мой проступок, но я не собирался никого огорчать.

Свирепая яркая вспышка появилась в глазах Донды Ву.

От него опять начало распространяться странное давление, и я ощутил, словно встретился с диким зверем.

Но я все равно посмотрел на него настойчивым взглядом и повторил:

— Пожалуйста, разрешите меня снова взять управление домашним очагом клана Ву. В этот раз я принесу спокойствие и удовольствие всем членам вашей семьи.

— Всем членам моей семьи, хах... Отведав твоей тухлятины, восемь из двенадцати членов уже дали свое благословение, и ты все равно не доволен?

Голос Донды Ву удивил меня.

Прежде чем я понял, почему я так себя чувствую, дикая улыбка появилась на его лице.

— Мальчишка, в жратве нет разницы, вкусная она или нет. Достаточно просто поедания мяса гибы и ингредиентов, которые мы получаем через обмен клыков и рогов гибы. Это и приносит спокойствие и удовольствие моей душе!

— Да. В таком случае... Я обещаю, что я заставлю вас ощутить еще больше спокойствия и удовольствия.

— ... Обещание? — губы Донды Ву снова сжались. — Мальчишка, ты хочешь дать обещание главе клана Ву?

— Да.

— Если ты не выполнишь это обещание, ты хоть представляешь, что с тобой случится, мальчишка?

— ... Делайте, что захотите.

В этот момент старший сын вставил замечание:

— Отец, хоть даже он сказал это, дом Фа не богат и не может расплатиться с нами деньгами. Если они не смогут выполнить свое обещание, они могут расплатиться только своими телами. Если кровь прольется так опрометчиво, репутация клана Ву стремительно упадет.

— Хмм. Этот мальчишка - не житель Морихена, а бледнокожий чужак, верно?

— Но сейчас он член дома Фа. Даже если он иностранец, он все равно житель Морихена.

Он волновался о нашей безопасности?.. Нет, вряд ли дело было в этом.

Джиза Ву очень серьезно относился  к традициям Морихена и не хотел подпускать других к управлению домашним очагом его семьи. Не хотелось ему, и чтобы глава его клана совершал какие-то опрометчивые и жестокие действия.

— Погоди-ка, я не настолько жесток, чтобы проливать кровь из-за качества жратвы! Ну, если только они снова не подадут мне яд, который разрушит мою охотничью душу.

На валуноподобном лице Донды Ву появилась улыбка охотника, который нашел свою жертву.

— Но неинтересно давать обещания, ничем при этом не рискуя... Эй, мальчишка, у тебя хватит смелости подать еду, которой ты так гордишься, людям из других домов?

— Что?

Я не понял, что он имел в виду, поэтому озадаченно наклонил голову. Здоровяк, который был похож на перерождение гибы, ликовал:

— Через десять дней родственная семья клана Ву, дом Лутим будет проводить свадьбу. Через три ночи глава дома Лутим прибудет сюда, чтобы организовать подготовку к ней. В клане Ву назревает невероятное торжество... Я спрашиваю, хватит ли у тебя смелости взять на себя обязанность хранения домашнего очага в этот день.

— Глава клана, это слишком...

— А ну притихни, Джиза!

У старшего наследника клана Ву была впечатляющая аура, но даже он не мог противостоять главе клана.

Джиза Ву прищурил глаза и вздохнул. Я взглянул на него, а затем спросил:

— Сколько всего намечается людей?

— Немного, всего лишь трое с их стороны. Глава дома Лутим, его старший сын и невеста.

— Старший сын их главного дома... — тихо пробормотала Ай Фа.

— Именно так, старший сын их главного дома.

Донда Ву засмеялся:

— Наследник главного дома Лутим женится! Это самое счастливое событие для его дома... Кстати, из всех родственных домов клана Ву, Лутим - самый многочисленный. У них не только много мужчин, но еще и самые близкие отношения с нашим кланом. Если вы их разозлите, тогда у клана Ву не останется другого выбора, кроме как разорвать связи с домом Фа.

— Разорвать связи?

Я повернулся к Ай Фа. Она спокойно слушала слова Донды Ву.

— Клан Ву прекратит все взаимоотношения с домом Фа. Даже если дом Фа придет к клану Ву за помощью, клан Ву не протянет руку... Это касается не только главного дома Ву. Все побочные ветви клана или шесть домов, которые кровно с нами связаны, более сотни наших родственников разорвут отношения с домом Фа.

— Почему...? — спросил я.

Ай Фа даже бровью не повела.

— Ай Фа из дома Фа, ты ранее отказала свадебному предложению клана Ву. Но ты кое-чего не понимаешь. Ты решила, что можешь свободно жить в Морихене, полагаясь только на свой интеллект и остроумие?

Донда Ву оперся рукой на колено и наклонился вперед:

— Эти парни из клана Тсун не подняли на тебя руку только потому, что думали, что ты связана с кланом Ву. В конце концов, ты отказала клану Ву в замужестве, но они все равно считают, что у тебя сохранились связи... Но раз уж эти идиоты сами заблуждаются, тебе не стоит беспокоиться об этом. Я не пытаюсь делать тебе одолжение, но так как это их личная проблема, я не буду так добр, чтобы развеивать их сомнения. Вот почему и я не сильно об этом задумываюсь.

—... И?

Ай Фа немного наклонила голову.

Свет в ее голубых глазах стал сильнее.

— И? ... И таким образом, если клан Ву объявит, что мы разорвали все отношения с тобой, то это будет значить, что людей из клана Тсун больше не будет ничего сдерживать, и они сделают то, что задумали два года назад. Для них поиздеваться над маленькой девушкой безо всякой поддержки легче, чем прикончить детеныша гибы.

— Морихен допустит такое беззаконие?

— Если нет силы, к чему тогда говорить о законе? В Морихене похищение или запугивание девушек запрещено. Но если этот запрет нарушит старший клан Тсун, то кто сможет привлечь их к ответственности и наказать? Кроме клана Ву, какой другой дом может сравниться с ними в боевой доблести?

Я продолжал сидеть на коленях и сжимать свои кулаки.

Мой взгляд пронзил этого крепкого мужчину, и внутри меня закипала эмоция, граничащая с желанием убийства тех, о ком он говорил.

— Более того, у тебя нет никакой другой семьи или родственников, только лишь один-единственный член твоего дома - иностранец, стоящий здесь на коленях. Даже если кто-то похитит тебя, соседи даже не заметят. Вот почему тот болван нарушил запрет два года назад и ворвался в твой дом, так? После того, что случилось в ту ночь, в следующий раз он прихватит с собой дружков.

— ... Какая разница, сколько людей он приведет? Я справлюсь с ними всеми.

Наконец-то в глазах Ай Фа разгорелось пламя.

Она в упор смотрела на здоровяка, похожего на дикого на зверя, и ее взгляд ничем не уступал в решительности его.

— Это условие, которое ставит глава клана Ву, Донда Ву? Если Асута из моей семьи не удовлетворит членов семей Ву и Лутим, клан Ву объявит, что они разорвут связи с домом Фа... Я согласна. Как глава дома Фа, я принимаю это условие.

— Эй, Ай Фа! — воскликнул я, и она одарила меня гневным взглядом голубых глаз.

— Что? Ты собираешься сказать мне, что ты не уверен в себе? Я уже сказала тебе быть смелым, взять на себя репутацию дома Фа и принять вызов.

Ай Фа была в ярости.

Я уже провел с ней довольно много времени, но впервые видел ее такой разъяренной…. Вероятно, она так рассердилась вовсе не из-за необоснованного требования Донды Ву. А из-за того, что она не хотела зависеть от симпатии клана Ву все время, которое живет в Морихене... должно быть, она ощутила, что ее гордость была растоптана.

"Ай Фа..."

Если честно, я не хотел заключать с ним такой договор.

Не принимая во внимание ситуацию с кланом Тсун, мы наконец стали общаться и с другими людьми — с Рими Ву и бабулей Джибой. Если мы разорвем все связи с кланом Ву, то снова разрушим все отношения с этими двумя.

Если бы я отбросил свою гордость, и это могло спасти Ай Фа, я бы незамедлительно так и сделал. Использовать ее счастье и безопасность как фишки в игре было слишком глупо.

Однако... Даже если бы я избежал этого вызова, Ай Фа не была бы спасена.

Я бы не смог спасти ее благородный и крепкий дух.

Если бы я отступил, Ай Фа бы решила, что я хочу раздавить ее честь и гордость, и обезумела бы от злости.

— Асута... — тихо обратилась она ко мне.

Она взглянула на меня своими голубыми горящими глазами, сильно нахмурила брови и крепко сжала губы... а ее плечи начали немного дрожать.

"Даже ты не веришь в меня...?"

"Я им не уступлю, разве ты не понимаешь...?"

Я чувствовал, как ее горящие глаза взволнованно пытались сказать мне это.

— ... Я понимаю, — тихо пробормотал я, а затем повернулся к Донде Ву и сказал: — Я принимаю эти условия.

Донда Ву посмотрел на меня с непроницаемым лицом.

Ладонь, такая же широкая, как перчатка для игры в бейсбол, прошлась по его растрепанным волосам, и он поскреб голову.

— Принимаешь? Ты осознаешь, что говоришь?

— Я принимаю эти условия, — твердо повторил я.

Глаза Донды Ву наполнились гневом, и он громыхнул:

— Очень хорошо, я заключил с тобой этот договор, хранитель домашнего очага. Если то, что ты приготовишь, не удовлетворит меня, тогда ты отдашь обратно клану Ву то, что так гордо носишь на своей шее... Глупец, нарушающий свое обещание недостоин благословений клана Ву.

— Я понимаю.

Я постарался сохранять внешнее спокойствие и кивнул в ответ.

Все, действительно, в порядке? Я покосился на Ай Фа. Ее голова была немного опущена, а веки немного прикрыли горящий взгляд.

И если я не ошибался...

Ее губы, похоже, растянулись в довольной улыбке.

Часть 2

— О, вы закончили ваш разговор?

Покинув зал клана, мы встретили двух женщин, подходящих к дому с ситом в руках.

Это были жена главы клана, Миа Лей Ву, и супруга старшего сына, Сати Лей Ву.

В сите была целая куча листьев пико, которые они, вероятно, сушили на солнце.

Кстати, количество клыков и рогов на ожерельях, висящих у них на груди, снова равнялось трем.

— У вас такие вытянутые лица, наш глава клана опять нудел и насмехался?

Миа Лей Ву была довольно полной женщиной примерно одного возраста с моим отцом.

Даже человек из относительно состоятельного клана Ву вынужден тяжело работать каждый день. Хоть даже я и назвал ее "полной", это вовсе не из-за ее лени, у нее просто была широкая кость.

Кроме того, мышцы на ее теле были вполне подтянутыми, а руки и плечи крепкими, и хотя она была ниже меня, но точно была сильнее.

Я встречал эту женщину немногим ранее, но Сати Лей Ву встретил впервые за сегодняшний день.

— Давно не виделись, — улыбнулась она. — Добро пожаловать в клан Ву, Ай Фа и Асута из дома Фа. Что привело вас сюда сегодня?

У этой молодой жены были блестящие каштановые волосы и темные глаза. Ей было около двадцати лет, и, глядя на ее стройную фигуру, я бы никогда не смог предположить, что она уже стала матерью.

— Ну, как бы лучше выразиться... У дома Лутим будет предсвадебное торжество через три дня, так? Похоже, в тот вечер я буду управлять домашним очагом.

— Серьезно?!

Громко воскликнув, обе домохозяйки наклонились вперед с искрящимися глазами.

— Наш эксцентричный глава клана действительно согласился на это?! Видать, этот жареный пойтан все-таки ошарашил Донду. Вероятно, он хочет сделать вид, что это он его изобрел, и похвастаться перед домом Лутим!

— Миа Лей, я с нетерпением жду этого! Рейна и Рими усердно трудятся, но их готовка вовсе не сравнится с готовкой Асуты. Ах, это мягкое мясо гибы... ты приготовишь его снова для нас?

— Я решу это ближе к торжеству. В любом случае, получится не хуже, чем в прошлый раз!

Они обе радовались, как маленькие девочки.

Мне не хотелось рассказывать про это затруднительное соглашение этим двум легкомысленным домохозяйкам. В конце концов, моей целью было не оставить никакой тени разногласий в клане Ву.

В любом случае... Супруги Донды Ву и Джизы Ву, которых мы только что встретили, оказались очень приветливыми и добрыми. Эта  мысль вызвала у меня смешанные чувства.

Чтобы благословить женщин на безопасную жизнь, родители и мужья дарят им клыки и рога гибы. Новые клыки и рога, что висели у них на груди — это, вероятно, подарок супругов.

Адреналин от интенсивного противостояния с Дондой Ву постепенно отхлынул, и эта резко контрастирующая с ним мирная семейная обстановка передо мной заставила голову закружиться.

— ... Почему ты выглядишь таким взволнованным? — прошептал кто-то мне на ухо и ткнул мне в бок.

Ай Фа посмотрела на меня в упор:

— Не волнуйся ты так. Тебе ведь всего лишь нужно приготовить что-нибудь достойное для этого чудака.

В ее взгляде больше не было этого эмоционального огня, а выражение лица стало теплее обычного. Похоже, она сумела обуздать свои эмоции.

Но... Ай Фа действительно доверяла мне. Она даже мысли не допускала о том, что я могу проиграть этот бой.

Но если это все-таки случится, это погубит ее вместе со мной. Тем не менее, это не убавляло ее решимости. На ее лице не было ни малейших сомнений или колебаний.

"Черт! Как тебе удается быть такой сильной, Ай Фа?!" — подумал я, пока в глубине меня что-то кипело, как кастрюля с мясным супом из гибы.

Но это чувство не было отрицательным.

Это был суп, укрепляющий мой боевой дух и означающий: "Я определенно не проиграю!"

Однако моим настоящим врагом был не Донда Ву.

Соперником в этом бою был я сам… Тот прошлый самонадеянный я, чьи неумелые действия стали причиной попирания моей поварской чести.

— ... Не испускай такую ауру. Если ты сейчас на таком взводе, то как собираешься ждать еще целых три дня? — она снова ткнула меня в бок.

Мы находились достаточно близко друг к другу для шепота, поэтому ее длинные светлые волосы все время немного щекотали мою щеку.

Успокоившись, я наконец-то осознал, насколько близко ко мне она находится.

Как только я подумал об этом и перевел свой взгляд обратно, то увидел двух домохозяек, глядящих на нас с понимающими улыбками.

Я смутился и отодвинулся от Ай Фа.

— К-кстати, а где Рими Ву? Я не видел ее сегодня.

— Рими? Странно… Она только что была с нами, я даже сказала ей, что вы двое снова у нас в гостях... Эй, Рими! — озадаченно прокричала Миа Лей Ву.

Я осмотрелся вокруг и вдруг, заметил, что Ай Фа куда-то пристально смотрит. Посмотрев в том же направлении, я увидел как...

Чья-то красная шевелюра показалась из-за угла и быстро спряталась обратно.

— Ах, ты там? Спасибо за помощь, Рими. Мы тут закончили, поэтому можешь пойти поиграть с Ай Фа и Асутой.

Две женщины попрощались с нами взглядами, и ушли в другой конец дома. Бабуля Джиба еще дремала, и оставалось немного времени до того, как она проснется. Таким образом, клан Ву разрешил нам остаться на некоторое время. Мы потратили час, чтобы сюда добраться, поэтому я надеялся немного пообщаться с Рими.

Но Рими только сверкала своими мягкими красными волосами из-за тени стены и почему-то не хотела подходить ближе.

— Рими, ты что там делаешь? Это какая-то морихенская игра? — спросил я и получил неодобрительный взгляд Ай Фа.

— Рими Ву, — позвала она.

Рими не двигалась.

— ... Асута, глянь туда, — Ай Фа указала пальцем на что-то позади меня.

— Хмм?

Развернувшись, я вдруг услышал быстрые звуки шагов.

Когда я повернулся обратно, то Рими Ву уже крепко обнимала Ай Фа.

Маленькие ручки Рими оплели ее тонкую талию над накидкой, а ее маленькая головка прижалась Ай Фа к груди.

— Больно! Рими Ву, остановись, — сказала Ай Фа, слегка покраснев.

"Правда, что ли? Что-то это совсем не выглядит таким болезненным"  — захотелось сказать мне, но я решил, что меня не прельщает перспектива получить за это очередной пендаль. И я промолчал.

— Рими Ву, давненько не виделись! Ты чего в гости к нам не заходишь? Как дела-то? — поприветствовал я ее улыбкой.

Глядя на меня, Рими дрожала.

— Что такое? Неужели ты меня позабыла?

Рими крепко прижалась к груди Ай Фа и медленно повернулась ко мне.

Она робко и испуганно заглянула мне в лицо.

Ее собственное лицо при этом было густого красного цвета — еще более красного, чем у Ай Фа.

Круглые глаза Рими были полны слез, а губы дрожали. Как обычно, она очень энергична и эмоциональна. Но почему она выглядит так, словно готова разрыдаться?

— Асута...

— Хмм?

— Асута, ты видел меня голой?

Меня как будто молнией божественного правосудия в голову прошибло.

— Ч-ч-что ты такое говоришь, Рими? Г-г-голой?

— ...Асута, разве ты не подглядывал за купающимися девушками? Ты использовал этот шанс, чтоб увидеть голую Рими?

Она вспомнила случай, который произошел утром десять дней назад?!

После того дня я был так занят исследованием, что уже засунул воспоминание об этом в дальний ящик... но она до сих пор помнила об этом?

Нет, в любом случае, Рими — всего лишь маленькая девочкой! Думаю, другие девушки это переживут, но заставлять такого маленького ребенка плакать... Я почувствовал себя самым настоящим преступником!

— Я видел только обнаженное тело Ай Фа! — во весь голос закричал я.

В этот раз Ай Фа пнула не мою ногу, а мою задницу.

Это был размашистый пинок, в который она вложила всю свою силу. Я даже подумал, что у меня треснула тазовая кость.

Несколько минут спустя мы направились в печную комнату за главным домом.

Мужчины уже должны были уйти в лес, поэтому мне удалось избежать очередной стычки с Дарумом Ву.

— ... Разве мы не договорились? Мы не позволяем узнать Донде Ву или другим членам семьи об этом происшествии. А ты орешь как резаный прямо перед их главным домом! — сердито отчитала меня Ай Фа.

Рими все еще крепко прижималась к ее левой руке.

Лицо Ай Фа еще сильнее покраснело от этих ненужных воспоминаний.

— Я только утверждаю, что видел тебя голой, так что в этом нет проблем... Вааа, прости, пожалей меня! Если ты ударишь меня снова, я больше не смогу ходить!

— Хмпф!

Посмотрев на красное лицо Ай Фа, Рими еще сильнее покраснела.

— Асута, ты видел голой только Ай Фа? Теперь ты станешь ее мужем? — тихо спросила она.

— Мне не нужен никакой муж! И я не позволю болвану, нарушившему запрет, быть моим мужем!

"Ох, да перестаньте вы уже! Теперь я весь день буду думать, будто я настоящий преступник."

Общаясь, мы добрались задней части дома.

Поприветствовав бабулю Дитто Мин, которая только что закончила рубить дрова, мы пошли вперед и встретили перед кухней двух девушек, усердно работающих над чем-то.

Это были вторая сестра Рейна и третья сестра Лала.

Они положили на землю большую доску, сверху накинули шкуру гибы и топтались по ней голыми ногами, кружась по часовой стрелке, словно преследуя тени друг друга. Должно быть, это была одна из необходимых процедур, чтобы сделать меховую накидку.

Когда я подумал об этом... Рейна заметила нас и широко распахнула свои голубые глаза.

Ее симпатичное личико налилось пунцовым цветом.

"У Рейны ведь смуглая кожа, как она вообще умудрилась стать пунцовой?!"

В любом случае, ее лицо стало густого свекольного цвета. Продолжая топтаться, она наклонила голову и уставилась себе под ноги.

А затем я перевел взгляд на третью сестру Лала.

В моем мире они бы ходила в среднюю школу. И как обычно, она вела себя высокомерно, поэтому ее реакция была не столь выразительной. Ну вот, а я так надеялся…

Тем не менее, ее детское лицо, которое только-только начало входить в подростковый период, стремительно краснело. Она свирепо нахмурила брови, оскалила свои белые зубы и потянулась к ножу на талии, босиком подходя ко мне.

— Как ты смеешь так бесстыдно показываться перед нами!? Твоя удача закончилась! А ну, отдавай свою жизнь!

— Н-нельзя, Лала! Посмотри, бабушка Дитто Мин вон там! Если ты поднимешь шум, тогда... тогда то, что случилось тем утром, станет известно всем!

Пока Рейна старалась изо всех сил удержать Лалу за руку, ее лицо продолжало еще гуще краснеть от смущения.

Сегодня Рейна подвязала свои волосы в два хвостика. Она была очень изящной, симпатичной и очаровательной девушкой с хорошо сложенной фигурой.

С другой стороны, Лала завязала свои волосы в один высокий хвост и уже была выше, чем ее старшая сестра. Она выглядела сильной, как парень, но при этом сохраняла женственную миловидность.

Две такие разные сестры стояли передо мной с краснющими лицами, полностью потеряв самообладание от смущения.

Что ж, если меня ожидает очередной пинок, все же стоит использовать этот шанс, чтоб прояснить недоразумение. Но не успел я открыть рот, как…

— Э-эй, слушайте! Асута видел только голое тело Ай Фа! П-поэтому нам не нужно выходить за него замуж!

Сестры замерли.

На их лицах вспыхивали и меняли друг друга самые разные эмоции.

Одна из них пристально и сердито на меня уставилась.

Другая просто задумчиво смотрела.

— Это правда! Я видел только обн...

Меня ударили на середине фразы.

На этот раз это было что-то новенькая — я получил увесистую оплеуху по лбу.

В результате чего мои глаза резко съехали к переносице, и мне пришлось схватиться за стену, чтобы не упасть.

— ... Асута, думай, что говоришь.

Взглянув на Ай Фа косыми глазами, я чуть поразмышлял над своими действиями.

Разве я мог жертвовать чувством ее стыда ради успокоения других девушек? Кто для меня самый важный человек? Ай Фа. Ну и идиот же я! Не стоило так поступать, даже в попытке оправдаться.

Я попытался извиниться перед ней должным образом, но не смог сделать этого как следует — уж слишком сильно вращался мир перед моими глазами.

Часть 3

— ... Эмм, я прошу прощения за то, что произошло несколько дней назад. Клянусь, что не видел раздетой никого из вас. Но я хочу извиниться еще раз за возможное оскорбление, которое невольно вам нанес.

Несколько секунд спустя, оправившись от сотрясения, я уже извинялся перед женщинами клана Ву. Передо мной стояли трое: Рейна, Лала и Рими. И у всех было разное выражение лица…

Рейна была в растерянности.

Лала была в гневе.

Рими застенчиво улыбалась.

И все они выглядели смущенно.

Следует кое-что прояснить: я действительно не видел их обнаженные тела, так с чего бы мне тогда чувствовать себя виноватым? Это было немного нелогично, но я все же довольно сильно их напугал. А раз виной тому моя небрежность и глупость, я решил склонить голову, прося у них прощения.

— П-перестань! Пожалуйста, не беспокойся так из-за этого, братец Джиза уже рассказал нам всю историю. Ты так поступил только из-за выходки Лудо, верно?

Из всех трех Рейна выглядела самой смущенной. Я почувствовал себя даже хуже, когда увидел, что она пытается меня защитить.

— Хмм! Братец Джиза слишком простодушный! Он должен был выколоть его глаза и бросить в лесу! Мунто бы о нем позаботились, а мы могли бы сделать вид, что ничего не произошло! — хладнокровно отрезала Лала, но ее лицо было таким красным, что я все равно продолжал чувствовать вину.

— Н-но Асута не стал бы обманывать! Он точно не видел нас голыми...! Это неловко, давайте просто поверим ему.

После слов Рими у меня как гора с плеч свалилась — мысль о том, что я причинил маленькой девочке тяжелую моральную травму, убивала меня.

— ...Женщины клана Ву, вам следует прекратить это. Я извиняюсь за глупость члена моей семьи. Сегодня я пришла сюда потому, что хотела вам кое-что рассказать.

Когда с лица Ай Фа пропал румянец, оно вновь приняло свое привычное бесстрастное выражение

— Ай Фа, у тебя есть, что рассказать нам? — спросила Рейна, старшая из присутствующих сестер.

Ай Фа слегка кивнула и продолжила:

— Да. Но перед этим — разве вы не заняты работой? Мне будет не по себе, если я вам помешаю, так что я надеюсь, вы выслушаете меня, пока работаете.

— Хорошо... — старшая сестра вытерла грязь со своих ног и снова начала топтаться по шкуре.

— А что это вы делаете? — спросил я.

Рейна, которая наконец вернулась в свое обычное непорочное и невинное состояние, ответила:

— После того, как мы потопчемся по шкуре, она станет мягче.

Мне бы хотелось поподробнее узнать о процессе производства меховых накидок, но у нас было еще, о чем позаботиться. Нам разрешили остаться здесь до тех пор, пока не проснется бабуля Джиба, поэтому наше время было ограничено.

— Прошло десять дней с тех пор, как Асута управлял домашним очагом. Как ваши дела сейчас? У Джибы Ву все хорошо?

— Да! Бабушка Джиба ест достаточно... Но наша готовка все равно не так хороша, как у Асуты.

Рими Ву подхватила:

— Зато мы научились жарить пойтан! Но с котлетами даже сестренка Рейна не может справиться. Мяско постоянно разваливается, сгорает или остается сырым внутри... И оно все равно воняет! И жареная котлета, и суп без пойтана воняют гибой.

— Вы пытались мыть мясо?

— Да! Мы сделали то, что ты говорил, и мыли мясо соленой водой! Но это не слишком помогло.

Я рассказал им способ избавиться от лишних запахов, но если не пускать кровь во время поимки гибы, то будет трудно убрать его впоследствии. Я убедился в это и у нас дома тоже.

— Как это раздражает! Я думала, что сестренка Рейна попрактикуется побольше, и у нее все получится! Но папа Донда не разрешает. Он даже ругал нас за расточительство мяса гибы для "игры", как он это называет. И потому мы жарим бифштекс только для бабушки Джибы.

— И я не могу приготовить его так же хорошо, как Асута... Асута, ты потрясающий!

Темные зрачки Рейны вспыхнули, как картинка из сёдзё манги.

Я почувствовал гордость, но пристальный взгляд с другой стороны болезненно уколол меня.

— У нас все еще осталось так много мяса в доме! Уггх~... Я хочу бифштекс. Я не хочу больше есть вяленое мясо, я хочу каждый день есть бифштекс!

— Вот именно, Рими, и я так думаю! — одиноко улыбнулась Рейна.

Глядя на этих двух сестер, я немного испугался.

Как бы это сказать... бифштекс вызывал более сильное привыкание, чем я ожидал. Особенно у Рими и Рейны. Морихенцы видят настолько мягкое мясо только в одном виде — если отварят его с овощами в невообразимое месиво, которое я попробовал в первый день. Теперь, когда они попробовали нормальную еду, старые блюда стали казаться им слишком примитивными.

"Но мое следующее блюдо точно сместит бифштекс с пьедестала их вкусов!"

— Но я хочу кое-что спросить у вас. Когда клан Ву жарит мясо, как вы с ним управляетесь?

— Управляемся? Ну, мы просто фить-фить-фить и разрезаем его.

Что-то я ничего не понял.

Рейна помогла ей объяснить:

— Точно так же, как и ты, мы отрезаем мясо от костей, нарезаем его на тонкие ломтики и жарим. И стараемся выбирать кусочки с белым жирком.

В таком случае, их способ ничем не отличается от того, каким готовят свинину и кабанину в моем мире. Кроме внешнего слоя, в мясе с бедра гибы не так уж и много жира. Если нарезать его с внешней стороны, как это делала Ай Фа, то в середине останется довольно постное мясо.

— А как тонко вы его нарезаете?

— А...? Примерно вот так, — показала Рейна.

Немногим меньше сантиметра. Неудивительно, ведь все-таки резать сырое мясо тонкими ломтиками очень непросто.

Показывая толщину мяса, Рейна делала это сразу двумя руками. Как мило... Я не мог не улыбнуться ее забавным повадками, но тут же почувствовал, как чей-то острый взгляд проткнул мне щеку.

— Асута, а почему ты спрашиваешь?

— Хмм? Просто так, для справки. Через три дня я снова буду хранителем вашего очага.

— Да ладно?!

— Это правда?!

Из трех девушек две очень обрадовались, как и старшие женщины ранее.

Только третья сестра осталась недовольна и сердито произнесла, притопнув ногой:

— Что, этот парень снова будет заниматься домашним очагом?! Ну и ладно! Главное, чтобы мне не пришлось опять есть ту гадость.

Под конец она уже просто бурчала себе под нос.

Я осторожно посмотрел на нее.

Она ни секунды не стояла на одном месте, поэтому поймать ее взгляд оказалось тяжело. Третья сестра клана Ву, Лала Ву. Из всех девушек она была единственной, кто не признал мою готовку.

Я бы не изменил свой план, даже если она высказала бы свое мнение. Но даже в таком случае, мне все равно хотелось услышать ее реальные мысли.

— Лала Ву, я хочу спросить у тебя. Вместо нежного мяса ты предпочитаешь более жесткое, как и мужчины?

— Что? — Она бросила свой взгляд в мою сторону. Ее лицо было спокойным, но снова немного покраснело, так что ее глаза не были такими пугающими, как раньше. — Ты это ко мне обращаешься, любитель подглядывать?

— Д-давай не будем снова возвращаться к этому. Хоть и начинающий, но я все равно повар. Для меня очень важно то, что думают клиенты. Из всех присутствующих твои замечания самые необычные, поэтому я надеюсь, ты расскажешь мне, что ты думаешь.

— Ты о чем это? Хранить домашний очаг — это ведь женская работа, не так ли?

— В моей стране это не так. Большинство профессиональных поваров - мужчины.

Некоторое время Лала Ву продолжала с каменным лицом молча топтаться по шкуре.

Наконец, она взглянула на меня и сказала:

— Что?! Так и собираешься торчать здесь, пока я не выскажусь?! Я не хочу разговаривать со всякими там любителями подглядывать!

— Э?! Если хочешь, я еще раз извинюсь за тот случай! Но может, ты все-таки мне поможешь?

— ... Можешь извиняться, сколько влезет, мне все равно стыдно.

Она немного наклонила голову и прикусила губы.

Неужели... Характер этой девушки был сродни характеру Ай Фа?

Когда я подумал об этом, острый взгляд на моей левой щеке резанул еще сильнее.

Меня резко прошиб холодный пот, но я все равно продолжил:

— С-совсем скоро мне уже нужно будет возвращаться домой. Может, ты все-таки поделишься своими мыслями? Я помню, что ты сказала, что жареный пойтан и суп неплохи, так?

— Ты такой шумный! Я просто ненавижу вязкое мясо! Та штука, которой ты полил мясо,  похожа на теплое фруктовое вино — она мне понравилась. Ария была хрустящей и очень вкусной! Но самое важное это мясо гибы, мясо гибы! — крикнула она с дикой энергией и бросила на меня еще один пронзительный взгляд.

И опять покраснела.

— Чего тебе еще надо? Недоволен тем, что я не преподнесла тебе свое благословение? Ничем не могу помочь! Не понравилось мне это мясо и все тут... Я хотела благословить тебя за спасение бабушки Джибы, но если все девушки будут на твоей стороне, то папа оскорбится! Вот так! В конце концов, это вина сестрицы Рейны, которая первой благословила тебя!

— А-аа? Моя?!

— Простите, но сестры же не должны драться...?

— Ты небось подбивал клинья к сестренке Рейне, когда вы вдвоем вместе готовили, не так ли?! Вот почему она первой подарила тебе свое благословение! Сестренка Рейна, ты всегда выглядишь такой серьезной, но ведешь себя слишком коварно!

— Это не правда! Мне и правда понравилась готовка Асуты!

— Эм, как я уже сказал...

— А я тоже думаю, что это было очень вкусно!

— Малявка Рими, умолкни! Я говорю с сестренкой Рейной. Ты нравишься мужчинам только потому, что такая мясистая! Если не выйдешь замуж, пока твой живот все еще плоский, то так и останешься старой девой!

— Т-ты чего вдруг грубить начала?! Еще и прямо перед Асутой!  Тебе не стыдно?!

— Я не малявка! Лала, ты пацанка!

Ааааххх... Все становится только хуже.

Как и взгляд на моей левой щеке становится все острее и холоднее.

Она всю вину сваливает на меня за все, что произошло сегодня?

— ... О чем это вы тут спорите?

В этот момент явился спаситель!

Это был младший брат Лудо Ву.

— Гости, бабушка Джиба проснулась... Закругляйтесь тут. Кстати, ты так и не надумал выбрать одну из них себе в жены?

— Заткнись, Лудо!

— В-вот именно, Лудо!

— Лудо, грубиян, проваливай!

Даже услышав хор возражений, Лудо Ву просто помахал рукой и сказал: "Аа~... как они галдят..." и не обратил на них ни малейшего внимания. Он подбородком указал нам с Ай Фа, попросив следовать за ним.

Его выражение лица сегодня было спокойным. Колчан и лук, висящие на его плече, означали, что он собирался направиться в лес.

— Лала Ву, в следующий раз не будет мягкого мяса. Я приготовлю что-нибудь более жесткое. Жди с нетерпением! — крикнул я скрипевшей зубами Лале.

— Замолчи! Неважно, что ты приготовишь, я никогда не подарю тебе свое благословение!

Распрощавшись таким вот образом, мы направились к входу в дом.

— …Что, положил свой глаз на малявку Лалу? Она на два года младше меня, так что жениться на ней ты сможешь только через три года.

— Н-никуда я не ложил свой глаз! Может, все-таки лучше сменишь тему?

Хозяйка моего дома теперь пристально смотрела мне в затылок, и это ощущалось, как прижатый к нему стальной клинок.

"Лудо Ву, хоть даже ты и был тем, кто втянул меня в этот бардак, я не собираюсь валить всю вину на тебя. Но пожалуйста, прямо сейчас прекрати говорить о "женитьбе"!""

— Хмпф~... ну и ладно!

Сказав это, он крепко повис у меня на шее своей худой и сильной рукой.

— Если ты предпочтешь Лалу, а не сестренок Вену или Рейну, то просто забирай ее... Но если ты пальцем прикоснешься к малышке Рими, я тебя убью.

В его тихом голосе я почувствовал подлинное убийственное намерение.

Я мог только молиться о том, чтобы кандидаты в будущие мужа Рими Ву смогли упокоиться с миром.

И затем... когда мы уже практически подошли к дому, я резко затормозил.

Перед ним собралась целая толпа людей… это были мужчины-охотники, и их было больше 20 человек.

— Лудо, ты вернулся! Ладно, хорошо, ребята! Все готовы отправиться за добычей в лес?!

— ООУ! — рев толпы сотряс саму землю.

Все они были в накидках из гибы и с широкими клинками на поясе. Некоторые с луками, другие с копьями. Здесь были и старики, и совсем юнцы примерно одного возраста с Лудо. Некоторые с забинтованными головами. Был даже один со сломанной рукой в лубке.

Без сомнения, это были охотники Морихена.

Молодые и старые, в хорошей форме и раненые, у каждого из них глазах горел дикий, первобытный огонь. Их боевой дух пылал, и они направлялись в лес.

И вел их, конечно же, глава клана Донда Ву. Он полностью проигнорировал наше присутствие.

— Ладно, пока! — бросил нам Лудо и умчался к мужчинам.

В его глазах горел такой же огонь.

Силуэты отважных охотников вселяли бесстрашие… совсем как сцена из какого-нибудь мифа.

Какое-то время я стоял молча и не двигался.

— ... Это мужчины побочных ветвей семьи Ву, они тоже живут в этом поселке.

Ай Фа мягко положила руку на мое плечо.

Я непроизвольно обернулся... Вероятно, на нее повлияла их аура, и когда она смотрела на меня, в ее глазах горел голубой огонь.

— Это младшие братья Донды Ву и их сыновья, а также младшие братья родителей Донды Ву и их наследники. Донда Ву возглавляет их всех.

Ее кошачьи глаза заглянули в мои.

— И еще тут шесть родственных домов, которые поддерживают клан Ву. Это Лутим, Маму, Мин, Лей, Лилим и Муфа. В них более сотни людей... Асута, тебя это не пугает? Ты собираешься бросить вызов им всем.

— Нет... все будет в порядке, - ответил я, отчаянно стараясь выдавить небрежную улыбку. — Не волнуйся, я уверен в том, что мне нужно делать дальше. Пожалуй, я... все делаю правильно.

Ай Фа удивленно подняла бровь.

Затем она храбро улыбнулась, что было для нее редкостью. А еще она сделала то, что обычно делать бы не стала… она взъерошила мне волосы.

Часть 4

Настала пора навестить бабушку Джибу. Однако же нам было запрещено входить в дом без сопровождения кого-либо из членов семьи.

Скорее всего, Рими все еще была занята ссорой со своими сестрами — ее нигде не было видно. Взрослые женщины, отправившиеся сушить листья пико на солнце, тоже пропали. Мне оставалось только громко крикнуть:

— Простите, тут есть кто-нибудь?

Кто-то же должен быть внутри, кроме бабушки Джибы.

Мы еще не встретили трех членов клана Ву. Исключая второго брата Дарума — двоих.

И эти двое откликнулись на мой крик. Одним из них был… ребенок Кота Ву.

И старшая сестра Вена Ву, которая удивленно стояла по другую сторону двери, крепко прижимая к своей пышной груди Коту.

Для меня это было неловкое воссоединение.

По двум причинам: из-за того инцидента с обнаженкой, и из-за той ночи, когда я ее отверг.

Учитывая ее открытый характер, я сомневался, что она так уж сильно смутилась из-за того, что кто-то подглядывал за ее купанием… Но как только я об этом подумал, то увидел на ее гладких как фарфор щеках румянец.

"Эй-эй-эй, разве не ты была роковой женщиной, которая сама хотела показать мне свое тело!?"

Пока я напрасно кричал в своем сердце, Вена Ву уткнулась в завернутого в одеяла младенца, чтобы спрятать половину своего лица. В ее мечтательных глазах я разглядел признаки стыда, а ее тело под моим взглядом начало странно ерзать, как будто она пыталась избежать его.

— А, Асута... и Ай Фа тоже... А я все думала, кто же это пришел к нам, а это вы... Я п-присматривала за Котой вместо Сати Лей и совсем вас не заметила...

В ее голосе чувствовалось напряжение.

Как и прежде, ее тело испускало просто потрясающее количество женских феромонов, наполненных сексуальностью и обаянием. Но, как бы это объяснить?.. Эта сексуальная старшая сестра определенно была смущена, вот только она изо всех сил старалась не подавать виду. И, похоже, она совсем не притворялась.

— Э-эм... Братец Джиза рассказал мне, что тогда случилось на самом деле, так что я все понимаю... Прости. Эмм, ты не мог бы так на меня не смотреть?.. — сказала она и спрятала лицо за ребенком уже целиком.

У Коты Ву были мамины глаза. Он смотрел на меня и мило угукал, склонив голову набок.

Нет! Не смотри на меня сегодня такими невинными глазами!

— В-вы здесь чтобы навестить бабушку Джибу, так? Она в своей спальне. Сюда, пожалуйста...

Вена изменила своей обычной вальяжной походке и торопливо забежала внутрь.

Я был поражен. Обернувшись, я наткнулся на ледяной взгляд Ай Фа.

— П-пойдем внутрь.

Я не думал, что стоит сильно паниковать, но я не мог оставаться спокойным.

Несмотря ни на что, сначала мы должны навестить бабулю Джибу. Слева и справа в комнате было два прохода, и Вена Ву направилась к правому. Прямой и узкий коридор позволял идти рядом только двум людям. В него выходило три двери.

Если левый коридор точно такой же, то получается, что в этом доме всего шесть комнат.

А он больше, чем я представлял. В нем комфортно может жить даже большая семья из двенадцати человек и одного ребенка, без необходимости спать в одном обширном совместном зале. Вена Ву открыла самую дальнюю дверь и неуверенно остановилась перед ней.

— Бабушка Джиба, простите за вторжение, — сказала Ай Фа и быстро вошла.

А я... собирался зайти вслед за ней, но Вена ухватила меня за край рубашки, удерживая.

Чего-то подобного я от нее и ожидал.

Она нарочно вела себя так неуверенно, чтобы я расслабился, и ей было легче меня соблазнить?

Я осторожно повернул голову и посмотрел на Вену. Она стояла с опущенной головой, уперев взгляд в пол. Я почти не видел ее лица, но мог сказать точно — ее влажные глаза пристально на меня смотрят сквозь каштановую челку.

— К-кроме брачного обещания,  ты ведь должен следовать и остальным правилам Морихена, верно...?

Если бы я услышал только эти слова, я бы подумал, что это признание в любви.

Но ее движения выглядели так неуверенно, как будто неопытная слабая девушка пыталась играть роль роковой женщины. Это заставило меня глубоко задуматься, как же все-таки стоит правильно отреагировать в этой ситуации.

— Эмм... Ты сегодня себя очень странно ведешь, — сказал я тихим голосом, чтобы его не было слышно в другой комнате.

Плечи Вены задрожали, и она опять спрятала лицо за Котой.

Прекрати злоупотреблять ребенком!

— Я г-говорила тебе не смотреть на меня... Т-так уж и быть, сегодня я тебя прощу... — с трудом выдавила из себя Вена и поспешила прочь по коридору.

Почувствовал жуткую усталость, я вошел в комнату и осторожно прикрыл за собой дверь.

Ай Фа уже о чем-то разговаривала с бабушкой Джибой.

— Асута, это ты...? Спасибо, что пришел, я очень рада...

Глаза и улыбка старейшины были искренними, как у младенца, из-за чего я почувствовал себя еще более погано.

И конечно, я не мог сказать ей этого. Я подошел к Ай Фа и присел рядом с ней на колени.

Комната была просторной — примерно на шесть татами.

Из всей мебели здесь были только кровать и большой шкаф с неизвестными фруктами, связками веточек, костьми животных, деревянными масками и прочим декором.

Бабушка Джиба сидела на кровати с несколькими слоями простыней, ее плечи и ноги покрывали красивые цветные платки.

Погода здесь была жаркая и влажная, как в тропических джунглях, и дневная температура была как в Японии ранним летом. Но от мысли о том, что такая миниатюрная старушка спит одна в такой пустой комнате, у меня по спине пробежал холодок.

— ...Ночью Дитто Мин спит здесь со мной. Ее муж погиб давным-давно...

Удивительно, но она, видимо, прочитала мои мысли.

Ай Фа помогла бабушке Джиба сесть, и та взяла мою руку в свои, похожие на сухие веточки.

Старушка была настолько маленькая и сморщенная, что напоминала обезьянку. Должно быть, она и в пору своей юности не отличалась могучим телосложением.

Хотя ее узкие глаза были почти прикрыты полуопущенными веками, в них все равно виднелся блеск острого ума. А ее лицо, похожее на чернослив, выражало доброту и заботу.

Если сравнить с тем разом, когда я видел ее в последний раз, она выглядела более оживленной. Это не могло меня не порадовать.

— Асута и Ай Фа, спасибо вам за то, что вы сделали для меня... с того дня я стала очень хорошо питаться. Рейна и Рими очень стараются, но, если по секрету, то им еще далеко до тебя…

— Ах, я тоже счастлив видеть вас такой энергичной, бабушка Джиба.

Ай Фа продолжала сохранять невозмутимость, но ее глаза были не такими, как обычно — они наполнились теплым светом.

Когда мы столкнулись с охотниками, уходящими в свой поход, в ее глазах горело дикое пламя. Но те эмоции прошли, как сон, вместе с холодным взглядом, направленным на меня ранее.

— ... Донда редко заходит. Вы придете к нам через три ночи...?

— Да, мы снова будем хранителями домашнего очага. Асута приготовит вам кое-что восхитительное!

Ай Фа перевела взгляд на меня.

— Ты, несомненно, мужчина, который превосходен в готовке.

Она не сказала "превосходен в одной только в готовке" — это из простой вежливости или как?

— Я очень постараюсь, чтобы приготовить всем что-нибудь вкусненькое! — вежливо ответил я.

— Ну и хорошо... Но этот вечер будет предсвадебным празднеством дома Лутим, верно? Донда рассказывал о нем с улыбкой...

После ее слов... Ее полузакрытые глаза засияли чистым светом. Она переводила свой взгляд с меня на Ай Фа и обратно.

— Ай Фа... Но что замышляет Донда...?

— Замышляет?

— У главы дома Лутим и у Донды схожие характеры, они оба бесцеремонные, как большие обезьяны, скрывающиеся в южном лесу... Если вы подадите то же блюдо, что и в прошлый раз перед группой этих вспыльчивых мужчин, он разозлится даже сильнее Донды, и празднование превратится в беспорядок...

— ... Наверное, Донда Ву будет только рад, если нас с Асутой унизят. Он нас на дух не переносит.

— Не переносит... Потому что ты отвергла его предложение, верно ведь, Ай Фа...? — бабушка Джиба остановила взгляд на Ай Фа.

Та немного мучительно нахмурилась.

— Что поделать, женщины тоже имеют право выбирать своих мужей… Но должно быть, ты очень понравилась Донде. Если бы нет, то он бы не просил тебя выйти замуж за своего драгоценного сына. Видимо, он восхищается тем, как ты храбро сопротивлялась наследнику клана Тсун... Но ты отвергла его предложение и настояла на жизни в качестве охотника на гибу…

— ......

— Я тебя не виню… Тебе просто нужно жить так, как ты считаешь правильным… Но Донда гордится тем, что он охотник. Он высокомерен, как и все мужчины. Он полагает, что женская работа следить за семьей тоже очень важна, и ей нельзя пренебрегать... Вот почему он не может вытерпеть того, что ты выбрала путь охотника, так как ты женщина...

— ......

— Ай Фа, это важная ночь для клана Ву и Донда просит вас управлять домашним очагом в этот вечер... что он замышляет...?

В ее ясных глазах светился острый ум, и никто не смог бы отказать ей в ответе на ее вопрос.

Поэтому Ай Фа немного по-ребячьи прикусила губу и наконец сказала:

— Если мы не выполним его требования, он объявит о том, что клан Ву разрывает все связи с домом Фа.

Бабушка Джиба немного помолчала.

Наконец, она тихо произнесла: "Понятно...". А затем она закрыла глаза и повторила еще раз: "Понятно..."

— И вы не можете отказаться от этих условий...?

— Это невозможно. Мы подняли эту тему сами, но Донда Ву решил поставить собственные условия, — произнесла Ай Фа твердым и уверенным голосом.

Бабуля Джиба медленно перевела свой взгляд на меня и сказала:

— Ясно... Я не ожидала, что все будет так серьезно. Но теперь слишком поздно что-то делать. И я думаю, это очень важно для клана Ву.

Подумав об этом, я ответил:

— Изначально меня к этому плану побудил дух соперничества и собственная гордость. Но теперь есть более весомая причина. Ради клана Ву, я надеюсь, что Донда Ву меня признает... Тяжело объяснить словами, но я чувствую, что мне это необходимо.

— Ясно... — пробормотала бабушка Джиба. — Должно быть, это верный путь для тебя. В таком случае… ох, мои старые косточки... Если этот ребенок Донда действительно поступит так бессердечно, я буду вынуждена покинуть клан Ву...

— А?

— Я говорю, что откажусь от фамилии Ву... Глава дома Фа, если я это сделаю, ты готова принять меня в свой дом...?

— Бабушка Д-Джиба, что вы такое говорите?! Как я могу сделать это?!

За все время, что я провел с Ай Фа, я, наверное, никогда еще не видел в ее взгляде такую неистовость.

Но такая реакция была нормальной, я тоже был удивлен.

С другой стороны... я мог понять смысл того, что сказала бабуля Джиба.

— Ах, ах, ты собираешься отвернуться от бездомной старушки...? Если я покину дом Ву, и дом Фа мне откажет, то мне не останется ничего другого, как сгинуть в лесу…

— Я говорю, что вам не нужно этого делать! Почему вы должны покидать клан Ву?! Это слишком странно!

— Это совсем не странно... Если клан Ву объявит, что они разрывают связи с домом Фа, я не смогу увидеть тебя вот так снова, верно? Клан Тсун осмелеет, и они могут попытаться сделать с тобой ужасные вещи... Мои старые косточки не позволят этому произойти...

— Даже если так, вам не нужно покидать этот дом! Даже если вы будете с нами, эти люди из клана Тсун все равно...

— Единственный, кого я осуждаю, это не клан Тсун, а Донда, который обрекает тебя на такую судьбу... — тихо, но четко выговорила бабушка Джиба. — Отец Донды - мой сын, и моя кровь течет в венах моего внука. Своим заявлением он обречет тебя на ужасную судьбу, я не позволю ему это сделать... Вот почему я хочу разорвать свои связи с кланом Ву, вот и все...

— Но это неразумно... Что насчет Рими Ву? Рейны Ву? Джизы Ву? Ваша кровь течет и в их венах тоже, разве они не важные члены вашей семьи?

Ай Фа чуть ли не плакала.

— Конечно, они все важны для меня. И Джиза, и Вена, и Дарум, и Рейна, и Лудо, и Лала, и Рими, и Кота... И жена бывшего главы клана, Дитто Мин, и жена Донды, Миа Лей, и жена Джизы, Сати Лей, все они — моя семья... Но Донда — глава клана. Если я не желаю следовать приказам главы клана, я могу только покинуть этот дом...

— Я уже сказала, что... — Ай Фа задыхалась от переполнявших ее эмоций.

Слеза, которую она не смогла сдержать, покатилась по ее щеке.

— Если Донда говорит, что собирается разорвать связи с домом Фа, я никогда с этим не соглашусь. Делать это — большая ошибка... Как старейшина клана Ву, я своими действиями должна дать понять Донде, что это неправильный выбор...

Бабушка Джиба вытерла слезы на щеках Ай Фа кончиком своего пальца.

— Вот почему покинуть этот дом — мой единственный выбор... ты понимаешь, Асута?

—Понимаю, в некотором смысле.

Когда я так ответил, Ай Фа одарила меня жутким взглядом.

Но я не собирался забирать свои слова назад.

— Вы удивительный человек. Не думаю, что смогу понять вас полностью. Хотя, если бы я оказался на вашем месте… Если бы моя семья хотела сделать что-то ужасное человеку, о котором я очень забочусь, я бы тоже этого не позволил. Я не знаю, достаточно ли я силен, чтобы покинуть свою собственную семью, но я понимаю, почему вы так думаете.

— Асута, ты... — Ай Фа схватила меня за шиворот футболки.

Но ее хватка была слабой. Я накрыл ее руки своими ладонями и сказал:

— Ай Фа, Рими может думать так же, как Джиба Ву. Ты думаешь, она позволит своему собственному отцу разрушить жизнь человека, которого она очень любит? Рими покинет свою семью вместе с Джибой Ву... и даже если она не сможет этого сделать, она будет ненавидеть своего отца всю оставшуюся жизнь.

Лицо Ай Фа позеленело от мрачного потрясения.

Это разбивало мне сердце, но я продолжал:

— Мы согласились на этот бой с серьезными ставками. Если ты не можешь принять возможных последствий, то мы должны вообще отказаться от боя, даже если это будет унижением... Это будет означать... что нас волнуют только собственные жизни и ничего более….

Для нее было очень важно осознать кое-что.

Понять, как сильно ее любят окружающие ее люди.

"Не важно, что со мной произойдет, никому не будет от этого больно и никто не рассердится" — она прожила два года, веря в этот факт.

Я считаю ее сильной личностью и уважаю ее крепкий дух, который не дрогнул, несмотря на одиночество.

Но... Ай Фа ошибалась.

Даже если Джиба Ву уйдет в добровольное изгнание, Ай Фа все равно будет заботиться и о ней, и о Рими. То же самое и наоборот. Ай Фа требовалось осознать это.

Только тот, кто не заботится об остальных, по-настоящему одинок.

Если она наделена сердцем, способным любить других, значит, она не обречена на жизнь в одиночестве.

— …Ай Фа, то, что нам нужно сделать, не изменилось, — я крепко сжал ее руки. — Нам нужно выиграть этот бой и добиться признания Донды Ву. Тогда никто не пострадает. Джиба Ву останется в своей семье, а Рими не будет ненавидеть своего отца. Мне просто нужно приготовить такую еду, которая придется ему по вкусу!

Если мы извинимся перед Дондой Ву прямо сейчас, то, возможно, потеряем нашу честь, репутацию и положение в обществе, но не подвергнем опасности Джибу Ву и Рими.

Однако... я не думаю, что этого достаточно.

Я надеюсь, что все-таки смогу поладить с кланом Ву.

Теперь, когда я познакомился со многими членами этой семьи, моя решимость окрепла.

— Асута, ты ведь уже понял, какой путь самый верный…? — тихо пробубнила бабуля Джиба.

Я повернулся к ней и улыбнулся так уверенно, как только мог, и ответил:

— Я не знаю, верный это путь или нет, но единственное, что я могу сделать — это приготовить наивкуснейшее блюдо. Джиба Ву, пожалуйста, ожидайте сногсшибательного ужина через три ночи!

Глава 4: Кулинарный путь неопытного повара

Глава 4

Кулинарный путь неопытного повара

Часть 1

Наконец, этот день настал.

Сегодняшним вечером клан Ву будет принимать гостей из дома Лутим для предсвадебного празднества.

По морихенской традиции, в течение семи дней до свадьбы друзья и родственники молодоженов проводят частное торжество перед главным событием.

Завтра это будет семья жениха, дом Лутим. Послезавтра — дом невесты Мин. Еще через день — их близкий родственный дом Лей.

Они будут праздновать несколько дней подряд.

Мне хотелось поблагодарить новоиспеченную пару за такую удачную возможность. Сегодняшний вечер был для меня невероятно важен.

Первый день предстоящих празднований будет проходить в доме с самым высоким положением в обществе среди всех родственников... которым является клан Ву.

Меня назначили хранителем домашнего очага на этот вечер — это огромная ответственность.

Более того, мы с Ай Фа заключили договор с Дондой Ву.

Если моя готовка не удовлетворит его и главу дома Лутим, то клан Ву и все остальные родственные дома порвут все связи с домом Фа.

Если клан Ву объявит, что они разрывают все связи с домом Фа, наследник клана Тсун, Дига Тсун, может снова напасть на Ай Фа.

Если Донда выполнит свою угрозу, то старейшина клана Ву, Джиба Ву, откажется от своего дома и станет членом дома Фа.

Младшая дочь клана Ву, Рими Ву, тоже очень любит Ай Фа. Поэтому невозможно описать, сколько боли это ей принесет.

Ставки в этом бою очень высоки. Но сейчас я мог сделать только одну вещь...

Приготовить вкуснейшее блюдо и получить признание Донды Ву.

◇◆◇

— Внимание, сегодня мне потребуется ваша помощь.

Я поклонился перед всеми в кухонной комнате клана Ву.

Вокруг моей головы было обернуто белое полотенце, волосы под ним уже немного отросли. Я надел белую футболку и набросил поверх нее жилетку, как у Алладина. Восемь благословений блестели на моей шее на ожерелье из фрукта кили. На мне был экзотический пояс и белая обувь. Я уже давно привык к собственному причудливому внешнему виду.

На рабочем столе лежал нож Сантоку — часть души моего отца.

Все приготовления были завершены, и я был готов начинать. Ай Фа стояла рядом со мной, а три девушки стояли напротив нас.

Это были: жена Донды Ву, Миа Лей Ву.

Их старшая дочь, Вена Ву.

И их вторая дочь, Рейна Ву.

Всего три женщины.

— В прошлый раз мне помогала только Рейна Ву.

— Да...! Если честно, то сегодня очередь Лалы, но у нее нет интереса к работе, а я очень хочу научиться кулинарным навыкам Асуты... Поэтому мы поменялись сменами.

— Это неоценимая помощь! Просто то, что еще один человек понимает процесс, поднимет эффективность на новый уровень.

Я говорил это не из вежливости, а исходя из логики. Но Рейна покраснела, а Ай Фа стрельнула сбоку в меня своим ледяным взглядом.

Тем не менее, я был настроен очень решительно и не растерялся.

И конечно, я не думал, что все будет легко. В прошлый раз, когда я был ответственным за домашний очаг, точно не было. Но я решил принять этот вызов с крепким духом.

К тому же... судьба нескольких людей связана с моим кулинарным выступлением сегодня.

— Что? Хочешь сказать, что на нас с Веной нельзя положиться? Как грубо! В плане управления домашним очагом я не проиграю Рейне Ву! — храбро рассмеялась супруга этого страшного Донды Ву, Миа Лей Ву.

Она была довольно полной женщиной крепкого телосложения. В ее рыжих волосах были седые пряди, а ее живые карие глаза внимательно и оценивающе на меня смотрели. Цельное длинное платье, в которое она была одета, показывало ее статус замужней женщины. Она была надежной матерью.

Вена Ву разительно отличалась от своей матери во всем: в цвете волос, цвете глаз, форме тела и внешнем виде. Она была воплощением сексуальности, но прямо сейчас скучающе накручивала свои шикарные локоны на палец.

У нее были мечтательные глаза, пухлые губы, а от тела исходило просто невероятное количество феромонов. Эта старшая сестра, видимо, была рождена для единственной цели - очаровывать мужчин.

Увидев меня сегодня, она больше не краснела, но и перестала вести себя кокетливо. Наоборот, она стала относиться ко мне более холодно.

Но, как бы там ни было, судя по их взглядам, они, вероятно, не знали о страшном договоре, который мы заключили с главой их клана.

— Хорошо, тогда я объясню сегодняшний план. Количество гостей: двенадцать членов клана Ву, три гостя из дома Лутим, Ай Фа и я - всего семнадцать человек. Еще я подам особенное блюдо для Джибы Ву, — начал  объяснять я. — На ужин сегодня будет суп из гибы и жареный пойтан, который был подан в прошлый раз, так же как и блюдо из жареной гибы. Для Джибы Ву я приготовлю бифштекс.  Эмм~ Я хотел бы узнать, когда вы готовите суп из гибы на ужин, вы готовите специальное блюдо для Джибы Ву отдельно, чтоб она могла легко его съесть?

— Да, я тонко нарезаю арию и готовлю его в отдельном котелке. Потом перекладываю все мясо из супа в общий котел, потому что в бифштексе его достаточно, — с улыбкой ответила Миа Лей Ву.

Рейна Ву с серьезным видом наклонилась вперед, как будто не хотела пропустить ни единого моего слова. В противоположность сестре, Вена томно подавила зевок.

— Понятно, тогда я поступлю точно так же. Относительно готовки... у кого из вас лучше всего получается суп, а у кого жареный пойтан?

— Рейна лучше всех жарит пойтан. Суп у всех получается примерно одинаковым, но хуже всех с домашним очагом управляется Вена.

— Ясно, тогда я оставлю пойтан на Рейну Ву, суп из гибы на Миа Лей Ву, а Вена Ву со мной приготовит мясное блюдо и поможет остальным...

— ... Я буду тебе только мешать. Я могу поменяться своей сменой с бабушкой Дитто Мин или Рими...?

Вена Ву впервые за сегодня заговорила, и в ее голосе чувствовалось неприкрытое раздражение.

Проще говоря, по сравнению с умелыми Рейной и Миа Лей Ву, она ощущала себя бесполезной.

У этой старшей сестры трудный характер. От этой мысли я улыбнулся.

— Нет, в этом нет необходимости. Ты тоже женщина клана Ву, поэтому просто делай все возможное, этого будет достаточно. Я же займусь собственными задачами.

— ......

— Хорошо, тогда, Рейна Ву, пожалуйста, можешь начать жарить пойтан? Вена Ву, пожалуйста, помоги ей принести ингредиенты.

Все еще на что-то сердясь, Вена покинула кухонную комнату бок о бок с Рейной.

— Асута, с чего мне начать?

— Миа Лей Ву, у меня есть вопрос. С того вечера, когда я хранил ваш очаг, жареный пойтан ведь подавался на ужин каждый вечер, правильно? И что еще из ингредиентов вы добавляете в суп?

— Конечно. У нас никак не получается избавиться от вони мяса гибы в супе. И для того, чтобы скрыть этот запах, мы добавляем тарапу и риро.

— А? Вы даже добавляете риро? Разве аромат не будет слишком сильным?

—Это более-менее подавляет вонь гибы... Но твое мясо — совсем другое дело! Этот "бифштекс" очень вкусный и пахнет приятно! Какую магию ты используешь, чтобы делать мясо гибы таким восхитительным?

— Никакой магии, я просто пускаю кровь гибе сразу же после поимки... Но это совсем не женская работа, а мужская обязанность.

— Понятно... ну, тут ничего не поделаешь. Эти упрямые мужики не станут тебя слушать.

Я посмотрел на расстроенную Миа Лей Ву и продолжил:

— Я слышал, что вы угощаете гостей более щедро во время празднований. Что в Морихене считается настоящим деликатесом?

— Мы добавляет в котел множество овощей, более дорогих, чем ария и пойтан. Но в этом деле главное не переборщить, иначе это только испортит вкус.

— Я понимаю. Вы решаете, какой овощ добавлять, только после напряженных и тщательных раздумий... Хорошо, как вы думаете, что следует добавить в суп из менее зловонной гибы? Все в порядке, даже если это будет то, что нравится лично вам.

— Хм, пожалуй, листья тино. Это вообще универсальная приправа, они сочетаются с чем угодно. Если суп будет приятно пахнуть сам по себе, то необходимость добавлять риро и тарапу отпадет… Без гиго тоже можно будет обойтись — от него суп слишком сильно густеет, как от пойтана. Можно добавить пулу, но она немного горчит. Хотя Лудо и Лала, наверное, надуются, увидев ее в  супе.

Эта длинная тирада смешала в себе названия незнакомых мне ингредиентов и имена людей. Если бы я случайно добавил в котел Лалу вместо пулы, клан Ву бы жутко разозлился.

— Значит, листья тино и пула лучше всего? Тогда давайте сегодня добавим и то, и другое.

— Аа?! Не делай этого! Для тебя это редкая возможность! Сегодня даже гости из дома Лутим придут! Я не хочу все испортить своим вмешательством!

— Все в порядке, чуточка авантюризма не помешает. Нельзя улучшить свою готовку без таких вот маленьких экспериментов.

Сказав это, я взглянул на Ай Фа.

Хотя мои слова полностью отличались от тех, что я говорил в прошлый раз, когда управлял домашним очагом... она все равно наблюдала за мной своим спокойным и твердым взглядом.

Я заранее рассказал ей о своих планах на сегодняшнюю готовку. И хотя она и удивилась, но сказала только лишь: "Я полностью оставляю это на твое усмотрение."

Я хотел отплатить ей за веру в меня.

— ... Кстати, как глава вашего клана-то вообще поживает?

— Хммм? — задумчиво протянула Миа Лей Ву. Похоже, она мысленно уже полностью погрузилась в процесс готовки. — Глава клана? Разве ты не встречал его три дня назад?

— Да, но вдруг за это время что-то изменилось. Что думаете?

— Он все такой же... И раз уж ты вспомнил об этом, он выглядит немного хмурым с того вечера и время от времени заходит к бабушке Джибе. Похоже, она его как следует отчитала.

Вряд ли дело было именно в этом. Бабушка Джиба очень хорошо знала характер Донды, она не стала бы его отчитывать. Старейшина была здравомыслящим и решительным человеком. Она не стала бы ему ничего говорить.

В таком случае... получается, что Донда Ву сам пришел к ней договариваться о прекращении нашего глупого противостояния? Надеюсь, что так и есть.

Донда Ву, Рими и бабушка Джиба — одна семья, они кровные родственники. Я искренне надеялся, что он не собирался разрушать жизнь Ай Фа.

Но жребий уже был брошен. Какой бы ни была правда, то, что я могу сделать, и то, что я должен был сделать, оставалось неизменным.

Я снова сфокусировался на своей задаче.

— Ну что ж, тогда я начну готовить мясное блюдо. А когда пойтан будет готов, мы займемся супом. Времени более чем достаточно. И бифштекс для бабушки Джибы сегодня будем готовить немного иначе.

Сказав это, я достал мясо гибы, которое принес с собой. В прошлый раз это были только бедро и лопатки, но сегодня я подготовил мясо из трех разных частей.

Честно говоря, я был так занят исследованием методов жарки мяса, что тратил его очень быстрыми темпами. Я сам не успел заметить, как его осталось критически мало. Но два дня назад нам повезло — Ай Фа принесла тушу 50-килограммовой молодой гибы и стерла мои волнения.

Таким образом, теперь мяса было более, чем достаточно. Осторожно рассортировав его, я выложил его на кухонный стол. В следующее мгновение Миа Лей Ву беспокойно спросила:

— Это мясо с туловища гибы? Мы уже поняли, что оно вкуснее, чем с бедер. Но в этот раз у нас в гостях будет дом Лутим, не лучше ли все-таки ограничиться только бедрами?

— Хм? Главе дома Лутим не нравится мясо с туловища?

— Точно не знаю. Но глава нашего клана был недоволен, так что, наверное, глава дома Лутим отреагирует именно так же. И у главы дома Лутим еще более горячая голова, чем у Донды, так что лучше быть осторожнее.

Человек, более скорый на расправу, чем Донда Ву... как жутко.

Но если мы используем только мясо с бедер, то его не хватит на всех и разнообразие блюд будет более примитивным.

— Но ведь вам и остальным оно понравилось, верно? Почему же тогда Донда Ву так сильно презирает его?

— Даже и не знаю, что тебе ответить. Но Джиза и Дарум не стали ему возражать, поэтому должна быть весомая причина, почему мужчины так думают.

Весомая для мужчин причина...

Я помню, как Донда Ву говорил: "Только падальщики мунто едят плоть с туловища гибы!". Благородные охотники Морихена, должно быть, возмущены тем, что я смею им подавать такое.

Однако Ай Фа тоже была охотником, но она не проявляла такого отвращения.

В чем же именно дело?

Когда я повернулся к Ай Фа... то увидел у главы моего дома на лице даже более взволнованное выражение, чем у меня.

— Миа Лей Ву, я кое-что хотела бы спросить... Дом Лутим следующий по силе родственный дом сразу после клана Ву? — со стоном спросила она.

Редко можно увидеть, что она первой решается с кем-то заговорить. Миа Лей Ву немного удивилась и обрадовано кивнула:

— Все верно, дом Лутим не сильно уступает клану Ву, а их глава, Дан Лутим, тоже выдающийся охотник. В этом нет сомнений.

— Понятно, вот почему... они считают, что торс гибы - еда для мунто, — пробормотала себе под нос Ай Фа и с решительным выражением лица повернулась ко мне. — Асута, тебе не нужно беспокоиться об этом, просто следуй своему плану. Если глава дома Лутим ненавидит туловище гибы так же сильно, как Донда Ву, я смогу убедить их в обратном.

— А? Ай Фа, ты знаешь причину, почему они ненавидят мясо с этой части туши?

— Да, я могу это понять... Как бы там ни было, ты же не сможешь закончить свою готовку без использования этих частей, верно? В таком случае, тебе не нужно беспокоиться об этом, просто делай все возможное.

В глазах Ай Фа не было никаких сомнений.

В таком случае, я тоже не должен колебаться. Это была не только моя личная битва, а бой, который повлияет на судьбу дома Фа.

Чтобы не втягивать остальных в решение, которые мы приняли самостоятельно, и чтобы все не закончилось трагедией, мы должны были выложиться на полную.

Часть 2

Несколько часов спустя...

Мы закончили готовку, и у нас осталось много несвободного времени.

Котелки с супом кипели на двух из четырех печей, а на тарелках громоздились горки жареного пойтана. Нам просто оставалось подождать прибытия гостей, а потом начинать жарить мясо.

— Ох, Асута... Нормально получилось же...?

Вена Ву лениво оперлась спиной на стену и села, обхватив одно колено руками.

В этот раз она играла важную роль в моих планах.

— Предсвадебное празднество - дело важное... Я не уверена, что у нас получится...

— Все в порядке. Пока что нет никаких проблем.

— В таком случае я...

— Пожалуйста, продолжай следовать плану.

Вена Ву крепко сжала свое колено и неохотно взглянула на меня. Ее колено упиралось в ее впечатляющего размера грудь так, что она слегка деформировалась… и мне были отлично видны все соблазнительные изгибы сквозь тонкий слой одежды. Хорошо, что никто тут не сможет прочитать мысли, которые пришли в этот момент мне в голову, получилось бы неловко…

— Асута, ты... используешь меня в качестве жертвы, чтобы они не жаловались на тебя...?

— О чем это ты? У меня нет причин так поступать с тобой.

— Потому что... я обуза для тебя, верно...?

Остальные девушки вышли освежиться на улицу. Вот почему Вена подняла эту тему именно сейчас. Впрочем, дверь была открыта и нас при желании мог услышать кто угодно, что не могло меня не беспокоить.

— В-вовсе я не считаю тебя обузой. Разве мы уже не обсуждали это? Мое мнение не изменилось. Вена Ву, я был бы очень тебе благодарен, если бы ты перестала воображать всякую ерунду.

— Но... Даже если я перестану воображать ерунду, мои чувства не изменятся... — ее нежные щеки снова немного покраснели. — Думаешь, я пытаюсь плести какие-то интриги...? Мне уже 20 лет и я до сих пор девственница… Ты действительно считаешь, что я способна на подобное…?

— Неет, я имею в виду, что...

— Чтобы ты знал... наследник дома Лутим, который сегодня приходит в гости, ранее собирался вступить к нам в семью. Он - один из мужчин, которым я отказала... — в этот раз она прикрыла свое лицо коленями. — Если я испорчу его предсвадебное празднество... и глава дома Лутим разозлится на меня... Ааа, я хочу умереть...

— Говорю тебе, все будет хорошо! В случае неудачи я возьму всю вину на себя! Это все будет моей ошибкой! Но в случае успеха это будет и твоим успехом тоже, верно ведь?!

Глаза Вены Ву были направлены в мою сторону из тени ее коленей.

— Может быть, сейчас ты так и говоришь, но в итоге предашь меня, верно…?

— Я не предам тебя! Клянусь на этом ноже Сантоку!

Когда я сказал это, ее карие глаза немного опустились, и в них появился намек на игривость.

— Как хитро... И как же мне следует чувствовать себя теперь...? В одних случаях ты холоден ко мне, в других - добр. Я чувствую себя марионеткой, танцующей под твою дудку...

"Тогда что ты хочешь, чтобы я делал?!"

В этот момент позади меня раздался ледяной голос:

— О чем это вы тут между собой треплетесь?

Видимо, я неосознанно повысил голос. Я ощутил, как вниз по спине прошли мурашки из-за моей небрежности.

Ай Фа стояла на входе в кухонную комнату и переводила взгляд с Вены Ву на меня.

— Гости из дома Лутим уже здесь. Пора за работу, не так ли?

Услышав это, я напрягся.

Я кивнул, повернулся к Вене и сказал:

— Хорошо! Давайте начнем! Вена Ву, пожалуйста, продолжай следовать плану!

◇◆◇

— О! Так ты и есть тот чужак, который остановился в доме Фа?!

Когда мы с Миа Лей Ву внесли тяжелый котел с мясным супом, кто-то громко поприветствовал меня.

Это был неизвестный крупный мужчина, сидящий на почетном месте. Высокий и крепкий, он ничем не уступал Донде Ву, сидящему рядом с ним.

Кроме высокого роста, он был еще широкоплечим и полным. На нем была безрукавка, похожая на мою, но она была просто накинута на его плечи. Из-под нее сильно выпирал пивной живот.

Кстати, у него была блестящая лысина, густые брови и крупные черты лица. Рыжая борода украшала его широкий подбородок. Его смуглая кожа очень хорошо подходила его экзотической одежде, и он полностью походил на одного из арабских демонических богов.

Возможно, сейчас он улыбался, но если он разозлится, то не только Вена Ву, а даже я сам захочу умереть.

Я водрузил металлический котел на плиту, оставив его разогреваться, и сказал с поклоном:

— Я Асута из дома Фа, сегодня я буду ответственным за домашний очаг вместе с женщинами из клана Ву.

— Ясно. Я слышал, что подаваемый тобой ужин отличается от других домов, значит, ты нас сегодня чем-нибудь удивишь, так ведь? Я придерживаюсь мнения, что главное — это набить желудок поплотнее мясом гибы, невзирая на его вкус. Но это определенно будет интересно! С нетерпением жду поглядеть, чем же таким ты нас попотчуешь, Асута из дома Фа!

— Я надеюсь, ужин угодит вашим вкусам, — ответил я в нейтрально-вежливой манере. — А сейчас я вас покину.

В конце концов, я был всего лишь начинающим поваром в закусочной, а не шеф-поваром дорогущего французского ресторана. Моя семья научила меня только говорить "добро пожаловать", когда приветствуешь посетителей.

Миа Лей Ву осталась пообщаться с гостями, а я вернулся к входу в комнату.

Я использовал этот шанс, чтоб изучить новоприбывших.

Слева и справа от почетного места сидела неизвестная мне пара. Должно быть, это наследник дома Лутим и его невеста.

Я помню, что жениха зовут Каслан Лутим.

Он выглядел благородным мужчиной, а его телосложение могло посоперничать со старшим сыном клана Ву, Джизой Ву... Сам Джиза сидел рядом с ним, и это зрелище производило внушительное впечатление.

Они унаследовали от отцов крепкие и сильные тела. У обоих было большое чувство собственного достоинства, а их ауры властности соответствовали их положению наследников.

Внешне Каслан Лутим был очень похож на своего отца — у него тоже были крупные черты лица. Оно было квадратным, с точеной челюстью, и я бы не назвал его красивым.

Тем не менее, его каштановые волосы были приятно коротко и аккуратно подстрижены, а глубокие голубые глаза спокойно сияли. Он производил впечатление способного и честного человека.  Полагаю, он станет отличным мужем.

Что касается невесты, то я помню, что ее зовут Эма Мин. Среди родственных домов клана Ву, Мин находился позади Ву, Лутим и Лей — прямо посередине. Бабушка Дитто Мин пришла в эту семью из дома Мин. Значит, женщины сохраняют свою фамилию после приобретения новой, когда выходят замуж, чтобы показать свое родовое происхождение.

Когда Дитто Мин вышла замуж в клане Ву, она стала Дитто Мин Ву. Через семь дней эта девушка из Эмы Мин станет Эмой Мин Лутим, и так далее.

"Ай Фа... Тсуруми..."

Глупая иллюзия появилась в моих мыслях, когда я подумал об этом. Секрет, который я заберу с собой в могилу.

Если этот день действительно настанет, скорее всего, именно мне придется сменить фамилию. "Асута... Фа". В любом случае, воображать о невозможном — это трата усилий впустую. Я посмотрел на невесту Эму Мин.

Девушка была не толстой и не худой, среднего роста и выглядела здоровой. Она сидела очень прямо и выглядела очень воспитанно.

Ее черные волосы были высоко завязаны, а светлые голубые глаза ярко сияли. Она выглядела непорочной и серьезной и, видимо, совсем не была напугана, спокойно ожидая начала празднования.

Мы с ней были примерно одного возраста, но вела она себя совсем иначе — более зрело. Это спокойное поведение свойственно всем женщинам перед замужеством? По сравнению с ней, мы с Рейной казались детьми.

Такой бестолковый семнадцатилетний парень, как я, больше предпочитает невинных и жизнерадостных девушек, чем тех, кто старается вести себя по-взрослому. Ну, а если уж совсем вдаваться в подробности, то еще больше мне нравятся девушки, которые обычно ведут себя холодно, но на самом деле добрые и искренние, которые пинают ноги других людей и глядят на них глазами дикой кошки… Да, я знаю, что это не слишком уж важная информация.

Как бы там ни было, молодая пара смотрелась замечательно вместе!

А мы использовали их предсвадебное празднование для проведения такого странного соревнования, из-за чего я почувствовал себя неуютно.

И, как и сказала его жена, человек, ради которого все это и затевалось, выглядел недовольным.

Когда я поприветствовал человека рядом с ним, Донда Ву отвел свой взгляд в сторону и начал большими глотками пить фруктовое вино.

"Не пей так много, что потом не сможешь ощутить вкус блюда" , - молился я в своем сердце.

Я вдруг ощутил на себе чей-то пристальный взгляд.

...Это был второй сын клана Ву, Дарум Ву.

Когда мы приходили сюда три дня назад, он был единственным, кого я не встретил.

А значит, мы не виделись две недели. Как обычно, вокруг него была свирепая волчья аура.

Если бы не его лютые, унаследованные от отца глаза и выражение лица, наверное, он был бы самым приятным мужчиной в клане Ву. Из-за того, что когда-то произошло между ним и Ай Фа, я не мог открыть свое сердце этому юноше.

Поэтому мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы взглянуть на него в ответ. Когда я сделал это, он немного неестественно отвел взгляд.

Почему он так сделал? Его упрямый профиль казался встревоженным и возмущенным.

Сбоку от него, опираясь щекой на ладонь, сидел его младший брат. Чуть дальше — его нетерпеливая третья сестра. Между ними сидела их энергичная младшенькая. Она мне помахала и я кивнул ей в ответ, направившись к выходу.

В этот момент Ай Фа, Рейна и Вена принесли еще один котел и блюдо, нагруженное пойтаном.

— Ооо?! А это что за диво? Еда, что ли?!

Когда позади раздался удивленный возглас Дана Лутима, я уже был на полпути в кухонную комнату.

Уже стемнело, по дому были расставлены зажженные свечи, освещающие темные коридоры. Вернувшись на кухню, я стал дожидаться возвращения женщин, нервничая от предстоящей битвы.

— Прости, я не смогла удержаться и не переброситься с ними парой слов. Все приятно удивлены таким пойтаном.

Девушки вернулись вместе с энергичной матерью клана Ву.

И таким образом, занавес поднялся, и битва наконец-то началась…

— Должно быть, им будет, что сказать. Я начну с подачи еды почетному месту, — сказал я и потянулся к тарелке с главным блюдом, но Миа Лей Ву остановила меня.

— Эй, ты уверен? Глава клана выглядит слишком недовольно, я волнуюсь.

Ее лицо, которое всегда оживленное и радостное, теперь стало пугающе серьезным. На нем было написано достоинство матери семерых детей, которая отвечала за всю домашнюю работу. Если бы моя мать была жива, они обе были бы примерно одного возраста.

— Если я не выскажусь в свою защиту, я потеряю все связи с кланом Ву, а я этого не допущу. Это может показаться бесцеремонно, но я сам напросился на этот бой.

Выражение лица Миа Лей Ву изменилось от удивленного и ошарашенного... на улыбчивое.

— Я поняла! Не могу же я враждовать со своим собственным мужем, но я буду поддерживать и защищать тебя, чтобы тебя не убили. Поругайся с ним так сильно, как хочешь!

Она громко хлопнула меня по спине.

Было довольно больно, но это помогло.

— Тогда я пошел, — взяв тарелку двумя руками, я вышел из кухонной комнаты.

Ай Фа с точно такой же тарелкой последовала за мной.

— Подожди, не иди один. Если кучка этих бугаев внезапно разозлится, что будешь делать? Ты не сможешь защитить себя, поэтому не действуй самостоятельно.

— Я собираюсь спорить с ними, а не драться.

— Если они неожиданно ударят тебя, ты думаешь, сможешь уйти невредимым?

— Ну, тогда…Наверное, я умру.

— В таком случае... — Ай Фа наклонилась ближе и сказала. — Не отходи от меня.

Если в следующей жизни я перерожусь принцессой, думаю, я справлюсь с этой ролью. Лицо Ай Фа казалось храбрым и надежным, прямо как у принца.

"А может, я уже переродился."

Эта вторая жизнь была не так уж плоха. Одна мысль об этом заставляла меня почувствовать себя действительно счастливым.

- Простите за ожидание, вот главное блюдо.

Мы с Ай Фа бок о бок вошли в главный зал. Донда Ву и Дан Лутим сидели на почетном месте.

Справа от них сидели Каслан Лутим, Джиза Ву, Дарум Ву и Лудо Ву. Следом были Лала Ву и Рими Ву.

Слева от них сидели Эма Мин, Дитто Мин Ву, Сати Лей Ву. Дальше шли три пустых места для тех, кто должен был заниматься домашним очагом. Кота Ву лежал в колыбели позади Сати Лей Ву и оживленно агукал. Кроме ребенка, одиннадцать пар глаз приветствовали нас. Какие-то сверкали от предвкушения, другие выглядели недовольными, а остальные проявляли внешнее равнодушие.

Провожаемые всеми этими взглядами, мы направились к почетному месту. Я преподнес большое блюдо двум главам домов, а Ай Фа подала свою тарелку двум наследникам. Они сразу опустили глаза на содержимое...

Глаза Донды Ву ярко полыхнули, а Дан Лутим громогласно поинтересовался:

— Это что, черт возьми, такое?!

Часть 3

— Это жареное мясо гибы.

К счастью, он не ударил меня. Он просто смотрел на меня свирепым взглядом и злостно рычал.

Остальные три девушки также проследовали за нами и начали накрывать на стол перед сидящими справа. По залу пронеслись тихие перешептывания.

— Ах! — широко раскрыла глаза Эма Мин, которую я встретил впервые.

Каслан Лутим остался вежливо невозмутим.

Я не подал ничего особенного. Но даже так, это вызвало много шума... вероятно из-за определенного ингредиента. С одного взгляда было понятно, что я использовал "мясо с торса".

Яркий огонь горел в глазах Донды Ву.

Толстые вены появились на лысине Дана Лутима, а его пухлые губы дрожали.

— Донда Ву! Что происходит! Объясни мне! — он широко открыл рот, рыча во второй раз. Затем он медленно повернулся к нам. — Это... Это же мясо гибы... с туловища!

Как и ожидалось, дом Лутим тоже ел только мясо с бедер. Такой результат был в точности предсказан Миа Лей Ву.

— ... Похоже на то, — ответил Донда Ву низким голосом.

В нем слышались плохо скрываемая мрачная ярость и возбуждение.

У меня моментально задрожали поджилки от страха.

— Похоже на то?! Что ты имеешь в виду?! Это предсвадебное празднество старшего сына дома Лутим! Чего ты пытаешься добиться, подавая мне отбросы для мунто! Родство между кланом Ву и домом Лутим сильнее, чем с любым других родственным домом...!

— Я ничего не знал об этом.

Одного скрытого смысла этих слов было достаточно, чтобы Дан Лутим забрал назад свои обвинения.

Будто глядя на что-то невероятное, он уставился на Донду Ву с большими круглыми глазами.

— Ничего не знал... Что ты имеешь в виду, Донда Ву?

— Клан Ву предельно серьезно относится к этому празднику. Я лишь назначил этого мальчишку хранителем домашнего очага. О дальнейшем я не имею понятия.

Услышав ответ Донды Ву, Дан Лутим резко повернулся ко мне.

Его движение было таким стремительным, что его щеки немного покачнулись.

— Хранитель домашнего очага! Глава клана Ву оказал тебе великую честь... и ты все равно подал нам отбросы для мунто?!

— Это не отбросы. Это "стейк из гибы". Я приготовил мясо из трех частей тела: ребрышек, лопаток и бедер.

Пока я объяснял, Миа Лей Ву и Вена направились в кухонную комнату за остальными тарелками. Рейна скрылась далеко в коридоре, чтобы привести Джибу Ву.

И...

Перед каждым были поставлены большие, исходящие паром тарелки.

Как я объявил ранее, это был "бифштекс из гибы".

Поскольку они придавали слишком большое значение жёсткости, мне было необходимо подобрать подходящее блюдо... и я остановил свой выбор на стейке.

Конечно, это было не единственной причиной, почему я выбрал именно это блюдо. Однако, говоря о самом обычном мясном блюде, ребрышки сами собой приходят на ум. Я не использовал никаких особых методов готовки и просто аккуратно пожарил их.

У каждого на тарелке были внушительные ребрышки с большим количеством мяса.

Разумеется, было вполне очевидно, с какой части животного это мяса.

— Это... отбросы для мунто... — губы Дана Лутима снова начали дрожать.

Для человека, родившегося не в Морихене, ребрышки — вполне себе аппетитное блюдо.

Да и стейки из лопаток и бедер не сильно отличались от них визуально — каждый толщиной не менее 2.5см, добротная порция. Обработка бифштексов такой толщины требует соответствующего количества усилий.

Начиная с этапа подготовки ингредиентов: во многих частях было много жил и сначала мне нужно было их тщательно вырезать. Количество нежирного мяса на бедре было больше, поэтому я волновался, что оно будет слишком жестким после обжарки. Поэтому я отбил его чистой бутылкой, чтоб разрушить структуру.

Затем я посыпал солью и листьями пико с одной стороны стейка и, дав ему настояться 10 минут, закончил с подготовительным этапом.

После этого я бросил немного жира в предварительно разогретый котелок и, обмазав им дно, я выложил на него стейк приправленной стороной вниз.

Когда прожаренная поверхность приобрела золотисто-коричневый цвет, я переложил стейк в соседний котелок, стоящий на слабом огне.

В зависимости от силы огня, красный мясной сок вытекает через минуту или две, что является сигналом для переворачивания.

Я хорошо запомнил все эти этапы, потому что в «Тсурумии» подавали мясной сет с говяжьим стейком за 800 йен. Однако на этот раз я готовил не говядину, а гибу. Я немного волновался, что середина не прожарится как следует. Ай Фа тоже сказала, что "наполовину приготовленное мясо ничего не стоит".

Обычно я продолжал жарить говяжий стейк на слабом огне, пока он не будет готов. Но сейчас я должен был вернуть стейк обратно в котелок на сильном огне. Так как мне требовалось именно "прожаренное" мясо, а не "слабой" или "средней" прожарки, то делать это на слабом огне заняло бы слишком много времени. "Прожаренный" стейк сам по себе не слишком сочный, но если еще и жарить его в течение долгого времени, то можно пересушить.

Таким образом, я приготовил и другую сторону тоже на сильном огне и в последний момент добавил фруктового вина, подержав немного на пару. Жар должен был пропитать весь бифштекс, поэтому я выбрал тот же способ, который использовал для обработки бифштекса.

Когда алкоголь полностью испарился, я снял крышку. Другая сторона тоже приобрела золотисто-коричневый оттенок, и я поместил мясо обратно в котелок на слабом огне.

Через некоторое время с обжаренный поверхности испаряется лишний сок и блюдо можно подавать.

... Таким образом, метод готовки был определен.

После этого было повторение экспериментов, чтобы определиться с толщиной, при которой этот метод принесет наилучшие результаты.

Если мясо будет слишком толстым, то готовка середины бифштекса займет много времени. Сок будет медленно вытекать, и мясо станет слишком сухим.

Но если стейк будет слишком тонким, то блюдо не будет ничем отличаться от жареного мяса, которое обычно подают в клане Ву.

Результаты экспериментов показали, что толщина должна быть 2,5см.

Довольно толсто для стейка. В конце готовки мясо должно быть довольно жестким на укус, что не является проблемой для жителей Морихена, которые привыкли жевать вяленое мясо. Ай Фа это подтвердила. Это был стейк из гибы, который бросал вызов предельной толщине стейка.

Я принял решение разрешить спор с Дондой Ву именно этим блюдом... но прежде мне нужно было разобраться с главой дома Лутим, который был еще более груб, чем Донда Ву.

— ... Только падальщики мунто и те хиляки, которые не могут охотиться, будут есть это мясо! — зарычал Дан Лутим. Он перевел свой взгляд на Ай Фа. — Ай Фа из дома Фа! Клыки и рога, что висят на твоей шее — это просто украшения?! Ты истребила столько гиб, но тебе все равно нужно отнимать у мунто их корм?!

Довольно пугающее выражение приобрело круглое лицо Дана Лутима.

Если бы у него был на поясе клинок, его пальцы непременно были бы на рукоятке.

— Нет, это невозможно... Значит, вы насмехаетесь над моим домом?! Вы думаете, что отбросы для мунто — это подходящая еда для моего дома?!

— Члены дома Лутим, жители Морихена, мы с Асутой не собирались ни над кем насмехаться. Глава дома Лутим, вы не могли бы успокоиться?

В контраст его крикам, голос Ай Фа, наоборот, был очень спокойным.

Ее голубые глаза сияли льдом сильнее, чем обычно.

— У меня есть к вам вопрос, глава дома Лутим. Вы думаете, что есть торс гибы - это проявление слабости? Вы поэтому так разволновались?

— Разве это не очевидно? Нам, охотникам, достаточно мяса с бедер, чтобы хорошо делать нашу работу! Охотник, которому необходимо есть торс гибы, чтобы выжить, это слабый охотник!

— Как я и ожидала.

Пока голос Дана Лутима становился все более и более возбужденным, голос Ай Фа становился ледянее.

Им уже можно было резать, как стальным клинком.

— В таком случае, клан Ву и дом Лутим расходятся во мнениях с домом Фа. Это было неразумно с нашей стороны, и я извиняюсь... Клан Ву и дом Лутим полны ресурсов и мощи, дому Фа не сравниться с вами. — Ай Фа посмотрела прямо в разгневанное лицо Дана Лутима и продолжила. — …Когда я была маленькой, было время, когда мой отец Гилл повредил свою ногу и не мог охотиться. Наши запасы клыков и рогов быстро подошли к концу, и мы могли есть только вяленое мясо, запас которого тоже быстро иссяк. И тогда я, как сумела, поставила в лесу свою ловушку. В нее попалась молодая гиба, и мы с моей матерью Мэй принесли ее домой.

Например... когда я была маленькой, было время, когда мой отец Гилл повредил свою ногу и не мог охотиться. Наши клыки и рога быстро закончились и мы могли есть только вяленое мясо, пока оно не закончится. В тот раз молодая гиба попала в низкокачественную ловушку, установленную мной, потому я со своей матерью Мэй принесли эту маленькую гибу домой.

Ай Фа редко говорила о своих родителях.

Пока я слушал, затаив дыхание, она продолжала рассказывать тихим, но решительным голосом:

— В то время моя мать готовила не только мясо бедер, она так же отрезала мясо с филейной части и жарила его для нас. Вы сказали, что мы "отнимаем у мунто их корм"…но жизнь никогда не бывает легкой.

— ... Вот именно. Есть такие, кто ест торс и даже голову гибы, но жители Морихена не могут себе позволять такое проявление слабости!

— Я понимаю. Наша семья попала в такое отчаянное положение потому, что моей отец ослаб. Я знала, как отец тогда страдал, ведь слабость — это грех для охотника.

Ай Фа сделала короткую паузу.

А затем... она поступила так, как я совсем не ожидал. Я думал, что она придет в ярость, как Дан Лутим, но вместо этого уголки ее губ растянулись в улыбке.

— Глава дома Лутим, вы оставляете неиспользованную часть туши гибы в лесу, потому что она для вас ничего не стоит. Но вы уже выполнили свой охотничий долг, поэтому нет ничего постыдного в том, чтобы есть это мясо. Оно очень вкусное и подходит для такого радостного события. Вот почему мы сегодня подали его для всех.

— Ты говоришь, что это мясо очень вкусное и подходит для радостного события...?

Прежде, чем этот крепкий лысый мужчина начал кричать, его сын спокойно произнес:

— Отец, что бы нам ни подали, эта еда отражает гостеприимство клана Ву. Позорить ее означает идти против традиций Морихена. Будь это отбросы для мунто или крысиные кишки, хранитель очага отведает это блюдо вместе с нами. Нам следует ценить лесную благодать.

— Но Каслан...

— Если ты считаешь, что кто-то в чем-то виноват, пожалуйста, вырази свое недовольство хотя бы после того, как попробуешь.

Его голос был спокойным от начала до конца, но он держал голову опущенной, как будто скрывал эмоции в своих голубых глазах.

Кстати говоря, когда я был хранителем домашнего очага в прошлый раз, Донда Ву не выражал свое недовольство, пока не закончил ужин. Он начал кричать только тогда, когда покончил со своей едой, громогласно обзывая ее ядом, разрушающим его душу.

Кое-кто однажды сказал мне, что хранить домашний очаг — это равносильно принятию ответственности за жизнь других людей.

И раз уж я был единственным хранителем очага, то никто не мог жаловаться, какую бы еду я ни решил подать на ужин.

Но если она хоть как-то опорочит жизнь и душу ужинающих... значит, я не оправдал возложенного на меня доверия и должен быть наказан.

Если кто-то опорочит душу его невесты, что сделает этот справедливый юноша? Меня бросало в пот от одних этих мыслей.

— Простите, что вам пришлось так долго меня ждать...

В этот момент послышался хриплый голос старушки.

Как и в тот вечер, бабушка Джиба вошла в зал в сопровождении Рейны Ву.

Хотя Дан Лутим еще не оправился от потрясения, и его лицо было красным, как у вареного осьминога, он все равно взялся правой рукой за левое плечо и поклонился. Эма Мин сделала то же самое, но с левой рукой на правом плече.

— Ну что ж, начнем празднество! Займите все свои места, - объявил Донда Ву сердитым и серьезным голосом.

Часть 4

— ... Мы выражаем благодарность за лесную благодать... — снова раздался голос Донды Ву.

Хоть это и был праздник, но никто не стал произносить никаких пафосных речей, и все просто принялись за еду, как и обычно.

...Мы отдаём должное хранителям очага Миа Лей, Вене, Рейне, Ай Фа и Асуте. Благодаря им наши жизни сегодня смогут продлиться...

Все повторили то же самое, но Дан Лутим сделал это с таким видом, будто был готов вот-вот взорваться от злости. Мы не в силах были успокоить его гнев словами. Чтобы дать ему узнать ценность этого мяса, мы могли только съесть его. В сегодняшнем меню были: "гиба-стейк", "суп из гибы" и "жареный пойтан".

Стейков было три вида: рибай, с бедра и лопатки.

Мы уменьшили количество мяса в супе и добавили туда три вида овощей (включая арию). Повторяя форму подачи с прошлого раза, мы сложили весь пойтан на три больших блюда высокими горками. Теперь он больше напоминал не жареные оладушки, а горячие пирожки. Каждый такой "пирожок" был слеплен из двух пойтанов и был равноценен дневной норме рациона. Мужчины могли запросто умять од двух до четырех за один заход.

"Давайте, налетайте..."

Меня беспокоила реакция окружающих, но я должен был подать им пример.

Я начал с ребрышка.

Я взял длинную вилку, предназначенную для готовки, воткнул ее в еще теплое мясо и, держа косточку другой рукой, откусил.

Стейк был "хорошо прожаренным", а поэтому не чрезмерно сочным. Лишний жир почти весь вышел при готовке.

Тем не менее, на самих ребрышках жирок оставался, поэтому они остались сочными даже после долгой прожарки. Если бы мне нужно было сравнить его со свининой, то это было похоже на корейский самгёпсаль[1]. Только более толстыми ломтиками, что позволило сохранить сильный вкус. Само мясо было немного жестким, в то время как жирок — нежным. Когда я взял его в рот, то моментально почувствовал текстуру и укус ощущался замечательным. Я люблю свиные ребрышки, поэтому остался доволен результатом.

Я откусил пойтан, чтобы дать отдохнуть своим вкусовым рецепторам, а потом накинуться на следующее блюдо - жареные лопатки.

Они тоже были с жирком. Но этот кусок мяса был значительно толще, в отличие от ребрышек, поэтому на него требовалось больше укусов.

Я откусил, прожевал и почувствовал, как по моему рту распространился освежающий вкус мяса. Несмотря на значительное время прожарки, количества жира в мясе позволило ему остаться сочным и не пересохнуть.

"Мясо! Мясное мясо!" — Вот какое было ощущение от этого.

Если бы мой аппетит настолько не разгорелся, то его внешний вид, наверное, отпугнул бы меня.

Но я все равно чувствовал, что это мясо получилось очень вкусным... хотя моя челюсть уже начала уставать.

Затем я с удовольствием насладился супом из гибы, который подала мне Миа Лей Ву.

Два ингредиента, которые она выбрала для меня: листья тино и пула — были добавлены в суп.

Я уже пробовал его на вкус. Листья тино представляли собой подобие бутонов роз, сделанных из салата-латука. У них был слабый травяной привкус, но он был еле заметен, и в основном они дополняли суп именно своей текстурой, которая была ближе к капусте, чем к салату. Поварившись, они становились мягкими и нежными, но впитывали суп и его замечательный вкус. В общем, овощ ничем не уступал лукоподобной арии.

У пулы же, с другой стороны, привкус был горьковатым.

Внешне она напоминала толстый плод дерева гинкго, примерно такого же размера и с темно-зеленым оттенком.

Я сомневался, что это будет вкусно, но оказалось, что в готовом блюде ее горечь очень даже к месту. И она совсем не разварилась. Даже после тонкой нарезки она оставалась плотной и хрустящей.

Если бы мне нужно было сравнить ее уникальный вкус с ингредиентами, которые я знал, то это был бы зеленый перец. В любом случае, она улучшила вкус супа из гибы.

Со всеми этими овощами в результате получился суп с очень богатым вкусом.

Конечно, некоторые овощи плохо сочетаются друг с другом. И при плохом расчете могут запросто уничтожить вкус блюда. Но даже в этом мире, где люди не особенно заботятся о "вкусе еды", Миа Лей Ву проявила самую настоящую материнскую надежность и не подвела.

И таким образом... я попробовал большинство блюд.

Остался только "стейк из бедра".

Для меня это был соперник, с которым тяжело справиться.

Но мне все равно нужно было попробовать его.

Когда я собрался с духом и как раз собирался откусить...

…Чей-то громогласный голос разнесся по залу.

— Что... Что это?!

Это был голос человека, который полностью потерял свой здравый смысл.

И хозяином этого голоса был Дан Лутим.

Он замер, сжимая в руках ребрышки.

Его большой рот был испачкан маслом.

— Эй! Ты! Что это за мясо?!

Он уставился широко открытыми глазами на меня, сидящего на наименее почетном месте.

Эх, а я-то думал, что они начнут высказывать свое мнение только после еды.

— Я уже говорил, это ребро гибы, — все равно ответил я. А затем, как бы невзначай, бросил, — А что, с ним что-то не так?

— Угхх... — его губы, запачканные маслом, начали дрожать. — ... Восхитительно! — сказал он так громко, почти рыча, и откусил большой кусок мяса.

Он был таким напористым, что казалось, будто он хочет прожевать и кости тоже.

— Восхитительно! Это мясо очень вкусное! Но почему? Почему ребра гибы... Хоть даже это и корм для мунто?!

— Ну, как видите, не совсем. В моей стране есть животное, похожее на гибу, и мы готовим все части его тела.

— Н-но у туловища гибы такая сильная вонь и оно противное на вкус...!

— Это потому, что вы до сих пор не знаете правильный способ их забоя... Или скорее, вам этот способ не довелось узнать. Потому что жители Морихена охотятся на гиб, главным образом, не столько ради их мяса.

Я представить себе не мог, что мне придется объяснять это во время еды. Но моя челюсть все равно начала уставать от жевания, поэтому это был хороший шанс передохнуть.

— Я слышал, что гибы - страшные и опасные звери. Даже если охотиться на 50 гиб каждый день, их количество не уменьшится. Чтобы защитить земли западного королевства, жители Морихена должны рисковать своими жизнями, продолжая охоту... таким образом, мяса всегда будет вдоволь. Вот почему жители Морихена считают правильное обращение с тушей гибы лишней морокой и бросают ее на съедение мунто. Эта привычка сформировалась у вас сама собой... Тем не менее, все части этого животного очень вкусные, вот почему я приготовил эти блюда в надежде, что вы поймете это.

Дан Лутим вел себя, как лунатик — слушал меня с пустым выражением лица и откусывал большие куски мяса.

Донда Ву рядом с ним, похоже, совсем меня не слушал и спокойно жевал свой стейк.

Все отреагировали по-разному.

Рими смотрела на меня, откусывая маленькие кусочки. Джиза Ву переводил свой сильно прищуренный взгляд то на меня, то на главу клана. Рейна, которая помогала бабушке Джибе, тепло смотрела на меня. Остальные женщины игнорировали шокированного Дана Лутима и гармонично наслаждались своим ужином.

Упоминания заслуживали реакции Каслана Лутима и Эмы Мин.

Пока они тихо ели, их взгляды время от времени встречались, и они улыбались друг другу. Эта атмосфера принесла мне мысль: "замечательно, что вы оба выглядите такими счастливыми".

И, наконец, Ай Фа...

Она откусывала свое мясо, осторожно наблюдая за Дондой Ву.

— ...Глава дома Лутим, Дан Лутим, вы уже попробовали стейк из бедра?

Монолог с самим собой в тихом зале заставлял меня ощущать себя глупо, поэтому я попытался поднять тему.

— Я ем его сейчас, очень даже неплохо, — сказал глава дома Лутим и кивнул.

Его гладкая голова и пивной живот делали его похожим на огромного ребенка - спокойно подумал я про себя.

— У стейк из бедра нет никакого зловония по той же самой причине. Большинство противного запаха из мяса можно убрать правильным кровопусканием, а потом приготовить из него очень вкусную еду. И моя сегодняшняя цель — донести до всех вас, что остальные части гибы тоже годятся в пищу.

— Очень вкусно! Это правда очень вкусно! Мне нравится это мясо на кости! Но и мясо с бедра тоже вкусное!

Его отношение и поведение резко изменились.

Я немного смущался от его искренней похвалы.

— Если в доме недостаточно мужчин, они не в силах принести большую гибу домой, поэтому довольствуются бедром. Если приносят гибу целиком, чтобы потом снять с нее снять шкуру, как это делает клан Ву, то тоже забирают лишь мясо с бедра, а к остальному относятся, как к корму для мунто. Я считаю это расточительством.

— Мы тоже иногда приносим гибу целиком! Но... но потом мы избавляемся от туши, отдавая нечто настолько вкусное на съедение мунто…!

Он был слишком прямолинейным, и мне было тяжело поддерживать разговор.

— Таким образом, если вы научитесь кровопусканию и верному способу разделки, то сможете есть это вкуснейшее мясо хоть каждый день. Это не сложно, ведь даже мальчишка, вроде меня, может с этим справиться.

— И зачем нам нужна вся эта морока? — прервал меня кто-то.

Наконец, заговорил Донда Ву.

Он уже покончил со всем мясом на своей тарелке за такой короткий промежуток времени.

А я ведь всего лишь откусил несколько кусочков!

— Наша задача – отбирать у гиб их жизни. Охотникам ни к чему тратить так много усилий на то, что не является необходимым для выживания.

Его голос был довольно сдержанным.

Тот факт, что этот мужчина говорил так спокойно, меня удивил...

Оглядевшись, я понял, что все остальные присутствующие в зале люди тоже потрясены.

Рими и Лудо все еще неистово жевали свою еду, но остальные прервались.

Настолько он всех удивил.

А значит...

Это был решающий момент.

— ... Если это только для выживания, то действительно.

У меня по спине градом катился пот.

В этот раз просто улучшить вкус блюд было недостаточно.

Нужно было "словами" убедить этого мужчину признать мою готовку и остаться довольным.

Если честно, это было слишком трудно для простого начинающего повара.

Но я должен был закончить то, что начал — ради Ай Фа, стоящей рядом со мной с горящим взглядом.

— Если мы будем только есть и спать, то ничем не будем отличаться от животных... Не хочу никого оскорбить. В конце концов, ведь люди Морихена не только едят и спят. Все усердно работают и помогают друг другу, чтобы выжить и найти счастье в своей повседневной жизни.  Этот образ жизни, возможно, немного отличается от жизни в стране, где я родился, но в своей основе такой же... Вот, что я чувствую.

— Хмм, о чем ты там болтаешь, мальчишка? Ты наплел своим острым языком моей семье с три короба, а теперь пытаешься обдурить меня?

— У меня не такой уж острый язык. Если честно, у меня вообще закончились слова. И я никого не пытаюсь обдурить.

Я окинул взглядом зал.

Двенадцать членов клана Ву.

Два члена дома Лутим и дочь из дома Мин.

Ай Фа.

Кроме нее, все остальные, казалось, сомневались и не были уверены в том, что я пытался сделать.

Я сам вызвался на этот бой.

А теперь, придя к пониманию, собираюсь принести ему свои извинения.

— Я не дурачил вашу семью. Я просто надеюсь, что они смогут искренне порадоваться, попробовав вкусную еду. Когда я делал это в первый раз, то собирался помочь Джибе Ву. Но Рими похвалила мою готовку, поэтому я захотел, чтобы весь род Ву тоже насладился вкусной едой... такая самонадеянность появилась в моих мыслях.

— ......

— В результате я получил благословения от многих людей, что сделало меня весьма счастливым. Тем не менее... я расстроился из-за тех, кого не смог порадовать. Особенно из-за вас, Донда Ву. Вы унизили мою еду, с чем я не смог смириться. Я попросил вас разрешить мне управлять домашним очагом еще раз, потому что захотел реванша.

— Я знаю, что ты пытаешься сказать, поэтому нет необходимости продолжать хныкать об этом.

— Нет, даже если так, уж потерпите мое хныканье. То, что я собираюсь сказать, не так уж и сложно, но я могу, наконец, высказать свои истинные мысли.

Сказав это, я сменил позу, переместившись на колени, и глубоко склонил голову:

— Такой неопытный повар, как я, на самом деле заставил главу клана Ву Донду Ву употребить яд, разрушающий душу охотника. Я хочу еще раз принести извинения за это.

Часть 5

— Что за фокусы?! — эхом разнесся по залу низкий голос Донды Ву.

— Это не фокусы. Я сказал то же самое три дня назад, но я повторю это снова сегодня более искренне.

Я поднял голову и посмотрел на Донду Ву:

— Для охотников моя готовка действительно будет ядом. Старший сын клана Ву, Джиза Ву, сказал мне это.

Джиза Ву удивленно повернул голову на меня.

Видимо, мне удалось достигнуть некоторого уважения, поскольку я сумел заставить этого мужчину волноваться.

— Как он и сказал, в тот вечер  я подал "яд" для охотников... Впрочем, слово "яд" — это явное преувеличение. То, что "могло бы стать ядом" — я бы лучше выразился именно так.

— Асута, подожди. О чем ты говоришь? Что я такого сказал тебе?

— Ты не помнишь? Если есть это нежное мясо каждый день, то зубы со временем потеряют свою силу и медленно выпадут. Наверное, в этом ты прав.

— Что?! Я стану беззубой, как бабушка Джиба? — резко застыла на месте Рими.

Я мягко улыбнулся ей и ответил:

— Нет, если это будет раз или два, то ничего страшного. Даже если это будет сто или двести раз, с тобой все будет хорошо. Да и после тысяч или двух тысяч тоже.

— Уфф! Тогда нет проблем! Это здорово... — Рими облегченно вздохнула.

Что мужчины в полном расцвете сил, что семилетняя девочка — все здесь ведут себя открыто и простодушно.

Кстати, этот лысый старик, который регрессировал до ребенка, откусывал куски мяса и кивал, соглашаясь... Те мои мини-бифштексы он не пробовал, так что не мог иметь ни малейшего понятия, о чем тут вообще идет речь.

В любом случае, я продолжил разговаривать с Рими:

— Хмм, не нужно беспокоиться... Но, Рими Ву, ты помнишь, что ты сказала три дня назад? Ты сказала, что теперь каждый день хочешь есть только бифштексы, верно?

— Да! Потому что они вкусные!

Я украдкой взглянул на Донду Ву.

Глава клана Ву все еще сверлил меня взглядом с бушующим в глазах огнем.

... Этот старик рядом с Дондой Ву продолжал кивать головой. Почему-то это выводило меня из себя.

— Рими Ву, это не дело. Если ты будешь есть мягкие котлеты каждый день, то твои зубы ослабнут. Или когда-нибудь ты родишь ребенка со слабыми зубами. Если твой будущий ребенок продолжит есть бифштексы весь день, то и его ребенок тоже родится со слабыми зубами... Цикл продолжится. Именно это и произошло с жителями моей страны.

Я добавил немного лукавства в свои смутные воспоминания.

— Позвольте мне признаться. Для меня полностью мясное блюдо - это провал... Мне тяжело его есть.

Все уставились на меня, широко открыв глаза.

...Кроме мужчин из клана Ву, исключая Лудо.

— Мясо слишком жесткое и мои зубы с ним не справляются. Мне нравятся и ребрышки, и все остальное, но стейки — слишком жесткая еда для меня. Вот если бы уменьшить их толщину вполовину, то это было бы для меня в самый раз.

— Ты врешь! Мясо с бедра не такое уж и жесткое! Я спокойно могу его жевать!

— В таком случае, можешь съесть мою долю, Рими? Я еще не притрагивался к ней... Я правда не смогу съесть ее.

Я опять посмотрел на Донду — он продолжал сохранять невозмутимое молчание.

Это был первый решающий момент.

— Я слишком слаб, чтобы стать охотником. В моей стране есть особые виды физической активности, эмм… это что-то вроде битвы понарошку. Мужчины не используют мечи и щиты, а соревнуются с помощью бит и мячей. Они зарабатывают себе на жизнь, побеждая в этом соревновании.

Вряд ли они вообще поняли, о чем я, но я постарался хоть как-то донести до них свои мысли.

Разумеется, я только что описал "профессиональных бейсболистов".

— Когда мужчины махают битами и бросают мячи, они используют всю свою силу. Я слышал, что некоторые так сильно стискивают зубы, что они отламываются или трескаются. И потому, они засовывают в рот довольно прочную пломбу и прикусывают ее.

Я описывал каппу.

На самом деле, я в этом совершенно не разбирался. Но я часто слышал от отца такие интересные подробности, когда ему хотелось иной раз блеснуть перед сыном своими знаниями.

Зубы важны. Не только для бейсболистов, но и для боксеров... и вообще, много для кого.

— Есть и другое соревнование, более прямое, в котором два участника бьют друг друга кулаками. Чтобы защитить свои зубы, они так же засовывают в рот прочные пломбы — они помогают компенсировать и легче переносить тяжелые удары. С силой сжимая такую пломбу зубами можно дольше продолжать бой.

Все немного нерешительно продолжали ужинать, слушая меня с обеспокоенными лицами.

Донда Ву продолжал сохранять невозмутимость.

— И поэтому "укусить что-либо" и "приложить все возможные усилия" очень тесно связаны между собой. На самом деле, питательная ценность еды тоже влияет на прочность зубов, поэтому, возможно, "слабость зубов" - это не слишком верное описание. Тем не менее, если продолжать есть мягкую пищу, то корни зубов, мощность укуса и сила челюсти станут определенно слабее. Вот почему я подумал о том, что сказали Донда Ву и Джиза Ву... мягкая пища — это яд, разрушающий душу охотника. Из-за такой пищи сначала зубы потеряют силу и выпадут, а потом ослабнет и сам человек. Я думал о смысле этих слов.

— ......

— И конечно, Донда Ву и остальные не вкладывали в это такой большой смысл. Лала тоже упоминала, что ненавидит мягкое мясо, так что это может быть просто личным предпочтением. Однако... если Донда Ву принял бы мою готовку и одарил бы ее похвалой, что случилось бы? Я стал думать и об этом тоже.

То, что я собирался сказать, было не смутными воспоминаниями моего сознания и не ложью.

Это были мои искренние мысли.

Мое признание без единой капли вранья.

Я должен был подумать об этом полмесяца назад, прежде чем готовить еду для клана Ву.

— Я использовал в своей готовке технику, которой не существует в Морихене. Благодаря этому многие люди похвалили мои блюда. Но если бы все приняли мою еду безоговорочно... Наверное, они действительно стали бы есть мясные котлеты каждый день. Даже мысль об этом вызывает у меня озноб.

Эта мысль сидела в моей голове уже довольно долгое время.

Ай Фа слишком сильно увлеклась бифштексами.

С одной стороны, я не мог этому не радоваться, но с другой — не мог и не беспокоиться.

Помимо бифштексов она ела еще и жесткое вяленое мясо, поэтому ее челюсть не должна очень быстро ослабнуть.

Но даже так, постоянные мысли о бифштексе — это плохо.

Если бы моя готовка начала отнимать у Ай Фа ее жизненные силы… я бы лучше пошел и повесился. То же самое относится и к членам клана Ву.

Судьба привела меня из другого мира к знакомству с ними, поэтому я ощутил сильный порыв донести им эти мысли.

И в таких обстоятельствах я стал свидетелем той сцены три дня назад...

Мужчины решительно отправлялись в лес на охоту... когда я увидел, сколько дикой энергии в их телах, я уверился в одном — для людей этого мира моя готовка может стать ядом.

— Мой следующий пример — то, что когда-то происходило в моей родной стране: если подарить вино клану, который понятия не имеет, что это такое, то со временем больше его половины станет алкоголиками. Такое на самом деле случалось. Я не уверен, что моя готовка настолько же сильная, но я все равно боюсь. Боюсь того, что моя еда может негативно сказаться на остальных.

Удалось ли донести до всех мои мысли?

Такие длинные тирады — совсем не мое, поэтому пора было перейти к главному…

— Вот почему я хочу поделиться своими знаниями со всеми здесь. Мягким мясом нельзя злоупотреблять. У гибы есть множество вкусных частей и помимо ног, и это вовсе не отбросы для мунто. Не требуется много усилий, чтобы сделать еду по-настоящему вкусной. Я надеюсь, что вы все сохраните эти небольшие советы в своей памяти и со временем поймете радость от наслаждения вкусной едой.

Как оказалось, Ай Фа уже закончила со своей порцией, я даже заметить не успел когда. Теперь она смотрела вовсе не на Донду Ву — она смотрела на меня. И я чувствовал, что ее глаза наполнились теплым светом.

— Ну что ж, мне пора открыть главный секрет сегодняшнего вечера. На самом деле, единственное блюдо, которое сделано лично мной — это бифштекс, который прямо сейчас ест Джиба Ву.

— Что?! — закричал Дан Лутим.

За исключением нескольких избранных, большинство собравшихся в зале людей начали перешептываться друг с другом.

— Пойтан приготовлен Рейной Ву, Миа Лей Ву приготовила суп, а мясо пожарено Веной. Я только обучил их способу готовки. Немного мясо сгорело, но все хорошо, поскольку я это предусмотрел. Я считаю, что эта еда приготовлена идеально.

Все завертели головами, и многие взгляды остановились на Вене Ву.

Это были взгляды похвалы, но Вена Ву прикрыла лицо своей длинной челкой, и я чувствовал, что прямо сейчас она смотрит на меня.

— Это блюдо требует только обжарки мяса и это очень просто. Но я потратил много времени, чтобы вычислить идеальную температуру и толщину стейка. Найдя ответ, я поделился им со всеми. Это не требует так много усилий, как приготовление мясного фарша для котлет. Вам не потребуется жертвовать своим временем, чтобы готовить эту еду.

Я почувствовал на себе чей-то теплый взгляд.

Такие вещи, как взгляды — неуловимы, но почему-то всегда чувствуются. Решив слишком много об этом не думать, я вдруг заметил, что… Бабуля Джиба Ву, сидящая рядом с Дондой Ву, смотрит на меня.

Моя речь подошла к концу.

— В этот раз я попытался обдумать меню, подходящее для клана охотников... жителей Морихена. Даже без меня, это восхитительное блюдо может быть легко приготовлено, если вся семья станет работать вместе. Я надеюсь, что это укрепит ваши семейные узы в клане Ву. И таким образом, даже такой чужак, как я, может стать для Морихена лекарством, а не ядом… С этой мыслью в голове я усердно трудился все эти десять дней, испытывая способы обжарки вкуснейшего мяса.

Я сел на колени и глубоко поклонился:

— То, что я не отвечаю за вкус собственного блюда — позор для повара. В каком-то смысле, этот результат — провал. Однако я искренне считаю, что эти блюда идеально подходят для того, чтобы вся семья наслаждалась ими вместе. С этой точки зрения я горд результатом. Я надеюсь, что это блюдо станет для всех вас лекарством… И я извиняюсь за то, что так долго болтаю во время такого важного празднества. Пожалуйста, наслаждайтесь своей едой.

Финал

Я провел еще одну ночь в пустом доме, расположенном в поселке клана Ву.

Три гостя из дома Лутим должны были разместиться в доме племянника Донды Ву, с которым они были достаточно близки, чтобы остановиться у него на ночь.

Но вечеринка в главном доме Ву еще не закончилась.

После ужина все члены семьи Ву, кроме незамужних женщин, продолжили пить и веселиться вместе с гостями.

Прибравшись после застолья, мы с Ай Фа и Рими зашли к бабуле Джибе попрощаться, а затем наконец-то смогли отправиться отдохнуть.

Не успел я зайти в отведенную нам комнату, как сразу же растянулся на полу возле входа.

— Ооооох! Я так долго говорил, что у меня не только челюсти устали, но еще и язык! Я не смогу больше произнести ни слова сегодня!

— …Раз так, то прекрати так громко разговаривать сам с собой... это нелогично…

Я обернулся к Ай Фа. Моя драгоценная хозяйка по привычке села у стены, скрестив ноги и подняв одно колено. Выражение ее лица при этом почему-то было мрачным.

— В чем дело? Тебя волнует то, что Донда Ву до сих пор не высказал свое мнение?

— ......

— Да все будет хорошо! Если бы он не признал мою готовку, он бы сказал нам об этом сразу. И гости из дома Лутим выглядели довольными, поэтому нет причины волноваться.

— ... Я не об этом думаю.

И во время застолья, и в комнате у бабушки Джибы, она выглядела абсолютно спокойной. Но сейчас вдруг стала молчаливой и хмурилась.

Мне очень не нравилось видеть ее такой.

— О чем ты тогда так напряженно думаешь? Не держи это в себе, можешь сказать мне все, что угодно, — сказал я и подполз к ней поближе.

Будь она в своем обычном расположении духа, непременно бы осадила меня: "Не веди себя так мерзко!"

Но она вообще никак не отреагировала.

Я почувствовал себя идиотом.

Впрочем, я не думаю, что это чувство было таким уж неправильным.

— Асута, ты...

— Хмм?

— Ты собираешься покинуть Морихен? — внезапно спросила Ай Фа.

Я серьезно удивился.

— С чего вдруг тебе это пришло в голову? Я ничего не понимаю.

— То, что ты говорил во время праздника, звучало как прощальная речь. Ты хочешь оставить после себя лекарство, а не яд до того, как уйдешь... для меня это звучало именно так.

Тусклое пламя свечи осветило половину лица Ай Фа, когда она медленно посмотрела в мою сторону.

— Я права?

— Не совсем... Но что-то вроде того.

Было некрасиво говорить лежа, поэтому я тоже сел, как и Ай Фа, скрестив ноги.

— Я тебе как-то уже говорил об этом, и с тех пор ничего не изменилось. Я не знаю, почему попал в этот мир, но раз уж здесь есть люди, то я надеюсь установить со всеми теплые и дружественные отношения. Я не хочу никому вреда — наоборот, я надеюсь, что смогу как-то всем помочь. Это то, что я чувствую на самом деле.

— ......

— Но я представления не имею, как именно очутился в этом мире. Возможно, однажды меня бросит обратно… и тогда я сгорю в огне, похороненный под обломками дома. И раз уж это однажды может случиться, я хочу жить без сожалений... На самом деле, я не особо понимаю сам себя, но это то, что меня беспокоит.

— ...Ты думаешь об этом все время?

— Нет-нет, это невозможно! У меня был бы нервный срыв! Но это не то, о чем я могу просто забыть.

Ай Фа посмотрела на меня немного подавленно, а потом сказал, слегка покачав головой:

— ... Я никогда не думала об этом.

— Хмм?

— Я никогда не думала о том, что однажды ты можешь внезапно исчезнуть, — прошептала она.

Ее реакция была не холодной... она сказала это очень тихо.

— ... Потому что ты изначально не думала, что я из другого мира, верно? Тебе, должно быть, трудно представить, что кто-то может вот так просто появиться и пропасть. Да мне и самому трудно это представить.

— …...

— Но добровольно я никуда уходить не собираюсь, только если это нелепое сверхъестественное явление не заставит меня! Наоборот, это я боюсь, что ты оставишь меня одного… Вот почему, если я когда-нибудь бесследно исчезну — по божьей ли воле, или по воле дьявола — не забудь пожелать мне покоиться с миром, когда это время настанет.

Ай Фа открыла было рот, собираясь сказать: "Я…"

Но я не услышал, что она собиралась сказать дальше.

Потому что в дверь постучали.

*Тук-тук* — два стука.

Ай Фа медленно встала и подошла к двери.

— Кто там?

— ... Глава клана Ву, Донда Ву.

Он пришел.

Король демонов собственной персоной.

Я предвидел возможность того, что он придет поговорить с глазу на глаз, но все равно был удивлен тем, что он на самом деле это сделал.

Ай Фа молча сняла дверной засов и открыла дверь.

В комнату просочилась большая тень, словно в нее вошел крупный хищник.

Сказав "простите за вторжение", он начал снимать свою обувь. Я окинул взглядом его пояс и не увидел на нем клинка. Он был безоружен — вместо этого в левой руке у него была бутылка фруктового вина.

Донда Ву зашел просто поговорить по душам... наверное, стоило расценивать его визит именно так.

Его большое и тяжелое тело подошло ко мне, и он сел возле свечи, стоящей у окна.

Большие глаза Донды Ву тоскливо осмотрели комнату.

— Вы двое не пьете, так чем это тогда вы занимаетесь посреди ночи?

— Мы собирались ложиться спать.

— Хммпф.

Он зубами вытащил из бутыля пробку и сделал глоток фруктового вина.

Пил весь вечер, а теперь еще делает это и ночью. Похоже, с алкоголем он был на "ты".

Так как на его лице всегда было свирепое выражение, я не мог прочитать его чувств, но на этот раз, похоже, он был более или менее спокоен.

Пара его выразительных звериных глаз осторожно отмечала все, что происходит вокруг. В них была поразительная сила.

И он выглядел более невозмутимо, чем обычно.

Но на этот раз мы сидели слишком близко друг к другу.

Обычно он занимал почетное место, сидя там с высокомерным лицом, но теперь сидел прямо напротив, разделяя с нами свет от одной свечи. Я почувствовал, как от него исходит огромное давление.

Вернув дверной засов на место, Ай Фа села рядом, сформировав треугольник со мной и Дондой Ву в качестве его вершин.

Мы сидели так близко, что наши колени почти соприкасались.

Донда Ву подвинул бутылку к кончику носа Ай Фа и сказал:

— Пей. Выпей и поклянись... поклянись, что ты будешь говорить только свои истинные мысли.

Ай Фа молча и без колебаний глотнула фруктовое вино, а затем передала бутыль мне. Отказываться мне не полагалось, несмотря на то, что я еще несовершеннолетний… Чтобы не подавиться, я осторожно наклонил бутылку и сделал большой глоток фруктового вина.

Эх, на вкус оно оказалось сладким с небольшой кислинкой.

— ... Мальчишка, что ты замышляешь на самом деле? — начал Донда Ву. — Клан Ву не твои кровные родственники и не твои покровители. Так почему ты несешь ерунду о наших семейных связях? Что ты замышляешь?

Не важно, каким невозмутимым и спокойным он был, он все равно оставался человеческим воплощением дикого гибы. Его глаза ярко сверкали в полутьме, а от мощного тела исходило практически физически ощутимое давление.

"Ничего я не замышляю" — поразмыслив о подобном ответе, я сдержался и понял, что не могу сказать этого.

Поскольку он запретил мне врать, лучшим вариантом было искренне признаться во всем...

— Ничего не замышляю, но мной руководила одна мысль. Получить ваше признание, Донда Ву.

— ... Признание?

— Да. Не слишком важно, что за блюда я подам — мне позволено взять на себя управление домашним очагом клана Ву всего на один вечер. Не думаю, что когда-либо в обозримом будущем это случится снова. Но… если я просто подам вам вкуснейшее блюдо, сможете ли вы осознать ценность и смысл кулинарии? Я начал сомневаться в этом.

Я никогда бы не подумал, что мне придется произнести сегодня еще одну речь.

Но я рассказывал о причинах того, что мотивировало меня на сегодня, поэтому другого выбора не было.

— Скажем, я приложу кучу усилий и в поте лица сварганю блюдо такого вкуса, которого еще не видал этот мир. Но будет ли этого достаточно? Будь я владельцем ресторана, а вы моим посетителем, то все можно было бы так уладить. Но я пришел в ваш дом и начал в нем готовить потому, что вы сказали: "нет разницы, вкусная еда или нет". И что же вы скажете дальше? "Ну хорошо, это вкусно, ну и что?" На этом бы все и закончилось — и меня не устраивает такой исход.

— ......

— Вы — глава клана Ву. И если бы вы смогли наслаждаться вкусной едой вместе со своей семьей… есть блюда, которые приготовлены не каким-то там странным чужаком, а членами вашей собственной семьи… Если бы вы сами назвали их "вкусными", то я уверен, что ваша душа нашла бы настоящее успокоение и большее удовольствие, чем когда-либо раньше.

— ......

— Вот почему я приготовил три вида мяса. Это способ получить вашу признательность. Будь это только стейк, или только бифштекс — кто-то мог бы остаться недовольным. Поэтому я попытался угодить всем, создав блюда, способные соперничать с бифштексом. Я сделал это для того, чтобы все легко смогли понять, что вы и Джиба Ву имели в виду, говоря: "У всех свои предпочтения".

— Но… зачем тебе это? Чего ты этим хочешь добиться? Ради чего ты поставил свою жизнь и жизнь главы твоего дома на кон? — спросил Донда Ву низким голосом.

Я вздохнул и ответил:

— Но ведь разрыв всех связей между домами — это ваше условие, так ведь? Мы с Ай Фа более упрямые, чем вы думаете… В конце концов, нашей упертости хватило, чтобы не послушать совет бабули Джибы, которая, наверное, все это время донимала и вас тоже, верно? Если вы объявите, что разрываете с нами связи, Рими Ву и остальные точно вас никогда не простят.

Колени Донды Ву задрожали.

Этого было достаточно, чтобы я моментально ощутил себя в смертельной опасности. Но я был взбешен тем, что произошло в этот раз, и продолжил:

— Я не знаю Ваших настоящих намерений, и не хочу знать, если честно, но пожалуйста, будьте осторожны, рискуя связями со своей семьей. Вы думали, что мы с Ай Фа сбежим, когда узнаем, что вы собираетесь привлечь дом Лутим и усугубить ситуацию? Если мы потерпим неудачу, клан Ву должен будет разорвать связи с домом Фа и тогда появятся разногласия в ваших отношениях с Рими Ву и другими членами вашей семьи. Разве это не слишком серьезно? Я не прошу много думать о чужаке вроде меня, но подумайте о своей семье — разве стоит все усложнять ради простого каприза? Если вы готовы из-за этого рисковать семейными отношениями, то это попросту глупо.

— Мальчишка, ты мелкий...

— Вы можете не любить Ай Фа и меня. Но Рими Ву и Джиба Ву очень ее ценят и считают частью своей семьи. Пожалуйста, не забывайте об этом... Если вы все еще считаете себя главой клана Ву.

Я решил выложить ему то, что считал правильным.

Если бы в моих действиях была хотя бы доля сомнения или страха... вероятно, я бы обмочился, зарыдал или зарылся головой в землю.

Вот каким напряженным был взгляд Донды Ву. Он уже отбросил свое спокойствие и снова загорелся, как дикий зверь.

Я видел эти глаза три дня назад. У группы охотников, направлявшихся в лес — у каждого из них был такой же воинственный взгляд.

— Я... все еще не понимаю Морихен.

Так как его глаза, видимо, решили прожечь в моей душе дыру, я неосознанно попытался подвести итог своим мыслям.

— Вы все отличаетесь от тех людей, которых я знаю… Честно говоря, не уверен, что когда-нибудь смогу вас понять до конца. Но я все равно надеюсь стать лекарством, а не ядом. Вот, что я думаю на самом деле. Все, что я в этой жизни умею — это готовить другим людям еду… Я надеюсь, что смогу остаться верным себе и продолжать жить здесь, в Морихене.

Интересно, что за выражение появилось на лице у Ай Фа на этот раз?

Напряжение в ее взгляде было, наверное, таким же сильным, как у Донды Ву... но я не мог отвести взгляд от этого крупного мужчины, чтобы удостовериться.

— Как я уже говорил ранее, готовить семейную еду — это не задача для повара. То, что вам нужно на самом деле, это не профессиональная готовка, а спокойствие вашей души, когда вы наслаждаетесь временем, проведенным с вашей семьей… Если вы не согласны с этим моим выводом, то я верну вам все благословения, которые получил от клана Ву.

Тень... медленно поднялась.

Ай Фа стремительно встала между нами.

— ...Я спрошу тебя еще раз. Почему ты хочешь рискнуть своей жизнью ради этого?

Вероятно, его переполняла злость. Его голосу не хватало эмоций, и он звучал холодно — и эхом разнесся по комнате, как гром.

— Потому что я повар. Вы — охотник, а я — повар... Впрочем, всего лишь непрофессиональный и довольно бестолковый повар, — попытался как можно более непринужденно ответить я.

Через несколько секунд, которые для меня длились целую вечность...

Донда Ву, наконец, повернул голову ко мне и сказал:

— Я — охотник, и я не могу постигнуть мысли таких, как ты, — тихо пробубнил он себе под нос, а затем направился к выходу.

Он правой рукой поднял свою обувь, но не стал обуваться. Сняв дверной засов, он тихо сказал:

— Кстати о непостижимом, этот глупый старик из дома Лутим хотел, чтобы я передал сообщение.

— А?

Глава дома Лутим хочет, чтоб ты стал хранителем домашнего очага на свадьбе через семь дней... Похоже, у него просто помрачение разума, и дни его дома сочтены.

У меня отвисла челюсть. О чем думал этот старик?!

Пока я ошарашенно пялился на Донду Ву, к моим ногам что-то подкатилось.

Похоже, он что-то бросил мне от выхода.

Это были... Клык и рог, белые как снег, с величественными изгибами.

— Это благословения.

С этими словами крупное тело Донды Ву пропало в темноте.

— ... Итак, ваше столкновение, наконец, подошло к концу.

Я поднял благословения и протянул одно из них Ай Фа.

Мои пальцы все еще дрожали, какой позор.

Ай Фа молча приняла его и встала запереть дверь.

— Фух... Такое ощущение, что моя жизнь сократилась на пару лет.

Я прислонился к стене и сопровождал ее силуэт взглядом.

В этот раз я взмок как мышь.

Но… наконец, мне удалось закончить эту ссору.

Все началось из-за моего упрямства и переросло в самую настоящую словесную баталию.

— Слушай, как думаешь, а может он пошутил насчет управления домашним очагом на свадьбе? Это же такая ответственность! Пожалуй, лучше мне отказаться.

Ай Фа не ответила и вернулась, заперев дверь на засов. Она молчала довольно долго.

Кстати, а ведь если подумать, то во время визита Донды Ву она совсем не разговаривала.

Задумавшись, я внимательно на нее посмотрел.

Ай Фа подошла ко мне плавными шагами и…

Села прямо передо мной.

Ее розовые губы медленно распахнулись:

— ...Я… не хочу.

— Ч-что?

— Я не хочу, чтобы ты внезапно пропал.

Ее голос был привычно спокойным и тихим. В ее кошачьих глазах не было ни малейшего следа слез.

Ее пальцы не касались меня. Ее плечи не дрожали.

Ай Фа просто молча смотрела в мои глаза.

[1] Самгёпсаль — популярное блюдо корейской кухни. Представляет собой кусочки жирной свиной брюшины, не прошедшей маринования и не посыпанной специями.

Аперитив: Путь охотника

Аперитив

Путь охотника

Часть 1

Отец Ай Фа, Гилл, закончил свою жизнь как охотник и погиб в лесу.

Это случилось через месяц после пятнадцатого дня рождения Ай Фа.

Гилл был сильным мужчиной, который выполнял свою работу охотника идеально, и никто не мог с ним сравниться. Ай Фа гордилась им.

Однако она потеряла его.

Для охотников свойственно погибать в лесу. В Морихене почти все мужчины встречают свою смерть там, и только некоторые доживают до зрелого возраста. Потому Гилл Фа, который поймал на охоте больше гиб, чем кто-либо еще, и был заколот насмерть их рогами, прожил свою жизнь праведно... Ай Фа верила, что это правда.

Но она все равно грустила.

Она потеряла свою единственную семью.

Ее мать умерла давным-давно, а у дома Фа больше не было кровных родственников. Родословная дома Фа начала чахнуть десятилетия назад и теперь все, кроме Ай Фа погибли.

"Как мне теперь жить?"

Лунный свет заглядывал во тьму ее пустого дома. Ай Фа слабо прислонилась к стене, обернувшись охотничьей накидкой покойного отца и обняв свои колени.

Отец часто поддразнивал ее, называю эту позу слишком ребяческой.

Но теперь он ее покинул.

Охотничья накидка, сделанная из шкуры гибы, меч и нож, прошедшие через бесчисленные битвы, и гордость охотника, ожерелье из клыков и рогов — это все, что Ай Фа принесла домой. Останки своего отца она закопала в лесу. Душа Гилл Фа вернулась в лес. Теперь он наблюдал за ней вместе с другими своими предками.

Для охотников Морихена это праведный способ встретить смерть. Они не позволяют членам семьи сильно скорбеть.

Она тоже была жителем Морихена, но почему же тогда в груди так больно и грустно? Ай Фа была очень юной и не могла понять этого.

"Пусть даже лишние несколько дней, мне бы хотелось, чтобы отец Гилл еще поучил меня охоте... Вряд ли мне не позволят прожить жизнь охотника..."

Она коснулась ожерелья и кожаных ножен на полу.

Было ли у нее право унаследовать вещи своего покойного отца? Ай Фа не знала.

На ее шее висело три клыка и рога, подаренных ей отцом.

Единственный охотничий инструмент, оставшийся от него — это нож.

Когда Ай Фа исполнилось тринадцать, она стала достаточно взрослой, чтобы осмелиться зайти вглубь леса. В тот же год она начала помогать отцу охотиться. Она училась устанавливать ловушки, находить логова гибы, маскировать собственный запах и использовать опасный "фрукт, привлекающий гибу". Постепенно она овладела всеми необходимыми навыками.

Но Гилл Фа все еще не признавал ее полноценным охотником.

Он объяснял это тем, что Ай Фа — девушка, и что ей нужно больше тренироваться, если она хочет жить, как охотник. Ай Фа тоже так думала.

Чтобы стать настоящим охотником, ей нужно было принести домой гибу, пойманную самостоятельно, и попросить женщин по соседству сделать из ее шкуры охотничью накидку. Так однажды сказал Гилл Фа.

Оставался всего один шаг.

Еще немного и у Ай Фа смогла бы доказать ему, что у нее достаточно сил и навыков, чтобы по праву называться охотником.

Ай Фа подтянула колени ближе.

У нее не осталось никакой семьи или родни, сможет ли она выжить в Морихене в одиночку?

Она не могла найти ответ.

"Мама... Мэй надеялась, что я стану достойной женщиной. Когда я начала помогать отцу с охотничьей работой, он был вне себя от радости... какой же путь мне следует выбрать?"

Доброе лицо ее пожилой подруги Джибы Ву всплыло в ее сознании.

"Просто выбери тот путь, который ты ощущаешь правильным" — Когда Ай Фа поделилась своим желанием быть охотницей с Джибой Ву, та дала ей именно такой совет.

Но в голове царил такой бардак, что она уже не знала, что правильно, а что нет.

"Что мне делать..."

Она уткнулась лицом в колени и почувствовала себя так, словно заблудилась в лабиринте без выхода.

И в этот момент... в темноте раздался странный звук.

Он был похож на тихий скрип.

"Что это за звук?"

Естественно, она сразу вскочила и начала искать его источник.

Но у Ай Фа все никак не получалось собраться с силами.

Ее руки и ноги устали. Ее сердце ослабло. Ее отец погиб всего несколько часов назад, и тело и разум Ай Фа все еще затягивало в трясину скорби.

"Гиба пришла в поселение? Лес хочет забрать не только душу моего отца, но и мою тоже?"

Но конечно, даже если гиба и вышла из леса в поселение, она вряд ли стала бы скрести рогами по стенам дома. Но Ай Фа все никак не могла выбросить эти дикие мысли из головы.

А затем... Случилось нечто столь же невероятное, как и гибы, атакующие поселение.

Кто-то грубо распахнул дверь в ее комнату. Она сидела в кладовой, внутреннем помещении, не связанном с дверью на улицу. Ай Фа всегда проверяла комнаты каждый раз, когда возвращалась домой, прежде чем запереть вход.

Но кто-то все равно вломился в эту дверь изнутри главного помещения.

Перед ней, держа в руках подсвечник с зажженной свечой, появился юный высокий морихенец.

— Привет, я здесь погостить, Ай Фа из дома Фа...

Его речь была неразборчивой и звучала раздражающе.

Он был ей незнаком.

Выглядел он всего лишь немного старше ее самой. Одет он был в одежды охотника, на шее у него висело ожерелье из клыков и рогов, а на поясе меч.

— Кто... Кто ты, черт возьми? Как ты попал в этот дом?

— Я старший сын клана Тсун, Дига Тсун, наследник главного дома.

Клан Тсун был главным домом всего племени Морихена.

Если он старший сын клана Тсун, то однажды станет вождем всего племени.

— У меня есть к тебе дельце. А вошел я немного грубо, через окно.

На всех окнах в ее доме были деревянные решетки.

Тот странный звук, что она слышала ранее… был из-за того, что он их ломал?

Ай Фа не чувствовала злобы, она всего лишь была удивлена.

— Как глупо... оставим пока в стороне тот факт, что ты повредил мой дом, но вторгаться сюда без разрешения члена семьи — серьезное табу. Ты вообще головой думаешь, что делаешь?

— Да я вот подумываю взять тебя.

Подсвечник осветил лицо этого юноши по имени Дига Тсун... на нем играла кривая ухмылка.

И в этот момент Ай Фа, наконец, осознала, в какой опасной ситуации она оказалась, но было уже слишком поздно. Прежде, чем она успела поднять с пола свой меч, Дига Тсун громко рассмеялся и бросился на нее.

Он грубо задул свечу, и его большое тело превратилось в темную тень.

Тень бросила в сторону потушенный огарок и прижала тело Ай Фа двумя руками к полу.

— Слыхал я, что говорят. Твой отец, единственный член твоей семьи, мертв. И как же ты собираешься жить теперь...?

— Это тебя не касается!

Ай Фа продолжала отбиваться, но толстые пальцы Диги Тсуна крепко сжали ее запястья.

Он придавил ее к полу и сел сверху на талию. Как бы она ни билась, пытаясь вырваться, он был слишком тяжелый.

Ай Фа была высокой для пятнадцатилетней девушки, а ее тело было крепким и закаленным суровой работой охотника. Но разница в весе тела была слишком велика.

Дига Тсун сидел сверху на Ай Фа и шептал ей на ухо:

— Конечно же, касается. Ай Фа, я хочу тебя к себе в клан Тсун.

— К себе в клан?

— Вот именно. Рано или поздно я стану следующим вождем племени. Я не могу жениться на женщине из слабого дома Фа, но никто не будет выражать недовольство, если я просто сделаю тебя членом семьи Тсун. Дома, которые не могут себя обеспечить, должны полагаться на силу мощных кланов, чтобы выжить.

— ......

— Откажись от фамилии Фа и присоединяйся к клану Тсун. Тогда я смогу заботиться о тебе всю твою оставшуюся жизнь.

Освещенное тусклым лунным светом, его противное лицо выражало мрачное удовольствие. Он облизнул свои губы.

У Ай Фа лихорадочно зашлось сердце в груди, когда она посмотрела на него.

— ...Это правда, что охотники клана Тсун пренебрегают своей работой и проводят весь день, пропивая вознаграждение, полученное от Каменной Столицы?

Дига Тсун грозно сжал губы и ответил:

— Если хочешь узнать правду, становись членом семьи Тсун. Когда ты станешь частью главного клана всего племени, ты сможешь жить так, как пожелаешь.

— ...И ты называешь себя жителем Морихена!? — зарычала Ай Фа и врезала правым коленом Диге Тсуну по спине.

Так как он сидел на ней сверху, она не могла вложиться в удар как следует. Но Дига Тсун не ожидал внезапной атаки и повалился вперед.

Ай Фа размахнулась и ударила его лбом в лицо.

— Ааа!

Фонтаном брызнула кровь, и Дига Тсун завопил. Похоже, она сломала его переносицу.

Дига Тсун свалился с Ай Фа, схватился руками за лицо и начал кататься по полу, завывая от боли.

— Ты мужчина, но пренебрегаешь своей работой охотника, нарушаешь запреты и даже нападаешь на женщин... ты не имеешь права называть себя жителем Морихена!

— Аааааааа! — завопил Дига Тсун и пополз к выходу.

Он снял дверной засов, отворил дверь и вывалился на улицу.

Ай Фа подобрала меч своего отца и бросилась за ним следом, крича: "А ну стой!"

Непонятная ярость наполнила все ее тело.

Как будто все горе от потери отца вдруг превратилось в злость.

"Почему..."

Почему такой замечательный охотник, как ее отец, умер, а такой жалкий мужчина, как этот, до сих пор жив?

Почему лес так жесток к его жителям?

Дига Тсун ковылял по кругу, завывая как раненый зверь, под тусклым лунным светом, а Ай Фа шла следом за ним.

— Стой на месте, мерзавец! Расплачивайся за нарушенный закон!

— Ииии!!

Вероятно, меч оказался слишком тяжелым, потому что Ай Фа все никак не могла поймать убегающего Дигу Тсуна.

Но когда они пересекли плоскую возвышенность возле берега реки Ранто, Дига Тсун оступился и упал.

Он лежал вот так на земле, тяжело дыша и смотря на Ай Фа.

Его лицо искривилось от ужаса, и было все в крови и слезах.

— П-подожди! Я признаю свою вину! Пожалуйста, прости меня!

— Ты действительно из главного клана?.. Нет, ты вообще житель Морихена?

Дыхание Ай Фа стало немного прерывистым, когда она взялась за меч двумя руками…

Это был тяжелый стальной клинок.

Увидев, что она тянется к ножнам, Дига Тсун закричал еще более неистово:

— Т-ты хочешь зарезать члена главного клана? Ты думаешь, клан Тсун спустит тебе это с рук?! Ай Фа, если ты убьешь меня, тебя казнят!

— И что теперь? Даже если ты из главного клана, тебя все равно нужно наказать за нарушение правил Морихена!

— В-в чем ты меня обвиняешь?! Я же ничего не сделал! Убийство невиновного — это тоже серьезный запрет!!

— ...Ах, вот как? Это правда, что ты ничего не сделал со мной. Ты просто заставил меня лежать на полу, за это я не могу требовать от тебя твою жизнь, — сказала Ай Фа ледяным голосом и приблизилась к Диге Тсуну. — Но ты вошел в дом без разрешения владельца. Согласно традициям, теперь ты должен отдать палец со своей ноги, чтоб искупить это преступление.

— Ааа! — Дига Тсун закричал, как девчонка, и попытался отползти подальше по твердой каменистой земле. — Пожалуйста! Прости меня! Я просто хотел пригласить тебя в клан Тсун! Я не могу оставить такую прекрасную женщину, как ты, в одиночестве!

— Кретин...

Голос Ай Фа дрожал от ярости, но она поняла, что уже может держать себя в руках. Это был солидный клинок, используемый для охоты на гибу. Доставшийся ей от покойного отца. Было бы глупо пачкать его кровью такого презренного и подлого человека.

— ...Ты недостоин даже того, чтобы тебя убить. Ты согласен со мной, Дига Тсун из клана Тсун?

Дига Тсун медленно поднял голову.

Его переносица была свернута набок, а все лицо покрыто кровью. Он заметил сомнения Ай Фа, и на его лице появилась жалкая улыбка.

— Вот именно, даже если ты навредишь мне, твой отец ведь не вернется к жизни, верно?! Я не буду доносить на тебя, просто идем со мной в клан Тсун...

Ай Фа размахнулась и врезала ему ножнами по лицу.

Раздался слабый протяжный визг Диги Тсуна, а его большое тело с плеском упало в реку Ранто.

— Т-ты что творишь?! Н—ненормальная жестокая женщина! Как ты смеешь бросать вызов клану Тсун?! Не думай, что на этом все кончится...!

Ай Фа проигнорировала Дигу Тсуна, которого уносило вниз по течению, развернулась и направилась обратно домой.

Она шла босиком по каменной земле, крепко обхватив рукоять меча руками.

Тяжелый охотничий клинок, оставленный ей покойным отцом, не мог рассеять терзавших ее сомнений.

◇◆◇

Несколько ранее.

Детский вопль эхом разносился по всему главному дому клана Ву.

Вся семья собралась за ужином. Обычно это было счастливое время для всех, наполненное смехом, но сегодня тут были только скорбные рыдания.

Тем, кто плакал не переставая, была младшая дочь клана Ву, Рими Ву.

Рими было всего шесть лет. Она потягивала белый густой суп, откусывала тонкие ломтики мяса и плакала, не в силах остановиться. Она не могла пренебречь ужином, ведь поглощение жизни, пойманной на охоте, было святой обязанностью каждого морихенца. Она насильно запихивала в себя еду и рыдала.

— Эй... хватит уже, Рими, — глубоким голосом, напоминающим раскаты грома, сказал ее отец.

Рыдания моментально прекратились.

Но все равно можно было услышать тихие всхлипывания.

— Эй! Я сказал тебе, достаточно! Ты не услышала меня?!

Ее отец... глава клана Ву, Донда Ву, наконец, вышел из себя.

Рими Ву вздрогнула, а затем робко подняла голову и посмотрела на отца, но слезы продолжали катиться вниз по ее гладким щекам.

— Но ведь... Но ведь Гилл Фа умер... Он был такой молодой и такой сильный...

— Охотники часто гибнут в лесу. Даже молодые и сильные. Нет ничего плохого в том, чтоб оплакивать его смерть, но не переусердствуй — это опорочит его честь, как охотника, — вместо отца ей ответил старший сын Джиза.

Джиза взглянул на Рими своими прищуренными глазами, а затем немного наклонил голову и спросил:

— Кстати, кто такой Гилл Фа? Я никогда не слышал этой фамилии раньше.

— Рими и бабушка Джиба дружат с девушкой по имени Ай Фа, а Гилл Фа — ее отец... Но все, что я о нем знаю, это его имя. — Младший сын Лудо откусил свое мясо и повернулся к брату, сидящему рядом. — Братец Дарум, ты встречал это старика раньше, верно? Ты сопровождал отца на собрании глав кланов в прошлом году.

— Да. Он странный мужчина. — Дарум отпил немного фруктового вина, а затем равнодушно добавил: — Хотя он всегда держался особняком, у него было множество клыков и рогов на груди. Он выглядел скромно, но подозрительно.

— И вовсе он не подозрительный! Гилл Фа — могучий охотник! — закричала Рими и снова разрыдалась. — Но его убила гиба... Ай Фа теперь будет одна...

— В доме Фа было только два человека? В таком случае его дочь должна выйти замуж за мужчину из родственного дома и войти в его семью, — спокойно ответил Джиза, но Рими упрямо потрясла головой, размахивая из стороны в сторону своими каштановыми волосами.

— У дома Фа больше нет родни... Что же с ней теперь будет...

— Нет родни? Как же этому Гиллу Фа удавалось справляться без помощи семьи или родственников? Как бы ни был силен охотник, он не может охотиться в одиночку.

Никто не ответил на этот вопрос. Спустя секунду тишины, средний брат Дарум Ву уныло пробормотал:

— Вот почему я сказал, что он подозрительный.

— Он не подозрительный! Когда Ай Фа исполнилось 13 лет, она стала помогать ему охотиться! Они вдвоем охотились! Вдвоем!

— Что? Ему помогала охотиться женщина?

— Да... — Рими Ву немного запнулась, — ... потому что Ай Фа хочет быть охотницей! Конечно, она помогала Гиллу Фа...

— Женщина хочет стать охотником?!

Женщины клана Ву молча слушали, но даже они удивленно раскрыли рты, услышав такие новости.

Кроме Рими и старейшины Джибы с Ай Фа был никто не знаком. С того момента, как Джибу Ву приковала к постели болезнь месяц назад, она с трудом выдерживала даже простую прогулку из своей комнаты до зала. Прямо сейчас Дитто Мин Ву сопровождала ее в спальню.

— Вот это неожиданность! Согласно традициям, не имея кровных родственников и родни, он должен был присоединиться к другой семье вместе со своей дочерью. Конечно, они бы потеряли свою фамилию, но жизнь важнее.

— Вот именно! Он даже научил свою дочь охотиться! Непостижимо.

— Я ведь только что сказала! Ай Фа добровольно помогала охотиться! Лудо, дурак, не говори плохо про Ай Фа и Гилла Фа!

— Замолчи, мелкая Рими, не срывай на мне свою злость!

— Лудо тоже мелкий! Мелкий Лудо! Лудо — дурак!

Лудо Ву надул щеки и хотел как следует ей ответить, но, увидев болезненное выражение лица сестры, он тоже расстроился.

— ... Но раз уж ее отец умер, то Ай Фа должна положиться на другие семьи. Если она выйдет за кого-нибудь замуж, то сможет жить дальше как обычная женщина, сохранив фамилию своего отца.

— Вот именно! Жителю Морихена стоит поступить именно так!

Слова Джизы Ву были сигналом закончить эту тему.

Рими подавленно вернулась к ужину. А Донда Ву... все это время продолжал сохранять глубокомысленное молчание. В его голубых глазах, которые горели ярче, чем у кого-либо, появился задумчивый блеск. Однако никто из его семьи этого не заметил.

Часть 2

— Ай Фа, что случилось?! — крикнула дочь дома Лан, Селис Лан, живущая по соседству.

Ай Фа нечасто общалась с другими людьми, и эта девушка была одной из немногочисленных ее друзей.

— Как видишь, чиню поврежденную оконную решетку, — резко ответила Ай Фа, распиливая небольшие деревянные бруски.

Время было между рассветом и полуднем. Ай Фа, как всегда, закончила свою повседневную работу, собрав дрова и травы, и усердно трудилась, восстанавливая деревянную решетку, поврежденную Дигой Тсуном прошлой ночью.

Ай Фа аккуратно хранила охотничью накидку и меч в своем доме. Как и Селис Лан, она была одета в простую женскую одежду.

Селис Лан подбежала к ней и сказала:

— Какой ужас... Как она так сломалась полностью? Будто кто-то просунул нож и с силой выломал прутья.

— Вероятно, так оно и было. Этот варвар только добавил мне ненужной работы.

Хотя ее отец только недавно погиб, Ай Фа внешне вела себя как обычно. Селис Лан успокоилась, увидев ее такой, и на ее худом лице появилась улыбка.

Но она снова нахмурилась, когда задала следующий вопрос:

— А кто тогда это сделал? И зачем?

— Кто знает? С какой бы целью он это ни сделал, я все равно его не прощу. Пусть скажет спасибо, что я не стала отрезать ему палец на ноге, а просто сбросила в реку.

— Ясно... Сюда пробрался кто-то из города?

Лицо Селис Лан немного побледнело, и она все никак не могла найти места своим рукам от волнения.

Ай Фа прекратила пилить и посмотрела на взволнованное лицо своей подруги детства.

— Откуда бы городским взяться в Морихене? Этим преступником был Дига Тсун.

— Дига Тсун... Э? Ай Фа, разве это не фамилия главного клана Тсун?

— Именно так, это фамилия, которой он представился. Я слышала, что мужчины из главного клана очень порочны, и это на самом деле оказалось правдой.

Лицо Селис Лан позеленело.

— А-Ай Фа... Ты хоть понимаешь, что говоришь?! Клан Тсун – главные в Морихене. Однажды их старший сын станет вождем племени...

— Да, вот почему этот глупец мог представиться ложным именем. Поскольку он совершил нечто настолько преступное, то не сомневаюсь, что способен и на это тоже.

— Э-это неправда, Ай Фа! В клане Тсун есть несколько мужчин, кто мог на самом деле сделать нечто столь варварское! Особенно их старший сын... Все говорят, что он легко теряет рассудок, когда видит красивых женщин.

"Красота — такая бесполезная вещь..." — рассердилась Ай Фа.

— Почему он ничего не боится? Разве традиции Морихена утратили свой смысл?

— Потому что клан Тсун сильнее, чем другие дома... Единственный клан, который может сравниться с кланом Тсун — это клан Ву.

Ай Фа скривила лицо и сильно поскребла свои светлые волосы.

— Тогда этот червяк, черт возьми, действительно, следующий вождь племени... Как печально. Этот человек не способен вести за собой людей.

— С-сейчас не время говорить об этом настолько легкомысленно! Ай Фа, ты действительно подняла руку на Дигу Тсуна?

— Так и есть, я бросила его в реку Ранто.

Селис Лан встревоженно схватила Ай Фа за плечи.

Так как их традиционная женская одежда прикрывала только грудь, плечи Ай Фа оставались обнаженными.

"Руки Селис Лан такие теплые..." — подумала про себя она.

— Ай Фа! Срочно извинись перед кланом Тсун! Если старший сын действительно совершил преступление, они могут простить твои действия... Но тебе нужно придти к ним первой!

— О чем ты говоришь, я уже и так проявила к нему милосердие. Я всего лишь бросила его в реку, и у меня нет повода извиняться. Наоборот, это они должны быть мне благодарны.

— Такая логика не работает с кланом Тсун! Найди надежного человека, чтобы он тебя сопроводил... Ах, у дома Фа ведь нет никакой родни, верно? Что же нам делать...?

Ай Фа тоже немного недовольно сжала плечи Селис Лан и сказала:

— Селис Лан, спасибо, что беспокоишься обо мне. Но я не сделала ничего такого, за что стоило бы извиняться. Просто не обращай внимания на этого дурака.

— Но как ты можешь? Он ведь из главного клана!

— ... Если слухи правдивы, то клан Тсун всего лишь кучка людей, которые не выполняют должным образом свою работу охотников, так что не стоит их бояться. Если они придут мстить, в ответ я брошу в реку их всех.

— Но как... Даже если ты сильная, им просто нужно привести больше мужчин, и ты ничего не сможешь сделать, так ведь?

— Кто сказал, что я не смогу, если я даже еще не пыталась?

Даже если она не могла, она не собиралась сдаваться.

Если она не сможет жить так, как хочет, то позволит своей душе вернуться в лес. Возможно, Ай Фа так и думала, но Селис Лан все еще выглядела обеспокоенной.

"... Я странная?"

Люди... жители Морихена должны жить вот так. Это то, чему ее научил ее покойный отец. Подчиняться законам, охотиться на гибу, жить в лесу и умереть в лесу. Вот каким должен быть житель Морихена, вот как отец Ай Фа вырастил ее. Но Селис Лан продолжала настойчиво смотреть на Ай Фа, как будто считала, что Ай Фа поступает глупо. Селис Лан была доброй девушкой, но они часто не совпадали взглядами на разные вопросы, прямо как сейчас.

Не только Селис Лан, но и весь дом Лан и дом Фоу были такими же. Они заботились о доме Фа даже когда редко виделись, хотя им трудно было принять поведение Ай Фа и Гилла Фа.

Их неодобрение было слишком явным, когда они видели Ай Фа, занимающуюся работой охотника.

Женщины должны выполнять женскую работу... собирать дрова и травы, отделывать кожу, управлять домашним очагом и ждать возвращения мужчин из леса. Все разделяли такое же мнение.

Ай Фа тоже выполняла всю эту работу, и хотя у них не было достаточного количества рук для выделки кожи, она, как могла, помогала отцу. Невзирая на пол, они делали всю свою работу по дому вместе.

В доме Лан мужчины тоже иногда работали вместе с женщинами. Когда был не сезон для охоты на гибу, мужчины отдыхали и помогали носить тяжелые бутыли для воды к водному источнику или помогали рубить дрова.

Но даже так, они бы никогда не позволили женщине стать охотником.

Женщинам не хватает для этого силы — такой у них был суровый довод.

Ай Фа еще не стала охотником по праву, но она была вполне способна помогать отцу. Будь она выше и, она бы не уступила в мастерстве владения мечом ни одному мужчине. По скорости и ловкости она уже превзошла своего отца, и когда гиба внезапно появлялась перед ней, она могла отогнать ее ножом.

— Если будешь продолжать усердно тренироваться, то твои умения никогда не опозорят звание охотника, — однажды сказал ей Гилл Фа, который обычно не отличался особой любезностью.

В Морихене не существовало правила, запрещающего женщинам быть охотниками.

У Ай Фа, несомненно, был талант к этому.

Но даже так, из всех морихенцев её желание стать охотником поддерживали только три человека: ее отец Гилл Фа, Джиба Ву и Рими Ву.

— Ай Фа... Что ты собираешься теперь делать? — Селис Лан наконец-то собралась с мыслями. — Гилл Фа был храбрым охотником, но он стал жертвой леса. У тебя нет никакой другой семьи или родни, как ты будешь жить теперь?

— Ну... — Ай Фа закрыла рот на середине предложения.

— Гилл Фа был с тобой в прошлом, но сейчас ты просто одинокая женщина. Ты не сможешь выжить в Морихене вот так, ты должна выйти замуж или взять кого-то себе в семью... Другого выхода ведь нет, верно?

— Но тогда дому Фа придет конец.

— Ну и что? Ай Фа, ты пойми — неважно, насколько ты красива, ни один мужчина не захочет жениться и вступать в дом к той, у кого нет ни семьи, ни родни.

— ... Я уже говорила тебе не описывать меня так.

Ай Фа сердито надулась, и Селис Лан наконец улыбнулась.

— Но ведь это правда. Ай Фа, тебе уже пятнадцать, ты достигла брачного возраста. Толпы мужчин, должно быть, в очередь выстраиваются, чтобы попросить твоей руки, поэтому мне не стоит волноваться...

— Я не собираюсь выходить замуж. Уж лучше я стану членом другой семьи и продолжу жить и работать, как охотник.

— Никто не примет к себе охотницу. Ай Фа, работа женщин — управлять домашним очагом, воспитывать детей и рожать новое поколение.

Ай Фа глубоко вздохнула:

— Я не хочу выходить замуж, и ни один мужчина не захочет жениться на мне. Селис Лан, ты ошибаешься.

— Вовсе нет. Ай Фа, ты действительно очаровательная женщина.

Селис Лан улыбнулась и взяла Ай Фу за пальцы.

— И твои светлые волосы, и черты лица, и стройное тело — каждая часть тебя прекрасна... Ай Фа, как ты можешь охотиться, даже несмотря на то, что ты такая худая?

— Я не такая худая, как ты... И кто-то ведь уже сделал тебе предложение, верно?

Селис Лан покраснела.

— Да, но… Я еще не дала своего согласия. Но, наверное, я выйду замуж в дом Фоу.

— Дом Фоу... Тогда ты переедешь совсем недалеко.

— Вот именно, в конце концов дом Лан и дом Фоу — родственники... Ай Фа, почему бы тебе не выйти замуж в доме Лан? Тогда и мы с тобой станем родственниками, — сказала Селис Лан и грустно нахмурилась. — Но перед этим тебе нужно уладить это дело с кланом Тсун. Если у тебя будут проблемы с главным кланом, ты не сможешь выйти замуж...

— ...А что случилось с кланом Тсун?

Внезапно сзади раздался голос маленькой девочки.

Ай Фа машинально отпрыгнула в сторону, а потом посмотрела себе за спину.

— Рими Ву, я уже много раз тебе говорила не подкрадываться так к другим людям!

— Хи-хи, ты выглядишь оживленной, Ай Фа! Теперь я спокойна!

Миниатюрная маленькая девочка с пушистыми красными волосами, Рими Ву, посмотрела на Ай Фа с веселой улыбкой и повторила:

— ... Так что случилось с кланом Тсун-то?

◇◆◇

Ужин в клане Ву был более шумным, чем в прошлый вечер.

Естественно, это было из-за шокирующих новостей, которые Рими Ву принесла семье...

— Хмм... Этот бестолковый сын клана Тсун действительно сделал нечто настолько глупое, — оскалился Донда Ву.

Его оскал напоминал хищника, который нашел свою жертву.

— Это слишком тупо, чтобы быть правдой. У него вообще мозги-то есть? — изменил своему привычному спокойствию Джиза Ву и выругался.

Супруга главы клана, Миа Лей Ву, сидевшая напротив него, произнесла со вздохом:

— Эту девушку так жаль. Это произошло в ту самую ночь, когда погиб ее отец... Рими, что случилось дальше?

— Ничего не случилось! Одна из подруг Ай Фа посоветовала ей извиниться перед кланом Тсун, но Ай Фа поступила как обычно. Она сказала: "Меня не волнует, что он из главного клана, он получил по заслугам"... С ней ведь все будет хорошо, правда?

Глаза Рими уже были полны слез.

" Она будет в порядке"... Никто не осмелился сказать это. Последние два десятилетия клан Тсун продолжал скатываться по наклонной. Клан Ву мог сравниться по мощи с кланом Тсун, поэтому клан Тсун не смел открыто создавать неприятности. Но это только открыто — действуя скрытно, они могли ни в чем себе не отказывать.

— Глава клана, что нам делать? Может, у Ай Фа и впечатляющий дух, но если она будет настаивать на своем, то соседние дома не захотят принять ее, верно?

— Ох... Ты тоже так думаешь? — раскатисто рассмеялся Донда Ву.

Его жена отставила в сторону тарелку с недоеденным ужином и хмуро сказала:

— Конечно. Я раньше никогда не слышал о домах Фа, Фоу и Лан. А это значит, что все они — малые дома и не связаны с более крупными кланами, верно? Поэтому очевидно, что они не осмелятся сопротивляться клану Тсун.

— Это вполне естественно... Но мы не обязаны помогать кому-то не из наших родственников. Говоря прямо — мы не можем помочь, даже если хотим этого, так?

— Это правда. Дом Фа — не наши соседи, и мы не можем постоянно охранять их дом от нападения.

У всех женщин дома Ву во главе с Миа Лей Ву были встревоженные лица.

Они не были кровными родственниками, но Ай Фа дружила с их дорогими членами семьи, Джибой Ву и Рими. Никто не знал, насколько сильной была их дружба, но они не могли не поддержать эту девушку, видя печаль на лице Рими.

— Дарум, тебе сейчас семнадцать, верно?

Донда Ву, по-звериному ухмыляющийся, посмотрел на среднего сына.

Его глаза точно так же сверкали, как и у отца. Он удивленно кивнул.

— В таком случае, ты уже можешь жениться. Не хочешь взять в жены эту дикую девушку?

Все присутствующие на разный лад завопили.

— Пап, ты серьезно?! Ты хочешь женить брата Дарума на этой девушке?! Она же из малозначительного дома без семьи и родственников! — спросил отца младший брат Лудо от лица всей семьи.

— Именно так. Тебе всего лишь тринадцать, а у Джизы уже есть замечательная жена. В таком случае, Дарум — единственный мужчина в этом доме, кто может на ней жениться, верно?

— Но...

В Морихене кровное родство имело первостепенное значение.

Свадьба предназначалась для усиления собственного дома. Семьи выдавали своих дочерей замуж так, чтобы усилить связи со своими родственниками или чтобы создать новые связи с мощным домом.

— Глава клана Донда, я не знаю, почему вас так волнует дом Фа... Может быть, лучше выдать ее замуж в родственный дом, вроде Лутим или Лей? Если учесть родственные дома, есть масса мужчин, которые еще не женаты.

— Вот как?

Услышав, что сказал старший сын Джиза, Донда Ву спрятал свою усмешку.

— Джиза, ты хочешь отдать дикарку, которая напала на клан Тсун в наш родственный дом?

— Да, я считаю, что мы должны уделить больше внимания родословной главного дома Ву. Я выполнил долг старшего сына и женился, но, как ни прискорбно, мы еще не произвели на свет ни одного наследника... Если так будет продолжаться и дальше, я могу погибнуть в лесу. Тогда Дарум будет следующим главой, а его дети станут наследниками главного дома.

Жена Джизы Ву, Сати Лей Ву, кротко опустила свой взгляд.

Донда Ву краем глаза увидел ее реакцию и фыркнул.

— Прошла всего пара лет, не будь таким узколобым. Эта эксцентричная парочка — отец и дочь — вдвоем ловили на охоте столько гиб, что их родословная должна произвести великих охотников. Ну и что, что у них нет семьи и родственников? Зато в ее венах течет сила и охотничий дух!

— Глава клана, Донда, это всего лишь предположение... — Джиза прищурился еще сильнее, — …но вы ведь уже имели дело с Гилл Фа в прошлом? Я имею в виду кроме встречи на собрании глав кланов. Может, вы с ним даже дружили?

— Не до такой степени, просто была пара стычек с ним  в прошлом, — нетерпеливо ответил Донда Ву, размахивая своими толстыми ладонями.

Затем он весело улыбнулся и посмотрел на Дарума, который молчал с сердитым лицом.

— Я очень хорошо знаю, каким замечательным охотником был этот странный парень. И я считаю, что стоит принять это во внимание, решая, подходит ли его дочь для клана Ву.

После ужина Рими зашла в комнату к Джибе Ву.

Немощная старушка лежала на множестве слоев простыней и спокойно смотрела на Рими.

— Итак... как ты хочешь, чтобы все закончилось...?

— Я не знаю. Я не хочу, чтобы клан Тсун сделал что-то неприятное с Ай Фа, но... Я не могу представить, что Ай Фа станет женой братика Дарума.

Рими дрожала от переполнявших ее эмоций.

Джиба Ву своими тонкими пальцами, похожими на веточки, обхватила маленькие пальцы Рими.

— Никто не смеет вмешиваться в судьбу мужчины и женщины... Если судьба пожелает, они будут вместе. Если нет, то ничего не произойдет... На не нужно беспокоиться, Ай Фа определенно выберет правильный путь...

— Если бы это была прежняя Ай Фа, я бы не волновалась! Но после смерти ее папы она… выглядит такой же, но какая-то она совсем и не такая, как раньше.

После слов Рими уголок рта Джибы Ву тревожно задрожал.

— Вот как...? Бабушка не видела ее уже долгое время и не знает, какая она сейчас... Потеряв своего дорогого отца, Ай Фа, должно быть, тонет в печали...

Рими много раз встречала Гилла Фа, но Джиба Ву никогда не посещала дом Фа из-за своих слабых ног. Так как два дома находились друг от друга довольно далеко, то раньше они всегда встречались где-то на полпути.

Джиба Ву впервые встретила эту девушку четыре года назад. Рими на тот момент было всего два года, и Джиба Ву взяла ее погулять немного дальше, чем обычно Тогда они и встретились.

Спустя два года после их встречи Ай Фа исполнилось тринадцать и она начала помогать своему отцу с его работой, поэтому они стали видеться меньше, чем обычно. Пояснице и ногам Джибы Ву со временем становилось все хуже, поэтому их обычные ежемесячные встречи стали проходить только раз в два месяца... пока Джиба Ву не стала совсем прикована к кровати.

Рими росла, и ее семья позволила ей ходить по улице и играть самостоятельно. Она посещала дом Ай Фа каждые две недели. Но Джиба Ву не видела Ай Фа уже два месяца. За это время та потеряла своего отца.

— Рими... Я поручаю Ай Фа тебе... — неожиданно произнесла Джиба Ву слабым голосом.

Его слабость почти заставил Рими расплакаться.

— Поручаешь ее мне?! Я не могу ничего сделать! Бабушка, я не могу дать ей таких хороших советов, как ты!

— Тебе и не нужно... Просто оставайся с ней рядом... Если ты будешь сопровождать ее с улыбкой, с Ай Фа точно все будет хорошо...

— Как это хорошо!? Бабушка, пожалуйста, ты тоже помоги ей!

Из больших круглых глаз Рими начали капать слезы.

Джиба Ву слабо взглянула на маленькую плачущую девочку уставшими от болезни глазами.

— Бабушка... не может. Даже если я поправлюсь, то больше никогда не смогу энергично ходить... Сегодня я потеряла еще один зуб...

— Нет! Гилл Фа уже умер, я не хочу видеть, как и ты уходишь! Разве ты не обещала?! Ты говорила, что будешь жить и увидишь мою свадьбу!

— Я тоже хочу увидеть этот момент... Но для стариков вполне естественно уходить первыми... Я прожила дольше, чем все жители Морихена, так что я не боюсь смерти...

— Нет! Глупая бабушка Джиба!

Рими Ву приникла к слабой груди Джибы Ву и громко заплакала.

Джиба Ву обняла ее миниатюрную спину дрожащими руками и тихо пробормотала:

— Я прожила достаточно долго, Рими... Мать-Природа... Если ты действительно, наша мать, то пожалуйста, позволь молодым обрести счастье... Ты можешь призвать душу из моих старых костей пораньше, но награди своей силой этих детей...

Часть 3

На следующий день... к Ай Фа пришли неожиданные гости.

Это был глава клана Ву, Донда Ву, и его трое сыновей.

— Так это вы глава клана Ву...? Я — Ай Фа из дома Фа.

Яркое солнце грело шею Ай Фа, пока она внимательно оглядывала пришедших. Трое крепких мужчин стояли у входа в дом — она наткнулась на них, когда выносила сушиться листья пико.

— Я случайно подружилась с Джибой Ву и Рими Ву. Я слышала, что Джиба Ву сейчас прикована к постели из-за болезни, как она?

— Ее болезнь больше не угрожает ее жизни, но ее разум слаб. Ей тяжело ходить самостоятельно... Хммпф, а у тебя есть смелость, обращаться ко мне вот так!

Донда Ву был по меньшей мере вдвое больше Ай Фа. Он оценивающе оглядел ее своим пылким взглядом.

"А эти мужчины сильны..." — вздохнула Ай Фа про себя.

Старший сын Донды не сильно уступал ему ростом. Средний был юным, но тоже высоким и хорошо сложенным. Его глаза светились дикой жизненной силой, в точности как и у его отца.

Младший сын выглядел совсем мальчишкой. Он был одет как охотник, но на его шее висело только три клыка и рога — как и у самой Ай Фа. Он не казался таким устрашающим, как старшие мужчины. Этот юноша был не старше тринадцати, он должен был только недавно получить разрешение ходить в лес.

"Если бы два дня назад на меня напали такие крупные мужчины, я бы не справилась."

Ай Фа забеспокоилась.

Она совершенно не могла сравниться с ними. Не могла драться или даже сбежать... она очень четко это ощутила.

Возможно, ей удалось бы справиться с одним Лудо Ву, но только потому, что он совсем юн. Когда он наберется охотничьего опыта, через год или два, он станет таким же сильным, как т его братья с отцом.

— ... Итак, зачем вы здесь?

Донда Ву погладил свою бороду, которая выглядела такой же жесткой, как стальная проволока, и пристально посмотрел на Ай Фа.

— Понятно... — наконец пробормотал он. — Цвет волос и лицо совсем как у матери. Но эти глаза... Хмпф, кровь этого странного мужчины определенно течет в твоих венах.

— Донда Ву, вы знаете моих родителей? — спросила Ай Фа удивленно.

Но Донда Ву холодно ответил:

—Встречал их раньше несколько раз, только и всего. У меня не было никаких серьезных отношений с ними, я всего лишь однажды встречал твою мать, когда был молод. В последние годы я видел только твоего отца во время собрания глав домов... Но не будем об этом. Ай Фа из дома Фа, я слышал, что у тебя какие-то проблемы с кланом Тсун?

— Да, но ничего достойного упоминания, — честно ответила Ай Фа.

По сравнению с этими мужчинами Дига Тсун был всего лишь беззубой гигантской крысой. Мужчины, которые не выполняют свой охотничий долг, ничего не стоят.

— Видимо, я тебя слишком недооценил. Значит, попасть в немилость главного клана для тебя сущая ерунда? Но, Ай Фа из дома Фа, не имеет значения, насколько хороши твои навыки охоты, ты все равно остаешься женщиной.

— ...Это я и без вас знаю.

— В таком случае веди себя соответственно. И тогда я подумаю о том, чтобы позволить тебе выйти замуж за одного из мужчин клана Ву.

Ай Фа почувствовала, словно ее окатили ледяным ведром воды.

Рими знала о происшествии с Дигой Тсуном, поэтому Ай Фа понимала, что рано или поздно этот вопрос всплывет… но она совсем не ожидала того, что только что сказал этот человек.

— Глава клана Ву, вы с ума сошли? У меня нет ни семьи, ни родственников. Что хорошего я могу дать клану Ву?

— Я — единственный, кто решает, есть в этом польза или нет. Но мы не сможем продолжить, если я не узнаю мнение самого этого мужчины из моего клана… Ну так что, Дарум? Ты хочешь взять эту дикую девушку себе в жены? — спросил он второго после себя по росту сына.

Средний сын клана Ву, Дарум Ву... Его глаза были немного темнее, чем у отца. Он прищурился так, словно разглядывал что-то ярко сверкающее.

— ...Сейчас мое сердце свободно. Я готов жениться на любой девушке, которая окажется полезна клану Ву.

— Нет, я...

— Но если эта женщина продолжит настаивать на своем желании быть охотником, как мужчина, то я против, — не дал договорить ей Дарум. — Долг женщины — присматривать за семьей. Если женщина на это не способна, то она бесполезна. Это мое мнение.

— Я с этим согласен. Ай Фа из дома Фа, готова ли ты прожить свою жизнь как женщина?

Четыре пары глаз, наполненные самыми разными эмоциями, смотрели прямо на нее.

Как будто сопротивляясь их взглядам, Ай Фа сказала:

— Я — единственная, кто решает, какой будет моя жизнь! Я впервые вижу всех вас и  не понимаю, почему я должна отвечать на ваши расспросы!

— Я же сказал тебе, что надеюсь, что ты выйдешь замуж в мою семью. Что за беспомощная девчонка! — мягко рассмеялся Донда Ву.

Его смех действовал Ай Фа на нервы... Однако в нем не было никакой злобы или враждебности.

— Ай Фа из дома Фа, ты испортила отношения с кланом Тсун, так что теперь тебе нельзя расслабляться ни на мгновение. Но если ты станешь членом клана Ву, они никогда не посмеют поднять на тебя руку.

— Возможно, вы и правы, но...

— Кроме того, ты уже и так дружишь с членами моей семьи. Я не могу оставаться безучастным и позволить клану Тсун причинять вред кому-либо, кто называет Ву друзьями.

Улыбка на лице Донды Ву изменилась — теперь в ней прибавилось дикости и грубости.

— Я дам тебе клятву,  Ай Фа из дома Фа… если ты станешь Ву, мы защитим тебя любой ценой. Если клан Тсун поднимет на тебя руку... мы уничтожим клан Тсун.

— Вы... уничтожите клан Тсун?

— Именно так. Около двадцати лет назад клан Ву не сумел истребить их. И мы с радостью возьмемся за оружие снова, чтобы исправить эту досадную ошибку.

Ай Фа доводилось слышать о вражде между двумя этими кланами. Тсун похитили женщину, которая должна была выйти замуж за одного из Ву, и убили ее. Доказательств не было, поэтому клан Ву не предпринял никаких действий.

Две эти семьи были сильнейшими в Морихене. Если между ними разразится тотальная война, то все поселение Морихена падет. Потому обе стороны неохотно сохраняли мир эти два десятилетия, несмотря на огромную обиду.

Ярость и сожаление ярко пылали в теле этого крепкого мужчины.

Ай Фа стиснула зубы перед его мощным духом.

Он был... устрашающим.

Это напугало ее. Но, что самое невероятное... Это давление к тому же и восхищало ее.

"Человек... Охотник может быть таким сильным и телом, и духом..."

В этих качествах Донда Ву превосходил не только саму Ай Фа, он мог бы посоперничать и с ее отцом Гиллом Фа.

Ее отец… в любой ситуации оставался невозмутим, а Донда Ву был похож на яростное пламя. Тяжело сказать, чья сила духа была сильнее, но этот мужчина явно ему не уступал.

"Возможно, он действительно способен уничтожить главный клан... клан Тсун."

Но правильно ли это для Морихена?

Если главный клан исчезнет, не исчезнут ли вслед за ним и остальные жители Морихена?

Ай Фа стиснула зубы, чтоб они перестали стучать, и ощутила холодок, пробежавший по ее телу.

Если бы она этого не сделала, давление этого мужчины сломало бы ее и оставило лежать на полу.

— ... Ай Фа из дома Фа, реши для себя, какой путь ты выберешь, — Донда Ву развернулся к выходу. — Я вернусь через три дня. Прими свое решение до того и учти, что мы очень надеемся, что оно будет положительным.

◇◆◇

"Что же мне делать?.."

Ай Фа колола дрова за своим домом. Она раздумывала об этом весь день.

После потери ей постоянно приходилось о чем-то беспокоиться. Дни сменяли друг друга, а тревог меньше не становилось.

"Должна ли я жить как охотник или как женщина?.. Клан Ву сделал мне предложение до того, как я приняла окончательное решение. Черт, о чем вообще думает этот Донда Ву?!"

Выйти замуж было совершенно неожиданным предложением для Ай Фа.

Если она откажется пути охотника и примет это предложение... то будет жить в том же доме, что и ее друзья Джиба Ву и Рими. Они станут ее семьей. Это было еще более невероятно, чем просьба Селис Лан выйти замуж за мужчину из дома Лан.

У среднего брата Дарума в венах текла кровь Джибы Ву. Если Ай Фа родит от него ребенка, то и у него или нее тоже будет кровь Джибы Ву.

Идея завораживала, но еще и пугала.

"Так вот, как становятся родней..."

Приняв такое решение, у нее появится супруг…

Она унаследовала родословную Фа от отца Гилла Фа и матери Мэй Фа. Эта родословная объединится с родословной клана Ву, и родится новая жизнь.

Это было бы настоящим счастьем.

Это было бы таким блаженством, что казалось ей почти нереальным.

"Но..."

У нее не было никаких чувств к Даруму Ву.

Это было вполне естественно, ведь они только сегодня впервые встретились. Она немного с ним поговорила и очевидно, что не почувствовала к нему ничего особенного.

Не то чтобы она не верила в любовь с первого взгляда, нет. Ай Фа просто ничего такого не ощутила в тот момент, когда увидела этого юношу.

Дарум Ву ей показался человеком, рядом с которым нужно постоянно быть на стороже, и выдающимся охотником. Ай Фа увидела в нем высокомерность, острый как лезвие дух и тело, переполненное чрезвычайной силой. Это действительно был брат Рими? Она могла относиться к нему только с недоверием.

Она не могла представить свою свадьбу с этим мужчиной.

Ее радовали мысли о том, что она может стать родственниками с Джибой Ву и Рими. Но этого было недостаточно.

Более того, такие действия, возможно, совсем не порадуют ни ту, ни другую.

Для Ай Фа они были незаменимыми друзьями. Но у Джибы Ву было множество детей и внуков, поэтому Ай Фа не могла быть для нее кем-то исключительным.

Она не сомневалась в ее искренности. Но кроме родителей, у Ай Фа не было других родственников. Ее матери не стало два года назад, а отец умер два дня назад. Пропасть между положениями их семей была слишком большой.

Джиба Ву, Рими и Селис Лан — вот и все ее немногочисленные друзья и моральная поддержка.

У Джибы Ву же было около десяти членов собственной семьи, двадцати членов родственных семей и около 70 других родственников.

Учитывая важность кровного родства для любого морихенца, существование Ай Фа представлялось слишком незначительным по сравнению со всеми этими людьми.

Но даже так, ей было все равно. Даже если бы она занимала 101-е место в сердце дорогого ей человека, его улыбка и слова все равно приносили бы ей радость.

"Может, мы и не кровные родственники, но мы все равно друзья."

Она продолжила колоть дрова, думая об этом.

И вдруг... ощутила позади себя чье-то присутствие.

Ай Фа ловко отпрыгнула, отбросила в сторону тяжелое мачете и схватила с пояса нож.

— Прости, я напугал тебя?

Тот, кто стоял за ее спиной, был не из клана Тсун или Ву. Это был спокойный мужчина лет двадцати из дома Фоу. Она не знала его имени, но помнила, что он младший брат главы этого дома.

— В чем дело? Разве мужчины не должны быть в лесу в это время?

— Это верно, но... Стыдно признаться, но вчера я вывихнул лодыжку. С такой ногой я не могу потягаться с гибами, поэтому мне придется денек отдохнуть.

Мужчина был высоким, но немного худым.

После того, как она встретила мужчин клана Ву, это было еще более очевидно. Даже младший сын Лудо был крепче, чем этот юноша.

"Если это все, то мне не стоит убегать, я смогу его одолеть в случае чего... Нет, расслабляться все равно не стоит."

У нее были знакомые в доме Фоу, поэтому нападать на него первой не было смысла.

Но эти знакомые все равно были для нее чужими людьми, поэтому у этого юноши не было повода просто так к ней приходить.

— И? У тебя какое-то дело ко мне? Я сейчас занята.

— Эмм... На самом деле, я тут заметил, что человек, похожий на главу клана Ву приходил к тебе. Территория Ву находится дальше к югу... Это был действительно он?.. — медленно спросил он.

Будучи человеком из дома Фоу, ему было отлично известно, что Рими часто заходит к Ай Фа в гости.

Ай Фа подняла с земли мачете, а затем ответила, постукивая тупой стороной по своему плечу.

— Глава клана Ву и его сыновья заходили ко мне. Я была удивлена их внезапным визитом.

— Понятно... А зачем они приходили...?

— ... Это то, о чем я бы предпочла не распространяться, — честно ответила Ай Фа.

Когда он услышал ее ответ, на худом лице юноши появилось сильное чувство беспокойства.

— Ай Фа из дома Фа, можешь посмеяться надо мной, если мое предположение далеко от реальности... но они просили тебя выйти замуж за одного из мужчин клана Ву?

— Откуда тебе это известно? — Ай Фа не могла не спросить в ответ.

Юноша уныло нахмурился.

— Так я и думал... Ай Фа, ты действительно прекрасна, поэтому я ожидал чего-то подобного... Но...

— Второй брат дома Фоу, ты можешь перестать мямлить? Это раздражает.

Ай Фа подавила желание цокнуть языком и высказала недовольство. После этого юноша подошел к ней поближе и убедительно произнес:

— Вовсе я не мямлю. Ай Фа из дома Фа, ты — красавица. Я так считаю уже довольно давно... уже несколько лет.

Ай Фа была удивлена, но не позволила юноше подойти к ней еще ближе. Она держалась на расстоянии более вытянутой руки и отступала.

Печальное выражение лица юноши внезапно сменилось напряжением.

— Ай Фа, дом Фоу — слабая бедная семья. Мы вынуждены работать вместе с другими мелкими домами, чтобы выжить. Как охотник, я не такой выдающийся, как твой отец... я даже в подметки не гожусь большинству мужчин из клана Ву.

— ... И что? Численность дома не так уж и важна.

— Ай Фа, если ты действительно так думаешь, то я надеюсь, что ты станешь членом семьи Фоу. Меня зовут Маса Фоу, я — второй брат дома Фоу, и я хочу, чтобы ты стала моей женой, Ай Фа из дома Фа.

Ай Фа застыла в шоке.

От нее столько проблем, зачем кому-либо делать ей предложение?.. Этому мужчине не следовало говорить такие слова.

— Погоди, второй брат дома Фоу! Мне всегда казалось... что ты хочешь взять в жены Селис Лан...

— Наша свадьба еще не утверждена. Если я отменю помолвку и должным образом извинюсь перед домом Лан, это не вызовет в будущем никаких проблем.

— Ты хочешь отменить свою помолвку с Селис Лан?! Но почему?! — Ай Фа неосознанно повысила голос.

Юноша... Маса Фоу продолжал спокойно и серьезно смотреть на нее.

— Я всегда не мог отвести от тебя глаз. Но ты сказала, что собираешься жить, как охотник. И это правда, что вы с Гиллом Фа всегда возвращались с охоты с богатой добычей. Подавив свои собственные чувства, я сказал себе, что неважно, насколько ты красива, у тебя все равно душа охотника. Однако молодой Гилл Фа погиб в лесу, и теперь ты... не сможешь прожить охотой в одиночестве.

— ......

— И потому больше не могу подавлять свои чувства! Мысль о том, что ты выйдешь замуж за другого мужчину... что кто-то вместо меня будет держать тебя на своих руках... у меня от этого сердце разрывается, как будто все внутри меня объято огнем! Поэтому я...

— Я бы хотела и дальше жить, как охотник, — прервала Ай Фа уверенным голосом Масу Фоу.

Маса Фоу покачал головой и ответил:

— Невозможно, никто не может охотиться в одиночку. В прошлом с тобой был Гилл Фа, вот почему ты не погибла в лесу. Ты — женщина, и если ты пойдешь в лес одна...

— Если даже я умру в лесу, то я с радостью приму эту судьбу!

Ай Фа с силой вонзила лезвие мачете в землю.

— Ты предал доверие Селис Лан! Даже если я не буду охотником, я никогда не стану твоей женой. Второй брат дома Фоу, проваливай! Я... больше всего ненавижу мужчин, вроде тебя!

Некоторое время Маса Фоу стоял, не двигаясь.

А затем он медленно развернулся и исчез с глаз Ай Фа.

И в этот момент... с противоположной стороны донесся чей-то слабый голос:

— Почему...

Ай Фа медленно обернулась.

Она увидела Селис Лан, стоящую в тени дома Фа с бледным, как у мертвеца, лицом.

— Селис Лан...

Ай Фа попыталась подойти к ней поближе.

— Не подходи! — закричала та пронзительным голосом.

Ай Фа остановилась и посмотрела на подругу.

По щекам Селис Лан текли слезы.

Ее голос охрип от злости.

— ... Ай Фа, это не твоя вина... — наконец сказала Селис Лан дрожащим голосом. — Просто Маса Фоу слишком мягкосердечен... А я слишком глупая... Да… Ай Фа, это вовсе не твоя вина...

А затем и Селис Лан тоже исчезла с глаз Ай Фа.

Ай Фа подняла лицо и посмотрела на чистое синее небо.

Ее сердце было разбито.

Она потеряла одного из своих немногочисленных друзей.

От чувства потери и печали ее руки и ноги резко ослабли.

Но Ай Фа не собиралась сдаваться этим эмоциям. Она подняла правую руку и со всей силы врезала кулаком в стену.

— Это что, какая-то шутка?! Что я такого сделала?!

А потом Ай Фа отчаянно постаралась выбросить все это из головы.

Часть 4

— ... Ай Фа из дома Фа, таков твой ответ? — грозно спросил Донда Ву.

Это был обещанный третий день.

Дело происходило опять у входа в дом Фа, и глава клана вновь пришел вместе со всеми своими тремя сыновьями.

Ай Фа вышла их поприветствовать, но не успела еще ничего сказать — Донда Ву понял ее намерения по тому, как она была одета.

Ее наряд... охотничья накидка из шкуры гибы, меч и нож на поясе. Она была одета как охотник.

На ее шее висело ожерелье, доставшееся ей от ее покойного отца. Для Ай Фа это ожерелье, видимо, было тяжелее, чем стальной клинок. Это была гордость Гилла Фа, его охотничья честь! Сокровище, добытое им в лесу ценой собственной жизни.

— Я решила жить, как охотник. Поэтому я не стану выходить замуж ни за кого из клана Ву. Простите, что пренебрегаю вашей доброй волей.

— Хмм... Похоже, ты еще глупее, чем я думал, Ай Фа из дома Фа.

Донда Ву медленно закипал.

Чтобы не поколебаться под взглядом его горящих глаз, Ай Фа сжала свои кулаки.

— Забота о семье и воспитание детей... Ты хочешь отказаться от женской доли и осмелишься вступить в лес, как охотник?

— Да. Я буду усердно трудиться и стану охотником по праву. Однажды, меня признают все остальные!

— Ты думаешь, что сможешь охотиться на гибу в одиночку?

— До того, как мне исполнилось тринадцать, мой отец Гилл Фа делал именно это. Ему необходимо было заботиться обо мне и моей матери Мэй, но мне нужно охотиться только для себя, поэтому мне будет проще.

— ... Ты думаешь, твой отец хотел бы, чтобы ты жила вот так?

Ай Фа легонько вздохнула, а затем сказала:

— Я не знаю, что сказал бы по этому поводу мой отец Гилл, но я выбрала этот путь по собственному желанию.

Душа Гилла Фа уже вернулась обратно в лес. Возможно, наблюдая за ней, он только вздыхал и стонал, думая, что она еще не готова, и что она поступает слишком безрассудно.

Но это было всего лишь ее воображением.

Ай Фа уже все для себя решила.

То, что правильно… то, что ожидали от нее другие… то, что она хотела сама… Она избавилась от всех этих сомнений и решила сконцентрироваться на том, чего желает ее собственное сердце. И она сделала свой выбор. Она будет жить, как охотник. Эта мысль сидела в ее голове уже долгое, очень долгое время.

Она "должна" жить как охотник или "должна" жить как женщина?

...Она отбросила слово "должна" и остался только один единственный ответ.

Она не знала, что правильно, но знала, чего желает ее сердце.

Она "хочет" жить, как охотник.

Она не хотела сидеть дома и ждать возвращения мужчины из леса. Она хочет сама ходить в лес за добычей. Если она не сможет жить так, как хочет, то просто позволит своей душе вернуться в лес... Ай Фа решила жить дальше со словами своего отца в сердце.

Если ее решение было неправильным, то лес непременно заберет себе ее душу. Пятнадцатилетняя девушка не была достаточно опытна в обращении с мечом, но это не поколебало ее решения. Если оно было неправильным… что ж, тогда она просто погибнет в лесу.

— ...Есть много людей, которые не хотят, чтобы ты умерла. Собираешься проигнорировать их желания, Ай Фа? — спросил Донда Ву более спокойным голосом.

Но, вопреки его голосу, его глаза сияли диким огнем.

Должно быть, он решил, что Ай Фа игнорирует чувства и желания его семьи.

Ай Фа успокоила дыхание и ответила:

— Есть и те, кто согласится с моим выбором. Но что бы кто ни думал — я не изменю свое решение из-за этого.

Будут ли Джиба Ву и Рими плакать от отчаяния, когда узнают решение Ай Фа? Или они разозлятся?

Даже если они так отреагируют, Ай Фа это не волновало.

Даже если они обвинят ее в глупости, в Морихене не существует правила, запрещающего женщинам становится охотниками.

Возможно, просто раньше это никому не приходило в голову, поэтому и четких правил, осуждающих такой поступок, тоже не существовало.

И она не чувствовала никакого стыда из-за того, как проживает свою жизнь.

Извиняться перед идиотским кланом Тсун или принимать предложение замужества от Ву? — Это не для Ай Фа.

"Наверно, я больше никогда не увижу бабушку Джибу и Рими."

Это было вполне естественно, поскольку она серьезно разозлила главу их клана.

Она больше не сможет подержать сморщенные пальцы Джибы Ву и не увидит энергичную улыбку Рими. Просто одна мысль об этом... заставляла ее грудь разрываться.

Из-за того, что Ай Фа не хотела извиняться перед кланом Тсун, дом Лан и Фоу начали ее избегать. А теперь и весь клан Ву разорвет с ней отношения. Ай Фа осталась совершенно одна.

Но даже так, она не собиралась меняться.

Изменять себя ради успокоения других... она не считала, что в этом есть какой-то смысл.

Если никто в этом мире не примет ее такой... Значит, она будет продолжать жить в одиночестве.

— Ты — единственная, кто выбирает путь, по которому ты пойдешь, Ай Фа из дома Фа… И видимо, тот путь, к которому ты стремишься, не пересекается с путем клана Ву.

— Да, похоже, что так.

Донда Ву выслушал ее ответ, а затем развернулся и ушел.

Его три сына молча последовали за своим отцом. И таким образом, Ай Фа осталась одна.

Она начала свою новую жизнь, полную одиночества.

Мясо и овощи, хранящиеся в кладовой, клыки и рога, висящие на ее шее… Она должна поймать гибу до того, как ее запасы окончательно иссякнут, или она умрет с голоду… Это станет ее первым испытанием.

"Поскольку в доме кроме меня больше никого нет, то мне нужна одна гиба каждые десять дней. Если я не могу справиться даже с такой задачей, то у меня вообще нет права называться охотником."

Однако проблема была не только в еде.

Вся ее одежда и клинки были куплены за деньги, полученные в обмен на клыки и рога. У нее оставался собственный нож, поэтому даже если нож ее отца сломается, она сможет его заменить. Но в доме был только один меч. Если она его сломает, то на новый потребуется потратить слишком много клыков и рогов, которых у нее не было. По грубым прикидкам — никак не меньше 30 гиб.

"…Чем волноваться об этом, лучше потратить это время на тренировки во владении мечом."

Ай Фа вернулась в дом за мечом.

Она могла припугнуть им пару зарвавшихся личностей, но если попробует сделать то же самое с гибами в лесу, то потеряет жизнь. Она не может пойти в лес с оружием, которым не умеет пользоваться.

"Ладно, пора идти."

Прошло пять дней с ее последней охоты.

По ее позвоночнику пробежало то ли чувство страха, то ли радостного предвкушения.

Она уже собиралась выходить, как вдруг…

Увидела перед собой маленькую фигурку.

— Вау! Ай Фа, так действительно собираешься быть охотником!

Это была Рими Ву.

Ай Фа на мгновение утратила дар речи... но быстро успокоилась и поинтересовалась:

— Рими Ву, что ты здесь делаешь?

— Хмм? Конечно же, я беспокоилась о тебе и ждала, пока папа Донда и остальные уйдут! Папа Донда и братик Дарум были такие злющие, что я сразу поняла — ты им отказала!

Рими Ву широко улыбалась и продолжала носиться вокруг Ай Фа кругами.

— Ты так круто выглядишь! Это охотничья накидка Гилла Фа, да? Ай Фа, она тебе очень идет!

— ......

— Кстати, когда ты была меньше, то носила шкуру молодой гибы, да? Ты тогда так мило выглядела! — Рими Ву громко рассмеялась.

От ее улыбки на душе у Ай Фа потеплело.

Из ее, казалось бы, крепко запечатанного сердца почти вырвалось удивительное количество любви.

Даже в такое тяжелое время Рими продолжала ей улыбаться.

Все остальные отказались от Ай Фа, но эта маленькая девочка продолжала считать ее своим другом? Ай Фа захотелось встать на колени и крепко обнять это маленькое, изящное и теплое тельце.

Ей хотелось заплакать, как брошенному ребенку.

Но Ай Фа подавила это желание прямо перед тем, как оно успело овладеть ей полностью.

Это потребовало от нее всех крох самообладания, что еще оставались в ее сердце.

Она двинулась, чтобы уйти.

— Эй, подожди! Мы так давно не виделись! Ты куда?!

— ...Я решила жить, как охотник. Уже полдень, я собираюсь в лес.

— Ох, понятно! Тогда будь осторожна, Ай Фа! Я буду изо всех сил молиться за твою безопасность!

Ай Фа остановилась, а затем сказала, стоя спиной к Рими:

— Рими Ву, больше никогда не приходи в дом Фа.

— Аа?! Почему?!

По дыханию Рими, Ай Фа поняла, что девочка замерла на месте как вкопанная.

Ай Фа не стала поворачиваться к ней и продолжала:

— Я разозлила Донду Ву. Как член клана Ву, ты должна уважать его чувства.

— О чем это ты?! Я не понимаю! Хочешь сказать, что папа рассердился твоему отказу? Все хорошо! Меня это не касается!

— Дело не только в этом. Клан Тсун точит на меня зуб. И это может коснуться тех, кто меня окружается. Поэтому… тебе не следует приближаться ко мне.

Рими на секунду затихла.

А затем она сказала слабым голосом:

— Но... если ты будешь беспокоиться из-за этого, то останешься совсем-совсем одна.

Ай Фа обратила свой взор на бескрайний лес вдалеке и ответила:

—  Ну и прекрасно. Я напала на мужчину из главного клана и отвергла добрую волю клана Ву. И наконец, я решила стать охотником, несмотря на то, что я женщина. Нет никого, кто сможет понять, как я себя чувствую, поэтому я хочу жить одна.

Она была уверена, что сможет прожить в одиночестве.

И поэтому она не хотела втягивать в проблемы кого-то еще.

Жить в лесу и умереть в лесу… вот единственное, чего хотело сердце Ай Фа.

— Но я не хочу! Я хочу остаться с тобой! — упрямо настаивала Рими.

Ай Фа покачала головой и остановилась.

— В любом случае, у меня теперь нет времени на игры. Рими Ву, возвращайся в клан Ву и больше никогда не приближайся к моему дому.

—  А я сказала, что не хочу! Я точно приду и увижу тебя снова! — в голосе Рими слышались слезы.

Одних этих слов было достаточно, чтобы согреть сердце Ай Фа.

Ничего страшного, даже если она не придет.

Ай Фа было достаточно уже того, что она сказала: "Я хочу увидеть тебя снова."

"Рими, этого достаточно."

Даже если они больше никогда не увидятся, они все равно прекрасно проводили вместе время в прошлом. Эти воспоминания навсегда останутся в их сердцах.

Селис Лан заставила Ай Фа понять это.

Даже если Селис Лан теперь ее ненавидит, ее улыбка для Ай Фа в прошлом была настоящей. Теплое ощущение ее пальцев все равно сохранилось на плечах Ай Фа.

И ее отец Гилл Фа.

Гилл Фа мертв.

Она не сможет больше никогда увидеть его снова.

Но он все равно никогда не исчезнет из ее сердца.

"Рими Ву... бабушка Джиба... Селис Лан... моя жизнь в прошлом была такой счастливой только потому, что вы все были со мной."

А потом Ай Фа спрятала свои чувства поглубже в душу и стала жить дальше.

Хоть Гилл Фа и погиб, он все равно был ее отцом, а Мэй Фа все равно была ее матерью. Поэтому, даже если им было суждено расстаться, Рими Ву, Джиба Ву и Селис Лан все равно были ее друзьями.

Пока Ай Фа сохраняла эти воспоминания в своем сердце... Она могла продолжать жить дальше.

— Глупая Ай Фа! Бестолковая! — донесся сзади крик Рими, постепенно затихая вдали.

Ай Фа шла в лес и слышала плач маленькой девочки позади себя.

И хотя по ее собственным щекам катились слезы, у нее в душе не было никаких сомнений.

А два года спустя в ее доме появился удивительный чужестранец.

Том 3

Пролог: Ущелье

Дикая готовка

— Isekai Ryouridou —

— Том 3 —

— Автор: Eda —

— Художник: Kochimo —

[Перевод на русский язык: Sofilion_Live]

[Редактура: Knox]

Пролог

Ущелье

Передо мной предстала ужасающая картина.

Мы были в широкой каменистой долине, находящейся от дома Фа в тридцати минутах ходьбы.

Перейдя через водный источник, которым мы обычно пользуемся, я посмотрел вверх на пики горы Моргу и двинулся к крутым холмам. Там передо мной и открылся этот грандиозный и невероятно устрашающий вид...

Это было огромное ущелье.

Река, названия которой я не знал, вытекала из подножия крутых склонов. Вокруг эхом разносилось журчание стремительного течения воды.

Звук на самом деле доносился с порядочного расстояния - около 20 метров высоты разделяли край склона, на котором мы стояли, и реку, протекающую внизу.

20 метров... В моем мире это приблизительно равно высоте пятиэтажки.

Довольно высоко, чтобы испугаться, но не настолько, чтобы впасть в паралич от страха. Один взгляд сверху на буйные речные пороги не заставит мои ноги задрожать.

Самым ужасающим во всем этом был не крутой склон, а хрупкий самодельный "подвесной мост". Вот от одного взгляда на него меня и бросало в панику.

— ... Ты что, шутишь?

— Что ты имеешь в виду? — отозвалась моя драгоценная хозяйка, склонив голову набок.

Она действительно не понимает... Я вздохнул.

Этот примитивный подвесной мост был около десяти метров в длину и метр в ширину, построен из старых бревен и сухих коричневых лиан.

И хоть здесь не было даже легкого дуновения ветерка, мост все равно медленно раскачивался. Одна мысль о том, что мне нужно на него ступить, ужасала меня.

— ... Да я вот немного беспокоюсь о прочности этого моста, — попытался я сформулировать свою мысль.

После прибытия в этот мир, это был, наверное, первый раз, когда я был таким напряженным, и моя хозяйка все сильнее озадачивалась.

Ай Фа была жительницей Морихена и к тому же главой дома Фа.

Не стоит говорить о том, что она была моим покровителем, храбрым охотником, и мы жили вместе.

Ее длинные светлые волосы, редко встречающиеся в Морихене, были завязаны в сложную прическу.

В ее глубоких голубых глазах горел яркий свет.

Ее смуглая кожа была приятного оттенка молочного шоколада, а ее стройное тело больше напоминало античную скульптуру.

Хотя она и была среднего роста, ее хорошо сложенное тело было наполнено блестящей жизненной силой и энергией.

Наброшенная на ее плечи накидка, сделанная из шкуры гибы, была доказательством того, что она настоящий охотник… как и одежда ярких цветов, прикрывающая только ее грудь и талию. На ее тонкой талии висели широкий меч и нож, а на ее стройных ногах была надета обувь, подвязанная на кожаных ремешках.

На ее аппетитной груди висело ожерелье с большим количеством клыков и рогов, а на тонком запястье был браслет из фрукта крили, отпугивающий мелких ядовитых насекомых.

Ай Фа была одета, как обычно.

Прошлой ночью... Мы выполнили нашу работу по подготовке предсвадебного празднования для дома Лутим. После мы вернулись в комнату, отведенную нам, и Ай Фа была сама не своя. Но после одной ночи, похоже, она снова вернулась в норму.

Счастливый конец.

Это замечательно, что она вернулась в норму... но удалось ли мне донести до нее свои тревоги как следует?

— Асута, тебя так беспокоит этот мост? — тихо спросила Ай Фа. — Если так, то не волнуйся. Он построен из лиан Флехаба, и они очень крепкие, несмотря на то, что выглядят такими тонкими! Их очень трудно разорвать. Даже когда они высыхают, то все равно остаются сильными, как человеческие волосы.

Даже сравнив их с неожиданно крепкими волосами, она не избавила меня полностью от переживаний. Уж лучше бы вместо этих тоненьких веточек морихенцы соорудили мост из чего потолще. Тогда мое сердце было бы спокойнее.

— ... Этот мост был здесь до моего рождения, и с ним никогда не было никаких проблем, потому он полностью безопасен.

— Нет, даже если раньше не было никаких проблем, то это не значит, что он будет безопасным сегодня! И раз уж  у этого моста такая длинная история, это значит, он очень старый, верно?!

— Вот почему ты должен осторожно осматривать лианы на повреждения, когда пересекаешь его. Любой, кто заметит какие-либо проблемы, должен его починить. Этот подвесной мост выдержал десятилетия только из-за того, что все придерживаются этого правила.

— ... Глава дома Ай Фа, что-то ваши слова меня совсем не успокоили. Нет ли более безопасного и удобного пути?

— ... Эта дорога самая быстрая от моего дома до Почтового города. Любой другой путь займет в два раза больше времени.

Все верно, чтобы обменять клыки и рога гибы на еду, мы были на пути в Почтовый город.

Ария, пойтан и фруктовое вино почти закончились. При обычных обстоятельствах Ай Фа пошла бы в город еще раньше — когда запасы не настолько бы истощились, но мы были заняты противостоянием с Дондой Ву. Этот поединок наконец-то вчера закончился. Рано утром мы вернулись домой, запаслись листьями пико и, закончив минимальную работу по дому, отправились в город.

Прошло двадцать дней с тех пор, как я прибыл в этот мир, и наконец-то вышел за пределы леса.

Тогда мое сердце трепетало от волнения и предвкушения неизвестного.

Но прямо сейчас я дрожал совсем по другой причине.

— Хватит уже! Если мы будем и дальше здесь торчать, то солнце сядет.

— Стой, подожди! Эмм... Пожалуйста, можно я буду держать тебя за руку?

— Нет, нельзя! Какая от этого польза? Если мы упадем, ты все равно умрешь, даже если будешь держать меня за руку. Если хочешь держаться за что-то, то держись за лианы, — нахмурилась Ай Фа.

— Д-дело не в этом, просто человек нуждается в чувстве безопасности! Глава дома Фа, уж будьте так добры, окажите любезность вашему смиренному спутнику! Вы мне кажетесь гораздо надежнее, чем эти тонкие лианы!

— ...Немедленно прекрати разговаривать в такой идиотской манере или я отрежу тебе язык.

— Прости.

— В любом случае, тебе от хватания меня за руки пользы не будет. Если ты так боишься, то держись за край моей накидки.

Холодно сказав это, она взмахнула накидкой и пошла к подвесному мосту.

Я успел схватиться за ее развевающийся край.

— Л-ладно, так лучше! Идем!

Ай Фа тяжело вздохнула, даже не посмотрев на меня, а затем без колебания шагнула вперед.

Я мог только медленно двигаться вслед за ней, как бесполезный спутник на орбите.

Ай Фа поставила ногу на первую доску.

Подвесной мост сильно покачнулся.

Я собрался с духом и последовал за ней.

Мост снова сильно закачался.

— ... Ооуу~...

— Шумный.

— П-подожди! Держись хотя бы за ограждения! Мои обе руки на твоей накидке!

— Шумный!

Ай ФА шла своими обычными уверенными широкими шагами, продвигаясь вперед без капли сомнения.

Мост продолжал раскачиваться.

Я боялся даже глянуть вниз, чтобы меня не парализовало от страха.

"Всего-то и нужно, что пройти десять метров. Гляди, ты уже прошел пять!" — попытался успокоить себя я.

Если я продолжу смотреть только в затылок Ай Фа, то проблем не будет.

Однако...

— ... Хмм, а вот эта лиана повреждена, — вдруг сказала Ай Фа

Мой рассудок и здравомыслие моментально улетели куда-то за горизонт.

— Ааа! Ааа! — закричал я и со всей силы вцепился в Ай Фа.

Мост безумно закачался под нами, и я чуть не грохнулся вниз, поскользнувшись.

— Ааа! Ааа!! Ааа!!!

— Болван! Отпусти меня! Ты действительно хочешь умереть?! — раскатился по всему ущелью гневный рык Ай Фа.

Он был как церемониальная пушка, возвещающая начало этого долгого дня.

Глава 1: Почтовый город Генос

Глава 1

Почтовый город Генос

Часть 1

Генос — это не только город, но и территория западного королевства Сельва.

Западное королевство гордится своими бескрайними землями, а Генос находится у его восточных границ к югу, у подножия горы Морга.

Генос — это пограничная территория королевства Сельва и важный торговый и транспортный узел. Все его ближайшие соседи были дружественными странами: и южное королевство Джагал, и восточное королевство Сему. Территория с умеренным климатом, богатыми водными источниками и плодородными землями.

В центре всей этой обширной территории возвышалась Каменная Столица — главный город, окруженный прочными каменными стенами. Войти туда можно было только по специальному разрешению.

К северу от Каменной Столицы расположились замечательные фруктовые сады, а к югу — сельскохозяйственные угодья.

Вымощенная каменная дорога тянулась от юга и до самого севера, отделяя Генос от горного хребта Морги... и на обочинах этого тракта местные жители открывали свои магазинчики.

И где-то на промежутке между городом и сельскохозяйственными угодьями расположился почтовый городишко[1], который свободно могли посещать путешественники и торговцы.

Это и был Почтовый город Генос.

◇◆◇

— Вау...

Я был поражен с первого же взгляда.

Рискнув своей жизнью и преодолев этот ужасающий мост, мы шли еще около получаса, и мир внезапно широко распахнулся перед нами. Весь путь у нас занял не меньше часа. По ощущению — примерно столько же, сколько от нас до клана Ву.

Несмотря на это... мир вокруг полностью изменился.

— Вот это да... Такое ощущение, будто я снова очутился в другом мире... — выдавил я что-то несущественное, вернув себе способность говорить.

Вот какими радикальными были изменения перед моими глазами.

— Не удивляйся так сильно. Морихенцы живут тут, чтобы защищать местные угодья от уничтожения гибами. Вот почему наше поселение находится так близко к Геносу.

Голос Ай Фа все еще звучал недовольно, но такое одностороннее объяснение не могло подавить мое потрясение.

Жители Морихена надевали накидки из меха и охотились, зарабатывая себе на жизнь. И эти храбрые, но довольно дикие охотники жили так близко к самой настоящей цивилизации… мне было тяжело принять этот факт.

Все здания, что я видел, были сооружены из дерева.

Но почти все они были двухэтажные, а не одноэтажные.

Кое-где для пущей надежности использовался даже камень и самый настоящий цемент.

Путь под моими ногами был вымощен белой брусчаткой.

"Да это же самая настоящая дорога, а не тропинка в лесу!"

Дорога была широкая — около 10 метров и по обе стороны располагались постройки, тянущиеся прямой линией от севера к югу. И в городе было видимо-невидимо самых разных людей.

У меня даже глаза разбегаться начали, но я не видел никого, кто был бы одет, как охотник.

Слегка полноватый мужчина торопился вниз по улице с маленьким цилиндром на голове. У него была желтая рубашка, свободные штаны кремового цвета и большая корзина из бамбука на спине.

Одна из женщин элегантно пробиралась сквозь толпу, ее грудь была прикрыта куском ткани, а плечи — широким платком. Длинная юбка закрывала ее ноги почти до самых щиколоток. Она была не такой красивой, как Вена Ву, но все равно очень даже миловидной.

Крепкий мужчина медленно шагал по дороге, его рубашка была сделана из выделанной шкуры, похожей по цвету на верблюжью, но точно не из гибы. Вокруг его талии был обернут широкий пояс, а обут он был в кожаные сандалии, так что его одежда чем-то напоминала ту, в которой ходят жители Морихена. С пояса свисали ручной топорик и кожаная сумка.

Здесь было так много самых разных людей, что описать каждого в отдельности заняло бы слишком много времени.

Тощий старик в серой мантии с банданой, обвязанной вокруг головы.

Шныряющие вокруг дети, одетые в порванные лохмотья.

Крепкого вида полуголый мужчина нес какой-то груз.

Мужчины в капюшонах и мантиях, прячущие свои лица.

У многих из них был легкий кремовый оттенок кожи, как у японцев, или желтовато-коричневая смуглая кожа. Но их волосы были не только черными, а варьировались между темно-коричневыми и каштановыми. У многих были выразительные черты лица, к которым я совсем не привык в своем родном городе.

Была еще небольшая группа людей с белой кожей красноватого оттенка и другая маленькая группа с еще более темным оттенком кожи, чем у жителей Морихена.

Они деловито разгуливали по улицам, внимательно наблюдая за окружающими, чтобы ни с кем не столкнуться.

Поражало не только обширное разнообразие людей, но и их количество, а также плотность городской застройки.

— Вау... Что это?!

В толпе впереди виднелось что-то худое и высокое — на целый метр выше окружающих людей. Оно немного подпрыгивало вверх и вниз, приближаясь к нам.

— Это Моа Тотос, — равнодушно произнесла Ай Фа.

Огромная трехметровая птица, напоминающая здоровенного страуса!

С длиннющей шеей и круглым телом на толстых ногах... оно было покрыто темно-коричневыми перьями.

К ее острому клюву был привязан кожаный ремень с поводьями. Эти поводья сжимал в руках крупный мужчина с желтовато-смуглой кожей, одетый в одни только штаны и шляпу из плотной ткани.

По обе стороны от птицы выпирал большой багаж, прикрытый тентом.

— Здесь только таверны. Палатки с едой дальше, на север.

— Подожди... Погоди секунду, Ай Фа.

Прежде чем Ай Фа двинулась в толпу, я машинально схватил ее за руку. Ай Фа хотела было сердито стряхнуть мою руку, но внезапно заглянула мне в лицо и спросила:

— Асута, что с тобой? У тебя лицо бледное. Тебе нехорошо?

— Я в порядке. Все хорошо... Просто дай мне немного времени.

Чувствуя кончиками пальцев тепло ее тела, я крепко зажмурил глаза.

У меня сперло дыхание, и я потряс головой. Сердце гулко стучало в груди, отдаваясь своим ритмом на висках.

Мой рассудок отвергал эту картину.

Это место было слишком похоже на иной мир.

Конечно, Морихен тоже отличался от привычной мне среды. В конце концов, там все ходили в шкурах и занимались охотой. Для меня такой образ жизни — это просто сцены из исторических книг.

Но, как бы выразиться… Морихенцы пользуются оружием, выкованным из стали, возводят деревянные дома и готовят еду с помощью печей. Их нельзя назвать полностью дикими, им была не чужда цивилизация, но они жили будто в единении с природой. Вместо того, чтобы ощутить себя в ином мире, рядом с ними я ощущал себя так, словно очутился в неизвестных землях глубоко в густом лесу.

Но этот город был другим.

Здесь строились дома из досок, вместо голой земли под ногами — вымощенная камнем мостовая. Глаза у людей не горят как у диких зверей. Да и вообще, они выглядят так, словно наслаждаются своим стабильным образом жизни, слоняясь по дороге туда-сюда.

Мне была хорошо знакома эта картина.

Это место было очень похоже на мир, к которому я привык.

В этом городе определенно не было никакого электричества и развитой металлургии. Уровень цивилизации был ближе к средним векам моего мира.

Но это все равно было мне знакомо.

Впрочем, было здесь и море экзотики иномирья.

Город не был окружен каменными стенами и представлял собой всего лишь самый простой беспорядочный городишко у большого торгового тракта. Но это все равно был "город".  Этим людям не нужно было охотиться, чтобы зарабатывать на жизнь. Они были настоящими "горожанами".

Это место оказалось слишком похожим на мой мир, что не могло меня не озадачить.

"Но это не мой мир. Я нахожусь в абсолютно чужом мне месте и... больше никогда не смогу вернуться обратно..."

— Асута...

Я почувствовал, как меня сильно тянут за шиворот.

Ай Фа притянула меня к себе и прошептала прямо в ухо:

— Ты в порядке? Если тебе нехорошо, полежи немного. Ты... ты выглядишь так, будто умираешь.

— Я... я в порядке. Просто немного голова кружится... — рассеянно ответил я и медленно открыл глаза.

Голубые глаза Ай Фа находились очень близко к моим.

Мой нос, онемевший от душной толпы, наполнился ее ароматом.

Ай Фа теперь не нужно было заниматься домашним очагом, поэтому запах мяса от нее стал слабее. Ее аромат... нотки сладких фруктов и свежих трав стали сильнее. Ее запах был ободряющим и постепенно успокоил мой смятенный разум.

"Кстати... Я все еще не выяснил, что это за сладкий запах..."

Мне часто доводилось чувствовать запах риро от морихенцев и их жилищ, но этот аромат я не ощущал ни от кого, кроме нее.

"Что же это такое? Какой дивный запах... Может быть, это какой-то фрукт? Но почему им пахнет только одна Ай Фа...?"

Когда она крепко сжала мои пальцы, эта мысль медленно исчезла из моей головы.

— Ты правда в порядке? Не заставляй себя... Сколько пальцев показываю?

— Двенадцать... Я в порядке. Все в норме.

Мое зрение постепенно прояснялось.

Теперь я мог видеть не только ее глаза, но и лицо перестало расплываться, принимая явные очертания. Тонкая переносица Ай Фа, гладкие смуглые щеки, розовые губы и светлая челка, прикрывающая ее лоб, отразились в моей сетчатке с твердым ощущением реальности. Кончики пальцев моей правой руки, которые сжимала Ай Фа, чувствовали тепло.

Мои дрожащие ноги снова ощутили под собой твердость каменной дороги, и я наконец-то вернулся в реальность.

— Похоже, свет вернулся к твоим глазам. Что случилось, Асута?

Ай Фа убрала руку, которой держала меня за шиворот, и отошла.

Но она не отпустила мои пальцы, продолжая согревать руку и успокаивать изнуренное сердце.

— Это довольно трудно объяснить. Атмосфера здесь очень похожа на мой родной город... И хоть даже атмосфера такая же, улицы и люди совершенно другие, поэтому в моей голове полный беспорядок.

Ай Фа нахмурилась и стала выглядеть, как младшеклассница, озадаченная сложным вопросом учителя по математике.

— Я не совсем понимаю, но твое лицо выглядело очень плохо. Не заставляй меня так сильно волноваться.

Я был удивлен ее откровенными словами.

Ай Фа что-то буркнула и отвела взгляд. Затем она спокойно отпустила мою руку и сказала:

— Раз уж ты пришел в себя, теперь мы пойдем туда, где находятся продуктовые палатки. Не отходи от меня далеко.

— Понял. Если возникнет критическая ситуация, я снова обниму тебя сзади.

Я достаточно восстановился, чтобы отпускать шуточки, и Ай Фа безжалостно пнула меня по ноге.

Часть 2

Вопреки моим ожиданиям привычные уличные декорации очень скоро сменились.

Через десяток минут ходьбы деревянные строения сменились рыночной площадью, устроенной как блошиный рынок. Улица продолжала тянуться дальне на север, а вместо деревьев по бокам дороги появились палатки с деревянными прилавками и самодельными крышами. Были и такие, в которых торговцы просто раскладывали свои товары прямо на землю, постелив на нее ковер. Они предлагали свои товары проходящим мимо прохожим.

- Ух ты, потрясающе!

Большинством из представленного здесь был широкий ассортимент еды, в основном овощи.

Все виды овощей, которые я видел в хранилище еды в клане Ву... включая те, что очень помогли мне прошлой ночью: капустообразные листья тино, гинкгообразная пула, яркий красный фрукт, напоминающий гибрид тыквы и помидора. Огромные, выше моего роста листья лопуха и отвратительный овощ, похожий на змею, свернувшуюся кольцом... Все это можно было найти в любой палатке.

К тому же, этот город был построен специально вдоль тракта, чтобы заинтересовать, в том числе, и путешественников. Для них в палатках предлагались большие ломти копченого вяленого мяса неизвестного мне происхождения, накидки из шкуры, столовые приборы из дерева и железа, котелки, кинжалы, луки и стрелы.

Возле палаток я увидел и других птиц Моа Тотос — некоторые были даже запряжены в большие телеги. Должно быть, здесь они были чем-то вроде тяговых животных или лошадей из моего мира.

Я был все еще немного ошеломлен, но теперь с любопытством изучал этот загадочный мир. И... я осознал одну вещь.

В этом городе Ай Фа больше выделялась из толпы, чем я сам.

Так как здесь собрались люди с самыми разными оттенками кожи и одеждой, я понимал, почему я не сильно бросаюсь в глаза.

Но хотя и наряд Ай Фа ощущался диким и первобытным, в нем тоже не было ничего сверхординарного. Были здесь и другие люди в накидках из шкур с мечами на поясе. Многие женщины были одеты еще легче, чем она, и я даже заметил некоторых, украшающих свою голову мехом диких кошачьих.

Но Ай Фа все равно приковывала к себе взгляды, и эти взгляды были не слишком дружелюбными.

Мужчина средних лет нахмурился и отвернулся.

Испуганная женщина спряталась в своей палатке.

Один из прохожих хитро улыбнулся, прошептав что-то своему приятелю.

Некоторые люди, шедшие в нашем направлении, резко меняли свой путь и старались обойти нас подальше.

В этом городе Ай Фа была явно неуместна. И конечно, когда они видели меня так близко к ней, то бросали свои любопытные взгляды и на меня тоже. Но это было ничто по сравнению с их реакцией, когда они видели Ай Фа.

"Волк, идущий среди овец — подходящее описание для этого."

Ай Фа продолжала невозмутимо шагать вперед.

На ее лице не было признаков злости, и она не делала ничего пугающего для людей вокруг. Она просто свободно шла, как ловкий леопард.

В этом многолюдном городе определенно были и самые настоящие головорезы.

Мерзавцы в рваной броне, напивающиеся средь бела дня в стельку и пристающие к продавцам. Я ловил на себе и их редкие беглые взгляды.

Но даже к ним другие не относились так холодно, как к Ай Фа.

"Это так они... презирают "гибажоров"?"

Если дело именно в этом, то меня это невероятно бесило.

Или скорее, я чувствовал ярость, закипающую у меня внутри.

Я слышал, что жители Морихена переселились сюда из Южного Королевства, и в их жилах текла иностранная кровь. Но они все стали жителями Западного Королевства и принесли свои души Западному Богу восемь десятилетий тому назад. Разве они не  должны теперь считаться товарищами местным жителям?

Как человек из другого мира, я не очень хорошо понимал все это. Но даже так, это все равно меня злило.

Пока я кипел от злости, Ай Фа сказала: "Мы на месте" и остановилась перед одной из палаток.

Это был маленький деревянный киоск с навесной крышей.

Внутри сидел пожилой человек, слишком старый, чтобы я мог определить его пол. На улице стояла ясная и солнечная погода, но пожилой человек все равно с ног до головы закутался в плащ. На его пальцах и запястье я разглядел множество колдовского вида украшений. Они выглядели очень странно.

Я попытался разглядеть спрятанное под капюшоном лицо, и обнаружил неожиданно плоские черты лица с одним уголком губ, поднятым в устрашающей жабоподобной улыбке. Один из глаз был полностью белым и, кажется, слепым, а другой оценивающе смотрел на нас своим светло-зеленым зрачком.

— Клыки и рога гиб? Сколько зверей?

Даже услышав голос, я все равно не мог определить его пол.

Этот киоск не выглядел так, словно здесь что-то продавалось. Только на опоре позади старого человека были развешаны разнообразные звериные шкуры. Других товаров на виду не было.

— Четыре, - ответила Ай Фа и достала веревку из потайного кармана своей накидки.

У одной гибы два рога и клыка. Таким образом, у четырех гиб их в сумме всего 16. Однако за последние полмесяца Ай Фа поймала уже пять гиб на охоте, к тому же мы получили девять благословений от клана Ву — должно быть, у нее еще оставалось достаточно много клыков и рогов в потайном кармашке.

Пожилой человек взял веревку и внимательно изучил ее своим сверкающим глазом. Пока он поглаживал белую поверхность рогов и клыков, на его лице появилась устрашающая ухмылка.

— Здесь хороший набор. Вы добыли все это охотой?

— Да.

Получается, она решила не обменивать те девять благословений.

Я подумал, что она просто обменивает все в порядке получения, но это открытие порадовало меня.

— Хорошо, основания наших жизней построены на умелых охотниках, — сказал старый человек, а затем наклонился и пропал под столом.

В следующую секунду послышался звон и он, наконец, снова поднялся с маленьким мешочком и тремя маленькими металлическими пластинами в руке.

Пластина окислилась и почернела, но я думаю, что это была бронза. Приблизительно 10см в длину и 2см в ширину, она была плоской и около 5мм толщиной. В центре выгравирована какая-то эмблема, но пальцы пожилого человека заслонили ее, поэтому я не смог как следует ее разглядеть.

— Это и еще небольшая премия. Сначала будет четыре белых и восемь красных, пожалуйста, пересчитайте.

Ай Фа приняла мешочек, а затем опустошила его на столе.

Пластинки в мешочке были такими же, как и те, что в руке старого человека... Нет, не пластинки, они были больше похожи на плитки. Маленькие плиточки зазвенели, падая на стол.

Я смог наконец-то увидеть эмблему, но для моих глаз это были просто какие-то бессмысленные спирали. Ай Фа ловко пересчитала плитки своим пальцем.

Четыре темных серебристых плитки.

И восемь темно-красных плиток.

—  ... Хмм, количество правильное.

—  Хорошо, тогда я дам вам и это тоже.

Пожилой человек положил сверху кучки красные плитки.

— Тут не так уж много, — пробормотала Ай Фа, а затем вернула все плитки обратно в мешочек.

— В этих местах становится опасно, будьте осторожны, чтобы вас никто не ограбил. В наши дни горожане думают только о том, как бы выжать из нас все соки. Разве они никогда не слышали пословицу "мертвая птица киви не несет яйца"?

Простите, лично я впервые слышу.

— Что ж, мне пора идти, — сказала Ай Фа и развернулась, чтобы уйти.

Я хотел двинуться следом, но хриплый голос старого человека остановил меня.

— Эй ты, горожанин, что одет, как "гибажор"! Впервые вижу я кого-то вроде тебя... Эта прекрасная охотница привела тебя сюда силой?

Даже пожилой человек, торгующий с жителями Морихена, относится к ним с презрением.

Я был в бешенстве, но использовал все свои врожденные навыки общения и произнес, подняв большие пальцы вверх:

— Гиба очень вкусная. Попробуйте, если будет возможность... А теперь мне пора идти.

Когда я отошел от киоска, Ай Фа ждала меня в двух метрах от него.

— Что ты делаешь? Не отходи от меня. То, что висит у тебя на шее — это денежные плитки. Никто не станет воровать у других клыки и рога в Морихене, но сейчас мы на территории жителей каменного города.

— И то правда, я прямо сейчас иду по камням.

Я глухо топнул по дороге, вымощенной камнем.

Кстати, моя обувь полностью износилась.

— ... Дальше пойдем за арией и пойтаном.

Ай Фа продолжила шагать вперед.

Толпа редела, и между палатками и киосками появилось больше свободного места.

— Ах...

После этого я увидел нечто потрясающее.

Бросив взгляд вдоль дороги, я увидел за рынком ряд деревьев, а за деревьями... серую стену.

— ... Это каменные стены крепости Генос, — равнодушно сказала Ай Фа, взглянув в ту сторону. – Там живут и правят местными землями дворяне.

- Оу...

Я не почувствовал ничего особенного.

Я до сих пор злился от осознания того, что там живут люди, заставляющие жителей Морихена охотиться на гибу.

Морихенцам запрещено добывать дикие растения и фрукты в лесах и заниматься сельским хозяйством. Все, что им дозволено — охота на гибу... Мало того, над ними еще и посмеиваются, называя "гибажорами".

Люди Морихена защищают сельскохозяйственные угодья Геноса от разорения гибами, поэтому усилия фермеров не будут уничтожены. Поскольку они вносят свой вклад в процветание этого города, почему к ним должны так холодно относиться? Жители Морихена недовольны этим, но все равно живут с большой гордостью. Я же просто не могу этого принять.

"Значит, внутри живет аристократия Каменной Столицы… Наверное, лучше не иметь с ними никаких дел."

Как простой смертный, я не мог знать... что после того, как я попал в этот мир и нашел свое место в закоулках поселения Морихена, мне в ближайшем будущем предначертано встретиться лицом к лицу с высшей властью Геноса, живущей в Каменной Столице.

Часть 3

— ...Ого, покупатель из Морихена, — поприветствовал нас мужчина средних лет с натянутой улыбкой.

Мы пришли в маленькую овощную палатку в самом северном углу рынка.

Это была простая скромная палатка. Владелец положил кусок ткани на земле и выложил на нем свои овощи. Строение крыши выглядело очень хрупким.

За ним была большая повозка с большим количеством полных мешков.

— Спасибо за ваше постоянство. Если бы вы все не приходили каждые три дня, собранная мной ария уже бы засохла.

Ему было чуть больше сорока, и вокруг его головы была обвязана белая ткань, как у меня. У него еще была ткань на поясе и сандалии на ногах. Его волосы, глаза и борода были темно-коричневого цвета, а кожа слегка смуглая. Его тело было хорошо сложенным, и выглядел он довольно сильным. Вот только когда он глядел на Ай Фа, его глаза напоминали взгляд померанского шпица.

— Итак, вы сегодня здесь тоже за пойтаном и арией? Цена такая же, как и раньше, сколько плиток у вас есть?

— Я хочу заплатить две белых плитки за пойтан, две белых и четыре красных плитки за арию.

— Ого, это много! Думаю, благодаря вам, сегодня я смогу закрыться пораньше.

Этот мужчина был вежливым и вел себя как настоящий бизнесмен, но улыбка на его лице была все равно очень натянутой.

При общении с жителями Морихена страх в его сердце подавлял презрение.

— Две белых и четыре красных... Хорошо, проверьте, пожалуйста.

Он поставил тяжелый пеньковый мешок на траву рядом с палаткой.

"Тут довольно много" — ... Как только я подумал об этом, он поставил на землю еще один, примерно такой же по весу.

Такого большого мешка не постыдился бы даже Санта Клаус…

— Эй-эй, Ай Фа, на сколько дней ты купила еды?

— Двадцать.

Ай Фа села, скрестив ноги, перед мешком.

Видимо, нужно было посчитать количество товара.

Ай Фа обменяла стоимость клыков и рогов четырех гиб. Одна гиба приносит десять порций еды, поэтому двум людям на двадцать дней нужно сорок порций, такая вот математика. Но если мы едим три арии и два пойтана в день, на двадцать дней нужно... 60 арии и 40 пойтана? 120 и 80 соответственно для двух людей?

— Погоди! Зачем ты покупаешь так много? Нам же еще целый час назад до дома добираться!

Кстати говоря, я вдруг осознал, что понятие "часов", возможно, не существует в поселении Морихена.  Но должны же быть хотя бы солнечные часы!

Нет, это совсем неважно.

По моим подсчетам выходило, что каждая ария и пойтан весили по 200гр, что означало...

120 арий весили 24кг.

80 пойтанов - 16кг.

Прикидывая расстояние между Морихеном и Почтовым городом, покупка такого большого количества овощей может быть охарактеризована только как необдуманная.

— ...Перестань забивать себе голову и лучше помоги считать. Если мы будем и дальше здесь торчать, другие люди не захотят приближаться, — спокойно сказала мне Ай Фа, начиная подсчет.

Мужчина средних лет сделал вид, что не слышал этого, раскладывая свои овощи.

Я вздохнул и сел рядом с Ай Фа.

— Хорошо, пойтан в норме.

Я взглянул на нее, с пыхтением укладывающую пойтан обратно в мешок, и выложил арию на траву десяток за десятком.

Когда я дошел до 30, то остановился.

— Продавец, мне кажется, ваша ария вся вымокла.

Он выглядел потрясенным.

Но не попытался к нам подойти.

— Это невозможно! Я собрал ее два дня назад и она останется свежей весь месяц!

— Но кожура не такая, как должна быть. По внешнему виду не заметно, но я думаю, она уже начала гнить.

— Н-не создавайте тут проблем! Даже если вы из Морихена, вы должны соблюдать правила Почтового города.

— Правила...? Эй, Ай Фа, разве мы не можем выразить недовольство владельцу палатки, если он толкает нам испорченную еду? — спросил я тихо у Ай Фа, чтобы удостовериться.

Мужчина средних лет находился от нас на порядочном расстоянии, но, видимо, услышал это. Он все еще не хотел менять свое мнение и взволнованно произнес:

— Эй! Я-я вырастил эти арии тяжелым трудом! Я сам съедаю те, которые оказываются залежалыми! Если у вас какие-то проблемы, т-то не приходите больше! — яростно прокричал он, казалось, приготовившись к драке.

Ай Фа нахмурилась и взяла арию из моей руки.

— Хмм... она немного мягкая?

— Да она вообще несъедобная... Эй, уважаемый, а давайте ее разрежем и поглядим. Если она действительно испорчена, вы обменяете на свежую. А если она в порядке, то я извинюсь перед вами, как и подобает.

— К-как хочешь!

Получив согласие владельца, я с помощью ножа покойного отца Ай Фа разрезал арию пополам.

Как и ожидалось, вся нижняя половина овоща была фиолетовой и мягкой — совершенно не пригодной в пищу.

— Видите, она испорчена! Теперь, как и договаривались, вы обменяете ее на свежую.

Я протянул руку в его сторону, показывая ему разрезанные половинки арии. Бледное лицо владельца сразу же потеряло все свои краски.

— П... Простите! Это моя вина! Вы правы, пожалуйста, простите меня! Я-я верну вам ваши деньги, пожалуйста, пощадите меня...

Мужчина средних лет упал на землю и предложил нам металлические плитки.

Похоже, он сильно перепугался.

— ...Ай Фа, что нам делать в подобном случае?

— Кто знает? Мы не можем принять еду, если мы не заплатили.

— Это правильно. Эй, уважаемый, поднимите голову, пожалуйста! Мы хотим арию, а не металлические плитки. Мои зубы не настолько крепкие, чтобы прокусить что-то настолько твердое.

"Возможно, какой-нибудь Донда Ву и смог бы разгрызть кусок металла" — подумал я и потряс мужчину за плечи.

— Вы... Вы не морихенец...?

— Нет, я родился далеко от здешних мест. Но, как можете видеть, прямо сейчас я нахожусь под опекой человека из Морихена.

Он посмотрел на меня глазами померанского шпица, застигнутого питбулем.

— ... Вы простите меня?

— Если вы обменяете арию, то простим.

Мужчина схватил арию, выложенную на куске ткани на земле, и протянул ее нам.

— Отлично, спасибо… Между прочим, если уж вы так уверены в плодах своего труда, то хотя бы проверяйте товар перед продажей. Потом меньше злиться будете, и это не скажется плохо на ваших делах.

— ... Если бы вы пришли сюда не из Морихена, я бы уже сделал это…

... Кажется, я услышал, как владелец прошептал это, но его голос был слишком тихим, чтобы я мог точно сказать.

Остальные арии оказались вполне сносного качества, да и количество было правильным. Поэтому мы сложили все в мешок.

Затем Ай Фа достала связку сухих лиан из кармана своей накидки — должно быть, лиан Флеаба — и крепко затянула ей мешки.

Затем она потянула за свободные концы лиан, сравнивая вес двух мешков, и подняла на свое левое плечо тот, что был с арией.

— Идем.

Поскольку она уже взялась за мешок, который был в два раза тяжелее моего, я не мог жаловаться, хоть даже я и был всего лишь слабым хранителем домашнего очага. Я лишь вздохнул и задумался, как я пересеку тот мост, и перебросил мешок через свое плечо, как Санта Клаус вне сезона.

— Ну что ж, нам пора идти. Мы, возможно, придем снова через двадцать дней. Надеюсь, в следующий раз все пройдет лучше, чем в этот.

Владелец палатки взглянул в нашу сторону угрюмым взглядом и не ответил.

Мои чувства все еще колебались, и я не был уверен, сочувствую я ему или злюсь.

— Асута, включая полученный нами бонус от той бабули в палатке обмена, у нас осталось немного свободных денег. Тебе нужно купить что-нибудь еще? — спросила меня Ай Фа, остановившись между палатками.

Я сразу же опустил свой мешок рядом с ногами и ответил:

— Мне нужно фруктовое вино.

— Одна бутылка фруктового вина стоит одну красную медную плитку. Даже если мы купим две, все равно останется еще пять.

— Хмм~ Я совсем не знаю здешних цен. Что насчет каменной соли?

— Каменная соль обойдется в три красных медных плитки... Ты прав, соль нам пригодится не только для вяления мяса, поэтому нужно взять немного.

Мы с Ай Фа проталкивались через толпу и обсуждали, что купить на ходу.

Сказать честно — мне не могло это не нравиться.

— Ну что ж, тогда остается еще две медные плитки... Как насчет покупки нескольких листьев тино и пулы, которые мы попробовали вчера вечером в клане Ву? Однако я не знаю, как много мы можем купить.

— Решай сам, меня устроит любой вариант.

Она поручила обязанности покупки мне.

Я наклонил голову в глубоких размышлениях, и тут мой желудок сильно заурчал.

— Ах! Ай Фа, может, заглянем в палатки с готовой едой и купим что-нибудь перекусить?

Палатки продавали не только копченое мясо, многие из них торговали и более простыми закусками, которые можно было съесть прямо на месте.

В ответ Ай Фа удивленно расширила глаза.

— Если ты голодный, у меня есть с собой немного вяленого мяса.

— Я не это имею в виду. Кроме посещения Почтового города, у нас ведь нет другой возможности попробовать другую еду, верно...? Это что, как-то нарушает морихенские традиции?

— Мы вольны в использовании денег, которые заработали обменом наших клыков и рогов, но никто в Морихене не тратит денежные плитки на это.

Понятно, это было логично. В конце концов, в Морихене не отсутствовало понятие кулинарии.

— Ну, раз уж ты не заинтересована в еде, давай тогда купим немного листьев тино.

— Я уже сказала, что оставляю это на тебя. Ты можешь делать все, что захочешь.

— Хмм~ мы уже и так используем заработанные тобой деньги на покупку овощей, я буду не в своей тарелке, если мы потратим остаток денег на мои прихоти.

— ...Что ты сказал? Я - глава семьи! — сразу прищурилась Ай Фа.

У меня было девять клыков и рогов, но я не использовал ни один для оплаты, из-за чего чувствовал себя неполноценно. Мой вопрос что, задел достоинство главы дома?

Она была в таком миролюбивом настроении все это время, что-то мне совсем не хотелось ее злить.

— Ладно, я куплю на одну медную красную плитку новый овощ, а на вторую — немного еды, которую мы съедим вместе, хорошо? Если честно, мне любопытна кухня этого мира.

Когда Ай Фа услышала это, она расслабила брови и сказала:

— Решать тебе.

Похоже, каждый раз, когда мы с ней что-то делаем, я играю роль избалованной девушки. Но раз уж я был хранителем домашнего очага, а она главной дома, в таких отношениях, наверное, был смысл. Но как мужчина из Японии, я все еще находил это немного неудобным.

Впрочем, вид довольной Ай Фа действовал на меня успокаивающе.

Часть 4

— Ладно, идем! Не будем зря терять времени, перекусим чем-нибудь по пути.

— Хорошо, тогда я куплю то, что будет пахнуть лучше всего.

Мы вернулись тем же путем и затарились каменной солью и фруктовым вином.

Соль разместилась у меня в сумке, а бутылки Ай Фа смотала вместе и несла в руках.

По дорогое я увидел еще один овощной прилавок и принялся изучать товар.

Покупать полностью незнакомые ингредиенты было слишком рискованно, поэтому я решил остановиться только на листьях тино и пуле. Расспросив девушку, глаза которой неуверенно метались из стороны в сторону, мне удалось выяснить, что за один медяк можно приобрести два листка тино или три пулы. Их цена почти вдвое превышала расценки на арию и пойтан.

Есть ли смысл покупать нечто настолько дорогое?

Когда я покосился на Ай Фа, еще даже не успев ничего сказать, она выдала:

— Решай сам.

Раз так, я выбрал листья тино.

Этот овощ по текстуре напоминал капустные листы, в то время как пула своим горьковатым вкусом напоминала зеленый перец. Оба овоща имели свое очарование, но тино был более практичен.

Когда я засунул два больших листа себе в мешок, по объему он стал не уступать мешку Ай Фа.

— Идем дальше.

Девушка развернулась и зашагала вперед, я же поторопился ее догнать.

Два мешка выглядели одинаковыми, но вот плотность содержимого очень сильно различалась. Несмотря на то, что ей приходилось нести 24 килограмма груза, Ай Фа совсем не замедлилась. Я был впечатлен ее отличной формой. Во время охоты ей приходилось постоянно перемещаться по пересеченной лесистой местности — отличная тренировка для тела.

А теперь, наконец-то, настало время долгожданного перекуса…

— А, давай тут.

Я остановился возле ларька по соседству с торговцем копченым мясом.

Меня заинтриговал исходящий отсюда приятный аромат.

Дела у лавки шли неплохо, и даже сейчас рядом с ней стояла маленькая девочка, ожидая свой заказ.

Ай Фа кивнула и уверено подошла к прилавку.

— Сколько стоит поесть?

За прилавком стояла упитанная торговка бальзаковского возраста с темными коричневыми волосами и карими глазами.

Она нахмурилась, оглядев Ай Фа.

— …Маленькая порция — одна красная медная плитка, большая — две.

— Тогда одну маленькую.

Женщина не ответила, но только перевела взгляд на руки.

Посмотрев через голову девочки в очереди, я стал осматривать внутреннюю часть магазинчика.

В большом железном котле тушилось что-то коричневое. Я не имел ни малейшего понятия, чем именно здесь торговали, но в жарком виднелись кусочки мяса и овощей.  Сладкий аромат разжигал аппетит, словно запах чеснока. В Морихене не было подобных запахов.

Рядом с котлом расположилась горка лепешек, чем-то напоминающих поджаренный пойтан. Цвет был более белым, и с виду казалось, что они гораздо жестче. Каждая лепешка была в полсантиметра толщиной и диаметром от 20 до 30 сантиметров.

Завернув содержимое кастрюли в эту лепешку, она туго затянула верхнюю ее часть, создав что-то вроде странной формы мешочка.

Если подбирать знакомый термин, то получившееся можно было назвать «булочкой с мясом».

— Вот, осторожно, горячий.

— Спасибо!

Маленькая девочка, которая по возрасту была как Рими, радостно ответила и потянулась к еде.

Я отошел в сторону, чтобы пропустить ее.

Она резво развернулась в нашу сторону… и замерла на месте, увидев Ай Фа. Из-за резкой остановки булочка по инерции вылетела у нее из рук.

— Ой!

Ей повезло, что я рефлекторно успел поймать лепешку. Хорошо еще, что я заблаговременно поставил свой багаж на землю.

— Держи, будь осторожней!

Она робко кивнула, выхватила булочку и убежала.

— …Вы заказали маленькую, правильно? — холодно поинтересовалась женщина и быстро приступала к выполнению заказа.

Руки у нее росли из нужного места, но вот с отношением к клиенту ей нужно было поработать получше.

Заплатив красной медной плиткой, мы нашли свободное место, чтобы присесть.

— Быстрее ешь. Как только закончишь — возвращаемся.

— Хорошо.

Наконец-то, впервые с тех как Ай Фа приготовила для меня свое жаркое, я добрался до нового неизведанного блюда. Тогда запах тоже был очень приятным, но вот вкус ожидания не оправдывал. Поэтому сейчас я не посмел расслабиться и, набравшись смелости, сделал первый укус.

Вкус…

Хм-м…

— Ну как? — безучастно спросила Ай Фа.

Я же мог только ответить:

— Нормально.

Как бы сказать… Ни рыба, ни мясо.

Нельзя сказать, что еда была очень вкусной, но и гадкой ее не назвать — самая обыкновенная еда.

Судя по аромату, который напоминал смесь чеснока с петрушкой и исходил от ларька, было совершенно точно ясно, что в блюда добавили много специй. Вкус не оправдывал ожиданий, но все равно разжигал аппетит.

Мясо внутри лепешки было белым и сочным, но его вкус был таким же нейтральным, как у куриной грудки.

Нарезанные кубиками красные и зеленые овощи были мягкими и не сильно отличались от приготовленной арии. Может быть, она тут тоже была.

Сладковатые коричневые ингредиенты, наверное, были проваренными овощами. Легкой сладости не хватало, чтобы значительным образом повлиять на вкус остальных ингредиентов.

Белая лепешка, которая напомнила мне пойтан, жевалась с трудом, соответствуя своему виду. Текстура больше походила не на булочку, а на спрессованный индийский наан.

Ингредиенты контрастировали друг с другом, выдавая средний результат.

— Ну, довольно терпимо. Хотя бы любопытство удовлетворил.

Порция была небольшой, поэтому я мог легко ее прикончить. К тому же чрезмерной экзотики тоже не было. Единственный недостаток — это цена. За те же деньги можно было бы приобрести бутылку фруктового вина или два листка тино, или четыре пойтана.

— Ай Фа, хочешь кусочек?

— Нет.

— Хмм~ Какое-то скучноватое блюдо. Здешним это действительно нравится? Тогда я не понимаю, почему они обзывают морихенцев «гибажорами». Мясо гибы намного вкуснее, чем это.

— …Асута, ты забыл жаркое из гибы, которое ел в свою первую ночь здесь?

Конечно, нет.

Но так вышло только из-за того, что в Морихене не существовало обычая кровопускания пойманного животного. Люди Геноса жили в этих местах дольше, но неужели и они тоже не нашли способа правильного приготовления мяса гибы?

— …До того, как люди Морихена поселились тут восемьдесят лет назад, в лесу бродило много гиб, которые нападали на людей и посевы. Для жителей Геноса, они были символом бедствия.

Они считались вестниками бедствия, поэтому и есть их не достойно?

Какая расточительность.

— Я не знаю подробностей, но тогда у них, видимо, было более чем достаточно мяса. Те же Тотос Моа вполне себе съедобны.

— Что?~ Они вот так просто едят этих птиц…? Конечно, я не могу назвать их отвратительными, но все же…

— В любом случае, люди в городе боятся гиб. Такой же страх они чувствуют и к морихенцам, которые этих гиб убивают и едят. Сейчас они уже позабыли тот старый ужас перед гибами, а обитатели Морихена постепенно заняли собой место символа их страха… Так однажды сказала бабушка Джиба.

— Тогда это все лишь безосновательная дискриминация. Почему люди Морихена не попытались разрешить недопонимание?

— …Их страх не влияет на нашу жизнь.

Разве?

Не думаю, что их нежелание разрешать подобное достойно похвалы.

Ответственность за холодное отношение к жителям Морихена частично лежит на их собственных плечах… Такой вывод оставил в моей душе неприятный осадок.

— Но…

Когда я уже собирался парировать слова Ай Фа, я вдруг остановился, заметив что-то краем глаза.

…Это была та самая маленькая девочка.

Она в одиночестве сидела по другую сторону дороги и ела свою мясную булочку. В этом не было ничего необычно, но когда я смотрел на нее, она быстро отворачивала голову, словно проворная белка.

А затем медленно исподтишка опять глядела на меня.

Нас разделяло с десяток метров, поэтому разобрать ее выражение лица у меня не получалось. Но ей, похоже, было любопытно.

— …Она, наверное, думает, что такие бледные мужчины как ты редко встречаются в Морихене, — заметила Ай Фа, посмотрев на девочку.

— Ясно, — ответил я, краем глаза наблюдая за ней.

Ей было столько же, сколько Рими — семь-восемь лет, не больше, но она была гораздо худее.

Ее темные коричневые волосы доставали до плеч, а кожа была смуглой с желтоватым оттенком. Она носила оранжевое платье и кожаные сандалии.

И то как, она кусала мясную булочку, было очень мило.

Я снова повернулся в ее сторону.

Атака оказалась неожиданной — маленькая девочка не успела отвернуть взгляд и замерла.

Я ей улыбнулся, а она, чуть не подавившись, легко улыбнулась в ответ.

— …Что ты делаешь?

— Ничего. Просто подумал, что эта девчушка очень милая.

— …

— Хм? Ты все не так поняла! Что это за взгляд? За кого ты меня держишь?!

— Шумный. Не надо так бурно реагировать... Тебе нравятся дети?

Вопреки моим ожиданиям, настроение Ай Фа быстро вернулось в норму. Мои взбудораженные эмоции просто бросили через плечо.

— Если выбирать между «нравятся» и «нет», то, наверное, первое ближе к правде. В закусочную моего отца заходило много детей с семьями.

— …Понятно.

Хм-м? В каком-то странном русле пошла наша беседа…

«Я не хочу, чтобы ты внезапно пропал» — прошлой ночью она сказала несвойственную ей фразу. Вспомнив, как она тогда выглядела, я немного разволновался.

Пока что лучше будет не упоминать про мой родной мир.

Притворившись спокойным, я постарался сказать как можно непринужденнее:

— Ты только представь, нам такой груз до дома тащить! Не слишком ли много ты накупила?

— Я всегда много покупаю. А теперь… — Ай Фа вдруг отвернулась и добавила, —…ведь нужно в два раза больше, чем раньше.

— Эй, Ай Фа…

«Я тоже без понятия чего ждать в будущем…!» — К счастью, этот крик мне удалось сдержать.

Но я не знал, что еще можно сказать.

Она тихо прикрыла глаза, не желая показывать мне свои чувства.

— Ай Фа, я…

Мне надо было что-то сказать.

Не успев как следует собраться с мыслями, я уже открыл, было, рот, чтобы сказать ей, что…

Но неожиданный рев и громкий шум заглушили мои слова.

— Если что-то не нравится, то говори мне это в лицо! Ты, высокомерное чучело из Каменной Столицы!

Этот был голос мужчины, который явно утратил самообладание.

Затем последовал что-то громко разбилось и послышались крики.

Среди них был также голос той маленькой девочки.

— Ч-что? Что-то случилось?

Я не мог понять, что происходит.

На земле валялись обломки деревянного ящика вместе с раздавленными неизвестными мне желтыми фруктами. Посреди этого беспорядка дралось двое мужчин.

Они были очень близко к той девочке.

Остальные люди отошли подальше от чужих разборок, и только она одна испуганно сидела на земле.

— Эй, это не…?

До того как я успел к ней обратиться, Ай Фа проворно встала.

Она прожгла мужчин взглядом, в котором виднелся угрожающий блеск.

Один из пары сражающихся на дороге средь бела дня мужчин… был из Морихена.

Часть 5

Этот парень был мне не знаком.

Но он, вне всяких сомнений, был одним из людей Морихена. У него была загорелая кожа и ярко-голубые глаза.

Он был одет в накидку из шкуры гибы, на его поясе висело два ножа, а рубашку, как и сам пояс, украшал сложный витиеватый орнамент. К тому же, у него на шее висело ожерелье из клыков и рогов.

Мужчина был невысок, но его тело было тесно покрыто мускулатурой, а лицо напоминало каменную скульптуру царя зверей с копной неряшливых темно-каштановых волосы.

Парень из Морихена стиснул воротник полного мужчины, который, судя по всему, был местным торговцем, так, что лицо последнего побагровело.

– Асута, оставайся тут, — бросила мне Ай Фа быстро пошла к толпе. По какой-то причине она все еще держала в руках бутылки фруктового вина.

Я не мог просто стоять и смотреть. Улаживать конфликты — это не мое, но и оставлять ту бедную маленькую девочку одну тоже не по мне.

Ай Фа протолкнулась через группу зевак и зашагала к центру образовавшейся суматохи. Я же обошел толпу стороной и тихо пошел к малышке.

– А ну, повтори! Кого это ты назвал «вонючим гибожором»?! Ты сказал «даже еда у меня в руках теперь воняет», так ведь? А ну, повтори-ка погромче, чтобы я как следует это расслышал, о великий гражданин Каменной Столицы!

Мужчина из Морихена, похоже, был пьян. У него в руке была знакомая бутылка, а покрасневшее лицо и пронзительный голос явно были не из-за ярости.

"Так набрался средь бела дня… Разве в это время ему не полагается быть на охоте?" — думал я, быстро направляясь к девочке.

Мне оставалось пройти еще пару метров, как раздались новые крики.

А за ними последовал зловещий звук разбивающегося стекла.

Мужчина из Морихена выбросил бутылку вина и достал нож.

Лезвие его ножа больше напоминало мачете — широкое и длинное. Это оружие могло с легкостью прорезать шкуру гибы, оно было довольно опасным.

"Он достал нож! Да он явно не в себе!"

Я больше не мог тратить время на то, чтобы идти в обход толпы, поэтому бегом бросился расталкивать зевак.

Надкусанная булочка упала из рук девочки, а нога одного из мужчин размазала еду по земле — их потасовка происходила слишком близко к ребенку.

А затем… раздался еще один звук.

Ай Фа сильно врезала одному из них бутылкой фруктового вина по голове.

Бутылка разбилась, и по улице распространился запах алкоголя.

У того мужчины заплелись ноги, и он рухнул на землю. Я же успел схватить девочку до того, как он на нее грохнется.

– Ты, больной на голову, если так сильно любишь вино, можешь забрать мое! —  ледяной голос Ай Фа прорезал тишину. – Морихенцам строго запрещено устраивать беспорядки в Каменной Столице. Ты  — позор Морихена!

Потирая затылок, мужчина присел на одно колено. Он поднял голову и посмотрел Ай Фа прямо в глаза. В его мрачных глазах закипала ненависть и обида, словно он увидел то, что давно презирал.

– Ты женщина-охотник из дома Фа… Как ты смеешь так со мной обращаться? Думаешь, это сойдет тебе с рук…?

– И кто же из нас на самом деле нарушил правила? Я не сделала ничего неподобающего.

– Ого… Какая крутая девочка, — эти слова послышали не от жителя леса.

Им оказался незнакомый мужчина, который в какой-то момент — я даже не заметил когда — присел рядом со мной.

– Впервые вижу охотника-женщину. Если это ожерелье настоящее, то она достойна похвалы.

– Ч-чего вы хотите?

Чтобы не мешать Ай Фа, я поднялся и отошел от центра потасовки, после чего задал этот вопрос мужчине, который последовал за мной.

– Я? Я самый обычный прохожий. Я хотел защитить ту бедняжку, но ты оказался быстрее.

Этот человек создавал причудливое впечатление.

У него были светло-коричневые, почти золотые волосы, которых я никогда не видел ни в Морихене, ни в Почтовом городе. Его кожу, казалось, не тронуло солнце, и вместо загара она напоминала по цвету слоновую кость. А в глазах же виднелся намек на фиолетовый цвет.

Из-за того, что его мантия была застегнута на пуговицы, телосложение определить было трудно. Но у него было продолговатое лицо и завидный рост — ему даже приходилось сутулиться, чтобы смотреть на меня на равных.

У него были изможденные глаза, высоко посаженный нос, всклокоченные волосы и борода. А в глазах одновременно сиял свет мудрости взрослого человека и детский блеск непосредственности, из-за чего было трудно определить его возраст.

– О, похоже, ленивые власти, наконец, что-то предприняли!

Я проследил за тем, куда показывал его палец, и увидел группу вооруженных копьями человек, которые поспешно проталкивались через толпу.

– Чем это вы занимаетесь посреди дороги?!

Они носили кожаные шлемы, нагрудники, а их кожа была желтовато-коричневого цвета. Судя по их внешнему виду, это, вероятнее всего, были стражники, которые охраняли мир в городе.

Когда я уже собирался облегченно вздохнуть… то увидел, как они направили острия своих копий на Ай Фа, от чего я моментально замер на месте.

Девочка у меня в руках дрожала.

– Жители Морихена… Эй! Вам запрещено устраивать проблемы в этом городе! Вы что,  хотите разорвать договор с лордом Геносом?!

Судя по всему, в стражники набирали тех, кто не испытывал перед морихенцами особого страха. Но мне все-таки показалось, что в их глаза и лицах промелькнули признаки взволнованности.

– …Для того, чтобы почтить это соглашение, я и огрела этого идиота, который нарушил табу, —лишенным эмоций голосом сказала Ай Фа, пристально глядя на приставленное к ее носу копье.

Стражники вгляделись в мужчину, который сидел на земле.

Его лицо… отвратительно скривилось.

– Стражники Каменной Столицы… Я — Доддо Тсун из клана Тсун. — Его голос был подобен яду, который стекал из уродливых уст. – Даже люди такого низкого ранга, как вы, должны меня знать. Я из клана Тсун, который правит всем Морихеном… арестуйте эту женщину!

Стражники в замешательстве переглянулись.

Мужчина, который назвал себя Доддо Тсуном, уставился на них и продолжил:

– Эта женщина неожиданно напала на меня, когда я просто шел по улице! Осмотритесь и вы все поймете. Я ни в чем не виноват! Эта дура нарушила запрет Морихена и попрала договор между нами и Геносом!

– Он из клана Тсун…

Я потерял связь с реальностью, наблюдая, как стражи снова перевели копья на Ай Фа.

– Женщина, ты пойдешь с нами в участок до выяснения… Сын клана Тсун, вы не возражаете тоже пройти с нами?

– Конечно… — Доддо Тсун встал и облизал губы.

Я не мог сдержать крик…

Но кое-кто меня опередил.

Это была девочка, которую я защищал.

– Нет! Это он начал драку, а она его остановила!

Вся улица замолкла.

Казалось… в этой тишине было что-то зловещее.

– …Сын клана Тсун, что тут происходит?

Один из стражников грозно посмотрел на Доддо Тсуна.

На что тот с улыбкой ответил:

– Это ни на чем не основанная клевета. Спросите людей вокруг. Раз уж дошло до этого, тут должно быть много людей, которые видели, как все было.

А затем случилось нечто невероятное…

Толпа, которая до этого с интересом наблюдала за суматохой, вдруг нахмурилась и медленно разошлась.

– Боже-боже, ну нельзя же так, —  ошарашенно пробормотал мужчина в длинной мантии.

Он встал во весь рост — так, что я едва дотягивал ему макушкой до плеч.

По росту он не уступал Донде Ву. Но он горбился и сутулился, и вкупе с его худощавым телосложением больше походил на богомола.

Впрочем, сейчас это было абсолютно неважно.

– Черт… О, точно, а куда делся тот парень, которого он мутузил…?

– Когда тот алкоголик отлетел, парень быстро убежал, даже не сказав спасибо. Не хорошо.

Я сжал зубы и решил поговорить со стражей.

Тогда же Доддо Тсун злобно посмотрел в мою сторону своими зловещими глазами.

Его лицо исказилось ликованием, от чего у меня по спине пробежал холодок.

– Стражи Каменной Столицы, этот щенок — чужестранец, но недавно стал частью Морихена. Он, скорее всего, друг этой дуры. Наверное, он силой заставил ту девочку соврать!

Клинок, который ранее был у носа Доддо Тсуна, теперь был направлен на меня.

– Эй! А ну, отпусти девочку!

В следующий миг она схватилась за мою шею и закричала:

– Не хочу! Этот братик спас Тару! Вон тот мужчина делал плохие вещи, почему вы мне не верите?!

– Мы доставим их в участок и выясним, что произошло. А теперь беги домой.

– Не хочу!

– Ну-ну, вот именно из-за такого бюрократического поведения народ вас и не уважает. Вам не хочется возиться с морихенцами, поэтому вы даже не пытаетесь докопаться до правды. Спустя рукава работаете, — вмешался вдруг кто-то в разговор. Разумеется, это опять был тот мужчина в мантии.

События развивались так стремительно, что я даже слово вставить не успевал.

– Ты еще кто такой? Непричастные к делу должны стоять в стороне.

– К сожалению, я не вмешан в прецедент, но все видел. Я обычный прохожий, но мои показания все равно имеют вес и достоверность, не так ли? — весомо сказал он и продолжил: – Продавец фруктового вина и его друг показывали пальцами на этого джентльмена из Морихена и смеялись. Последний разозлился, схватил друга того торговца за шиворот и выкинул этот бочонок вина на улицу. Продавец алкоголя сбежал, а этот уважаемый кричал: «Если тебе что-то не нравится, то скажи мне в это лицо! Какие же вы наглые, граждане Каменной Столицы!», или что-то вроде того.

Маленькая девочка хихикнула.

В голосе мужчины было слишком мало напряжения.

– Хм-м? Я изобразил его голос недостаточно достоверно? Ну да ладно… Ну а затем они принялись ругаться. "Я-я ничего не говорил." — "Лжец!" —" Это правда!" — "Я точно слышал, что ты это сказал! Хочешь сказать, что у меня плохо со слухом?!" — "С-спасите!" — "Повтори! Ты сказал «даже еда у меня в руках теперь воняет», так ведь? А ну, повтори-ка погромче, чтобы я как следует это расслышал, о великий гражданин Каменной Столицы!"… Вот так все и было, если вкратце.

Поразительно, но этот человек смог в точности вспомнить и воспроизвести весь разговор.

Стражи растерялись, а Доддо Тсун впился в него волчьим взглядом.

Ай Фа же…

У нее было самое удивленно выражение лица, которое я когда-либо на нем видел.

– Этот джентльмен отбросил бутылку вина, которую держал в руке, и снял с пояса нож. Сладкий запах — это напоминание о разлитом вине, а его нож прямо здесь.

Доддо Тсун и стражники удивленно поглядели нам под ноги.

Там, без всяких сомнений, лежал нож.

Пустые кожаные ножны же все еще висели на поясе Доддо Тсуна.

– И тогда появилась эта барышня. Она разбила свою бутылку фруктового вина о его затылок, после чего спокойно сказала: «Ты, больной на голову, если так сильно любишь вино, можешь забрать мое!»

Девочка больше не могла сдерживаться и разразилась смехом.

Он действительно обладал очень смешным голосом.

Удивленное выражение Ай Фа неожиданно сменилось мрачным.

– Затем она сказала: «Морихенцам строго запрещено устраивать беспорядки в Каменной Столице. Ты  — позор Морихена.» …Этого должно быть достаточно. Господа, вы можете принять во внимание мои показания, когда будете проводить допрос?

Лица стражников резко осунулись. Один из них развернулся к Доддо Тсуну и сказал:

– Сын клана Тсун, слова этого человека…

– Глупость! Всего лишь поклёп! — пронзительно закричал Доддо Тсун. Его синие глаза налились кровью.

Но, казалось… служители закона ему не поверили.

– Если так, то у вас должно быть логичное объяснение. Вы здесь единственный, кто опровергает то, что я говорю. Если вы утверждаете, что я вру, тогда объясните вон тот разбитый бочонок, бутылку вина и почему ваш нож на земле, — спокойно парировал мужчина.

В отличие от Джизы Ву, чьи эмоции было трудно прочесть, этот мужчина был открытым человеком… Он был спокоен и размеренно разъяснял свои мысли.

– …Достаточно. Я заберу всех вас в участок, где каждый из вас даст показания.

– Что? Как неудобно. У меня скоро встреча с лордом Геносом.

С уст мужчины слетело нечто невероятное.

Стражи до смерти перепугались.

– Я уже опаздываю. Будет неудобно, если я задержусь еще дольше. Если вы хотите, чтобы я прошел с вами, не могли бы вы сначала сообщить об этом лорду Геносу.

– Да что… Нет, уважаемый, могу я узнать…?

– Не пугайтесь! Я просто добродушный обыватель. Меня зовут Камия Ёст, я страж, который обеспечивает безопасность путешественников.

Сказав это, мужчина откинул свою мантию и показал ожерелье, которое носил на шее.

Оно представляло собой серебряную цепь с ярким камнем, подобным агату. Элегантная работа.

– Так уж вышло, что я работал охранником лорда Геноса, когда он совершал поездку в столицу, так мы и познакомились. У меня нет титулов и званий, поэтому не страшитесь… А это пропуск в город-крепость, которым меня одарил лорд Марстейн Генос.

Затем, он достал еще один предмет. Им оказалась тонкая и блестящая серебряная пластина, которая сильно отличалась от медной, которую я видел ранее. Она была размером не больше кредитной карточки, и на ее поверхности были вырезаны незнакомые символы, которые добавляли ее виду значительности.

Увидев серебристую пластину, стражники побледнели и замерли на месте.

И в этот момент я кое-что заметил… Этот человек беззлобно смеялся над ними.

Несмотря на то, что недоуменные взгляды всех присутствующих были прикованы к нему, тот, кто назвался Камией Ёстом, продолжал радостно и легко улыбаться.

Часть 6

— Ну разве не замечательно, что всё спокойно разрешилось?

Когда стражники ушли с Доддо Тсуном, странный мужчина по имени Камия Ёст остался с нами.

Мы вернулись обратно на пустой пятачок вдоль дороги, где были ранее. Между напряженной Ай Фа и взволнованным мной сидел беззаботно улыбающийся Камия Ёст.

— ... Спасибо, что помогли нам в момент нужды, — твердо сказала Ай Фа и вежливо склонила голову в благодарность.

— Вы очень осторожны, — ответил мужчина с улыбкой. — Я совсем не помог, просто констатировал то, что я видел. Поступать так — моя обязанность, как и любого жителя западного королевства Сельва.

В итоге нам удалось избежать допроса в участке.

" Это не так уж и сложно, верно? Житель из Морихена сделал что-то безрассудное, а другой морихенец его остановил. Вытащить нож — было его ошибкой. Ну зачем же было так обострять ситуацию? "

Стражники согласились с доводами Камии Ёста, и инцидент был исчерпан.

Они увели с собой лишь Доддо Тсуна. По их официальной версии для того, чтобы  тот "протрезвел". Однако шанс того, что его действительно накажут впоследствии, был исчезающе мал.

"Возвращайтесь обратно в Морихен" — ...глаза стражников отчетливо говорили нам об этом.

Но мы не ушли и сели перевести дух.

— Эмм... А разве вам не нужно присутствовать где-то еще?

— Что? — Камия Ёст покачал головой в ответ. — Вы имеете в виду лорда Геноса? Это ложь. У меня и правда сегодня встреча с ним, но я должен явиться лишь к ужину Еще куча времени!

Вот уж действительно проныра.

Лукавая улыбка осветила худое лицо Камии Ёста, и он внезапно повернулся к девочке.

— Немного беспокойная ситуация. Юная барышня, вы не пострадали?

— Нет! Потому что братик спас меня! — ответила девочка, назвавшаяся Тарой.

И "братиком" она назвала меня.

Тара широко улыбнулась и укусила булочку. Доддо Тсун растоптал ту, которую она купила, поэтому Камия Ёст купил ей новую.

— Ох, точно, вот это тоже... — Камия полез в свою мантию.

И словно фокусник извлек из-под нее бутылку фруктового вина.

Он откупорил ее своими костлявыми пальцами, сделал маленький глоток, а потом вернул пробку, прежде чем протянуть бутылку Ай Фа.

— Как видите, оно не отравлено. Угощайтесь.

— ...У меня нет причин принимать ваши подарки.

— А вы действительно очень осторожны! Я глубоко тронут вашим самоотверженным актом защиты городского порядка и правил Морихена! Разве это не может быть причиной?

Ай Фа недовольно поморщилась.

Камия Ёст продолжал улыбаться, мягко поглаживая маленькую голову Тары.

— Ты тоже молодец, Тара. Я был тронут тем, как ты решительно и самоотверженно выступала в защиту своего спасителя. Вот почему я и угостил тебя «мясной булочкой Кимьюсу»... Вкусно?

— Да! Спасибо, дядя!

— Хех, дядя... иногда я забываю, что мне уже почти тридцать.

Почти тридцать... Я был немного удивлен.

Кстати говоря, если бы он сбрил свою всклокоченную бороду, то выглядел бы моложе... Ну, не то чтобы сильно. Весь остальной его внешний вид и поведение скорее выдавали в нем старика, чем "дядю".

— Так что решили? Угоститесь...? Или вы все еще обеспокоены тем, что этот грубиян не ответит за свои преступления? Он ведь из клана Тсун, так что я думаю лучше не усугублять ситуацию.

То, что он сказал, снова шокировало меня.

Он так хорошо осведомлен о ситуации в Морихене?

— Хмм? А чего это вы так удивились? Да, я раньше никогда не был в Морихене, но я все равно знаю кое-что о вашем главном клане. Мне очень нравится этот Почтовый город и я часто вижу здесь морихенцев... Но вот разговариваю с ними впервые.

Его большой рот под длинным тонким носом растянулся в довольной улыбке.

— Более того, вы невероятно красивая охотница, а это делает меня еще счастливее! В знак уважения вашей красоте, я надеюсь, вы примете эту бутылку фруктового вина.

Я робко покосился на Ай Фа.

Эх... Она сильно хмурила брови — похоже, разозлилась.

— Хмм, я вас чем-то обидел? Я ведь только похвалил ваш внешний вид, восхитился вашей красотой и доблестным поступком.

— ......

— Ладно, похоже, это бесполезно... Тогда что насчет вас?

— Ч-Что?

— Меня называют меня "Вихрем Севера", но вы смогли опередить меня и спасти Тару первым. Поэтому я хочу выразить свое уважение и восхищение. Вы примете мой дар?

Судя по текущей атмосфере, не стоило.

— Что вообще значит этот ваш "вихрь севера"?

— Такое прозвище дали мне мои коллеги. Видите ли, цвет моих волос довольно редок на западе... Потому что я родился на севере.

Ай Фа немного изменилась в лице, когда это услышала.

Ее кошачьи глаза уставились прямо на Камию Ёста с какой-то давней враждой.

— Камия Ёст, вы пришли из северного королевства Маюдора?

— Называйте меня просто Камия... Кстати говоря, я ведь до сих пор не знаю ваших имен. Ничего страшного, даже если вы соврете — как же мне к вам обращаться?

Его тон определенно задел Ай Фа. Она подняла бровь и сказала:

— Я — глава дома Фа, Ай Фа.

— Ээ, я тоже из дома Фа, меня зовут Асута.

— Ай Фа и Асута, хех. Хорошие имена... Правильно, я с севера. Моя мать родом из Маюдоры, а отец из Сельвы. С прошлого века север и запад питают глубокую вражду друг к другу, а я — ребенок, рожденный от этих двух народов. Я провел свое детство на севере, пока не умерла моя мать, а потом пришел сюда на запад. Я не мог найти подходящую работу из-за своего происхождения, поэтому мне пришлось зарабатывать на жизнь работой стража.

На поясе Камии Ёста висел меч с длинным тонким лезвием.

— Кстати говоря, Ай Фа, а твой цвет волос немного похож на мой.

Камия прищурил свои фиолетовые глаза, как будто смотрел на что-то ослепительное, и продолжил:

— Я слышал, что морихенцы — это потомки беженцев, пришедших с юга. Учитывая большое расстояние, маловероятно, что у северян и южан есть кровное родство. Так почему же тогда у тебя светлые волосы?

— ... В этом нет особой причины. Люди с таким цветом волос появляются в Морихене время от времени, у моей матери тоже были светлые волосы.

— Понятно. Как и у моей матери.

Камия Ёст невинно улыбнулся, а Ай Фа раздраженно отвернулась.

Что-то в ее поведении… казалось мне странным.

— В любом случае, меня уже долгое время интересуют жители Морихена. Они добровольно преподнесли свои души другому богу, это уникальный опыт. Я даже чувствую определенную одностороннюю близость к ним. Поэтому я очень рад, что первые морихенцы, с которыми я общаюсь — люди, вроде вас.

— ......

Похоже, его рассказ оставил Ай Фа равнодушной, поэтому я вынужден был вмешаться.

— Спасибо, что выручили нас в трудной ситуации, но нам нужно возвращаться обратно в Морихен.

— Вот как? Прискорбно, так что давайте перейдем ближе к делу... На самом деле я нанялся охранять караван, направляющийся из Геноса в восточное королевство. Когда придет время, мы надеемся получить разрешение на проход через поселение Морихен.

Его слова меня удивили, но реакция Ай Фа была очень холодной.

— ... За это отвечает главный клан Тсун.

— Да, конечно, я знаю это. Но после встречи сына клана Тсун сегодня, это прискорбно, но я отказался от идеи иметь с ними дело. Они совсем не заслуживают доверия, — простодушно, но прямо сказал Камия Ёст. — Что ж, вообще-то я уже обсуждал с лордом Геносом, что каждый раз, когда в Почтовом городе случаются неприятные происшествия, за этим стоит кто-то из клана Тсун. Остальные морихенцы строго следуют букве закона, но клан Тсун то и дело пренебрегает правилась. Не удивлюсь, если в этом им потакает и родня лорда…

— В падении клана Тсун виноваты люди из Каменной Столицы, — прервала Ай Фа Камию Ёста.

Голубой огонь бушевал в ее глазах.

— Люди в городе обогатили клан Тсун, что стало причиной того, что они отбросили гордость Морихена и перестали охотиться на гибу. Они весь день пьют, веселятся и с головой уходят в плотские утехи. Людям в городе нужно взять на себя полную ответственность за это.

— Под "обогатили" ты имеешь в виду премию, выплачиваемую им раз в каждые три месяца? Это все-таки такая не такая уж и большая сумма.

— Клан Тсун присваивает все эти деньги себе и тратит их только на развлечения.

Похоже, из всей компании я был самым удивленным.

Тара спокойно заканчивала с булочкой, а  Камия Ёст выглядел так, будто это уже было ему известно.

— Я так и думал. Награда за защиту Геноса от угрозы гиб, предназначенная всем морихенцам, присваивается главным кланом. Почему же жители Морихена до сих пор не взбунтовались?

— Нам не нужна милостыня от Каменной Столицы, мы охотимся на гиб ради выживания, а не ради подачек.

— Какое благородство...! И упрямство.

Камия Ёст снова криво улыбнулся, взъерошив свои и так всклокоченные светлые волосы.

— Если ты хочешь восстановить порядок в Морихене, я могу протянуть тебе руку помощи.

— ......

— Разумеется, я не буду необдуманно провоцировать клан Тсун! Все-таки они ведь пока еще главные в Морихене. Если ваша мощь ослабнет из-за того, что вы потеряете главный клан, это будет ужасно. Гибы расплодятся, а потом выйдут из леса и разорят все поля в округе… Вот почему лорд Генос не осмеливается вмешаться в эту ситуацию.

— …...

— Потому мне нужно задать тебе вопрос: если клан Тсун потеряет свое положение, найдутся ли другие сильные кланы, способные управлять Морихеном вместо них?

Я сразу же подумал о клане Ву.

Но Ай Фа не сказала ни слова.

Только в ее глазах прибавилось неприязни.

— В конце концов, Каменная Столица может взаимодействовать с Морихеном только через клан Тсун, потому они могут делать, что хотят. К тому же, власти редко появляются за стенами города, поэтому простой человек, знающий лорда Геноса, вроде меня, и кто-то, кто не так близок к клану Тсун, вроде вас… наша встреча может послужить основанием для моста между Каменной Столицей и Морихеном.

— Что хорошего это принесет лично вам?

Камия Ёст снова засмеялся, услышав мой вопрос.

— Разве все мы не дети западного бога Сельвы? Разве не нормально протянуть руку помощи нуждающемуся собрату?

— ......

— Это простая любезность. Как я уже сказал, я чувствую одностороннюю близость к морихенцам. Вы такие добродетельные… Но я терпеть не могу ленивых лодырей, напивающихся изо дня в день... Вот как-то так.

Я был озадачен.

"В его словах нет искренности"... — Я так не думал, но ему слишком сильно нравилось валять дурака, поэтому я не мог точно сказать, что он думает на самом деле.

В глазах Ай Фа же пылал открытый вызов.

— Камия Ёст, Вы из Каменной Столицы. Если вы хотите как-то навредить морихенцам... То станете нашим врагом.

— Это касается и развращенного клана Тсун?

— Если клан Тсун должен быть наказан, это следует сделать руками самих морихенцев. Позор Морихена должен быть очищен самим Морихеном. И наконец... В упадке клана Тсун виноваты именно люди из Каменной Столицы, — ответила Ай Фа и яростно добавила: — Людям из Каменной Столицы... нельзя доверять.

В ее горящих глазах сияла ее охотничья гордость.

Но даже так, Камия Ёст не казался сильно впечатленным. Он улыбнулся и сказал:

— Ты действительно благородный и добродетельный человек, Ай Фа. Ты мне очень нравишься.

— ... Вы насмехаетесь надо мной?!

— Я восхитился тобой, как это может высмеивать тебя? ... Ах, посмотри, ты напугала Тару.

Я удивленно повернул голову и обнаружил дрожащую Тару, крепко прижавшуюся к руке Камии Ёста.

— Тогда ничего не поделаешь, давайте на сегодня закончим. Если мы будем слишком беспечны, сын из клана Тсун может заявиться сюда снова.

— ... Мы закончим не только на сегодня. А еще и на завтра и послезавтра — мы больше не встретимся снова.

— Кто может быть в этом уверен? Если никак не получается дождаться возможности прийти, стоит создать ее самому.

Камия Ёст положил правую руку на гарду меча, сжал левой руку маленькой девочки, встал и сказал:

— Ай Фа и Асута, я очень рад, что встретил вас сегодня! Я поставлю фруктовое вино здесь в память об этом. Если оно вам не нужно… что ж, пусть тогда оно вернется земле... Увидимся!

[1] Шукуба (сюкуба) — название почтовых станций в Японии периода Эдо. Как и сказано в новелле, эти почтовые станции (или «почтовые города») были местами, где путешественники могли отдыхать в своём странствии по стране Вокруг таких станций вырастали поселения и иногда даже целые города, в которых находились заведения, предоставляющие самые разные услуги — от временного жилья до магазинчиков с готовой едой. В данном случае, это небольшой городок, выросший вокруг тракта, ведущего в центральную крепость — Каменную Столицу.

Глава 2: Решение и награда

Глава 2

Решение и награда

Часть 1

— А вот и водный источник, кажется, мы наконец-то дома! — прохрипел я со сбитым дыханием и Ай Фа, которая молчала все это время, наконец обратила на меня внимание.

— Что это с твоим голосом? Асута, твоя выносливость хуже, чем у десятилетнего ребенка.

— Ага, куда уж мне до Рими... Стоп, ты наконец-то решила заговорить со мной?

— Хмпф!

Ай Фа снова посмотрела вперёд и ускорилась.

— Аа, подожди меня! Дай хоть воды попью! У меня в горле уже совсем пересохло!

Все-таки я ведь целый час тащил по холму груз более 16кг. Веревки врезались в мое плечо, а ноги дрожали. Я вымотался сильнее, чем в тот день, когда мы складывали печь.

Кстати говоря, как я пересек тот ужасный подвесной мост? Чтобы перенести мой груз Ай Фа сделала два прохода и даже прошла еще раз, чтоб проводить меня, держа меня за руку. Она, наверно, волновалась, что из-за паники я снова полезу к ней обниматься. Как бы там ни было, в последнее время в моей жизни появилось слишком много смущающих вещей, о которых не стоит знать такой малышке, как Рими.

Но сначала нужно как следует попить!

— Что за слабак...

Слова Ай Фа глубоко вонзились прямиком мне в душу, но я зачерпнул чистой воды, текущей между камнями, и напился.

Невероятно освежающая!

Ай Фа, последнее время игравшая в молчанку, изменила свой тон:

— ... Асута, почему ты ни о чем не спрашиваешь?

— Хмм? Ты имеешь в виду то, что сказал тот дядька? У меня масса вопросов, но ты мне каждый вечер рассказываешь все об этом мире.

Я потер руками свои колени и перевел дыхание.

— Ты решаешь, что рассказывать мне, основываясь на своих суждениях. Я не вижу в этом ничего плохого, так как я на самом деле еще не очень хорошо понимаю этот мир.

— ......

— Тем не менее, если ты наконец-то успокоилась, то я хочу обсудить с тобой кое-что... Что ты вообще о нем думаешь?

Спросив это, я перевел взгляд к своим ногам.

Там стояли большой мешок, набитый пойтаном и листьями тино, и бутылка фруктового вина.

Ай Фа хотела оставить фруктовое вино там и пойти обратно, но я решил, что фруктовое вино ни в чем не виновато, потому взялся принести его назад. Дизайн бутылки отличался от обычного, заставляя задуматься о ее содержимом.

— Он странный, но я не думаю, что он плохой. Мне интересно твое мнение.

— ...Не о чем тут говорить.

— Эй, стой! Почему ты уходишь?!

Другого выбора не было, я поднял мешок и поспешил вслед за Ай Фа.

Несмотря на тяжелый груз, ее шаги были равномерными.

— Я не заставляю тебя, если ты не хочешь говорить об этом, но ты кажешься очень напряженной. Тебе не нравятся парни, вроде него?

— ... Не хочу обсуждать людей из города.

— Но ты ведь и так уже много сказала! И раз уж ты об этом упомянула, я ведь еще более чужак по сравнению с этим дядькой, верно? Если ты попытаешься поговорить и с ним тоже, вы сможете хорошо поладить.

— ...Ты думаешь, мы с тобой ладим?

— Ааа! Ты все равно злая! Все, что ты говоришь, ранит мое сердце!

— ...Я не это имела в виду.

Взгляд Ай Фа помрачнел.

— Я веду себя странно?

— Странно или нет, хм... Мне показалось, ты о чем-то серьезном задумалась. Ты выглядишь обеспокоенной с тех самых пор, как мы вышли из города.

— Не знаю. Это первый раз, когда я разговаривала с кем-то из горожан, в голове беспорядок.

Она посмотрела на меня унылым взглядом.

Как маленький потерявшийся ребенок.

— Я странная?

— ...Нет, ты совсем не странная, — решительно сказал я. — Вполне нормально, что ты была озадачена, неожиданно услышав такое. Я сам не до конца понимаю, что сказал тот парень, но для тебя... И для всех жителей Морихена это может иметь огромное значение в будущем.

— ......

— Я уже говорил тебе давным-давно, что тебе не нужно нести такую большую ответственность. Если ты думаешь, что не справишься с ней, то просто забудь, что это вообще происходило.

То, что я сказал, было довольно безответственно.

Но по большей части это были мои искренние мысли.

Если сказанное Камией Ёстом было правдой... дом Тсун рано или поздно ослабнет окончательно, а дом Ву завладеет Морихеном, и все может закончиться мирно.

Однако я сомневался, что все пройдет так гладко.

Мы еще не пришли к взаимопониманию с Дондой Ву. Если этот крепкий и грубый мужчина заменит дом Тсун и будет управлять Морихеном вместо них, он может стать еще больше тираном. И мы не сможем поднять голову перед Рими и бабушкой Джибой.

С другой стороны, сказанное тем дядькой может быть всего лишь кучей ерунды. Камия Ёст, видимо, отлично понимал ситуацию, сложившуюся в Морихене. Может быть, он хотел просто поиздеваться над нами, поэтому нельзя так легко ему верить. Мне бы очень хотелось, чтобы его слова оказались правдой, и он действительно обладал необходимым влиянием, чтобы лишить дом Тсун их главенствующего статуса.

Тогда нам не нужно будет опасаться этого презренного Диги Тсуна.

А сегодня мы нажили себе и еще одного врага из дома Тсун.

Мужчина, назвавший себя Доддо Тсун, был мелкой сошкой, но его безапелляционное бесстыдство действительно пугало. Он напился и начал создавать проблемы в городе. Мне было тяжело представить, что кто-то такой грубый живет в Морихене.

Они не заслужили права управлять Морихеном... Определенно.

Дарум Ву тоже не лыком шит, но он не такой ужасный, как те парни. Если Дарум — это волк, то они просто дикие собаки... Нет, это было бы грубо по отношению к диким собакам.

— ...Чего молчишь? — раздался раздраженный голос девушки. — Асута, тебя это тоже беспокоит, но ты хочешь, чтобы я забыла об этом.

Иногда Ай Фа вела себя так, словно была гораздо младше меня.

Моменты, вроде этого, всегда заставляли меня колебаться... Вот и сейчас.

— Нет, я беспокоюсь совсем не об этом. Мне просто подумалось, что в этом мире может и не существовать собак.

— Собаков? Ты имеешь в виду потомков волков фарбу, живущих среди людей и ставших для них друзьями? Это просто легенда западного королевства, никто на самом деле в нее не верит, — надулась Ай Фа. — Если хочешь съесть этих собаков, то иди в Каменную столицу. Я даже кусочка не хочу.

Она очень решительно отвернулась от меня.

В моей голове был такой беспорядок, что я не мог решить — то ли злиться на нее, то ли наоборот постараться успокоить.

— Я понял! Я понял! Давай поговорим о приятных вещах! Раз уж наше соревнование с Дондой Ву закончено, я хочу опробовать новые блюда. Последнее время мы едим одни только стейки, у меня уже челюсть устала.

— ...Новые блюда будут вкуснее рубленого бифштекса? — покосилась на меня Ай Фа.

— Узнаем, только если попробуем! Кстати, а ведь стейки получились очень вкусными, да?

— Да... Но я все равно предпочитаю бифштекс!

— Аа?! Но ты ведь сама сказала, что стейки такие же вкусные, как и бифштекс! Вот почему я решил использовать их в соревновании с Дондой Ву!

— Да... Но я все равно предпочитаю бифштекс.

Я собирался упрекнуть ее, но от удивления забыл, что хотел сказать.

Потому что вдруг осознал, что это был первый раз, когда Ай Фа использовала слово "предпочитаю".

Однажды она сказала, что "нет разницы, вкусная еда или нет", но сейчас она не только сказала "вкусный", а даже использовала слово "предпочитаю".

Для меня это было существенным изменением.

— ... Ты однажды сказал, что если все время есть мягкое мясо, то ослабнут зубы. Но если я продолжу есть вяленое мясо, то об этом не нужно будет волноваться.

Ай Фа опустила лицо, чуть отвернутое в сторону, а затем надула губы и снова на меня покосилась. Это ее выражение лица было таким лукавым.

И она делала это не специально! Что только добавляло ей милоты.

— Но я все равно предпочитаю бифштекс.

— Д-да понял я! Завтра обязательно сделаю тебе бифштекс, а сегодня давай попробуем что-нибудь новенькое.

Ай Фа сильнее опустила голову, видимо, сдерживая улыбку.

Я могу сказать только, что хорошо, что мои руки были заняты.

Мы только закончили наше соревнование с Дондой Ву, и хоть даже в наших сердцах появились новые заботы, провести один день спокойно — я ведь не слишком много требую, верно? Сегодня мы могли бы отдохнуть, а поволноваться о вопросе с Камией Ёстом завтра! Когда мы вернулись домой с этими мыслями в голове, нас с Ай Фа встретила новая проблема.

Эта была пара молодожёнов.

Каслан Лутим и Эма Мин, чья свадьба должна была пройти через шесть дней.

Часть 2

— Глава дома Фа, Ай Фа, и член дома, Асута, мы ждали вашего возвращения.

На лице Каслана Лутима с чётко очерченным скулами и внушительным носом сияла пара больших глаз. Его нельзя было назвать красавцем, но от него исходило ощущение честности и искренности.

Слегка поклонившись, он сказал:

— Рады вас видеть, мы уже заждались!

Эма Мин аккуратно подвязала свои темно-каштановые волосы, и ее взрослое лицо излучало интеллект и жизнерадостность. Она тоже поклонилась.

— Каслан Лутим и Эма Мин. Что вы тут делаете? — еще не до конца переключившись на свое привычное поведение главы дома, озадаченно поинтересовалась Ай Фа.

Они оба улыбнулись и ответили так, словно заранее сговорились:

— У нас есть к вам двоим срочное дело, поэтому мы пришли в гости.

Если честно, у меня появилось плохое предчувствие, когда я услышал это.

— Оставаясь здесь, мы слишком заметны, давайте войдем внутрь... Асута, прими их оружие.

Ай Фа взяла мой мешок пойтана рукой, в которой держала фруктовое вино, и поспешила в дом.

Я на мгновение удивился и быстро взял длинный и короткий клинки, протянутые мне Касланом Лутимом.

— П-пожалуйста, входите!

Со времени недавнего визита Рими у нас наконец-то появились новые гости.

Я совсем не знал, как их принимать.

Ай Фа наконец вернулась из кладовки с едой и села на почетном месте в большой комнате. Два гостя сели на достаточном расстоянии напротив нее.

Я в недоумении опустился на колени рядом с Ай Фа и положил клинки рядом с собой.

Поскольку никто не жаловался, мои действия, наверное, не нарушали никаких традиций.

— Сначала мы хотим поблагодарить вас обоих. Ай Фа и Асута из дома Фа, спасибо вам за потрясающее торжество, приготовленное для нас прошлым вечером!

— Вот именно, ужин прошлым вечером был очень вкусным! Для нас это обязательное предсвадебное празднование было радостным вечером, который мы никогда не забудем!

Услышав честную и искреннюю благодарность, мне захотелось тоже их поблагодарить.

Или скорее... Я только что вернулся из шумного города, поэтому вид этих двоих, воплощающих невинность и скромность, произвел на меня совершенно другое впечатление, по сравнению с вчерашним вечером.

Каслан Лутим оказался юношей с невероятно решительным взглядом.

Эма Мин оказалась девушкой с таким выразительным и ясным лицом.

Я не был уверен, было ли у них это просто семейное или зависело от личностей, но многие члены дома Ву испускали яркую жизненную силу. Но эти двое еще и излучали какое-то особое спокойствие, как дерево с глубокими корнями.

Ай Фа, как глава дома, наконец вернулась к своему серьезному выражению лица. Сидя с одним поднятым коленом, она посмотрела на них и сказала:

— Мы тоже были рады управлять домашним очагом дома Ву... Но что вы имеете в виду, говоря про просьбу? Мы уже дали свой отказ Донде Ву насчет свадьбы.

Когда Ай Фа сразу перешла к сути дела, они оба одновременно сказали "да" и опустили головы:

— Это то, что мы хотели бы обсудить с вами двумя! Это мой отец Дан Лутим тогда предложил то, что идет против обычаев Морихена, и когда мы услышали его предложение...

— Мы тоже подумали, что это прекрасная идея! Если это произойдет, то это будет по-настоящему счастливый вечер.

Их сердца бились в унисон еще до свадьбы.

Их выражения лиц и глаза были наполнены чистым желанием и радостью... Я мог почувствовать их честный характер по тому, как открыто они пытались выразить свои мысли.

Но все было слишком серьезно.

Каслан Лутим являлся наследником главного дома Лутим, сильнейшей из всех родственных ветвей дома Ву. Для меня было бы слишком тяжелой ответственностью, хранить домашний очаг во время их свадьбы.

Я мог рассчитывать только на решительность Ай Фа.

— Ни у дома Лутим, ни у дома Мин нет серьезных отношений с домом Фа, потому дом Фа не может брать на себя такую ответственность. Семейные поводы для радости должны быть разделены с вашими родственниками... Асута уже сказал это прошлым вечером.

Она была права.

Я кивнул, соглашаясь.

В следующую секунду Каслан Лутим посмотрел на меня своим решительным взглядом.

— Асута, я слышал, что ты член дома Фа, но пришел не из Морихена, а из другой страны. И что ты работал поваром в своем родном городе.

— Да, может быть, дома я просто помогал, но это правда.

— Я не до конца понимаю, что это за работа такая. Это что-то вроде мелких торговцев, готовящих еду в Почтовом городе, верно?

— Да, что-то вроде того.

— В таком случае... ты можешь продать мне блюда, приготовленные тобой?

— ...Что?

Я не понял, что он имеет в виду.

Продажа блюд... Как я продам их в Морихене?

— Я не прошу управлять нашим домашним очагом из-за доброжелательности, дружбы или родства — мы обменяем твою работу на должное вознаграждение. Только на один вечер мы надеемся получить твои навыки готовки, знания и труд... Вот, чего мы хотим!

И я...

Был ошарашен.

— Асута, ты член другого дома, поэтому мы не будем требовать твоего благословения. И мы познакомились только прошлым вечером, поэтому не можем требовать от тебя помочь нам исключительно по доброте душевной и великодушию. Поэтому мы можем только заплатить тебе за оказанную помощь.

— Может и так... Но...

— Я собираюсь заплатить тебе всем, что у меня есть, твоя готовка достойна этого! Я хочу со своей семьей и родственниками разделить радость еды, которую ощутил тем вечером с Эмой Мин и моим отцом Даном Лутимом. Асута, мне нужна твоя сила!

Сказав это, Каслан Лутим снял звякнувшие клыки и рога, висящие на его мускулистой шее.

На ожерелье было несколько слоев рогов и клыков, намного больше, чем на шее Ай Фа. Эма Мин тоже сняла свое ожерелье со спокойной улыбкой.

На нем было три клыка и рога, подаренных ей семьей. Они предлагали мне ожерелья, символизирующие гордость охотников и любовь их родителей.

— Не только Лутим — сотня с лишним родственников дома Ву будут присутствовать на этом банкете! Я знаю, что этого не достаточно для оплаты еды на всех, но каждый присутствующий подарит нам по одному благословению. Это будет две сотни для меня с Эмой Мин. Если этого все равно не хватит, я буду охотиться, пока не наберется достаточно...

— Погоди! Это слишком много, я не могу принять это! — Я чувствовал нечто, близкое к ужасу, и громко воскликнул: — Я-я всего лишь непрофессиональный повар, я не могу взяться за такую важную работу... И я чужак и до сих пор не разобрался в правилах Морихена...

— Ты уже показал нам свои способности, мы не волнуемся об этом.

— П-под способностями ты подразумеваешь вчерашние стейки? Как я и сказал, это блюдо, которое любая семья может приготовить самостоятельно. Я просто скажу вам рецепт прямо сейчас...

—Судя по твоим описаниям, чтобы воспроизвести этот вкус, мы должны начать с правильной разделки, верно?

— Я научу вас! Я научу вас кровопусканию и всему остальному! На самом деле, у меня и самого-то опыта не так много! Вы уже владеете навыком снимать с них шкуру, поэтому научитесь всему остальному в самые кратчайшие сроки.

— Бифштекс, поданный прошлым вечером...

— Ничего страшного, даже если вы не попробуете! Это блюдо может принести вред, если слишком сильно к нему привыкнуть!

— Мы не такие глупые.

Каслан Лутим... неожиданно улыбнулся.

Это была сильная улыбка, наполненная гордостью и мужским достоинством.

— Если это блюдо повредит телу охотника, я к нему не притронусь. Но ты сам сказал, что не будет никакого эффекта, даже если мы съедим его тысячу или две тысячи раз, разве не так, Асута?

— Э-это просто мое предположение, я не знаю действительных фактов! Тем не менее, одна только мягкая еда точно может ослабить зубы и челюсти.

— Если кто-то допустит разрушение своей души, даже услышав твои слова, то они слишком слабые. Тебе не нужно печалиться об этом. Ты сказал нам это для предупреждения, правильно?

Каслан Лутим спокойно поставил кулак на пол и наклонился вперед.

Добродетельный юноша не изменился в лице, но его эмоции, видимо, понемногу закипали:

— Я охотник, поэтому не могу объяснять так понятно, как ты... Но в любом случае, я хочу поделиться своими ощущениями со всеми. Если в жизни будет больше радости, то у нас будет сильнее желание жить. Счастье, которое ты принес нам, дало мне и Эме Мин силу, и я хочу, чтоб остальные тоже познали эту силу. Я хочу поделиться ей не только с домом Лутим, но и с домом Ву, домом Мин, домом Лей, домом Маму, домом Лилин и домом Муфа... Учитывая ситуацию, и чтобы как следует выполнять свой охотничий долг, нам нужна эта сила!

Ситуация, упомянутая им... касалась клана Тсун?

Но я не мог думать о таком большом количестве вещей одновременно.

— В-вот почему я сказал тебе... что всему вас научу. Включая кровопускание, забой, обжарку пойтанов, и приготовление стейков, которые вы ели вчера. Дайте мне шесть дней, и я обо всем подробно расскажу! И я уже обучил некоторым навыкам женщин из клана Ву...

— ...И рубленому бифштексу?

— Нет необходимости стараться изо всех сил, чтоб научиться этому блюду. Рубленый бифштекс требует слишком много усилий и не слишком-то подходит жителям Морихена, верно?

— Может, грубо так говорить, но подходит ли рубленый бифштекс жителям Морихена, должны решать сами жители Морихена... Нет, ты уже член дома Фа и теперь часть Морихена. Я серьезно отношусь к твоим словам, но я хочу сам выбирать собственный путь.

— Если мы получим огромную радость от этого, то выберем этот путь, сколько бы усилий он не потребовал, — вмешалась Эма Мин. — Что мы должны делать, чтобы жить? Собирать дрова? Сушить листья пико? Отделывать кожу? Какой путь нам следует выбрать? Восемьдесят лет назад наши предки рассуждали об этом и передали это нам. Однажды я рожу Каслану детей... И я надеюсь, я смогу направить их на путь, ведущий к большему счастью.

— Никто не будет пренебрегать своими домашними делами просто ради готовки. Но если кто-то захочет приложить дополнительные усилия, значит, в этом будет важность и смысл. Если кто-то поймет ценность рубленого бифштекса, то точно захочет потратить время, чтоб приготовить его! Если нет, то не будет беспокоиться... вот как все просто.

— Но вы не пробовали рубленый бифштекс раньше, так почему вы так непреклонны по поводу этого?

— Дело не в бифштексе, мы уверены, что ты сможешь выложиться на полную, — сказал Каслан Лутим. — Вот почему мы просим именно тебя, а не людей, которых ты чему-то обучил! Всего на один вечер мы надеемся, что ты сможешь сделать для нас все возможное... и это оплата за нашу просьбу о помощи.

— Пожалуйста, подождите. Я...

Но я больше ничего не сказал.

Мои мысли пришли в еще большее смятение, чем раньше.

В следующий момент Ай Фа, которая молчала все это время, сказала:

— Асута, видимо, устал, его выносливость хуже, чем у десятилетнего ребенка. Просто принести товар домой из Почтового города было достаточно, чтобы изнурить его... Прошу прощения, но можем мы дать наш ответ завтра?

— Понимаю, конечно, хорошо... Ну, тогда, Асута, у нас есть последняя просьба.

— ...Какая?

— Прошлым вечером ты сказал, что хочешь стать лекарством, а не ядом... и я искренне надеюсь на это. Твоя сила не должна стать ядом! Если она станет лекарством, то жители Морихена смогут получить больше радости и силы для продолжения жизни. Я стремился сюда именно из-за этой мысли в голове. Надеюсь, что именно так и будет... А теперь мы пойдем.

Часть 3

Солнце уже клонилось к закату.

Мы встретили Камию Ёста в городе в полдень, а после возвращения в Морихен у нас состоялся долгий разговор с Касланом Лутимом и Эмой Мин. Это совсем не укладывалось у меня в голове, поэтому я погрузился в готовку, ненадолго отвлекаясь от реальности.

Меню на сегодня было простым. Не считая времени на обжарку пойтана, готовка была закончена менее чем за час.

Часть арии и листьев тино варилась в металлическом котелке.

Остальное лежало на листьях псевдокаучукового дерева. Арию я нарезал на круглые или полукруглые части, а листья тино с текстурой капусты —  слегка пошинковал.

Кроме овощей было еще мясо гибы. Это была грудинка, лопатка и бедро. Я приложил максимум усилий, чтоб нарезать его на ломтики не толще 5мм, и выложил его в красивый круг.

Густая красная жидкость блестела на деревянной тарелке, специи были сделаны на основе фруктового вина. Прокипятив фруктовое вино, чтоб выпарить алкоголь, я добавил соль и листья пико для вкуса. Это добавило блюду ощутимую сладость, что определенно бы не понравилось Донде Ву.

— Хорошо! Ай Фа, все готово!

Ай Фа посмотрела на меня с выражением лица, вопрошающим: "Это еще что?"

Все верно, это была просто тарелка с сырым мясом, поэтому житель Морихена не мог понять этого.

— Это шабу-шабу, блюдо, в котором ты сама можешь приготовить те кусочки, которые тебе больше всего приглянулись.

Даже услышав мое объяснение, вопросительный знак над головой Ай Фа не пропал.

Вместо объяснения словами, проще показать на примере. Я достал секретное оружие, приготовленное для этого дня...

Настругав почти безвкусные ветки крили на тонкие палочки, я высушил их и сделал из них палочки для еды.

— Сначала вот так кладешь мясо в котелок…

— Ооо!

Я повернулся на странный возглас и обнаружил, что Ай Фа по какой-то покраснела и прикрыла рот.

— Что? Что-то случилось? Я не сделал ничего, что заставило бы тебя смутиться!

— Ш-шумный! Что это за отвратительные движения?

— Хмм~? Так нужно использовать палочки.

Я пару раз пощелкал палочками, а Ай Фа продолжила свое удивленное "Ооо, ооо". И покраснела еще сильнее... Она выглядела такой смущенной, что не могла сдержать слезы.

— Я продолжу демонстрацию... Кладешь мясо в бульон вот так и медленно двигаешь его из стороны в сторону, пока кусочек не перестанет быть красным. Шабу~... шабу~...

— ...Что это за заклинание?

— Это заклинание делает мясо вкуснее.

Затем я выложил готовый кусочек на тарелку Ай Фа.

После этого я добавил в котелок еще арии и тино.

— Проблема в том, что на приготовление трех арий уйдет какое-то время. Пробуй первой! Если тебе не понравится, я переделаю в обычный мясной суп.

— ......

Тихо пробормотав себе под нос благодарности милости леса и мне, она с подозрением подвинула тарелку и осторожно откусила от мяса, покрытого специями.

— Шабу~... шабу~... ну и как?

— ...Оно мягкое.

— С грудинки и должно быть такое. Вот, это с бедра.

— ...Оно жестче, чем мясо в мясном супе.

— Шабу~... шабу~... — я уже начал уставал это говорить. — А вот лопатка.

— …И это тоже мягкое.

— Теперь, когда наше соревнование с Дондой Ву закончено, нам не нужно заботиться о жесткости. Если тебе не нравится, я приготовлю немного мясного супа. Что думаешь?

Ай Фа погрузилась в глубокие размышления с взволнованным лицом.

Тем временем я еще раз произнес свое заклинание "шабу-шабу~..." и приготовил немного мяса грудинки для себя.

— Не волнуйся так сильно, просто скажи мне честно, что думаешь.

Она продолжала раздумывать, поэтому вместо того, чтобы дожидаться ответа, я просто положил мясо грудинки в свой рот.

Ах.

Восхитительно!

За прошедшие десять с лишним дней на ужин у нас были только стейки или бифштексы, потому освежающий вкус тонких кусочков мяса ощущался очень неплохо.

Всё-таки, еда, приготовленная "маканием в кипящую воду", немного отличается от обычного мясного супа.

Более того, в бульоне кроме арии и листьев тино была только каменная соль, а единственной приправой был соус из фруктового вина, поэтому они не могли перебить вкус мяса. Я в полной мере ощущал его энергию. Гиба была сочной и вкусной, и сок выливался каждый раз, когда я жевал, поэтому я не знал, когда стоит проглотить.

Мясо все равно немного попахивало и было жестче более привычной свинины, но все было хорошо, если его вот так тонко нарезать. Когда я попробовал мясо бедра, которое было жестче грудинки, я смог на самом деле жевать и наслаждаться прекрасной текстурой.

— Вау, оно очень хорошее...! Вот, что я думаю, а ты?

Ай Фа еще секунду подумала, а потом сказала:

— Оно очень вкусное.  Но... за один раз много не съешь. Это слишком медленно!

— Да, я понимаю. Мне часто это кажется слишком хлопотным, поэтом в конце концов я просто бросаю все в кастрюлю... Но мясо гибы следует готовить очень тщательно, пока оно не потеряет свой красный цвет.

— Если так, то почему бы не приготовить его с самого начала?

— Хмм? Ну... такой вот метод. Его преимущество в том, что мы можем есть свежеприготовленное горячее мясо с пылу с жару. Честно говоря, я раньше не особо часто его ел.

— Понятно.

— Вот так, и в нашем ресторане тоже не было шабу-шабу. Мы редко ели вне дома, когда моя мама...

Я не мог не остановиться, но должен был закончить, так как уже начал предложение.

— ... Когда моя мама была еще жива.

Я сказал себе в Почтовом городе, что не буду говорить Ай Фа о своем мире в слишком подробных деталях. Было ли это правильным поступком?

Ай Фа немного прищурила глаза и направила свой взгляд на кипящий котелок.

Я почесал голову и бросил маленький кусок дерева в печь.

— ...Сколько тебе было, когда умерла твоя мать?

— Хмм? Около семи, а что?

— Так рано? — сказала Ай Фа и удивленно подняла голову. — Значит, ты попробовал это блюдо до семи лет?

— Вроде бы да. Очень одиноко есть из горячей кастрюли только вдвоем с отцом... Аа, но это совсем не относится к тебе!

— ......?

— Черт, я сам себе рою яму...! Ничего, проще говоря, это стандартная домашняя еда для всей семьи... Поэтому когда одного члена семьи не хватало… у меня и появлялось такое одинокое чувство. Прости, что навожу тоску!

Ай Фа моргнула и, видимо, совершенно не поняла, о чем это я.

— Я не понимаю. Тебе грустно есть это блюдо со мной?

— Я бы не приготовил его, если бы так себя ощущал.

— Понятно. Это замечательно... Кажется, мне не нужно тебя бить.

— Вот спасибо!

— ... Дай-ка сюда.

Ай Фа протянула свою правую руку.

— Хмм? Палочки? Разве не ты назвала их отвратительными?

— Тогда зачем ты сделал еще одну пару?

Она заметила.

Я приготовил еще одну пару палочек и положил их немного в тени тарелки и ковша, которым снимал пену с супа.

— Конечно, я сделал еще одну пару для тебя. Но ими не так уж легко пользоваться.

— Если ты можешь, то и я смогу.

Ай Фа снова надулась.

Так как я следил за арией и листьями тино, чтоб они не переварились, то просто в двух словах описал, как ими пользоваться.

— Хмпф, проще простого.

Спустя три минуты, Ай Фа удалось удачно поднять маленький кусочек арии.

Хмм...

"Ничего, рано или поздно научится..." — сказал я сам себе.

Но в итоге Ай Фа нашла свой собственный способ держать палочки — она зажала одну их них между большим и указательным пальцем, а вторую — между безымянным и мизинцем. И неплохо ими управлялась.

Ну, если ей так удобно, то пусть таки держит.

— Ладно, давай продолжим! Ешь побольше арии, хорошо?

— Хорошо.

Посмотрев на Ай Фа, я подкинул еще дров в печку, а потом съел немного жареного пойтана.

— Асута, что это за мясо?

— Это мясо с лопаток и спины.

— Понятно.

Ай Фа окунула мясо в кипящий котелок...

— Шабу~... шабу~... - начала бормотать она.

Я не смог удержаться, чтоб не выплюнуть наполовину прожеванный пойтан, подавившись.

— Что ты делаешь? Не порти еду, — отчитала меня Ай Фа, а затем продолжила: — Шабу~... шабу~...

Я постарался изо всех сил сдержать свой смех и решил подождать и полностью насладиться ее поведением, прежде чем сказать ей: "Необязательно вслух — можешь говорить это и про себя".

Часть 4

Мирный ужин закончился гладко.

Мы, как обычно, привели в порядок столовые приборы, достали одну из свечей, и настало время должным образом разобраться с накопившимися проблемами.

— ... Асута, я буду говорить прямо. — Ай Фа подняла руки, чтоб расправить свои светлые волосы, и спокойно продолжила: — То, что сказал ранее Каслан Лутим, было предназначено тебе. Как глава дома, я выскажу тебе свое мнение. Но ты сам должен принять окончательное решение.

— Да, я знаю.

— И тебе не стоит беспокоиться о положении дома Фа в этом вопросе.

— А?

— Это настоящий обмен. Даже если у тебя не получится, никто не будет наказан. Если у тебя получится, клан Ву и дом Фа не станут ближе. Кроме вознаграждения, на нас это совсем никак не повлияет.

Ее волосы качнулись в темноте.

Незамужние женщины не остригают их, поэтому волосы Ай Фа были довольно длинными.

— ... Но как к этому отнесутся эти двое? Если у меня не получится, как это повлияет на них?

— Ничего особенного, они просто потеряют доверие своих родственников и будут осмеяны. Все скажут, что наследник дома Лутим испортил церемонию и что он дурак, опозоривший гордость охотника из-за какой-то глупой игры.

— Оох. Я рад, что ты ничего не скрываешь в подобные моменты... Аа... Что же мне делать?!

— Спокойнее... О чем ты так волнуешься? Как по мне, это безопасное дело и тут не о чем беспокоиться. — Ай Фа прислонилась к стене и растерянно наклонила голову. — Просьба Каслана Лутима к тебе заключается в приготовлении блюд, которые ты делал ранее, а не создании чего-то нового. Стейк из гибы, бифштекс, мясной суп и жареный пойтан... Тебе просто нужно подать эти блюда и гости будут удивлены и восхищены.

— Может и так, но... они же щедро добавляют все виды овощей в кастрюлю во время банкетов, правильно? Мама Миа Лей упоминала это вчера. Вот почему я не сомневался в добавлении листьев тино и пулы в мясной суп, предназначенный для гостей.

Ай Фа снова отбросила свои волосы.

Свеч  была слишком тусклой, и я не видел ее лицо так четко, как обычно.

— И таким образом, не важно, насколько замечательное блюдо я подам, все равно найдутся люди, опечаленные примитивной палитрой ингредиентов, ощущающие, что что-то неправильно или разозленные. И если моя готовка придется им не по вкусу... это испортит банкет, который они с нетерпением ждали, верно?

— ......

— А ведь это официальная свадебная церемония! Там могут быть старики с устаревшим мышлением или люди, более упрямые, чем Донда Ву, предпочитающие кастрюлю тушеного пойтана, обычно подаваемую на пиршествах. Все-таки у всех свои собственные предпочтения, никогда нельзя об этом забывать! Вот почему моя гордость повара была задета, когда я услышал, как Донда Ву принижает меня. Я больше не думаю, что все безоговорочно примут мою готовку...

— Асута, чего именно... ты боишься? — Голос Ай Фа был немного озадаченным. — Хоть даже все это может произойти, Каслан Лутим все равно хочет, чтоб ты был хранителем их домашнего очага. Это важное пиршество для него, но он хочет, чтоб ты позаботился о жизнях его незаменимой семьи и близких. Разве это не большая честь?

— Это большая честь! Я так боюсь, потому что не достоин этого. Каслан Лутим и Эма Мин верят мне всем сердцем и хотят доверить мне такую важную задачу. Я чувствую это... и это меня угнетает.

— ...Я все равно не понимаю.

Ай Фа пожала плечами в темноте.

Я поднялся, подошел к ней и сел рядом.

— ...Что такое? — вопросительно посмотрела на меня Ай Фа.

Она хмурилась, но ее взгляд был спокойнее, чем я ожидал.

— Прости, мне неловко, если я не вижу твоего лица. Если тебе неудобно, что мы слишком близко, я зажгу еще одну свечу.

Ай Фа медленно покачала головой и ответила:

— Асута, ты уже удачно завершил свой договор с Дондой Ву, так почему ты до сих пор так волнуешься? Ты впервые так робко относишься к своей готовке.

— ... Тогда все произошло из-за моих идеалов и эмоций. Я хотел дать Рими и бабушке Джибе больше сил и получить признание Донды Ву. Я взялся за это только из-за этих сильных чувств... Но в этот раз все иначе. — Я посмотрел в прекрасные голубые глаза Ай Фа и продолжил: — У меня не было никаких договоренностей с Касланом Лутимом и я не знаю, сказал ли он правду. Даже хоть это меня никак не касается, я не могу решить, правильно ли это. Потому что я...

— Ты хочешь сказать, потому что ты не из этого мира? — В глазах Ай Фа появился проблеск недовольства. — ...Асута, у тебя сегодня печальные глаза. Когда мы встретили Донду Ву, ты нашел правильный путь вперед. Но сейчас ты ничего не видишь.

— Ч-что ты имеешь в виду?

— Ты не понимаешь? Тебе не нужно беспокоиться об отношениях или кровном родстве, нет ни правильного, ни ошибочного, да и вообще выбор уже сделан — и не тобой. Каслан Лутим тебе ведь сказал, так? Они просто хотят позаимствовать твою силу.

Ай Фа внезапно схватила мою руку.

Ее лицо было уже близко к моему, и она была теперь прямо перед моим носом.

Послевкусие ужина было ошеломительным... из-за аромата Ай Фа.

— Каслан Лутим и Эма Мин решат твою ценность, не ты. Тебе не нужно беспокоиться об отношениях, кровном родстве, благосклонности и щедрости. Они признали твои способности и хотят "приобрести" твою силу на одну ночь за деньги.

— Это потому что...

— Не важно, если результаты не оправдают твоих ожиданий, это ответственность покупателя, продавец не должен беспокоиться об этом. Асута, ты... — Ай Фа, видимо, глубоко задумалась и затем сказала: — …Асута, ты сегодня купил немного еды в Почтовом городе, верно?

— Да. Она была не очень вкусной, но и ужасной тоже не была.

— Почему ты потратил медные плитки на ее покупку?

— Хмм? Потому что... Она замечательно пахла и хорошо выглядела.

— Ты считаешь, что вкус был достойным?

— Нет, по цене бутылки фруктового вина для меня это слишком дорого.

— В таком случае, ты собираешься жаловаться на продавца и попросить его вернуть тебе деньги?

Я...

Мне все стало ясно.

— Ты нашел ценность в этой еде и заплатил цену. Каслан Лутим тоже нашел ценность в твоей готовке и хочет заплатить тебе за нее. Покупатели вольны думать что угодно после покупки товара. Но даже если они опечалены, они не будут жаловаться.

— Ай Фа...

— Более того, Каслан Лутим и остальные уже пробовали твою готовку. Они попробовали твои блюда и хотят заплатить цену. Ты так же зарабатывал на жизнь и продавал еду в своем родном городе, так почему ты отказываешь им...? Вот, что меня поражает.

— Я понял... теперь я понял, Ай Фа. Я наконец понял, чего я так боюсь.

Каслан Лутим и Эма Мин были просто обычными "клиентами".

У меня не было никаких связей или договоренностей с ними. Даже если отказать им, у них не будет никаких оснований жаловаться. Даже если они найдут вину в моих блюдах, мне не нужно будет брать ответственность.

Вот почему... я так боялся.

То, какая "цена" установлена за мою готовку и то, что я буду ее продавать, как "товар"... Это меня пугало.

— У меня... никогда не было своего собственного магазина. Владельцем закусочной был мой отец, а я ему просто помогал.

Так как мысли в голове прояснились, я попытался четко их сформулировать.

Ай Фа спокойно выслушала меня.

— В то время покупатели платили за блюда моего отца. Даже если я готовил рис, жарил мясо и резал овощи... блюда все равно были приготовлены отцом, а не мной. Вот что я всегда думал.

— Да.

— Попав в этот мир, я встретил тебя и начал готовить блюда для тебя и себя. Затем я встретил Рими, бабушку Джибу и Донду Ву. Я начал готовить для многих людей... но это не было продажей моей готовки. Я готовил для них только потому, что я хотел, чтобы они попробовали.

— Да.

— Поэтому я не готовил блюда персонально для Донды Ву прошлым вечером. Потому что я не нужен был им, как повар. Поэтому, я считаю, что только домашняя еда, приготовленная его семьей, может удовлетворить душу этого старика.

— Да.

— А в этот раз... в отличие от предыдущего, я им нужен, как повар.

Холодок пробежал по моей спине.

Ночью было холоднее, чем днем, а мы все еще обходились нашей тонкой одеждой... и мои колени начали сильно дрожать.

— Вот, что... меня пугает.

— ......

— Это отличается от благословений, полученных мной от членов семьи Ву. Я всего лишь непрофессиональный повар и не уверен, что моя готовка имеет хоть какую-то ценность! Мысли людей по оценке моей готовки не соответствуют моим... и заставляют меня беспокоиться.

— Сейчас, когда ты об этом говоришь... — Ай Фа, отстранившая свое лицо, снова приблизилась. — Свет вернулся в твои мрачные глаза.

— Да... Впервые кто-то доверился мне, как повару. Это меня пугает... но и наполняет меня гордостью.

— Значит, ты примешь их просьбу?

— ...Я хочу взяться за эту работу, — выдавил я.

Мой желудок сжимался и мясо с пойтаном, которые я съел, словно бы собирались вырваться обратно.

—Они мне так сильно доверяют... поэтому я хочу усердно работать, чтобы должным образом заработать вознаграждение, предложенное ими. Как повар, я надеюсь, что я не опозорюсь со своими навыками.

Все мое тело дрожало.

Меня действительно почти тошнило.

Я был поражен, я никогда не думал, что я такой трусливый.

В следующее мгновение... Ай Фа погладила ладонью меня по щеке. Она заглянула в мои глаза с чрезвычайно близкого расстояния.

— ... Я очень горжусь тобой, — тихо сказала она.

От её взгляда... моя дрожь наконец-то унялась.

Глава 3: Подготовка непрофессионального повара

Глава 3

Подготовка непрофессионального повара

Часть 1

На следующее утро к нам зашла Эма Мин.

Мы мыли столовые приборы, затачивали клинки и проверяли запасы еды.

Время ее прихода напомнило мне приход Рими в последний раз.

— Я приму ваше предложение после рассмотрения некоторых деталей.

Мы сели с главой дома бок о бок в том же положении, что и прошлым вечером, лицом к гостье.

Эма Мин спокойно поинтересовалась:

— Деталей? Каких именно?

— Есть много неясных вопросов. Например, необходимое количество блюд и требования к качеству. Готовка на сотню гостей - это большая ответственность!

Я рассказал Ай Фа все, о чем думал прошлым вечером.

— Прежде всего, вы просто хотите, чтобы я подал точно такие же блюда, как я приготовил в предыдущий раз. Но я не могу гарантировать, что все будут ими довольны.  И до пиршества осталось всего лишь пять дней. Времени немного, но я хочу сделать все как можно идеальнее.

— Хорошо.

— И таким образом, так как вы собираетесь платить за мои кулинарные навыки, я надеюсь, что вы купите не только этот вечер, но и эти пять дней тоже.

— Хорошо... Что именно мы должны сделать?

— В частности, я надеюсь, что вы сможете обеспечить мне ингредиенты и место для необходимых экспериментов с блюдами. Мне нужно много печей, ингредиенты и дрова. Наконец, дегустаторы... И конечно, я ведь не буду заниматься всем этим в одиночку, так ведь?

— Да, если потребуется, мы сможем выделить более десяти женщин в качестве помощниц.

— Отлично! В таком случае, я надеюсь, что женщины, ответственные за домашний очаг, помогут мне пробовать еду. Более того, я надеюсь, они помогут мне с исследованиями и сами научатся необходимым техникам готовки.

— Хорошо, я договорюсь. Я тоже думаю, что это необходимо.

— Спасибо. Далее — мясо гибы. Мне нужно его достаточно и на эти пять дней, и для пиршества. Я не могу освежевать гибу целиком самостоятельно, поэтому надеюсь, что мужчины дома Лутим помогут мне... Если вы хотите и в будущем есть вкуснейшее мясо, то тоже должны этому научиться.

— Да, мы тоже хотели попросить тебя об этом.

— Ну что ж, вот и все мои условия! Кроме ингредиентов на эти пять дней и пиршество, я еще хочу соответствующее вознаграждение.

— Конечно! Нам нужны твои навыки и знания, поэтому мы, само собой, подготовим все необходимое.

Она начинала каждое предложение, искренне соглашаясь со мной.

Затем Эма Мин выпрямила спину, посмотрела прямо на меня и сказала:

— Асута из дома Фа, какую оплату ты хочешь получить в обмен за оказание помощи нам?

— Да. Я... надеюсь, совершить с вами сделку на клыки и рога двадцати гиб.

В следующую секунду радостное лицо Эмы Мин помрачнело.

— Двадцать... что значит восемьдесят клыков и рогов гибы, верно? Мы не можем устанавливать цену твоих способностей... Но это слишком дешево! Как мы вчера сказали, все наши родственники подарят нам по благословению и после их сбора...

— Я не могу принять двести клыков и рогов! Не забывайте, что я все еще непрофессиональный повар. — Я почесал голову и добавил: — Если честно, я слишком волнуюсь. Я не думаю, что смогу найти кого-либо, кто может подсказать достойную цену за эту работу.

— Это правда. Наверное, никто и никогда в Морихене еще не просил кого-то не из семьи управлять домашним очагом на свадьбе.

Эма Мин мягко улыбнулась.

Она была не только радостной и энергичной девушкой, но к тому же у нее был гибкий характер. Я почувствовал это в ней еще в прошлую нашу встречу.

— Если честно, я хочу кое-что купить в Почтовом городе. Я слышал, что оно стоит 80 клыков и рогов, вот почему я установил такую цену... Но мне кажется, это достойная оплата, поэтому я точно не буду халтурить!

Я посмотрел прямо в глаза Эмы Мин.

— Я обещаю сделать все возможное, чтоб подготовиться к этому пиршеству за это вознаграждение! Вы хотите купить мои кулинарные навыки по этой цене?

— Мы обратились к тебе за помощью не просто так, — спокойно улыбнулась Эма Мин.

Ее улыбка была наполнена материнской любовью, из-за чего было трудно поверить, что она одного возраста со мной, Ай Фа и Рейной Ву.

— Что ж, если тебя эта цена устраивает, то и нас тоже...

— Аа, секунду! Я должен выяснить еще одну вещь! — сказал я, покосившись на Ай Фа.

Она сидела, скрестив ноги и подняв одно колено, с гордым выражением лица.

— Я — ответственный за домашний очаг дома Фа, и не хочу забрасывать свою работу здесь. Вот почему... На следующие пять дней я хочу взять Ай Фа с собой для дегустации пробников и ужина в дом, который будет принимать меня. Я не буду просить дом Лутим приготовить кровать для нас, но вы можете выделить нам место?

— Понимаю, это тоже часть нашей обязанности... Хмм...

Сказав это, Эма Мин немного наклонила голову, приложив указательный палец к щеке и погрузившись в размышления.

"Ах, значит, в этом мире тоже существует моэ…" — посетила меня странная мысль, но я постарался сохранить серьезное выражение лица.

— Думаю... это не будет проблемой. В конце концов, дом Лутим близок с кланом Ву...

— Что? Какое это имеет отношение к клану Ву?

— Свадьба будет проходить в поселении клана Ву.

О нет.

— И женщины клана Ву будут ответственными за домашний очаг в этот день.

О нет, о нет, о нет.

— Члены дома Лутим и дома Мин должны подготовить остальное, поэтому не смогут управлять домашним очагом. Ты начнешь свои исследования попозже сегодня, да? Я как раз собиралась сходить в главный дом Ву, чтобы обсудить детали и заручиться помощью женщин клана Ву.

Вот черт!

— Н-но разве клан Ву не "главная ветвь" вашей семьи? Разве вы можете просить их позаботиться о таких банальных вещах?

— Но именно поэтому мы к ним и обращаемся! Заботиться о младших — работа старших.

Она была абсолютно права.

Но я бы предпочел работать в месте без такого количества причин для беспокойства.

— Поэтому, если ваша семья хочет на какое-то время остаться в клане Ву, вы должны получить разрешение от главы клана, Донды Ву. Учитывая, насколько близки клан Ву и дом Фа, все точно будет хорошо!

Нет, сейчас, может быть, у нас и хорошие отношения, но ведь когда-то были и плохие.

Кстати говоря, я не так давно сказал клану Ву, что "домашней едой должна заниматься сама семья", поэтому такой поворот событий будет слишком ироничным.

—И это прекрасной возможностью для женщин клана Ву. Я так им завидую! Многие из их родственников захотят в будущем у них поучиться.

Понятно, ради бабушки Джибы и Рими, это может быть более подходящим мероприятием. Рейна училась быстро, бабушка Дитто Мин и мама Миа Лей тоже были такими же умелыми. Трое из них определенно выучатся мастерски владеть кулинарной техникой за эти пять дней.

Кроме того, я смогу использовать этот шанс, чтоб передать технику кровопускания и разделки клану Ву.

Я же вроде как сам этого хотел, не так ли?

Но что мне делать с Дондой Ву, Джизой Ву и Дарумом Ву?

Ужинать пять вечеров подряд с этими опасными людьми... Одна мысль об этом беспокоила меня.

А шабу-шабу прошлым вечером, наоборот, было таким расслабляющим!

"... Но это тоже часть работы."

С точки зрения эффективности, раз уж женщины клана Ву будут ответственными за домашний очаг на свадьбе, я должен напрямую их наставлять. Будет немного глупо останавливать мои изучения на закате, и возвращаться обратно в дом Фа. Я должен разделять личные вопросы и работу в подобные моменты и смело приниматься за дело.

Более того, кроме приготовления еды на пробу, женщинам нужно будет еще готовить ужин...

"Хмм, кстати говоря... Я пересмотрел меню, чтобы дать большему количеству людей насладиться моей готовкой. Поэтому упрямые люди, вроде Донды Ву, больше всего подойдут для роли дегустатора. То же самое касается и Джизы Ву, мыслящего старомодно, и Дарума Ву, у которого обо мне плохое впечатление... Я должен очень постараться, чтоб они признали мою готовку."

— Асута... Ты в порядке? — Эма Мин взволнованно подвинулась вперед.

— Я в норме. Нам все еще необходимо разрешение от клана Ву, но вы согласны на указанные условия... и купите мои кулинарные навыки? Цена — клыки и рога двадцати гиб.

— Да. Асута из дома Фа, пожалуйста, поддержи нас! — Эма Мин мягко улыбнулась.

Сделка была совершена.

Часть 2

И таким образом я начал свою работу.

Первым было наставление по кровопусканию.

Мне нужно было объяснить процесс кровопускания мужчинам клана Ву и дома Лутим.

В полдень им нужно будет отправляться в лес, и с этой задачей предстояло разобраться до этого времени..

" Ты взялся за трудную задачу, поэтому небольшая жертва в начале облегчит дело в дальнейшем!" — ...это, видимо, пытались сказать мне боги.

Когда моя душа отправится на небеса, я обязательно закачу им скандал по этому поводу.

Хоть даже Каслан Лутим сам поручил эту работу мне, я все равно должен был остерегаться тех мужчин из клана Ву, которые были против этой затеи.

Да и чистой эту работу тоже не назовешь.

— Эй, Асута, все уже здесь! — послышался голос Лудо Ву.

Из всей этой группы он был единственным оазисом моей души.

Передо мной стояли... двадцать с лишним свирепых охотников Морихена, включая семнадцать мужчин из клана Ву, которых я видел несколько дней назад.

Дело происходило на площади поселения Ву, и каждый из них излучал аура дикого животного. Их возраст сильно различался, но все они были охотниками с хорошо сложенными телами.

Они собирались пойти в лес, поэтому вокруг всех витало острое желание убийства.

— ... Для начала, позвольте мне всех здесь поприветствовать, — ко мне подошел Каслан Лутим. — Я - старший сын главного дома Лутим, Каслан Лутим. Наверное, все знают, что мы заняты подготовкой к нашей с Эмой Мин свадьбе через пять дней. Спасибо главе клана Ву, Донде Ву, и моим родственникам, что прислушались к моей просьбе! Я хочу поблагодарить вас всех еще раз.

Донда Ву, стоящий справа в группе, никак не отреагировал и держал руки скрещенными на груди.

Он на самом деле согласился на это предложение.

Может, его высокое положение означало, что он не может отказать просьбе своего младшего?

— Я попросил Асуту из дома Фа быть ответственным за домашний очаг во время свадьбы. Так как у Асуты раньше не было никаких отношений с домом Лутим, поэтому я куплю его способности за медные плитки на одну ночь. Вы спросите: почему я сделал что-то, идущее против обычаев Морихена? Я не могу подыскать должных слов для ответа, поэтому не буду говорить слишком много. Однако знайте, что я принял это решение, как старший сын дома Лутим!

Мужчин это не волновало.

Была ли у них какая-то неприязнь? Или какие-то другие эмоции... Они были, как звери, ожидающие, когда их спустят с цепи. Их глаза немного блестели.

Здесь были братья Донды Ву и их сыновья.

И братья родителей Донды Ву... его дядя со своей семьей тоже был здесь.

Мысль об этом пугала меня. Но, смотря на это с другой точки зрения, все здесь были кровно связаны с бабушкой Джибой и были родственниками Рими.

— И для подготовки к пиршеству... для обработки мяса Асута будет использовать техники, изученные в его родном городе. Нам нужно выполнить эту задачу до того, как гиба окончательно погибнет. Теперь Асута объяснит детали.

Наконец, настала моя очередь.

Я кивнул и вышел вперед.

— Я - Асута из дома Фа, спасибо вам всем за помощь... Перейдем сразу к делу. Я хотел бы научить вас "кровопусканию". Поймав гибу, перед нанесением смертельного удара, нужно выпустить из нее всю кровь. Место для разреза находится между грудью и головой, ближе к грудной части. Над сердцем гибы есть артерия, которую мы должны перерезать ножом. Когда артерия будет разрезана, брызнет много крови, поэтому вы поймете, если сделали все правильно. Пожалуйста, будьте осторожнее и не повредите сердце гибы или дыхательные пути! Потому что это моментально ее убьет.

Тишина.

Никакой реакции.

—Что ж... Важный момент - "не дать умереть". Даже если вы сломаете ей череп или нанесете смертельную рану, она все равно проживет какое-то время. Если артерия возле ее сердца перерезана, пока сердце еще бьется, "кровопускание" будет сделано быстрее.

— У меня вопрос, — Лудо Ву поднял руку.

Я ощутил, как моя душа стала исцеляться и ответил:

— Какой?

— Значит, я не могу перерезать горло гибы? Я всегда убиваю их таким способом, и это заставляет их сильно истекать кровью.

— Если ты это сделаешь, она может умереть до того, как вся кровь полностью выйдет. Если тебе повезет, и ты перережешь ее артерию без вреда дыхательной системе, то все будет хорошо. Если нет, то кровь может остаться в мясе.

— ... Я не понимаю! Так я не могу перерезать им глотки? Хммм... горло - не хорошо, сердце тоже не хорошо. Тяжело будет поймать гибу, когда мы ее встретим.

— Вот именно, потому не перенапрягайтесь. Будет достаточно просто поймать несколько гиб, чтобы накормить всех гостей на банкете. И глупо рисковать чьей-то жизнью для обработки мяса.

— Асута, только ты и будешь рисковать своей жизнью ради чего-то подобного... Кстати, почему ты таким вежливым тоном общаешься ко мне? Это неловко, не заставляй меня пинать тебя.

— Пожалуйста, не пинай меня... Следующие шаги будут сделаны после доставки гибы домой и снятия с не шкуры. Я объясню подробнее, когда все будет выполнено. Это все, что я должен был сказать на данный момент.

Кроме Лудо Ву, остальные мужчины не сказали и слова. Более половины из них развернулись и молча ушли.

Они не попрощались и не кричали вместе, как делали это пять дней назад. С Дондой Ву и Джизой Ву во главе, семнадцать мужчин клана Ву покинули площадь.

— Мне пора идти! Асута, когда я вернусь, надеюсь на что-нибудь вкусненькое!

В глазах Лудо Ву тоже горел дикий огонь.

Наконец, и он тоже повернулся ко мне спиной и ушел.

Этот юноша был субтильным и внешне милым, но незамедлительно мог войти в образ самого настоящего охотника. Я чувствовал холодок каждый раз, когда видел это. Но было в этом что-то интригующее.

— Спасибо, твое объяснение было легко понять, — сказал Каслан Лутим с улыбкой.

Осталось только пять мужчин, все они были из дома Лутим. Так как поселение Лутим находилось на порядочном расстоянии, они сформировали элитную исследовательскую группу для изучения этапов обработки мяса напрямую от меня.

— Не мне об этом волноваться, но разве это устраивает членов клана Ву? Это не ухудшит ваши отношения?

— Ухудшит? Я не понимаю, с чего ты это взял. Я попросил клан Ву об услуге, как член дома Лутим, и поскольку глава клана, Донда Ву, согласился, мужчины будут выполнять его приказы и проблем никаких не будет.

— Понятно. Но у нас нет способа узнать, как себя чувствует каждый, верно?

— Личные чувства не относятся к воле клана. Члены семьи будут следовать за решением главы и делать свою работу. Поэтому члены клана Ву будут делать все возможное. Не стоит об этом волноваться.

— И то правда...

— Отбросим пока это в сторону, Асута, мне нужно обсудить с тобой кое что еще.

Лицо Каслана Лутима и так было честным, а сейчас на нем появилось еще более искреннее выражение.

— Я спросил Лудо Ву об отношениях между домом Фа и кланом Ву. Чтобы спасти Джибу Ву, потерявшую свой аппетит, клан Ву попросил тебя о помощи. И ты удачно спас душу Джибы Ву... Это правда?

— Да, она осталась довольна моей готовкой.

— Понятно. Джиба Ву была более энергичной во время предсвадебного празднования, чем я ожидал! Асута, спасибо тебе большое. Я благодарен за то, что ты сделал.

— А? Почему?

— Ты разве не знаешь? Дочь Джибы Ву вышла замуж в дом Лутим, поэтому дом Лутим и клан Ву стали родственниками. Из шести родственных домов, у нас самые длительные отношения.

Понятно.

Значит... Наследник главного дома Лутим, Каслан Лутим, был правнуком бабушки Джибы.

— Да. Сын дочери Джибы Ву - это мой отец, Дан Лутим. Кровь Джибы Ву течет в моих венах так же густо, как и у Джизы Ву и Лудо Ву.

— Ясно...

Я должен отделять свои личные дела от профессионального поведения.

Несмотря на то... что кровь бабушки Джибы текла в юноше передо мной, пожелание ему хорошей свадьбы не должно заходить слишком далеко.

— Асута, однажды ты сказал, что мы не обязаны чем-либо друг другу, но, кажется, я у тебя в долгу. Я очень рад, что встретил тебя, — сказал Каслан Лутим и полез во внутренние карманы своей накидки.

Он достал связку клыков и рогов, более обильную, чем вчера, и произнес, держа ее перед моим носом:

— Асута, пожалуйста, прими это! Это половина обещанного вознаграждения, клыки и рога десяти гиб. Я отдам тебе оставшуюся половину после пиршества.

— Хорошо, ты можешь отдать мне их, когда работа будет выполнена. Может, я... ну, умру в необычайном огне во время готовки и не закончу свою работу.

"Я не знаю, когда вернусь в свой обычный мир…" — Я не мог сказать ему это, поэтому попытался свести все к шутке. Но лицо Каслана Лутима осталось серьезным.

— Но ведь и я не знаю, когда могу погибнуть в лесу. И потому я даю тебе вознаграждение в знак моего доверия. Пожалуйста, прими его.

Я не стал так необдуманно шутить об этом.

Я не мог сказать ему правду из-за своих личных проблем. Но я не должен пренебрегать искренним отношением этого серьезного юноши только для того, чтобы скрыть эту правду.

— Хорошо, я приму его... и буду усердно работать, чтобы оправдать твое доверие.

Каслан Лутим мягко улыбнулся и отдал мне ожерелье.

Может, в нем и было 40 клыков и рогов с десяти гиб, но оно не выглядело таким уж большим... Впрочем, я почувствовал, что вес превосходит внешний вид, когда принял его.

Часть 3

Когда солнце было на своем пике, я проводил мужчин, направляющихся в лес, попрощался с Касланом Лутимом и, наконец, приступил к исследованиям.

Я обошел сзади дом Ву и направился в кухонную комнату. Там меня уже ждали две женщины.

Это были: жена старшего сына Джизы Ву и третья дочь Лала Ву.

— Асута, мы ждали тебя! Мы вдвоем будем помогать тебе сегодня.

У стройной Сати Лей Ву были короткие каштановые волосы, черные глаза и невинное личико. Она по-взрослому мне улыбнулась.

— Ого, где это ты взял так много клыков и рогов...? У кого стянул их?

Лала Ву, которой было двенадцать, завязала волосы в хвостик на макушке. Она, как обычно, вела себя слишком уж ехидно со мной.

— Это предоплата за мою работу. Эмм, куда бы мне их положить?

— Давай помогу, если ты не против! Будет ужасно, если они упадут в печь.

Сати Лей Ву взяла ожерелье из моих рук и вышла из печной комнаты.

Она была заботливой, но сделав это, мне пришлось остаться наедине с этой язвительной девчонкой.

Как и ожидалось, Лала была полна сарказма:

— Хмпф! А я-то думала, что наследник дома Лутим будет более надежным, чем глава дома, но он попросил тебя управлять домашним очагом на этой важной свадьбе! Он что, сдурел?! Дом Лутим теперь станет посмешищем для всего Морихена. А ведь клан Ву — их старший дом!

— Понятно, тогда я сделаю все возможное, чтобы они смеялись потише.

Я знал, что бесполезно злиться на неприятные слова девочки, которая была на пять лет младше меня, поэтому я мог только отшутиться.

Более того, я чувствовал небольшую вину по отношению к четырем сестрам Ву, поэтому не мог ничего сделать, даже если она ненавидела меня... Видимо, мне оставалось только нести этот крест всю оставшуюся жизнь.

— В любом случае, сегодня я надеюсь на вас... Кстати, разве тебе не нужно заниматься другой работой? Я просил помощи, но не ожидал, что клан Ву отправит сразу двух помощниц.

— У меня нет выбора! Мама Миа Лей так решила. Я бы лично тебя вообще целый век не видела!

Лала Ву внезапно зловеще сверкнула глазами, нахмурилась и широкими шагами направилась ко мне.

— ... Твои клыки и рога.

— Хмм?

— Их было восемь, а стало девять. Каслан Лутим и Эма Мин дали тебе свое благословение?

— Ну... Я не знаю, могу ли я об этом говорить... Эмм, просто не обращай внимания.

— Что?! Если ты не скажешь мне, я расскажу папе Донде, что произошло в то утро!

— Э-эй, из-за этого у меня будут проблемы! ...Твой папа же и подарил мне его.

Мальчишеское лицо Лалы загорелось от гнева.

— Это невозможно! Ты знаешь, как сильно папа Донда ненавидит тебя? Он никогда не даст тебе никакого благословения! Если ты врешь, я действительно придам огласке случившееся в тот день!

— Я-я говорю правду! Он не просил меня хранить это в секрете, поэтому я честно говорю как есть. После предсвадебного пиршества Донда Ву подарил мне это благословение.

Услышав это, Лала еще сильнее распалилась. Но спустя короткое время ее злость превратилась в удивление.

— ... Ты точно говоришь правду? Если врешь, я узнаю это у папы Донды, ты же понимаешь? Если ты соврал, я все ему расскажу!

— Аах, тогда я могу только молиться, что Донда Ву подтвердит мои слова. Я могу только надеяться, что он не из тех, кто будет лгать ради собственной гордости.

— Ты... говоришь правду?

— Да.

Когда я кивнул, Лала снова взорвалась:

— Я не могу поверить! Это невероятно! Я специально не дала тебе никакого благословения, потому что волновалась о чувствах папы Донды! Почему он дал тебе благословение?! Из-за этого я выгляжу такой глупой! Черт возьми! Что он творит?!

— Эмм, пожалуйста, успокойся... Папа, должно быть, сделал это, тщательно все взвесив.

— Не называй его папой! Это отвратительно!

— Извини... Но благословение — это личное решение. Даже если Донда Ву дал мне его, тебе не нужно тоже ему подражать.

— Что ты имеешь в виду?! Ты не хочешь мое благословение?

Мои слова взбесили эту девочку.

Мне, наверное, никогда не суждено с ней поладить. Вздохнув, она внезапно сунула руку к моему носу...

На ее ладони был клык и рог.

— ... Ужин, приготовленный тобой прошлым вечером, был очень вкусным! И к тому же, ты спас жизнь бабушки Джибы. Потому я, Лала Ву, хочу благословить тебя, Асута из дома Фа.

Она выглядела очень злой, когда отдавала мне свое благословение.

Но я все равно с благодарностью его принял и сказал:

— Спасибо, я очень рад.

— Хмпф! — Лала Ву громко хмыкнула и отвернулась.

Похоже, она действительно меня недолюбливает. Для кого-то вроде нее, признавать мои заслуги ощущается так же непросто, как и тому, кому я нравлюсь, дарить мне свои благословения... Я мог почувствовать это.

И таким образом, я получил десять благословений от клана Ву.

Кроме малютки Коты только Джиза Ву и Дарум Ву не одарили меня.

Наверное, я до конца жизни не получу от них благословений... Пока я размышлял обо всем этом, вернулась Сати Лей Ву.

— Простите за ожидание... А, вы еще не начали?

— Да, мы как раз собирались! Я могу взглянуть на овощи в вашем хранилище для еды?

— Конечно... Кстати, а куда делась Ай Фа? Вы же  пришли вместе, правильно?

— Да. Я еще не запомнил дорогу, поэтому попросил Ай Фа проводить меня. Должно быть, она ушла в лес на охоту.

"Я не могу пренебрегать охотой даже в эти пять дней." — Ай Фа ушла домой после этих слов.

Дома еще оставался приличный запас мяса гибы и множество клыков и рогов. Но даже так, охотникам все равно нужно было усердно трудиться.

Если они перестанут делать свою работу должным образом, то чрезмерное количество гиб вырвется из леса и наводнит сельскохозяйственные угодья западного королевства. Обязанность жителей Морихена — не допустить этого... По-видимому, это было общим мнением всех морихенцев, кроме главного клана, который, кажется, забыл эту цель.

"Камия Ёст... Я должен встретиться с этим человеком, которому нравится притворяться глупым, и выслушать то, что он хотел сказать".

Я планировал провести эти пять дней в поселении клана Ву до дня свадьбы и усовершенствовать свою готовку. Кроме охоты, Ай Фа еще нужно заниматься домашними делами. Поэтому мы решили ночевать в пустом доме клана Ву после ужина, а с утра заниматься каждый своим делом.

Даже Дига Тсун, брошенный Ай Фа в реку, не пришел за ней в поисках мести, что показывает, что даже клан Тсун не поступает так мерзко. Но каждый раз, когда я вспоминаю глаза Доддо Тсуна, похожие на глаза бродячей собаки... я все равно волнуюсь.

— ... Асута, что-то не так?

Я быстро вернулся в реальность, услышав голос Сати Лей Ву.

— Ничего, давай принесем продукты из хранилища.

В любом случае, в данный момент мне стоило больше думать о работе.

Вознаграждение, которое я получу за нее, естественно станет благосостоянием дома Фа. Ради Ай Фа я должен как следует постараться!

В хранилище я увидел кое-какие знакомые овощи среди выложенных на полках. Вчера я был в городе, поэтому немного начал уже разбираться в их сортах.

Итак... какие же овощи нам подойдут?

— Я хочу поделиться своей идеей с вами двумя, — осмотрев каждый овощ,  сказал я женщинам, стоящим позади меня. — Я собираюсь освоить пойтан.

— Пойтан…?

— Да! Я хочу найти способ сделать блюдо из пойтана более вкусным. Я думаю, мне нужно начать свои исследования именно с этого.

— Но почему? Жареный пойтан - вкусный. Я могу за раз умять целую гору!

Ах, похоже, Сати Лей Ву довольно сильно пристрастилась к жареному пойтану.

Я понимаю, что она чувствует, но все равно считаю, что его дальнейшее изучение очень важно.

— На этом банкете будет присутствовать много пожилых людей. Если мы подадим им слишком странную еду, я боюсь, что гости не захотят принять ее. Я все равно включу жареный пойтан в меню, но хочу приготовить его таким способом, чтобы им насладились и молодые, и старые.

— Ясно... — коротко ответила Сати Лей Ву.

Ее голос не звучал очень удивленным, поэтому я взялся за этот план.

— Я думаю, конечная цель - найти ингредиенты, дополняющие пойтан. У вас двоих есть идеи? Или какие-то ингредиенты, которые вам не нравятся?

— Пула, — послышался грубый голос.

И конечно, это была Лала.

— Хмм... Теперь, упомянув об этом, я помню, что тебе и Лудо Ву не нравится пула. Вы не любите острую еду?

— Замолчи! Я уже ответила тебе, почему я должна отвечать на твои занудные расспросы и дальше?!

— Извини-извини! Пожалуйста, назови мне еду, которую ты не любишь.

— ... Мне не нравится риро, тарапа и зозо.

— Хорошо. Риро - трава, используемая в копченом мясе, а что за тарапа и зозо?

— Тарапа - это большой красный фрукт, зозо - коричневый комок под тарапой.

Я посмотрел в направлении, указанном Сати Лей Ву, и увидел, что тарапа была овощем размером с тыкву с жесткой поверхностью. Зозо напоминал змею, свернутую кольцом.

Я легко запомнил их из-за примечательного внешнего вида.

— Ясно. Сати Лей Ву, какие твои мысли по поводу тарапы и зозо?

— Ну... тарапа довольно кислая, а у зозо сильный аромат. Я ничего не имею против этих ингредиентов... Я думаю, суп будет вкуснее, если добавить тарапу без пойтана.

— Понятно.

— Тарапа очень кислая, если добавить ее в суп без пойтана! А еще она мягкая и приятная. А насчет зозо... Не важно, будет ли пойтан или нет, если у мяса будет сильный запах, он перебьет все остальные ингредиенты и сделает еду неприятной.

— Потрясающе! Твои пояснения очень подробные!

— Потому что ты показал мне, что такое "очень вкусная еда". До этого я даже не заботилась о разнице между вкусом тарапы и зозо, — Сати Лей Ву мягко улыбнулась.

Лала закричала с чрезвычайно рассерженным лицом:

— Я так не могу! Я тебе совсем не нужна! Тогда счастливо работать с одной Сати Лей!

— Лала, даже если ты не можешь описать ясно свои мысли, тебе не нужно беспокоиться, — Сати Лей Ву мягко положила руку на плечо маленькой девочки. — Может, ты очень разумна и внимательна не по годам, но нельзя же так сильно кипятиться. Может, я и могу ясно изложить свои мысли, но всегда держу эмоции под контролем. Если мы будем работать вместе, то точно поможем Асуте больше, чем по отдельности.

Мои отношения с Сати Лей Ву были самыми слабыми из всех членов клана Ву... но я мог сказать, что она была доброй и взрослой девушкой по тому, что она только что произнесла.

Как и ожидалось от супруги Джизы Ву! Я почувствовал холодок, задумавшись об этом. Кем же вырастет ребенок Джизы Ву и Сати Лей Ву?

— Хмм? Кстати, Кота Ву - мальчик или девочка?

Они, кажется, удивились, что я спросил это.

— Это очевидно по имени, не так ли? Кота - мальчик.

Ясно, я так и думал.

— Может, он маленький, но он мальчик! Мы довольно долго не могли завести ребенка, поэтому я рада, что мой первенец - это сын, — ответила Сати Лей Ву с гордостью и радостью на лице.

И однажды Кота Ву станет главой клана, следуя по стопам Донды Ву и Джизы Ву.

Как бы это описать... даже осознав это, мое сердце было наполнено сожалением.

— ... Хм, у зозо очень сильный аромат. Он скорее похож на специю, чем на ингредиент. Если добавить его в суп, он точно перебьет вкус всего остального.

Я вернулся обратно в реальность.

— Да. Если в будущем мы будем есть гибу без всякой вони, то он больше не будет нужен. Риро и зозо, в основном, используются для устранения неприятного запаха.

— Ясно, я вычеркну эти два ингредиента из списка. Что насчет тарапы? В моей родной стране есть ингредиент с названием помидор — он такого же цвета, и есть разнообразные способы его готовки.

— Вот как? Тарапа хорошо пахнет, но мне не нравится ее кислинка. Думаю, она будет вкуснее при добавлении в суп без пойтана.

— Хм, так и есть...

Суп с пойтаном напоминал разведенную в воде муку. Я представил добавление помидоров в такую воду для нейтрализации вкуса и почувствовал, как сила уходит от меня.

Может, и есть несметное количество способов использования помидоров, но не в этом случае.

— Тогда я вычеркну и тарапу тоже. Может, есть еще овощи, которые вы можете рекомендовать?

— Хмм...

Они обе задумались, услышав мой вопрос.

— Если суп будет без пойтана, я думаю, есть несколько хороших ингредиентов. Но вот с ним...

— Вот именно! Если бы такой овощ был, мы бы и сами додумались добавлять его в суп. Да и вообще, в конце концов, не важно, что туда добавлять, потому что...

Лала замолчала на середине фразы.

— Что такое? — мягко спросила Сати Лей Ву.

— Ничего... Он не изменит вкус супа... но есть овощ, который мне нравится.

— Хм, какой?

— Нет, сделай вид, что я не говорила этого! Я даже не знаю, почему он мне нравится! Вкус супа не изменится после его добавления!

— Мне интересно, о чем ты. Ты можешь просто сказать, что пришло тебе на ум?

Может, я звучал слишком обеспокоенным, но лицо Лалы выглядело немного скованным, в отличие от обычного буйного характера.

Ее тонкий палец робко указал на дальнюю часть хранилища еды.

Что это там?

Я потерял дар речи.

Этот ингредиент спокойно лежал в углу полутемного хранилища еды, ожидая своего звездного часа... У него был впечатляющий внешний вид, и он легко мог посоперничать в этом с зозо и тарапой, мощной силой врезаясь мне в  сердце. Это был огромный двухметровый лопух, называющийся "гиго".

Часть 4

Несколько часов спустя.

Когда солнце начало клониться к закату... Я почувствовал неподходящую хаотическую атмосферу, быстро наступающую в кухонной комнате.

Пока я волновался об этом, низкая фигура проникла через дверь, которая была открыта для проветривания.

— Эй! Хранитель домашнего очага, как делишки?

— Оох, и напугал ты меня...! Л-Лудо Ву, что с тобой случилось?

Передо мной был Лудо, который ранее пошел в лес.

Однако мужчины, ушедшие на охоту, обычно возвращаются ближе к вечеру, а прямо сейчас Лудо Ву был... покрыт свежей кровью.

Его светлые волосы, накидка из гибы, круглое лицо и руки с ногами были испачканы красным.

Юноша улыбнулся, его пылкие охотничьи глаза все еще горели.

— Это кровь гибы и кое-кого еще. Я никогда не получаю ран на охоте! Не беспокойся об этом, хранитель домашнего очага.

— Кое-кого еще... Кого?

—Ряды Ву из родственной семьи... С ним дела плохи — рог гибы вонзился ему прямо в ногу. Даже если он и выживет, никогда больше не сможет ходить в лес.

Я побледнел.

Увидев мое лицо, Лудо Ву снова дико улыбнулся.

— Разве я не сказал тебе не беспокоиться? Это никак не касается работы, которую мы попросили тебя делать! Гибы обычно не собираются вместе, но сегодня нас атаковали три за раз! Ряда Ву выдержал главный удар их атаки. А у меня лук сломался — и тут р-раз, гиба из кустов! У меня не было выбора, кроме как перерезать ей горло. Она тут же копыта и откинула, поэтому мы не смогли пустить ей кровь как следует.

— Ясно... — это все, что я мог сказать.

Сати Лей Ву и Лала, которые ждали, пока закипит вода, смотрели на члена своей семьи со спокойным лицом.

Они были рады, что Лудо вернулся целым и невредимым, но одновременно с этим были опечалены из-за неудачи, что приключилась с их родственником... Их спокойная аура заставила меня понять, что жители Морихена самостоятельно принимают тяжелые решения, и я снова ощутил, какие они сильные люди.

Лудо вытер кровь на щеке и равнодушно цокнул языком.

— Хмпф! Зато мы добыли много клыков и рогов. Чтобы дотащить гибу и Ряду Ву обратно, пятерым мужчинам пришлось вернуться раньше... Может, это и пик сезона, но их было слишком много! Асута, дом Фа дальше на север, верно? Как там лес?

Он наконец-то назвал меня Асутой, а не хранителем домашнего очага.

Может, просто  раньше он был на взводе?

Охотник с дикими глазами медленно вновь становился надменным юношей.

— Н-ну, я не знаю насчет леса. Но я заметил, что гиб действительно стало больше. Эмм... За последние десять дней мы поймали целых четыре.

— А?

— Хмм?

— У дома Фа нет других членов семьи и родственников, так? Асута, ты шутишь? Как это вы умудрились поймать четыре гибы за десять дней?

— Хм~? Да вроде бы все верно. Мы вернулись из клана Ву и на следующий день соорудили печь... Значит, должно было пройти около двенадцати-тринадцати дней. И у нас точно появилось за это время четыре новых гибы.

— Да не может такого быть! — яростно ответил он.

После сооружения печи Ай Фа поймала свою третью гибу и поймала еще одну несколько дней спустя, я точно не ошибся в подсчетах.

— Асута, ты правда не заливаешь? Одному человеку не под силу загнать гибу! Все, что ему остается делать — расставить ловушку и ждать, пока гиба сама попадется туда! Другого способа не существует! Она что, использует "жертвенный стиль охоты"?

Услышав, как этот юноша впервые разговаривает так серьезно, я ощутил, как мое сердце беспорядочно застучало.

— Л-Лудо Ву, что такое "жертвенный стиль охоты"? Он запрещен в Морихене?

— Нет, это древний способ, который больше никто не использует. Если тебе интересно, ты можешь спросить напрямую у главы своего дома.

Понял, именно так я и сделаю.

В этот момент Сати Лей Ву позвала спокойным голосом:

— Лудо Ву!

Лудо Ву повернулся и посмотрел на улицу, подняв одну бровь:

— А, вы уже вернулись? Ну и как там Ряда Ву?

Прежде, чем я осознал это, несколько человек стояли на входе, который заслонил собой Лудо.

Самый младший из них — парень невысокого роста подошел к Лудо.

— Мой отец будет жить. Но сухожилия в его ноге порваны, поэтому он больше не сможет ходить в лес.

— Получается, завтра ты станешь главой дома, верно, Шин Ву?

— Да, я унаследую дом своего отца.

Говоривший парень выглядел примерно одного возраста с Лудо... а значит, он был явно младше меня.

У него была вытянутая голова с темно-каштановыми волосами и темно-карие глаза. Его лицо казалось более взрослым, чем у Лудо, но их телосложение было почти одинаковым.

Лудо повернулся и посмотрел на улыбающегося юношу, а затем сказал:

— Не слишком ли ты легко к этому относишься? С завтрашнего дня ты будешь нести ответственность сразу за пятерых… Эй, ты хоть сам-то это понимаешь?

— Все будет хорошо. Ещё два года и подрастет мой младший брат... До этого момента, я надеюсь, вы поможете мне.

— Какая разница, до или после — мы же кровные родственники!

Лудо притворился сердитым и ударил в плечо юноши.

В следующий момент Шин Ву неловко улыбнулся и ответил:

— Лудо Ву, благодаря тебе мой отец смог выжить. Я горд быть твоим кровным родственником!

— Не говори таким тоном! Раздражаешь!

— ...Ладно, пока оставим это. Асута из дома Фа!

— А? Что?

— Мы принесли с собой одну гибу. Из трех, пойманных нами, только одна удачно "истекла кровью". Мы слушаем твои дальнейшие инструкции — это указание Донды Ву.

После этих слов Лудо Ву подпрыгнул.

— Погоди! Я не могу так работать! Пойду сполоснусь в ручье, так что подождите меня!

Лудо Ву холодно оттолкнул Шина Ву, а затем повернулся ко мне и сказал:

— Слушай! Не начинайте без меня! Иначе я вам всем такую трепку задам, вовек не забудете!

После этого испачканный с ног до головы кровью парень побежал прочь.

Юноша и мужчины, оставшиеся позади него, стояли снаружи и смотрели на меня.

— Ээ, вы можете пока подготовиться к снятию шкуры? Я буду там после того, как закончу свою работу здесь.

— ...Хорошо.

— Тогда я отведу вас всех туда, — Сати Лей Ву вышла из кухонной комнаты.

Остались только я и Лала, которая все это время молчала и сейчас произнесла со вздохом:

— Теперь даже Ряда Ву был атакован гибой. В его доме остались только женщины и дети, у Шина Ву будет тяжелое время.

— ... Как они связаны с вашей семьей?

— Хмм...? Ряда - младший брат папы Донды. Кроме Шина, там только его мать, сестра и два младших брата. Шин - единственный мужчина, который может прямо сейчас охотиться.

Ее выражение лица было серьезным, а тон откровенным.

Она искренне волновалась о будущем этого юноши.

— Их сестре следует как можно скорее выйти замуж, иначе их семья будет вынуждена присоединиться к другому дому. Он не сможет присматривать за пятью членами семьи, став главой дома в шестнадцать лет.

Как чужак, на эту проблему я не мог повлиять.

Но раз уж у Лудо есть родственники, вроде Лалы, то этот юноша не будет подавлен жестокостью судьбы... Я искренне надеялся на это.

— Ну что ж, я сначала осмотрюсь! Это может занять немного времени, так что можешь использовать это время, чтобы пожарить немного пойтана на ужин?

— ... Что нам делать с этими штуками?

Результаты двух часов моих исследований лежали на столе, сделанном из бревен, и от них поднимался слабый пар.

С гиго, предложенным Лалой в качестве главного ингредиента, мы попытались совместить все виды овощей и приготовили много небольших котелков супа с пойтаном в качестве основы.

Если честно... Содержимое более половины из них можно было назвать как минимум подозрительным.

— Ну, ты можешь выпарить очень плохой суп и сделать из него жареный пойтан. Нельзя ведь просто так выбрасывать еду!

Обжарка приготовленного пойтана не сделает его более вкусным, но я думаю, что легче будет есть его в твердом состоянии.

— Ты потрясающий, я впервые вижу кого-либо, кто превращает еду в отбросы!

— Ну… я признаю, что мои навыки готовки все еще несовершенны, но, пожалуйста, не относись к наполовину законченной работе, как к мусору! Я все съем, как и положено!

Когда я чувствую, что сочетания ингредиентов рискованное, я готовлю только одну или две порции. Но я никогда не думал, что это будет так трудно.

Осталось еще очень много образцов, потому что Лала отказалась их пробовать, увидев мое страдальческое выражение лица, когда их ел. Вообще-то надеялся разделить это испытание вместе со всеми… наверное, для этого стоит популяризировать в Морихене игру в камень-ножницы-бумагу.

— Благодаря тебе я нашел суть дальнейшей работы! Я могу рассчитывать на тебя и на остаток дня тоже?

— Хмпф!

Я оставил отвернувшуюся Лалу позади и направился в комнату разделки гибы. Хранилище с едой было следующей комнатой после кухни, а разделочная находилась прямо с ним по соседству.

Я прибыл туда в тот самый момент, когда Сати Лей Ву выходила. Поприветствовав ее, я вошел внутрь.

— Оох... Ну и здоровенная!

Гиба весом около 90кг свисала с балки на потолке.

Ее длина была примерно среднего роста женщины. Ее рога и клыки, направленные в потолок, были прекрасно изогнуты. Это был самец. Они уже отмыли мех, так как темно-коричневая шкура была влажной.

Раньше я видел разделочную только снаружи. Это была комната без всякого интерьера с клинками разных размеров, висящими на стене, и толстой веревкой, сделанной из лиан. Здесь была только печь, которая могла нагреть маленький котел, и никакой мебели.

Четверо мужчин стояли в центре комнаты и молча смотрели на меня.

Это были: Шин Ву, довольно взрослый мужчина и двое мужчин в расцвете своих сил.

Кроме Шина Ву, у всех было крепкое тело. Они молча ждали, пока я заговорю.

— Спасибо вам за вашу усердную работу... Ну что ж, давайте начнем со свежевания. Лудо Ву должен скоро вернуться. Когда он будет здесь, мы приступим к разделке.

Один из мужчин кивнул и достал толстый нож.

— Погоди... Можешь доверить свежевание мне? — спросил Шин Ву. — Мой отец Ряда Ву пока что не может двигаться, поэтому я должен сам снимать шкуры животных в это время. Я знаю, как это делается, но хочу использовать этот шанс, чтобы понять, как трудна эта работа.

Мужчина, доставший свой клинок, повернулся к старшему в группе.

Увидев его кивок, он спрятал нож в ножны.

— Благодарю, — сказал Шин Ву и достал свой нож. — Асута из дома Фа, мы можем снимать шкуру нашим обычным способом?

— Ну, пожалуйста, можете оставить как можно больше жира на мясе? Просто в таких пределах, чтобы не повредить шкуру...

— ... Понял.

Правая задняя нога туши была обвязана веревкой, за которую она была подвешена на балку.

Шин Ву ловко использовал свой нож и отрезал все от внутренней части правого бедра до шеи.

Его лезвие плавно двигалось по конечностям гибы. Когда нож достиг копыт, он очертил круг вокруг лодыжек.

Действия, которыми он снимал шкуру зверя, не сильно отличались от моих.

Чтобы растворить жиры на ноже, они заблаговременно подготовили горячую воду. Даже в культуре другого мира люди все равно пришли к похожим методам, позволяющим им как лучше справиться с процессом "свежевания".

Если бы не невообразимое количество гибы и необходимость охотиться на них только ради выживания... они точно бы задумались о способах "очень вкусного приготовления мяса".

Когда морихенцы жили в южных джунглях, они ели только ящериц или жуков. Прибыв в лес Морга, их вынудили охотиться на гибу ради получения клыков и рогов и защиты сельскохозяйственные земли. И теперь я собирался улучшить их технику способов обработки мяса.

Ценности чужака из другого мира, вроде меня, позволили жителям Морихена усовершенствоваться и понять идею, что "поедание вкуснейшей еды делает всех вокруг счастливее"... мысль об этом вызвала холодок по моей спине.

Никто не признавал мои способы сделать это, никто не восторгался моими методами и никто не соглашался с моей целью. Я был просто самым обычным начинающим поваром, попавшим в поселение из 500 жителей — Морихен. Бог действительно уготовил мне судьбу повлиять на их культуру еды?

"... Если это не так, то пусть уж лучше отправит меня обратно в пламя Тсурумии."

Но если у меня все-таки есть его разрешение, то я буду продолжать жить по-своему!

Переступить через себя, есть противный суп из пойтана каждый день и собирать травы и дрова... Это не та жизнь, которую я хочу прожить! Я бы лучше предпочел умереть в огне.

Ай Фа однажды похвалила мою готовку, сказав, что она "очень вкусная". Она заявила, что ей "нравится" моя еда и попросила меня "не исчезать", она разрешила мне жить в этом мире. Я хочу остаться верным себе и жить с ней!

Пока я думал об этом, Шин Ву уже начал снимать шкуру с гибы, обнажая ее белые внутренности.

Может, он был совсем юным, но он все равно оставался жителем Морихена — сила его рук находилась на совершенно другом уровне по сравнению со мной, и работал он очень быстро.

Лудо уже стоял рядом со мной, скрестив руки на груди и наблюдая за его действиями. Я даже не замутил когда он вошел.

Шин Ву снял шкуру с конечностей.

Дальше шла настоящая проверка.

Все-таки это была 90-киллограммовая гиба. Будь я на его месте, то мне потребовалось бы потратить 2 или 3 часа, чтобы справиться с этой задачей. Даже с силой рук охотника Морихена эта задача была не из легких.

Но даже так, никто не жаловался и не ушел. В присутствии этого юноши, который начиная с завтрашнего дня будет главой дома, все просто молча смотрели, как он старательно делает свою работу.

Часть 5

— Ну ладно, обычно все отрезают ноги и выбрасывают все остальное, верно?

Я стоял перед гибой, с которой сняли шкуру, и приступил к объяснению процесса разделки.

— Но я хочу использовать мясо торса в своей готовке, поэтому покажу, как следует разделывать тушу целиком. На первом этапе самое главное - достать органы.

Лудо Ву, Шин Ву и еще трое мужчин слушали меня с такими серьезными лицами, что это беспокоило и пугало.

Я не чувствовал от них никакого отвращения или враждебности. Я не знаю деталей, но знаю, что эти люди не показывают много эмоций во время работы.

Поскольку глава клана приказал им работать со мной, члены клана Ву оставались скрупулезными профессионалами, даже если и таили на меня какую-то злобу.

— Органы гибы почти точно такие же, как у человека. Сердце, легкое, печень, поджелудочная железа, почка, желудок, толстая и тонкая кишка и остальное... Из всех этих органов я бы хотел уделить больше внимания толстой кишке, мочевому пузырю и желчному пузырю, прикрепленному к печени. Если эти части будут повреждены, желчь и грязь выльется и пропитает мясо, потратив впустую все усилия кровопускания.

— ... Асута, я слышал только о сердце и желудке из всего этого.

— Да, поэтому вам просто нужно запомнить их, увидев. Ну ладно, тогда я вскрою ей брюшную полость.

— Подожди, дай лучше я!

Лудо взял мясницкий нож, висящий на стене.

— Ты прав. Тогда режь от брюха к груди... И начинай не снизу, а с середины! Толстая кишка в нижней части брюха, так что будь осторожнее и не повреди ее.

— Понял!

Лудо медленно надавил острием ножа на брюхо гибы.

— Потом медленно веди нож к грудине.

Капли пота появились на лбу Лудо.

Хоть даже мы и открыли окна и двери, в комнате было очень тепло, так как в печи горел огонь.

Комната была наполнена запахом крови и жира, из-за чего было тяжело дышать.

Лудо схватился за тушу одной рукой, а другой осторожно двигал лезвие.

— Хорошо, отлично получается. Затем режь диафрагму между мясом и органами, да, вот эту мембрану. Ты можешь извлечь внутренности, взрезав ее.

Лудо кивнул, а потом потянулся к открытой ране рукой и ножом.

Он, видимо, не волновался о прикосновении к внутренностям животного.

Этот юноша был удивительно способным.

Он делал это не ради того, чтобы попробовать вкуснейшее мясо, а из-за глубокого уважения к своей работе.

— Я разрезал ее. Что дальше?

— Хорошо, теперь вытаскивай органы, начиная с нижней части брюшины. Там толстую кишку трудно повредить, потому просто бери ее руками. Глубже орган, который называется мочевой пузырь, будь осторожнее и не задень его.

— Хорошо!

Он вытащил весь комок кишок.

Кишки зацепились за желудок на середине, поэтому я отсек их своим ножом.

Лудо осторожно положил кишки на кусок шкуры, лежащий на полу.

Затем он вытащил сердце, легкие, печень, яйца и мочевой пузырь.

— Фух, мочевой пузырь легко повредить, поэтому проявляй бдительность. Если у вас дома есть маленький мешок, можете накрыть им мочевой пузырь, прежде чем отрезать его.

Мужчины молча кивнули.

— Ну что ж, теперь на очереди разделка! Поскольку тушу уже подвесили, давай разрежем ее пополам... А, нет, постой-ка! Нам нужно сначала отсечь голову.

Техника свежевания Шина Ву была лучше моей, он снял шкуру с тела ниже головы довольно аккуратно. Поэтому лучше сначала отрезать голову, а потом разрезать тушу пополам.

— Разрежь шею ножом, увидишь кости. Здесь должна быть пила для рубки деревьев, верно? Простерилизуйте ее сначала кипятком.

Я не знал, какие бактерии или болезни существуют в этом мире, но жители Морихена были очень осторожными с сырым и протухшим мясом. В такой обстановке я был вынужден уделять особое внимание гигиене.

Отделив голову, мы разрезали спину пополам.

С этим справились жители Морихена, которые были сильнее меня, их движения были быстрыми и аккуратными.

Затем мы отрезали конечности, разрезав вдоль пояса. Отрезав бедренные кости и другие части, разделка была завершена.

— Дальше голова — отрежь мясо на шее и щеках... Хмм, давайте попробуем язык гибы в другой день.

— Что за язык гибы?

— Язык животного. В моей родной стране многие люди любят эту часть. Я думаю, из органов тоже можно приготовить вкуснейшее блюдо, но я не знаю, как это сделать или насколько долго листья пико сохранят их свежими. Мне придется оставить такие вопросы на другой раз.

— Вот как? Вы едите даже органы, хах? В таком случае, можно съесть все, кроме костей и шкуры.

— Не совсем. После сжигания меха шкуру тоже можно съесть, а кости можно использовать, чтобы сварить суп. Раз уж ты об этом упомянул, все части гибы можно приготовить, кроме клыков и рогов.

— Было бы ужасно, если бы вы, ребята, ели еще и клыки с рогами.

Вся комната заполнилась душным запахом крови, плоти и органов, но Лудо все равно радостно рассмеялся.

"Его улыбка, действительно, потрясающая"  — подумав об этом, я продолжил:

— Итак, — я слишком часто использую сегодня подобные слова. — На этом все с разделкой. Насчет того, как хорошо сделано кровопускание, мы узнаем только когда поедим, но разделка выполнена отлично. Поимка еще двух или трех гиб даст достаточно мяса для всех присутствующих на свадьбе. Но чтобы подать по одному ребрышку каждому, нам нужно поймать еще больше гибы, поэтому я рассчитываю на вашу помощь и дальше с этого момента!

Мужчины молча кивнули.

— Хорошо, давайте положим отрезанное мясо в листья пико. Шин Ву, пожалуйста, отпили клыки и рога.

— Понял.

— ... Асута, после всего этого мясо действительно станет вкусным?

— Да, если кровопускание выполнено должным образом, — кивнул я.

Мы сложили гору мяса на доску и отнесли ее в хранилище с едой.

— Давайте попробуем его сегодня вечером, я с нетерпением жду этого.

— ... Я пускал кровь этой гибе! - скромно улыбнулся Лудо Ву. — Если мясо станет очень вкусным, значит ли это, что я на самом деле потрясающий?

— Ну да, наверное... Кстати говоря, вы двое, действительно, брат и сестра.

— А?

— Твоя улыбка сейчас была прямо как у Рими Ву.

В следующее мгновение лицо Лудо Ву побагровело.

— Что ты говоришь!? Я совсем не такой, как эта малявка! Не шути так! Ду-рак!

Когда он волнуется, становится прямо как Лала.

Лала, которая была очень похожа на него, выглянула из печной комнаты по соседству и спросила:

— Что это за шум? Асута, пойтан на ужин уже готов.

— О, правда? Я зайду сразу после того, как улажу тут кое-какие...

Прежде, чем я закончил, появилась еще одна группа.

Джиза Ву и Дарум Ву несли гибу весом около сотни килограмм.

— Асута, мы поймали еще три гибы, но только эта одна удачно истекла кровью. Что нам делать дальше?

— А, ох, снимите сначала шкуру, пожалуйста! Я буду ждать здесь.

— Поняли.

— Подожди! Асута, а нам-то делать? У нас там куча отбросов, вроде супа из пойтана!

— Не называйте их отбросами! Я приду, как закончу...

— Асута.

Появился даже Каслан Лутим.

Его сильные руки несли 50-килограммовую молодую гибу.

— Я принес пойманную нами гибу, кровопускание выполнено правильно.

Я потерял дар речи.

— Я понял! Мы займемся ими двумя одновременно! Пожалуйста, используйте разделочную комнату и снимите шкуры!

— Асута!

— Я понял! Эм, пожалуйста, приготовьте суп сегодня на ужин! Я приду позже обучить вас готовке мяса!

Распределив задачи, я наконец вошел в хранилище с едой.

— ... Разве все вернулись не слишком рано? И поймали три гибы всего лишь за один день!

— Я не знаю насчет дома Лутим, но клан Ву поймал уже шесть и пустил кровь двум. Не стоит нас недооценивать!

— Поймать шесть за день - это много. Ваших родственников в этой деревне насчитывается меньше шестидесяти, верно?

— Включая главный и родственные дома, нас 38. Поэтому поимка всего четырех гиб принесет нам достаточно арии и пойтана. Но все замедлится после пика сезона. Папа и остальные, наверно, все еще в лесу.

Ясно.

В таком случае, очень скоро будет достаточно мяса для банкета.

Я могу потом раздать лишнее мясо родственным семьям клана Ву и дать всем понять, насколько вкусное мясо после кровопускания. Тогда они будут вольны выбирать, хотят ли они использовать техники кровопускания и разделки в их повседневной жизни.

Это, должно быть, то, что имел в виду Каслан Лутим, когда говорил: "покажи им путь".

Они сделают свой собственный выбор.

Без принуждения со стороны.

— Что такое, Асута? Жалеешь, что взялся за такую тяжелую работу?

Места в хранилище мяса клана Ву было в три раза больше, чем в доме Фа. Лудо разглядывал меня, разрывая листья пико.

— Нет, я очень рад, что взялся за эту работу, хоть она и трудная.

Лудо мягко улыбнулся, услышав мои слова, и толкнул локтем мою руку, сказав:

— Я тоже рад. Я с предвкушением жду сегодняшнего ужина и свадьбы. Асута, не разочаруй меня!

— Хорошо, я постараюсь.

Работа первого дня подходила к концу.

Часть 6

И потом... солнце село.

Это был третий раз, когда я ужинал в клане Ву.

Вся семья уже расселась, а тарелки были расставлены. На ужин сегодня был стейки из лопаток и бедра; суп, сваренный на обрезках с лопаток, арии и листьях тино; и гора жареного пойтана... а также первый образец "супа из пойтана".

Когда бабушка Джиба наконец заняла свое место, я сказал всем:

— Эта кастрюля супа возле дальних мест - пробное блюдо, сделанное мной для пиршества. Пожалуйста, не считайте этот суп ужином, но те, кто хотят попробовать его, пожалуйста, попробуйте. Если честно, работа еще в процессе, и я еще не до конца определился с меню.

— ......

— Если никто не попробует, мои исследования не смогут прогрессировать. Поэтому я надеюсь, что все попробуют и прокомментируют. Это будет большой помощью!

— ...Что ты там бормочешь? — сказал глава клана с недовольным лицом. — Лутим попросил нас о помощи... Лала, а ну-ка разлей суп всем!

— Ээ?! А чего я-то сразу?

— Ты сегодня ответственная за домашний очаг, правильно? Ты ближе всех к котелку, вот и разливай.

Несмотря на нежелание, написанное на ее лице, Лала все равно поспешно разлила "суп из пойтана" в тарелки.

— ... Хранитель домашнего очага дома Фа.

— Да?

— У тебя соглашение со старшим сыном дома Лутим, а клан Ву откликнулся на просьбу дома Лутим. Вот и все, у клана Ву нет никаких особенных отношений с тобой.

— Да, вы правы.

— ... Если ты это знаешь, то делай свою работу должным образом.

Он, наверно, говорил это, чтоб остановить мое волнение о ненужных вещах. Так как его слова, как обычно, имели устрашающий тон, это меня немного обеспокоило.

Я, наверное, сдерживался по отношению к клану Ву. Донда Ву об этом догадался.

Понимание этого разозлило меня еще сильнее... Я злился на свою неопытность.

— ... Мы благодарим за лесную благодать... — повторил Донда Ву хорошо знакомые слова.

— ... Мы благодарим Миа Лей, Сати Лей, Лалу и Асуту за то, что наши жизни продлены на эту ночь...

И таким образом, начался ужин с сеансом пробы на вкус.

Из-за того, что я помогал с разделкой двух гиб, ужин сегодня был приготовлен, в основном, женщинами клана Ву. Включая бифштекс для бабушки Джибы, я обучил их еще паре способов приготовления мяса. Только образец супа был приготовлен полностью мной.

Первой высказалась Рими:

— Хмм? У каждого только по одной порции? — удивленно она, наклонившись к металлическому котелку, расположенному у последних мест.

— Именно, это всего лишь пробный образец, так что порция каждого - примерно две трети пойтана.

— Ох, понятно!

Она не выглядела огорченной и отложила свою пустую тарелку.

— Как тебе на вкус?

— Хмм? Эмм... Я не знаю.

Ладно, если она не знает, это ничем не поможет.

Остывший суп из пойтана на вкус был еще противнее. Эта мысль уже укоренилась в душе каждого, поэтому клан Ву закончил с образцом как можно быстрее.

Я смотрел на лица всех... У бабушки Дитто Мин было на лице сомнение, лицо Вены не выражало особых эмоций, вторая дочь Рейна казалась взволнованной, а у Лудо было явно сердитое лицо... Это заставило меня беспокоиться о будущем.

Кстати, трое ответственных за домашний очаг, которые уже попробовали на вкус, высказались, что "кажется, чего-то не хватает".

Я не мог предсказать, что думают эти мужчины.

Ай Фа ела молча, как и остальные, а затем отодвинула свою тарелку.

Присмотревшись, оказалось, она закончила пробное блюдо.

—Ай Фа, а тебе как?..

— Ужасно.

Странно.

Она выглядела сердитой.

Так как я провел весь день в кухонной комнате, это был первый наш разговор с полудня. Что-то случилось, пока меня не было рядом?

— ... Что ты добавил в этот суп с пойтаном? — спросила меня бабушка Дитто Мин несколько минут спустя, когда больше половины людей закончили со своей едой.

— Я изучаю, как сделать суп с пойтаном более приятным. Я добавил только гиго, листья тино и соль.

— Ты добавил гиго? Совсем не чувствуется!

Я все еще не знал, что такое гиго.

Но этот овощ был очень похож на "японский батат".

Кипячение воде растворяет его и превращает в густой суп. Может, пахнет он и ароматно, но на вкус очень пресный. И там осталось немного волокон, так как я не перемолол их.

При готовке вместе с пойтаном, его густота подавляет порошкообразную текстуру, делая суп более жидким. После нескольких попыток приготовить его с другими овощами, я выбрал самые надежные листья тино и приправил его солью.

Это была просто основа для супа... Далее комментарии каждого:

— Ну... Он более жидкий, — сказала бабушка Дитто Мин.

— Он не вызывает у меня отвращения, — добавила мама Миа Лей Ву.

— Это не похоже на еду, — высказалась Сати Лей Ву.

—Даже не знаю... — сказала Вена.

— Его легко глотать, — подытожила Рейна.

— Кажется, он не закончен, — сказала Лала.

— ... Я все равно не знаю, — сказала Рими.

Это было просто основой для супа, конечно она была еще не закончена. Но было тяжело комментировать блюдо, которое не было ни плохим, ни вкусным.

— Я не знаю. Почему я вообще должен есть это? Не готовь что-то такое неинтересное, я ведь ждал с нетерпением! — недовольно пожаловался Лудо. Но сразу после этого он радостно улыбнулся: — Но вот жареный пойтан прекрасен, я уже три съел.

— О, да! Он вкусный! Мягкий и упругий, мне тоже понравился!

Рими, кажется, было скучно — она продолжала менять места. Прямо сейчас она сидела рядом с Лудо и сыпала похвалой пойтану.

— Что ж, я добавил в него гиго. Поджарив мои неудачные эксперименты, я обнаружил, что его текстура стала мягче.

Кстати говоря, я слышал, что добавление батата в окономияки делает его более мягким и пышным. В любом случае, это было неожиданной большой находкой... Но в этот раз проблемой был суп с пойтаном.

Кстати, Ай Фа помогала ужинать бабушке Джибе, а Миа Лей Ву, сопровождавшая ее, все еще ела. Когда они с бабушкой закончили ужин, с едой было покончено.

— Может, это всего лишь пробное блюдо, но я все равно прошу прощения, что дал всем есть что-то такое пресное! Я надеюсь, никто сильно  не расстроился. Завтра продолжу вам помогать!

Я собирался подвести итог вечера этими словами, но Джиза Ву, молчавший все это время, обратился ко мне:

— Асута, мы помогаем тебе, потому что глава клана, Донда, уже заключил соглашение с домом Лутим. Не переживай слишком сильно. Однако... могу я высказать свое мнение об этом супе с пойтаном?

— Да, конечно.

— Я не могу сказать, плохой он или хороший. Но если ты хочешь, чтобы мы его ели, ты можешь с таким же успехом готовить вместо него старый суп... но вот другие блюда, вроде жареного пойтана, мне пришлись по душе.

— Ясно...

Это блюдо оказалось действительно непопулярно.

Я двигался не в том направлении?

В комнате повисла тишина.

Когда бабушка Джиба закончила ужин и Ай Фа почти встала... раздался еще один голос:

— ... Почему ты не добавил мясо?

Это был Донда Ву.

На мгновение я был в замешательстве от удивления, а потом ответил:

— Э-это просто образец, моя цель — исправить основу супа, вот почему я не добавил его.

— Что ты ожидал услышать, подавая что-то настолько неготовое?

Его голос был недовольным, как обычно, но не звучал так, словно он делал мне выговор.

— Морихенцы добавляют все ингредиенты в суп, потому что это самый простой способ приготовления. Даже если мы жарим мясо, мы все равно добавляем его в суп. Мы можем есть одно мясо, но никогда не едим суп, в котором одни овощи... Не подавай больше такое к столу, — сказал Донда Ву и медленно встал. — Ужин окончен... Я ложусь спать.

Это было знаком всем разойтись.

Ответственные за домашний очаг начали уборку, а остальные члены семьи вернулись в свои комнаты. Пока я уныло занимался посудой, подошла Ай Фа, ее недовольное выражение лица могло посоперничать с Дондой Ву.

— Бабушка Джиба ищет тебя.

Сказав это, она взяла с пола свою меховую накидку и быстро покинула дом.

Поскольку Ай Фа сегодня не была ответственной за домашний очаг, ей не нужно было убираться, но как насчет отплатить хозяевам за еду и проживание? Или это грубо, чтобы гости мыли столовые приборы? В любом случае, я должен спросить ее, почему она такая недовольная.

С этой мыслью я пошел к бабушке Джибе.

— Асута, спасибо за твою вкуснейшую еду сегодня... Мне очень, очень понравилось...

— Нет, сегодня Миа Лей Ву приготовила бифштекс и использовала мясо, которое разрезал Лудо Ву. Я только дал им инструкции и ничего сам не сделал!

— Вот как...? Миа Лей Ву вообще это не упомянула...

— Она, наверное, слишком стесняется сказать об этом.

Или, может быть, она не из тех, кто любит хвастаться.

В любом случае, это очень подходит ее манерам.

— Так что завтра с этим не будет проблем. Джиба Ву, вы должны есть много вкусной еды и прожить долгую жизнь.

— Я очень рада... Асута, я, действительно, очень рада...

Бабушка Джиба держала мою руку своими костлявыми теплыми руками.

Рейна стояла рядом, потому что она провожала бабушку Джибу обратно в ее комнату. У нее в глазах стояли слезы.

— Ты принес свет в клан Ву. Не только мне — все ощущают значительную радость жизни... На твоем ожерелье теперь десять клыков и рогов. Донда дал тебе один...?

— ... Да.

Когда я кивнул, Рейна широко распахнула глаза и, видимо, искренне удивилась.

— Даже этот упрямец признал твою силу... Ты потрясающий, Асута...

— Вовсе нет! Я всего лишь молодой неопытный повар.

Когда я это сказал, слабая спина бабушки Джибы внезапно начала дрожать.

— Что случилось? Вы себя нехорошо чувствуете?

Рейна торопливо подала бабушке свою руку... но как по мне, та просто смеялась.

— ... Асута, это не тебе решать, а людям вокруг тебя... Тебе нужно просто жить так, как подсказывает сердце. Асута, просто продолжай в том же духе...

— Спасибо, — кивнул я.

Обычно я чувствую себя неуютно, если кто-то меня хвалит. Но когда такое говорит кто-то, вроде бабушки Джибы, я чувствую тепло в душе.

— ... Далее, о том, что сказал Донда...

— Хмм?

— Бросать все ингредиенты сразу в котелок — для нас это образ жизни... Юная девушка, вроде Рейны, не знает, но когда мы едим суп с мясом гибы и милостью, которая обменена на клыки и рога гибы, наши жизни продлеваются на еще одну ночь... Поэтому когда в супе нет мяса, такое ощущение, будто чего-то не хватает...

— ... Да.

— Асута, если ты хочешь приготовить суп, которым насладятся старые кости, вроде моих... то должен учесть и это тоже.

— Учту! Спасибо... большое.

Кое-что меня смущало.

Мясо, в конце концов — все дело в мясе.

Может, жители Морихена и не стремились к вкусному супу.

Но мясо играло для них первостепенную роль. Без мяса не будет и ужина.

Ключ к супу с гибой лежит в сочетании мяса с овощами. Если я не сосредоточу исследования в этом направлении... я могу не закончить меню за 4 дня.

— ... Нам уже пора идти. Асута...

— Да, доброй ночи, Джиба Ву.

Попрощавшись с бабушкой Джибой и Рейной, я вернулся к уборке.

"Мясо... Мясо, мясо, мясо..."

Я сделал акцент на овощах, но должен вернуться к исследованию именно мяса.

Гиба изначально была подходящим ингредиентом — отличная на вкус и разнообразна в использовании.

"... Кстати, вот уж никогда бы не подумал, что слова Донды Ву дадут мне эту подсказку."

Я запутался в чувствах, немного расстроенный и радостный одновременно.

В конце концов, только средний сын Дарум Ву молчал весь ужин, так что это был плодотворный сеанс пробы на вкус. Я буду придерживаться этого пути в оставшиеся дни и усердно работать. С такими сильными эмоциями в своем сердце я закончил уборку и покинул главный дом Ву.

Я зажег позаимствованный подсвечник и пошел через тихую площадь.

"Кстати говоря, Ай Фа не пошла в комнату бабушки Джибы, а вернулась прямо в нашу комнату."

Думая об этом, я добрался до дома, где ждала Ай Фа.

Открыв дверь, я обнаружил, что в комнате царит непроглядная тьма.

— Хмм, Ай Фа, ты здесь?

Я поднял подсвечник повыше.

Ай Фа была здесь.

Она лежала под стеной около окна, повернувшись спиной ко мне.

Она нехорошо себя чувствует? Существуют такие дни, когда энергичной Ай Фа нездоровится из-за погоды?

Я забеспокоился и поторопился к ней, даже не закрыв дверь.

— Ай Фа... ты спишь?

Никакой реакции.

Я понял, что прекрасно изогнутая спина совсем не двинулась.

Судя по моему накопленному опыту, у спящих людей должны быть значительные дыхательные движения, но я не знал, верно ли это.

В любом случае, я волновался и, хоть даже немного сомневался, я решил разбудить ее.

— Эй, Ай Фа... — моя рука коснулась ее обнаженного плеча.

В следующую секунду ее ладонь со скоростью света сильно ударила тыльную сторону моей.

— Больно! Ты не спишь? Тогда чего не отвечаешь?!

— ... Я сплю.

— Ты не спишь! Эй, что с тобой? Тебе нехорошо?

Во всяком случае, я успокоился, услышав ее голос. Осознав это, моя спина промокла от пота и футболка к ней прилипла. Я был более взволнованным, чем себе представлял. Для меня такая реакция была вполне естественной, так как Ай Фа никогда так странно себя не вела.

Если она действительно собирается закатить истерику из-за чего-то банального, я точно буду возражать.

С этой мыслью в голове я сел рядом с ней.

— Эй, если тебе не плохо, то посмотри на меня! Ты сейчас ведешь себя странно, что случилось?

— ... Я сказала, я сплю.

— Но ты не спишь! Можешь прекратить? А то я разозлюсь!

— ... Ты разозлишься?

Странно.

Неужели мне просто кажется? Ее худая, красивая и женственная спина, казалось, прикрывала ее сердитую ауру.

Нет, все дело в моих собственных мыслях. Хоть даже я и чувствовал, как ее злость грохочет, издавая звук"Врууммммм..."…но ведь это было невозможно, мы ведь находились не в манге, в самом-то деле!

— ... Ты сказал, что разозлишься?

Оох.

Она медленно приподнялась в мягкой манере, как леопард.

Так как она распустила волосы, они красиво ниспадали по ее плечам и спине.

Но выглядела она при этом очень пугающе.

— ... Тут я буду единственной, кто разозлится.

Она посмотрела на меня через нежное плечо своими блестящими голубыми глазами.

Отлично, ее глаза еще не стали полностью охотничьими.

Но я все равно мог видеть, что она сердится.

— П-почему ты так злишься? Мы весь день работали раздельно, верно? Я ведь ничего такого не сделал, что могло взбесить тебя!

Может, Ай Фа заглянула в кухонную комнату перед тем, как вернуться в нашу комнату, когда мы пришли сюда прошлым вечером?

Это было возможно.

Но даже так, я не сделал ничего, что могло бы ее разозлить.

Три девушки стояли рядом со мной, и я не сталкивался ни с чем необычным. Мама Миа Лей Ву, присоединившаяся после, была такой же, как обычно, и я совсем не ссорился ни Сати Лей Ву, ни с Лалой.

— Я не сделал ничего плохого! Если ты злишься, тогда хотя бы объясни мне причину!

— ......

— Ну? Что?

— ...... бифштекс.

— Бифштекс? Что с бифштексом?

— ... Ты говорил, что сегодня на ужин будет бифштекс.

Что?

Когда я это осознал, Ай Фа уже надулась, как ребенок.

Ее глаза горели пламенным гневом, а губы были по-детски надуты.

— П-Погоди! Когда я это обещал? Эма Мин пришла сюда рано утром...

— ... Ты обещал мне, когда мы вчера шли домой.

Ох.

Теперь я вспомнил.

По пути домой из города, когда мы прошли мимо ручья, я сказал: "Давай завтра поедим бифштекс."

В конце концов, она ведь просила меня об этом с лицом раздраженного ребенка.

— Т-Ты права. Прости! Я был слишком увлечен своим исследованием и совершенно забыл об этом. Мне нужно было объяснить процесс разделки мужчинам, это был очень загруженный день!

— ... Я не хочу разговаривать с глупцами, нарушающими свои обещания.

Ай Фа снова повернулась ко мне спиной.

— Какие обещания я нарушаю!? Ты слишком преувеличиваешь! Это ведь всего лишь бифштекс, почему ты так сердишься...? Эй, прекрати!

Когда я положил руку на ее плечо, она снова меня ударила.

— Эй...! Я ведь извинился, это моя вина! Завтра! Я приготовлю его для тебя завтра! Я точно не забуду! Ай Фа! Ай Фа!

И на этом конец.

Первый день подготовки к свадебному пиршеству миролюбиво закончился.

Интерлюдия. Неожиданная встреча

Интерлюдия

Неожиданная встреча

Четыре дня перед пиршеством пролетели в мгновение ока.

Я усердно работал над изучением новых блюд, обучал мужчин кровопусканию и разделке, и передавал свои кулинарные навыки женщинам. Дел было много — мне даже нужно было определиться с рабочим процессом во время самого банкета. В общем, тяжело описать, каким занятым я был.

Тем не менее, мужчины и женщины Морихена были очень старательными и быстро обучались. Они не были исключительно умными и способными, но зато каждый старался изо всех сил. Их чувство "семейный долг" было невероятно сильно, что положительно сказывалось на их отношении к "работе".

Они работали неустанно. Ради своих семей и ради выживания у них не было никаких претензий. Они не производили впечатления равнодушно работающих машин. Подходя к своим обязанностям серьезно, они все равно испытывали самые разнообразные эмоции — от радости до печали.

"Работа" и "выживание" для них были тесно взаимосвязаны. Это было очень искреннее племя охотников.

Я был очень доволен и такой окружающей рабочей обстановкой, и такими отличными партнерами.

Достойны упоминания и женщины Морихена.

На второй день свадебной подготовки  родственные дома клана Ву так же отправили несколько женщин мне на подмогу. Однако их объем работы был очень тяжелым. Нужно было построить площадку и простые печи для свадьбы, собирать дрова и камни. Так как мужчины не могли пренебрегать своей святой обязанностью — охотой, их работа легла непосредственно на плечи женщин.

Несмотря на тяжелый и утомительный труд, им еще нужно было выделить время в своем графике, чтобы научиться какой-то незнакомой готовке от меня, что серьезно демонстрировало мне, как много внимания и усилий они прикладывали. Так как на стандартное пиршество необходимо было подать только обычный суп с гибой и жареное мясо, а для этого требовалось просто заранее заготовить нужные ингредиенты и убедиться в достаточности еды и дров. Вероятно, среди них было много тех, кто думал, что я приношу им ненужные трудности.

Но попробовав на вкус стейки и бифштексы, они удивились, обрадовались и начали искренне мне помогать.

Так как мужчины приносили каждый день по две-три гибы, успешно истекшие кровью и разделанные, я получил достаточно мяса для пиршества в кратчайшие сроки. Излишек же я раздал пяти родственным семьям клана Ву и женщины чуть ли не плакали от радости.

По сравнению с мужчинами, женщины заботились о "вкусной еде". Я ощутил то же самое, когда остался в главном доме Ву в последний раз.

В этом не было ничего удивительного. Когда их работа приносит радость и спокойствие их семьям, это огромная радость и для них самих. Когда все разделяют эти чувства со своими семьями, работа ощущается более значимой. Как чужак, я все время волнуюсь, что негативно повлияю на культуру еды Морихена... Но теперь получаемое мной удовольствие намного пересилило и страх, и беспокойство.

Я, наверное, выбрал тот же путь, что и Каслан Лутим.

Я надеюсь, что все станут счастливее и обретут более тесные узы со своими семьями... услышав от меня такие амбициозные слова тем вечером, он, наверное, захотел доказать их с помощью свадьбы.

Мужчины охотились, пускали кровь, снимали с гибы шкуру и разделывали ее.

Женщины собирали дрова и травы, разводили огонь и готовили мясо.

Убери хотя бы одну из этих обязанностей — и не будет никакого вкусного блюда!

Все должны работать сообща, чтобы достигнуть этой цели.

Этот юноша хотел поделиться своей радостью более чем с сотней своих родственников, укрепить связи и обрести большую силу. Я должен был приложить все свои усилия, чтобы оправдать его ожидания.

Чтобы принести больше радости еще большему количеству людей в такой тяжелой обстановке, я считал своей обязанностью делать свою работу как следует.

За два дня до пиршества произошел небольшой инцидент... Это случилось на третий вечер моего пребывания в поселении клана Ву.

◇◆◇

— А-А-Асута! Какой ужас! Пойдем со мной! У мужчин проблема!

Об этой суматохе мне сообщила Рими.

В этот день я с самого утра занимался тем, что учил женщин приготовлению бифштекса.

— Что там? Им уже скоро отправляться на охоту, верно?

В кухонной комнате со мной были пятеро: Рейна, Дитто Мин Ву и еще три женщины из родственных домов.

Глаза Рими наполнились слезами.

— Здесь странный человек! Между ним и мужчинами опасная атмосфера! Братик Дарум даже обнажил свой клинок! Это… это очень плохо!

Напряжение пробежало по моей груди.

— Кто этот странный человек? Он из клана Тсун?

— Нет! Это кто-то из Каменной Столицы!

— ...Что?

— У этого мужчины прекрасные волосы, как у Ай Фа! Он даже спрашивал нас, где дом Фа!

Я застыл в шоке.

Человек из Каменной Столицы со светлыми волосами... Это, должно быть, Камия Ёст! Больше некому.

Но что он делает в Морихене?

— ... Простите, мне нужно уйти на некоторое время. Дитто Мин Ву, можете объяснить всем остальное?

— Я могу, но...

— Асута, тебе опасно идти! — дернула меня за руку Рейна.

В ее глазах стояло больше слез, чем у Рими.

Я немного успокоил дыхание и аккуратно отодвинул ее нежные плечи.

— Все будет хорошо, я не сделаю ничего опасного! Не волнуйся, я скоро вернусь.

Мы с Рими вышли из кухни.

Пробежав мимо строений клана Ву, мы направились на центральную площадь, где и увидели эту картину.

Вход на площадь был заполнен людьми.

Мужчинам пора было отправляться в лес. Поскольку Ряда Ву выбыл, количество мужчин клана Ву сократилось до шестнадцати. Все они собрались здесь.

И затем... в толпе я увидел цвет знакомого плаща.

— Подождите... Подождите, пожалуйста! — выкрикивал я на бегу.

Но никто не обернулся и не ответил мне.

Я только ощутил, что Донда Ву, который был на голову выше остальных, бросил на меня взгляд.

— ... Проваливай! Здесь не место городским! — услышал я, наконец, знакомый голос.

Это был средний сын клана Ву, Дарум Ву.

Дарум угрожающе поднял свою саблю.

А этот человек...

Он был почти одного роста с Дарумом, только гораздо худее, и его тело полностью скрывал длинный кожаный плащ. Этот странный мужчина, глаза которого казались взрослыми и детскими одновременно... был Камией Ёстом, непринуждённо стоящим в центре образовавшейся толпы.

— ... О, привет! Наконец-то мы встретились, Асута из дома Фа, — воскликнул он намеренно дурашливым тоном, бросая взгляд на клинок, приставленный к кончику своего носа.

Дарум Ву находился достаточно близко, чтобы отрубить ему голову за мгновение ока.

Несмотря на это, Камия Ёст просто стоял, не двигаясь, и спокойно улыбался.

— Я всего лишь спросил, как пройти к вашему дому, я не хотел никому вреда! Тем не менее, я все равно рад тебя видеть. Ээ, мы ведь не виделись целых четыре дня, верно?

— Заткнись! Я с тобой сейчас разговариваю! — заорал Дарум Ву.

В его глазах разгорелся дикий огонь, делая его похожим на настоящего волка. Все его тело испускало опасную ауру жажды убийства.

Я обошел человеческую стену, вышел на свободное пространство, где мог видеть двух столкнувшихся человек и остановился.

В следующий момент Рими схватила меня за левую руку.

Она, как ни странно, пошла сюда следом за мной. Я повернулся, чтобы прикрыть собой ее миниатюрное тело.

— Асута, ты можешь выступить в мою защиту? Я не собираюсь причинять им вред! Как "страж", я всего лишь хочу разведать дорогу и навестить вас, раз уж я оказался неподалеку.

—  Довольно болтовни! Это только усложнит твое положение!

Может, я и паниковал, но понимал, что обращаться напрямую к Даруму бесполезно. Поэтому я посмотрел на громадное тело Донды Ву и сказал:

— Донда Ву! Я уже встречал раньше этого человека! Мы познакомились четыре дня назад, когда посещали Почтовый город, когда ходили за покупками! Я не знаю, хороший он или плохой... но я не думаю, что он из тех, кто станет прибегать к насилию!

— Эй-эй, ты говоришь, что такой образцовый гражданин, как я...

— Хватит! Разве я не сказал тебе заткнуться?!

Донда Ву бросил взгляд в мою сторону, а затем подошел к Даруму.

— Горожанин, ты сказал, что пришел в поселение Морихена по своей работе.

— Именно так! Я буду сопровождать караван из Геноса в восточное королевство. И нам будет необходимо проехать через это поселение.

Хотя вид Донды Ву был, как обычно, устрашающим, Камия Ёст не подавал вида.

Они были примерно одного роста, но обхват тела Донды Ву был в два раза больше. Словно черный медведь столкнулся с богомолом.

— Я здесь таких дураков уже лет десять не видел. Последние, кто осмелился, наткнулись на гиб, и все до одного были убиты.

— Да, я слышал, что голодающие гибы нападают даже на караваны путешественников... Но кто знает, была ли эта группа, о которой вы говорите, действительно атакована гибами?

Донда Ву прищурился.

Его лицо и отношение не изменились, но одного пронзительного взгляда полузакрытых глаз было достаточно, чтобы повысить чувство опасности.

— Эй, а вы чего тут стоите?!

В этот момент кто-то ткнул меня сзади в голову.

Я обернулся и увидел Лудо Ву, стоящего позади меня. Он потянул нас с Рими за руки, и его глаза почти полностью приняли свой охотничий вид.

— А ну-ка, отойдите подальше! Не подходите так близко, к тому, кто обнажил свой клинок... Малявка Рими, ты вообще что тут делаешь?!

— П-помолчи!

Лицо Камии Ёста осветила улыбка —  наверное, он услышал наш разговор.

Это заставило Дарума еще сильнее рассвирепеть, а глаза Донды Ву еще больше прищуриться.

— ... Главный клан Тсун несет ответственность за все, что связанно с городом. Почему вы бродите здесь без сопровождающего?

— Они предложили меня сопроводить, но я ответил им, что "все в порядке, я здесь просто для того, чтобы разведать дорогу, поэтому я пойду сегодня один". Они, не колеблясь, согласились с этим. Разве клан Тсун не связывался с вами?

Гнев сразу же вспыхнул в глазах Донды Ву, и он громко выругался.

— Так какое дело у тебя к дому Фа? Какие отношения между вами?

Его последний вопрос был адресован мне.

Здесь мне предстояло сделать выбор.

Придумать невинную историю? Или откровенно выложить всю правду?.. Какой выбор будет правильным для Ай Фа?

— ... Асута, ты можешь сказать только то, что удобно тебе, — тихо сказал мне Камия Ёст.

И конечно, все услышали это.

С мыслью "Черт, все будет намного легче, если Дарум Ву просто прирежет его прямо сейчас!", промелькнувшей в моей голове, я сделал свой выбор.

— ... Когда мы были в Почтовом городе, Ай Фа и кто-то из клана Тсун вступили в конфликт, и нас тогда почти арестовали стражники. Камия Ёст выступил в нашу защиту.

В следующий момент... в глазах Донды Ву взорвалось синее пламя.

Несмотря на это, он все равно спросил сдержанным низким голосом:

— Как имя этого члена клана Тсун?

— Он называл себя Доддо Тсуном. Невысокий, но довольно тучный. Юноша с типичным лицом.

— Доддо Тсун... второй сын их главного дома.

Донда Ву перевел свой звероподобный взгляд с меня на Камию Ёста.

У того на лице появилась счастливая улыбка.

— Асута, не скромничай! Объясняй так, чтобы ни у кого не осталось вопросов, кто был прав в той ситуации — Ай Фа или Доддо Тсун... Итак, этот Доддо Тсун нализался в стельку средь бела дня и размахивал ножом, напав на кого-то из горожан. А Ай Фа его остановила... вот правда об этом случае. Конечно, когда люди болтают всякое за спиной —  неправильно, но обнажать из-за этого свой клинок, это перебор. Законы Геноса запрещают такие действия.

— ......

— Этот мужчина из клана Тсун потом злоупотребил своими привилегиями и попытался обмануть стражу, свалив всю вину на Ай Фа. Когда это произошло, я свидетельствовал о том, что случилось на самом деле, и инцидент удалось разрешить мирно. Вот и вся суть случившегося.

— ... Ну и какое же у тебя дело к дому Фа?

— А! Очень хорошо проведя время с Ай Фа и Асутой, я хотел встретиться с ними и пообщаться еще немного... Точно! Я ведь еще забыл рассказать всем о том, что Асута храбро выступил в защиту маленькой девочки и спас ее! Асута, Тара тоже хочет увидеть тебя снова.

Мне захотелось закричать: "Хватит уже! Заткнись наконец!"

Этот человек не говорил ни слова лжи, но сказанные им слова звучали очень поверхностно.

— ... Этому мальчишке еще нужно работать, у него нет времени болтать с человеком, вроде тебя.

— А, я понимаю. Жаль!

— Проваливай домой.

— Вы правы. В таком случае, я откажусь от этой мысли... Могу я посетить дом Фа в другой день?

— ... Согласно правилам, жители Каменной столицы не могут входить в Морихен в любой момент, когда пожелают.

— Ясно. Тогда я придумаю причины, связанные с работой, в следующий раз, когда приду.

— Почему ты... — начал Дарум сквозь стиснутые зубы.

Во время всего разговора сабля Дарума была наставлена на кончик носа Камии Ёста.

Однако Камия Ёст только улыбнулся мне, как будто ничего и не случилось.

— Асута, когда закончится твоя работа?

— Послезавтра. Но...

— Тогда я приду снова через три дня.

Странные фиолетовые глаза Камии Ёста уставились на Донду Ву.

— Я — житель западного королевства, "страж" Камия Ёст. Охотник Морихена, можешь назвать мне свое имя?

— ... Я — глава клана Ву, Донда Ву.

— Донда Ву из клана Ву, спасибо! Надеюсь, однажды мы сможем вместе выпить.

Камия Ёст быстро отступил назад.

Когда Дарум захотел двинуться следом, мощная рука Донды Ву опустилась на его плечо.

— Ну что ж, до тех пор я желаю вам всем беречь себя и свое здоровье!

И Камия Ёст ушел.

Его появление взволновало не только меня, но и сердца мужчин клана Ву.

Глава 4: Пиршество Лутим, Часть 1

Глава 4

Пиршество Лутим (часть 1)

Часть 1

На востоке взошло солнце.

Наконец настал этот день.

Свадьба между Касланом Лутимом и Эмой Мин... Моя первая серьёзная работа началась.

— Доброе утро... О, ты уже проснулась?

Ай Фа уже сидела посреди комнаты, скрестив ноги, и заплетала свои светлые волосы.

— ...А ты чего так рано вскочил? Спи, ещё рано.

— Нет смысла, я не смогу уснуть снова. Да и усталости больше не чувствую, — сказал я, потягиваясь.

Это было хорошее утро.

И я был в отличном настроении.

— Пиршество продлится до глубокой ночи. У тебя не будет возможности отдохнуть с вечера до тех пор, пока праздник не закончится, поэтому поспи еще немного.

Хмм, а сегодня она приветливее, чем обычно.

Наверное, её беспокоит то, что на мне сегодня лежит большая ответственность.

Впрочем, такое ее отношения меня только радовало.

— Все хорошо, по сравнению с трудностями последних пяти дней это не страшно. Нам нужно просто следовать плану... Вот только это будет, наверное, не так уж и легко.

— В таком случае тебе нужно поберечь свою энергию. Спи!

Не странно ли?

Я почувствовал, что она заботится обо мне.

— Кстати, Ай Фа, ты ведь мне сегодня помогаешь, так? Тебе будет нечем заняться, если я не встану.

— ......

— Почему ты уходишь так рано утром?

— ... До начала работы я хочу искупаться в ручье.

Ее хищные глаза, похожие на кошачьи, смотрели прямо на меня.

— Потому спи.

— Эй... На этот раз ты меня предупредила заранее, так что не опасайся повторения прошлого инцидента, ладно?! Разве я похож на человека, который повторяет одну и ту же ошибку дважды?

— ......

— Думаешь, похож? Какой позор...! Ладно. Если я снова нарушу этот запрет, я отдам свои глаза, как и велят правила.

— ...Да кому нужны твои глаза.

"Получается, что тогда мне не останется ничего другого, кроме как на тебе жениться?" — ... Прежде, чем эти слова сорвались с моих губ, я вышел из комнаты вслед за ней.

Кстати говоря, Ай Фа собиралась оставаться в поселении клана Ву до этого утра, а потом вернуться в дом Фа и оставаться там до завтрашнего дня. Она сказала: "Я из дома Фа и не имею права присутствовать на пиршестве дома Лутим."

Потому я сказал ей: "Уже слишком поздно!" и назначил ее своей помощницей в попытке заставить остаться.

И бабушка Джиба, и Рими — они обе будут вместе присутствовать на этом грандиозном пиршестве, а Ай Фа останется дома совсем одна... Одна мысль об  этом разбивала мне сердце.

Когда я сказал об этом Каслану Лутиму, он без сомнений согласился и сказал: "Давай сделаем то, что ты предложил". Он даже удивился, потому что думал, что Ай Фа с самого начала собирается присутствовать на пиршестве. Каслан Лутим был гибким человеком и передал управление домашним очагом во время своей свадьбы человеку не из своей семьи — неслыханные новости для Морихена. По сравнению с ним, Ай Фа была упрямой и непреклонной.

Ай Фа сначала сопротивлялась, но в конце концов сдалась.

И таким образом, мы вместе направились к клану Ву.

Первым необходимо было осмотреть площадь, подготовленную для пиршества. Туда мы и направились широким шагом.

На площадке стояло около десяти простых печей, выложенных из белых камней.

Их качество не слишком подходило для моих целей — между камнями было слишком много щелей, через которое уходило бы тепло. Поэтому блюда планировалось готовить дома, а на улице только их разогревать по мере необходимости.

Перед главным домом Ву для супружеской пары была возведена большая сцена. Так как для церемонии потребуется костер, на площадке были сложены доски. Все это было сделано женщинами клана Ву за эти несколько дней.

Это место было просторным — почти с половину футбольного поля, и примерно сотне гостей здесь не будет тесно.

Одна мысль о встрече с таким количеством людей будоражила меня.

Я даже почувствовал лёгкое напряжение.

Так много людей попробуют мои блюда!

Я радовался этому... и боялся одновременно.

Мое сердце забилось быстрее, но я успокоился, когда посмотрел сбоку на профиль Ай Фа, идущей рядом.

Выражение ее лица было привычно невозмутимым.

— Слушай... Можно я скажу кое-что сентиментальное?

— Позволь мне отказаться.

— Мне нравится проводить с тобой время с самого раннего утра.

— ... Что означает, ты опять притащишься за мной на ручей?

— Нет! Забудь уже об этом!

Ай Фа пожала плечами, не привычным для себя жестом, и ответила:

— Это из-за того, что эти пять дней - особенные. В любом случае, завтра мы вернемся к нашей обычной жизни.

— Да, это и меня тоже радует.

Ай Фа посмотрела на меня, немного покраснев.

Я тоже весьма смущался говорить такое, но ощущал свою победу.

— Но Камия Ёст, вероятно, навестит нас завтра.

— Вот именно... Кстати говоря, он действительно осмелился войти один в Морихен. Он такой бесстрашный? Дарум Ву ему чуть голову не отрезал.

— ......

— Хмм?

— Дарум Ву не может убить этого человека.

Это было такое приятное утро, однако разговор направился в пугающем русле.

Общаясь, мы обошли двухметровую высокую сцену и добрались до главного дома Ву. Там мы столкнулись с бабушкой Дитто Мин, которая только выходила, неся в руках небольшой топорик

— А-а, Ай Фа и Асута, вы сегодня рано! Девочки ушли на ручей. Ты тоже туда, Ай Фа?

Взгляд Ай Фа вонзился в мою щеку.

"Я точно не пойду туда!" — хотел подчеркнуть я, но не стал делать этого при бабушке Дитто Мин.

— Асута, ты собираешься на кухню? А я как раз иду к задней части дома, так что я тебя проведу.

— Спасибо. Вы рубите дрова так рано...? Простите, что сжигаю так много.

— Именно, я впервые вижу, чтобы дрова так быстро заканчивались!

— Я очень извиняюсь.

— Я просто шучу! Ради вкусной еды мне не жалко.

Бабушка Дитто Мин мягко и спокойно улыбнулась.

Мой отец был в плохих отношениях со своей семьей, а родители моей матери умерли рано, поэтому у меня не было никаких воспоминаний, связанных с бабушками и дедушками. Бабуля Дитто Мин всегда была доброй, мягкой и спокойной, молча показывая внешним видом высокое достоинство. Я думаю, она была потрясающей женщиной.

Сын бабушки Джибы женился на Дитто Мин и стал отцом Донды Ву. У Донды Ву и Мамы Миа Лей потом родилось семеро детей. Их старший сын Джиза Ву и Сати Лей Ву родили Коту Ву... Родословная клана Ву таким образом передается через поколения.

"Когда будут жениться остальные шесть детей, я надеюсь, что буду управлять домашним очагом, прямо как сегодня."

Но до тех пор, пока Донда Ву остается главой клана, а Джиза Ву все еще наследник, это вряд ли станет реальностью. За эти пять дней я проникся уважением ко всем членам клана Ву, вот почему и стал лелеять такую мечту.

— Ладно, тогда я к ручью.

Ай Фа бросила на меня последний взгляд, а затем исчезла в тени заросшей зеленью тропинки.

Заранее предчувствуя неладное,  я поклялся себе, что пока они не вернутся, не приближусь к ручью на пушечный выстрел.

Дитто Мин к тому времени уже открыла двери в кухонную комнату, хранилище с едой и разделочную.

— Пожалуйста, пользуйся ими, как пожелаешь.

Мне стало неудобно, что ей пришлось открывать для меня двери, но, поскольку в Морихене их было не принято запирать, необходимость открывать их перед гостями была одним из обычаев.

Что ж, тогда...

Пиршество уже этим вечером.

И потому настало время заняться едой.

И  в частности новым блюдом, которое я разработал специально для этого праздника— "Рагу из гибы и тарапы".

Как сделать жидкий пойтан вкуснее?

Я нашел ответ.

Заменить бататоподобный "гиго" на помидороподобную "тарапу"!

По сравнению с другими блюдами, на приготовление этого рагу требовалось больше времени, поэтому следовало заняться им как можно раньше. А потом его просто  нужно будет подогреть.

Я достал из хранилища с едой мешок, подготовленный вчера. Он был наполнен арией. Ее предстояло нарезать кубиками.

Ария замечательно улучшала аромат любого блюда, но на такую прорву гостей ее требовалось довольно много — полсотни штук.

"Надеюсь, что все присутствующие смогут попробовать это новое блюдо."

Я прикинул, что для этого понадобится четыре полных котелка.

И я принялся за нарезку лукоподобной арии. Будь это настоящий лук, я бы сейчас выплакал все глаза. Но ария не щипалась, поэтому дело продвигалось резво.

Десять минут спустя я кое-что осознал...

Я совсем забыл о котелке!

Точно, женщины ведь моют кухонные принадлежности прошлого вечера, когда идут купаться.

Но если я сейчас суну свой нос на ручей, мало мне не покажется.

К счастью, к этому времени уже вернулась Рейна, у которой с волос капала вода, и принесла только что вымытый котелок, поэтому трагедии удалось избежать.

— П-Прости! Я услышала, что ты начал готовить, поэтому решила, что тебе понадобится чистый котелок.

— Спасибо, Рейна Ву, ты моя спасительница!

Она, наверно, слишком торопилась, потому что ее длинные черные волосы не были завязаны в обычный длинный хвостик, а свободно лежали на плечах. Ее непривычный внешний вид меня удивил.

Она прикрыла свое тело одним большим куском ткани, как замужняя женщина, что ощущалось действительно по-новому.

— Ах, п-прости! Я не успела одеться как следует... — покраснела Рейна, хотя ее одежда была менее открытой, чем обычно. — Эмм... Я принесу оставшуюся посуду чуть позже…

— Все хорошо, можешь не торопиться.

Рейна облегченно вздохнула и поспешила из кухонной комнаты, сказав на прощание: "Тогда я пойду".

Она была так взволнована... Ощущая небольшую обиду, я развел огонь в печи и поставил на нее котелок. Бросив в него нарезанную арию, я сдобрил ее жиром гибы.

Так как 50 арий было действительно слишком много, я разделил их на пять порций.

Я тщательно поджарил ее, пока она не приобрела карамельный оттенок. Чтобы добавить аромату нотку пикантности, я подлил фруктовое вино и подождал, пока алкоголь испариться.

Повторив это еще пять раз, я приступил к мясу.

Я подготовил по 15 кг мяса бедер и мяса лопаток — в общей сложности 30кг. Целая гора, которую мне предстояло нарезать на небольшие куски.

Пока я этим занимался, в кухню вплыл металлический котелок, под которым пряталась голова Рими.

— Привет! Остальные принесут оставшиеся два позже!

— Да, спасибо.

Рими, видимо, искупалась как следует. Ее рыжие волосы выглядели очень мягкими, а она одета она была  в свой обычный наряд.

— Ты уже готовишь рагу? Я тебе помогу!

— Правда? В таком случае, ты можешь принести тарапу? Мне нужно штук восемь.

— Тарапу, значит? Ладно...  Хи-хи!

— Хмм? Что такое?

— Ничего. Асута, ты отличный парень. Это замечательно!

Сказав это, Рими выбежала из кухни.

Чего это она?

Это из-за того, что я начал работать с утра пораньше?

Ну, может и так...

Я начал жарку мяса — мне требовалась золотистая корочка.

Это не заняло так уж много времени, и я выложил готовое мясо на деревянные блюда.

Вся кухня к тому моменту наполнилась невероятно аппетитным запахом.

Следующей на очереди была ария. Она дополняла рагу и была добавлена для улучшения аромата. Ее я нарезал полукольцами.

Пока я этим занимался, Рими притащила из хранилища тарапу и выложила на соседний стол.

Это были овощи, похожие на помидор, но размером с тыкву.

У нее была шероховатая поверхность, поэтому она и выглядела как тыква.

Но вкус и цвет у нее был как у помидора.

Изначально не предполагалось, что этот овощ будет играть большую роль в этом блюде, но в итоге он и сформировал основной вкус.

— Тут так много арии! Помочь еще с чем-нибудь?

— А! Можешь принести листья тино и чачи? Неси все, что сложено в мешке.

— Поняла!

Еще было раннее утро, но Рими была очень энергичной, решительной и милой. Если бы она была моей дочерью или сестрой, я бы точно обожал ее.

Пока я об этом раздумывал, с ручья вернулись Ай Фа и остальные сестры клана Ву.

Видимо, мне не придется выкалывать себе глаза.

— Смотри, мы все принесли... Правда, когда мы услышали, что ты начал подготовку еды, мы очень заволновались, — прошептала мне Лала.

Так они действительно услышали об этом и отправили Рейну... Я рассеянно улыбнулся.

— ...А сегодня ты решил не навещать нас на ручье, а?.. — нежно прошептала Вена мне на ухо.

О чем она говорит? Если бы я на самом деле появился, она бы покраснела до кончиков ушей.

— Я поменяюсь с мамой Миа Лей Ву. Мы поможем тебе, когда закончим там.

— Спасибо, Лала Ву!

— ... Ты же знаешь, да? Мама Миа Лей Ву и остальные потом будут купаться.

Конечно, я знаю. И очень сильно постараюсь об этом не забывать!

Да за кого они вообще меня принимают?!

— Фух, тяжело! — в этот момент вернулась Рими.

В ее мешке было шесть листьев тино. Каждый тино был размером с кочан капусты. Но Рими спокойно таскала туда-сюда металлические котелки, так что такой вес был не сильно большой проблемой для нее. Мешок, наверное, был слишком громоздким для ее низенького роста.

Тут не было никого симпатичнее ее.

— Асута, прости за ожидание! Дальше чачи, верно?

— Я сама принесу. Рими Ву, почему бы тебе не помочь ему нарезать овощи?

— Да!

Ай Фа направилась в хранилище с едой, а Рими взяла нож для овощей со стены.

Вот насколько прилежными были жители Морихена.

Когда они берутся за дело, то справляются с задачей с потрясающей эффективностью.

— Рими Ву, ты знаешь как правильно нарезать тино?

— Да, небольшими кусками!

Рими радостно орудовала кухонным ножом.

Разложив посуду, три старшие сестры вышли за дверь. Ай Фа, прошедшая мимо них, вернулась с мешком чачи.

— Это чачи? Что мне делать?

— Пожалуйста, почисти его. Он легко чистится вручную.

Чачи был фруктом, очень похожим на мандарин с желтой кожурой.

После очистки оставался мягкий белый шар.

Когда Ай Фа случайно сжала его, изнутри брызнула белая жидкость.

— Ой! — вскрикнула Ай Фа и затем пнула мою ногу.

— За что?!

— ...Шумный.

— Ахаха! — засмеялась Рими.

И тут я понял, что на кухне остались только я, Ай Фа и Рими.

Мне почему-то сразу стало спокойнее, и я даже не слишком обиделся на беспричинный пинок.

— Почистив, промой водой, пока не пропадет липкая жидкость.

Чачи был новым обнаруженным мной ингредиентом в хранилище еды.

Снаружи он напоминал мандарин, а внутри — картофель. Не принимая во внимание пойтан, который только выглядел, как картофель, у чачи был такой же вкус.

Разделив помытый Ай Фа чачи, я нарезал его на кусочки около 3см шириной.

И на этом подготовительный этап был завершен.

Пятьдесят арий нарезаны кубиками и поджарены.

Еще пятьдесят арий нарезаны полукольцами.

Тридцать чачи нарезаны небольшими кусочками.

Шесть тино пошинкованы.

Обжаренное мясо с лопаток и бедер гибы в сумме весило 30кг.

И... восемь огромных тарап.

Прежде чем приниматься за злополучный пойтан, мне нужно было управиться с более мелкими делами.

С другой стороны, я бы не мог взяться за пойтан, если бы не использовал так много ингредиентов.

Я уже сделал все, что мог.

Пойтан действительно доставил мне много хлопот.

И почему с ним так сложно работать?

Суп из него напоминал мучную воду, густую и тяжелую для еды.

Сначала я предположил, что разнообразие специй, доступных в Морихене, было слишком ограничено, поэтому суп из пойтана был таким пресным на вкус.

Кроме каменной соли и листьев пико, другой единственной приправой в Морихене было фруктовое вино. Потому у их еды был легкий вкус. Они могли готовить высококачественный бульон из мяса и овощей, но этого было недостаточно, чтобы нейтрализовать уникальную текстуру пойтана.

В этот момент я вспомнил про существование овощного рагу.

Овощное рагу готовится с мукой, которая придает ему густую текстуру.

Но мне казалось очень трудным приготовить достойное тушеное мясо или сливочное тушеное мясо с ингредиентами Морихена.

Именно тогда... я и заметил сильный вкус тарапы.

Тарапа была даже более кислой, чем помидор, но используя арию, усиливающую аромат блюда, фруктовое вино, похожее на обычное вино, и листья пико, похожие на перец, я смог повторить по вкусу томатный соус. Я решил использовать этот вкус как основу для приготовления уникального овощного рагу.

Другими словами, я объединил "тушеное мясо" и "бифштекс с томатным соусом", которые были популярны в закусочной моего отца, и создал совершенно новое блюдо.

— Ладно, помогите мне, пожалуйста, развести огонь в других печах. Он должен быть сильным, но не слишком, — сказал я и бросил около четверти ингредиентов в разогретый котел.

Там были три вида овощей: ария, заменяющая лук, замена капусты в виде тино и заменитель картофеля в виде чачи.

Когда ария стала мягче, я положил в кастрюлю гибу и добавил целую бутылку фруктового вина, заполняя всю кухонную комнату сладким ароматом. Когда вода закипела, я снял пену и добавил ковшом большое количество воды.

Я добавлял воду, пока котел не заполнился на 80%.

После этого я ослабил огонь.

Мне нужно было готовить это блюдо два часа и выпарить половину содержимого.

Так как в Морихене не было в продаже готового бульона, мне пришлось готовить его с нуля.

Я справился с тремя котлами по очереди, но остановился, когда добрался до последнего.

— Эмм, Рими Ву, я собираюсь использовать это фруктовое вино в другом блюде. Извини, ты можешь дать мне другую бутылку?

— Хмм? Аа? Кстати, а форма этой бутылочки немного отличается.

В ее руках было фруктовое вино, которое нам подарил Камия Ёст.

Раздумывая о том, как использовать его в готовке, я попросил Ай Фа принести его сюда из дома три дня назад, и все еще оставалось немного времени до того, как оно совершит свой дебют.

Залив другое фруктовое вино, которое мне дала Рими, с последним котлом было покончено, и можно было на некоторое время перевести дух.

Мы вытерли пот и охладились у двери.

Так как нам нужно было периодически снимать пену и добавлять дрова, мы не могли уйти далеко от кухни.

— Это замечательно! Ты добавил не только пойтан, но еще и тарапу! Я впервые вижу кастрюлю гибы с таким большим количеством овощей, - сказала Рими.

— Наверное. Народу ожидается много, вот я и добавил побольше.

Котелок, в котором были вместе приготовлены овощи и все мясо, являл собой настоящее воплощение жизни.

Ария и пойтан - овощи, которые жители Морихена должны есть, чтобы быть здоровыми.

Так как они были дешевыми, этот обычай укоренился в жизни морихенцев... тем не менее, этой традиции было уже больше восьмидесяти лет, и я не собирался менять ее.

А вот то, что я должен был сделать — так это приготовить из всех доступы мне ингредиентов что-то по-настоящему вкусное.

Вот почему я подумал про обжарку пойтана вместо варки его в кастрюле. Однако пойтан в твердой форме может выглядеть очень чуждо для людей, которые раньше ели только суп из него.

Я долго ломал голову... пока бабушка Джиба и Донда Ву не сказали мне, что "приготовление всех ингредиентов в одном котле - это символ жизни". Тогда меня осенило, и я придумал "рагу из гибы и тарапы".

Прямо сейчас для этих овощей я использовал технику приготовления тушеной говядины.

Далее мне понадобится соус из тарапы, который и станет основой этого блюда.

После этого я добавлю пойтан и создам текстуру рагу.

Я подумывал о замене сливок, которые можно было бы добавить в муку, чтобы сделать тесто кофейного цвета, но пока безуспешно. В конце концов, в Морихене нет ничего похожего на сливки. Когда я попытался пожарить рассыпчатый пойтан с жиром гибы, пойтан просто сгорел.

Однако даже если я просто добавлю пойтан в суп, он все равно станет густым.

Более того, это так же соответствует идее "приготовления символа жизни".

Я думал, что приготовление этого блюда было слишком легкомысленным, но конечный продукт получился довольно хорошим. Главное в нем было — правильное соотношение пойтана, чтобы не испортить текстуру овощного рагу.

Трудясь пять дней в поте лица, я пришел к этому ответу, сделав все, что мог.

Это блюдо было закуской.

Перед подачей бифштекса, ребрышек и жареного пойтана оно могло показаться им странным, но раскрыть их сердца я собирался именно этим блюдом.

Один Бог знает, чем все это кончится.

— Обычно я не использую большое количество дорогих овощей для приготовления роскошных блюд. Я поддался только потому, что случай достоин празднования.

— А я думаю, это замечательно! Оно очень вкусное... Из всех блюд, которым ты нас научил, это, наверно, мое любимое, — сказала Рими.

— Понятно. Значит, когда твои сестры выйдут замуж, ты сможешь приготовить его им на свадьбу.

— Аа! Асута, а для меня ты его не приготовишь?! — поразилась Рими.

— Ты же тоже понимаешь, да? Учитывая характер твоего папы, он ни за что не позволит мне управлять домашним очагом, когда клан Ву будет принимать свадьбу.

—Да все хорошо! Потому что... — произнесла невинная девочка с озорным выражением лица: — ... Позавчера, когда папа Донда попробовал овощное рагу, ты видел его лицо? Он сказал "вау", понимаешь? "Вау"!

— Он просто издал какой-то странный звук. Мне вообще показалось, что  он собирался перевернуть котел на пол со злости.

— Нет! Овощное рагу было слишком вкусным! Вот почему он издал такой звук! Он почти сказал "восхитительно!".

— Правда? Тяжело себе это представить.

— Правда! Уж я-то знаю...! И когда я буду выходить замуж, ты приготовишь его для меня, хорошо?

Я потерял дар речи и взглянул украдкой в сторону... Ай Фа молча смотрела на слабый огонь в домашнем очаге.

Пока Рими изучала меня ожидающим взглядом, я положил руку на ее маленькую голову и ответил:

— Так и есть... когда-нибудь я точно приготовлю его для тебя.

Если я все еще буду в этом мире, когда этот день настанет.

Часть 2

Мы втроем еще некоторое время перебрасывались ничего не значащими фразами, иногда прерываясь на то, чтобы подбросить в огонь дров. Чуть позже вернулись Лала с Рейной.

— Эй, мы принесли еще котелки!

Как они и сказали, у каждой в руках было по металлическому котлу.

Похоже, они заняли их на время у родственных Ву семей.

Из семи домов Ву в главном доме была самая обширная кухня, поэтому я использовал это место в качестве базы. Но тут было только четыре чрезвычайно важных котла, и мне нужно было сначала использовать их для приготовления рагу, поэтому мы решили собрать всех помощников и дополнительные котелки именно в главном доме.

До сегодняшнего дня женщины из родственных домов помогали по очереди, но в этот день они придут все сразу. Сейчас же они занимались сушкой пойтана и нарезали овощи у себя дома.

Я должен был подготовить расписание и назначить блюдо, за которое будет ответственным каждый дом. Так же мне нужно было приблизительно подсчитать необходимое количество посуды, и вычислить, когда примерно все блюда будут готовы. Для меня это была самая тяжелая работа.

— А для чего нужны эти котелки? Для тарапы?

— Именно! Поскольку у нас хватает людей, давайте сделаем сначала это. А когда закончим, то сможем отдохнуть немного до полудня.

Я оставил работу с овощами Ай Фа и Рими, а сам последовал за Лалой и Рейной на улицу готовить томатный… нет, соус из тарапы.

Способ ее приготовления был довольно прост.

Я смешал вместе жареную нарезанную арию, большие ломти тарапы и фруктовое вино, отварил и добавил соли и листьев пико, и все было готово.

Я думал добавить еще немного чеснока и риро, чтобы сделать соус лучше, но он и так уже был довольно приятным. Приготовить из этого рагу требовало довольно много усилий, но я надеюсь, что клан Ву найдет ему применение в будущем, поливая им свои мясные блюда или отваривая овощи.

— Невероятно! Эта страшно кислая тарапа теперь такая вкусная, — тихо сказала Лала, помешивая содержимое, чтобы кипящая красная тарапа не подгорела.

— Это благодаря арии и сладости фруктового вина. Я заранее все продумал.

За эти пять дней недружелюбное поведение Лалы постепенно подобрело.

Она всегда разговаривала с долей сарказма из-за своего характера, но если ее не злить, она была открытой и милой девочкой.

—Лала Ву, ты говорила, что не любишь тарапу, верно?

— Да, но эта мне нравится.

Вот какой она была.

Я думал, она ненавидела меня до глубины души, но сейчас разговор с ней наполнял меня теплом.

В этот момент... я почувствовал зловещий взгляд на своей щеке и повернулся проверить.

Рейна быстро отвернулась с одиноким выражением лица.

Как бы это сказать… вообще-то я думал, что холодно смотреть на меня в подобных ситуациях — это фишка Ай Фа.

Пока я волновался, появился Лудо, зевая.

— Что, вы все уже начали работать? Тут так жарко... Эй, Асута, пойдем купаться! Девушки уже вернулись с ручья, так?

— Нет, я пойду позже. Пока не закончу блюдо, не смогу передохнуть.

— Чего это вы втроем собрались вокруг двух печек? Без Асуты ни на что не способны, что ли? Вы знаете, что все мужчины уже научились разделывать гибу?

— Замолчи! Если хотите, идите и купайтесь! Мы и без Асуты обойдемся!

И почему в этой ситуации потерпевшим в итоге оказался именно я?..

— Пожалуйста, иди, мы тут за всем присмотрим.

В глазах Рейны был намек одиночества и уныния, но она все равно обращалась ко мне с улыбкой.

— Ну ладно... Старшие женщины уже закончили купаться?

— Эй, Асута, они вообще-то уже все замужем! Тебе тут ничего не светит.

— Вообще-то я имел в виду...

— Тебя просто прибьют на месте папа и брат Джиза.

— Вот почему я и спрашиваю, закончили или нет!

— Э-эмм, Сати Лей и остальные уже вернулись, вот почему мы смогли сюда прийти... — робко произнесла Рейна, немного покраснев.

Плохо, что из всех присутствующих она больше всех молча страдала, потому мне лучше было поторопиться на ручей.

Сообщив о своем уходе Ай Фа и Рими,  мы с Лудо вышли на улицу.

— Лудо Ву, ты редко приглашаешь меня купаться.

— Ну... Я просто хотел у тебя кое-что спросить.

Лудо шел, выкидывая ноги поочередно вперед, и смотрел на меня своими серыми глазами.

— Ты уже спросил у нее об этом?

— О чем?

— О "Жертвенном стиле охоты".

— А…

О нет.

Я совершенно об этом забыл.

Это было невнимательно с моей стороны!

Я был очень занят в последнее время, но это не являлось оправданием.

Ай Фа охотилась в одиночку, но количество убитых ею гиб было довольно велико. Лудо намекнул, что Ай Фа, может быть, использует "жертвенный стиль охоты"... и если я хотел узнать, что это такое, то должен был спросить у нее.

Как я мог забыть о чем-то настолько важном? Я хотел схватиться за голову и закричать из-за своей заторможенности.

Я все еще не знаю, насколько это было серьезно. Фраза "жертвенный стиль охоты" звучала зловеще, а необычайно серьезное выражение лица Лудо, когда он говорил мне об этом, заставляло меня беспокоиться.

В таком случае, мне не оставалось ничего другого, кроме как расспросить человека, который заставлял меня волноваться.

— Прости, я совершенно забыл об этом... Ты можешь мне рассказать, что это такое?

— Если ты не спросил, то забудь об этом. Спроси у главы своего дома, если хочешь знать.

— Вокруг меня будут люди весь этот день, ничего, если другие услышат об этом?

— Для женщин это бессмыслица. Все равно они не знают, что это... Но лучше, чтобы папа об этом не узнал.

— Тогда я не могу — может услышать Рими.

Лудо снова покосился на меня.

У него было невероятно раздраженное лицо.

— Ладно... "жертвенный стиль охоты" - это старинный способ охоты с использованием фруктов, привлекающих гибу. Раздавленные фрукты испускают запах, который любит гиба, и выманивает их. Вот и все.

— Хмм? Звучит просто, но название пугающее.

— ... Я слышал, что гиба становится свирепой, когда чует этот запах. Обычно они убегают, если видят человека издалека. Но если они чуют этот запах, моментально бросаются в атаку!

— Что?..

— В этом способе охоты ты используешь самого себя в качестве живой приманки, вот почему он и называется "жертвенный стиль охоты". Это очень опасно. Вот почему никто больше им не пользуется.

— ......

— Маловероятно, что Ай Фа пользуется этим методом, но как-то уж слишком много добычи она приносит домой. Мне любопытно, как это ей удается.

— ... Фрукт, привлекающий гибу...

— Хмм?

— У него сладкий цветочный аромат?

Лудо не просто посмотрел в мою сторону, он повернул голову ко мне и внимательно вгляделся в мое лицо, прищурив глаза от удивления.

— Не знаю, я никогда не видел этот фрукт раньше.

— Точно...

А я вот чувствовал этот сладкий цветочный аромат от Ай Фа.

Если это был запах фрукта, привлекающего гибу...

— Папа ненавидит людей, которые не заботятся о своей жизни. Если какой-нибудь охотник использует этот метод, он точно будет относиться к нему с презрением.

— ... Ага.

— Но я таких людей уважаю! Я считаю, что таким и должен быть настоящий охотник. Может, это и выглядит глупо,  но по-настоящему круто!

— ......

— Асута, послушай меня!

Лудо неожиданно схватил меня за грудь и остановил.

Лицо юноши было прямо передо мной.

— Если ты встретишь таких охотников, ты должен уважать их. Не бояться, а именно уважать.

— ... Я знаю.

Лудо отпустил меня и снова решительно зашагал вперед.

Я вздохнул и почесал голову через свою бандану.

В этот момент мы увидели деревянную доску, указывающую на водный источник клана Ву.

— Аа... кажется, сегодня будет жаркий день, — сказал Лудо и пошел к другой стороне доски.

Я подумал об Ай Фа, которая ждет меня в кухонной комнате, и последовал за ним.

И почти закричал:

— Эй! Братья Джиза и Дарум, вы тоже тут?

Да, братья Джиза и Дарум были здесь.

В каком-то смысле, со старшим и средним сыновьями клана Ву было тяжелее поладить, чем с Дондой Ву.

Лудо без колебаний отбросил в сторону свою одежду, а потом аккуратно положил свое ожерелье на землю.

Это был ручей, глубиной по колено.

Территория поблизости была каменистой. За ручьем была высокая скала и на ее вершине росли деревья.

Два охотника сидели в реке и использовали ткань, размером с ладонь, чтоб вытирать свои обнаженные смуглые тела.

— Ох, ледяная! — оживленно закричал Лудо, прыгнув в ручей.

Я был совсем не рад.

Джиза Ву посмотрел на меня, а потом молча протер свое тело.

Огонь загорелся в глазах Дарума Ву, и он сделал то же самое.

Кто будет радоваться в такой ситуации?

Я не мог просто так убежать, и у меня не оставалось выбора, кроме как раздеться.

Я снял свою безрукавку, футболку и остальную свою одежду, а затем положил свое ожерелье на землю, пошел вниз по течению к спинам двух мужчин и молча сел.

— Братец Дарум, почему у тебя такое ужасное лицо?! Сегодня день празднования!

Сказав это, Лудо выбросил свою правую ногу, которая была под водой.

Большое количество брызг полетело в голову Дарума.

Аррргггххх, я чуть не упал в обморок от паники.

Дарум Ву на мгновение полностью замер, а потом продолжил невозмутимо тереть свое тело. Я не видел его лица со своего места, поэтому для меня это было еще более пугающе.

Даже не видя его лица... тела мужчин Морихена были действительно поражающими.

За этот месяц мое тело из-за тяжелого постоянного физического труда подтянулось и обрело кое-какой рельеф. Хотя я и был довольно худым, мой вес увеличился, и я впервые в своей жизни стал физически красив. Тем не менее, по сравнению с мужчинами Морихена я был просто тощей обезьяной.

Прежде всего, совершенно отличалась наша структура скелета. У мужчин Морихена были широкие плечи, плотная грудь, длинные и худые шеи и конечности.

Они не были толстыми, но имели невероятно развитые мышцы спины.

Их тела были сбалансированы и выглядели пропорциональными, даже в одежде. Одни мускулы и ни капли лишнего жира. Как и у Ай Фа, их торс сочетал в себе функционирующую красоту и рациональность.

При ближайшем рассмотрении, у них оказались большие руки с толстыми запястьями. Длинными были не только их пальцы, но и ладонь тоже была массивной. Они точно легко могли раздавить мои руки в рукопожатии.

Однако... прямо, как и у Ай Фа, у них были многочисленные белые шрамы на смуглой коже.

Получение удара рогом от гибы могло быть смертельной раной. Наверное, они получали эти травмы, когда передвигались в густых лесах или каменистой местности.

Они были охотниками Морихена.

— Почему ты такой потерянный? Такое большое событие бывает раз в жизни!

С этими словами на меня плеснул целый поток воды.

Лудо прыгнул в воду рядом со мной.

— Тщательно помой свое тело! Это день празднования дома Лутим!

— Я-я понял... Лудо Ву, ты такой энергичный так рано утром.

— Хмм? Уф-уф-уф! Конечно! Я могу есть вкуснейшую еду каждый день, и это наполняет меня энергией! Я чувствую, что могу поднять гибу одной рукой!

У Лудо была счастливая улыбка на лице.

С таким лицом он выглядел мило, как девочка.

Хоть даже его тело было похоже на дикого зверя, он был ниже меня и не таким мускулистым, как его братья. И, несмотря на то, что я был слабее его, его детский внешний вид успокаивал меня.

— Женщины клана Ву отлично справляются. Я мало что делал для ужина эти пять дней, и они неоднократно практиковались в приготовлении бифштекса. Начиная с завтрашнего дня, они точно продолжат готовить вкусную еду для вас.

— ......

— Хмм? Что такое?

— Асута, неважно, что ты говоришь, ты делаешь это с предпосылкой, что "все будет хорошо, даже если тебя не будет рядом". Это меня злит!

— А? Но я же изначально не должен был управлять домашним очагом клана Ву. Разве не хорошо, что женщины клана Ву теперь могут готовить и без моей помощи?

— Я знаю! Я не это имел в виду!

Всплеск... Лудо хлопнул ладонью по воде.

Он действительно вел себя, как ребенок.

— Асута, — в этот момент впервые заговорил Джиза Ву. — Я думал обсудить с тобой кое-что сегодня.

— Хорошо, что?

— ... Ты еще встретишь этого человека из Каменной столицы, Камию Ёста, верно?

Джиза Ву повернулся своим крепким телом и посмотрел на меня своими узкими, как щель, глазами.

— Да. Если он придет в гости, я с ним встречусь.

— Ясно... В Морихене нет запретных мест. Мы заключили соглашение с правителем Геноса умышленно останавливать любого от прохода в Морихен, но это ради безопасности людей из города. Если этот мужчина придет снова, у нас не будет никакой власти остановить его.

— ... Да.

— Но я не позволю никому из городских вредить Морихену. Ты должен это понимать, увидев людей из клана Тсун, так? Городская культура ведет Морихен только по пути разложения.

— ......

— Асута, я чувствую в тебе дух городского жителя. Ты должен жить в Каменной столице... Разве я не прав?

Каслан Лутим шел против обычаев Морихена, но что об этом думает Джиза Ву? Был ли он против этого еще больше, чем Донда Ву... Такая мысль возникла в моей голове.

— Я не знаю, прав ты или нет. Но... по сравнению с Почтовым городом, я предпочитаю поселение Морихена.

Я мог дать только такой ответ.

— Понятно, — Джиза Ву встал. — Для меня Каслан Лутим - очень важный член семьи. Я больше всех хочу, чтобы его свадьба прошла гладко.

После этого Джиза Ву вытер свое тело тканью, висящей на входной доске, а потом надел свою одежду.

— ... Асута, ты действительно осмелился разговаривать с братцем Джизой в такой ситуации. Я бы так не делал, — сердито сказал Лудо.

— Ну, я все еще не знаю, что в нем такого пугающего. Кроме его потрясающего духа, я не знаю, чего мне стоит бояться.

— Что ты имеешь в виду? По сравнению с папой, братец Джиза намного более опасен... Дарум, брат, почему ты недолюбливаешь Асуту? Он готовит вкусную еду для нас и хоть в нем есть то, чего я не понимаю, он все равно хороший парень!

Слова Лудо достигли глубин моего сердца. Но, смотря, как бесстрашно Лудо общается с Дарумом Ву, я почувствовал, что он намного сильнее меня. В конце концов, они были братьями, потому было понятно, что они поладят.

Как я и ожидал, Дарум Ву не ответил. Он даже не посмотрел на меня и покинул ручей так же, как и Джиза Ву.

— Хмм... Асута, они действительно не выносят тебя.

— Да, это точно.

— Как бы это сказать... Асута, кажется, братец Дарум боится тебя.

— Чего?! Невозможно! Неважно, как сильно я буду пытаться, я не смогу победить его.

— Мужчины в Морихене никогда тебе не проиграют... если только это соревнование не в силе.

Лудо сел в воде, скрестив ноги, а затем повернулся лицом ко мне.

— Какой ты странный, Асута! Такой слабый, но никого не боишься. В тот вечер, во время предсвадебного пиршества ты выглядел даже сильнее моего отца.

— Ха-ха, для меня честь слышать это.

— Руку.

— А?

— Дай мне посмотреть на твою руку.

— Руку?

Я протянул свою правую ладонь.

Лудо мягко положил свою ладонь поверх моей.

— Твоя рука маленькая, прямо как у женщины.

Я почувствовал, что на моем лице появилось удивление, точно как у Рими ранее.

Лудо был ниже меня, но его пальцы и ладонь были в два раза больше моих.

Примерно через год или больше, возможно, мне нужно будет с почтением смотреть на Лудо. Одна эта мысль наполняла меня унынием.

Но даже так... Какое будет счастье, если я все еще буду в Морихене через год.

Часть 3

Два спокойных часов спустя, еда в четырех больших котлах была успешно приготовлена.

Половина воды испарилась.

В этот момент я добавил соус из тарапы.

Содержимое моментально приняло густой темно-красный оттенок.

И, несмотря на то, что для вкуса была добавлена ария, сильная кислинка и аромат тарапы все равно распространились по всей кухне.

— Хорошо, теперь очередь пойтана. Не ошибитесь с количеством, ладно?

В каждый котелок следовало добавить по десять пойтанов. Если мы превысим это количество, консистенция массы получится слишком рассыпчатой.

Я снял кожуру картофелеподобного пойтана и начал бросать его один за другим в котел.

Даже на слабом огне пойтан сразу распался на части и растворился.

Что за невероятный ингредиент.

В нем есть какое-то сходство с мукой, но оно такое же сильное, как у гибы со свининой, лука с арией или у помидора с тарапой.

А значит... Я бы не попробовал эту еду, если бы не попал в этот мир.

Так как тут нет ничего, полностью идентичного тому, что я ел в своем старом мире, я продолжал волноваться о методах готовки.

Десять пойтанов растворились без следа.

Томатно-красный цвет постепенно стал чем-то средним между розовым и оранжевым.

Осторожно перемешав все это, я добавил каменной соли и листьев пико и...

Блюдо было, наконец, закончено.

После двухчасовой варки даже чачи внутри стал мягким и нежным.

Тино и ария прямо-таки таяли во рту, даже не требуя жевания.

Следующим было мясо гибы.

Мясо, порезанное небольшими кусочками, получилось очень нежным.

Мясо лопаток медленно таяло во рту, а мясо бедер сохранило свою жесткость.

Сильная кислинка тарапы дополнила многослойный вкус ингредиентов... что разнесло неописуемый свежий вкус в моем рту.

Как и ожидалось от блюда, на которое было потрачено так много времени и усилий. Из всех блюд с гибой, которые я создал, это рагу могло стать самым лучшим.

Однако это было роскошное блюдо, приготовленное для банкета, а не семейная еда на каждый день.

Такая роскошь может быть съедена только во время пиршества.

Это блюдо сделает свадьбу еще более радостной.

Ради наслаждения высококачественной едой, люди Морихена выполняют свою работу охотников еще усерднее, чтоб заработать медные пластины...

И я хотел поделиться этим с Касланом Лутимом и его родней.

— Ладно, чуть позже потушите огонь. Пожалуйста, осторожно помешивайте содержимое котелков так, чтобы оно не подгорело.

Я, Ай Фа, Рейна и Лала стояли перед четырьмя кастрюлями соответственно.

Ничем не занятая Рими неистово уставилась на меня.

Она не произнесла ни слова, но ее большие глаза сверкали.

— ... Ты хочешь попробовать?..

— Хочу! — прервала она мои слова.

Я ложкой зачерпнул немного рагу, чтобы попробовать на вкус. Я посмотрел вниз и обнаружил милую девочку, ожидающую меня с открытым ртом.

Это напомнило мне ту ночь, когда я впервые встретил Рими... Я ощутил ностальгию, отправляя ложку в ее рот.

— Это... Это вкусно...

Она прищурилась от улыбки.

Затем она снова уставилась на меня.

Я снова подумал о том, что она так же приставала ко мне и в тот раз.

Рими не была жадиной, поэтому она не будет просить третий раз. Думая об этом, я добавил немного мяса с бедер и кусочков чачи на ложку. Когда я дул на нее, чтобы остудить, кто-то врезал мне по затылку.

— Не балуй эту малявку! Гостям ничего не останется!

— Я не ем так много! Лала – пацанка!

— Не драться, не драться, — сказал я, засовывая ложку в ее широко открытый рот.

Рими держала ложку во рту с таким выражением лица, будто она таяла. Лала подняла свои брови и сказала:

— Я больше не могу! Какая хитрая! Я терпела и не взяла ни кусочка!

— А? Ты сдерживала себя? Ты должна хотя бы попробовать, это привилегия ответственных за домашний очаг.

— Сказал бы раньше! Рими, малявка, отдай ложку!

— Аа…? Дай-ка подумать.

Даже банальные ссоры, вроде этой, были милыми. Пока я радостно наблюдал за ними, кто-то дернул край моей футболки.

Рейна только что осторожно смотрела в кастрюлю неподалеку от меня, а сейчас застенчиво перевела взгляд на меня.

— ... Эмм, я же уже сказал, что пробовать - это нормально, верно?

Лицо Рейны засияло.

Такая атмосфера ощущалась более уютной.

Однако это ненадолго. Вечером это место превратится в область военных действий. Я, наверное, не пострадаю за то, что провел несколько моментов, согревающих сердце, с этими тремя близкими сестрами.

— ... Утренняя работа закончена? — наконец спросила Ай Фа.

— Именно.

Услышав мой ответ, она кивнула и помахала Рими.

— Тогда я отправлюсь домой. Рими Ву, подменишь меня?

— Хорошо! Что ты собираешься делать дома?

— Мне нужно перевернуть мясо в хранилище. Если его оставить на весь день, листья пико испортятся.

Понятно, значит дома тоже была работа по хозяйству.

— Погоди, я скоро закончу! Давай вернемся вместе.

— Но зачем? — Ай Фа вопросительно наклонила голову. — Нужно всего лишь перевернуть мясо, я с этим и одна могу справиться. Ты можешь пока отдохнуть.

После этих слов Ай Фа быстро вышла из кухонной комнаты.

— Хмм... Мы ей не нравимся? — спросила Лала.

— Ничего подобного, — возразил я ей. — Она не испытывает неприязни к тебе. Ай Фа просто медленно теплеет к людям.

— Но я никогда не видела, чтобы она разговаривала с кем-либо, кроме Рими и бабушки Джибы. Если она не испытывает к нам неприязни, значит, она просто к нам равнодушна, — недовольно произнесла Лала.

Лала надеется стать ближе с Ай Фа?

— Кстати... Лала Ву, ты знаешь об этом свадебном предложении два года назад? После того дня отношения с Дондой Ву испортились — вот почему она привыкла держаться на расстоянии от клана Ву.

— Но ты-то к нам нормально относишься.

— Потому что у меня не все дома.

— Да, это я и так знаю.

Ее слова опять ранили мое сердце.

— Но папа Донда не упоминал больше об этом свадебном предложении. Так как она уже поладила с Рими и бабушкой Джибой, то у нее нет причин избегать нас. Следовательно, должно быть, мы ей неинтересны.

— На самом деле нет, как я уже сказал... она просто медленно теплеет к людям.

— Вы хорошо общаетесь, проведя много времени вместе...? Или скорее, вы вообще близки?

— Хмм... Что за странные вопросы!

Близки мы или нет, мы с Ай Фа еще ни разу по-настоящему не ссорились. Я даже говорил ей то, что хотел, без сомнений, хотя мы и не знали друг друга очень долгое время.

Даже несмотря на то, что сейчас мы живем под одной крышей, как будто это естественно само по себе, когда я впервые прибыл в Морихен, то лишь временно оставался в доме Ай Фа —  только для того, чтобы избежать проблем, за которые она могла понести ответственность.

Может, я знал-то ее всего неделю, но сказал, что хочу удивить Донду Ву своей готовкой. Тогда это, должно быть, доставило ей проблем... Но она со мной согласилась и, наверное, была даже более взволнованной, чем я. Услышав, что Донда Ву поносил мою еду, она злилась на него за меня.

Ай Фа всегда была холодна, ее настроение то и дело менялось, поэтому я думаю, что это вполне естественно. Ай Фа вообще редко показывала свои эмоции на людях.

Однажды она сказала мне... "Я не хочу, чтобы ты внезапно пропал."

"Хмм... Это плохо."

Я не думаю, что могу четко описать наши отношения.

И разговор о таких вещах, когда ее нет рядом, создает ощущение, будто я предаю ее.

Я мог только извиниться перед Лалой:

— Прости, я не знаю, как это объяснить.

Лала недовольно цокнула языком, а затем перевела свой взгляд на сестру, наблюдающую за кипящим котелком.

— Сестренка Рейна, что думаешь? Мы редко говорим про Ай Фа, верно?

Я думал, что Рейна будет встревожена этим вопросом, но она ответила быстрее, чем я ожидал.

— Я все равно надеюсь, что однажды она сможет выйти замуж в клане Ву.

— Но почему?

Услышав удивленный вопрос Лалы, Рейна улыбнулась, показав свои зубы, и на мгновение взглянула на меня.

— Потому что Рими и бабушка Джиба восторгаются ею, и я считаю ее потрясающим человеком... Более того, дом Фа станет родственным клану Ву.

Хмм... Сомнения снова появились в моем сердце.

Я был рад, что Рейна открыла мне свое сердце, но по сравнению с Рими и Лалой, с которыми у меня разница в возрасте была больше, я был не уверен, как мне общаться с ней, моей одногодкой.

Я не мог искренне ее поблагодарить, услышав ее слова.

— А мне кажется, все и так нормально! — Рими старалась изо всех сил, радостно помешивая в котелке, который ей доверила Ай Фа. —  Даже если Ай Фа и Асута не наша семья и не родственники, они мне все равно нравятся! Было бы здорово, если бы наши дома стали ближе!

Вот, что мне нравилось в Рими.

Я надеюсь, что она всегда будет рядом с Ай Фа и будет радостно улыбаться.

— Если ты с кем-то поладишь, ты естественно с ним подружишься.

Дав такой посредственный совет Лале, я закончил эту тему.

Часть 4

Как только перевалило за полдень, начались военные действия.

— Ну что ж, тогда будем действовать так, как я объяснял вчера: группа Дитто Мин Ву будет нарезать мясо, группа Рейны Ву будет нарезать арию, группа Мии Лей Ву будет жарить пойтан.

Одиннадцать женщин собрались в главном доме Ву.

Половина — родственницы, живущие в поселении клана Ву.

Я разделил одиннадцать человек на три группы, чтобы поручить им разные задачи.

Бабушка Дитто Мин, Вена и еще трое были ответственны за нарезку стейка и подготовку бифштекса.

Рейна, Рими и еще двое будут нарезать арию для бифштекса.

Миа Лей Ву и Лала будут жарить пойтан с помощью печей на улице.

Сати Лей Ву направится в дом с детьми и будет за ними присматривать.

В конце концов, сегодня здесь будет сотня гостей.

А мужчины едят почти в два раза больше женщин.

По моим примерным прикидкам выходило, что я должен был приготовить достаточно мяса и жареного пойтана на 150 персон.

Я добавил много ингредиентов в овощное рагу, но не знал, как гости распределят мясо в рагу. Если считать пойтан, получится меньше половины на каждого.

Я слышал, что в обычае Морихена было во время больших празднований подавать к столу еду с запасом, так что я решил исключить ингредиенты в рагу из моих расчетов.

Морихенцы обычно живут простой скромной жизнью, но во время пира она меняется.

Итак, учитывая, что будет сто пятьдесят гостей...

Распределив по 500гр на человека, получится 75кг.

Одному человеку необходимо два пойтана, так что это три сотни.

Поэтому я решил пожарить много пойтана.

Более того, я попросил соседние два больших родственных дома приготовить простое блюдо в виде "жареных овощей".

Поскольку ингредиенты в рагу были исключены, а каждому требуется по три арии, нам необходимо 450 штук.

После варки или жарки ария сильно уменьшается. Но использование только одного ингредиента не пробудит аппетит у людей.

И поэтому я выбрал несколько овощей, которые подходят для жарки, в частности тино, похожее на капусту, и пулу, которая выглядит как зеленый перец. Я пожарил большое количество овощей, как дополнительное блюдо для стейка и бифштекса.

Так как всем необходимо потреблять три ария в день, их количества все равно недостаточно, даже если я пожарю их. Наличие одного только рагу в качестве первого блюда тоже заставляло меня тревожиться. Поэтому я решил добавить суп с тремя вышеупомянутыми овощами и мясом, так что каждый точно съест по одной целой арии.

И конечно, не стоит забывать мясо гибы. Мы использовали более 120кг мяса в суп, мясные блюда и рагу.

Исходя из грубых расчетов, тут было по 800гр мяса на каждую женщину и 1,6кг для каждого мужчины. Я думаю... этого более, чем достаточно.

Меню на сегодня было следующим:

• Стейк из гибы (бедро, лопатки, ребрышки).

• Бифштекс из гибы.

• Овощное рагу, приготовленное из различных овощей, тарапы и мяса гибы.

• Жареный пойтан с добавлением гиго.

• Три вида жареных овощей.

• Суп с тремя овощами и мясом гибы.

Это было моим заключительным решением, как хранителя домашнего очага на этом свадебном пиршестве.

Учитывая, какими жирными и простыми были блюда, я рассматривал добавление холодного блюда из мяса. Но мне казалось, что это не слишком подойдет празднованию охотничьего племени. После обсуждения с домом Лутим, они мне сказали, что "все больше предпочтут горячую еду, по сравнению с холодной", поэтому я отбросил эту идею.

Кстати, когда я спросил их, убирать ли нам кости с ребрышек, Дан Лутим сказал: "Ни в коем случае!" и полностью отверг мое предложение.

— Лучше есть мясо с костью!

Я беспокоился, что кто-то устроит скандал, как Дан Лутим в тот вечер. Но сам Дан Лутим сказал вот что: "Даже если что-то останется, я все съем!", так что, видимо, мне было не о чем беспокоиться.

За эти пять дней идея того, что "жалко выбрасывать тушу гибы", постепенно обрела корни в поселении клана Ву. Женщины из родственных домов, которые обучались и практиковались в готовке, радостно забирали остатки мяса и готовили его для своих семей, успешно успокаивая упрямые взгляды мужчин.

Как главный реформист, Каслан Лутим показательно не выбрасывает тушу гибы после охоты.

Когда я узнал, что Ай Фа не разделяет мнение, что "тело гибы - это отбросы для мунто", я понял, что только клан Ву и равный по силе дом Лутим придерживаются таких взглядов.

Сегодня здесь появятся гости из семи домов, более ста человек. Из этих семи домов только дом Лей может сравниться с кланом Ву и домом Лутим по размеру. Дома Мин и Маму были значительно меньше, а дома Лилим и Муфа еще меньше. Эти дома, вероятно, не беспокоятся об этом.

— Если люди из дома Лей не съедят, то съем я! — громко рыкнул Дан Лутим.

Проще говоря, если каждый получит только одно ребрышко, гости наверняка будут недовольны.

В итоге, мы приготовили 150 ребрышек в качестве услуги для отца моего заказчика.

Итак... прошел полдень, и поселение клана Ву превратилось в поле боевых действий.

◇◆◇

— Асута! Мы закончили нарезать арию!

— Вау, так быстро! Пожалуйста, теперь порубите мясо!

— Порубить мясо! Принято!

В обращении с ножом Рими могла соперничать со своей матерью и сестрой.

Я установил вес каждого бифштекса в 200гр.

Если есть его вместе со стейком, этой порции будет достаточно. Но мужчины могут возражать против этого блюда. До настоящего момента я испробовал его только в главном доме Ву, и двое из четверых мужчин отозвались негативно. Потому я был морально готов, что половина мужчин не сможет принять это блюдо.

Как уже было сказано, я все еще продумывал новый способ его готовки.

Если им не понравится нежный бифштекс, я предложу им положить его в суп.

Таким был результат моего исследования.

На второй день, чтобы выполнить свое обещание, данное Ай Фа, я решил подать бифштекс на обед, но я не хотел делать разные блюда для мужчин и женщин.

Исследование там или нет — обед есть обед, и я считаю, что семья должна есть одну еду.

И потому я приготовил суп с бифштексом. Каждый в праве сам решать, хочет ли он положить бифштекс в суп.

Кому нравится мясо помягче — кладет, нравится жесткое — ест прямо так.

Это была уловка, которую я придумал, но мужчины клана Ву не выразили никакого недовольства.

Попробовав мясной суп, я ощутил у него аромат жареного бифштекса, который усилил его запутанный вкус.

И потому я решил использовать этот метод на пиршестве.

Я также приготовил соус из фруктового вина, чтобы можно было свободно добавить подливку во время поедания этих бифштексов

И так как я готовил обед для клана Ву, я постепенно укомплектовывал меню на пиршество.

Вернемся к главной теме.

Будучи в доме Фа, я замешивал сразу много нарезанной арии в бифштекс. Но так как в поселении клана Ву было много котелков, мне не нужно было беспокоиться об этом. И потому я использовал только четверть арии на каждые 200гр бифштекса. Такие же пропорции использовались при приготовлении бифштекса в «Тсурумии».

Далее я приготовил сотню 200-граммовых бифштексов.

— Мы пожарим арию. Ай Фа, разведи, пожалуйста, огонь в печи!

Ай Фа кивнула и выполнила мою просьбу.

Когда так много женщин было собрано в одном месте, Ай Фа старалась особо не выделяться, но фактически помогала всем нуждающимся в помощи. Так как женщины клана Ву были обучены мной, Ай Фа не могла так же проворно пользоваться кухонным ножом, как они. Ее работа была в разведении огня, ношении ингредиентов и другой разнообразной работе.

Она приносила большое количество ингредиентов из хранилища с едой, затем относила приготовленную еду обратно в хранилище, передвигала тяжелые котлы и наполняла бутыли водой... Ай Фа занималась всей этой будничной, но тяжелой, работой.

— Спасибо, ты очень помогаешь, — тихо сказал я ей на ухо.

Она наклонила голову, скопировала меня и прошептала в ответ на ухо:

— Поскольку здесь блюда, которые будут подаваться на пиршестве дома Лутим, мы должны позволить их родственникам готовить, верно? Так будет лучше.

Я непонимающе наклонил голову, а затем снова тихо сказал:

— Может быть и так, но я-то ведь тоже не их родственник.

Ай Фа склонила голову и приблизилась ртом еще ближе ко мне:

— Ты работаешь на них потому, что тебе заплатили, так? Не объединяй наши ситуации в одну.

Пока мы спорили об этом, внезапно вмешалась Рими, которая усердно работала над нарезкой мяса:

— О чем это вы там шепчетесь?

— Ни о чем, это секрет.

— Аа?! Какие хитрые! Я тоже хочу секретничать!

— Это шутка, мы просто общаемся в сторонке. А говорим тихо, чтобы не беспокоить остальных, — ответил я с улыбкой... и встретился взглядом с Рейной, которая уставилась на нас.

Рейна вела себя странно.

Я просто шептался с Ай Фа, ей не стоило смотреть на меня таким грустным взглядом.

Я смазал горячие кастрюли жиром, положил внутрь нарезанную арию и почувствовал себя немного угнетенно.

Рейна была способной девушкой. Она была честной, невинной, доброй, хорошей в обучении и потрясающе выглядела.

Если честно, если бы эта очаровательная девушка выразила ко мне симпатию помимо дружбы, это бы испугало меня больше, чем обаяние Вены.

Я не собирался искать себе пару в этом мире, но если бы мне действительно пришлось выбрать здесь кого-то... это определенно была бы не Рейна и не Вена.

— ... Разве тебе не нужно добавить фруктовое вино? — голос Ай Фа вернул меня обратно в реальность.

— Ох, я забыл! Ай Фа, ты можешь...

Она покачала бутылкой фруктового вина передо мной.

— Я впервые вижу, что ты ошибаешься во время готовки.

Когда я поспешно залил фруктовое вино в арию, которая уже приняла карамельный оттенок, смеющийся голос Ай Фа эхом раздался в моих ушах.

Какое лицо у нее было, когда она это говорила?! Когда я захотел проверить, Лала закричала: "Ай Фа, принеси, пожалуйста, принеси еще пойтан!", и она пропала из моего поля зрения.

Черт! Вот отстой!

Я заставил себя зачерпнуть жареной арии с помощью лопатки на деревянную тарелку.

Сделав это, я поднял голову и...

Рейна, нарезающая мясо, снова одарила меня печальным взглядом.

Глава 5: Пиршество Лутим, Часть 2

Глава 5

Пиршество Лутим (часть 2)

Часть 1

На западе медленно опускалось солнце.

Ещё два часа — и мир охватит тьма.

В тот момент, когда солнце дотронется до западного края леса, жених и невеста войдут в поселение клана Ву, и начнется пиршество.

Сейчас же они посещали каждый дом своих родственников и принимали их благословения.

Подарив свои благословения молодоженам, родственники сразу же направляются в поселение клана Ву.

На площади собралось уже больше тридцать человек.

Детям младше пяти лет не было дозволено присутствовать, поэтому женщины, ответственные за присмотр, собирали этих бедных малышей в одном из родственных домов.

Из мужчин, собравшихся на площади, я видел только пожилых и юношей, младше тринадцати.

Даже в такой торжественный день охотникам все равно нужно было рисковать своей жизнью в лесу. Мужчины из пяти домов, кроме семей Лутим и Мин, выполняли свой охотничий долг.

Но, чтобы избежать каких-либо бед, они должны были сегодня вернуться пораньше.

Если они подарят клыки и рога, полученные на охоте именно в этот день, это будет величайшим благословением.

Вот какими бескорыстными, честными и храбрыми были жители Морихена.

— Хорошо... мы готовы.

Завершив около 70% подготовки, я вытер пот со лба.

Пойтан был пожарен.

Три вида овощей тоже.

Были приготовлены рагу и мясной суп.

Соус из фруктового вина для бифштекса был залит обратно в пустые бутылки.

Оставалось только пожарить мясо.

Горки бифштексов и порции стейков были сложены в кухонной комнате главного дома Ву.

В главном доме было шесть печей, и чтобы поддерживать разницу между сильным и слабым огнем, одновременно можно было использовать только три пары.

Так как котлы были большими, в одно время можно было жарить только пять бифштексов.

Время почти настало.

◇◆◇

— Ну что ж, пора начинать!

По моей команде все занялись бифштексами. Кухонная комната наполнилась аппетитным ароматом готовящегося мяса.

Обжарка бифштексов была самой трудной задачей для мастера, поэтому за нее взялись Рейна, Миа Лей Ву и я.

Все женщины в главном доме направились в родственные дома, чтобы жарить там стейки.

Женщины из родственных семей без каких-либо назначенных задач, остались в главном доме Ву носить металлические котлы.

Мать и сестра юного Шина Ву стояли рядом со мной с палкой из дерева крили в руках.

— Хорошо, приступайте.

Они вдвоем использовали палку крили, чтобы переместить металлический            котёл на печь со слабым огнем.

Когда на поверхности мяса появлялся красный сок, требовалось перевернуть его и вернуть котел обратно на печь с сильным огнем. Потом я заливал фруктовое вино и накрывал котел крышкой.

Аромат заполнил всю печную комнату до того, как я закрыл крышку.

Миа Лей Ву заняла печи позади меня, а Рейна - печи на улице.

Все шло гладко.

— ... Асута, для меня честь помогать тебе, — тихо сказал мне кто-то в этот момент.

Это была старшая сестра Шина Ву... Шела Ву.

Эта девушка была очень худой для морихенки и выглядела довольно слабой. Она, должно быть, была немного старше меня.

— Теперь, когда мой отец Ряда стал неспособен охотиться, мой младший брат, которому всего лишь шестнадцать, должен занять пост главы дома, и наша семья печалится о нашем будущем... Но попробовав блюдо, которому ты нас научил, мы стали счастливы и хотим оставаться сильными и жить дальше! Мы очень благодарны тебе.

— Нет, ты слишком любезна. Ты превосходно обращаешься с ножом. Так же хорошо, как Рейна Ву, — я открыл крышку проверить бифштекс и улыбнулся ей: — Вам нужно продолжать готовить вкуснейшую еду и приносить радость своей семье. Это то, что только вы двое можете делать... Скоро надо будет переместить котел  обратно на печь со слабым огнем.

—Хорошо.

Мать с дочерью снова принялись за дело.

Сделав это, мы закончили первую порцию.

— Асута, ты потрясающий! Мой брат однажды сказал, что ты выглядишь свирепым, как охотник, когда управляешь домашним очагом.

— Это мне очень льстит, я не так хорош.

— Нет, правда! Ты можешь по желанию контролировать пламя и превращать жесткую и зловонную гибу во вкуснейшую еду... Ты словно волшебник из восточного королевства.

— Это работа повара. Зачем нужны волшебники, когда в городе есть масса поваров, которые лучше меня... ладно, все готово.

На кухонном столе были разложены листья псевдокаучукового дерева, и я положил на них бифштексы.

После этого с помощью деревянной лопатки я убрал со стенок котла остатки и поставил его обратно на печь с сильным огнем. Бросив на дно немного жира, я положил внутрь еще пять кусков мяса. Пока я этим занимался, Ай Фа положила еще один слой листьев псевдокаучукового дерева на бифштексы и добавила два больших плоских камня по бокам для фиксации, накрыв все сверху еще одной деревянной доской.

Мы продолжали складывать приготовленную еду таким образом.

—Ай Фа, а с какого дерева добывают эти листья? Я часто их использую, но даже не знаю, как оно на самом деле называется...

— Дерево, управляющее судьбой.

— А?

— Это листья с дерева, управляющего судьбой.

Понятно.

Тогда я буду их называть просто листьями псевдокаучукового дерева... Я криво улыбнулся.

Каждый лист был больше моих двух ладоней, вместе взятых, с гладкой поверхностью. Когда нужно было пожарить большое количество мяса, они были просто незаменимым инструментом.

Гости принесут свои собственные столовые приборы, поэтому я использовал тонкие доски в качестве подноса и эти листья как тарелки. Для женщин и делать тонкие доски, и собирать сотни листьев псевдокаучукового дерева было утомительной работой.

Но они совсем не грустили по этому поводу.

Как удивятся и обрадуются их семьи и родственники, когда увидят все эти блюда? Их лица блестели от предвкушения, и хоть даже шеф-поваром был я, приготовлено это было всеми вместе.

Будет замечательно, если это блюдо сможет упрочить узы между членами всей семьи.

Я надеюсь, что все смогут насладиться этой радостью.

И я надеюсь, что у Каслана Лутима и Эмы Мин будет шикарная свадьба.

— Асута! Мы тут закончили жарить бифштексы! Теперь принимаемся за стейки!

— Хорошо, продолжайте!

— Я вернулась! Асута, все идет гладко и в других домах тоже!

— Спасибо, Рими Ву. Пришло время подогреть овощное рагу, поможешь мне рассказать всем об этом?

— Поняла!

Работа продвигалась плавно.

За исключением одного неприятного инцидента, когда во время перетаскивания одного из котелков пять стейков были испорчены. Но женщины из родственных семей сразу же пришли нарезать еще мяса, посолить и посыпать его листьями пико, и потом поспешно ушли.

— О нет! Теперь сестренка Вена пролила котелок супа с арией!

— Что?! Кто-то пострадал?!

— Нет! Но сестренка Вена почти плачет! Вернее, она уже плачет!

— Не нужно плакать! Все, кроме овощного рагу, можно спасти! Это длинное пиршество, скажи ей не паниковать, не торопиться и приготовить еще супа обычным способом...! А, кто-то в этом доме знает, как готовить суп?

— Я не знаю! Но если никого нет, то я могу помочь!

— Хорошо, Рими! Я рассчитываю на тебя!

Я был уже готов к таким внезапным неприятностям.

Пока мы были заняты разными делами, главный дом Ву пожарил все мясо.

После этого мы наполнили большой котел горячей водой и сложили поверх него как можно больше еды. Большого эффекта от этого не дало бы, но могло на какое-то время сохранить еду теплой.

— Ладно, здесь все хорошо. Я проверю остальные дома.

— Поняла! Тогда, Рейна Ву и другие девочки могут идти переодеваться. Мы тут присмотрим за всем.

После этих слов мамы Мии Лей Ву, Рейна, Шела и остальные юные девушки ответили: "Да" и покинули кухонную комнату.

Когда мать девушек заметила мое озадаченное выражение лица, она мягко улыбнулась:

— Это все-таки пиршество! Отличный шанс выделиться для незамужних девушек. Многие люди обручаются во время таких мероприятий.

— Понятно.  Вот оно как…

В таком случае, мне лучше не приближаться к Вене или Рейне, если это не касается работы.

В кухонной комнате осталась только одна незамужняя женщина. Когда я посмотрел на Ай Фа, она величаво стояла с пугающим выражением лица, а затем взглянула на меня и сказала:

— Я из дома Фа.

Похоже, ей не нужно было переодеваться.

Мне стало чуть спокойнее и немного печальнее одновременно, сложное ощущение.

— Ну что ж, тогда пойдем. Если будут какие-то проблемы, мы немедленно сюда вернемся.

Мы с Ай Фа вместе вышли из кухонной комнаты.

Солнце уже собиралось коснуться леса на западе, поэтому времени оставалось мало.

— Ну ладно, сейчас работа уже наполовину сделана.

Я взглянул на площадь, где кипела жизнь, а затем пошел в сторону родственных домов.

— Наполовину? Разве приготовлена не большая часть еды?

— После окончания готовки нам все равно нужно будет подавать еду присутствующим. Наша работа будет закончена только тогда, когда невеста попробует последний стейк и бифштекс.

Ситуация в родственных домах была хорошей.

Некоторые дома отлично справились с обжаркой овощей, в других на столах уже красовались большие горки жареного пойтана, а в третьих — куча стейков. Некоторые разогревали овощное рагу, которое туда принесли.

Когда мы добрались до последнего дома, то увидели Рими, усердно снимавшую с супа пену.

— Рими Ву, ты молодец! Значит, это и есть виновник слез твоей сестренки Вены? — Печь, рядом с Рими, была мокрой, с арией и кусочками мяса, разбросанными повсюду. — Куда все ушли?

— Все пошли переодеваться, они ведь все еще не замужем!

— Тогда что насчет тебя? Тебе не нужно переодеться?

— Нужно! Я переоденусь, когда будет готов суп.

Ясно. Я точно должен увидеть, как оденется Рими.

— Я тебя подменю. Группа невесты скоро должна дойти до поселения Ву, так что тебе надо поторопиться. Можешь потом пойти помочь маме Миа Лей?

— Поняла! Спасибо...! Хмм, Ай Фа, а тебе не нужно переодеваться?

— Я из дома Фа. Я не родственница дома Лутим, который проводит эту свадьбу, и не должна одеваться по этому поводу.

— Ясно... Я хотела бы увидеть тебя в праздничном наряде! Ладно, увидимся позже!

Рими в мгновение ока вылетела из кухонной комнаты.

В ту же секунда, когда она вышла, вошел Шин Ву.

Точно, ведь это же его дом.

— Привет, Шин Ву! Рад видеть, что ты вернулся невредимым.

— Да... Как у вас там дела?

— Никаких проблем, твоя мать с сестрой усердно работают, — сказал я искренне.

На них обеих можно было положиться, вот почему я попросил их помочь приготовить бифштексы в главном доме. Они очень помогали, не только перенося кастрюли, но еще и нарезая мясо и делая мясные котлеты.

А так же... на самом деле, мне нравился этот тихий, холодный и неловкий юноша. Каждый раз, когда он спорил с Лудо, который был полной его противоположностью, моя душа была спокойна.

Шин Ву уставился на Ай Фа своими прищуренными глазами.

— ... Так это ты Ай Фа из дома Фа?

Кстати говоря, это был первый раз, когда они встретились друг с другом.

— Я — глава этого дома, Шин Ву. Прости, что так внезапно, но я хотела бы кое-что спросить у тебя.

А? Я поочередно переводил свой взгляд между ними двумя.

У обоих на лицах не отражалось никаких эмоций, поэтому я не мог получить никакой информации невооруженным взглядом.

Однако, я беспокоился, просто наблюдая за тем, как они вдвоем стоят и молчат.

— Ай Фа, ты... — когда Шин Ву был почти готов продолжить...

— Шин, ты вернулся? — послышался голос Шелы.

— Ага...

Она остановилась, когда вошла в кухонную комнату.

— И вы здесь? Ай Фа и Асута, добро пожаловать в мою скромную обитель.

Мы ненадолго расстались с Шелой, а она уже переоделась в то, что называется праздничным нарядом.

Оох... Я был немного удивлен.

Шела обычно выглядела слабой и невзрачной. Но сейчас ее внешний вид был полон невероятного изящества и грации.

Ее волосы были темно-коричневого цвета, как и у брата. Она не стала их подвязывать, и они мягко ниспадали на спину.

В волосы она заплела несколько цветов и ягод, покрыв сверху голову полупрозрачной вуалью.

Оранжевый солнечный цвет блестел на вуали, и она сверкала, как драгоценный камень.

Вот это да! Я был ошарашен.

Наверное, она также сменила и ткань, прикрывающую ее грудь и талию, я не помню точно. Кружевные узоры на ней смотрелись более естественно, а цвета - более ярко.

На ее талии была повязана фиолетовая полупрозрачная ткань, ниспадая складками до щиколоток. Она еще надела украшения из дерева и металла на шею, запястье и щиколотки... Шела Ву выглядела очаровательно.

— А, это новый котелок супа? Если ты не против, я хотела бы встать за плиту.

— Все в порядке? Тогда я оставлю это тебе... Будь осторожнее, не подожги свою одежду!

— Да, конечно.

Ее улыбчивое лицо выглядело таким мягким и милым.

Когда я повернулся к Шину Ву, этот юноша спокойно покачал головой и произнес:

— Мои извинения, вы еще не закончили с работой, верно? Я зайду позже.

— Хорошо.

Ай Фа решительно покинула кухонную комнату. У меня не было другого выбора, кроме как кивнуть Шину с Шелой и последовать за след за ней.

— Эй, ты знаешь, о чем Шин Ву хотел спросить тебя?

— Не знаю, — холодно ответила Ай Фа. — Понятия не имею, о чем он хотел поговорить со мной.

— Понятно...

Шин Ву был неплохим парнем и не мог планировать ничего подлого. Хотя даже в моих мыслях были сомнения, мне все равно нужно было продолжать делать свою работу.

Когда мы пришли на площадь...

В следующую же секунду поднялся шум, и посыпались поздравления.

Жених и невеста прибыли.

Группа из тридцати человек медленно двигалась к площади. Это были семьи домов Лутим и Мин.

Во главе процессии стоял пожилой мужчина.

Вероятно, это был старейшина дома Лутим. Он был лысым, с длинной, ниспадающей на грудь, белой бородой. Хоть он и выглядел очень старым, но его спина была прямой, а шаги уверенными. Он был одет как охотник.

По обе стороны от него стояли мальчик и девочка, оба младше Рими.

Может, они и были маленькими, но мальчик уже щеголял в наряде охотника, выпячивая свою грудь и гордо подняв голову.

Девочка была одета, как Шела — полупрозрачная вуаль покрывала ее голову, а на лице сияла потрясающая улыбка.

Их маленькие ручки несли корзину, украшенную цветами и ягодами, в которой было сложено большое количество белых клыков и рогов гибы. Видимо, это были благословения для новобрачных, подаренные родственниками. Мужчины, которые еще не преподнесли свои благословения, молча подошли к ним. Поприветствовав старейшину, они положили свои клыки и рога в корзину.

В окружении сопровождающих мужчин в охотничьей одежде и женщин, покрытых прозрачной тканью... на площадь ступили звезды сегодняшнего вечера.

Каслан Лутим и Эма Мин.

Естественно, Каслан Лутим был одет как охотник.

Единственным отличием была меховая накидка из гибы, обернутая вокруг его мускулистого тела. Голова гибы лежала на широком правом плече Каслана Лутима, словно кусая его. Клыки и рога на голове заметно торчали, создавая впечатление, будто она живая. Накидка покрывала правую часть его тела. В то время как левая оставалась обнаженной.

На поясе открыто висели большой и меньший клинки. Наверное, они были сделаны специально для свадьбы. Ножны были покрыты кожей, украшены гравировкой и яркими цветными камнями.

На его темно-коричневых волосах красовался простой травяной венок, но этого было достаточно, чтобы наследник дома Лутим выглядел храбрее и сильнее, чем обычно.

Невеста скромно шла с ним рядом, ее голову покрывала вуаль, блестящая, как жемчуг.

Однако вуаль невесты отличалась от тех, что были у Шелы и других женщин. У нее было два или три слоя, а поверх размещался венок, сплетенный из травы — такой же, как у жениха.

Вуаль прикрывала ее лицо, и выражение ее лица было почти не видно, все равно становилось ясно, что невеста блаженно улыбается.

Полупрозрачная ткань ниспадала с ее плеч и талии, окутывая смуглую кожу мягким слоем света.

Ткань вокруг ее груди и талии была украшена цветными кружевными узорами, а украшения на ее шее, руках и ногах были яркими и бросались в глаза... Блеск камней на ее теле был самым ярким и прекрасным, чем у кого-либо еще.

Поздравления, одаривающие пару, и громкий смех продолжали сотрясать воздух.

После этого громогласный смех перекрыл весь остальной шум.

Это был отец жениха, Дан Лутим.

Крепкий лысый мужчина, возглавлявший группу охотников, был сегодня невероятно весел и доволен происходящим.

Его сын вырос в потрясающего мужчину и женится на такой прекрасной девушке. Должно быть, это сделало его чрезвычайно счастливым.

Его пивной живот покачивался, а пухлые щеки тряслись ему в такт.

Дети, увидевшие это, вторили ему смехом.

Увидев это, Дан Лутим рассмеялся еще громче.

Я стоял довольно далеко, поэтому утверждать не берусь, но я почти уверен, что увидел в его больших круглых глазах слезы.

— Асута, — кто-то мягко дернул мою руку, позвав меня.

Я повернул голову и обнаружил Ай Фа, молча смотревшую на меня.

Я кивнул и сжал кулак.

— Наконец-то пришло время для второй половины.

Пиршество... почти началось.

Часть 2

— Пожалуйста, принесите овощное рагу на площадь! Оно горячее, поэтому не торопитесь!

Меня ожидал хаос.

Клан Ву соорудил сцену перед своим главным домом и когда представили жениха и невесту, Дан Лутим произнес речь открытия. Но у нас не было времени его слушать. Сразу после того, как речь закончится, следовало начинать подавать блюда, чтобы гости могли начать ужинать.

И первым пунктом в меню было овощное рагу.

Всю площадь окружало десять временных печей. Мы разнесли четыре больших котла как можно дальше друг от друга и развели слабый огонь.

После этого мы принесли шесть котлов, наполненных водой, и поставили их на оставшиеся печи. Они использовались для того, чтоб поддерживать еду теплой. Мы развели средний огонь, сверху в качестве стола разместили доску и затем на нее выложили стейки и жареные овощи. Для стейков я выбрал мясо бедрышек и лопаток, которые не вызвали бы никаких разногласий.

Женщины из клана Ву дежурили около каждой печи, и я попросил их раздавать еду. К сожалению, им придется ужинать по очереди. Но из того, что я заметил — никто из-за этого не расстроился.

Обычно на подобных банкетах нет ограничений на количество еды. И я действительно надеялся принести всем куда больше радости, чтобы вкуснейшая еда заставила их забыть о своих проблемах на какое-то время.

Моей работой было ходить от дома к дому и раздавать указания. Ближе к концу я запутался, где была какая из женщин. Даже Ай Фа, которая была рядом со мной, пропала, когда ее позвала бабушка Дитто Мин.

— Ну что ж, теперь пиршество официально начинается...! — послышался со сцены громогласный голос Дана Лутима. — Преподнесем наши благословения Каслану Лутиму из дома Лутим и Эме Мин из дома Мин!

— Преподнесем им наши благословения!

После того, как сотня с лишним родственников одновременно произнесли эти слова, в центре площади был разведен церемониальный костер из кучи сложенных дров.

Вокруг сцены также соорудили стойки для факелов, разгоняющих вечерний сумрак.

Освещенные ярким оранжевым светом, люди взяли свои столовые приборы.

— Пейте вино и наслаждайтесь мясом! Женщины из клана Ву очень усердно трудились, готовясь к этому дню, так давайте преподнесем наши благословения и им тоже!

Пока Дан Лутим кричал все это, его голос охрип.

Подгоняемые его криками, люди взяли бутылки с фруктовым вином... и мясо на листьях псевдокаучукового дерева.

Их сильные белые зубы разрывали мясо на части.

Они пили овощной суп из своих тарелок.

И осторожно пробовали жареный пойтан.

У меня не было возможности проверить, какие лица были у гостей... Я мог только носиться между всеми домами.

— Следующие на очереди ребрышки! Вы готовы?

— Нет проблем! Мясо, которое мы подали в начале, было жадно съедено в мгновение ока, — сказала с улыбкой старшая женщина одного из родственных домов, я все не мог вспомнить ее имя. — Нам нужно сейчас идти. Девочки на первой смене с нетерпением тоже хотят попробовать овощное рагу.

Ее руки были больше, чем мои. На каждой доске было по семь тарелок, полных ребрышек, и она могла нести одновременно три доски сразу.

— Я собираюсь облегчить их смену... Кстати, овощное рагу потрясающее!

— О, вы уже его попробовали?

— Было бы плохо, если бы я не попробовала! Я побежала обратно сюда, закончив с рагу. Другие девочки скоро вернутся, так что и тебе тоже нужно что-то поесть, хорошо?

— Хорошо. Рассчитываю на вас!

— Ладно.

Женщина ушла.

После этого с улицы донесся крик:

— Они здесь, ребрышки гибы! Те, кто достаточно храбр, подходите и пробуйте!

Для меня было правильным решением скрытно работать на протяжении всего пиршества. Даже если чужак, вроде меня, появится перед всеми, это не сделает еду вкуснее.

— Простите за опоздание! Мы принесем остальное!

Несколько незнакомых девушек в прекрасных нарядах забежали в кухонную комнату.

— Все стейки, поданные в начале, были быстро съедены, осталось только немного овощного рагу!

— Хорошо, следующим будет суп. Спасибо вам всем.

Дом Шина Ву и их соседи были ответственны за суп.

Поспешив туда, я обнаружил там Шелу, занимающуюся домашним очагом в одиночку.

— Хмм? Ты одна? Твоя мать ведь тоже должна быть здесь, так?

— Она пошла пробовать овощное рагу, а я уже попробовала раньше, — на лице Шелы появилась слабая улыбка. — Очень вкусно... Я чуть не заплакала от радости.

— Понятно. Если надумаешь выходить замуж, позволь мне приготовить его тебе на свадьбу!

Услышав это, Шела опечалилась и покачала головой.

— Я родилась со слабым телом и, хотя уже достигла брачного возраста, я все еще не замужем. Женщина, которая не может самостоятельно принести даже бутыль воды, будет лишь проблемой в доме.

— Это неправда! Даже если ты не можешь принести бутыль воды, ты все равно можешь носить котелок. Ты можешь заниматься домашним очагом, если обладаешь такой силой рук.

Я был немного взволнован в этот момент и даже подмигнул Шеле.

— Более того, твои кулинарные способности потрясающие, ты точно будешь превосходной невестой! Когда мужчины поймут суть вкусной еды, они не смогут перестать смотреть на тебя.

— Вовсе нет... — Шела покраснела.

В этот момент вернулась ее мать.

— Овощное рагу почти закончилось. Шела, нам пора идти.

— Да.

Спокойная мать и слабая дочь вместе понесли металлический котелок с помощью палки крили.

Когда они ушли, я зашел в дом по соседству.

Остальной суп должен был находиться здесь.

Войдя в кухонную комнату, я понял, что кто-то уже вынес его. Печь была затушена, и на ней стоял только один большой котел с пятнами рагу. И... там одиноко стояла девушка.

Это была Вена Ву.

— Асута... — она широко распахнула свои привлекательные, но слегка понурые глаза.

Вена тоже была в праздничном наряде.

На ней была полупрозрачная вуаль, а талия была прикрыта такой же тонкой тканью... Даже в обычное время ее волосы, руки и ноги были украшены более экстравагантно, чем у других женщин, а сейчас украшений было еще больше.

Ее каштановые волосы были распущены и оплетали правое плечо, делая ее еще более сексуальной.

Но мне нельзя было сегодня попадать в ловушку ее красоты!

— Значит, суп уже унесли отсюда на площадь? Хорошо, тогда мне нужно проследить за другой работой.

Я повернулся на выход.

— Погоди! — раздался крик Вены позади меня.

Это был первый раз, когда я услышал, как она повышает голос. В такой необычной ситуации я не мог не остановиться и повернулся, чтобы посмотреть на нее.

Вена опустила плечи, как ребенок, а затем сказала с опущенной головой:

— Асута... Ты злишься...?

— Хмм? Почему я должен злиться?

— Я... разлила суп...

— А, ты об этом? Все хорошо, новый котелок супа был приготовлена вовремя. Это просто ерунда, я рад, что ты не пострадала.

— ... Ты не злишься... — она подняла глаза на меня.

Так как я не понимал, когда она флиртует, а когда говорит серьезно, я на самом деле не знал, как с ней обходиться.

— Я не злюсь... Вместо таких мелких проблем, лучше бы наслаждалась пиршеством. Ты отвечала за раздачу овощного рагу, верно? В таком случае, у тебя сейчас нет никакой работы?

— Я ненавижу пиршества... Много мужчин делают мне предложения...

И ты можешь принять одно из них!

Я хотел сказать это, но чувствовал, что это только все усложнит, так что промолчал.

— Ладно, тогда я пойду.

— Погоди! — она снова повысила голос.

Вена обняла себя руками и съежилась.

— Эмм... Я хочу уйти из этого дома... Но мне нравится моя семья...

— Что?

Что она сказала?

Мне пора было идти в следующее место.

— Я действительно люблю свою семью больше, чем кого-либо еще... Я люблю их всех... И я надеюсь, что они будут счастливы...

— О чем ты говоришь?

— Я не хочу ненавидеть свою семью...

Дальнейшие действия Вены меня снова удивили.

Она опустилась на колени, обнимая себя, а потом подняла взгляд на меня, как будто умоляя:

— Пусть это будет Ай Фа... Я могу ее ненавидеть... Но если ты начнешь встречаться с ней, я попытаюсь соблазнить тебя и уничтожу все...

— Да о чем ты говоришь, черт возьми?!

— Я не хочу ненавидеть Рейну, — впервые четко сказала мне Вена. — Пожалуйста, не встречайся с Рейной... Я не хочу ненавидеть свою семью...

Я был совершенно сбит с толку.

По отношению Рейны, я мог сказать, что у нее есть какие-то чувства ко мне. Но даже если мы перейдем к этапу бракосочетания, остальные члены клана Ву не допустят этого.

Вена выглядела угрюмой, крайне отличаясь от своего обычного состояния.

Немного забеспокоившись об этом, я подбежал к ней и положил ладони на ее нежные плечи.

— Все хорошо! Я не знаю, о чем ты переживаешь, но ты не столкнешься с таким безумным будущим.

К счастью, я мог сказать это искренне, не скрывая своих чувств.

Вена подняла на меня заплаканные.

— Я не стану жениться на Рейне Ву. Поэтому тебе не нужно ее ненавидеть... Я могу тебе это пообещать.

Я крепко сжал плечи Вены и убедительно кивнул. Я уже приложил все усилия, чтобы успокоить ее.

— ... Прости, что прервала твою работу...

— Вовсе нет, пожалуйста, приступай к завершающей части, как и планировалось... Я пойду.

Чтобы избежать ее  взгляда, я побыстрее вышел из кухонной комнаты.

В моем сердце поселилось чувство вины, и это меня беспокоило.

У меня не было времени успокаивать Вену, так как мне нужно было торопиться в следующее место.

Была ли вина, которую я ощущал, связана с моей работой?

В таком случае, я мог только смириться с этим.

Думая, я оббежал вокруг площади.

Солнце уже село, я даже не успел заметить когда, и мир освещался только оранжевыми всполохами пламени.

Сидящие совсем недалеко от меня люди представлялись всего лишь черными тенями.

Я совсем не видел их лиц.

Однако они выделяли большое количество жара.

Площадка была наполнена жаром и жизнью жителей Морихена... он мог даже посоперничать с мощным церемониальным огнем.

Какой прекрасный мир.

Мир, полный жизни и энергии.

Я продолжал бежать, как будто эта потрясающая жизненная сила подталкивала меня в спину.

Моим следующим пунктом назначения был главный дом Ву.

Жених и невеста спокойно сидели на сцене напротив главного дома. Дан Лутим стоял внизу около сцены с ребрышками в обеих руках и громко смеялся.

Из всех темных фигур в тусклом освещении он был единственным человеком, в котором я не мог ошибиться.

— Вы не хотите есть? Если не хотите, то я сам съем все это!

Пожалуйста, дайте шанс всем желающим попробовать ребрышки... Я молился об этом, пока направлялся к кухонной комнате.

Следующим блюдом наконец-то был бифштекс.

— О, наконец-то ты здесь, Асута!

В кухонной комнате собралось около десятка женщин.

Это была вторая смена, которая уже насладилась пиршеством и сейчас начинала работу.

Рими была одной из них. Она стояла у входа с ребрышками в руках.

— Хи-хи, смотрите, я прямо как Дан Лутим!

— Нет-нет. Забудь об этом старике! Если ты тоже будешь так много есть, то остальным не хватит. Оставь остальным хотя бы немного!

— Вот почему я взяла самые маленькие...! Или так тоже нехорошо?

Грустное лицо Рими было прямо как у щенка. Я погладил ее по голове и сказал:

— Ты очень милая, так что все хорошо! И одежда у тебя тоже очень красивая.

— Правда? Я так рада!

Праздничный наряд маленькой девочки был точно таким же, как у взрослых. На Рими была блестящая вуаль и все виды украшений и браслетов. Она определенно была здесь самой милой.

Большие красные цветы на каждом ее виске были особенно заметны. Эти украшения очень хорошо подходили к ее к красным волосам.

— О, точно, ты не видела Ай Фа? Я не встречал ее самого начала пиршества.

— Ай Фа? Бабушка Дитто Мин, ты ее звала, да?

— Я лишь сказала ей, что старейшина ее ищет. Я тоже не видела ее после этого.

Бабушка Дитто Мин тоже была частью группы, работающей над бифштексами.

Но где спряталась Ай Фа, мой помощник и единственный напарник-партизан?

— Эмм, если ты ищешь охотницу из дома Фа, я видела, как она только что выносила стейки, — сказала невестка среднего брата Донды Ву.

— Понятно, спасибо.

Будет хорошо, если она действует по собственной инициативе без моих указаний.

Также я осознал, что носиться всюду самому и следить за всем было наиболее эффективно.

— Похоже, пора нести бифштексы. А это значит, что все съели уже половину блюд... Все происходит не слишком быстро?

— Твоя еда очень вкусная, так что все расправились с ней в мгновение ока!

— Ага, кажется, что большую ее часть съел глава дома Лутим, — весело сказали взрослые девушки.

Я хотел посмеяться вместе с ними, но, к сожалению, не мог.

— Когда бифштексы закончатся, у всех будет только по еще одному стейку. Может, нам нужно приготовить больше мяса?

— Похоже, что такого обилия еды может не хватить. И мужчины, и женщины едят с огромным удовольствием.

Было ли это тем, что называют найденной радостью в работе?

Если еды действительно не хватит, мы уже начали подготавливать дополнительное мясо для обжарки. Но у нас оставалось не так уж и много овощей и пойтана, и мы могли добавить только больше арии и тино.

— Я понял. Пожалуйста, выносите бифштексы, а я начну нарезать мясо. Я буду нарезать его тонко, так что его можно будет пожарить только на сильном огне.

— Хорошо, тогда мы пойдем, — спокойно произнесла бабушка Дитто Мин и все понесли на выход около 120 бифштексов и множество бутылок, наполненных соусом из фруктового вина.

— Ах, Рими Ву, когда будешь свободна, можешь проверить как там дела у Вены Ву?

— У сестренки Вены...? Да она всегда пьет в одиночку во время пиршеств! Ладно! Но сначала я помогу вынести бифштексы!

— Спасибо, тогда я рассчитываю на тебя.

Когда вторая смена вынесла бифштексы, кухонная комната сразу стала просторнее.

Остались только стейки, которые будут поданы последними.

Чтобы поддерживать их теплыми, я перенес их на печь и закрыл крышку, а затем зачерпнул черпаком немного воды, чтобы попить.

Я был истощен.

И невероятно возбужден.

Я немного волновался о Вене, но все остальное, кроме этого... проходило гладко.

Я не знал, какие лица были у гостей во время ужина, но я знал, что беспокоиться не о чем, просто смотря на лица женщин.

Не было никаких значительных проблем.

Мне просто нужно было еще немного упорно потрудиться, и моя работа будет выполнена.

Потянувшись, я пошел в хранилище с едой, чтобы принести еще мяса.

Интересно, наслаждаются ли Лудо и Шин Ву этим пиршеством. Я надеюсь, что Ай Фа попробовала овощное рагу.

Я взял подсвечник у входа и вошел в хранилище с едой.

Хранилище мяса должно быть дальше.

Мы использовали место в хранилище овощей, чтоб сложить на некоторое время готовую еду и сдвинули все полки к стене.

Почти все овощи с полок пропали.

Здесь оставались только запасные, на случай неудачи во время готовки, и другие ингредиенты, не используемые в сегодняшних блюдах.

Я слышал, что клан Ву и дом Лутим разделят затраты.

Укрепит ли это отношения между двумя семьями? Или только углубит пропасть? Я не понимал еще очень хорошо характеры Донды Ву и Джизы Ву, так что не мог знать.

Тем не менее... Мне просто нужно было закончить свою работу.

Размышляя об этом, я прошел в хранилище с мясом.

В следующую секунду...

Открытая дверь громко захлопнулась.

— А?

Я обернулся, и что-то маленькое и мягкое вцепилось в мою грудь.

Несмотря на то, что оно было маленьким и мягким, у него было достаточно силы.

Таким образом, я упал спиной на пол.

Положительный момент был в том, что я не опрокинулся подсвечник, когда падал.

Свет свечи... озарил возбужденное лицо Рейны.

Часть 3

— Р-Рейна Ву? Что случилось?!

Рейна в праздничном наряде сидела на мне сверху.

Она прижалась сильнее к моей груди и пристально посмотрела на меня печальными глазами.

— Асута... — выдавила она дрожащим голосом из своих изящных сексуальных губ. — Асута, у меня есть к тебе просьба...

— К-ко мне?

— Пожалуйста, стань членом клана Ву.

В ее голубых глазах, которые находились прямо передо мной, отражалась предельная серьезность.

— Пожалуйста, покинь дом Фа и стань членом клана Ву... Пожалуйста, стань частью нашей семьи!

— П-почему ты так внезапно говоришь об этом? Донда Ву и Джиза Ву ни за что не допустят этого.

— Я уговорю отца и брата... Если я нормально им все объясню, они поймут.

Я совершенно так не думал.

Или скорее, я не хотел так думать.

— Но почему так внезапно? Рейна Ву, я вообще не понимаю, о чем ты думаешь.

— Я хочу быть с тобой! Я хочу, чтобы ты стал нашим родственником! Когда дом теряет свою силу, он обычно присоединяется к другому дому. Жители Морихена всегда полагаются друг на друга, чтобы выжить.

Рейна крепко взялась за футболку на моей груди.

— Отец явно признал твою силу. Когда глава клана примет решение, брат Джиза не сможет пойти против него. После этого я точно смогу убедить и его тоже!

— Это невозможно. Я не брошу Ай Фа и не стану членом клана Ву... Как я могу так поступить?

Какое выражение лица у меня прямо сейчас?

Рейна тягостно нахмурилась.

— Я уже говорила Ай Фа, что я чувствую. Ничего страшного, даже если это будет не брат Дарум, в родственных семьях есть множество неженатых мужчин! Если она сложит свой меч и решит выйти замуж... Ай Фа очаровательна, даже папа Донда хотел, чтобы она вышла замуж за кого-нибудь в главном доме. Естественно, никто не предложит обручиться дому без родственников, вроде дома Фа...

— Но Ай Фа отказала тебе, верно?

У них действительно состоялся такой разговор, надо же.

Так как дверь была закрыта, шум пиршества казался очень далеким.

После этого... мою грудь наполнили грустные эмоции.

— ... Но даже так, я все равно хочу быть с тобой, — Рейна уткнулась лицом в мою грудь. — Ай Фа сильная, невероятно сильная! Она не решится на это. Но... Ай Фа может выжить в одиночку, вот насколько она сильна!

— Ты права.

Ай Фа прожила самостоятельно последние два года.

Если бы она не встретила меня, она определенно продолжала бы свою жизнь в одиночестве.

Но...

Мы встретились.

— Ай Фа - охотница. Она выбрала охотиться на гибу и чахнуть в лесу вместо взращивания следующего поколения. В таком случае... у нее нет смысла принимать такого мужчину, как ты, верно? Родословная дома Фа закончится на ней, так почему бы тебе не стать членом клана Ву...

— Рейна Ву, — я взял ее за нежные плечи. — Спасибо за твои добрые мысли. Я благодарен тебе, что ты переживаешь о моем будущем... Но я не могу этого сделать.

Рейна удивленно подняла голову.

Я взглянул на слезы, наполняющие ее голубые глаза, и продолжил:

— Я не собираюсь покидать дом Фа. Даже если Ай Фа сможет прожить в одиночку, я не могу без нее... Прости.

— ... Но почему? Даже упрямые мужчины из родственных семей признали твою силу. Если у меня будет время убедить брата Джизу, весь клан Ву...

— Мне тоже нравятся все в клане Ву! Но я все равно хочу остаться с Ай Фа.

Я как можно мягче оттолкнул от себя тело Рейны и приподнялся.

Рейна отодвинулась мне на колени и расплакалась.

— Прости... И спасибо тебе.

Рейна Ву встала, плача.

Ее глаза пронзительно сверкнули, и она посмотрела прямо на меня.

— ... Но я не собираюсь сдаваться.

После этих слов она выбежала в дверь.

Снаружи опять донеслись шумные звуки пиршества.

Я заставил свое вдруг сильно потяжелевшее тело подняться на ноги.

Правильный ли это выбор для Рейны Ву?

Она хотела принять кого-то с сомнительным происхождением, вроде меня, в свой дом для совместной жизни.

Если бы вместо Ай Фа в самом начале меня подобрала бы Рейна... Я был бы очень рад и счастлив. Но первой в этом мне встретилась именно Ай Фа.

Я уже не мог представить свою жизнь отдельно от нее.

Я несколько раз сильно постучал себя по виску, а затем направился в хранилище с мясом.

А потом... вдруг снова остановился.

Сзади раздался женский крик.

Это голос Рейны?

Нет, несколько женщин кричали одновременно.

Там случилось что-то плохое?

Может... после подачи стейков и бифштексов, которые выглядели чуждо, мужчины все-таки потеряли самообладание и начали буйствовать?

Я больше не думал об этом ни секунды и выбежал из хранилища с едой.

Я пробежал мимо домов, вокруг сцены и оказался на площади.

Площадь была охвачена волнением.

Радостная болтовня ранее теперь была похожа как сон... все вокруг неожиданно заполнили негативные эмоции.

Все смотрели в направлении, противоположном сцене.

Там находился вход на площадь.

Дом Лей или какой-то другой из больших домов в ярости решили уйти?

Я, старательно избегая толпы на площади, побежал в сторону церемониального огня в ее центре.

В следующий момент... перед моими глазами открылась невероятная картина.

Ч-что здесь происходит...?

Мой мозг не мог принять того, что я увидел.

Что вообще здесь могло произойти, что вокруг такой беспорядок?! Я совершенно не мог себе этого представить.

Печь, ближайшая к входу, была разрушена.

Бифштексы и жареные овощи, которые были на ней, оказались разбросаны вокруг по земле.

И затем...

Я заметил в руинах разрушенной печи огромную тушу мертвой гибы.

Это была массивная гиба, весом около сотни килограммов.

Но, видимо, она была довольно старой, ее мех потерял свой блеск, а один из рогов был сломан.

Несколько деревянных копий проткнули ее массивное тело.

Большое количество крови испачкало ее темно-коричневую шкуру, издавая ужасную вонь.

Так как огонь в печи еще не полностью потух, мех на голове занялся пламенем и покрылся черной копотью.

Дикая гиба, кровь и подожженный мех... площадь заполнилась этой вонью, как будто кто-то со злым умыслом запятнал ночь благословений.

На праздник порвалась дикая гиба и была убита охотниками?

Конечно, гибы отличаются особой свирепостью, но они пугливые и нападают только на тех людей, которые находятся в непосредственной близости. Естественно, завидев человека издалека, они предпочитают сбежать.

Маловероятно, чтобы она ворвалась на площадь с более чем сотней людей и врезалась в печь с пылающим в ней огнем.

Я был озадачен, но понимал, что мой ход мыслей вел в верном направлении.

Потому что под тушей гибы я заметил плоский кусок доски.

На доске были рукоятки, сделанные из лиан.

Это была тяговая доска, используемая для транспортировки металлических котлов и тяжелых бутылей с водой.

Гиба умерла не здесь, кто-то принес ее тушу сюда и бросил в печь.

Кто-то совершил это со злым умыслом...

— В чем дело? Такое радостное событие, почему вы все такие тихие? — раздался гнусный мужской голос.

Назойливый звук исходил от юноши.

Он звучал знакомо... низкий тон и невнятная речь.

Я медленно поднял свой взгляд.

По ту сторону темного дыма... стояло трое мужчин.

Один из них был высоким и крепким юношей.

У него были голубые глаза и очень коротко подстриженные темно-коричневые волосы. Кроме высокого роста, у него не было никаких заметных особенностей.

Другой юноша был немного пониже.

Может, его телосложение и  было поменьше, но его тело было полно мускулов, а выражение его примитивного лица напоминало морду каменного льва. У него были глаза с блеском дикой собаки и растрепанные волосы темно-коричневого цвета, как и у его товарищей.

Что касается последнего человека... Его тело было таким же большим, как у Донды Ву и Дана Лутима, похожее на мясной воздушный шар.

Учитывая его рост почти в два метра, насколько он был тяжелым? Я бы не удивился, если бы он весил 200кг. У него были пухлые руки, ноги, живот и лицо. Учитывая то, каким он был круглым, он мог двигаться быстрее, если бы катился, а не ходил.

Его волосы очень сильно поредели, и остались только кучерявые черные пряди около ушей… вот только его круглое лицо казалось каким-то детским, так что он выглядел немного противно.

Я впервые встретил этого мужчину, похожего на мясной воздушный шар, но других двух парней я помнил.

Один из них был наследником клана Тсун, которого я встретил месяц назад — Дига Тсун.

Другой был вторым сыном клана Тсун, с которым я столкнулся семь дней назад, Доддо Тсун.

Никаких сомнений, это были люди из клана Тсун, управляющего Морихеном.

— ... Где главы домов? Где прячутся Дан из дома Лутим и Донда из клана Ву? Главный дом Тсун здесь, чтобы выразить свои поздравления, а главы домов даже не собираются поприветствовать нас?! А?!

Назойливый голос Диги Тсуна эхом разнесся по площади, смешавшись с вонью.

Эти парни... были в стельку пьяны.

Старший и средний сыновья держали бутылки с фруктовым вином.

— Вы не рады благословению, которое мы преподнесли?! Мы принесли такую огромную гибу, это же безупречный подарок, разве не так? У нее два клыка и рог, а?! Это благословение от старшего сына Диги Тсуна, среднего сына Доддо Тсуна и младшего сына Миды Тсуна из главного дома клана Тсун для дома Лутим, так что примите его c благодарностью в сердце!

Младший сын... Он только что сказал "младший сын"?

Значит, этот мясной воздушный шар был самым младшим. Даже старший Дига Тсун выглядел моложе двадцати.

Нет... Это было не важно.

Я сжал свой кулак и осмотрел людей вокруг меня.

Женщины нервничали.

Мужчины... были в ярости.

У всех мужчин был охотничий взгляд, и они заняли соответствующую стойку. Если случится что-то еще, они мгновенно обнажат клинки.

Это была естественная реакция.

В конце концов, мужчины из клана Тсун испортили пиршество их родственников.

Гордые охотники не позволят никому врываться на праздник таким презренным образом, даже если это подлые люди родом из главного клана Морихена.

Но пока что никто из них не двигался.

Звук скрежетания их зубов был таким сильным, что его можно было услышать. Они так яростно сжали свои кулаки, что кровь почти вырывалась наружу, пока их гнев понемногу возрастал.

Я слышал об этом... Если кто-то открыто выступит против главного клана Тсун, это приведет к гражданской войне, которая разделит Морихен пополам, и жители могут потерять свои жизни.

Вот почему никто открыто не возражал против этого?

Донда Ву и Дан Лутим тоже кипели от злости в углу площади?

Но я не мог стоять молча.

Поскольку я был не из клана Ву или дома Лутим, я думал, что имею право противостоять им.

Я обошел тушу гибы сквозь дым и встретился с этими мужчинами.

В следующий момент в глазах двух из этих трех парней зажегся пылкий огонь.

Но их взгляд все равно остался мутным.

— Парни, чего вам здесь надо?! — бросил я им.

Их глаза стали еще более свирепыми.

— Я не слышал, что здесь будут какие-то другие гости! Я рассчитывал обеспечить едой только главный дом Ву и сотню с лишним родственников дома Лутим. Мне не сказали ни о каких прибавлениях в последние минуты!

— Чужак... Ты чужеземец, сидящий на шее у дома Фа! — Дига Тсун сделал шаг вперед.

У него на поясе была привязана сабля, но мы находились достаточно далеко друг от друга, чтобы он мог меня достать, даже если бы решил атаковать... ну, или хотя бы я так думал.

— Члены клана Ву! Члены дома Лутим! Что здесь происходит, вы принимаете этого чужака на своем пиршестве, но не пригласили клан Тсун?! Восемьдесят дет назад дом Мин тоже был родственным домом клана Тсун! Если вы приглашаете чужаков, то у клана Тсун тоже есть право отправить свои благословения!

— Пожалуйста, обсуждайте это с главами клана Ву и дома Лутим! Я отвечаю за домашний очаг на этом пиршестве в обмен на оплату! Я никому не позволю мешать моей работе!

Я попытался передать инициативу Дану Лутиму и остальным.

Поскольку эти подлые люди были виноваты, я подобающе и логично упрекнул их, надеясь на то, что преимущество в ситуации перейдет на нашу сторону. Вот какой план был в моей голове! Но я не мог не высказать свои мысли, превращая ярость в своем сердце в слова и выбрасывая их наружу.

Я указал на презренную тушу гибы.

— Уберите тушу гибы сейчас же! Мы поговорим после того, как закончите! Вы можете наслаждаться мясом гибы, смотря на ее тушу? Вы можете с удовольствием есть суп из гибы, когда вокруг такая вонь?! Я не допущу этого на пиршестве, которым я управляю! Уберите эту гибу отсюда немедленно!

— Ты, щенок...!

— После этого, если вы получите разрешение от главы дома Лутим, я подам вам еду. Но я не могу восстановить еду, которую вы испортили! Если вы и дальше будете мешать моей работе, я буду требовать компенсации у клана Тсун!

Все тело Диги Тсуна затряслось.

Доддо Тсун, стоящий рядом с ним... обнажил свой клинок.

Женский крик прокатился по толпе.

— Идиот! Как ты смеешь доставать свою саблю на пиршестве! — холодный твердый голос разрезал крики женщин.

Сила в этом голосе поразила этого слабоумного сына клана Тсун и меня, полного гордости и гнева...

Голос Ай Фа эхом пронесся по всей площади.

— Я и член моей семьи Асута посетили это пиршество из-за сделки, совершенной со старшим сыном дома Лутим, Касланом Лутимом! Чужаки не имеют права осуждать это! Я оставлю главе дома Лутим разбираться с вами... но я не позволю вам доставать свой клинок против члена дома Фа!

Ай Фа крепким шагом вышла вперед из темного угла.

Она подняла свою голову и решительно выпятила грудь, взглянув горящими глазами на незваных гостей... одетая в изысканный праздничный наряд.

Часть 4

Ай Фа...

Ее светлые локоны мягко ниспадали до самой талии.

На ее голове была вуаль, которая мерцала, словно драгоценность, с цветами и ягодами, украшающими ее волосы.

На ее шее, руках и лодыжках были украшения, сделанные из ягод и металла, а на бедрах покачивался кусочек тонкой прозрачной фиолетовой ткани.

Она была в праздничном наряде, как и остальные женщины.

И хотя даже она была одета точно так же, как они... Ай Фа была более обаятельной и прекрасной, чем все остальные. Как минимум, так она выглядела в моих глазах.

Единственным ее отличием от остальных женщин был клинок в ножнах в ее руках и решительное выражение лица храброго охотника.

— Ай Фа... Давненько я тебя не видел... — Дига Тсун сдержал своего младшего брата, который выхватил свой клинок, а затем повернулся к Ай Фа. — Что случилось, ты одета, как женщина... Ты наконец-то обдумываешь замужество...?

В мутных глазах Диги Тсуна появился проблеск недовольства. Его расслабленное лицо растянулось в презрительной улыбке.

Когда я увидел это выражение, в котором отчетливо скрывались дурные намерения... я почти утратил спокойствие от гнева и захотел наброситься на него.

Не... смотри на Ай Фа своими мутными глазами!

Этот парень не только навредил моей работе, но еще собирался опозорить дорогого мне человека?

Ай Фа сохраняла необычайное спокойствие перед этими ненавистными взглядами, совершенно отличаясь от меня.

— Хмпф! Другим присутствующим может быть неприятно, если незамужняя женщина будет не в праздничном наряде. Услышав этот совет, мне пришлось надеть эту вуаль. Старший сын клана Тсун, после того, как я бросила тебя в ледяную реку два года назад, ты очень хорошо должен знать, что мне не нужен муж.

— Да что ты...!

— Довольно болтовни, спрячь свой клинок! Вторгся на пиршество без всякого приглашения, нарушил общественный порядок и попытался нанести вред другому человеку. Это то, что должен делать сын главного клана? Ты должен подавать пример жителям Морихена!

Дига Тсун и Доддо Тсун взволнованно взглянули на Ай Фа.

Младший брат, похожий на мясной воздушный шарик, стоял рядом с ними, но его взгляд был направлен куда-то в другом направлении. Затем он совершенно неожиданно произнес своим странным голосом:

— Эй, что-то хорошо пахнет... Мида голоден...

Его голос был тонким и пронзительным, как у ребенка.

Обычно, чем больше тело, тем ниже голос. А он был настолько толстым, что у него гортань сжалась?

Весь его вид демонстрировал, как сильно пал клан Тсун.

— Заткнись! Ты, умственно отсталый ребенок!

Младший брат грустно замолчал после того, как его брат накричал на него.

Это мог быть хороший шанс, так что я решил проверить реакцию всех троих:

— Поскольку вы утверждаете, что вы здесь для того, чтобы подарить свои благословения этой свадьбе, то спрячьте свои клинки в ножны и займитесь этой гибой. Если вы получите разрешение от главы дома Лутим, я приготовлю еду для вас...

— Да кто им позволит?! — ответил вместо них кто-то другой.

Мужчина, испускающий желание убийства, подошел ко мне сзади.

Я обернулся и обнаружил... Дана Лутим и Донду Ву.

Дан Лутим все еще сжимал большое ребрышко в своей руке, а на его лысой голове выпирали вены.

У Донды Ву в руке была бутылка фруктового вина, и на его грубом лице играла хищная улыбка.

Огонь горел в глазах у обоих.

Оба главы были более яростны, чем кто-либо еще из присутствующих.

— Вы, щенки... как вы посмели осквернить свадьбу моего сына?!

Не учитывая Донду Ву, это был первый раз, когда я видел этого дядьку из дома Лутим таким разгневанным.

Его круглые глаза были так широко открыты, что почти вылезали из орбит, а его толстые брови поднялись высоко.

Широкие мышцы на его лице дрожали, в открытом рту можно было увидеть белые зубы, а на виске пульсировала толстая вена.

По сравнению с нынешним его состояниям, его гнев на меня в прошлом был больше похож на тот, когда ругают щенка, который помочился в неправильном месте. Прямо сейчас он действительно напоминал арабского демонического бога.

Смогут ли люди из клана Тсун сохранить спокойствие, увидев ярость главы дома Лутим? Когда я перевел свой взгляд обратно перед собой...

Дига Тсун заворожено стоял с бледным лицом.

Доддо Тсун крепко вцепился в свой клинок дрожащими руками.

А Мида Тсун... Казалось, ему безразлично.

— Кто захочет принимать благословения от жалких людей, вроде вас?! Кто, черт возьми, будет угощать вас, подлецов, вкуснейшей едой!

Пока Дан Лутим кричал, он откусил ребрышко в своей руке и выбросил объеденную кость на землю.

Донда Ву тоже сделал широкий шаг вперед.

— Сопляки из клана Тсун... Вы думаете, что вы, ничтожества, можете быть нам соперниками? Если вы хотите насмехаться над кланом Ву и домом Лутим, то приведите главу вашего клана и всех мужчин с собой!

Его рык был подобен удару грома.

За ним я едва услышал резкий вопль Диги Тсуна.

— Эта гиба так стара, что ее мясо вообще несъедобно! Кому нужны такие благословения от сопляков, вроде вас?!

Дан Лутим шагнул вперед и схватил за мех гибу в печи.

В следующую секунду произошло нечто невероятное...

Дан Лутим поднял массивную гибу, которая весила почти сотню килограмм, над головой своими медвежьими руками.

Эта гиба, возможно, была примерно такого же веса, как и Дан Лутим, его грубая сила была невероятной.

— Оу, оохх! — Дига Тсун начал отступать.

Доддо Тсун, кажется, хотел сбежать.

Даже Мида Тсун воскликнул: "Охх".

— Убирайтесь! — Дан Лутим бросил гибу на землю.

— Оохх!

Дига Тсун и компания схватились за голову и понеслись прочь.

Несчастная туша гибы покатилась по земле им вслед.

Дига Тсун и его братья уже растворились в ночи.

— Кучка дебилов!

Громкие аплодисменты заглушили крик Дана Лутима...

Оглушительные аплодисменты... доказали, как сильно они ненавидят клан Тсун, потому что обычно они старались сдерживать свои взбудораженные эмоции.

— Дан Лутим... простите, что действовал слишком необдуманно.

Я снял полотенце, обернутое вокруг головы, и поклонился Дану Лутиму.

Его лицо демонического бога моментально превратилось в мягкую улыбку.

—Асута, что вы такое говорите?! Я просто не мог двигаться какое-то время, потому что был так взбешен, что не мог дышать! Вы сказали то, что я думал в тот момент, и это то, что помогло мне вернуться в чувства!

Он только что... назвал меня на вы?

Когда я это осознал, Ай Фа уже стояла рядом со мной.

У нее было обычное холодное выражение лица.

Но ее наряд был совершенно другим.

— Эти сопляки пришли сюда только потому, что алкоголь ударил им в голову. Если бы их действия были одобрены главой клана, они бы привели с собой мужчин из родственных семей.

В глазах Донды Ву все еще пылали следы гнева, и он приговорил свою бутылку фруктового вина на одном дыхании.

— Эй! Верните эту старую гибу в лес! Мунто сотрут ошибки этих сопляков.

Несколько мужчин кивнули и устремились к несчастной гибе.

Увидев это, брови Дана Лутима печально опустились.

— Ааа, я сочувствую ей. Если ты снова переродишься в гибу, в следующий раз я тебя съем, как и полагается!

Я не мог сделать ничего другого, кроме как засмеяться. Дан Лутим повернулся ко мне и сказал:

—Асута! Теперь, когда я выпустил свой гнев, я голоден! Следующее блюдо уже готово?

Когда его большие руки почти схватили мое плечо, я быстро отступил.

—Руки! Пожалуйста, помойте руки! Вы только что держались за шкуру гибы! Не надо брать ребрышки грязными руками!

— Все ребрышки закончились. Асута, есть еще?

Дан Лутим надул свои толстые губы.

Его лицо приняло выражение капризного ребенка.

— Если еще что-то осталось, я их пожарю. Так что, пожалуйста, помойте руки и подождите... Ну что ж, тогда у меня все еще работа, которую нужно сделать!

— Хорошо! Спасибо вам, Асута!

Я посмотрел на Ай Фа.

Ай Фа кивнула, развернулась и сказала:

— Я позабочусь о разрушенной печи.

Я посмотрел на ее длинные светлые волосы и ее прекрасную фигуру, обернутую в полупрозрачную ткань и... побежал в кухонную комнату.

◇◆◇

Прошло время, и пиршество наконец-то достигло своей кульминации.

Все это время жених и невеста сидели на сцене и наблюдали за праздником. И сейчас, в сопровождении старейшин из домов Лутим и Мин, они спустились со сцены.

Старейшины провели обоих к печи, возведенной напротив сцены.

Джиба Ву держала Вену за руку и ждала их.

Пара опустилась на колени перед Джибой Ву, жених положил руку на свое правое плечо, а невеста - на левое, и они вдвоем поклонились.

В печи горели травы. Джиба Ву дрожащими пальцами сняла травяные короны с их голов и нагрела их на дыму, исходящем из печи.

Затем она надела корону жениха на невесту, а корону невесты на жениха.

После этого они вдвоем медленно поднялись, а Джиба Ву сняла клык и рог со своего ожерелья и одарила каждого из них.

— Я дарю мои благословения вам обоим... Сегодня Эма Мин станет женой Каслана Лутима из дома Лутим и обретет имя Эма Мин Лутим. Это укрепит связи между домами Мин и Лутим и направит Морихен на путь великой силы и процветания...

— Лес дарует Эму Мин Лутим Каслану Лутиму.

— Лес дарует Каслана Лутима Эме Мин Лутим.

Все их родственники снова взорвались аплодисментами.

Женщины из родственного дома Ву пронесли металлический котелок через оживленную толпу и поставили его на печь, в которой горели травы. В нем был еще не приготовленный бифштекс — кусок, оставленный специально для пары.

Женщины быстро добавили дров и развели в печи мощный огонь. Даже описания "сильный огонь" было недостаточно, чтоб описать это пламя.

После этого женщины взяли Джибу Ву за руки и сделали шаг назад.

В этот раз вперед вышла Вена.

Согласно обычаю, самая взрослая незамужняя женщина из всех родственных домов должна была подать это мясо невесте, что символизировало первый кусок мяса, который съест невеста после смены своей фамилии.

Вена встала перед печью, взяла небольшую бутылку фруктового вина, висящую у нее на поясе, и быстро вылила содержимое в котелок.

В следующее мгновение яркое красное пламя взвилось в воздух, а затем бесследно пропало.

— Оохх... — воскликнула вся родня.

Вена сделала шаг назад и элегантно указала на котелок.

Женщины переложили половину дров, чтобы отрегулировать огонь.

Жених и невеста подошли к печи, взяли длинные вилки у женщин и с любопытством посмотрели на бифштекс.

И в тот момент, когда невеста положила в рот кусочек мяса, моя работа была официально выполнена.

Глава 6: Конец пиршества

Глава 6

Конец пиршества

— А вот и оно, последнее блюдо сегодняшнего вечера!

Дополнительное жареное мясо было подано празднующим на площади.

Сколько же мяса все сегодня съели? Я уже сбился со счета, а мужчины и женщины всё продолжали веселиться.

Я стоял со стороны главного дома Ву, наблюдая за сценой, и обратился к девушке, стоявшей рядом со мной:

— ... Лала Ву, а ты почему не ешь?

— Нет, мне хватит. Если съем слишком много — поправлюсь.

Думаю, ей бы это не помешало. По сравнению со своими двумя старшими сестрами, она была слишком худой.

Лале было двенадцать и, судя по ее телосложению, она, вероятно, вырастет довольно высокой. Через несколько лет она несомненно станет очаровательной девушкой, способной посоперничать в красоте со своими сестрами.

— Ох, а огонь во время последней части был таким ярким! Что это было?

— Это крепкий ликер, а не обычное фруктовое вино. Если его поджечь, он горит!

И это, конечно, был тот самый подарок  Камии Ёста.

Я не придумал другого способа его использовать, поэтому решил с его помощью оживить заключительную часть пиршества.

— Да ладно? — равнодушно произнесла Лала, закрыв глаза: — Эма Мин Лутим выглядит такой красавицей. А свадебное платье у нее просто потрясающее.

— Ты права. Я тоже удивлен... Но, Лала Ву, твой наряд тоже красивый.

Лала, конечно, тоже была в праздничной одежде.

Может, она и маленькая, но когда распускает волосы, то выглядит очень женственно.

Я осторожно избегал комплиментов по поводу ее внешности и даже одежды, но она все равно сильно ударила меня в спину кулаком.

Сильная боль пронзила мое изнуренное тело.

— Больно... Так ты искала меня?

— Хмм? Просто... Ты видел Шина Ву?

— Шина Ву? Я не знаю, должно быть, он где-нибудь отирается вместе с Лудо Ву.

— Лудо сейчас с остальными моими братьями. Странно, я только что видела его с Шелой Ву.

Это бесполезно, все-таки на пиршестве было более сотни людей.

Даже закончив свою работу, я все еще не встретился с Ай Фа.

— Эй, Асута, спасибо за твою тяжелую работу! Тебе нужно было не только отвечать за домашний очаг, но еще и пришлось иметь дело с идиотами из клана Тсун. Это, должно быть, утомительно, да?

Легок на помине. Внезапно перед нами появился Лудо.

— Если бы рядом со мной не было брата Джизы, я бы самостоятельно избил их всех! Ладно, забудем об этом, все-таки это пиршество дома Лутим, мы должны проявить немного уважения к отцу дома Лутим.

— Лудо, грубиян, не создавай проблем! Тебе лучше не связываться с кланом Тсун.

— Помолчи, пацанка... Итак? Что это вы двое тут делаете? Асута, ты все же хочешь взять себе в жены это существо неопределенного пола?

Когда разъяренная Лала хотела врезать по мордасам Лудо, тот ловко увернулся.

— Не деритесь, это же свадьба... Лудо Ву, ты не видел Шина Ву?

— Шина Ву? А, он в пустом доме, в котором вы сейчас остановились.

Сказав это, Лудо немного грустно нахмурился и продолжил:

— Кстати говоря, Ай Фа тоже с ним... Черт, надеюсь, Шин Ву не скажет ничего лишнего!

Лишнего?

Я нашел недостающий кусочек головоломки в своем уставшем разуме.

— Что ты имеешь в виду? На что ты подстрекал Шина Ву? Кстати, о чем он вообще хочет поговорить с Ай Фа?

— Заткнись, тебя это не касается, — Лудо посмотрел на меня.

Я кивнул и оттолкнулся плечами от стены, на которую опирался.

— Лала Ву, пойдем посмотрим.

— Хмм? Ну ладно... — неуверенно ответила Лала.

Я взял ее за руку и пошел на площадь.

— Эй, что случилось? Что происходит между Шином Ву и Ай Фа?

— Да не знаю я! Я не слишком хорошо знаком с Шином Ву. Пожалуйста, помоги мне поговорить с ним.

Я повел озадаченную Лалу через толпу, направляясь к пустому дому.

Все выглядели очень довольными.

После окончания пиршества я наконец-то смог увидеть лицо каждого человека.

Мужчины, которые всегда были серьезными, сейчас улыбались с красными лицами.

Мясо и вино, семья и родственники, оранжевые горящие огни, мужественный жених и прекрасная невеста... Для них было достаточно поводов расслабиться.

Я был счастлив принимать  участие в этом празднике.

Я был горд за окончание своей работы.

В этом мире только Ай Фа могла разделить со мной эти ощущения.

— Ах... — воскликнула Лала.

На площади было светло, но в пустом доме царил полумрак, и никого не было видно. Силуэты Ай Фа и Шина Ву появились позади пустого дома.

Фигура Шина Ву смешалась с толпой и осталась только Ай Фа.

— Шин! Шин Ву! — Лала вырвалась из моей руки и побежала в толпу.

А я естественно подошел к Ай Фа.

— Асута... — Ай Фа широко раскрыла глаза от удивления. — В чем дело? Что-то случилось?

— Нет, все в порядке.

Я остановился перед ней.

В следующий момент мое правое колено согнулось.

Прежде чем я упал, сильные руки Ай Фа поддержали меня.

— Что-то не так? Ты плохо себя чувствуешь?

— Нет... Я просто очень устал. В конце концов, я съел только несколько случайных кусочков.

— Дурак, ты не ел как следует, несмотря на то, что должен был выполнить так много работы? — сердито сказала Ай Фа, а затем помогла мне опереться на стену, подведя к ней. — Подожди здесь, я принесу немного мяса.

— Нет, все хорошо. Пока нельзя, — я тревожно схватил Ай Фа за руку. — Работа наконец-то выполнена, дай насладиться моментом еще немного.

После этих слов я медленно сполз и сел на землю.

Ай Фа выглядела немного взволнованной, но все-таки решила сесть рядом со мной.

Но она не оперлась на одно колено, как делает обычно, а села, скрестив ноги.

— Ай Фа, так как ты уже переоделась, было бы хорошо, если бы ты вела себя более женственно.

— Даже ты говоришь такие странные вещи. Я надела это только потому, что бабушка Джиба очень настаивала, — Ай Фа тонкими пальцами сбросила свою вуаль. — Может, я и женщина, но я все еще глава дома Фа и охотник. Остальные просто посчитают забавным, если я одену это.

— Это неправда! Может, ты глава дома и охотник, но ты еще и женщина.

Видя ее грусть, я улыбнулся:

— Этот наряд очень идет тебе. И это не просто слова, ты сегодня действительно потрясающе красива!

Щеки Ай Фа не покраснели. Она выглядела так, словно чем-то подавилась.

Наконец она удивленно ответила:

— Не говори таких нелепых вещей!

Она бросила взгляд в сторону площади, на которой гуляние было в самом разгаре.

— ... Твоя работа выполнена.

— Да.

— Я не знаю, что может принести будущее, но ты выполнил свою работу.

— Угу.

— Асута, вот в чем твоя сила.

Взгляд Ай Фа был отрешенным.

Как странно.

До сих пор она вела себя нормально. Но сейчас ее сущность находилась где-то очень далеко отсюда.

— Асута.

— Хм?

— Ты должен остаться в доме Лутим.

Я уставился на ее профиль.

Ай Фа все равно даже не посмотрела в мою сторону.

— Каслан Лутим признал твою силу. Даже Дан Лутим это признал. Они могут не позволить тебе жениться в их главном доме, но точно так же, как ты живешь в моем доме, они радушно примут тебя в дом Лутим, даже если ты не их кровный родственник.

— Эй!

— Когда твои связи с ними укрепятся, может быть они позволят тебе жениться в родственном доме. И тогда у тебя будет жилье в Морихене...

— О чем ты говоришь? Почему ты так неожиданно? — надавил я на нее, чтобы получить ответы.

Ай Фа все еще не смотрела на меня.

— ... Ответь сначала ты мне, почему ты живешь в доме Фа?

— Ты еще спрашиваешь об этом...?

— Дом Фа не такой обеспеченный, как дом Ву или дом Лутим. И я не хочу есть такую роскошную еду. Ты можешь использовать только арии, пойтаны, гибу и всего лишь немного овощей в качестве ингредиентов и готовить еду для двоих... Разве этого достаточно, чтобы ты был доволен?

— Я очень доволен. Я готовлю для тебя не как для клиента, а как для члена семьи. Я — хранитель очага дома Фа!  Моя работа в том и состоит, чтобы готовить еду с ограниченными запасами.

— И тебя это устраивает?

— Да, — ответил я без колебаний. — Меня радует работа повара. Я доволен, воодушевлен и счастлив. Но я хочу отвечать за домашний очаг дома Фа, а не клана Ву или дома Лутим. Я очень хочу, чтобы ты была единственной, кто пробует мою еду.

— ......

— Может, и найдется другой безумец, который захочет, чтобы я управлял его домашним очагом на один вечер. Я с радостью приму такую работу. И надеюсь сохранить это ожидание в мыслях, продолжая готовить для дома Фа.

— Но... — Ай Фа посмотрела куда-то вдаль и тихо пробормотала: — Я сегодня снова разругалась с кланом Тсун.

— Я тоже.

— Я достаточно сильна, чтобы защитить себя! Но когда я уйду в лес, то буду не в силах защитить тебя, пока ты будешь один дома.

— В таком случае...

— Но дом Лутим и клан Ву смогут защитить тебя! Даже если клан Тсун начнет создавать неприятности, как сегодня например, у них кишка тонка, чтобы столкнуться с кланом Ву и домом Лутим напрямую.

— ......

— Асута, тебе слишком опасно оставаться в доме Фа.

— ... Ты так считаешь? Но ведь сейчас уже слишком поздно для этого, не так ли? Мы уже столкнулись с Доддо Тсуном семь дней назад. Почему ты говоришь об этом только сейчас? — я снова надавил на нее.

Но она не колебалась.

—— ...С того дня ты находился в поселении Ву.

— Ты права. Но сегодня утром ты сказала, что "мы завтра вернемся к нашей обычной жизни", так почему сейчас ты говоришь все это?

— ... Мы сегодня снова увеличили взаимную злобу с кланом Тсун. А ты показал свои способности дому Лутим.

— И это все?

— ... Кое-кто сказал мне, что ты не хочешь оставаться в доме Фа.

— Это была Рейна Ву?

— ......

— Я так и думал. Я должен быть ей благодарен, что она беспокоится обо мне, но...

Печальное лицо Рейны промелькнуло в моих мыслях.

— Это она так считает, не я! Я просто хочу вести себя исходя из того, что мы с тобой думаем.

— ......

— Я уже принял решение и хочу остаться в доме Фа! Но если ты этим недовольна и хочешь прогнать меня, то я уйду.

— ... Если я скажу тебе проваливать, ты сделаешь это?

Я сердито взял Ай Фа за плечо и заставил повернуться ко мне.

Ай Фа могла отмахнуться от моих рук, но она не сопротивлялась.

Ее голубые глаза наконец-то взглянули на меня.

— Я хочу остаться рядом с тобой! Пока ты не устанешь от меня, я не хочу уходить. Если ты хочешь прогнать меня, то можешь попробовать изо всех своих сил. Хотя у тебя этих сил побольше, чем у меня...

— …...

— Ты говорила, что не хочешь, чтобы я исчез, это была ложь?

Огонь загорелся в глазах Ай Фа.

— Я не хочу, чтобы ты исчез или чтобы оказался в опасности. Вот почему я прошу тебя стать членом дома Лутим.

— Вот как? Даже если ты так думаешь, я все равно хочу остаться рядом с тобой. Если... клан Тсун станет реальной опасностью, мы что-нибудь придумаем. В худшем случае мы можем попросить Камию Ёста о помощи.

— ... Этот мужчина — житель Каменной Столицы.

— Если ты не хочешь, то я откажусь от этой задумки. Тогда я преклонюсь перед кланом Ву и домом Лутим и попрошу их о защите... Я готов зайти так далеко, чтобы не оставлять тебя.

Огонь в глазах Ай Фа начал слабеть.

Она злилась? Или появились какие-то другие эмоции, которые она не могла понять?

Несмотря на то, что она была женщиной, у нее была аура охотника.

Охотница Ай Фа была уникальным созданием в Морихене.

А я...

— ... Почему Шин Ву тебя искал?

— Что?

— Ты же говорила с ним только что, не так ли? Он спрашивал тебя о "жертвенном стиле охоты"? Чтобы прокормить пятерых членов своей семьи, он тоже хочет использовать "жертвенный стиль охоты"... Он искал тебя, чтобы обсудить это?

— ......

— Ай Фа, что ты ответила ему?

— ... Я сказала ему, что "жертвенный стиль охоты" слишком опасен. Если он погибнет в лесу, то кто защитит пятерых членов его семьи?

— Понятно. Но я ведь тоже твоя семья, да? Этот сладкий аромат фрукта на тебе привлекает гибу?

Лицо Ай Фа немного побледнело.

Несмотря на свое волнение, она все равно смущалась, когда я упоминал ее запах.

Он мне нравился...

Сладкий аромат фрукта, привлекающий гибу.

Освежающий аромат трав.

Яркий запах листьев пико.

Мягкий аромат фрукта крили.

Восхитительный запах мяса.

Все эти запахи объединялись в один общий аромат... и он мне нравился.

Это был уникальный запах Ай Фа.

Уникальный аромат девушки, которая взяла на себя и мужскую, и женскую работу.

Только у нее одной был такой запах, объединяющий в себе лес и дом.

— Не делай ничего настолько опасного ради охоты... Ай Фа, ты же не хочешь, чтобы кто-то поучал тебя этим.

— ......

— То же самое и со мной. Я не хочу, чтобы кто-то поучал меня тем, что мне опасно управлять домашним очагом дома Фа.

Слова Лудо эхом разнеслись в моих мыслях.

... Не беспокойся о ней, наоборот, уважай ее.

Ай Фа так сильно хотела охотиться на гибу, что прибегала к такому опасному способу.

Чтобы жить в Морихене... нужно жить, как охотник.

Если она перестанет использовать "жертвенный стиль охоты", то ей придется отказаться от своей личности охотника. И выйти замуж за мужчину из другого дома, как простая женщина.

Если Ай Фа хочет отказаться от этой судьбы и продолжать жить, как охотник...

Если благодаря этому она может стать сильнее, благороднее и грациознее…

Тогда я не буду отвергать ее выбор.

Ай Фа покорила меня именно тем, что была таким человеком.

У не был запах леса и дома, обладающий стойкостью охотника и нежностью юной девушки. Я захотел остаться рядом с ней из-за того, что она была таким человеком.

— Я подумаю о том, как разобраться с кланом Тсун. Ай Фа, позволь мне остаться с тобой. Я хочу быть с тобой.

Ай Фа затихла на мгновение.

Она посмотрела на меня с таким мощным светом в глазах, как будто проверяла мои намерения.

Спустя неизвестно сколько времени...

Она отвернулась и пробубнила: "Делай, что хочешь".

И надула губы.

Ее щеки все еще были немного красными.

Она наконец вернулась в свое обычное состояние.

В этот момент перед нами появилась крупная фигура, сопровождаемая резким звуком звенящего металла.

— Простите за беспокойство в такое напряженное время. Асута и Ай Фа, могу я отнять немного вашего времени?

Мужчиной перед нами был, естественно, Каслан Лутим.

Этот храбрый охотник носил накидку с головой гибы, которая молча смотрела вниз на нас.

— А, привет! Мы не заняты.

Ответив, я осознал, что все еще держу плечи Ай Фа, и поспешно убрал от нее руки.

Она отвернулась с покрасневшим лицом и надутыми губами.

И этот парень действительно смог заговорить с нами в такой момент, он очень храбрый.

— Мои извинения. Мне трудно покинуть основное мероприятие, но я все равно пришел поприветствовать вас, хотя и немного не вовремя.

— Да все хорошо.

Я поднялся.

Ай Фа тоже встала и очень сильно ткнула меня локтем.

— Я не знаю, смогу ли увидеть вас двоих завтра, поэтому хочу отдать вашу оплату сегодня.

Он достал... клыки и рока десяти гиб.

Это, должно быть, часть благословений, которые он получил за свадьбу. Он аккуратно связал их веревкой.

— Спасибо вам за восхитительную еду! Я верю, что принял правильное решение, увидев, как счастливы мои родственники.

— Спасибо за то, что поверили в меня... И примите мои поздравления со свадьбой.

— Спасибо, — скромно улыбнулся жених. — Что касается клана Тсун... Мне жаль, что вы стали объектом их насмешек. Отец Дан и Донда Ву в ярости выхватили свои клинки, и мужчинам пришлось сдерживать их какое-то время.

— Нет, мы приняли решение из своих собственных убеждений, я лишь боюсь, что это принесет проблемы дому Лутим.

— Неважно, как сильно мы беспокоимся, проблемы все равно могут найти нас в любой момент. Я понял это сегодня, — в искренних глазах Каслана Лутима появился яркий блеск. — Однако Тсун, вероятно, не смогут поступать так, как хотят. Даже если они думают, что мы бельмо на глазу, без нас будет некому охотиться на гиб. Чтоб сохранить свою мирную жизнь, они не станут конфликтовать с кланом Ву или домом Лутим.

— Понятно, ты говоришь о премиальных деньгах, которые они получают от города...? Я не верю, что эти люди действительно из Морихена.

— Ты прав... Но ты другой. В доме Фа только два члена семьи, поэтому клан Тсун не будет колебаться в истреблении вас, — сказал Каслан Лутим более тяжелым тоном: — Однако, если клан Ву и дом Лутим будет ближе к вам двоим, то они не осмелятся зайти так далеко... Как уже говорилось, они все равно совершили сегодня нечто возмутительное. Ай Фа, Асута, пожалуйста, будьте осторожны!

— Хорошо, мы будем иметь это в виду.

Каслан Лутим кивнул и затем посмотрел на ожерелье, которое я получил от него.

— Кстати, двадцати гиб действительно достаточно? Я не против отдать вам все благословения, полученные сегодня.

— Этого более чем достаточно. Я очень счастлив! И несомненно потрачу их за следующие несколько дней.

Сказав это, я повернулся к Ай Фа, чьи щеки были еще немного красными:

— Теперь мы можем купить новый котелок! В доме Фа можно будет готовить суп и жареное блюдо одновременно. Глава дома, вся эта тяжелая работа была достойна этого, не так ли?

Ай Фа продолжила дуться и легонько пнула меня.

Полуденный перекус. Юный мудрец

Полуденный перекус

Юный мудрец

Этот парень какой-то странный... Такая мысль пришла в голову Каслану Лутиму, когда он увидел Асуту в первый раз. Во время предсвадебного торжества Асута из дома Фа был хранителем очага клана Ву.

У юноши были темные волосы, черные глаза и кожа кремового цвета. Очевидно, он был чужестранцем. По сравнению с охотниками Морихена, он был слишком худым. На его лице всегда было выражение доброты и мягкости, словно у женщины. Вероятно, охотник из него никакой. По его слабому внешнему виду Каслан Лутим заключил, что он должен быть родом из Каменной Столицы.

Вот только его глаза… отличались. В них был поразительно яркий и сияющий блеск.

Он не боялся жителей Морихена.

Непостижимый человек.

Этот городской парень, окруженный морихенцами, оставался спокойным и невозмутимым. А еще он был одет как заправский морихенец, одновременно претендуя на то, чтобы быть членом одного из местных домой — невероятно!

Но я увидел этого юношу  собственными глазами, так что мне не остается ничего другого, как принять этот факт.

Почему Донда Ву позволил кому-то вроде него управлять его домашним очагом? Каслан Лутим не мог этого понять.

Прямо сейчас его отец Дан Лутим находился в ярости, а Эма Мин взволнованно опустила свой взгляд.

Если так продолжится, то отношения между его отцом и Дондой Ву могут надломиться.

Это больше всего волновало Каслана Лутима.

Чтобы выступить против мерзкого клана Тсун, им необходимо было собрать как можно больше сил. Больше охотиться, рожать больше детей и укреплять свои семьи. Однажды им предстоит одолеть клан Тсун, и если старейшина клана Ву испортит отношения с самым мощным родственным домом Лутим, то будущее Морихена будет окутано тьмой.

Впрочем... Донда Ву выглядел таким же безумцем, как и его отец Дан.

Юноша по имени Асута просто должен был подать на предсвадебном торжестве свои блюда, приготовленные из туловища гибы.

"В этом нет ничего плохого " — такое мнение высказала глава дома Фа... обсуждаемая в слухах охотница Ай Фа.

Называть это отбросами для мунто было оскорблением для более слабых домов. Несмотря на то, что в Морихене существовало неписаное правило: "слабость — это грех", унижение слабых ничем не отличалось от того, что делал клан Тсун. Слабость должна служить уроком, который вынудит стремиться к большей силе. Не было никакого смысла в унижении других.

Может быть и так, но он все равно не понимал, почему они так настаивают на том, чтобы он тоже попробовал это блюдо.

— Это мясо очень вкусное!

Хоть даже глава дома Фа и сказала это, он все равно не понимал, что это значит.

Когда он откусил ребрышко гибы в этой напряженной атмосфере, то осознал, что она на самом деле имела в виду.

Каслан Лутим положил мясо в рот без всяких мыслей и вдруг почувствовал невероятный взрыв вкуса...

Это...

Оно было совершенно другим.

Никакого зловония.

Что это за красная тягучая жидкость? В ней была сладость фруктового вина, аромат каменной соли и листьев пико, которые разительно изменили вкус гибы.

Так вот оно... восхитительное мясо?

Незнакомый вкус разлился во рту.

Это было... счастье.

Это была радость.

Это было благословение жизни.

Каслан Лутим не преувеличивал, эта мысль действительно появилась в его голове.

Когда он видит счастливые лица своей семьи, когда ловит на охоте большую гибу, когда он ложится изнуренным телом в кровать... и когда он обнимает своих любимых людей, чувство радости растекается по всему его телу. И сейчас похожее ощущение счастья распустилось в его рту.

Его тело и душа уже смогли ощутить блаженство, даже до того, как это осознал его мозг. Это было невероятное ощущение.

Если он испытывал жажду, вода и фруктовое вино утолили бы ее.

Если он был голоден, мясо и овощи насытили бы его.

Но то, что чувствовал Каслан Лутим, не было какими-то обычными эмоциями, а чем-то большим... радость и счастье потрясли его душу до самой глубины.

Он почувствовал взгляд и когда повернул голову, обнаружил улыбающуюся Эму Мин.

Она, должно быть, ощущала то же самое.

Каслан Лутим не мог унять шок и потрясение в своем сердце, и когда осознал это, то тоже улыбнулся в ответ.

Он все еще не мог понять, что происходило в тот момент.

Но душу Каслана Лутима охватило предчувствие того, что близки очень большие перемены.

◇◆◇

На следующий день Каслан Лутим и Эма Мин вместе посетили дом Фа.

Они пришли туда, чтобы попросить Асуту стать хранителем домашнего очага на их свадьбе.

Услышав, что его отец, Дан Лутим, предложил это, Каслан Лутим удивленно подумал, что у отца появилась еще одна странная идея. Но, к его огромному удивлению, когда Асута отказал его отцу, это вызвало странную дрожь внутри него.

Просить кого-то не из кровных родственников управлять домашним очагом на свадьбе… это шло против обычаев Морихена.

Но, несмотря на это, здесь могло быть большее значение... эта мысль тревожила Каслана Лутима.

Когда он поделился с Эмой Мин своими ощущениями, она ответила: "Я чувствую то же самое".

И потому они вдвоем пришли в дом Фа.

Они даже не думали, что Асута категорично им откажет.

— ... Простите, но мы можем дать вам ответ завтра?

Услышав эти слова от главы дома Фа, Каслан Лутим вернулся с Эмой Мин в деревню Лутим.

— Не волнуйся, мы точно выразили наши чувства Асуте! — сказала Эма Мин по пути домой.

— Асута, может, и из другой страны, но я чувствую в нем душу, подобную жителю Морихена. Вот почему это точно не будет проблемой.

— Да... Он действительно потрясающий человек.

— Неужели?

— Я легко могу представить Асуту местным жителем. Было бы более естественно, если бы Ай Фа была мужчиной, а Асута — женщиной, — ответила Эма Мин.

— Вот именно! Женщина-охотница и глава дома, а мужчина хранит домашний очаг... Жизнь — странная штука.

— Но они выглядят такими счастливыми! Может, так им даже лучше, — Эма Мин неожиданно тихо рассмеялась, как маленькая девочка. — Помнишь, как они выглядели, когда только пришли домой? Выражение лица Ай Фа было неожиданно мягким, словно у самой обычной девчонки! Она такая только с Асутой и больше ни с кем.

— Хмм? Вот уж чего я не заметил совсем.

— Ясно. Я-то думала, что Ай Фа — сильная охотница, неподатливая и неприступная. Но пока он рядом, она сможет жить спокойной и стабильной жизнью, — сказала Эма Мин и улыбнулась, подняв взгляд на Каслана Лутима. — Если бы я не встретила тебя, я бы им очень завидовала!

— Понятно, — коротко ответил Каслан Лутим.

Шагая вперед, Эма Мин безмолвно обняла руку Каслана Лутима.

— Если Асута возьмется за эту работу, наш свадебный день будет очень счастливым. Но если они все равно откажут нам завтра, я буду ходить в дом Фа каждый день, пока он не согласится!

◇◆◇

К счастью, Асута согласился.

Каслан Лутим передал его условия Донде Ву, который охотно их принял.

— Каслан Лутим, я наслышан! Ты попросил Асуту хранить домашний очаг на твоей свадьбе, так? Должно быть, было нелегко принять такое решение!

В поселении Ву с Касланом Лутимом пришел поболтать Лудо Ву.

Он всегда был жизнерадостным юношей, и сейчас на его лице можно было наблюдать широкую лучезарную улыбку.

— И Асута будет отвечать за домашний очаг клана Ву каждый день до свадьбы, да? Во дела!

— Да. Я убедительно попросил Донду Ву принять эту просьбу, так что я чувствую себя спокойнее после твоих слов.

—Ты так невозмутимо говоришь об этом...! Ты ведь собираешься подарить Асуте клыки и рога двадцати гиб, верно? Он с радостью согласится на эту работу, даже если ты этого не сделаешь.

—Это будет неправильно. Я попросил не кровного родственника управлять домашним очагом на моей свадьбе, поэтому должен достойно его вознаградить.

— Вот как? Но мы-то ему ничего не платили! Каждый из нас только дал ему рог или клык, как благословение.

— ... Кстати говоря, почему клан Ву попросил Асуту управлять вашим домашним очагом в первый раз?

И таким образом Каслан Лутим впервые узнал, что произошло между домом Фа и кланом Ву.

Включая то, как Ай Фа хорошо дружила с Джибой Ву и Рими Ву, как клан Ву сделал Ай Фа предложение после того, как она потеряла отца... он всё это узнал впервые.

— Так готовка Асуты спасла Джибу Ву...

— Именно так. Но даже так братья Джиза и Дарум все еще не признают Асуту. Но ужин в тот вечер, видимо, изменил мнение моего отца.

Каслан Лутим немного повздыхал, а потом решил поговорить с Джизой и Дарумом.

Солнце уже почти достигло пика — времени, когда Асута прибудет в деревню Ву. Он должен выполнить эту задачу до его прихода.

— Джиза Ву, Дарум Ву, можно вас побеспокоить на секунду?

Они оба оказались на углу площади.

Готовясь отправиться в лес, они присели отдохнуть под прохладной тенью дерева и пообщаться.

— О, Каслан Лутим, это ты! Я тоже хотел с тобой поговорить, — Джиза Ву посмотрел на него своим прищуренным взглядом. — Глава нашего клана только что рассказал мне о свадебном соглашении... Почему ты доверил такое важное событие Асуте из дома Фа?

— Я думаю, это придаст силы нашим кровным родственникам.

Лицо Джизы Ву было мягким, как и всегда.

Но Каслан Лутим очень четко знал, что в душе он жесткий и яростный, и такой характер очень хорошо соответствовал наследнику клана Ву.

— Если это увеличит радость от жизни, то и усилит наше желание выживать. Я не думаю, что это плохо... но Асута из дома Фа — чужеземец.

— Да. Но разве сейчас он не член дома Фа?

— Если глава дома согласится, любой может стать членом семьи. Но за восемьдесят лет с того момента, как мы перебрались на край леса Морга, ни один иностранец раньше не удостаивался такой чести.

— Вот именно, просто так вышло, что Асута стал первым, кто сделал это. Так как никакие обычаи этому не перечат, то не должно быть никаких проблем, верно?

— ...... Асута приобрел свои навыки за пределами Морихена. Ты уверен, что они принесут нам позитивные изменения?

— Я не могу сразу же ответить, что эти изменения идут в правильном направлении… но это не значит, что они плохие. Потому я выберу верить в то, что они правильные.

Джиза Ву скрестил руки на груди, совершенно не изменившись в лице.

Дарум Ву уставился на Каслана Лутима без всякого намека на враждебность и продолжал молчать.

— Джиза Ву, я понимаю твои опасения, и я тоже об этом беспокоюсь! Однако продолжать отказываться от силы из внешнего мира тоже может быть неправильно. Мир за пределами Морихена безграничен, мы не можем отрицать, что там все по-другому.

— Все наши собратья проведут свою жизнь только в Морихене. Внешний мир не имеет к нам никакого отношения.

— Неужели? Джиза Ву, мы родились в Морихене и выросли в нем, но мы не спустились с деревьев.

Он знал, что даже если скажет это, другие с ним не согласятся, но он все равно не мог этого не сказать.

Для Каслана Лутима Джиза Ву был важным родственником и наследником его старшего клана. Даже если сам Каслан признавал взгляды и чувства остальных, он все равно не мог скрыть собственных мыслей и старался во всем и всегда достигать компромисса.

— Восемьдесят лет назад, когда наши предки все еще жили в лесу Джагал, они никогда не связывались с людьми из города. Перебравшись в лес Морга, они начали продавать клыки и рога гибы в Почтовом городе и жить по законам Геноса. Несмотря на это, мы до сих пор упорно отказываемся общаться с городскими жителями... действительно ли это правильный путь?

— У тебя здравые суждения. Но посмотри, к чему это в итоге привело клан Тсун.

— Именно поэтому мы должны взаимодействовать с городом! Мы не можем собирать благодать леса, поэтому вынуждены строить мост с внешним миром, чтобы выживать. В этом случае нам необходимо подходить к этому с большим вниманием.

— Вот почему... ты признал Асуту?

— Я не задумывался об этом настолько далеко. Я просто думаю, что неправильно отвергать Асуту из-за того, что он родом из чужих земель.

Джиза Ву тихо вздохнул, а затем покачал головой.

— В любом случае, глава клана Донда уже согласился на твою просьбу, и мы будем следовать его указаниям. Я могу только молиться о том, что ты прав, и Асута не принесет нам несчастья.

— Если случится какое-то несчастье, я готов заплатить своей жизнью.

И наконец, Каслан Лутим попытался поговорить с молчаливым Дарумом:

— Дарум Ву, у тебя такие же сомнения, как у Джизы Ву?

— Я... не понимаю всех этих сложных вещей, — недовольно ответил Дарум Ву. — Я просто терпеть не могу этого бледнокожего парня.

Похоже, для него все было предельно просто.

Дарум Ву напоминал трудного ребенка.

... Кстати говоря, когда-то Донда Ву хотел, чтобы Ай Фа вышла замуж за Дарума Ву.

Наверное, он все еще злился из-за этого.

Каслан Лутим собирался жениться через несколько дней, но до сих пор не очень хорошо понимал отношения между мужчиной и женщиной.

В любом случае, я уже выбрал этот путь.

Он мог только верить в себя и продолжать бороться.

Каслан Лутим распрощался с ними двумя и стал ожидать визита своего нового земляка, родившегося в другой стране.

◇◆◇

Загруженный день пролетел в одно мгновение, и Каслан Лутим наконец-то стоял перед Асутой, чувствуя удовольствие и радость в сердце.

Свадьба успешно закончилась.

— Я рад, что все закончилось мирно, — сказал Асута, взяв ожерелье, преподнесенное ему в качестве оплаты.

Он выглядел совершенно измотанным, его глаза были полузакрыты, а спиной он опирался на стену, как будто мог упасть в любой момент.

Но в его глазах все равно можно было увидеть удовольствие, точно такое же, как у Каслана Лутима.

Ай Фа почему-то покраснела и отвернулась. Но и в ее глазах горел точно такой же свет.

... В такой одежде она вовсе не выглядит, как охотница.

Ай Фа надела праздничный наряд и выглядела в нем еще обаятельнее, чем прежде. И, кажется, она открыла свое сердце Асуте.

Охотница Ай Фа и хранитель домашнего очага Асута. В Морихене они были самой уникальной парой. Но так же Каслан Лутим понимал, что они были настоящей семьей и их души были тесно связаны друг с другом.

— Асута, ты удивительный человек. — Позади Каслана Лутима раздавался оживленный гомон шумного пиршества. — Ты чужестранец, но я считаю тебя жителем Морихена. И это несмотря на то, что твоя сила, характер и внешность отличаются от морихенцев... это не перестает меня поражать.

— Я понимаю. Я тоже удивлен, что кого-то вроде меня смог получить ваше признание, — сказал Асута сонным голосом. — Это все благодаря Ай Фа. Она приютила меня, и это связало меня с Морихеном.

— Шумный, — фыркнула Ай Фа.

Ее нежные щеки все еще были красными.

Ясно... Если бы она не встретила Асуту, его бы здесь сегодня не было.

Если бы кто-то другой встретил иностранца в Морихене, то маловероятно, что стал бы давать ему приют в своем доме. Скорее всего, его бы оставили там, где он был, или как максимум, отправили бы его в Почтовый город. Чужаки, которые сталкиваются со вспыльчивыми охотниками, встречают незавидную судьбу.

После того, как Ай Фа приютила его, он узнал о клане Ву и доме Лутим, благодаря связям между Ай Фа и бабушкой Джибой... и таким образом я встретился с ним.

Как эта встреча повлияет на будущее Морихена?

Каслан Лутим не был пророком, и понятия не имел, что произойдет дальше. Тем не менее, у него было предчувствие.

Мы с Асутой выбрали один и тот же путь.

Каслан Лутим очень четко почувствовал это во время пиршества.

Асута принес ему огромную радость и счастье и получил в его душе свой уголок.

Кровное родство здесь не имело никакого значения. Асута из дома Фа, может и не был его родственником, но он был жителем Морихена.

Я встану плечом к плечу с Асутой и буду смело идти навстречу тому, что нас ждет в будущем.

Он не знал, что ждет его впереди.

Но где-то глубокого внутри него зародилась вера.

Если кто-то попытается навредить Асуте, я стану его щитом. Если его отвергнуть, я буду говорить в его пользу. В конце концов, сегодня Асута добился просто потрясающих результатов.

Этим вечером у Каслана Лутима появилась прекрасная жена и важный друг — вокруг не было никого счастливее его.

Он молча обдумал эту мысль.

— Асута, ты...

— Прости, он уснул, — прервала его Ай Фа.

Асута и правда осел на пол, сам того не сознавая, и крепко заснул, опираясь спиной на стену.

Его лицо было простодушным и довольным, как у ребенка.

— Все-таки он просто взял и уснул без единого слова. Совсем как маленький, — медленно произнесла Ай Фа.

Но ее глаза были наполнены любовью.

— Прости, что побеспокоил вас, когда вы так устали. Приятного отдыха.

— Да... Пиршество еще продолжается?

— Конечно! Никто не уснет, пока не будет выпита последняя капля фруктового вина.

— Не могу так долго бодрствовать. Лучше мы пойдем спать.

Ай Фа подложила голову под руку Асуты, а потом подняла его.

Асута продолжал спать, равномерно дыша во сне.

— Ай Фа, я хочу поблагодарить тебя.

— Хмм? Мы получили приличную оплату за эту работу, тебе не нужно благодарить нас снова и снова.

— Нет, не за сегодня. Я хочу поблагодарить тебя за то, что ты привела Асуту в Морихен.

— А, ты об этом... Тоже не стоит благодарить меня, — Ай Фа надулась и отвернулась.

Если бы не Асута, Каслан Лутим бы никогда не увидел такие эмоции на ее лице.

— Ладно, тогда я уже пойду.

Их отношения с кланом Тсун становятся более враждебными, еще и этот загадочный мужчина из города — Камия Ёст... Завтра их ждало еще больше проблем.

Но Каслан Лутим не будет сдерживаться и поможет им в любое время.

Сегодня же он просто надеялся, что они отдохнут в безопасности поселения клана Ву и подготовятся встретить то, что может принести завтрашний день.

Каслан Лутим подумал об этом, провожая взглядом силуэты своих друзей, а потом повернулся и пошел обратно к своей любимой жене.

Церемония продолжала извергать темно-красные огни, как будто поглощая само ночное небо.

Том 4

Глава 1: День, полный неразберихи

Дикая готовка

— Isekai Ryouridou —

— Том 4 —

— Автор: Eda —

— Художник: Kochimo —

[Перевод на русский язык: Knox]

Глава 1

День, полный неразберихи

Часть 1

Наступил следующий день после пиршества Лутим — работы, которая выпадает раз в жизни...

Мы с Ай Фа шли по твёрдой жёлтой земле.

Закончив работу, которая длилась шесть дней, мы попрощались с деревней дома Ву и отправились домой.

— Ну, в самом-то деле, мне так хотелось помочь им навести порядок после пиршества! — жаловался я по дороге.

Пока уборка шла полным ходом, я бессовестно спал.

Солнце находилось уже практически в зените.

Оказавшись в этом мире, я постепенно привык рано ложиться и рано вставать.

Но вчерашний день слишком сильно меня вымотал, поэтому я спал, как убитый.

Ай Фа энергично шагала вперёд, искоса на меня поглядывая.

— Опять завёл свою шарманку? Твоя работа — готовить еду для пиршества, а мытьё тарелок оставь другим.

— Нет, это никак не связано с моими обязанностями, я просто хотел работать вместе с остальными до самого конца.

Проснувшись всего около часа назад, я как можно скорее выскочил из своей комнаты, но от пиршества уже не осталось ни следа.

Самодельные печи из камней, сцена для молодожёнов, высокие подставки для факелов и церемониальный огонь — всё это было уже убрано. Передо мной была пустая площадь, как будто вся прошлая ночь была просто сном.

Расспросив Ай Фа, я выяснил, что вся деревня встала сразу после восхода солнца, чтобы навести порядок.

— Теперь, когда шумный праздник закончился, я чувствую какую-то пустоту внутри себя, как будто дыра в груди появилась.

Кроме того, я прощаюсь с деревней дома Ву, где я прожил последние шесть дней.

За эти дни у меня появилось много новых друзей.

Сначала я не знал, как подступиться к мужчинам из дома Ву, но после того, как рассказал им о процессе кровопускания и разделки мяса, между нами возникло неописуемое чувство близости и доверия. То же самое относится и к женщинам из дома Ву, которые старательно помогали мне с готовкой.

Не впасть бы в депрессию после такого.

— Ладно, оставим это. Ай Фа, пока ты рядом со мной, всё точно будет хорошо!

Не успел я во весь голос объявить о своих чувствах, как тут же получил чувствительный пинок по ноге.

— Самое время перестать хандрить. Не забывай, что сегодня нас ожидает ещё одно хлопотное дело.

— Да, я помню.

Дорога до нашего дома заняла примерно час. Наконец-то мы вернулись после шести дней отсутствия!

Там нас уже поджидал блондин в плаще.

— Привет, Ай Фа и Асута, рад вас видеть!

Мужчина был высоким и худым, как богомол.

Растрёпанные светлые волосы, старомодная бородка, узкое лицо, глаза навыкате и неизменная улыбка на лице.

У этого человека были невероятно фиолетовые глаза, невинность ребенка и зрелость пожилого мужчины.

Загадочного человека неизвестного происхождения звали Камия Ёст.

— Я пришел в гости, как и обещал. Мы можем поговорить?

— Конечно, спасибо за визит, мы бы также хотели кое-что с вами обсудить.

— О, благодарю за гостеприимство. Прекрасная юная охотница, я надеюсь, что у вас всё хорошо, — со счастливой улыбкой ответил Камия Ёст.

— ...

— Прошу вас, не портите настроение главе дома... Давайте поговорим внутри. Я позабочусь о вашем клинке.

— Вот как. Это обычай Морихена? Что ж, хорошо. Меня так радует перспектива удовлетворения своего любопытства, что не могу сдержать улыбку, — беззаботно сказал Камия Ёст, снял с пояса меч и вручил его мне вместе с ножнами.

Меч был длиннее Морихенской сабли. Но тоньше, так что вес был примерно одинаковый.

Интересно, для чего он его вообще использует?

— Прошу, сюда...

Ай Фа, я и гость именно в таком порядке проследовали через дверь. В доме Фа всё было по-прежнему.

Ай Фа разулась, повесила плащ на стену и уселась на своё привычное почётное место.

Ни на секунду не ослабляя своей бдительности, она положила свой клинок, который обычно стоит прислонённым к стене, рядом с собой.

Я сел рядом с ней и, следуя её примеру, положил меч гостя рядом.

Камия Ёст, не снимая плаща, занял своё место.

Какой странный человек...

Однажды он помог нам, когда мы попали в беду в почтовом городе Генос. После чего он поднял на уши всю деревню дома Ву, что почти привело к кровопролитию. Это был третий раз, когда мы встретились.

Сколько бы раз я с ним ни встречался, так до сих пор и не мог понять, что именно скрывалось за его легкомысленной улыбкой.

— Ну что же... Прежде всего, я бы хотел извиниться перед вами двумя.

— Извиниться?

Когда я вопросительно наклонил голову в сторону, губы Камии Ёст растянулись в улыбке.

— Когда мы впервые встретили друг друга в Геносе, я наговорил много всякой чепухи, которая вас озадачила. Поверьте, я не намерен демонстрировать враждебность по отношению к главному дому Тсун без веских на то причин.

Внезапно он перешёл прямиком к делу.

— И таким образом, я надеюсь, что вы не станете расценивать меня как врага Морихена. Я здесь как раз для того, чтобы выстроить дружественные отношения с его жителями. Вы мне верите?

Ай Фа не произнесла ни слова, сидя в позе, полной достоинства.

Как бы ни расценил её молчание Камия Ёст, он продолжал гладко излагать: «Тогда я просто слегка поторопился. Меня всегда интересовали жители Морихена, а когда появился шанс поговорить с вами двумя, то это, а ещё красота прекрасной Ай Фа слегка вскружило мне голову. Надеюсь, вы сможете простить мне мою неосторожность».

Услышав это, Ай Фа не повела даже бровью, продолжая молчать.

Это был второй раз, когда она встретила Камию Ёста. Похоже, его легкомысленные слова на неё больше не действовали.

Моя работа заключалась в том, чтобы попытаться вытянуть из него всё, что он на самом деле думает.

— Камия Ёст, каковы ваши истинные намерения?

— Просто называйте меня Камия... Что вы подразумеваете под "намерениями"?

— Я знаю, что вы посещаете Морихен по своим рабочим вопросам, но почему вы пришли именно к нам? Неужели для того, чтобы просто поболтать?

— Верно, сегодня я здесь именно за этим.

Камия Ёст широко раскрыл глаза от удивления.

— Я всегда относился к жителям Морихена как к своим собратьям. Но мои чувства односторонние. Для всех вас я просто чужак сомнительного происхождения. Конечно же, не стоит принимать мои слова о правилах Морихена и безнравственности главного дома близко к сердцу. В конце концов, я здесь для того, чтобы связать нас узами дружбы друг с другом.

Камия Ёст достал бутылку фруктового вина из-под полы своего плаща.

— Это маленький презент от меня. Пожалуйста, попробуйте его сегодня вечером... О, верно, тест на яд.

Он сделал глоток из бутылки, как и в прошлый раз.

— Хмм... Не думаю, что могу принять это за ответ на свой вопрос. Мне непонятны мотивы, которые побуждают вас пытаться сблизиться с жителями Морихена.

— А что такого? Я просто хочу со всеми подружиться, разве это плохой мотив...? Впрочем, если подумать, то это потому, что обитатели Морихена в прошлом были вынуждены отступить от своей старой веры и начать поклоняться новому богу. Меня это глубоко трогает. Я уважаю благородство, с которым жители Морихена ведут себя в Геносе. А ещё мне нравитесь вы двое. В целом, мои визиты сюда основаны именно на этих трёх причинах.

Он умело подбирал слова.

Его мысли были здравыми и последовательными, но выражение лица и тон голоса сохраняли легкомысленность.

— Поскольку вы согласились принять меня в своём доме, это значит, что и я вам в некоторой степени любопытен, не так ли? В конце концов, городские жители опасаются жителей Морихена, но мне вот хватило наглости заявиться сюда, так что вы не можете просто меня проигнорировать, верно?

— Ну да, что-то в этом роде... Кстати, о вашей работе, вы уже получили разрешение от дома Тсун?

— Безусловно, как я мог забыть о чём-то подобном? Нельзя игнорировать дом Тсун и напрямую обращаться к жителям Морихена, это станет оскорблением для дома Тсун и вызовет ненужную напряжённость.

Работа этого человека состояла в том, чтобы сопровождать караван, следующий из Геноса в Восточное Королевство Сему.

Его путь пролегал через Морихен, поэтому необходимо было заручиться разрешением клана Тсун и решить другие связанные с этим вопросы.

— Даже, несмотря на то, что совсем недавно вы поцапались с кланом Тсун, они с готовностью выдали вам разрешение.

— Да, хотя я чётко назвал свое имя, оно не вызвало никаких нареканий. Как и следовало ожидать от главного дома, даже если когда-то я о них нелестно отзывался, они действительно великодушны.

Камия Ёст удовлетворённо улыбнулся.

Может быть, это не совсем правильно, но когда я видел это выражение на его лице, в мою душу закрадывались подозрения.

— Между прочим, подготовка такого большого каравана займёт довольно много времени. Необходимо сделать то, да сё — это так утомительно! Да ещё клиенты очень суеверны, поэтому мы отправимся в путь только 15-го числа следующего месяца. Через двадцать с лишним дней, начиная с сегодняшнего.

Я до сих пор не разобрался в особенностях местного календаря, поэтому названная дата мне ни о чём не сказала.

Чтобы он не понял этого, я неопределённо кивнул и сказал: «Понятно».

— Дорога в восточные королевства и обратно займёт два месяца. Вот почему я надеюсь максимально укрепить нашу с вами дружбу за эти оставшиеся 20 дней. Ай Фа, Асута, спасибо, что приняли в своём доме такого подозрительного человека, как я.

— Мы не такие уж большие друзья.

— Мимолётные узы дружбы, сложившиеся в краткий миг, бесполезны. Только пройдя через ряд трудностей, наша дружба окрепнет.

Могло показаться, что он выдал нечто глубокомысленное, но почему-то это звучало слишком неубедительно, когда вылетало из его рта.

Когда я застонал в недоумении, мой живот вдруг громко заурчал.

Всё это время Ай Фа сверлила взглядом Камию Ёста, но теперь она холодно смотрела на меня.

— Ты голоден? Если сейчас время обеда, можешь не обращать на меня внимания.

— Мы не успели перекусить в течение дня, а вчерашней ночью я был слишком занят, чтобы как следует поужинать...

— Это никуда не годится! Вы слишком тощий, Асута, тебе надо есть больше.

Да ты на себя посмотри.

И хотя эта мысль мелькнула у меня в голове, этот человек выглядит исключительно худым только потому, что очень высокого роста.

Под длинным плащом было не видно телосложения, но его запястье выглядело солидно. Если не ошибаюсь, его длинные пальцы и широкие ладони не уступали Джизе Ву и Дарум Ву.

— Уже полдень. Хмм... Будет сложно протянуть до вечера на одном вяленом мясе. Ай Фа, может, приготовить мяса с арией?

— Как хочешь.

Услышав её ответ, я направился в продуктовый магазин.

В этот момент глаза гостя сверкнули, и он окликнул меня: «Подождите! Мясо, о котором вы говорите — это мясо гибы? Если я прав, можно и мне попробовать?»

Спокойная до этого момента Ай Фа вдруг удивлённо распахнула глаза.

— Вы же из Каменного Города... и вы хотите съесть мясо гибы?

— Хмм? А что тут такого? Ведь только горожане Геноса по какой-то неведомой причине опасаются гиб и жителей Морихена, верно? — весело сказал Камия Ёст.

— Но я-то не горожанин Геноса и даже не из этой страны. Я думаю, что гибы — просто обычные хищники, а обитатели Морихена — храбрые охотники, которые этих хищников истребляют. Путешественники с востока и юга же не боятся вас, верно? Так что в этом нет ничего удивительного.

Да я бы при всём желании не смог отличить жителей востока от южан.

Всё, что я знаю — это то, что большинство людей, которые боятся Ай Фа и смотрят на неё с презрением, имеют кожу жёлтого цвета.

— Мясо гибы едят только жители Морихена. Не знаю, что там на юге и востоке, но на западных территориях гибы водятся только в лесу Морга. Как гражданин Западного Королевства, я не смогу считать эту поездку полноценной, если сегодня не смогу попробовать немного мяса гибы.

Его глаза сверкали, как у ребёнка.

Ай Фа же была явно чем-то обеспокоена.

За последние восемь десятилетий обитатели Морихена были заклеймены «гибажорами» и воспринимались с презрением. Поэтому необычная просьба гостя шокировала Ай Фа до глубины души.

— Ай Фа, что будем делать? Ты глава этого дома, поэтому будет так, как ты скажешь, — я слегка поклонился.

Ай Фа вдруг вскочила и схватила меня за шиворот.

Я едва смог удержаться на ногах, а она вдруг так резко ко мне наклонилась, что я уж было решил, что она собирается откусить мне уши.

— Я... я не могу решить. Ты что думаешь, Асута?

Мы были так близко друг к другу, но я едва мог слышать её голос. Похоже, ей не хотелось, чтобы гость что-то услышал.

Я немного отступил назад и застыл от удивления, заметив выражение лица Ай Фа. Её ледяная непоколебимость резко контрастировала с почти детской тревогой в голубых глазах.

Настолько она была удивлена.

Закрыв её собой от гостя, я наклонился к её уху и прошептал: «Это не нарушает никаких запретов Морихена, так что всё в порядке. Давай поблагодарим его за фруктовое вино тем, что предложим попробовать мясо гибы с арией».

Ай Фа вновь схватила меня за шиворот и притянула к себе.

— Асута, я позволю тебе решить...

Её губы коснулись моего уха, что заставило меня густо покраснеть.

Я повернулся к гостю и великодушно кивнул, не давая ему увидеть реакцию Ай Фа.

— Получив разрешение главы дома, я могу приготовить вам простую трапезу. Насколько большую порцию вы желаете? Это в благодарность за фруктовое вино, так что не стесняйтесь.

— Тогда я не откажусь от такой же порции, как и у вас!

Он вёл себя как престарелая собака, радостно виляющая хвостом.

Отличный шанс. Совместный обед — хороший способ заставить его раскрыться. Может быть, хотя бы так удастся понять, что же творится в голове у этого подозрительного типа.

С этой мыслью я направился в продуктовый магазин.

Ай Фа же осталась один на один с этим несуразным Камией Ёстом. Закрыв глаза, она погрузилась в молчание.

Часть 2

— Извините за ожидание.

Было ещё довольно рано, поэтому я не собирался готовить что-то основательное.

Я просто нарезал кусок грудинки гибы на тонкие ломтики, затем обжарил их вместе с порезанной арией. Приправив каменной солью и листьями пико, я добавил сверху немного фруктового вина, и блюдо было готово.

— Асута, а вы неплохо управляетесь. Вы раньше, случайно, не работали поваром?

— Было дело.

Я передал гостю ложку и тарелку.

Порция была не очень большой, около четверти обеденной. Так что, если ему вдруг не понравится вкус блюда, он всё равно сможет доесть всё до конца.

— Ох, я так счастлив. Я частенько путешествую по западным территориям, так же доводилось бывать в восточном и даже южном королевствах. Но я никогда не встречал такого зверя, как гиба. Мне всегда было любопытно, каково же его мясо на вкус.

Выходит, в этом мире гибы водятся только здесь. В моём родном мире, не считая диких кабанов в горах, другие виды диких животных почти вымерли.

Ладно, оставим пока это в стороне, настало время попробовать готовку на вкус.

— Приятного аппетита! — кивнул Камия Ёст и с улыбкой слегка приподнял тарелку.

Он зачерпнул ложкой немного мяса гибы с овощами и отправил в рот. Пока он жевал, его челюсть, заросшая старомодной бородкой, энергично двигалась вверх и вниз. Наконец он проглотил.

Худое лицо Камии Ёста внезапно приняло бесстрастное выражение.

Меня так это удивило, что я чуть не выронил свою ложку на пол.

Когда с его лица сошла привычная улыбка, оно стало таким серьёзным, что стало напоминать маску бога смерти или лицо серийного убийцы.

Пока я готовил, Ай Фа сохраняла полное спокойствие. Но теперь, когда она заметила выражение лица Камии Ёста, в её позе читалось едва скрываемое напряжение.

И в этот момент Камия Ёст снова поднял свою ложку и принялся энергично отправлять еду, порция за порцией, в рот. Через каких-то несколько секунд тарелка полностью опустела.

Наблюдая за ним, я забыл о том, что надо есть.

— Что это...? — вдруг спросил он.

Это был первый раз, когда я услышал, как он говорит таким низким и глубоким голосом.

— Я же вам уже говорил, это мясо гибы.

— Впервые пробую нечто подобное, — сказал он и уставился на меня своими фиолетовыми глазами.

Его взгляд пробирал до костей.

— Потрясающе вкусно.

— Вот как? Вы мне льстите...

— Это точно мясо гибы?

— Конечно...

— Ни разу в жизни не пробовал настолько вкусного мяса.

— Прошу вас, не могли бы вы перестать делать такой страшное лицо!

— А? О, прошу прощения.

Камия Ёст вдруг спрятал своё худое лицо в широких ладонях.

— Ну и ну, я так потрясён, что показал вам свою скрытую сторону! Не поймите меня неправильно, независимо от того, какую из сторон вы увидели, это всё — настоящий я.

Не собираюсь я понимать тебя неправильно, да и вообще знать об этом не хочу.

Я думал, что во время трапезы смогу узнать его получше, но и представить себе не мог, что Камия Ёст может стать ещё более подозрительным.

— Ох, ну и вкуснотища! Я действительно тронут! Люди Морихена фактически монополизируют такое вкусное мясо? Как хитро!

И хотя его скрытая сторона снова стала скрытой, он всё ещё оставался таким же подозрительным, как и раньше.

Я искоса глянул на Ай Фа, которая сидела рядом. Она глубоко вздохнула и выпустила из рук саблю, которую всё это время держала поближе к себе.

Я был поражён до глубины души.

Всё это время от человека, сидящего напротив нас, исходило чувство опасности, и это заставляло Ай Фа крепко сжимать рукоять своего клинка.

— Люди в Геносе не имеют ни малейшего представления о том, насколько вкусны гибы. И поэтому они издеваются над жителями Морихена, называя вас «гибажорами». Как недальновидно! Вы монополизировали такое вкусное мясо, чтобы как-то им отплатить?

— Нет, ничего подобного, — ответил я и вспомнил, что надо бы доесть и свою порцию.

В этот момент Ай Фа похлопала меня по колену кулаком.

— Эй, Асута, аромат еды пробудил во мне чувство аппетита

— Чего? Разве я не спрашивал тебя, не голодна ли ты, когда занимался готовкой?

Я зачерпнул ложкой мяса с арией.

— Давай, скажи: «А-а-а!»

Меня ударили по голове.

Ай Фа схватила мою тарелку, набила свой рот её содержимым, а остаток вернула мне.

Это было жестоко, глава дома...

— Точно, я по-настоящему тронут! Асута, благодаря вашим потрясающим кулинарным навыкам, вкус еды был просто незабываемым. Блюдо отлично приправлено, а фруктовое вино добавило очень аппетитную нотку вкуса. Асута, вы учились у знаменитого шеф-повара?

— Нет, мой дом был небольшим семейным рестораном.

— Откуда вы? Я побывал во многих странах, но никогда не встречал такого кулинарного стиля.

Я и представить себе не мог, что этот вопрос всплывёт.

Кто бы он ни был, не стоит особо вдаваться в детали.

— Чтобы объяснить всё подробно, потребуется слишком много времени. Я родом из островного государства под названием Япония. До прибытия в Морихен я никогда не слышал о континенте Амусхорн. Когда я прибыл сюда, то оказался в лесу у подножия горы Морга.

— Вы никогда не слышали о континенте Амусхорн?.. — широко раскрыл глаза от удивления Камия Ёст.

Вполне естественная реакция. Если бы иностранец в Японии заявил, что никогда раньше не слышал о стране под названием "Япония", я бы тоже удивился.

— Что вы имеете в виду? Из вашего внешнего вида я заключил, что кровь народов Востока и Запада смешана в вас.

— Хмм? Полукровки — настолько привычное явление?

— Нет, конечно нет. Они довольно редки, но две нации состоят в дружественных отношениях. Ребёнку можно с рождения выбирать гражданство страны, никого за это не наказывают... Асута, значит, вы даже не знаете настолько простых базовых вещей?

— Прошу прощения, не знаю.

В последнее время мы были сильно заняты, поэтому лекции Ай Фа о мироустройстве Амусхорна пришлось на некоторое время прекратить. После обеда мы просто некоторое время болтали ни о чём, пока я не засыпал прежде, чем успевал это понять.

Кстати, поскольку поселение Морихен являлось уникальным замкнутым местом, Ай Фа не так уж много знала об окружающем мире. Она просто пересказывала мне ту информацию, что получила от своих родителей и бабушки Джибы.

— Вот как. Поэтому, хотя вы и иностранец, вы решили стать обитателем Морихена. Люди с Запада думают, что жители Морихена являются воплощениями зла, а южане считают их горсткой предателей, которые отказались от своих богов. Северяне придерживаются того же мнения. Вот почему я предположил, что вы родом из Восточного королевства.

— Мою родину тоже часто называли островом на Дальнем Востоке. Восточные люди так похожи на меня?

— Вовсе нет. У них такие же чёрные волосы и глаза, но кожа имеет тёмный оттенок. Вы, наверное, видели таких людей в Почтовом городе Геносе, верно? Это люди из Восточного Королевства Сему.

Понятно. Выходит, мой здравый смысл — не помощник, когда я пытаюсь понять этот мир.

— Да я и сам сбит с толку. Можете просто считать меня идиотом, которого посещают странные заблуждения после удара по голове.

— Понял. Именно так я и поступлю.

Я не ожидал такого ответа и чуть не свалился со стула от неожиданности.

— Не поймите меня неправильно, я не считаю, что вы и в самом деле какой-то идиот. Хмм... просто я поражён, насколько же вкусное мясо у гибы... На улицах Геноса болтают, что оно вонючее, жёсткое и вообще отвратительное.

— Вероятно, кто-то просто попробовал плохо приготовленное мясо гибы, а затем распространил этот слух. На самом деле гибы очень вкусные!

— Точно! Полностью вас поддерживаю! Обычно путешественники питаются лишь ариями и пойтанами, что навело меня на мысль, что жители Морихена не слишком озабоченны вкусом еды и стараются жить аскетично. Как же я ошибался! Они совсем не такие. Пожалуй, вас по праву можно назвать «Племенем Гурманов». Дааа... вот это сюрприз.

— Эй, подождите! Ваше представление о жителях Морихена не так уж ошибочно. Я-то иностранец, не используйте меня в качестве эталона.

— Вот как? Отведав такое потрясающее блюдо, я не могу продолжать думать об обитателях Морихена как о чистосердечных и непритязательных людях. Как же им удаётся довольствоваться дешёвыми ариями и пойтанами? Это так интересно!

Что мне делать?

Я пока не планировал рассказывать всё о Морихене этому подозрительному персонажу. Но он был знаком с графом Геносом, поэтому не хотелось бы его обманывать.

— Камия Ёст, прошу прощения, но не могли бы вы дать мне немного времени?

— Хм? Что стряслось?

— Я прибыл из чужой страны и до сих пор не совсем знаком с табу и обычаями Морихена. Честно говоря, я не знаю, стоит ли мне рассказывать вам о местной ситуации. Мне нужно обсудить это с главой моего дома.

— Конечно, никаких проблем! В конце концов, вы единственный, кто разговаривает со мной, если вы не будете ничего говорить, то это превратится в мой монолог...! Хорошо, тогда я вас пока что покину. На самом деле, моя разведывательная работа ещё не закончена, мне нужно побывать южнее.

— Южнее... Там находится деревня дома Ву.

— Сегодня я не стану наносить визит дому Ву. Похоже, там мне не слишком рады. Да и в общении с остальными обитателями Морихена мне стоит проявлять осторожность.

Действительно стоит. Многие считают, что Дарум Ву, решивший обнажить свой клинок на этого человека, был не так уж не прав.

Надеюсь, до него это дойдёт прежде, чем клинок на самом деле будет обнажён.

— Но деревня дома Ву как раз по пути, если отсюда вы отправитесь на юг. Другого пути не существует.

— Не волнуйтесь, я могу оставаться незамеченным, когда это требуется. Я же неплохо спрятался прошлой ночью, верно?

— ...Что?

— Я укрылся в лесу и спокойно наблюдал за пиршеством. Когда появились молодые люди из клана Тсун, я весь покрылся холодным потом. К счастью, всё закончилось мирно.

После этих слов Камия Ёст широко улыбнулся и покинул нас.

Часть 3

— Что думаешь об этом человеке? — спросил я Ай Фа, пока готовил суп из пойтана. — Мне трудно его понять. Может, не стоит иметь с ним никаких дел?

— Я даже не знаю... — ответила Ай Фа усталым голосом. — Мне бы не хотелось иметь дел вообще ни с кем из Каменного Города, но в том, что сказал этот человек, есть смысл. Хотя он и ведёт себя чересчур легкомысленно.

— То есть всё будет намного проще, если мы сможем ему доверять... Как и Джиза Ву он постоянно улыбается, но их личности очень разные. Может быть, мы и не сходимся во взглядах, но я знаю, насколько Джиза Ву серьёзный человек.

— Но он... ел мясо гибы, — мрачно пробормотала Ай Фа. — Это удивило меня больше всего. Мне всегда казалось, что никто из Каменного Города никогда не согласится на это.

— Ясно. Я не был рождён в Морихене, да и в Почтовом городе Геносе был всего лишь раз. Но я с ним согласен.

— Что ты имеешь в виду?..

— Я согласен с мыслью, что только люди Геноса готовы поверить в предрассудки о мясе гибы и относиться к охотникам на гиб как к воплощениям зла. Фермы Геноса частенько подвергаются нападениям гиб, поэтому местные жители, естественно, имеют о них искажённые представления. Но все остальные люди мало задумываются об опасности гиб и не боятся их. Кроме того, прошли десятилетия с тех пор, как местные жители начали считать гиб воплощениями зла.

— ...

— Почти все лавки в Почтовом городе обслуживаются местными жителями Геноса, поэтому, когда туда приезжают обитатели Морихена, они в основном вступают в контакт с людьми, которые их боятся. Если бы в Почтовом городе открывали своё дело и иностранцы, то они бы спокойно относились к жителям Морихена, и вели бы себя точно так же, как и этот человек. Тогда недопониманий между людьми было бы меньше.

— ...Асута, а попроще нельзя? — Ай Фа не могла сдержать раздражение, на секунду выйдя из образа «величественного достоинства». — Даже если человек не из Геноса, он должен быть из Каменного Города. Твои слова так же непостижимы, как и Камия Ёст.

— По сравнению с Морихеном, моё место рождения действительно больше похоже на Почтовый город. Однако, даже если тема, о которой я говорю, слишком сложная, мы всё равно должны постараться и найти друг с другом общий язык...

— Ты думаешь, я не стараюсь?

Слабый голос Ай Фа удивил меня, и я обернулся.

Она прислонилась к стене возле очага с очень неожиданным выражением лица и полузакрытыми веками.

— Я совсем тебя не понимаю, но я всё же стараюсь изо всех сил, чтобы это сделать. Ты винишь меня в том, что у меня это получается с трудом...?

— Н-нет, это не так! Это моя вина! Пожалуйста, не плачь!

— Да кто тут плачет?! Ты за кого меня принимаешь?!

Ай Фа говорила то, что не было характерно для неё, и густо покраснела. Что ж, вместо того, чтобы быть на грани слёз, пусть уж лучше злится, как обычно.

— Давай сначала определимся с линией поведения. Как много правды мы можем рассказать этому человеку? Что именно мы должны сказать ему? Что нельзя говорить? Нам нужно принять взвешенное решение.

— Я понимаю, — ответила Ай Фа, и зачем-то медленно поднялась со своего места. Затем она подошла ко мне и встала за спиной.

Продолжая готовить пойтан, я задавался вопросом, что случилось, когда она вдруг положила руки мне на плечи и прошептала на ухо: «Асута, а ты что думаешь?»

Так как я был немного выше ростом, вероятно, ей пришлось встать на носки. И хотя она касалась только моих плеч, я всей спиной чувствовал тепло её тела.

— П-погоди! Мы же уже прогнали отсюда этого человека, почему ты продолжаешь шептать?

— Мы не можем быть уверены, что он действительно ушёл. Он может подслушивать снаружи.

Даже если и так, она собирается провести в такой позе следующие несколько часов?

— С-стой! Пойтаны почти выкипели, позволь мне сначала разобраться с ними.

Я почувствовал, как тепло тела быстро исчезло.

В самом деле, её действия выбили меня из колеи даже сильнее, чем Вена Ву.

Я переложил разваренные пойтаны на лист каучукоподобного дерева, сложенный лодочкой, и тихо вытер пот со лба.

Пойтанов было шесть, как раз должно хватить на три порции.

Камия Ёст должен вернуться до заката, ведь он предложил нам поужинать вместе.

«Я не буду напрашиваться на ночь! Но я очень заинтригован культурой еды Морихена! И я готов заплатить!» — сказал тогда он.

Не собираюсь я требовать оплату с гостя, который принёс в подарок дорогое фруктовое вино. Ай Фа отреагировала на его просьбу сложным образом, но всё же согласилась. Вот почему я готовлю ужин на троих.

— Давай, прежде чем начать наши с тобой секретные переговоры, мы определим, что у нас будет на ужин.

Я использовал лопатку, чтобы отскрести от дна обгорелые остатки пойтана, и повернулся к Ай Фа, которая отступила на несколько шагов позади меня.

— Бифштекс.

Вот это скорость!

Заметив моё недоумение, Ай Фа повторила: «...Бифштекс».

Я и с первого раза понял.

— Хорошо. На самом деле, нужно тщательно обдумать этот момент.

Ай Фа стремительно подскочила ко мне, схватила за шею, чтобы наши головы оказались на одном уровне, и прошептала: «Что ты имеешь в виду?»

— Мы не должны позволять ему думать, что бифштекс — привычное для Морихена блюдо, не так ли? Если придётся об этом рассказывать, то может всплыть вопрос о наших отношениях с домами Ву и Лутим. Мы должны решить, какую информацию стоит обнародовать, а какую нет, — прошептал я Ай Фа в ответ.

Наши лица находились так близко, что, как бы я ни старался сдерживать дыхание, всё равно мог чувствовать её нежный аромат. Я совсем недавно поел, но запах Ай Фа снова пробудил мой аппетит.

Она ничего не заметила и только ещё ближе поднесла губы к моему уху...

— Почему?..

— Эй, поскольку мы не говорим ничего важного, нет нужды шептать, правильно?!

— Может быть, — снова шепнула она мне на ухо.

Видимо, всё-таки придётся разговаривать шёпотом...

— Потому что у этого человека особый статус. Он же отлично знаком с лордом Геноса, верно? Если сболтнём лишнего, это может привести к недоразумению. Кроме того, он не особо ладит с домом Тсун, поэтому не стоит слишком много ему рассказывать о доме Ву и доме Лутим, верно?

— ...Он уже встречал Донда Ву и знает, что мы принимали участие в пиршестве, — прошептала Ай Фа.

Мочка моего правого уха, казалось, таяла от её голоса.

— Это правда. Но важно то, что... Донда Ву готов воспользоваться любым шансом, чтобы свергнуть дом Тсун. Можем ли мы рассказать ему об этом?

Вопрос, над которым стоит задуматься.

Я устал стоять в такой позе, поэтому присел на пол и ткнул пальцем в арию, которая ожидала своего звёздного часа.

— Но ведь он...

— Уваааа!

— Ты чего орёшь, болван! Хватит меня пугать.

— Э-это ты меня пугаешь! Не подкрадывайся так внезапно и перестань шептать мне на ухо!

— ...Да я же топала, как гиба, как ты мог этого не заметить?

— К сожалению, я не охотник, у меня нет такой острый слух! Когда подходишь ко мне, делай это так, чтобы я тебя видел!

— Ну и брюзга же ты... — недовольно ответила Ай Фа и присела передо мной на корточки.

Она схватила меня за подбородок, повернула лицо в сторону и наклонилась.

— Поскольку в будущем этот человек может обратиться к Донде Ву, сокрытие правды нам не сильно поможет... Но мы не обязаны также кормить его информацией.

Наконец сдавшись, я понял, что мне некуда бежать.

Боги, должно быть, хотели испытать мою силу воли. И делали это весьма напряжённым образом.

— Я понял. Давай приведём наши мысли в порядок. Ай Фа, как ты думаешь, какую информацию мы не можем раскрыть этому человеку?

Ай Фа снова тяжело вздохнула.

Её лицо было в 10 см от моего. Если кто-то из нас пошевелится, наши колени соприкоснутся. Мне всё труднее и труднее удавалось поддерживать хотя бы относительное спокойствие.

Ай Фа, наконец, подняла голову. В панике я слегка отвернулся и услышал, как моё ухо ласкает её нежный шёпот.

— Никакую...

— Ты уверена?!

Я рефлекторно дёрнулся, и мы чуть не стукнулись головами.

Ай Фа надулась, словно в ярости.

— Но ведь это ты предложила этот секретный разговор, так что у тебя должно быть что-то на уме, не так ли? Просто расскажи мне, что ты думаешь.

Она резко отвернулась.

Я был так напряжён, что ощутил усталость, сравнимую с той, которую я чувствовал вчера.

— Ты думаешь, что дом Тсун — это позор Морихена, но терпеть не можешь городских жителей, которые их критикуют. Тогда... если этот человек накажет Доддо Тсуна и других за их преступления, станет ли он врагом Морихена?

Ай Фа беспокойно нахмурилась.

На этот раз она не стала отвечать шёпотом.

— Если клан Тсун нарушает законы города и подвергается наказанию, то это их собственная вина. И, естественно, горожане не станут нашим врагом из-за чего-то подобного... Однако если городские жители попытаются обвинить их в том, что они нарушают законы Морихена , то это будет унизительно для нас. Если городские начнут лезть в жизнь обитателей Морихена, это только ещё больше испортить наши с ними отношения.

Ясно. Было немного трудно понять, что она имела в виду, но суть была в том, что когда жители Морихена нарушают городские законы, их должны судить жители города. Но если их преступления нарушили правила Морихена, то их судьбу должны были решить жители Морихена и никто другой.

— Хммм... Но ведь дом Тсун продолжает нарушать законы Морихена, не так ли? Неужели, местные жители этого не замечают?

— О чём ты? Я ещё ни разу не закрывала глаза на преступления дома Тсун.

— Я знаю это. И думаю, что ты невероятна... Но ведь не все в Морихене такие, как ты. Никто не осмеливается бросить вызов дому Тсун, верно? Как вчера ночью, когда люди из дома Тсун пришли, чтобы устроить драку, все могли только сидеть и терпеть их тиранические действия, пока Донда Ву и Дэн Лутим не вмешались.

— Без дозволения главы дома никто не может своевольно бросить вызов клану Тсун. Поскольку я являюсь главой своего дома, то могу делать то, что хочу.

— То, что я собираюсь спросить, может показаться неприятным... Есть ли у небольших домов, не связанных с кланом Ву, какой-либо другой выбор, кроме как покорно сносить издевательства дома Тсун?

Ай Фа закусила нижнюю губу, подняла голову и ответила, глядя мне прямо в глаза: «Клан Тсун — главный клан, но если они перегнут палку, то люди определённо склонятся на сторону клану Ву. Чтобы этого не допустить, эти идиоты стараются сдерживать себя».

— Значит, они не могут открыто делать всё, что захотят, и есть вопросы, в которых даже они проявляют осторожность?

— ...

— Ай Фа, ты сильная. Когда Диддо Тсун и Доддо Тсун поступают плохо, ты можешь прямо им об этом сказать. Но те, кто не так силён, как ты, могут только молча сносить их издевательства — когда я думаю об этом, то чувствую, что не могу их простить.

— ...Мои способности не безграничны, поэтому я могу остановить только то насилие, которое вижу своими глазами, — ответила Ай Фа, снова положив руки ко мне на грудь.

Её действия не были грубыми, скорее, она просто слегка прижалась ко мне.

— Я могу защитить только саму себя, вот почему...

Вот почему ты всегда жила в одиночестве.

И именно поэтому я могу стать для неё лишним бременем.

Я кивнул и сжал руку Ай Фа, которая покоилась у меня на груди.

— Прости, я не хотел ни в чём тебя винить. Никому бы не понравилось такое агрессивное поведение. Вот почему клан Ву и дом Лутим так сердятся... Между прочим, действительно ли клан Тсун настолько силён? Поскольку они считаются с кланом Ву наравне, у них должно быть что-то около ста кровных родственников, и каждый из них подчиняется главе клана Тсун, верно?

— Я не знаю. Мне неизвестны все родственные дома клана Тсун.

— Понятно... Но ведь эти родственные дома не так порочны, как главный дом, верно?

— Понятия не имею... Но если бы все сто членов клана Тсун внезапно пренебрегали своими охотничьими обязанностями, то гибы уже давно бы захватили весь лес.

— И правда. Если бы сто из пятисот жителей Морихена вдруг наплевали на свой долг, это было бы...

Я остановился на полуслове и вспомнил о том, что слышал не так давно.

— ... Теперь, когда ты упомянула об этом, Лудо Ву однажды сказал мне: «Что-то в последнее время гибы как-то уж сильно расплодились».  Гибы обычно держатся одиночками, но трое из них внезапно одновременно напали на охотников, в результате чего отец Шина Ву получил серьёзную травму ноги. И он также спрашивал у меня, как обстоят дела в лесу дома Фа...

Выражение лица Ай Фа, которая всё ещё прижималась к моей груди, стало серьёзным.

— Асута, я уже упоминала об этом на следующий день после того, как встретил тебя.

— А?

— Ты спросил меня: «Охотники Морихена охотятся на гиб каждый день, так почему гибы ещё не вымерли?». Но тогда я ответила тебе, что популяция гиб не только не уменьшается, а наоборот — увеличивается.

— ...

— Их становится больше. Сейчас самый разгар сезона охоты на гиб, но их число просто невероятно... Честно говоря, в лесу их так много, что теперь мне даже не нужно использовать фрукты, чтобы их приманить.

— Э? Ай Фа, ты не используешь «жертвенный стиль охоты»?

— В последние несколько дней нет. Несмотря на это, сейчас гибу поймать проще простого.

— Понятно. Хм, но ведь это странно. Значит, этот аромат не от фруктов, которые привлекают гиб?

Ай Фа немедленно густо покраснела, и её пальцы на моей груди заметно напряглись.

— Когда мне в волосы попадает фрукт, запах которого привлекает гиб, от него почти невозможно избавиться! Асута, разве я не говорила тебе не шутить с запахом моего тела?!

— Но ведь нет же, наоборот, я тебя хвалю...

— Шумный...! В любом случае количество гиб увеличивается год от года.

— Понятно. Лудо Ву был не совсем в этом уверен, но именно так он и думал.

— ...Деревня Ву к югу от нас. Клан Тсун — к северу.

Румянец ещё не до конца сошёл со щёк Ай Фа, а глаза горели ярким огнём.

— Возможно, ты не до конца понимаешь особенности жизнедеятельности гиб. Если клан Тсун продолжит пренебрегать своей работой охотников, то весь север Морихена наводнят полчища гиб.

—...Ай Фа, всё на самом деле так плохо?

Возможно... ситуация даже хуже, чем я представлял себе ранее.

Если оставить в стороне моё незначительное чувство моральной ответственности и стремление к справедливости... если жители Морихена продолжат закрывать глаза на порочные действия клана Тсун, то скоро весь смысл их жизни... может просто исчезнуть?

— Ай Фа... этот вопрос может находиться за пределами наших возможностей. Это Камия должен наладить отношения с кланом Ву и домом Лутим, а не мы, верно?

— Это бессмысленно.

— Что? Но почему?

— Вспомни характер Донды Ву. Если клан Тсун перегнёт палку, то он не будет колебаться и использует всю доступную силу, чтобы всё уладить. Он наведёт порядок в Морихене и не станет полагаться на Каменный город... и я могу его в этом понять, — тяжело вздохнула Ай Фа.

Что-то она сама на себя не похожа.

— Поскольку я знаю, что он чувствует, я не хочу подбрасывать в огонь ещё больше дров. Если клан Ву и клан Тсун начнут войну, то мы потеряем много хороших охотников, и порядок в Морихене окажется на грани краха.

— Даже если до этого дойдёт, никто всё равно не захочет полагаться на жителей Каменного города..., — в свою очередь вздохнул я.

Ситуация становилась всё сложнее и опаснее, но нам с Ай Фа удалось встретить человека, который был знаком с высшей властью Каменного города.

В доме Ай Фа было только два человека. Какое бремя боги или демоны хотят возложить на нас?

Как простой хранитель домашнего очага, самое большее, что я мог сделать, это нарезать мясо для главы дома и нашего гостя.

Часть 4

— Привет, извините за опоздание.

Когда гость вернулся в наш дом, солнце успело только-только коснуться западного края леса.

— Несмотря на то, что здесь проживает всего пятьсот человек, это поселение невероятно обширное. Это мой второй визит в Морихен, и я до сих пор никак не могу здесь освоиться.

— Вам обязательно нужно это сделать?

— Хмм, ну, такая у меня работа. Тут уж ничего не поделаешь.

Прошло несколько часов, но градус подозрительности Камии Ёста так и не снизился.

— Между прочим, очень приятно пахнет! Всё это время я изо всех сил держался и не перебивал аппетит вяленым мясом! Ах да, вот мой клинок, доверяю его вам.

— Сюда, пожалуйста. Я как раз закончил готовить.

Я не планировал ради него менять привычный распорядок. Если бы Камия Ёст не вернулся вовремя, мы бы начали без него.

Когда я увидел, что он вернулся именно в тот момент, когда мы собирались сесть за стол, я испугался, что он и в самом деле всё это время подслушивал снаружи, как и сказала Ай Фа.

Я не возражал бы, если бы он просто услышал наш разговор, но мне бы не хотелось, чтобы  он увидел ту неловкость, которую я испытывал из-за случайных прикосновений к телу Ай Фа.

— Уваа, впечатляет! Какая интересная круглая форма!

— Я измельчил мясо и слепил из него круглую котлету.

— Ясно. Но зачем?

— Потому что так вкуснее.

Похоже, в этом мире не было такого блюда, как бифштекс. Или, может быть, этот человек просто никогда не видел ничего подобного.

— В любом случае, давайте приступим. Мы голодны.

— Конечно, конечно. Давайте за стол!

Я решил не сильно ломать голову над меню и поэтому просто приготовил привычную еду дома Фа.

Блюд было три: бифштекс из мяса гибы, жареная ария с тино и жареные пойтаны.

Я надеялся вскоре получить новый котелок, чтобы добавить в меню ещё одно блюдо — суп.

— Хмм? Это фувано? Я слышал, что основной продукт питания в Морихене — это пойтаны.

— Это и есть пойтан. А что такое фувано?

— Булочка, которую тогда ела Тара. Жители запада обычно добавляют в неё мясную начинку или овощи... Э? Значит, это пойтан? Точно? Это точно пойтан?

Похоже, что такой способ приготовления пойтана не был распространён за пределами Морихена. Его реакция заинтриговала меня, поэтому я наклонился вперед.

— Можете рассказать мне, как люди в городе готовят пойтан?

— Городские жители вообще не едят пойтаны в повседневной жизни. Их берут в дорогу, потому что, в отличие от фувано, пойтаны хорошо хранятся и долго не портятся. Они довольно дёшевы и прекрасно подходят для длительных путешествий... Единственный недостаток — неприятный вкус.

— Это прискорбно.

В этот момент Ай Фа потянула меня за угол рубахи. Должно быть, она умирала с голоду.

— Прошу, приятного аппетита. Надеюсь, вы больше не станете демонстрировать нам свою скрытую сторону.

— Конечно, я постараюсь! Ну, тогда и вам тоже приятного аппетита.

— Итадакимас!

— ......

Мы втроём заняли свои места за столом и слегка приподняли тарелки.

Вчера мне довелось нашинковать целую гору бифштексов, но прошло уже довольно много времени с тех пор, как мне доводилось попробовать один. После приготовления на гриле такого большого количества стейков, я чувствовал, что стал лучше переносить постоянный жар от огня. Это не могло меня не радовать.

Сегодняшний стейк был гигантским, почти по 500 грамм каждый. Тщательно отбитое мясо, замаринованное во фруктовом вине, было таким сочным, что просто таяло во рту.

Когда я жевал, вкус жирного сочного мяса мягко обволакивал весь рот. Ах, мясо гибы действительно прекрасно подходит для приготовления бифштекса. Я ещё раз в этом убедился. Золотистая хрустящая корочка снаружи и нежная текстура внутри были идеально сбалансированы. И как я раньше довольствовался мини-версией этого блюда?

Гарнир из арии по текстуре был схож с луком, а тино — с капустой. Оба этих овоща очень хорошо дополняли мясо. Тино портился гораздо быстрее арии и пойтана, поэтому мы должны были управиться с ним как можно скорее.

Ну что ж...

Я оторвал взгляд от своей тарелки и проверил, как там дела у нашего гостя. К счастью, на этот раз он не встретил меня выражением лица бога смерти.

Но мышцы на его лице дрожали так, будто он собирался вот-вот расплакаться.

Я не особо хотел сейчас с ним общаться, но из вежливости всё равно спросил: «С едой всё в порядке?»

— Она великолепна, — ответил он дрожащим голосом. — Я изо всех сил пытаюсь сохранить самообладание. Как у меня получается? Я выгляжу нормально?

— Уж не знаю, что в вашем понимании «нормально», но, по крайней мере, вы не выглядите так же пугающе, как в прошлый раз.

— Понятно, это хорошо.

Камия Ёст откусил кусочек запечённого пойтана.

В следующую секунду с его лица слетело всякое выражение.

— Разве я не просил вас перестать меня пугать?! Вы тут шутки со мной шутите?! — практически закричал я от неожиданности.

— Ох, я ведь не нарочно. На самом деле, это вы меня слегка пугаете.

Он произнёс это таким тяжёлым голосом, что я бы не удивился, если бы дальше он сказал: «А теперь, я должен вас убить».

С ним действительно всё в порядке?

Ай Фа не обращала никакого внимания на гримасы, которые строил Камия Ёст, и продолжала есть свой бифштекс.

Чужак, осмелившийся попробовать мясо гибы, должен был тревожить Ай Фа, но казалось, ей было всё равно... нет, она, вероятно, просто потерялась в своём мире бифштекса.

Не знаю, может, у меня просто разыгралось воображение, но по сравнению с обычным стейком или супом из гибы, поедая бифштекс, Ай Фа выглядела чрезвычайно счастливой. Если бы я не планировал меню должным образом, она была бы готова поедать бифштексы каждый день на завтрак, обед и ужин. Вот жуть-то.

Но почему-то... я был этому только рад.

Женщины из клана Ву и дома Лутим, должно быть, испытывали точно такое же удовольствие.

Кроме Лудо Ву, мужчины из клана Ву не особо интересовались мной. Но даже им должно было понравиться, я уверен.

— Эй, это же просто отлично! Какой изысканный, уникальный вкус! Асута, да кто же вы такой?

Закончив трапезу, Камия Ёст, наконец, вернулся к своему привычному состоянию и сказал: «Никогда не пробовал ничего вкуснее! Вы упомянули, что сначала измельчили мясо, а затем придали ему форму круглой котлеты? Как вам вообще в голову пришёл такой необычный способ его приготовления?»

— Даже не знаю. В моей стране это довольно распространённый кулинарный метод.

Несколько веков назад конское мясо в Монголии было очень жёстким, поэтому люди сначала его измельчали, прежде чем начинать готовить. Говорят, что бифштекс берёт свои корни именно из тех времён. Деталей я не помню, да и в этом мире, естественно, эта информация бесполезна.

— Хмм... Действительно потрясающий характерный вкус. Никогда прежде не пробовал такое лакомство.

— Вы преувеличиваете. Неужели вы никогда не обедали с лордом графом в Каменном Городе?

— Ох уж эта еда аристократов... Вы знаете, она довольно интересна, но вот что касается вкуса... не могу точно сказать. Однако ваша же кухня определённо уникальна, тут нет никаких сомнений.

Камия Ёст скрестил руки на груди и продолжал на разный лад нахваливать блюдо. Возможно, он немного и преувеличивал, но мне это совсем не действовало на нервы.

— Асута. Я думаю, что «уникальность» блюда не определяется одним только вкусом.

— А? Да, я согласен.

— Я слышал, что мясо гибы жёсткое и вонючее, но и представить себе не мог, что на самом деле оно такое нежное и вкусное. А этот пойтан, которому вы придали форму фувано... В дополнение вы использовали только арию и тино, но ужин получился просто восхитительным... Ингредиенты просты, но результат просто поражает воображение.

— Рад, что вам понравилось.

— Если бы такие блюда подали мне в замке, я бы просто подумал: «О, какое интересное блюдо. Должно быть, на него была потрачена куча денег» и не был бы так удивлён. Если кто-то готов платить, то вполне естественно ожидать от него блюд, трудных в приготовлении. Тем не менее, ваши ингредиенты — мясо гибы, ария и пойтан. Ведь всё это люди считают дешёвым и неаппетитным. Это действительно удивляет меня до глубины души!

— Что, люди действительно считают арию дешёвой и неаппетитной?

— Хмм? Ну, люди в городе довольно часто её едят. В конце концов, она дешёвая и питательная, так что ария и фувано — основа рациона горожан. Арию также можно найти и на столах столицы. Но там считают, что частое употребление в пищу таких дешёвых овощей — признак бедности, поэтому арию в основном едят люди в Почтовом городе Генос и местные фермеры.

— Вот как? Значит, ария — основной продукт питания крестьян, и дворянам есть что-то подобное не к лицу?

— Верно. Но оставим в стороне моё удивление, ваша стряпня и правда очень вкусна. Асута, жители Морихена позволяют вам готовить на огромном банкете именно из-за ваших выдающихся кулинарных талантов, верно?

Он внезапно поднял важную тему.

Меня действительно заинтересовал рассказ этого странного человека о кулинарных предпочтениях горожан, но время для пустой болтовни было неподходящим.

— Извините, но я забыл спросить вас. Почему вы подглядывали за пиршеством дома Лутим в ту ночь? Если честно, это довольно низкий поступок.

— Виноват, кругом виноват. Не смог сдержать любопытства. Как вы знаете, когда я встретил вас в деревне Ву, площадь как раз готовили для банкета. А когда вы сказали, что очень заняты работой, я предположил, что готовится праздничное мероприятие. Вот я и тихонько пробрался в Морихен два дня спустя.

— Не уверен, можно ли считать ваши действия преступлением или нет, но где вы вообще прятались?

— В лесу прямо перед площадью. Я знаю, что с моей стороны было бы неуместно заходить на площадь... Но я даже подумать не мог, что эти негодяи окажутся гораздо наглее меня и просто вломятся туда.

— ...Вы поняли, что они из клана Тсун, потому что вместе с ними был Доддо Тсун?

— Да. И я узнал, что ты приготовил еду для пиршества, подслушав ваш разговор.

Я замер.

Получается... он должен был слышать, что кричали Дан Лутим и Донда Ву. Теперь, даже если бы я захотел, я едва мог скрыть от него какую-либо информацию.

— К слову сказать, Ай Фа тогда выглядела действительно потрясающе! У меня и сейчас нет претензий к её наряду, но так, как в тот раз, она одевается только на большие банкеты, верно?

Ай Фа слегка наклонила голову, словно спрашивала: «Мне действительно нужно отвечать на этот вопрос?»

Она постепенно начинала понимать, как ей следует вести дела с этим человеком напротив.

Её сердце должно было наполниться замешательством, когда она услышала, как тот на все лады нахваливает мясо гибы, но она не подавала виду и сохраняла полное спокойствие.

А вот я... всё ещё сомневался.

Как бы я ни старался понять мысли этого человека, он продолжал от меня ускользать, как угорь. Вероятно, для этого потребуется некоторое время.

И вот так...

— Ну что ж, думаю, настало время мне покинуть вас.

Когда я увидел, что Камия Ёст готовится встать, я чуть не свалился на пол со стула.

— В-вы уже уходите?

— Да. Разве вы не говорили, что жители Морихена предпочитают ложиться спать пораньше, сразу после ужина? Я полуночник, и мне было бы неловко задерживать вас.

— Камия Ёст... по какой именно причине вы здесь?

— Я сказал об этом в самом начале. Я здесь для того, чтобы связать нас узами дружбы друг с другом.

Это было плохо.

Как и ожидалось, я совсем не смог его понять.

Я хотел использовать силу и положение этого человека, чтобы остановить падение клана Тсун и, в свою очередь, обеспечить безопасность Ай Фа, да и себе тоже. Но я так и не смог понять, что у него на уме — он мыслил слишком либерально.

Стоило вообще выбросить этого человека из головы.

— Да, кстати. Есть ещё одна вещь, которую нужно обсудить, или, скорее, я хотел бы вам кое-что предложить.

— И что же это? — ответил я не слишком заинтересованно.

Вероятно, он хотел сморозить очередную глупость. Если он опять начнёт нести какой-нибудь вздор, то я могу воспользоваться этой возможностью, чтобы разорвать с ним все связи... И, несмотря на то, что я лелеял подобную мысль, его безумство на порядок превзошло моё воображение.

— Не хотели бы вы открыть свой продуктовый киоск в Почтовом городе Генос?

В самом конце нашего разговора в тот вечер он произнёс эти шокирующие слова.

Глава 2: День выбора

Глава 2

День выбора

Часть 1

На следующий день после того, как мы встретились с Камией Ёстом, мы с Ай Фа с утра пораньше посетили деревню Лутим.

Честно говоря, сами мы больше не могли справиться с этим сумасбродом.

Направившись на юг от деревни Ву, мы пришли к пяти большим домам, построенным бок о бок друг с другом. Это была деревня Лутим, и я уже несколько раз посещал это место до свадьбы, чтобы поговорить с женихом и невестой.

К счастью, к тому времени, когда мы вошли в самый большой главный дом, Каслан Лутим уже проснулся.

— Эй, да это же Ай Фа и Асута! Что-то стряслось? — с улыбкой принял нас Каслан Лутим.

Глава дома, Дан Лутим, ещё спал. Но нас это устраивало, так как Каслан Лутим был серьёзным человеком с гибким умом и широкими взглядами. Нам нужно было посоветоваться именно с ним.

— Извините, что мы пришли в такую рань.

— О, да всё нормально, обычай дома Лутим гласит, что мужу и жене не нужно работать три дня до и после свадьбы. Я очень рад вашему визиту, — со спокойной улыбкой ответил Каслан Лутим.

Несмотря на это, я продолжал чувствовать вину за то, что пришёл со своими проблемами к жениху всего лишь через два дня после свадьбы. Но мы были совершенно сбиты с толку и хотели узнать мнение третьей стороны.

— Вчера наш дом Фа посетил Камия Ёст, и разговор с ним пошёл в неожиданном направлении... — сразу перешёл к делу я, когда Каслан Лутим привёл нас в большой зал, который мог посоперничать по размеру с залом кланом Ву.

Мы хотели обсудить безумную идею, которую Камия Ёст предложил нам вчера вечером.

◇◆◇

— Что?! Чего ради нам открывать киоск в Почтовом городе? — ответил я в панике, но Камия Ёст не обратил на мою озабоченность никакого внимания.

— Конечно же, ради того, чтобы обитатели Морихена стали более сильными и процветающими.

Я вздохнул и рефлекторно почесал голову.

— Но как киоск связан с силой и процветанием жителей Морихена? Что-то я не улавливаю логики.

— Почему? Асута, хоть ты и прибыл из чужой страны, но теперь ты полноправный житель Морихена. Если ты начнёшь преуспевать, то это значит, что и жизнь в Морихене тоже станет чуточку более процветающей, верно?

— Я так не думаю. Заработанные мной медные плитки сделают богаче только дом Фа. Кроме того, в доме Фа нас всего двое, у нас нет родственников и нет семьи. Поэтому и выгоду получим только мы двое.

— Хмм? Что ты имеешь в виду?

Я принялся объяснять этому человеку, что жители Морихена укрепляют связи между кланами с помощью кровных уз.

Вероятно, он уже знал это, но я всё равно сообщил ему, что такого понятия, как «торговля» в Морихене не существует. И поэтому все заработанные деньги не покидают пределов семьи.

Однако на лице Камии Ёста появилась слабая улыбка.

— Я не могу с этим согласиться. Судя по тому, что вы сказали, люди Морихена не заботятся ни о ком, кроме своей семьи. Я хочу сказать, неужели вы и в самом деле считаете, что все остальные не имеют значения?

— Ну, не стоит впадать в крайности. Конечно, у нас тоже есть друзья. Но даже если мы разбогатеем, к ним это не будет иметь никакого отношения.

— Это только в том случае, если вы приберёте все денежки себе, как делает главный клан.

После его слов в глазах Ай Фа зажглась истинно охотничья искра.

Это была естественная реакция. Не могу сказать, что я разозлился, но моё недоверие к этому человеку было доведено до предела.

— Ох, да я просто болтаю всякую чепуху, не обращайте внимания. Никогда бы не подумал, что моё предложение может вызвать у вас такое отторжение.

— Ну да... Даже для простой болтовни, это было слишком неожиданно.

— Правда? А я вот думаю, что такие внезапные озарения очень даже хороши. В конце концов, открыть киоск в Почтовом городе не так уж и сложно, — небрежно отозвался Камия Ёст.

Сперва он собирался встать, но откинулся назад и погладил свою короткую бороду.

— Что ж, я понял. Объясню вам всё подробно с самого начала. Первое, о чём я подумал — это ценность мяса гиб.

— Ценность мяса гиб...?

— Жители Морихена меняют рога, клыки и шкуры гиб на еду. В таком случае, почему бы не начать продавать и мясо тоже?

— Но ведь люди в городе не станут его есть, верно? Они боятся этих животных и издевательски называют обитателей Морихена «гибажорами».

— Это касается только жителей Геноса. Путешественники и переселенцы просто следуют местным традициям.

— Это так, но...

— Позвольте мне спросить: вы действительно согласны с тем, что жителям Геноса правильно называть обитателей Морихена обидными прозвищами и бояться их? Станут ли от этого жители Морихена счастливее? Если люди Морихена не возражают, тогда всё в порядке. Я могу понять, почему вы не хотите, чтобы горожане узнали, насколько вкусны гибы. Вы вольны отказаться от моего предложения... Но если это не то, что на самом деле думают обитатели Морихена, то я действительно не могу себе представить причину, по которой вы не хотите продавать мясо гиб.

Жители Морихена открыли для себя притягательность мяса гиб совсем недавно, в этом самом месяце... Поэтому мне не было смысла его в чём-то упрекать.

Ведь действительно, поскольку мы могли свободно торговать бивнями и рогами гиб, не существовало никаких причин, по которым мы не могли бы продавать и мясо тоже.

— Вы хотите, чтобы я открыл мясную лавку в Почтовом городе? Это действительно выгодно?

— Если вы откроете мясную лавку с места в карьер, то не заработаете ни гроша. Сначала мы должны позволить им узнать, какое у гиб вкусное мясо. Вот почему я предложил вам открыть киоск... Не мясную лавку, а именно продуктовый киоск с готовой едой.

— ......

— Если всё получится, можно будет задуматься и о продаже мяса. Городские жители считают, что мясо гиб плохо пахнет и имеет отвратительный вкус, но если ваша вкусная еда станет популярной, вы сможете опровергнуть это заблуждение. Когда горожане будут готовы платить за мясо гиб медными плитками, ваш успех принесёт пользу и Морихену, не так ли?

Говоря это, Камия Ёст выглядел очень жизнерадостно.

— Клыки и рога из одной гибы можно обменять не более чем на одну серебряную плитку. Шкура стоит примерно столько же. Охотники Морихена рискуют своими жизнями, чтобы всё это добыть, и получают какие-то жалкие гроши... Меня это уже очень давно беспокоит.

— Но ведь... жители Морихена живут так уже восемь десятилетий. Если мы попытаемся нарушить привычный уклад их жизни...

— Асута, то, что я собираюсь сказать, может быть немного грубым. Вы ведь совсем недавно стали жителем Морихена, не так ли? Я поспрашивал среди своих друзей в Почтовом городе, и они никогда не видели иностранца в одежде Морихена в прошлом.

— И что...?

— Я просто хочу сказать, что могу быть немного лучше знаком с привычным укладом жизни Морихена.

Камия Ёст самоуверенно улыбнулся.

— На шее Ай Фа висит несколько ожерелий, символизирующих гордость охотника. Клан Ву довольно многочислен, а клан Тсун прибирает к рукам все деньжата... Асута, вы когда-нибудь общались с другими домами раньше?

Нет.

Почему Камия Ёст спросил это?

— Ответ прост — когда вы узнаете, как живут среднестатистические обитатели Морихена, то не будете возражать против идеи сделать их жизнь чуточку лучше.

— Среднестатистические... обитатели Морихена? Но ведь вы же посторонний, откуда вам знать...

— Это правда, я не житель Морихена, так что это просто моя догадка. Если я ошибаюсь, я надеюсь, что Ай Фа поправит меня.

Ай Фа не сказала ни слова.

Однако... в её пылающих глазах я почувствовал ещё какую-то сильную эмоцию, помимо гнева.

— Большинство жителей Морихена питаются только арией и пойтаном, потому что не могут позволить себе ничего другого. Очень немногие имеют столько же сбережений, сколько Ай Фа, а остальные страдают от бедности. Их дома пусты, и не потому, что они горят желанием вести аскетический образ жизни. Есть те, кто даже не может позволить себе арию и пойтан, они вынуждены питаться одним мясом гиб, что приводит к преждевременной смерти... Это моё предположение. Я пришёл к такому выводу, когда поспрашивал в Почтовом городе и лично осмотрел Морихен. Ай Фа, разве я не прав?

— Способные дома ведут богатую жизнь, а бессильные семьи влачат убогое существование. Именно так и обстоят дела.

— Это означает, что в Морихене достаточно людей, вынужденных питаться одним мясом и преждевременно умирать. Есть даже те, кто вообще не может охотиться на гиб. И они умирают с голоду. Это правда?

— Чтобы всё не закончилось именно так, мы должны усердно работать и становиться сильнее. Меня учили этому с юных лет.

— Поскольку обитатели Морихена учат этому своих детей, это означает, что такой риск вполне реален.

И как всё к этому пришло?

У меня начало закрадываться подозрение... что городской житель Камия Ёст гораздо лучше понимал ситуацию в Морихене, чем Ай Фа, которая вообще редко с кем-либо разговаривала.

— Сторонний наблюдатель может взглянуть на ситуацию более объективно.

Камия Ёст снова улыбнулся, но на этот раз выражение его лица изменилось.

Он прищурился, и в фиолетовой радужной оболочке его глаз зажёгся яркий свет, как у пожилого философа... Мне он не стал казаться менее подозрительным, но в его взгляде читалась такая же мудрость, как и у бабушки Джибы.

— Морихенцы живут честной жизнью... Если гибы проголодаются, они выйдут из леса и уничтожат сельскохозяйственные угодья Геноса. Поэтому людям Морихена не дозволено добывать иную пищу в лесу. Как простой человек, я не могу понять, почему они готовы скорее умереть от голода, чем нарушить такое несправедливое соглашение. Мало того, гибы, на которых они охотятся, рискуя своими жизнями, стоят всего одну или две серебряные плитки. Я не могу мириться с такой несправедливостью. И считаю, что жители Морихена заслуживают большего.

— Но... Чрезмерное богатство может сделать людей порочными. Такими же, как клан Тсун...

— Они получили своё богатство нечестным путём, не прилагая к этому никаких усилий. Я не думаю, что богатство может испортить Ай Фа и Донду Ву. Даже если стоимость ожерелья Ай Фа увеличить в сто раз, она же не перестанет охотиться, верно?

Уж Ай Фа-то... она определённо не перестанет.

Так же, как и Донда Ву.

Клан Ву ежедневно добывал на охоте большое количество гиб, а медные плитки они использовали для того, чтобы купить овощи или аксессуары для своих дочерей. Даже если они заработают целое состояние, то не станут пускать его по ветру или пренебрегать работой охотника. Делом всей их жизни была охота на гиб, и они гордились этим.

Я вспомнил Шин Ву.

Юноша, который поддерживал пятерых членов своей семьи.

И конечно, они не станут голодать, если он положится на других родственников в своей деревне. Но ради защиты своей семьи он был готов зайти так далеко, что перенял опасный «жертвенный стиль охоты».

Не будь он из клана Ву, он был бы похож на Ай Фа, которая происходила из семьи с небольшим количеством кровных родственников... а значит, ему пришлось бы убивать больше гиб, чтобы обеспечить свою семью арией и пойтанами.

— Что скажете? Моё мнение таково, что люди в Морихене могут и должны жить с большим изобилием. Вы считаете, что это необоснованно?

— Из того, что я видел, не могу сказать, что жители Морихена несчастны...

Ранее я встречал женщин Морихена у источника воды, а также видел, как небольшие группы мужчин направляются в лес. Несмотря на то, что я никогда напрямую не контактировал с их домами, я часто видел их снаружи. Их глаза были ясными и яркими, хотя и не в такой степени, как у клана Ву.

Они могут быть бедными, над ними могут насмехаться в городе, но не похоже, чтобы они проживали несчастную жизнь.

— Я согласен с вами. Жители Морихена — это гордое племя, которое держится друг за друга... Вот почему я желаю этим людям лучшей жизни.

Камия Ёст закрыл глаза, скрывая свой непостижимый взгляд. Когда он снова открыл их, то небрежно улыбнулся.

— Я всего лишь по наитию поделился своими мыслями. Судите сами. Только жители Морихена могут решить будущее Морихена. Пожалуйста, выберите путь, который вы считаете правильным и стремитесь вперёд.

— ...Вы продолжаете настаивать на том, что эта идея пришла вам в голову только что?

Меня охватило волнение, и я впился взглядом в непостижимое лицо Камии Ёста.

— Узнав, что я был шеф-поваром на вчерашнем пиршестве... вы напросились на ужин у меня дома, чтобы проверить мои кулинарные навыки?

— Вы мне льстите, я не настолько далеко всё продумал... Однако когда я увидел блаженные лица всех, кто отведал гибу, я озадачился. Если мясо гиб такое вкусное, почему они не продают его вместе с бивнями и рогами? — небрежно ответил Камия Ёст.

У меня в голове всё перемешалось.

Вероятно, Ай Фа тоже была растеряна. Этот человек... кто он такой?

— Асута, после ужина с вами я уверился в том, что вашу кулинарию определённо станет популярна в Почтовом городе. Но то, что я думаю, не важно. Главное — какой путь выберут жители Морихена?

Камия Ёст оживлённо вскочил на ноги, его плащ прошелестел в воздухе.

— Выбор за вами. Если захотите обсудить моё предложение более подробно, можете посетить меня в любое время. Я остановился в таверне «Хвост Кимьюсу» и пробуду там до 15 числа следующего месяца. Я также нанесу вам визит, когда в следующий раз окажусь в Морихене... конечно, если вы согласитесь принять меня.

◇◆◇

Во время моего рассказа Каслан Лутим сохранял молчание и не произнёс ни слова, пока я не закончил.

В самом конце он заметил: «Как неожиданно».

— Никто из горожан никогда раньше не общался с людьми Морихена таким образом. Как удивительно.

Эма Мин Лутим предоставила нам возможность поговорить с Касланом Лутимом наедине, так что в комнате остались только мы трое.

Я наклонился и спросил: «Как вы думаете, что нам ответить Камии Ёсту?»

— Решать вам, но если вы хотите знать моё мнение...

«Это полная чушь...» — Если бы Каслан Лутим ответил именно так, то и Ай Фа, и мне, вероятно, было бы проще жить.

Вот только реальность, как всегда, была жестокой.

— ...Я думаю, что его предложение имеет смысл, — уверенно заявил Каслан Лутим.

— Вот как...

— Да. Обмен мяса гибы на медные плитки не противоречит никаким правилам. Конечно же,  сначала нужно убедить горожан, что мясо того стоит. А что касается благополучной жизни жителей Морихена, то я согласен с мнением этого человека.

Каслан Лутим говорил с полной уверенностью во взгляде.

Если бы у Камии Ёста был такой же взгляд, я бы без колебаний согласился на его предложение.

Тут уж ничего не поделаешь. Все люди разные, да и Каслан Лутим всё же — житель Морихена, тогда как Камия Ёст — из Каменного города, их происхождение было совершенно разным.

— Чрезмерное богатство развращает людей... Я уверен в этом. Если я скажу об этом открыто, могут ли жители Морихена воспринять это как оскорбление?

— Нет. В конце концов, ты уже знаешь один хороший пример — клан Тсун, поэтому такие мысли неизбежны. Впрочем, это аналогично бифштексу, не думаешь?

— Б-бифштексу?

— Ну да. Те, кто послабее характером, будут одержимы его вкусом и испортят себе зубы. Лекарство станет ядом, если принимать его в избытке. На мой взгляд, чрезмерное богатство — это то же самое.

Каслан Лутим слегка улыбнулся.

— Например, восемь десятилетий назад люди Морихена сильно страдали от бедности. У них не было надлежащего оружия, и они не знали повадок гиб. Им было запрещено собирать любую другую еду в лесу... Поэтому многие погибли в схватках с гибами или от голода. Я узнал об этом от Джибы Ву.

— Да...

— Несмотря на это, люди в прошлом продолжали жить в Морихене и с гордо поднятой головой осваивали навыки и учились охоте на гиб. Они продавали клыки и рога, чтобы купить сталь, кастрюли, еду и одежду, успешно создавая жизнь, которую мы имеем сейчас. Клан Ву и дом Лутим более состоятельны и могут позволить себе покупать больше различных ингредиентов для приготовления пищи, а также аксессуары для женщин в дополнение к повседневным потребностям. Бабушка Джиба и другие знают, как тяжело приходилось людям Морихена в прошлом, и довольны своей нынешней жизнью. Пока такие люди существуют — жизнь в изобилии нас не испортит.

— Ясно.

Это всё, что я смог ответить.

Услышав слова Каслана Лутима, мои чувства прояснились.

Ай Фа спокойно слушала наш разговор. Что она думала обо всём этом?

— ...Я хочу сделать одно предположение... — серьёзно продолжил Каслан Лутим, — Асута, если у тебя всё получится, и жители Почтового города захотят платить за мясо гибы медными плитками... Поскольку только члены клана Ву узнали от тебя о кровопускании, то мы единственные, кто сможет торговать мясом.

— Да, это так.

— Если благосостояние клана Ву со временем вырастет и превзойдёт клан Тсун, разве люди не решат, что охота на гиб — верный путь к процветающему будущему?

Я был потрясён.

Каслан Лутим улыбнулся.

— Уж не знаю, о чём думает Камия Ёст. Исходя из твоих слов, он планирует ослабить власть клана Тсун. И поэтому я попытался поставить себя на его место... какой эффект должна возыметь продажа мяса гиб на клан Тсун? Чтобы придти к тому же заключению, к которому только что пришёл я, этот человек должен был знать, что «кровопусканию научились только члены клана Ву и их родственники».

По всей видимости, Камии Ёсту это было известно.

Проницательность Каслана Лутима поразила меня.

— Каслан Лутим, вы... вы невероятны. Я не могу думать на столько ходов вперёд.

— О, я не настолько хорош. Мои единственные сильные стороны — размышления и охота на гиб.

Каслан Лутим посмотрел на меня своими честными глазами.

— Однако я никогда лично не встречал Камию Ёста. Я не могу доверять тому, кого никогда не встречал. Но я доверяю тебе, Асута и... Ай Фа, что ты думаешь обо всём этом?

Ай Фа взглянула на серьёзное лицо Каслана Лутима своими голубыми, ярко светящимися глазами и ответила: «Каслан Лутим, я не могу говорить о таких высоких материях, как ты. Что бы ни произошло в будущем, я не думаю, что клан Тсун сможет когда-нибудь вернуть себе достоинство обитателей Морихена».

— Да.

— Однако... Если наше с Асутой решение сможет хоть немного облегчить жизнь в Морихене... Я буду очень этим гордиться.

— Понятно... — мягко улыбнулся Каслан Лутим и повернулся ко мне, — Я согласен с тем, что сказала Ай Фа. Но мы недостаточно понимаем мотивы Камии Ёста и не можем так легко с ним согласиться. Возможно, в его предложении есть какой-то подвох.

— Да, думаю, вы правы.

— Ай Фа, Асута, какой бы путь вы не избрали, если вам понадобится помощь дома Лутим, можете обращаться в любой момент. Может, вы и не наши родственники, но вы хорошие друзья и достойны доверия. Дом Лутим всегда будет рад принять вас.

— Да, спасибо. Я глубоко признателен вам за это.

Я неосознанно протянул правую руку, а затем быстро убрал её за спину.

— Прошу прощения. В моей стране рукопожатие — это знак дружбы. Я не думаю, что в Морихене есть такой обычай.

— Мне просто нужно пожать твою руку?

Каслан Лутим озадаченно наклонил голову, а затем протянул правую руку. Я сжал большую сильную ладонь охотника изо всех сил. Он схватил меня за руку с равной силой.

— Асута, твои способности могут намного превзойти моё воображение. Надеюсь, ты сможешь стать настоящим лекарством для Морихена.

После того, как Каслан Лутим сказал это, мы покинули дом Лутимов.

Часть 2

Покинув дом Лутим, мы направились прямиком в Почтовый город.

Мы хотели разобраться с этой нелепой проблемой как можно скорее, поэтому решили посетить Камию Ёста и заодно приобрести себе новую кастрюлю.

Ай Фа спрятала в сумку, обычно используемую для овощей, ожерелье стоимостью 20 гиб, и повесила её на плечо.

Каслан Лутим подсказал нам кратчайший путь до города, и мы энергично двинули туда.

— ...Чем больше я об этом думаю, тем более нелепым кажется это предложение, — сказал я Ай Фа по пути. — Удивительно, что таким типичным жителям Морихена, как ты и Каслан Лутим, это вообще могло показаться хорошей идеей. По-видимому, перспектива более процветающей жизни — не пустой звук для людей Морихена.

— Это вполне естественно. Мне тоже довелось пострадать от бедности.

Ай Фа отвернулась и пробормотала: «Я ведь уже говорила тебе раньше, верно? Когда мой отец Гилл не мог выполнять свою работу охотника из-за травмы ноги, дом Фа оказался на грани уничтожения. У нас не было родственников, которые могли бы помочь. И если бы в мою дрянную ловушку чудом не попался молодой гиба... мы бы умерли с голоду».

— Ох, верно... Ты упоминала об этом.

— Когда семья оказалась на краю пропасти, я поняла, как ужасно должен был чувствовать себя мой отец. Я не думаю, что кто-то должен проходить через что-то подобное.

— Хмм...

— Может, эту идею нам и подкинул городской житель, но, пока мы зарабатываем деньги своими силами, даже Донда Ву, ненавидящий Каменный город, не сможет жаловаться. Это состязание между Морихеном и Каменным городом.

Ай Фа, наконец, посмотрела на меня.

Её голос был тяжелым, но глаза оставались ясными...

— ...Пока ты рядом со мной, у нас будет преимущество в этой битве.

— Перестань, ты льстишь мне. От меня не так уж много толку...

Я был так горд, что у меня чуть сердце из груди не выпрыгнуло. Чтобы скрыть свои чувства, я намеренно изобразил жизнерадостное выражение лица.

— Но, прежде всего, нам нужно понять, что на самом деле задумал этот Камия Ёст. Спросим его об открытии киоска в Почтовом городе, а заодно попытаемся выяснить его истинные намерения.

— ...Ты права.

Ай Фа посерьёзнела и зашагала ещё увереннее.

Заставить людей в городе понять ценность мяса гибы — нелёгкая задачка.

Но поскольку и Ай Фа и Каслан Лутим считали, что это очень важно... я был готов принять участие в этой тяжелой битве.

И первым шагом в этой борьбе была встреча с этим сомнительным человеком.

Этот шаг определит, чем станет Камия Ёст для Морихена — лекарством или ядом.

◇◆◇

Итак, мы снова оказались в Почтовом городе.

Уже был полдень, и в городе было больше людей по сравнению с нашим последним визитом.

Мы стояли на мощёной камнем улица шириной 10 метров, по обеим сторонам которой были возведены высокие здания. Вокруг расхаживали люди в самых разных нарядах. Огромные Тотос Моа тянули фургоны и телеги. Многолюдные улицы города были горячими, шумными и полными тепла от людей.

От всей этой суматохи у меня закружилась голова. Пробираясь сквозь толпу, я повернулся к Ай Фа.

— Давай сначала разберёмся с самым неприятным. Не хочу тащиться в гостиницу с железной кастрюлей.

Где же этот «Хвост Кимьюсу», о котором говорил Камия Ёст?

Если присмотреться, почти на всех зданиях висели гигантские вывески с нарисованными на них извилистыми иероглифами.

Я спросил Ай Фа, что там написано, но она ответила только: «Откуда мне знать?»

Придётся спросить у пешеходов.

И вот... мы снова начали наблюдать за людьми в городе.

Пешеходы условно делились на четыре разных цвета кожи: желтовато-коричневый, цвет слоновой кости, чёрный и белый. Желтовато-коричневой и слоновой кости было примерно одинаково. Людей с чёрной и белой кожей было относительно меньше.

У большинства из тех, кто одаривал Ай Фа подозрительными взглядами, была желтовато-коричневая кожа.

Впрочем, люди с кожей цвета слоновой кости вели себя так же.

А вот у людей с белой и чёрной кожей во взглядах не было ни страха, ни презрения. Однако нельзя сказать, что они были очень уж дружелюбны. Некоторым не было до нас никакого дела, а другие только с любопытством поглядывали на Ай Фа.

Я подумал, что будет более уместно поговорить с кем-то, похожим на меня, поэтому решил обратиться к юноше с кожей цвета слоновой кости.

— Извините, вы знаете гостиницу под названием «Хвост Кимьюсу»?

У парня были короткие каштановые волосы. Он удивлённо остановился и подозрительно перевёл взгляд с Ай Фа на меня.

На его лице не было никаких признаков страха. Или даже намёков на презрение. Он лишь казался чем-то обеспокоенным и немного сбитым с толку.

—  «Хвост Кимьюсу» — это вон то здание с красной черепичной крышей.

— Ясно, спасибо.

Юноша быстро развернулся и ушёл.

«Я не имею ничего общего с жителями Морихена!» — казалось, что он изо всех сил старался подчеркнуть этот факт.

Вполне понятная реакция, поэтому я просто почесал голову.

— Хорошо, идём.

Большинство зданий были построены из дерева, и кое-где были видны голые деревянные доски. Но было также много стен и крыш, окрашенных в красный или зелёный цвета.

Это для красоты или чтобы защитить дерево от непогоды? А может, и то и другое сразу? Я не мог сказать.

Как бы то ни было, мы прибыли в пункт назначения.

Большое здание гостиницы, как и окружающие его дома, было двухэтажным. На вывеске красовался рукописный рисунок, чем-то напоминающий птичьи перья.

В прошлый раз, когда я попробовал мясную булочку в этом городе, Камия Ёст сказал, что это булочка с кимьюсу. Мясо на вкус было мягким, как куриное филе, так что, вероятно, кимьюсу — это какая-то птица.

— ...Ай Фа, ты в порядке?

— А что такое?

— Ничего, просто, наверное, ты впервые входишь в здание в Почтовом городе.

Ай Фа молча пожала плечами.

Её жест как бы намекал: «Тут не может быть опаснее, чем в лесу, не так ли?»

Тем не менее, я думаю, что настоящей угрозой для охотников были не рога и клыки гиб, а клинки людей. Но если бы мы сейчас ушли, никакого прогресса не было бы.

У входной двери в гостиницу были массивные металлические петли. Ручки не было, поэтому я просто положил руки на двойную дверь и осторожно распахнул её.

— Добро пожаловать в...

Приветствие прервалось на полуслове.

За высокой стойкой сидел довольно пухлый мужчина средних лет с жёлто-коричневой кожей и удивлённо смотрел на нас.

Мне было трудно определить его рост, потому что он сидел, но, по всей видимости, он был не слишком высок.

На нём была одежда серого цвета и серый же фартук. На голову была нахлобучена шляпа цилиндрической формы. На улицах часто можно было увидеть этот стиль одежды.

— ...Вы здесь, чтобы пообедать?

«Вы же не собираетесь остановиться здесь, верно?» —  большие глаза владельца, казалось, предостерегали нас.

В его взгляде было больше презрения, чем страха.

— Нет, хотим нанести визит Камии Ёсту, который должен был здесь остановиться.

— Камии?

Мужчина средних лет снова широко распахнул глаза от удивления.

Затем он пробормотал: «Этот сумасшедший...» и развернулся, чтобы прокричать себе за спину: «Камия! У тебя гости! Могу я их впустить?!»

В гостинице был свой ресторан.

Было уже за полдень, время завтрака давно прошло, а обеда ещё не настало, поэтому людей в ресторане было немного. Внутри стояло три деревянных стола и стулья. Приятная обстановка напомнила мне домики на горнолыжных курортах.

Однако... людей, сидящих внутри, окружала аура опасности.

У них были разные волосы и цвет кожи, но все они были крепкими мужчинами с довольно зловещими лицами. Трое из пяти носили кожаные доспехи и стальные рукавицы. Было у них и оружие: мечи, топоры и булавы... И все они были пьяны.

Я был не особо против того, что мужчины, способные заработать себе на жизнь, выпивают в середине дня. Вот только у этих были какие-то слишком уж неприятные взгляды, когда они повернулись в нашу сторону.

Любопытные взгляды.

Выражение презрения на лицах. Подозрительность. И... похотливые ухмылки. Они не боялись Ай Фа. Некоторые из них вели себя так, словно смотрели на что-то грязное, другие злобно кривили рты, как Доддо Тсун.

Атмосфера была ужасной.

— Эй, Камия, ты там? Спишь, что ли?! — снова закричал мужчина средних лет.

— Да! — неожиданно прозвенел милый голосок.

Из глубины ресторана выбежал мальчик со светло-каштановыми волосами.

Мальчику было около десяти лет, и у него были умные карие глаза.

— Вы Ай Фа и Асута из дома Фа? Добро пожаловать! Я ученик Камии Ёста Лейто. Сюда, пожалуйста.

Ученик?

Это в каком смысле?

У мальчика были довольно длинные светло-каштановые волосы и очень вежливое выражение лица.

На нём была рубаха без рукавов, шорты с небольшим мешочком и ножом на поясе, а также кожаные ботинки на ногах. Его одежда была опрятной, выглядела добротно и хорошо на нём сидела. Будь он моим родственником, я бы обязательно сказал ему не связываться с этим подозрительно выглядящим дядей.

Но я был всего лишь гостем, а не родственником, поэтому только и мог, что проследовать за ним.

— Эй, раз уж вы в моём ресторане, делайте заказ! — окликнул нас мужчина средних лет.

— Ах да, конечно. Чего бы вам хотелось? — повернулся к нам мальчик.

— Хмм? Я впервые в подобном месте, поэтому не уверен...

Я прошептал мальчику: «А ещё у меня нет с собой денег».

—  Ясно. Я всё понял, — мягко улыбнулся мальчик и повернулся к владельцу ресторана.

— Я хочу заказать два «чая зозо». Пожалуйста, запишите их в наш счёт. Мы будем на своём обычном месте.

— Хорошо, — помахал правой рукой мужчина средних лет.

Я бросил взгляд на лестницу на второй этаж, а потом мы все прошли вглубь помещения.

Глаза мужчин, распивающих алкоголь, следовали за нами.

К счастью, когда мы проходили мимо их стола, они ничего нам не сказали.

В конце прохода я увидел дверной проём. Зайдя внутрь, я оказался в просторной комнате размером с настоящий ресторан. Столы были поменьше размером, но их было гораздо больше, чем в соседней комнате. Остальная обстановка была примерно такой же.

В самом дальнем углу я увидел знакомые золотые локоны. Это был Камия Ёст.

Он крепко спал.

Прислонившись к стене позади, он облокотился на спинку деревянного стула и закинул ноги прямо на стол. Слышно было, как он сладко посапывает.

Больше никого в комнате не было.

— Камия, ваши гости здесь! Жители Морихена, которых вы так ждали. Просыпайтесь!

Мальчик сел рядом с Камией Ёстом и громко хлопнул в ладоши прямо перед его носом.

— Няяя... — недовольно проворчал Камия Ёст.

Извини, но это было совсем не мило.

— Угх, что такое? Я совсем не выспался... Хм? Ай Фа? Асута? Не ожидал вас увидеть так скоро!

Он открыл свои усталые глаза, и на его худом лице расцвела радостная улыбка.

— Как грубо с моей стороны. Пожалуйста, присаживайтесь! Лейто, принеси им чаю.

— Я уже сделал заказ. Можете опустить ноги на пол.

— Ах, прошу прощения, виноват.

Ноги в кожаных сапогах исчезли со стола, и мальчик проворно вытер стол тряпкой.

— Пожалуйста, присаживайтесь.

— Спасибо.

Садясь, я заметил, что Ай Фа почему-то колеблется. К слову сказать, я ни разу не видел стульев в Морихене.

Несмотря на это, Ай Фа хладнокровно села и поправила свой плащ.

— Я и представить себе не мог, что мы встретимся с вами сразу же не следующий день. Ай Фа, Асута, я очень рад вас видеть.

Сказав это, Камия Ёст широко зевнул.

— Ох, простите. Я всю ночь проработал и так и не смог как следует выспаться.

— Понимаю. А что у вас была за работа?

— Хмм? Всю ночь я занимался исследованием Морихена.

— ...Ты не боишься, что гизу откусят тебе ноги?

— По сравнению с гибами и охотниками, в этих гизу нет ничего особенного.

Кстати, упомянутые ими гизу были размером с хорька. Это пронырливые ночные животные с довольно приятной внешностью, но падальщики, как и мунто. Говорят, что раны от их укусов смертельно опасны.

— Так как вы решили зайти ко мне в гости, я полагаю, вы приняли моё предложение?

— Мы надеемся, что вы сможете предоставить нам некоторую информацию, которая поможет нам принять решение. Однако главная причина, по которой мы находимся здесь, в Почтовом городе — это поход по магазинам, к вам мы заглянули просто по пути.

Око за око, зуб за зуб. Раз уж он привык общаться в такой легкомысленной манере, я отвечу ему тем же.

Мы не могли позволить ему водить нас за нос.

— Вот, чай зозо, как вы и заказывали.

В комнату вошёл мужчина средних лет и поставил перед нами фарфоровые чашки.

На серых круглых чашках были ручки с резными волнистыми узорами. Они чем-то напоминали пивные кружки.

— О, владелец обслуживает нас лично! Благодарим вас за ваш труд.

— А у меня есть выбор? Моя дочь слишком напугана, чтобы заходить сюда.

Мужчина бросил взгляд на Ай Фа и меня.

Как я и думал, он был невысок, но толст и крепко сложен. С такой фигурой он должен быть довольно сильным.

— Камия, любой, кто делает заказ в моём ресторане, автоматически становится посетителем. Но в случае любого беспокойства мне придётся попросить вас всех уйти.

— А что, я когда-нибудь доставлял какие-то проблемы раньше? Вы слишком волнуетесь.

— ...Неважно. Это ресторан. Хочешь спать — возвращайся в свою комнату. А если хочешь здесь сидеть, делай заказ.

— Ах, в этом есть смысл. Чай зозо мне и Лейто тоже... а ещё одну порцию солёного мяса Кимьюсу.

— Вас четверо, а порцию всего одну? — бросил мужчина, а затем повернулся и вышел из комнаты.

Да уж, ну и обслуживание тут. Может быть, это потому, что он не любит жителей Морихена? Или потому, что ему не нравится сам Камия Ёст...? Или, может быть, и то, и другое сразу.

Пока я раздумывал над этим вопросом, Ай Фа понюхала чай и почесала нос. Прямо как зверёк.

— Что-то не так?..

— Вы назвали это «чаем зозо», так что, вероятно, его приготовили из этого сморщенного змееподобного овоща.

Я припомнил этот травяной аромат. Зозо не казался ингредиентом, предназначенным для приготовления пищи.

— Ваша реакция означает, что у жителей Морихена нет традиции пить чай? Прошу вас, попробуйте. Просто представьте, что вам выдалась возможность прикоснуться к другой культуре.

— ...Камия Ёст, у меня нет причин принимать твои дары.

— Разве вы вчера не угощали меня ужином? Считайте это моей благодарностью.

— Это было в обмен на фруктовое вино, которое ты принёс. Между нами больше нет долгов.

— Асута, что делать...? — повернулся ко мне Камия Ёст.

Я глубоко задумался.

— В таком случае, Ай Фа, может, дадим ему что-нибудь взамен? У нас нет с собой медных плиток, но мы можем обменяться с ним, предложив что-нибудь похожее.

Слегка наклонив голову, Ай Фа вытащила свёрток размером с ладонь, завернутый в листья каучукоподобного дерева.

— Это вяленое мясо гибы, ты готов принять это взамен?

— Вяленое мясо гибы! Я заинтригован! Лейто, это вяленая гиба!

— Увааа, можно и я потом попробую кусочек?

Ай Фа внимательно посмотрела на этих двоих.

Она встретила двух жителей Каменного города, которые не сторонились мяса гибы. Тем не менее, Лейто был учеником Камии Ёста, поэтому его реакция была вполне ожидаемой, но мы всё равно сделали мысленные пометки об этом.

Между прочим, глотнув чая зозо, я обнаружил, что его сильный аромат очень даже приятен на вкус.

Мирное потягивание чая, сидя за столом, заставило меня немного затосковать по дому.

— Ну что ж... настало время перейти к основной теме.

Камия Ёст положил локти на стол, и на его худом лице появилась улыбка.

Часть 3

— Открыть киоск в Почтовом городе довольно просто. Естественно, строить магазин с нуля довольно затратно, но кто угодно может продавать свой товар на рынке, заплатив небольшой взнос за место.

— Небольшой взнос за место?

— Да. Всего одна белая медная плитка за десять дней. Выгодная сделка, не так ли...? Это цена клыков и рогов с одной гибы.

— Одну гибу можно обменять на белую медную плитку... Стоп, а сколько красных медных плиток в одной белой?

Когда он услышал мой вопрос, Лейто, сидевший рядом с Камией Ёстом, широко раскрыл глаза.

Вполне естественная реакция. Вопрос из серии: а сколько десятийеновых монет можно получить за монету в сто йен?

— Десять медных плиток эквивалентны одной белой плитке. Вы помните мясную булочку с кимьюсу, которую ела Тара? Это цена десяти таких. Почтовый город поощряет открытие торговых киосков. Поэтому и арендная плата невысока.

— Пожалуйста, подождите, дайте мне подумать... Одну гибу можно обменять на десять блюд из арии и пойтана... Хмм? Значит, одна порция нашей еды стоит около одной красной медной плитки.

— Ужин прошлым вечером был слишком роскошным. Если вы хотите открыть свой продуктовый киоск, то порцию придётся урезать наполовину. Или даже больше. И лучше всего установить цену в районе двух красных медных плиток. Если продавать слишком дешёво, это вызовет гнев других владельцев киосков.

— Итак, если предположить, что стоимость ингредиентов равна половине стоимости вчерашнего ужина, это будет половина красной медной плитки. Проще говоря, продажа одной порции принесёт нам полторы красных медных плитки чистой прибыли... И для того, чтобы компенсировать арендную плату за место, нам нужно продать всего семь порций за десять дней.

— Верно. Кроме того, аренда киоска стоит ещё одну белую медную плитку.

Получается, для того, чтобы компенсировать все затраты, потребуется продать в общей сложности 14 порций. Какой лёгкий бизнес.

...При условии, что горожане вообще захотят есть гибу.

— Мясо, как правило, дороже овощей. Пойтан и арию едят довольно редко, люди предпочитают более высококачественные овощи. К примеру, владельцу киоска с мясными булочками нужно продавать от десяти до двадцати булочек в день, если он хочет оставаться в плюсе. Но в Почтовом городе довольно оживлённое уличное движения, так что это не так уж и сложно.

Камия Ёст радостно улыбнулся.

— Ну что, Асута, теперь вы понимаете, почему я предложил вам открыть киоск? С вашим кулинарным мастерством и мощью мяса гибы, я не думаю, что вы потерпите неудачу.

— Если мы преуспеем в бизнесе, то горожане Почтового города признают ценность мяса гибы и их недоверие к жителям Морихена постепенно исчезнет. Должен признать, у этой идеи есть много преимуществ.

Подражая Камии Ёсту, я положил локти на стол и наклонился вперёд.

— Хорошо, тогда... а какая вам с этого выгода, Камия Ёст?

— Хмм, вы думаете, что мне нужна какая-то выгода? Дайте-ка подумать... как насчёт того, чтобы отдавать мне десятую часть чистой прибыли?

— Я не о деньгах. Мы просто хотим знать вашу истинную цель.

— Но я же уже говорил вам! Я просто хочу со всеми подружиться! Если обитателей Морихена перестанут считать воплощениями зла, а охотники начнут получать больше прибыли, я буду полностью удовлетворён.

Его уникальные фиолетовые глаза повернулись к Ай Фа.

— Ай Фа, вы решили, что мои действия прошлым вечером были мотивированы жалостью к людям Морихена? Я совсем не это имел в виду! Мне на самом деле нравятся люди Морихена. Я не могу стать частью вашего племени, но, по крайней мере, я могу поделиться с вами своими идеями. Вы можете понять мои чувства?

— ...Я не думаю, что вы жалеете нас. Я полагаю, что вы таким образом пытаетесь развлечься за наш счёт.

— Но ведь это на самом деле здорово!.. Хм? Но ведь в этом же нет ничего плохого, правда?

— Не обращай внимания, Камия. Люди всегда тебе не доверяют, — сказал с улыбкой мальчик.

— Это точно, — ответил Камия с улыбкой.

Поскольку он сам признал это, мы, как свидетели, не могли ничего добавить.

— Хмм... вот, значит, как...

— Что вас так беспокоит? Я уже говорил вам много раз, только местные жители Геноса боятся обитателей Морихена без всякой причины. Кроме того, гибы не представляют собой серьёзную угрозу, и горожане относятся к ним как к простым вредителям. Люди Геноса уже давно потеряли страх перед гибами. Вместо них, они начали бояться людей Морихена.

Камия Ёст перевёл взгляд с Ай Фа на меня.

— Это может звучать странно, но если обитатели Морихена откроют в Почтовом городе киоск, никто не дерзнёт его посетить. Однако Асута, вы внешне похожи на горожанина. Когда они увидят, что вы торгуете мясом гибы, им станет любопытно. Южане и жители Запада же без всяких колебаний попробуют ваше блюдо. Поскольку ваша кулинария идеальна, наверняка по городу поползёт слух, и это привлечёт больше людей.

— Вот как...

— Честно говоря, я не ожидаю, что это полностью избавит горожан от предрассудков.

Камия Ёст прищурился и улыбнулся.

В этот момент он чем-то стал напоминать мне бабушку Джибу, как будто на самом деле видел, как именно устроен этот мир.

— У людей Морихена звероподобный взгляд, необычайная сила и сдержанность, поэтому их боятся и уважают. Это накопилось за 80 лет. Но на самом деле, их природа не соответствует впечатлению, которое имеют о них горожане. Я не виню этих людей за то, что они боятся людей Морихена. И не ожидаю, что они быстро с ними подружатся.

— Что... вы хотите сказать?

— Охотники Морихена могут продолжать сторониться всех остальных. В конце концов, место охотников в лесу, а не в городе... Однако меня злит несправедливое отношение к ним. Горожане могут бояться и уважать охотников, но они не должны думать о них, как о злобных монстрах.

— ......

— Нам нужно развеять это заблуждение и сделать так, чтобы люди Геноса перестали видеть в людях Морихена только лишь «жалких гибажоров». Кто защищает посевы, останавливает бесчинства гиб и способствует процветанию города? Я надеюсь, что они смогут понять это.

— ...Хотел бы я, чтобы у вас всегда было такое лицо при разговоре с нами. Это заставило бы меня поверить в каждое сказанное вами слово без каких-либо сомнений.

Я осторожно подбирал слова.

— Честно говоря, не думаю, что вы лжёте. Но я до сих пор не понимаю, почему вы по-прежнему так настойчивы в отношении обитателей Морихена... Могу я спросить: неужели изменение вероисповедания — это такая колоссальная проблема на этом континенте?

Лейто снова удивился моим словам. А вот Камия Ёст даже бровью не повёл.

— Да. Только те, кто испытал это, смогут понять, каково это.

— Понятно. Восемь десятилетий назад люди Морихена покинули южные джунгли и поселились в Лесу Морга. С тех пор прошло много времени, смогут ли жители Морихена понять ваши чувства?

— Конечно, это будет нелегко. Вот почему моё чувство товарищества всегда будет односторонним... В конце концов, прошло восемьдесят лет. В Морихене ведь нет никого старше восьмидесяти, верно?

Бабушка Джиба, наверное, единственная, кто был настолько стара.

Я все ещё не доверяла этому человеку достаточно, чтобы рассказывать о бабушке Джибе. Поэтому просто ответил неопределённое: "Кто знает?"

— ...Асута, поскольку вы настаиваете, что не рождались на этом континенте, значит, вы и четырём богам не поклоняетесь?

— Вы правы. Но, как житель Морихена, я придерживаюсь веры в западного бога, пусть даже только формально.

— Хм, с этой точки зрения, вы очень хорошо вписались в Морихен. Его жители раньше поклонялись южному богу — Ягуару, но позднее сменили веру на бога западного — Сельву. Однако, на самом деле их вера гораздо более сложна, чем кажется... они поклоняются лесу, а не каким-то определённым богам. Они воспринимают лес, как отдельное, ничем не заменимое существо. Возможно, именно этот их простой, и самоотверженный образ жизни привлекает меня к ним.

Камия Ёст закрыл глаза, скрывая под веками свой непостижимый свет.

Комнату заполнило трудноописуемое спокойствие... Пока тишину не нарушил вошедший владелец ресторана.

— Вот ваш чай зозо и солёное мясо кимьюсу. Всё, как вы заказывали, — сказал он и с глухим стуком поставил на стол большую тарелку, а затем торопливо вышел из комнаты.

Камия Ёст проводил его взглядом, и на его лице снова появилась слабая улыбка.

— Асута, попробуйте. Это местное блюдо. Вы ведь раньше работали шеф-поваром, так что вам должно быть интересно, верно?

— ...Я уже пробовал булочку с мясом Кимьюсу в уличном киоске.

— Понятно. Но это блюдо отличается на вкус от булочки.

Я перевёл взгляд на обеденный стол. Там стояла большая тарелка с тушёным мясом и овощами.

Овощи были отлично прожарены, а белоснежное мясо покрывал прозрачный, клейкий соус.

При ближайшем рассмотрении я смог определить, что туда были порезаны кубиками ария, пула, а также добавлено пюре чачи. У блюда был освежающий травяной аромат, похожий на лило.

На тарелке лежало несколько кусочков белой лепёшки, по текстуре похожих на тесто для пельменей. Вероятно, туда надо было заворачивать блюдо перед тем, как отправлять его в рот.

И внешний вид, и аромат были не так уж плохи.

— Попробуйте же. Хотя бы кусочек, если у вас совсем нет аппетита. Одного чая зозо в обмен на ваше вкуснейшее вяленое мясо будет недостаточно.

Мне хотелось попробовать из чистого любопытства.

Я взглянул на Ай Фа, а потом взял ложку и кусочек лепёшки.

Приблизительно оценив количество лепёшек и количество овощей, я зачерпнул две ложки и завернул их в лепёшку.

Свернув её рулетиком, на манер блинчика, я откусил кусочек... он был очень солёным.

Чувствовался сильный привкус трав и их аромат.

Ария была пережарена, чачи был полусырым, а у пулы был горький привкус... не говоря уже о мясе кимьюсу, которое было таким же безвкусным, как постная куриная грудка.

В целом, всё не было катастрофически плохо. Непритязательный вкус.

Мясо явно было первым делом замариновано, чтобы продлить срок годности. А уже затем повар потушил его вместе с овощами. Если готовить чачи дольше, он будет вкуснее. Кроме этого, у блюда не было других недостатков, о которых стоило бы упомянуть.

Однако... если бы вы спросили меня, готов ли я заплатить за это деньги, я бы колебался с ответом.

— Солёное мясо кимьюсу — коронное блюдо в этой гостинице. У него сильный вкус, который отлично подходит в качестве закуски к пиву. Если не ошибаюсь, оно стоит три красные медные плитки. Обычно днём люди едят что-то лёгкое, но к вечеру в этой гостинице будет не протолкнуться. Это блюдо очень популярно, — Камия Ёст улыбнулся как Чеширский Кот, — В Почтовом городе популярна такая домашняя еда. Часто её готовят жёны и дочери владельцев гостиницы. Профессиональных поваров найти можно только за стенами замка Лорда.

— Ясно...

— Асута, как вы считаете, может ли ваша готовка соперничать с этим солёным мясом и той булочкой с кимьюсу?

— Хотите меня спровоцировать? Меня не возьмёшь на слабо.

Настало время уходить. Прикончив свой блинчик с кимьюсу, я залпом допил чай зозо и прошептал Ай Фа: «Хочешь что-нибудь у него спросить?».

Она просто тихо покачала головой.

— Я снова поговорю с главой дома и с нашими друзьями в Морихене. Если проблем не возникнет... тогда я воспользуюсь вашим предложением.

— Асута, а вы очень осторожны! Это характеризует вас с хорошей стороны.

Ты сам виноват, что я так осторожен.

Я пожал плечами.

— Камия, если мы всё же примем решение открыть свой киоск в Почтовом городе, мы можем снова обсудить это с вами?

— Конечно. Вы даже можете обратиться к ответственному лицу напрямую. Один из управляющих рынком — хозяин этой гостиницы, Милано Маст. В любом случае, можете в любое время заходить в «Хвосту Кимьюсу».

— Спасибо. Мы ещё не приняли окончательное решение, но ваше предложение заставило меня задуматься о многих вещах. Даже если мы решим не открывать свой киоск, в конце концов, я всё равно рад был поговорить с вами.

— Рад это слышать... Вы уже уходите? Лейто, займись гостями. А я доем мясо и немного вздремну.

— Понял. Асута, Ай Фа, пойдёмте.

Я немного смущённо взглянул на мальчика, который улыбался от уха до уха.

— Пойдём? Куда? Мы собирались зайти за покупками и сразу же вернуться в Морихен.

— Это не займёт много времени. Отец Тары хочет поблагодарить вас. У него свой киоск на рынке, я вас туда отведу.

Во время моего первого визита в Почтовый город я встретил девочку по имени Тара.

В тот день Доддо Тсун был пьян и доставлял ей неприятности. Мы с Ай Фа вмешались и спасли её.

Это было почти десять дней назад. Мне стало немного неловко, что её отец хотел меня поблагодарить.

— Почему бы вам с ним не встретиться? Тара хорошая девочка, ещё несколько лет, и она станет настоящей красавицей. Сейчас самое время подружиться с ней.

Тем, кто произнёс такую абсурдную речь, конечно же, был не Лейто, а его наставник.

Я не был Хикару Гендзи[1], поэтому криво улыбнулся и украдкой посмотрел на Ай Фа... И по какой-то неизвестной причине та одарила меня ледяным взглядом.

Да за кого она вообще меня принимает?!

— Ну что ж, тогда позвольте откланяться.

— Да, с нетерпением жду нашей новой встречи.

Мы направились к выходу.

Группа мужчин, которых мы видели ранее, продолжала надираться в соседней комнате.

— Эй, черноволосый сопляк! Как это ты умудрился сделать «гибажорку» своей? Поделись секретом!

Хмм, вероятно, теперь они не позволят нам так легко уйти.

У меня была одна довольно плохая привычка. Мне всё равно, если бы они оскорбляли меня, но когда они стали смеяться над Ай Фа... я потерял самообладание.

— Она просто поняла, что лучше охотиться не на гиб, а на мужчин — ведь это более верный способ заработать деньги! Эй, «гибажорка», могу я купить тебя на ночь за две медные плитки?

Я повернулся к мужчинам.

В этот момент произошли две вещи, которые остановили мой готовый вырваться из горла крик.

Ай Фа, которая шла позади меня, схватила меня за руку, и мальчик Лейто, идущий передо мной, тихо сказал мужчинам: «Пожалуйста, прекратите. Они гости моего наставника. Оскорбите их — оскорбите и его, понимаете?»

Голос мальчика ещё не сломался, и в его пронзительных слова не было ни капли эмоций.

Он пристально взглянул на мужчин. Я не мог видеть его выражение лица, но тут же заметил немедленную перемену в их поведении.

Те двое, что делали грубые замечания, замерли с бутылками, не донесёнными до рта.

Их лица... Выглядели так, будто они увидели свирепого зверя в джунглях. Глаза были широко распахнуты, а лица окаменели.

— Что это с вами, братва?

Спутники начали трясти их за плечи, пытаясь привести в чувство.

Лейто бросил на них беглый взгляд, а затем повернулся ко мне и улыбнулся.

— Прошу прощения за это. Идёмте.

Как и следовало ожидать от ученика этого человека.

Когда я со вздохом двинулся вперёд, Ай Фа ткнула меня в спину.

— Эй, я уже говорила тебе не кипятиться, потому что ты не можешь защитить себя. Ты иногда слишком безрассуден.

— ...Ай Фа, ты тоже становишься безрассудной, когда речь заходит о бифштексе.

— Это не имеет ничего общего с тем, о чём я сейчас говорю.

Затем она ткнула меня в спину ещё несколько раз и мы, наконец, вышли из «Хвоста Кимьюсу».

[1] Повесть о блистательном принце Гендзи — роман-моногатари, одно из величайших произведений японской классической литературы. Основу повести составляет любовная биография принца Гэндзи — побочного сына императора, знаменитого своими любовными похождениями.

Часть 4

Когда мы вышли на улицу, солнце стояло ещё высоко, и на улицах было полно людей.

— Что вы хотите купить?

— Хмм, нам нужен железный котелок, на рынке должны продаваться такие.

— Железный котелок, значит? Насколько большой?

— Побольше, примерно такого размера.

Я показал полукруг руками. Котелок мне был нужен 60 см в высоту и 30 см в глубину.

— Железные котелки тяжёлые. Могу ли я сперва отвести вас к киоску Тары? Он на самом краю рынка.

— Хм, ну ладно. Ай Фа, ты не против?

По её лицу этого не было видно, но почему-то она казалась мне немного уставшей.

Это немного беспокоило меня, поэтому я тихо спросил её: «О чём думаешь?»

— Услышав то, что этот человек нам сказал, я не поменяла своего впечатления о нём. Я не думаю, что он намерен нас обмануть, но он всё ещё кажется мне очень подозрительным.

— Ясно.

Я мог понять её чувства.

Мне тоже не казалось, что Камия Ёст лгал.

Он и в самом деле питал глубокие чувства к людям Морихена.

Но его энтузиазм был слишком велик, что казалось мне неуместным.

Кроме того, этот человек — не единственная проблема.

Пока Лейто вёл нас по мощёной каменной мостовой, я думал.

Если я открою киоск с закусками в этом городе, пойдёт ли бизнес в гору?

Не успели мы выйти на улицу, как все взгляды прохожих оказались прикованы к Ай Фа. Не все из них были отрицательными, но жители Морихена всегда будут казаться неуместными в городе.

Несмотря на то, что Камия Ёст беззаботно сказал: «Поначалу ориентируйся на клиентов-путешественников», будет ли это, в самом деле, так просто?

Если бизнес потерпит крах, мы потеряем только медные плитки. Но опрометчивые действия могут только ещё больше усугубить вражду между Морихеном и Почтовым городом, что было бы ужасно.

Даже если Камия Ёст не собирался нас обманывать, он все равно мог бы неправильно расценивать ситуацию. Нам нужно было глубже изучить этот вопрос.

Я задавался вопросом, есть ли в Почтовом городе кто-нибудь, кто сохраняет нейтральную позицию. Я хотел бы узнать мнение такого человека.

Пока я беспокойно размышлял обо всём этом, мы пришли на рынок.

За прилавком киоска стояла знакомая женщина, которая готовила мясные булочки для детей.

Время только-только перевалило за полдень, и настало время обеда. Оглядевшись, я заметил, что продуктовые киоски вокруг переполнены посетителями.

Молодой парень прошёл мимо нас, откусывая от завёрнутого в лепёшку коричневого мяса и зелёных овощей.

На обочине стояла группа мужчина и чем-то запивала закуску, похожую на птичьи когти.

Я услышал шумную болтовню и взглянул в ту сторону. То, что я увидел, было похоже на уличный ресторан с широким навесом. Люди сидели на стульях и болтали, неторопливо смакуя тушёное мясо в деревянных мисках.

— ...Почему вы так внимательно смотрите?

— Ну~ Можно сказать, я провожу рыночное исследование.

Я не знал, как всё обернется.

Если я хочу, чтобы бизнес пошёл в гору, мне нужно собрать больше информации. Кроме того... я был единственным, кто мог это сделать. Если бы в Морихене не появился кто-то вроде меня, Камия Ёст никогда бы не придумал такой сумасшедший план.

С некоторой практикой женщины из клана Ву смогут научиться готовить блюдо на уровне того солёного мяса.

Тем не менее, я не думаю, что жители Морихена смогут «вести бизнес». Они обменивают клыки и рога гиб на медные плитки, а затем использую эти плитки для обмена на еду. На первый взгляд, это была, без всяких сомнений, форма коммерческой торговли, но люди Морихена не думали об этом в таком ключе.

Прежде всего, продажа охотничьих трофеев конкретным торговцам отличалась от ведения бизнеса с неопределённым числом покупателей.

Если я хоть как-то могу это изменить, я сделаю всё, что в моих силах.

Поскольку Ай Фа и Каслан Лутим решили, что это правильный путь, я без колебаний пройду по нему.

Чтобы оградить их от неправильного выбора, мне нужно было внимательно смотреть на места, которые они не могли видеть, слушать звуки, которые они не могли услышать, и точно передать им всё, что я узнаю.

— А вот и киоск. Тара тоже там.

Когда я услышал голос Лейто, то поднял голову и понял, что мы добрались до самого края рынка.

Перед нами была дорога, окруженная деревьями, и вдалеке слева показались каменные стены, окружающие город-замок.

Мы прошли мимо этого места и в прошлый раз. Пока я думал об этом, слева раздался удивлённый возглас девочки.

— Асута онии-чан! Лейто, ты действительно привёл его сюда!

Перед нами появилась Тара. Сегодня она была одета в оранжевый сарафан.

Тара стояла под крышей киоска и махала нам.

Киоском... был хлипкий навес и большой кусок ткани, накинутый прямо на землю. На ткани были разложены различные овощи. Как-то раз Ай Фа и я покупали здесь арию и пойтан.

Рядом с девочкой стоял дородный мужчина, который приветствовал нас натянутой улыбкой.

Мы с Ай Фа переглянулись и направились в их сторону.

— Асута онии-чан, давно не виделись! Спасибо, что спасли меня в тот раз!

— Не стоит благодарности. Ты мне тоже потом очень помогла.

— Неправда! Если бы не онии-чан, Тару раздавили бы, как булочку! Спасибо ещё раз!

У Тары были каштановые до плеч и живые тёмно-карие глаза. Энергичная восьмилетняя девочка.

Рядом с Тарой стоял мужчина средних лет. Цвет его волос и бороды был точно такой же, как у Тары, и у обоих была желтовато-коричневая кожа.

Такое сочетания цветов можно было встретить в Почтовом городе где угодно, поэтому я раньше не обращал внимания на их внешнее сходство.

Цвет волос и глаз клана Ву сильно варьируется, поэтому я решил, что законы генетики работают в этом мире как-то иначе, чем я привык, поэтому просто упустил из вида эту деталь.

В любом случае, это был второй раз, когда я встретил их.

Мужчина средних лет выпрямился и снял белую ткань, обёрнутую вокруг его головы. Он опустил голову, покрытую взъерошенными волосами с седыми прожилками, и поклонился мне и Ай Фа.

— И-извините, это ведь вы спасли мою дочь Тару несколько дней назад... Я-я очень вам благодарен. Я хотел п-поблагодарить вас лично, поэтому и пригласил сюда....

По его круглому лицу катился холодный пот.

Несмотря на то, что жители Морихена пугали его, он всё равно отважился поблагодарить нас.

— Всегда пожалуйста. Тара нам тоже очень помогла. Когда нас чуть не задержали охранники, нам удалось избежать допроса, потому что Тара свидетельствовала в нашу пользу.

— Д-да что вы, это т-такая мелочь...

Он был более крупным, чем владелец гостиницы, которую мы посетили ранее. Как-то он упоминал, что сам растит свою арию, что означало, что он не только занимается сельским хозяйством, но и сам продаёт плоды своего труда.

Люди, родившиеся и выросшие в Геносе, боялись жителей Морихена... мне было очень жаль, что он так ведёт себя перед своей дочерью.

У Тары на лице появилось пустое выражение, как будто она чувствовала себя потерянной.

— ...Ваша дочь оказалась в опасности только потому... — внезапно сказала Ай Фа.

— Ой! — мужчина издал испуганный возглас, схватил Тару за плечо и отступил.

Тара тоже беспокойно посмотрела на Ай Фа.

— ...что я необдуманно ударила того пьяницу. Я знала, что она была рядом, но я всё равно напала первой, чтобы как можно скорее успокоить того подонка. Если бы Асута не поспешил ей на помощь, большое тело того человека могло упасть на неё и поранить.

Ай Фа тихо поклонилась.

— Это было небрежно с моей стороны. Я должна извиниться перед вами за это.

— Хорошо, хорошо...

— Дядя, тебе не нужно быть таким осторожным, они хорошие люди. Их совсем недавно оскорбляли пьяницы в гостинице, и я был тем, кто первым пришёл в ярость.

Мальчик с улыбкой попытался развеять напряжённую атмосферу.

Пришёл в ярость... а ведь по нему и не скажешь.

— В ближайшем будущем Асута-сан планирует разместить здесь неподалёку свой киоск. Значит, Скоро вы будете соседями. Так что сейчас самое время устранить любые недоразумения.

— Э? Асута онии-чан, ты собираешься открыть здесь киоск!?

Реакция Тары была более энергичной, чем у мужчин средних лет.

— Я ещё не до конца решил... Если я всё же захочу это сделать, киоск надо будет ставить именно здесь?

— Да, на другой стороне дороги больше нет места. Поскольку вы тоже будете новым арендатором, ваш киоск будет расположен в северной зоне.

— Значит, вы тоже новый арендатор?

— А? Нет, я здесь уже двадцать лет. Чтобы получить местечко в многолюдной центральной зоне, потребуется подкупить ответственных за размещение людей, поэтому я решил остаться здесь.

Даже притом, что он был в ужасе, мужчина сумел собрать всё своё мужество и ответить. Как и ожидалось, он оказался довольно добродушным.

— Я до сих пор не принял решение. Но если я действительно поставлю здесь киоск, надеюсь на вашу поддержку. Я также могу покупать у вас ингредиенты.

— А-а что вы собираетесь продавать?

Ах да, он ведь был местным жителем Геноса, не связанным с Камией Ёстом. Пользуясь случаем, я мог бы узнать его мнение.

Вероятно, именно на это и рассчитывал Камия Ёст... Или я слишком уж его переоцениваю?

Что ж, ладно. Давайте-ка проведём небольшое рыночное исследование.

— Я буду откровенен. Я планирую продавать еду, приготовленную из мяса гиб... Что вы думаете по этому поводу?

Он широко раскрыл глаза от удивления.

— Н-но ведь... такого рода вещи... не будет никто покупать, верно?

Ясно.

Он был шокирован, вернее даже, он был потрясён, но, похоже, он не чувствовал отвращения.

Похоже, всё-таки торговля едой из мяса гиб в Почтовом городе не находилась на уровне объявления «Я хочу открыть магазин по продаже еды, сделанной из пауков».

— Может ли это доставить неудобства владельцам соседних киосков? Может ли кто-нибудь из них разозлиться и потребовать убрать киоск?

— Н-не мне решать...но...

— Но?

— Е-если пища из мяса гиб будет испускать ужасное зловоние, это будет довольно проблематично для нас...

— У блюд из мяса гиб нет никакого зловония. Если вы попробуете, то сможете сами оценить его уникальность. На самом деле, мясо гибы, которое было должным образом приготовлено, довольно-таки вкусное.

— Гибы — это опасные вредители, которые опустошают фермы, верно? Может ли их мясо действительно быть приятным на вкус?

Тара казалась заинтригованной.

Гибы считались «опасными вредителями» с точки зрения фермеров. Это не имеет ничего общего со вкусом их мяса... Тара, вероятно, ещё не понимала этого.

— Лично я считаю, что они очень вкусные, но это вопрос личных предпочтений. Вкус довольно уникален, и некоторым людям может быть просто немного трудно привыкнуть к нему.

— Поняла, это же просто удивительно. Тара тоже хочет попробовать!

— Т-тихо... — прервал её мужчина.

В его глазах снова появилась искра сомнения.

— Прошу извинить, что раньше не представился. Я из дома Фа Морихена, меня зовут Асута. А это глава дома Фа, Ай Фа. А как вас зовут?

—...Я-я Дора.

Девочку звали Тара, а её отца Дора. Легко запомнить. Но имя Дора на самом деле подходит этому человеку.

— Дора-сан, мы всё ещё колеблемся. На самом деле, убытки станут не слишком большими, если наш продукт не будет продаваться. Что важнее — мы не хотим создавать людям Геноса никаких неудобств. Не могли бы вы поделиться с нами своим настоящим мнением? Можете говорить, что угодно: «открытие по соседству магазина с блюдами из мяса гибы вызовет у меня проблемы», или «никто никогда не будет есть это». Мы учтём любое мнение, прежде чем принимать финальное решение.

— Я-я бы не возражал, если бы вы открыли здесь свой киоск. Конечно, если бы на самом деле не было никакого зловония... К-кроме того... н-нам бы не хотелось никаких волнений...

Он начал заикаться ближе к концу, но всё же чётко ответил на мой вопрос.

Дора-сан был прямолинейным человеком. Когда я в прошлый раз сказал ему, что его ария гнилая, он очень бурно на это отреагировал.

— Волнения, значит. Если я открою здесь киоск, горожане поднимут шум?

— Нет... Никто не осмелится приставать к обитателям Морихена...

Он запнулся ещё раз.

— Я бы не был так уверен. К нам только что приставали какие-то люди в гостинице. Я беспокоюсь, что люди могут начать создавать нам неприятности, если мы, в самом деле, откроемся.

— Я-я бы никогда не посмел сделать что-то подобное.

Он действительно считает обитателей Морихена опасными зверями. А вот те головорезы в гостинице только проявили презрение.

Даже притом, что они жили в одной и той же среде, их эмоции отличались.

И... Тара сказала, что она «тоже хочет попробовать» мясо гибы.

Время от времени она поглядывала на Ай Фа, по всей видимости, пытаясь понять, что из себя представляет эта пугающая онее-сан.

— А что вы думаете насчёт блюд из гибы? Вы бы не стали их пробовать несмотря ни на что?

— Я-я не стану тратить деньги на это мясо... Я слышал, что оно жёсткое и вонючее. Как-то не хочется подтверждать эту точку зрения...

— А если оно будет бесплатно?

— Если выбора не будет, я могу попробовать...

— А что вы думаете о гибах в целом?

— Гибы не похожи на мунто или гизу, они не едят гнилое мясо, верно? На мой взгляд, гибы — отвратительные существа, которые опустошают фермы.

Мужчина принял решение и бросил взгляд на Ай Фа.

— Я-я уважаю жителей Морихена за то, что они рискуют своими жизнями, чтобы уменьшить их поголовье, и я очень благодарен им за это. Однако многие пожилые люди считают... что, что... съев мясо свирепой гибы, их свирепость и буйный нрав переходят к вам. Также...

Кроме страха в его глазах было ещё что-то... Ярость?

— ...Кроме того, обитатели Морихена действительно жестоки.

Ай Фа молча посмотрела на мужчину.

— В-вы крадёте наши овощи, нападаете на путешественников и похищаете девушек из города. Конечно, не все в Морихене такие, но от этого не легче. Человек, которого вы отчитывали на обочине дороги в тот день, один из них, верно? Если такие люди, как он, всё ещё существуют...

Обе стороны не смогут прийти к взаимопониманию. Он хотел сказать больше, но замолчал.

Ай Фа медленно покачала головой.

— Всё, что я могу ответить на это... Моя совесть чиста.

Она не стала опровергать сказанное им.

Кражи, нападения на путешественников и похищение девушек из города... Они на самом деле пали так низко.

У меня закружилась голова от ярости, которую я почувствовал.

Даже среди жителей Морихена разница между людьми была огромна, как день и ночь.

Многие были такими же порядочными людьми, как Ай Фа и Каслан Лутим, но были и другие... как те негодяи из клана Тсун.

Я никак не мог понять.

— Будь то город или Морихен, все люди разные, — раздался голос мальчика.

Я удивлённо повернул к нему голову.

Лейто продолжал улыбаться.

Я снова вспомнил, что этот мальчик был учеником Камии Ёста.

— Мне пора возвращаться к Камии. Как насчёт вас двоих?

— Ах, нам тоже нужно идти. Мы не можем продолжать отвлекать вас от дел... Спасибо, Дора-сан.

— Пожалуйста...

— Асута, Ай Фа, тогда я прощаюсь с вами. С нетерпением жду блюдо из мяса гибы. Удачи вам!

В итоге... в моей голове был полный бедлам.

Часть 5

Час спустя мы снова стояли перед домом клана Лутим. Всю дорогу Ай Фа помогала мне тащить тяжеленный железный котёл.

— Ара, да это же Ай Фа и Асута! Что случилось? Ну и большой у вас горшок с собой! Вы здесь для того, чтобы приготовить нам обед?!

— Дан Лутим! Ты уже вернулся из леса?

Со времени полудня минуло чуть менее трёх часов. Глава дома Лутим уже снял свой охотничий плащ, убрал клинки и приветствовал нас в повседневной одежде.

— В последнее время развелось слишком много гиб. Мы уже добыли достаточно клыков и рогов на сегодня. Юноша из побочной ветви семьи получил лёгкие травмы, поэтому мы решили вернуться домой пораньше! Что ты будешь готовить для нас сегодня?

— На самом деле, мы здесь для того, чтобы обсудить кое-что с Касланом Лутимом...

— О, вот как?

У главы дома поникли плечи от расстройства.

Он был лысым, носил коричневую бороду и имел пивной животик, чем-то напоминая арабского джина. Сегодня, как и обычно, он был весьма энергичным.

— Дан Лутим, раз уж вы дома, может, присоединитесь к нашему разговору? Есть кое-что, что я хотел бы узнать и у вас тоже.

— Да я не возражаю... — по какой-то причине он надул губы, как маленький ребёнок.

Пожалуйста, не нарушайте авторские права главы моего дома.

— Асута, Ай Фа, вы уже вернулись. Как прошёл разговор с Камией Ёстом?

Из-за спины Дана Лутима появился Каслан Лутим. Хоть они были отцом и сыном, но были совершенно друг на друга не похожи.

Я кивнул и торопливо его поприветствовал.

— Простите, что опять вас отвлекаем. Хм? А где Эма Мин Лутим...?

— Чтобы улучшить свои навыки в готовке, она с другими женщинами отправилась к клану Ву. Так что я на какое-то время оказался предоставлен сам себе.

— Ясно, ну, это действительно...

— Да не обращайте на меня внимания, пожалуйста, входите... Вы не против, глава дома?

— Ну, ладно...

Он всё ещё был чем-то расстроен.

Глава дома Лутим продолжал капризничать как маленький ребёнок.

И вот, Ай Фа и я отдали свои клинки и котелок на хранение и снова вошли внутрь дома.

◇◆◇

— ...Вот суть произошедшего.

Мне пришлось потратить довольно много времени, чтобы всё подробно пересказать.

— Понятно, — кивнул Каслан Лутим и скрестил руки на груди. — Моё впечатление о Камии Ёсте не изменилось. Но я чувствую его сильное желание помочь жителям Морихена... вернее даже, одержимость. Я не думаю, что он пытается вас обмануть.

— Да. Но мне всё ещё нужно немного больше понаблюдать за ситуацией в Почтовом городе. Пока что особых проблем при открытии нашего киоска в городе не предвидится. Возможно, у нас даже выйдет получить какую-никакую прибыль. А что касается цели заставить их признать коммерческую ценность мяса гиб... конкретные результаты можно будет узнать только после открытия.

Распрощавшись с Лейто и Дорой-саном, мы прошлись по соседним киоскам, чтобы разузнать что да как.

В итоге мы узнали, что лёгкие закуски, которые продавались в каждом киоске, стоили от одной до трёх медных плиток за порцию, и они могли продавать от двадцати до пятидесяти порций в день. Час пик приходился на полдень.

В таком случае, у нас был хороший шанс... чувствовал я. Каслан Лутим снова кивнул.

— Хмм, я не вижу тут особых проблем... А вы, глава дома?

— Всё путём. Но вот этот человек из Каменного Города, он какой-то слишком уж пронырливый. Почему он так интересуется Морихеном? Раз уж он горожанин, его должны заботить другие вопросы, например — прокладывание этих своих каменных дорог до края света... Эй, Асута!

Поделившись своими мыслями, он невинно посмотрел на меня.

У него было точно такое же выражение лица, что и у главы моего дома, когда она хотела, чтобы я что-то для неё сделал.

— Ты собираешься готовить этим городским, а мне нет?

— Сейчас я пришёл для того, чтобы узнать ваше мнение... Я ведь не могу просто так взять и открыть в Почтовом городе киоск, потому что мне так захотелось, верно?

— Да какая разница? Это пусть глава дома Фа решает, а не мы.

— Вы правы. Мне просто хотелось узнать, будет ли кто-нибудь в Морихене резко против этой идеи... Кроме того, я слышал, что клан Тсун отвечает за связь между Морихеном и городом. Можно ли открыть киоск в городе без их согласия?

— Клан Тсун, говоришь?..

Большие глаза Дана Лутима опасно засверкали.

— Да кого волнует мнение этих недоумков?! Если они посмеют жаловаться, дом Лутимов заставит их страдать! Асута, неужели ты планируешь сделать из них врагов?

— Пожалуйста, не радуйтесь этому так сильно! Мы здесь как раз для того, чтобы обсудить это, потому что мы не хотим создавать никаких проблем!

— Ха, скука!

Дан Лутим снова переключил передачу на режим пониженного энергопотребления.

— Не беспокойтесь об этом, — просто сказал Каслан Лутим. — Клан Тсун отвечает за связь между Морихеном и замком Геноса. Вам пришлось бы иметь дело с ними, только если бы вы решили открыть киоск внутри каменных стен. А если вы хотите сделать это в Почтовом городе, то не должно возникнуть никаких проблем.

— Понял... И это не будет нарушением правил Морихена?

— Не волнуйся. Мы не можем добывать пищу из леса горы Морга или обрабатывать землю, и обещали никогда не прекращать охоту на гиб. Это условия, на которые мы договорились, чтобы жить здесь. Другими словами, Каменный Город позволяет нам торговать гибами.

— Вот как...

— Асута, это не имеет к тебе прямого отношения, но мы столкнулись с неприятной ситуацией.

— А? Что случилось?

— Мясо... У нас его слишком много.

Редко можно было увидеть неловкую улыбку на его лице.

— Клан Ву использовал на пиршестве большие запасы своего мяса, но у дома Лутим не было такого шанса. Мы обескровливаем и разделываем по две гибы в день, так что все наши хранилища забиты доверху. А раз место закончилось, завтра нам придётся начать выбрасывать мясо в лес.

— Ах... Видимо, по-другому никак.

В доме Фа тоже постепенно накапливалось всё больше и больше мяса. Даже если покрывать его листьями пико, оно могло храниться в среднем от 15 до 20 дней и не больше. У нас не было другого выбора, кроме как завялить его, но так росли и запасы вяленого мяса тоже.

— Если бы могли обменять мясо на медные плитки, это бы очень помогло. Кроме того — после того, как мы увидели, как вкусно можно приготовить мясо гибы, его стало жаль выбрасывать на съедение мунто. Им хватит и того, что мы не смогли обескровить.

— Мы продолжим обескровливать завтра! Даже если мяса слишком много, нам всё равно нужны их рёбрышки!

Глава дома от души рассмеялся.

Его сын снова застенчиво улыбнулся и кивнул.

— ...Итак, нам придётся выбросить мясо, за исключением рёбер, в лес. Всё это отличная обескровленная вырезка с бёдер, лопаток и спины.

— Ух, действительно жаль выбрасывать такое!

— Вот и я о чём. Мы не можем делиться им с другими домами. Тогда они перестанут охотиться и начнут набивать животы дармовым мясом целыми днями.

Каслан Лутим наклонился вперёд с серьёзным выражением лица.

— Асута, мы планируем поделиться навыками, которым ты нас научил, с домом Мин, домом Лей и другими родственными домами. Я думаю, что все обитатели Морихена должны в будущем этому научиться.

— Э? И даже клан Тсун?

— Конечно. Если это может заставить их возобновить охоту на гиб, я буду только рад.

В этом был смысл. Я всё ещё не был полноценным членом сообщества Морихена, и думал о клане Тсун только как о «враге, которому нет прощения».

— Однако делать это сейчас слишком опасно. Мы можем обучить большие кланы, вроде Тсун и Ву, но для меньших домов время ещё не настало.

— А? Но почему?

— Мясо гиб слишком вкусно, если его правильно готовить. У меньших домов сложился стереотип о том, что «мясо гиб на самом деле неприятно», но как только они почувствуют вкус правильно приготовленного мяса... Есть большая вероятность, что они будут всё реже и реже выходить на охоту, удовлетворяясь одним мясом в ущерб всем остальным продуктам.

Это действительно произойдёт?

Поскольку мясо гиб было довольно пахучим, после охоты жители Морихена предпочитали срезать только часть бедра. Если они узнают, что и всё остальное мясо «на самом деле вкусное»... это заставит их так сильно расслабиться?

Это могло произойти.

Как и сказал Каслан Лутим, такая вероятность существовала.

Я не был охотником, поэтому не мог винить тех, кто был слабее остальных.

— Я думаю, что это яд познания.

— Яд познания?..

— Ну да, если принимать слишком много какого-то лекарства, оно станет ядом. При таких обстоятельствах, излишек знаний легко может стать ядом.

Когда я услышал, как он сказал это, моё сердце забилось сильнее. Мои способности могут стать ядом для местных жителей...

— Поэтому я считаю, что этим навыкам нельзя обучать меньшие дома, не являющиеся родственниками клана Ву. Вот когда мясо гиб можно будет обменять на медные плитки в Почтовом городе, тогда они и смогут использовать мясо для покупки арии и пойтана, иметь хорошую сбалансированную диету, вести нормальную жизнь и улучшать свои охотничьи навыки.

— Думаю, вы правы...

— Не волнуйся, когда время придёт, твои способности станут настоящим лекарством, — уверенно улыбнулся Каслан Лутим.

— Асута, если ваш с Ай Фа путь ведёт к открытию киоска в городе, то я от всего сердца желаю вам успеха на этом поприще и готов сделать всё возможное, чтобы вам помочь... потому что вы двое мои друзья.

— Каслан Лутим, большое спасибо. Сегодня вечером я всё хорошенько обдумаю, прежде чем принять окончательное решение. А потом сообщу вам о своём выборе.

Достоин ли я быть другом такого великого человека?

Если я не достоин сейчас, мне придётся хорошенько поработать, чтобы завоевать это право в будущем.

Когда я впервые встретился с Касланом Лутимом в ту ночь... я никогда не думал, что он займёт такое важное место в моём сердце.

Пути судьбы переплетаются причудливым образом. Моя встреча с Ай Фа привела к моей встрече с Рими Ву. Затем я встретился с членами клана Ву и познакомился с Касланом Лутимом и Даном Лутимом.

И Камией Ёстом...

Чем станет этот человек для Морихена — отравой или лекарством? Нам с Ай Фа предстояло это решить.

Я принял решение хорошенько всё это с ней обсудить.

— Каслан Лутим, ещё раз спасибо. Я рад, что поговорил с тобой обо всём этом.

— Для меня большая честь слышать это, Асута... ты уже уходишь?

— Да, прошу прощения за столь многочисленные вторжения за сегодня.

— Что, вы действительно уже уходите?! — закричал Дан Лутим.

— Солнце скоро сядет. А дом Ай Фа далеко, верно? Почему бы вам не остаться на ночь?!

— Я... я бы не хотел вас так беспокоить..., — сказал я и вдруг понял.

Путь до дома займёт примерно час. Пройдёт некоторое время, прежде чем стемнеет, и у нас не останется времени высушить пойтан.

Я ещё не освоил умение делать вкусный пойтан в жидкой форме, поэтому мог либо заменить пойтан травоподобным гиго, либо потратить довольно много времени на то, чтобы его потушить.

— Асута, женщины дома Лутим всё ещё у клана Ву. Они начали учиться готовить только со вчерашнего дня, и их техника оставляет желать лучшего... Не мог бы ты сегодня вечером позаботиться об очаге нашего дома?

Каслан Лутим, вероятно, уловил какие-то флюиды от своего отца, либо что-то понял по выражению моего лица, но он настойчиво убеждал меня остаться.

— ...Позвольте мне обсудить это с главой моего дома.

Я попытался сделать ровное лицо, наклонившись к уху Ай Фа.

— Ай Фа, если сегодня вечером мы будем ужинать дома, у нас не останется иного выбора, кроме как довольствоваться супом из пойтана.

Ай Фа с серьёзным видом кивнула и прошептала: «Не хочу суп».

И таким вот образом, на сегодняшний вечер я стал смотрителем домашнего очага Лутимов.

Часть 6

Вопреки моим ожидания, в главном доме Лутимов было не так уж и много людей.

Помимо Дана Лутима, Каслана Лутима и Эмы Мин Лутим, присутствовали только бывший глава дома Раа Лютим и младшая сестра Молун Лютим.

У самого Дана Лутима было много детей. Кроме Каслана Лутима и Молун Лутим, у него ещё был сын и две дочери, но все они переехали вместе со своими супругами.

Второй сын дома Лутим остался с главой дома и жил со своей женой и двумя своими детьми. Дочери вышли замуж за членов дома Ву и Лей — побочных ветвей семьи.

Поскольку в деревне Лутим было больше мужчин, чем женщин, все работали вместе, чтобы ухаживать за очагом и выполнять другие обязанности по дому.

— В конце концов, у нас ведь всего одиннадцать женщин. Обычно женщины превосходят мужчин по количеству.

— Это показывает, насколько сильны мужчины из дома Лутимов! А мужики из дома Ву женятся слишком поздно! У них семь отпрысков, но только старший сын женат!

Обед в доме Лутимов проходил оживлённо.

В основном, главную роль во всём этом шуме играл глава дома.

Высокий и худой пожилой мужчина, возглавлявший процессию дома Лутимов во время свадьбы, был бывшим главой дома — Тсу Лутимом, Великим Старейшиной. Ему было почти семьдесят, он был полностью лыс, имел седую бороду и пронзительный орлиный взгляд... И был женат на дочери бабушки Джибы.

Я впервые видел младшую дочь семьи Лутим — Молун Лутим. Ей было пятнадцать лет, она была немного полная, но очень симпатичная.

Теперь, когда я думаю об этом, она чем-то напоминает своего отца. Ей было всего пятнадцать, но она уже создавала вокруг себя атмосферу «доброй матери».

Великий старейшина говорил не много, но все остальные шумно и весело переговаривались. Это была гармоничная сцена, совершенно не похожая на напряженную атмосферу в клане Ву.

— Сегодня я научилась запекать пойтан, но вернулась слишком поздно, чтобы успеть приготовить его для своей семьи. Асута, Ай Фа, спасибо, что позаботились об этом вместо меня!

Когда мы приходили этим утром, то уже встречали Эму Мин Лутим. Она приветствовала нас своей коронной спокойной улыбкой.

Эма Мин всегда создавала вокруг себя атмосферу освежающей чистоты. А после свадьбы она стала казаться ещё более нежной и зрелой.

Она коротко, до самой шеи подстригла свои тёмно-каштановые волосы. Такая смелая стрижка была редким зрелищем в Морихене.

В знак её недавнего замужества, на её здоровом и стройном теле был целый ворох одежды.

— Ара, это очень вкусно! Эти рёбрышки я могу есть хоть целый день, но и запечённый пойтан просто пальчики оближешь! После него, обычный суп из пойтана кажется пресной водой!

Именно потому, что нам не хотелось есть этот суп, мы с Ай Фа и остались в доме Лутимов.

На сегодняшний ужин я приготовил: рёбрышки, стейк из бедра, запечённый пойтан, и суп из гибы с арией и пулой.

Немного поболтав, все разошлись по своим комнатам, чтобы отдохнуть.

— Ай Фа, Асута, вы хотите спать в одной комнате? Если что, у нас есть две свободных.

— Да, нам есть ещё, что обсудить, — не задумываясь, ответил я.

Но когда нас привели в нашу комнату, я вдруг почувствовал неожиданный диссонанс.

Это была квадратная комната, площадью в три татами, и в ней практически не было мебели.

Пол был покрыт коврами, а в дальнем углу комнаты были сложены стопкой какие-то ткани.

— Ах да, вам ведь понадобится ещё один комплект постельного белья... Сейчас принесу.

После того, как Молун Лутим, которая привела нас сюда, сказала это, Ай Фа ответила: «В этом нет необходимости. Мы обычно не спим на кровати».

— Ясно. Тогда я вас оставлю, — улыбнулась Молун Лутим и вышла.

Нас поселили в комнату на правом краю дома, прямо рядом с комнатой молодожёнов.

— Ах... Тебя ничего не смущает?

— Нет, а что?

Ай Фа быстро вошла в комнату и поставила подсвечник у окна.

А затем села на кровать.

Я закрыл за собой дверь и сел рядом с кроватью на ковёр.

Комната для одного человека. Постельные принадлежности.

Чужой дом.

Причина того, что мне не по себе — в этом? Расстояние между Ай Фа и мной было таким же, как и обычно, но моё сердце колотилось в груди как колокол.

Я вывел пальцем на ладони иероглиф «Безмятежное сердце», а потом сделал вид, что проглотил его.

— Что это ты делаешь? — удивлённо спросила меня Ай Фа, но я не смог ей ответить.

— Ладно... За последние пару дней мы много всего узнали. Ай Фа, что ты обо всём этом думаешь?

Ай Фа издала еле слышимый стон, а затем распустила свои длинные волосы.

— Я думаю... проблем нет, — ответила она, и её золотые локоны стекли по плечам на грудь.

— Согласен.

— Да, даже если бизнес потерпит крах, мы потеряем только несколько медных плиток. Я могу восполнить это, охотясь на гиб... к счастью, в этом сезоне количество гиб в лесу ужасающе велико.

— Согласен.

— Но меня кое-что беспокоит. Идею открыть киоск в Почтовом городе нам подал тот человек, Камия Ёст.

— Ему трудно доверять.

— Скорее, его трудно понять... Понятия не имею, что у него в голове творится. Чем больше я с ним разговариваю, тем в больший беспорядок приходят мои мысли.

Ай Фа с беспокойством во взгляде наклонилась вперёд.

Я рефлекторно хотел отшатнуться, но сумел сдержаться в последний момент.

Ай Фа наклонилась ко мне очень естественно, и если я сделаю что-то подобное, то это может её обидеть. По крайней мере, на её месте я бы точно обиделся.

Мне с трудом удавалось держать себя в руках.

— Этот человек ел мясо гиб. Никогда не видела таких горожан, как он. Я была очень удивлена, но вместо того, чтобы начать ему доверять, стала подозревать его ещё больше...

— Ясно. Могу понять твои чувства. Мы совсем не можем его понять.

— Асута, ты чувствуешь то же самое?

— Да.

— О... это здорово.

Ай Фа вздохнула так, будто у неё гора упала с плеч. Обычно она себя так не ведёт.

— Если бы у нас были разные мысли, я бы решила, что не могу понять и тебя тоже... Я так рада!

— Т-ты права. Выслушав советы Доры-сана и Каслана Лутима, мне теперь кажется, что открытие киоска в городе — не такая уж и плохая идея. Нам не нужно беспокоиться о каких-либо тайных намерениях Камии Ёста. Нам просто нужно поступать так, как велит сердце... Не так ли?

— Да. Независимо от того, какой выбор мы сделали, ответственность будем нести мы оба .

— Но я не хочу, чтобы этот киоск стал для тебя бременем.

Ай Фа всё это время была спокойна, но теперь на её лице появился намёк на гнев.

Наконец-то вернулась прежняя Ай Фа... но в таком случае, получается, я опять что-то сказал не так, верно?

— Асута, ты ведь будешь готовить еду из того мяса, которое я добуду на охоте, так?

— Да. Конечно, я воспользуюсь и своими деньгами, но мне всё равно потребуется твоя помощь.

— В таком случае, зачем ты пытаешься всё взвалить на себя?

По её выражению лица я понял, что она не злится, а скорее беспокоится о чём-то.

Её голубые глаза колебались, как будто она не знала, какую именно эмоцию изобразить на лице.

— Когда ты решил позаботиться об очаге на свадьбе Лутимов, ты сделал это в индивидуальном порядке после разговора с Касланом Лутимом. На этот раз, ты опять хочешь открыть киоск не как член дома Фа? Ты опять планируешь справляться с трудностями в одиночку? В таком случае — почему ты всё ещё называешь себя членом дома Фа?

— П-прости. Я был не слишком тактичным? Знаешь, я ведь из другой страны, а у нас к своей семье относятся немного иначе, чем в Морихене. Я не хотел пренебрегать тобой.

Я выбросил из головы все колебания, которые мучили меня ранее, и наклонился вперёд. Теперь нас разделяло всего 30 сантиметров. Ай Фа заглянула мне в глаза.

—...Когда ты счастлив — я тоже счастлива.

— Да.

— ...Когда тебе грустно — я тоже грущу.

— Да.

— Если это не так, зачем тогда нам оставаться семьёй?

Ай Фа быстро отвела взгляд.

Если бы атмосфера была расслабленной, как обычно, Ай Фа сейчас бы наверняка надулась — но её розовые губы просто прошептали: «Если мы не сможем делиться друг с другом всем, нам не нужно становиться семьёй. Почему ты остался в доме Фа, а не стал членом дома Лутим?»

— Потому что я хотел остаться с тобой... Прости, на моей родине мы привыкли не беспокоить лишний раз из-за проблем свою семью. Я не думал, что мои действия могут сделать тебя несчастной.

Чтобы хоть немного поднять ей настроение, я схватил её за руку.

Кончики пальцев Ай Фа не были такими уж мягкими, но очень гладкими и приятными на ощупь. Она нежно сжала мою руку.

— Я хочу делить с тобой и радости, и горести. Наши намерения одинаковы... пожалуйста, прости меня. Я буду более внимателен и обещаю больше не расстраивать тебя.

— ...

— Ай Фа, со временем мы узнали друг друга лучше, верно? Может, мы из разных стран или даже из разных миров, но я надеюсь, что наше понимание друг друга будет становиться только лучше и лучше.

— У нас и правда так много времени...? — тихо спросила Ай Фа. — Лес может забрать меня в любой момент. И ты можешь в любой момент исчезнуть из этого мира... Хватит ли нам времени, чтобы узнать друг друга ещё лучше?

— Хватит. До того момента, как мы умрем или исчезнем, у нас ещё есть время. И мы будем продолжать прилагать все усилия до самого последнего момента.

Я крепко сжал её руку. Ай Фа опять заглянула мне в глаза.

— Если мы будем весь день беспокоиться о том, сколько у нас осталось времени, мы потеряем желание работать ради завтрашнего дня. Мне не нравится такая жизнь. Размышление о текущем моменте важно, но мы не должны пренебрегать тем, что может произойти в будущем.

— Конечно... Знаю.

Уголок её губ на мгновение дрогнул.

Казалось, она пыталась улыбнуться... А может быть, плакала... Выражение её лица было таким сложным, что я с трудом мог прочесть на нём эмоции, которые она испытывала.

— Болван, тебе не нужно говорить мне это. Если бы я этого не понимала, как бы я стала охотником?

И вдруг она сделала то, чего я никак не мог ожидать.

Она прижалась лбом к моему правому плечу.

— Э-эй, Ай Фа...?

— Не смотри на меня. Я скоро вернусь в норму.

Она не плакала, как в прошлый раз.

Она просто положила голову мне на правое плечо и замерла.

Тепло её тела передавалось мне от плеча и кончиков пальцев. Её волосы каскадом падали на мои скрещенные ноги.

В последнее время она не пользовалась «Жертвенным стилем охоты», но от её волос всё равно исходил сладкий аромат.

Через несколько секунд Ай Фа решительно подняла голову и бесцеремонно стряхнула мои пальцы со своей руки.

— Что думаешь, Асута?.. — спросила она с опущенной головой. Её глаза скрывали волосы.

По изгибам её рта я мог сказать, что она вернулась к своему привычно серьёзному выражению лица.

— Я уже поделилась с тобой своими мыслями. Что будем делать? Откроем ли мы в Почтовом городе свой киоск?

— Ну, я... думаю, что попробовать стоит.

Хоть я и волновался об Ай Фа, я ответил откровенно.

— Я согласен с тем, что мы не знаем, о чём думает Камия Ёст. Я никогда раньше не сталкивался с нищетой в Морихене, поэтому понятия не имею, насколько всё плохо. Но... мне и до встречи с Камией не нравилось, что люди в городе называют жителей Морихена «гибажорами». Я хочу, чтобы и они тоже узнали, что гибы на самом деле очень вкусные.

— Да.

— В городе есть и хорошие люди, такие как Тара и Дора-сан. Даже если мы не можем гармонично работать вместе, мы всё равно можем попытаться хоть немного подружиться. Я думаю, что открытие киоска — хороший шанс продвинуть отношения между Морихеном и Почтовым городом на новый уровень.

Я почесал голову.

— Я всего лишь чужак. Можно ли мне принимать участие в жизни Морихена? Меня это беспокоит, ведь открытия киоска повлияет на его будущее. Надеюсь, что благодаря этому я смогу принести Морихену пользу. Раз уж и Каслан Лутим, и ты согласились с этим, я на самом деле хочу попробовать.

— Ясно, ты до сих пор считаешь себя чужаком. Порой, ты меня злишь до чёртиков, — холодно ответила Ай Фа и отвернулась.

Она вернулась к своему прежнему поведению, но её глаза всё ещё скрывали волосы, поэтому я не мог догадаться, что она чувствовала на самом деле.

— Ты — член дома Фа. Ты живёшь в Морихене. Ты должен мыслить с точки зрения жителя Морихена.

— Хорошо. Даже с точки зрения жителя Морихена, я всё ещё хочу открыть киоск. Я не знаю, каковы будут результаты, но я хочу пройти это испытание до конца.

— ...Тогда решено.

Ай Фа опять повернулась ко мне и тихо сказала:

— Я продолжу как обычно охотиться на гиб, а ты используй добытое мной мясо и медные плитки как посчитаешь нужным

— Хорошо... Я сделаю всё возможное.

— Хмпф, и не пренебрегай работой смотрителя домашнего очага только потому, что станешь кормить людей в городе.

— Я буду продавать еду, а не раздавать бесплатные угощения.

Раз уж Ай Фа стала прежней собой, то и я решил последовать её примеру. Я заставил себя ответить непринуждённо: «Тем не менее, как только я займусь открытием, на меня свалится целая гора проблем. Помимо подсчёта ингредиентов, которые у нас есть, нам также будет необходимо высчитать и стоимость того, чего у нас нет. Как мы будем доставлять ингредиенты и железный котёл в Почтовый город? Это довольно сложная проблема. Не так проста, как кажется на первый взгляд.»

— Значит, ты уже настолько далеко всё продумал. Асута, если оставить в стороне мнение других людей, тебе ведь и самому хочется открыть киоск?

— Ну, не то, чтобы очень. Мне просто доставляет удовольствие пытаться вообразитьо решение для подобных проблем. Похоже, завтра нам с Касланом Лутимом будет, что обсудить.

— Ты такой прагматичный.

С этими словами Ай Фа легла на кровать.

В итоге, ей всё же нравится спать на чистом постельном белье. Я иронически улыбнулся.

— Я всё ещё раз хорошенько обдумаю. Раз уж мы решились открыть киоск, я обязательно заставлю его работать как надо.

Когда я собирался вытянуться рядом на ковре, лежащая на кровати Ай Фа вдруг позвала меня.

— Асута.

— Что такое?

После моего ответа она привстала, облокотившись на локоть, и немного подвинулась к стене.

— Это постельное бельё неожиданно мягкое и действительно удобное. Иди сюда, тебе тоже нужно как следует отдохнуть.

—...Чего?

Я с тревогой наклонил голову набок.

— Тут и правда очень удобно. Им пришлось потрудиться, чтобы застелить эту постель для нас... Было бы неправильно не воспользоваться ей.

— Д-да нет, в этом н-нет необходимости, главное, чтобы тебе было комфортно. А мне и на ковре неплохо.

— ...Ты что, мне не веришь?

— Верю, верю! На моей родине тоже спят в чистых постелях. Уж я-то точно знаю, какое это удовольствие!

— Ну, раз знаешь, то иди сюда.

— Нет, нет. Нам двоим там будет слишком тесно. Не обращай на меня внимания, спокойной ночи.

— ...Почему ты так непреклонен, отказывая мне? — тихо пробормотала Ай Фа. — Я сделала что-то не то?

— Нет! Просто в моей стране в одной кровати могут спать только родители с детьми или супружеские пары!

— ...Это Морихен, а не твоя страна.

Я запнулся и не нашёлся, что ответить.

Не знаю, может Ай Фа специально прикрыла глаза своими длинными волосами, чтобы я не мог разгадать её мысли.

Если её глаза не вернулись к своему обычному холодному спокойствию, а продолжали беспокойно колебаться... От одной только мысли об этом у меня сжималось сердце.

Должно быть, это какое-то испытание.

Но с меня достаточно всякого рода испытаний!

— ...Ладно. Не хочешь, как хочешь.

Ай Фа отвернулась к стене, скрывая своё лицо от меня. Пришло время для меня принять решение.

Однако... Что бы я ни думал, я очень хорошо знал, что Ай Фа не позволит войти в дом Ай Фа с помощью женитьбы. Между нами до сих пор не случалось ничего подобного.

Мы спали в одном доме, и были близки друг с другом. Я осознал этот факт, глядя на кровать, в которой лежала Ай Фа. Если подумать, когда я лягу рядом с ней, то дистанция между нами сократиться до десятка сантиметров. Это намного ближе, чем обычно. Но если я всё же лягу и сумею удержать это расстояние, то Ай Фа успокоится, поэтому тут не было места для сомнений.

Я выровнял дыхание и сделал всё возможное, чтобы успокоить стук бешено колотящегося сердца. А затем медленно подошёл к кровати.

— Прошу прощения.

Ай Фа не двигалась.

Я отчаянно старался не глазеть на её красивую спину, и осторожно прилёг рядом с ней на кровать.

Простыня и одеяло были такими мягкими, что я немедленно почувствовал удивительный комфорт. Я соскучился по подушке, но тут выбирать не приходилось. Вернувшись мыслями к открытию киоска в городе, я закрыл глаза и начал медленно погружаться в сон.

В следующее мгновение Ай Фа повернулась ко мне.

— ...Асута, ты всё же пришёл.

— Н-ну да, ты ведь сама меня пригласила.

Ай Фа положила голову на правую руку, легла на бок и пристально на меня посмотрела.

В её глазах не было ни грусти, ни беспокойства. Вместо этого они были полны радости.

—...Тебе следовало покорно слушать, что я говорю, с самого начала.

Увидев её искреннее проявление счастья, я не мог попытаться отшутиться.

Лицо Ай Фа всегда было очень выразительным. Она злилась, дулась или поддразнивала меня. Но я редко видел её такой довольной... Вероятно, это был первый раз с момента нашей встречи, когда я увидел её такой.

Я немного запаниковал, а Ай Фа тихо сказала:

— Асута, ты очень силён в кулинарии. Но мы не можем предугадать, будет ли  затея с открытием киоска в городе иметь счастливый конец, Как предсказывает Каслан Лутим.

— Ты права.

— Но не смотря ни на что, я никогда не пожалею об этом. Просто делай то, что обычно делаешь.

— Хорошо, так я и поступлю.

—... Я горжусь тобой. И я счастлива от того, что повстречала тебя и приняла в качестве члена дома Фа.

Ай Фа закрыла глаза.

Она всё ещё счастливо улыбалась.

— Я спать. Об остальном поговорим завтра...

Не успев договорить до конца, она уже ровно засопела.

Во сне её лицо выглядело расслабленным и наивным, как у ребёнка.

«...Это я должен был сказать» , — подумал я, но так и не смог отвести взгляда от её милого лица или закрыть глаза, поэтому не спал всю ночь.

Глава 3: День глубоких размышлений

Глава 3

День глубоких размышлений

Часть 1

Дом Фа решил открыть киоск в Почтовом городе.

Но, несмотря на то, что решение было принято окончательно, нам ещё предстояло многое обдумать. Проблем было столько, что я даже не знал, с какой начать.

Поразмыслив, я  обобщил их до трёх основных вопросов.

Первый: как сбалансировать работу и домашние дела?

Второй: как мы будем доставлять товары?

И третий: какой будет целевой объём продаж?

Прежде чем начинать подробно работать над меню, нужно было решить каждый из этих вопросов.

Честно говоря, примерный состав блюд я уже прикинул, и мне просто оставалось разработать основной план, основываясь на этом.

Что касается балансировки работы и домашних дел...

В последнее время мой график не был слишком уж последовательным, и задачи, которые я выполнял, приходились либо на время рассвета, либо на время заката. До сих пор я использовал время около полудня для того, чтобы попрактиковаться в кулинарии, поэтому я вполне мог заполнить это время работой в киоске.

Однако если бы мне пришлось тратить много времени на приготовление пищи, то пришлось бы сократить и время работы киоска.

Для того чтобы вести дела гладко, мне нужно было решить, как всё это эффективно совместить.

Что касается транспортировки... Это самый сложный вопрос.

Поскольку я хотел продавать горячую пищу, приготовленную на пару, мне нужно было как-то доставлять железный котёл и дрова в город. Нужен был кто-то, кто мог бы мне с этим помочь. Причём Ай Фа нельзя было отвлекать от её работы.

В конце концов, она была охотницей, и ей нельзя было надолго задерживаться в городе. Если бы она помогала мне с перевозкой, то ей нужно было совершить путь туда и обратно. Поездка в одну сторону от Морихена до Почтового города занимала час. Я не мог позволить ей пренебрегать своими обязанностями ради черновой работы для меня.

И... тут мы подходим к самому интересному. Мне нужно было нанять помощника .

К тому же было бы слишком рискованно управлять киоском в одиночку. Мне нужно было бы время от времени покидать киоск по разным вопросам, а оставлять его без присмотра в городе, где люди недолюбливали жителей Морихена, было бы слишком опасно. Какие-нибудь хулиганы вполне могли натворить делов в моё отсутствие.

Следовательно, мне нужен был ещё как минимум один человек, который мог бы помочь.

И наконец, на какое количество проданных порций я должен ориентироваться?

Тоже непростой вопрос. Конечно, было бы неплохо получать какую-никакую прибыль. И учитывая нашу долгосрочную цель, цена порции не может быть слишком низкой.

Одной из наших задач было  «позволить жителям Почтового города осознать ценность мяса гибы». Поэтому мы надеялись, что это мясо будет продаваться по стоимости, сравнимой со стоимостью другого мяса, продаваемого в городе.

Если нет, то это расшатает рынок.

Если запросить слишком низкую цену, это может привести к тому, что другие мясные киоски окажутся на грани.

И вот так, я пришёл к выводу: независимо от того, какую прибыль это мне принесёт, я буду продавать продукт того же размера и объёма, что и «мясная булочка Кимьюсу».

Оставалось только подсчитать стоимость ингредиентов и вычислить возможный доход.

Для того чтобы узнать у Каслана Лутима его мнение, я рано утром посетил его комнату с вышеуказанным планом. Но я никак не ожидал, что мои действия приведут его в замешательство.

— Асута, прости. Я вообще ничего не понял...

— А? Что именно?

— Я примерно понимаю, что ты имеешь в виду, но когда ты спрашиваешь меня о доходе, ценах и рабочем графике... признаюсь, это приводит меня в растерянность. Даже не знаю, как тебе помочь.

Похоже, мои объяснения всё-таки были слишком запутанными.

Даже если бы я и дальше продолжал его спрашивать о графике работы и регулировке цен, он не мог ничем мне помочь, так что мне придётся разобраться с этим самому.

— Извини, ты прав. На самом деле, я здесь для того, чтобы обсудить с тобой ещё один вопрос. Если я открою в городе киоск, мне понадобятся помощники. Я не могу в одиночку перевозить котёл и ингредиенты, и я также хочу, чтобы кто-нибудь присматривал за киоском в моё отсутствие. Так что мне понадобится помощь женщин Морихена. Я могу компенсировать их время и усилия клыками и рогами гибы.

На серьёзном лице Каслана Лутима появилась лёгкая нерешительность. Никогда не видел его с таким выражением.

— Это не должно быть большой проблемой. Но разве Ай Фа не будет помогать тебе?

— Э? Нет, Ай Фа — охотница, у неё своя собственная работа, поэтому мне она помочь не сможет. Если она прекратит охоту на гиб, мы потеряем всё.

Если ты заработаешь в Почтовом городе медные пластины, то сможешь обменять их на арию и пойтан, так?

— Только если мой бизнес будет идти успешно. Если нет, мы потеряем все сбережения. Кроме того, с охоты мы будем получать нужное для работы киоска количество мяса гибы.

— Дом Лутим вполне может предоставить вам мясо. Как я и говорил вчера, у нас накопилась целая гора мяса, которого мы не успеваем съесть.

— Хорошо, тогда, когда дело пойдёт в гору, я буду рассчитывать на вас. Но прямо сейчас нам нужны медные плитки, чтобы купить нужные для блюд овощи.

Я был не совсем уверен, почему Каслан Лутим так отреагировал, но я продолжил своё объяснение:

— Продать мясо гибы в городе будет нелегко, поэтому лучше с самого начала готовиться к худшему. Есть вероятность, что даже за десять дней не удастся продать ни одной порции. Если это произойдёт, то мы потеряем все клыки и рога, которые добыла Ай Фа. Поэтому я считаю, что ей нужно продолжать охотиться... и что более важно, она сама не собирается отказываться от обязанностей охотника.

Ай Фа, которая сидела рядом со мной, кивнула.

Каслан Лутим тихо вздохнул.

— Ты прав. Асута, ты абсолютно прав. Ты уже решился и даже готов зайти так далеко, что можешь добровольно расстаться со всеми рогами и клыками, чтобы достичь своей цели. Я мыслю слишком поверхностно... К сожалению, у дома Лутим не так уж и много женщин, нам порой даже приходится просить помощь у других домов...

— Понятно, значит, я обращусь с этим вопросом к клану Ву... учитывая темперамент Донды Ву, он вполне может мне отказать. Если я так и не смогу найти помощников, то у меня не останется другого выбора, кроме как попытаться справиться со всем самому.

— Так не пойдёт.

— Ни в коем случае.

Одновременно ответили оба.

— П-почему нет?

Ай Фа сердито наклонилась ко мне.

— Подумай, как следует — если дело пойдёт в гору, ты что, собираешься расхаживать по Почтовому городу с карманами, набитыми медными плитками? А если на тебя нападут, что ты будешь делать?

— Ну... ты права. Но ведь женщины Морихена тоже ходят за покупками в город, так? А если они могут, то и я...

— ...Ты думаешь, что ты сильнее женщин Морихена?

Мне как будто бы оплеуху отвесили.

Не то, чтобы я был так силён как Миа Лей, но я бы не проиграл Лейне Ву или Лале Ву... по крайней мере, я на это надеюсь.

— Ай Фа права. Даже если ты сильнее женщин Морихена, в одиночестве ходить по Почтовому городу всё равно очень опасно.

— Н-но почему, Каслан Лутим?

— Там никто не осмеливается открыто применить насилие к жителям Морихена. Ни против пожилых людей, ни против женщин и детей. Люди в городе знают, что с ними будет, если они поднимут руку на одного из наших... мы уже наглядно продемонстрировали это десятилетия назад.

Тон Каслана Лутима оставался спокойным, но его слова пугали.

Неужели... несколько десятилетий назад произошло что-то невероятно страшное?

— Однако, несмотря на то, что ты носишь одежду жителя Морихена, твоя внешность всё ещё ближе к жителям в городе. Если местных хулиганы решат, что ты не настоящий морихенец, ты будешь в большой опасности.

— Ясно...

— Кроме того, ты можешь столкнуться с людьми из клана Тсун. И они меня беспокоят гораздо больше каких-то простых хулиганов.

Ай Фа кивнула, подтверждая слова Каслана Лутима.

— Мне это уже приходило в голову... но ведь даже порочный клан Тсун не станет открыто использовать насилие посреди бела дня в городе, верно?

— ...А разве второй сын клана Тсун Доддо Тсун не размахивал своей саблей средь бела дня в тот раз? Да и во время моей свадьбы он наставлял на нас свой клинок.

— Ну... Это правда... Но если бы он действительно кого-нибудь ранил, то был бы наказан?

— Естественно. И городские законы, и правила Морихена запрещают обнажать клинок и причинять боль другим людям. Любой, кто нарушит это правило, должен будет заплатить за преступление своей жизнью.

Каслан Лутим невольно наклонился вперёд.

— Если с тобой что-нибудь случится, а преступника казнят, никто от этого не выиграет. Мы не можем обменять жизнь какого-то смутьяна на твоё благополучие.

В глазах Каслана Лутима было беспокойство, а свирепый взгляд Ай Фа заставил меня понять, насколько я был наивен.

Я слишком небрежно относился к своей безопасности.

— Конечно, какими бы необузданными ни были люди клана Тсун, они не станут так легко совершать тяжкие преступления на публике. Они хорошо понимают, чем это чревато... Но Асута, сам подумай. Во время твоих ежедневных поездок в город будет очень много шансов напасть на тебя. Если тебе устроят засаду на дороге от Морихена до Почтового города...

— П-подождите, даже если я в этот момент буду в компании женщин из клана Лутим или Ву, это ведь не слишком поможет в такой ситуации!

— Нет, клан Тсун не осмелится напасть на них прямо сейчас. Если пострадает кто-то из клана Ву, вся сдерживаемая ярость, которую Донда Ву накапливает, выльется наружу.

Я заметил в глазах Каслана Лутима яркий огонь, которого никогда раньше не видел.

— Если это произойдёт, клану Тсун настанет конец, а род клана Ву понесёт большие потери... и это станет лишь вопросом времени, когда поселение Морихен будет полностью уничтожено.

— Понимаю...

— Глава клана Тсун отлично осведомлён о темпераменте Донды Ву. Вероятно, он очень недоволен тем, что его сыновья творят с кланом Ву. В конце концов, цель главы клана Тсун — защитить свою стабильную жизнь.

— ...И эти люди действительно ворвались на свадьбу, учитывая сложившуюся ситуацию...

— Да, им хватило глупости пойти даже против воли главы своего клана.

Я впервые услышал, как этот серьёзный молодой человек так откровенно ругает кого-то.

Эти утром мне довелось испытать много разных новых для себя впечатлений.

— Впрочем, исходя из моих наблюдений, трое сыновей клана Тсун не настолько безрассудны, чтобы навлекать беду на весь Морихен. Второй сын Доддо Тсун размахивал клинков во время свадьбы только чтобы вас запугать. Я уже говорил это раньше, но дом Фа не связан кровным родством с кланом Ву. Поэтому клан Тсун очень легко потеряет контроль, когда сталкивается с домом Фа.

— Да...

— У Ай Фа достаточно сил, Чтобы тебя защитить, и я не думаю, что клан Тсун может стать серьёзной угрозой, когда вы вместе. Но в этот раз Ай Фа не может пойти с тобой... и положиться ты можешь только на Донду Ву. Если ты можешь позволить себе заплатить и нанять женщин из клана Ву, они смогут обеспечить твою безопасность.

— Ясно... Значит, опасности можно будет избежать, если я найму женщина из клана Ву? Меня больше беспокоит не собственная безопасность, а их.

— Да... Могу поручиться за это жизнью. В конце концов, я всем сердцем желаю, чтобы Морихен не двигался в сторону разрушения.

В глазах Каслана Лутима не было даже намёка на колебания.

В отличие от беспечного меня, Каслан Лутим был потрясающим человеком, он бы никогда не показал слабину перед кланом Тсун. Его непоколебимые глаза заставили меня поверить в это.

Я почувствовал некоторое облегчение, но Ай Фа всё ещё сердито на меня смотрела.

— Асута, ты слишком беззаботно относишься к собственной безопасности. Я не позволю такому хиляку в одиночку покинуть Морихен.

— Перестань подчёркивать мою слабость. Я и сам это знаю...

— Тут ничего не поделаешь. Охотники охотятся, хранители очага хранят очаг. У клана Ву и дома Лутим тоже есть свои обязанности, и им тоже нужно быть настороже против клана Тсун. Обязанность Дома Фа состоит в том, чтобы открыть киоск в Почтовом городе...  Возможно, мы не связаны кровными узами, но ради более благополучной жизни для всех мы должны восполнить недостатки друг друга.

Каслан Лутим, наконец, улыбнулся.

— Ай Фа, это стиль дома Фа — брать на себя всё и не полагаться на других? В таком случае, тогда ты и Асута действительно похожи. Вы оба не особо заботитесь о своём благополучии ради достижения поставленных целей.

Каслан Лутим действительно потрясающий человек.

Услышав это... Ай Фа надула губы от досады.

Это был первый раз, когда я увидел, как Ай Фа показал такое выражение лица кому-то ещё.

И пока я находился под впечатлением от великодушия Каслана Лутима... что-то похожее на ревность вползло мне в сердце.

Неужели я такой эгоист? Всё, что я мог сделать — это тяжело вздохнуть.

Часть 2

Мы примерно прикинули время, когда Донда Ву должен был проснуться, и покинули дом Лутимов.

Прихватив наш новый котелок, мы отправились в деревню Ву, а Каслан и его жена вызвались нас проводить.

— Давненько я не видела Коту Ву, — такой предлог использовала Эма Мин Лутим, чтобы мы взяли её с собой.

— Разве ты вчера не ходила в деревню клана Ву?

— Так я учиться готовить ходила, а не с Котой Ву встречаться!

— Но ведь позже днём тебе опять надо будет туда идти, так?

— Ну да. Как и всем женщинам... если я пропущу занятия, то буду худшим поваров в доме Лутим. Не думаю, что это тебя обрадует, Каслан!

— Но...

— Кроме того, если мы не пойдём вместе, то я увижу тебя только за ужином. Если тебя это устраивает, то я могу вернуться назад.

— Я-я не это имел в виду.

За эти тридцать минут нам выдалась редкая возможность послушать препирательства молодожёнов друг с другом.

Конечно, я завидовал им.

И вот так, болтая друг с другом, мы пришли в деревню Ву.

С момента свадьбы могло пройти всего три дня, но казалось, что это случилось так давно.

Женщины из побочных домов занимались всякими разными домашними делами. Завидев нас, они весело нам помахали.

В конце концов, я ведь провёл целых шесть дней в этой деревне, так что это был мой второй дом.

— Ара ара, это по какому такому случаю вы посещаете нас все вместе? Даже котелок притащили! Праздник-то уже вроде закончился!

Мама Миа Лей радостно приняла нас в главном доме.

Она казалась удивлённой и заинтригованной, а на её лице сияла счастливая улыбка. Мне она почему-то показалась очень ностальгической.

— Я здесь, чтобы обсудить кое-что с Дондой Ву. Он уже проснулся?

— А, ну так он уже жуёт вяленое мясо в зале. Джиза и Лудо с ним... Я позабочусь о ваших клинках. Можешь поставить котелок вон туда, пожалуйста?

— Конечно.

Мама Миа Лей своими сильными руками взяла у Ай Фа и Каслана Лутима их сабли, а также мой нож Сантоку.

— Вот и ладненько. Добро пожаловать... Глава клана, к вам гости!

Войдя через дверь, мы обнаружили главу клана и его сыновей, сидящих напротив друг друга в центре зала.

— Хм? Асута, это ты! Что привело тебя сюда?!

Лудо Ву проворно встал, когда заметил моё присутствие.

Только тогда клан и его наследник медленно повернули к нам свои головы. Они... казались довольно несчастными.

— Ну что там? Опять вы, что ли? От вас, ребята, всегда жди неприятностей.

Каслан Лутим поклонился Донде Ву. Тот выглядел чрезвычайно недовольно, почти на грани враждебности.

— Глава клана Ву Донда Ву, прошу прощения за вторжение, но можем ли мы отнять немного вашего времени?

Донда, который сидел на самом почётном месте, фыркнул и выпрямился. Джиза Ву и Лудо Ву также сели напротив нас.

— Миа Лей Ву, я бы хотела увидеть Сати Лей и Кота Ву, они здесь?

— Они в своих комнатах. Правильно, давай-ка лучше оставим всякие неприятные вопросы мужчинам.

После того, как Мама Миа Лей поставила наши клинки возле главы клана, она повела Эму Мин Лутим дальше по коридору.

— Уже почти настало время всем мужчинам отправляться в Лес, поэтому я буду краток... Дом Фа хотел, чтобы дом Лутимов помог с работой. Но у нашего дома в данный момент нет возможности им помочь, поэтому мы собрались вместе, чтобы попросить помощи у клана Ву.

— ...С работой?

— Верно... Асута, не мог бы ты объяснить?

— Хорошо. Я буду откровенен: я планирую открыть киоск в Почтовом городе.

Лудо Ву вскрикнул от удивления.

— О чём это ты, Асута?! Эй, ты что, покидаешь Морихен?!

— Нет, конечно, нет. Я планирую открыть киоск по продаже мясных блюд из гибы именно как житель Морихена... Кому-то это может показаться нелепым, но мы твёрдо решили. Я здесь, чтобы обсудить это со всеми ... Потому что я надеюсь, что у клана Ву найдётся женщина, которая могла бы мне помочь с этим.

У Донды Ву уже было недовольное лицо, поэтому выражение его лица почти не изменилось.

Мысли Джизы Ву были как никогда неуловимы.

Лудо Ву же начал громко смеяться.

— Что?! Ты хочешь, чтобы горожане ели мясо гибы? Это те, которые всегда издеваются над нами и дают всякие обидные прозвища?! Да ты поистине уникальный человек! Как тебе вообще в голову пришла эта возмутительная идея?

— Это сложно и потребует много времени на объяснение... Донда Ву, что вы думаете по этому поводу?

— ... Это лично твоя идея?

Донда Ву перешёл прямо к делу. Я невольно выпрямил спину.

— Нет. Её подсказал мне один человек по имени Камия Ёст, житель Каменного Города.

— Знаю такого. Этот дурак заявился в доме Фа, как и обещал?

— Да. Но мы с ним не сговаривались. Когда он впервые выдвинул это предложение, я не мог понять, каковы его намерения. Выслушав его, я понял, что в этой идее есть рациональное зерно, и решил попробовать.

Я ожидал более эмоциональной реакции от Донды Ву.

Кстати об этом... Джиза Ву, который тихо сидел сбоку, начал вдруг испускать ауру опасности.

— Я угостил его едой в доме Фа, и мясо гибы показалось ему удивительно вкусным. Он сказал, что будет большим упущением не продавать его горожанам. К тому же, если бы местные жители могли обменять мясо гибы на медные плитки, качество их жизни заметно улучшилось бы. И для того, чтобы горожане узнали вкус мяса гибы, я решил открыть в Почтовом городе киоск... к такому выводу я пришёл после нашего обсуждения. Я также посетил Почтовый город, чтобы провести детальное исследование и выяснить, действительно ли это невероятное предложение реально воплотить в жизнь.

Повторяя сказанное вчера Каслану Лутиму, я объяснил свои мысли и чувства за последние два дня.

Даже если бы мы начали продавать еду из гиб в городе, это не должно было слишком огорчить людей.

Я до сих пор не мог до конца понять Камию Ёста, но это правда, что он восхищался обитателями Морихена и не собирался нас обманывать.

— Какой непостижимый человек. Но твоя готовка и правда очень вкусна! Жду не дождусь посмотреть на лица горожан, когда они попробуют мясо гибы!

— Заткнись, Лудо! — огрызнулся на него Донда Ву.

Похоже, он был в плохом настроении, но старался сохранить хотя бы видимое спокойствие на лице.

Надеюсь, он согласится… Как раз, когда я об этом подумал, в разговор вступил Джиза Ву.

— Асута, ты выглядишь как городской житель, и для тебя было бы вполне естественно заниматься чем-то подобным в городе... Почему бы тебе не стать горожанином Почтового города? Разве это не упростит вопрос?

— Джиза Ву, я понимаю ваши чувства. Но я вам уже говорил раньше, что мне нравится Морихен. Если бы у меня было два выбора — либо остаться в Морихене, либо открыть киоск, я бы выбрал Морихен.

— Хех!

Я услышал странный возглас, и когда я поднял взгляд, то обнаружил, что Лудо Ву смеётся, отвернувшись.

У него была невероятно веселая улыбка на лице.

— Что за нелепость... — пробормотал Донда Ву.

— Я не думаю, что люди Каменного Города вдруг станут счастливо есть гиб, обменивая их мясо на медные плитки. Это смехотворная идея.

— Да. Я тоже не могу предсказать, будет ли от киоска какая-либо прибыль. Но я всё равно хочу попробовать.

Я немного наклонился вперед и внимательно посмотрел на Донду Ву.

— Но Ай Фа и я вдвоём не справимся. Нам нужны помощники. И меня предупредили, что передвигаться по городу в одиночку опасно. Я могу столкнуться с кланом Тсун, так что наилучшим выбором для меня будет обратиться за помощью к родственникам клана Ву... Не могли бы вы войти в наше положение и принять положительное решение?

— Хммм...

— Я не прошу вас верить в успешность моего бизнеса. Я в любом случае выплачу требуемое вознаграждение. После обсуждения с Касланом Лутимом я установил шесть медных плиток в качестве заработной платы за один день — это один бивень и один рог большой гибы.

Я слышал, что двум женщинам требуется половина дня для того, чтобы отделать одну шкуру. Цена шкуры была эквивалентна двум бивням и рогам —  от восьми до двенадцати медных плиток.

Камия Ёст утверждал, что бивни и рога одной гибы стоят десять медных плиток. Расспросив Ай Фа и других подробнее, я выяснил, что цена бивней и рогов зависит от их размера.

Мне требовалась помощь одной женщины на половину дня, поэтому цена, которую я предложил, должна была соответствовать рыночной.

— Клан Тсун и дом Фа связывает общее кровавое прошлое, поэтому примите во внимание и это тоже. Каслан Лутим сказал мне, что клан Тсун не посмеет меня тронуть, пока со мной люди из клана Ву. Однако Доддо Тсун безрассуден, и когда напьётся, от него можно ожидать чего угодно.

— Это я и без тебя знаю... И не стоит недооценивать женщин из клана Ву.

— Глава клана.

Донду Ву прервал Джиза Ву.

— Одна женщина из клана Ву на половину дня, и ты дашь мне один рог и бивень взамен. Это не плохая сделка. У клана Ву есть свободные руки.

— Да.

— Но у меня есть условие.

— Условие?

— Если ты на самом деле сговорился с этим проклятым блондином, и вы как-то навредите Морихену, я заберу твою правую руку.

У меня по спине побежали мурашки.

Я не смотрел в сторону Ай Фа, но почувствовал, как от неё исходить аура убийственного намерения.

— Если ты согласен, тогда получишь помощь.

— ...Я не замышляю ничего такого, но за Камию Ёста поручиться не могу.

— Если этот шнырь что-то замышляет, я ему голову отрежу. А если окажется, что ты был с ним в сговоре, ещё и твою правую руку.

Тяжёлая тишина окутала зал. Я сглотнул.

— Я готов поклясться, что помимо мыслей и чувств, которые я описал ранее, у меня нет других намерений... однако, если у Камии Ёста есть скрытые мотивы, я не смогу доказать свою невиновность, когда его схемы будут раскрыты.

— Я и не ожидаю, что ты такой умник. Если окажется, что он тебя обдурил, то я просто посмеюсь над твоей глупостью... Каслан Лутим, глава дома Фа...

— Да.

Каслан Лутим ответил тихо. Ай Фа молчала, глядя на Донду Ву. В её глазах пылал злой огонь.

— Вы верите тому, что говорит этот паренёк?

— Конечно. Не будь так, я бы сюда не пришёл.

— А что насчёт тебя, глава дома Фа?

— ...А разве не очевидно? Как глава дома, как я могу не доверять члену собственной семьи?

Её голос дрожал от гнева.

Донда Ву сохранял необычное для себя спокойствие, глядя на Ай Фа.

— Если оба этих человека будут верить в твою невиновность до самого конца, я тебя отпущу. В противном случае я отрежу твою правую руку.

— Я принимаю это условие.

Я вытер со лба холодный пот и сказал:  «Я клянусь никогда не предавать обитателей Морихена».

— Клянёшься своей правой рукой?

— Да, я клянусь своей правой рукой.

В следующее мгновение Ай Фа громко запротестовала:

— Погодите! Киоск в Почтовом городе решил открыть дом Фа, а не Асута! Если что-то случится, то это обязанность главы дома — нести ответственность.

Кошачьи глаза Ай Фа горели жгучим пламенем. Донда Ву молча смотрел на неё.

— Если я сделаю что-то против моей совести, то я отдам тебе свою руку.

— Эй, Ай Фа...

— Глава дома Фа, мне не нужна твоя рука, — решительно прервал меня Донда Ву.

— Кто-то вроде тебя никогда не вступит в сговор с людьми из Каменного Города. Но этот паренёк пришёл из чужой страны, и я просто хочу узнать его истинные намерения и решимость.

— Но...

— Разве он уже не дал свой ответ? Я просто хочу убедиться, что у него нет намерений нас обмануть. С его правой рукой всё будет в порядке, если он не предаст нас.

Свет в глазах Донда Ву разгорелся немного ярче, когда он уставился на разъярённую Ай Фа.

— Он уже принял решение, ты собираешься растоптать его усилия? Или на самом деле ты сомневаешься в нём?

Ай Фа попытался вскочить.

Я в панике схватил её за руку.

— Успокойся, Ай Фа! Не собираюсь я никого предавать... всё будет в порядке.

Эта предосторожность, вероятно, была излишня.

Но Донда Ву являлся главной главного дома клана Ву, и на его плечах лежало будущее всего Морихена. Он не мог позволить себе так легко мне поверить.

Тем не менее, он был готов позволить Каслану Лутиму и Ай Фа судить меня.

Они все были коренными жителями Морихена. Если Донда Ву не мог поверить мне, он мог поверить им... Я чувствовал, что его решительный настрой был очень прямолинейным.

Однако... Донда Ву всегда скрывал свои намерения за грубыми словами, что, я думаю, было плохой привычкой.

Но даже так, я мог понять его действия.

Ай Фа зыркнула на меня и села на место.

Она опустила голову, чтобы скрыть свой взволнованный взгляд, и прикусила нижнюю губу.

— ...Похоже, мы договорились, — пробормотал Донда Ву. — В таком случае нужно решить, кого отрядить вам на помощь...

— Ах, работа заключается в перевозке различных вещей, а так же в присмотре за киоском. Мой помощник должен быть в состоянии пересечь холмистую местность с грузом ингредиентов и тяжёлым котлом.

— Хмммм...

— Подойдёт кто угодно, будто женщина из основного дома или из побочной ветви... оставляю выбор за вами.

Пока я говорил, вдруг вспомнил кое-что важное.

После свадьбы я так и не встретился ни с Лейной Ву, ни с Веной Ву.

Вена Ву попросила меня забрать её с собой и отправиться в далёкое место.

Лейна Ву убеждала меня покинуть дом Фа и стать членом клана Ву.

Я не мог выполнить ни одно из этих желаний.

Я не хотел избегать их вечно и надеялся снова построить с ними стабильные отношения. К сожалению, я всё ещё не знал, как это сделать.

Кого он отправит? Моё сердце гулко стучало в груди, пока я ждал его ответа...

В конце концов, Донда Ву сказал:

— Пусть это будет Вена.

Часть 3

После всего, что случилось, это был мой третий визит в Почтовый город.

Совсем недавно я закончил наш с Донда Ву разговор в главном доме Ву.

Выйдя из дома Фа вчера, мы посетили дом Лутим, сходили в Почтовый город, снова вернулись в дом Лутим и там же остались на ночь. На следующий день я отправился в дом Ву, а теперь вот опять оказался здесь, в Почтовом городе... последние два дня дел было невпроворот.

Из-за столь частых визитов я уже постепенно привык к шумным улицам города.

Ай Фа сегодня со мной не пошла.

Свадьба в доме Лутим прошла три дня назад, и сегодня ей нужно было отправляться в лес на охоту, поэтому она прихватила котёл и отправилась домой в одиночку.

А вместо неё со мной сегодня были... Вена Ву и Лудо Ву. Неожиданное трио.

— Хе-хе, давненько я уже не бывал в Почтовом городе! Это место всё так же на меня давит, Как и раньше! — взволнованно сказал Лудо Ву.

— Сам город мне нравится... Но все как-то странно на меня смотрят, это слегка нервирует... — у Вены Ву тоже было хорошее настроение.

В ночь на свадьбу, когда мы были вместе в комнате дома Шин Ву, Вена Ву в слезах умоляла меня не сходиться с Лейной Ву. Я всё ещё отчётливо вижу её фигуру в своих мыслях в тот момент... и сейчас Вена Ву вместе со своим братом шла рядом со мной по мощёной дороге. На её лице играла ещё более жизнерадостная улыбка, чем обычно.

С другой стороны, я чувствовал себя немного уставшим.

Для того чтобы претворить свои планы в жизнь, мне опять пришлось идти в город. Так как в этот раз Ай Фа не могла меня сопровождать, Донда Ву выделил мне в спутники двух членов клана Ву. Я был благодарен ему за помощь, но он поставил одно условие... он хотел, чтобы я представил Камию Ёста этим двоим.

Поскольку Камию Ёста было трудно понять, Донда Ву, вероятно, хотел, чтобы эти двое узнали его получше.

Пройдёт ли эта встреча гладко? Я волновался.

— Л-лудо Ву, разве тебе сегодня не нужно идти на охоту?

Лудо Ву пояснил, что клан Ву сегодня не идёт в лес. Причина была проста... лес был забит гибами.

С увеличившимся числом этих зверей, клан Ву уже добыл достаточно трофеев на два дня вперёд. Кроме того, несколько мужчин из побочной ветви семьи получили лёгкие ранения.

Они уже потеряли Ряду Ву, поэтому не могли позволить себе безрассудно рисковать и потерять ещё какого-нибудь охотника. Таким образом, на сегодня они взяли выходной... просто так уж удачно сложилось, что мы прибыли как раз в тот день, когда они приняли это решение.

Ситуация в клане Ву была ещё более ужасной, чем в доме Лутим.

Это заставило меня беспокоиться об Ай Фа, которая сегодня ушла в лес, но отважная охотница из моего дома не колебалась ни секунды, как и ожидалось.

— Вероятнее всего, большая стая гиб медленно мигрирует к югу. В окрестностях есть только небольшие дома, поэтому они не смогут перебить их всех. После того, как гибы съедят всю еду в этом районе, они продолжат движение на юг.

— Понятно...

— А как только они съедят всю еду и там, они станут нападать на фермы. В этот раз ситуация гораздо хуже, чем обычно.

Ай Фа была спокойна, но в её голубых глазах пылало сердитое пламя.

— Я могу только сделать всё от меня зависящее, чтобы выполнять свою работу как следует и охотиться на гиб... Асута, делай свою работу, как следует, и ты.

— Конечно.

На этот раз мы с Ай Фа действуем отдельно друг от друга.

Я отправился в Почтовый город со старшей дочерью и младшим сыном клана Ву.

— Вау, это Тотос, Тотос! Выглядит так же забавно, как и всегда! Асута, на что похож вкус мяса Тотоса?

— Л-лудо Ву, не нужно так кричать.

— Асута... Я и представить себе не могла, что смогу работать с тобой десять дней подряд, это похоже на сон... Спасибо, что дал мне такую замечательную работу...

— Э-это просто работа, ладно? Выполняй её как следует, хорошо? И не смешивай её с личной жизнью!

Как только мы вошли в город, эти двое начали громко обсуждать всё подряд. Взгляды прохожих, направленные на нас, чем-то отличались от тех двух раз, что я тут был раньше.

Между прочим, Лудо Ву был одет в плащ и выглядел как заправский охотник. У Вены Ву сегодня был другой наряд. На голове у неё была полупрозрачная вуаль, на плечах — платок, а на талии и до лодыжек — отрез ткани с завитушками.

— Девушкам нужно быть осторожными. Люди в городе — не из нашего племени, я не могу обнажать перед ними свою кожу...

Её усилия были похвальными, но, к сожалению, такой тонкий кусок ткани просто не мог скрыть фигуру Вены Ву.

Её глубокое декольте притягивало к себе взгляд, а разрез на ткани, покрывающей талию, открывал красивые изгибы её ног, ещё более сексуальные, чем если бы были полностью голые... жадные взгляды мужчин преследовали её, и в них почти не было видно презрения или страха.

— Уж не знаю, увидим ли мы сегодня этих идиотов из клана Тсун, но если они посмеют обнажить свои клинки передо мной, я им все руки переломаю!

— Не надо! Лудо Ву, пожалуйста, не устраивай сцен!

— Что? Думаешь, я такой дурак, чтобы нападать первым?

Конечно, он не был дураком, но он выполнил все начальные условия, требуемые для того, чтобы неприятности начались.

Лудо Ву был громким, энергично размахивал руками и приковывал к себе слишком много внимания. Вена Ву от него не отставала.

Однако... кое-что мне в Лудо Ву нравилось.

В Морихене он был очень беззаботным парнем. Он производил на меня хорошее впечатление, и я никогда не считал его бестолковым или неадекватным. Вместо этого, я думаю, он был очень жизнерадостным и неиспорченным парнем.

В Почтовом городе было слишком много зданий и людей, поэтому Лудо Ву должен был чувствовать, что ему тут тесно.

Ему нужно было больше свободного пространства, чтобы можно было растянуть руки во всю ширину, не боясь никого задеть.

— Ух ты, это люди из Сему! Они такие чёрные! Интересно, знает ли он магию?

Вот только хотел бы я, чтобы он не показывал на пешеходов пальцев, и перестал так кричать.

— П-пойдём скорее! Нам нужно встретиться с Камией Ёстом!

Нужно как можно скорее увести этих двоих с улиц в гостиницу «Хвост Кимьюсу».

— В самом деле... Лудо, ты слишком громкий. На нас же все смотрят...

— О чём это ты говоришь, сестрица Вена? Это всё из-за твоей слишком кокетливой походки!

— Тихо! А то Асута услышит...

Эта сцена немного меня успокоила, но я всё равно предпочитаю наслаждаться таким дружеским общением только в Морихене.

— Добро пожаловать... А, это опять ты.

Владелец гостиницы «Хвост Кимьюсу»... вроде бы его зовут Милано Маст... принял нас с кислым лицом.

— О~ Так вот как выглядит гостиница!

Лудо Ву с любопытством огляделся.

Его действия заставили меня нервничать, и я спросил: «Камия Ёст здесь?»

— Нет. Он ушёл рано утром. Не знаю, на работу он отправился или отдыхать.

Его здесь не было.

Почему-то я почувствовал облегчение, но оказался перед дилеммой. Сейчас я не мог выполнить обещание, данное мной Донде Ву.

В этот момент, как и в прошлый раз, из ресторана показался Лейто.

— Асута, ты снова пришёл в гости! А это...?

— Это жители Морихена, Вена Ву и Лудо Ву из клана Ву.

— Ясно, значит эти люди из клана Ву.

Лейто улыбнулся.

Похоже, Камия уже рассказывал ему о них.

— А ты кто такой? — слегка невежливо поинтересовался Лудо Ву.

— Ах, я Лейто, ученик Камии. Рад с вами познакомиться.

— Ученик? И чему же ты учишься?

— Учусь быть «Хранителем», конечно же.

Я всё ещё не до конца понимал суть деятельности Камии Ёста, но раз уж ему нужно было обеспечивать безопасность путешественников, вероятно, он был не промах по части драк.

— Камия рано утром ушёл обсудить детали работы на следующий месяц и до сих пор не вернулся.

— Понятно. Значит, придётся зайти позже. После того, как мы закончим с покупками.

Ответив так, я повернулся к Милано Масту, который почему-то смотрел в стену. У меня было к нему дело.

— Прошу прощения, Камия сказал мне, что в этом месте я могу арендовать себе отдельное место на рынке, а также взять в аренду ручную тележку. Это так?

— Что? — повернул своё лицо ко мне Милано, — Ну давай, если сможешь заплатить. Что продавать-то собрался?

— Еду, приготовленную из мяса гибы.

Милано презрительно хмыкнул.

— Мне наплевать, что ты будешь продавать, но смотри, чтобы ручная тележка не провоняла, иначе я заставлю тебя купить её. Согласен?

— Ну, всё же я буду торговать едой, поэтому какой-никакой запах, но будет. Это правило распространяется и на других арендаторов?

— Если это мясо кимьюсу или карон — нет проблем. Но если вон мяса гибы испортит тележку, её больше нельзя будет использовать.

Что он только что сказал? Что такое карон?

— Эй, папаша, хорош ворчать! Ты понятия не имеешь, какое вкусное у гиб мясо, поэтому не болтай много, лады? Если у тебя какие-то проблемы, то хоть сперва попробуй, каково оно на вкус.

Милано поднял густую бровь, когда услышал, что сказал Лудо Ву.

— Ты сам-то хоть пробовал карон или кимьюсу раньше? Ты думаешь, твоё вонючее мясо гибы самое вкусное только потому, что не пробовал ничего другого. Не хочешь, чтобы я ворчал, не приноси это мясо в город!

Хотя Лудо Ву, похоже, не обратил на его замечание никакого внимания, я почувствовал, что должен вмешаться.

— Извините, но у каждого свои предпочтения, поэтому нет смысла спорить о еде, которую вы никогда не пробовали раньше. Я пробовал мясо кимьюсу несколько раз раньше, и я думаю, что гиба вполне может с ним сравниться.

— ...Ты уже был раньше в этом городе?

— Да, но я не горожанин.

— Да это по твоему бледному лицу видно. И что, ты правда думаешь, что у гиб вкусное мясо?

— Конечно! Если бы нет, стал бы я открывать здесь киоск. В своём родном городе я пробовал всевозможные виды мяса. И вкус гибы явно на высоте.

— ...Брось заливать. А мясо мунто или гизу пробовал?

Достучаться до этого человека было непросто.

Когда я задумался, в разговор вмешался Лейто:

— Я извиняюсь, Камия дал мне вчера немного попробовать вяленой гибы. Оно отличается от мяса карон, но по-своему довольно вкусно.

И конечно, оно было приготовлено из гибы, из которой была выпущена кровь. Хорошо, что ему понравилось.

Милано с сомнением нахмурился.

Затем он покачал головой и отказался от спора.

— ...Ладно, неважно. Вернёмся к делу. Если не провоняешь мне тележку, можешь брать её в аренду столько, сколько влезет. Цена одного места на рынке вместе с тележкой обойдётся тебе в две белых медных плитки.

— Это за десять дней, так? Кстати, насколько тележка большая?

— Сходи на рынок да сам посмотри. Там есть несколько моих, на них выгравировано название моей гостиницы.

— Понял. Я вернусь в течение нескольких дней. А сейчас мне нужно идти. Пожалуйста, сообщи Камии о моём визите.

Передав свою просьбу Лейто, я и два моих компаньона покинули гостиницу.

— Асута... ты потрясающий. Настоящий городской человек...

Вена Ву наклонилась ко мне поближе.

— Меня бесят такие,  как он... я могу потерять хладнокровие и ударить его, как Лудо...

— Вена Ву, я ведь нанял тебя для того, чтобы ты присматривала за киоском, верно?

— Да... Ради тебя я готова терпеть все виды унижения...

Какие ещё унижения?!

Я что, правда буду работать с ней целых десять дней? У меня появилось плохое предчувствие по поводу будущего.

— Пойдём по магазинам...? Хмм? Что-то не так, Лудо Ву?

— Да ничего... Просто этот мальчик, которого мы встретили только что...

— А, ты о Лейто? Он странный ребёнок.

— Да я не в этом смысле... Я думаю, что он очень несчастный.

— Несчастный? Почему?

Конечно, учитель Лейто был подозрительным типом, и я мог посочувствовать парню. Но ведь Лудо Ву не знал характер Камии.

— Ладно, это не моё дело. Нам нужно торопиться. Я столько времени не был в Почтовом городе, нужно зайти в какой-нибудь оружейный магазин!

И наше невероятное путешествие продолжилось.

Мне было странно видеть этих двоих так естественно прогуливающихся в Почтовом городе.

— Нам нужно сделать обмен на медные плитки. Асута, надеюсь, ты не потерял те благословения, что тебе дали?

— С чего бы мне их терять...? Но тех клыков и рогов нет на моём ожерелье.

На моём ожерелье было десять клыков и рогов.

Когда Ай Фа и я разделились в клане Ву, она передала мне его.

Я планировал использовать клыки и рога, которые я заработал, чтобы купить необходимые мне ингредиенты в городе, но Ай Фа расстроилась, когда услышала это.

— ...Хочешь за всё заплатить в одиночку?

— Да! Я не хочу, чтобы ты брала на себя какие-то расходы.

— ...Но я глава дома.

— Я знаю. Но... если я не понесу никаких расходов, у меня будет такое чувство, будто я всё сваливаю на тебя.

Ай Фа глубоко задумалась.

Затем Ай Фа достала ожерелье из-под своего плаща. Оставив на нём десять клыков и рогов, она отдала его мне.

— Вот, возьми. Дай мне своё ожерелье.

— Хорошо... но что ты собираешься делать?

— Если вся эта затея с киоском потерпит неудачу, мы потеряем все наши медные плитки. Тогда я воспользуюсь твоим ожерельем, чтобы купить арию и пойтан.

Ай Фа убрала ожерелье, которое я ей осторожно передал.

— А если всё получится, мы заработаем ещё больше медных плиток. И тогда я отдам твоё ожерелье обратно.

— Понятно... Я не против, но ты...

— Не хочу видеть, как ты пытаешься взять всю ответственность на себя. Ты заставил меня понять это прошлой ночью.

Выражение лица Ай Фа действительно пугало меня.

— Это хорошо, что ты не против... Кроме того, ты не хочешь обменивать те благословения, что бабушка Джиба подарила тебе, верно?

— Ах, да. Но откуда ты знаешь? Не помню, чтобы я об этом упоминал.

— По твоему лицу вижу. Не знаю, почему ты настроен именно так... но если это не доставляет никому проблем, можешь делать что хочешь.

Вот, что Ай Фа сказала мне тогда. Её глаза немного успокоились.

— ...О чём думаешь?...

Что-то тёплое обвилось вокруг моей правой руки.

— Тебе одиноко из-за того, что с тобой нет твоей любимой хозяйки...?

Вена Ву вцепилась в мою правую руку.

Я хотел вырваться, но, как и ожидалось от жителя Морихена, она даже с места не сдвинулась.

— Извини! Но ведь я просил тебя, чтобы ты вела себя хорошо, пока находишься на работе—!

— Да знаю... Но сегодня-то я не работаю, верно...? Мы просто прогуливаемся по городу, ходим по магазинам...

Ну, тут она была права. Даже Донда Ву сказал, что мне не нужно платить зарплату за сегодняшний день.

— Н-но ведь с нами Лудо Ву! Разве не так? — еле слышно пробормотал я Вене Ву, но в ответ она мне сексуально подмигнула, как обычно.

— Да всё путём! Лудо Ву не против, чтобы ты женился в нашем клане... Асута, тебе понравился мой танец...?

— Танец?

— Танец на пиршестве... Я так старалась ради тебя...

О чём это она? Не помню я такого выдающегося события во время пиршества.

— После того, как все покончили с мясом, все незамужние женщины собрались вместе, чтобы исполнить танец благословения... Я всегда привлекаю внимание всех мужчин, поэтому обычно воздерживаюсь от такой деятельности. Но ради тебя я изменила своим привычкам и очень постаралась...

После того, как всё мясо было съедено...

Вероятно, в тот момент я разговаривал с Ай Фа и Касланом Лутимом.

Я получил ожерелье в качестве вознаграждения, немного поговорил с ними и заснул. Ай Фа перенесла меня в пустую комнату.

После того, как я уснул, незамужние женщины исполнили танец благословения.

— Ты... не видел мой танец...?

— Э? Ну, не то, чтобы мне не хотелось... Но в тот вечер я очень устал и как только закончил работу, сразу заснул.

Вена Ву была ошеломлена.

Закрыв глаза, она крепко сжала мою руку. Её чудовищная сила была на одном уровне со змеёй мадарама.

Но я также чувствовал непередаваемую мягкость.

— Асута, ты... это слишком...

— Больно! Очень больно!! Ты мне руку сломаешь! Вена Ву, подожди!

Мне было так больно, что я коснулся некоторых мест на её теле, которых не следовало.

Особенно этого не следовало делать посреди улицы средь бела дня.

— ...Никогда не говори об этом Лейне...

— Больно...! Э? Что там насчёт Лейны Ву?

— Её танец был похож на пылающее пламя... Лейна — послушная девочка, никогда не думала, что у неё в сердце пылают такие страстные эмоции... Ты полностью украл её сердце...

Вена Ву проворно отпустила мою руку, а затем вздохнула.

— Асута, я уже смирилась с тем фактом, что ты не желаешь увозить меня за тридевять земель. Я думала, что ты мог бы жениться и войти в наш дом... Это плохо... Лейна меня возненавидит...

Она печально посмотрела на меня.

— ...Грешный человек...

Не помню, чтобы совершал какие-нибудь грехи.

Я знал, что Лейна Ву питала особые чувства ко мне.

Лейна Ву надеялась, что я смогу присоединиться к клану Ву, но я не смог этого сделать. Как мне всё ей объяснить в будущем, и поймёт ли она? Какими будут наши отношения?

Я посмотрел на безоблачное небо, но не нашёл там ответа.

Часть 4

Какие бы вопросы без ответов ни мучили моё сердце, но свою работу мне нужно было закончить.

Надо было найти этого старика с жабоподобной улыбкой и обменяться на медные плитки в его магазине.

— Асута, тебе столько хватит?

— Да, мы недавно уже закупались арией и пойтаном, так что этого должно хватить.

В руке я сжимал шесть медных плиток.

Я выбрал для обмена один большой клык и один рог и получил средства, которые мне были нужны на сегодня.

— А вы так много обменяли, как и следовало ожидать от семьи из 12 человек.

Дуэт из клана Ву обменял клыки и рога пяти гиб.

У нас было одинаковое количество медных плиток, вот только у них были белые, и они стоили в десять раз больше.

— Хе-хе... За это можно купить еды на три дня...

— Ого! Значит, вам нужно заходить в Почтовый город каждые три дня?

Я был прав. Если бы у них была свободная рабочая сила, они послали бы трёх человек, чтобы купить еду на пять дней.

В доме Фа было всего два человека, поэтому мы могли бы закупиться сразу на двадцать. Но их было в шесть раз больше, поэтому пять дней — их предел.

Я прикинул в уме, и вышло, что клану Ву нужно 108 арий и 72 пойтана.

Дом Фа тратит 120 арий и 80 пойтанов за 20 дней.

— Нам ещё нужно купить фруктового вина для отца. Понятия не имею, что он в нём находит?

— У нас осталось пять медных плиток... Что ещё купить из овощей...?

Было приятно обсудить с жителями Морихена, что можно купить в Почтовом городе. Это было то же чувство, которое я испытывал, когда посещал это место вместе с Ай Фа.

Старшая сестра и младший брат были примерно одного роста, и то, как они разговаривали друг с другом, согревало мне сердце. Когда горожане смотрели на них со страхом и презрением, возникло чувство диссонанса с этой сценой.

Если Лудо Ву не провоцировать, он один из самых мирных парней Морихена. При ближайшем рассмотрении оказалось, что его лицо симпатично, и совсем не страшно.

Поначалу действия Лудо Ву заставляли меня нервничать, но я понял, что мне не о чем беспокоиться.

Ай Фа — это Ай Фа, а Лудо Ву — это Лудо Ву. Я знал, что каждый из них по-своему обаятелен, и ничто в этом мире не могло изменить этого факта.

Я решил не обращать внимания на взгляды других людей.

— Пойдём за овощами! Тут есть один киоск на севере...

— Эй, подождите! Я хочу в оружейный магазин! Может, найду там что-нибудь интересное!

Лудо Ву протолкнулся сквозь толпу.

Или вернее будет сказать, что толпа при виде его расступилась сама собой.

— ...Сожалею. Ему уже пятнадцать, но он всё ещё ведёт себя как ребёнок ... Хотя, забудь, что я сказала... мне вот уже двадцать и я всё ещё не замужем, поэтому я не имею права говорить это...

В некотором смысле, за всё время, что я знал Вену Ву, сейчас она выглядела очаровательнее всего, когда сказала это с улыбкой.

Я подумал про себя: если ей так нравится проводить время со своей семьёй, то зачем ей сдался весь этот мир снаружи...?

Я последовал за Лудо Ву к киоску. Он уже выбрал себе какое-то мачете и радостно кричал.

— Это что, мачете? Выглядит как настоящее орудие убийства!

— Ха-ха-ха! Во время войны солдатам часто приходится продираться сквозь густые леса. А если они встретят противника, то, имея такое мачете, могут сразу же вступить в бой, — слегка скованно сказал мужчина с кожей цвета слоновой кости.

Лудо Ву назвал это место «оружейным магазином», но Генос находился вдали от границ с враждебной нацией Махилдра, поэтому можно было не опасаться подобных битв. Этот киоск в основном торгует клинками для повседневного использования, такими как мачете, топоры и ножи.

— А это что, кухонный нож? — встрял в разговор я.

Мужчина удивлённо на меня посмотрел, как будто задаваясь вопросом: «И чего этот парнишка вырядился в морихенца?»

— Это нож для нарезки овощей.

Лезвие этого ножа было тоньше, чем у моего Сантоку, и оно было невероятно острое.

Я уже видел этот нож в кладовой клана Ву и дома Лутим, и был очень рад, когда увидел его в продаже.

Папа использовал свой нож в течение двадцати лет. Если он вдруг сломается, я не смогу его починить. Можно позаимствовать нож для резки мяса у Ай Фа, но мне всё равно хотелось иметь свой собственный.

— ...Этот нож стоит четыре белых медных плитки и пять красных, — осторожно начал продавец.

Клыки и рога с четырёх гиб.

Когда заработаю больше денег, обязательно куплю себе такой.

— Спасибо. Лудо Ву, нам пора идти за овощами.

— Хмм? Погодите минутку.

Лудо Ву отошёл от киоска.

Всё ещё сжимая в руке мачете.

— Э-эй, стой!

Он проигнорировал оклик продавца, а затем решительно встал посреди дороги.

— Прошу прощения, а ну-ка разойдитесь от меня подальше! — прокричал он.

Да пешеходы с кислыми лицами тебя и так за километр обходят.

— Асута, сестрица Вена, не подходите! — предупредил Лудо Ву и взмахнул мачете.

Затем он провёл резкий рассекающий удар, направленный вверх и разрезаемый лезвием воздух пронзительно засвистел.

Продавец позеленел. Пешеходы выглядели не лучше.

Некоторые останавливались и поворачивали головы, тогда как другие старались убраться из этого места подальше.

Лудо Ву не обращал внимания на все эти проблемы, и продолжал быстро размахивать мачете.

Наконец, он выкрикнул: «Мне нравится!»

— Похоже, это мачете может разрубить голову гибы одним ударом! Эй, папаша, почем оно?

— В-восемь белых медных плиток.

Это мачете стоило рогов и клыков с шести взрослых гиб. Довольно дорого.

Учитывая тот факт, что за восемь белых медных плиток можно было накупить арии и пойтана на шесть обедов и ужинов, я ещё раз убедился в том, насколько эти два ингредиента дёшевы.

— Отлично! Асута, последи, чтобы никто его не купил! Я скоро вернусь! — Лудо Ву сунул мачете мне в руки и поспешно убежал.

Толпа снова расступилась, точно так же, как Моисей разделил море в десяти заповедях.

— ...Какой же он всё-таки ребёнок...  улыбнулась Вена Ву.

Не думаю, что ребёнок вообще смог бы поднять этот тяжеленный кусок стали.

Мачете был толщиной около 1 см, шириной 10 см и длиной 30 см. На вид крепкое, клинок слегка изогнут, весом более 1 кг. Этот мачете — действительно мог без особого труда разрубить череп гибы.

...Он ведь младше меня, как ему удаётся так ловко управляться мачете?

Сила рук охотника действительно пугала.

Вскоре Лудо Ву вернулся и заплатил за мачете. После того, как он закрепил его на своей талии, мы, наконец, отправились к овощному киоску.

Конечно же, это был киоск Доры-сана.

— Д-добро пожаловать!

Когда он увидел, что на этот раз со мной не Ай Фа, а ещё какие-то люди из Морихена, его улыбка слегка потускнела.

Но он всё равно постарался встретить нас приветливо.

— Значит, об этом маленьком киоске ты говорил... Я так и думала. В конце концов, не так уж много мест, где продаётся ария и пойтан...

Похоже, это был не первый визит Вены Ву сюда.

— Сотню арий и пойтанов, пожалуйста...

— Хорошо, две белых медных за арию. За пойтан — две белых и пять красных медных плиток.

— Хмм? Зачем вам столько? — удивлённо прошептал я Луде Ву.

— Потому что Отец и братец Дарум много едят.

По словам Ай Фа, жители Морихена потребляют три арии и два пойтана каждый день. Это «необходимый минимум, чтобы не заболеть». Но многие мужчины из клана Ву ели гораздо больше.

— Вот ваши арии и пойтаны. Пожалуйста, проверьте.

Дора-сан поставил на землю тяжёлый мешок, и двоица из клана Ву заглянула в него.

Я воспользовался шансом, чтобы задать свой вопрос.

— Дора-сан, могу я у вас кое-что спросить?

— Д-да, конечно.

— Можно ли есть тино в сыром виде?

Тино — латукоподобный овощ, имеющий форму розы.

Он и размером был примерно с салат-латук, а по вкусу и текстуре напоминал капусту.

— Конечно. Но лично я предпочитаю в варёном виде.

— Ясно, а что насчёт тарапа? Люди готовят её или тоже едят сырым?

Тарапа — красный фрукт, размером примерно с тыкву.

Довольно кислый вкус после приготовления чем-то напоминал помидорный.

— Ну, есть и такие люди, что едят его сырым, но он слишком кислый, так что лучше его готовить вместе с остальными овощами, прежде чем есть. Мне нравится готовить тарапу с арией.

— Ну да, у арии довольно сладкий вкус. Думаю, если нарезать её кубиками и поджарить вместе с тарапой, можно раскрыть её сладость в полной мере.

Дора-сан широко раскрыла глаза от удивления.

— А ты разбираешься в овощах.

— Вовсе нет, я ведь даже не знаю, какие овощи можно есть сырыми... Кстати говоря, а арию-то можно есть в сыром виде?

— Конечно.

— Хм... а гиго? Вы продаёте гиго?

— Нет, моя ферма не подходит для выращивания гиго... бабуля Мисилл торгует большими и сладкими гиго, её магазин тут довольно популярен.

— Э? А где он?

— В-в центральной зоне. Между кожевником и магазином одежды. Она довольно миниатюрная, да ты легко её узнаешь, как увидишь.

— Понял! Спасибо!

Вероятно, я невольно улыбнулся.

Дора-сан тоже слегка расслабился.

— Хорошо, всё верно. Асута, будешь что-нибудь брать?

— Ах, да. Дора-сан, мне два тино и три тарапы.

— О? Ты покупаешь так много тарапы за раз?

— Да. Я планирую использовать их в приготовлении еды на продажу... Кстати, а сколько она вообще хранится? Если разрезать её пополам, сколько пройдёт времени, прежде чем половина испортится?

— Хмм... Если приготовить, то можно хранить максимум пару дней. Что касается сырой и порезанной — она потеряет влагу, если оставить её слишком надолго. Но когда будешь готовить, просто добавь воды, вкус будет таким же.

— Ясно. Спасибо, вы очень помогли.

Поскольку тарапа и тино были довольно большими, в сумку влезло только пять штук.

Между прочим, одна тарапа и два тино стоили по одной красной медной плитке. После покупки у меня осталось ещё две таких.

Осталось купить только гиго и фруктовое вино.

— Хммм... Может, ещё чего купить?... Как насчёт тино...?

— Тино слишком большой! Выбери что-нибудь поменьше.

— ...Пула...?

— Можно и без неё обойтись!

— А что тогда...? Я люблю тино...

— Чачи купи! Овощное рагу имеет прекрасный вкус, если добавить в него чачи!

— Но чачи нужно долго готовить, прежде чем оно станет мягким...

Чачи — это овощ с текстурой картофеля.

Обычно клан Ву готовил суп из гибы, используя при этом довольно сильное пламя. Занимало всё про всё очень мало времени. Такой метод сделает чачи мягкой снаружи, а внутренняя часть останется хрустящей и не такой сладкой, какой могла бы.

— Не волнуйся. Можно ведь сварить её на медленном огне, верно? По текстуре не отличишь от жаркого, которое было в прошлый раз. Просто нужно добавить чачи в воду как можно раньше. Желательно в самом начале, ещё до того как вода закипит.

После того, как я вмешался, Лудо Ву торжественно потряс Вену за плечи.

— Видишь? Даже Асута подтвердил! Покупай чачи!

— Ладно, ладно. Если чачи будет приготовлена как следует, жаловаться не буду... Хмм, значит, не ждать, пока вода закипит, а бросать сразу...?

— Да.

— Хе-хе!

Лудо Ву перекинул руку через шею сестры и слегка сжал.

— Больно...!

Вена Ву извивалась изо всех сил. И делала это довольно сексуально.

Не знал, что они так близки.

— Хм...? А здесь что, нет чачи? Вы ими не торгуете?

— Б-бабуля Мисилл торгует, — робко ответил Дора-сан, а затем перевел взгляд с Лудо Ву на Вену Ву.

— В-вы двое действительно особенные. Это первый раз, когда я вижу, как жители Морихена выбирают овощи по собственному усмотрению.

— Чего? Терпеть не могу пулу! Прекращай торговать пулой и начни продавать чачи!

— О-она не растёт на деревьях. Её вообще довольно трудно вырастить.

— Хмм, ну ладно. Но всё равно вы тут продаёте довольно много разных овощей.

Лудо Ву и Вена Ву вели себя как обычно, но выражение лица Доры-сана вдруг резко изменилось.

Сначала он был ошеломлён.

Потом растерялся.

А после этого... улыбнулся?

Несмотря на то, что он боялся жителей Морихена, он внимательно следил за Лудо Ву.

Когда он услышал, как жители Морихена обсуждают свои предпочтения в отношении овощей, он был так этим обрадован.

«Еда не делится на вкусную и не вкусную», — когда-то эти слова наполнили моё сердце сожалением.

Должно быть, он чувствовал то же самое, что и я всё это время.

Пока я раздумывал, из-за моей спины вдруг раздался звонкий женский голосок.

— Ах!! Асута-ниичан!

У меня за спиной стояла Тара.

В руке у неё была плотно зажата булочка с мясом Кимьюсу, когда она подбежала к нам.

Однако, заметив Лудо Ву и Вену Ву, она замерла на месте.

— Хмм? Это что за малявка?

— Это Тара, дочь владельца киоска. Я ведь уже вам про неё рассказывал.

— А, это та малявка, которую ты спас. Она тебе ещё потом помогла позже, верно?

Лудо Ву быстрыми шагами направился к замершей на месте девочке.

Как будто немецкая овчарка приближалась к котёнку, что заставило меня разнервничаться.

Бедный Дора-сан позеленел от страха.

— Эй, малявка! Да ты ростом с Римми. Сколько тебе?

— Восемь... восемь лет...

— И возраст тот же. Но ты какая-то худая, выглядишь младше.

Лудо Ву присел на корточки и перевёл взгляд с лица девочки на булочку.

— Вкусно пахнет. Как она, нормально?

— ...Да.

— Это хорошо.

— Х... хотите попробовать?

Тара застенчиво протянула Лудо Ву булочку, которую осторожно сжимала в руках.

Лудо Ву насмешливо наклонил голову.

— Что, правда можно?

— Т-только один раз откусить!

— Понял.

Сказав это, Лудо Ву откусил от мясной булочки в руке Тары. Укус был достоин уважения, он чуть пальцы Таре не оттяпал.

Дора-сан вскрикнул.

Не слишком тщательно пережёвывая, Лудо Ву проглотил.  Затем он почесал свои желтовато-коричневые волосы и встал.

— Ну, на вкус не очень.

— Н-не очень?

— Совсем не очень. Готовка Асуты нравится мне гораздо больше.

— П-правда?

Тара посмотрела на меня со смесью улыбки и плача на лице. Я вздохнул и подошёл к ним.

— У каждого свои предпочтения. Я не знаю, понравится ли горожанам моя кулинария, но я открою здесь свой киоск.

— Понятно! Пожалуйста, позволь и Таре попробовать твою готовку!

— Ну, я всё же буду продавать еду, а не раздавать её бесплатно... Но я дам и тебе, и Доре-сану попробовать, чтобы услышать ваши мысли на этот счёт.

— Хорошо!

Какой прелестный ребенок.

К счастью, Ай Фа здесь не было, поэтому никто на меня сердито не смотрел, когда я разговаривал с другими девушками.

Обдумывая эту мысль, я обнаружил, что Вена Ву стоит перед киоском и пристально смотрит на меня и Лудо Ву.

Никогда не пойму женщин.

— Ну, хорошо. Осталось только фруктовое вино и чачи. Что насчёт тебя?

— Хмм, мне тоже нужно фруктовое вино, а ещё гиго.

— А, гиго! Сестрица Вена, давай тоже прикупим гиго! Жареный пойтан будет просто таять во рту, Если добавить гиго, верно?

— Не волнуйся... У нас ещё достаточно медных плиток...

Но прежде, чем Вена Ву успела закончить свою мысль, появился ещё кое-кто.

— Привет, Асута! Мы с тобой три дня подряд уже встречаемся. Очень рад тебя снова видеть. Ну, как, ты уже решил, что будешь делать?

Это был Камия Ёст.

Он неожиданно вышел из толпы. Как обычно, на нём был плащ, хлопающий от порывов ветра своими полами.

— Лейто рассказал мне о твоём визите, вот я и отправился искать тебя. Как и ожидалось, ты тут.

— Да, я уже закончил все домашние дела. Рад снова видеть, Камия.

Я бросил взгляд на Лудо Ву.

Лудо Ву безучастно смотрел на Камию Ёста.

Однако... его пальцы ритмично постукивали по кожуху мачете на его талии.

Вена Ву торопливо подошла и остановилась за спиной у своего брата.

— Ах, да. А это...

— Вена Ву и Лудо Ву из клана Ву. Лейто мне уже всё рассказал. Я специально оставил его в гостинице на случай, если ты появишься.

Выражение его лица было таким же неуловимым, как и всегда.

Он переводил между нами взгляд своих фиолетовых глаз, которые напоминали одновременно глаза ребёнка и мудрого старца.

— Лудо Ву, вас я уже видел в деревне Ву. Разрешите представиться. Я Камия Ёст, работаю «хранителем», обеспечиваю безопасность путешественникам. Я гражданин западной нации, свободно брожу, куда глаза глядят, и называю все Почтовые города, которые встречаю на своём пути, своим домом.

— Хммпф~ — без энтузиазма ответил Лудо Ву.

Он продолжал барабанить пальцами по своему мачете.

— Милано Маст уже рассказал о том, что случилось. Он согласился сдать тебе в аренду тележку.

— Да. Я собираюсь заняться киоском, как только разберусь с меню.

— Отлично, так ты решился! Я очень этому рад. Я готов заходить и есть твою готовку хоть каждый день.

— Хорошо, тогда я постараюсь сделать её настолько вкусной, насколько смогу.

Больше дел к Камии Ёсту лично у меня сегодня не было.

Лудо Ву, догадавшись об этом, небрежно бросил:

— Камия Ёст. Мой отец, глава клана Ву, Донда Ву, дал мне поручение передать сообщение для тебя. Ты готов его выслушать?

— Ну конечно!

— ...Морихен очистится от своего собственного позора сам. Если попробуешь вмешаться, я отрежу тебе голову— Это всё.

— Понял, буду иметь в виду, — Камия преувеличенно поклонился.

Лудо Ву, оставаясь невозмутимым, посмотрел на меня.

— Асута, идём за чачей и гиго. Если не поторопимся, солнце сядет.

— Это правда... Извини, Камия. Спасибо, что проделал такой путь, чтобы нас повидать, но нам ещё нужно кое-что купить...

— Да всё в порядке, всё нормально! Как только ты откроешь тут свой киоск, мы сможем видеться хоть каждый день. Асута, я желаю тебе удачи в твоём деле!

— Благодарю.

Так же стремительно, как и появился, Камия оставил нас.

Почему-то... мне показалось, что сегодня Камия был сам не свой.

— ...Этот человек меня раздражает, — вдруг сказал Лудо Ву.

— Почему?

— Мой клинок предназначен для того, чтобы резать гиб, я не намереваюсь использовать его против людей... но меня, когда сталкиваюсь с противником, которого не могу победить... Кроме того, он городской житель.

— Л-лудо Ву? Что ты имеешь...?

— Братец Дарум и я ему не соперники. Братец Джиза, вероятно, тоже. Один только Отец смог бы перерезать его худую глотку.

Лудо Ву недовольно хмыкнул и растрепал свои  желтовато-коричневые волосы.

Часть 5

Через час я, наконец, добрался до дома Фа. Меня не было здесь уже более 24 часов.

Брат с сестрой из дома Ву сопровождали меня. Чтобы подготовиться к работе в Почтовом городе, Вене Ву нужно было запомнить, где именно я живу. Но что ещё более важно — они боялись, что клан Тсун может сделать что-то гнусное.

— Хмпф, похоже, на этот раз тем идиотам, что напиваются средь бела дня, повезло, и мы с ними не столкнулись.

У Лудо Ву был самый большой груз из нас троих. И он внимательно оглядывался по сторонам острым взглядом.

— ...Между прочим, дом Фа находится у чёрта на куличках. Неудивительно, что тебе потребовались помощники.

— Это да. Из деревни дома Ву добираться до Почтового города было бы быстрее.

Из поселения Морихен в Почтовый город вело несколько путей. Самый короткий путь начинался от деревни клана Ву и занимал примерно 40-50 минут. Однако качество дороги оставляло делать лучшего, да и мостов на пути не было.

От дома Фа же требовался целый час. Но перевозить грузы по подвесному мосту было гораздо проще.

На пути домой мы представили себе, что вместо мешков с овощами тащим железный котёл, и совершили "пробный рейс". Если бы я смог собраться с духом, то, думаю, смог бы пересечь подвесной мост с железным котлом и помощью одного человека.

"Рейс" был пробным, и я потратил довольно много времени, чтобы набраться смелости и решимости... если безрассудная страсть Вены Ву ко мне из-за этого хотя бы немного ослабнет, мне будет полегче. Но не хотелось бы потерять её уважение, всё-таки я ведь какой-никакой, а её босс...

Трудно сказать, стоило ли этому радоваться или нет, но даже после того, как Вена Ву увидела, насколько я испуган, она продолжала флиртовать со мной.

— Что ж, нам пора идти... Жду не дождусь дня, когда работа начнётся...

— Передавай привет Ай Фа... Асута, ты хоть изредка балуй и нас своей готовкой, а не только людей из города.

Сказав мне это, брат с сестрой отправились восвояси.

Несмотря на то, что Лудо Ву нёс 70 процентов груза, у Вены Ву всё ещё была сотня арий на спине. Она даже бровью не повела, а её шаги были ловкими и быстрыми. Как и следовало ожидать от женщины из Морихена.

Ай Фа была права, не стоило недооценивать женщин Морихена. Их мышечная и скелетная структуры гораздо прочнее моих. А такая высокая девушка как Вена Ву определённо была гораздо сильнее меня.

Всё же условия, в которых мы росли, разительно отличались друг от друга, так что это вполне естественно... но я всё равно не смог сдержать вздох.

Если я буду есть мясо гибы каждый день, мое тело тоже изменится?

Я направился в дом Фа, погружённый в свои мысли.

Солнце было на полпути между пиком и горизонтом. Казалось, у меня было достаточно времени, чтобы поджарить пойтан.

Ай Фа всё ещё должна быть на охоте. Мне хотелось приготовить для неё роскошный ужин.

После того, как я разобрался со своим настроением, я снова покрепче сжал мешок с тарапой и тино, а также гигантский лист гиго, который мне порезали на полоски длиной в метр, а затем открыл дверь.

И... Я увидел на стене плащ Ай Фа.

Хмм?

Она довольно рано вернулась.

Вероятно, ей удалось быстро поймать гибу, так что мне не стоило удивляться. Но где же она?

— Ай Фа, ты дома? — позвал я и зашёл в кладовку для еды.

Я открыл дверь... и там никого не было.

Я проверил две соседние комнаты. Ай Фа не было и там.

"Хмм?"

Новый котелок уже стоял рядом с печью. Кроме него не было ничего, что бы выделялось. Хотя...

Если приглядеться, нигде не было видно сабли. Хотя плащ был на месте.

Ай Фа всегда носила с собой клинок и снимала его вместе с плащом только когда возвращалась домой.

Что происходит?

Почему она сняла плащ, но взяла с собой саблю? Помимо стирки у источника, я никогда не видел, чтобы Ай Фа выходила из дома без своего плаща.

Она пошла за водой?

Нет,  горшки и кувшины с водой были на месте. Нам не нужно было идти к источнику воды, да и делали мы это обычно рано утром.

С колотящимся сердцем я выбежал из дома. Она раскладывала на сушку листья пико?

Нет, я не чувствовал запах листьев.

Вместо этого мой нос почуял другой запах.

Он чем-то напоминал зловоние ржавчины... это был запах крови. У меня по спине немедленно побежали мурашки.

...Откуда этот запах?

Где его источник? Вероятно, он за домом.

Я ударил по своим коленям, которые вдруг начали дрожать, и направился к задней части дома.

Всё будет хорошо... — убеждал я себя. Даже если люди из клана Тсун плюют на законы, они не станут совершать ничего безрассудного среди бела дня.

Безрассудного...

Нет, нельзя думать о плохом.

Когда я даю волю воображению, у меня заходится сердце и спирает дыхание.

Всё должно быть нормально. С Ай Фа всё в порядке.

Ничего трагического просто не могло произойти.

Продолжал убеждать себя я, двигаясь вдоль стены...

Собравшись с духом, я вышел на задний двор.

И там...

— Я увидел подвешенную тушку гибы с полностью снятой шкурой.

......

— Асута, ты уже дома.

Сидя прямо на земле и прислонившись спиной к стене дома, там сидела Ай Фа и глядела на висящую гибу.

Я быстрыми шагами подошёл к Ай Фа, наклонился и крепко сжал её обнажённые плечи.

— Не... Не пугай меня так!

Ай Фа в замешательстве широко распахнула глаза.

— ...Асута, ты плачешь?

— Кто плачет?!

Я боднул её головой.

— Асута, больно, — пожаловалась она, но я продолжал прижиматься к ней своей головой. — Что случилось? Почему ты так взволнован?

— Замолчи! Ты заставила меня так волноваться!.. Почему ты снимаешь шкуру с гибы?! Я был так напуган, когда почувствовал запах крови!

— ...Свежевание — часть работы охотника, не так ли? — недовольно ответила Ай Фа.

Поскольку мы были слишком близко, я не мог видеть её выражение лица.

— Люди из клана Ву и дома Лутим уже умеют свежевать туши, но я всё ещё не научилась этому.  Это меня раздражает. И сейчас практикуюсь. В конце концов, я уже несколько раз видела, как ты снимаешь шкуру с гибы.

— Если это так... тебе стоило предупредить меня... Я думал, что у меня сердце из груди выскочит...

— Почему ты так запаниковал?

— Я почувствовал запах крови... И решил, что произошло что-то ужасное.

Прижавшись своим лбом ко лбу Ай Фа, я глубоко вздохнул.

— У меня с собой оружие. Не волнуйся, я знаю, что головорезы могут явиться в любой момент, поэтому всегда начеку, — разгневанно отчитала меня Ай Фа. — Ты вообразил себе, что мужчины из клана Тсун убили меня? Да я в жизни не проиграю этим ничтожествам!

— Я знаю...

— Хоть теперь-то ты понимаешь, что чувствую я?

Я удивился и поднял голову. Ай Фа отвела глаза и надулась.

— С тех пор, как я приняла такого слабака, как ты, в дом Фа, ты знаешь, как я волновался? Если теперь знаешь, то не будь опрометчив в будущем.

— ...Хорошо.

— Волноваться — это нормально, но не будь мнительным. И вообще, я позаботилась о таком утомительном деле, ты должны быть благодарен.

— Ну... я виноват.

— То, что я хочу — это не твои извинения.

— Спасибо?

— Хмпф.

Ай Фа встала.

Она высокомерно скрестила руки на груди и самодовольно улыбнулась.

Неужели... она решила, что как только я увижу освежёванную гибу, мои глаза засверкают, и я скажу ей с дикой радостью и волнением: «Как ты этому научилась? Это восхитительно!".

Я снова вздохнул, встряхнулся и встал.

Я погладил Ай Фа по голове и сказал: «Хорошая девочка, хорошая девочка», и был встречен резким ударом в солнечное сплетение.

— Я не знаю, что делать дальше. Что мне делать после того, как я вскрыла гибе живот? — донёсся до меня её голос, пока я пытался сделать вздох.

Кое-как отдышавшись, я снова поднялся на ноги.

— Больно... Ты спрашиваешь, потому что хочешь провести весь процесс разделки?

— Люди из клана Ву научились тому, что нужно делать дальше.

Она пугающе нахмурилась. Прошло уже много времени с тех пор, как я видел на её лице это хищное кошачье выражение.

— Понял, я научу тебя... Если ты будешь в будущем заниматься разделкой, это снизит нагрузку на меня. Но повысит на тебя, так?

— Не мели ерунды. Как только ты начнёшь мотаться в Почтовый город, разве у тебя будет время заботиться о тушках гиб и пойтанах? Не хочу больше есть этот жидкий суп.

Я снова глубоко задумался.

Я планировал вставать раньше, чтобы поджарить на обед пойтан и ещё что-нибудь к нему. Но мне потребовалось бы, по крайней мере, три-четыре часа, чтобы разделать одну гибу. Неважно, сколько у меня времени, это в значительной степени отложит время ужина.

Ай Фа всегда удавалось замечать более мелкие детали, чем мне.

Нет, скорее, в своих действиях Ай Фа руководствуется желанием действовать совместно при открытии киоска".

Я всё ещё придерживаюсь позиции, что "я не должен слишком сильно на Ай Фа" глубоко в своем сердце. Мои ценности говорили мне, что это было правильно... но сейчас я был в Морихене, а не в моём собственном мире в прошлом.

Не стоит судить о вещах с позиции моих привычных ценностей.

Конечно, не стоило полагаться на неё во всём, но время от времени это делать стоит. Я должен был думать о ней как о человеке, с которым можно пройти огонь и воду.

— Я понял. В твоих словах есть смысл. Поскольку ты будешь ответственной за снятие шкуры с гибы и её разделку, я буду усердно работать над другими задачами.

— Хмпф.

— Глава моего дома действительно надёжна... Чтобы не остаться позади, мне придется приложить все усилия.

— Не шути со мной. Я всего лишь выполняю свою работу охотника.

Ай Фа всё ещё выглядела немного недовольной, когда вытащила нож.

— Никто не может тебя заменить. Тебе нужно усердно готовить вкусную еду.

— Я знаю, но...

Не только моя, но и работа Ай Фа тоже была незаменима.

Рано утром ей нужно было позаботиться о женских домашних делах, а затем уйти на охоту в лес до полудня. Во всём Морихене одна только Ай Фа была способна на нечто подобное.

Часть 6

— Я провёл некоторые расчёты...

После обеда, я поведал Ай Фа о плане, который придумал.

— Ингредиентами будут: ария, пойтан, тино, тарапа и смесь пойтана с гиго. Исходя из экономической прибыли, использовать дешёвые арии и пойтаны выгодно, но горожане не захотят покупать блюда, приготовленные на их основе. Поэтому я решил принять во внимание и вопрос их предпочтений.

— Да.

— Камия сказал, что нам стоит продавать лёгкие закуски, а не полноценные обеды. Поэтому нет нужды заботиться о питательности. Поэтому для каждой порции я буду использовать один пойтан, а также добавлять арию для аромата. Кроме того, я добавлю тарапу и тино. Должно получиться вполне себе питательно, как та мясная булочка, которую я пробовал в прошлый раз.

— Да.

— По грубым прикидкам, одна порция будет стоить 0.65 красных медных плитки. Так как стоимость половинной дневной порции арии и пойтана составляет 0.55 красных медных плитки, это не слишком большая разница. Поэтому я хочу использовать другие ингредиенты, чтобы улучшить вкус и украсить внешний вид.

— Угх...

— 6.5 красных медных плитки — это стоимость десяти порций в день, но от такого количества останется много лишней тарапы. Если готовить по двадцать порций в день, тарапы понадобится в 1.5 раза больше, но, поскольку это самый дорогой ингредиент, это позволит снизить стоимость порции до 0.6 красных медных плитки. А если делать по 30 или даже 40, сэкономить получится даже больше.

— ...Да.

— Кроме того, будут и другие расходы. Аренда места и тележки на десять дней - две белые медные плитки или двадцать красных медных плиток. Есть также заработная плата, которую я должен заплатить Вене Ву, её тоже нужно прибавить. Мы будем платить ей по одному клыку и рогу за каждый день работы. Выходит плюс ещё шесть красных медных плиток в день, или 60 красных медных плиток за десять дней. Издержки составят восемьдесят красных медных плиток. А значит, нам нужно продать, по крайней мере, 40 порций, чтобы получить хоть какую-то прибыль.

— Да.

— Если принять стоимость ингредиентов на уровне 0.65, нам потребуется продать, в общем и целом, шестьдесят порций за десять дней, чтобы полностью окупить все затраты. Это по шесть порций в день. Большинству жителей Почтового города ещё только предстоит узнать вкус мяса гибы. Пока что они считают его противным, поэтому продажи в первые несколько дней могут быть ужасными, и нам просто нужно подождать, постепенно наращивая клиентскую базу.

— ...Асута.

— Даже если мы начнём с малого, и будет продавать по одной или две порции в день, мы сможем хоть немного заработать, если продадим хотя бы 20 порций за последние три дня. Я думаю, ситуация нам благоприятствует. Согласно моему исследованию, один киоск в Почтовом городе может легко продавать от 20 до 50 порций в день. Я надеюсь, что, по меньшей мере, мы сможем достичь минимальной цели.

— Асута, Асута.

— И даже если ситуация нам благоприятствует, риск всё равно есть. Мы не можем сосредотачиваться только на вкусе блюд, самое главное — избавить горожан от предубеждений по отношению к гибам и жителям Морихена. Если это не сработает, мы не сможем продать вообще ничего. Поэтому нам не нужно переоценивать себя, просто приготовим десять порций за первые несколько дней, и будем стараться экономиться на ингредиентах по максимуму—

— Асута!

— Да? Что такое?

Когда я пришёл в себя, то увидел, что Ай Фа оперлась спиной на стену, наклонила голову и уставилась на меня.

Что это с ней? Она же вроде совсем недавно сидела рядом, скрестив под себя ноги и, надо отметить, выглядела весьма мило.

— ...Ты меня нарочно мучаешь?

— Хмм? О чём ты? — вопросительно наклонил голову набок я.

Поскольку в комнате был полумрак, я с трудом мог видеть детали, но я заметил, что у Ай Фа в глазах стоят слёзы.

— Я ни слова не понимаю из того, что ты говоришь! У меня голова уже болит!

— М-мои объяснения были такими сложными? Прости, я попробую упростить...

— Не надо! Сам об этом думай! Голова болит!

Она, как и Лала Ву, легко выходит из себя...

Хотя, может, Ай Фа и была очень эмоциональной, она редко теряла самообладание.

— Разве ты сама не просила меня всё объяснить? Это наша совместная работа, поэтому тебе стоит знать детали...

— Я сказала, не нядо больше! Голова раскалывается!

Ня?!

Она что, только что сказала «ня»?!

Д-д-да что это с ней? Она подхватила вирус ребячества от Дана Лутима?

Пока я паниковал, Ай Фа прислонилась лбом к стене и съехала на пол.

— Голова болит...

— Эй, ты в порядке?! Эй, Ай Фа!

Когда я увидел, как Ай Фа слабо рухнула на пол, я осторожно поднял её и приложил ко лбу руку. Лоб был горячим.

— Т-ты что, перенапрягла мозги? Эй, тебе больно? Сейчас принесу воды.

— Не надо... Шумный...

Ай Фа болезненно нахмурилась и закрыла глаза.

— Не шевелись... У меня голова болит...

— П-понял.

Я положил её голову себе на колени и стал ждать, когда она придёт в себя.

При таких обстоятельствах у меня явно не могло быть никаких грязных мыслей. Но это был первый раз, когда мы находились так близко друг к другу, и тепло тела Ай Фа мешало мне сохранять спокойствие.

— ...Ты как?

— Ещё немножко...

Она крепко схватила меня за край рубахи.

Её грудь, покрытая традиционным одеянием жительницы Морихена, тяжёло вздымалась вверх-вниз. Казалось, ей было очень больно.

— Извини, что рассказывал всё так подробно... Тебе не нужно беспокоиться о бухгалтерском учете. В конце концов, я ведь тоже не знаю, как охотиться на гиб, так что предоставь это мне.

Ай Фа не ответила и продолжала прижимать дрожащую голову к моей груди.

— Если бизнес потерпит неудачу, я сделаю всё возможное, чтобы минимизировать наши потери. Я не дам пропасть впустую ценному мясу, которое ты, рискуя своей жизнью, добываешь на охоте.

— ...Если затея обернётся неудачей, сколько клыков и рогов мы потеряем? — спросила Ай Фа.

Похоже, она успокоилась.

— Если мы не сможем ни одного блюда в течение следующих десяти дней, мы потеряем клыки и рога на сумму 12 гиб. Трудно представить, верно? — с облегчением ответил я

— Трудно представить.

— Вот так. Стоимость аренды места и тележки — стоит чуть менее двух гиб. Половина остатка — стоимость ингредиентов, ещё половина — зарплата Вены Ву. Всё, на чём мы можем сэкономить — это стоимость ингредиентов.

— ...Да.

— Когда я был в Почтовом городе, я не видел ни одного киоска, где бы продавалось одно только приготовленное мясо. В некоторых киосках торговали как жареными бёдрами птиц, так и овощными соками. Придётся как-то с ними конкурировать... Проще всего было бы заработать, подавая мясо-гриль или вяленое мясо.

— Не нужно этого делать. У нас пока что достаточно медных плиток, чтобы не умереть с голоду.

Ай Фа потянула своё ожерелье рукой, издавая звенящие звуки.

Клыки и рога на её шее и на плаще намного превышают стоимость двенадцати гиб. В доме Фа только два человека, и если бы она могла охотиться на гибу каждые два дня, нам не нужно было беспокоиться о медных плитках.

Это было доказательством того, что поголовье гиб увеличивалось, и что Ай Фа находилась в ещё большей опасности, чем раньше. Тем не менее, она хотела использовать клыки и рога, которые она заработала с таким трудом, рискуя своей жизнью, чтобы бросить вызов людям Почтового города.

Нашей целью было сделать Морихен ещё более процветающим... дом Фа в прошлом сильно пострадал из-за бедности. Ради других членов племени, безмолвно терпящих тяготы, мы должны были приложить все усилия, чтобы добиться успеха.

— Я не такая грандиозная мечтательница, как Каслан Лутим... Однако я не пожалею, даже если мы потеряем большинство наших сбережений. Асута, тебе просто нужно стараться изо всех сил. Точно так же, как в то время, когда ты противостоял Донде Ву, и когда ты согласился позаботиться об очаге для свадьбы.

— Да, на кону стоит репутация дома Фа. Я буду стремиться к тому, чтобы стать лучшим из лучших... Как твоя голова? Всё ещё болит? Если тебе уже лучше, может, ляжем сегодня пораньше?

—...Давай, — согласно кивнула Ай Фа, но продолжала лежать, не двигаясь.

— Эээ... Мне опустить тебя на пол?

— Если думаешь, что я тяжёлая, то можешь опустить.

О чём она говорит? Ощущая её вес на своих коленях, я чувствую только комфорт. Впрочем, если она сама не хочет уходить, то и я её опускать не собираюсь.

— ...Когда открытие?

— Через четыре дня. Через три дня клан Ву отправится в Почтовый город за продуктами. За эти несколько дней мне надо провести тщательную проработку того, что мы будем продавать... Кстати, твой единственный комментарий на этот счёт звучит как «вкусно». Может, есть что-то, что бы ты хотела улучшить?

— Нет.

— Ясно... Это блюдо или бифштекс, что вкуснее?

— ...Они оба хороши.

— А если нужно выбрать что-то одно?

— ...Ты хочешь, чтобы у меня голова ещё сильнее разболелась? — проворчала Ай Фа, а затем повернулась на моих коленях ко мне лицом. — Если жители города скажут, что это блюдо плохо на вкус, значит, у них у всех давно сгнили языки. Тогда ты должен немедленно закрыть киоск и готовить только для меня.

— Я был бы счастлив так жить... Но на этот раз я постараюсь, чтобы всё прошло успешно.

— Хорошо, — кивнула Ай Фа. — Асута, когда ты счастлив, я тоже счастлива.

— Ты права.

— Видеть то, как ты добиваешься успеха... это переполняет меня чувством гордости, — сонно пробормотала Ай Фа.

Её голова покоилась на моей груди, и казалось, что она шептала моему сердцу: «...Всё будет хорошо» .

Впереди меня ожидает целая гора проблем. В конце концов, мы ввязались в эту битву всего несколько дней назад.

В течение последних восьми десятилетий жители Почтового города дискриминировали жителей Морихена. Смогу ли я опровергнуть их предубеждения?

Я сделаю всё, что в моих силах.

Ради людей, которыми я дорожу, и их родного края, я сделаю все, что смогу.

Я надеюсь, что однажды смогу высоко поднять голову и сказать всему миру, что являюсь частью Морихена.

Прежде, чем я успел это понять, Ай Фа уже заснула на моих руках.

...Пока ты рядом со мной, всё будет хорошо , — тихо сказал я, чувствуя на своих руках успокаивающий вес и тепло её тела.

Глава 4: Открытие киоска в Почтовом городе

Глава 4

Открытие киоска в Почтовом городе

Часть 1

Я был полностью готов к битве.

Котелок был наполнен ингредиентами, а сверху его покрывал кусок ткани. К обратной стороне были пришиты листья псевдокаучукового дерева для лучшей гидроизоляции, а для лучшей фиксации котелка мы воспользовались лозами фуихабы.

Я завернул жареный пойтан в чистый кусок ткани и сложил тино и арию в мешок для овощей.

Кроме того, в этот же мешок я положил деревянную лопатку для помешивания, небольшой черпак, разделочную доску из дерева крили, две тарелки и нож Сантоку.

Другой мешок я наполнил дровами, небольшим мачете и травой рана в качестве растопки.

В моей сумке на талии хранились красные медные плитки, которыми планировал давать покупателям сдачу, и белые медные плитки, предназначенные для Милано Маста.

Всё было готово.

Я проснулся рано утром и заранее позаботился обо всех домашних делах, требующих моего внимания в течение дня. Сейчас время было между рассветом и полднем.

Осталось лишь дождаться появления Вены Ву.

— Этот день, наконец, наступил, — сказала Ай Фа.

— Да, наконец-то время настало, — ответил я.

— Нужно как-то продержаться эти десять дней.

— Я сделаю всё возможное.

— Нам придётся жить в таком темпе десять дней подряд.

— Если через десять дней всё и закончится, это будет означать, что наши усилия были потрачены впустую.

— И в каждый из этих десяти дней ты будешь проводить много времени со старшей дочерью клана Ву.

— А?

— Неважно. Работай усердно.

— Приложу все усилия!

— В конце концов, она ведь твоя невеста.

— Что?! Совсем нет! С чего ты это взяла?! — обернулся я и шокировано посмотрел на Ай Фа. — П-почему ты вдруг об этом заговорила? Ты ведь не сказала ни слова против, когда Донда Ву назначил Вену Ву моей помощницей, верно?

Ай Фа небрежно положила руку мне на плечо.

— Не паникуй, я просто пошутила.

— Угх...

— Делай свою часть работу ответственно, а я буду делать свою.

Выражение лица Ай Фа оставалось спокойным и собранным, и в её глазах был лёгкий свет.

— ...Я буду ждать твоего возвращения.

◇◆◇

Вена Ву появилась как раз вовремя. С помощью жерди дерева крили мы подхватили железный котёл, пересекли ужасающий утёс и добрались, наконец, до Почтового города.

Первым пунктом назначения была гостиница «Хвост Кимьюсу».

Милано провёл нас на задний двор и указал на тележку, которая должна была отправиться с нами в бой на следующие десять дней.

Это была мобильная ручная тележка, идеально подходящая в качестве торгового киоска.

Примерно 2 метра в высоту, 1.5 метра в ширину и 80 см в глубину, она была сделана из дерева, а в качестве навеса служил отрез выделанной кожи. Передняя и боковые стороны были закрыты деревянными досками и высотой доходили до моей талии. Задняя стена же имела дверцу, которую можно было открыть.

Я зашёл внутрь и обнаружил, что стены с внутренней стороны покрыты глиной. В центре находилось углубление, в которое была установлена угольная жаровня. Всё, что мне нужно было сделать — развести огонь и поставить сверху котёл.

Я водрузил котёл на деревянную подпорку с отверстием в центре, и он плотно сел на своё место. С правой стороны доски были просверлены отверстия, из которых должен был выходить дым.

Конструкция тележки была довольно проста. И это не могло не радовать.

— ...Пожалуйста, постарайтесь не повредить тележку.

Я дружелюбно кивнул Милано Масту, который глядел на нас с кислым лицом.

Вена Ву равнодушно отвернулась.

— Хорошо, тогда следуйте за мной.

Мы последовали за Милано Мастом на улицу.

Это был первый раз, когда я посетил Почтовый город так рано утром. На улицах в такое время было на 30% меньше людей.

Пока мы с Веной толкали ручную тележку, нас преследовали бесчисленные взгляды прохожих. Их глаза были полны растерянности и потрясения, как будто они не понимали, почему жителям Морихена вздумалось куда-то волочить нагруженную тележку.

Люди с жёлтой кожей.

Толпа с кожей цвета слоновой кости.

Чернокожие мужчины.

Белокожие горожане.

Люди всех рас и вероисповеданий пристально на нас смотрели.

Иностранец в одежде морихенца и морихенка, которую можно было назвать настоящим воплощением сексуальности. Надо сказать, мы с Веной Ву были выдающимся дуэтом. Проходящие мимо люди просто не могли игнорировать нас.

— Как раздражает... Мы бросаемся в глаза ещё сильнее, чем обычно...

— Отлично, это послужит нам хорошей рекламой.

Таким темпом, вскоре новости о том, что жители Морихена открывают свой киоск, разлетятся по всему городу. Пусть даже они сперва воспримут это как шутку, я не возражал против их любопытства или страха. Мне просто хотелось, чтобы как можно больше людей о нас узнало.

Мы прошли по жилому району и, в конце концов, добрались до рынка. Большинство киосков уже было открыто и работало.

Любопытные взгляды их владельцев тут же сосредоточились на нас.

Во всём Почтовом городе одни только Тото Моа нас полностью игнорировали.

— Привет, значит, вы действительно открываете здесь свой киоск? — поприветствовал нас Дора-сан, продавец овощей.

— Верно. Надеемся на вашу поддержку в течение этих десяти дней.

Так как Милано Маст не намеревался останавливаться, я вскользь поприветствовал Дору-сана и продолжил толкать тележку.

Его сегодняшняя улыбка была гораздо более естественной. Он проводил нас взглядом, пока мы проходили мимо.

Милано Маст привёл нас к самой окраине рынка.

Чтобы организовать место для рыночной площади, Почтовому городу пришлось потрудиться над вырубкой леса. И сейчас наш киоск находился в самом северном конце, с правой стороны, лицом к северу.

Будь тут ещё два или три киоска, их бы пришлось ставить у самого края леса, который так или иначе пришлось бы опять вырубать. В любом случае, мы остановились в самом дальнем углу рынка.

Пешеходов здесь было немного. Напротив нас не было ни одного киоска. Нашим соседом был старик с сомнительными аксессуарами, положенными на тряпку на земле. Когда он смотрел нас, то выглядел ошеломлённым, как ребёнок.

— Вчера я вам уже рассказывал о правилах. Обратите внимание на два основных момента: вы не можете громко зазывать клиентов, и вы можете разжигать огонь только в жаровне... Кроме того, вы должны сообщить мне, если увидите, что кто-то нарушает эти правила.

— Понял. Спасибо за вашу помощь.

— Хмпф... Кроме того, остался ещё вопрос с вывеской. Что ты хочешь там написать?

— Э? Вывеска?

На тележке и правда была вывеска, но она была пуста. В правом нижнем углу только были маленькие иероглифы и логотип гостиницы «Хвост Кимьюсу».

— Тебе нужно написать то, что ты продаёшь, на вывеске, иначе клиенты будут не в курсе. Что хочешь написать?

Милано Маст снял маленький кожаный мешочек, привязанный к талии, и развязал шнурок.

Там находилась баночка с липкой зелёной жидкостью и маленькая палочка. У жидкости был жгучий запах, немного похожий на траву. Вероятно, это был какой-то растительный краситель.

— Ну, тогда, пожалуйста... не могли бы вы написать "Гиба"?

— Что ж, ладно, — вздохнул Милано Маст и принялся выводить на табличке большой символ.

Символ представлял собой комбинацию овалов и кривых и имел четыре изогнутые линии, изгибающиеся вверх. Они имели некоторое сходство с клыками и рогами гибы.

— Отлично! И даже внешне чем-то напоминает гибу.

— ...Каждый вечер доставляйте тележку обратно в гостиницу. Я буду проверять её на предмет повреждений.

— Нет проблем. Мы планируем закрываться до заката.

Милано Маст последний раз хмыкнул и ушёл.

Старик по соседству всё ещё глядел на нас с пустым выражением лица.

— Что ж, давай начнём подготовку.

Я попросил Вену Ву помочь с котлом, запечатанным лозой фуихаба.

Когда я снял крышку из ткани и убрал листья псевдокаучукового дерева, Вена Ву обрадовалась.

— Неудивительно, что я всё время чувствовала запах тарапы... это овощное рагу?

— Нет, у нас нет ни времени, ни денег на приготовление чего-то подобного. Это просто соус из тарапы.

Поскольку я использовал две целых тарапы, котёл был на шестьдесят процентов заполнен ярко-красным соусом.

Тарапа была с кислинкой и чем-то напоминала помидор. После того, как я приготовил её с нарезанной кубиками арией и фруктовым вином, а затем приправил солью и листами пико, получился «Специальный Соус Тарапа».

— Я разведу огонь. Вена Ву, поможешь мне с мешками?

— Конечно.

Взглянув на Вену Ву, которая кивнула в знак согласия, я разжёг огонь в жаровне с помощью травы рана.

Соус уже давно остыл, поэтому мне нужен был огонь побольше.

Учитывая размер жаровни и расстояние от жаровни до котелка, огонь должен быть меньше, чем в самодельной печи, используемой во время свадьбы. Но чтобы равномерно прогреть весь котёл, он не должен был быть слишком слабым.

Я достал все дрова, которыми мы запаслись впрок. Вероятно, они будут все израсходованы прежде, чем мы закроем киоск. В таком случае, могут потребоваться дополнительные дрова. Вот почему я и взял с собой мачете.

Я рассчитывал, что наш киоск будет открыт в течение пяти часов.

Мы вышли из дома с утра и планировали отправиться домой во временной промежуток с полудня до заката. Я также должен был учесть два часа времени в пути.

Согласно моим биологическим часам, рассвет начался в шесть, полдень наступит ровно в двенадцать, а сумерки начнутся в семь. Мы откроем киоск в 10 утра и должны будем закрыть его к 3 часам дня.

— Хмм... А ведь если задуматься, это же просто невероятно... Никогда не думала, что когда-нибудь буду торговать на улице Почтового города...

— Я чувствую то же самое. Но ты провела в Морихене гораздо больше времени, поэтому не удивительно, что это чувство у тебя сильнее.

Возможно, Донда Ву отрядил её мне на помощь, потому что знал, что она жаждет увидеть мир снаружи?

Нет, не может быть. Если бы он знал, что чувствует Вена Ву, он бы вообще запретил ей покидать Морихен.

В любом случае, у Вены Ву сегодня было очень хорошее настроение. По сравнению с прошлым разом, когда мы пришли с ней в город, она выглядела намного счастливее.

— Но сможем ли мы что-нибудь продать?.. Тут так мало прохожих...

— Ну, в конце концов, этот район находится на самом отшибе.

Со своего места мне было видно, как люди входят в Почтовый город с севера и покидают его, уходя тем же путём, только в обратную сторону. Едва ли кто-нибудь из них захочет придти сюда, чтобы поглядеть на товар.

— Это наш первый день, поэтому мы можем не волноваться. Цель этих двух дней — дать всем понять, что мы существуем.

Новости о том, что жители Морихена торгуют обедами с мясом гибы, совершенно точно, разнесётся по всему городу. Со временем, обязательно появятся любопытствующие, которые придут поглазеть на такое диво. И за первые несколько дней нам необходимо крепко схватиться за этот источник потенциальных клиентов.

На поверхности соуса из тарапы начали появляться большие пузыри, и я размешал его деревянной лопаткой, которую протянула мне Вена Ву.

— Вена Ву, пожалуйста, помешивай время от времени соус. Я добавил в него много бифштексов, поэтому делай это аккуратно и постарайся их не повредить.

— Поняла... пахнет-то как вкусно... аж слюнки текут, несмотря на то, что ещё слишком рано для обеда...

— Ах, если ты голодна, то можешь попробовать один, только погоди немного.

Когда Вена Ву услышала это, её глаза засияли.

— Правда?! Но ведь разве это не товар на продажу...?

— Верно, это товар, но нам ведь нужно оценить его качество прежде, чем продавать. Я специально приготовил несколько штук на пробу.

Вена сидела на корточках перед прилавком, выгребая из мешка нашу утварь. Но после моих слов она встала и тихо подошла ко мне сбоку.

У меня в сердце немедленно появилось зловещее чувство, когда Вена Ву крепко сжала рубашку на моей талии и сказала:

— Я так рада... Спасибо, Асута...

— П-пожалуйста. Это тоже часть работы.

Вена Ву была очень серьёзной во время подготовки к свадебному банкету, поэтому она не стала бы делать ничего неподобающего во время работы. В этом отношении она действительно была образцовой обитательницей Морихена.

Если так... думаю, мы сможем с ней поладить.

— Хорошо, пусть немного покипит. Не забывай помешивать.

Я поместил чёрную разделочную доску из дерева крили справа от рабочего места и положил сверху тино, арию, тарелки и нож Сантоку.

Листья тино своей формой чем-то напоминали розу и представляли собой овощ, чем-то похожий на салат-латук с текстурой капустного листа.

Я оторвал один большой лист и порезал его. Затем нарезал арию с текстурой лука на тонкие ломтики. Закончив с этими двумя овощами, я смешал их вместе в одной тарелке.

Затем я достал жареный пойтан, завёрнутый в ткань, и подготовительный этап на этом был завершён.

— Вена Ву, пожалуйста, наблюдай за мной и запоминай. На самом деле, это довольно легко.

— Ой... какой маленький пойтан...

— Да. Прежде, чем поджарить, я порезал его пополам.

Как правило, клан Ву жарил пойтаны целиком. При этом диаметр каждого составлял около 30 см.

Мой вариант поджаренного пойтана исходил лишь из четверти такого количества и имел ширину от 14 до 15 см.

Я добавил гиго, чтобы сделать пойтан более пышным и добавить толщины примерно 1.5 см. Теперь он выглядел маленьким и милым, как булочка кремового цвета.

— Для начала на мини-пойтан нужно добавить слой тино и арии. Этот слой должен быть чуть тоньше, чем диаметр самого пойтана. И затем, сверху мы добавляем бифштекс.

После того, как я выловил из котла бифштекс, пропитавшийся красным соусом из тарапы, Вена Ву снова удивленно ахнула.

Обычно бифштекс формуется в овальную форму, но этот был круглым.

Весил он примерно 180 грамм и был 12см в диаметре и 3см в толщину.

Добавив сверху немного измельчённого тино, я накрыл его другим пойтаном.

В результате получилось блюдо, которым и будет торговать мой киоск — «Гиба-бургер».

— Просто, не правда ли? Пожалуйста, попробуй.

Я отобрал у Вены Ву деревянную лопатку и протянул ей «Гиба-бургер».

— ...Он выглядит...

— Хмм?

— Я думаю, он выглядит довольно аппетитно...

— И он очень вкусный, уверяю тебя. Обожаю гамбургеры.

— Это ведь не ужин, поэтому мне не нужно возносить молитвы, верно...?

— Наверное? Понятия не имею, если честно.

Вена Ву беспомощно застыла на месте, как будто никак не могла решить: стоит ли откусить или нет от гамбургера.

В конце концов, она решилась, раскрыла свои блестящие губы... и откусила от Гиба-бургера большой кусок.

— Осторожно, не вырони содержимое. Лучше всего держать его с двух сторон.

Она кивнула, а затем сделала ещё один большой укус.

Женщины Морихена двумя руками держат гамбургер. И то, как мило они с удовольствием его жуют, наполняет моё сердце радостью. Я понял это, когда приготовил один на пробу Ай Фа.

Ай Фа всегда была предельно собранной и спокойной, но в тот раз она выглядела очень чистой и очаровательной. То же самое касалось и Вены Ву, которую переполняло сексуальное очарование. Они обе были в равной степени милыми.

Как только Вена Ву прикончила свой гамбургер, она снова слегка опустила голову и крепко схватила меня за талию.

— ...Очень вкусно...

— П-понятно. Рад, что тебе понравилось!

Вместо привычной кокетливости, когда Вена Ву извивается всем тело, её теперешние нарочито детские действия делают её вдвойне очаровательной. Как бы то ни было, не стоит мне уделять этому слишком много внимания...

— Что думаешь? Сможем мы это продать?

— Не знаю... Если горожане решат, что этот гамбургер неприятен на вкус, это будет означать, что они вообще не достойны есть гиб...

Её комментарий был такими же, как у Ай Фа.

Я думаю, что они обе слишком уж сильно преувеличивали.

Безусловно, горожане презирают мясо гибы. И чтобы стереть это недопонимание, моим первым «оружием» станет Гиба-бургер. С него всё и начнётся.

В городе не было ничего похожего на гамбургеры, так что моё блюдо, без всяких сомнений, как минимум их заинтригует. Но если я хочу, чтобы горожане в полной мере ощутили вкус мяса, мне также нужно будет сосредоточиться на чём-нибудь более простом — например, стейках или гриле.

Кстати, формование бифштексов отнимало слишком много сил и времени, и в один котёл помещалось не больше двадцати штук за раз. Если бы я заранее подготовил эти стейки, а потом сложил их в отдельный контейнер, то, готовя соус прямо на месте, я мог бы увеличить это количество до 40 штук. Но это был только первый шаг в моей атаке на Почтовый город, так что всё ещё было впереди.

Я рассуждал очень просто: гамбургер — это символ лёгкой закуски. В Почтовом городе уже существовали высокоуглеводные закуски, например, булочки с мясом Кимьюсу и овощами, поэтому я решил следовать этой модели.

Тарапа обладает сильным характерным запахом. Поскольку мы не могли громко зазывать клиентов, «аромат» был исключительно важен. Соус, приготовленный из тарапы, фруктового вина и арии для ещё большего усиления запаха, обладает очаровательным ароматом, который определённо будет стимулировать аппетит любого прохожего.

И когда Гиба-бургеры привлекут достаточное количество постоянных посетителей, я расширю меню... и сосредоточусь на еде, которая будет менее трудозатратной, но при этом позволит горожанам в полной мере насладиться вкусом мяса гибы.

Эти десять дней решат, каким будет мой следующий шаг.

Если я смогу за это время продать 20–30 порций, то на следующие десять дней у меня будет уже обновлённое меню, что станет отличным рекордом продаж.

Сегодня — день открытия. Чтобы сэкономить на стоимости ингредиентов, я приготовил только десять гамбургеров. Если я смогу продать их все, этого будет более чем достаточно.

— Отлично, наша битва скоро начнётся!

И как раз в тот момент, когда я это объявил...

Что-то вдруг начало барабанить по крыше у нас над головами.

А затем, как будто в небе открылась дыра, на нас обрушился дождь.

— Хья! — вскрикнула Вена Ву и быстро затащила мешки с продуктами под крышу.

Это был привычный для Морихена внезапный ливень.

Ничего удивительного, ведь от города до Морихена всего час пути.

Вот только...

Когда внезапный дождь так же внезапно прекратился, улица перед нами была абсолютно пуста. Все редкие в этой части города пешеходы разбежались.

Часть 2

— Ну, всё понятно!

Это всё, что я мог сказать.

Люди в городе давно привыкли к таким внезапным ливням, поэтому при первых признаках надвигающейся непогоды разбежались по укрытиям, кто куда.

Старик, торгующий аксессуарами рядом с нами, в одно мгновение собрал всю одежду в огромный тюк и резво укрылся под деревьями в лесу позади. Быстрота его реакции поражала воображение.

Как только дождь прекратился, народ постепенно стал выползать обратно на улицу... вот только в северном районе города, где мы находились, было всё так же безлюдно.

Я вытянул голову, чтобы взглянуть, что творится на южной стороне, и увидел, что там уже привычно многолюдно, как будто никакого дождя и не было.

Это место и так не пользовалось особой популярностью, но теперь мы потеряли последние шансы на привлечение клиентов.

— ...Все пешеходы разбежались...

— Ничего не поделаешь, это стихийное бедствие. Решающим моментом станет время сразу после полудня, поэтому давай пока что передохнём.

Благодаря быстрой реакции Вены Ву, наши дрова не намокли. Вода также не попала в котелок. Ничего непоправимого не случилось, поэтому можно было облегчённо вздохнуть.

— ...Так что, мы будет просто стоять без дела до полудня, пока людей на улице не станет больше...?

— Да. Ожидание также является частью нашей работы.

— ...Теперь меня мучает совесть, что ты мне столько платишь...

— Я не возражаю. Нести ингредиенты, мешать соус, заниматься дровами... я не могу справиться со всем в одиночку. Наша работа только начинается.

Однако до полудня оставалось ещё два часа.

В течение этого времени, всё, что мы могли делать — это грустно смотреть на огонь под котелком.

Можно было бы воспользоваться шансом и набрать ещё дров, но дождь оставил все ветки в лесу мокрыми. Высохнут они не раньше, чем через час или два.

Что означало, что нам совсем нечем было заняться.

— Эх... может, тогда просто поболтаем?

— Ладно...

— Вена Ву, с кем из твоей семьи у тебя самые близкие отношения?

— Тебе эта тема кажется интересной...?

— Думаю, да.

Вена Ву тихо вздохнула, а затем поиграла с каштановой прядью своих волос.

— Лучше всего я лажу с Рими и Лудо... И ещё с Дарумом...

— Ах, с Дарумом Ву?

— Да... Даже, несмотря на то, что он обычно он тихий, но скорый на гнев... Он выглядит очень мило, когда злится.

— П-погоди. Ты ведь старше Дарума?

— Да. Но только на один год...

У меня была привычка разделять мужчин и женщин клана Ву, поэтому я никогда раньше не задумывался об их возрасте в целом.

Из всех братьев и сестер клана Ву трудно было различить только положение Вены Ву и Дарума Ву в семье.

Дарум Ву был на год моложе Вены Ву, и ему было девятнадцать лет. Я сделал пометку у себя в уме.

— Кстати, а сколько вообще лет Джизе Ву?

— Ему 23...

— О! А он моложе, чем я думал! Рими Ву восемь, так? Тогда... у них разница в возрасте целых 15 лет! Это много!

— Думаешь...? Ну, некоторые девушки рожают уже в пятнадцать, так что их разница в возрасте сравнима с родителем и ребёнком...

Вена Ву мило на меня посмотрела.

— Но... тебе, правда, интересна эта тема?

Очень.

Жители Морихена большую часть дня проводят за делами, поэтому, вероятно, им невыносимо просто стоять и праздно болтать. Это была редкая возможность узнать о них побольше.

— ...А я бы хотела послушать твою историю…

— Э?! Да мне особо нечего рассказать...

— ...Узнать больше о твоей стране...

Я на мгновение замолчал, глядя на красную тарапу.

— Извини, мне бы не хотелось много говорить о моей родине... От таких разговоров становится тяжело на душе.

— Ну и ну, а почему...?

— Я так внезапно исчез... не знаю, смог ли мой отец смириться с этим фактом и жить дальше.

После недолгого молчания Вена Ву пробормотала: «Извини...»

В воздухе повисла неожиданно тяжёлая атмосфера. Но вдруг...

— Братик Асута!

Я услышал энергичный голосок моего маленького спасителя, перепрыгивающего через лужи. Это была Тара.

— Потрясающе! Ты правда открыл свой киоск!

Тара положила руку на борт тележки и посмотрела на меня снизу вверх.

Затем она робко повернулась к Вене Ву и улыбнулась. Вена Ву улыбнулась в ответ.

— Тарапа так приятно пахнет! Это блюдо из мяса гибы?

— Да. Но я не знаю, понравится ли оно тебе.

— Хочу попробовать! Хочу купить одну порцию!

— Это взрослая порция, она стоит две красных медных плитки.

— Поняла! Пойду, спрошу у папочки!

— Ах, погоди! Будет плохо, если тебе не понравится. Сперва просто попробуй... Вена Ву, там есть мешок с тарелкой. Можешь принести его сюда?

Пока я давал инструкции Вене Ву, я взял половник и помешал в котле, пытаясь выловить мини-бифштекс, предназначенный специально для такого случая. Он был в два раза меньше стандартного. Я разрезал его пополам и положил одну из половинок на тарелку.

Разрезав её ещё на три части, я достал своё секретное оружие! Это была веточка дерева крили, высушенная и заточенная так, чтобы получилась... зубочистка. Я нацепил кусочек стейка на палочку и протянул Таре.

— Вот, попробуй.

Тара нерешительно на меня посмотрела.

— ...Мне нужно за это платить?

— Так в моей стране продают еду. Мы предлагаем клиентам бесплатно попробовать, прежде чем совершать покупку. Не стесняйся, пробуй.

— Поняла... Спасибо! Тогда приятного аппетита мне!

Тара смело взяла зубочистку и отправила маленький бифштексик в рот.

— ...Ну как?

Моё сердце колотилось в этот момент.

Все обитатели Морихена хвалили мои кулинарные умения.

Но понравится ли моё блюдо горожанину... Если не брать в расчёт этого подозрительного Камию Ёста, это был первый раз, когда мою готовку пробует кто-то из города.

А Тара...

Просто стояла на месте и энергично жевала.

В какой-то момент она с удивлением посмотрела на меня и потрясённо прошептала:

— Это...

Её миниатюрное личико с желтовато-коричневым цветом кожи вдруг вспыхнуло от радости.

— Братик Асута, это очень вкусно! Очень!

Я чуть на землю не рухнул от облегчения.

Я был так напуган, что у меня чуть не случился сердечный приступ. Но... я, наконец, прошёл первый этап.

— Это великолепно! Я хочу ещё! Пойду, попрошу у папочки медных плиток!

— Ах, погоди, Тара! Я хочу, чтобы твой отец тоже попробовал... Эх, у меня не так много зубочисток, можешь воспользоваться своей?

— Да!

Тара энергично кивнула и нацепила на зубочистку ещё один кусочек бифштекса. А затем побежала к отцу, сжимая в руках зубочистку так, словно несла передать священное пламя.

Продуктовый магазинчик Доры-сана был не так уж далеко от нас, его кожаную крышу было видно с нашего места.

— ...Асута, это прекрасно...

— Точно! Прекрасно...! Кажется, свет надежды разгорается ярче! Если вкус приемлемый, всё, о чём осталось позаботиться — это как привлечь побольше клиентов!

— Это самое сложное...

— Всё в порядке, у нас есть бесплатные образцы! Когда народу вокруг станет больше, мы просто предложим им попробовать!

Хоть я так и сказал, пробных образцов было всего два. И каждый можно было разрезать на шесть частей, что в сумме давало двенадцать пробных порций.

Если мы не сможешь реализовать гамбургеры, предназначенные для продажи, придётся раздавать их бесплатно. Наша цель состояла в том, чтобы больше людей узнали, как вкусна гиба.

— Асута... мне бы не хотелось самой активно общаться с горожанами...

— Хмм? А, я приму их сам. А ты последи за огнём.

— Нет, это ведь тоже часть моей работы... Пожалуйста, не сердись, если я сразу не справляюсь с этой задачей как следует, хорошо...?

Как и ожидалось, обитатели Морихена очень серьёзно относятся к своей работе.

Улица продолжала оставаться пустынной, но моё настроение слегка улучшилось. Пока я болтал с Веной Ву, вернулась Тара.

— Папочка говорит, что это вкусно! Он тоже очень удивлён и не может поверить, что это самая настоящая гиба.

Тара протянула мне несколько медных плиток. Их было четыре...

— Я хочу две порции! Одну Таре, а одну папочке.

Честно говоря, я чуть не расплакался.

Мне хорошо заплатили за свадебный банкет, но это был мой первый настоящий посетитель. И она так искренне меня хвалила, что... на глазах навернулись слёзы.

Нет, я не могу расплакаться! Это заденет мою мужскую гордость!

— Заказ принят! — ответил я и начал нарезать тино и арию.

Я положил нарезанные овощи на поджаренный пойтан, сверху положил мясную котлетку, покрытую соусом тарапа, и накрыл сверху другой половинкой поджаренного пойтана.

— Вот, спасибо за ожидание...! Начинка может выпасть, поэтому держите его горизонтально, когда едите.

— Хорошо! Спасибо! Выглядит очень аппетитно.

Это мне нужно было  её благодарить.

Передав Таре её заказ, я забрал медные плитки. Их было четыре. Первые деньги, заработанные мной в этом киоске.

— ...Нужно продать ещё один бургер, чтобы окупить расходы на мою зарплату, верно? Будет ли всё хорошо...?

— Конечно, будет! Хотя она здесь только потому, что мы друзья, но тот факт, что горожанин Геноса является нашим первым покупателем, вселяет в меня надежду.

— Ясно... Ах, Асута...

Она снова потянула меня за рукав.

Я поднял голову, и заметил человека, одетого как путешественник, шедшего с северной стороны города. Заметив энергично убежавшую от нашего киоска Тару, он окинул нас удивлённым взглядом.

На нём был плащ с капюшоном, закрывающим лицо. Но я мельком увидел его тёмную кожу. Он был из восточного королевства Сему.

Это был отличный шанс прорекламировать свой товар. Я повернулся к нему и продемонстрировал тарелку в своих руках.

Но прежде чем я успел опомниться, он уже быстро шагал к нашему киоску. Когда он подошёл ближе, то откинул с головы промокший капюшон. Я убедился, что не ошибся — это и правда был житель Сему с чёрными волосами, глазами и кожей.

Его внешность немного отличалась от афроамериканцев из моего мира. Уголки его глаз были выше, а нос и губы тоньше. Его черты лица больше напоминали восточные, а тело было стройным и тонким.

Он завязал свои длинные чёрные волосы сзади в пучок и украсил шею и запястья различные аксессуарами, сделанными из камней, сверкающих всеми цветами радуги. Я не мог угадать его возраст, но он, кажется, довольно молод.

Парень из восточного королевства остановился перед нашим киоском и удивлённо окинул вывеску взглядом.

Затем он указал пальцем на котёл и спросил:

— Гиба?

— Да, это блюдо, приготовленное из гибы. Хотите попробовать?

Я достал зубочистку и подцепил на неё кусочек бифштекса с тарелки. Парень озадаченно наклонило голову набок.

— Асута... — шепнула мне Вена Ву, — Может быть, этот человек не знает западного языка...?

— А?! У каждого из четырёх королевств свой уникальный язык?

— Восточный и северный языки отличаются от нашего... Асута, ты даже этого не знаешь...?

Первый раз об этом слышу.

Если бы я очнулся в восточном или северном королевстве, столкнулся бы я там с языковым барьером? Или какая-то всемогущая сила позаботилась бы об этом?

Впрочем, сейчас было не время задумываться о чём-то подобном. Да и сколько не ломай над этим голову, ответа всё равно не получишь.

Редко, кто проявлял интерес к нашему киоску, поэтому мне нужно было найти способ заинтересовать его тестовым образцом.

— Асута, можешь добавить мяса на тарелки...? И одолжи мне одну из этих зубочисток...

— Э? Хорошо...

Я выловил из горшка ещё один мини-бифштекс и поделил его на три части.

Вена Ву кивнула, вышла из киоска и подошла к этому парню.

Тот осторожно отступил, но Вена Ву улыбнулась ему, изящно взяла тестовый образец с тарелки и положила его себе в рот.

А затем слегка подтолкнула тарелку к нему. Парень медленно протянул руку к тарелке и бросил проницательный взгляд на Вену Ву.

Она снова улыбнулась, и парень с кивком взял зубочистку. А потом... наколол все оставшиеся кусочки бифштекса и положил в рот.

Прожевав, он с удовлетворением кивнул, сделал какой-то странный жест пальцами и поклонился Вене и мне. А затем снова накинул на голову капюшон и проворно ушёл.

Через несколько секунд тишины Вена Ву повернулась ко мне и, поклонившись, грустно протянула:

— ...Извини...

— Не извиняйся! Ты заставила его съесть опытный образец, это потрясающе! В киосках Почтового города никогда не предлагают ничего на пробу, поэтому такие вещи могут случаться.

Чтобы ободрить себя, я ответил громким голосом. Вена Ву всхлипнула и обняла стойку киоска.

— ...Я хочу умереть...

Вена оказалась неожиданно хрупкой.

Нет, сейчас не время веселиться, глядя на неё.

— Не переживай! У нас ещё остался один образец! Наша битва начнётся только днем! Давай сделаем всё возможное вместе, хорошо?

— ...Братик Асута, в чём дело? — неожиданно перед киоском снова появилась Тара.

— Да ничего особенного. Как вам гиба-бургер?

— Ооо, это называется гиба-бургер? Очень вкусно! Братик Асута, теперь ты будешь открывать здесь свой киоск каждый день?

— Да, я заключил десятидневный контракт. Следующие десять дней должны будут зависеть от того, как пойдут дела.

— Ура! Тогда я буду приходить каждый день! Папочка тоже говорит, что хочет есть это каждый день! Он действительно удивлён!

— Спасибо, рад, что вам понравилось.

Если Тара и её отец действительно будут покупать по два бургера в день, я смог бы продать им целых двадцать бургеров за эти десять дней. Всего мне нужно было продать 60 бургеров, чтобы выйти в плюс, поэтому их поддержка мне бы очень помогла.

— Асута... — позвала меня Вена Ву.

Её голос немного отличался от обычного.

— Что такое? — повернулся к ней я и заметил ненормальную ситуацию, не нуждающуюся в её объяснении.

— Уваа..! — вскрикнула Тара и спряталась за тележкой.

С многолюдной южной стороны города к нам стремительно направлялась группа людей.

— Ч-что вам нужно?

Они окружили киоск. Тара задрожала и вцепилась в мою руку. Вена Ву продолжала стоять рядом со мной, тихо сжимая рукоять ножа на своей талии.

Их было семеро. Все они были высокими и носили плащи с капюшонами, которые скрывали их лица и тело.

Однако... нижняя половина их лиц, которую можно было увидеть, была тёмного цвета.

— Гиба, — мужчина в центре группы растолкал своих компаньонов и подошёл ко мне ближе.

Он снял капюшон и показал мне своё стройное лицо. Это был тот самый парень, который совсем недавно съел все тестовые образцы.

— Ч-что? Какие-то проблемы с тем, что я этим торгую? — хоть он и не мог меня понять, рефлекторно спросил я.

Парень указал пальцем на котёл и повторил:

— Гиба.

— Да, это гиба. В чём дело-то?

— Гиба. Красный. Один, два, три?

— ...Чего?

После того как я вопросительно наклонил голову, парень обеспокоенно потянулся рукой под плащ.

Вена Ву хотела оттолкнуть меня... но он достал горсть красных медных плиток.

— Гиба. Красный. Один, два, три?

Когда я не ответил, в глазах юноши появилась печаль.

— ...Белый?

— Нет! Красный! Два!

Парень кивнул и со щелчком выложил две красные медные плитки на прилавок.

А затем посмотрел прямо мне в глаза.

— ...Вена Ву, пожалуйста, помоги мне размешать соус.

Я был так напуган, что совсем забыл о нём.

Отдав деревянную лопатку Вене Ву, я проворно занялся нарезкой тино. Собрав гиба-бургер, я передал его парню.

— Вот, приятного аппетита.

Парень твёрдо кивнул и взял бургер из моих рук.

Не сводя с него взгляд, я робко потянулся к медным плиткам... к счастью, меня никто не остановил. В конце концов, они оказались просто обычными клиентами.

Моё сердце было наполнено благодарностью.

Но, что же это за люди, стоящие неподвижно вокруг киоска?

— Братик Асута...

— В-всё хорошо. Кажется... это просто клиенты.

Парень с большим аппетитом ел гиба-бургер.

Сначала он держал его только одной рукой, но когда заметил, что тарапа практически вываливается с другой стороны, схватил его сразу двумя.

Странно, хоть он и не выглядел бесчувственным человеком, но выражение его лица оставалось пустым. Не то, чтобы мне это казалось жутким, но... я почувствовал лёгкий дискомфорт.

Парень быстро прикончил бургер, снова сделал странный жест пальцами и тихо поклонился.

Затем он кивнул своим спутникам.

Группа высоких мужчин одновременно кивнула и полезла в свои плащи.

*Щёлк*, *Дзинь*, *Щёлк* — они выложили красные медные плитки на стойку.

Плата за шесть человек, всего двенадцать красных медных плиток.

Я тихо порезал тино и один за другим собрал все заказанные гиба-бургеры.

Мужчины по очереди забрали заказ, и наступила тишина.

Я ничего не говорил, покупатели тоже сохраняли молчание, как и Вена Ву с Тарой.

Несколько минут спустя шесть гиба-бургеров отправились в животы мужчин. Считая с первым, я заработал 14 медных плиток.

Как и парень до этого, мужчины сделали странный жест пальцами, поклонились и одновременно отошли.

— Эй, Асута, а твоя готовка становится популярной!

— Уваааа! Не пугайте меня так!

Я и не заметил, как возле киоска как из-под земли выросла стройная белокурая фигура человека.

Само собой разумеется, это был Камия Ёст.

— О-о-о-откуда вы взялись?! Меня чуть удар не хватил!

— Не хотел мешать твоему бизнесу, поэтому я наблюдал за вами со стороны. Я был в тени этих деревьев всё это время. Разве вы меня не заметили?

Мне захотелось вмазать этому человеку, чтобы больше не придуривался.

Увидев широкую улыбку на лице Камии Ёста, Вена Ву странно на него зыркнула. Её взгляд казался намного менее сексуальным.

Только Тара была обрадованной.

— Дядя Камия, вы здесь! Бургеры братика Асуты такие вкусные!

— Действительно выглядят аппетитно. Ты использовал тарапу в качестве ингредиента, хм. Твоя кулинария с одними только ариями и тино уже восхитительна, но на этот раз всё выглядит ещё лучше, чем обычно! — непринуждённо похвалил он меня.

— ...Вы знаете, кто были эти люди?

— Хмм? Вероятно, просто путешественники из восточного королевства Сему. Учитывая их количество, скорее всего они связаны с большим торговым караваном.

— Вы же не подкупили их, верно?

— Подкупил? О чём ты? Думаешь, я нанял людей, чтобы они притворились клиентами в попытке улучшить репутацию твоего киоска? — ухмыльнулся Камия Ёст и пожал плечами, накрытыми плащом. — Если бы мне вздумалось заниматься чем-то подобным, я бы позаботился о большей эффективности! Народу здесь мало, так что по городу вряд ли пойдут слухи, даже если я найму группу фальшивых клиентов. Сам подумай, ведь никто даже не знает, что ты продал семь порций за раз.

Он был прав. Так как мы находились довольно далеко от шумного южного района города, даже если кто-то и наблюдал за тем, что здесь произошло, они просто увидели, как группа мужчин в плащах окружила киоск, а затем быстро ушла.

Только старик-торговец по соседству ошеломлённо смотрел на нас.

— Большинство восточных людей такие. Они не закрывают себя от мира, но предпочитают сосредотачиваться на своих собственных целях, игнорируя других людей... Они считают грубым показывать свои эмоции. Но если ты поговорите с ними, то найдёшь их очень занятными. К сожалению, они не желают изучать язык запада.

— Ясно...

— Но не все люди с востока такие. Некоторые из них понимают обычаи запада. Если не закроешь киоск сразу, то через некоторое время познакомишься с нравами людей из многих разных мест, — сказал Камия и полез под плащ. — Ну что ж, могу ли теперь я сделать заказ, Асута? Мне нужно две порции, отнесу одно Лейто.

— Ну... осталась только одна.

— Э?! Тара купила две, люди с востока — семь, получается девять, верно? Неужели ты уже продал всё, что было?

Когда именно он вообще начал шпионить за нами?!

Чем больше времени проходит, тем всё более подозрительным он мне кажется. Никогда в своей жизни не встречал подобных людей раньше.

— Я ожидал низких продаж в первый день, поэтому приготовил всего десять порций. Не хотелось тратить ингредиенты впустую.

— Как ты мог?! Твоя готовка потрясающа! Невозможно, чтобы ты продал только лишь десять порций за день! У тебя такой большой котёл, но всего десять?! Я так разочарован, мы с Лейто с нетерпением ждали твоей еды!

— Мне жаль. Ещё остались тестовые образцы, может, возьмёте их? К ним я поджарю ещё пойтана.

— Да! Покупаю! Никому не позволю забрать их у меня!

Выражение тревоги на его лице казалось искренним.

Собрав всё, что осталось, я передал заказ Камии и забрал у него две медные плитки. Два мини-бургера достались ему совершенно бесплатно.

— Спасибо! Лейто будет очень рад! Я скорее вернусь обратно в «Хвост Кимьюсу», а о своих впечатлениях расскажу вам позже.

Камия стремительно исчез, не оставив следа.

Мы с Веной Ву переглянулись, и наши сердца наполнились чувством бессилия.

— Эмм... Получается, на сегодня мы закончили.

— Да... Я могу тушить огонь...?

— Да, пожалуйста.

Должно быть, это и значило быть «абсолютно сбитыми с толка».

В самый же первый день битвы в Почтовом городе, мы не то, что смогли продержаться до полудня, мы закрыли свой магазинчик менее чем за час.

Часть 3

— Я дома...

Когда я открыл дверь, Ай Фа, сидящая спиной к стене, встретила меня с удивлённым лицом.

— Что такое? Что-то случилось в городе?

— Нет, мы всё продали, поэтому решили вернуться.

— Как-то... быстро. Полдень ведь ещё даже не наступил, верно?

— Точно. Я бы вернулся ещё быстрее, если бы мне не нужно было кое-куда зайти на обратном пути.

Нужно было купить ингредиенты на завтра, перекинуться парой слов с Дорой-саном, а ещё зайти в «Хвост Кимьюсу», чтобы вернуть тележку и узнать мнение Камии и Лейто. Кроме того, вернувшись в Морихен, я потратил некоторое время на то, чтобы помыть посуду у источника воды.

Остатки соуса из тарапы я отдал Вене Ву, которая поместила их в кожаный герметичный мешочек, купленный в городе, и со счастливым видом отправилась домой.

Неиспользованные дрова я оставил в тележке, поэтому домой мне пришлось тащить лишь ингредиенты и кухонную утварь. Не такой большой груз.

Я поставил котёлок на плиту, сложил тарапу, гиго и другие овощи в кладовую, а затем сел напротив Ай Фа.

— Все десять бургеров, которые я приготовил, были распроданы. После учёта всех расходов я сделал сегодня около пяти красных медных плиток. Первый день можно считать успешным.

Не знаю почему, но сегодняшний результат почему-то не слишком меня обрадовал.

Чтобы Ай Фа поняла, что я чувствую, я рассказала ей обо всём, что произошло сегодня.

— Да... ты продал всё так быстро потому, что они оценили твои кулинарные навыки, верно? Тогда будь счастлив тем, чего тебе удалось достичь.

— Ты права, но мы не знаем, как долго эти восточные жители будут оставаться в городе, поэтому я не могу предсказать, как будут развиваться дела в ближайшие дни.

Честно говоря, мне так и не удалось «сделать себе имя», распустив по городу слухи о моём блюде.

Что подумали люди в городе, когда увидели, что мы закрыли наш киоск менее чем через час? Они решили, что мы вызвали какую-то проблему, и у нас не осталось выбора, кроме как закрыть магазин?

Может быть, это просто мания преследования, но взгляды, которыми горожане провожали нас тогда, казались мне издевательскими.

Кроме того, восточные жители не знают западного языка, поэтому и рассказать никому ничего не могут.

— ...Управлять бизнесом действительно сложно.

Ай Фа почесала голову и наклонилась поближе ко мне.

— Может, и так, но ты всё равно справился. Тебе стоит радоваться.

— Да...

— Я говорю: тебе стоит радоваться.

Ай Фа внезапно потянулась и сильно растянула мои щёки в стороны.

— Ай, больно! Ты мне щёки оторвёшь! Зачем щипаешься?!

— Я сказала, что тебе нужно радоваться, но ты не слушаешь.

Ай Фа нежно улыбнулась.

— Вот я, например, радуюсь.

— Ай Фа, ты...

— Хмм?

— В последнее время ты стала чаще улыбаться...? Ай, больно!

— Хмпф!

Редкая улыбка Ай Фа исчезла. Она встала и сняла плащ, висящий на стене.

— Больно... О, тебе уже пора отправляться в лес?

— Да. Асута, чем планируешь заняться ты?

— О, верно. Ну, готовить ингредиенты на завтра ещё слишком рано. Я обдумаю планы на будущее, а затем нарублю дров.

— Я уже порубила. Впрочем, если хочешь, можешь порубить ещё.

Сказав это, Ай Фа подошла ко мне.

— Я ухожу... будь сегодня осторожен, ладно?

— Хорошо. В случае проблем, я просто убегу.

— Отлично, — кивнула Ай Фа с сильным блеском в глазах.

После пиршества Лутим она часто одаривала меня подобным взглядом, когда отправлялась в лес.

А затем она ушла, и я остался один.

Уже полдень...

В это время я должен быть в наполненном жизнью Почтовом городе и раздавать пробные образцы. Но вместо этого я в одиночестве сижу в пустом доме.

Почему-то я опять почувствовал бессилие в сердце.

— Ладно! Бесполезно забивать себе этим голову.  Битва начинается завтра, завтра!

Это было немного рискованно, но я решил приготовить двадцать мясных котлет на завтра. Если дело не выгорит, послезавтра я опять вернусь к десяти.

Но вот если я смогу продать все двадцать, я буду постепенно увеличивать это число день ото дня. Чтобы минимизировать стоимость ингредиентов, придётся быстро адаптироваться.

Тревожиться не о чем. Если только я не понесу катастрофических убытков, я смогу заплатить за аренду в течение следующих десяти - двадцати дней и буду медленно и упорно работать для достижения лучших результатов.

Когда я увидел, что Ай Фа искренне рада за меня, моё мышление стало более позитивным.

Ситуация развивалась неожиданно, но я думал, что продажи в первый день будут ужасными, но вместо этого я продал всё. Я и правда должен радоваться.

Кроме того, все мои знакомые клиенты: Тара, Дора-сан, Камия Ёст и Лейто — все они остались довольны гиба-бургерами.

Я не должен чрезмерно беспокоиться и должен с надеждой смотреть в завтрашний день.

— Хорошо...! Время нарубить дров!

Я вынул мачете и связку дров из кладовой и приготовился покинуть дом.

И как раз когда я собирался открыть дверь... кто-то дважды в неё постучал.

(Гость?)

Прожив в доме Фа в течение месяца, я ни разу не видел в нём никаких других гостей кроме Рими Ву и супружеской пары Каслан.

Время перевалило за полдень, и всем в Морихене было известно, что охотники в это время уходят в лес. Так что Ай Фа не было дома.

Пока я раздумал об этом, стук повторился.

Я положил дрова и мачете к ногам и прижал руку к груди, чтобы успокоить дыхание.

— ...Кто там?

Молчание.

Я медленно потянулся к дверному запору, прислонённому к стене.

Стоит ли забаррикадироваться или убежать на улицу? Чем больше вариантов у меня было, тем лучше.

Когда моя рука почти коснулась дверного запора, с другой стороны двери раздался голос.

— Я... Селис Вон Фу из дома Фу.

Незнакомое имя.

Судя по голосу, это хрупкая женщина.

Поколебавшись пару секунд, я всё же решил открыть дверь.

На улице стояла молодая стройная женщина.

Она была прикрыта от груди до колен одним куском ткани и держала на руках ребенка младше Коты Ву.

Я расслабился.

— Я член дома Фа, Асута. У вас дело к Ай Фа?

— Да... Нет.. О-она уже ушла в лес?

— Да, только что. Я могу передать сообщение, если хотите.

— Ясно... Прошу прощения, вот, это для вас двоих...

Женщина подтолкнула ко мне большую, чем-то наполненную сумку.

— Что это?

— Эмм... Это... листья пико...

Женщина передо мной казалась ещё более взволнованной, чем был я минуту назад.

Ну, жители здесь, вероятно, думают, что я выгляжу подозрительно, поэтому ничего не поделаешь.

— Листья пико, значит...? А почему вы отдаёте их нам?

— На самом деле... Дело в том, что... Ай Фа подарила нам столько шкур...

— Шкур? — я был сбит с толку. — Вы имеете в виду шкуры гибы?

— Да... Примерно месяц назад мы получили множество шкур... В моём дом Фу мало мужчин, поэтому мы не можем должным образом охотиться, чтобы обеспечить себя. Но дом Фа подарил нам столько шкур... что у меня, наконец, появилась возможность как следует кормить этого ребёнка...

— Вот как... Впервые об этом слышу. Значит, глава моего дома всё-таки общается с соседями.

Селис Вон Фу обеспокоенно оглянулась и покрепче сжала ребёнка.

— Нет... Мы не особо общаемся... Глава нашего дома запрещает членам дома Фу брататься с домом Фа...

— Эээ?!

— После того как отношения между домом Фа и кланом Тсун испортились... глава нашего дома запретил любое общение с домом Фа, чтобы не злить клан Тсун... Это случилось два года назад...

— Ясно. Я слышал об этом.

В результате Ай Фа намеренно порвала все связи с другими домами. Так почему же она подарила шкуры дому Фу?

— ...Ай Фа всегда незаметно оставляла шкуры у нашего дверного порога. — Селис Вон Фу пристально на меня посмотрела. В её бледно-голубых глазах стояли слёзы. — Я не знала, кто именно их там оставляет, поэтому меня это немного пугало... Но для того, чтобы прокормить себя, нам пришлось принимать их. Мы обрабатывали их, меняли на медные плитки, а затем покупали арию и пойтан... И теперь я могу кормить этого ребенка...

— Вот как...

— Несколько дней назад люди из дома Фу увидели, как Ай Фа положила свежую шкуру нам на  ступеньки... Так мы и узнали личность нашего благодетеля. Но даже так глава дома Фу не разрешил возобновлять отношения с домом Фа ... Поэтому все женщины попросили главу дома, по крайней мере, позволить нам преподнести Ай Фа в качестве благодарности этот подарок...

Селис Вон Фу закрыла глаза.

— Дом Фу беден, поэтому мы не можем подарить что-то дорогое. По крайней мере, примите от нас эти листья пико... все женщины дома Фу трудились, чтобы собрать их.

— Ясно...

— Я знаю, что такого тривиального подарка недостаточно, чтобы отплатить за доброту Ай Фа, но я всё равно хочу хоть как-то отблагодарить её.  Несмотря на то, что дом Фу разорвал связи с домом Фа из-за страха разозлить клан Тсун, она всё равно так много сделала для нас... Нам так стыдно...

— Пожалуйста, не переживайте. В доме Фа достаточно людей, чтобы не умереть с голоду. Кроме того, ведь Ай Фа сама хотела скрыть от вас тот факт, что помогает вам именно она.

— Но ведь...

— Благодарю вас за этот добрый жест. Если появится такая возможность, я надеюсь, что вы сможете поговорить с ней лично. Я не знаю всей истории, поэтому ничего не могу сказать от её лица.

— ...Хорошо, спасибо.

Селис Вон Фу оставила мне сумку и ушла.

Я открыл их и обнаружил, что она и правда набита листьями пико. Чтобы собрать такое количество, нам с Ай Фа понадобился бы целый день.

Вероятно, этим женщинам было нелегко собирать листья одновременно на два дома сразу.

И всё же... Ай Фа дарила им лишние шкуры, а не мясо. Она делала это специально, чтобы не разбаловать этих людей.

Если кто-то попробует критиковать действия Ай Фа, я сделаю все возможное, чтобы защитить её.

Месяц назад... Именно тогда Ай Фа и приняла меня.

Когда я разделал свою первую гибу... Вероятно, тогда Ай Фа и подарила шкуру дому Фу. Она всегда ответственно относилась к шкурам и внутренним органам этого животного.

Процветающая жизнь, значит...

Как простой смертный, я не мог понять широкий кругозор Каслана Лутима. А о чём думает Камия Ёст, я даже и представить себе не мог.

Однако... я не считал, что бедная жизнь, где женщина так бедна, что даже не может прокормить грудного ребёнка, является нормой.

Кроме того, когда одни люди умирали от голода, другие забирали себе все деньги, которые могли бы спасти их от бедности.

К сожалению, я не всесилен, и не могу изменить эту ситуацию сразу же...

Оставив листья пико в кладовке, я отправился рубить дрова, которые понадобятся мне завтра.

Часть 4

Шёл второй день работы продуктового киоска дома Фа.

Хотя вся еда и была распродана в первый день, я всё равно продолжал чувствовать некое бессилие. Однако оно каким-то загадочным образом подстегнуло меня, так что, когда я проснулся утром, то почувствовал, что готов на большие свершения.

— Сегодня я сделал двадцать бургеров! Если мы сможем продать их все, это будет просто великолепно! Вена Ву, давай постараемся сегодня!

— Хорошо... Асута, неужели ты всё это сам приготовил...? Разве тебе не нужно заниматься и другими домашними делами...?

— Конечно сам. Попробовав, я понял, что готовить двадцать бургеров в день не так уж и сложно.

Я не заставлял себя.

И вчера я заранее заготовил нужное количество тарапы и мясных котлет. Когда я приготовил обед, у меня ещё осталось достаточно времени на домашние дела.

Раньше, до решения открыть киоск, я всегда болтал с Ай Фа после обеда, но теперь мы должны были это делать, пока я готовил еду.

И таким образом, всё, что мне оставалось сделать в городе — это поджарить пойтан и собрать бургер целиком.

После суеты, связанной со свадьбой, я накопил большой опыт приготовления большого количества еды за один раз. И теперь могу приготовить двадцать бургеров в кратчайшие сроки. Даже если бы я довёл себя до максимального предела за один день — сорока бургеров, то мог бы легко успеть их закончить, не жертвуя временем для сна.

— Хорошо! Давай работать усердно!

— ...Что-то сегодня немноголюдно...

Сегодня дождя не было, но улицы продолжали оставаться пустынными.

Наш киоск находился на самом северном краю Почтового города. Помимо нижних улиц, с нашего места можно было увидеть только вымощенную камнем дорогу и лес, если идти дальше на север. Только настоящим путешественникам может вздуматься проходить здесь.

К югу от Почтового города было много сельхозугодий и, соответственно, фермерских деревень. Поэтому большинство киосков старались открывать на юге. Гостиница также была расположена на юге, поэтому те, кто останавливался там, предпочитали делать покупки именно в этом шумном районе города. Неудивительно, что на южной стороне было так тесно.

Прежде чем число пешеходов увеличится в полдень, мы можем надеяться только на нескольких редких прохожих.

— Кстати, кроме замка на западе, куда ещё ведет эта дорога?

— Не знаю... Может быть, в северное королевство Махилдра...?

— Это страна на самом северном краю континента, верно? Генос находится в западном королевстве, расположенном на южной стороне. Это значит, что на севере должно быть много других городов, верно?

— Я не знаю... Если я начну думать об этом, то могу бросить всё и отправиться в путешествие...

— Ясно...

— Да... Но и в западном королевстве довольно много разных городов... Впрочем, если мы отправимся туда, люди всё равно будут называть нас «гибажорами»...

Вена Ву посмотрела на север с меланхолией на лице.

— Вена Ву, ты хочешь отправиться отсюда в далёкое путешествие потому, что горожане с предрассудками относятся к жителям Морихена, верно?

— Нет... Не из-за этого... Ну, может быть, частично... В любом случае, я хочу жить неприкрыто...

— Н-неприкрыто?!

— Да... В Морихене я — старшая дочь клана Ву... В Почтовом городе — «гибажорка»... Только моя семья принимает меня такой, какая я есть... Вот почему я и хочу отправиться в какое-нибудь далёкое место... — кокетливо взглянула она на меня. — И именно поэтому ты меня привлекаешь... Ты не связан предрассудками Почтового города и Морихена... Ты можешь видеть меня настоящую...

— В-в тот самый раз... тебе уже пришли эти мысли в голову? Мы ведь с тобой так мало общались.

— Да... Ты привлёк меня с самого начала, потому что пришёл издалека и даже не знал названия этого континента... Однако я бы никогда не поступила так, если бы ты не обладал определённым уровнем очарования...

Вена Ву была трудолюбива, но когда ей нечем было заняться, она становилась озорной.

Мне вдруг захотелось, чтобы в этот момент к нам зашла Тара. Пока я размышлял об этом, внимательно оглядывал дорогу.

И в этот момент я заметил отличную цель.

— О! Этот человек похож на иностранца, он житель Геноса?

Целью был мужчина, у которого не было коричневой кожи или кожи слоновой кости, но была белая кожа с оттенком красного.

Он был немного полный, с короткими конечностями и тёмно-каштановыми волосами. Я не мог ясно видеть его черты лица, потому что между нами было какое-то расстояние, но я мог сказать, что у него борода.

Мужчина был одет в простую рубаху без рукавов и длинные штаны. Этот характерный для западного королевства наряд был похож на то, что носил Лейто. Человек медленно шёл на север, прицениваясь к товарам в киосках по обеим сторонам улицы.

— Из какой страны приезжают люди с белой кожей?

— Э...? Из южного королевства Джагал...

Моя догадка была верна.

Западное королевство и северное королевство были врагами, поэтому люди с севера не появлялись в этом городе. Методом исключения я пришёл к выводу, что этот человек должен быть из южного королевства. Жители Морихена тоже пришли с юга и имели светло-коричневую кожу, поэтому я решил, что у всех южан такой же оттенок кожи.

— Люди с желтовато-коричневой кожей — местные жители. Но в городе есть ещё и множество людей с кожей цвета слоновой кости, откуда они?

— Это всё граждане западного королевства... Когда я была маленькой, бабушка Джиба рассказывала мне, что когда-то Генос был исключительно богатым и процветающим городом, поэтому сюда мигрировало очень много людей в поисках работы.

Понимаю.

Это означало, что люди с кожей слоновой кости поселились здесь только в последние десятилетия, а некоторые из них даже родились здесь. Они не выглядели такими же равнодушными, как южане и восточные жители, когда сталкивались с обитателями Морихена, и не проявляли страха или презрения, как местные жители Геноса.

Следовательно, я должен попытаться сделать эту группу клиентов своими постоянными посетителями. А уже через них я бы смог попытаться проложить путь к сердцам горожан Геноса.

Мужчина медленно приближался к нашему киоску.

Я медленно порезал тестовые образцы своего бургера и молился о том, чтобы он приблизился к нам достаточно близко, чтобы у нас появилась возможность поговорить.

— Асута... Будет лучше, если ты сам примешь южанина...

— А? Но почему?

— Многие пожилые южане всё ещё злятся на жителей Морихена... Они думают, что мы предали южного бога Джагала...

Не презрение или страх, но враждебность.

В Почтовом городе можно было увидеть и южных белых, и восточных чернокожих людей. Они были примерно равны по численности, но я никогда не видел, чтобы южане проявляли к нам враждебность.

— Ну, ещё дело в том, что... Восток и юг — враги, поэтому как им ещё чувствовать себя в городе, полном людей Сему...?

— Э?! Восток и юг в плохих отношениях?!

— ...Асута, ты и правда ничегошеньки не знаешь... — улыбнулась Вена Ву. — С древних времён восток и юг были вражескими народами, так же, как запад и север... Запад всегда старался поддерживать тёплые отношения и с востоком, и с югом, поэтому гражданам этих стран было запрещено создавать здесь какие-либо проблемы... Те, кто нарушает этот закон, никогда больше не будут допущены на земли западного королевства, поэтому такие инциденты редки...

У дома Фа не было многочисленных родственников, поэтому Ай Фа никто никогда не рассказывал ни о чём подобном. А клан Ву, напротив, был хорошо информирован из-за большого количества кровных связей.

Впрочем, сейчас стоит сосредоточиться на бизнесе.

Казалось, что у этого южанина было достаточно времени, и он не искал ничего конкретного, просто внимательно оглядывая товары, представленные в каждом киоске.

Когда он, наконец, подошёл к старику по соседству, я скрестил пальцы.

Отлично!

В этот момент... мы с ним встретились взглядом.

Он был старше, чем мне показалось вначале, наверное, больше пятидесяти лет.

У мужчины была крупная голова, незапоминающееся лицо и невысокий рост. Он выглядел громоздче, чем местные жители Геноса, и носил густую бороду.

Кустистые брови нависали над парой зелёных глаз с пугающим острым блеском. Он прошёл мимо соседнего киоска и подошёл к нашему.

— Гиба...? Вы торгуете гибой?

Я хотел ответить улыбкой, но он не дал мне шанса и продолжил:

— Вы что, с ума сошли? Кому захочется есть жёсткое и вонючее мясо гибы? Только такие как вы и могут переварить её. Она ещё и с тарапой, Как надменно. Вы понятия не имеете, что такое настоящая кулинария, и довольствуетесь жалкими ариями и пойтанами. Может, лучше закроетесь и отправитесь восвояси, пока впустую не просадили все клыки и рога?

Он бомбардировал меня своими словами, не давая никакой возможности вмешаться. Сказав, что у него на уме, он повернулся, чтобы уйти.

— Извините, но я могу заверить вас, что мясо гибы очень вкусное! Хотите попробовать?

— Что? — мужчина повернул голову и недовольно посмотрел на меня. — Ты с ума сошёл?! С чего мне вдруг есть это отвратительное мясо? В этом городе есть кимьюсу, карон и все виды мяса, вкус которых в сто раз лучше, чем у гибы. Никто и никогда не захочет покупать гибу, идиот! Если я съем что-то подобное, моя кожа станет чёрной, и все начнут на меня пялиться!

— Э-это просто заблуждение. Я съел довольно много этого мяса, но, как видите, мой тон кожи остаётся прежним.

Стоило ожидать, что однажды я столкнусь с таким ужасным клиентом, как он.

Впрочем, он не боялся и не ненавидел жителей Морихена, поэтому, вероятно, его можно было даже считать одним из лучших возможных.

— ...Почему вообще такой, как ты, носит одежду Морихена и продаёт гибу? Тебя что, соблазнила эта сексуальная морихенка? Или ты крышей двинулся? В любом случае, ты сам выбрал эту жизнь. Раз уж тебе так нравятся женщины Морихена, то и не высовывай нос из своего леса, тогда никто и жаловаться не будет.

— Но мясо гибы действительно очень вкусное! Несправедливо, что им питаются лишь жители Морихена. Вот поэтому я и решил открыть здесь киоск! Пробные образцы совершенно бесплатные, так почему бы вам не попробовать, чтобы убедиться, что я не обманываю?

Я натянул на лицо свою лучшую улыбку продавца.

Мужчина вздохнул, а затем вернулся к прилавку нашего киоска.

Он наклонился к тарелке с образцами и сказал: «Даже выглядит не очень».

С самого начала он отпускал пренебрежительные комментарии, но его тон был спокойным, поэтому я не чувствовал явной враждебности или недоброжелательности.

Меня не разозлило его отношение, но я не мог не скорбеть в своём сердце из-за его грубости.

— Это же бесплатно, так? И я не должен платить за это ни единой медной плитки.

— Конечно. Абсолютно бесплатно, — кивнул я с улыбкой.

Он нахмурил свой бледный лоб и взял одну из зубочисток.

Забросив одну шестую часть мини-котлеты себе в рот, он осторожно прожевал и проглотил.

А затем снова зыркнул на меня.

— ...Ужасно. Ты мне солгал.

— Э?!

— Оно не такое жёсткое и вонючее, как я ожидал. Но слишком клейкое и с отвратительной текстурой. И я чувствую странный привкус. Оно даже близко не сравнится с кимьюсу и карон. Тарапа неплохо приготовлена, но поданная к мясу гибы — это пустая трата ингредиентов. Неужели есть люди, готовые за это платить? Ты всерьёз считаешь эту еду вкусной? Тогда нет ничего удивительного в том, что вас называют «гибажорами».

Неужели... ему действительно не понравилось?

Из его слов получалось, что проблема заключается в текстуре котлеты и вкусе самого мяса.

Я ожидал, что подобное может произойти, но не ожидал, что так скоро.

— Асута... — в этот момент Вена Ву потянула меня за талию.

Я всё ещё чувствовал себя немного потрясённым, и после того, как проследил за взглядом Вены Ву, увидел знакомую группу мужчин в плащах, идущих к нашему киоску быстрыми шагами.

Часть 5

— Ч-что вам нужно?! Пытаетесь создать неприятности на западных территориях?! — закричал мужчина из южного королевства Джагал.

Группа мужчин в плащах держалась на некотором расстоянии и окружила нас полукругом. На этот раз их явно больше, чем в прошлый.

— ...Нет намерений, создавать неприятность, — сухо ответил один из них на западном языке. — Мы хотеть, купить, блюдо из гиба. Теперь, в очередь.

Мужчина вышел вперёд и снял с головы капюшон.

У него была тёмная кожа, приподнятые уголки глаз, узкая переносица и тонкие губы.

Он был очень похож на юношу, который заходил к нам вчера... но волосы этого человека были серебристо-белыми, как у бабушки Джибы.

Однако он был совсем не старым. Вероятно, это был его естественный цвет волос.

— Мы, в очередь. Покупать, десять.

— В-вы тут все чокнутые! Вы готовы платить за такое отвратительное мясо?! Должно быть, вы безумны! Это всё равно, что бросать медные плитки в выгребную яму. Мясо гибы — это еда для морихенцев! Хотя кожа у вас и так тёмная, но есть что-то подобное должно быть просто противно!

Парень с серебряными волосами озадаченно наклонил голову.

— Я, ещё не пробовать. Но, семеро братьев, пробовать вчера. Все говорят, вкусно. Сегодня десять братьев. Пожалуйста, десять порций.

— Хорошо! Спасибо за ваше покровительство!

Я все ещё был немного шокирован тем, что кто-то так активно поносил на чём свет стоит вкус гибы, но всё равно занялся шинкованием тино.

В этот момент десятеро клиентов с тихими щелчками выложили на прилавок свои медные плитки.

— Уму непостижимо. У людей Сему совсем атрофировался вкус?! Это не еда для нормальных людей. Если вам так хочется мяса, купили бы кимьюсу или карон.

Этот человек продолжал мешать моему бизнесу, но делал это, не выходя за рамки. Люди Сему просто равнодушно его игнорировали. А я, в свою очередь, был в растерянности, не зная, что с ним делать.

В любом случае, я занялся приготовлением десяти гиба-бургеров.

Сребровласый парень первым принял заказ и моментально его прикончил, сохраняя при этом пустое выражение лица. Закончив, он твёрдо кивнул и повернулся к южанам.

— Гиба, вкусно. Красный, две, доволен.

— Должно быть, это какая-то шутка. У вас точно что-то не то с языками... Эй, парни, подойдите-ка сюда! — снова закричал мужик.

На его зов к нам подошла группа людей с белой кожей.

Люди в плащах, сжимающие в руках свои гиба-бургеры, потеснились, давая им место.

— В чём дело, папаша? Ну и народу здесь! — грубым тоном сказал парень-джагал, когда группа южан подошла поближе.

У юноши были каштановые волосы и зелёные глаза. Он был не высокого роста, но при этом довольно крепко сложенным.

Вообще, большинство Джагалов — люди маленького роста. Включая самого первого мужчину, в этой группе было восемь человек, и только двое из них были выше меня.

Но каждый из них был довольно сильным. Их плечи были широки, как и их лица.

Цвет их волос и возраст были разными, но у большинства из них были густые бороды.

— Гляньте-ка на них! Они всерьёз утверждают, что им нравится мясо гибы. Я сам попробовал и не думаю, что за это стоит платить. Разве люди сему не могут различить вкусную и плохую еду?

Он звучал очень возмущённо.

Вероятно, это действительно его задело.

— Папаша, ты что, правда ел эту гадость? — сказал юный Джагал, а затем зыркнул на нас и взял своих приятелей под руки. — ...Кроме того, не стоит связываться с Морихенцами. Они куда более неприятны, чем эти Сему. Мы не знаем, что может случиться, если что-то выйдет из-под контроля.

— Но я ведь говорю чистую правду! У этих людей явно какие-то проблемы с головой! Да вы сами попробуйте и убедитесь, что я прав.

— Я не хочу есть мясо гибы.

— Да ты просто попробуй совсем немного... Эй, ты, пусть эти ребята тоже попробуют мясо гибы!

Проблемы с головой тут явно не у нас...

Впрочем, это отличная возможность.

В городе может быть не так много Джагалов, но всё будет серьёзно, если все они не смогут принять вкус гибы на биологическом уровне.

Гиба-бургер — это своего рода эксперимент. Если людям не понравится его уникальная текстура, я могу просто переориентироваться и начать продавать простое мясо на гриле.

Я уже использовал сильный вкус тарапы в приготовлении блюда, но папаше этого оказалось недостаточно.

Это его личные предпочтения? Или все Джагалы такие? Хотя его просьба и была грубой, но я не мог упустить этот шанс.

Я выловил со дна котелка мини-котлету, положил её на тарелку и порезал на шесть частей.

Было ещё пять образцов из первой партии. Я положил тарелку на прилавок и приготовил соответственное количество зубочисток.

— Пожалуйста, попробуйте!

Трое старших Джагалов взяли предложенный образец без каких-либо колебаний.

Папаше пришлось подтолкнуть других молодых людей и призвать их тоже попробовать, прежде чем те взяли свои зубочистки.

Кстати, группа людей в плащах уже закончила свои гиба-бургеры, но по какой-то причине они не стали уходить. Они совсем не выглядели любопытными, а просто стояли рядом с пустым выражением лица и наблюдали.

— Ну, как вам? Отвратительно на вкус, не так ли?

Папаша скрестил на груди руки и высокомерно оглядел своих соотечественников. А те... отреагировали по-разному.

— Ну же, не стесняйтесь и говорите как есть.

Ему ответили только двое.

— Ужасно, — сказал самый старший из компании.

— Не очень, — сказал тот, что помоложе.

— Что, только двое?! — удивлённо распахнул глаза папаша.

Своими повадками он мне напомнил Донда Ву.

— А остальные что молчат?!

— Не могу сказать, что это ужасно, — наконец ответил один из старших мужчин.

— Даже неплохо, — прокомментировали другие молодые парни.

Единственные, кто не проронил ни слова до сих пор — это самый высокий из трио старших мужчин, и самый молодой парень из всей компании, который говорил грубым голосом в самом начале.

— ...Отлично, — пробормотал грубый парень.

— Ч-что ты сказал? Эй, это точно гиба?

— Конечно, 100% гиба. Ни карон, ни кимьюсу, — ответил я с улыбкой, несмотря на то, что у меня чуть сердце из груди не выпрыгивало. — Одна порция стоит две медные плитки. Что скажете?

— Две медные плитки, значит... — высокий мужчина растолкал молодёжь и вышел вперёд.

Он был довольно стар, но всё ещё крепок. Его лицо было таким же грозным, как у папаши.

Он выложил медные плитки на прилавок и сказал: «Давай одну».

— Спасибо за заказ! Пожалуйста, ожидайте.

— Эй, Арудас! Ты что, на самом деле вздумал платить за эту гадость?!

Мужчина по имени Арудас нетерпеливо повернулся к папаше.

— Слушай, папаша, я понял, что мясо не пришлось тебе по вкусу, но не стоит устраивать сцены перед чужими киосками. У тебя могут начаться проблемы со стражей.

— Н-но...

— Тебе не понравилось, но как по мне — это просто божественно. У каждого свои вкусы, не стоит поднимать из-за этого столько шума.

У каждого свои вкусы...

Это верно, вкус гибы — уникален. Впервые попробовав, я подумал, что это мясо гораздо вкуснее говядины, свинины. Да и местный кимьюсу ему в помётки не годится. Но в городе столько людей... ничего удивительного в том, что среди них есть те, кому не нравится мясо гибы.

Я уже думал об этом раньше.

Но, несмотря на это, я всё ещё чувствовал, как во мне поднимается волна жара... я ведь пока ещё всего лишь второсортный повар, который не хватает звёзд с неба.

— Эй, я тоже хочу одну порцию! — самый молодой Джагал протянул мне медные плитки.

— Спасибо! — ответил я и передал готовый гиба-бургер пожилому человеку, который сделал заказ ранее.

В этот момент ещё один мужчина вышел из толпы и сказал:

— Выглядит аппетитно.

Это был тот парень, что сказал «даже неплохо».

— Братец, а сделай и мне тоже!

— Хорошо! Спасибо за заказ!

— И м-м-мне тоже!

Грубый парень, наконец, решился и протянул мне медные плитки.

Из семи человек... нет, включая папашу, их было восемь, четверо сделали заказ.

Моя готовка удовлетворила половину. Я принял этот результат с небольшой досадой.

С одной стороны — определённую популярность среди восточных жителей я уже приобрёл, но с другой — только половина южан нашла моё блюдо привлекательным. А это означало, что кулинарные предпочтения человека зависели от страны его происхождения.

Погрузившись в глубокие раздумья, я начал шинковать тино и арию.

В этот момент высокий Джагал по имени Арудас, который первым купил гиба-бургер, со вздохом сказал:

— Ух, это потрясающе вкусно!

На его широком лице, которое выглядело твёрдым, как камень, появилось выражение чистого блаженства и удивления.

— А гиба не так плоха, как её малюют. Странно, почему ходит молва, что это мясо жёсткое и вонючее. На вкус намного лучше, чем карон.

Я мельком глянул на лидера группы, папашу. Он разочарованно чесал голову.

— Тарапа тоже великолепна, кислинка идеально дополняет вкус. Что это за штука смешана с тино?

— Нашинкованная сырая ария.

— Сырая ария! Немного остро, но отлично сочетается со всем остальным. Мне вдруг захотелось выпить фруктового вина.

— Точно! Эй, а я не видел вас тут вчера после полудня. Вы к этому времени уже закрываетесь?

— Да. До Морихена путь неблизкий, поэтому мы предпочитаем закрываться днём.

— Очень жаль. Обед в гостинице стоит четыре красных медных плитки, а я бы вместо него предпочёл съесть две этих штуки.

Южане выглядели грозными, когда сохраняли полное молчание, но они были более выразительными, чем люди востока.

Когда я видел счастливых людей, довольных вкусной едой, моё сердце наполняла радость.

— Ах, это слишком вкусно! Эй, завтра ты откроешь свой киоск снова?

— Да. Мы будем открыты ещё как минимум восемь дней.

— Вот оно как. Мы пробудем в городе ещё целый месяц. Ждите нас каждый день в гости.

— Спасибо! Будем ждать с нетерпением!

Южане развернулись и ушли по своим делам.

Арудас бросил взгляд на недовольного папашу и ткнул его кулаком в плечо.

— Папаша, пойдём! Нужно закончить работу.

Однако папаша не двигался с места, бросая на меня сердитые взгляды.

— Эй, ты, тарапа получилась неплохо, я буду готов заплатить, если ты будешь подавать её с мясом кимьюсу или карон.

— ...Извините, но я планирую использовать только мясо гибы. Но в ближайшем будущем я планирую представить ещё одно новое блюдо...

— До тех пор, пока ты используешь мясо гибы, это будет просто пустой тратой усилий, — бросил папаша и тоже ушёл.

Затем... я спокойно перевёл взгляд на группу мужчин в плащах, продолжающую стоять, не двигаясь, на том же самом месте.

Молодой сребровласый мужчина, стоящий впереди группы, быстро сделал шаг вперёд.

— Они сказать, гиба плохо на вкус. Я думать, вкусно.

— Спасибо. Приходите ещё.

— Каждый день, приходить. Девять дней пройти, прекратить бизнес?

— Нет. Если получится, я надеюсь, что буду вести дела и после.

— Я рад, продолжать вести дела. Мы придти каждый день. Мы, весь синий месяц, остаёмся здесь.

Синий месяц... он, вероятно, имел в виду следующий месяц.

Камия упомянул, что его работа начнётся пятнадцатого числа следующего месяца, поэтому этот месяц должен скоро подойти к концу.

— Я — лидер торговцев «Серебряной Вазы». Моё имя — Шумимару Джи Садмутин.

— Э?

— Шумимару Джи Садмутин. Твоё имя — как?

— О... Я Асута из дома Фа.

— Асута, благодарю. Я придти каждый день.

С этими словами группа людей Сему быстро ушла.

— Невероятно... Ты только что продал целых десять, а несколько мгновений спустя  ещё четыре бургера...? — всё это время Вена Ву тихо мешала соус в кастрюле, но, наконец, заговорила. — Осталось шесть... Мы сможем продать и их, верно...?

— Да, сейчас я действительно счастлив.

— ...Но почему тогда ты выглядишь обеспокоенным?

— Да ничего особенного... Я просто чувствую себя обиженным, когда кто-то говорит, что гиба имеет плохой вкус. Как в тот раз, когда Донда Ву утверждал, что бифштекс — это яд.

— Люди, которые думают, что гиба имеет плохой вкус, странные... Папе Донде просто не понравилась мягкая текстура котлеты. Но тот человек искренне пытался убедить всех, что гиба имеет плохой вкус... Должно быть, что-то не так с его вкусовыми рецепторами...

— Дело не в этом. У каждого свои вкусы.

После моего спора с Дондой Ву я почувствовал этот очевидный факт.

Жители Морихена и жители Сему, вероятно, находят что-то восхитительным только из-за влияния их культуры питания.

Я хорошо понимал этот факт.

Но даже так... моё сердце всё ещё было наполнено чувством поражения.

Я был расстроен не потому, что моя гордость как шеф-повара была ранена, а потому, что кто-то оскорблял то, что мне нравится. Немного по-детски, но я был слегка разочарован.

В этом случае я должен похоронить это чувство в глубине своего сердца ... Странно, я думал, что Южане должны быть менее предвзятыми, чем жители Запада... но тот южанин всё равно критиковал мясо гибы. Я должен помнить об этом и подумать о контрмерах .

— Ах... Асута, здесь продавец овощей...

— А?

Я поднял голову и увидел Дору-сана и Тару, идущих к нам с южной улицы.

Я с облегчением улыбнулся, но внезапно почувствовал беспокойство, когда заметил, что за ними следуют два каких-то незнакомца.

У них обоих была желтовато-коричневая кожа, и они были примерно того же возраста, что и Дора-сан. Оба улыбались той самой натянутой улыбкой, которой Дора-сан впервые встретил меня.

— Привет, Асута, как дела?

— Здравствуйте, сегодня всё идёт неплохо. Я уже продал 14 порций.

— Ого! Ты уже почти распродался?

— Осталось ещё шесть. Ещё даже нет полудня, а у меня уже голова идёт кругом.

— Ясно, ну это же здорово! Извини... но у тебя ведь ещё остались тестовые образцы? Разрешишь им попробовать?

Передо мной стояло двое напряжённых от нервозности мужчин.

— Конечно, если они сами не возражают. Я хочу, чтобы все попробовали мою готовку... Между прочим, а кто это?

— Они мои старые друзья. Вот этот парень — торговец одеждой, а второй — продавец котлов.

— Ого! Это у вас я покупал котелок?

— Д-да. У тебя неплохая память.

Большинство мужчин в Геносе были крепкого телосложения, но торговец котелками был худой, поэтому он произвёл на меня глубокое впечатление.

— Они не верят мне, что мясо гибы вкусное, поэтому я и привёл их сюда. Дай им кусочек, пусть попробуют.

— Конечно! Подождите минутку, я только разогрею.

Так получилось, что на тарелке осталось ровно два образца. Окунув их в кипящий острый соус, я снова выложил мясо на тарелку.

Мужчины неуверенно переглянулись.

Тара не обращала на них ни малейшего внимания и продолжала тянуть отца за рукав.

— Папа, я кушать хочу...

— Точно. Асута, дай нам по одному, пожалуйста.

— Спасибо. Я очень рад, что вам понравилось.

— Я... тоже рад, что мог познакомиться с кем-то из Морихена.

Дора-сан украдкой глянул на Вену Ву.

Та ответила ему беспокойной улыбкой.

— Мы все граждане Запада, но я не могу думать об обитателях Морихена как о соотечественниках. Когда я их вижу, у меня колени дрожать начинают... Но даже так, я рад, что в Морихене есть такие добрые люди, как вы.

Дора-сан получил свои заказанные гиба-бургеры и расплылся в улыбке.

— Заходите и вы к нам. Попробуйте арию, которую я вырастил.

— ...Хорошо, я передам ваше приглашение членам моего дома...

Дора-сан с радостной улыбкой вгрызся в гиба-бургер.

— О... отлично! Асута, ты на самом деле умудрился приготовить такое вкусное блюдо из овощей, которые вырастил я! Это наполняет меня блаженством.

— Что вы, всё получилось так вкусно именно потому, что ингредиенты были свежими. Дора-сан, я буду рассчитывать на вашу тарапу и арию и в будущем.

— Буду рад помочь.

Дора-сан повернулся к двум своим друзьям.

— Ну? Долго вы ещё стоять, как столбы собираетесь? Вы даже на время оставили свою работу, чтобы придти сюда! По крайней мере, попробуйте.

— Д-да ты чуть ли не силой притащил нас сюда, — упрекнул Дору-сана торговец котелками и потянулся за образцом.

Слегка дрожащими пальцами он схватил зубочистку и отправил маленький кусочек мяса себе в рот.

— Н-ну как? — схватил его за руку торговец одеждой.

— Вкусно... И немного непривычно.

— Ах, я нарубил фарш, слепил из него круглую котлету, а затем поджарил. Так что текстура немного специфическая.

Глаза торговца котелками дрогнули.

А затем, как будто он, наконец, принял решение, он ткнул себя тонким пальцем в грудь.

— Я-я хочу целую порцию! Мне нужно съесть ещё немного, чтобы понять вкус.

— Хорошо! Сейчас сделаем!

— Эй, ты серьёзно...?

Продавец одежды тоже нерешительно взял зубочистку.

— Хмм...? О, а ведь и правда вкусно!

Он широко раскрыл глаза от удивления и внимательно изучил содержимое котелка.

— Это точно гиба...? А тарапа какая потрясающая!

— Ещё бы! Ведь эту тарапу выращивал я! — с гордостью надулся Дора-сан.

Торговец одеждой улыбнулся.

— Почему ты ведёшь себя так самодовольно? Хорошо, я тоже куплю одну порцию! Но прежде я хочу спросить: у меня рога не вырастут, а кожа не почернеет, если я съем это...?

— Ты всё ещё веришь в эти суеверия? В жизни не видел рогатых морихенцев. Моя бабушка рассказывала, что их внешний вид не изменился с тех пор, как они мигрировали сюда из южных джунглей.

— П-понятно. Тогда мне одну порцию!

— Благодарю за заказ...

Наконец-то я мог поблагодарить его от всего сердца.

Когда я слышал, как люди ругают мясо гибы, моё настроение ухудшалось... но когда я слышал, как люди хвалят его, я сразу чувствовал прилив сил. Комментарии других людей так сильно влияли на мои эмоции... это ещё раз доказывало, что пока что я всего лишь второсортный повар, и мне есть, куда стремиться.

Несмотря ни на что, борьба только началась.

С завтрашнего дня я начну готовить по 40 гиба-бургеров!

Это было намного раньше, чем я ожидал, но из-за того, что продажи бургеров выросли до такой степени, пришло время заняться меню. Были бесчисленные проблемы, которые мне нужно было решить.

Прошло совсем немного времени, как нам явился Камия Ёст собственной персоной и купил две порции себе и Лейто.

На этот раз мы распродались менее чем за час.

Часть 6

На следующий день.

Это был закат третьего дня с момента открытия моего киоска.

Я лежал, развалившись на полу в главной комнате дома Фа. Кто-то дважды постучал в дверь.

— Асута, это я, — послышался голос Ай Фа.

Я был неописуемо уставшим, но всё же встал с ковра, подошёл к двери и снял дверную перекладину.

Когда я открыл дверь, моя драгоценная глава дома, которую я не видел целых полдня, прямо с порога начала:

— Что за никчёмное выражение на твоём лице? Неужели покупателей совсем не было? Даже если и так, не делай такое лицо, это раздражает.

— Угхх, а что насчёт тебя? Как идут дела? Гиб по-прежнему слишком много?

— Я поймала одну. Но не слишком удачно, поэтому с нормальным кровопусканием будут проблемы.

— Ясно. Спасибо за твой труд. Я рад, что ты не пострадала...

— Почему опять это выражение? Тебе лучше прекратить, или я разозлюсь.

— Я просто немного устал. Но когда я вижу тебя, моё настроение улучшается само собой...

— Хватит шутки шутить. Твоя унылая физиономия портит настроение мне. Немедленно взбодрись!

Глава моего дома беспощадна.

— Так что случилось? Ты выглядишь таким угрюмым, у этого должна быть причина, верно?

— Я не знаю, является ли это уважительной причиной... Но сегодня меня забрала городская стража.

— Почему?! Что стряслось? — внезапно схватила меня за грудки Ай Фа. — В какие неприятности ты влез? Я думала, что ты настроен на серьёзную работу?

— Я и был настроен! Из-за этого серьёзного настроя я и смог продать 40 бургеров...! Но именно поэтому меня и забрала стража.

— ...Я всё ещё ничего не понимаю. Объясняй всё как следует, живо!

Она отпустила меня, повесила плащ на стену и прислонила саблю к стене. Я провожал её взглядом, пока она присаживалась рядом с плитой.

— Когда я открылся сегодня, перед киоском собралась целая очередь из южан и восточных жителей. Все двадцать бургеров, которые я приготовил, были быстро проданы.

— Так.

— На сегодня я предусмотрительно запасся дополнительными ингредиентами. Когда я сделал ещё двадцать бургеров, пришла Тара и купила четыре для Доры-сана и его друзей.

— Так.

— Осталось 16... В этот момент появились торговцы «Серебряной Вазы» и группа людей из королевства Джагал. Их была целая толпа, человек 20!

— Хмм? Они приходили к тебе раньше?

—Нет. Я не знал никого, кто пришёл с утра. Они пришли по рекомендации других людей. Чтобы как можно реже видеться друг с другом, люди из этих двух национальностей специально выбрали себе разные гостиницы. Но о гиба-бургерах по городу пошла молва...

— ...Так.

— У нас осталось лишь 16 бургеров, но в каждой группе этих людей было по 10 человек. У меня не оставалось выбора, кроме как продать десять «Серебряной Вазе», которые пришли чуть раньше. А когда я сказал южанам: «Извините, но осталось только шесть порций», они закатили настоящую сцену и потребовали, чтобы я равномерно поделил 16 гамбургеров между двумя группами.

— Ясно.

— Но жители востока не захотели уступать... Я не смог успокоить переполох, и какой-то прохожий позвал стражу.

— В таком случае, стража должна была угомонить тех, кто начал беспорядок.

— Да... но они этого не сделали. В конце концов, они обвинили во всём меня. И мне чуть не запретили въезд в Почтовый город.

— ...Они пришли к такому выводу в соответствии с правилами города? — яростно сверкнула глазами Ай Фа.

— Я-я не уверен. Но не волнуйся, я смог убедить их отпустить меня. Это была моя халатность из-за того, что я не приготовил достаточное количество еды... Я уже размышлял над этим.

— Это... сложная проблема, — Ай Фа мягко покачала головой, её гнев постепенно угас. — Наверное, нелегко тебе пришлось... Асута, я голодная.

— ...Глава дома, вы так жестоки ко мне...

— Я попыталась тебя утешить. Я понимаю, почему ты так измотан... А теперь прекращай хандрить и взбодрись!

Неужели моё выражение лица действительно такое угрюмое? Я ущипнул себя за щеки.

Я использовал всю свою выносливость и остроумие в комнате стражи до того, как меня выпустили, поэтому моя энергия была полностью исчерпана.

В такие времена нужно как следует покушать и тогда всё наладится.

— Хорошо! Пора заняться ужином!

— ...Я хотела, чтобы ты просто взбодрился, а не приходил в восторг.

Я подбросил дров в огонь и подогрел уже приготовленный суп.

— Это всего только третий день твоей работы в городе, но ты уже продаёшь по 40 бургеров за день, разве этим не стоит гордиться? — несмешливо спросила Ай Фа, садясь рядом с плитой скрестив ноги и подняв одну коленом вверх. — Но ты почему-то совсем не выглядишь счастливым.

— Конечно, я счастлив, что продажи превзошли все мои самые смелые ожидания! Но я не могу позволить себе расслабляться только поэтому.

— Почему?

— Наша главная цель - позволить людям Почтового города понять, насколько вкусна гиба, верно? Но гиба-бургер пока что попробовали только четыре местных жителя. Люди востока и южане тоже его высоко оценили, но через некоторое время они покинут город. Даже если сейчас нам и удалось заработать немного денег, мы всё равно ещё не достигли нашей главной цели.

После разговора со стражниками я, наконец, смог узнать, кем были мои посетители. Это была торговая группа «Серебряная Ваза», они прибыли из своей родной Восточной страны, и привезли на продажу различные драгоценные металлы и другие товары. Ведя свой бизнес, они тратили несколько лет на то, чтобы посетить множество городов на западе и севере материка.

Джагалы — знаменитые архитекторы и плотники. Множество зданий в Почтовом городе было возведено именно их руками.

Папаша — тот самый человек, который полностью отверг гибу — был у них за главного. И это было как раз время их ежегодного посещения города для ремонта ветшающих зданий.

— В следующем месяце и «Серебряная Ваза», и архитекторы покинут Почтовый город. 90% моих клиентов — такие вот путешественники, а не местные жители Геноса.

— Но... Ты ведь с самого начала и хотел, чтобы первыми твои гиба-бургеры попробовали южане и люди востока, верно?

— Это правда. Но людская молва ещё не распространилась в достаточной степени. Поэтому всё будет напрасным, если меня снова заберёт стража. Если случится ещё один такой инцидент, мне на самом деле будет запрещён въезд в город... Расслабляться в такой сложной ситуации точно не стоит.

Ледяные взгляды стражников и Милано Маста глубоко отпечатались в моём сердце.

Их глаза словно говорили: «В конце концов, жители Морихена ненормальны и так и норовят нарушить спокойствие в городе».

Это было нелогично. Если бы мы не были обитателями Морихена, к нам бы и не относились так жестоко.

Однако мы были теми, кем были, и всё-таки решили открыть своё дело на вражеской территории.

Я не мог позволить себе снова потерпеть неудачу.

Врагом в этой битве был весь Почтовый город, я ещё раз уверился в этом.

— ... Наконец-то ты вернулся к своему обычному выражению лица, — раздался голос Ай Фа прямо рядом со мной.

Я удивлённо повернул голову и увидел её лицо прямо рядом со своим носом.

— Асута, а я и не знала, что ты такой жадина.

— Ж-жадина?

— Сколько медных плиток ты заработал за эти три дня?

— Хмм? Я продал семьдесят порций за три дня, так что это 140 красных медных плиток. За вычетом затрат на аренду, трёх дней заработной платы Вене Ву и затрат на ингредиенты, прибыль составляет 77 красных медных плиток.

— Это как поймать на охоте больше шести гиб всего лишь за три дня?

— Нельзя так сравнивать. Независимо от того, сколько медных плиток я зарабатываю, количество гиб не уменьшится. Моя работа не может сравниться с работой охотника.

Кстати, моей целью было продать как минимум 60 порций в первые десять дней. Я никогда не думал, что достигну этой цели всего за три дня.

— Таков образ мыслей жителя Морихена. Горожане тоже усердно трудятся, чтобы заработать медные плитки, Верно?

— В любом случае, наша цель — не зарабатывание денег. Однако это не значит, что я не рад тому, что теперь у нас достаточно средств для покупки новой кухонной утвари.

— ...Жадина, — засмеялась Ай Фа.

Её глаза сияли успокаивающим светом. Но я всё равно чувствовал себя несчастным.

— Почему ты так думаешь? Потому что я не выгляжу довольным тем, что продажи превышают мои ожидания? Я не думаю, что я жадный человек.

— Да я не об этом. Ты не волнуешься о том, сколько медных плиток заработал, а просто стремишься к нашей основной цели. Так сосредоточенно преследовать успех — это своего рода жадность.

— В таком случае, лучше называй это амбициозностью... Жадность — ужасно звучит, — пожаловался я и помешал в котелке, который продолжал медленно нагреваться.

Ай Фа ответила: «Я понимаю», а затем подошла и потянулась рукой к моей голове.

Я уже снял полотенце с моей головы, поэтому она взъерошила мои волосы и наклонилась поближе.

— Асута, ты и правда амбициозный.

На её лице играла озорная улыбка, сверкающая белыми зубами.

Нечасто можно было увидеть такое выражение на её лице. Она мне чем-то напомнила Лудо Ву в этот момент.

— ...Асута, я кушать хочу.

— О, верно. Суп скоро подогреется. Я поджарю мяса... поможешь мне с котелком?

Котёл был очень горячим. Он быстро нагрелся, потому что в нём было всего две порции супа из гибы.

За плитой стоял кухонный стол, и мы совместными усилиями водрузили на него котелок с супом. Я поставил ещё один на плиту, а затем достал большую миску с ингредиентами. Ай Фа с любопытством заглянула под крышку.

— Что у нас на ужин? Какой-то незнакомый запах.

— Да, сегодня я купил новый ингредиент. Ну, на самом деле это что-то вроде специи.

В миске было мясо с брюшка гибы, замаринованное в красном соусе.

Это был соус, который я приготовил из фруктового вина, нарезанной кубиками арии и нового ингредиента — мьяма.

— Это мьям?

— Верно. Помнишь то мясо кимьюсу? Его готовят как раз с мьямом.

Запах этой травы чем-то напоминал запах чеснока и кориандра. У неё был сложный аромат, пробуждающий аппетит.

Сама трава представляла собой длинные зелёные стебли, очень пряные, если есть их в сыром виде. Пошинковав их вместе с арией в кашицу, я добавил смесь в маринад.

— Мне всегда было интересно узнать побольше об этом ингредиенте, но я не знал его названия. Но Дора-сан всё мне рассказал. Мьям идеально подходит для добавления в соус тарапа, — принялся я объяснять всё Ай Фа, не забывая при этом обжаривать тонкие ломтики арии.

Как только ария размягчилась, я добавил маринованное мясо. В следующее мгновение комнату наполнил незабываемый аромат фруктового вина и мьяма.

— Ну как? Нравится запах?

— ...От него мне ещё сильнее кушать захотелось.

Так я и думал. Не уверен насчёт кориандра, но аромат чеснока и жареного мяса — лучший стимулятор аппетита.

В моём старом мире было много людей, которым не нравился такой сильный запах. Но мьям отличался от чеснока, и после его употребление не пахло изо рта. Женщинам и детям также нравилась мясная булочка кимьюсу. Поэтому я и решил использовать эту стимулирующую аппетит специю в своей кулинарии.

Между прочим, эту специю нужно было покупать в бакалейной лавке, где торгуют, в том числе и каменной солью, а не в овощных киосках.

— Отлично, мясо поджарилось. Время добавить соус.

Я вылил остатки маринада в котелок.

Это блюдо нужно было готовить так же, как и жареное в имбире мясо.

Хмм, как же его назвать? Может, «Фирменное мясо гибы в мьям-соусе»?

— Асута!

— Хмм?

— Кушать хочу.

— Хмм, ты это уже в четвёртый раз говоришь. Я уже почти закончил, подожди ещё чуть-чуть.

Когда мясо полностью приготовилось, я выложил его на тарелку и добавил арии. Мясо гибы уже было посыпано каменной солью и листьями пико, поэтому других приправ не требовалось.

Подсушив на медленном огне оставшийся в сковороде соус, я полил им мясо и арию, и ... Всё готово!

— Ах, поджаренный пойтан в кладовке. Не поможешь мне с супом?

— Хорошо.

Я поспешил в кладовку, а затем принёс с собой оттуда пойтан, заранее поджаренный утром, и тино, который я порезал кусочками.

— Это сырой тино, который ты добавляешь в гиба-бургер, верно?

— Да, мне кажется, что он идеально подойдёт к этому блюду.

Жареное в имбире мясо должно подаваться в паре с капустой.

А значит, «Фирменное мясо в мьям-соусе» и тино тоже должны хорошо сочетаться.

Тем не менее, это было то, что я думал, как кто-то, кто вырос в другом мире. Интересно, что на этот счёт подумают люди из этого мира?

— Отлично! Приятного аппетита!

— ...Асута, что-то у тебя слишком маленькая порция.

— А, ну да. Пока я экспериментировал с соотношением арии и мьяма, корректируя время маринования, я успел наесться пробными образцами. Так что мне и этого хватит.

Ай Фа была удивлена.

— Ты потратил так много усилий, чтобы придумать это блюдо...? Хочешь продавать его в городе?

— Ох! А ты проницательна. Верно, каждый день делать по 40 гиба-бургеров — слишком трудозатратно, поэтому я решил немного изменить меню. Давай объясню, как правильно его есть.

Жареный пойтан на этот раз был тоньше, чем тот, который я использовал в бургере. Я добавил к нему слой нашинкованного тино, мясо и арию, а затем подвернул снизу, как блинчик.

— Ай Фа, убедись, что съешь всё, что есть на тарелке.

— ...Жители Морихена не оставляют объедки.

— Ну и отлично. Тогда вот, держи.

Ай Фа кивнула, и с благодарностью взяла «Фирменное мясо в мьям-соусе». Заметив мой внимательный взгляд, она слегка нахмурилась.

— ...Не пялься на меня.

— Ой, извини! Мне просто любопытна твоя реакция.

— Хмпф!

Ай Фа отвернулась, схватила мясо обеими руками и откусила кусочек. При этом она выглядела восхитительно.

Ну ладно, сейчас не время любоваться...

Интересно, что она думает о вкусе? Как по мне — получилось неплохо.

В этом мире не было ни имбиря, ни соевого соуса, ни белого вина, поэтому я не ожидал, что блюдо идентично по вкусу на мясо, поджаренное с имбирем. Но мясо гибы было пропитано сладким фруктовым вином и специей мьям, что придавало ему похожий, сладкий и пряный вкус.

Ломтик был толщиной не больше 5 миллиметров и требовал тщательного пережёвывания. Если бы я неправильно выбрал температурный режим, мясо получилось бы слишком жёстким, поэтому я должен был быть осторожен с этим.

— Как тебе?

— Вкусно.

Ответ Ай Фа, как обычно, был кратким.

Независимо от того, как еда была на вкус, Ай Фа обычно не использовала слишком много слов, чтобы выразить своё мнение.

— У этого блюда хороший аромат, а специи отлично сочетаются с мясом гибы. Это так же вкусно, как и стейк... Эти приправы подойдут и к стейку тоже?

Она редко давала такой конкретный комментарий.

— Хотя... сладость не слишком сочетается со стейком. Не думаю, что с бифштексом это сработает. А что касается гиба-бургера и тарапы... Я не уверена.

—  П-понятно. Удивительно, я первый раз слышу от тебя такой подробный отзыв.

Ай Фа снова закрыла глаза, словно искала подходящие слова.

— Также... это вкусно, но у меня пересохло в горле после еды. Если бы... вкус приправы был не такой сильный, я думаю, было бы лучше.

— Ясно. В конце концов, обитатели Морихена никогда не используют никаких приправ, кроме каменной соли, даже когда вялят мясо. Вкус, вероятно, слишком сильный для тебя. Прости, я попробую скорректировать длительность маринования, когда буду готовить ужин в следующий раз.

Ай Фа устало вздохнула и снова уставилась на меня.

— ...Это всё, что я могу сказать. Не задавай мне больше вопросов, у меня голова заболит, если я буду думать больше.

— Я понял. Спасибо! Твои комментарии являются ценным источником информации для меня.

— ...Разве ты не решил продавать обычное жареное мясо после гиба-бургеров? Ты раньше говорил, что только такое блюдо может передать истинный вкус гибы.

— Да, я планировал это раньше, но... я ведь тебе уже говорил, верно? Когда я вчера дал своим клиентам попробовать бифштексы, они начали жаловаться не на его мягкую текстуру, а на уникальный вкус самого мяса гибы. Вот почему я пробую новые ароматные приправы. Я хочу найти способ дополнить её вкус чем-то, что не нарушит её уникальность.

— Понятно.

— Сегодня было столько же южных покупателей, сколько и восточных. Вероятно, они пришли, услышав, как другие обсуждают вкус гибы. Никто не жаловался мне напрямую, но были некоторые, которые выглядели слегка недовольными. В худшем случае, возможно, половине из них не понравилась моя кулинария.

Кроме того, восточные люди всегда были бесстрастны и молчаливы. Я не мог сказать, сколько из них были действительно довольны едой, которую я продавал.

Количество моих посетителей росло, но я не знал, сколько постоянных клиентов у меня будет. Кроме того, восточные люди были не только похожи друг на друга, но ещё и часто скрывали своё лицо капюшоном, из-за чего мне было ещё труднее отличить их друг от друга.

— В любом случае, даже при том, что я добавлял тарапу в бургеры, это не слишком помогло. Вместо того  чтобы представлять в меню блюдо, в котором главный акцент будет сделан на вкусе самого мяса, я думаю, следует слегка его подавить специями. То мясо, что я пробовал в «Хвосте Кимьюсу» было очень солёным, из чего я делаю вывод, что горожанам нравятся сильные приправы.

— Хмм, а ты хорошо всё продумал.

Ай Фа уже прикончила свою порцию и внимательно на меня глядела.

— Так чем же ты всё-таки недоволен?

— Хмм? Да я просто устал. Днём было столько волнений, а тут ещё необходимость закончить это блюдо... И есть много других вещей, которые нужно обдумать.

Я делал Ай Фа ещё одно «Фирменное мясо в мьям-соусе» и наклонился к ней.

— Ай Фа, я никогда и не ориентировался только на одних южан и жителей востока. Поэтому решил с завтрашнего дня изменить меню. Но это не решит корень проблемы.

— ...Хм?

— У нас сейчас только одна тележка, поэтому я должен подождать, пока гиба-бургеры не продадутся, а затем начать продавать «Фирменное мясо в мьям-соусе». Два разных блюда одновременно продавать не получится... Это немного раньше, чем я предсказывал, но я серьёзно думаю об аренде ещё одной тележки.

Ай Фа приняла у меня из рук новую порцию и серьёзно кивнула.

— Если ты так думаешь, то попробуй. Я доверяю твоему мнению.

— Тут всё не так просто... Если мы увеличим количество киосков и помощников, наши расходы тоже возрастут.

— Но ты думаешь, что это путь к успеху, верно? — спокойно взглянула на меня Ай Фа. — Я доверяю твоему мнению. Не заставляй меня повторяться.

— ...Хорошо, я понял. Спасибо.

Ай Фа твёрдо кивнув, а затем на её лице появилась безмятежная улыбка.

— ...Ты и правда жадина.

— Мы же уже говорили об этом, и я...

— ...Очень амбициозный человек, — закончила она за меня.

Одна ошибка — и всё может развалиться на части. Я убедился в этом сегодня, когда встретился со стражей.

Изначальным планом было менять меню только в том случае, если дела будут идти хорошо все первые десять дней. Но ситуация изменилась. Спрос превысил предложение на третий день открытия, поэтому мне нужно было быстро решить эту проблему.

Я уже поделился своими мыслями с Веной Ву.

Как только Донда Ву даст своё согласие, клан Ву сможет послать мне новых помощников послезавтра.

Главное как-нибудь протянуть весь завтрашний день...

— Хорошо! Время для второго раунда!

— Что такое «раунд»?

Я обернулся, когда услышал голос Ай Фа. Она сидела, подняв одно колено и положив на него руку и подбородок, глядя на меня.

— Эээ? Ай Фа, ты уже всё съела?!

— Ты слишком медленный. У тебя ведь ещё осталась работа на сегодня, верно? Если не поторопишься, то не выспишься.

— Не волнуйся. Я уже практически всё подготовил на завтра, осталось только нарезать мясо ломтиками для «Фирменного мяса в мьям-соусе» и сделать соус из тарапы. Ничего особенного.  Жарить пойтан завтра утром — самая трудозатратная часть.

— ...

— В чём дело?

— ...Мне стало казаться, что я единственная, кто получает выгоду от того, что ты остаёшься в доме Фа. Может, тебе лучше войти в дом Лутим?

— Ч-что ты такое говоришь?! Т-ты что, хочешь меня выгнать?

— Ты правда думаешь, что я способна на нечто подобное?

Взгляд Ай Фа был спокойным и уверенным.

Я почесал голову.

— Тогда зачем ты поднимаешь эту тему? Не заставляй меня чувствовать себя неловко!

— Я рада, что ты хочешь остаться в доме Фа... Я также счастлива, что ты смог найти себе работу по душе.

Ай Фа подползла ко мне и взъерошила мне волосы.

В прошлый раз, когда я пытался погладить её по голове, она ударила мне под дых.

Но на этот раз, она, не задумываясь, сделала нечто настоль интимное.

— З-знаешь, когда ты так делаешь, мне начинает казаться, что ты относишься ко мне как к ребёнку.

— Думаешь? Мой отец делал так всякий раз, когда хвалил меня.

Прошло уже много времени с тех пор, как я видел её надувшейся.

— Ну, не то чтобы мне это не нравилось, просто я чувствую себя немного неловко в такие моменты.

— ...Понятно.

Ай Фа прикрыла веки.

Я что, сказал слишком много?

Мне в голову полезли всякие мысли. Но в следующий момент...

Ай Фа медленно опустилась на колени и внезапно обняла меня обеими руками. Тепло, аромат и сила Ай Фа охватили моё тело и душу.

— Я так счастлива, что не потеряла тебя в ту ночь... Я так счастлива, что ты выбрал дом Фа...

— Ай... А-а-а-й Фа? — начал заикаться от удивления я.

Она обняла меня со всей доступной ей силой. Её мягкие волосы слегка щекотали мою щёку. И моё сердце билось так сильно, что чуть не выпрыгивало из груди.

Её глаза засияли чудесным радужным светом.

Если это продолжится ещё несколько секунд, то я не выдержу и... — когда я подумал об этом, её тепло, сила и аромат внезапно покинули меня.

Ай Фа снова села на колени и по-детски потёрла нос.

— Вот как я себя сейчас чувствую...

— Не... пугай меня так

Я тяжело осел на пол, поддерживая себя руками.

— Твой отец... он не стеснялся проявлять свои чувства, верно?

— Хмм? Что ты имеешь в виду?

— Э?

— Я делаю так потому, что хочу сама. К нему это не имеет никакого отношения.

— ...

— Если мои действия раздражают тебя, я буду более осторожна в будущем. Но сейчас я не могу сдержать свои эмоции... Извини, что мешаю тебе есть. Доедай, а я уже спать хочу.

Небрежно сказав это, Ай Фа указала на мою тарелку.

Эта девушка... действует на меня в миллион раз хуже, чем Вена Ву!

Ай Фа не заметила, как я кричу в своём сердце, и опустила голову.

— Я думаю, ты уже многого достиг. Но если сам ты так не думаешь, то работай вдвойне усердно... Я уже говорила тебе, что ты можешь использовать медные плитки, которые заработаешь, по своему усмотрению. Скажи мне, если тебе не будет хватать.

— ...Я тебя за язык не тянул. А что, если мне вздумается купить тебе подарок?

— Тогда я задам тебе трёпку.

— Понял... Ладно! Я обдумаю вопрос добавления ещё одного киоска в зависимости от завтрашних продаж! Смотри, не пожалей потом!

— Чего это ты вдруг так разозлился?

Ай Фа распустила волосы и наклонилась ко мне ближе.

— ...Я тебя что, расстроила?

Она всё ещё выглядела немного недовольной и обеспокоенной.

— Я не разозлился, тебе показалось. Извини... — вздохнул я.

— ...Ты действительно странный человек.

И совсем я не странный.

Однако, заметив её лёгкую улыбку, я не стал ей возражать.

Как бы там ни было... наша война только начиналась.

Полуденный перекус: Девочка из Почтового города

Полуденный перекус

Девочка из Почтового Города

— Тара, слушай меня внимательно. Не водись с людьми Морихена, хорошо? — сказал Дора со слегка суровым выражением лица, как только Асута покинул их магазинчик.

Тара не могла принять то, что сказал её отец, и спросила:

— Но почему?! Братик Асута хороший человек, поэтому ты и поблагодарил его, верно? Почему Тара не может дружить с ним?

— Асута действительно не плохой человек. Хоть он и носит одежду Морихена, вероятно, он прибыл сюда из какого-то другого города... Его спутница по имени Ай Фа, должно быть, храбрая охотница. Но приближаться к морихенцам всё равно опасно.

Дора наклонился поближе к Таре.

— Ты ведь видела тех морихенцев, которые создавали неприятности, так? В Морихене много варваров, поэтому не стоит к ним безрассудно приближаться.

— Но... Ведь любой, кто много выпьет и начинает создавать проблемы — страшный, а не только люди Морихена...

Дора покачал головой, отвергая её протест.

— Даже если те люди Морихена совершат преступление, стражники не захотят с ними связываться. Вот почему они действуют так нагло. Если спутаешься с такими опасными людьми, мы тоже можем пострадать... Я уже поблагодарил их за то, что они тебя спасли, поэтому нам больше не нужно обращаться к ним напрямую в будущем.

Дора выглянул из-под навеса, проверяя положение солнца.

— Уже почти два часа. Немного рановато, но вот тебе список покупок, займись-ка быстренько этим. И не бегай по городу! Хорошо?

— ...Ладно.

Тара покинула киоск. Ответы её отца всё ещё не убедили её.

Улицы были заполнены самыми разными людьми. Помимо жителей Почтового города, некоторые люди приходили с ферм, чтобы работать здесь, точно так же, как и Тара... кроме того, тут было множество путешественников с юга и востока.

Обитатели Морихена тоже были обычным явлением. Они часто приходили в город закупаться продуктами.

Большинство из морихенцев, которых она видела, были женщинами. Охотники же в накидках из шкуры гибы были редким зрелищем.

Десять дней назад Тара была очень напугана, когда столкнулась с самым настоящим охотником из Морихена.

Этот охотник был пьян, он обнажил клинок в городе и рычал, как дикий зверь. Свет, сияющий в его голубых глазах, ничем не отличался от звериного.

И теми, кто спас Тару от этого хулигана, были жителями Морихена.

Это был Асута, который совсем не выглядел как морихенец, хотя и носил их одежду, и красивая девушка в накидке из шкуры гибы, Ай Фа.

Её глаза тоже сияли как глаза дикого зверя. Честно говоря, её взгляд был жёстче и страшнее, чем у того хулигана.

Ай Фа сумела остановить негодяя и спасла Тару.

Но стражники относились к ней и Асуте как к преступникам и пытались отвести их в караульное помещение. Если бы путешественник по имени Камия Ёст не встал на их защиту, стражники бы освободили хулигана и обвинили во всём Асуту и Ай Фа.

Почему это происходило? Пьяница утверждал, что принадлежит к главному клану... Главный клан — это плохие люди?

Тара шла по мощёной дороге и размышляла.

У Асуты были чёрные блестящие глаза, похожие на людей Сему, которые так нравились Таре. Несмотря на то, что Ай Фа её немного пугала, Тара также думала, что она выглядит круто.

Нельзя было сказать, что её отец ненавидел этих людей, но, тем не менее, он велел Таре не приближаться к ним. Она не могла понять почему и чувствовала грусть.

Я хочу попробовать гибу, приготовленную Асутой.

Дора никогда не позволит ей сделать это.

Тара шла по улицам многолюдного Почтового города и тихо вздыхала.

◇◆◇

На следующий день, после того как Тара закончила с утренними домашними делами, она, как обычно, играла с другими детьми.

Она работала с отцом в городе, поэтому больше времени проводила именно с детьми горожан, чем со своими сверстниками из деревни.

Сегодня с ней играли мальчик из гостиницы и девушка из киоска кимьюсу.

— А вы знаете, что мой брат, работающий в замке, вчера пришёл домой! — сказал мальчик, когда они так утомились от игры в догонялки, что присели отдохнуть. — И он принёс в подарок шейку карон! Разве это не удивительно? Не вырезку с бедра, а самую настоящую шейку!

В городе продавалось только мясо карон с бедра животного. Грудинка и шея стоили очень дорого. Поэтому такую роскошь можно было найти только в замке.

— Это мясо такое мягкое и вкусное, что мне больше никогда не захочется есть обычное!

— Хорош заливать! Разве есть мясо мягче, чем кимьюсу?!

— Ну~... Они примерно одинаковые, но дело не только в мягкости. Не знаю, как описать точнее... Короче говоря, оно супер вкусное!

— Серьёзно? Но у кимьюсу и кожица вкусная.

Похоже, девочка намеренно пыталась поддеть мальчика.

— Мясо вместе с кожей стоит дороже, верно? Но если поджарить их вместе, оно становится невероятно вкусным!

— Я слышал, что эту твою кожу кимьюсу используют для того, чтобы делать куртки и кожаные сумки. Карон определённо вкуснее!

— Не вкуснее! Мы каждый месяц тратимся на мясо с кожей! Если сам мне не веришь, попроси, чтобы тебе тоже купили и убедишься!

Тара радостно слушала их разговор, а затем вспомнила, что произошло вчера, и спросила:

— А что насчёт мяса гибы?

Мальчик и девочка в удивлении уставились на неё.

— Ты про тех гиб, которые разрушают фермы? Как оно вообще может быть вкусным?

— Точно! У тебя от него рога вырастут, а кожа станет чернющей!

— Э?! Правда, что ли?

Кожа Асуты была такого же цвета, как и у других жителей Запада, и у него не было рогов.

Его волосы и глаза были чёрными, но люди Сему были чёрными даже притом, что не ели гибу. Но даже если её кожа и правда почернеет, ну и что с того?

— Я слыхал, что мясо гибы жёсткое и вонючее. Только морихенцы могут есть такую гадость! — громко рассмеялся мальчик.

В этот момент проходившая мимо женщина, доставляющая воду, дала ему подзатыльник.

— Эй, не говори так громко. Если тебя услышат морихенцы, то утащат с собой в лес.

Тара снова почувствовала грусть.

Затем она вскрикнула и вскочила.

— Уже полдень! Мне пора возвращаться обратно! Увидимся завтра!

— Хорошо, пока-пока!

Тара помахала своим друзьям рукой и быстро побежала по дороге на север.

По дороге она купила булочку с мясом кимьюсу. Из всей еды, что продавалась в Почтовом городе, это была её любимая.

...Интересно, какова гиба на вкус?

Она не могла выбросить эту мысль из головы.

Она не любила карон, особенно бедренную часть. Она была слишком жёсткой. Впрочем, если это было рагу, которое готовили в течение длительного времени, то оно ещё было более-менее сносным.

Неужели мясо гибы жёстче бедра карона?

Кимьюсу — мягкое и его легко жевать. Но само по себе оно не обладало ярко выраженным вкусом, поэтому к нему требовалось добавлять мьям и другие травы, чтобы придать аромат.

Неужели гибы ещё более безвкусные?

Тара никогда не пробовала филейную часть карон или карон с кожей. Мало кто в Почтовом городе мог позволить себе покупать такие деликатесы.

Но даже так, возможность есть обычное мясо кимьюсу и карон каждый день — уже было большой удачей. Её отец часто говорил, что они слишком бедны и не могут позволить себе многое.

...Хочу попробовать гибу.

Тара бежала по улице, и всё время думала об этом.

Наконец, показался киоск её отца. И рядом с ним стоял черноволосый юноша.

— Ах! Братик Асута! — радостно закричала она.

Но внезапно остановилась, заметив рядом с Асутой незнакомого человека.

Это был самый настоящий охотник из Морихена, ростом не уступающий Ай Фа.

Юноша был чуть ниже Асуты, носил плащ из шкуры гибы, а на талии у него висели сабля и мачете.  У него были желтовато-каштановые волосы и светло-коричневые глаза.

Походкой дикого зверя он подошёл к Таре.

— Эй, малявка! Да ты ростом с Римми. Сколько тебе? — громко спросил он.

Он изучал Тару с сильным блеском в глазах. Но Тара совсем не испугалась, потому что позади юноши стоял Асута и улыбался, хотя и смотрел на них с лёгким беспокойством.

— Восемь... Восемь лет... — выдавила ответ Тара.

— И возраст тот же. Но ты какая-то худая, выглядишь младше.

Юноша присел на корточки перед Тарой.

Он с любопытством переводил сияющий взгляд между лицом девочки и мясной булочкой.

— Вкусно пахнет. Как она, нормально?

— ...Да, — кивнула Тара.

Парень уставилась на булочку. Он выглядел голодным.

И поэтому Тара поинтересовалась, не хочет ли он попробовать.

На лице юноши появилось странное выражение, но он всё же откусил кусочек.

— Совсем не очень. Готовка Асуты нравится мне гораздо больше, — пожаловался он.

— П-правда?

Тара не боялась его, но его решительная критика мясной булочки ошеломила Тару.

Юный охотник был ниже Асуты, но выглядел крепче, чем даже взрослые в городе.

Вот почему все боятся жителей Морихена?

Конечно, Тара не могла не волноваться. Но восхищение в её сердце перевесило её страх.

Она твёрдо решила, что Ай Фа и этот неизвестный юноша выглядят по-геройски круто.

Она не знала почему. У них обоих были какая-то особая прямота во взгляде, и их не волновало то, что о них думали окружающие. Эти люди казались такими надёжными.

А затем появился Камия Ёст. Некоторое время они поболтали, а потом Асута отправился домой.

Тара не поняла, о чём они говорили, но Асута, похоже, планировал открыть свой собственный киоск в городе.

— Удивительно! Асута собирается открыть свой киоск!

— Да... — неопределённо сказал отец.

На его лице читалось беспокойство, смешанное с горечью.

— В чём дело? Ты плохо себя чувствуешь?

— Что...? Нет, всё в порядке. Я просто подумал, что в Морихене есть много разных людей.

— Да! И спутники Асуты всегда такие классные!

— Классные, говоришь…? — слабо покачал головой Дора.

— Тара хочет попробовать то, что готовит братик Асута!

Дора опять мрачно покачал головой.

— Мясо гибы не может быть хорошим. Если Асута начнёт распространять по городу слухи, что это не так, то все решат, что он мошенник.

Голос её отца был полон беспокойства.

Тара взяла отца за руки и наклонилась к его расстроенному лицу.

— Мы должны попробовать и сами решить. Можно в следующий раз я куплю то, что он приготовит?

Помолчав немного, отец похлопал Тару по голове своей большой рукой.

— Тара, ты помогаешь мне с работой... те медные плитки, которые я даю тебе — это твоя зарплата, распоряжайся ими как угодно... Но ты не можешь пропустить работу с болью в животе в качестве оправдания.

— Хорошо! Спасибо, папа!

Тара посмотрела на лицо отца и улыбнулась.

◇◆◇

Четыре дня спустя Асута открыл свой киоск в Почтовом городе.

После того, как короткий ливень закончился, Тара бросилась прямиком к Асуте.

— Потрясающе! Ты правда открыл свой киоск!

Выражение лица Асуты казалось мрачнее обычного, но он сразу же улыбнулся, заметив Тару.

С ним работала девушка из Морихена, которая тоже мягко улыбнулась.

Тара уже встречала её раньше, но тогда она показалась ей более холодной и равнодушной. Но на этот раз, улыбаясь, она выглядела очень доброй и нежной.

— Тарапа так приятно пахнет! Это блюдо из мяса гибы?

— Да. Но я не знаю, понравится ли оно тебе.

В котелке кипел соус из тарапы.

В дополнение к ней Асута использовал и множество других ингредиентов. В воздухе витал очень аппетитный аромат.

Когда Тара захотела купить себе порцию, Асута попросил её сначала попробовать образец и предложил ей тарелку.

Это было мясо странной формы, покрытое красным тарапа-соусом.

Мясо было плоским и округлой формы. После того, как Асута порезал его на маленькие кусочки, он выложил их на тарелку. Кусочки казались неровными, что было странно для Тары.

Кстати говоря, а как вообще выглядят гибы?

Тара никогда раньше не видела ни одну.

Они иногда попадались в ловушки вокруг фермы, но ни Тара, ни её мать, никогда не видели их собственными глазами. Старушки, живущие по соседству, однажды сказали ей: «Если ты увидишь гибу, на тебя обрушится проклятие!».

А вот мясо выглядело очень аппетитно.

От его аромата у неё потекли слюнки.

Тара без малейших колебаний положила кусочек себе в рот. И немедленно почувствовала эффект.

— Это...

Тарапа добавляла блюду особую, немного необычную кислинку. Тара не привыкла к такому, даже, несмотря на то, что часто ела тарапу дома. Вкус был похож на ту, особую, которую можно купить только в замковом городе. Соус был сладким и замечательным.

Нарезанный кубиками овощ, приготовленный вместе с тарапой, должен был быть арией. Это она добавляла блюду эту сладость?

Тара почувствовала оттенок пряности и пришла к выводу, что в соус были добавлены ещё и листья пико. Она слышала, что они растут в лесу Морга.

Подводя итог: Тара никогда не пробовала такого вкусного соуса.

Однако... наряду со вкусом соуса, она почувствовала и сильный вкус мяса.

У гибы не было жёсткости, и она совсем не воняла. Мясо просто таяло во рту, смешиваясь с соусом.

Тара никогда и представить себе не могла, что в этом мире существует что-то столь вкусное.

Сколько бы она ни жевала, вкус не ослабевал. Она откусила лишь маленький кусочек, но её сердце наполнилось счастьем.

Ни кимьюсу, ни карон не сравниться с этим.

Тара сомневалась, что даже деликатесные части этих животных такие вкусные.

— Братик Асута, это очень вкусно! Очень!

На лице Асуты появилось неловкое выражение, но морщины на лбу расслабились, когда он услышал её слова.

— Ах, погоди, Тара! Я хочу, чтобы твой отец тоже попробовал... Эх, у меня не так много зубочисток, можешь воспользоваться своей?

— Да!

Тара твёрдо кивнула, а затем выбежала на улицу.

Во рту всё ещё ощущался вкус счастья.

Тара почувствовала, как это счастье медленно распространяется по всему её телу. Отец обязательно будет доволен после дегустации.

В эти дни он вёл себя странно, как будто был обеспокоен продолжением общения с обитателями Морихена. Его тянуло к Асуте и его друзьям, но он не решался общаться с ними так открыто.

У Доры были и свои заботы.

Мать Тары и её старшие братья, которые работали в деревне, часто повторяли: «Не связывайся с морихенцами!».

Всякий раз, когда Тара им возражала, Дора погружался в горькое молчание.

Сложное чувство, которое Тара не могла понять, беспокоило её отца.

Теперь не должно быть никаких проблем.

Асута говорил правду!

«Главный клан» — это жестокие негодяи, обманывающие других.

Когда отец попробует это вкуснейшее мясо, мрачное выражение окончательно покинет его лицо! Тару переполняла радость, когда она себе это представляла.

Она мчалась по улице, энергично шлёпая по лужам, пока, наконец, не добралась до своего отца.

Дора, сидевший под навесом, невыразительно взглянул на Тару.

— Гляди, это блюдо Асуты! Он использовал овощи, которые ты вырастил, и приготовил такую вкуснятину!

Дора со слабой улыбкой наколол кусочек мяса гибы на зубочистку.

Как сильно удивится её отец? Тара дрожала от нетерпения.

Том 5

Глава 1: День четвёртый - Обжора

Дикая готовка

— Isekai Ryouridou —

— Том 5 —

— Автор: Eda —

— Художник: Kochimo —

[Перевод на русский язык: Knox]

Глава 1

День четвёртый - обжора

Часть 1

Это был четвёртый день с момента открытия киоска.

Мы с Веной Ву добрались до Почтового города Геноса как раз вовремя и отправились прямиком в «Хвост Кимьюсу». Поприветствовав как обычно хмурого Милано Маста, мы забрали нашу тележку и, провожаемые любопытными взглядами прохожих, направились в северный конец рынка.

Примерно в десяти метрах от нашей точки собралась большая толпа. Я напряжённо шагал вперёд, а жители запада, которые собрались здесь только затем, чтобы поглазеть, быстро расступились в стороны и пропустили меня.

Свирепые южане и бесстрастные жители востока сверлили друг друга взглядами, ожидая нас. Их было гораздо больше, чем вчера — в общей сложности человек тридцать.

Между ними, как посредник, стоял стражник. Когда мы приблизились, он одарил нас внимательным взглядом:

— Эй! Еды-то на всех хватит?

— Конечно! Сегодня у меня 40 порций первого блюда и ещё 30 второго — всего 70.

Вчера я приготовил 40 порций, и, вопреки моим ожиданиям, они были распроданы до полудня.

Никто из посетителей не имел право жаловаться, что мои блюда разлетаются слишком быстро, но между людьми королевств Сему и Джагал пролегла глубокая пропасть, поэтому они продолжали безжалостно спорить друг с другом из-за моей кулинарии. Это практически переросло в самую настоящую потасовку.

Если они продолжат спорить, мне придётся закрыть киоск. Мы очень надеялись, что до этого не дойдёт, поэтому я заранее приготовил побольше порций на сегодняшний день.

— Хорошо, давайте начнём с гиба-бургеров. Вена Ву, будь добра, разожги огонь.

— Ага!

Похоже, у Вены Ву сегодня было отличное настроение.

Её не особо беспокоили кровожадные клиенты и отирающиеся неподалёку стражники. Когда я посмотрел на неё, мне стало легче.

— Ахх, как приятно пахнет фруктовое вино! Это новое блюдо…?

— Да. Кроме него я использовал ещё и пряность, которая называется Мьям. Я назвал это блюдо «Фирменное мясо в мьям-соусе», — ответил я и поднял кожаный мешок с шестью килограммами мяса гибы и соусом для маринования.

Я слегка ослабил завязки и перелил соус в другой мешок.

Мясо мариновалось целый час — как раз достаточно времени, чтобы дойти от дома Фа до Геноса.

— Когда тут всё немного поуспокоится, я дам тебе попробовать.

— Хорошо... Хе-хе, жду с нетерпением! — обворожительно рассмеялась Вена Ву и помешала тарапа-соус в котелке. Её глаза, обычно сонные и рассеянные, сегодня сияли в неподдельном удовольствии.

— Ой! А сегодня аромат немного отличается!

— Точно, это потому что я добавил немного мьяма. Хотелось просто поэкспериментировать с разными вкусами, поэтому только щепотку. Чувствуешь разницу?

— Хм, нууу... пахнет приятно... Аж слюнки текут...

Мьям — это трава с запахом и вкусом, отдалённо напоминающими чеснок. Она отлично сочеталась с тарапой, похожей на помидоры.

Может, это просто мое воображение, но сегодня люди из королевства Джагал казались какими-то чрезмерно возбуждёнными. Поднявшееся вокруг облако сногсшибательных ароматов тарапы и мьяма распалили их ещё сильнее.

Их реакция мне льстила, но толпа становилась всё больше и больше, пока мы были заняты подготовкой ингредиентов.

— Сегодня здесь так много людей... как будто Джагалы и Сему со всего города пришли....

— И хорошо, что пришли. Похоже, первая партия гиба-бургеров разлетится в кратчайшие сроки.

С завтрашнего дня я твёрдо решил арендовать ещё одну ручную тележку и расширить меню. И молился в своём сердце, чтобы сегодня всё прошло мирно.

— Ну как, готово...? Тогда начнём!

Под присмотром стражи, люди Джагал ринулись к прилавку. У южан были коричневые неряшливые волосы и бороды, крепкие тела, белая кожа и жёсткие лица.

Первым в очереди стоял мужчина средних лет — заместитель главного архитектора Арудас.

Все южане были крепкого телосложения и невысокого роста, но этот человек был самым высоким из них, поэтому я не мог ошибиться.

— Эй! Ты уж извини за вчерашнее.

— Да ладно, мы сами виноваты, что не приготовили достаточно. Пожалуйста, не принимайте это близко к сердцу.

— Точно, готовить слишком мало порций такой вкуснятины — это же просто преступление!

Хотя у Арудаса было суровое лицо, в его глазах я всё равно смог разглядеть намёк на вину.

— ...Это здорово, что они не выгнали тебя из города. Но почему вообще стража решила обвинить во всём тебя, когда вся вина лежит на нас?

— Вероятно... Это из-за того, что мы из Морихена... — ответил я, делая ему гиба-бургер.

После моих слов его лицо стало кислым.

— Морихенцы отказались от южного бога Джагала, поэтому я могу понять, почему те из южан, что постарше, считают вас предателями. Но люди с запада приняли вас, так почему же они продолжают смотреть на вас с презрением? Я не понимаю этого. Если бы не ваши усилия в охоте на гиб, Генос бы никогда не стал таким процветающим.

Мне в голову приходили точно такие же мысли.

Тем не менее, я не мог обсудить это с ним должным образом, потому что очередь была длинная, и все клиенты находились в нетерпении.

Поэтому я просто отдал ему готовый гиба-бургер.

На суровом лице Арудаса вспыхнула улыбка.

— Эй, а почему бы тебе не оставаться открытым до вечера? Я бы и поужинать тут не отказался!

— Хмм~ Это будет сложно... Было бы здорово, если бы в местных тавернах тоже продавали мясо гибы..., — как бы невзначай протянул я, но Арудас только с сожалением покачал головой.

— Это мясо действительно очень вкусное, но главное — твои кулинарные навыки. Папаша последнее ходит мрачнее тучи. Когда он слышит, как мы обсуждаем твою готовку, постоянно выходит из себя. Вот бы ты мог приготовить ему что-нибудь из карона или кимьюсу... Да он бы примчался сюда быстрее ветра!

— Для меня большая честь слышать это... Но, как я уже говорил вчера, начиная с полудня, в моём меню появится ещё одно новое блюдо. Может, вы предложите Папаше придти и попробовать?

— Хм-м? Ладно, я скажу ему.

— Эй, долго там ещё?! — начали поторапливать меня другие клиенты. Похоже, мы слишком заболтались.

Я торопливо вернулся к приготовлению гиба-бургеров.

Образцы сегодня никого не интересовали, поэтому запас из двадцати гиба-бургеров быстро начинал уменьшаться. И совсем скоро южане и несколько людей Сему раскупили все.

— Прощенья просим! На приготовление следующей партии из двадцати бургеров потребуется время!

Размер котелка ограничивал нас, поэтому за раз мы могли сделать только двадцать котлет в соусе.

По дороге на работу я купил две свежих тарапы, поэтому я мелко их пошинковал и добавил в котелок.

— Асута, тебе нужен сильный огонь...?

— Да, пожалуйста.

Я взял две бутылки и встряхнул ту, что была полегче, затем вылил обе в котелок. Одна из них была заполнена до четверти фруктовым вином. Затем я добавил немного нарезанной кубиками арии и мьям, который обжарил заранее. Чтобы соус не получился слишком густым — во второй бутылке была простая вода.

Пока я подогревал соус, толпа перед киоском постепенно разошлась, поэтому стражники неохотно ушли тоже.

Простых зевак тоже стало гораздо меньше — остались только высокие, чёрные и тощие люди с востока.

— Хе-хе... Это напоминает мне свадьбу дома Лутим...

— Точно, такая оживлённая атмосфера! Прямо как в тот день.

— Я всё ещё не умею как следует заботиться об очаге... Но мне нравится это делать вместе с тобой...

От её слов меня переполнила гордость.

Когда Вена Ву это говорила, она выглядела действительно счастливой. Не похоже, чтобы она так пыталась кокетничать.

Мне нравилось наблюдать за тем, как она работает. И я надеялся, что мы сможем сохранить этот баланс в наших отношениях... впрочем, это был не повод расслабляться.

— Хорошо, почти готово.

Добавив ещё немного воды, я приправил соус листьями пико и каменной солью и достал из ещё одного кожаного мешочка подрумяненные котлеты.

Эти кожаные мешочки были дорогими — по 15 красных медных плиток за штуку. Но они были вместительными и удобными в использовании. В них можно было хранить даже фруктовое вино, и они были специально изготовлены так, чтобы задерживать запах пищи внутри. Без них я бы вообще не смог торговать своим «Фирменным мясом в мьям-соусе».

И чтобы все эти расходы не пропали зря, я просто обязан был сделать свой бизнес успешным.

— Извините за ожидание! Следующие 20 бургеров готовы!

Услышав мой голос, к прилавку тихо подошли люди Сему.

Большинство жителей Востока предпочитали носить плащи с капюшонами, но были некоторые, которые одевались более обыденно — в одежду с красивыми кружевными узорами, похожую на наряды морихенцев. У них также были аксессуары из камней и металла и тонкие мечи на талии.

Чем-то они мне напомнили морихенцев. Наверное, дело было не только в их одежда, но и в уверенных движениях, а так же сдержанности.

Все мужчины Морихена отличались сильным духом и телом, а их кожа была цвета шоколадного молока. Взять хотя бы Шин Ву — он очень напоминал одного из восточников: зрелый, немногословный, с приподнятыми уголками глаз.

Пока я думал обо всём этом, сам не заметил, как продал двенадцать порций, и мы остались всего лишь с восемью гиба-бургерами.

На отдалении от основной очереди стояло десять людей сему в плащах. Может быть, это та торговая группа? Увидев, что я обратил на них внимание, ко мне подошёл один из них и снял свой капюшон.

Как я и думал, у него были серебряные волосы. Это был лидер «Серебряной Вазы» Шумимару...какой-то там.

— Гиба, ещё есть, нет?

— Осталось всего восемь порций. Помнится, вчера я вам говорил, что у меня сегодня в меню будет новое блюдо.

— Восемь...

Шумимару задумался, глядя на меня.

Затем он вернулся и сделал знак своим товарищам. Пятеро из них подошли и со стуком выложили медные плитки на прилавок.

Я с благодарностью принял оплату и принялся готовить пять гиба-бургеров.

— Остаться, три? — спросил Шумимару.

— Да. А в чём дело?

— ...Я ждать.

— Хм?

— Хотеть попробовать новое блюдо. Пятеро, нужно делать работа. Четверо и я — ждать.

— А, понял. Остальные могут попробовать моё новое блюдо завтра утром.

— Завтра, нет. Сегодня. Я ждать.

Пока я перекидывался фразами Шумимару, к прилавку подошёл высокий человек.

— Привет, Асута! Могу я купить парочку бургеров?

Передо мной стоял Камия Ёст.

И почему он всегда появляется внезапно? Я постепенно начинаю к этому привыкать.

— Спасибо за вашу поддержку... Вы уж извините за вчерашнее.

— А-а! Я купил еды в другом киоске. Не такой вкусной, конечно. Говорят, у тебя в меню будет новое блюдо? С нетерпением жду возможности его попробовать!

Вчера, когда я возвращал тележку в «Хвост Кимьюсу», я коротко рассказал ему о происшествии. Камия Ёст не выглядел слишком удивлённым — похоже, он ожидал чего-то подобного.

— Вот ваши два гиба-бургера. Извините за ожидание.

— Спасибо! Продолжай в том же духе!

Камия Ёст кивнул Шумимару, развернулся и широкими шагами пошёл по своим делам.

Он редко задерживался надолго, чтобы поболтать пока я работаю. Вероятно, ему не хотелось мешать моему бизнесу.

— ...Этот человек, друг?

— А? Ну, хотя мне и не хочется этого признавать, но да. Он мой друг.

— Вот как... Волосы и глаза, северянин. Цвет кожи, западный. Непостижимый.

Понятно. Оказывается, люди из этого мира могут определить происхождение Камии Ёста по его внешности.

— Угу...

Я решил, что мне не следует слишком много болтать о личных делах Камии Ёста, поэтому постарался ответить неопределённо.

— Его сердце, восточный! Не могу понять его чувства, мысли. — Шумимару выглядел так, словно снова задумался. — Он улыбается, но настроение непонятно... Поразительно.

— Это точно, — только и мог ответить я.

Шумимару был прав. И он сам, и Камия Ёст — оба казались мне непостижимыми.

Как бы там ни было, а у меня остался один-единственный гиба-бургер. Будет плохо, если на него одновременно найдётся несколько претендентов. Пришло время заняться следующим блюдом дня.

И не успел я об этом подумать, как явился следующий посетитель — южанин Джагал.

— Эй! Я не опоздал?!

— У нас все ещё есть один гиба-бургер.

— Здорово! Я проспал и чуть не опоздал!

Если не ошибаюсь, то я уже видел его вчера.

— Спасибо за ваш визит! — ответил я и занялся готовкой.

Отправив довольного клиента восвояси, на сегодняшний день с гиба-бургерами было покончено.

Менее чем через час после открытия — невероятно быстро!

— Хорошо, а теперь остудим немного тарапа-соуса...

— Хмм... А соуса сегодня осталось довольно много...

— Ага!~

Не обращая внимания на чем-то очень довольную Вену Ву, я глубоко задумался.

— Соуса ещё много осталось, если я оставлю его на завтра, то смогу сэкономить много ингредиентов...

— Э-э-э?! — удивлённо воскликнула Вена Ву.

Я засмеялся при виде её реакции.

— Просто шучу. Тарапа-соус может, конечно, храниться пару дней. Но в этом мясо мариновалось, так что лучше всё-таки съесть его сегодня. Можешь забрать его с собой домой.

— Асута... ну ты даёшь!.. — надула щёки Вена Ву.

Итак, когда она злится, то надувает щёки.

— Какая милая... — вдруг пробормотал Шумимару.

— А? Вы что-то сказали?

— Она милая. И красивая.

Житель востока и делает комплимент девушке. Чего только не увидишь!

— Спасибо... — поблагодарила его Вена Ву, холодно улыбнувшись. Скорее всего, она уже привыкла получать мужские комплименты.

Как бы там ни было, я снял котелок с огня, чтобы он охладился и вылил тарапа-соус в кожаный мешочек. А затем принялся за готовку второго блюда сегодняшнего дня.

В «Фирменном мясе в мьям-соусе» не было ничего особо сложного — его просто нужно было поджарить. Но первым делом необходимо было определиться с точным количеством.

На ближайшее время большой толпы не ожидалось, поэтому можно было особо не торопиться и заняться образцами.

Я поджарил нарезанную кусочками арию, затем добавил примерно килограмм маринованного мяса гибы. Одного этого было достаточно, чтобы вокруг распространился потрясающий аромат мьяма, фруктового вина и жареного мяса.

Жаль, что улица уже опустела.

— Мьям хорошо пахнуть, — тихо пробормотал Шумимару.

Я выложил содержимое котелка на тарелку, налил сверху немного слегка загустевшего соуса, а затем добавил кусочки тино и завернул всё это в два ломтика пойтана.

— Ах, Вена Ву, можешь погасить жаровню?

— Ага!

— Пока не было покупателей, держать котелок на постоянном огне было плохой идеей — всё могло просто-напросто подгореть. По сравнению с приготовлением гиба-бургеров, это было немного более хлопотно, но зато уменьшало потребление дров. У всего есть свои плюсы и минусы. Было бы здорово, если бы мы могли использовать древесный уголь.

Итак, я сделал пять готовых порций «Фирменного мяса в мьям-соусе», а остальное оставил на образцы.

— Извините за ожидание! Это блюдо тоже стоит две медные плитки.

Люди Сему как обычно молча кивнули и, достав медные плитки, передали их Шумимару — похоже, он принял на себя лидерство. Образцы они пробовать не стаи.

Получив свои порции, они осторожно откусили...

Интересно, им понравилось? Так как на их лицах было очень трудно прочитать выражения, я не имел об этом никакого понятия.

— ...Вкусно. Завтра, есть по очереди.

— Что? Вы собираетесь есть по очереди?

— Да. Оба вкусные. Трудно выбрать. Поэтому есть по очереди.

Похоже, им всё-таки понравилось.

Действительно замкнутые люди. Но я не мог сдержать улыбку.

— Спасибо! Я рад получить вашу похвалу.

— Я очень рад, есть, очень вкусная еда, — ответил Шумимару и вдруг перевёл взгляд на Вену Ву.

— Асута, можно я задать вопрос?

— Да, в чём дело?

— Асута, она — жена?

Я немного замешкался с ответом, поэтому Вена Ву воспользовалась этой возможностью, чтобы повиснуть у меня на руке.

— Это секрет...

— Понятно, прошу прощения.

Удивительно, но Шумимару показал намёк на эмоции — у него дёрнулся уголок рта и он слегка улыбнулся... его лицо было спокойным, решительным и с оттенком грусти.

Он снова накинул капюшон и вместе со своими четырьмя спутниками покинул нас.

— Благодарю за визит! — крикнул я им вдогонку и стряхнул руку Вены Ву.

— Вена Ву! Ну разве это прилично?!

— Ну... А что, если в меня влюбиться какой-нибудь житель востока?.. Думаешь, мне стоило начать строить ему глазки?..

С того момента, как я познакомился с Веной Ву, она никогда не переставала излучать своё сексуальное обаяние.

Но... было бы просто замечательно, если бы она относилась к клиентам более скромно и, желательно, повежливее.

— Эх... — вздохнул я.

— Кстати, Асута! Это просто невероятно! Мы совсем недавно открылись и уже  продали гораздо больше еды, чем вчера...

— Это верно. Но клиенты пришли к самому открытию, потому что опасались, что не успеют вовремя.

Как только группа Шумимару ушла, вокруг стало непривычно тихо.

— У нас ещё есть 25 порций мяса. Если мы продадим их все, я перейду к плану, о котором говорил вчера.

— Ты хочешь арендовать ещё один киоск...? А мы поможем тебе с помощницами: одна будет из главного дома, а другая — из побочной ветви клана...

— Побочная ветвь тоже поможет?

— Разумеется... В главном доме полно забот, мы не можем одолжить тебе сразу трёх человек одновременно... — тихо вздохнула Вена Ву. — Значит... Сегодня наш последний день вдвоём... эти четыре дня были просто прекрасными...

— Н-ну ведь ничего особо не изменится, просто станет чуть больше людей, верно?

— Но ведь... От главного дома отправят Рейну, ты ведь это понимаешь...?

Это было ожидаемо.

Малышка Рими Ву и бабуля Дитто Мин не могут таскать тяжести. Сати Лей Ву нужно заботиться о Коте Ву. Мама Миа Лей отвечала за руководство женщинами клана Ву, поэтому единственными кандидатами оставались Рейна Ву и Лала Ву.

Я упоминал, что мне нужна женщина, опытная в управлении очагом, так что это было всё равно, что специально указать на Рейну Ву.

Вена Ву делала свою работу намного лучше, чем я себе представлял. Поэтому я надеялся, что как-нибудь справлюсь и с Рейной Ву.

— ...Сегодня люди из главного дома посетят город. Тебе скажут имя помощников...

— Хм-м? Разве день похода по магазинам дома Ву не завтра?

— Да... Но я попросила их кое-что для меня сделать, так что они придут на день раньше...

Кое-что сделать? Я уже было собирался спросить, но Вена Ву прервала меня:

— О... А вот и они... Раньше, чем я рассчитывала...

Я проследил за взглядом Вены Ву и увидел тех, кого увидеть никак не ожидал.

Теми, кто шёл к нам прямо с южной стороны рынка, были вторая сестра и второй брат главного дома клана Ву — Рейна Ву и Дарум Ву.

Часть 2

— Привет, Асута! Давно не виделись, — невозмутимо поприветствовала меня Рейна Ву первой.

— Да, давненько... Дней десять уже, если не больше.

Последний раз мы с ней виделись на пиршестве дома Лутим, и атмосфера тогда была... неловкой.

"Пожалуйста, покинь дом Фа и стань частью дома Ву..." — такова была просьба Рейны, с которой я ну никак не мог согласиться.

Несмотря на это, она, похоже, не собиралась сдаваться — это было видно по её лицу в тот день. Поэтому сейчас я не знал, как мне с ней себя вести. Наверное, лучше всего сохранять твёрдость и решительность.

Рейна стояла прямо передо мной и спокойно улыбалась. И куда подевалась её чистая детская улыбка?..

— Сестрица Вена, вот то, что ты просила нас принести.

— Ах, спасибо... не тяжело тащить было...?

— Нет, всё в порядке.

Рейна сложила свой багаж рядом с киоском — это был большой мешок для овощей, заполненный чем-то твёрдым, из-за чего он весь бугрился.

— Это что? На дрова похоже.

— А это и есть дрова... Я их собирала последние три дня...

Я был сбит с толку.

— В эти дни моя работа заканчивалась раньше, поэтому Мама Миа Лей поручила мне помогать тебе в свободное время... Поэтому я и решила собрать дров заранее...

— Теперь понятно. Спасибо! Они нам очень пригодятся с завтрашнего дня.

— Мы и так слишком нагружены разными вещами каждый день, когда идём в город, поэтому я попросила Маму Миа Лей выделить день похода по магазинам на то, чтобы захватить с собой дрова... Она сказала, что это просто тривиальное дело и дала своё разрешение... — Она бросила на меня косой взгляд. — Асута, я хотела, чтобы это стало сюрпризом, поэтому ничего тебе не сказала... Но ты был таким грубым и постоянно дразнил меня...

— П-прости! Я ведь просто шутил! Я очень благодарен, правда!

Пока я отчаянно извинялся, раздался новый шлепок мешком об землю — это Дарум Ву снял свой груз с плеч.

У него мешков было целых три. До деревни клана Ву от города чуть менее часа пути, но ни я, ни женщины из Морихена не смогли бы дотащить такую тяжесть за один раз.

— И тебе спасибо, Дарум... Разве ты не должен сейчас отдыхать дома...?

Дарум Ву не ответил.

Его голову, лицо и выражение на нём скрывала серая повязка.

Но голубые глаза, которые он унаследовал от отца, продолжали ярко гореть волчьим огнём. Его было легко опознать по ним.

— Дарум поранил голову и лицо, когда защищал человека из побочной ветви клана... Его раны были серьёзными, и три дня назад он ещё не мог ходить...

— Заткнись, — тихо сказал Дарум Ву.

Я не видел его в ночь свадьбы. Да и вообще, по сравнению с Рейной, прошло гораздо больше времени с тех пор, как я видел его в последний раз. Кроме того, он и раньше редко заговаривал со мной, и в последний раз я слышал его голос... вероятно, той ночью, более месяца назад, когда мы спорили из-за Ай Фа.

Я слышал, что неделю назад он получил травму, но не знал, что она была такой серьёзной...

Тогда, месяц назад, я под влиянием момента поделился с ним своим мнением. С тех пор у него не возникало никаких проблем с Ай Фа, так что я был спокоен.

Поэтому я склонил голову и поблагодарил его ещё раз:

— Большое спасибо за твою помощь.

И, конечно же, получил в ответ сердитый взгляд и холодные слова:

— Мы просто отдаём тебе эти дрова в обмен на тарапа-соус, нет необходимости в благодарности.

— Какой же ты упрямый... Всю жизнь собираешься подражать папе Донде...? — тихо рассмеялась Вена Ву.

Дарум пристально посмотрел на Вену, но этого было недостаточно, чтобы заставить его дерзкую сестру умолкнуть.

— Это здорово, что ты уже можешь таскать такие тяжести. Значит, ты уже почти выздоровел... и скоро сможешь отправиться в лес, верно? Смотри, не перенапрягись к тому времени слишком сильно…

— ...Я не такой испорченный, чтобы из всех людей именно тебе пришлось вдруг обо мне беспокоиться.

— Ох, как же он холоден со своей старшей сестричкой... Ну, разве он не очарователен...? — тихо прошептала мне Вена.

Наверное, только сестре и могло показаться поведение Дарума милым. Будь в клане Тсун хотя бы один такой человек, как он, я бы повысил его уровень опасности сразу на 50 процентов.

— ...Асута, папа Донда и мама Миа Лей хотели, чтобы я передала тебе сообщение. Эй, может, ты меня всё-таки выслушаешь? — вмешалась в разговор Рейна официальным тоном. — Если завтра тебе понадобится больше помощников, главный дом отправит Лалу, а дом побочной ветви — Шелу Ву.

— Ага... Лалу и Шелу, значит...

— Да. Я изо всех сил старалась напроситься на эту работу, но они мне отказали, — мягко улыбнулась Рейна.

Даже когда дела шли не так, как ей хотелось, Рейна продолжала сохранять спокойное выражение лица. Как странно, я вообще не мог понять, о чём она думает.

— ...Асута, это твоё новое блюдо? — посмотрела на тарелку с пробниками Рейна.

— Т-точно. Хотите попробовать? Наверное, уже остыло, сейчас подогрею.

— Не обязательно. Это ведь приготовлено для жителей Почтового города, верно? Я не могу их подъедать и мешать твоей работе, Асута, — опустила ресницы Рейна и нежно улыбнулась.

Увидев лицо Рейны, Вена лениво вздохнула:

— Асута... А можно мне попробовать...?

— Э? Разумеется, никаких проблем.

Я имел примерное представление о намерениях Вены.

Разведя медленный огонь, я поставил на него котелок.

В это время Дарум позвал Вену:

— Эй, сегодня кто-нибудь из клана Тсун появлялся?

— Что ж... Не только клан Тсун — сегодня я вообще не видела здесь других людей Морихена, кроме вас...

— Это правда. Мы находимся на отшибе — никто не пойдёт на самый край города просто так. О существовании нашего киоска, вероятно, ещё не всем известно.

— Понял, — продолжая смотреть на Вену, Дарум кивнул. — А как насчёт этого вашего Камии Ёста? Я видел, как он тут отирался... Может, опять прячется в тени какого-нибудь дерева?

— Очень даже не исключено...

Пламя в глазах Дарума разгорелось сильнее, и он впился взглядом в лес за киоском.

Уж кто-кто, а Камия Ёст вполне мог бы где-нибудь прятаться, подслушивая нас... Как-то раз он вешал мне лапшу на уши о том, как ему интересны жители Морихена. Вот только своими действиями он никак не подтверждал это заявление. Если он не собирается знакомиться с ними, то как же определить кто он — друг или враг?

— Хорошо, Вена, подожди немного.

Я занялся одним «Фирменным мясом в мьям-соусе».

— Как вкусно выглядит... — радостно улыбнулась Вена, получив готовую порцию, и откусила кусочек. — Да, здорово... Немного сладко... Папе Донде вряд ли понравится...

— Это точно, я ведь использовал большое количество фруктового вина.

— А мне нравится... Ничем не уступает гиба-бургеру...

Вена ещё раз откусила и повернулась к Рейне:

— Рейна... Это моя порция, так что можешь не стесняться... Хочешь кусочек...?

— Эмм, но ведь...

— Если не хочешь, я сама всё съем... — сказала Вена и ещё раз откусила.

На лице Рейны появилось по-детски тревожное выражение. Вот, это уже больше похоже на Рейну, которую я знаю!

— Хорошо, но только совсем чуть-чуть...

Рейна осторожно откусила «Фирменное мясо в мьям-соусе» и не смогла сдержать блаженной улыбки.

— Это... потрясающе. Очень сильный вкус.

— Да, я решил, что люди в городе предпочитают большее количество приправ.

— Асута, ты невероятный... Я тоже хочу помочь тебе! — затрепетала ресницами Рейна.

Похоже, она вновь вернулась к своему старому поведению.

— ...Этот киоск же не закроется всего через десять дней. Асута не может полагаться всё время на одних и тех же женщин... Вполне возможно, что скоро наступит и твоя очередь...

— Да, это верно.

Рейна Ву застенчиво улыбнулась и робко на меня посмотрела.

— Асута, когда это время придёт... позаботься обо мне как следует.

— Ах, ну да. Конечно. И ты обо мне.

Услышав мой ответ, Рейна ярко улыбнулась. От такой яркости у меня даже ёкнуло сердце.

В этот момент Дарум Ву с тревогой сказал:

— Если мы здесь закончили, тогда уходим.

— О, Дарум, а ты не хочешь попробовать...?

— Ну да, стану я ещё есть нечто непонятное, — ответил Дарум и перевёл взгляд своих волчьих глаз на меня. — Эй... ты чего стоишь с такими жалостливыми глазами? Жалеешь меня из-за моего состояния и неспособности пойти в лес?!

— Что? Конечно нет! Меня самого два раза чуть гиба не укокошил.

У меня действительно никак не получалось поладить с Дарумом Ву.

Вена вдруг вышла из-за прилавка и вцепилась в измождённую правую руку Дарума.

— Прекрати. Если будешь сильно волноваться, твои раны снова откроются... Если хочешь поправиться как можно скорее, тебе нужно быть более осторожным...

— Заткнись, и не виси на мне.

Дарум грубо стряхнул руку своей сестры, развернулся и ушёл прямо на юг.

Рейна быстро извинилась:

— Извините, что помешали вашей работе. Асута, пожалуйста, позаботься о Вене и остальных... И будь осторожен.

— Конечно, Спасибо. Пожалуйста, передай мои наилучшие пожелания Донде Ву и Миа Лей Ву.

Рейна радостно улыбнулась мне, а затем убежала вслед брату.

Вена взяла недоеденное мясо и чувственно вздохнула:

— Ах, я такая проныра... Но каждый раз, когда я вижу, как Рейна подавляет свои чувства, у меня сердце болеть начинает...

— Хмм? О чём это ты?

— После свадьбы дома Лутим Рейна постоянно ходит, погружённая в свои мысли... Что случилось между вами в ту ночь...?

— Ну... Что-то действительно тогда случилось...

— Можешь не говорить, что... Эх, но как же мне вести себя в этой ситуации?.. Не хочу видеть, как Рейна страдает, но и не хочу видеть, как вы двое воркуете друг с другом...

— ...

— Асута... Ведь твоя женитьба на Ай Фа — это всего лишь вопрос времени, верно...?

Интересно, какое выражение появилось у меня на лице после её слов?

Да и у самой Вены выражение было на удивление серьёзным, никогда её такой не видел.

— ...Даже если и так, станет ли этот финал счастливым для всех?

— Угу... Если ты женишься на Ай Фа, это разобьёт мне сердце, и я, наконец, перестану сдерживаться и смогу разрушить всё...

— Разрушить всё... О чём ты?

— Когда это время настанет, я просто тебя соблазню. Ай Фа ни за что нас не простит, и мы больше не сможем оставаться в Морихене. И тогда мы с тобой вместе уйдём отсюда далеко-далеко... А Рейна, увидев нашу с тобой безнравственность, откажется от тебя...

— Что-то это совсем не похоже на «счастливый финал»!

— ...Я думаю, что только так я смогу быть с тобой...

Вена Ву печально опустила голову. Её слова противоречили самим себе, и я раздражённо вздохнул.

— Я тебе уже говорил, что у меня нет планов жениться на ком-либо! Твоя ужасающе богатая фантазия никогда не станет реальностью.

— А что ты будешь делать, если Ай Фа сама предложит это тебе...? Асута, неужели ты сможешь ей отказать...?

Конечно... я не смог ответить моментально. Подобное предположение казалось мне таким нереальным. Но что, если этот день и правда наступит?

Я могу исчезнуть из этого мира в любой момент, поэтому не собираюсь заводить жену. Но даже так, я всё равно хочу быть рядом с Ай Фа, пока моя жизнь не оборвётся.

Если Ай Фа предложит мне пожениться — что я тогда ей отвечу?

Вена Ву наблюдала за моими тяжкими думами, накручивая на палец локон своих каштановых волос:

— А может быть, Ай Фа решит выйти замуж за другого мужчину в будущем... Просто тебе к сведению: Дарум всё ещё надеется взять её в жёны... Этот мальчишка уже отказался от нескольких браков за последние два года...

— М-мы с Ай Фа в этом вопросе придерживаемся одинакового мнения! Она не намерена выходить ни за кого замуж или вступать в чужую семью. Этого никогда не случится!

— Людские сердца — такая загадка... Всё может измениться в будущем... Ай Фа однажды уже порвала все связи с другими обитателями Морихена, и всё же она приняла тебя в семью... Кто знает, как она может измениться через год или два...?

— Наверное, это так, но...

— Если Ай Фа захочет выйти за тебя замуж, ты отвергнешь её...? А если отвергнешь, и она выйдет замуж за Дарума, сможешь ли ты дать ей своё благословение...?

Я промолчал.

Та Ай Фа, которую знаю я, никогда не откажется от жизни охотника.

Но сердца людей действительно могут резко измениться из-за внезапных событий.

Кроме того, даже если её чувства останутся неизменными, она может получить травму в лесу, как отец Шина Ву Ряда, и тогда ей придётся отказаться от охоты.

Если это время наступит — что мне тогда делать?

— Эй, вы до сих пор открыты, что ли? — голос незнакомца вывел меня из оцепенения. — Люди Сему и Джагал разошлись. Неужели ждёте, что ещё кто-то в Почтовом городе захочет купить мясо гибы?

Незнакомое лицо, незнакомый голос.

Это был мужчина... молодой парень. Он был примерно моего возраста и выглядел довольно-таки хулигански. У него была кожа цвета слоновой кости, блестящие карие глаза и длинные светло-коричневые волосы. На нём была рубашка с открытой грудью, а на талии висел нож.

Группа людей позади него соответствовала его стилю одежды и возрасту — там было пять человек, включая одну девушку.

— ... Добро пожаловать, — поприветствовал я его с улыбкой.

Вполне возможно, что они пришли поиздеваться надо мной, но это были жители Запада — посетители, которых я ожидал в своём киоске с самого первого дня.

Мои мысли всё ещё были заняты Ай Фа, но сейчас пришло время переключить на работу.

— Всё верно, я торгую гибой. И она — просто пальчики оближешь! Не хотите попробовать?

Я указал на тарелку с образцами, и юноша с презрением рассмеялся:

— Чтобы мы, жители запада ели такую мерзость? Ты сам-то откуда будешь? Гляжу, подцепил себе цыпочку гибажорку и приятно проводишь время? Вы ведь сегодня уже неплохо наварились, не так ли? Вот и валите отсюда обратно в свой Морихен!

Тот мужичок из людей Джагал тоже ругался на меня пару дней назад, но слова этого парня были полны злобы и враждебности.

Вероятно, он решил поиздеваться надо мной из страха и презрения к обитателям Морихена. Несмотря на его дерзкие слова, я чувствовал в его взгляде неуверенность. Он задиристо улыбался — но эта улыбка была фальшивой. Всё говорило о том, что эта кучка юнцов просто решила испытать свою удаль, пытаясь поддеть словами морихенцев.

Я ждал такого рода клиентов. Главная проблема состояла в том, чтобы заставить их попробовать мои блюда.

— Я не был рождён в Морихене, но искренне считаю мясо гибы вкусным. Я и открыл-то этот киоск только потому, что хочу поделиться этим знанием с горожанами, — искренне улыбнулся я.

Парень поморщился и фыркнул:

— Эта жратва годится только для нищебродов с юга и востока! Ты со своим киоском тут только глаза мозолишь, потеряйся!

— Считаешь, я вру? Каждый житель запада, что попробовал мою еду, остался доволен. У каждого свои предпочтения... Не хочешь рискнуть?

Я посмотрел на Вену Ву. И сразу же, без лишних слов она начала устанавливать жаровню в отсек тележки.

— ...Ха, это интересно! А вдруг он не врёт? Ну-ка, будь мужиком и попробуй! — взволнованно воскликнула девушка из толпы его товарищей и грубо тыкнула юношу в спину.

Конечно, по части сексуального очарования это была не Вена Ву, но она была симпатичная — примерно одного возраста со мной, и носила только топик с длинной юбкой, спускающейся до щиколоток. Она была кем-то вроде своеобразной «версии Вены Ву из Почтового города». Но на девушки не было никаких вуалей или платков, её обнаженная кожа была хорошо видна. Одежда её была ярких цветов, а на шее и руках было множество аксессуаров.

Её кожа была такого же оттенка слоновой кости, как и у остальных молодых людей из компании — немного бледнее, чем у тех, кто много времени проводит на солнце.

"Интересно, а все ли жители Запада одной и той же расы?" — задумался я про себя.

— Ты чё, прикалываешься? С чего бы мне жрать эти помои?

— А почему нет? Если тебя не вырвет, то и мы тоже попробуем.

— Вот сама и пробуй первой!

— Ну ты и трус! Столько болтаешь, а сам просто боишься гибу, ха! — девушка откинула длинные каштановые волосы и насмешливо улыбнулась.

Похоже, здесь начинается какой-то тест на мужество. Идеальная для меня ситуация!

Пока юноша и девушка спорили, как новорожденные щенки, котелок медленно разогревался. Я достал из кожаного мешочка ещё мяса и добавил его в котелок. Раздалось восхитительное шипение, и в воздухе потянуло сногсшибательным ароматом.

В ту же самую секунду спорящая парочка умолкла. Вся компания, секунду назад хихикающая позади, подошла поближе, как будто их потянули за невидимые ниточки.

Когда мясо обжарилось до хрустящей корочки, я добавил в котелок ложку соуса. Из него вырвалось облако белого ароматного пара.

— ...Это чё там, мьям? Тогда неудивительно, что так вкусно пахнет, — с сарказмом протянул задиристый юноша, но его никто не поддержал.

Когда мясо было почти готово, я добавил остывшие образцы обратно в котелок, тщательно помешал, а затем выложил обратно на тарелку, воткнув в каждый по зубочистке из дерева крили.

В это время Вена Ву ловко управлялась с жаровней.

— Ну что, может, всё-таки попробуете? Вот образцы. Даже если вам не понравится, зато появится тема для разговоров, не так ли?

Пятеро парней и одна девушка смутились. Должно быть, они оказались перед дилеммой.

С одной стороны, они ненавидели гибу, и не хотели пробовать ничего, что из него приготовлено. С другой — если они откажутся, это заденет их гордость, и все подумают, что они просто испугались. Морихенцы мало их заботили, но вкусный аромат притягивал их и распалял любопытство. Все эти обстоятельства, должно быть, крутились у них в головах.

— А выглядит... неплохо...

— Б-болван, разуй глаза — это мясо гибы!

— Точно! Это не еда для нормальных людей.

— А мне бабка как-то раз сказала, что у тех, кто его ест, вырастают рога и клыки!

— А я мьям люблю... он так вкусно пахнет.

— Ага... И выглядит вкусно так...

— Выглядит очень даже неплохо, как по мне!

Хмм?

Я вдруг заметил среди толпы молодёжи голову с волосами цвета карамели. Это была дочь торговца овощами Тара.

— Братик Асута, это твоё новое блюдо?! Как приятно пахнет!

— О, Тара! Тоже хочешь попробовать образец?

— Увааа~!

Тара со счастливым видом схватила зубочистку.

Молодёжь — все как один — уставились на неё.

— Ммммм! Вкуснотища~! Не так мягко, как гиба-бургер, но всё равно вкусно! Братик Асута, я хочу четыре порции сразу!

— О, спасибо! Разве твой отец и остальные сначала не хотят попробовать образец?

— Они сказали мне попробовать и решить самой!

Я был очень тронут. Благодаря вмешательству Доры-сана продавец котелков и продавец одежды заинтересовались моей готовкой.

И именно Вена Ву и Лудо Ву помогли мне завоевать сердце Доры-сана.

Я улыбнулся Таре, когда думал обо всём этом:

— Хорошо! Пожалуйста, погоди минутку, сейчас я всё приготовлю.

— Ладно!

Мы поставили обратно жаровню, которую только что сняли, и начали жарить четыре порции арии и мяса.

Краем уха я услышал, как один из подростков шумно глотнул.

Если вспомнить... то мой первый клиент из людей Сему заинтересовался нашим киоском только потому, что увидел Тару — она тогда покупала гиба-бургер. Этому ребёнку суждено было стать нашей счастливой звездой?

— Извини за ожидание! С тебя восемь красных медных плиток.

— Спасибо! — Тара осторожно прижала к груди четыре порции «мяса в мьям-соусе» и убежала.

Я поскрёб лопаткой остатки соуса в котелке и улыбнулся компании молодёжи, которая всё ещё колебалась:

— Ну что, решились? за образцы платить не нужно.

— Хорошо... я попробую! — единственная девушка среди них потянулась к тарелке первой.

— Д-дура, нельзя! Что будешь делать, если у тебя рога вырастут?!

— Что за бред? Ты действительно веришь во всякие суеверия? — храбро ответила девушка, но я смог прочитать на её лице появившуюся тень обеспокоенности.

— В-вы вообще видели эту малявку только что? Она так спокойно это ела! Неужели мы проиграем маленькой девочке?! Если не хотите опозориться — ешьте.

Девушка схватила зубочистку, не обращая внимания на юношу рядом с ней, который кричал: «И вовсе я не боюсь!»

Окинув взглядом Вену и меня, она со смертельной решимостью положила мясо в рот.

Пару раз пожевав, она широко раскрыла глаза:

— Уваааа...

— Эй, ты в порядке?

Юноша положил ей на плечо руку, но она холодно её стряхнула и пробормотала:

— Невероятно... вкусно...

Толпа её друзей моментально громко загомонила, а я тихо вздохнул с облегчением.

— Ты чё ваще такое несёшь?! Это мясо гибы! Ты в своём уме?!

— Заткнись! Если не веришь — сам попробуй! Если и потом решишь, что я вру, то я разденусь и голышом по городу пройдусь!

Лучше не делай этого, а то получишь нагоняй от стражи.

Но наши усилия наконец-то начали приносить плоды. Незнакомец с запада попробовал блюдо из гибы и дал положительный отзыв. Шёл четвёртый день открытия киоска, и мы наконец-то достигли этой важнейшей точки.

— Проклятье! Ну ладно, уговорила...! Но не забывай, что ты только что пообещала! — угрожающе рявкнул один из юношей и потянулся за зубочисткой.

С лицом на грани слёз он выбрал самый маленький кусочек мяса и медленно отправил его в рот.

— Вау... — он широко распахнул глаза, как и девушка минутой раньше.

— Ну и как? Я же тебе говорила, что вкус просто замечательный! Верно ведь?! — нагло заявила девушка.

Остальные ребята из компании тоже взяли по образцу.

К счастью, никто не стал жаловаться — у всех было одинаковое выражение удивления на лицах.

Может, в отличие от южан, мясо гибы подходит им больше? И что лучше: гиба бургер или мясо в мьям-соусе? Трудно было сказать. Но на второй день я услышал негативные комментарии о бургерах примерно от половины посетителей, поэтому мы успешно сделали ещё один шаг вперёд.

— ...Эй, а сколько стоит-то? Две красные медные плитки, верно? — опасно сверкнув глазами, спросила меня девушка.

— Верно.

— Эй, Юми, ты чё, на самом деле собираешься это купить?

— А почему бы и нет? Мне понравилось — а значит, нет причин не покупать, не так ли? Или вы собираетесь купить еды где-то ещё? — сурово ответила Юми и выложила медные плитки на прилавок. — Только зарубите себе на носу — я с вами делиться не собираюсь.

Юноши из её компании смущённо переглянулись.

Девушка высокомерно пожала плечами и снова перевела взгляд на меня.

— Может, поторопишься? Я вообще-то голодна!

— Да, без проблем! Подождите минутку!

Поскольку жаровню приходилось то и дело сдвигать туда-обратно, это было довольно хлопотно. Но эти хлопоты были приятными.

До полудня оставалось ещё некоторое время, поэтому продажа даже ещё одной порции меня очень сильно бы порадовала.

— Вена Ву, оставляю жаровню на тебя, — повернулся я к ней с улыбкой.

Но она почему-то не шелохнулась.

Вена прищурила свои сексуальные и слегка задумчивые глаза, что заставило её выглядеть ещё более сонной, чем обычно.

— Вена Ву?..

Она что, задремала в самый неподходящий момент?

Нет... В её обычно сонных глазах я вдруг разглядел невероятно острый блеск. От них исходило ощущение нешуточной опасности — вот уж не ожидал такого поведения от Вены.

Более того, она и смотрела в неожиданном направлении.

Её взгляд был направлен не на меня, не на наших клиентов, и не на улицу рядом — Вена смотрела на север.

Я медленно перевёл взгляд туда же.

Равно как и все наши клиенты.

Мы все вдруг почувствовали какой-то нерациональный ужас, потому что увидели там того, кого предпочли бы лучше не видеть никогда.

Он был около двух метров в высоту и таким огромным, что напоминал шар. Это человек или громадная мясная фрикаделька? Он тяжело ступал по вымощенной камнем мостовой прямиком в нашу сторону.

Это был младший сын главного дома Тсун... Мида Тсун.

Часть 3

— Оооой! — воскликнул один из юношей и упал на зад.

Остальные, побледнев, отступили подальше.

Младший сын клана Тсун подошёл к нам нетвёрдой походкой и с силой ухватился за столб, поддерживающий крышу.

— Хфффф, пфффф, — втянул в себя воздух он. — ...Что это тут у вас...? А...? Пахнет нормально....

— Хииии! — тонко взвизгнул юноша с земли.

Не могу его винить, Мида Тсун выглядел очень угрожающе.

Всё в его фигуре было каким-то гипертрофированным: и лицо, и туловище, и конечности. В общем, выглядел он неестественно, что в сочетании с высоким ростом делало его похожим на какого-то монстра.

Его предплечья были толщиной с талию Вены Ву.

Ноги, поддерживающие его гигантское тело, были толстыми и короткими, как у слона.

Он напоминал огромный шар, из-за чего невозможно было определить, где кончается его грудь и начинается живот.

Он был одет в обычный наряд морихенца, но на пошив его рубашки ушло никак не меньше трёх цельных отрезов ткани, каждого из которых хватило бы на платье для замужней женщины. Накидка из шкуры гибы была слишком короткой и не могла полностью покрыть его тело.

На его шее не было гордости охотника — клыков и рогов. Но на талии вместо этого висела большая дубина.

Чем больше я на него смотрел, тем страннее он казался. Более того, он был таким уродливым, что я даже засомневался — а человек ли передо мной?

Его лицо неестественно раздулось, а нос и рот съехали к его центру. У него была огромная лысина и черные неопрятные волосы, прилипшие к ушам.

И при всём этом на его лице застыло выражение блаженной невинности.

Нет, даже не невинности, а какого-то ребячества... или, скорее, звериной простоты.

Его толстые веки почти полностью прикрывали маленькие поросячьи глазки, а нос был таким невыраженным, что походил просто на два черных отверстия ноздрей. У него были толстые губы и маленький рот. В общем, с таким огромным телом и крошечными чертами лица он выглядел просто неправильно — совершенно непропорционально.

Эта живая гора мяса на ножках плотно прижалась к столбу моей тележки, а его глаза-бусинки живо огляделись вокруг. Под ярким солнечным светом он казался совершенно чуждым существом, что подняло с глубины моей души какой-то иррациональный страх.

— Эээ... Мида голоден... здесь пахнет нормально...

Столб продолжал скрипеть.

Я снова пришёл в себя, когда услышал этот зловещий звук.

— Т-ты что творишь?! Хочешь сломать мне тележку?!

— Мида голоден... Вообще-то... — Мида Тсун недовольно на меня посмотрел.

Я почувствовал себя так, словно столкнулся с большим животным, вроде орангутанга или низинной гориллы.

Я положил руку на грудь и замедлил дыхание, попытавшись успокоиться.

"Спокойно, спокойно... Я должен сохранять хладнокровие."

— Ты ведь понимаешь, где находишься? Как видишь, я торгую самой простой едой... Прежде чем я продолжу, ты не мог бы отпустить? Если продолжишь так тянуть, тележка сломается.

Что мне следует делать в этой ситуации? Член клана Тсун решил посетить мой киоск.

Очевидно, я обсуждал это с Касланом Лутимом и Дондой Ву бесчисленное количество раз.

По всему выходило — я должен следовать закону.

А если закон нарушит он, то я просто вызову стражу.

Мне следовало соблюдать осторожность. Любое нарушенное правило Морихена или города могло развязать руки клану Тсун.

— Ты ведь понимаешь человеческую речь? Если хочешь здесь поесть, тебе придётся заплатить. И я арендовал эту тележку у города. Если ты её сломаешь, то и за неё тоже придется заплатить. Так что лучше отпусти.

Я попытался объяснить всё максимально простыми словами.

Мида Тсун оглядел меня с ног до головы. Я не мог прочитать эмоции на его лице, уж слишком сильно оно напоминало звериную морду.

"Этот парень... вероятно, отличается от своих старших братьев, которые предпочитают решать любые вопросы с помощью насилия."

Но что у него за характер? Это сложно объяснить, но мне показалось, что в нём нет злости, ему просто не хватало способности отличать правильное от неправильного.

"Если его не провоцировать, он не нападет" — решил я, понадеявшись, что моё предположение верное.

— ...Денежки есть у Тай Тсуна... — недовольно проворчал Мида Тсун и отцепился своими гигантскими пальцами-гусеницами от столба.

— Хорошо, — я вытер с бровей холодный пот. — А где Тай Тсун? Он пришёл вместе с тобой в город?

— ...Ага...

— И где он сейчас?

— ...Мида не знает... Совсем недавно он был вместе с Мидой...

Странно, но разговор с ним напоминал мне разговор с неразумным ребенком.

— ...Мида унюхал что-то приятное, Мида побежал... Пахнет хорошо...

Кстати говоря, во время празднества несколько дней назад Миду Тсуна больше всего заботила не ситуация, а запах еды.

И как раз когда я собирался предложить ему попробовать несколько образцов...

— ...Мида Тсун, что-то не так? — из-за горы мяса выступил пожилой морихенец в одежде охотника. Ему было лет 50 на вид.

В следующее мгновение Мида Тсун громко выдохнул:

— Тай Тсун...! Мида кушать хочет...

— Вот как?

Мужчина окинул взглядом меня и Вену Ву.

На первый взгляд он ничем не отличался от любого другого обитателя Морихена. У него была седая борода, и он зачесывал свои волосы назад. Может, он и был уже довольно стар, но черты его лица сохранили свою пропорциональность.

Среднего и крепкого телосложения, он носил одежду с кружевными узорами и накидку из шкуры гибы. На его груди солидно сияла гордость охотника, а вокруг пояса висело сразу несколько маленьких и больших клинков. Он был одет как и любой другой охотник из Морихена

Но по какой-то странной причине, несмотря на его обычный внешний вид, что-то в нём всё равно казалось неуместным.

Его чёрным глазам не хватало силы, и весь он был каким-то безучастным, как кукла из глины. Я впервые увидел морихенца, в котором было так мало жизненной энергии.

— ...Почём эта еда? — спокойно поинтересовался мужчина... Тай Тсун.

— Две красные медные плитки... Вы покупаете?

— Да.

— Н-на этой тарелке образцы, вы можете сначала попробовать их.

— В этом нет необходимости.

Самый обычный разговор. Но почему у меня от него бегут мурашки по коже? Разве он не должен был поинтересоваться некоторыми другими вещами, прежде чем спрашивать о цене?

На мне была одежда морихенца, и я открыл свой киоск в Почтовом городе. Рядом со мной стояла Вена Ву, женщина Морихена. И что, у него не было никаких вопросов или комментариев по этому поводу?

Похоже, что не было...

Тай Тсун невозмутимо повернулся к горе мяса и спросил:

— Мида Тсун, сколько вы хотите?

— ...Мида хочет много... очень много...

— Глава клана дал нам только одну белую медную плитку. Если потратить её сейчас, то мы не сможем купить больше ничего.

— Но Мида голоден... хочет есть.. много...

— Хорошо, я понял.

Тай Тсун снова повернулся ко мне и выложил на стойку белую медную плитку.

— Мы купим пять порций.

— Я понял... Но вам придётся немного подождать, пока я не обслужу предыдущего клиента.

"Предыдущий" клиент, девушка с запада по имени Юми, всё ещё дрожала с бледным лицом. Её друзья выглядели ничуть не лучше.

Я подавил вздох, добавил в жаровню дров и водрузил её обратно на место.

Вена в это время продолжала сверлить взглядом этих двух мужчин из клана Тсун.

Ну и дела... Этот старик Тай Тсун не менее подозрителен, чем Мида Тсун.

Несмотря на свой возраст, он беспрекословно подчинялся Миде Тсуну — должно быть, он был из побочной ветви клана.

Тем не менее, я никогда не видел, чтобы в поселении клана Ву люди старшего возраста действовали так покорно по отношению к молодым мужчинам. Конечно, мужчины из побочных ветвей уважали Джизу, Дарума и Лудо, но к ним все равно относились как к равным.

Такие разные кланы... И какое же отношение следует считать верным для жителя Морихена? Я не берусь судить, но от поведения этого Тай Тсуна мне становилось не по себе.

— ...Ого-о... Выглядит вкусненько. Тай Тсун, вкусненько выглядит...!

Вдохнув запах жареного мяса, Мида Тсун положил руки на плечи Тай Тсуна и сильно его потряс.

— Как скажете.

Даже когда его тело сильно трясли, Тай Тсун всё равно отвечал спокойно и тихо. Он скрывал свои эмоции даже лучше, чем люди с востока.

Нет... а были ли у него вообще какие-либо эмоции?

"Надеюсь, что Камия где-нибудь тихо отсидится, пока эти двое не уйдут."

Мне бы не хотелось, чтобы он вмешивался.

Если появится ещё один странный персонаж, мой мозг просто заклинит.

— Вот, извини за ожидание, — я передал «Жареное мясо в мьям-соусе» Юми.

Она приняла тарелку, не отводя взгляд с Миды Тсуна.

Я быстро сделал ещё одну порцию и отдал её Тай Тсуну. Он сразу же передал её в руки своего спутника.

— ...Ого-о-о-о...

Глаза Миды Тсуна засияли, и он приготовился открыть рот.

Из-за жирного подбородка он не мог как следует двигать челюстью, поэтому ему пришлось откинуть голову назад, чтобы распахнуть пошире рот.

Я даже заволновался, что он вывихнет челюсть или порвёт уголки рта.

И он забросил всю порцию в рот целиком — я даже слегка поёжился от такой картины. Словно сцена из ужастика.

Тай Тсун передал ему ещё четыре порции, и с ними произошло то же самое: одна за другой, они мгновенно исчезали из этого мира в его огромной утробе.

— ...Вкуснятина... Да, вкуснятина...

— Благодарим за покупку, — выдавил улыбку я.

В тот момент, когда я принимаю оплату, человек становится клиентом. Даже если это кто-то из ненавистного клана Тсун, моё отношение не меняется.

— ...Тай Тсун... Мида хочет ещё...

— У нас больше нет денег.

— Но... Мида ещё хочет...

— Глава клана выделяет вам только одну белую медную плитку в месяц. Пожалуйста, подождите до следующего месяца.

"Ему выдают деньги только раз в месяц!"

Жаль об этом говорить, но я вздохнул с облегчением.

Даже если Мида Тсун не проявлял открытой враждебности, он бы всё равно стал помехой моему бизнесу в этом городе, если бы стал приходить каждый день. Бедная Юми наконец-то собралась с духом, чтобы попробовать моё блюдо, но теперь она просто оцепенело стояла в стороне, полностью забыв о том, что у неё в руках тарелка с едой.

— ...Мида ещё хочет.

— Тогда мы придём сюда снова в следующем месяце, — ровным голосом ответил Тай Тсун. — Прошу прощения за вторжение, мы уже уходим.

— Х-хорошо. Спасибо за визит.

Тай Тсун подтолкнул Миду Тсуна в спину к пути на север.

Кстати говоря, я слышал, что поселение клана Тсун находится как раз на севере. Возможно, от Почтового города туда уходит дорога.

Но даже так... они пришли в город только для того, чтобы купить Миде Тсуну поесть?

Я был рад, что на этот раз всё обошлось мирно. Но в то же время чувствовал какую-то подавленность... или, скорее, бессилие.

"С ними явно что-то не так..."

Они даже не удивились вкусу и запаху гибы. Да их вообще, похоже, не интересовало, что за мясо я использовал в своей готовке.

Может, они не в курсе, что я из дома Фа, а Вена из клана Ву?

Сложно сказать.

Я попытался выдохнуть весь воздух, который сдерживал в себе до этого момента, но Вена меня опередила.

— Ооох... — она присела, хватаясь за мой пояс дрожащими пальцами. — Вот чего ещё нам не хватало... Что младший сын клана Тсун забыл в городе...? Уггххх... Меня сейчас вырвет...

— Э-эй, ты в порядке? Вена Ву, возьми себя в руки!

— Тебе легко говорить... Терпеть не могу этого человека... Меня воротит от одного взгляда на его толстое тело...

— Серьёзно? Мне показалось, что всё время нашего разговора ты сохраняла полнейшее хладнокровие! Так круто!

— Не могу же я позволить клану Тсун увидеть мою слабость... Ох, мне очень не по себе в его присутствии...

— Но ты всё равно потрясающая! Как и следовало ожидать от женщины из клана Ву, — похвалил я её от всего сердца и восхищённо выдохнул.

— Ч-ч-ч-то это было за чудовище...?! — очнулась Юми.

— Просто ещё один клиент из Морихена. Мне жаль, что он вас побеспокоил, — ответил я.

Плечи Юми задрожали, и она уставилась на меня — похоже, она наконец-то полностью пришла чувства.

— Ты... не выглядишь особым силачом, но у тебя ведь кишка не тонка, а? Все эти оболтусы вокруг меня только и могли, что дрожать от страха.

— К-кто это дрожал от страха?! Ты на себя посмотри! Чуть не расплакалась! — вскочил с земли юнец и густо покраснел.

Остальные юноши из их компании тоже постепенно возвращались к реальности.

— Я видала его уже однажды! То ещё зрелище.

— Эй, если не съешь сейчас, то остынет! — улыбнувшись, попытался сменить тему я.

— А, ну да... — уставилась на меня Юми и откусила кусочек мяса.

И сразу же распахнула от удивления глаза.

— Ого, вкуснятина какая! Это действительно гиба?! Гораздо вкуснее, чем карон.

— Да, действительно. Рад, что тебе нравится.

— Ага... очень вкусно, — Юми застенчиво на меня посмотрела. — Эй... ты уж извини, что мы тут стояли и насмехались над твоим киоском...

— Хм? Да всё в порядке, я понимаю, что люди Геноса не зря испытывают такую ненависть к гибам. Но я рад, что ты смогла попробовать это блюдо, — я использовал этот шанс, чтобы подарить ей дружескую улыбку.

Юми внезапно мило улыбнулась в ответ.

До этого она вела себя так нахально, так что эта искренняя улыбка выглядела очень невинно.

— Эй, да чё с тобой такое?! Не флиртуй с мужиками из Морихена! Тебя похитят и утащат в лес! — набросился на неё юноша, который совсем недавно лежал на земле, но Юми окинула его хмурым взглядом в ответ.

— Ты совсем идиот? Прекрати болтать глупости. Я просто высказала своё личное мнение.

Она была права.

"Ты ведь слышала, Вена Ву?! Прекрати смотреть на меня таким ледяным взглядом!"

— Ну и чё? Вы будете покупать или где? Столько храбрились, что не боитесь ни гиб, ни морихенцев, а как подошли к киоску, так сразу портки намочили! Если вы такие трусы, то и хватит тогда притворяться крутыми, это выглядит тупо!

— А ну, повтори! Ты ведь сама только что смеялась и говорила: "Да как эти морихенцы вообще посмели открыть здесь свой киоск!"

— А я тогда не знала, что гиба такая вкусная... И я ненавижу не всех морихенцев, а только тех, кто нарушает законы! — Девушка украдкой взглянула на меня. — Может, это прозвучит грубо, но этот тощий паренёк не выглядит так, будто собирается нарушить какой-то закон. Чёрт возьми, да он даже не морихенец!

"Я что, действительно тощий?" — огорчился я, но выдавил из себя улыбку в ответ.

— В Морихене живут самые разные люди. Некоторые свирепые, некоторые вежливые и добрые. Тех, кто запугивает городских жителей, явно меньше всего.

— Н-но кто же тогда был этот монстр?! Он ведь точно морихенец!

"Даже для Морихена он уникальное существо" — собрался было ответить я, но меня прервали.

— О чём сыр-бор? Эй, если вы не клиенты этого парнишки, то выметайтесь отсюда! Я не позволю вам мешать его бизнесу.

Это был довольно свирепого вида парень из народа джагал.

— А у т-тебя чё за проблемы?! Не твоё дело, сам вали отсюда!

— Не переводи стрелки. Если не покупаешь, угрёбывай, — мужчина-джагал повернулся ко мне и расцвёл в улыбке. — Отлично, вы ещё не закрылись! А я всё утро вкалывал, как проклятый. Думал, не успею!

— Спасибо за визит. Ещё осталось около десятка порций. Если сегодня продам все, то завтра открою ещё один киоск.

Я вспомнил этого человека, он тоже был здесь вчера рано утром. Тогда у него было довольно суровое лицо, но сейчас он радостно улыбался.

— Полдень уже скоро! Десять тебе точно на всех не хватит. Значит, второй киоск, говоришь? Многие будут рады об этом услышать.

— Сегодня у нас в меню новое блюдо. Вот, попробуйте образец, если хотите.

Я воткнул в один из образцов зубочистку, но мужчина лишь отмахнулся:

— Не нужно, не нужно, я уже всё понял по запаху. Сделай мне один. Сколько с меня?

— Две красные медные плитки.

— Ого, так дёшево?! Ну, мне же лучше. Другие киоски такими темпами скоро разорятся, хе-хе, — засмеялся он, а затем повернулся к группе молодёжи. — Эй, вы там! Слишком напуганы, чтобы есть гибу? Чего тогда тут толпитесь? Возвращайтесь к своим мамочкам и попросите их подгореть вам молочка.

— С-слышь, чужестранец, не смей смотреть на меня свысока! Я ведь уже сказал, что ничего не боюсь!

— Да если бы не чужестранцы, твой город бы давным-давно пошёл по миру! Не будь нас, кому бы вы продавали свои товары? Да вы и все явно не отсюда, не так ли? — нетерпеливо ответил мужчина-джагал и помахал рукой так, словно прогонял назойливую муху. — Без разницы. Если жители Запада такие трусы, что боятся есть гибу, то мы сами её съедим. Эй, братишка, поторопись, я уже устал ждать!

— Да, спасибо за заказ!

Я просто ждал, когда котелок нагреется, их разговор совсем не отвлекал меня от дела.

Долго ждать не пришлось. И как раз когда я добавлял в блюдо нарезанную кубиками арию... Один из юношей выложил на прилавок свои медные плитки.

— Эй! Я тоже хочу! Вовсе я не боюсь никакой гибы!

Вперёд робко вышел ещё один из его друзей, достал свои медные плитки и неуверенно посмотрел на меня, как будто не решаясь заговорить.

— Хмпф, я заказал первым, — грозно взглянул на него мужчина-джагал.

— Всё в порядке, я сделаю три порции сразу. Просто немного подождите.

— Ах... а я ещё одну хочу, — Юми уже доела и снова протягивала мне медные плитки.

— Эй, ты чего удумала? Думаешь, теперь этот морихенец по уши в тебя втрескается?!

— Нет, балда! Я для матери возьму. Не буду говорить ей, что эта гиба, пока она не съест. Посмотрю потом на её лицо, хах!

Похоже, эта девушка замыслила нечто злодейское.

Она и выглядело-то как самая настоящая хулиганка, но поступила очень заботливо, купив такую лёгкую еду для своей матери.

— Благодарим за покупку!

Я добавил в котелок ещё четыре порции арии.

Пока я занимался мясом, юнец, который до этого мялся, всё никак не решаясь заговорить, тихо обратился ко мне:

— Я видал этого жирдяя здесь раньше. Он раз в месяц появляется в городе, чтобы накупить себе еды... Если она ему не нравится, он просто громит киоски.

— К-куда же смотрит стража?

— Вот и мне интересно. Но людей из замка не волнуют проблемы простых людей. Им главное, чтобы гибы не разоряли фермы. Поэтому они не хотят злить морихенцев, — злобно процедил юнец и окинул Вену и меня взглядом. — Я этих ваших гиб не боюсь, но пока морихенцы безнаказанно нарушают закон, жители Геноса никогда вас не примут.

— ...Спасибо, я буду иметь это в виду.

Несмотря на всё сказанное, он сделал заказ.

Мои возможности были ограничены, поэтому я никак не мог помочь призвать клан Тсун к ответу... но я мог сражаться по-своему.

Я выдал три порции юноше с запада и одну порцию южанину, и у меня осталось 11.

Солнце стояло уже довольно высоко, и на улице заметно прибавилось народу. Других жителей запада, желающих зайти к нам, не обнаружилось, но мы всё равно распродались до полудня.

В Почтовом городе бизнес можно считать хорошим при средних продажах от 20 до 50 порций за день. Мы же умудрились повысить этот показатель до 70 всего за два с половиной часа.

И только десять процентов клиентов были людьми с запада.

Визит Миды Тсуна оказался неожиданным, но не смог испортить моего отличного настроения.

— А завтра у нас будет ещё один киоск, — сказал я Вене, когда мы занимались уборкой.

Она угрюмо ответила:

— Да... но я беспокоюсь о младшем сыне клана Тсун... Асута, сохраняй осторожность и не нарвись на неприятности, хорошо...?

— Неприятности? От него?

— Да... Этот идиот способен на что угодно...

— ...Случись что, я просто от него сбегу. К счастью, он не выглядит как заправский спринтер.

— Да. Если он пристанет к тебе на пути домой, просто убегай... А я постараюсь как-нибудь сама дотащить вещи домой...

Мы должны были заранее приготовиться к такой ситуации.

Но этот Мида Тсун, похоже, не питал особого уважения к силе клана Ву. Вполне возможно даже, что он понятия не имел о том, что Вена из клана Ву.

— Эхх, как же мерзко... Терпеть не могу его детское лицо и голос... Асута, ты знаешь, сколько ему лет...?

— Даже и знать этого не хочу!

— Вообще-то он моложе Лудо...

— Не говори мне об этом!

Я почувствовал, как у меня по спине пробежал холодок.

Что-то во всей этой ситуации мне очень не нравилось... Скорее всего, дело было в Тай Тсуне. Этот человек пугал меня точно так же, как и Мида Тсун, если не больше.

— С завтрашнего дня нам нужно быть осторожнее...

— Ты права.

Открытие киоска в городе — беспрецедентное для Морихена событие. Не думаю, что клан Тсун будет и дальше нас игнорировать. От них можно было ожидать чего угодно, поэтому нам нужно было постоянно оставаться начеку.

Это сражение напоминало хождение по тонкому льду, один неосторожный шаг — и мы пропали.

Придя к таким выводам, мы с Веной вытолкнули тележку на мощеную, переполненную людьми дорогу, и отправились в обратный путь.

Часть 4

Когда мы с Веной Ву вернулись в дом Фа, то в дверях столкнулись с Ай Фа.

До заката оставалось ещё два часа. Киоск был открыт только до полудня, нам нужно было подготовиться к завтрашней работе, поэтому до дома мы добрались только сейчас.

Ай Фа же вернулась сегодня пораньше, у неё на плече была туша 50-килограммового гибы, а у нас с Веной Ву в руках тяжёлый котёл — эта сцена, должно быть, выглядела забавной для стороннего наблюдателя.

— Отлично, ты благополучно вернулась домой!

— Как и вы... Старшая сестра клана Ву, спасибо за твой тяжёлый труд.

— Ах, да, конечно... Ай Фа, ты поймала эту гибу на охоте...?

— ...С чего бы ещё мне тащить её домой? — немного удивившись ответила Ай Фа и быстро подошла к двери. Здоровенная туша на её плече казалась невероятно тяжёлой. — Мне нужно снять шкуру, так что я буду позади дома.

— Понял, тогда я займусь готовкой ужина и заодно подготовлю всё необходимое к завтрашнему дню.

— Ладно.

Сегодня я купил довольно много вещей, и Вена Ву помогла мне их донести.

С прогнозируемым увеличением продаж, количество ингредиентов, которое мы должны были доставить из Почтового города, также увеличилось. Бутылки с фруктовым вином и лопухообразный гиго были особенно тяжёлыми, да и на обратном пути в город наша ноша легче не станет.

Я достал из котелка всё, что там лежало, поставил это перед дверью, выдохнул, а затем повернулся к Вене:

— Спасибо тебе за сегодня. Буду рассчитывать на твою помощь и завтра!

— Да... — Вена низко опустила голову и казалась обеспокоенной.

— В чём дело? Тебя что-то беспокоит?

— Нет, это не имеет ничего общего с работой... Я просто подумала, что Ай Фа действительно привыкла делать всё по-своему...

— Э? В-в смысле?

— Тот факт, что женщина может поймать на охоте такую огромную гибу, просто в голове не укладывается... — вздохнула Вена. — Асута, ты говорил, что не можешь себе представить, что Ай Фа вообще когда-нибудь выйдет замуж за кого-либо, и я теперь понимаю, почему ты так думаешь... Она очень необычная женщина, но лучше всего подходит на роль жениха, чем на роль невесты....

У Вены действительно богатое воображение.

Ай Фа была круче любого мужчины. Но, несмотря на своё мужественное поведение, она время от времени демонстрирует свою девчачью сторону... И лучше эту мысль дальше не развивать, так безопаснее.

— Ну, тогда мне пора... Увидимся завтра...?

— Хорошо, ещё раз спасибо!

Я вошел в дом, на всякий случай проверил кладовку на предмет людей и отнёс продукты туда.

Сегодня я вернулся довольно поздно, но утром я уже позаботился о пойтане на ужин. Первым делом я решил заняться арией для мясных котлет. Пока я доставал из сумки разделочную доску и нож Сантоку, вернулась Ай Фа.

— Хм-м? В чём дело?

— Я ещё не переоделась с охоты. Мне нужно снять охотничью одежду, чтобы не испачкать её кровью.

Под "охотничьей одеждой" она понимала свою накидку из шкуры гибы.

— Понятно, давай я помогу.

— Не надо. Гибу я уже повесила куда надо, поэтому хочу немного отдохнуть. Всё равно до темноты ещё есть время.

— Ладно, тогда отдыхай.

Пока Ай Фа ослабляла перевязь на обуви, я достал из кладовки арию.

— Ты сегодня поздно вернулся... Так и планировал?

— Хм-м? Да, было много дел.

— В конце концов, 70 порций быстро не продашь.

— А, да дело не в этом. Я же вчера говорил, что собираюсь добавить ещё один киоск. Поэтому я сходил в деревню клана Ву, чтобы обсудить планы.

Ай Фа повесила накидку на стену, глотнула воды из фляги, и села рядом с очагом, недоверчиво на меня покосившись.

— Ну и как сегодня всё прошло?

— Мы продали всё, что было сразу после полудня... О, верно, младший сын клана Тсун, Мида Тсун, и человек по имени Тай Тсун сегодня к нам заходили.

— Чего? — напряглась Ай Фа.

— Я расскажу детали позже. Наверное, в их визите нет ничего хорошего — эти люди из клана Тсун действительно проблематичны.

— Если глава клана испорчен, весь клан гниёт вместе с ним... Здорово, что с тобой всё в порядке, — строго кивнула Ай Фа, а затем вопросительно наклонила голову. — Кстати, ты сказал, что закрылся в полдень?

— Хм-м? Ну да, сразу после полудня.

— Ты так быстро распродался?

— Да. Большинство клиентов были южанами и восточными жителями, но три проходивших мимо  человека с запада тоже сделали у нас заказ! — повернулся я к Ай Фа с улыбкой и обнаружил, что она, слегка согнувшись в талии, тянется ко мне правой рукой. Она замерла в этом странном положении.

— Эй... в чём дело?

— Ни в чём. Мне просто захотелось схватить тебя за голову, — серьёзно ответила Ай Фа, а затем медленно опустила правую руку. — Пронесло.

Понимаю.

Но на самом деле, я бы особо не возражал.

Будь это объятия, у меня бы голова пошла кругом, но в поглаживании по голове нет ничего страшного — это лишь немного смущает.

И вообще, почему она описала это глаголом «схватить»?

— Завтра у меня будут новые помощники. Так что всего нас будет четверо. Лала Ву и Шела Ву будут помогать мне.

— Шела Ву?

— Старшая сестра Шина Ву. Ну, мы встречали её на кухне во время свадьбы дома Лутимов. Ты её не помнишь?

— А... эта кокетка с тёмными волосами.

«Кокетка» совсем не похоже на слово, которое стала бы использовать Ай Фа.

— Она действительно очаровательна, да?

— Э-э-э?!

— Её тело немного слабое, но мужчинам ведь нравятся такие нежные девушки, верно?

Ты даже комментарии отпускаешь с точки зрения парня.

Впрочем, я был бы ещё сильнее потрясён, если бы она вдруг начала рассказывать мне о своём идеальном типе мужчин.

— Хмм, у неё отличные кулинарные навыки, это мне очень поможет. Я с нетерпением жду завтрашнего дня.

— .......

— Хм-м? Что это с тобой?

— У тебя совсем не такой печальный взгляд, как вчера. В нём появилась сила.

— Не вспоминай о том, что произошло вчера, пожалуйста, я тогда просто сильно устал, — криво улыбнулся я и почесал голову.

В следующий момент Ай Фа внезапно опустился на колени передо мной.

Её лицо быстро приблизилось к моему и замерло.

— Э-эй, в чём дело?

— Ни в чём, я чуть было опять не обняла твою голову, — серьёзно кивнул Ай Фа. — Пронесло.

Понимаю.

Она это серьёзно или прикалывается?

Думаю, всё-таки первое.

— Не волнуйся, в следующий раз я буду осторожнее.

"Да вовсе я не волнуюсь" — вздохнул я про себя.

Похоже, нас впереди ждёт ещё долгий путь, прежде чем мы сможем по-настоящему понять друг друга.

Ай Фа находилась так близко, что я опять почувствовал её аромат.

— Хмм... Это запах фруктов, привлекающих гибу?

В следующее мгновение щёки Ай Фа покраснели.

— Асута, сколько можно повторять...

— Нет, ты неправильно меня поняла! Ты ведь используешь жертвенный стиль охоты, верно?

Ай Фа надулась с по-прежнему красным лицом.

— Нет, я просто кладу его в ловушки, которые устанавливаю. У этого фрукта очень сильный запах, может я слегка в нём и испачкалась.

— Ясненько... Но сейчас, когда гиб стало меньше, ты можешь перестать использовать эти фрукты, верно? Мы ведь уже договорились, что если у нас закончится мясо, клан Ву отдаст нам своё. Ты уже и так более чем достаточно выполняешь свой охотничий долг.

Гибы уже уничтожили еду в этом регионе и начали двигаться на юг. Несмотря на это, Ай Фа продолжала ходить на охоту каждые два дня. Сегодняшняя гиба даже была второй подряд за эти пару дней.

Чем больше гиб охотники добывают — тем меньше ущерб фермерским хозяйствам на западе. Говорят, что охотник выполнил свой долг, когда получил достаточно клыков и рогов, чтобы их семья выжила. Клан Ву и дом Лутим также следовали этому принципу и точно подсчитали, сколько гиб в день им нужно.

В доме Фа было всего два человека, так что одной гибы каждые пять дней было бы вполне достаточно. Однако за последние двенадцать дней Ай Фа сильно превысила этот лимит. Ей не нужно было использовать такие опасные фрукты, привлекающие своим запахом дикого зверя...

Ай Фа всё ещё недовольно дулась.

— Я ведь уже сказала, что не использую жертвенный стиль. Я этот фрукт использовала и до того, как тебя встретила. Так что хватит жаловаться!

— Я не жалуюсь... В клане Ву мне сказали, что Дарум получил серьёзную травму и какое-то время не сможет ходить в лес.

— ...И что с того?

— Ну, я имею в виду... Я беспокоюсь о том, что и ты тоже можешь пораниться.

— Хмпф! — Ай Фа отвернулась в сторону и зыркнула меня искоса.

— Вот когда я действительно поранюсь, тогда и жалуйся.

— Но...

— До встречи с тобой я часто получала травмы. Бывали времена, когда я не могла пойти в лес целыми днями... Обязанность охотника — выживать и охотиться. Не поучай меня, я не собираюсь так просто расставаться с жизнью.

— Хорошо. — Я мог только кивнуть в согласии. — Я понял. Это моя вина, что мне не хватает решимости.

— ...Ты моя семья, конечно же, ты беспокоишься! Я не собираюсь винить тебя за такие мелочи. — В тоне её голоса появилась нежность, а глаза ярко сверкнули. — Но перестань постоянно говорить о моём запахе. Мне от этого неловко.

— Так вот, что тебя беспокоит. — Я не смог сдержать ироничную улыбку. — Я просто слегка удивился, почувствовав этот запах. Уверен, что если ты почувствуешь от меня какой-нибудь странный запах, тоже не сможешь сдержать любопытство.

— ...Я не обращаю внимания на запахи других людей.

— Да и я тоже... Но этот фрукт такой пахучий, что я не мог не заметить.

— Я только что тебе сказала! Хватит говорить об этом! — Ай Фа протянул руку и схватил меня. Её лицо было красным от смущения. — Я ведь специально стараюсь вести себя осторожно в словах и действиях, так почему ты не поступаешь так же?! Тебе нравится видеть меня несчастной!

— Н-нет, совсем нет! Это ведь просто запах фруктов! Ты слишком остро реагируешь!

Я поднял руки в знак капитуляции.

Ай Фа схватил меня за шиворот и тихим голосом сказала:

— ...Ты самый настоящий хитрец.

— Хитрец?

— Ты всегда делаешь то, что хочешь, так почему я должна сдерживаться?

— С-сдерживаться?! Ты имеешь в виду, что тебе хочется погладить меня по голове и... Тебе не нужно...

— ...Тогда и я могу делать то, что хочу?

А? Что это значит? Она собирается крепко меня обнять?

— Н-ну, если тебе так сильно хочется, то поступай, как знаешь...

Наш разговор принял какой-то странный оборот.

Если бы я услышал его как сторонний наблюдатель, то точно бы над нами посмеялся.

— ...Хмпф!

Ай Фа отпустила мой шиворот.

Она собиралась меня обнять?

Нет, Ай Фа величественно поднялась на ноги с красным лицом.

— Я не такая, как ты! Ты — неразумный дурак, а я собираюсь следовать своим собственным принципам до самого конца.

Она слишком преувеличивала.

— Мне очень жаль. Я буду более осторожен в будущем и не заставлю тебя чувствовать неловкость...

Мы должны положить конец этой бессмысленной ссоре и приняться наконец-то за работу.

— Хмпф! — фыркнула Ай Фа и пошла к выходу. — Что сегодня на ужин?

— А что бы тебе хотелось?

Ай Фа внезапно затормозила.

Через некоторое время она самодовольно ответила: «Бифштекс».

Похоже, она была очень довольна собой, что не дала ответ моментально. Впрочем, от этого его суть не изменилась.

— Отличная идея! Давненько его у нас не было.

— Точно.

Ай Фа начала обуваться.

А я мог наконец вернуться к разделочной доске и начать работу.

Хмм, чем я там собирался заняться?.. А, точно, нужно подготовить котлеты для гиба-бургера. И нарезать кубиками арию. Если начать всё прямо сейчас, то я успею закончить как раз к ужину.

Я достал из белых ножен свой нож Сантоку, и уже было приготовился приступить к готовке...

Как в следующий момент кто-то крепко обнял меня сзади.

Моего уха коснулись мягкие и шелковистые волосы.

Я чуть не вскрикнул от неожиданности, но меня почти сразу же отпустили.

Прикосновение её тёплого тела было очень приятным.

— Дуралей, никогда не теряй бдительности! — весело рассмеялась Ай Фа. — Иначе в следующий раз я снова заставлю чувствовать себя неловко, как и ты меня!

Нет.

Дорогая глава дома, в этом вы совершенно ошибаетесь.

Я слабо опёрся руками о пол. Путь к взаимопониманию был не просто долгим, а ещё и очень тернистым.

Глава 2: День пятый - Целая прорва покупателей

Глава 2

День пятый — Целая прорва покупателей

Часть 1

Шёл пятый день с момента открытия киоска. Как и планировалось, сегодня я арендовал ещё один.

Однако когда мы заняли место и начали подготавливать всё необходимое к открытию, Лала и Шела всё ещё не появились.

— Опаздывают... Если они не поторопятся, здесь опять невесть что начнёт твориться.

Вокруг киоска собралась толпа ещё больше вчерашней. Даже стражники пришли — с копьями наперевес и встревоженными лицами.

Я бросил взгляд на пустой киоск рядом и занялся нарезкой тино для гиба-бургеров.

Чтобы готовить два разных блюда одновременно, я позаимствовал у клана Ву ещё один котелок. Я также попросил Шелу заранее поджарить пойтан для мяса в мьям-соусе. Да и котелок второй был у них, поэтому мы никак не могли открыть второй киоск до их прихода.

Кроме того, девушка не нужно было делать крюк, заходя в дом Фа, поэтому они могли сэкономить два часа туда и обратно, используя это время для заготовки дров и жарки пойтана.

Благодаря этому, на сегодняшний день было запланировано 60 гиба-бургеров и столько же мяса в мьям-соусе — всего 120 порций.

Это было огромное количество, поэтому я не думал, что мы сможем продать их всех. Тем не менее, мы могли наконец остаться в Почтовом городе до времени запланированного закрытия.

Сколько же порций мы продадим за пять часов? Одна только мысль об этом заставляла меня дрожать от волнения.

— ...Если продадим всё, выйдет 240 медных плиток дохода... Сколько это в клыках и рогах?

— Ровно 20 клыков и рогов взрослой гибы. С вычетом затрат получится 150 медных плиток, что равняется стоимости клыков и рогов с 13 гиб.

Я уже провёл все необходимые расчёты.

С другой стороны, если бы я не смог продать ни одной порции, наши потери были бы равны 7 гибам. Мне также стоило посчитать и возможные убытки.

— Это же целых 13 гиб в день... Просто невероятно...

— Не думаю, что мы сможем распродать всё это всего лишь за день.

— В самом деле...? А я вот думаю, что сможем...

Занимаясь приготовлениями, мы перебрасывались репликами.

В этот момент в толпе раздался чей-то энергичный голос:

— Извините, дайте пройти!

Подкрепление прибыло.

— Простите, что заставили ждать! Мы ведь не сильно опоздали?

Третья дочь клана Ву Лала предстала перед нами. Как обычно, она подвязала свои ярко-рыжие волосы в хвост.

— Всё в порядке, это просто мы прибыли слишком рано. Давайте с завтрашнего дня встречаться возле гостиницы, — улыбнулся я.

— Ладно, как скажешь... Слушай, этот котёл очень тяжёлый, куда его поставить?

— Вот сюда, спасибо. Шела Ву, спасибо и тебе за помощь!

— Всё в порядке, мне не слишком тяжело, — спокойно улыбнулась Шела.

Она тоже подвязала свои тёмно-каштановые волосы сзади и выглядела исключительно изящно, по сравнению с остальными морихенками.

Они обернули поджаренный пойтан тканью, а затем положили его в котелок со связкой дров, которые собрала Лала.

Шела — довольно хрупкая девушка, но она всё равно умудрилась донести такую тяжесть. Видимо, невероятная сила жителей Морихена не обошла стороной и её.

Кстати, на обеих девушках были вуали и платки, которые они обычно одевают для визита в город. На талии Шелы была яркая красивая юбка, прикрывающая её ноги до самых лодыжек. Она очень шла её изящному лицу.

— Отлично, вчера я вам всё более или мене объяснил, поэтому действуем по плану: Вена Ву и Шела Ву занимаются киоском с гиба-бургерами, а мы с Лалой Ву отвечаем за киоск с мясом в мьям-соусе.

«Хорошо~», «Да!», «Поняла», — одна за другой ответила эта троица.

Перед киоском уже собралась огромная толпа, но ни Лала, ни Шела, впервые вставшие за прилавок, не выглядели взволнованными. Похоже, морихенцы привыкли к пристальным взглядам горожан.

Дожидаясь, когда котелок нагреется, мы с Шелой занялись шинковкой овощей — каждый в своём киоске. Вчера после закрытия я зашёл к клану Ву, чтобы подробно объяснить все необходимые процедуры — и, похоже, оба новобранца усвоили всё как следует.

— Короче говоря,  я буду готовить блюдо. Лала Ву, ты помнишь, что нужно делать с едой после того, как я с ней закончу?

— Конечно, помню! И если сестрица Вена может с этим справиться, за меня можешь не волноваться.

Я растерялся, не зная, что на это ответить.

Ради репутации Вены стоило возразить, что она совсем не неуклюжая. Может быть, она иногда и сжигала мясо дома, заботясь об очаге, но с тех пор, как начала работать в киоске, ещё не совершила ни одной ошибки.

— Вы только гляньте на эту толпу! Да с них можно запросто стрясти больше сотни медных плиток, — бесстрашно оглядела Лала толпу клиентов.

На третий день у нас было всего двадцать посетителей. Вчера — 30 с лишним. И вот сегодня, день пятый... я уже видел вокруг более 40 человек. Люди Сему тихо стояли с одной стороны, люди Джагал — шумели с другой. Случись мимо пройти кому не в теме, он бы определённо решил, что здесь затевается бунт.

— Почти готово.

Я бросил нарезанную кубиками арию в горячий котелок.

Люди Джагал мгновенное пришли в возбуждение. И когда спустя несколько секунд я добавил туда ещё 3 кг мясо, звук, который они издали, ничем не отличался от аплодисментов.

— Уууу, пахнет-то как! Значит, это мьям?

— Да. Этот ингредиент не особо дорогой, в следующий раз вы можете попробовать купить его для клана Ву, — сказал я с улыбкой Лале, продолжая помешивать лопаткой мясо и арию, чтобы они не подгорели.

Голубые глаза Лалы моргнули.

— Асута... ты выглядишь каким-то довольным.

— Ээ?! Д-думаешь?

— Да. Ты всегда выглядишь счастливым, когда готовишь. Но я в первый раз вижу у тебя такое довольное выражение на лице, — весело улыбнулась Лала.

Эта девушка была весьма чувствительной и наблюдательной. Мне стало немного неловко, когда я услышал её слова.

На пятый день открытия я наконец-то смог наслаждаться ситуацией, в которой очутился. Вчера я просто хотел избежать каких-либо неприятностей, поэтому моя нервозность намного перевесила счастье.

Думая об этом, я перешёл в последнюю атаку и добавил в котелок мьям. По воздуху поплыл сногсшибательный аромат, сдобренный фруктовым вином, и люди Джагал взбодрились ещё сильнее.

— Эй, долго ещё?! Тут люди волнуются! — подбежал один из стражников в панике.

— Да, пожалуйста, подождите ещё немного. Пора попросить их встать в очередь, — улыбнулся в ответ я.

Я его панику не разделял. Люди Джагал могут быть шумными, но они никогда не выходят за рамки приличий и не насмехаются над людьми Сему.

Суматоха два дня назад произошла только потому, что мы полностью распродались, и они расстроились, когда увидели, что группа из людей Сему покупает больше еды, чем они.

Люди Джагал отличались прямолинейными характерами. Да и сейчас, невзирая на возраст, у них на лицах играли весёлые улыбки.

Я не мог не чувствовать себя счастливым, видя их радостные лица.

Я повернулся к киоску, ответственному за гиба-бургеры.

— Вена Ву, вы готовы?

— Да...

— Хорошо, тогда открываемся! Пожалуйста, по пять заказов за раз!

Чтобы не действовать на нервы страже, я решил принимать несколько заказов сразу.

Люди Джагал тут же выстроились в ровную очередь.

— Лала Ву, принимай деньги и выдавай заказы.

— Ладно!

Я начал заворачивать кусочки тино и тушёное мясо в пойтан и передавать их Лале один за другим.

За первыми пятью последовали ещё 5 Сему и ещё 5 Джагалов. В мгновение ока все 15 порций исчезли так, словно их никогда и не было.

— Извините, пожалуйста, подождите немного!

Я закинул в кипящий котелок новую партию мяса и арии, попутно наблюдая за ситуацией в соседнем киоске.

— Извините, пожалуйста, подождите немного... — весело сказала в этот момент Вена.

Они уже продали 20 порций.

В общей сложности выходило уже 35... Но людей словно меньше и не становилось!

— Шела Ву, ты как, справляешься?

— Да, всё хорошо...

Я попросил Шелу, у которой из всех девушек были наилучшие кулинарные навыки, приготовить дополнительный тарапа-соус.

Понаблюдав за её действиями, я убедился в том, что она делает всё в правильной последовательности.

В этот момент еда в котелке показала дно. Выложив остатки на тарелку, я позвал Вену:

— Вена Ву, давай поменяемся местами!

Я попросил её заняться мясом в мьям-соусе, а сам перешёл в киоск гиба-бургеров.

— Отлично справляетесь! Пока что никаких проблем.

Ярко-красный тарапа-соус побулькивал и выглядел очень аппетитно.

— Эй! — позвал меня один из клиентов, пока я сдабривал соус измельчённой каменной солью и листьями пико.

Это был один из архитекторов, молодой Джагал, который заходил к нам уже три дня подряд.

— Вы ещё не закончили?! Мы тут от голода помираем!

— Сожалею! Пожалуйста, подождите ещё немного! — склонил я голову в извинении, а затем достал из кожаного мешочка мясные котлеты и закинул её в тарапа-соус. Как только они немного потушатся, блюдо будет готово.

— Подумать только... Я слышала, что у тебя всё хорошо, но чтобы настолько... — шепнула мне Шела. — Асута, спасибо за шанс поработать тут! Я могу облегчить часть бремени Шина Ву, заработав эти медные плитки.

— Благодари не меня, а Мию Лей Ву и Донду Ву — это они отправили тебя мне на подмогу. Я ведь только просил в помощницы женщину, искусную в хранении очага!

Шела была одной из лучших кулинарных мастериц деревни клана Ву. И это не просто комплимент. Я думаю, только Рейна и Мама Мия Лей могли с ней сравниться.

Как только я узнал, что она присоединится к нашему составу, у меня в душе затеплилась надежда, что когда-нибудь в будущем клан Ву сможет управлять своим собственным киоском.

И тогда клану Ву и дом Фа смогли бы получать равную прибыль. Я платил девушкам только лишь 6 медных плиток, что заставляло чувствовать меня слегка неуютно.

Впрочем, за ними всё равно пришлось бы приглядывать несколько месяцев.

Пока я думал об этом, мясные котлеты приготовились. Я пробормотал: «Наконец-то!» и снова повернулся к Вене.

— Вена Ву, оставляю тут всё на тебя...! Извините за ожидание! Следующий!

Я вернулся к киоску с мясом в мьям-соусе.

Толпа перед ним постепенно начала редеть.

— Лала Ву, поможешь?

— Ладно. И будь уверен, я сделаю это лучше, чем сестрица Вена!

Эта девушка из клана Ву не проявляла в своих словах ни малейшей пощады.

Но на неё можно было положиться.

— Хорошо, тогда я займусь дополнительными порциями.

По моим прикидкам ещё около 10 человек стояли в очереди. Клиенты, которые уже закупились, стояли позади, наслаждаясь едой. Вокруг всё равно было очень людно.

Да и темпы продажи... 30 порций мяса в мьям-соусе за одно утро?! Кажется, мы набираем популярность.

Поскольку на приготовление одного гиба-бургера требовалось больше времени, клиенты, которые не могли ждать, переключились на мясо в мьям-соусе, что привело к росту его продаж.

Из 60 запланированных порций половина уже разлетелась. Я только что приготовил ещё 20 гиба-бургеров, и клиенты точно раскупят их все очень быстро.

В общем, продажи радовали.

Но впереди ещё целых 5 часов!

При мысли об этом я почувствовал озноб.

— Братик Асута, я хочу два!

Из толпы высунулась голова карамельного цвета. Наш маленький постоянный клиент — Тара тоже была здесь.

— Спасибо, что приходишь каждый день! Сегодня берёшь только два?

— Да! Это для дядей торговцев одеждой и котелками! А Тара хочет гиба-бургер!

— А твой отец?

Тара помрачнела.

— Папа сказал, что не хочет. У него с самого утра плохое настроение.

— Хм? Он плохо себя чувствует?

— Не знаю! Говорит, что к завтрашнему дню вернётся в норму...

Пока Тара смотрела вниз с угрюмым лицом, я сунул мясо в мьям-соусе, которое только что приготовил, ей под нос.

— Вот, держи! С тебя четыре медные плитки.

— О, спасибо...! Ах, и приятно с вами познакомиться!

— Хм-м? А? Да, мне тоже...

Тара улыбнулась, увидев шокированное выражение лица Лалы.

Страх Тары по отношению к обитателям Морихена, казалось, медленно угасал. К счастью, её не было вчера, когда к нам заходил Мида Тсун.

— Тара, я зайду к вам за овощами попозже. Пожалуйста, передай папе привет.

— Ага! Увидимся!

Тара быстро убежала.

Следующим клиентом был архитектор Арудас.

— Здаров! Я вчера немного проспал... О, а сегодня что-то новенькое?

— О, приветствую! Хотите попробовать образец?

Кстати говоря, ещё никто из покупателей не позарился на пробные образцы — все покупали мясо в мьям-соусе напрямую.

— Мне нужно. А вот им может захотеться, — повернулся Арудас и поманил пальцем четырёх мужчин-джагалов с угрюмыми лицами.

Каждый день приходило столько разных людей, что каждого в лицо я запомнить просто не мог, но крепкий и пожилой Джагал, стоящий во главе этой маленькой группы, произвёл на меня глубокое впечатление.

Он был у архитекторов боссом, и они называли его "папаша".

И на второй день открытия киоска он бурно раскритиковал мои гиба-бургеры.

— ...Благодарим за визит!

— Хмпф, если бы Арудас не умолял меня, я бы в жизни сюда не пришёл! Неважно, сколько ты сыпешь в неё приправ — гиба остаётся гибой! И зачем я вообще попёрся так далеко? Столько мучений и ради чего?!

Он был скор на расправу, как и в прошлый раз, и тараторил как пулемёт.

Папаша огляделся вокруг с хитрым блеском в глазах.

— Подумать только, в мире полно простофиль, которые ничего не знают о вкусе. Ну нравится вам гиба — идите себе в лес и охотьтесь там на неё сколько влезет! Эх, ладно, что-то я проголодался. Давай побыстрее покончим с этим издевательством, чтобы я смог съесть что-нибудь человеческое вроде карона!

— Хорошо! Пожалуйста, подождите секунду!

Я достал тарелку с пробниками из сумки и выложил на неё немного дымящегося мяса. Воткнув в каждый кусочек по зубочистке, я вручил её им.

— Хм! — хмыкнул папаша и потянулся за одной.

Я искоса поглядывал, наблюдая за его реакцией, пока готовил нормальную порцию мяса в мьям-соусе для Арудаса. Лала не знала, что произошло до этого, поэтому могла только удивлённо наблюдать за происходящим.

Папаша положил мясо в рот.

Трое других с неохотой последовали его примеру.

— Ух, ну и вкуснятина! — воодушевился Арудас. — Не только аромат аппетитный, и на вкус — отпад! Я-то думал, ничто не сможет превзойти то мясо гибы с тарапой, но как же я ошибался!

— Спасибо! — поблагодарил его я, не отрываясь от работы, потому что за ними в очереди стояли ещё и люди Сему.

Я с тревогой наблюдал за папашей и его реакцией. Тот продолжал с угрюмым лицом сосредоточенно жевать.

— ..Как-то не очень, — пробормотал молодой Джагал рядом с ним.

У меня сердце ушло в пятки.

— Точно, гадость! — покачал головой другой пожилой мужчина-джагал.

Итак... им не понравилось.

Пока что они были единственными из людей Джагал, кому не понравился вкус моих блюд. Да и я не встречал среди них больше никого, у кого были бы проблемы с мясом гибы.

Конечно, моей целью не было влюбить их в мясо гибы несмотря ни на что, но благодаря их критике я смог улучшить следующее блюдо, «сделав приправу сильнее». Я был полон уверенности, что это новое блюдо поможет мне завоевать сердца западных жителей.

Ну, раз уж я не смог удовлетворить папашу, с этим ничего не поделаешь. Это было прискорбно, но не смертельно. Мне было немного грустно, но я не сожалел об этом. И как раз когда я собирался извиниться...

— С чего вдруг гадость-то? Это супер вкусно! — рассмеялся Арудас и с довольным видом откусил кусок мяса.

В этот момент пожилой человек, который все это время молчал, похлопал папашу по плечу с неловкой улыбкой:

— Брось, папаша! С этим ничего не поделаешь.

Папаша молчал.

Кстати, а не слишком ли долго он жуёт?

Он пытается показать, насколько жёсткое у гибы мясо?

А я-то надеялся, что он выскажется конкретнее.

Я немного высунулся из-за прилавка, и следующий в очереди парень-джагал передал мне медные плитки.

— В прошлый раз, когда я заходил, вы продавали какую-то ерунду. Но это блюдо кажется аппетитным! Мне одну порцию.

— Э...? А, конечно!

Я стремительно занялся подготовкой пойтана.

Что-то звякнуло, и ещё один мужчина-джагал выложил деньги на прилавок, со словами:

— В прошлый раз я обругал мясо гибы, но мне, если честно, тарапа просто не нравится. Само мясо-то было очень даже недурно!

— Б-благодарю!

Сделав ещё одну порцию мяса в мьям-соусе, я опять посмотрел на папашу.

Мужчина-джагал похлопал папашу по плечу, почесал голову толстыми пальцами и неловко улыбнулся:

— Всегда думал, что гибу есть невозможно! Но у того, что продаёшь ты, совсем нет зловония! Эй, это действительно гиба?

— Да. Части используемой гибы и приправы могут отличаться от гиба-бургера, но это определённо именно мясо гибы.

— Понятно. Совсем не похоже на карон и кимьюсу. Ладно! Я сдаюсь... Сделай-ка и мне полноценную порцию!

Как раз когда я собирался его поблагодарить...

— Эй, это ещё что за шутки? — яростный возглас папаши заглушил мой голос. Он широкими шагами подошёл ко мне и врезал по прилавку кулаком. — Эй, что, чёрт возьми, это такое?!

— Ч-что вы имеете в виду...?

— Вкус и текстура этого мяса полностью отличаются от тех, которые я пробовал в прошлый раз! Хочешь, чтобы я поверил, что это мясо гибы?!

Папаша вернулся к своей обычной громкости. Но его лицо было всё ещё угрюмым и выглядело абсолютно недовольным.

— Эм... гиба-бургер, который вы пробовали в прошлый раз, был приготовлен из мясного фарша, превращённого в котлеты. Конечно же, текстуры будут разными! Что касается приправ, то я замариновал мясо во фруктовом вине и соусе из мьяма, чтобы замаскировать специфичный вкус гибы перед тем, как жарить его, — ответил я папаше, готовя три порции сразу.

— Так это была сладость фруктового вина? Кстати говоря, а ведь в Геносе сахар стоит гораздо дороже соли, — вмешался ещё один пожилой мужчина-джагал. — Местная кухня, как правило, солёная. Твоя еда — это смесь сладости и солёности, неудивительно, что люди любят её так сильно! Ну, по крайней мере, мне-то уж точно нравится!

— Б-благодарю за похвалу!

Трио, исключая папашу, неловко улыбнулось. Их лицо, казалось, говорили: «Подумать только, я проиграл этому парню».

Что касается самого папаши — он продолжал стоять перед киоском с недовольным лицом.

— ...Папаша, не бузи! Если так и будешь там стоять, начнёшь всем мешать.

— Ах, да не волнуйтесь! Клиентов уже не так много осталось.

Пока что я не мог расширить меню, но если бы я выявил явные недостатки в уже существующих блюдах, я смог бы его улучшить. Я был бы счастлив выслушать папашу, если бы у него были какие-либо конкретные отзывы.

В этот момент Лала передала готовое мясо всем трём клиентам.

— Ах, это так вкусно!

— Да, это блюдо очень вкусное.

— Гиба удивительно хороша! Если дома расскажу, мне никто не поверит!

У трёх мужчин-джагалов на лицах сияли счастливые улыбки, как и у их товарищей, которые приходили раньше. Услышав их слова, папаша проворчал:

— ...А доказать можешь, что это гиба?

— Эээ?!

Я был потрясён.

— Ты не разделывал её у нас на глазах, так что и доказать не можешь, верно?

— Папаша, ты снова говоришь странные вещи! Ведь это точно не кимьюсу и карон, не так ли? — попытался с улыбкой угомонить его Арудас, но папаша отказался сдвинуться с места.

— Всё равно, это может быть совсем не гиба! В горах ведь ещё живут гизу и мунто, правильно я говорю?

Группа, которая с удовольствием поедала мясо в мьям-соусе позади папаши, загомонила: «Не вспоминай этих отвратительных животных, когда мы едим!».

— Точно, папаша! Ты сам подумай — ну как вообще их мясо может быть таким вкусным?

— А может, это змея мадарама или волк барб?!

— Эй… разве эти животные не людоеды? Если их мясо вкуснее гибы, разве это ещё более не невероятно? Папаша, то, что ты говоришь, не имеет смысла, — удивился Арудас.

— ...Ну, может и так, кхе-кхе... — пробормотал папаша капризным голосом.

Его зеленые глаза были полны разочарования, когда он смотрел в мою сторону.

— Значит, это всё-таки гиба?

— Да. То, что вы ели в прошлый раз, и мясо, которое было сегодня — всё это гиба, — подтвердил я.

Папаша глубоко вздохнул:

— ...Ладно, признаю — я был неправ.

— Хм?

— Я считал гибу отвратительной. Я ошибался! То, что я ел в прошлый раз, мне не понравилось, но сегодня... Это блюдо просто великолепно! Наверное, всё дело в твоём кулинарном мастерстве.

Возможно, он был прав, но я не понимал, почему он так расстроился.

— Сам-то я ведь люблю тонко нарезанное бёдрышко карон.

— Э? А, да.

— Ещё варёное мясо кимьюсу... Но жареное — лучше всего!

— Да...

— Гиба не так уж и плоха, но всё дело в том, как именно ты её готовишь! — папаша снова вздохнул, как будто это был конец света. — Но я на чём свет стоит поносил это мясо... теперь мне стыдно за свою отсталость.

— П-пожалуйста, не волнуйтесь вы так об этом!

Похоже, даже когда эмоциональные люди Джагал расстраиваются, они делают это от всей души.

Запаниковав, я принялся его утешать:

— Честно говоря, вначале я подумал о том, что гиба-бургер заинтересует горожан, как диковинка. Но быстро понял, что это блюдо не подходит для людей, которые впервые пробуют гибу. Я осознал свою ошибку только после того, как вы рассказали мне о его недостатках!

— Но...

— То же самое и с приправой! Кроме вас, никто больше не рассказывал мне о своих жалобах! Я воспринимаю ваши слова как добрые советы. — Я не знал, правильно ли я делал то, что делал, но не мог не высказать свои мысли. — Когда вам не понравился гиба-бургер, я сильно расстроился. И благодаря вам я сделал всё, что мог, чтобы придумать решение. Я действительно благодарен вам!

— Вот как... — тихо пробормотал папаша. — Теперь из-за тебя я чувствую себя ещё паршивей...

— Ой... Извините...

— Не извиняйся. Я признаю, что был неправ, но извиняться перед тобой не собираюсь!

Он осторожно постучал по прилавку.

Когда он убрал руку, я обнаружил на нём две красные медные плитки.

— И я готов платить за вкусную еду. Эй, вы, все! Хватит слоняться без дела, нам нужно работать! — высокомерно ухмыльнулся папаша и подмигнул мне.

Часть 2

Итак, ещё один бой был выигран.

Утренний час-пик прошёл, и мы не успели опомниться, как продали целых 34 порции гиба-бургеров и 37 порций мяса в мьям-соусе. На этот раз мы успели уложиться в полтора раза быстрее, чем вчера.

Обычно пятачок, на котором стоит наш киоск, немноголюден, но сегодня собравшаяся вокруг толпа побила все рекорды.

На углах стояли группки людей, о чём-то таинственно перешёптывающихся, стайка девчонок делала вид, что осматривает прилавок с аксессуарами в соседнем киоске, но сами то и дело бросали на нас любопытные взгляды. В центре дороги стоял мужчина средних лет и глаз с нас не сводил. Все они были западными жителями с желтовато-коричневой кожей или кожей цвета слоновой кости.

До вчерашнего дня зеваки сразу же расходились, как только у нас заканчивались клиенты. Но сегодня, похоже, они заинтересовались сильнее обычного. "Почему южане и люди с востока с таким удовольствием едят гибу?" — это было выше их разумения.

— Похоже, наконец-то можно ненадолго расслабиться~! Асута, а у нас сегодня ещё будут клиенты?

— Конечно, в полдень начинается следующий час-пик. Самое время, чтобы подзаработать деньжат.

Люди сегодня специально подходили пораньше, опасаясь того, что им ничего не достанется. Если мы будет оставаться открытыми вплоть до полудня, они перестанут так торопиться и собираться в большую очередь.

— Хмм~ Нужно было приготовить побольше! Подумать только, мы продали почти 40 порций мяса в мьям-соусе всего лишь за утро...

— А я что говорила...? Сегодня мы обязательно продадим всё! — сказала из соседнего киоска Вена с довольной улыбкой.

— Но заказы делают только южане и люди востока. Кроме той малявки не было никого из западных жителей. — Лала слегка возбуждённо подметала мощёный тротуар. — И чего они всё пялятся на нас, если не хотят ничего покупать? Это неприятно!

— Да ладно тебе. Им просто любопытно. Рано или поздно кто-нибудь из них захочет попробовать.

— Хмпф! — раздражённо фыркнула Лала в ответ.

— Раз уж клиентов всё равно пока нет, не хочешь попробовать, Шела Ву?

— Эхх... у меня аппетит разыгрался от одного запаха еды. Но разве не лучше оставить лишние порции горожанам?

— Это не лишние порции, а образцы, которые я подготовил и учёл. И ещё я пойтана поджарил специально на такой случай.

Я достал суконный мешочек и отвернул края.

— Ого, а это что? Такое маленькое!

— Это специальные пробники из пойтана.

Пробник был в два раза меньше, чем стандартный гиба-бургер — около 10 см в диаметре и тоньше. Для его приготовления я использовал всего лишь треть пойтана.

— Я сейчас всё сделаю. Пригляди пока за киоском.

Я достал из кожаного мешочка самую маленькую котлетку размером около 8 см. Мини-котлетка была толщиной всего около 2см и выглядела пухлой и аппетитной.

Разогрев её в котелке, я приготовил два мини гиба-бургера.

— Вот, готово! Вокруг столько любопытных, может быть, поешь снаружи киоска?

— Спасибо... Выглядит вкусно, — расплылась в улыбке Шела.

Я вернулся к киоску с мясом и передал образец Лале. Она счастливо рассмеялась, точь-в-точь как Лудо.

Когда обе девушки с довольным видом отошли чуть вправо от киосков, Вена печально на меня посмотрела.

— Не волнуйся, Вена Ву. Я о тебе не забыл. Просто подожди чуток, ведь я не могу отпустить вас троих одновременно!

— Эхх... а потом мне можно будет...?

— Конечно! Раз уж у меня появились помощницы, теперь я буду каждый день готовить для вас обед.

После того, как я ответил, Вена, стоявшая в двух метрах, протянула ко мне правую руку.

— ...Не дотягиваюсь...

Ну конечно не дотягиваешься, мы стоим слишком далеко друг от друга.

В последнее время у неё появилась странная привычка хвататься за мою одежду в моменты радости.

Я установил жаровню на положенное ей место и разогрел мясо с арией. Затем я достал небольшую лепёшку из пойтана и собрал мини-"мясо в мьям-соусе".

— Лала Ву, это твой первый рабочий день, поэтому я надеюсь, что ты сможешь попробовать оба блюда. Я надеюсь, ты ещё не наелась?

Услышав мой вопрос, Лала подбежала и весело похлопала меня по спине, со словами:

— Конечно нет!

Лала, вероятно, искренне полагала, что физический контакт — признак настоящей дружбы, но всё, что я чувствовал, это боль.

После этого мы с Веной пообедали, утолив утренний голод. За это время к нам зашёл всего один Джагал, чтобы купить мяса в мьям-соусе.

Те не менее, я стал подмечать, что на дороге вокруг становится всё больше и больше западных жителей. Правила Почтового города запрещают громко расхваливать свои товары или покидать киоск для рекламы, поэтому я задумался, каким ещё образом можно было бы завлечь к нам клиентов. И в этот момент на северной стороне дороги я заметил знакомую компанию.

Их было пятеро, и все они были в плащах. Четверо из них пошли к киоску с "гиба-бургерами", и только один остановился передо мной.

Он снял капюшон, и я признал в нём Шумимару из «Серебряной вазы».

— Асута, я сегодня припоздниться.

— Добро пожаловать! Вам мясо в мьям-соусе?

— Нет, сегодня, другое блюдо.

В таком случае, почему он подошёл сюда?

Когда я уже собирался спросить, он сказал:

— Асута, владелец киоска, поприветствовать.

Шумимару кивнул Лале, которою он встретил впервые, и его черные зрачки внезапно сосредоточились на столе, за которым я работал.

— ...Этот нож.

— Да?

— Форма незнакомая. С запада?

— Нет, это из моего родного города.

— Твой родной город, где он?

— ... В стране под названием Япония. Вряд ли вы о ней слышали.

— Япония, не знаю.

Пока мы разговаривали, Шумимару продолжал пристально смотреть на нож Сантоку.

— Этот нож, красивый. Можно посмотреть ближе?

— Э...?! Нет, это инструмент, которым я пользуюсь для приготовления еды, поэтому я не могу позволять любому клиенту к нему прикасаться.

— Нет, не трогать. Посмотреть?

Что это с ним?

Я не думал, что в Шумимару было что-то подозрительное. Но он был из людей Сему, чьи намерения было очень сложно прочитать, поэтому я всё ещё чувствовал себя немного неловко.

Поколебавшись пару секунд, я схватил чёрную рукоять, повернул нож кончиком вниз и поднял его перед собой.

Высокий Шумимару слегка наклонился и уставился на клинок.

— ...Красивый. Невероятное мастерство.

— Спасибо.

— Я знаю, ты им очень дорожишь. Отличные инструменты, если не дорожить, тупятся.

Я использовал все знания и опыт, которые у меня были, чтобы поддерживать его в приличном состоянии с помощью незнакомого точильного камня из этого мира. Тем не менее, это был нож моего отца — он аккуратно ухаживал за ним больше двадцати лет.

От слов Шумимару я почувствовал лёгкую ностальгию и положил Сантоку обратно на стол.

— Сталь, Джагал, известный! Джагалы производят много стали. Сему — мало.

— Да, я понимаю.

— Сему, сталь — драгоценность. Сталь — важна, — сказал Шумимару и достал из-под плаща свой клинок.

Это был длинный нож длиной 20 см в чёрных кожаных ножнах.  Длина клинка была аналогична ножу Сантоку, но была в два раза шире.  Ручка была сделана из чёрного дерева, и на ней были вырезаны узоры.

— Из-за того, что сталь драгоценна, кузнецы Сему вдыхать в клинки жизнь.

Независимо от того, как много стали в стране, профессия кузнеца — уважаема и необходима.

И его нож был действительно сделан мастерски.

— Мы, продавать ножи, в Геносе.

— Ах, значит, этот нож — ваш товар?

— Сталь, ножи Джагалов — известность. Но ножи Сему — совершенство.

Я не мог разгадать его эмоции полностью, но в том, что он говорил, чувствовался дух соперничества.

Шумимару беспокойно моргнул.

— Генос, большинство поваров пользоваться ножи Сему.

— Поваров...?

В этот момент я всё понял.

Я слышал, что в Почтовом городе не было профессиональных поваров. Их можно было найти только внутри каменных стен.

— Это кухонный нож?

— Да.

— Вы продаёте их в замковом городе Геноса?

— Да.

А ведь точно, компания Шумимару пришла с северной стороны, как и в первый день работы моего киоска.

Получается, они возвращались в Почтовый город из Каменной Столицы, которая как раз и находится на севере.

— ...За каменными стенами повара используют ножи, выкованные кузнецами Сему?

— Не все. Но многие.

— А можно я взгляну на этот нож?

Шумимару немного приподнял уголки губ.

— Я счастлив, ты спросил.

Он повернул рукоятку в мою сторону и подтолкнул нож ко мне по прилавку.

Какими бы ножами ни пользовались повара Почтового города, ко мне это не имело никакого отношения. Я был всего лишь начинающим поваром, и пока что не мог отличить хороший клинок от плохого.

Тем не менее, Шумимару достал этот нож после комплимента отцовскому ножу Сантоку, как будто это была гордость Сему. Я заинтриговал его, а ему в свою очередь удалось привлечь моё любопытство.

Затаив дыхание, я достал клинок из чёрных ножен. Нож оказался очень острым, с почти прямоугольным лезвием толщиной 8 см — тоньше обычных ножей для овощей. Кончик лезвия был слегка изогнут, и его форма напоминала кансайские ножи, которые я видел в своём мире.

Приглядевшись, я увидел гравировку в виде водоворота на боковой стороне серебристого лезвия. Дизайн был сложный и продуманный до мельчайших деталей. Проведя пальцем, я не почувствовал ни малейшей шероховатости. Это украшение никак не могло повлиять на точность среза пищи.

— ...Это нож для резки овощей?

— Да.

Одностороннее тонкое лезвие. Моё предположение оказалось правильным. Очень красивый нож. Рукоять, похожая на черное дерево, была гладкой и лёгкой в обращении.

— Пожалуйста, попробуй нарезать.

— Эээ? Разве это не ваш товар? Мне правда можно попробовать?

— Нет надреза — не узнать остроту.

По сравнению с едой, любая сталь в этом мире очень дорого стоила. Поэтому я не мог купить себе новый нож без каких-либо колебаний. Тем не менее, я очень хотел проверить остроту этого прекрасного клинка.

— Ну, тогда я попробую...

Я достал немного оставшегося тино, сложил листья пополам и начал их измельчать.

Острота была безупречна.

Я пробовал ножи клана Ву, когда хранил их очаг, и они вообще не шли ни в какое сравнение — по сравнению с этим слишком тупые. Если честно, этот нож мог даже посоперничать с ножом моего отца Сантоку. Он был специально предназначен для нарезки овощей, поэтому его лезвие было жёстким и невероятно острым.

— ...Это действительно отличный нож.

Шумимару кивнул. Одной рукой он достал небольшой кусочек ткани, а вторую протянул мне.

Я положил нож на чистую тарелку и подвинул её Шумимару рукоятью вперёд. Он изящно вытер лезвие.

— Я смогу позволить себе этот кухонный нож только тогда, когда заработаю больше денег... Сколько он стоит?

— Двадцать белых медных плиток.

Этот нож был таким же дорогим, как железный котелок, который я купил некоторое время назад.

Обычные овощные ножи, продаваемые в Почтовом городе, стоили 4 белых и 5 медных плиток. Цена за качественный товар была невероятной. Но я ни секунды не сомневался, что вполне обоснованной.

— ...Асута, для тебя 18 белых медных плиток.

— Эээ?!

— Мы, синий месяц, оставаться в Геносе. Если захочешь, скажи мне.

— ...Хорошо, я подумаю. Спасибо! — кивнул я с улыбкой.

Шумимару снова слегка приподнял уголок рта, а затем быстро вернулся к своему привычному бесстрастному выражению лица.

— Я голоден! Хотеть гиба-бургер.

— Хорошо, спасибо, что продолжаете заходить к нам каждый день!

Шумимару кивнул и отошёл к соседнему киоску. Лала проводила его осторожным взглядом, а затем тихо сказала мне:

— Он правда хочет 18 белых медных плиток за нож? Не слишком ли это дорого?

— Этот нож стоит того.

— ...Хочешь его купить? Ты ведь уже заработал несколько сотен медных пластин, не так ли?

— Подели это число пополам, мне ещё нужно заплатить эксплуатационные расходы.

— Ну и что? Ты ведь каждый день столько зарабатываешь. Если не будешь тратить медные пластины, их станет так много, что у вас дома пол не выдержит их веса!

Она слишком сильно преувеличивала. Но если я продолжу успешно вести этот бизнес, я действительно смогу заработать достаточно денег, чтобы купить этот нож.

Впрочем, сейчас было не самое подходящее время для материальных желаний. Мы всё ещё шли по тонко натянутому над пропастью канату, и первым делом нам необходимо было прочно встать на ноги.

Но я не мог не задаться вопросом: почему первое желание, которое появилось у меня в этом мире — это кулинарный инструмент?!

Было ли что-нибудь, чего хотела Ай Фа?

Она всегда покупала только предметы первой необходимости и хуже меня разбиралась, на что можно потратить лишние деньги.

Что, если я втайне куплю ей подарок? Сильно ли она рассердится?

После утреннего ажиотажа никто из клана Тсун к нам так и не явился. Поэтому я постарался расслабиться и провести мирное утро.

Часть 3

После того, как «Серебряная ваза» и Шумимару ушли, меня позвала Шела Ву.

— Остался последний гиба-бургер, его подгореть вместе с тарапой?

— Ах, да! И положи ещё образцов на тарелку, пожалуйста.

— Хорошо.

— Лала Ву, приглядишь тут?

— Ага.

Я подошел к киоску с гиба-бургерами, чтобы посмотреть, как работают Шела и Вена.

К появлению «Серебряной вазы» они уже нарезали тарапу. Вена ловко подбрасывала дрова в жаровню, а Шела выкладывала её в котелок.

— Асута, тогда тут много останется...

— Ты права, попробуй вместо двух добавить только одну.

— Я так и подумала, — улыбнулась Шела. — В таком случае количество арии и фруктового вина тоже нужно будет уменьшить вдвое, верно?

— Да, пожалуйста.

Мы начали готовить тарапа-соус.

Сегодня я решил добавить в него немного мьяма, поэтому аромат стал ещё сильнее.

Привлечёт ли он западных людей, толпящихся на улицах? Когда я размышлял об этом, словно отвечая на мои мысли, к нам подошла новая группа людей.

— Приветик, я и сегодня пришла! И даже друзей привела.

Та, которая появилась, была единственной в компании хулиганов со вчерашнего дня — Юми.

— Ах, большое спасибо... — мой голос исчез на середине предложения, потому что я увидел позади Юми группу девушек её возраста.

Их было четверо, и все они были с кожей цвета слоновой кости. Они были одеты, как Юми, с разноцветным топом и платьем длиной по щиколотку. Интересно, это стандартный наряд девушек в западных городах?

— Эээ? Это же тарапа. А пахнет так, будто ты добавил мьям. Это не то блюдо, которое я ела вчера, верно?

— Верно. То — в киоске по соседству. А в этом мы продаём «гиба-бургеры». Хочешь попробовать, когда я закончу?

— Да, хочу!

Вчера она показалась мне отвязной девчонкой, но сейчас, когда она улыбнулась, у неё было совершенно другое выражение лица. Несмотря на ауру сексуальности, окружающую её, выражение её лица было чистым и невинным.

— Асута, тарапа готова, — тихо окликнула меня Шела.

— Знаю. Осталась только приправить...

Уже собираясь этим заняться, я вдруг остановился.

— ...может, ты сделаешь это сама?

— Эээ?

Когда я увидела, как Шела широко открыла глаза, я подошла к ней поближе, сохраняя вежливое расстояние.

— Шела Ву, пожалуйста, добавь соль и листья пико по своему усмотрению. Если получится слишком мягко, я отрегулирую. Если слишком остро, я добавлю немного тарапы.

— ...Да, я понимаю.

Шела Ву, вероятно, понимала, что это тоже часть её работы, и не колебалась.

Я кивнул и повернулся к клиентам.

— Не хотите попробовать вчерашнее блюдо?

— Я всеми руками за! Пусть девчата попробуют.

— П-подожди, Юми... — робко попыталась остановить нас одна из девушек.

— Не волнуйся! Я уже рассказывала ведь вам — это супер вкусно! Просто попробуйте, хватит трусить!

— Но...

— Это всё ещё…

Девчонки всё никак не могли решиться.

То же самое произошло, когда Дора-сан привёл владельцев киоска с одеждой и котелками, чтобы попробовать образцы. Но почему-то в тот раз атмосфера была совершенно другой.

Кстати говоря, среди южан и жителей востока я ни разу не видел женщин и детей. Следовательно, единственными молодыми покупательницами, которые у меня были, оставались только Тара с Юми.

Вот почему я так растерялся, увидев компанию молодых девушек.

Что-то мне и в голову даже не приходили такого рода проблемы. Наверное, на меня просто повлиял образ жизни морихенцев, с которыми я провёл уже больше месяца. Все мои знакомые и друзья из Морихена были честными и простыми людьми. То же самое касалось и женщин. Когда я занимался очагом, то имел дело с множеством морихенок. Наверное, за это время я просто отвык от шумного поведения горожанок...

Но они всё равно оставались моими клиентками, поэтому я сказал им: «Сюда, пожалуйста» и с улыбкой проводил их до прилавка, торгующего жареным мясом в мьям-соусе.

Затем я тихо сказал Шеле:

— Ты закончила с приправами?

— Да... Пожалуйста, попробуй, — ответила Шела с напряжением в лице.

Я кивнул и взял ложку, чтобы провести тест на вкус.

Никаких проблем.

Шела попробовала тарапа-соус только несколько раз, и всё же смогла с точностью воспроизвести его вкус. Похоже, у неё природные способности к кулинарии — редкое и ценное явления для Морихена, где не принято придавать особого значения вкусу блюд.

— Отлично сработано! А теперь приготовь мясную котлету, пожалуйста.

— ...Хорошо, — вздохнула с облегчением Шела.

По сравнению с другими женщинами из клана Ву, я заставил Шелу работать больше всего, поэтому однажды я должен дать ей достойное вознаграждение, которого она заслуживает.

— Итак...

Я повернулся к клиенткам. Девочки всё ещё морщились и говорили: «Нет...» и «Я не хочу...»

Хватит морщиться! — мысленно завопил я. Похоже, я всё ещё недостаточно зрел.

Юми нетерпеливо взмахнула длинными каштановыми волосами.

— Эх, ну какие же вы в самом-то деле трусихи! Хм... К-как тебя там зовут?

— Меня? Я Асута.

— Асута, да. Какое интересное имя. Асута, пожалуйста, дай мне попробовать тот образец ещё раз. Если я сделаю это, они, наконец, решатся.

— Конечно, моя благодарность за помощь! — ответил я с улыбкой.

— ...Асута, тебе лет-то сколько? — вдруг нахмурилась Юми.

— 17, а что?

— Да ты всего лишь на год старше меня! Хватит быть таким вежливым.

— Да как можно?! Вы — мои уважаемые клиенты, я не могу быть с вами грубым...! Сюда, пожалуйста.

— ...Тц!

Юми недовольно подошла к киоску с жареным мясом.

Четверо девушек столпились у неё за спиной, словно не осмеливаясь отойти далеко.

— Хмм? Лала Ву, ты уже развела огонь?

— А? Ну да, я так и подумала, что он скоро понадобится.

— Отлично! Пожалуйста, подождите ещё немного.

На тарелках было достаточно образцов с жареным мясом, чтобы девушки могли попробовать, оставалось только разогреть.

Я закинул образцы в котелок, добавил немного соуса, и вокруг разлился потрясающий аромат мьяма и фруктового вина.

— Видали?! Пахнет приятно, верно? — самодовольно оглядела Юми девушек.

Те прижались друг к дружке потеснее, продолжая морщить носы.

Судя по их поведению, они не столько боялись мяса гибы, сколько придуривались. Владелец киоска с тканью и торговец котелками, которые заходили на днях, были более напуганы, чем они.

Видимо, к гибе относились с презрением в основном горожане Почтового города постарше.

— Извините за ожидание, пожалуйста, угощайтесь!

— Ага, спасибки!

Юми бесстрашно положила в рот жареное в мьям-соусе мясо.

— Ммм, вкуснятина! Эй, по сравнению с мясом гибы, приготовленным с тарапой, какое вкуснее?

— У каждого свои предпочтения. Девушкам, вероятно, больше понравилось бы то, что с тарапой.

— Тогда я попробую оба блюда...! Эй, долго ещё будете трястись от страха? Суеверие, что ваша кожа потемнеет, если будете есть гибу — пустая болтовня!

Похоже, слова Юми не смогли до конца успокоить её подруг.

В этот момент к киоску сзади подошёл кто-то ещё.

— Эй... а за образцы что, платить не надо?

Это были два парня с кожей цвета слоновой кости. Они спрашивали Юми, а не меня.

— Хм-м? Ну да. Пробуете, и если вам нравится вкус — покупаете целую порцию.

— Вот как...

Парни покосились на меня. Я улыбнулся.

— Пожалуйста, попробуйте! У нас два разных блюда, и каждое со своими собственными приправами. Сравните!

— Чё думаешь?

— Даже не знаю...

Парни замерли в нерешительности.

— Асута, мясо готово, — сообщила мне Шела.

— Ура! — радостно объявила Юми и бросилась за своим заказом.

— Гиба восхитительна, это не может быть не...Ай!

— Эй!

— Ого!

— Это ещё что?! — одновременно с парнями воскликнул я.

Между их удивлёнными головами, показалась длинная шея Моа Тотос.

— Извините, — послышался сверху чей-то беспристрастный голос.

Крыша закрывала мне обзор, поэтому его обладателя мне не было видно. Наклонившись, я обнаружил мужчину из людей сему в дорожной одежде, едущего на спине огромной птицы.

— Эй! Вообще-то, ездить на тотосах в городе запрещено!

После того, как Юми энергично закричал, мужчина сказал: «Простите меня!», а затем спрыгнул на мощёную дорогу.

На нём был плащ, и всё его тёмное лицо было покрыто песком. Вероятно, это был путешественник с севера. Мужчина внимательно оглядел по очереди сначала вывеску, а затем тарелку с образцами.

— ...Гиба?

— Верно. Хотите попробовать? — указал я на тарелку.

Похоже, этот человек понимал язык запада. Он кивнул и взял зубочистку.

— Соседний киоск тоже продаёт блюдо из гибы. С тарапой! Вы такого больше нигде не найдёте.

Путешественник снова кивнул и отошёл, держа в руках поводья тотоса.

В этот момент кто-то грубо крикнул ему в спину:

— Эй! Не разглядывай киоски вместе со своей птицей, поставь её в стойло!

Прежде чем я понял это, рядом с соседним киоском появился мужчина-джагал и купил себе гиба-бургер.

Сему сказал: «Извините!» снова и потянулся к образцу.

— Ох уж эти сему, от них всегда столько проблем... — злобно пробормотал себе под нос джагал и подошёл ко мне. — Ого! И здесь тоже блюдо из гибы?

— Да. С сегодняшнего дня у нас будет два киоска.

— А я-то думаю, откуда так мьямом пахнет! Блюда разные?

— Да! Вот образцы.

Мужчина подошел, оттолкнул нерешительного юношу и взял зубочистку. Он попробовал, и его глаза широко открылись от удивления.

— Ух ты, и здесь тоже ничего! Но я уже сделал заказ в соседнем...

— Сожалею. Хотите сменить блюдо?

— Но я хочу съесть и то, которое уже заказал... — он разочарованно опустил голову и уставился на меня. — Точно! Знаю! Когда вы там закрываетесь? Вечером же? Значит, одно ем сейчас, другое — потом. Сколько стоит порция?

— Д-две красные медные плитки.

— Ещё и дешево! Удивительно, целых две порции всего лишь за четыре медных красных плитки.

Он выложил медные плитки на прилавок с довольной улыбкой.

— Благодарим за заказ, приходите ещё!

— Вы что, на самом деле продаёте тут гибу?

Рядом с соседним киоском стояло трое мужчин с желтовато-коричневой кожей. У них были мечи и топоры на талии, и они были одеты как самые настоящие бандиты.

— Да кому в Геносе нужно это дерьмо! Лучше бы использовали свои милые мордашки и сексуальные тела, чтобы зарабатывать деньги другим, более приятным способом!

Судя по бутылкам фруктового вина в руках, они были пьяны.

Я уже собирался броситься девушкам на помощь, когда меня за руку схватила Лала.

— Асута, успокойся. Предоставь это сестрице Вене.

— Но...

— Когда морихенки гуляют в одиночестве по городу, они часто сталкиваются с такой ситуацией. Эти люди — просто мелкие насекомые, мы с Шелой Ву тоже можем их легко прогнать.

— Кучка идиотов... — спокойно прокомментировал клиент-джагал. — Не обращайте на них внимания.

— Л-ладно... — ответил я и положил арию в котелок, всё ещё чувствуя лёгкую тревогу.

Мне не было слышно, что сказала им Вена, но эти люди вдруг разразились возмущёнными воплями: «Что ты сказала?» «Ты что, шутишь?!»

К тому моменту, как я закончил с мясом в мьям-соусе, они уже мрачно отправились восвояси, сжимая в руках свои гиба-бургеры.

— Я же говорила. Сестрица Вена давно привыкла разбираться с кем-то вроде них.

Я не мог не поразиться самообладанию Вены. Я вздохнул, и двое колеблющихся юношей неожиданно позвали меня неуверенными голосами:

— Извините... М-мы можем попробовать образец...?

— Конечно!

Я выглянул из киоска ещё раз и убедился в том, что девушки из компании Юми уже едят свои гиба-бургеры, весело болтая с Веной.

— Огоо~... это очень вкусно.

— Немного жёстко, но мне так даже больше нравится!

Получив свой заказ, западные парни делились друг с другом впечатлениями.

— Пожалуйста, попробуйте образец и в соседнем киоске тоже!

В этот момент подошел мужчина сему и тихо вынул свои медные плитки.

— Д-добро пожаловать! Пожалуйста, подождите немного!

Я сам не успел заметить, как вдруг стал очень занят.

Когда я наконец поднял голову, солнце уже находилось в своём пике.

Прошло два с половиной часа, и вторая половина битвы началась.

Я уже мог видеть конечную цель своего сегодняшнего предприятия.

Когда ещё двое молодых парней и четверо девушек сделали свои заказы, у нас осталось менее 20 порций каждого продукта.

— Значит, это и есть блюдо из гибы, о котором болтают в таверне...

Забегали ещё джагалы. Спокойным и размеренным шагом подходили сему. Народу было не так много, как утром, но клиентов всё равно было предостаточно.

Люди с кожей цвета слоновой кости, приметив толпу и заинтересовавшись, тоже подходили поближе.

И, конечно, не каждый человек с запада делал заказ. Половина из них уходила так ничего и не попробовав, а некоторые просто стояли рядом, колеблясь. Но были и такие, кто нерешительно выкладывали свои медные плитки на прилавок.

— Эй, это гиба? — подбежала ко мне стайка детей. Они были моложе Тары, около 5 или 6 лет.

— Да. Вы все хотели бы попробовать?

Когда я предложил им тарелку, дети рассмеялись и разбежались кто куда.

Через некоторое время они снова собрались в кучку и робко подошли к киоску.

— Образцы бесплатные! Хотите?

— Но... у меня тогда рога вырастут.

— И кожа почернеет!

— Хмм~? Я вот гибу целый месяц ем. А ну-ка, поищите у меня рога!

Затем я указал на Лалу.

— А где рога у этой сестрёнки? Всё с вами нормально будет, не бойтесь!

Попробовав образец, дети закричали на разные лады: «Это вкусно!», а затем помчались на другой конец улицы.

— ...Они ещё совсем маленькие, у них даже денег нет.

— Да всё в порядке. Я буду счастлив, если они подумают, что это вкусно.

Количество пищи постепенно уменьшалось.

Мясо в мьям-соусе распродалось первым — через час после начала второго тайма у нас осталось всего две порции.

В этот момент пришли трое сему.

— Мне очень жаль! Осталось только два. В киоске рядом с нами продаются гиба-бургеры с соусом тарапа, у них должно ещё остаться немного...

Мужчины сему спокойно переговорили между собой.

Один из них направился к соседнему киоску, а оставшиеся двое достали медные плитки.

— Благодарим за заказ! Пожалуйста, немного подождите.

Наконец-то мы достигли финишной прямой и могли закрыть продажи в самое ближайшее время.

Вручив клиентам последние две порции жареного мяса, я попросил Лалу позаботиться о костре и быстро пошёл к соседнему киоску.

— Шела Ву, сколько у вас осталось?

Прежде чем Шела успела ответить, западный юноша, который только что попробовал образец, крикнул: «Хорошо, дай мне один!»

Шела ловко соорудила гиба-бургер, а Вена передала его клиенту в обмен на медные плитки.

После того, как парень ушёл, они одновременно улыбнулись:

— Всё распродано!

— Всё распродано, да...

Прошло всего три часа с утра и ещё оставалось два часа до моего запланированного времени закрытия. Несмотря на это, пятый день закончился тем, что все 120 порций были удачно распроданы.

Часть 4

Потушив огонь, мы закрыли продажи.

Пока я складывал в сумку разделочную доску, тарелки и оставшиеся овощи, Вена сказала мне с улыбкой:

— ...Как и следовало ожидать, сегодня был удачный день, верно...?

— Это точно. Если честно, мне до сих пор не верится в реальность происходящего.

Но верю я в них или нет — у меня в мешочке была целая гора медных плиток. Почти никто из покупателей не платил белыми медными плитками, поэтому мешочек получился довольно увесистым.

Мы продали 120 порций и заработали 240 красных медных плиток. Потрясающая сумма.

— Пора возвращать тележку... Ах да, и ещё нужно зайти в пункт обмена и разменять деньги.

Двести с лишним медных плиток весили целых 1,5 кг — я должен был разменять их на белые медные плитки как можно скорее.

Несмотря на то, что никто не осмелился бы ограбить жителей Морихена, всё равно нельзя было слишком сильно расслабляться.

Мы закончили все приготовления и отправились путь по мощёной камнем дороге.

Во второй половине дня в Почтовом городе царила многолюдная суматоха, и мы приковывали к себе множество любопытных взглядов, пока толкали свою тележку к месту назначения. Но это был уже пятый день моей работы в городе, поэтому я уже постепенно привык.

— Эй, ты уже закрываешься?! А сегодня позже, чем обычно, а?

— О, я и завтра на тебя рассчитываю!

Прохожие Джагалы тепло приветствовали нас. Мужчины Сему сурово кивали, проходя мимо.

— Дора-сан, здравствуйте! Я зайду к вам после того, как верну тележку.

— Привет, труженик... Конечно, заходи.

Дора-сан сидел на своём обычном месте, раскладывая овощи на кусок ткани. Его лицо было измождённым, а улыбка слабой.

Я слегка волновался за него, но мне всё ещё нужно было обменять деньги и вернуть тележку.

Пункт обмена был расположен в большом здании, прямо между рынком и жилыми районами. Перед входом стоял стражник, бдительно наблюдая за окрестностями. И хотя я и назвал это место «пунктом обмена», здесь также можно было взять кредит.

Обмен денег не облагался никакими налогами и был бесплатен. Очевидно, что ростовщики предоставляли эту услугу не из-за своей природной доброты. Это было указание местного землевладельца, лорда Геноса — так деньги могли беспрепятственно циркулировать по всему городу.

Интересно, о чём думал ростовщик, видя, как наш бизнес растёт день ото дня? Он изо всех сил старался скрыть свои эмоции, пока отсчитывал мне 20 белых медных плиток.

Затем мы направились в «Хвост Кимьюсу», чтобы оставить там тележку, сложив в неё кое-какие вещи. Получив там неодобрительный взгляд Милано Маста, мы вернулись обратно на рынок.

— Кстати говоря... Что-то сегодня Камии Ёста не видно... — томно пожала плечами Вена. Она энергично шагала по шумному городу бок о бок со мной и остальными двумя девушками.

— А ведь и правда! Я был так сильно занят, что вообще о нём забыл.

Ни Камии Ёста, ни людей из клана Тсун — сегодняшний денёк прошёл спокойно, без лишних волнений. Просто идеальный день, как по мне.

— Вот бы его вообще никогда не видеть... Наверное, он опять втайне планирует что-нибудь гнусное...

— Вена Ву, тебе не нравится Камия?

— Терпеть не могу скользких людей... Вот почему ты мне нравишься больше всех.

Меня что, так легко прочитать?!

Как бы там ни было, я решил зайти к Доре-сану.

— Ещё раз привет. Сегодня ты привёл с собой так много людей... — поприветствовал меня Дора-сан. Он всё ещё выглядел каким-то измождённым, да и Тары что-то не было видно поблизости.

— Вы плохо выглядите... Как вы себя чувствуете?

— Со мной всё в порядке, — слабо покачал головой он. — Просто... Сегодня утром я обнаружил гибу, которая попала в мою ловушку.

— Эээ?!

— Чтобы не дать гибам уничтожить мой урожай, я на всякий случай поставил несколько ловушек вокруг своей фермы. Но даже это не помогло. Столько овощей уничтожено... А сегодня одна — видимо, самая полоумная — гиба попала в ловушку.

— Вот как...

— Вот так. И раз уж она попалась, нам пришлось её прикончить. Все окружили ловушку и кололи зверя копьями из дерева крили... В такой день мне мясо в горло не лезет. Я до сих пор слышу её жалкие вопли... Одна мысль об этом заставляет меня дрожать.

Его пухлое тело действительно начало дрожать.

— Охотники из Морихена действительно потрясающие. Встреча с гибой в лесу должна быть настоящим кошмаром. У меня коленки подгибаются от одного вида этого свирепого зверя... Я не могу сражаться с этими монстрами.

— Я тоже. Охотники всегда меня поражали.

Интересно, как там Ай Фа?

Мне хотелось поспешить домой и увидеть её энергичное лицо.

— С прошлого месяца количество гиб заметно увеличилось. Наши фермы более-менее в порядке, но те, которые находятся недалеко от края леса, понесли большие потери. Фермеры больше не могут зарабатывать себе на жизнь — гибы сжирают всё под корень. — Он подавленно покачал головой. — В последние годы ущерб хозяйствам становился всё хуже. Скоро мы докатимся до того, что гибы будут выходить из леса каждый день, как во времена моего дедушки.

— Я не думаю, что вам стоит беспокоиться об этом. Тем не менее, количество гибы определённо растёт.

Увеличилось ли количество морихенцев, отказавшихся от охоты? У нас не было возможности узнать правду.

— До того, как люди Морихена переехали сюда, фермеры однажды объединились, чтобы дать отпор гибам. В то время многие из них были забиты до смерти... У моего дедушки была повреждена нога, и он вынужден был провести остаток своей жизни на костылях. Не хочу идти по его стопам... Охота на гибу — это не для меня.

— Дора-сан...

— Ах, простите! Морихенцы рискуют своими жизнями, охотясь на гибу каждый день, поэтому я не должен был говорить это вам. Я буду рассчитывать на твои вкусные блюда с завтрашнего дня!

— Хорошо, берегите себя.

Вот, значит, что происходит. Неудивительно, что он не мог рассказать Таре, что чувствует.

Несмотря на то, что он не хотел взваливать на меня свои проблемы, я — как житель Морихена — не мог проигнорировать его слова.

Сколько же гиб в день добывает на охоте клан Тсун? Вполне возможно, что вообще ни одной... В конце концов, член клана Тсун напился средь бела дня и даже пришёл в город, чтобы купить закуски!

Клан Тсун был таким же большим, как и клан Ву — если бы они не охотились должным образом, это имело бы ужасные последствия.

— ...Асута, не делай такое мрачное лицо. Что сегодня будешь покупать? Сколько?

Я решил изменить своё настроение, чтобы не беспокоить Дору-сана.

Всё, что было в моих силах — это постараться сделать свой бизнес успешным.

— Ах, да. Я хочу 30 арий, 150 пойтанов и... 200 тарапы.

— Целых 150 пойтанов! Это тебе не завтрашний день столько?

— А? Ну да. Это максимум того, что мы можем приготовить вчетвером.

Кроме того, поскольку гиба-бургеры требовали больше усилий на приготовление, я решил увеличить количество мяса в мьям-соусе до 90 порций. Мне хотелось найти за эти оставшиеся пять дней идеальный баланс в количестве.

— Эх, кладовая дома Фа такими темпами совсем скоро опустеет, — сказал я Вене, подсчитывая пойтан. — Надеюсь, что послезавтра клан Ву даст мне немного мяса. Ты можешь передать это Донде Ву и Мие Лей Ву?

— Конечно...

Я уже договорился с кланом Ву о мясе.

Мне пришлось сильно поломать голову, чтобы установить на него справедливую цену.

В деревне клана Ву не было недостатка в мясе, Миа Лей Ву сказала мне: «Бери столько, сколько нужно, без оплаты». Но это шло вразрез с моими принципами, поэтому я настоял на том, чтобы платить адекватную цену не только за мясо, но и за процесс правильного кровопускания, и они согласились.

А потом мы зашли в тупик по цене. Я продолжал её повышать, а они не соглашались и требовали меньшего. После таких интересных переговоров мы пришли к компромиссу и использовали «цену рогов и клыков гибы» в качестве стандарта.

У нас получилось, что большая гиба будет стоить 12 красных медных плиток, а маленькая — 8. Но цена по-прежнему была слишком низкой, поэтому мне придется скорректировать её на более справедливую в ближайшем будущем.

— Отлично, тогда я буду рассчитывать на вас послезавтра! Ты уж извини, что придётся столько тащить.

Я попросил Вену принести мне утром мясо, которое понадобится на следующий день. Вена улыбнулась, складывая в мешок пойтан:

— Асута, я просто воспользуюсь тяговой доской, это не составит большого труда... То, чем предстоит заняться Лале и Шеле гораздо более утомительно...

— Да уж! Асута, заставь и сестрицу Вену хотя бы иногда работать как следует!

Хотя Вена с Лалой во время работы мало разговаривали друг с другом, они всё равно были очень близки. Шела также тихо улыбнулась рядом с ними.

У всех на лицах читалось удовлетворение от хорошо проделанной работы.

После утомительного дня каждый испытывал прилив гордости. Уж я-то, по крайней мере, точно был доволен!

Часть 5

— Рассчитываю на тебя и завтра!

Я устало опустил тяжёлый котелок перед домом Фа и попрощался с Веной.

На закрытие и покупку ингредиентов ушло порядочно времени, и вокруг уже медленно сгущался вечерний сумрак — до заката оставалось часа четыре, не больше. Впрочем, этого времени мне должно было хватить, чтобы как следует подготовиться к завтрашнему дню.

Работы предстояло порядочно: всё-таки 150 порций — это не шутки, да и держать киоск открытым завтра придётся довольно долго. Это не говоря уже о том, что и домой вернусь я позже — а это ещё сильнее урежет и так крайне ограниченное время подготовки ингредиентов.

Я потянулся и подёргал дверь. Но она была заперта.

— Хм-м? Ай Фа, ты дома? — позвал я и громко постучал.

После долгого молчания Ай Фа ответила:

— Подожди.

Но дверь продолжала оставаться закрытой. Мне пришлось простоять ещё полминуты, прежде чем я услышал звук отодвигаемого засова, и дверь медленно распахнулась.

В следующий момент у меня перехватило дыхание.

— Ай Фа, что с тобой случилось?!

У неё на лице была мучительная гримаса, оно было наполнено болью, а лоб покрылся каплями холодного пота. Её голубые глаза горели, как у раненого зверя.

— Шумный... заходи скорее.

Фигура Ай Фа быстро исчезла за дверью.

Я схватил свою поклажу и торопливо последовал вслед за ней.

На Ай Фа была её охотничья накидка, и она, держась за левую руку, присела на корточки возле входа.

— ...Запри дверь.

Я поспешил и сделал это, а затем присел рядом с ней.

— Что случилось? У тебя рука болит? На тебя клан Тсун напал?

К счастью, я не видел у неё никаких очевидных травм.

Однако последний раз, когда Ай Фа делала такое болезненное выражение лица, было давным-давно, когда на нас напала змея Мадарама.

— Я бы не позволила ни одному идиоту из клана Тсун меня и пальцем тронуть... Кость в руке сдвинулась с места, когда я охотилась, — нехотя выдавила из себя Ай Фа.

Кость... сдвинулась?

Она вывихнула руку?

— К-какая именно рука? Левая? Плечо? Или локоть?

— Я же сказала — шумный... Не кричи. Левый локоть. Не волнуйся, я уже вернула кость на место.

— Ч-что значит не кричи? Р-разумеется я волнуюсь! Если у тебя вывих, разве мы не должны зафиксировать чем-нибудь твою руку? Есть ли что-нибудь, что можно использовать в качестве шины...

Ай Фа ударилась головой о мою грудь.

Поскольку она не могла двигать руками, то могла протестовать только таким образом.

— Шумный и есть шумный... Я знаю, что надо делать, тебе просто нужно помочь.

— Я-я понял! Что мне делать?

— ...Сначала помоги мне снять обувь.

Я быстро помог ей разуться.

Насколько сильна боль от вывиха локтя? И она сама сдвинула кость на место! Даже если бы я знал, что делать, у меня, вероятно, не хватило бы на это смелости.

— Г-готово!

— Хорошо... Пойдём за мной...

Ай Фа прикусила губу и медленно встала.

В следующее мгновение она зашаталась, а я схватил её за плечи так нежно, как только мог.

Ну и дела... Ей действительно чертовски больно...

Даже сквозь толстую накидку я чувствовал её невероятно горячее тело.

— ...Теперь сними накидку.

— Хорошо.

Я ослабил завязки, удерживающие накидку на месте.

Она соскользнула на землю, и Ай Фа со вздохом присела на корточки у противоположной стены.

— Теперь найди какую-нибудь ненужную тряпку.

Я продолжил послушно выполнять её указания.

Затем я нашёл небольшую дощечку и закрепил её у предплечья, обвязав полосками ткани. Для левой руки пришлось сделать перевязь — теперь она свободно висела чуть ниже груди.

Метод, которым здесь справляются с вывихом, был очень похож на метод из моего мира.

— Сойдёт... В кармане моей накидки пучок листьев Ломе. Достань его.

В накидке оказалось невероятное множество скрытых отделений и потайных кармашков, вшитых с внутренней стороны. И в одном из них я действительно нащупал нечто выпуклое, что на поверку оказалось чёрными листьями, по форме напоминающими кленовые.

— Это лекарство от лихорадки... Добавь немного воды и разомни ложкой как следует... Хватит и одного листа... — сказал Ай Фа слабым голосом, прислонившись к стене.

Ей было больно, и из-за повышенной температуры она постепенно начинала терять силы.

— Вот, готово. Прямо сейчас выпьешь?

Я стоял рядом с Ай Фа на корточках и кормил её с ложечки листом Ломе. Съев всё, Ай Фа запила это чёрной жидкостью, которая на вид выглядела просто отвратительно.

— Хорошо... А теперь мне надо поспать... Разбуди меня к ужину...

— Что тебе приготовить? У нас есть гиго, а ещё я могу приготовить суп из пойтана.

— ...Жареный пойтан вкуснее всего...

Ай Фа немного нахмурилась.

У меня перехватило в груди, когда я увидел на её лице такое страдальческое выражение.

— Тогда я приготовлю для тебя то же самое, что обычно ест бабушка Джиба. Так тебе будет легче поесть. Если не понравится — можешь добавить в суп бифштекс.

— ...Но мы же вчера ели бифштекс. Разве можно его есть два дня подряд?..

— Не думай о чём-то подобном в такой момент, балда!

Я смочил в ёмкости с водой чистую тряпку, выжал её насухо и вытер пот с лица Ай Фа.

— Приятно... — Ай Фа тихо закрыла глаза. — Асута, это здорово, что ты здесь... Год назад я получила аналогичную травму. И тогда мне потребовались все мои силы, чтобы справиться с ней...

— ...Думаю, стоит порадоваться, что на этот раз всё обошлось.

— Да. Это всего лишь царапина, через несколько дней мне станет лучше... Теперь, когда обо мне заботишься ты, в этом нет ничего страшного...

— Положись на меня!

Я опять намочил кусок ткани и положил его на лоб Ай Фа. Это была просто вода комнатной температуры — но всё лучше, чем ничего.

— А теперь я посплю... Можешь заниматься своими делами.

— Понял. Позови меня, если тебе что-нибудь понадобится, хорошо? — сказал я, попытавшись её успокоить. Однако я ничего не мог с собой поделать и стоял, не в силах отвести от Ай Фа глаза, продолжая тревожно на неё смотреть.

Вывих — это всегда довольно болезненно. С другой стороны, всё могло закончиться куда хуже. Я был невероятно рад, что она вернулась домой живой.

Если бы я сейчас её потерял, то что бы стал делать?

Оставляя средства к существованию в стороне, я определённо не смог бы принять тот факт, что потерял её.

Насколько же решительными должны быть женщины Морихена, отправляющие своих мужчин в лес?

— Не беспокойся... завтра со мной всё будет в порядке... и о клане Тсун тоже не беспокойся... — пробормотала сонная Ай Фа.

Я уже направлялся к выходу, чтобы разобраться со свой поклажей, но, когда услышал это, вернулся обратно к ней и присел на корточки рядом.

— Я всё понимаю. Отдыхай. А я приготовлю тебе вкуснейшие блюда, которые мгновенно поставят тебя на ноги!

Ай Фа улыбнулась с закрытыми глазами.

— ...Асута, хочу бифштекс...

Я кивнул и слегка сжал её горящие щёки своими руками.

А затем поднялся на ноги и занялся приготовлением ужина и ингредиентов на завтрашний день.

Интерлюдия: Их совместное утро

Интерлюдия

Их совместное утро

Мы находились так близко друг к другу, что моё сердце почти остановилось.

Во сне она слегка приоткрыла свои розовые губы, из которых доносились ритмичные звуки тихого дыхания. Её длинные ресницы отбрасывали лёгкие тени, а пряди блестящих волос слегка сбились, закрывая лоб и щёки.

Лицо спящей Ай Фа было умиротворённым, словно мучительное выражение, появившееся на нём вчера вечером, было всего лишь наваждением.

Во сне она выглядела более юной и такой же беззащитной, как невинный ребёнок.

И её лицо находилось всего в нескольких сантиметрах от кончика моего носа — расстояние, достаточное для того, чтобы моё сердце начало биться с перерывами.

Ай Фа положила голову мне на левое плечо и крепко спала.

Мои чувства находились в смятении: я одновременно чувствовал и неописуемое счастье, и растерянность.

Во сне она слегка отклонилась вправо, повернувшись на бок, но не убрала голову с моего плеча. Место, в котором она касалось моего тела, нагрелось от жара её дыхания, а левая рука онемела.

...Мне нужно успокоиться.

Каждый удар моего сердца отдавался таким гулом, что я боялся разбудить Ай Фа. Постаравшись взять себя в руки, я начал лихорадочно рыться в памяти, вспоминая события прошлой ночи.

◇◆◇

Вчера Ай Фа получила серьёзную травму во время охоты - она вывихнула локоть. Она проспала до самого ужина.

Кормил я её собственноручно.

Лекарство от лихорадки, вероятно, подействовало, потому что Ай Фа то и дело клевала носом. Если бы я позволил ей есть самостоятельно, то она, вероятно, просто уронила бы тарелку на пол.

Кроме того, в нашем доме не было обеденного стола, и она не могла есть одной рукой. Я потратил целых полчаса на неспешное кормление её супом, бифштексом и кусочками жареного пойтана.

После обеда Ай Фа в каком-то забытьи прислонилась к стене и не двигалась. Её лихорадка немного утихла, а вывих локтя, казалось, не сильно болел, но она всё ещё сидела без движения.

Вероятно, листья обладали седативным эффектом. Обычно напряжённые и решительные черты лица Ай Фа разгладились, и она выглядела чистой, невинной и хрупкой.

Такое непривычное зрелище разбивало мне сердце, но просто сидеть и смотреть на неё ничем не могло помочь, поэтому я решил заняться делами — подготовить на завтрашний день достаточное количество тарапа-соуса и мяса.

Пока я занимался ингредиентами, Ай Фа тихо дремала — похоже, её жар так и не спал. Я продолжал вытирать её лицо смоченным куском ткани, но это приносило ей только временное облегчение.

— Хватит... Сядь рядышком...

— Рядом? — смущённо ответил я, и Ай Фа облокотилась всем телом на моё плечо. Она было невероятно горячей, а её лоб прямо-таки пылал.

— Вот так — хорошо... Как только жар спадёт, я буду как новенькая... — слегка вздрогнула Ай Фа.

Её лоб и тело были горячими, но пальцы на правой руке, которыми она схватила меня за грудь, были холодны, как лёд.

Я крепко сжал  её ледяные пальцы, и Ай Фа медленно открыла влажные от лихорадки глаза, посмотрев на меня.

— ...Ты не против, если я немного так посижу?

— Вовсе нет, не беспокойся обо мне!

Пока свеча не догорела полностью, я продолжал смотреть на её болезненный профиль.

Скоро комнату окутала мгла, освещаемая только лишь светом луны. Когда её лицо снова стало спокойным, я услышал ровное дыхание.

Вот и хорошо... — подумал я с облегчением.

А после заснул уже и сам.

◇◆◇

В окно били яркие лучи солнечного света.

Почувствовав их на своих веках, я открыл глаза.

Ай Фа лежала возле стены — похоже, мы уснули, прислонившись к ней, а ночью съехали на пол. Я надеялся, что моё тело смогло защитить её левую руку от любого вреда.

Я с радостью послужил бы подушкой безопасности ещё — но такое положение наших тел было довольно неловким. Чтобы не разбередить её раны, попытавшись выползти из-под неё, мне пришлось разбудить Ай Фа.

— Ай Фа, уже утро... Эй, ты можешь встать?

— Хмпф... — сердито фыркнула она в ответ.

Кстати говоря, я редко просыпался раньше неё.

И она открыла свои глаза ровно в тот самый момент, как я её окликнул.

Вот почему я почувствовал лёгкое смущение. Её детское надутое лицо было таким милым, что это было самым настоящим преступлением.

— Если хочешь, можешь ещё поспать, но ты меня придавила. Я не могу выбраться.

— ...Шумный... — тихо пожаловалась Ай Фа, а затем потёрлась об меня головой.

Эх, ну и как же всё так обернулось? Не успел я хотя бы немного успокоиться, как у меня опять голова кругом идёт.

— Я глава дома... тебе нельзя разговаривать со мной таким высокомерным тоном... — сонно пробормотала она.

Вид сонной Ай Фа — зрелище редкое, как улыбка Дарума Ву.

Но я не мог продолжать восхищаться её милым личиком бесконечно.

— Уважаемая глава дома, настало время для утренних дел. Мне нужно убрать ужин с прошлой ночи, так что, пожалуйста, не могли бы вы немного подвинуться?

— Хмпфф...

Ай Фа снова издала милый звук и открыла глаза.

Ее расфокусированные голубые глаза в упор оглядели моё лицо.

— ...Асута, это ты что ли?..

— Да, это я. А кто бы ещё?

— ...Хмпф... Это всего лишь Асута... — рассеянно повторила Ай Фа, а затем сладко улыбнулась.

Всегда строгая и решительная, Ай Фа улыбалась как ребёнок.

— ...Асута, ты чего шумишь...

— Так утро же! Утро настало, глава дома!

После моего доклада она, наконец, широко распахнула глаза.

Вздохнув с облегчением, Ай Фа вопросительно посмотрела на меня своими яркими глазами:

— ...Асута, ты чего это ко мне липнешь?

— Н-начнём с того, что это ты первая и начала... Так уж получилось, что прошлой ночью мы так уснули.

— Понятно... А я и не помню, — быстро закрыла глаза Ай Фа. — Благодаря тебе, жар спал... Фух... — мило фыркнула она.

— Не засыпай опять! Работа! У нас полно дел!

Видя, что Ай Фа чувствует себя лучше, я почувствовал невероятное облегчение и не мог удержаться от крика. Ай Фа открыла глаза в третий раз и недовольно посмотрела на меня.

— ...Утро, говоришь?

— Конечно! Ты посмотри, сколько дома солнечного света.

— Ладно. Листья ломе нарушили мой цикл сна. Я хочу ещё немного отдохнуть. — Говоря это, Ай Фа снова потёрла голову о мою грудь. Затем она вдруг неожиданно села и выпрямилась. — Но спать больше нельзя! Асута, ты уж извини за доставленные неудобства.

— Да какие неудобства... я рад, что тебе лучше.

Эти несколько минут были самыми сложными из всех. Я мысленно жаловался и медленно вставал.

Ай Фа села на кровать, скрестив ноги, и вытянула правую руку.

— Жара больше нет, и рука теперь не так сильно болит. Пожалуй, я могу заняться утренними делами вместе с тобой.

— Эээ? Да ты лучше отдыхай, я и сам справлюсь.

— Что за бред? А если явится кто-нибудь из клана Тсун, что будешь делать?

— Вряд ли они нападут на меня возле ручья так рано утром! Гораздо важнее то, что ты ранена и не сможешь защитить себя, случись что!

— Хмпф! Я и без левой руки не проиграю никому из них! — недовольно надулась Ай Фа. — Пока у меня есть правая, всё будет хорошо, даже если все три брата Тсун нападут на меня разом! Впрочем, если бы вместо них был один старший сын клана Ву, мне пришлось бы бежать...

Жители Морихена могли с точностью определить силу своего противника.

Кстати говоря... Ай Фа считает, что без вывиха сможет победить Джизу Ву?

То, что сказал Лудо, мелькнуло у меня в голове. Он сказал, что только Донда Ву и может победить Камию Ёста.

— ...В любом случае, посуду мыть ты не сможешь. Если я столкнусь с опасностью, то просто со всех ног побегу домой. Так что отдыхай, пока есть такая возможность.

— ...Хмпф, ну и ладно! Всё равно не хочу слоняться по округе в таком виде. Тогда оставляю всё на тебя, — сказала Ай Фа с намёком на неудовольствие на лице. — А я позабочусь о домашних делах. Будь там осторожен, ладно?

— Ладно. А ты не напрягайся слишком сильно, иначе у тебя снова поднимается температура.

— Я уже сказала: у меня всё хорошо! Мои кости больше не болят, а руки и ноги наполнены силой. Мне нужно двигаться как обычно, чтобы быстрее исцелиться, — самодовольно посмотрела она на меня. — Кроме того, я чувствую, что вчерашний ужин стал частью моей плоти и крови. По сравнению с травмой в прошлом году моя лихорадка на этот раз прошла быстрее. Это всё благодаря тебе, Асута.

— ...Я рад это слышать, — довольно улыбнулся я.

В глазах Ай Фа тоже появилась искра веселья.

— Асута, хватит бездельничать! Давай уже займёмся делом.

◇◆◇

Естественно, на ручье не было никаких признаков недружелюбного присутствия никого из клана Тсун.

Эти люди не посмеют поднимать суматоху на людях, только если как следует не напьются. Поэтому не было необходимости быть таким напряжённым по утрам.

Впрочем, теперь, когда я познакомился с Мидой Тсуном и Тай Тсуном в городе... Эти двое показались мне очень странными — вокруг них витала жуткая атмосфера непредсказуемости. Даже если глава клана Тсун приказал им не создавать неприятностей, был ли Мида Тсун достаточно умён, чтобы понимать его приказы? И как к ним относился Тай Тсун? Умнее было бы сохранять осторожность все 24 часа в сутки.

— Хм-м? Почему ты так одета?

Когда я вернулась домой после чистки посуды, Ай Фа уже переоделась в свой охотничий наряд — помимо обычной накидки она даже нацепила на пояс свой клинок.

— А сам-то как думаешь? Я уже закончила домашние дела и собираюсь заняться дровами и листьями пико.

— Разве я не говорил, что тебе следует отдохнуть? Идти в лес, пока ты ранена, будет слишком тяжело для тебя!

Я поставил котелок, который только что вымыл, на печь, вылил в него два ковша воды и развёл огонь — нужно было заняться пойтаном.

Затем я развесил на стене свежевыстиранную одежду. Мои единственная футболка и белое полотенце были полностью изношены.

Ай Фа величественно стояла в центре комнаты и следила за моими перемещениями глазами.

— Не беспокойся о моей травме. Отдых сегодня просто добавит лишней работы на завтра. Во всяком случае, после того, как мы открыли своё дело в городе, листья пико портятся ещё быстрее, верно? — сердито сказала она.

Конечно, я это заметил.

Листья пико были своего рода специей и могли поглощать влагу внутри мяса и иметь эффект консерванта. Я хранил под ними не только мясо, но и слепленные заранее бифштексы, поэтому большая площадь обработанного мяса привела к тому, что листья пико впитывали ещё больше влаги.

— Скорее всего, нужно будет сменить слой листьев раньше, чем закончится месяц. А значит, и собрать их нужно больше!

— Хмм~ Думаю, ты права...

— Конечно права! И я вчера жутко вспотела. Это неприятно, я хочу помыться, — нахмурилась Ай Фа. — Под накидкой никто не заметит мою травму, не волнуйся.

Хоть она и сказала это, я всё равно чувствовал себя обеспокоенным.

Увидев моё лицо, выражение лица Ай Фа изменилось.

— Асута, я знаю, что ты беспокоишься. Но тебе не следует этого делать. Я просто делаю то, что подсказывает мне собственное тело... Ты должен доверять мне.

— ...Знаю.

В глазах Ай Фа горели сила, непоколебимость и надёжность.

Она обладала той особой охотничьей гордостью, которая инстинктивно подсказывала её лучший путь к выздоровлению.

Я должен был верить в неё.

Закончив с пойтаном, мы взяли мешок для хранения дров и листьев пико и направились к краю леса.

Это была обычная утренняя сцена.

Ай Фа слегка приспустила накидку, чтобы та скрыла левую половину её тела, и свободно подвязала свои светлые волосы, перебросив их через плечо. Она обычно укладывала свои волосы над шеей в сложный узор, но её сегодняшняя причёска не сильно отличалась от Вены.

— Ай Фа, твоя прическа сегодня действительно освежает. Трудно завязать волосы в привычный сложный узор одной рукой, верно?

— Да, это сложно.

— Приятно, наверное, время от времени менять прическу. Тебе идёт!

На красивой девушке всё выглядит хорошо — мысленно добавил я.

Ай Фа бесстрастно фыркнула, продолжая шагать по глинистой тропинке.

— С длинными волосами сплошные хлопоты. Я всегда хотела их обрезать. Надеюсь, когда-нибудь морихенцы отменят это глупое правило, касательно женских волос.

Согласно традициям Морихена, женщинам было запрещено стричься до брака.

Значит, когда-нибудь в будущем Ай Фа обрежет свои прекрасные длинные волосы?

И так, болтая о всяких пустяках, мы достигли опушки леса и берега реки.

Ранто текла медленно и величественно, а весь берег был покрыт острыми скалами. Вверх по течению зелень была такой густой, что там можно было с лёгкостью найти множество листьев пико.

Но, следуя нашим обычным привычкам, сперва следовало как следует помыться.

— Ты справишься? Смотри, чтобы тебя не унесло течением.

— Шумный.

С этими словами Ай Фа передала мне своё ожерелье и накидку для хранения.

Пока я держал накидку, Ай Фа порылась в её обширных карманах и достала большой кусок ткани и чистую смену одежды с кружевными узорами.

— Ах да, ты ведь сегодня не ходила к ручью.

Ай Фа обычно переодевалась рано утром, а грязную одежду стирала у ручья.

— Справишься с одной рукой...? Э-э, не то, чтобы я напрашивался тебе помочь, но...

— ...Если сам это понимаешь, то и не мели языком попусту.

Посмотрев на меня прищуренными глазами, Ай Фа обошла вокруг огромного валуна. Это тоже была уже привычная сцена.

Я прожил вместе с ней почти 40 дней. И в самое первое утро в доме Фа на нас напала сначала змея мадарама, а потом и гиба.

С тех пор мы больше не сталкивались с таким кризисом. Но даже сейчас я всё ещё молился о том, чтобы Бог не позволил нам встретиться с подобным бедствием именно в то утро, когда Ай Фа была ранена.

Пока я прислонялся к валуну и следил за лесом, от реки донёсся её голос:

— Эй!

— Что такое?

— ...Ты прожил в доме Фа уже больше месяца.

Похоже, Ай Фа думает о том же, о чём и я, — обрадовался я.

— Точно. Время так быстро пролетело... Но за эти 40 дней произошло столько всего.

— Да... Сегодня уже второй день синего месяца.

Ай Фа редко упоминала конкретные даты.

Однако это не означало, что она за ними не следит — чтобы понимать цикл миграции гиб, ей требовалось внимательно следить за календарём. Впрочем, для повседневных дел это было не столь важно, поэтому меня не особо заботили даты.

— Угу... Значит, уже через 13 дней Камия отправится в восточное королевство... А есть ещё какие-нибудь важные события в синем месяце?

— Нет, ничего важного.

— Кстати, когда у тебя день рождения?

— В красном месяце.

А когда, чёрт подери, этот красный месяц?!

В этот момент я осознал, что понятия не имею даже когда мой собственный день рождения.

В этом мире солнечный календарь не был особенно полезен, потому что согласно местному календарю каждый третий год добавлялся дополнительный 13-й месяц. Так что в подсчёте дня моего дня не было особого смысла.

Неважно, что в моём оригинальном мире я был второкурсником, которому было всего 17 лет. Прошло всего полгода с моего дня рождения, когда я столкнулся с этой катастрофой.

В таком случае, могу ли я считать день, когда я появился в этом мире, своим вторым днём рождения?

Я всё ещё буду здесь через год или два?

Или вернусь на место пожара и позволю судьбе идти своим чередом?

Или, может быть, меня перенесёт в ещё один мир... нет, пожалуйста, только не это.

Если бы это случилось, я бы потерял всё, что имел. Это была бы слишком тяжёлая ноша.

Пока я терялся в этих мыслях, Ай Фа снова позвал меня:

— Асута, иди сюда!

— Эээ? ты уже закончился купаться?

— Да.

— Ты одета?

— ...А сам как думаешь?

В её голосе слышались нотки зарождающегося гнева, поэтому я быстро переместился за валун.

Ай Фа сидела там со скрещенными ногами и смотрела на меня со слегка свирепым видом.

И, конечно, на ней уже была одежда, и даже её левая рука была перевязана. Её голова была слегка наклонена вправо, а длинные влажные волосы свободно опадали к земле.

— Мне трудно вытирать волосы одной рукой, — Ай Фа сердито протянула мне ткань.

— Понял.

Я зарылся коленями в скалистый грунт и попытался выполнить просьбу своей благодетельницы. Если выполнение такого тривиального задания могло помочь ей, я был рад это сделать.

— ...От длинных волос сплошные хлопоты, — нахмурившись, пожаловалась Ай Фа.

— Не говори так, у тебя действительно красивые длинные волосы!

— Хмпф! Они отражают свет и мешают на охоте. Вот будь у меня чёрные волосы, как у моего отца Гилла... — Ай Фа вдруг замолчала.

— В чём дело? — спросил я, и она опустила веки.

— Нет, ничего. Я вдруг вспомнила, что давным-давно уже также упоминала об этом бабушке Джибе и Рими Ву.

— Понятно...

Кстати говоря, я уже давненько не видел этих двоих. Наша жизнь шла своим чередом, но я всё ещё скучал по времени, которое мы провели в деревне Ву.

— О, точно... Ай Фа, ты ведь пока не будешь ходить на охоту, верно?

— Конечно. Мне нужно восстановить силы. Это может занять порядочно времени.

— Может, тебе лучше было бы остаться в деревне клана Ву, пока ты не выздоровеешь полностью? — предложил я, вытирая её волосы.

Ай Фа удивленно посмотрел на меня:

— С чего бы мне это делать?

— Там ты сможешь отдыхать и не волноваться о безопасности...

— Клану Тсун неизвестно, что я ранена.

— Даже если они не знают, они всё равно могут прийти и начать нас задирать.

— Если это произойдёт, я с них шкуру спущу! Лучше бы этим идиотам сто раз подумать, прежде чем лезть к нам.

— Но...

— Асута, мы не родственники клана Ву и не должны полагаться на них. — Ай Фа строго оглядела меня прямо сквозь влажную чёлку, скрывающую её глаза. — Мы просто платим достаточное количество медных плиток в обмен на помощь женщин из клана Ву. Каких-то особых отношений с их кланом у нас нет.

— А как же Рими и бабушка Джиба? Думаю, для тебя это отличный шанс с ними пообщаться.

Глаза Ай Фа потеплели. Она нежно ткнула меня в грудь.

— Благодаря тебе я возобновила свои связи с ними. У меня нет другого желания, кроме этого ... наши сердца и так тесно связаны, даже без всякой болтовни.

— Хорошо.

— Кроме того, я не думаю, что должна вообще полагаться на клан Ву. Я уже отклонила их предложение о браке. Да и ты сам отказался присоединиться к их дому.

Она была права. Поэтому я промолчал.

Но даже так, я всё равно считал, что дом Фа должен сохранить связь с кланом Ву и укреплять её. Рейна мне все уши прожужжала о том, что мне опасно оставаться в доме Фа. Но если бы сейчас мы обратились к ним из-за травмы Ай Фа, это было бы позором для неё.

— Я понимаю. Извини, я сказал не подумав, давай просто проигнорируем это.

— Ты всегда мелешь языком, не подумав!

— ...Эй!

— Ты никогда не думаешь наперёд, верно?

— Эй! Правда ранит моё сердце, знаешь ли!

— Я просто шучу, не злись, — небрежно бросила Ай Фа и снова нежно ткнула меня в грудь. — Ты то и дело говоришь что-то, чего я не понимаю, но я не всегда чувствую себя несчастной по этому поводу. Так что можешь не сдерживаться и говорить всё, что взбредёт тебе в голову и дальше.

— Лучше уж я попридержу язык — не хочу лишний раз получать синяки и шишки... — не задумываясь, ответил я.

— А я говорю: не сдерживайся! Ты должен говорить мне всё, что чувствуешь и о чём думаешь, ничего не скрывая, — сурово отчитала меня Ай Фа.

— ...Ты будешь делать то же самое?

Услышав мой вопрос, Ай Фа нахмурилась:

— ...Я постараюсь.

Я почувствовал какое-то давление в груди и, чтобы отвлечься, провёл рукой по её волосам.

— Хорошо, волосы уже почти сухие.

— Отлично.

Ай Фа, ловко манипулируя завязкой с помощью рта и правой руки, снова подвязала свои длинные волосы.

— ...Сейчас самый тревожный человек — не старший и не второй сын клана Тсун, а самый младший. Ты рискуешь гораздо сильнее, чем я.

— Я предельно осторожна каждый день. И раз уж я теперь могу только отдыхать и поправляться, то не имеет значения, где я это делаю — дома или в городе. Если мы будем друг у друга на виду, мы оба будем более спокойны, — пристально посмотрела на меня Ай Фа. — Я не буду тебе мешать, и я могу помочь с багажом. Если почувствую сонливость, смогу и поспать... Это ведь не доставит тебе неудобств, верно?

— Никаких неудобств! Если ты будешь со мной, мне даже спокойнее будет, — искренне ответил я.

Почтовый город не назовёшь безопасным, но по сравнению с тем, чтобы оставить Ай Фа дома одну, мне было бы спокойнее видеть её рядом.

Мы даже и представить себе не могли, как закончится этот, казалось бы, спокойный день.

Наш бизнес в городе шёл гладко, и ничто не говорило о том, что с сегодняшнего дня нам придётся поселиться в деревне клана Ву.

Это не имело никакого отношение к травме Ай Фа.

Просто появление определённого человека пустило все наши планы в трубу.

Член клана Тсун, которого мы никогда раньше не видели, в конце концов напал на Ай Фа и меня.

Глава 3: День шестой и седьмой - Аморальная посланница

Глава 3

День шестой и седьмой — Аморальный посланник

Часть 1

Дела продвигались гладко.

Шёл шестой рабочий день, и перед моим киоском собралась уже привычная голодная толпа южан и путешественников с востока. На этот день я запланировал целых 150 порций — интересно, каким же будет результат?

С самого утра я был полон радостного предвкушения.

— Хм... А разве вчера толпа не была больше? — задумчиво протянула Лала, когда утренний час-пик был закончен.

— Мне тоже так показалось. Наверное, они поняли, что если мы будем работать в течение дня, то нет смысла занимать очередь так рано утром.

— Думаешь? А что, если они и днём не придут? Тогда у тебя останется много лишней еды.

— Я попробую договориться с людьми из деревни клана Ву и обменять её на сырое мясо или пойтан.

Перебрасываясь словами, мы не забывали обслуживать то и дело заходящих — редких в это время дня — посетителей.

Со стороны на нас, как и вчера, косо поглядывала группа жителей Запада.

Что ж, вспоминая первый день открытия киоска, тогда эта дорога была почти безлюдной. Мне не на что было жаловаться.

— Отлично, пока посетителей мало, у нас появилось время по очереди перекусить! Лала Ву, пожалуйста, присмотри здесь.

— Ладно... А что у нас сегодня на обед?

— Я взял маленькие кусочки мяса из «Фирменного мяса в мьям-соусе» и добавил к ним соус из тарапы! Это особое блюдо, приготовленное специально для персонала.

— Ого! — Лала Ву широко раскрыла голубые глаза от удивления.

Я был немного озадачен тем, какой она выглядела потрясённой.

— В чём дело? Маринованное мясо отлично подходит для тарапа-соуса, верно? Ингредиенты, использованные в обоих блюдах, в конце концов похожи.

— Дело не в этом! Я просто подумала, что так будет вкуснее. Удивительно, что ты тоже до этого додумался.

— Я знал, что тебе понравится.

Когда я сказал это, Лала снова удивлённо спросила:

— Но откуда?

— Ну... тебе не понравилась мягкая текстура бифштекса, и я помню, как ты упоминала о том, что любишь тарапа-соус. Поэтому я решил, что такая комбинация идеально подойдёт твоим вкусам.

— Ну и память у тебя... Я же говорила об этом дней десять назад, верно?

— Хм? Морихенцы вообще нечасто дают конкретные отзывы о еде, поэтому то, что ты сказала тогда, произвело на меня глубокое впечатление.

Услышав мой ответ, Лала немного помедлила, прежде чем меня поблагодарить.

— Пожалуйста! — ответил я с улыбкой. — Так кто будет отдыхать первым? Лала Ву, ты уже проголодалась?

— Да, немного... А что насчёт Ай Фа?

В это время Ай Фа занималась именно тем, чем и собиралась — проводив меня до города, она освободилась от поклажи, с которой помогала, а потом села отдыхать в лесном тенёчке позади нас. Она спрятала левую руку под накидкой и села со скрещенными ногами, подняв одно колено вверх.

Нас разделяло некоторое расстояние, поэтому я не мог точно сказать, спит ли она.

— Я и на неё приготовил. Нужно проверить, проснулась ли она.

— Ладно, я проверю! — С этими словами Лала быстро пошла к Ай Фа.

Похоже, Ай Фа не спала. Они немного поговорили, и Лала немедленно вернулась.

— Она тоже проголодалась. Пойдем, поедим с ней вместе!

— Хорошо.

Кстати, если судить по действиям Лалы, мне подумалось, что ей таки хочется подружиться с Ай Фа.

Ай Фа сказала, что мы не должны полагаться на клан Ву, но нам всё равно не нужно превратно истолковывать добрую волю других.

Я попросил Шелу приглядеть за нашим киоском с гиба-бургерами, а Вену — за киоском с мясом в мьям-соусе, и мы, захватив свои порции, пошли в тенёк к Ай Фа.

— Привет! Вот, жареный пойтан и гиба в тарапа-соусе.

— Спасибо, — великодушно кивнула Ай Фа.

С самого утра она не щадила себя, но её раны, судя по всему, не болели, да и температура вроде бы была нормальной, поэтому она сохраняла своё обычное серьёзное выражение лица.

Мы с Лалой примостились по обе стороны от неё.

— Выглядишь лучше, чем вчера. И сегодня нам пришлось тащить с собой много вещей, ты очень помогла.

— Ерунда. Пока я не оправлюсь окончательно, могу помогать хоть каждое утро. Но после того как я стану достаточно сильной, чтобы снова идти в лес, тебе придётся тащить всё самому.

— Это тоже ерунда! Вопрос решается грубой силой и выносливостью!

И так, болтая о всякой всячине, мы быстро закончили свою мини-трапезу.

Когда я ненадолго замолк, Лала воспользовалась этой возможностью, чтобы сказать:

— Ай Фа... Я хочу поблагодарить тебя.

— ...Поблагодарить?

— Да, Шин Ву рассказал мне о жертвенном стиле охоты... Если бы ты не отговорила его, он мог бы серьёзно пострадать. Спасибо! — Лала склонила свою рыжую голову в поклоне.

Ай Фа озадаченно покачала головой:

— Я просто сказала то, что думаю. Он же ходит на охоту вместе со своими кровными родственниками, верно? В такой ситуации использовать фрукты, привлекающие гибу,  слишком глупо. Этот стиль нельзя использовать, когда вокруг слишком много людей.

— Да, теперь Шин Ву очень подавлен. Он понял, что из-за своего эгоизма мог навредить другим.

— ...Он просто хотел быть независимым. В этом нет ничего постыдного.

— Правильно, я тоже так думаю! — Голос и выражение Ай Фа оставались холодными, но Лала с довольным видом кивнула. — Ладно, нам пора возвращаться! А то сестрица Вена начнёт беспокоиться.

— Ты права.

Мы с Лалой встали.

— Асута, — вдруг позвала меня Ай Фа. — Ты уже работаешь в городе несколько дней, но я чувствую, насколько ответственнее ты стал. — Она немного приподняла уголки губ. — Просто хотелось тебе это сказать. Возвращайся к работе.

— Да, я знаю.

Чувствуя себя очень воодушевленным, я повернулся, и мы направились обратно в киоск.

— Поразительно! Ай Фа действительно улыбалась, — вдруг сказала Лала.

— Э? А, да.

В последнее время она вообще стала улыбаться чаще, и я уже немного попривык. Но Лалу это, похоже, потрясло до глубины души. Похоже, посторонние и представить себе не могли, что её непроницаемое лицо может принимать какое-то другое выражение.

После того, как Вена с Шелой сходили на свой перерыв, мы поменялись местами. Теперь мясом в мьям-соусе заведовали мы с Шелой, в то время как сёстры главного дома Ву занялись гиба-бургерами.

Я не хотел торопиться с их тренировками, но скорость их обучения превысила все мои самые смелые ожидания.

— Вы обе очень способные. Мы вместе работали над подготовкой пиршества Лутим, и, похоже, этот опыт очень вам пригодился.

— Спасибо за комплимент, я польщена, — спокойно улыбнулась Шела.

Эта девушка вообще любит улыбаться — когда я подумал об этом, Шела перевела взгляд на тарелку с образцами.

— Асута, у этого блюда очень сильный вкус. Можно ли делать его с меньшим количеством приправ?

— Конечно! Жителям Морихена, вероятно, не по вкусу слишком пряные и острые блюда, верно? Всё, что нужно сделать — это сократить время мариновки, и оно станет более лёгким. Когда я готовлю его дома, всегда так и делаю.

Шела вдруг посмотрела на меня жалостливым взглядом.

— Прости... я хочу, чтобы моя семья попробовала это блюдо... Можешь рассказать, как долго его нужно мариновать и как именно готовить соус...?

— Запросто! Шела Ву, у тебя в доме шесть человек, верно? — Я мысленно сделал грубые прикидки. — Так... понадобиться четверть бутыля фруктового вина. И четверть нарезанной кубиками арии. Мьяма длиной с палец будет достаточно. Время на мариновку примерно соответствует сушке пойтана, так что ориентируйся на него... Кстати, мясо можно нарезать чуть толще, чем обычно. Для морихенцев не обязательно резать его слишком тонко. И тогда вкус не будет таким сильным.

— Я поняла, спасибо.

Я продолжил, увидев облегченную улыбку Шелы:

— Однако тебе не обязательно руководствоваться моим выбором приправ — это всего лишь моё личное предпочтение. Если хочешь сделать блюдо более сладким, можешь уменьшить количество мьяма. А если хочешь более мягкий вкус, добавляй больше арии... Кроме того, можешь попробовать добавить и другие нарезанные кубиками ингредиенты. Вот так постепенно ты и найдёшь свой собственный вкус, который придётся тебе по душе.

Шела удивлённо выслушала всё, что я ей сказал, а затем облегчённо улыбнулась:

— Спасибо ещё раз. С тех пор, как я тебя встретила, моё сердце переполняет счастье! Когда я вижу, как моя семья наслаждается моей готовкой, я не могу не радоваться.

— Рад это слышать.

Пока мы разговаривали, появилась странная пара — ученик Камии Ёста Лейто пришёл вместе с Тарой.

— Братик Асута, две порции, пожалуйста!

— И мне тоже!

— Хорошо, сейчас сделаем. А твой наставник сегодня не зайдёт?

— Камия с самого утра был занят работой, а сейчас дрыхнет в гостинице. Он не хочет два дня подряд пропускать твою еду, поэтому и послал меня с этим поручением, — вежливо улыбнулся Лейто.

Глядя на него, улыбалась и Тара.

Когда они стояли рядом, разница между ними была более заметной. Улыбка Тары была наполнена чистым блаженством, а улыбка Лейто казалась гораздо более зрелой.

Лейто был учеником этого подозрительного человека, так что, возможно, у меня и было какое-то предубеждение на его счёт. В любом случае, он всё равно не казался мне самым обычным невинным мальчиком.

— Вот, извините за ожидание!

— Спасибо... Кстати, извини за такой вопрос, но это не глава дома Ай Фа вон там?

Как и следовало ожидать от Лейто, его глаза были действительно острыми.

Я по-деловому улыбнулся:

— Да. Она сегодня помогала мне с переноской груза. Охота на гибу в наши дни даётся нелегко, поэтому она некоторое время будет отдыхать.

— Вот как? Понятненько, — спокойно улыбнулся Лейто.

Камия Ёст не появлялся уже два дня подряд. Интересно, чем он там занимается?

Как бы там ни было, я не собирался ничего вытягивать из этого парнишки.

Как только двое юных посетителей ушли, поток клиентов медленно, но верно стал увеличиваться.

Солнце достигло пика, а перед киосками вновь собрались люди.

Бизнес с утра шёл не так резво, как вчера, но нам всё же удалось продать 63 порции. По сравнению с другими киосками — невероятное достижение. Два дня назад мы продали 70 блюд в полдень, поэтому скорость продаж не сильно изменилась.

Всё шло настолько гладко, что, похоже, мне не нужно было жалеть о приготовлении 150 блюд.

— Извини, Лала, можно тебя попросить кое-что сделать для меня? Мне нужно купить две тарапы, два тино и 20 арий.

— Лааадно!~

Сжав в ладони медные плитки, Лала энергично отправилась за покупками.

И в этот момент я почувствовал, как позади меня кто-то стоит.

— Хм-м? В чём дело, Ай Фа?

За моей спиной внезапно появилась Ай Фа.

Шела удивлённо обернулась.

Ай Фа прищурилась и посмотрела на северную дорогу:

— ...Это морихенцы.

С северной дороги вполне могли придти люди из клана Тсун.

Приглядевшись... я узнал седовласого Тая Тсуна. С ним рядом шёл человеческий шар по имени Мида Тсун, а вот стройная девушка, одетая в вуаль и тонкую шаль, была мне незнакома.

У двоих мужчин, приближающихся к нашему киоску, был столь зловещий вид, что я порадовался, что к этому моменту толпа покупателей уже разошлась.

— Хмпф... Поверить не могу! В этом городе действительно есть морихенцы, которые решили открыть своё дело, — пронзительным голосом заявила девушка.

Кто она?

Стоя лицом к лицу с ней, я чувствовал, как по моей спине пробежал холодок.

Она была красавицей.

Пропорциональные черты лица, а фигура такая, что вполне могла посоперничать с фигурой Вены.

Каштановые волосы женщины были аккуратно заплетены во множество косичек, ниспадающих из-под вуали.

Её слегка темные глаза сияли решительным блеском.

Это был жестокий, холодный и беспощадный свет, словно принадлежащий ядовитой змее. Даже улыбка на её лице казалась ядовитой.

— До меня доходили слухи, что в доме Фа поселился странный чужестранец. Но я никогда бы не подумала, что глава дома Фа самолично явится в город. Ты же вроде бы единственная женщина-охотник в Морихене, Ай Фа. Правильно?

И в этот момент до меня дошло.

Холод, который я чувствовал своей спиной, был не из-за ее жестокой внешности или высокого пронзительного голоса, а из-за запаха.

В воздухе киоска, напитанном ароматами фруктового вина и мьяма, вдруг потянуло чем-то зловещим.

Это был запах ржавчины... очевидно, так пахла запёкшаяся кровь.

— ...Кто ты такая? — тихо спросила Ай Фа.

Женщина со зловещим ароматом слегка ухмыльнулась:

— Я — старшая дочь клана Тсун, Ямиэль Тсун. Охотница из дома Фа, спасибо за заботу, которую ты проявила к моим младшим братишкам Диге и Доддо.

Часть 2

Итак, это была старшая дочь клана Тсун, Ямиэль.

Женщина со зловещим запахом крови ядовито улыбалась, беззастенчиво разглядывая нас с Ай Фа и Шелой.

Взгляд Ямиэль Тсун так напугал Шелу, что она невольно отступила назад.

Вена, стоявшая за прилавком соседнего киоска, позвала её:

— Прости, Шела Ву, не хочешь со мной поменяться...?

Шела медленно вышла, ни на секунду не сводя глаз с Ямиэль.

Вена передала ей лопаточку для размешивания тарапа-соуса, а затем быстро заняла её место.

— Давно не виделись... Ты всё ещё меня помнишь?

— ...Конечно помню, старшая дочь клана Ву, — холодно улыбнулась Ямиэль. Вена в ответ сонно прищурилась, одарив её тем же взглядом, которым в последний раз смотрела на Миду Тсуна. — Значит, всё-таки клан Ву замешан в этом дельце. Я слышала, что на свадьбе дома Лутим вам прислуживал какой-то чужестранец. Подумать только, клан Ву и дом Фа вместе...

— Правильно... мы очень близки... И что же сегодня привело тебя сюда...?

— Фу-фу-фу, я здесь для того, чтобы передать сообщение от главы моего дома, — Ямиэль оценивающе оглядела меня своими ледяными змеиными глазами. — Чужестранец из дома Фа, не соизволишь ли представиться?

— ...Меня зовут Асута.

Я совсем не был испуган.

Мне было просто противно.

Эта женщина заставила меня содрогнуться сильнее, чем это сделали Мида Тсун и Тай Тсун.

Почему от неё исходит такой сильный запах крови? Даже после разделки гибы я никогда не пахну так интенсивно.

Я бы не удивился этому, если бы мы все находились в комнате разделки... но мы-то стояли на улице. И всё равно этот запах был невероятно отчётливым. Я не мог заставить себя доверять ей, и моё сердце было наполнено отвращением.

— Асута из дома Фа, значит...? Асута, клан Тсун сейчас довольно сильно обеспокоен.

— Вот как?

— Мида продолжает закатывать истерики... С тех пор, как он попробовал твои блюда, он продолжает ныть и требовать себе ещё и ещё.

Значит, дело всё-таки в Миде Тсуне.

Но от меня-то ей что понадобилось?

— И поэтому глава клана Тсун потребовал, чтобы я передала это тебе... Асута, не соизволишь ли ты стать хранителем очага клана Тсун на одну ночь?

В этот момент я услышал, как кто-то ступает на землю. Ай Фа сделал полшага вперед.

И, как и ожидалось, в её глазах горело голубое пламя.

— Ты — старшая дочь клана Тсун Ямиэль?

— Да, глава дома Фа, Ай Фа.

— Хотя Асута и чужестранец, но он всё ещё член дома Фа. Если у тебя к нему какое-то дело, ты сначала должна уведомить об этом главу дома — меня.

— Да что ты говоришь? Ладно. Тогда не могла бы ты-...

— Я отказываюсь, — безжалостно оборвала её Ай Фа.

Ямиэль Тсун презрительно рассмеялась:

— ...Ты отказываешься?

— Я отказываюсь.

— Тогда у нас возникает проблемка... Я думала, что Мида рано или поздно угомонится. Но от него уже два дня подряд нет покоя. Дига и Доддо били и пинали его в гневе, но всё безрезультатно. Он не хочет слушать, а его и так уже непомерный аппетит ещё сильнее вырос.

— Это проблема клана Тсун, она не имеет ничего общего с домом Фа, — с яростью посмотрела на неё Ай Фа своими охотничьими глазами.

Ямиэль всё ещё холодно улыбалась, а Тай Тсун стоял сбоку, как тень.

— Но почему же? Он ведь присматривал за очагом, когда в доме Лутим состоялась свадьба. А теперь ты говоришь, что он не может сделать то же самое для клана Тсун. Я не понимаю.

— Не понимаешь? Подумай обо всём, что сделал клан Тсун дому Фа.

— Ты имеешь в виду тот прискорбный инцидент, когда Дига тайком пролез в твой дом? Или когда Доддо обнажил клинок в Почтовом городе и во время свадьбы...? Что ж, я могу только извиниться от имени моих бесполезных братьев. Надеюсь, это решает проблему, и теперь ничто не мешает Асуте заняться очагом клана Тсун?

— Мне не нужны такие неискренние извинения. Если действительно хочешь извиниться — делай это как следует. — Ай Фа говорила негромко, но в её голосе чувствовалась звенящая ярость. — Если тебе нужна готовка Асуты, то соблюдай городские законы и покупай её за деньги. Только так клан Тсун сможет попробовать его еду.

— За деньги, говоришь... И сколько медных плиток нам придётся потратить, чтобы успокоить аппетит Миды?

В этот момент тёмные глаза Ямиэль разгорелись подозрительным светом.

Она выглядела как ядовитая змея, нашедшая свою добычу.

— Асута, тебе ведь как следует заплатили за то, что ты хранил очаг дома Лутим?

— Хм?.. А что такое?

— А то, что у клана Ву более сотни родственных ветвей. Кроме того, свадьба наследника дома Лутим — это серьёзное дело. Поскольку дом Фа не является родственником клана Ву, они должны были дать вам должное вознаграждение.

Казалось, за её словами скрывается нечто опасное.

Ямиэль Тсун создавала иное впечатление, чем её младшие братья — она не казалась мне человеком, готовым при любом предлоге прибегнуть к насилию. Вместо этого она использовала коварные средства, чтобы поймать свою добычу.

— И сколько же они клыков и рогов заплатили? С десяти гиб? Двадцати? Или же с тридцати?

— ...Я не обязан отвечать вам.

— Понимаю. Тогда оставим этот вопрос без ответа... Клан Тсун готов заплатить тебе клыков и рогов с сорока гиб в качестве вознаграждения.

Я застыл от удивления.

Такая куча клыков и рогов... это же целых 400 красных медных плиток. Даже если клан Тсун оставляет себе все деньги, выделяемые Геносом, неужели они готовы потратить столько на подобный фарс?

Ай Фа и Вена стояли по обе стороны от меня, и я заметил их лица.

В глазах Ай Фа всё ещё бушевал огонь, в то время как Вена сонно сузила глаза, и в её светлых глазах блеснуло сомнение.

— И это... это всего лишь за одну ночь? Так много? В таком случае на эти деньги вы можете просто купить готовую еду прямо здесь.

— Мы не можем позволить себе тратить столько на закуски. Мы хотим, чтобы ты занялся для нас крупным проектом, соответствующим масштабам свадьбы дома Лутим.

Я услышал чей-то тихий вздох. Должно быть, это была Вена. Я смотрел на жуткую улыбку злой женщины и не мог отвести взгляда.

— В десятый день синего месяца мы будем проводить ежегодное собрание. Все главы домов и их наследники будут принимать в нём участие. В эту ночь под одной крышей соберутся более 80 жителей Морихена. И в качестве вознаграждения я предлагаю тебе клыки и рога с 40 гиб. Что скажешь, Асута?

— Понятно... Я просто удивлён такой щедрости. Получается, каждый глава дома заплатит одну гибу?

— Ну конечно! Ведь твоя готовка стоит того, верно, Асута? Городские жители терпеть не могут гибу, но даже они делают здесь покупки. Я уверена, что твоё кулинарное мастерство — невероятное! Асута, что ты-...

— Я отказываюсь, — снова оборвала её Ай Фа. — Не имеет значения, сколько вы собираетесь заплатить. Мы не обязаны брать на себя эту работу.

— О... Так значит, вы собираетесь монополизировать сей секрет? Готовку Асуты уже купило множество горожан — больше сотни, верно ведь? Но они всю жизнь считали, что мясо гибы не годится в пищу. А теперь он превратил его в такой изысканный деликатес — да ведь это самое настоящее чудо, вам не кажется? ...Получается, дом Фа и клан Ву собираются хранить секрет его успеха только для самих себя и прибирать все денежки к рукам? — Ямиэль снова насмешливо подняла уголки губ.

Я тихо сглотнул.

Эта женщина прятала туза в рукаве, как и ожидалось. Откуда она могла узнать мои продажи?

— Это не преступление. Моя совесть чиста. Если хотите узнать что-то — склоните голову и вежливо попросите, а не пытайтесь идти обходным путём, предлагая Асуте хранить ваш очаг.

— Ай Фа из дома Фа, мы делаем это ради Миды. Нас не интересует ни ваше богатство, ни секрет! — Ямиэль облизнула губы своим тонким язычком. — Разве 40 гиб недостаточно, чтобы вас удовлетворить? Помимо заботы о собрании глава клана Тсун надеется, что вы сможете приготовить еду и для Миды. ...Если вы отказываетесь, я могу только оставить всю надежду.

— ...Оставить надежду? — спросил я.

От голоса и лица Ямиэль у меня побежали мурашки по спине.

— Да... Мида — мой милый братишка, но я не в состоянии приглядывать за ним постоянно. Я могу только оставить его судьбу на волю небес.

— ...Я не понимаю, что вы имеете в виду.

— Я говорю буквально. Если всё так и будет продолжаться, Дига с Доддо на нём живого места не оставят. Кто знает, чем всё может для него закончиться? Возможно, мне даже придётся снять с него цепи.

— ...Цепи?

— Да, я позволю ему бродить, где вздумается... Вполне возможно, что в итоге его зарежут городские стражники. Но всё лучше, чем медленная смерть от побоев.

Она говорила правду?

Я чувствовал, что есть 90%-ый шанс того, что она блефует. Можно сказать, она напрямую угрожала нам, намекая на то, что начнёт подстрекать Миду к атаке, если мы откажемся делать то, что она говорит.

Кто стал бы заковывать члена собственной семьи в цепи? Она по-любому лгала. И я не собирался поддаваться на её провокации и запугивания.

Однако...

Всё же оставался 10%-ый шанс того, что всё, сказанное ею — правда.

— ...Это нас не касается, — голос Ай Фа не утратил ни капли своей решительности. — Если младший сын клана Тсун попытается навредить моей семье, я лично вспорю ему брюхо, как того и требуют законы Морихена.

— Хмпф, а ты упрямая, — соблазнительно улыбнулась Ямиэль, явно не впечатлённая. — Ну ладно, я дам вам время на размышления, а сама пойду переговорю с главой своего клана. Вернусь в это же самое время завтра. Тогда и дадите мне свой окончательный ответ.

— Сегодня, завтра или послезавтра — ответ не изменится. Мы будем поступать по своему разумению, даже если тебе это не нравится.

— Ай Фа, я уже поняла твою позицию. Но тебе следует обсудить всё с Асутой, кланом Ву и домом Лутим... Увидимся завтра!

Ямиэль дёрнула подбородком в сторону стоящего рядом с ней Тая Тсуна.

За всё время разговора этот человек не произнёс ни слова. Одарив нас безразличным взглядом, он ушёл вслед за своей предводительницей.

Они оставили после себя тишину, похожую на кошмарный сон.

— ...Я должна обсудить это с папой Дондой... — наконец неохотно нарушила молчание Вена. — Что за интриги плетёт эта женщина?.. Мне кажется, она намеренно делает шум из ничего и сеет хаос...

— Кто её знает? Но она явно что-то замышляет.

Я не думал, что эта идея пришла в голову Ямиэль недавно. Она крепко владела нужной информацией и знала вещи, которые Мида и Тай Тсун не могли знать.

Увидев, как Миде понравилась моя готовка, Ямиэль решила воспользоваться этим в своих интересах.

— ..Асута, о чём ты задумался? — тихо окликнула меня Ай Фа. Я обернулся и обнаружил, что она встревоженно смотрит на меня своим пылающим взглядом. — Не волнуйся, просто сосредоточься на своей работе. Воспринимай её болтовню как шутку.

— Да, но...

— Здесь даже обсуждать нечего! Я не позволю тебе хранить очаг клана Тсун.

С этими гневными словами Ай Фа вернулась к тени деревьев.

Придя в себя, я обнаружил, что Шела с Лалой с беспокойством поглядывают на нас из соседнего киоска. Я кивнул им, давая понять, что «всё хорошо», а затем посмотрел на Вену:

— Вена Ву, ты почувствовала от неё этот странный запах?

— ...Запах? Какой запах?...

— Хм? Неужели нет?

Вена отрицательно покачала головой:

— Мьям в котелке слишком ароматный, он перебивает все остальные запахи...

Понятно... Моё обоняние было гораздо более чувствительным, чем у окружающих, поэтому, возможно, я был единственным, кто заметил этот слабый запах крови. И он не добавлял этой женщине доверия.

Я хотел разузнать побольше о клане Тсун и Ямиэль, но внезапно перед нами возник клиент-джагал.

— Эй, вы тут как? Знаете, минуту назад у вас была какая-то напряжённая атмосфера!

— Ах, извините. У нас всё в порядке.

— Точно? А по лицам что-то и не скажешь... Эй, ты только гляди, чтобы тебя стражники из города не выгнали! Твоя готовка — единственное, чего я с нетерпением жду каждый день. Что я буду делать, если вас выгонят?!

— Для меня большая честь слышать то, что вы говорите... Будете делать заказ?

В этот момент к нам подошли ещё двое мужчин-джагалов средних лет.

Похоже, они в сторонке дожидались, пока Ямиэль Тсун уйдёт. Были и другие клиенты, которые оживились и начали подтягиваться к соседнему киоску.

Вероятно, они не осмеливались приблизиться из-за опасной атмосферы, испускаемой обитателями Морихена.

А ведь для нас это было критически важное время.

Клан Тсун наконец начал напрямую вмешиваться в наш бизнес.

Даже если бы все отвратительные вещи, которые сказала Ямиэль Тсун, были блефом, поднялся бы огромный шум, если бы Мида действительно пришёл к нам в киоск, чтобы пообедать, не заплатив. Если дела начнут приобретать столь опасный оборот, я вполне могу лишиться своего места в Почтовом городе.

Одна мысль о том, чтобы заниматься очагом клана Тсун заставляла мурашки бежать по моей коже. Но с этим вопросом предстояло разобраться. Наш бизнес только-только начинает вставать на ноги, и всё может вылететь в трубу, если я не придумаю хорошие контрмеры.

В такой ситуации я не могу обратиться к Камии Ёсту... А значит, нужно обсудить это с Дондой Ву и Касланом Лутимом.

И я просто обязан был убедить Ай Фа согласиться с этим.

Вероятно, это и было самым большим препятствием.

Я тихо вздохнул.

И вдруг почувствовал какую-то новую эмоцию, зарождавшуюся у меня в груди. Такая резкая перемена настроения удивила даже меня самого.

Они непростительны... — словно бы кто-то пробормотал у меня в голове.

В моём теле никто не мог прятаться, так что это должен был быть мой собственный голос.

Кто они? — спросил я себя.

Нельзя прощать тех, кто встаёт у меня на пути , — ответил голос.

Клан Тсун не в первый раз начинал создавать проблемы, так почему на сей раз меня это так сильно задело?

Это... совсем как в тот раз!

В тот раз?

Ты имеешь в виду...?

Тех людей, которые злонамеренно подрывали бизнес моего отца?

Поскольку отец решительно им отказал, они подстроили автомобильную аварию и даже подожгли нашу лавку.

Неужели я подсознательно воспринимал клан Тсун точно так же, как и тех жестоких бандитов?

Успокойся! Те презренные люди пытались уничтожить чужие средства к существованию ради собственной выгоды... Но эта ситуация — иная!

Я глубоко вздохнул и попытался подавить волнение, поднимающееся в моей груди.

Я не мог позволить клану Тсун творить всё, что им вздумается... Но если меня ослепит ярость, я проиграю сражения, которые могу выиграть. Мне следовало держать себя в руках.

И в этот момент я заметил глубокое потрясение в глазах Вены, ошеломлённо смотревшей на меня.

— В чём дело?

В ответ Вена покачала головой:

— Асута... Вот уж не ожидала увидеть у тебя такой угрожающий взгляд... Твои глаза только что были такими же, как у папы и Ай Фа...

— Хм? Это не дело! Ведение бизнеса требует встречать клиента с приветливым выражением лица! — Я сильно хлопнул себя по щекам и почувствовал жжение. — ...Давай-ка вернёмся к работе! Пожалуйста, поменяйся местами с Шелой Ву и научи Лалу Ву готовить гиба-бургер.

— Хорошо... — Вена повернулась и неохотно ушла.

Мне следовало сконцентрироваться на насущных проблемах, а обо всём остальном можно будет позаботиться позже. На дворе стоял полдень, а у нас ещё оставалась еда, которую мы могли продать.

Я похоронил все семена тревоги поглубже в сердце и сосредоточился на работе.

Часть 3

Остаток дня прошёл спокойно, никаких непредвиденных происшествий не случилось.

Как и вчера, к нам продолжали заходить западники, так что до момента закрытия мы уложились в план и продали 141 порцию.

Это был шестой рабочий день, и я, наконец, выяснил максимальное количество клиентов. Я не знал, изменится ли это число в будущем, но мы шли к нашей цели быстрее, чем ожидалось.

Я от всей души надеялся, что однажды в будущем жители Морихена смогут использовать мясо гибы для обмена на медные плитки. Я надеялся, что они смогут вырваться из нищеты. И поэтому не собирался останавливаться, продолжая и дальше развивать свою безрассудную затею с киоском.

И я не хотел, что бы кто-либо мне в этом мешал.

— Поверить не могу, что клан Тсун выдвинул такое нелепое требование... — недовольно пророкотал Донда Ву, делая большой глоток из бутыли с фруктовым вином.

После ужина в клане Ву мы остались в зале, освещёнными восковыми свечами. Присутствовали четверо мужчин из главного дома Ву, Мама Миа Лей, Вена, Ай Фа и я. Каслан Лутим также сразу же примчался из своей деревни, чтобы присутствовать.

— Они потребовали, чтобы Асута занимался очагом во время собрания глав домов. Будь это не клан Тсун, а кто другой, то и проблем бы не было. Но главный вопрос заключается в том, что мы до сих пор не знаем их мотивов для этого требования, — тихо пробормотал Каслан Лутим, которого я не видел уже десять дней.

Дана Лутима совсем не занимали наши городские проблемы, поэтому он поручил своему зрелому и рассудительному наследнику заниматься всем, что с этим связано.

— Простите за возможно глупый вопрос, но что это за собрание такое? Я слышал, что это грандиозная встреча, которая проводится раз в год.

— Верно. Мы проводим эту встречу каждый год. В это время все главы домов собираются в деревне клана Тсун и рассказывают о своей жизни. Поселение Морихен — очень обширно, поэтому каждый использует этот шанс, чтобы узнать, как живут другие.

Собрание глав домов было приурочено к десятому дню синего месяца... то есть до него оставалось всего восемь дней. Ай Фа намеренно упомянула «синий месяц» этим утром — вероятно, она уже держала в уме это событие.

— Всё будет происходить во второй половине дня. Ночь все проведут в поселении клана Тсун, а на рассвете разойдутся по домам... И клан Тсун хочет, чтобы ты хранил очаг не только вечером, но и всю ночь.

— Хмм~ Что-то я не совсем понимаю. Они используют Миду Тсуна как предлог, но чего конкретно они пытаются этим добиться... Для чего я понадобился клану Тсун на самом деле?

— У нас нет возможности узнать. Асута, интуиция тебе что-нибудь подсказывает? — спокойно взглянул на меня Каслан Лутим, и я кивнул.

— Ямиэль Тсун осведомлена о моих доходах. Вероятно, она получила информацию от ростовщиков.

— Ростовщиков?

— Да. Ни клан Ву, ни дом Лутим не ведут дела с кланом Тсун, и это справедливо так же и для жителей Почтового города. Однако же ростовщики, с позволения местного лорда, ведут дела со всеми. Возможно, они и проинформировали клан Тсун.

Я каждый день заходил к ростовщикам, чтобы разменять медные плитки, поэтому нет ничего удивительного в том, что они имели кое-какие необходимые цифры. Клан Тсун же — главный клан всего племени, имеющий тесные отношения с лордом Геносом. Вполне вероятно, что с ними поделились информацией.

— А раз уж они теперь знают, сколько прибыли приносит мне мой бизнес, то не могли не заинтересоваться. Я думаю, что это главная причина, почему они приглашают меня. Что вы все думаете?

— Звучит правдоподобно... Нет, это самое логичное объяснение. Зуро Тсун — глава клана Тсун, а также вождь всего племени Морихена. Вероятно, он нацелился на деньжата, которые Асута в перспективе может заработать.

Как только Каслан Лутим это сказал, Лудо не выдержал:

— Вот ведь гады! Они просто спят и видят, как проводить целые дни, купаясь в медных плитках!

— Согласен. И с этим что-то нужно делать. Зуро Тсун именно такой человек, чтобы заинтересоваться чужим богатством.

— Но... в чём тогда смысл того, чтобы я хранил очаг? Он собирается украсть мои кулинарные техники?

Вообще-то, я никогда и не собирался прятать вои методы приготовления пищи.

Каслан Лутим медленно покачал головой:

— Этот человек не станет думать окольными путями. Цель Зуро Тсуна — это ты сам... Вероятно, он хочет, чтобы ты женился на одной из дочерей клана Тсун и стал членом их семьи.

— Женился... уж не на Ямиэль ли?!

Одна мысль об этом заставила меня похолодеть.

Да будь на месте этой жуткой женщины кто-нибудь другой, я всё равно не планировал жениться на ком-либо из других домов.

— Неужели они из-за такой причины позволят своей дочери жениться на чужеземце? Это слишком опрометчиво!

— Женитьба  лишь пример. Суть в том, что Зуре Тсуну определённо нужен ты. Такой уж он человек.

— Ну и занудство... — вновь пророкотал Донда Ву. — Это так занудно, что мне даже зевать лень! Как этому человеку вообще в голову пришла идея допустить этого бледного чужеземца в свою семью?

Его тон был спокойным, но возбуждённое пламя горело в его глазах.

Когда дело касалось клана Тсун, Донда Ву всегда был более взволнован, чем обычно.

— Итак... Малец, что ты собираешься делать?

— В-в смысле? Уж жениться-то я точно не собираюсь! Мне и за их очагом-то не хочется смотреть... Однако если Мида Тсун начнёт устраивать в городе сцены, меня могут оттуда выгнать.

— С чего бы? Это ведь будет его вина, а не твоя.

— Технически вы правы. Но когда люди сему и джагалы устроили переполох из-за того, что у меня закончилась еда, меня чуть было не выставили вон за городские ворота. Стражники и Милано Маст уже, должно быть, считают меня бельмом на глазу.

— ...Они сделали это суждение согласно городскому закону?

— Нет, скорее всего, это больше вопрос их настроения...

— Хо!~ Я и не знал, что городские люди такие легкомысленные! Значит, вместо законов они предпочитают полагаться на своё настроение?

После того, как Лудо радостно вмешался, Донда Ву сердито уставился на него.

— А ты бы помалкивал, Лудо. Ты вообще хотя бы раз в своей жизни относился с уважением к любому из правил Морихена?

— Только к самым важным! — по-детски непосредственно ответил Лудо.

Игнорируя диалог родителей и детей, я продолжил:

— Как я уже упоминал ранее, когда у нас с Ай Фа произошел инцидент с Доддо Тсуном в городе, стража проигнорировала нас и выслушала только его версию событий.

Учитывая прошлый опыт, даже если Мида Тсун заварит кашу, расхлёбывать её придётся явно нам. И Ямиэль, скорее всего, отлично это понимала, подстрекая Миду действовать против меня.

И, честно говоря, от этой мысли мне опять стало не по себе. Захотелось, чтобы Мида действительно был прикован цепью дома, а не разгуливал по наущению своей родной сестры где вздумается, рискуя напороться на клинки стражников.

Клан Тсун уже отказался от чести обитателей Морихена. Если бы они были также жестоки по отношению к своей семье, то их действительно можно было бы только презирать.

— Хмм... Ай Фа, ты ведь не хочешь, чтобы Асута имел какое-либо отношение к клану Тсун, верно? — спросил Каслан Лутим.

Глаза Ай Фа опасно блеснули, и в ответ она промолчала.

Она дуется с тех самых пор, как мы встретили Ямиэль.

— Я понимаю твои чувства. Во время собрания глав домой ты не сможешь постоянно быть рядом с Асутой. Кроме того, там будут и родственные ветви клана Тсун. В некотором смысле, они даже более опасны, чем их главный дом... Асута, ты ещё не раздумал вести дела в городе?

— Нет. Бизнес идёт лучше, чем я ожидал, я хочу продолжать работать над ним и достичь своей основной цели.

— Хмм... Полагаю, нам следует найти способ решить эту проблему в корне.

Каслан Лутим потёр подбородок мускулистой рукой и глубоко задумался.

Лудо бросил взгляд на его профиль и настойчиво сказал:

— А я вот думаю, что им следует отказать. Если они заставят эту человеческую фрикадельку создавать неприятности, мы можем просто дать отпор. Я не могу использовать клинок в Почтовом городе, так что это будет непростой бой, но я определённо смогу переломать ему ноги, если кто-нибудь один мне поможет!

— В таком случае нам придётся дожидаться, пока Мида Тсун сделает что-нибудь плохое. Если он не атакует первым, то нас просто арестуют. А даже если и не арестуют, Асуту всё равно выгонят из города. — Каслан Лутим задумался, продолжая логическую цепочку. — Кроме того, мы не знаем, когда именно он появится. Не можем же мы постоянно держать двух здоровых мужчин рядом с Асутой для защиты, верно? Тогда они не смогут выполнять свои охотничьи обязанности.

— Одна головная боль... Что нам тогда делать?

— Ну... Для начала мы можем принять их просьбу и позволить Асуте хранить домашний очаг на собрании глав домов.

Глаза Ай Фа вновь наполнились яростью, когда она услышала слова Каслана Лутима.

— Асуте опасно идти одному. Мы не знаем, что они замышляют, и нам нужен план его защиты.

— Хмм? Раз уж это собрание глав домов, то ведь папа, Дан Лутим и сопровождающие их мужчины тоже будут там. Но если им не дозволят войти в кухонную комнату, как же мы защитим Асуту?

— Значит, защищать его будет женщина. — Каслан Лутим перевёл взгляд на Донду Ву и Маму Миа Лей. — Мы можем позволить женщинам из клана Ву и дома Лутим сопровождать Асуту... Я думаю, что это может быть нашим условием для принятия их просьбы. Что вы думаете об этом?

— Хм? Ты намекаешь на то, что их очагом будет заниматься не только Асута, но ещё и мы? — ответила Мама Миа Лей без особого, впрочем, удивления.

Донда Ву пристально посмотрел на Каслана Лутима.

— На этом собрании будет 80 участников. Кулинария Асуты уникальна по стилю, и он не сможет приготовить такое большое количество еды в одиночку. Мы скажем, что женщины из клана Ву и из дома Лутим уже освоили эти приёмы и могут помочь ему... С другой же стороны, мы заставим женщин из клана Тсун помогать, независимо от того, нравится им это или нет, и они научатся методам готовки Асуты.

— Понимаю! Тогда клан Тсун сможет сам удовлетворять прихоти Миды Тсуна, даже если я уйду!

— Точно. Но не только. Мы ведь хотим дать им понять, что и клан Ву, и дом Лутим тоже научились вкусно готовить гибу. Это отвлечёт от тебя некоторое внимание, и Зуро Тсун перестанет так настойчиво тебя преследовать.

Этот план показался мне блестящим.

— Каслан Лутим, твои слова трудны для понимания... Но я буду рада помочь Асуте, — широко улыбнулась Мама Миа Лей. Её улыбка была такой же, как у Лудо и Лалы.

Такие разные, но всё равно одна семья — такая несвоевременная мысль возникла в моём сердце.

— Мы воспользуемся этим шансом и обучим женщина клана Тсун. В том, что их клан пал так низко виноваты не только их мужчины. Это обязанность женщина — держать их в узде, и я очень хочу преподать этим дурёхам хорошенький урок!

— Эй, ты ведь возглавляешь всех женщин клана Ву! Собираешься бросить свою работу? — проворчал Донда Ву, на что Мама Миа Лей ответила с улыбкой:

— А в чём проблема? В это время дома будет не так уж и много людей, так что Дитто Мин и Рими справятся и без меня... Кстати, кого ты собираешься взять туда с собой, уважаемый глава клана?

— Хмм... Ну, вообще-то мне бы следовало взять с собой Дарума, — Донда Ву посмотрел на второго сына клана Ву. Дарум уже снял с головы повязку, и только один чистый кусок ткани прикрывал середину его лица. — Если за этим восемь дней он успеет достаточно восстановиться после травм.

— Если братец Дарум не сможет пойти, тогда пойду я, верно? — радостно воскликнул Лудо.

Хмм? Интересно, а почему Джизу исключили из потенциальных кандидатов?

Пока я озадаченно раздумывал над этим вопросом, Каслан Лутим посмотрел в мою сторону с лицом, полным сожалений:

— Согласно традиции, наследник должен присматривать за своим домом, когда глава отправляется на ежегодное собрание. Небольшие дома, в которых мало людей, не ограничены этим правилом, но клану Ву и дому Лутим необходимо соблюдать этот обычай. Главу моего дома будет сопровождать второй сын.

— Ясно... Между прочим, раз уж там будет 80 человек, включая 40 глав домов — не слишком ли это мало, учитывая, что в Морихене проживает 500 человек?

— На собрании не могут присутствовать все желающие — только главы крупных домов.

Кстати говоря, второй сын дома Лутим уже был женат с детьми и сам возглавлял меньшую побочную ветвь своего дома.

Однако в доме Фа таких ветвей не было, поэтому получается, что Ай Фа тоже присутствовал на собрании в прошлом году? Таким образом, она оставалась один на один с кланом Тсун, с которым у неё были плохие отношения, и ни к кому не обращалась за помощью.

Я ещё раз поразился её уверенности в себе.

— Дарум, — одарил суровым взглядом Донда Ву своего второго сына. — Не брать же мне, в самом деле, этого несмышлёныша! Используй оставшееся время по полной и убедись, что через восемь дней сможешь свободно двигаться.

— Я понял.

— Ну и ладно... — тут же надулся Лудо.

Дарум Ву кивнул:

— В таком случае четырьмя оставшимися дома будут Джиза, Лудо, Джиба и Сати Лей. Дитто Мин и Рими займутся очагом. С собой я возьму Вену, Рейну и Лалу, чтобы они помогали Асуте. Если понадобится, могу ещё отрядить пару-тройку помощник из побочных ветвей.

— Женщины дома Лутим тоже могут помочь. Если понадобится, мы в состоянии собрать десять помощниц. С таким количеством женщин на своей стороне, Асуте будут не страшны никакие козни клана Тсун. Вы оба согласны с этим?

Каслан Лутим спросил Ай Фа и меня.

В конце концов, решать предстояло именно нам.

Должен ли я принять эту сомнительную просьбу клана Тсун? Если я соглашаюсь, клан Ву и дом Лутим окажут вышеупомянутую помощь.

Значимость моей работы в городе была неоценима, и могла самым прямым образом повлиять на будущее Морихена. Понимая это, клан Ву по своей инициативе предложил нам помощь.

Но Ай Фа... прикусила губы с тягостным выражением лица.

— У нас ... нет другого выбора, кроме как принять предложение клана Тсун?

— Да. Но в кухонной комнате Асуту будет защитить проще, чем в городе. И даже если там нам удастся отвадить Миду Тсуна, Зуро от своего не отступится, и вы всё равно каждый день будете жить в страхе. — Каслан Лутим внимательно посмотрел на разочарованную Ай Фа. — И раз уж дело дошло до этого, давайте объявим на собрании, зачем дом Фа открыл свой киоск в Почтовом городе. Мы также можем рассказать всем о важности кровопускания и о том, как правильно разделывать гибу.

— Эээ? Мы всё им расскажем прямо там?!

Услышав мой вопрос, Каслан Лутим твёрдо кивнул.

— У нас нет другого выбора, учитывая обстоятельства. Мы должны сообщить всем домам, что препятствовать вашему бизнесу в городе означает препятствовать процветанию Морихена. Если они все поймут ценность мяса гибы, то им даже не понадобится устанавливать киоск, чтобы заработать больше медных плиток, чем ты. Это и отвлечёт внимание Зуро Тсуна от тебя. —

Каслан Лутим улыбнулся. — Как только мы объявим об этом на собрании, каждому захочется лично попробовать твою готовку. Это сделает наши слова более убедительными. Когда они поймут, насколько вкусны твои блюда, они поймут, почему горожане вздумали покупать мясо гибы.

Каслан Лутим планировал преодолеть кризис и получить контроль над инициативой в Морихене за один раз.

«Лучшая защита - это хорошее нападение» - планирование на несколько шагов вперёд Каслана Лутима было ужасающе хорошо.

— Это лучшее, что я смог придумать. Донда Ву согласился с этим планом, когда хорошо его обдумал. Но принимать окончательное решение должны вы двое.

— Хмпф! Я помогаю не из-за твоего длинного языка! Я одолжу помощниц, но только если вы заплатите адекватную цену, — холодно отрезал Донда Ву. — Если хочешь, чтобы женщины из клана Ву помогали тебе на кухне, ты должен заплатить за их работу. Это единственное, что я могу сказать.

— Глава нашего клана — очень упрямый, — покачала головой Миа Лей Ву, и Донда Ву отвёл глаза, проворчав: «Утихни».

А потом... Ай Фа посмотрела в мою сторону. Я твёрдо кивнул.

— У меня мурашки от одной только мысли о том, чтобы хранить очаг клана Тсун. Но собрание глав домов — совершенно другое дело. Может, нам даже удастся наставить на путь истинный клан Тсун... если повезёт.

— ......

— Я терпеть не могу клан Тсун! Они уже не раз вмешивались в мои дела. Если бы мой бизнес прогорел из-за моей собственной некомпетентности — это одно, но я не позволю никому со стороны вмешиваться в мои дела ради личной выгоды.

Я почувствовал ещё один сильный всплеск эмоций. Изо всех сил постаравшись подавить его, я посмотрел на Ай Фа.

— ...Понятно, — Ай Фа закрыла глаза. — ...Дом Фа не является родственником ни клана Ву, ни дома Лутим, поэтому я ужасно себя чувствую из-за того, что вы так много для нас делаете...

— Эй, да прекрати! Вы спасли душу Джибы и научили нас готовить вкусные блюда. А ещё провели великолепное свадебное пиршество. Конечно же, вы наши друзья! — улыбнулась Мама Миа Лей. — Кроме того, если ничего не сделать, то Асуту никогда не оставят в покое. Следовательно, Вена и Лала потеряют работу. Помогая вам, клан Ву защищает и собственные интересы! Просто помните об этом и выберете тот путь, который посчитаете верным.

— Тогда... Мы действительно можем на вас положиться? — Ай Фа сжала правую руку в кулак, толкнула его на пол и в упор посмотрела на Маму Миа Лей. — Я буду довольно сильно занята во время собрания... Можете ли вы защитить члена моей семьи от моего имени?

— Мы обязательно защитим его и не позволим клану Тсун его даже пальцем тронуть, — Вена села рядом с Мамой Миа Лей и серьёзно кивнула.

Ай Фа на мгновение замолчала. А затем она быстро опустила голову:

— Хорошо, тогда... я... принимаю предложение Каслана Лутима.

На лице Ай Фа появилось болезненное выражение. Должно быть, ей не хотелось, чтобы кто-то ещё держал наши судьбы в своих руках.

Но это была не та проблема, с которой мы могли справиться самостоятельно. Продолжи мы упорно отказываться от чьей-либо помощи, и нам придётся запереться у себя в доме на весь остаток жизни.

Мы занялись киоском только для того, чтобы принести лучшее будущее всему Морихену. И если мы хотели продолжать идти по этому пути, то не оставалось другого выбора, кроме как работать вместе с кланом Ву и домом Лутим.

Я хотел привести эти доводы, в попытке убедить Ай Фа, но, как следует всё обдумав, она, похоже, пришла ровно к тем же самым выводам.

Я втайне немного порадовался этому радостному чувству у себя в душе.

— Тогда решено... Обсудим детали утром. А сейчас — спать, — глубокий голос Донды Ву закончил секретную встречу между тремя домами.

Как только все разошлись по своим комнатам, мы вместе с Касланом Лутимом направились к выходу.

Похоже, как и на время предсвадебного празднования, он собирался на время остановиться в соседнем доме, тогда как нам с Ай Фа опять выделили пустой гостевой домик.

Каслан Лутим вышел на улицу первым, а я остался дожидаться, когда Ай Фа завяжет свои туфли одной рукой. В этот момент из глубины дома показалась Мама Миа Лей.

— Ай Фа, я тут кое-что вспомнила! Может быть, до дня собрания глав домов вы временно останетесь в нашей деревне?

— ...Зачем?

— Разве это не очевидно? Я уверена, нам ещё осталось, что обсудить. Кроме того, так женщины из клана Ву смогут получше обучиться кулинарным техникам. В таком случае, разве не будет удобнее для вас остаться здесь, а не мотаться туда-сюда?

— Но...

— Просто принесите все необходимые продукты из дома Фа... И не беспокойтесь о том, что подумают Дарум и Рейна. Даже когда вас здесь нет, их боль не становится меньше.

— М-Миа Лей Ву, да о чём это вы?... — с жаром вмешался я, но Мама Миа Лей в ответ только самодовольно улыбнулась.

Камия Ёст тоже часто улыбался, но тепло её улыбки было совсем другим.

— Я могу сказать, о чём думают мои дети, только раз на них взглянув. Они такие же, как я и Донда, когда мы были молоды. Хотя иногда я не понимаю Джизу и Вену... В любом случае, клан Тсун — неприятный противник, поэтому мы должны быть готовы ко всему. Надеюсь, вы это понимаете.

А затем Мама Миа Лей, не дожидаясь нашего ответа, вернулась в свои комнаты. Ай Фа и я посмотрели друг на друга со сложными чувствами.

— ...Сегодня я узнала, насколько великодушна Миа Лей Ву, — тихо вздохнула Ай Фа и продолжила завязывать свои туфли.

Снаружи нас ждал Каслан Лутим.

— Ай Фа, Асута, спасибо за ваш тяжёлый труд! Уверен, завтра у вас ещё много дел, так что отдохните как следует.

— Всё в порядке, мы не собираемся засиживаться допоздна.

Я заранее приготовил всё необходимое на завтрашний день, сложив в кладовой клана Ву. С ужином мне помогли женщины клана Ву, так что домашние хлопоты прошли более гладко, чем обычно. Пребывание в клане Ву никак не могло повлиять на мой бизнес.

— Я и не предполагал, что Зуро Тсун так скоро узнает о вашем существовании... или что вы заработаете столько денег за такое короткое время, — спокойно улыбнулся нам Каслан Лутим, когда мы шли к выделенному нам домику при ясном лунном свете. — Асута, я знал, что ты очень способный, но я даже и представить себе не мог насколько. Мне стыдно за свою глупость.

— Дела идут успешно вовсе не из-за моих способностей, а из-за качества мяса гибы. Когда я только начал этот бизнес, тоже сильно его недооценил.

— ...Когда твоё мастерство сочетается с силой гибы, оно обязательно приведёт обитателей Морихена к процветанию! И для нашего общего следует прекратить тиранию клана Тсун. — Каслан Лутим посмотрел на меня и Ай Фа своим крепким и сильным взглядом. — Мне всё ещё нужно обсудить кое-что между моим отцом и Дондой Ву. И я хочу рассказать всем родственным домам о продаже мяса гибы и попросить их сотрудничать с нами. Ай Фа, Асута, давайте вместе преодолеем это препятствие!

— Хорошо. Мы сделаем всё возможное.

Клан Тсун являлся угрозой, но пока клан Ву, Лутим и Ай Фа оставались на моей стороне, нам всем не нужно было им подчиняться.

Возможно, моё так называемое «мастерство» — вещь довольно тривиальная, но проблем не будет, если со мной будут союзники.

Главным было делать всё, что в моих силах, и не позволять никому чужому вмешиваться в мой бизнес и уничтожать его.

Я в очередной раз утвердился в своей решимости, а потом перевёл взгляд на звёздное небо, так сильно отличающееся от того, к которому я привык в своём первоначальном мире.

Часть 4

— Ну, тогда решено...

На следующий день, который был третьим днём синего месяца, мы открыли наш киоск в седьмой раз.

Ямиэль Тсун пришла вновь, как она и обещала, и ушла с довольной улыбкой на лице.

— Что ж, Мида может быть доволен. Я предупрежу своего брата, чтобы он не делал глупостей, поэтому можете не волноваться... пока что. С нетерпением жду дня собрания глав всех домов.

Она согласилась со всеми условиями, которые я выдвинул.

Будь то женщины клана Ву, сопровождающие меня и помогающие мне с очагом, или требование, чтобы женщины клана Тсун тоже принимали участие, Ямиэль Тсун согласился на всё это.

Всё прошло гладко, даже слишком гладко. Тем не менее, на некоторое время мы могли расслабиться.

— Ладно, теперь нас больше никто не отвлекает от дел! Нужно сосредоточиться на насущном и вернуться к торговле. Сегодня у нас будет секретное блюдо!

Ай Фа отступила к лесу позади нас, и я улыбнулся Вене. Сегодня была её очередь присматривать за киоском с мясом в мьям соусе.

Сегодняшним секретным блюдом было вяленое мясо гибы — основной продукт питания жителей Морихена.

Его важной особенностью был не вкус, а то, что оно могло долго храниться. Люди обычно не покупают вяленое мясо, если того не требуют обстоятельства. Честно говоря, оно было даже слишком пряным — вкус листьев пико и каменной соли ощущался в нём очень отчётливо. Кроме того, оно было довольно жёстким — мне всегда приходилось держать его во рту некоторое время, прежде чем оно станет помягче.

Однако в Почтовом городе была уйма самых разнообразных путешественников, и многие продуктовые лавки также торговали вяленым мясом. Везде, где оно продавалось, предпочтение отдавалось именно практичности, а не вкусу. Вяленое мясо кимьюсу было довольно мягким, но само по себе безвкусным — чувствовался только привкус специй. Мясо карон напоминало вяленую говядину высокого класса, но было ещё жёстче, чем гиба.

Теперь, когда я решил расширить ассортимент и к лёгким закускам добавить вяленое мясо... кое-кто мог почувствовать недовольство из-за этого, обвинив меня в погоне за выгодой. Мне следовало хорошенько подготовиться к конкуренции с другими продавцами. Чтобы люди в городе узнали ценность мяса гибы, мне нужно было делать всё, что в моих силах.

Между прочим, вяленый карон стоил дороже вяленого кимьюсу, поэтому в качестве стандарта я решил руководствоваться кароном. 3 красных медных плитки за 200 грамм. Обычно их продавали кусками от  400 до 600 г.

По моим подсчётам выходило, что это не так уж и дорого. Если примерно приравнять одну красную медную плитку к 100 иен, то лукоподобная ария стоила всего 20 иен, капустообразное тино — 50 иен, а вяленый карон — 150 иен за 100г. Для сравнения: один кухонный нож стоил 4500 иен, а горшок - 24 000 иен.

Еда не была смехотворно дешёвой, но она была намного дешевле по сравнению с тканью или кожаными изделиями.

Кроме того, вяленая пища должна была быть специально обработана, поэтому имела более высокую цену, а свежее мясо стоило дешевле. Исходя из того, что я слышал от Доры-сана, он платил около одной медной плитки за каждые 100 г мяса, когда покупал его для собственного потребления. Камия Ёст упоминал, что «мясо дороже овощей», но по сравнению с моим родным миром мясо здесь было не таким дорогим, чтобы его невозможно было купить.

Вот почему никому даже в голову не приходило есть мясо гибы. Я надеялся, что в будущем оно начнёт продаваться  по той же цене, что и карон.

Думая обо всём этом, я нарезал вяленое мясо небольшими кусочками для пробников.

Как раз в этот момент к нам подошёл очередной клиент — мужчина-сему в плаще с капюшоном, из-под которого выбивались его длинные серебряные волосы.

— Хмм? Что случилось, Шумимару?

Сегодня утром он уже заходил за гиба-бургером.

Шумимару внимательно посмотрел на прилавок своими тёмными глазами.

— ...Вяленый гиба?

— Да. С сегодняшнего дня — это наше новое блюдо. Пожалуйста, не стесняйся и попробуй!

Я предложил ему тарелку, и Шумимару откусил кусочек.

— ...Сколько медных плиток?

— Я планирую продавать по той же цене, что и вяленый карон. 6 медных плиток.

— ...А у тебя сколько?

— Эээ? Ну, сегодня я приготовил десять больших кусков.

Всего у нас было десять кусков каждый весом около 400 г, итого 4 кг.

Такого рода еду легко носить с собой, поэтому она отлично подходила путешественникам. Обычных горожан она вряд ли бы заинтересовала, поэтому я не возлагал особых надежд на немедленный ажиотаж.

В будущем я планировал заняться приготовлением бекона из гибы, который имеет более короткий срок годности, но гораздо вкуснее.

Мои глубокие раздумья прервал Шумимару, ровным голосом поинтересовавшийся:

— Вяленое мясо, хранится, сколько?

— Если обращаться с ним должным образом, то до полугода.

— Понятно. — Шумимару потянулся к внутренностям своего плаща. — Мне всё, пожалуйста.

— Эээ?

— Всего 6 белых медных плиток?

— П-подождите! «Серебряная ваза» же останется в Почтовом городе до конца месяца, верно? Зачем вам понадобилось столько вяленого мяса именно сейчас?

— Другие города, я хочу продать его там. — Шумимару вопросительно склонил голову, не понимая, чего я так заволновался. — Генос, еда дешёвая. Мы покупаем еду, в другие города продаём.

Выходит, он собирался его перепродать.

Я понял. Они не только продавали товары из своей страны, они также путешествовали по другим городам, закупали в них местные товары, а затем перепродавали их в других местах. Таким образом эти люди и зарабатывали себе на жизнь.

— Мясо гибы — редкое. В других городах, обязательно купят! Мне нужно как можно больше!

— Вот как... И сколько конкретно?

Шумимару задумчиво опустил веки.

— ...Если возможно, на 60 белых медных плиток.

60 белых медных плиток — это около 40 кг.

У клана Ву и дома Лутим всё ещё оставалось много остатков, так что подобное количество не представлялось особой проблемой.

— Хорошо. Тогда как насчёт того, чтобы получить товар за день до того, как «Серебряная ваза» покинет Генос! Я подготовлю всё прямо перед крайним сроком, чтобы товар можно было хранить в течение шести месяцев с того времени.

Шумимару довольно прищурился:

— Твоя идея — отличная. Спасибо.

— Вовсе нет, это я должен поблагодарить вас! Спасибо, что посещаете нас каждый день, да ещё и делаете такой большой заказ!

— «Серебряная ваза», Асута, всегда хорошие условия. Всё благодаря восточному Богу Сему.

Шумимару вдруг перевёл взгляд мне за спину.

Вена рассеянно изучала улицы.

— ...Асута, ты говоришь: Вена Ву. Вас зовут Вена Ву?

— ...Ну и что с того, даже если и так...? — нетерпеливо посмотрела на него Вена.

Шумимару с ничего не выражающим лицом покачал головой.

— Ничего, просто я подумал — красивое имя... Ну, тогда я пойду.

Шумимару надел капюшон, повернулся и ушёл.

Вена надменно скрестила на груди руки, и я вздохнул:

— Хмм~ Я чувствую себя таким подавленным... Шумимару — отличный парень и делает для нас столь многое.

— Так вот, что ты о нём думаешь? А я вот не люблю таких скользких типов...

— Серьёзно? Ты на самом деле сравниваешь его с кем-то вроде Камии? Да это просто грубо по отношению к нему!

— Они совершенно друг на друга не похожи, но мне нравятся люди с более открытым характером, чьи эмоции легче понять...

Произнеся это, Вена с беспокойством оглянулась себе за спину.

Ай Фа продолжала отдыхать в теньке деревьев в пяти метрах от нас. Сегодня она выглядела немного более вялой.

— ...Ай Фа всегда скрывает свои истинные чувства, и мне это тоже не нравится...

— Хм, но разве ты не чувствуешь себя по-настоящему счастливой, когда они время от времени открывают тебе своё сердце?

— ...Асута, раз уж ты сам об этом упомянул, значит, ты находишь столь замкнутых девушек полными очарования...?

— Я-я не это имел в виду!

Пока мы болтали, на улицах постепенно прибавлялось народу, уже почти наступило время второго час пика.

Не успел я об этом подумать, к нам энергично подошла знакомая парочка.

— Братик Асута, мне два!

— Асута, мне два, хорошо?

Тара и Юми даже заказ сделали одновременно.

Девочка с желтовато-коричневой кожей и молодая девушка с кожей цвета слоновой кости, которая была на две головы выше её, удивлённо посмотрели друг на друга.

— Эй! Ты ведь та малявка, которую я видела здесь в последний раз! — воскликнула Юми.

— А когда был этот последний раз? — растерянно спросила Тара.

— Ты что, не помнишь? Ну и ладно! Значит, ты хорошо знаешь Асуту?

— Да! Братик Асута — мой спаситель!

Она преувеличивала. Оглядываясь в прошлое, в первый раз я встретил тару во время суматохи с Доддо Тсуном. Юми же я встретил, когда к нам впервые пришёл Мида Тсун. Я вздохнул над подобными перипетиями судьбы, не забывая проверять стоящий на жаровне горшок и жарящуюся в нём арию.

— Хмпф! Так значит, даже местные детишки заходят к тебе? Ну, тогда ты действительно парень не промах! А ещё я видела, как вон эта вот девица смогла всучить твои гиба-бургеры даже каким-то пьяным дебоширам!

Она имела в виду Вену, конечно. Вена в ответ изящно пожала плечами.

— Ух ты! Вы действительно невероятные! Ваш киоск находится на самом отшибе, но умудряется зарабатывать больше, чем остальные продуктовые лавки! Ведь у вас много клиентов, так?

— Да. Отчасти и благодаря тебе тоже. К нам чуть раньше уже заходили двое твоих друзей.

— Хе-хе~! Я тебя расхваливала, где только можно! — гордо надулась Юми.

Услышав это, Тара также громко сказала:

— Тара тоже рассказала о нём всем своим друзьям! — Почему-то после этих слов она стала выглядеть удручённо. — ...Но все говорят, что гиба страшна и не хотят её есть. А ещё боятся, что их родители наругают...

— С этим ничего не поделаешь. Чем дольше живёшь в Геносе, тем непреклоннее подобные стереотипы. Мы можем только дать им время, чтобы это предубеждение ослабло, — постарался я утешить Тару.

В следующее мгновение Юми наклонилась вперёд.

— А ну-ка подожди! Эта малявка такая же твоя клиентка, как и я, верно? Почему же ты с ней гораздо более дружелюбен? Это нечестно!

— Э? Но ведь между вами большая разница в возрасте... О, и мы с Тарой уже давно знакомы. Что в этом такого?

— Ага! — улыбка вернулась на лицо Тары и она твёрдо кивнула.

— Ухх! Меня почему-то это дико бесит! — недовольно проворчала Юми. — ...О, кстати, Асута, ты давно уже здесь работаешь-то?

— Хм? Соседний киоск уже работает семь дней, а этот — три.

— Ясненько. Но ведь ты не собираешься закрываться через десять дней, верно?

Эта девушка была знакома с рыночными правилами. Я кивнул и сказал:

— Да, я собираюсь продолжать свой бизнес.

— Тогда не хочешь подписать с нами контракт?

— Чего?

— Моя семья заправляет гостиницей «Западный Ветер», а ещё отвечает за часть рынка. Батя у меня очень упрямый, но мама уже попробовала гибу и она ей понравилась, поэтому они не станут относиться к тебе с предрассудками! — Её предложение оказалось неожиданностью для меня. — Управляющий «Хвостом Кимьюсу» ведь не очень хорошо к тебе относится, верно? Я слыхала, он недолюбливает морихенцев. Не хочешь уйти от него к нам?

— С-секундочку, Милано Маст недолюбливает морихенцев?

— Да! Но подробностей я не знаю. Вроде как один из них убил то ли его родственника, то ли друга. В конце концов, то дело так и не разрешилось — доказательств не было! — В глазах Юми появился конкурентный блеск. — Время от времени морихенцы вызывают проблемы в городе, поэтому не все могут им доверять. Да я и сама поначалу вас опасалась... Наверное, ты прав, только время может залечить все раны.

— ...Угу, это точно, — тяжело вздохнул я и принялся делать четыре порции мяса в мьям-соусе. — Что касается контракта, то я обговорю это с Милано Мастом. Не хочу, чтобы он затаил злобу и на меня тоже.

— Конечно, всё в порядке, просто делай то, что считаешь правильным! Если я смогу есть твою вкусную еду каждый день, у меня не будет никаких жалоб! — снова невинно улыбнулась Юми и получила свою порцию готового мяса.

Получив свою, Тара радостно воскликнула и побежала к соседнему киоску с гиба-бургерами.

Юми широко раскрыла глаза:

— Тебе что, всё мало?!

— Да! Вот это — для владельца лавки тканей и торговца котелками! А нам с папой — гиба-бургеры!

— Хмм~ Ещё совсем малявка, а уже такая деловая! — фыркнула Юми и присоединилась к Таре.

Наконец, они вместе ушли.

Хоть у них и был разный цвет кожи, они мне напоминали двух сестёр с большой разницей в возрасте. Я посмотрел им вслед и вспомнил, что ещё три дня, и наступит десятый день ведения моего бизнеса в городе.

Раньше мне было достаточно продавать по 20-30 порций в день. Но не успел я оглянуться, как у меня уже два киоска, а продажи достигают целых 150 порций!

Я получил временную отсрочку от угрозы клана Тсун и сейчас мог сосредоточиться на своих собственных делах.

До начала собрания глав всех домов оставалась ещё неделя. И к тому дню мне следовало добиться ещё больших результатов, чтобы обитатели Морихена знали, что для них возможно лучшее будущее!

Я не позволю клану Тсун делать всё, что они пожелают!

С этой мыслью я взял кожаный мешочек с мясом гибы.

Часть 5

После продажи 145 порций седьмой день работы нашего киоска в городе подошёл к концу.

Мы определённо могли продать и оставшиеся пять блюд, если бы подождали минут десять или около того, но я должен был выполнить контракт, заключённый с кланом Ву. Когда солнце достигло середины между пиком и горизонтом, мы начали быстро собираться.

Между прочим, мы ещё продали и 800 грамм вяленого мясо, что принесло нам дополнительную прибыль — 12 красных медных плиток. Для его приготовления не требовалась только каменная соль, поэтому себестоимость этого ингредиента была довольно дешёвой. При такой выгодной цене, даже без особого случая с «Серебряной вазой», вяленое мясо станет отличным дополнением к нашему меню.

И так, работа на сегодня подошла к концу. Я хотел ещё обсудить следующий контракт с Милано Мастом, но он всё время торчал на кухне, и к нам вышла только его дочь, боявшаяся жителей Морихена. Поэтому разговор с ним пришлось отложить на потом.

Камии Ёста тоже не оказалось в гостинице, а Лейто последние два дня был занят по уши — выполнял какие-то его поручения. Гора проблем с кланом Тсун росла, в то время как Камия Ёст всё сильнее отдалялся.

Принял ли он слова Донды Ву близко к сердцу и намеренно начал нас избегать? Или у него какие-то иные мотивы? А может, это просто совпадение? Только небеса знали ответы на эти вопросы.

В любом случае, это лучше, чем если бы он бездумно стал совать повсюду свой любопытный нос.

Убедив себя в этом, мы с Ай Фа и Веной отправились домой — там нам предстояло взять всё необходимое. Говоря конкретно: нам нужны были продукты, смена одежды, точильный камень, верёвки, все наши деньги и другие предметы первой необходимости.

У нас скопилось уже порядком белых медных плиток. Сейчас их 60, а как только будет 100, мы сможем их разменять. Но пока приходилось хранить такую груду денег дома и таскать с собой кучу мелочи.

— Нас не будет дома целых семь дней... — задумчиво пробормотала Ай Фа, обведя взглядом пустую кладовку.

Для меня это будет второй раз, когда я отлучусь из дома на такой длительный срок, но для Ай Фа такой опыт впервые.

Я запихнул в котелок так много вещей, сколько в него влезло, а остаток сложил на волокуши, которые взялась тянуть Ай Фа. Мы повернулись в сторону деревни клана Ву и почувствовали, будто переезжаем.

— Ах, добро пожаловать! — когда, передав свои клинки на хранение клану Ву, мы появились в кухонной комнате, Рими с Рейной уже готовили ужин. — Хи-хи, а вы на самом деле переезжаете к нам в деревню? — улыбнулась нам Рими. Вчера у нас не было возможности перекинуться с ней даже и словечком.

— Да, мы останемся здесь на семь дней, до собрания глав домов... А что у вас сегодня на ужин?

— Бифштексы! Сестрица Рейна и Рими уже умеют их готовить! Это вкусняшка, так что ждите с нетерпением!

Сияющее лицо Рими заставило улыбнуться ей в ответ.

Рейна стояла рядом с Рими и шинковала арию. Она гостеприимно мне улыбнулась.

— Добро пожаловать в клан Ву. Асута, ты тоже будешь здесь работать?

— Да, я займусь этим где-нибудь в уголке.

После ответа я выложил на свободный стол целую груду мяса, овощей и фруктового вина.

До этого дня я планировал закупать мясо гибы в клане Ву — в день на всё про всё у меня уходило около 27 кг, и запаса дома Фа хватило бы максимум на два дня. Но раз уж мы временно переехали к ним, то я решил использовать наше собственное мясо — в самом деле, не пропадать же ему!

— Ну-с, приступим!

Когда я взялся за нож Сантоку, меня вдруг позвала Ай Фа.

— Асута, я немного устала. Пойду поговорю с бабушкой Джибой, а потом отдохну в пустой комнате перед ужином.

— Хорошо. Ты как? Не лихорадит?

— Я в порядке.

Вена отправилась к себе домой, поэтому со мной в комнате остались только Рими и Рейна. Бабушка Дитто Мин занималась жаркой пойтана, поэтому пользовалась уличными очагами.

До заката оставалось ещё полтора часа. Прошлой ночью женщины из клана Ву должны были готовить ужин в спешке из-за внезапного решения о встрече в клане Ву, и я также воспользовался возможностью закончить свою подготовительную работу. При обычных обстоятельствах я бы не смог закончить всё до ужина, если бы только начал в это время. Поэтому, вероятно, нужно будет поработать и после.

Решив сразу разобраться с самым утомительным делом — лепкой из фарша мясных котлеток, я занялся арией.

— Ай Фа выглядит такой вялой... У неё всё ещё болит рука? — вдруг с тревогой спросила Рими.

— Я не уверен. Прошло три дня с момента ее травмы, так что теперь не должно быть слишком больно. Но я никогда раньше не получал вывих, поэтому не могу сказать точно.

— ...У вас после ужина снова будет собрание?

— Нет, в общем-то, обсуждать особо и нечего. Вы уже сообщили Лутимам о результатах наших переговоров с Ямиэль Тсун?

— Да. Когда Лала с Шелой вернулись из города, у нас как раз была Эма Мин Лутим. ей обо всём рассказали.

— Ого! Эма Мин Лутим всё ещё приходит, чтобы научиться готовить? — когда я повернулся к Рейне, то обнаружил, что она по какой-то причине пристально на меня смотрит и широко улыбается. — Ч-что случилось? Эма Мин Лутим в порядке?

— Э? В смысле? — чем-то довольная Рейна непонимающе склонила голову набок.

— Эй, сестрица Рейна, а ты чего такая довольная? — показала на неё пальцем Рими, после чего Рейна смутилась и покраснела.

— Д-довольная? Простите, это пустяки... Просто я так давно не разговаривала с Асутой, что почувствовала себя счастливой...

Прошло всего три дня с момента нашей последней беседы.

Три дня назад Рейна проводила меня невинной улыбкой, когда мы прощались. А её сегодняшняя, казалось, была наполнена чувством блаженства.

— Я слышала о собрании глав домов от Мамы Мии Лей. Буду рада помочь!

— Это нечестно! Почему Рими не может пойти и помочь?! Я тоже хочу пойти в клан Тсун вместе со всеми!

— Ни за что! Всё мужчины клана Тсун — грубияны! Папа Донда тебя никогда не отпустит. — Рейна вдруг посерьёзнела: — Асута, мы тебя обязательно защитим. Неважно, что задумали люди из клана Тсун, они тебя даже пальцем не тронут!

— С-спасибо.

Я продолжил шинковать арию.

В этот момент выражение лица Рейны снова изменилось, и она помрачнела.

— О, кстати... Что за человек Ямиэль Тсун? Вена сказала, что она подозрительная женщина с выдающейся внешностью...

— Хм? Ну, если кратко: это женщина, от которой у меня мурашки по спине. Я думаю, что она даже страшнее, чем младший брат клана Тсун.

— Вот как...

Рейна снова расплылась в улыбке.

Может, у меня разыгралось воображение, но сегодня у Рейны что-то слишком много резких перепадов настроения. Это стало более заметным после ухода Ай Фа.

Мне плохо, когда я думаю о чувствах, которые она скрывает в своём сердце ... Но эта девушка действительно чрезвычайно эмоциональна.

Как бы там ни было, рано или поздно наши отношения с Рейной нормализуются.

После этого мы ещё некоторое время сплетничали, пока я не покончил с половиной своей работы, и не наступило время ужина.

Я вошёл в большой зал, где собрались члены клана Ву, и занял то же самое место, что и вчера. На ужин были бифштексы, жареный пойтан и мясной суп из гибы с арией и чачи. Кроме того, я угостил 1 кг мяса в мьям-соусе и остатками тарапа-соуса.

И бифштекс, и суп на вкус были безупречны. Кулинарные навыки женщин клана Ву улучшались с каждым днём.

— Это всё? Асута, у тебя сегодня так мало осталось? — недовольно пробурчал Лудо, сверля пристальным взглядом свою тарелку с мясом, покрытым тарапа-соусом.

— Да, около половины вчерашнего. Извини, что сегодня меньше.

— Этого не достаточно для всех, что нам делать?!

— Какой шумный ребёнок. Посмотри, сколько вокруг тебя людей, а жалуешься только ты один, — отчитала бабуля Дитто Мин Лудо с весёлой улыбкой.

Во время ужина прошлым вечером атмосфера была напряжённой. Но с тех пор, как Ямиэль Тсун приняла наши условия без каких-либо возражений, настроение смягчилось.

Впрочем, я уже привык к тому, что кроме Лудо мужчины клана Ву всегда сохраняли предельную серьёзность, и сегодняшний вечер не стал исключением. Особенно это касалось Джизы Ву, который в последнее время был каким-то слишком уж тихим, и это меня беспокоило.

— С тарапа-соусом Асуты кусочки мяса гораздо вкуснее, чем без. Вот только было бы здорово, если бы их вкус был чуть менее сильным, — спокойно вмешалась супруга Джизы Ву, Сати Лей Мин.

— Я мариновал мясо во фруктовом вине, арии и мьяме. Я уже рассказал Шеле, как правильно это делать... — В этот момент я вспомнил, что забыл рассказать клану Ву о важном вопросе, и повернулся к Маме Мие Лей. — Миа Лей Ву, извините, что беспокою во время еды, но у меня после ужина ещё есть дела, так что я могу обсудить это с вами только сейчас.

— Хм-м? Что такое?

— Скоро десятый день работы моего киоска в городе, и я планирую на один день закрыться, чтобы провести кулинарный семинар для собрания глав домов. Вы не против?

— Хм-м? Значит, ты хочешь сказать, что будешь учить нас готовить весь этот день?

— Да. К нам как-то заходил Мида Тсун, и ему очень понравилось блюдо под названием «мясо в мьям-соусе». Я надеюсь, что все вы сможете научиться его готовить... Оно не такое уж сложное, но я постоянно занят работой в киоске, поэтому у меня не так уж много свободного времени. Поэтому я планирую научить всех за этот день.

— Хорошо. Значит, все женщины, идущие на собрание глав домов, тоже должны уделить тебе время?

— Я посвящу этому целый день, поэтому каждый может по очереди приходить и учиться! И я бы хотел попросить женщин из дома Лутим тоже присутствовать. — Я повернулся к Донде Ву, который ел бифштекс, пропитанный супом. — И учитывая усилия, которые придётся предпринять женщинам из клана Ву, я думаю, что вознаграждение, выплачиваемое кланом Тсун, должно быть равномерно распределено среди всех, кто будет хранить общий очаг в тот день. Вы не против?

— ...Что ты там сказал? — нетерпеливо уставился на меня Донда Ву. — Это ведь ты сам решил принять этот идиотский запрос клана Тсун, так?

— Так. Но на этот раз работы будет гораздо больше, чем в день пиршества Лутим. Кроме того, женщинам придётся постоянно за мной приглядывать. Имея это в виду, более уместно делить вознаграждение поровну.

— ......

— Более того, кроме утомительной кухонной работы, им также придётся обучать женщин из клана Тсун, которые ничего не знают о моей кулинарии. Так что Миа Лей Ву и другие будут работать так же усердно, как и я. Я думаю, что мы должны разделить деньги равномерно.

Донда Ву хмыкнул: «Да и пофиг!», а Мама Миа Лей сказала с неловкой улыбкой:

— Ты такой сдержанный. Это у вас в доме Фа общая черта? Асута, я ведь тебе уже вчера говорила: вы двое — важные друзья клана Ву и дома Лутим.

— Я рад слышать это, и я тоже вас всех очень уважаю. — Я слегка смутился, но всё равно продолжил от всего сердца: — Вот почему я не хочу быть в долгу перед людьми, которых так высоко ценю. Я надеюсь, что мы будем противостоять клану Тсун на равных. Возможно, это бесстыдно с моей стороны говорить так, но я такой же житель Морихена, который беспокоится о его будущем, как и остальные.

— Вовсе и не бесстыдно, — сказала бабуля Дитто Мин. — Может, ты и чужестранец, но по сравнению с кланом Тсун, ты настоящий житель Морихена... Я уверен в этом, увидев всё, что произошло.

— Спасибо!

— Ой! — вдруг громко воскликнула Рими.

Тарелка супа выскользнула из руки Ай Фа, и еда пролилась на пол. Ай Фа покачнулась, и я быстро схватил её за плечи.

— Простите... за трату драгоценной еды...

— Ай Фа! У тебя снова жар!

Я заметил, что она горит, просто касаясь её обнажённых плеч.

Ай Фа оперлась правой рукой об пол и болезненно нахмурила брови.

— ...Я ей постелю в комнате Джибы, — встала Мама Миа Лей.

— Всё в порядке... — с трудом выдавила Ай Фа. — У меня с собой есть листья Ломе, если я отдохну после того, как выпью их... то поправлюсь.

Поддерживая тело Ай Фа, я повернулся к Маме Миа Лей.

— Извините, что прервали ваш ужин, но, похоже, нам пора... Рими Ву, в кармане накидки Ай Фа есть листья, принесёшь их?

— Ага!

— Ай Фа, идти можешь?

— ...Да.

Я положил правую руку ей на шею, подхватил её запястье одной рукой и обнял за талию другой. А затем встал так медленно, как только мог.

Рейна, кормившая бабушку Джибу, посмотрела на нас со сложным выражением лица. Но это была чрезвычайная ситуация, поэтому я не мог учитывать её чувства.

— Извините, я пойду уложу Ай Фа отдыхать.

— Хорошо. Рими, иди растолки листья Ломе, а потом принеси им... ах да, Асута ведь не доел. Мы потом позже принесём вам две порции, так что идите уже.

— Хорошо, спасибо.

Осторожно поддерживая Ай Фа за плечи, я подвёл её к выходу.

Ай Фа было не до обувки, поэтому я просто сунул ноги в свои туфли, и мы вышли на улицу. Там я позволил ей сесть и сделать короткую передышку.

У Ай Фа не было сил идти самостоятельно.

— Ты в порядке? До ужина ведь всё было более-менее хорошо, верно?

У меня была идея, почему Ай Фа начало лихорадить.

Вероятно, она слишком много беспокоилась в последнее время.

С самой прошлой ночи она выглядела очень тревожной,  поэтому мой вывод должен быть верным.

Кроме того, я хотел поторопиться и увести Ай Фа подальше от людей. Ей бы не хотелось, чтобы другие видели её слабую сторону.

— Я так бесполезна... — слабо пробормотала Ай Фа.

— Это неправда.

Я вытер пот с её лба.

— Тебе нездоровится, но ты всё равно продолжаешь беспокоиться о многих вещах, вот температура и вернулась. Тебе бы научиться поменьше забивать себе голову разными мыслями.

Ай Фа упёрлась руками в мою грудь и недовольно надулась.

— Перестань говорить, и давай поспешим... Я не хочу, чтобы Рими увидела меня такой...

— Ладно. Тогда тебе придётся ещё немного потерпеть.

Удерживая Ай Фа за спиной левой рукой, правой я потянулся к нижней части ей коленей.

Затем я мысленно посчитал «один, два, три» и медленно встал.

— Да уж, я так и думал, что это не так-то и просто.

Я был примерно того же роста, что и Ай Фа, и, учитывая плотность мышц и костей, мы должны быть примерно одного веса. Я пока что всего лишь поднял её, но мои руки и ноги уже ходили ходуном.

— ...Ты что делаешь?

Когда её подняли в воздух, как принцессу, Ай Фа слабо положила голову мне на плечи и в изумлении на меня посмотрела.

— Ну, ты ведь сама сказала, что нам надо поспешить, так? Тогда это единственный путь.

Если бы её левая рука не была повреждена, я мог бы нести её на спине и потратить немного меньше усилий. Но от главного дома Ву до пустого дома было всего несколько десятков метров, так что я мог справиться.

Я сделал осторожный шаг вперёд, изо всех сил стараясь не уронить Ай Фа.

— ...Ну вот, теперь я ещё больше опозорена...

— Вовсе нет. Мы одна семья, и должны помогать друг другу в трудные времена ... И мне бы не хотелось, чтобы вместо меня это сделал какой-нибудь другой парень.

Освещаемый лунным светом, я продолжил свой трудный путь вперёд и мгновенно вспотел.

К счастью, я каждый день таскал тяжёлые грузы в Почтовый город, поэтому уже немного привык и мог некоторое время обойтись без отдыха.

— Ай Фа, тебе нужно хорошо отдохнуть и поправиться. Я действительно нуждаюсь в тебе... У меня и желание работать-то сохраняется только потому, что ты со мной.

— ...Правда...? А вот мне кажется, что ты уже можешь гордо жить как настоящий морихенец...

— Не говори ерунды. — Как и следовало ожидать, её это беспокоило. Я чувствовал это с прошлой ночи. — Ты просто не привыкла полагаться на других. Вот почему ты смогла прожить два года в одиночестве и добилась впечатляющих результатов. Тебе совсем нечего стыдиться.

— ......

— Я не такой сильный, как ты. Мне приходится работать с окружающими меня людьми каждый день... Это довольно старая история, но я уже говорил, что не привык во всём полагаться на свою семью.

Мне не казалось, что в моих словах есть противоречие. Из-за того, что я не привык полагаться на других, я не мог различить «опору» и «зависимость».

Нежелание Ай Фа полагаться на других было совсем другого рода... просто она была слишком сильной.

Несмотря на то, что наши причины были полной противоположностью друг другу, у нас с ней было некоторое сходство.

— Я не могу жить так, как ты. С другой стороны, ты тоже не можешь жить как я. — У меня перехватило дыхание, но я всё ещё улыбался Ай Фа. — В таком случае нам просто нужно восполнить недостатки друг друга, верно? Будет здорово, если мы сможем это сделать.

— ...Не говори таких трудных вещей, когда меня лихорадит... — Ай Фа ударилась головой о мою щеку.

А затем она потёрлась об меня своим горячим лбом.

— Больно... В любом случае, я рад, что помог. В конце концов, тебе обычно не требуется моя помощь.

— ...Дурак... — пробормотала Ай Фа, и её сознание начало медленно угасать. — ...Я та, кто нуждается в тебе... Поэтому обещай, что всегда...

Я не понял, что она пыталась сказать в самом конце. Поэтому я тихо сказал ей то, что на самом деле чувствовал в тот момент:

— Ай Фа, давай останемся вместе навсегда.

Глава 4: Удвоенная решимость

Глава 4

Удвоенная решимость

Часть 1

Этот день наконец-то наступил.

Шестой день Синего месяца — десятый день нашей работы в Почтовом городе.

На восьмой день открытия мы продали 138 порций. На девятый день 142 блюда. Совокупные продажи до вчерашнего дня составляли 1652 красных медных плитки. Прибыль составила 1011 красных медных плитки.

Если считать прибыль с точки зрения клыков и рогов, выходило что-то в районе 84 крупных гиб. Если клан Тсун мечтал утонуть в медных пластинах, это число определённо заставило бы их обомлеть.

Четверо из нас заработали огромную сумму денег. Всего за десять дней мы добыли эквивалент 84 гибам. Даже включая цену за шкуру, выходило, по меньшей мере, 42 гибы.

Но мы бы не смогли вести дела, если бы охотники не занимались своим делом, поэтому мы также должны были учитывать и их усилия. Несмотря на это, сумма всё равно была ошеломляющей. С другой стороны, несмотря на огромную ценность мяса гибы, множество морихенцев предпочитало оставлять ненужные части туши зверя в лесу.

С этой точки зрения я сделал недостаточно.

Если бы я должным образом объяснил жителям Морихена его ценность, они смогли бы наконец-то вырваться из нищеты.

Поэтому я не намеревался останавливаться на пути к своей цели.

— Доброе утро, господин Милано Маст!

Вместе с Веной, Лалой, Шелой и Ай Фа, которая обещала поправиться уже через два дня, мы направились в «Хвост Кимьюсу». Милано Маст ожидал нас позади здания.

Крупный мужчина с желтовато-коричневой кожей, хозяин гостиницы был потомственным горожанином Геноса. Он был высокого роста и выглядел крепким, как бык. На его лице всегда была кислая мина — вот и сегодня он принял нас без особого удовольствия.

— Наконец-то явился... Тебя уже стражники обыскались.

— А?

— Я слышал, что толпа Джагалов и Сему чуть ли не взбунтовалась! Ты чем думал, когда вывешивал «это объявление»?

Под «этим объявлением» он имел в виду маленькую доску, приколоченную под моей вывеской. Я не мог прочитать, но на ней должно было быть написано: «Синий месяц, с 7 по 11, закрыто».

Согласно моему графику, завтра мне предстояло провести кулинарный семинар по подготовке к собранию глав домов. 10-го должно пройти само собрание, и мне будет некогда готовить на следующий день, так что 11-го числа я тоже решил не открывать киоск.

— Если бы мы не сообщили им заранее, в будущем это могло бы вызвать ещё больше недовольства... Неужели там так много людей?

— Да кто их считает? Я попросил стражу не вмешиваться.

Милано Маст сунул в карман своего тёмного фартука толстые пальцы и вытянул оттуда восемь красных медных плиток.

Когда я рассказал ему о запланированном закрытии, он сказал, что возместит плату за место и аренду тележки за эти дни. Раз уж я арендовал два киоска одновременно, мне самому было бы удобнее, чтобы и дата их контракта была одинаковой. И так, наш контракт с «Хвостом Кимьюсу» подошёл к концу.

Однако это не меняло того, что через два дня мне потребуется новый. Времени оставалось мало, но Милано Маст по какой-то причине всё ещё не дал своего ответа.

— Я приму решение ближе к вечеру. Вам ведь это не доставит особых неудобств, верно?

— Всё хорошо, мы не против.

Я не имел ни малейшего понятия, что на уме этого человека, и это заставляло меня чувствовать себя неловко.

Милано Маст фыркнул, а затем оглядел нас всех с головы до ног.

— Проваливайте уже. Если поднятая суматоха не уляжется к вечеру, можете вообще навсегда забыть об идее заключить со мной сделку.

Он был холоден и сдержан, как обычно.

Не став с ним спорить, мы отправились на рынок.

— Какой же он мерзкий! Если он так сильно ненавидит морихенцев, мог бы просто порвать с нами отношения сразу, — буркнула Лала, помогая мне толкать тележку.

— Хмм... У Милано Маста могут быть свои обстоятельства. Надеюсь, он сможет обдумать это и прийти к приемлемому для него выводу.

Юми однажды сказала мне, что родственник или друг Милано Маста был убит жителем Морихена. Если то, что она сказала, правда, то какие эмоции испытывал Милано Маст, когда общался с нами?

Если бы он смог отпустить свою злобу и относиться к морихенцам как к обычным клиентам, я хотел бы продолжить свой контракт с «Хвостом Кимьюсу».

Как бы там ни было, впереди нас ждал целый день, полный забот.

Как бы ни изменялась ситуация, наша ответственность осталась прежней. Хоть десятый день после открытия и был знаковым, от обычной работы это нас не освобождало.

Единственное отличие, которое я заготовил, это целых 80 порций гиба-бургеров, который я приготовил.

Решив переехать из дома Фа в клан Ву, мы освободили Вене целых два часа свободного времени. Она использовала его, чтобы помочь мне приготовить ингредиенты, и сделала ещё двадцать дополнительных порций.

Учитывая сожаление клиентов по поводу нашего будущего перерыва, я ожидал, что за день до выходного, а потом и после будет огромный рост продаж. Но только бог знал, что на самом деле произойдёт.

— Ого! — внезапно воскликнула Лала, когда мы шли по улице.

Я поднял голову и увидел причину её удивления. Это был первый раз, когда такая огромная толпа собралась вокруг торгового места, которое мы арендовали.

Люди Сему и Джагал, а также жители Запада, которые были либо клиентами, либо зеваками, почти перекрыли всю улицу. Неудивительно, что стража приняла меры.

— Привет, а сегодня больше людей, чем обычно.

Я обернулся и увидел Дору-сана, который улыбался мне из своего киоска. С ним была и Тара.

— Надеюсь, что эта толпа не раскупит всё сразу, и нам хотя бы что-нибудь да перепадёт.

— Ага... Кстати, не могли бы вы завернуть мне 4 тарапы и 30 арий?

— Запросто! С тебя 12 красных медных плитки.

Я сложил овощи в мешок и быстро отправился в путь.

— Работай усердно, братик Асута!

Подбадриваемые Тарой, мы шли к клиентам.

— Извините, простите за ожидание!

Заслышав мой голос, Джагалы разразились приветственными криками, но быстро успокоились. Находясь на виду у стражников, они старались сдерживаться.

В последние несколько дней ранним утром я не видел очереди больше 20-30 клиентов. Сегодняшняя толпа была вдвое больше. Все эти люди собрались здесь потому, что знали, что завтра у нас выходной. Это было для меня большой честью.

— Пожалуйста, подождите ещё минутку, нам необходимо подготовиться к открытию!

Мы занялись разведением огня и размешиванием тарапа-соуса.

Затем мы переложили мясо в маринаде в другую кожаную сумку. После этого тино было измельчено, а ария нарезана кубиками.

Все мои работницы были уже очень хорошо знакомы с рабочим процессом.

— ...Даже я слегка заволновалась, — весело улыбнулась мне Лала. — А эта работа не так уж и плоха. Лучше, чем выделка шкур дома.

— Рад, что тебе нравится.

— Что будет послезавтра? С нами поменяются местами другие женщины из клана Ву?

— Если честно, даже не знаю. Надеюсь, мы сможем сохранить тот же самый состав.

Ликование на лице Лалы тут же сменилось угрюмостью.

— На что это ты намекаешь? Не хочешь работать вместе с Рейной?

— ...Э?

— А вот она хочет с тобой поработать! Её чувства беспокоят тебя? — синие глаза Лалы уставились на меня.

Она была очень чувствительна и наблюдательна, поэтому, должно быть, насквозь видела и чувства Рейны, и мои.

— Да я совсем не это имел в виду... Но, раз уж ты об этом заговорила, мне следует быть поосторожней с Рейной.

— В каком это смысле поосторожней?

— ...Извини, я не знаю, как тебе объяснить. Надеюсь только, что если я начну её избегать, это ещё сильнее не усугубит проблему.

— Не нужно передо мной извиняться. В конечном итоге всё будет хорошо. Асута, просто делай то, что считаешь правильным, — наконец улыбнулась мне Лала своей фирменной улыбкой.

Выбросив из головы все посторонние мысли, я добавил в раскалённый котелок арию.

— Мы открыты! Пожалуйста, становитесь в очередь по пять человек!

Нашей первой группой клиентов оказались Папаша, Арудас и архитекторы.

— Утречка! А вы сегодня рано.

— Ага, у нас сейчас полнейший аврал на работе. Приходится закупаться с самого ранья. А у тебя ещё выходные эти, не можем же мы пропускать обед! — от души рассмеялся Арудас, в то время как Папаша выглядел чем-то очень недовольным.

— Это да, всё ты виноват со своими выходными. Ужель тебе барыши совсем не нужны? Мы ведь в Геносе только до конца месяца. А у тебя целых три дня выходных! Слухай, ты только не вздумай растянуть их на четыре, а то и ещё больше. Вот как мы вернёмся к себе по домам, так хоть десять делай!

— Ха-ха, извините... Мы постараемся больше не отдыхать в этом месяце, — я добавил в котелок почти 3 кг мяса.

По улице поплыл аромат фруктового вина и мьяма, и выражение лица Папаши смягчилось.

— Да уж, а запашок очень даже неплох... Завтра выходной, значит... Эй, Арудас, что завтра-то жрать будем?

— А что нам остаётся? Купим каких-нибудь ролов с кароном. Тебе ведь они всегда нравились, Папаша, а?

— Карон уже в печёнках сидит... Хочу гибу!

Арудас, который был на голову выше Папаши, улыбнулся.

— Ха! Кстати, братан, к тебе тут может подойти один человек по имени Наудиц. Ты уж поговори с ним, лады?

— Наудиц? Это твой друг?

— Не друг, но мы с ним давно знакомы. Он наконец-то решился действовать.

Я не понял, что он имел в виду. Но прежде чем я успел поинтересоваться, уже закончил их заказ.

— Тогда увидимся через два дня. Береги себя и больше не бери выходных, слышишь?

— Хорошо, благодарим за покупку.

Затем я продолжал готовить.

Пятнадцать порций мяса в мьям-соусе исчезли в одно мгновение.

— Сожалею! Пожалуйста, подождите несколько секунд!

Утро пятого дня казалось мне самым загруженным временем, которое у нас было, но сегодняшний день с лихвой его переплюнул.

Дополнительные заказы были проданы в кратчайшие сроки, и мы подготовили еще один сет из 15 блюд. Когда половина из них была распродана, толпа постепенно начала редеть.

Я развернулся, чтобы посмотреть, как идут дела в соседнем киоске. Шела как раз повернулась в мою сторону, и наши взгляды встретились.

— Мы сделали ещё один сет из 20 блюд, осталось пять. Подготовить ещё один прямо сейчас?

— Хм, давай-ка немного подождём. ...А, добро пожаловать!

Обслужив людей Сему и продав ещё 52 мяса в мьям-соусе и 45 гиба-бургеров, мы занялись покупателями с запада — их было немного, но продажи неуклонно росли.

За последние три дня нам удалось-таки заинтересовать местных жителей, а вчера так вообще нас посетило не меньше 30.

Еда из мяса гибы начала постепенно интегрироваться в жизнь Геноса. Меня так и подмывало завтра похвастаться этим перед Касланом Лутимом.

В этот момент передо мной появилась группа людей в плащах. И, конечно же, это была

«Серебряная ваза» во главе с Шумимару.

— Добро пожаловать! Рад вас снова видеть.

Десять человек Сему, как обычно, разделились на две равные группы и выстроились в очередь перед двумя киосками.

Лидер Шумимару покупал мясо в мьям-соусе через день. Он откинул капюшон, как всегда, и вежливо поприветствовал меня.

— Завтра, закрыто, неудачно. Послезавтра приходить ещё.

— Хорошо, спасибо.

— Асута, купить вещь, решил?

— Да. Я обсуждал это с главой своего дома. После того, как моя работа будет закончена, я к вам зайду.

Мы заработали более тысячи красных медных плиток. Эта сумма превышала сто белых медных плиток, которых было достаточно, чтобы обменять на одну серебряную.

Тем не менее, деньги ведь и существуют для того, чтобы их тратить. Нам не нужно было копить и покупать что-нибудь дорогое. Посоветовавшись с Ай Фа, она мой выбор одобрила.

— Очень счастлив. До заката, в магазине, я, — Шумимару прищурился.

Похоже, он был очень доволен тем, что я решил зайти к нему в магазин. От этого человека всегда исходила аура дружелюбия.

— Ну, тогда, увидимся позже.

— Хорошо, увидимся.

И так, мы продали ещё 40 гиба-бургеров.

После этого мы решили сделать небольшой перерыв.

— ...Мне кажется, люди с востока чем-то похожи на морихенцев.

— Ты так думаешь, Лала Ву?

— Да... Как-то раз, давным-давно, бабушка Джиба мне сказала, что люди Морихена могут быть смешанной кровью восточных и южных народов».

— Ого! Это правда?

— Ну, бабушка Джиба не знает точно. Прежде чем разразилась война между Сему и Джагалами, люди, сосланные обоими народами, встретились в южном лесу и стали предками обитателей Морихена... Такова наша легенда.

— О, невероятно! Неудивительно, что я чувствую близость к большинству людей Сему и Джагал.

— В самом деле? Если бы мы знали об этом, когда бабушка Джиба и другие покинули южный лес, мы бы вместо этого отправились в восточное королевство.

— Хмм~ Но ведь мы говорим с ними на разных языках. Да и тогда восток и юг были вражескими нациями, поэтому морихенцы того времени могли полагаться только на западное королевство, которое находилось в хороших отношениях с югом.

— А, ну да... Ну и ладно, наша-то жизнь всё равно не изменится, что бы мы сейчас не говорили.

Пока мы болтали, киоск по соседству закончил подготовку к очередной партии гиба-бургеров.

Я предоставил Шеле полную свободу в выборе приправ для тарапа-соуса.

— Ладно, раз уж выдалась свободная минутка, давай сходим к Ай Фа.

— Давай!

Я взял два гиба-бургера, а Лала мясо в мьям-соусе, и мы пошли в тенёк, в котором по обыкновению отдыхала Ай Фа.

Она крепко спала. Но как только мы оказались от неё в двух метрах, она мгновенно распахнула глаза и подняла голову.

— Мы тебя разбудили? Извини, я тут принёс немного еды, хочешь?

— Да.

Лихорадка Ай Фа поутихла.

Просто на всякий случай последние два дня она не ходила с нами в город. Шёл шестой день после её травмы, и уже завтра она могла снять шину, стабилизирующую левый локоть.

По словам Ай Фа, пройдёт ещё какое-то время, прежде чем она сможет снова войти в лес, но ей следовало как можно скорее прийти в себя до начала собрания глав домов — не могла же она отправиться к клану Тсун с рукой в лубке.

Оставалось всего четыре дня. И я был счастлив видеть, что её рана заживает.

— О, кстати! Ты ведь хотел что-то там купить после закрытия, верно? Что? — наскоро и вкусно перекусив, взволнованно поинтересовалась Лала.

— Хм, ну вообще-то я планировал купить кухонный нож и железную сковороду.

— ...Сковороду.

— Да, сковороду! Это совершенно новый товар, которым торгуют в магазине посуды! Очень практичный.

— ...Чего, и всё?

— Ну да, и всё.

Лала казалась чем-то разочарованной.

— ...Но ведь это всё кухонные принадлежности.

— Да. И отвалить за них придётся 33 белых медных плитки.

Мы с Ай Фа уже скопили около сотни белых медных плиток и решили половину из них потратить. Нож Сему должен был обойтись мне в 18 белых медных плиток, а сковорода Джагалов — в 15. Таким образом, выходило 33.

— Значит, ты собираешься купить нож, который впаривал тебе этот седоволосый мужик?

— Да!

— ...Ну, а как же Ай Фа?

Посмотрев на меня взглядом, в котором было написано «Помешанный на кулинарии болван», Лала повернулась к Ай Фа.

— Мне ничего не нужно, — коротко ответила та, осторожно кусая свой бургер.

— Э? Совсем-совсем ничего?!

— Да. Мои клинки всё ещё пригодны для использования, а лекарств и одежды в достатке.

— Ну, так купи себе ещё какой-нибудь одежды или аксессуаров для новых пиршеств! В прошлый раз ты носила старую одежду бабушки Джибы, верно?

— Я больше никогда не собираюсь надевать ничего подобного.

— Эхх~ Ну а вдруг кому ещё вздумается закатить пир и вас снова позовут?

— Я разберусь с этим, когда придет время, — холодно отрезала Ай Фа.

Лала недовольно надулась:

— Это что же получается, удовольствие должен получать один Асута?

— Я согласен! В конце концов, это деньги дома Фа, поэтому я надеюсь, что и глава дома захочет потратить их на что-нибудь для себя. Знаешь, не считая доходов на сегодня, мы всё ещё можем как угодно использовать целых 17 белых медных плиток!

— Не обращай на меня внимания, просто покупай то, что хочешь... Если тебе нужно что-то ещё, не стесняйся.

— Хм... В таком случае, я могу купить всё, что мне вздумается?

Ай Фа, похоже, не огорчилась, когда услышала это и ответила с удовлетворенным лицом:

— Да. Всё, что захочешь.

— Асута, ну в самом-то деле... — сердито посмотрела на меня Лала.

Похоже, она что-то прочитала на моём лице, потому что вдруг буркнула: «...ну и ладно», а затем сунула еду в рот.

Часть 2

Итак, отдыхая по очереди, мы продолжали обслуживать клиентов.

— Дела сегодня идут потрясающе, правда? Похоже, мы легко продадим всё, что запланировали! — поприветствовала меня с улыбкой Шела, когда я вернулся с перерыва.

— Ага. Я так и думал, что после выходного дня будет больше посетителей. Нам повезло, что мы заранее приготовили побольше гиба-бургеров.

— 170 блюд на сегодня, а на послезавтра... — вдруг Шела замолчала и широко раскрыла глаза от удивления.

Я в панике огляделся вокруг и облегчённо вздохнул, увидев знакомые фигуры.

— Они из главного дома клана Ву. Сегодня у них магазинный день, поэтому я и попросил их захватить с собой немного дров. Разве я тебе не говорил?

— Да... я слышал об этом...

В таком случае, чему она так удивилась? На другом конце улицы находились второй сын, вторая дочь и младшая дочь главного дома клана Ву.

Когда они подошли поближе, я поняла причину, по которой Шела Ву была в таком шоке. Дарум Ву, наконец, снял повязки с лица.

— Привет! А вот и ваши дровишки, — расцвела в улыбке Рейна и сложила свой груз возле задней стенки киоска.

— Хи-хи, а я тоже сегодня пришла. У меня свободный день! — Рими сложила свою половинную порцию багажа сверху.

И наконец, молчаливый Дарум Ву сбросил три полных мешка на землю.

Его лицо рассекал ужасный шрам. Похоже, его рана действительно была очень серьёзной.

Шрам проходил через всю его правую щёку, простираясь до носа и заканчиваясь под ухом. Порез был глубоким, был ярко-красного цвета, и швы всё ещё были хорошо видны. Его и без того жестокое лицо выглядело ещё более свирепым, и он казался на 50 процентов более пугающим.

Дарум Ву был красивым мужчиной, его пламенные глаза и бесстрашное выражение лица были главной причиной, почему он создавал впечатление свирепости. И я не мог отделаться от мысли, что очень жаль видеть такое лицо раненым.

— ...Какого дьявола ты на меня так уставился? — Дарум перевёл взгляд своих волчьих глаз на меня.

— Наконец-то я тебя встретила... У тебя всё хорошо? — нервно прервала его Шела.

— ...Ты — старшая дочь в доме Шина Ву. Почему у меня должно быть что-то не хорошо? — раздражённо посмотрел на неё Дарум.

— Я слышала, что ты не мог ходить в лес с тех пор, как получил рану. Вся наша семья очень переживает из-за этого... Спасибо, что спас Шина.

Я слышал, что Дарум получил ранение, потому что защищал кого-то из побочной ветви клана. Выходит, этим кем-то был Шин Ву.

Дарум недовольно нахмурился:

— Хватит молоть чепуху, женщина. Защищать своих родственников — обязанность любого мужчины.

— Но если бы ты не пришёл к нему на помощь, мы бы остались без главы дома. Я всё равно хочу тебя поблагодарить!

Дарум недовольно прищёлкнул языком, а затем огляделся вокруг.

Заметив в отдалении Ай Фа, он прищурился:

— ...Рейна, жди здесь.

— Эээ? — широко распахнула глаза Рейна, но осталась на месте.

Дарум Ву обошёл киоск и пошёл прямо к Ай Фа.

Эй, эй, ты чего это задумал?

Я уже было собирался последовать за ним, как тут перед киоском, словно из ниоткуда, вырос новый клиент Сему.

— Гиба?

— Ах, да, это гиба. Пожалуйста, не стесняйтесь попробовать образец.

Рейна и Рими с любопытством наблюдали, как мужчина пробует гибу.

— В киоске по соседству тоже продаётся еда из гибы. Мы продаём жареное мясо, приправленное мьямом и фруктовым вином, а они — специальное мясное блюдо, покрытое тарапа-соусом.

Заинтересовавшись, клиент кивнул и подошёл к соседнему киоску с гиба-бургерами.

— Удивительно! Горожанин ест гибу! Хотя он и с востока, а не с запада...

— Эй, Рими, не кричи так громко... Извини, что помешали твоей работе. Наверное, мы пойдём, у нас ещё есть дела.

— Эээ?!~ Рими хочет поболтать с Ай Фа!

— Вы последние два дня только и делаете, что болтаете. Ладно, я пока пойду куплю кое-какие мелочи, а ты иди к ней. Я заскочу за тобой позже.

— Хорошо! Спасибо, сестрица Рейна!

Рейна повернулась ко мне и обворожительно улыбнулась:

— Ты уж извини, пожалуйста, за Рими. Если она начнёт мешать, не стесняйся ставить её на место.

— Хорошо, я понимаю.

Мне подумалось, что улыбка Рейны с каждым днём становится всё ярче. Честно говоря, я даже и не знал, радоваться ли этому факту.

— Я вернулся.

В этот момент подошёл Дарум Ву.

Я в панике повернул голову и увидел, как Ай Фа беззаботно сидит там же, где сидела — под тенью дерева.

— Ну, тогда, увидимся позже!

Второй сын и вторая дочь клана Ву ушли, оставив моё сердце наполненным беспокойством.

Снова подошёл клиент сему и вручил мне несколько монет, так что мне опять пришлось уделять ему внимание.

— Спасибо! Пожалуйста, немного подождите!

Сосредоточься на работе! — мысленно скомандовал я себе и занялся пойтаном.

И в этот момент я услышал чей-то тихий голос:

— ...Интересно, какие отношения у Дарума с Ай Фа?

— Эээ?

Оглянувшись на Шелу, я увидел, что та стоит, подавленно опустив голову.

Неужели это то, о чём я подумал?

Нет, быть того не может.

Я побыстрее закончил с мясом, вручил его покупателю и повернулся к маленькой девочке рядом:

— Рими Ву, не могла бы ты позвать сюда Ай Фа?

— Хм-м? Ладно! — взмахнув своими ярко-рыжими волосами, Рими проворно умчалась прочь.

В этот момент у прилавка робко нарисовались ещё двое молодых клиентов — на этот раз это были жители запада с кожей цвета слоновой кости.

— П-простите! Нам два.

— Спасибо, пожалуйста, подождите немного.

Если я правильно помню, эти двое юношей были тут в тот день, когда меня перепугал Тотос Моа. Похоже, теперь они решили заходить почаще.

До полудня оставалось еще некоторое время, и продажи неуклонно росли. Когда я как раз заканчивал заказ, подошли Рими с Ай Фа.

— Что такое? Тебе нужно что-то купить?

— Нет, пока нет... О чём ты говорила с Дарумом Ву?

Ай Фа озадаченно наклонила голову и ответила:

— Не знаю.

— Как это не знаешь? Ты ведь с ним только что разговаривала, верно?

— Я не разговаривала, это он сначала нёс какую-то ахинею, а потом просто взял и ушёл. Второй сын клана Ву — жутко надоедливый тип.

— ... А можешь припомнить, что именно он говорил?

Ай Фа наклонила голову в другую сторону.

— Что он говорил...? Ну, он сказал что-то о том, что завтра отправляется в лес. О том, что охотники, которые не ходят в лес, бесполезны. Раз уж я сейчас не могу охотиться, он, вероятно, насмехался надо мной.

— Ха-ха, братец Дарум такой ребёнок!

Похоже, ни женщины клана Ву, ни сама Ай Фа особо не беспокоились на его счёт.

Мне припомнилось, как с месяц назад Дарум также высокомерно подначивал Ай Фа. И вот сегодня это произошло снова. Впрочем, когда об этом говорила Ай Фа, в её голосе не чувствовалось напряжения.

Примерно тогда же Вена сказала мне, что «Дарум всё ещё надеется, что Ай Фа выйдет за него замуж». Учитывая это, Дарум показался мне неуклюжим мальчиком, не знающим, с какой стороны подойти к девушке, которая ему нравится.

Впрочем, сегодняшнее происшествие оставило и меня, и почему-то Шелу в угрюмом расположении духа.

— ...Почти наступило время второго часа-пик. Шела Ву, давай постараемся!

— ...Ах, да, конечно... — твёрдо кивнула Шела, словно пришла к какому-то решению.

В этот момент к нам зашёл уже ставший привычным посетитель, Тара.

— Братик Асута, я хочу три!

— Ой, привет, Тара! А ты и правда заходишь каждый день.

— Я хочу кушать вкусную еду каждый день! Жаль, что вы завтра закрываетесь. — Её карамельного цвета глаза вдруг заприметили Рими. — Ого, эта девочка — самая настоящая морихенка!

Рими удивлённо посмотрела на Тару, на что та вежливо поклонилась:

— ...Рада встрече.

Рими немедленно улыбнулась в ответ и энергично воскликнула:

— Рада встрече!

Услышав приветливый ответ Рими, Тара по своему обыкновению невинно улыбнулась:

— А я думала, что только взрослые морихенцы приходят в город! Я Тара.

— А я — Рими Ву! Рими слишком маленькая и не может таскать тяжелые вещи, поэтому я не часто бываю здесь.

— Правда? Но ведь все морихенцы жутко сильные! Вы носите мешки с 200 пойтанами за раз, уму непостижимо!

Эти двое каким-то невероятным образом мгновенно создали вокруг себя неописуемо мирную атмосферу.

Ай Фа стояла рядом с Рими, её лицо ничего не выражало, и только глаза колебались.

Я был занят заказом Тары, поэтому ничем не мог ей помочь.

Держись, Ай Фа! — подбадривал я её про себя.

— Сколько тебе лет, Рими Ву? Таре уже восемь!

— Рими тоже восемь! Мы — одногодки!

— Одногодки!

— Тара, но ведь ты из Геноса. Неужели ты не боишься жителей Морихена?

— Хм... Конечно, боюсь. Но люди вокруг братика Асуты совсем не страшные! Ну... правда, я всё-таки только что видела одного страшного человека...

— Хе-хе, это, неверное, мой братец Дарум.

— Ого! Так он — твой брат?!

— Ага. Даже некоторые морихенцы боятся братца Дарума. Ты не переживай, на самом деле он совсем не страшный!

Не только возраст этих двух маленьких девочек, но и их рост, длина волос и милая внешность были очень похожи. Один взгляд на их непринуждённый щебет успокаивал мне сердце.

— А вон те двое — сёстры Рими! И кстати, я слышала, что как-то раз ты разрешила мальчику откусить от твоей мясной булочки. Так вот — это был брат Рими, Лудо Ву!

— Ничего себе! — удивилась Тара. — У тебя так много братьев и сестёр. А вот у тары только два старших брата, и они всегда на работе.

— Понимаю... Работа — очень важна.

— Ага!

Взгляд, брошенный на меня Ай Фа, казалось, молил о помощи.

Будучи скромным членом дома Фа, всё, что я мог сделать — так это побыстрее закончить заказ Тары.

— Извини за ожидание. С тебя шесть красных медных плитки.

— Спасибо! Вот!

— И тебе спасибо за визит! Сегодня ты не покупаешь по две штуки каждого блюда?

— Нет! Папочка обычно ест мясо в мьям-соусе, а я гиба-бургеры! Но если мы будем съедать только по половинке, то так сможем попробовать два блюда сразу! — с гордостью надулась Тара. — Ладно, братик Асута, мне пора бежать...! Увидимся в следующий раз, Рими Ву!

— Да! Пока-пока!

И вот, две юные девочки познакомились.

Ай Фа глубоко вздохнула, а затем положила правую руку на пушистую голову Рими.

— Рими Ву, я устала. Может, пойдём в тенёк?

— Да! Пойдём скорее, пока сестрица Рейна не вернулась!

И вот, у нас наконец-то появилась возможность целиком отдаться работе.

Какой напряжённый день.

Но непрерывный поток клиентов стал идеальным завершением этих десяти дней... Пока я размышлял над этим, пришла Юми. Сегодня её сопровождали девочки-подростки из Геноса.

— Приветик, Асута! Как идут дела сегодня, а?

— Добро пожаловать! Спасибо, неплохо.

— Ну и ладно! Тогда звиняй, но мы сегодня хотим по гиба-бургеру.

— Без проблем, — я вовсе не чувствовал себя обиженным.

— Купите там мне один, я сейчас подойду! — бросила своим друзьям Юми и заговорщицки наклонилась ко мне. — Асута, ты уже определился с тем, о чём мы в прошлый раз говорили?

— Ты о новом контракте послезавтра? Милано Маст сказал, что сообщит мне своё решение после закрытия.

— Чего? Почему он заставляет тебя ждать так долго? Либо да, либо нет — чего тут раздумывать? — Юми неожиданно покосилась в сторону. — Только глаза мозолит. И чего он там стоит как столб?

— Эээ? — Я проследил за её взглядом и обнаружил Милано Маста, стоящего неподалёку. — Хм... я его вообще не заметил. И давно он там стоит?

Шела понизила голос и тихо сказала:

— Асута, ты имеешь в виду этого господина из гостиницы? Он стоял там и наблюдал за нами ещё до того, как подошла Рейна Ву и другие.

— Понятно. Хмм~ почему он это делает?

— Кто знает? Строго говоря, управляющий обязан передавать всю арендную плату за место на улице в казну Каменной Столицы, поэтому всё, что он зарабатывает — это плата за аренду тележки. Если ему действительно нужны эти деньги, ему просто нужно договориться с тобой. У него не должно быть никаких причин так долго раздумывать.

Пока мы разговаривали, гиба-бургер Юми был готов, и одна из её подруг протянула его ей.

— Ах, спасибо. Я тут ещё немного задержусь, мне нужно кое-что обсудить.

В этот момент к прилавку подошёл новый клиент.

Это южанин?

Нет, несмотря на его сильный и независимый внешний вид, распространенный среди людей Джагал, кожа этого человека имела глубокий оттенок слоновой кости.

— Хе-хе-хе, так это и есть та самая знаменитая гиба?

Это был человек в расцвете сил, несмотря на серьёзное лицо, выглядевший вполне дружелюбно.

У него были каштановые волосы и борода, а его глаза цветом напоминали яркие изумруды — цвет, нередко встречающийся среди людей Джагал. Он был ростом с Юми.

— А вот это, я так понимаю, образцы?

— Да, пожалуйста пробуйте.

Мужчина ловко подхватил мясо зубочисткой из дерева крили и, внимательно его оглядев, отправил его в рот.

— ...Да.

— Рядом с нами ещё один киоск с другим блюдом. Пожалуйста, не стесняйтесь сравнивать.

— Понятненько, понятненько.

Походка, которой этот человек переместился к киоску с гиба-бургерами, выглядела немного забавно. Юми смотрела на его спину с обеспокоенным лицом.

— Этот парень... где-то я его уже видела...

— А? Ты его знаешь?

— Нет, но лицо какое-то знакомое...

Юми откусила от гиба-бургера и погрузилась в глубокие размышления. В этот момент вернулся подозрительный парень.

— Блюдо по соседству имеет восхитительный вкус! Но сначала я хочу попробовать ваше.

— Спасибо, это будет стоить две красные медные плитки.

— О, всего две красные медные плитки за такую большую порцию? Это дешево, — он кивнул и выложил деньги на прилавок.

Я разогрел гибу и арию, а затем передал товар этому человеку.

— Хммм... — человек внимательно оглядел блюдо, а затем осторожно откусил. — ...Ого!

Видя, что он не собирался уходить, я вежливо поинтересовался:

— Вкус вас устраивает?

— Очень вкусно! Подумать только, это гиба. Когда я впервые услышал, насколько она популярна, то сначала не поверил. Я даже заподозрил, что вы что-то подсыпаете в еду. Но это блюдо действительно роскошно!

— Спасибо.

— Приправа просто улёт. Сладость фруктового вина идеально сочетается с пряностью мьяма. Кто тот человек, что его придумал?

— Я сделал это лично.

— О, очень впечатляюще, молодой человек! Но текстура этого фувано довольно необычна. Она твёрдая, но легко кусается...

— А, так это пойтан, а не фувано.

— А?

— Э?

Не только этот человек, даже Юми казалась ошарашенной.

— Пойтан? В смысле, тот самый пойтан, который едят путешественники? Как это возможно? Эта штука должна быть липкая, как грязная вода.

— Не обязательно. Выпарив воду, мы сначала полностью его высушиваем, а затем поджариваем.

Кстати, а ведь когда Камия Ёст впервые услышал об этапах обработки пойтана, он выглядел таким же удивленным, как и когда в первый раз попробовал гибу.

— Хмм~? — мужчина осмотрел недоеденное мясо вы мьям-соусе ещё более тщательно. — А ведь если присмотреться, то цвет и правда похож на пойтан... Ты ведь серьёзно? Это не шутка?

— Не шутка. Кроме того, я добавил немного гиго.

Пойтан стоил дёшево, как гиба, но по совершенно другой причине. Может, всё же не стоило поднимать эту тему?

— ...Но ведь пойтан — очень дешёвый ингредиент, верно?

— Честно говоря, я не знаю стоимость фувано. Разница в цене настолько велика?

— Если взять это блюдо за пример, то за стоимость фувано, равное одной тарелке, можно сделать пять твоих!

— Целых пять?!

— ...Ой!

Мужчина раздражённо вздохнул и забросил остаток мяса в рот.

В этот же самый момент Юми воскликнула:

— Я вспомнила! Вы владелец гостиницы, верно? Неудивительно, что вы выглядите знакомо, я видела вас раньше на собрании владельцев гостиниц!

— До тебя только что дошло? Ты ведь дочь владельца гостиницы «Западный Ветер», верно? Я же владею гостиницей «Большое Древо Юга», меня зовут Наудиц.

Его имя звучало знакомо.

— Вы, случайно, не знакомы с архитектором Арудасом?

— Конечно, он с компанией останавливается у меня каждый год. Как ты можешь видеть, в моих венах течёт кровь юга, так что люди Джагал частенько пользуются моими услугами.

Это означало, что он был смешанной кровью людей запада и юга.

Камия Ёст однажды сказал, что запретным считается только кровосмешение между западом и севером или востоком и югом. Смешанная кровь между западом и югом не была проблемой.

— Я частенько слышу разговоры о твоей кулинарии — сейчас это тема номер один. Похоже, они были правы, зря я им не верил — признаю своё поражение.

— С-спасибо.

— ....Ну и дальше-то что? Хотите заставить Асуту подписать контракт с вашей гостиницей? — недовольно вклинилась в разговор Юми, на что Наудиц озадаченно наклонил свою толстую шею.

— О? Это ведь тележка из «Хвоста Кимьюсу», верно? Говорят, что нет особой разницы, с каким управляющим заключать контракт. Но у меня есть особое предложение к владельцу этого киоска.

— Ко мне?

— Да... Как насчёт того, чтобы я продавал твою еду в своей гостинице? — вежливо поинтересовался Наудиц.

Часть 3

— Что... вы имеете в виду?

— Буквально то, что сказал. Я надеюсь заполучить твою кухню к себе в гостиницу. Я не могу нанять тебя в качестве шеф-повара, как это делают в замке, но я готов покупать твои блюда и добавить их себе в меню. ...Ах, извини.

Я вдруг опомнился и заметил клиента Сему, тихо стоящего позади Наудица.

— Добро пожаловать! Собираетесь сделать заказ?

В этот момент рядом с первым, словно из-под земли вырос второй клиент Сему. Они выглядели очень похожими, как близнецы, и молча выложили медные плитки с обоих концов прилавка.

— Значит, вам два? Спасибо за заказ!

Наудиц виновато погладил свою коричневую бороду.

— Ты извини, уже почти полдень. Я должен был придти со своим предложением пораньше, но по утрам очень уж сильно занят.

— Всё в порядке... Вы можете подождать минуту? Если я приготовлю ингредиенты заранее, то могу на некоторое время покинуть киоск.

— Конечно, всё в порядке, — ответил Наудиц и отступил в сторону.

Юми проводила его озадаченным взглядом.

— Эй, что это ты там задумал? Хочешь покупать готовые блюда Асуты и продавать их во время обеда у себя?

— Верно. Джагалы на все лады расхваливали готовку Асуты, а мою ругали! От них только и было слышно, "какая же гиба тогда была вкусная". Мне, как хозяину гостиницы, стало стыдно.

— Но ведь в таком случае ты сделаешь наценку, если не хочешь разориться, так? Но кому захочется покупать еду втридорога?!

— Сложно сказать. Это правда, что мне нужно будет увеличить цену, чтобы получить прибыль. Но в этом деле главное не переборщить и тогда всё будет в порядке.

— Но даже так, твоя общая прибыль всё равно будет меньше, чем если бы ты торговал своей едой.

— Ты смотришь на ситуацию только с одной стороны. Подумай вот о чём: вкусная еда привлечёт ко мне больше клиентов, а вместе с ними возрастёт и общая прибыль.

Продолжая жарить мясо, я незаметно покосился на этих двоих. Наудиц выглядел суровым, но выражение его лица было вежливым. Юми вела себя с точностью наоборот.

Резкий темперамент южан и тонкая индивидуальность западных жителей. Я мог видеть, как эти две природы смешались сложным образом в Наудице.

— Скажем, я установлю цену на гибу в 5 красных медных плитки, на карон — 4, а на кимьюсу — 3. Уверен, что многим захочется покупать более дорогую гибу. А для всех остальных останется выбрать, что им больше по вкусу. И тогда мои доходы не сильно упадут.

— Хм... А ты хорошо всё продумал.

— Я принял это решение после нескольких дней мучительных размышлений.

К этому моменту я, наконец, закончил жарку мяса.

— Пожалуйста, позаботься о киоске, пока я не вернусь! — сказав это Шеле, я вышел на улицу к Наудицу. — Мои извинения... Мисс Юми, спасибо, что высказала мои мысли за меня.

— Не называй меня "мисс", это отвратительно.

— Прости... Ладно, тут дело такое: мне нужно не только готовить еду, но ещё и уделять время домашним делам. Поэтому я возвращаюсь домой каждый вечер. Вам ведь просто нужна моя готовка, а моё личное присутствие не требуется, верно?

— Да. Если возможно, я надеюсь, что ты будешь готовить еду, которую можно будет подавать после разогрева — точно так же, как то блюдо, что продаётся по соседству. Кроме того, я хочу, чтобы это был полноценный ужин, а не лёгкая закуска. Для начала мне потребуется от 30 до 50 порций.

— Понятно, ужин должен быть более насыщенным... Сколько вам нужно на одну порцию? И сколько вы готовы заплатить?

— Хм... Скажем, одна порция должна быть в 1.5 раза больше вот этой. И за каждую я отдам 3 красных медных плитки... Конечно, хотелось бы дешевле. Я думаю, что 25 медных красных плитки за 10 порций будут подходящей ценой, как считаешь?

Быстро прикинув в уме, я решил, что эта цена не так уж и плоха.

Чтобы достичь цели «сделать вкус гибы общеизвестным», это было заманчивое предложение.

Я попытался прощупать дальше:

— ...Это может быть немного грубо, но вы можете сказать мне, почём продаётся мясо карон?

— Карон? Мы продаём одну порцию примерно за 1 красную медную плитку.

— Э? А сколько этого мяса в одной порции? Неужели в 1.5 раза больше, чем у нас?

— Да, ты прав.

Мне опять пришлось сделать некоторые подсчёты.

Я использовал около 180г гибы в каждой порции.

В 1,5 раза больше — это выходит 270г.

270г на одну красную медную плитку ... что означает 0,37 красной медной плитки за каждые 100г. Так как речь шла об оптовых закупках, это должно быть вдвое меньше розничной цены для обычных покупателей.

На десятый день открытия я наконец-то выяснил конкретную цифру.

— Понятно... Я с нетерпением жду совместной работы с вами. И всё же работа с пойтаном отнимает довольно много усилий. Если вместо него использовать фувано, то я смогу предоставить вам необходимые 50 порций.

— О? Тогда придётся скорректировать и цену.

— Конечно. Одной тарелки фувано, ценой в 1 красную медную плитку, достаточно для 3 лёгких блюд. Поскольку вам требуются порции большего размера, то будем считать, что 1 тарелка фувано уйдёт на 2 порции ваших обедов.

Пойтан стоил дешевле фувано, поэтому здесь я немного проигрывал с точки зрения цены. Но, учитывая сложную работу по его приготовлению, это было не слишком большой потерей.

— Однако следующие два месяца моё расписание ещё не определено. Кроме того, с подобным предложением ко мне могут обратиться и другие гостиницы и рестораны.

— Понимаю. Действительно, сейчас многие гостиницы Почтового города забиты южанами. Да и завсегдатаев с востока в них хватает, — спокойно кивнул Наудиц. — А увидев, что мы начали продавать гибу, за нами потянутся и другие... Это всего лишь вопрос времени.

— Это для меня большая честь. Но моё время не резиновое, поэтому я не смогу выполнить просьбы всех и каждого.

— Я тоже об этом подумал, — прищурился Наудиц.

Вероятно, он решил, что прикрывшись этим оправданием, я собрался задрать цену. Однако у меня были на этот счёт другие планы.

— Вообще-то, я надеялся, что когда у меня начнётся завал по заказам, люди начнут покупать сырое мясо гибы и готовить его самостоятельно.

— Эээ?! — удивлённо воскликнула Юми.

— Так что я очень надеюсь, что гостиница «Большое Древо Юга» рассмотрит вопрос о закупках мяса гибы в будущем. Пожалуйста, рассмотрите возможность добавления этого в свой долгосрочный план. Это определённо принесёт вам огромную прибыль...

— Погоди-ка! Но если все в городе начнут продавать блюда из мяса гибы, то что станет с твоим бизнесом?! — в панике схватила меня за руку Юми. — Неужели ты совсем не думаешь о себе, Асута? Разве продавать сырое мясо — это выгодно?

Это не было правдой.

Вчера мясо гибы дома Фа было полностью израсходовано. С сегодняшнего дня нам предстояло покупать его у клана Ву. Будь я сосредоточен на интересах дома Фа, для нас было бы более выгодно продолжать продавать свою кулинарию.

Однако моя цель ведения бизнеса в Почтовом городе не заключалась в том, чтобы зарабатывать медные плитки.

Я улыбнулся Юми.

— Это слишком сложно объяснить, но лично моя цель — чтобы все покупали мясо гибы напрямую.

— Вот как...? Тогда нет никаких проблем...

Юми отпустила мою руку, но все еще не могла этого принять. Наудиц погладил бороду и сказал:

— Да, это звучит интересно. Но давай-ка пока начнём с малого. А всё это оставим на будущее.

— Хорошо, спасибо... Что ж, тогда обсудим детали после того, как я закрою киоск? Уже почти полдень.

— Конечно. Сейчас я должен вернуться в гостиницу... А с хозяином «Хвоста Кимьюсу» я поговорю сам, чтобы избежать недоразумений, — задумчиво бросил Наудиц и ушёл.

Юми вдруг недовольно прищёлкнула языком:

— Подумать только, он действительно хочет продавать гибу у себя... Не скажу, что это плохая идея, но наши клиенты в основном с запада, почти нет южан или восточных жителей. А для западников гиба немного...

— Это да, пока что даже и думать о таком невозможно.

Вряд ли жители запада так быстро примут гибу.

Я и сам-то не смог быстро избавиться от предрассудков по отношению к морихенцам.

Тем не менее, мне удалось покорить гибой южан и жителей востока. Я построил мост, который приведёт к нашей конечной цели.

А потом всё будет зависеть от того, гладко ли пойдёт наше сотрудничество с «Большим Древом Юга».

— Это что же получается? Даже несмотря на то, что твой контракт с «Хвостом Кимьюсу» истекает сегодня, у моей гостиницы не будет возможности дебютировать?.. Ну и ладно, неважно кому ты платишь свои деньжата, главное — это что твоя кулинария восхитительна! — по своему обыкновению невинно улыбнулась Юми и хлопнула меня по руке. — Короче, мне пора! Наверное, мои друзья уже устали ждать. Я к тебе ещё как-нибудь заскочу через пару дней.

— Хорошо, спасибо, — распрощавшись с Юми, я вернулся в свой киоск.

Шела встретила меня сдержанной улыбкой.

— С возвращением ... осталось 26 порций мяса в мьям-соусе.

— Ого! Ты продала довольно много.

— А у нас 24 гиба-бургера... — донёсся голос Вены из соседнего киоска.

— Похоже, сегодня мы сможем закрыться пораньше.

И только я это сказал, киоски окружило ещё больше клиентов.

Передо мной стояло трое — каждого отличала желтовато-коричневая кожа и угрожающий вид.

— Добро пожаловать! — постарался улыбнуться я.

Я их помнил. Это те самые люди, получившие нагоняй от Вены несколько дней назад. Насколько мне помнится, тогда они даже покорно купили у неё бургеры.

Тогда они приходили со злым умыслом, а теперь, выходит, стали нашими постоянными клиентами.

— Здорово, братан! Ну чё, как дела сегодня?

— Спасибо, неплохо.

— Слушай, вот ума не приложу — и как это такой парень как я докатился до того, что покупает мясо гибы?

Похоже, сегодня они были трезвыми, и, несмотря на их резкий тон, от них не исходило явной угрозы.

— Извините за ожидание! — Шела передала товар всем троим. Один из них нахмурился и наклонился ближе ко мне.

— Слышь, а в Морихене-то полным-полно симпатяжек. Гиба восхитительна, а женщины прекрасны. Да я уже прямо завидую тебе, что ты там живёшь!

— Ха-ха, это не совсем та причина, почему я там остаюсь.

— Да как такое может быть?! В жизни не поверю, что у тебя с этой лапочкой ничего нет!

— А ничего и нет. Асута очень порядочный и никогда не стал поступать так подло.

Я покосился на Шелу. Её лицо оставалось вежливым, игнорируя поддразнивание клиента.

Троица, удовлетворившись своим мясом в мьям-соусе, ушла, и я молча выдохнул. Я не потел, но всё равно вытер лоб рукой.

— Ну и дела. Извини за это, Шела Ву.

— Тебе не за что извиняться, Асута... Меня часто принимают меня за твою жену.

— Э? П-правда?

— Да. Каждый день об этом кто-нибудь да спрашивает. Люди в городе такие странные — как такая неуклюжая женщина, как я, может быть твоей женой?

— Нет, из нас двоих неуклюжий — я! С чего вдруг такой красавице, как ты, выходить за меня замуж... Ай!

Кто-то внезапно похлопал меня по плечу, заставив меня вскрикнуть.

Я обернулся и увидел, что Ай Фа стоит позади меня с недовольным выражением лица, держа в правой руке несколько арий.

— Чего вопишь? Не пугай меня так.

— Это ты меня пугаешь! Не подкрадывайся незаметно!

— Мне что, намеренно шуметь, когда я просто куда-то иду? Не говори глупостей.

Наша перепалка, казалось, не произвела особого впечатления на Шелу — она сохраняла полное равнодушие, получая от Ай Фа арию.

— Спасибо, Ай Фа... Асута, ты был занят, поэтому я попросила Ай Фа сходить за покупками.

— В-вот как... Э? А куда Рими подевалась?

— Когда ты уходил, чтобы обсудить бизнес с клиентом, вторая дочь клана Ву забрала её обратно.

Пока мы разговаривали, Ай Фа окинула меня и Шелу подозрительным взглядом.

— А-Ай Фа, что не так?

— Ничего... Если присмотреться, вы двое выглядите как супружеская пара.

Так она всё слышала!

Я лихорадочно задумался, подыскивая подходящий ответ, но меня опередила Шела, с улыбкой сказавшая:

— Не может такого быть. Асута никогда бы не выбрал меня своей женой ... Да и я, хоть я его и уважаю и доверяю ему, не стала бы выбирать его своим мужем.

— ...Как скажешь.

Сказав это, Ай Фа повернулась и ушла обратно в тенёк от деревьев.

Шела прошептала мне с намёком на вину:

— Ты уж извини, что мне пришлось сказать такую грубость... Но я подумала, что должна сказать Ай Фа то, что на самом деле думаю.

— Верное решение... И кстати, я тоже тебе доверяю и уважаю тебя.

Весело мне улыбнувшись, Шела быстро отвернулась и занялась новыми клиентами. Был уже почти полдень, и толпа вокруг была даже больше, чем обычно.

И, если только у меня не разыгралось воображение, в людской массе я стал замечать всё больше и больше лиц жителей запада.

— Шела Ву, мы почти всё уже продали... Не хочешь поменяться со мной местами...?

— Хорошо.

Шела пошла в киоск с гиба-бургерами, а её место заняла Вена.

— Хорошо, что мы каждый день нам удаётся продать всё, что запланировано заранее...

Словно отвечая словам Вены, поток клиентов не иссякал, и блюда разлетались одно за другим. Работать было нелегко, но я всё равно старался держаться молодцом и не показывать вида усталости.

Через какое-то время к нам подошёл Милано Маст.

— Приветствую...

Этот человек впервые подошёл к нам в рабочее время.

Оглядев оставшееся на тарелке мясо, он фыркнул:

— Это всё, что осталось? Сколько порций же вы продали всего?

— Наш киоск, в общем и целом, 90, а соседний — 80, это немного меньше, чем обычно.

— Всего 170 блюд? Впечатляет, впечатляет.

Милано Маст выудил из кармана две медные плитки и протянул их мне.

— Э? Неужели вы хотите сделать заказ?

— Правильно.

— Благодарю... Если желаете — вот образцы...

— Не надо. Я уже заплатил, так что пошевеливайся. В образцах нет нужды, — буркнул он своим обычным недовольным тоном. — Всё равно это ведь твой последний день.

— Что вы имеете в виду под...

В этот момент появилась западная пара.

— Смотри, вот оно! На вывеске написано "гиба", верно? Это та самая гиба, о которой говорят в городе!

— Ух, отвратительно... давай не будем есть это...

— Я тоже так когда-то думал! Но гиба оказалась на удивление съедобной!

Молодой человек немного нагло протянул мне четыре красные медные плитки.

— Эй, дай мне две порции!

— Хорошо, минутку.

Эти три порции и всё, жареное мясо в мьям-соусе будет полностью распродано!

Получив свою от Вены, Милано Маст молча отошёл к шумной толпе южан.

— ...Вена Ву, пожалуйста, потуши огонь, — сказал я через плечо и последовал за Милано Мастом.

— Милано Маст, пожалуйста, подождите!

Он не остановился.

Но и не прибавил шаг. Я нагнал его недалеко от соседнего киоска.

— Что вы имели в виду, когда сказали "последний день"?

Милано Маст ел своё мясо и, как ни в чём не бывало, продолжал идти с таким же выражением лица, как обычно.

— ...Чего это ты так удивился? Ты ведь завтра собираешься подписать контракт с «Западным Ветром», не так ли?

— Ну... Насчёт этого...

— Или это всё-таки будет «Большое Древо Юга»? По большому счёту, мне всё равно. Платы за аренду тележки достаточно для того, чтобы оплачивать карманные расходы моей дочери. А с кем ты подписываешь контракты, меня не касается. — Милано Маст остановился и бросил на меня снизу вверх недовольный взгляд. — Терпеть не могу морихенцев, да и дочка моя вас побаивается. У меня нет причин вмешиваться в твоё решение.

— Ну, если вы так говорите... Если хотите, чтобы мы подписали контракт с другой гостиницей, мы сделаем это...

В таком случае, почему он не сказал нам это два дня назад?

И... Что за странное выражение появилось у него на лице, когда он попробовал гибу?

— ...Пусть это и карманные деньги для дочери, я — бизнесмен и не могу упускать свою выгоду. Мои взаимоотношения с морихенцами не должны влиять на бизнес.

— Получается, вы сами собирались разорвать наш контракт?

Жаль, но я обязан был уважать желания Милано Маста.

Он посмотрел на недоеденное мясо и ответил:

—Не в этом дело.

— Эээ? А в чём?

— Как бизнесмен, я обязан подписать его с тобой снова. Но нет никакого смысла стеснять друг друга, верно? ...Мы с дочерью никогда не простим обитателей Морихена, — уткнувшись взглядом в землю тихо сказал Милано Маст. — Один морихенец... убил моего хорошего друга, а потом из-за этого скончалась и моя жена. Десять лет назад это было. ...Гори они все в аду, эти морихенцы! И плевать мне на то, что станется с фермами, все охотники — мусор.

— Но...

— Я бы не жаловался, если бы преступник предстал перед судом. Но никакого наказания не последовало, а местный лорд всегда принимает сторону морихенцев. Мой друг упал со скалы и после смерти в его руке нашли ожерелье. На нём были клыки и рога гибы. Несмотря на вопиющие доказательства, никто из жителей Морихена так и не заплатил за это преступление.

Я тихо сжал кулаки.

Юми однажды сказала, что «дело было закрыто из-за отсутствия доказательств». Но на самом деле доказательства были. Но, несмотря на это, ни один морихенец так и не заплатил за это преступление.

Когда мои эмоции начали кипеть, Милано Маст оставался странно спокойным. В его карих глазах появился намёк на грусть, но не ярость.

— После смерти моего друга ушла и моя жена — она слишком сильно переутомилась, оказалась прикована к постели и скоропостижно скончалась... Он был моим старым другом, а также старшим братом моей жены, который воспитывал её вместо своих родителей. Вот почему мы с дочерью будем ненавидеть морихенцев до конца наших дней.

— Но... это…

Дора-сан однажды сказал, что обитатели Морихена могут нападать на путешественников, совершать грабежи и похищать женщин. Ай Фа тогда не сказала ни слова против. В Морихене действительно были такие злые люди.

Всё это дело рук клана Тсун...?

У меня не было возможности узнать.

Разрыв отношений между кланом Тсун и кланом Ву произошел двадцать лет назад, когда ими управляли предшественники текущих глав их кланов. Тогда клан Тсун похитил женщину, которая должна была вступить в брак с мужчиной из клана Ву, вынудив её совершить самоубийство. Это означало, что уже в то время клан Тсун катился по наклонной.

— Но даже так...

Я замолчал в середине предложения.

Но даже в этом случае не все обитатели Морихена были злодеями. Я не мог позволить ему ставить Ай Фа, клан Ву и дом Лутим в один ряд с кланом Тсун.

В этот момент в моей голове появился образ хрупкой женщины с младенцем на руках. Это была Селеста Вон Фоу, я встретил её однажды.

В Морихене ведь не все дома были достаточно сильны, чтобы самостоятельно охотиться на гибу — некоторые иногда действительно умирали от голода. Эта женщина тогда сказала мне, что если бы не шкура, которую ей в тайне подарила Ай Фа, у неё не осталось бы молока, чтобы покормить ребёнка.

В лесу множество съедобных плодов, но для того, чтобы исполнить соглашение, заключённое с лордом Геноса и не дать гибам оголодать, морихенцы были вынуждены морить голодом себя и отдавать свои жизни в качестве платы за охотничью гордость.

Процветание Геноса было основано на такой героической жертве, но местные жители чувствовали лишь ненависть, страх и презрение к обитателям Морихена.

Не слишком ли это несправедливо?

Злое меньшинство и те, кто его покрывает, явно не испытывают никаких страданий. Будь то Морихен или Почтовый город, угнеталось только бессильное большинство.

Честно говоря... я был уверен, что руководство Геноса и главный клан Тсун сговорились, пожиная плоды выгоды, в то время как другие люди обрекались ими на постоянные страдания.

— Что? Хочешь сказать, что не все морихенцы плохие? — тихо буркнул Милано Маст. — Без тебя знаю. В Морихене пятьсот жителей, и если бы они все были злодеями, то погибло бы гораздо больше народу. Всё это понимают, и это главная причина, почему я вообще подписал с тобой контракт, — закончив говорить, Милано Маст бросил последний кусочек мяса в мьям-соусе в рот. — Мы тут не идиоты. Будь ты жестоким человеком, твою еду никто не стал бы покупать. ...И поэтому я не стану чинить тебе препятствий. Если уж какие-то гостиницы нашли ценность в твоём таланте, то и работать тебе лучше с ними, не так ли?

— Ну... Раз уж вы не собираетесь чинить мне препятствий, я бы хотел послезавтра возобновить наш с вами контракт.

— Чего? — поразился до глубины души Милано Маст. — Но почему?! Тебе-то какая с этого выгода?

— Даже и не знаю, что вам ответить... Я просто очень рад, что вы всё-таки решились попробовать мою готовку.

Кроме того, Милано Маст действительно обдумывал это целых три дня, прежде чем принять это решение.

В конце концов, он решил не удерживать нас, но и прогонять тоже не стал. И раз уж он принял такое решение, у меня не было причин прекращать деловые отношения с «Хвостом Кимьюсу».

— Я всего лишь новичок и у меня самого полно недостатков. Но я сделаю всё возможное и рассчитываю на продолжение нашего сотрудничества через два дня, — я снял полотенце с головы и поклонился.

— ...Вот уж действительно непостижимый юноша... — раздражённо сказал Милано Маст. — Как хочешь. Твои деньги и решать как с ними поступать тоже тебе.

— Да! Спасибо!

Я поднял голову, но Милано Маст уже повернулся ко мне спиной и пошёл прочь. Я снова повязал полотенце на голову и поспешил обратно в киоск, чувствуя, как сильно колотится в груди сердце.

Дига Тсун и Ямиэль Тсун ещё молоды, они не могут быть связаны с тем, что произошло десять лет назад. Но преступник определённо из их клана.

У меня не было возможности узнать правду.

Но если мы позволим и дальше убийцам оставаться безнаказанными, нам никогда не сократить пропасть между жителями Геноса и обитателями Морихена.

И даже если наш киоск когда-нибудь станет мостом между городом и Морихеном, и заставить большинство жителей Геноса есть гибу безо всякого страха — это не принесёт облегчения ни людям вроде Милано Маста, ни жертвам насилия.

Преступники должны представать перед судом. И пока руководство Геноса спускает им всё с рук, морихенцам и горожанам никогда по-настоящему не понять друг друга.

Что же делать?..

С беспокойными эмоциями в сердце, размышляя над вопросом, у которого не было очевидного ответа, я шёл к киоскам.

Добравшись туда, я увидел высокого и тощего блондина, стоящего перед киоском с бургерами.

— Привет, давно не виделись! Всё никак не мог выкроить время, чтобы заскочить.

Камия Ёст предстал перед нами.

За его спиной маячил мальчик с каштановыми волосами.

— Действительно давно. Рад, что с вами всё в порядке, Камия Ёст, — слегка кивнув, я прошёл за прилавок.

В следующее мгновение Лала ослепительно улыбнулась:

— А этот господин — наш последний на сегодня покупатель. Все гиба-бургеры закончились!

Прошёл всего лишь час после полудня, а мы уже полностью закрыли наши продажи.

Часть 4

Десятидневная битва закончилась, но расслабляться было пока рано.

Мне ещё предстояло закрыть магазин, купить ингредиенты на послезавтра, а затем посетить гостиницу «Большое Древо Юга», чтобы обсудить наше сотрудничество. Да и в Морихене меня всё ещё ждала масса работы.

— 170 блюд всего лишь за один день?! Поразительно! Это я уж не говорю о том, что подобного результата добился морихенец, торгующий гибой... Это историческое достижение!

Камия Ёст зашёл как раз в тот момент, когда мы начали собираться. Странно, но обычно он заскакивает на пару минут, но в этот раз почему-то продолжал торчать рядом с нами.

Воспользовавшись случаем, я решил урегулировать все вопросы и позвал отдыхающую в тенёчке Ай Фа.

Ай Фа тихо встала рядом со мной, а Камия Ёст довольно улыбнулся.

— Ай Фа, та ты сегодня тоже в городе! Я слышал от Лейто, что ты перестала ходить в лес, так что как-нибудь хотел тебя увидеть. К сожалению, в последнее время навалилось столько дел, что совершенным образом ни на что не остаётся времени.

— ...Не очень-то и хотелось... — холодно ответила Ай Фа.

— Отлично, похоже, ты уже поправляешься, — проигнорировав её комментарий, оглядел её с ног до головы Камия Ёст.

Ай Фа все ещё прятала травму левой руки под накидкой. Но как бы хорошо она её ни скрывала, ничто не могло скрыться от взгляда Камии Ёста.

— Ай Фа, медные плитки.

— Да.

Стараясь не показывать виду, она натянула потуже плащ и достала из кармана тяжёлый мешочек.

Это была наша прибыли за последние девять дней.

Я забрал у неё мешочек и принялся считать.

— Так, сегодня мы продали всё вместе с четырьмя порциями вяленого мяса… Это будет 12 и 9 плиток.

Я достал двенадцать белых медных плиток и девять красных медных плиток, затем переложил их в отдельный мешочек и прижал его к груди Камии Ёста.

— ...Хм? — Камия Ёст вопросительно наклонил своё худое лицо.

— Это подарок для вас в качестве нашей благодарности. Наша прибыль за эти десять дней составила 129 белых медных плиток, так что вот — это десятая часть.

— П-погоди! Ты это о чём? У меня нет причин принимать ваши деньги!

Я был шокирован, услышав это.

— Но разве это не ваша идея? Разве вы забыли, что сами сказали, что хотите получить десять процентов прибыли за вычетом всех расходов в качестве вознаграждения?

— Забыл! Совершенно не помню, чтобы это говорил!

Лейто покосился на взволнованного Камию Ёста и усмехнулся:

— А я вот помню. Камия Ёст, это цена, которую ты предложил в начале. Но мне тогда показалось, что ты шутишь.

— Да, правда? Это плохо, я совсем этого не помню ... Лейто прав, даже если я об этом и говорил, я, наверное, просто шутил. Асута, не нужно денег.

— Вы должны принять их! Если бы вы не предложили, чтобы мы открыли магазин в Почтовом городе, мы бы столько не заработали. Это ваша справедливая награда, поэтому, пожалуйста, примите её.

— Нет, но...

— Мы настоятельно просим, чтобы вы её приняли. И в будущем мы рассчитываем на тёплые отношения без того, чтобы кто-то из нас был что-то должен другому. — Я снова толкнул мешочек ему в грудь. — Кто знает, что ждёт нас в будущем? Я не хочу быть вам обязанным. Надеюсь, вы сможете понять мои чувства.

Камия Ёст глубоко вздохнул, затем перевел взгляд с меня на Ай Фа и неохотно протянул руку.

— Я понимаю. Чтобы оставаться друзьями на равных, я буду относиться к этой сумме денег как к необходимости... Какая жалость. Вам бы стоило потратить эти деньги на что-нибудь более полезное.

— Если ты это понимаешь, то и не покупай на них всякую ерунду! — отчитал его Лейто.

— Ай Фа и Асута, но это только в этот раз, хорошо?! Больше не нужно делить со мной ваш доход! Пожалуйста, берегите богатство, которое вы заработали, в конце концов, оно принадлежит дому Фа.

— Хорошо, спасибо за понимание.

Я без колебаний выразил свою благодарность, а Ай Фа пригвоздила его к месту своим взглядом.

— Ну и дела... Ладно, тогда мне пора возвращаться в гостиницу. Поскольку завтра у тебя выходной, увидимся через два дня.

— Да, будем ждать вашего визита.

— С нетерпением жду снова отведать твоей готовки... О, кстати, могу я спросить ещё одну вещь?

— Что такое?

— У вас в последнее время никаких проблем не было? Может, я чем-то смогу помочь?

Я спокойно посмотрел на Камию Ёста.

У Ай Фа, вероятно, была такая же реакция, как и у меня.

Камия Ёст прищурился, улыбнувшись. Его уникальные фиолетовые глаза сузились в щёлочку, который заставил его выглядеть старым, но в то же время молодым.

... Пока нельзя просить его о помощи.

Силой воли я подавил волнение.

На этом распутье я пока не мог просить помощи у Камии Ёста.

Этот человек имеет дело с хозяином Геноса. Я всё ещё не знал его достаточно хорошо, но если он вмешается — это может нанести непоправимый ущерб отношениям между Морихеном и Геносом.

Я сделал вид, что не понимаю, о чём это он говорит, и покачал головой:

— ...В последнее время у нас всё в порядке.

Камия Ёст снова улыбнулся.

— Ну и замечательно! Увидимся послезавтра. Отличная работа, красавицы из клана Ву!

Камия Ёст и Лейто исчезли в другом конце толпы. Я вздохнул с облегчением. В этот момент меня окликнула Лала.

— Эй~! Вы там готовы? Мы уже закончили!

— Ах, прости! Лала Ву, Вена Ву и Шела Ву, спасибо за вашу помощь сегодня! Да и не только сегодня. Если бы не вы, даже и не знаю, как бы мы протянули эти десять дней.

В ответ они все невинно улыбнулись.

— Чего это ты так формален? Хотя завтра и выходной день, нам ведь всё равно нужно будет продолжать работу через два дня, верно?

— ...Надеюсь, я смогу поработать с тобой и через два дня...

— Да, я тоже так думаю.

Я все еще был неопытным поваром и провёл эти десять дней в постоянной суете. Но все по-прежнему весело улыбались.

За эти десять дней мы продали более тысячи порций. Общая выручка наконец превысила 2000 медных плиток. Без учёта затрат и суммы, выплаченной Камии Ёсту, прибыль составила 1169 красных медных плиток. Другими словами, клыков и рогов примерно с 97 гиб.

Нам удалось заинтересовать многих жителей Запада.

И дело не ограничилось только киоском — нам удалось продать нашу кулинарию в гостиницы.

Оставалось только решить проблему с кланом Тсун, а затем продолжать неуклонно стремиться к нашей цели.

— ...Ты чего, Асута? — немного сердито одёрнула меня Ай Фа. — Что тебя гложет? Расскажите мне всё.

— Ну, я скажу... только это немного сложно, поэтому давай отложим разговор на вечер.

Ай Фа некоторое время молчал и продолжала на меня смотреть, затем отступила в сторону, сказав: «Я понимаю».

— Хорошо, тогда пора по домам!

Мы толкали две тележки по мощёным улицам. Стоял час-пик, и толпа была очень плотной.

Некоторые знакомые прохожие приветствовали нас.

Некоторые пешеходы всё ещё выражали отвращение или шок.

Были и такие, кто застывал на месте от неожиданности. Вероятно, они были путешественниками, только что прибывшими в Генос.

По пути я наслаждался пейзажем Почтового города.

— Эй, привет! Вы уже закрылись? Так рано? — поприветствовал нас Дора-сан с улыбкой из своей лавки. Тара тоже улыбалась, стоя рядом с ним.

Привычная сцена.

Если подумать, а ведь они стали первыми нашими покупателями. Вслед за ними — «Серебряная Ваза».  Мы также познакомились с Папашей, Арудасом, Юми и Наудицем. И, наконец, мы достигли того отрезка пути, на котором стояли сегодня.

Я постарался спрятать свои эмоции и спокойно улыбнулся им в ответ.

— Да, сегодня было настоящее зрелище. В следующий раз мы откроемся послезавтра, и я зайду прикупить овощей у вас чуть позже.

— Хорошо, мы будем ждать.

Прошло всего десять дней, но теперь мы жили вот так. Я не мог позволить никому разрушать такую жизнь.

— О, кстати! — пока мы продолжали толкать телегу вперёд, вдруг воскликнула Лала. — Асута, я тут вспомнила, тебе ведь нужно купить ещё кое-что кроме овощей, верно? Мы займёмся тележками, можешь идти.

— А? — я обернулся и увидел, что Лала смотрит на меня с самодовольной ухмылкой.

Вот ведь вертихвостка!

— Ну, вообще-то, да. Мне ещё нужно зайти в «Большое Древо Юга», поэтому я заскочу по пути в магазин.

— Ага. Ай Фа, ты уж позаботься там об Асуте!

Мы с Ай Фа остановились, а две тележки растворились в другом конце толпы.

— ...Тебе ведь нужен кухонный нож и сковородка, верно?

— Да. Стальная сковорода тяжёлая, так что давай сперва возьмём нож.

Вчера я вызнал всю необходимую информацию. «Серебряная ваза» располагалась в центре рынка, рядом с овощной лавкой бабушки Мисилл.

Они протянули между двумя киосками широкий чёрный тент и разложили на нём различные товары. Крышу киосков немного модифицировали, так что она закрывала довольно большое пространство вокруг, делая магазин действительно сумрачным.

За прилавком стояли трое людей народа сему.

— Извините... Хм, Шумимару здесь нет?

Продавцы сняли капюшоны, но я не увидел среди них Шумимару, у которого были примечательные серебряные волосы.

Очень высокий мужчина сделал странный жест и поклонился нам с Ай Фа.

— Шумимару, занят, скоро вернётся.

— Понял. Я тут у него кое-что заказывал...

— Шумимару, товар, сказать... Подождите, пожалуйста.

Выбора не было, пришлось ждать.

Мы присели на корточки и принялись разглядывать товары, выложенные на тент.

— ...И чего этот магазин продаёт только всякие странные вещи? — прошептала мне Ай Фа.

Честно говоря, глядя на местные товары, я мог понять её чувства.

Стоит ли описывать эти предметы как странные? Как бы там ни было, лежали они в полнейшем беспорядке. Помимо лезвий, сделанных из стали, столь драгоценной для Сему, там были различные чайники, деревянные ящики с причудливым дизайном и чрезмерно украшенные луки и колчаны.  Были также аксессуары, блестевшие серебряным блеском, и рулоны экстравагантных тканей. Все предметы были сделаны с тщательным вниманием к деталям и выглядели очень качественно. Что ещё сильнее поражало, потому что всё это было просто вывалено грудой на тент.

Впрочем, в этом было и своё очарование. Атмосфера в этом магазине напоминала антикварную лавку, найденную на блошином рынке.

— Эй, разве это не платье для банкетов?

В сумраке блестела ткань всех цветов радуги.

— А вот эти стальные браслеты похожи на те, что носят женщины клана Ву. Получается, их привозят из Сему.

— ...Мне подобные вещи не нужны, — холодно сказала Ай Фа, а затем вскрикнула с широко открытыми от удивления глазами.  — Асута, а это что?

— Ой? Это, наверное... бокал для вина.

Судя по форме, это был какой-то контейнер для жидкости.

Уникальным в нём было то, что он был сделан из стекла.

— Значит, в этом мире тоже есть стекло? Удивительно.

— Это называется стекло? Оно такое милое.

Искрящийся свет отражался в глазах Ай Фа.

— ...Стеклянный бокал для вина. Пять белых медных плиток, — спокойно сообщил нам один из продавцов.

— Значит, это действительно стекло... Ай Фа, он стоит пять белых медных плиток.

— Хм-м? Это красиво, но мне не нужен бокал, чтобы пить фруктовое вино.

Может и так, но в её глазах читалось уж слишком большое возбуждение. Она потыкала бокал пальцем здоровой руки.

Ай Фа не хотела покупать бокал, но я был рада что она умеет ценить красивые вещи.

В этот момент вернулся Шумимару.

— Асута, прости. Долго, ты, ждать?

— Нет, мы совсем недавно пришли, — поднялся с корточек я. Ай Фа продолжала сидеть и совершенно по-детски тыкать в бокал пальцем.

Я незаметно отступил от неё на несколько шагов.

— Мы на сегодня уже закрылись и я здесь, чтобы купить товары, которые предварительно заказал.

Шумимару кивнул и полез рукой под плащ, оглядев меня неожиданно проницательным взглядом своих чёрных глаз.

— Нож, 18 плиток, белых.

— Да, спасибо.

— Камень, 10 плиток, белых... Камень, решил?

— ...Да, я хочу купить это.

Шумимару с довольным видом прищурился, выложил товар на прилавок и показал глазами на сидевшую на корточках Ай Фа.

— Очаровательная женщина. Асута, жена?

— Нет... Но она для меня самый важный человек.

— Понимать, — кивнул Шумимару.

Я забрал товар, расплатившись 28 белыми медными плитками.

— Отлично, теперь я начну использовать этот нож в своей кулинарии.

Это был овощной нож в чёрных ножнах. Отличный инструмент для нарезки тино.

— Это, честь, большая... Благодарение Сему, Сельву, что встретить Асуту.

— Для меня это тоже большая честь. Уже шестой день синего месяца, рассчитываю на вас и в оставшиеся дни.

Увидев мою искреннюю улыбку, Шумимару довольно прищурился.

— Ну ладно, нам пора. Мне нужно ещё кое-что купить.

— Хорошо. Послезавтра, увидеться.

Шумимару вернулся в заднюю часть магазина, а я похлопал Ай Фа по плечу.

— Извини, что заставил ждать. Я здесь закончил.

— Хм-м? Ладно.

Ай Фа встала, и мы покинули «Серебряную Вазу». Она с любопытством посмотрела на нож в моей руке.

— Так это тот самый нож? Выглядит острым.

— Ага. И он не проиграет ножу моего отца Сантоку, когда дело дойдёт до измельчения овощей!

В этот момент Ай Фа нежно улыбнулась.

— ...Тогда, должно быть, это отличный нож.

— Угу, — кивнул я и направился к пустому месту между двумя киосками, где остановился и посмотрел на Ай Фа. — И ещё... я ведь говорил тебе сегодня днём, что собираюсь купить кое-что, не связанное с готовкой.

— О? И что же это? — спокойно поинтересовалась Ай Фа.

Интересно, какой будет её реакция через несколько секунд?

Собравшись с духом, я протянул Ай Фа предмет, который прятала в руке.

— ...Что это? — Ай Фа нахмурилась от удивления.

То, что я держал в правой руке — это ожерелье с синим камнем.

Камень был примерно размером с ноготь большого пальца и крепился к серебряной пластинке, которая в свою очередь висела на сложной вязи кожаного шнура, так что его легко можно было надеть на шею.

— Как видишь, это ожерелье.

— Ожерелье... украшение, да? — Глаза Ай Фа беспокойно дрожали. — ...Асута, ты что, собираешься носить украшения, как женщина?

— Нет... Ай Фа, я купил это ожерелье для тебя.

— О? — Ай Фа прищурилась. — Что значит... ты проигнорировал всё, что я тебе говорила?

— Я помню, что ты говорила. Ты говорила, что если я вздумаю покупать на медные плитки украшения, ты меня изобьешь.

— Вот именно.

Ай Фа медленно наступала на меня. Я незаметно сглотнул, а затем продолжил:

— Ты можешь начать бить меня после того, как я всё объясню. Это талисман для отворота бед!

— ...Отворота бед?

— Да, это талисман Сему, который якобы может отвадить любые беды. И раз уж «Серебряная ваза» продаёт его в западном городе, то не имеет значения, в какого бога верит тот, кто его носит! Каждый Сему носит этот талисман, чтобы отвадить беды.

Взгляд Ай Фа не изменился.

Ну и ладно, я уже приготовился к тому, что меня ждёт.

— Я не знаю, насколько он эффективен. Но ты бы точно разозлилась, если бы я тебе подарил простое украшение! У тебя уже есть всё необходимое, но я всё равно хотел купить что-то только для тебя, поэтому и выбрал это ожерелье... Пусть это и талисман, но ведь камень на нём просто прекрасен, верно?

Это был маленький тёмно-синий камень.

Когда Шумимару показал мне его вчера, я был сражён им с первого взгляда. Он был точно такого же цвета, как и глаза Ай Фа.

— ...Сколько ты на него потратил?

— Десять белых медных плиток.

— Десять... белых... медных... плиток...

Ай Фа прикрыла глаза и, казалось, пыталась разобраться в мыслях.

— Я знаю, что ты не хочешь зависеть от талисмана, но ты очень часто сталкиваешься с опасностью и даже получили серьёзную травму! Мужчины Морихена одаривают членов свои семьи тремя клыками или рогами, чтобы благословить их здоровой жизнью. Я тоже хочу тебе хоть что-нибудь подарить. — Я поднял ожерелье за ремешок и сделал из него круг. — Если тебе не нравится это ожерелье, можешь побить меня позже, но сейчас — не могла бы ты его принять? Это подарок от члена твоей семьи, который желает тебе безопасности и здоровья.

Ай Фа закрыла глаза и глубоко вздохнула. Затем она уставилась прямо на меня.

— ...Мужчины Морихена охотятся на гибу своими силами и дарят клыки и рога своей семье как благословение, чтобы они оставались в целости и сохранности.

— Да.

— Ты заработал в Почтовом городе медные плитки, а затем использовал их, чтобы благословить свою семью. По идее, в этом нет ничего неправильного... Так я должна была подумать?

— Д-да, именно так.

— ...Хмпф! — надулась Ай Фа. — Я чувствую себя так, будто упала в ловушку для гибы. Моя собственная семья интригует против меня?

— Вовсе нет! Моё единственное желание — это чтобы ты была в безопасности.

Ай Фа снова хмыкнула.

Затем она сделала один шаг ко мне. И немного опустила голову.

— ...Ну, и чего ты там стоишь как столб?

— А?

— Согласно обычаям Морихена, ты обязан лично преподнести подарок члену своей семьи.

— Я никогда не слышал об этом.

Я осторожно повесил ожерелье с синим камнем на шею Ай Фа.

Кожаный шнур оказался немного короче того, на котором висело ожерелье из клыков и рогов, зато синий камень ярко мерцал.

Ай Фа положила подвеску ожерелья на ладонь правой руки. Посмотрев на неё некоторое время, она подняла глаза, как будто только что что-то вспомнила.

— О, у меня тоже кое-что для тебя есть.

— А? Для меня?

— Да.

Ай Фа потянулась под свою меховую накидку и принялась рыться в потайных карманах, пока наконец не извлекла на свет ожерелье с десятью клыками и рогами.

— О, это ведь то самое ожерелье, которое я отдал тебе на хранение.

— Да. Нам больше не нужны эти клыки и рога. Ты выполнил свой долг и теперь можешь надеть его. — Сказав это, Ай Фа пнула меня по ноге. — Голову опусти.

— Эй... Ты можешь сначала говорить, а уже потом драться?

Несмотря на жалобы, я всё же послушно опустил голову.

Ай Фа ловко сняла с моей шеи старое ожерелье и осторожно повесила вместо него новое.

Это были те самые десять благословений, что подарил мне клан Ву. Если бы наш бизнес в городе прогорел, мы должны были использовать их, чтобы компенсировать потери.

— Обитателям Морихена понадобится некоторое время, чтобы достичь процветающего будущего, но я верю, что ты сможешь это осуществить».

— Не только я, это наша общая ответственность.

Ай Фа внезапно закрыла глаза.

Беспокойное выражение её лица исчезло, а на его месте появился намёк на детское беспокойство.

— Да, верно. В конце концов, когда-нибудь это станет общей ответственностью всех жителей Морихена.

Я улыбнулся Ай Фа.

— С сегодняшнего дня мы будем покупать мясо у клана Ву. Вскоре, когда в клане Ву закончится мясо, мы начнём покупать его в доме Лутим ... Поняв, что каждый может зарабатывать на продаже мяса в Почтовом городе, жизнь морихенцев изменится. Мы просто слегка подталкиваем их к этому.

Но что проложить путь к такому будущему, обитателям Морихена предстояло начать работать вместе и положить конец всем раздорам.

Главный клан должен был начать надлежащим образом руководить жителями Морихена... но пока что они не только этого не делали, но и наносили вред морихенской гордости. Я не мог простить их преступление.

— ...Ты права.

Ай Фа посмотрела вниз и снова подняла синий камень на её шее.

— В чём дело? Ты до сих пор хочешь меня побить?

— Нет... Может, это и талисман, но это ожерелье — украшение. Мне неловко носить его.

— Понятно... Но разве камень не прекрасен?

Ай Фа медленно подняла голову.

И непосредственно, совершенно по-детски улыбнулась.

— Да, он очень красиво сияет.

Её улыбка была настолько чистой и невинной, что у меня перехватило дыхание.

Наша работа только начиналась, и впереди нас ожидало множество проблем, но после того, как я увидел улыбающееся лицо Ай Фа, я почувствовал такой покой и удовлетворение, которого никогда прежде не испытывал.

И это ознаменовало конец нашей первой битвы в Почтовом городе.

Полуденный перекус: Хранительница очага клана Ву

Полуденный перекус

Хранительница очага клана Ву

Шела Ву с детства не отличалась крепким здоровьем.

Когда она была маленькая, то была слишком болезненной и хрупкой. Все её сверстники опережали её ростом. Из-за этого она выросла довольно застенчивой.

Морихенцы всегда ценили сильных людей, и это также относилось и к женщинам. Без определённого уровня силы и выносливости, по их мнению, женщины не могли выполнять все домашние дела. Если человека подводит здоровье, и он пренебрегает своими обязанностями, никто не будет этому рад, и в первую очередь он сам.

Конечно, никто и никогда не насмехался над ней из-за её физического состояния. Возможно, будь это не клан Ву, всё могло сложиться иначе, но в деревне их клана не было таких бессердечных людей.

Но она всё равно чувствовала горечь. Даже несмотря на то, что от неё всегда было мало толку, окружающие никогда не укоряли её за это, из-за чего чувство вины в её сердце только росло.

Будь то рубка дерева или дубление кожи, Шеле Ву всегда требовалось вдвое больше времени, чтобы выполнить эти задачи. Она даже воду самостоятельно с ручья принести не могла. Поскольку их клан процветал, почти все женщины в клане Ву были сильными и здоровыми, что только заставляло её ещё сильнее осознавать свои недостатки.

Но хрупкой Шеле Ву всегда нравилось хранить домашний очаг.

Для этого не требовалось слишком много грубой силы. Уж с котелком-то она управиться могла. Да и семья у неё была небольшая, поэтому никто её ни с кем не сравнивал. Из-за всего этого на кухне она чувствовала себя максимально свободно.

То ли к счастью, то ли нет, но Шела была старшей дочерью и имела трёх младших братьев. Её мать Тали Ву могла бы считаться миниатюрной, кабы не была крепкой как палка и сильной, способной выдержать большую часть тяжёлой работы. Но Шела Ву никогда не отчаивалась, а продолжала заниматься тем, что ей по душе.

Поскольку её семья взяла на себя часть её работы, она чувствовала, что должна приложить ещё больше усилий на кухне. Обычно работа, связанная с очагом, включала в себя нарезку мяса и овощей и приготовление пищи. Но Шела Ву приложила дополнительные усилия, чтобы позаботиться о мелких деталях, которые не могли быть чётко видны.

Имея дело с мясом, она всегда старалась резать его вдоль волокон, чтобы оно оставалось нежным. Она выяснила, что ария становится слишком мягкой при переваривании и слишком жёсткой с оттенком пряности при недоваривании. Экспериментируя с оптимальным жаром от огня и временем приготовления, она  получала от этого невероятное удовольствие.

И, очевидно, никому из её семьи было невдомёк, какие усилия она ко всему этому прилагала. Но что бы она ни подавала на ужин, все принимали это с благодарностью. Это было обязанностью жителей Морихена. Морихен никому не позволял быть разборчивым во вкусе еды.

Шела Ву тратила столько усилий не ради чужой похвалы, а ради собственного удовольствия, но она всегда радовалась, когда её мать хвалила её готовку.

«Никто не может хранить очаг лучше тебя. А научи-ка меня, как правильно регулировать жар?».

Тали Ву, вероятно, отлично понимала чувство вины, которое гложет её дочь.

Но Шела старалась не подавать виду, и мать с дочерью вместе изо всех сил старались сделать каждый следующий ужин вкуснее предыдущего.

◇◆◇

Шела Ву являлась тайной поклонницей сестёр главного дома Ву.

Из ста с лишним родственников их клана именно четыре эти сестры из главного дома обладали самыми выдающимися способностями и обаянием, соответствующими их статусу.

Старшая дочь Вена была великолепной красавицей. Не только её внешность, но и личность была полна очарования. Вокруг неё всегда увивались полчища мужчин, мечтающих добиться её руки и сердца.

Вторая дочь Рейна не сильно ей проигрывала. Она была миниатюрная, с неизменным милым детским выражением на лице. Возможно, она не привлекала столько же мужского внимания, как её старшая сестра, но была так же очаровательна, как и Вена. В отличие от трудной для понимания старшей, Рейна обладала весёлым нравом и была покладистой и доброй. Она представлялась идеальной женщиной в сознании любого морихенца.

Третьей сестре, Лале, было всего двенадцать, но она уже проявляла выдающиеся качества личности, вроде прямолинейности и решительности, соседствующих с чувствительностью и проницательным умом. Она дружила с братом Шелы, Шином Ву, поэтому чаще всего Шела общалась именно с ней и рано узнала её скрытые стороны характера.

Самая младшая, Рими, была чистой и очаровательной восьмилетней девочкой. Один её вид вызывал улыбку. «Она такая милаха — вот бы мне такую сестрёнку или даже дочку!» — время от времени думала о ней Шела.

Ей очень хотелось походить на этих четырёх девушек.

Но она никогда не ревновала их из-за их высокого статуса. Она всегда гордилась ими как членами своего клана.

Однако иногда она задумывалась, почему же она сама так бесполезна?

Эти четыре девушки были связаны с ней кровными узами. Отец Шелы, Раа Ву, был младшим братом отца девушек, Донды Ву.

Раа Ву считался выдающимся охотником, а её мать Тали Ву — идеальной супругой. Её младшим братьям однажды предстояло стать храбрыми охотниками. А старший брат уже начал ходить вместе с отцом в лес.

Сама же Шела не могла многим похвастаться.

Хоть ей и исполнилось 18 лет, никто так и не попросил её руки.

Она уже не была прикована к постели, как в детстве, но до сих пор не могла поднять даже флягу с водой. Да и внешностью, по её собственному мнению, она не блистала. Так что стоило ли удивляться тому, что на пороге её дома не выстраивалась очередь из женихов?

В лучшем случае её ожидало замужество в один из родственных домов клана Ву. Менее престижные дома, такие как Лилим и Маму, были бы рады принять к себе женщину из главного клана.

А если это когда-нибудь случится, они непременно поймут, что она не так сильна, как остальные женщины клана Ву, и будут совершенно разочарованы.

Несмотря на брачный возраст, Вена и Рейна не спешили с замужеством. Должно быть, они просто подыскивали себе хорошего мужа. В конце концов, они ведь из главного дома — о браке с такими прекрасными женщинами можно было только мечтать.

Прошло уже три года с момента вступления в брачный возраст самой Шелы, но пока на этом фронте было совершенно глухо. Однако время шло, и момент расставания с деревней клана Ву неотвратимо близился.

Но...

Ей хотелось побыть в деревне клана Ву ещё чуть-чуть, пусть даже совсем немного. Ей хотелось увидеть, какое будущее ожидает определённого человека.

Увидев, кого он выберет себе в жёны, она сможет взять себя в руки. Тогда она наберётся смелости и покинет свою семью.

Шела Ву спрятала эту идею в глубине своего сердца и продолжала жить мирными и размеренными днями. И в это время в деревне клана Ву неожиданно появились два человека.

Это были Асута и Ай Фа из дома Фа.

◇◆◇

— Вот, так всё и было!  И бабушка Джиба в последнее время стала такой энергичной! — хвасталась Шеле Лала Ву.

Рими привела людей из дома Фа в деревню клана Ву. И им удалось спасти великую старейшину Джибу Ву. Услышав такие новости, Шела не могла в них поверить.

— Лала Ву, а ты сама пробовала то, что ела бабушка Джиба? Что это было за блюдо?

— Хм, ну... даже и не знаю, как его описать. Вкус был невероятным.

— Невероятный вкус...

— Ага! Никогда бы не поверила, что это мясо гибы! И жареное, и варёное — оно было таким ароматным... Нет, не могу подобрать слов.

— Значит, он на самом деле потрясающе готовит?

— Ну, не буду расхваливать его до небес, как все остальные. Папа Донда даже разозлился и сказал, что его еда портит душу.

— Вот как...

Полмесяца спустя, когда Лала зашла в гости в дом Шелы, на её лице появилось неописуемое выражение.

— К нам вчера Асута и Ай Фа заходили. Обед был таким вкусным... Эх, я теперь в полнейшем тупике, никакого зла не хватает!

Интересно, какая она, «вкусная еда»?

Тогда Шела почувствовала невероятное волнение.

На следующий день она получила уведомление от главы клана Ву, что Асута из дома Фа будет хранителем очага на свадьбе домов Лутим и Мин.

За пять дней до начала пиршества Асута временно переехал в дом клана Ву. И за четыре дня до свадьбы Шелу попросили помочь ему с подготовкой.

— Ах, ты здесь, чтобы помочь? Приятно познакомиться, я Асута! Рассчитываю на тебя.

Асута оказался невероятным человеком.

Он был худой и стройный, как женщина, с добрым и приветливым лицом и неизменно вежливым к окружающим отношением. У него была желтоватая кожа, как у жителей Запада. Но его волосы и глаза были чёрными, как у восточного человека.

И чем-то он неуловимо отличался от жителей Почтового города. Шела не знала, как получше описать это чувство, но Асута не походил ни на кого из известных ей людей и идеально подходил под термин «иностранец». Он был таким странным.

Странными оказались и его методы готовки.

Лала Ву была права. После обработки специальной техникой, которую он называл «кровопускание», мясо гибы определённо становилось вкусным.

Но не только это, Асута словно по волшебству создавал всевозможные виды вкусов и ароматов, используя в своей кулинарии только фруктовое вино, листья пико и каменную соль. Он выпаривал воду из пойтана, высушивал его на солнце, а затем жарил. Он также использовал разные методы приготовления пищи и превращал арию, тарапу и чачи в блюда, которые никто доселе не видывал.

«Хранить домашний очаг» — это занятие всегда казалось Шеле довольно простым, но Асута продемонстрировал, насколько оно сложное. По сравнению с ним все её усилия ничем не отличались от детских игр.

С этим чувством в своём сердце, Шела тихо помогала Асуте. А потом...

— Шела Ву, твоя работа с ножом безупречна, и у тебя отлично получается регулировать правильную температуру! — за два дня до пиршества Асута похвалила Шелу. — В день праздника я бы хотел пригласить тебя и твою маму Тали Ву помогать мне с бифштексами на всех гостей.

Из всех блюд, которые показывал Асута, это было самым непростым в приготовлении. Пока Шела от удивления не могла вымолвить ни слова, за неё ответила её мать:

— Для нас это большая честь. Моя дочь хранит очаг лучше, чем кто-либо другой. Благодаря ей даже мои кулинарные навыки значительно улучшились, — улыбнулась она.

— Согласен. У Шелы Ву отлично получается! — мягко улыбнулся ей Асута. — Даже если это простая нарезка мяса, я чувствую, сколько усилий и внимания она вкладывает в это дело. Я хочу одолжить её силы.

У Шелы пошла голова кругом.

Она и представить себе не могла, что такой мастер, как Асута, признает её жалкие способности.

Вернувшись домой, она повторила всё, чему Асута её научил, и её семья была удивлена и счастлива. Её младшие братья радостно горланили, как всё было «вкусно», и даже обычно молчаливые Раа Ву и Шин Ву с удовлетворением съели всё до последней крошки.

Она получила возможность радовать свою семью.

«Если эта радость сможет принести больше сил жителям Морихена, моё существование здесь станет хорошим лекарством, а не ядом», — сказал однажды Асута.

Может, Асута и чужестранец, но он изо всех сил старается найти своё место в Морихене.

Шела уважала его уверенность и решимость идти по этому пути.

Хотя сама она и была коренной морихенкой, её сердце колебалось и испытывало сомнения. Чужестранец Асута же готовил с гордостью, и все вокруг признавали его силу.

Хоть внешне он и выглядел худосочным, но Асута был смелым и уверенным и совершенно не уступал в своей решительности охотникам Морихена.

Может...

Может, и у неё тоже получится жить своей жизнью с гордостью?

Пусть Шела и не так сильна, как другие женщины, но она никому из них не проиграет по части кулинарных навыков. Она хотела гордиться этим и высоко держать голову.

После пиршества Лутим Асута покинул деревню клана Ву. Но эта мысль глубоко укоренилась в сердце Шелы.

А потом, через десять дней или около того, к ней в гости опять зашла Лала.

— Асута открыл своё дело в Почтовом городе, и ему нужны помощники! Мама Миа Лей хочет, чтобы мы обе помогли ему. Пойдёшь?

Шела не смогла сразу дать ответ.

Неужели они действительно хотят возложить на её слабые плечи такую важную ответственность? Её переполняли сомнения, но одна мысль о совместной работе с Асута отметала все сомнения прочь и наполняла её сердце радостью.

— Асута хочет, чтобы мы послали по крайней мере одну женщину, у которой хорошо получаются все эти дела с очагом, поэтому мы выбрали тебя!

— Но... Но ведь Рейна Ву прекрасно может со всем управиться и без меня, верно?

— Хмм~ Из главного дома уже идёт сестрица Вена. Нельзя же одновременно посылать двух старших сестёр, тогда дома завал будет! Если не хочешь, придётся мозговать и искать другую кандидатуру. Может, и Рейну заберут, если кто-то родственников согласится помочь с делами главного дома... — Лала уставилась на Шелу, а её глаза наполнились надеждой и беспокойством. Она уже открыла своё сердце Асуте, поэтому ей очень хотелось поехать в город, чтобы ему помочь. — Но ты только учти, что нам придётся тащить железные котелки и всякое такое, а это будет непросто. Так что решай, Шела Ву!

Шела Ву была очень обеспокоена.

Она не думала, что способна взять на себя эту работу. Однако в её сердце, независимо от того, что твердил её разум, словно бы само собой зародилось чувство гордости.

Если не поливать время от времени росток водой и держать его в тени, он быстро зачахнет.

Поэтому Шела взглянула прямо в глаза Лале и ответила так искренне, как только смогла:

— Я готова взяться за эту работу!

Шела очень надеялась, что сможет жить с гордостью, как Асута. Она не хотела скрывать от себя эти чувства.

И, твёрдо в этом уверившись, Шела Ву сделала ещё один шаг вперёд.

Том 6

Пролог: Напряжённый выходной

Дикая готовка

— Isekai Ryouridou —

— Том 6 —

— Автор: Eda —

— Художник: Kochimo —

[Перевод на русский язык: Knox]

Пролог

Напряжённый выходной

Наступило следующее утро после того, как мы наконец-то закончили нашу десятидневную работу в Почтовом городе.

Я находился во временном жилище, вверенном мне кланом Ву, и заворожённо смотрел на два предмета кухонной утвари, что вчера купил.

Передо мной лежали кухонный нож народа Сему и стальная сковородка людей Джагал.

Это был нож для резки овощей, длиной около 20 см и шириной 8 см с тонким лезвием односторонней заточки, не имевшим кривизны, как у стандартных кухонных ножей или ножей для разделки мяса. Обух клинка имел прямоугольную форму и напоминал хорошо знакомый мне усуба-бочо[1].

Поскольку лезвие было прямым, оно плотно прилегало к разделочной доске, что делало его идеальным для резки овощей. Однако заточка такого ножа требовала особой осторожности — лезвие было тонким и могло легко сломаться, но оно при этом оно было чрезвычайно острым, вполне оправдывая свою цену в 18 белых медных плитки.

Затем я перевёл взгляд на сковороду.

Народ Джагал славился своими изделиями из стали. Я слышал, что большая часть стальной продукции поступает в Генос именно оттуда.

Сковорода была шириной 70 см, длиной 50 см и толщиной металла в 6 мм. Её края выступали вверх на 3 сантиметра, и никаких декоративных элементов, кроме ручек, на ней не было. Её аскетичный и мужественный дизайн завораживал.

Вчера у меня выдалась минутка, чтобы её обкатать — я разогрел и смазал её маслом. И теперь её поверхность была блестящей и гладкой.

Я уже прожил в Морихене почти полмесяца, и всё это время жарил еду в котле. Но теперь, когда у меня появилась сковорода, открывался и более широкий простор для фантазии. Да и эффективность жарки пойтана со стейками определённо увеличится.

Котелок был довольно тяжёлым и весил более 30 кг, так что по сравнению с ним сковорода представлялась в два с половиной раза легче, что тоже не могло не радовать.

Кроме того, более тонкий металл сковороды означал лучшую теплопроводность. Впрочем, её тонкость была только лишь относительной (по сравнению с невероятно толстым котлом). Учитывая её практичность, в скором времени меня ожидал более широкий выбор новых блюд. Я не мог перестать улыбаться при мысли об этом.

Кухонный нож Сему, элегантный, как украшение, и невероятно практичная сковородка Джагал. Я смотрел на свои приобретения, греющиеся на солнце.

— ...Что ты делаешь, Асута?

К тому времени Ай Фа, которая с утра пораньше отправилась на ручей, уже вернулась, и я повернулся, чтобы посмотреть на неё.

— Привет, ты сегодня рано управилась. Как рука?

— Совсем не больно, но она теперь слабее. Если противник человек, то ничего страшного, но если сражаться с гибой в таком состоянии, то могут начаться проблемы.

Спустя шесть дней рука Ай Фа наконец-то смогла начать свободно двигаться. Ай Фа вывихнула локоть во время охоты и всё это время поправлялась.

— Моя сила ещё не вернулась, поэтому если слишком напрягаться, боль вернётся.  Мне нужно будет понаблюдать за этим ещё несколько дней... Асута, а ты чем тут занимался?

— Да ничем особенным, просто радовался вчерашним приобретениям.

— ...Хм?

Ай Фа слегка наклонила голову, а затем подошла и села рядом со мной.

Ее слегка влажные светлые волосы были собраны в сложный узор, как и в прошлый раз. Связывание её волос просто набок имело свое очарование, но причёска, с которой легко было двигаться, подходила Ай Фа лучше всего.

— То есть пока я умывалась и занималась посудой, ты просто сидел здесь?

— Ну да. Всё-таки это ведь первые вещи, которые я купил на собственные деньги, просто устоять не могу!

Моё лицо, наверное, было наполнено любовью, как у дедули, нянчящего своего первого новорожденного внука.

Ай Фа немного грустно нахмурилась.

— Асута, ты...

— А?

— Нет, ничего.

— Что такое? Редко когда ты не решаешься говорить.

— Нет, всё в порядке.

Я повернулся к Ай Фа.

— Нет, ты определённо что-то хотела сказать! Теперь мне любопытно. Если у тебя что-то на уме, не сдерживайся и выкладывай, как есть.

— Даже если мы семья, я всё равно должна быть с тобой вежливой. Вот поэтому — ничего.

— Теперь мне ещё интереснее! Разве мы не говорили об этом раньше? Мы не должны ничего скрывать друг от друга. Наше мышление и эмоции немного отличаются, поэтому нам нужно быть честными во всём, чтобы лучше понимать друг друга

После моей страстной речи печаль на лице Ай Фа стала ещё глубже.

— В этом нет ничего сложного. Я просто... не хочу тебя расстраивать.

— Всё будет в порядке. Ты ведь сама говорила: «Если мне будет неловко, я просто побью тебя, так что нет необходимости скрывать свои чувства».

— ...Ты хочешь меня избить?

— Я бы не посмел сделать что-то настолько устрашающее.

— ...И ты не рассердишься?

— Если твои слова будут соответствовать твоим убеждениям, то я буду спорить, пока не удовлетворюсь результатом.

— Ну ладно. Твои доводы кажутся разумными.

Ай Фа села на пол, скрестив ноги, выпрямила спину и посмотрела на меня с серьёзным лицом.

— Я просто подумала, что ты ведёшь себя немного противно.

— ......

— Ты злишься?

— Нет, совсем нет.

Я чуть не расплакался.

— Как бы то ни было, когда ты смотрел на эти инструменты, сделанные из стали и дерева, твои глаза наполнились любовью, как если бы ты смотрел на человека. Это было немного противно...

— Да я и с первого раза понял, незачем было бить лежачего...

— Понятно... Ты злишься?

— Нет, я совсем не злюсь.

— Ладно, — кивнула Ай Фа. Её лицо осветила невинная улыбка. — В конце концов, я всегда должна говорить тебе, что думаю. Сейчас мне намного лучше, Асута.

— Это здорово, — криво улыбнулся в ответ я.

Если бы моя печаль могла подбодрить Ай Фа, тогда наши удачи и несчастья были бы сбалансированы, и мир смог бы нормально функционировать.

— Ну, хотя бы сегодня ты выглядишь повеселевшим. Вчера вечером ты ходил с такой кислой миной...

— Ну, я в некотором смысле смирился с проблемной работой, которую мне предстоит выполнить.

Предстоящая мне работа... Через три дня нам предстоит хранить очаг на большом сходе глав домов, проводимом кланом Тсун. А сегодня у нас будет семинар, чтобы подготовиться к этому.

Клан Тсун считался главным кланом Морихена и уже давно приобрёл здесь дурную славу.

Они прикарманили все деньги, выделяемые на развитие Морихена лордом Геносом, и целый день только и делали, что пинали балду, пренебрегали обязанностями охотников и нарушали покой в Почтовом городе.  Вдобавок ко всему, они также вступали в сговор с дворянами Геноса, поэтому преступления, совершенные ими в городе, оставались безнаказанными. Учитывая всё это, у меня в голове не укладывалось, как подобные люди могли стоять во главе чистых и праведных обитателей Морихена.

Милано Маст как-то раз рассказал мне ещё одну шокирующую историю.

Если коротко, то один морихенец убил его зятя, который также был его хорошим другом, но преступник так и не был привлечён к ответственности. С тех пор этот человек затаил глубокую обиду на всех жителей Морихена.

У меня не было убедительных доказательств того, что преступник был членом клана Тсун. Однако мои подозрения в отношении этого клана неуклонно росли.

Но единственное, что я мог сделать — это как можно лучше подготовиться к сходу глав домов.

— Что ж, тогда теперь я пойду к ручью. Сегодня будет очень напряжённый день.

— Хорошо. Будешь учить женщин готовить?

— Ага. И ещё предстоит решить парочку непростых вопросов. Например, определиться с блюдом для гостиницы. Похоже, я буду занят весь день.

— ...Везёт же. — Ай Фа немного надула губы. — А я только и могу, что дрова собирать. Жаль, что здоровье не позволяет отправиться в лес.

— Эй, эй, не будь безрассудной, ладно? — обеспокоился я, и Ай Фа надула губы ещё больше.

— Думаешь, я такая дура? Я отдыхаю, когда нужно отдыхать. Это важно для любого охотника.

— Ах, прости. Просто ты выглядела уж слишком этим недовольной...

— Конечно, я недовольна... Но об этом стоит знать только тебе и больше никому. Так что прекрати жаловаться.

Я надеялся, что когда-нибудь Ай Фа сможет открыть своё сердце большему количеству людей, но даже в этом случае мне показалось, что я умом двинусь от радости, когда я услышал, как она это сказала.

— ...Спасибо.

— Чего это ты меня вдруг благодаришь?

— Н-нет, ничего! Тогда я пойду умываться перед тем, как приступить к работе.

И мой выходной, такой же загруженный, как и обычный рабочий день, начался.

◇◆◇

— Отлично! Итак, мы проводим этот семинар в преддверии крупного собрания. Я уже полностью распланировал весь рабочий процесс на этот день.

Семинар было решено разделить на две части: одну утром, а другую вечером.

Людей было так много, что в противном случае я бы не смог уделить внимание всем. Кроме того, я не хотел заставлять весь дом Лутим приходить так рано утром — что, собственно и навело меня на мысль о подобном разделении.

На большом сходе мне должны были помогать всего восемь женщин.

Состав был следующий: клан Ву выделил мне в помощницы Вену Ву, Рейну Ву и Лалу Ву. От побочной ветви клана пришли Шела Ву и Тали Ву. От дома Лутим — Эма Мин Лутим и Молун Лутим.

Тали Ву — мать Шелы Ву. В день схода они оставят свой дом, чтобы мне помочь, поэтому Шин Ву останется без присмотра. Впрочем, его не бросят на произвол судьбы — женщины из других побочных ветвей обещали за ним приглядеть. После пиршества Лутим, не только кулинарные навыки Шелы заметно улучшились, но и Тали Ву могла похвастаться тем же. Именно по этой причине Миа Лей Ву настоятельно их и порекомендовала.

С Молун Лутим я встречался всего лишь раз. Она была невесткой Эмы Мин Лутим — сестрой Каслана Лутима и дочерью Дана Лутима. Она была похожа на своего отца внешностью и была очаровательной и энергичной девушкой.

И прямо сейчас рядом со мной собралось пятеро моих помощниц: трое сестёр главного дома Ву, Мама Миа Лей и Шела.

Поскольку я поставил Маму Миа Лей и Шелу во главе этой элитной группы, я попросил их принять участие в обеих сессиях семинара.

Внимательно оглядев пятерых своих слушательниц, я продолжил:

— Ко всему прочему, нашей задачей является обучить женщин клана Тсун кулинарным техникам. Я надеюсь, что вы займётесь их обучением со всем должным рвением. Но не позволяйте им отлынивать. Вспомните, что было, когда я во второй раз хранил очаг клана Ву.

— А, ты имеешь в виду предсвадебное празднование в доме Лутим, когда ты заставил меня готовить стейк для главы дома? В тот раз мы много готовили сами! — Мама Миа Лей энергично кивнула от имени остальных. Казалось, сегодня её переполняла энергия. — Но ведь гостей в этот раз будет примерно столько же, как и на свадьбе. Это действительно сработает?

— Не волнуйтесь, меню не будет таким роскошным, и нам не придется беспокоиться о раздаче еды... На этот раз я планирую всего четыре блюда: мясо в мьям-соусе, стейки, жареный пойтан и мясной суп с арией.

— Э? Разве мы не будем добавлять в суп и другие овощи? — удивилась Лала.

— Да. Нам ведь придётся вычесть стоимость ингредиентов из суммы, которую они заплатят. Помимо арии и пойтана, мы также будем использовать мьям и фруктовое вино. Я специально решил сделать меню попроще.

Это было соглашение, которое я лично заключил с Ямиэль Тсун.

Кроме того, платить нам будет не сам клан Тсун... 40 комплектов клыков и рогов нам заплатят главы домов, присутствующие на большом сходе.

Это звучало возмутительно, но у нас тоже были свои обстоятельства, и мы особо не жаловались.

Мы хотели использовать этот шанс, чтобы жители Морихена осознали важность «вкусной еды» и «благополучной жизни».

Что бы ни планировал клан Тсун, наша точка зрения была правильной. Мы хотели подчеркнуть этот момент.

— Кроме того, если мы подадим еду, требующую слишком больших усилий, они подумают, что вкусная еда — это что-то из ряда вон выходящее. Думаю, будет более убедительно, если мы позволим им попробовать блюда, которые можно легко приготовить у себя дома.

— Хмм~ А ты хорошо всё продумал! — пожала плечами Лала, как будто говорила: «Делай, что хочешь».

Я улыбнулся ей и продолжил свой брифинг.

— Начинать я планирую с пойтана, затем будет суп, затем всё остальное. Я не хочу готовить разные блюда одновременно, поэтому мы будем готовить всё по очереди. Пойтан и суп — не проблема. Что касается мясных блюд, я надеюсь, что каждая из вас сможет за оставшееся время практиковаться, пока вы не научитесь самостоятельно обучать женщин клана Тсун.

Я посмотрел на Шелу, которая тихонько стояла рядом.

— Шела Ву, я возлагаю на тебя большие надежды. Надеюсь, что после сегодняшней специальной тренировки ты самостоятельно сможешь готовить мясо в мьям-соусе.

— Эээ...? Но почему я?

— Завтра мы снова откроем киоск в городе. И пока меня не будет рядом, я надеюсь, что смогу поручить его тебе.

Большой сход глав домов назначен на 12-е число «синего месяца». Через два дня после этого мне предстоит выполнить заказ для гостиницы «Большое Древо Юга».

Время поджимало.

Если я буду заниматься подготовкой всего этого после закрытия киоска, то у меня не останется времени больше ни на что другое. Даже на подготовку блюд к следующему дню.

— Поэтому в полдень, когда гиба-бургеры будут распроданы, я отправлюсь к «Большому Древу Юга», чтобы приготовить всё необходимое там. В этот период, я надеюсь, ты сможешь присмотреть за вторым киоском.

— ...Смогу ли я? При приготовлении мяса в мьям-соусе ведь очень важно контролировать правильный нагрев, верно?

— Правильно. Если его пережарить, мясо будет слишком жестким. Если мариновать слишком долго, вкус будет слишком сильным. Но, я думаю, что после некоторой практики у тебя всё получится.

— Правда...?

— Да. И поскольку я увеличу твою рабочую нагрузку, твоя заработная плата также удвоится. Я уже обсуждал это с Миа Лей Ву.

Шела Ву выглядела потрясенной и повернула голову к Маме Миа Лей. Та взъерошила волосы Лалы с самодовольной ухмылкой:

— Я посоветовалась с Лалой и Веной, и они обе согласились, что только ты можешь это сделать, поэтому я решила оставить это тебе. В конце концов, у них не слишком хорошо получается хранить очаг.

— Неправда! Это Шела Ву слишком хороша! А у нас просто всё никак не получается с точностью скопировать готовку Асуты!

— Верно... Мне бы тоже хотелось попробовать, но не хватает уверенности, что я справлюсь...

Когда две девушки отвечали, в их глазах мерцал свет восхищения.

В этот момент девушка, которая всё это время молчала, наконец заговорила:

— Мама Миа Лей, я тоже считаю себя способной хранительницей очага... В город с Асутой завтра всё равно  отправятся сестрица Вена и Лала?

Это была вторая дочь, Рейна Ву.

Она положила руки на грудь и умоляюще посмотрела на мать.

Мама Миа Лей обеспокоенно улыбнулась.

— Глава клана уже выбрал Вену. Если отправиться и её, и тебя одновременно, это повлияет на работу по дому, верно...? И пока мы не выяснили план клана Тсун, я думаю, мы должны позволить Вене остаться с Асутой. Твоя сестра лучше всех умеет общаться с другими людьми.

— Но...

— Что если какой-нибудь пьяница из клана Тсун притащится к киоску и начнёт создавать неприятности? Вена сможет с ним легко управиться, не так ли? Пока что мы уверены, что до большого схода никто из них и пальцем Асуту не тронет. Но надолго ли это? Глава их клана может легко передумать. Так что тебе придётся потерпеть.

— ...Хорошо, я понимаю.

Рейна слегка надулась.

У Вены было такое сложное выражение лица, что я не мог определить, что у неё на уме. Она склонила голову набок и накрутила на палец локон своих каштановых волос.

Шела же смотрела на меня с решимостью.

— Я понимаю. Асута, я надеюсь оправдать твои ожидания и доверие. Я очень сильно постараюсь тебя не подвести.

— Спасибо... Тогда давайте начнём практику.

◇◆◇

Утренний практический семинар завершился без происшествий.

Спустя два часа я вышел из печной комнаты и потянулся. Неподалёку Рими с бабушкой Дитто Мин занимались рубкой дров и сушкой листьев пико.

— Эй, привет, Рими! Ай Фа ещё не вернулась?

— Нет. Но скоро уже должна появиться.

Ай Фа отправилась на лесную опушку за хворостом.

До полудня ещё оставалось немного времени, и как раз в тот момент, когда я раздумывал, чем бы таким заняться, ко мне подошёл неожиданный человек.

Это был старший сын главного дома Ву, Джиза Ву.

— Асута, если ты сейчас свободен, могу я с тобой поговорить?

— Ты хочешь поговорить со мной?

Я уже давненько не видел Джизу Ву, и его просьба оказалась для меня неожиданностью. Честно говоря, у меня даже появилось нехорошее предчувствие.

Мама Миа Лей вышла вслед за мной из печной комнаты и с подозрением посмотрела на старшего сына главного дома Ву.

— Джиза, тебе есть что обсудить с Асутой? Какой сюрприз... Ты недоволен решением, принятым главой клана?

— Решение главы клана является абсолютным. Неужели ты думаешь, что старший сын может подвергнуть этот принцип сомнению?

Как бы там ни было, его лицо сохраняло вежливое выражение.

Когда его прищуренные глаза встретились с взглядом Мамы Миа Лей, та тихо вздохнула:

— И у тебя, и у Асуты ещё полно работы. Не слишком нервируйте друг друга.

— Хорошо, — кивнул Джиза Ву и отошёл к стене дома. Мне не оставалось ничего другого, кроме как последовать за ним.

— ...Асута, прошло уже много времени с тех пор, как мы с тобой нормально разговаривали.

— Это верно. Последний раз это было утром перед пиршеством дома Лутим.

— Чуть менее двадцати дней назад... За такой короткий промежуток времени ситуация вокруг нас кардинально изменилась.

Джиза Ву остановилась и повернулась ко мне.

На нём не было ни плаща, ни клинка, а была только простая одежда и пояс на талии.

Впрочем, это не помешало бы ему в случае чего прикончить меня голыми руками. Столкнувшись с ним, я должен был быть осторожным, как если бы столкнулся с членом клана Тсун.

— Ты теперь — центральная фигура в Морихене. Как только ты начинаешь действовать, наше будущее тоже меняется... Я ощущаю это очень отчётливо.

— Это совсем не так. Я знаю, что многие инциденты были вызваны мной... но, к лучшему или худшему, мои силы ограничены, и я ничего не мог сделать в одиночку. Если бы не помощь Ай Фа, Каслана Лутима и Донды Ву, я бы вообще никак не участвовал в будущем Морихена.

— Кто знает, что бы с нами сейчас было, если бы ты не объявился?

Мне на плечи словно опустилась тяжёлая гора. Это было свинцовое давление ауры человека, которого так сильно боялись братья и сёстры клана Ву.

— Что ж, может, оно и так. Но я всё равно думаю, что и другие люди так же влияют на ситуацию. Если бы не Ай Фа, Каслан Лутим или Донда Ву... Мир странная штука.

— ...Асута, а ты изменился. — Голос Джизы Ву стал глубже. — Прежде ты был кротким. Ты не знал, кто ты такой и куда направляешься, и не пытался воспользоваться собственной силой.

— Наверное...

— Однако теперь ты осознал свои собственные возможности и пытаешься воздействовать на Морихен своими силами».

Может, у меня просто разыгралось воображение?

Массивное тело Джизы Ву теперь выглядело ещё более устрашающим. Давление постепенно нарастало.

— Ты стал опасным человеком. Хоть ты и чужестранец, но влияешь на будущее всего Морихена изнутри. Мне ты кажешься куда более опасным, чем тот Камия Ёст из Каменной Столицы.

— Ты так говоришь только потому, что до сих пор не считаешь меня жителем Морихена, верно? — ответил я, открыто глядя прямо ему в глаза. Я не боялся, но всё равно чувствовал дискомфорт и лёгкое удушье. — Я искренне хочу быть жителем Морихена. Но пробыл здесь ещё слишком мало, поэтому меня тоже беспокоят радикальные изменения, вызванные принятыми мной решениями. Но, посоветовавшись с Ай Фа, Касланом Лутимом и Дондой Ву я решил, что это наилучший путь... Джиза Ву, ты ведь не хочешь, чтобы клан Ву вообще имел какие-то дела с Почтовым городом и кланом Тсун, не так ли?

— Если ты спрашиваешь моё мнение — конечно, я не хочу этого. Я думаю, что будущее Морихена должны определять только жители Морихена.

— Хм... в таком случае, ты можешь думать обо мне как об инструменте, который используют Донда Ву и Каслан Лутим, чтобы проложить путь в будущее Морихена. Во всяком случае, именно так я себя и чувствую...

— Даже если ты всего лишь инструмент, то руки, которые тебя держат, не принадлежат ни клану Ву, ни дому Лутим. — Глаза Джизы Ву всё ещё были прищурены и светились тёмным светом. Свет был острым, как чёрный клинок. — Тот, кто тобой управляет — это глава дома Фа. Именно в её руках находится будущее всего Морихена.

— Ты ошибаешься. Ай Фа — не единственный человек, который мне дорог. Кроме того, она действует в интересах всех морихенцев, а не ради личной выгоды.

Именно поэтому она переступила через себя и решила положиться на клан Ву и дом Лутим.

На следующий день от чрезмерного беспокойства у неё даже подскочила температура... и всё равно она приняла суждения Каслана Лутима и согласилась с ними.

Я был твёрдо уверен, что путь в будущее Морихена лежит через совместную работу клана Ву, дома Лутим и Дома Фа, но Джиза Ву явно так не думал.

— ...Этого бы не случилось, если бы Ай Фа вышла замуж за Дарума два года назад, — спокойно сказал Джиза Ву. — Если бы Джиба и Рими не связались с Ай Фа... Если бы Ай Фа не встретила тебя в лесу...

— Разве во всём этом было что-то плохое? — Я изо всех сил пытался выдержать его бесформенное давление и собрал все свои силы. — Если тебя это печалит, то я могу только посочувствовать.

Атмосфера вокруг нас так сильно накалилась, что я бы не удивился, если бы полетели искры.

Мне казалось, что колени тут же превратятся в желе, если я на мгновение расслаблюсь.

Давление, которое оказывал Джиза, ничем не уступало Донде Ву, когда тот злился.

Но Донда Ву злился открыто, он никогда не скрывал обуревающих его эмоций. От Джизы Ву же я не чувствовал ничего подобного.

В основе его давления лежало нечто иное — не гнев или ненависть, а чувства, казавшиеся для меня далёкими: чувство долга, чувство принадлежности к племени, гордость охотника и тому подобные.

Но, в любом случае, это давление было действительно пугающим.

Я мог только стиснуть зубы и терпеть, не поддаваясь ему.

Я потерял счёт времени, сколько мы так стояли...

Пока голос Ай Фа из-за спины Джизы Ву не нарушил наше противостояние:

— Асута, что ты там делаешь?

Давление со стороны Джизы Ву мгновенно исчезло без следа.

Когда он слегка повернулся в сторону, я увидел Ай Фа, несущую связку хвороста, привязанную верёвками к спине.

— Если нечем заняться, то лучше помоги мне. Тебе ведь на завтра потребуется много дров?

— А, да, точно... Сейчас иду.

Ай Фа медленно подошла ко мне.

Джиза Ву поклонился ей, затем перевёл взгляд на меня.

— Мне тоже нужно идти. Здорово, что мы наконец смогли поговорить после такого долгого перерыва.

Я слегка кивнул и не мог подобрать подходящих случаю слов.

После того, как Джиза Ву ушёл, Ай Фа поинтересовалась:

— Асута, что случилось? — При ближайшем рассмотрении, выражение её лица оказалось довольно свирепым. — Первый раз вижу, что старший сын испускает такое сильное намерение убить. Когда меня нет рядом, не подходи к этому человеку близко.

— Н-но он просто хотел поговорить, не мог же я ему отказать.

— В следующий раз отказывай, несмотря ни на что... Я не могу определить, что у него на уме и чего от него ждать. — Ай Фа наклонилась ближе и посмотрела мне в глаза. Наши носы почти соприкоснулись. — Хмм... Подумать только, какое хладнокровие перед лицом такой ужасающей жажды крови. Возможно, тебе всё ещё не хватает физической силы, но твоя храбрость заметно выросла.

— Эй, ты меня хвалишь или критикуешь? Выбери уже что-то одно!

— Хорошо, в таком случае я хочу тебя похвалить. — Ай Фа прижалась ко мне лбом. — Асута, да ведь не каждый морихенец выдержит невероятное давление, исходящее от старшего сына. Для хилого хранителя очага ты опредёленно дерзок.

— Эй...

— Я сделала тебе комплимент, так что можешь гордиться собой, — бесстрашно улыбнулась Ай Фа. — И раз уж ты такой храбрец, то пусть и мужчины из клана Тсун трепещут. А я могу ещё немного расслабиться перед большим сходом глав домов... Асута, а теперь пойдём-ка соберём ещё хвороста. Нужно заставить моё тупое тело наконец-то вернуться обратно в форму.

[1] Традиционный японский нож для резки овощей, имеет непривычную европейцу трапециевидную или прямоугольную форму, с прямой режущей кромкой, и похож на топорик.

Глава 1: Порочный клан. Часть 1

Глава 1

Порочный клан

Часть 1

Сказать, что между семинарами и большим сходом глав домов не произошло совсем ничего примечательного, было бы неправдой.

Уже наследующий день после начала семинаров мы открыли киоск в Почтовом городе и продали сразу двести обедов.

День следующий отметился чуть меньшим ажиотажем, но всё равно наши товары разлетались очень быстро.

Отдохнув один день, следующие два дня мы снова работали, а следующие — опять отдыхали. Такие нерегулярные часы работы отлично стимулировали спрос на нашу продукцию.

Нашими клиентами по-прежнему были в основном южане и жители Востока, но гиба неуклонно становилась предметом обсуждения и среди коренных горожан. И как только мы начнём продавать еду в гостинице, слава о ней разлетится ещё больше.

Что бы там ни планировал клан Тсун, наша цель не изменилась — мы должны были сделать всё возможное, чтобы добиться успеха в этом бизнесе.

Постоянно помня об этом, восьмой и девятый день Голубого месяца я трудился в поте лица, и время промелькнуло незаметно... пока, наконец, не настал день большого схода глав всех домов.

◇◆◇

— ...Насколько же далеко их деревня? — прошептал я Ай Фа, с трудом шагая по утоптанной грунтовой тропе. Ай Фа шагала легко и плавно, своими движениями напоминая леопарда.

— Деревня клана Тсун находиться на северной границе Морихена, а деревня клана Ву — на южной. Конечно же, это далеко, — тихо ответила она.

Гору Морга на востоке и обширную территорию Геноса на западе разделял огромный лес. Морихен — это вытянутый участок земли, протянувшийся с юга на север по самой границе этого леса.

Деревня клана Тсун занимала северный конец, тогда как деревня клана Ву и Лутим — южный. Между ними все остальные меньшие дома, вроде дома Фа.

Взглянув на положения солнца, я прикинул, что мы идём уже почти два часа, но пейзаж вокруг оставался прежним.

— Хм... Получается, люди клана Тсун тащились в такую даль только для того, чтобы затеять драку на свадьбе дома Лутим? — снова прошептал я Ай Фа, она кивнула и наклонилась ко мне.

— Да. И всё потому, что они не выполняют свои охотничьи обязанности. У этих лодырей слишком много свободного времени. Бесят.

— Вот-вот! Чем тащиться в такую даль, лучше бы на гибу охотились.

— ...Кстати, Асута.

— Хм? В чём дело, Ай Фа?

— Почему ты шепчешь?

Но ведь ты и сама шепчешь.

— Да так. Просто подумалось, что атмосфера не подходит для праздной беседы.

В деревню клана Тсун мы отправились не в одиночку — нас сопровождал люди из клана Ву и их родственники.

Всего же у клана Ву было шесть родственных домов, связанных с ними по крови: это дома Лутим, Лей, Мин, Маму, Лилим и Муфа. Каждый главу дома взял с собой одного сопровождающего для участия в большом сходе.  Вместе с женщинами, намеревающимися помогать нам на кухне, у нас образовалась внушительная толпа из 24 человек.

И каждый из этих мужчин выглядел столь внушительно, что я со спокойной душой мог назвать эту толпу «устрашающей». Все присутствующие были на пиршестве Лутим, но знал я только трёх, а именно Донду Ву, Дарума Ву и Дана Лутима.

Как ни удивительно, но они помогали тащить ингредиенты, необходимые для сегодняшнего банкета. И хотя никто из них не жаловался, я всё равно чувствовал лёгкое неудобство по этому поводу.

— ...Э-эх, как спать охота! — вдруг раздался чей-то громкий голос прямо рядом со мной. Обернувшись, я увидел зевающего юношу, самого молодого во всей группе. — Давненько в такую рань не вставал. Донда Ву, можно я немного вздремну, когда доберёмся до места?

— Мне без разницы, — холодно отрезал Донда Ву.

— Ну и отлично. Если чё случится, просто растолкайте меня... Хм? Ты чего так уставился, хранитель очага дома Фа?

— А? Да ничего, извини.

— Чего это ты извиняешься? Я всего лишь поинтересовался, на что это ты так внимательно смотришь, — рассерженным юноша не выглядел, но и спокойным я бы его не назвал.

Пока я размышлял, как ответить, юноша ускорился, догнал меня и зашагал рядом.

— Кстати, а ведь я до сих пор не знаю твоего имени. Я — Рау Лей. А тебя как звать?

— Приятно познакомиться, я Асута.

Он был моложе меня, но я всё равно решил отвечать вежливо. Что, впрочем, по какой-то причине всё равно ему не понравилось.

— Асута, мне семнадцать. А тебе?

— Ах, мне тоже.

— Ну, вот и будь тогда попроще! Чего это ты такой вежливый?

Похоже, этот парень из того же сорта людей, что и Юми, только более уверенный в себе.

Его светлые были перевязаны в пучок за затылком, уголки глаз — приподняты, а зрачки оказались удивительного светло-фиолетового цвета. С его высокой переносицей и тонкими губами он выглядел совсем как повзрослевшая версия Лудо Ву — изящная и невероятно гордая собой. Он был немного выше меня, и его можно было считать худым по сравнению с другими морихенцами. И, хоть он и выглядел совсем юным, аура вокруг него ничем не уступала аурам взрослых мужчин.

— Ладно, забей. Я тут слыхал от Каслана Лутима, что у тебя собственное дельце в городе. И, хотя подробности мне неизвестны, я тебе обещаю: если клан Тсун вздумает причинять проблемы, я сделаю всё что в моих силах, чтобы тебе помочь.

— О, большое спасибо!

— ...Разве я не сказал тебе быть попроще?

— Э-это просто привычка. В городе пообвык и теперь только так и говорю, сам того не замечаю.

— Понимаю. Но если ты снова заговоришь со мной таким официальным тоном, я тебе врежу.

— ...

— А ты на самом деле хранитель очага дома Фа? — юноша по имени Рау Лей внезапно доверительно наклонился ближе. — Это ведь ты тогда осадил идиотов из клана Тсун, когда они ворвались на праздник? Сейчас ты ведёшь себя как совершенно другой человек.

— Ну, тогда я просто действовал слишком импульсивно.

— Вот и сегодня действуй так же импульсивно. Если клан Тсун увидит, насколько ты кроток, они будут эксплуатировать тебя, как только смогут.

Похоже, что представление этого парня о том, как нужно бороться с агрессией, полностью отличалось от моего.

Как по мне, так первое, что нужно делать в опасной ситуации — это успокоиться.

— Асута, Каслан Лутим обучил дом Лей техникам кровопускания и разделки гибы. Мясо получилось действительно вкусным, но всё равно не сравнится с блюдами, которые ты подавал на банкете. Что нужно сделать, чтобы мясо приобрело мягкую и липкую форму?

— А, ты о мясных котлетах? Сначала нужно сделать фарш, а потом придать ему круглую форму... Долго рассказывать. Я научил этому методу женщин клана Ву и дома Лутим, лучше спроси у них, — чтобы меня не ударили, я ответил нормальным тоном, и Рау Лей покосился куда-то вбок.

— Эй, Эма Мин Лутим, а научи этому методу женщин из дома Лей! Я тоже хочу есть это блюдо дома.

Как и все остальные, Эма Мин Лутим несла на спине большой мешок с овощами. Она вежливо поклонилась Рау Лей:

— Хорошо. Но мне всё ещё не хватает навыков, надеюсь, женщины дома Лей не откажут мне в лишней тренировке.

— ...Эма Мин Лутим, а тебе сколько лет?

— Мне 17, Рау Лей.

— Ну, тогда и ты прекрати формальничать! Говори просто, как Асута.

— Как член побочной ветви клана Ву, я не могу разговаривать с главой дома Лей в такой грубой манере.

Этот юноша... глава дома Лей?

— Как только я стал главой дома, все женщины вдруг стали такими вежливыми... Асута, пусть ты и хранитель очага, но ты ведь мужик! Хотя бы ты говори со мной как обычно.

Похоже, я свёл знакомство с очень проблематичным парнем.

Я тихо повернулся к Ай Фа, но глава моего дома почему-то просто небрежно отвернулась.

— Что за шум? Глава дома Лей сказал, что любит бифштексы?! А по мне так самая вкусная жрачка — это зажаренные до хруста рёбрышки! — вмешался в разговор глава дома Лутим.

Он подошел к нам, покачивая своим большим животом.

Неужели он решил протянуть мне руку помощи?.. Нет, это вряд ли.

— Рёбрышки, говоришь? Тоже неплохой вариант. Но вот кости в них только мешаются.

— Ерунда! Самый вкус как раз и есть в косточках! Любое мясо становится в два раза вкуснее, если оно на кости!

Вот только готовить такое мясо — та ещё задачка. Впрочем, если я исследую технику приготовления на пару, его мечту вполне можно будет воплотить в реальность.

— Бифштексы — это еда для женщин и детей. Это отрадно, что ты стал главой дома в таком юном возрасте, но, оказывается, есть ещё кое-что, до чего тебе расти и расти! — громко рассмеялся Дан Лутим, на что Рау Лей кисло скривился.

— Неужели дом Лутим бросает вызов дому Лей? Не стоит обращаться с взрослым охотником как с ребёнком.

— Если ты хочешь, чтобы другие думали о тебе как о ребёнке, так не жалуйся и ешь ребра! Это лакомство лучше всего подходит для настоящих охотников! — Не обращая внимания на разъярённого Рау Лей, Дан Лутим перевёл взгляд своих больших круглых глаз на меня. — Асута! Ты приготовил нам сегодня рёбрышки? Эти штуковины в мьяме неплохи, но всё равно не идут ни в какое сравнение с божественными рёбрышками!

Вот оно как. Выходит, Эма Мин Лутим и Молун Лутим освоили-таки технику приготовления мяса в мьям-соусе во время семинара три дня назад. Такой прогресс не мог меня не порадовать. Впрочем, он же меня и немного озадачил.

— Среди нашего груза есть и мясо, предоставленное домом Лутим, верно? Есть ли среди него рёбра?

— Знать не знаю. Каслан что-то такое говорил, но я был таким сонным, что пропустил его слова мимо ушей.

— ...Понимаю.

— Но одна только мысль о том, что клан Тсун будет жрать это восхитительно мясо, наполняет меня яростью! Лучше бы им поскорее одуматься и вернуться к нормальной охоте, иначе я за себя не ручаюсь! Если понадобится, подсрачниками в лес загоню!

— Эмм, это, в общем... не могли бы вы немного успокоиться?

— А? Ты чего так переполошился? Я ведь не буквально, а только образно. Не такой уж я и дурак!

Вот как? Позвольте мне оставить это высказывание без комментариев.

— ...Но если у них совсем мозги набекрень съедут и они попытаются что-нибудь с тобой сделать, они точно узнают всю силу моей ярости! — от всей души расхохотался Дан Лутим, и на его весёлом лице на мгновение промелькнул хищный оскал. — Я не дрогну, даже если мы пойдём настоящей войной на клан Тсун, но если ты умрёшь, это будет бессмысленно. Ты не должен пострадать. Ты понял, Асута?

Мне всегда казалось, что Дану Лутиму по барабану мои дела в Почтовом городе.

И наша с Ай Фа и Касланом Лутимом цель «позволить жителям Морихена жить более благополучной жизнью» для него всего лишь пустой звук.

Однако, когда Каслан Лутим сказал ему, что «клан Тсун, похоже, нацелился на Асуту», он так разгневался, что хотел пойти в деревню клана Тсун и закатить там скандал. Так сказал мне Каслан Лутим.

Тогда я подумал, что он просто слишком сильно увлёкся вкусом рёбрышек, и не обратил на это особого внимания. Теперь мне стало стыдно за такие мысли.

— Да, спасибо.

В ответ на мою смущённую благодарность Дан Лутим снова громко расхохотался и сильно хлопнул меня по спине.

— Да ты не волнуйся! Наши женщины не промах, на кухне тебе ничего не будет угрожать. А всё остальное предоставь нам! Просто расслабься и готовь вкусную еду!

Его слова были столь же полны силы, как и он сам.

Мне показалось, что я услышал скрип моих ребер, но, к счастью, они не сломались.

— Хмпф! Бояться клана Тсун нечего, но нужно иметь в виду и их долбанутых родственничков. Такой хиляк, как ты, им не ровня, так что постарайся их лишний раз не злить! — заявил Рау Лей, нисколько не стесняясь своих слов. Впрочем, в его голосе не было злобы, одно беспокойство. Никогда и представить себе не мог, что родственники клана Ву окажутся так дружелюбны ко мне и Ай Фа.

Кроме Рау Лей, мне ещё предстояло поговорить со всеми остальными. У каждого из них было серьёзное лицо, и, несмотря на дополнительную работу, которую я им поручил, никто не жаловался.

Никто из этих людей не собирался позволять людям из клана Тсун безнаказанно делать всё, что взбредёт им в голову. Хотя мы с Ай Фа и не были родственниками клана Ву, но, судя по атмосфере в данный момент, все, казалось, с готовностью приняли нас.

Возможно, что причиной тому стал тот самый день пиршества Лутим, о котором только что упомянул Рау Лей.

Когда троица балбесов Тсун пыталась там набедокурить, все мужчины просто кипели от гнева. И некоторые из них путешествовали с нами сейчас.

Людям свойственно объединяться, дабы победить общего врага. И мы с Ай Фа не исключение.

Если дело именно в этом, так даже лучше.

Пусть я и не их родственник, наше общее презрение к клану Тсун объединяло нас. Когда я подумал об этом, Донда Ву, шедший во главе группы, пробормотал:

— А вот и деревня...

Я поспешно поднял взгляд и непроизвольно затаил дыхание. Сквозь деревья впереди и правда что-то виднелось — похоже, какое-то странное сооружение.

Назвать его «домом» язык не поворачивался. Оно выглядело как груда соломы, беспорядочно наваленная посреди пустого пространства. Его внешний вид напоминал полупещерное сооружение каменного века.

Впрочем, масштаб этого сооружения поражал — оно имело форму перевёрнутой чаши с диаметром более 20 м. Плоский верх купола поднимался над землёй на высоту двух этажей.

Вход представлял собой прямоугольное отверстие черного цвета. Крыша над чашей была похожа на треугольную шляпу с квадратным отверстием прямо наверху для вентиляции.

Работа была грубой, но, учитывая бедноту морихенцев, такое массивное сооружение вполне могло служить свидетельством силы и влияния клана Тсун.

— Это Церемониальный Зал клана Тсун, — подсказала мне Ай Фа. — В этом здании будет проводиться большой сход глав всех домов.

Церемониальный Зал окружало более десятка уже знакомых мне деревянных домов поменьше.

— ...Приветствую всех вас в деревне клана Тсун, — мужчина словно вырос перед нами из-под земли. У этого человека средних лет были зачесанные назад седые волосы и такая же седая борода. Он был крепким, но каким-то безжизненным и равнодушным. Это был Тай Тсун. — Вы очень рано. Я полагал, что к полудню прибудет только хранитель очага.

— Хмпф! Как бы женщины дотащили всё это без нас? — низким, словно грохот камнепада голосом ответил ему Донда Ву. — Отведи нас к печной комнате главного дома. После этого мы поприветствуем вождя племени.

— Хорошо... Но перед этим, не передадите ли нам всё полагающееся?

По соглашению между мной и Ямиэль Тсун, к началу большого схода каждый дом обязался уплатить количество клыков и рогов, равных одной гибе.

В почтовом городе два больших клыка и рога могли принести двенадцать медных плиток. Для дома Фа и клана Ву деньги небольшие, но для более мелких домов это был вопрос жизни и смерти.

Несмотря на то, что лес был полон ресурсов, лорд Геноса запрещал морихенцам собирать фрукты и обрабатывать землю. Всё, что им было позволено — это менять клыки, рога и шкуры гибы на деньги.

Как только каждый клан передаст клану Тсун положенное, эти деньги будут отданы нам, хранителям очага, в качестве оплаты. Мне это совсем не нравилось, но подобная плата ложилась тяжким бременем на небольшие дома.

Но чтобы вдолбить в головы людей клана Тсун хоть немного здравого смысла, у нас не было иного выбора, кроме как согласиться с их планом.

Всё, что я мог делать — это постараться дать людям надежду, которая могла бы компенсировать их потери.

— Сюда, пожалуйста...

Тай Тсун собрал восемь комплектов клыков и рогов, связал их в пучок и направился в сторону деревни.

Он был таким же безжизненным и равнодушным, как обычно.

Между прочим, самая идея об охотнике на побегушках казалась мне смехотворной. Почему же этот человек занимается столь тривиальными вопросами?

...Хм? И нам не нужно сдавать свои клинки?

По правилам деревни клана Ву я должен сдавать свой кухонный нож на хранение, прежде чем заходить на кухню. Но клан Тсун не стал обращаться с подобной просьбой.

Впрочем, так даже лучше — одной проблемой, о которой нужно беспокоиться, меньше. Им же хуже, если у них полностью отсутствует любая дисциплина.

— ...Ну и стрёмнота... — пробормотал Рау Лей, проходя мимо меня.

Он жаловался на Тай Тсуна или на всю деревню? ...А может, сразу на обоих?

Уже почти наступил полдень, но вокруг я не увидел ни души.

Я не слышал, как колют дрова. Я также не заметил, чтобы кто-то сушил листья пико.

Не было никаких праздно болтающих женщин или радостно бегающих детей. Деревня словно стояла заброшенная. Присмотревшись, я обнаружил, что большой Церемониальный Зал находится в ужасном состоянии. Кое-где его подпирали палки, но стены, покрытые соломой, совсем сгнили. Дожди — не редкость для Морихена, поэтому нет ничего удивительного в том, что солома портится. Скорее всего, в подобных домах когда-то жили предки этих людей, когда ещё не ушли из южных джунглей.

Похоже, когда это здание было возведено, клан Тсун всё ещё был главным кланом, способным вести свой народ по правильному пути.

Впрочем, это было лишь моё личное мнение. Правду могли рассказать лишь люди из поколения бабушки Джибы.

— Сюда...

За Церемониальным Залом, похожим на труп динозавра, мы увидели ещё одно грандиозное здание, сопоставимое с главным домом клана Ву.

Это определённо должен быть главный дом клана Тсун.

У меня пробежал холодок по спине.

Вражеская база... Дом гнусного Диги Тсуна, с которым мы пережили множество неприятных стычек.

Тай Тсун шёл вперёд идеально размеренным шагом, напоминая робота.

— ...Это кухня, — показал он на заднюю часть здания.

Печная комната клана Тсун оказалась очень похожа на такую же в клане Ву — небольшая пристройка за главным домом.

Масштаб такой же, и у них также оказалось две уличных печи.

— Где ваши женщины? — спросила мама Миа Лей, и Тай Тсун поклонился, одарив её невыразительным взглядом.

— Прошу вас подождать, сейчас я их позову.

После того, как Тай Тсун исчез, все сложили ингредиенты у входа. Более 90 кг мяса гибы. Более 400 арий и почти 300 пойтанов. Фруктовое вино и приправы, такие как каменная соль и мьям. Кухонные столовые приборы и листья псевдофикуса для подачи еды.

Теперь, когда вся поклажа была сложена в одном месте, количество ингредиентов выглядело ошеломляющим.

На большой сход ожидалось прибытие 79 человек, 49 человек из клана Тсун, 9 хранителей очага... и не стоит забывать про десять дополнительных порций для Миды Тсуна. Еды должно было хватить на всех.

На первый взгляд, мужская работа была завершена. До начала схода оставалось ещё два-три часа свободного времени, но они пока не планировали расходиться кто куда.

— ...Даже после того, как всё начнётся, люди из родственных домов клана Тсун будут свободно шляться вокруг. Асута, нельзя бдительности, понимаешь? — шёпотом наставляла меня Ай Фа. И делала это уже не в первый раз.

— Я всё понимаю. Что бы ни случилось, я не буду действовать в одиночку... Ты тоже будь осторожна, Ай Фа.

— Хмпф! Мне ничего не угрожает. Жаль только, что Каслан Лутим не смог прийти.

Правильно. Ай Фа предстояло объяснять, что именно побудило её принять решение позволить дому Фа открыть своё дело в Почтовом городе. Согласно обычаям Морихена, старший сын — наследник клана — обязан защищать весь свой дом на время отсутствия главы дома, поэтому Каслан Лутим сегодня отсутствовал.

От Донды Ву и Дана Лутима особого толку в этом вопросе ждать не приходилось, а второй сын дома Лутим был не столь красноречив, как Каслан.

Кстати говоря, Каслан Лутим всегда казался мне особенным человеком. Единственным в Морихене, мыслящим столь рационально.

Ну, такова уж природа морихенцев. Они горой стоят за свою семью и племя, поэтому порой эмоции и берут верх над рассудком. Среди моего небольшого круга друзей только Каслан Лутим и бабушка Джиба были реалистами... ну, и ещё Джиза Ву, Сати Лей Ву и Эма Мин Лутим время от времени выносили удивительно практичные суждения.

— ...Всё будет в порядке. Главное — это донести до всех свои чувства, — прошептал я Ай Фа. — Людям вроде меня и Камии Ёста никогда не достучатся до сердец морихенцев. Но ты, как родившаяся в Морихене, определённо сможешь добиться успеха.

— ...Как ты можешь так говорить, проведя со мной столько времени? Я не понимаю. Да это сейчас и не важно, главное — что ты во мне не сомневаешься, — отрезала Ай Фа и потёрла нос. — Я сделаю всё, что в моих силах... Асута, а тебе пора работать.

Я проследил за её взглядом и снова увидел Тай Тсуна, выходящего из задней части дома.

За ним следовали десять женщин. Одна из них ускорила шаг, обогнала Тай Тсуна и, гордо выпрямившись, встала перед нами с Ай Фа.

— Ай Фа и Асута из Дома Фа, вы наконец-то прибыли. Глава клана Зуро и мой брат Мида с нетерпением ждали вашего визита, — этими словами приветствовала нас старшая дочь клана Тсун. Это был первый раз, когда мы встретили её внутри Морихена.

Отправляясь в город, Ямиэль куталась в шали и вуаль. Однако теперь она была одета совершенно иначе: только лёгкий топ, ткань вокруг талии и металлические украшения на запястьях. В таком виде она показалась мне красивее... и опаснее.

Её каштановые волосы были заплетены в косы.

Уголки её глаз были приподнятыми, а зрачки карими.

Она была очень стройной, с длинными и тонкими конечностями — в общем и целом её фигура ничем не уступала Вене Ву. Однако, глядя на неё, у меня появлялось стойкое ощущение, что в воздухе тянет гнильцой.

От Ай Фа и Вены Ву не исходит такого запаха.

Единственное, что у меня получалось делать лучше морихенцев — это чувствовать запахи. Все обитатели Морихена отличались не только выдающимися физическими способностями, но и острыми глазами и тонким слухом. Однако моё обоняние всё же было намного лучше.

Вот почему Ямиэль Тсун всегда заставляла меня нервничать. От неё пахло кровью. И пусть даже если эта кровь была не человеческая, её запах всё равно доставлял мне дискомфорт.

— ...Кстати, мне нужно кое-что вам сообщить, — холодно улыбнулась Ямиэль Тсун. — Плата дому Фа составит не меру клыков и рогов, равную 40 гибам, а только 36. Надеюсь, вы не станете возражать?

— Секундочку! Станем или нет, мы можем сделать это только после того, как выслушаем причину.

— О, конечно. Это очень просто. За прошедший год количество домов уменьшилось с 40 до 36. Четыре дома практически вымерли. Те, кто остался, присоединились к другим домам... Таким образом, это следует учитывать и при подготовке еды.

— Ну... больше — это всё-таки не меньше. Но разве можно с такой лёгкостью менять соглашение, заключённое между обитателями Морихена?

— Действительно, и именно поэтому мы искренне просим вашего понимания.

Искренне? Не смеши меня . Я пожал плечами. Никогда не поверю, что у них не было способа сообщить мне об этом заранее. Её слова отдавали таким лицемерием, что я почувствовал себя последним болваном из-за столь серьёзного отношения к ней.

Однако сражаться я мог только по-своему.

— Ну не тащить же всё это обратно. Но нам всё равно нужно одобрение клана Ву и дома Лутим, ведь это вознаграждение мы разделим между собой.

— Деньги не имеют значения. Приступим к работе, — вышла вперёд Мама Миа Лей, выглядевшая совершенно не впечатлённая видом Ямиэль Тсун. Та холодно на неё взглянула и даже бровью не повела.

— Асута из дома Фа, остальное я оставлю на тебя. Можешь распоряжаться этими пятнадцатью женщинами, как захочешь.

Пятнадцать. А это довольно много.

Мне доводилось слышать, что в деревне клана Тсун проживает 41 человек. Похоже, здесь собралась большая часть женщин, если не все. Посмотрев на них...

Я был ошарашен.

...Что с ними такое?

Во-первых, все они оказались разного возраста. Самой старшей — лет 50, младшенькой — не больше десяти. Некоторые замужние, некоторые нет.

Но моё внимание приковали не это, а их взгляды — пустые и незаинтересованные.

Будь то домохозяйки среднего возраста или маленькая девочка, глаза каждой из них были мутными, как и у Диги Тсуна.

Выражения их смуглых лиц были абсолютно равнодушными к происходящему. От них не чувствовалось ни уникальной энергии, ни обычной жизненной силы обитателей Морихена. На вид все здоровые — не тощие и не болезненные. Просто... какие-то тусклые и безжизненные.

Будь то Почтовый город станции или мир, в котором я родился... никогда прежде я не встречал никого более апатичного, чем они. Они напомнили мне сломанных кукол, безучастно выстроившихся в ряд.

— А мне пора заняться другими делами... Ах да, глава клана ещё отдыхает, не могли бы мужчины навестить его попозже?

Напоследок по-змеиному улыбнувшись, Ямиэль Тсун развернулась и ушла. Тай Тсун, словно именно этого и ждал, молча последовал за ней.

Проводив их взглядом, Мама Миа Лей громко хлопнула в ладоши:

— Хорошо, а теперь все принесите ингредиенты! Пожалуйста, начните с пойтана!

Женщины из клана Тсун ничего не ответили, но молча принялись выполнять команду.

Нельзя было назвать их медлительными, но вся группа выглядела как ходячий труп.

— ...Кто была эта противная женщина? — несчастно пробормотал Дан Лутим, стоя позади нас.

Хотя он, казалось, говорил сам с собой, я всё же ответил: «Старшая дочь главного дома, Ямиэль Тсун».

— Женщина из главного дома, говоришь... Что ж, на вид у неё хотя бы мозгов чуть побольше, чем у тех трёх кретинов. Но я в жизни за стол не сяду с тем, от кого так ужасно воняет.

— А? — я удивлённо воззрился на огромное тело Дана Лутима, а тот всё продолжал подёргивать своим круглым носом.

— Почему от этой женщины пахло гниющей кровью? Она такая тощая — не похоже, чтобы её заставляли выделывать шкуры.

— ...Дан Лутим, а у вас действительно острый нюх.

— Ха! А как бы ещё я находил гибу в лесу, если не с помощью носа? У нас в доме Лутим таким талантом обладаю только я и мой отец Раа! — гордо покачал он своим животом и снова потёр круглый нос. — В любом случае, мне она не понравилась. Терпеть не могу любого засранца из клана Тсун, но она — уж особенно гадкая. Асута, не доверяй этой женщине.

— Да, я полностью с вами согласен, — кивнул я и схватил мешок с пойтаном. Затем я повернулся к Ай Фа. — Ладно, мне пора за работу... Держись там.

Ай Фа молча кивнула с серьёзным лицом.

Занавес нашей предстоящей битвы с кланом Тсун начал тихо подниматься.

Глава 1: Порочный клан. Часть 2

Часть 2

Итак, со мной были восемь женщин из клана Ву и дома Лутим и пятнадцать женщина клана Тсун.

Нам предстояло много готовки, но рабочих рук было вполне достаточно. Главный вопрос заключался в умелости моих помощниц.

— Эм-м, кто здесь из главного дома Тсун? — спросил я после того, как отнёс в кухонную комнату весь пойтан и необходимую посуду.

Так как кухня была слишком тесной для такого количества народу, я переместил свою базу к входу.

Ай Фа, Донда Ву и другие расселись на землю неподалёку и, внимательно наблюдая за нами, жевали вяленое мясо.

— ...Из главного дома здесь никого нет, — ответила монотонным голосом одна из пожилых женщин.

— Вот как? Странно. Ради вашего же Миды Тсуна будет лучше, если женщины из его дома научатся готовить эти блюда одними из первых.

— ......

— Что случилось?

— Женщинам из главного дома не нужно заниматься приготовлением пищи.

— А? Тогда кто же заботится об их очаге?

— ...Вместо них этим занимаемся мы.

— Понятно... Но в главном доме ведь три женщины, верно?

Каслан Лутим однажды сказал мне, что помимо старшей дочери Ямиэль, в главном доме клана Тсун есть ещё одна дочь. Третья женщина была супругой главы клана.

— ...Вместо них этим занимаемся мы, — повторила женщина.

— Ладно, я понял. Что ж, тогда приступим... Начнём с того, что разведём огонь в каждой печи. И я вижу только четыре котелка, вы можете раздобыть ещё три?

Женщины из клана Тсун ничего не ответили и начали вяло двигаться. Вена Ву прошептала мне, глядя на их безжизненные фигуры:

— Какие-то они странные... Может, эффективнее будет готовить без них?

— Странные, не то слово. Но мы не можем так поступить, в этом-то и проблема.

Было много факторов, заставляющих нас позволить женщинам клана Тсун изучать мою кулинарную технику.

Во-первых, поскольку Мида Тсун так яростно возжаждал вкусной еды, нам следовало утолить его аппетит.

Во-вторых, даже несмотря на то, что Асута из Дома Фа способен приготовить вкусные блюда, это не должно означать, что я чем-то уникален. Мы должны были дать понять это главе клана Зуро Тсуну.

И в-третьих, вкусная еда может придать больше сил обитателям Морихена и привести к более благополучной жизни. Такое послание мы хотели донести всем главам домов.

Впрочем, учитывая странную безжизненность этих женщин, — да можно ли вообще научить их чему-то?

По сравнению со свадебным пиршеством Лутим, эта задачка представлялась чрезвычайно трудной.

— Пожалуйста, наполните каждый котелок водой на шесть десятых объёма. Увеличьте огонь... И когда вода закипит, положите в каждый по сорок пойтанов.

В кухонной комнате было пять печей, и я назначил туда десять женщин клана Тсун, трёх сестер клана Ву и Тали Ву.

Что касается двух наружных — к ним я отправил всех остальных.

Я сделал это не только для того, чтобы научить женщин клана Тсун, но и для того, чтобы мои союзницы из клана Ву следили за каждым их шагом. Следовало убедиться, что они не испортят еду. Конечно, я не думал, что они могут её отравить — всё же её предстояло есть их же собственным родственникам, но, имея дело с этим гадким кланом, нужно было проявлять предельную осторожность во всём.

— Когда вода начнёт выкипать, пожалуйста, хорошенько размешайте. И следите, чтобы пойтан не подгорел! Так... а теперь давайте проверим следующие шаги.

Я попросил Маму Миа Лей и Шелу Ву подойти к входу в кухонную комнату.

— По плану после пойтана идёт мясной суп. Мне будут помогать Вена и Лала. Миа Лей Ву, Эма Мин Лутим и Молун Лутим будут в другой команде. Шела, Рейна и Тали Ву будут третьей командой, хорошо?

— Хорошо. Но ведь тогда нам придётся уйти отсюда на кухню их родственного дома. Ты не боишься оставлять пойтан здесь?

— Мне тоже не по себе, но мы не можем приготовить такое количество еды в одном месте. Придётся постоянно пробовать на вкус, чтобы убедиться, что они не подсыпали в еду чего-нибудь противного.

— Подумать только... и почему же все женщины клана Тсун такие... — прежде чем Мама Миа Лей закончила, снаружи раздались мужские крики.

Выглянув за дверь, я увидел группу Донды Ву и каких-то незнакомых мне людей.

— Ого, а это кто?

Даже с такого расстояния я мог ясно видеть странную одежду новоприбывших.

Их было шестеро. И шум подняли именно они.

У четверых были простые накидки из шкуры гибы, а оставшиеся двое носили на голове черепа.

— Они с северной окраины Морихена. Те, что в шкурах — из домов Заза и Джин... Это кровные родственники клана Тсун.

— Вот, значит, как...

— Да, и в некотором смысле, хлопот от них даже больше, чем от клана Тсун. Они ещё более вспыльчивы, чем глава нашего клана.

— А? Они более упрямы, чем Донда Ву?!

Сказав это, я подумал: «Это конец». А жена упрямого главы клана весело рассмеялась.

— Их головы тверды, как скалы, и они поклялись в верности своему главному клану. Их деревни находятся слишком далеко отсюда, поэтому они не понимают, насколько порочным стал их главный клан.

— Понятно... Это действительно сложно.

— Да уж, полнейшее наказание. Им легко может втемяшиться в голову, что это именно клан Ву и дом Фа нарушают мир в Морихене, раз уж они выступают против их главного клана.

Мне бы очень не хотелось подобного развития событий.

Конечно, ни Донда Ву, ни Даун Лутим не проиграют им, если дело дойдёт до прямой схватки, но лишняя самоуверенность — не всегда хорошее качество.

Эти свирепые родственники клана Тсун производили не менее устрашающее впечатление, чем люди клана Ву — они были такими же мускулистыми и крепко сложенными, и своих шкурах и черепах напоминали гигантских гиб, вставших на задние лапы.

Вшестером встав против пятнадцати людей Донды Ву, они не проявляли ни малейшего страха. Я не знал, что именно их так разволновало, но атмосфера казалась действительно напряжённой.

— Эй, я же предупредила, чтобы ты внимательно следила за тем, чтобы он не подгорел! — в этот момент послышался панический голос Лалы. — Нельзя просто бездумно ковырять ложкой в котле! Хватит, а ну отойди!

— ...Ой, — послышался невыразительный ответ на её отповедь.

Я украдкой оглянулся на печную и увидел, как Лала выхватила ложку у молодой девушки из клана Тсун и начала бороться с пойтаном в котле.

— Извини, Асута! Пойтан сильно обгорел! Нам убрать этот котелок?

— Конечно, его надо помыть. Уберите его поскорее и...

— Ай!

В этот момент снаружи раздался внезапный крик.

За ним последовал звук падения чего-то тяжёлого на землю.

Мама Миа Лей и я выскочили на улицу и увидели Молун Лутим, сидящую на земле, и Эму Мин Лутим, стоящую рядом с ней с обеспокоенным взглядом. Две женщины клана Тсун безучастно стояли с палкой из дерева крили, которую они использовали для переноски тяжёлых предметов.

— Что случилось?!

— Ах, Асута, извини. Наш пойтан приготовился, поэтому я попросила их снять котелок с огня, и это произошло...

Пока Эма Мин Лутим потирала виски, словно страдая от головной боли, Молун Лутим, сидевшая рядом с женщиной средних лет, воскликнула:

— Да вы меня чуть не ошпарили!! — Её обычно дружелюбное лицо покраснело от гнева. — Из какого места у вас вообще руки растут? Как вы вообще храните домашний очаг, если даже котелок на два шага перенести не можете?!

В своей ярости она очень напоминала своего отца.

— Ой, — рассеянно кивнули женщины клана Тсун.

— Похоже, это будет долгий день... — глубоко вздохнула Мама Миа Лей. — Главам домов приходится нелегко, но у нас своя задача. Эти женщины не могут справиться даже с простым пойтаном — что же будет, когда мы начнём готовить мясной суп и стейки?

— Теперь и мне тоже это интересно... — бросив последний взгляд на группу Ай Фа, пререкающуюся с родственниками клана Тсун, я вернулся обратно на кухню. — Лала Ву! Займись котелком с обгоревшим пойтаном! И ещё нам нужна чистая вода... Шела, займи место Лалы и помоги Рейне.

— Хорошо.

— Лала, не забудь взять половник и отделить хороший пойтан от обгоревшего. Мыть некогда — потом просто принеси чистый котелок, нет, сразу два.

Судя по происходящему, это даже хорошо, что клан Тсун  отменил восемь заказов на еду.

На всякий случай мы захватили дополнительные ингредиенты, но я не ожидал столь серьёзного несчастья.

Они делают это намеренно, чтобы удержать нас? - Вероятно нет.

Попробуй они свалить на нас часть вины за свои ошибки, я бы это ещё понял, но вместо этого они портили еду и брали всю вину на себя.

Я подумал, что им просто безнадёжно не хватает мотивации.

— Ладно, похоже, придётся пустить в дело весь припасённый на сегодня пойтан! Лала, пожалуйста, продемонстрируй им ещё раз всё подробно.

— Да уж, мне тоже неохота портить продукты! Эй, вы двое, чего вы такие вялые?! Эти ингредиенты между прочим денег стоят! Ради них мужчины своими жизнями рисковали!

— Сожалеем, — после того, как Лала сердито прочитала им лекцию, женщины клана Тсун безразлично извинились.

Я повернулся к остальным, кто находился на кухне. Помимо котелка, за который отвечала Лала, все остальные уже завершили свои задачи.

Но Вена и Рейна выглядели немного удручёнными.

— У вас всё готово, верно? Тогда, пожалуйста, переместите котелок на улицу в солнечное место! Будьте осторожны и не переверните его!

Через несколько секунд женщины клана Тсун схватили палки крили.

Когда все, наконец, вынесли котелки на улицу, а Лала закончила свои труды, я снова собрал всех у входа.

— Теперь пойтан следует высушить на солнце, пока вся влага не выйдет. А пока мы займёмся супом из гибы и арии. Но прежде я хочу ещё раз пройтись по всем этапам готовки... Дамы из клана Тсун, пожалуйста, пройдите на кухню.

Я взглянул на тихо движущихся женщин, а затем схватил мешок с мясом гибы, лежащий у двери.

— Вена, не могла бы ты пойти со мной? Остальные, пожалуйста, следите за происходящим снаружи.

Несмотря на то, что печная комната ничем не уступала по просторности клану Ву, места в ней — со мной, Веной Ву и пятнадцатью женщинами клана Тсун — осталось немного.

Те, кому не хватило места, недовольно ворчали.

Я поставил мешок на стол и осмотрел выстроившихся в рядок женщин.

— Это — мясо гибы, которое мы сюда доставили. Ужин мы будем готовить из него.

Женщины из клана Тсун ничего не ответили, рассеянно разглядывая меня глазами, напоминающими мёртвую рыбу.

— Это мясо было специально обработано, чтобы избавиться от зловония. Я продаю еду, приготовленную из него, в Почтовом городе. Вы слышали об этом?

— ...Нет, — ответила женщина рядом со мной.

— Ясно. Тогда вы не знаете, с чего вдруг меня, не имеющего отношения к клану Тсун, попросили заняться домашним очагом?

— ...Не знаем.

— Ладно. Десять дней назад ко мне в киоск зашёл младший сын клана Тсун. Ему так сильно понравилась моя стряпня, что глава вашего клана Зоро Тсун попросил меня заняться готовкой, пусть даже и всего на одну ночь.

Женщины никак не отреагировали.

Похоже, громкие имена членов главного дома Тсун их не слишком напугали.

—  Я должен приготовить еду, которая удовлетворит Миду Тсуна. Но ведь эта ночь закончится, и всё будет бессмысленно, верно? И раз уж вы — те, кто заботится об очаге клана Тсун, я надеюсь обучить вас готовить вкуснейшие блюда. ...Вы готовы научиться?

Я взглянул прямо в глаза пожилой женщине.

— ...У меня нет причин отказываться, — ответила она бесстрастным тоном.

— Хорошо... Вы хотите попробовать вкуснейшую еду?

— ...Я не знаю, что это значит.

— Понятно, а ты? — я обратил внимание на молодую девушку рядом с ней.

— ...Мы должны быть благодарны за всю еду, вкус не имеет значения.

Образцовый ответ в стиле Морихена.

Ай Фа, клан Ву и дом Лутим поначалу отвечали то же самое.

— Ты абсолютно права. Но, как видишь, я чужестранец. В моём родном городе я работал поваром. Моя работа — готовить вкусную еду. И поскольку глава клана Тсун готов оплатить мои услуги, я должен закончить эту работу, несмотря ни на что. — Я перевёл взгляд на другую женщину. — Вы поможете мне?

— ...Мы уже обещали Ямиэль Тсун, что поможем тебе.

— Что ж, спасибо... Но впереди много работы. Помимо Миды Тсуна и главного дома вашего клана мне также нужно обслужить и всех ваших родственников, и участников большого сбора глав домов.

Наконец, я достал из мешка пачку мяса с заднего бедра гибы.

Развернув листья псевдофикуса, я выложил его на рабочий стол.

— Вена, ты не могла бы поставить котелок на сильный огонь?

— Да, хорошо...

Пока она занималась котелком, я взял нож и начал нарезать мясо.

Да, у меня теперь был новый кухонный нож, сделанный Сему, но для резки мяса я предпочитал пользоваться своим старым добрым Сантоку.

— Возможно, вас не интересует вкусная еда, но моя работа — порадовать каждого человека здесь. Это судьба, что мы будем работать вместе, поэтому я надеюсь, что мы сможем хорошо поладить.

— ...Ты злишься из-за того, что мы сожгли еду и уронили котелок на землю? — спокойным голосом спросила старейшая женщина с наполовину седыми волосами. — Если это сделало тебя несчастным, я прошу прошения. Мы будем осторожнее и не повторим ошибки.

— Не нужно просить прощения, я просто надеюсь, что каждый будет усердно работать. — Я оглядел измученное лицо этой женщины. — Почему все ваши лица такие безжизненные? Вы ненавидите ухаживать за очагом? Или просто не хотите помогать чужеземцу?

— ...Среди нас нет тех, кто недоволен этой работой...

Мне показалось, что я разговариваю со старой собакой, отказывающейся идти на контакт. Эти женщины были такими же, как Тай Тсун — человек, являющий собой воплощённое равнодушие.

Кстати говоря... Тай Тсун и эти женщины.

Из, того, что мне было известно, члены главного дома клана Тсун не проявляли такого равнодушия. Наоборот, они цвели и пахли. Похоже, между главным домом и родственными пролегала огромная пропасть.

Я не знал причины, но если так будет продолжаться, наша работа закончится неудачей.

— ...Асута, всё готово...

— Спасибо.

Я положил нож на стол и поднял тонкий ломтик бедра гибы повыше.

— Единственная приправа, которую я добавил — листья пико. Как вы можете видеть, жиры в этом мясе равномерно распределены по всей его поверхности. А сейчас я собираюсь его поджарить, — объявил я и положил мясо в котелок. По кухне тут же вместе с белым дымком разнёсся тонкий, будоражащий аппетит аромат. — Вена Ву, тарелку и ложку, пожалуйста.

— Да...

Ломтики мяса были тонкими и готовились очень быстро.

Я переложил всё готовое мясо на тарелку и предложил старшей женщине:

— Пожалуйста, попробуйте. Это мясо гибы после кровопускания.

Женщина взяла ложку и положила кусочек жареного мяса в рот.

На её лице не появилось никаких эмоций — только брови чёть дёрнулись. Её соседка тоже никак не отреагировала. Третья быстро закрыла глаза. Четвертая открыла глаза немного шире. Пятая никак не отреагировала.

У всех была разная реакция.

Сильнее всего отреагировала самая юная девочка лет десяти. Она тревожно нахмурилась и посмотрела на своих родственников по обе стороны от себя.

Но никто ей не ответил.

— Уж не знаю, пришлось ли вам это мясо по вкусу, но уж разницу-то вы можете ощутить, верно? Клан Ву и дом Лутим считают, что это мясо «восхитительно». Во время своего пребывания в Морихене мне часто доводилось слышать, как люди говорят, что «нет разницы между вкусной едой и не вкусной». Но я твёрдо убеждён: если уж ты ешь что-то, это должно быть вкусно!

Это всё, что я хотел сказать.

Остальное им предстояло испытать на собственном опыте.

— Я надеюсь, каждая из вас будет трудиться с полной отдачей, и мы все вместе сможем приготовить самую настоящую вкуснятину, которая порадует всех. ...Что ж, а теперь я хочу, чтобы вы разбились на три группы и занялись следующим блюдом.

Глава 1: Порочный клан. Часть 3

Часть 3

Когда у меня наконец-то выдалась свободная минутка выйти подышать свежим воздухом, мужчин снаружи уже не было.

Куда они подевались? — пока я размышлял об этом, ко мне тихо подошла Рейна.

— Они все отправились в Церемониальный Зал. До начала Большого Схода ещё осталось некоторое время, и родственники клана Тсун не хотят, чтобы вооружённые мужчины просто так слонялись по деревне.

— Ясненько, — кивнул я.

— Асута, что нам делать дальше?

— Продолжим придерживаться плана и разделимся на три группы. С этого момента, я надеюсь, вы все сможете позволить женщинам клана Тсун пробовать блюда на вкус на всех критических этапах процесса приготовления.

— Пробовать?

— Да. И, пожалуйста, разговаривайте с ними, когда работаете, даже пустая болтовня — это нормально. При готовке важно настроение. Если они станут готовить, не вкладывая в блюда эмоции, то они получатся безвкусными.

— Ах... вот оно как. Значит, блюдо получится восхитительным, если тот, кто его готовит, захочет сделать его по-настоящему вкусным?

— Ты абсолютно права! — твёрдо кивнул я, и Рейна ярко улыбнулась в ответ.

— Всё ясно. Мы слишком напряжены, потому что они из клана Тсун. но ведь и они, и мы — женщины Морихена, нас объединяет общее желание порадовать мужчин вкусной едой. Пожалуй, и мне стоит об этом постоянно помнить.

Рейна Ву была умнее и внимательнее многих других.

Эти же слова я повторил и членам моей команды: Вене и Лале.

— Отлично! А теперь, не соблаговолят ли дамы из клана Тсун разделиться на три группы? Не стесняйтесь — можете выбирать своих знакомых и друзей.

Мы сформировали группы по восемь человек, по пять женщин клана Тсун и по три человека с нашей стороны в каждой группе. Закончив с организационными вопросами, мы наконец-то приступили к готовке.

— Давайте начнём с арии. Пожалуйста, нарежьте её в форме полумесяца вот так.

На каждую порцию мясного гиба-супа требовалось по две арии и около 150 г мяса. Каждой группе предстояло приготовить 44 порции супа, что в сумме составляло 88 арий и 6,6 кг мяса.

— Кстати, для Миды Тсуна придётся отдельно готовить аж десять порций, потому что он такой большой! У него ничего не треснет? — между делом поинтересовался я у женщины из клана Тсун.

— Ну... даже и не знаю... — вяло ответила она.

— Ну и ладно, всегда лучше больше, чем меньше! ...А Мида Тсун сейчас дома? Или он в лесу?

— Ну... даже и не знаю...  — последовал ответ.

— И я никогда раньше не встречал главу вашего клана. Он ещё и вождь всего племени Морихен! Каков он из себя?

— ....Зуро Тсун — великий человек...

Неужели я трачу усилия впустую?

Вена и Лала тоже не смогли найти общей темы для разговора, и замолчали. Поэтому я решил слегка изменить свою стратегию.

— Эй, ну как тебе понравилось то мясо?

В моей группе была девочка лет десяти. Она механически нарезала арию и взглянула на меня.

— ...У него совершенно другой вкус, чем у обычного.

— Во-во! А весь секрет в правильной разделке и кровопускании. Проще некуда!

— ...Ага...

— Взрослые из твоего клана ведь выбрасывают туши, оставшиеся от гиб в лес, так? Бёдрышки тоже вкусные, но ведь это же просто перевод отличных продуктов!

Девушка невыразительно покачала головой:

— ...Мы не выбрасываем туши.

— А?

— Мы их едим... Но зловоние от них гораздо сильнее, чем от мяса с бедра.

— О, вот оно как~ — дружелюбно протянул я, но особой радости не почувствовал.

Получается, побочные ветви клана Тсун едят гиб целиком? ...Разве это не странно?

Ай Фа говорила, что клан Тсун присваивает все средства, выделяемые Морихену Геносом, и при этом пренебрегает своими охотничьими обязанностями. На что же они тратят эти деньги, если даже гиб едят целиком? Может быть, закупаются ариями и пойтанами впрок, а всё свободное время проводят в праздности и безделье?

После того как я начал вести свой бизнес в Почтовом городе, я приобрёл привычку подсчитывать расходы.

Сколько же средств выделяет Генос Морихену?

Приняв на себя эту работу, я узнал количество людей в клане Тсун: в их главном доме было восемь человек, и вместе с 33 членами побочных ветвей, общее количество человек в их клане составляло 41.

Предположим, никто из них не ходит на охоту.

Минимальное требование — две арии и три пойтана в день. Это равноценно 1,2 красных медным плиткам.

Соответственно, для 41 человека это будет 49,2 красных медных плитки.

По словам Каслана Лутима, Генос выделяет средства раз в три месяца.

Три месяца — это девяносто дней, и клану Тсун за это время потребуется 4428 красных медных плитки.

Но ведь и мясом пренебрегать нельзя — им требуется включать в рацион минимальное его количество, поэтому я должен был включить и его в свой расчёт.

Приняв 500г мяса гибы на каждого человека и 40 кг на всех... Им просто нужно было охотиться на одну гибу каждые два дня, чтобы накормить всех.

Идём далее: продавая клыки, рога и шкуры с этих гиб, они смогут зарабатывать по 24 красных медных плитки каждые несколько дней.

Это 360 красных медных плитки в месяц.

И 1080 красных медных плитки за три месяца.

Теперь вычитаем 1080 красных медных плитки из 4428, и останется 3348.

3348 красных медных пластин каждые три месяца означает 13 392 красных медных плитки в год.

Если бы 41 человек хотел наслаждаться жизнью каждый день, им понадобилось бы такое огромное количество денег в год.

Камия Ёст как-то говорил, что средства, выделяемые Морихену, довольно незначительны. А Ай Фа тогда ответила: "Вот почему клан Тсун и прикарманивает их все себе". Но действительно ли можно считать эту сумму «незначительной»?

И это только по моим грубым прикидкам — сумма, необходимая клану Тсун для простого выживания. Сомневаюсь, что члены их главного дома ведут столь скромный образ жизни.

Взять хотя бы Миду Тсуна, надирающегося фруктовым вином средь бела дня. Даже этот бездельник получает в месяц содержание в десять красных медных плитки.

И это уже не говоря о затратах на содержание в должном состоянии клинков и покупку различных вещей, вроде одежды.

А, следовательно, их реальный доход должен быть куда как больше... но та девушка заявила, что они вынуждены идти вопреки своим вкусам и есть всю гибу целиком. Что-то одно с другим не вяжется.

Глядя на это с другой стороны, если всё же мои расчёты неверны, и настоящий доход клана Тсун даже больше...

Что-то от всего этого мне стало не по себе.

Чувствовалось во всём происходящем нечто неправильное.

Я начинал понимать, почему глаза этих людей выглядят такими мёртвыми. Мне поначалу казалось, что они безжизненные, потому что главный дом тратит всё на себя, и заставляет членов побочных ветвей клана хранить это в секрете. Может, дело не в этом?

— ...Асута, ария готова... — голос Вены вернул меня к реальности.

— Хорошо, тогда перейдём к следующему этапу. На суп у нас пойдут бёдра и мясо корейки.

Я медленно покачал головой и сосредоточился на задаче, стоящей передо мной.

Я так и не смог прийти к какому-то очевидному решению, уж слишком мало было у меня информации.

Но... Я всё же сохранил это сомнение в уголке своей головы.

— Пожалуйста, будьте внимательны. Следите за тем, чтобы жиры на мясных ломтиках были равномерно распределены, и они должно быть примерно вот такой толщины.

Ответом мне было молчание.

Мне-то казалось, что праздная болтовня на кухне — в порядке вещей, но эти женщины полностью игнорировали все мои старания завязать разговор. Я уже было решил прикинуться ветошью и расспросить их о ситуации в главном доме Тсун, как вдруг...

— Ой! — воскликнула Лала. — Т-ты чего так пугаешь? Кто ты такая и когда сюда вошла?!

— Я здесь уже давно. Сама виновата, что не замечала моего присутствия, — ответил ей пронзительный голосок, похожий на птичье чириканье.

Я тоже был в шоке. На кухне, в которой мгновением ранее находилось всего восемь человек, внезапно объявилась злоумышленница.

Это была маленькая девочка. Я не мог на глаз определить её точный возраст.

Она была на голову ниже Лалы — то есть её рост не превышал 130 см.

Сама она была худышкой, но голова была непропорционально большой. Её каштановые волосы были завязаны на макушке, в результате чего её голова напоминала луковицу.

У неё были большие глаза с маленькими, опасно блестящими зрачками. Её нос и рот были маленькими, а подбородок имел форму острого треугольника.

Странно, но одета она была в самое обычное платьице, украшенное завитками — совсем как у людей в городе.

— ...Значит, это ты чужестранец, живущий в доме Фа? — взглянула она на меня своими санпаку-глазами[1]. — Хмм, и выглядишь-то как странно... Похож на жителя запада, только с волосами людей с востока. У тебя смешанная кровь?

— Нет, просто я приехал очень издалека. А ты кто? — спросил я, уже догадываясь, каков будет ответ.

Если стереотип «люди из главного дома клана Тсун горды и высокомерны» верен, то ответ очевиден.

И он оказался именно таким, как я ожидал.

— Я — младшая дочь клана Тсун, Цвай Тсун... Разве это вежливо — спрашивать кого-нибудь, как его зовут, самому не представившись?

— Ааа, я Асута из Дома Фа. Ты здесь, чтобы помочь нам? — простодушно поинтересовался я, но маленькая девочка по имени Цвай, услышав мой вопрос, слегка нахмурила бровки.

— У тебя проблемы со слухом? Я — из главного дома. С чего вдруг я должна вазюкаться с вами в грязи на кухне? Это ведь работа для людей из побочной ветви клана, так? Вот и не болтай всякой ерунды!

— Эм-м... А я и не знал, что у клана Тсун есть такое правило.

Увидев, что появился член главного дома, я поднял бдительность до высочайшего уровня. Однако маленькая девочка чем-то отличалась от своих братьев и сестер и не произвела на меня слишком уж плохого впечатления.

Она не казалась доброй или честной, но ее забавная внешность казалась располагающей к себе. Просто глядя на нее, я почувствовал дежавю. Разве не было такого персонажа в манге или аниме?

— Хмпф! Хорошо, я прощаю тебя, потому что ты иностранец... Хм? Это и есть то самое волшебное мясо гибы?

— В нём нет ничего волшебного.

— Опять ерунду болтаешь?! Разве ты не продаёшь его в Почтовом городе Геноса?! Горожане терпеть не могут мясо гибы, так что ты, должно быть, околдовал их! — резко завопила она, а затем сузила глаза и зыркнула на меня. — Ты... на самом деле заработал 200 медных плиток всего за один день? Мне трудно в это поверить...

— В таком случае не верь этому.

— Хватит молоть чепуху, отвечай как следует! И не лги, я всё равно узнаю правду!

Может, она и расположила меня к себе своей внешностью, вот только она всё равно очень шумная.

Интересно, что все чувствуют, глядя на эту сцену?

Я огляделся вокруг.

Вена сонно прищурилась, внимательно разглядывая профиль незваной гостьи.

Лала недовольно нахмурилась, тоже её разглядывая.

А женщины из побочных ветвей... безжизненно повесили головы и тихонько резали мясо. Они никак не отреагировали, когда увидели Цвай Тсун.

— Эй, я тебя спрашиваю! Как давно ты ведёшь своё дело в городе? — Цвай Тсун подошла поближе ко мне, чтобы усилить давление. — Мида уже десять дней всем покоя не даёт! Значит, что ты работаешь уже минимум десяток дней, так?

— Ну, где-то так.

На самом деле я проработал в городе 13 дней подряд и брал один выходной в промежутках между ними. Но я не был обязан рассказывать ей все эти подробности.

— Десять дней подряд! Если предположить, что ты зарабатывал 200 красных медных плитки в день, то у тебя должно было скопиться уже 2000!

— Нет, половина нашего дохода уходит на покупку ингредиентов. Да и в самом начале я не зарабатывал сразу 200,  быстро поправил её я, но она не слушала.

Глаза милой девчушки превратились в глаза совершенно другого человека.

Что это с ней? В её глазах вдруг появился какой-то голодный блеск.

— Итак, 2000... Это 200 белых медных плиток... А сколько это в серебряных? Две!

— Ну, как я уже сказал, не все деньги, которые мы заработали, принадлежат мне...

— Вот это да! С тобой дом Фа может не беспокоиться о деньгах всю оставшуюся жизнь...! Хмм, так это правда...

— Погоди! Может, ты позволишь мне наконец всё объяснить? И чего вообще ты так привязалась к этим медным плиткам?

— Чего привязалась?! Смысл жизни — зарабатывать медные плитки! Ты — герой номер один в Морихене! Ты зарабатываешь 200 медных плитки в день, что больше, чем стоимость восьми гиб, пойманных на охоте! И это я даже добавила деньги за дубление шкуры!

Эта девочка отлично разбиралась в математике, что впечатляло.

Одержимость в её глазах — это страсть к медным плиткам?

— По-твоему, люди живут только для того, чтобы зарабатывать деньги? Это не похоже на то, что должен говорить настоящий морихенец. Охотники Морихена защищают фермы Геноса от разорения, и делают это с гордостью, разве не так?

— Да что ты такое несёшь? Охотники охотятся на гибу ради медных плиток! Если есть какой-то охотник, который с этим не согласен, тогда пусть перестанет продавать клыки и рога гибы! Что бы ты ни думал на этот счёт,  мужчины не могут жить без медных плиток!

— Ну, так-то оно так, но всё равно...

— Если гиб станет больше, то они примутся атаковать фермы и беспокоить фермеров? Опустошать посевы? И тогда фермеры не смогут зарабатывать медные плитки, продавая свой урожай? Вот видишь — как ни крути, а всё упирается в медные плитки! Люди живут, чтобы зарабатывать! Если мы не будем этого делать, то можем отказаться от всех богов и уйти жить дикарями куда-нибудь к подножию горы Морга!

А как же волки и огромные змеи, что там живут?

Как бы там ни было, у этой девочки не было ни капли гордости и достоинства жительницы Морихена.

— Могу я спросить? ...Не думаю, что это правда, но твоя мать случайно не из города?

— А? Опять ерунду болтаешь! Как может горожанка выйти замуж за морихенца?

— Ну да, точно. Но твоя одежда похожа по стилю на людей в городе. И то, как ты говоришь, тоже.

— Это потому, что... мне не нравится морихенская одежда, вот я и решила носить платье! — недовольно надулась Цвай Тсун.

Одержимость в её глазах, наконец, потускнела.

И в этот момент я внезапно кое-что вспомнил. Когда-то я видел аниме о смешной фее-бегемотихе, и Цвай Тсун точь-в-точь была как одна из его героинь.

Неважно... По сравнению с другими членами клана Тсун, она не так уж и плоха.

И вообще, не мне судить, что по-морихенски, а что нет.

Будь она из города, я бы не испытывал к ней неприязни, даже если бы не понимал её. В лучшем случае я бы просто пожала плечами и подумала: «Нет нужды так зацикливаться на деньгах».

Однако ее мысли были слишком странными для обитательницы Морихена. Вена прищурилась и, похоже, ещё больше насторожилась.

Лала тоже выглядела сердитой.

Если кто-либо — кто угодно — попирает честь и гордость охотника, он тут же теряет уважение обитателей Морихена.

— Простите... Мы всё мясо порезали... — раздался тихий и ровный голос одной из женщин.

— Спасибо! А теперь давайте разведём огонь в печах.

Мы добавили в котёл воды из фляги и, используя для розжига траву рана, вскорости в очагах весело плясали огоньки пламени.

Пока мы ждали, когда закипит вода, Цвай Тсун не отставала.

— Кстати! Как только Мида попробовал твою готовку, он каждый день начал устраивать сцены! Он умолкал только когда его кормили, а когда снова чувствовал голод, поднимал вой на весь дом! Дига и Доддо так на него злились! Наверное, ты не хотел сюда приходить, но ты создал эту проблемы, так что лучше тебе взять на себя ответственность!

— Ответственность, да... Кстати, вы его действительно посадили на цель?

— Хм? Ну, когда у него начались припадки, он чуть было в город не сбежал, так что, может быть, и правда.

— То есть, ты не уверена? Сама ты этого не видела?

— Не видела. Цепи есть только дома у Ямиэль.

Дома у Ямиэль?

— А она что, не живёт с вами? Разве она не носит одежду незамужней женщины?

— Она не замужем. Но у нас слишком много домов, поэтому у Ямиэль и Диги есть свои.

Понятно. Получается, единственным, кто мог бы связать Миду и ограничить его движение, была Ямиэль.

Как странно. Я почувствовал сильный дискомфорт, когда услышал об этом от самой Ямиэль, но меня не сильно обеспокоило, когда я услышал, как эта девчушка описывает данное событие. Может, я сам того и не заметил, как хорошо поладил с Цвай Тсун?

Пока я приводил в порядок свои мысли, вода закипела.

— Хорошо, а теперь положите мясо в котелок... На поверхности будет образовываться белая пена. Пожалуйста, зачерпните её ложкой. Если вы это сделаете, то суп будет восхитительным на вкус.

Прошло много времени с тех пор, как я учил других готовить «мясной гиба-суп».

Неподалёку Лала учила двух других женщин клана Тсун, в то время как Вена и я тренировали остальных троих.

— ...Кстати, а сколько тебе лет, Цвай Тсун? Мне вот семнадцать, — спросила я, пока готовился суп, и Цвай несчастно надулась.

— Двенадцать. А что?

— Ничего, мне просто было интересно, старше ли ты Миды Тсуна.

Она была слишком миниатюрной для двенадцатилетнего ребёнка, и я уж точно не ожидал, что такая малышка вдруг заявит что-то вроде того, что: «Люди живут ради того, чтобы зарабатывать деньги!»

— Ты что? Как это я могу быть старше Миды? Я родилась уже после смерти его матери.

— А?

— Мать Миды умерла во время родов. Я— единственный ребёнок своей.

— Ах... вот как?

Многие охотники умирают молодыми из-за характера своей деятельности. Мне частенько доводилось слышать о женщинах, потерявших мужа и затем повторно вышедших замуж... Вот только в главном доме клана Тсун, похоже, всё было наоборот.

То, что сказал Цвай Тсун затем, меня потрясло.

— Мать Ямиэль умерла вскоре после родов. То же самое случилось и с матерью Диги и Доддо. Только моя мама прожила так долго, как странно. Она не такая уж сильная.

— А? Значит, у всех вас разные матери?

— Правильно. И что?

— Ничего... Просто женщины Морихена всегда казались мне такими крепкими...

— Хм? Клан Тсун, вероятно, проклят, — равнодушно пожала плечами Цвай, как будто это её совсем не волновало. — Может, им просто стало слишком тоскливо? У вас у всех всегда такие смурные лица, вы тоже не проживете долго, если будете постоянно хмуриться!

Вторая половина её слов была обращена к женщинам из побочных ветвей. Но они просто продолжали черпать пену и рассеянно хмыкали в ответ.

— Ах~, как же они бесят! У меня от одного взгляда на них всё настроение пропадает!

— ...Тогда ты можешь уйти... — вдруг не сдержалась Вена. — Помогать ты нам не собираешься, так что тебе не обязательно быть здесь, верно...? Чего ты хочешь...?

— Хмпф! Я пришла сюда только для того, чтобы увидеть героя Морихена номер один! — Цвай подняла глаза и впилась взглядом в сексуальное лицо высоко над ней. — До появления чужестранца Асуты героем номер один был глава клана Зуро! Именно благодаря ему клан Тсун может править всем Морихеном...! Но теперь положение дел изменилось — вполне возможно, что в будущем это место займёт дом Фа.

— ...Похоже, с тобой бесполезно разговаривать...

— Хмпф! Всё потому, что ты не в состоянии разглядеть всей правды этого мира! — с этими словами Цвай Тсун проворно выскочила из кухни.

Довольно долгое время комнату окутывала невыносимая тишина.

— В вашем главном доме действительно есть интересные люди... — протянул я, обращаясь к женщине из побочной ветви неподалёку, и она коротко ответила: «Да».

Даже с Цвай Тсун поладить оказалось легче.

— ...Ладно, вернёмся к работе! Выбрав пену, накройте котелок крышкой и немного подождите. Вскоре мы добавим арию и будем готовить получившуюся смесь на медленном огне.

Одна из женщин взяла квадратную доску, чтобы закрыть котелок. Но доска выскользнула из её рук и плюхнулась в прямо в суп.

— Ай! — воскликнула самая юаня девушка и попятилась. Кипящее варево попало ей на лицо и руку. — Хьяа!!

Девушка врезалась спиной в стол, и с него на пол посыпалась нарезанная ария.

Бросив волноваться о судьбе арии, я быстро схватил черпак из фляги с водой.

— Ты в порядке?! Не двигайся! — громко крикнул я и плеснул на девушку воду из черпака. Способ довольно грубый, но особого выбора у меня не было.

— Ах... — девушка обессилено осела на землю

— Ты как? В глаза не попало?

— ...Всё хорошо... — девушка крепко поджала губы, держась за левую руку. Всё её плечо, предплечье, левая щека и горло были красными.

— Уй, выглядит болезненно! Надо скорее приложить что-нибудь холодное!

Лала прижала к щеке девушки кусок влажной ткани.

— ...Спасибо... — девушка слабо опустила веки.

— ...Мне жаль, Тулу Тсун... — в этот момент сверху раздался бесстрастный голос.

— Жаль, говоришь?! Да на её лице может остаться шрам!! — взорвалась Лала и вскочила на ноги.

Она всегда легко выходит из себя, но я впервые видел её такой рассерженной.

Женщина, совершившая ошибку, стояла сбоку с пустым выражением лица. Тулу Тсун потянул Лалу за руку и сказала:

— ...У меня всё хорошо... я сама виновата, не надо было там стоять... ещё и драгоценную арию испачкала... мне очень жаль...

— Да наплевать на арию... Нет, ария тоже важна! — Лала задумчиво почесала затылок, и я глубоко вздохнул.

Просыпавшаяся ария оказалась раздавлена, и большую её часть уже нельзя было использовать снова.

— Ну, ничего не поделаешь. Придётся порезать ещё, чтобы восполнить нехватку. Ладно, главное, что с тобой всё в порядке. Думаю, тебе нужно приложить к ожогу какую-нибудь мазь или что-то вроде того.

— Всё в порядке... Мы не можем тратить драгоценное лекарство на такую маленькую травму...

— Но...

— ...Всё правда в порядке... Спасибо... — Тулу Тсун посмотрела на нас со слезами на глазах.

Её глаза тревожно дрожали, но по сравнению с мёртвыми рыбьими глазами это делало её более человечной.

— Похоже, нам потребуется с десяток арий... Пойду, принесу...

— Незачем, — я покачал головой в ответ Вене.

Как-то мне не хотелось, чтобы женщины из клана Ву передвигались по этой деревне одни — только в самом крайнем случае.

— Главный дом слишком далеко. Может, здесь что-нибудь найдётся? Эмм, чей это дом?

В этот момент сидевшая передо мной на корточках Тулу сказала:

— ...Мой...

— Вот как? Прости, у тебя не найдётся десятка арий? Я верну тебе столько же чуть позже.

— ...У нас нет арии...

— А?

— Мы только что всю израсходовали... Извини...

Свет в глазах Тулу быстро потух. Также как чистая вода, затянувшаяся плёнкой грязи.

Я посмотрел на её глаза, которые снова потемнели, а затем повернулся к женщине, опрокинувшей крышку котелка.

— А как насчёт вашего дома, не могли бы вы поделиться с нами арией? Ваш дом ближе, чем главный дом?

— ...Извини... Ария в нашем доме тоже закончилась...

Я встал и обратился ко всем из присутствующих на кухне женщин.

— Подойдёт любой дом. Кто-нибудь из вас может поделиться с нами ариями?

— ...Сожалею...

— У нас тоже нет...

— Если бы не Большой Сход, мы бы купили что-нибудь в городе...

— Понятно, — вежливо улыбнулся я. — Удивительное дело, во всех ваших домах одновременно закончилась ария. Разве у клана Тсун не в обычае докупать ингредиенты, как только они заканчиваются?

— ...Да...

— Кстати, а не одолжите ли немного пойтана?

— Нет... Пойтан тоже закончился...

— Понятно, — снова повторил я. — Что ж, ладно. Тогда возьмём арию, которую мы сюда принесли. Я брал с  запасом, так что это не проблема. Не могли бы вы двое пойти в главный дом и принести с десяток?

— Хорошо... — две женщины медленно вышли из кухни.

Я посмотрел им вслед, и диссонанс, который я запечатал в своём сердце, снова начал нарастать.

Что-то здесь было явно не так. Что-то вышло из-под контроля.

Это на самом деле морихенская деревня?

Не будь со мной Вены и Лалы, я бы точно запаниковал, думая, что ещё раз очутился в совершенно другом мире.

Здесь всё было невероятно запутано.

[1] Это японский термин, означающий «три белых». В других языках это обычно называется «глаза санпаку» и относится к глазам, в которых видно белое пространство над или под радужной оболочкой. В западных исследованиях этот признак часто имеет негативный смысл. Обладателю таких глаз приписываются меланхоличность, отрешённость.

Глава 1: Порочный клан. Часть 4

Часть 4

На то, чтобы закончить суп из мяса гибы, у нас ушло целых два часа.

Разобравшись с этим делом, мы все снова собрались в кухонной комнате главного дома, где нам предстояло перейти к следующему этапу: готовкой пойтана и мясных блюд.

Солнце к тому времени как раз вошло в зенит, так что у нас оставалось ещё три с половиной часа. Пока что всё гладко.

В Церемониальный Зал уже подтянулась основная масса мужчин, и, похоже, большой сход глав домов наконец-то начался.

Стиснув кулаки за Ай Фа и остальных, я сосредоточенно занимался своим делом: а именно обучал женщин клана Тсун жарке пойтана.

— Он станет более твёрдым, если подсушить его на солнце, поэтому перед приготовлением добавьте немного воды, доведя его консистенцию до липкой массы. Однако внимательно следите за тем, чтобы не добавить слишком много.

Запаса лишних пойтанов у нас не было, поэтому приходилось проявлять особую осторожность, чтобы не сжечь их.

Я попросил Шелу Ву продемонстрировать, и, как только всё было готово, разорвал готовую булочку из пойтана на кусочки, чтобы все могли попробовать.

— Ну как? Он ведь совершенно не похож на тот, что вы готовили прежде, верно?

Половина женщин клана Тсун немного изменили своему привычному равнодушному состоянию, тогда как другая половина явно была поражена.

Им должен понравиться жареный пойтан.

Я мог только молиться о том, чтобы это блюдо тронуло их сердца.

— И вот таким образом, всего лишь с помощью двух простых приёмов: кровопускания и жарки пойтана, можно полностью изменить вкус ужина. Надеюсь, что с этого момента вы возьмёте эти приёмы на вооружение!

Затем, инструктируя их один на один, мы следили за тем, чтобы ни у кого ничего не сгорело.

И таким вот образом пролетел ещё час, за который мы умудрились-таки приготовить пойтанов на толпу из 130 человек.

Покончив с пойтанами, настала пора заняться главным — приготовлением мяса.

И в самую первую очередь нам нужно было приготовить маринад из мьяма.

— Итак, мьям. Его необходимо нарезать кубиками вместе с арией и смешать с фруктовым вином. На одну бутыль вина — один мьям и 1.5 арии. Маринада понадобится много, поэтому возьмите котёл побольше.

На одну порцию «Мяса в мьям-соусе» я решил выделить по 200г мяса, что, в общем-то, не сильно отличалось от тех порций, что я продавал в своём киоске.

Кроме того, к одной порции этого блюда, прилагалось ещё одно жареное рёбрышко, 200г стейка из бедра и немного обжаренной арии.

Пока мясо мариновалось, мы занимались стейками. До сумерек оставалось ещё два часа.

Всё находилось под моим бдительным контролем.

Я заранее заложил в план некоторое дополнительное время, чтобы точно приготовить каждое блюдо со всей тщательностью.

— Похоже, мы успеваем всё сделать как раз к окончанию собрания... Но смогут ли они приготовить эти блюда завтра? — тихо спросила у меня Мама Миа Лей.

— Хм... Надеюсь, что хотя бы некоторые всё как следует усвоили...

Будущее было туманным.

Всё зависело от того, сколько «интереса» и «воли» ещё оставалось в сердцах этих женщин.

— Не будь деревня клана Тсун так далеко, мы могли бы сами в этом убедиться, — даже мама Миа Лей выглядела немного удручённой.

Мама Миа Лей специально решила посетить деревню клана Тсун, чтобы преподать урок высокомерным женщинам, таким как Ямиэль и Цвай. Но она никак не ожидала столкнуться с подобной ситуацией.

Эти женщины напоминали глиняных болванчиков — сколько их не ругай, они ничего не ощущают. Мы не могли изменить их отношение всего за один день.

— Нужно посмотреть, как отреагируют основные члены дома и мужчины. Несмотря ни на что, Мида Тсун будет требовать вкусного обеда, и они должны его удовлетворить.

Если они захотят наслаждаться вкусным ужином, им следует научиться кровопусканию и правильной разделке мяса, а также больше ценить свои охотничьи обязанности. Смогут ли мужчины клана Тсун изменить свои взгляды на жизнь, и каковы будут окончательные результаты?

А ещё меня сильно заботило, как там дела у Ай Фа.

— Асута, мы закончили с нарезкой арии, — вернул меня к реальности голос Шелы Ву.

— Спасибо... Мясо уже должно было замариноваться, и я хочу, чтобы все собрались снаружи. Пора начинать жарку.

При приготовлении «Мяса в мьям-соусе» исходило большое количество дыма и запаха, поэтому я решил провести демонстрацию на улице.

— Кладём мясо в котелок, вооружаемся деревянной лопаткой и следим за тем, чтобы оно не подгорело. Начнём с небольшого количества. Шела Ву, не продемонстрируешь нам, как это делается?

— Хорошо.

Шела Ву взяла небольшой кусок мяса и положила его на дно котелка.

Вокруг сразу же поплыл пикантный аромат мьяма и фруктового вина, и плечи нескольких женщин задрожали от удивления.

— Приятно пахнет, правда? — повернулся я к Туле Тсун с тёплой улыбкой. Её стеклянные глаза немного дрогнули.

— ...Оно очень ароматное.

— Ага, ещё не встречал ни одного морихенца, которому бы этот запах не понравился.

Мьям обладал сильным ароматом, похожим на чеснок, и был любим всеми обитателями Морихена.

— Как только мясо поджарится до небольшой корочки, полейте сверху маринадом. Это усилит вкус.

Кстати, мясо на этот раз я нарезал чуть толще, чем обычно, и ещё немного сократил время маринования.

Кроме того, следовало учитывать и проблемы с посудой — у участников Большого Схода не было ничего, кроме мисок для супа, поэтому мне пришлось использовать целый ворох листьев псевдокаучукового дерева вместо тарелок. А на такие импровизированные тарелки соуса уходило больше, чем ушло бы на обычные.

— Хорошо, готово. А теперь вы можете попробовать и... — меня оборвал странный шум.

— Ой-ёёёёй... — писк был тонким, словно у какой-нибудь пичужки на грани смерти.

— Что там такое? — я отошёл от печи и прислушался. Похоже, звук раздавался со стороны кухонной комнаты.

Ах! Не может быть! Только не...!

В тот момент, когда эта идея появилась у меня в голове, мое зловещее предсказание сбылось.

Большой объект, похожий на мясной шар, выкатился из тени домов метрах в десяти от меня.

И он летел на всех парах прямиком на меня.

— ...Ой-ё-ё-ё-ё-ёйййй...

Он атаковал, вереща.

В то же время кто-то крикнул: «Асута!» и оттолкнул меня в сторону.

Я упал на землю и почувствовал, как меня крепко держит что-то до невероятности мягкое.

Поле моего зрения закрыли пряди чёрных волос, и сквозь них я видел нечёткую фигуру мясного шара, продолжающую своё наступление и готовую меня растоптать.

Пока меня парализовал страх, появился кто-то с длинным чёрным предметом. Это была палка из дерева крили, которую использовали для переноски тяжёлых котелков.

Размахнувшись, женщина с каштановыми волосами изящно бросила толстую палку прямо в ноги непрошеного гостя.

С резким «Свуш!» палка врезалась в слоновью ногу нападающего, и тот, запнувшись, с треском грохнулся на землю.

— Оййй-ёййййй!

Стремительно прокатившись мимо нас, он остановился, влепившись в дерево.

— Какого…? Он вообще человек...? — сердито пробормотала наша спасительница и обратила свои сонные глаза в нашу сторону. — Теперь всё в порядке... Лучше вам встать прежде, чем это сделает он...

— Да... Спасибо, сестрица Вена. — Девушка, так неожиданно налетевшая и оседлавшая меня, сокрушённо опустила голову. — Асута, ты как, в порядке?

Так я и знал: сейчас мне улыбалась Рейна Ву.

— Я-я в порядке, а ты?

— Всё нормально. Извини, что так внезапно на тебя напрыгнула.

Я мог чувствовать тепло её тела и его удивительно мягкое ощущение. Не знаю, как это выглядело со стороны, но  эта поза напомнила мне о том, что произошло во время свадебного пиршества дома Лутим.

Наконец, Рейна пристально посмотрела мне в лицо и намеренно медленно поднялась.

— Что ты вытворяешь?.. Он бы вас обоих просто растоптал...

— Да, сестрица Вена. В конце концов, я тебе не ровня.

Вена выглядела недовольной, а Рейна стыдливо опустила голову. Взглянув на двух сестер со сложными чувствами в моём сердце, я быстро поднялся на ноги.

— Спасибо вам обеим. Похоже, вы спасли мою жизнь.

После того, как Вена пристально посмотрела на меня, она перевела взгляд на мясной шар.

Шар же — а вернее, Мида Тсун — оглушённо тряс головой, пытаясь встать с земли.

— Эээ... А что Мида только что делал...? — Его голос был пронзительным, как у младенца.

Это был Мида Тсун.

Это определённо был он.

Отлично, похоже, с ним не приключилось ничего страшного. Но он всё ещё выглядел как монстр.

— ...А! Точно! Приятный запах! Пахло приятно, поэтому Мида бросился сюда посмотреть...?

— Ужинать будешь после сумерек! А пока тебе придётся подождать! — оборвал его строгий голос Мамы Миа Лей.

Мида повёл своим плоским носом и поднялся, схватившись за дерево.

— Но... Мида голоден...?

— Если голоден, пожуй покамест вяленого мяса! Остальные мужчины терпят, вот и ты терпи — никакого особого отношения к тебе не будет! — гордо выпрямившись прямо перед ним, вновь отчитала его Мама Миа Лей.

Среди морихенок Мама Миа Лей вполне могла считаться крепкой, но по сравнению с Мидой Тсуном она была как маленькая девочка.

Несмотря на это, она храбро вскинула голову и без малейшего страха смотрела прямиком на этого монстра, который был, по меньшей мере, на две головы выше неё.

— Какой ты невоспитанный! Да ещё и толстый! Если продолжишь так сильно набивать брюхо едой, скоро ходить не сможешь! Научись сдержанности!

— ...Хрм... — невнятно хрюкнул в ответ Мида. — Но Мида...

— Что "Мида"? Посмотри на небо — солнце ещё высоко! Охотники в это время должны быть в лесу!

Она была права.

Мида Тсун надул круглые щеки, отчего его лицо слегка задрожало, и сказал несчастно:

— Сегодняшняя работа сделана... Разве Мида уже не поймал большую гибу?

— Хм? Правда что ли? И где же она?

— Дома у Ямиэль... Мида говорит правду...

Мида Тсун внезапно потянулся к дубине на поясе, и я бессознательно шагнул вперёд.

Рейна Ву тут же вцепилась в мою правую руку, а Вену Ву — в левую. Тем временем Мида Тсун поднёс кончик дубины к носу Мамы Миа Лей.

— Хмм... На ней действительно есть мех гибы и кровь.

— Верно... гиба попала в ловушку, и Мида прикончил её...

Услышав его слова, Мама Миа Лей улыбнулась и хлопнула Миду Тсуна по руке, напоминающей толстый окорок.

— Что ж, похоже, ты не врёшь. Тогда мы приготовим для тебя вкусный ужин, так что просто подожди. Мясо ещё не готово.

— Хьееее... — Мида Тсун издал отвратительный звук, и его щёки снова задрожали. Он был слишком толстым, поэтому выражение его лица почти не изменилось.

Вена Ву все ещё крепко сжимала мою левую руку, и её хватка была настолько сильной, что мне даже стало больно. Вероятно, она изо всех сил старалась подавить свои эмоции.

А затем Мида Тсун посмотрел в мою сторону. Его маленькие свиные глазки немного оживились.

— ...Ты действительно пришёл... Ямиэль не врала Миде...

— ...Привет, давно не виделись.

— Мида так рад... Ты ведь приготовишь для Миды вкусную еду, верно...?

— Да. И чтобы с этого момента ты мог есть вкусную еду, ещё я научу клан Тсун методам своей готовки.

Мида Тсун, казалось, понял, о чём я говорю, и повторил: «Мида так рад...»

— Если всё понял, то возвращайся домой и терпеливо жди! У нас ещё полно работы.

— Да... — потряс он челюстью, услышав указания Мамы Миа Лей, его челюсть слегка задрожала. Похоже, он просто хотел кивнуть, но жир не давал ему как следует пошевелить шеей. — Обещаете...? Вы приготовите много-много вкусной еды для Миды...?

— Да-да, обещаем.

Мида Тсун медленно повернулся и начал уходить. Я вздохнул с облегчением.

Но вдруг меня осенило.

— Мида Тсун! Я хочу купить немного арии и готов заплатить! В главном доме есть ария?

Мама Миа Лей удивлённо на меня покосилась, а Мида Тсун резко повернулся.

— Мы случайно испортили некоторую часть, так что нам немного не хватает. Вот я и хочу докупить недостающее. Что скажешь?

— ...Кладовка с едой под замком... — сказал Мида Тсун высоким голосом. — Чтобы Мида не воровал еду, они её закрыли...

— Понятно, жаль... Ты так сильно любишь арию?

Мида Тсун моргнул своими животными глазами, в которых не было никаких эмоций.

— ...Арию? Мида не знает названия овощей...

— Понятно. Ты как-то покупал в городе еду — так вот, там была ария.

— Да...? — равнодушно надулся Мида Тсун.

— ...Если хочешь, чтобы замок убрали, Мида может попросить Ямиэль прийти...

— А, это не обязательно. Мы постараемся обойтись тем, что у нас есть, спасибо.

— Мида так голоден... — подавленно пробормотал Мида Тсун, а затем повернулся и ушёл.

— Он не слишком смышлёный. Но есть в нём что-то милое, правда?

— ...Вот уж глупости... — Вена Ву, все ещё цепляясь за мою левую руку, соскользнула на землю. — Угхх, отвратительно... и почему он постоянно заявляется, когда...

— Ха-ха, сестрица Вена действительно терпеть не может младшего сына клана Тсун! — Рейна Ву с невинной улыбкой продолжала держаться за мою правую руку.

— Кстати, Асута, а у нас правда так мало арии? Думаешь, её не хватит на то, чтобы закончить мясные блюда? — озадаченно спросила Мама Миа Лей, и я в спешке выдавила улыбку.

— Должно хватить. Мы справимся.

Поскольку восемь порций были отменены, в запасе ещё оставалось некоторое количество продуктов.

Две прекрасные сестры все ещё цеплялись за мои руки, когда я оглядывался вокруг.

Он сказал, что кладовая с едой под замком... Тогда как же они туда попадают?

Оставшийся без ответа вопрос начал зарождать в моём сердце нехорошие предчувствия.

Глава 2: Большой Сход глав домов. Часть 1

Глава 2

Большой Сход глав домов

Часть 1

Наконец, когда солнце достигло западного края неба, мы закончили с готовкой.

Без трудностей не обошлось, но единственная по-настоящему серьёзная неприятность в лице Миды Тсуна нас больше не беспокоила. После его ухода, в каком-то смысле работа была завершена в мгновение ока.

Однако мы всё равно не могли ослабить бдительность. Пусть даже и никто не вмешивался в нашу работу со стороны, это ещё не означало, что ни у кого не было никаких хитрых схем или ловушек для нас во время или после ужина.

Вряд ли они попросили нас прийти сюда только лишь из-за любопытства по поводу меня, да и истерики Миды Тсуна были не настолько уж для них важны.  Должна была быть более серьёзная причина.

Они пытались присвоить меня себе, потому что я научился зарабатывать деньги?

Или они решили, что я бельмо на глазу, и захотели от меня избавиться? Я не знал, какова их истинная цель.

Однако они определённо не замышляли ничего хорошего.

Так что даже после окончания готовки я ни на секунду не расслаблял свои напряжённые эмоции и начал раздавать еду.

◇◆◇

— Просим прощения за вторжение...

Мы с Веной внесли горячий котелок с мясным гиба-супом в Церемониальный зал, в то время как на нас смотрели многочисленные пары проницательных взглядов.

Солнце уже садилось, и в Церемониальном зале было темнее, чем снаружи. Подставки для свечей в углах комнат уже были зажжены. Освещённые оранжевым светом глаза мускулистых морихенцев сияли во тьме, как у диких зверей.

Большой Сход глав домов ушёл на перерыв. Но атмосфера вокруг была невыносимо напряженной.

Мы с Веной прошли сквозь напряженный воздух и направились к каменному очагу у стены.

Судя по внешнему виду, Церемониальный зал изнутри напоминал пещеру. Пол был примерно на метр ниже уровня земли, что делало потолок ещё выше и шире.

Внутри зала было четыре деревянных колонны, соединённых балками — конструкция, необходимая для поддержания куполообразной крыши. Удивительно, но изнутри зал выглядел не таким изношенным, как снаружи.

У каждой из четырёх стен был установлен каменный очаг, а свой котелок мы поставили на ближайший к выходу. Пока мы разводили огонь, никто не произнёс ни звука.

Внутри зала находились главы 36 домов и главный клан Тсун.

У каждого из глав дома были сопровождающие их мужчины — они тоже все собрались здесь.

В общем и целом, здесь было более семидесяти человек, но я не слышал ни шепота, ни болтовни. Все сидели на своих ковриках и спокойно наблюдали за каждым нашим шагом. Все мужчины были в охотничьих плащах, а их клинки были сложены в отдельном углу.

В Церемониальный Зал вело четыре входа. Через противоположный остальные женщины вносили свои котелки. Все молчали, как будто мы все заранее договорились об этом.

Я не знал, как себя вести, но не думал, что хранитель очага должен произносить какую-либо приветственную речь, поэтому ничего не говорил.

Когда мы разожгли огонь и собирались покинуть Церемониальный зал, чтобы принести другие блюда...

Наконец тишину нарушил голос.

— Хранитель очага дома Фа, женщины из клана Ву и дома Лутим... спасибо за вашу тяжёлую работу.

По какой-то причине его голос звучал невнятно, поэтому было немного сложно разобрать, что он говорил.

Я медленно посмотрел в том направлении, откуда раздался голос.

— Значит, это то самое мясо, за которое люди в Почтовом городе готовы платить...  наконец-то могу его попробовать...

Там сидел крупный мужчина, а рядом с ним сидели ещё двое.

Несмотря на то, что посещение было круглым, это было явно почётное место. Позади него находился странный алтарь с черепом большой гибы, смотрящим сверху вниз.

Итак, это глава клана Тсун Зуро Тсун...

Это определённо был он.

Потому что по обе стороны от него сидели старший и второй сын клана Тсун, Дига Тсун и Доддо Тсун.

Дига Тсун покосился на меня с насмешливой улыбкой.

Доддо Тсун смотрел в мою сторону, как голодная дикая собака.

Их отец сидел между сыновьями, а от его зубастой улыбки у меня по спине пробежала дрожь.

Хм...

Вопреки моим ожиданиям, он не казался ни жестоким, ни устрашающим. Однако в нём было нечто странное.

Его тело было массивным — раза в два массивнее, чем у Диги Тсуна.

Он был не так толст, как Мида Тсун, но всё равно довольно грузен.

Волосы у него были редкие, а глаза и щёки отвратительно заплывшие. Ширина его рта была поразительной, как у жабы, которая раздулась после долгого отмокания в воде.

В его одежде не было ничего примечательного — обычный наряд морихенца, но, как и у женщин из Морихена, на его толстых руках и ногах были кучи аксессуаров.

На его груди висело потрясающее количество клыков и рогов.

Для любого морихенца подобное ожерелье — знак охотничьей гордости. Но в моих глазах Зуро Тсун считал его символом тщеславия.

Учитывая его форму тела, он никак не может заниматься охотой...

По форме тела Мида Тсун скорее напоминал фрикадельку. Но он по-прежнему обладал физической силой, такой как способность быстро бегать, а также огромной силой рук.

Однако люди с высоким ростом обычно выглядели устрашающе, но я не мог уловить этого от Зуро Тсуна.

Его поза была ужасной, он слегка сутулился вправо, сидя, скрестив ноги. Его глаза-бусинки светились одержимостью, а на его лице лежала отчётливая печать лени.

Этот человек плохо подходил к титулу вождя племени гордых и серьёзных охотников.

— В чём дело? Ты не слышал, как я тебя поблагодарил...? — снова сказал он своим невнятным голосом, растянув огромный рот в улыбке.

— Не стоит, — поклонился я. — Я работаю за вознаграждение, поэтому в благодарностях нет необходимости.

Я ответил как можно более спокойным тоном, и уголки губ Зуро Тсуна поднялись выше.

— Это действительно так. В таком случае, продолжайте.

— Хорошо.

Мы спокойно возобновили свою работу.

На смену женщинам клана Тсун пришли и начали разносить еду женщины из клана Ву и дома Лутим.

Воздух в Церемониальном зале был невероятно тяжёлым, что не могло не сказаться и на их обычно жизнерадостном настроении. Их лица были невероятно жёсткими.

— ...Нам там тоже нужно поесть...? — когда мы вышли из зала и вернулись в кухонную комнату, Вена сердито пробормотала себе под нос.

— Верно. Таковы традиции.

Женщины клана Тсун разошлись по своим домам, чтобы накормить семьи. Я помнил о традиции, согласно которой "хранитель очага должен есть вместе со всеми", поэтому ожидал, что они останутся на ужин в Церемониальном Зале. Похоже, они ослабили это правило.

И я был очень удивлён, не увидев там Ямиэль и Миду.

— У меня такое тяжелое настроение... Конечно, пока с нами папа Донда, ничего опасного случиться не может... Но атмосфера там ужасная...

Ничего удивительного, ведь в одном месте собрались два враждующих клана вместе со своими сородичами.

Насколько же напряжёнными были их споры во время Схода?

Надеюсь, Ай Фа держалась молодцом.

Что подумали другие главы домов, выслушав её?

Незнание терзало мою душу. Но, несмотря на это, мне всё равно пришлось завершить свою работу.

После супа мы внесли жареный пойтан, жареное мясо в мьям-соусе с арией, стейки из бедра и рёбрышки. Убедившись, что никто не остался обделённым, с раздачей еды было покончено.

— ...Асута, сюда.

Закончив работу, я услышал, как Ай Фа зовёт меня. Мы с Веной подошли к ней. Справа от почётного места собрались знакомые лица.

Донда Ву, Дарум Ву, Дан Лутим, Рау Лей... все 14 родственников клана Ву и Ай Фа сидели здесь.

Мама Миа Лей и Рейна Ву уже присоединились к ним. Они также позаботились о том, чтобы нас с Веной на отведённых нам местах ожидала своя порция еды.

— С тобой всё в порядке? Это здорово, — прошептал я Ай Фа, присаживаясь рядом. У неё было необычайно серьёзное лицо. — ...Как всё проходит?

— Трудно сказать. После того, как глава клана Тсун услышал то, что мы сказали, он просто продолжал улыбаться и настоял, чтобы мы обсудили всё более подробно после ужина.

Поскольку блюда, продающиеся в Почтовом городе, были частью сегодняшнего меню, это могло быть разумным.

— А что насчёт остального? Например, о поведении Доддо Тсуна в городе или их вторжении на свадьбу дома Лутим? Этот сход — отличный шанс поведать обо всём этом, верно?

— Все эти неприятности как обычно замяли. Если глава клана Тсун опускает голову в извинениях, вопрос считается решённым.

Каслан Лутим тоже рассказывал мне об этом их фокусе.

Если их своенравные поступки вдруг всплывают на поверхность, глава клана Тсун использует свой последний приём - «извинение».

Их гордость ничего не стоит.

Но... именно из-за таких людей, как он, всё становится настолько сложно.

Бесстыдные люди самые страшные.

Когда я впервые встретил Доддо Тсуна, я лично в этом убедился.

— ...Что ж, давайте приступим к еде... — невнятно провозгласил предводитель бессовестных. — Мы уже обсудили хранителя очага дома Фа, и это — результаты его труда. Давайте же попробуем, на что они годятся...

А затем он произнес знакомую фразу:

— ...Мы благодарим лесную благодать... Мы благодарим членов Дома Фа, клан Ву и их родственников, а также клан Тсун за то, что позволили нам продлить нашу жизнь сегодня вечером...

Поскольку почти все здесь были мужчинами, в зале эхом разносились низкие голоса, когда они повторяли его слова.

Затем все взяли свои столовые приборы.

...Какие комментарии они дадут?

Это был не просто обычный ужин. В некотором смысле это было похоже на контрольную дегустацию.

Новые методы кровопускания и забоя меняют качество мяса. Мы надеялись придать ему большую ценность, чтобы каждый мог обменять его на деньги. Для достижения этой цели, с помощью клана Ву и дома Лутим, дом Фа в настоящее время открыл свою лавку в городе... Перед началом ужина мы рассказали об этом главам всех домов Морихена.

Сородичи клана Тсун, сородичи клана Ву, меньшие дома, не связанные ни с одной из сторон... у каждого из глав этих домов было своё мнение. Но мы решили не давить на них, а делать только один шаг за раз.

— ...Эй, Молун, а почему рёбрышко только одно?! Я же не наемся! — намеренно понизив голос, пробурчал Дан Лутим.

— Ты хоть понимаешь, что нам нужно было приготовить больше сотни блюд? Хватит ныть, довольствуйся тем, что есть.

— Но...

— Ладно, ладно. Я отдам тебе свою долю, так что угомонись. ...Но я возьму кусочек жареного мяса взамен, хорошо?

Какой мирный разговор между отцом и дочерью. В этой напряженной атмосфере их смелые действия заставили меня расслабиться.

Хорошо, я тоже поделюсь с Даном Лутимом!

Когда я собирался повернуться к нему, по залу разнёсся чей-то тягучий голос.

Говорил наследник дома Тсун, Дига Тсун:

— Неужели ты заработал вот этим вот больше сотни белых медных плиток? Невероятно.

Я тут же начал прокручивать в голове возможные варианты ответа.

Ну, я вполне ожидал, что клан Тсун может с равными шансами как начать хвалить, так и критиковать мою готовку. Похоже, они решили начать со второго.

— Старший сын клана Тсун Дига Тсун, ты там сам с собой разговариваешь или обращаешься к дому Фа? Если хочешь о чём-то нас спросить, спрашивай.

Дига Тсун посмотрел на меня своими мутными глазами.

В тот день, когда Ай Фа подобрала меня в глубине леса, возле её дома поджидал этот человек. Это был первый раз, когда я встретил его, и он был вторым обитателем Морихена, с которым я столкнулся.

В следующий раз я столкнулся с ним примерно через месяц. Он ворвался на свадьбу дома Лутим вместе с Доддо Тсуном и Мидой Тсуном.

Эта встреча была третьей... И я совершенно не боялся этого человека. Впрочем, я в очередной раз убедился, насколько он высокомерен и лукав.

— Да... Глава дома Фа совсем недавно рассказывала, что ты заработал более сотни медных плиток всего за десять дней... Не мог бы ты рассказать подробнее...? — спросил отец Диги Тсуна.

Я отставил свою тарелку в сторону.

— Во-первых, что касается точности этого утверждения, я могу дать вам однозначный ответ: то, что сказал Ай Фа — правда. За десять дней мы продали более тысячи блюд и приняли от клиентов более 200 белых медных плиток. Без учета ингредиентов и других затрат прибыль составила 123 белых медных плитки, что равняется мере рогов и клыков с сотни гиб.

Главы домов спокойно ели, но теперь перешёптывались между собой.

Чтобы другие не думали, что я хвастаюсь, я как можно спокойнее объявил о наших достижениях.

— Однако в первые дни открытия мы не приготовили достаточно порций, поэтому показатели продаж были невысокими. В настоящее время мы можем продавать 150 блюд в день и зарабатывать от 17 до 18 белых медных плиток... Через два дня мы начнём обеспечивать едой гостиницу, и наша прибыль превысит 20 белых медных плиток...

— Это достойный заработок... Очень даже, — вдруг расхохотался Зуро Тсун на весь зал. — ...Может, всё дело в том, что владелец лавки — чужеземец? Жители Геноса ненавидят обитателей Морихена? Станут ли они вообще покупать у нас мясо гибы?

— Очевидно, нам пришлось потратить время, чтобы заработать репутацию у жителей города. Женщины из клана Ву помогали мне непосредственно, так что горожане узнали, как на самом деле живут морихенцы. Их необоснованные предубеждения и страх со временем исчезнут, — я продолжил с чуть большей силой в глазах.

Теперь всё зависело от того, действительно ли опасения людей в городе по отношению к морихенцам необоснованны. Если кто-либо из Морихена действительно совершал серьёзные преступления, это могло изменить дело.

Если хотите разбогатеть, то прекратите свои гнусные поступки, —  вот на что я намекал.

Зуро Тсун по-прежнему слабо улыбался.

Да уж, если бы простая пара слов могла изменить поведение всего клана Тсун, нам бы не пришлось так усердно трудиться. Я незаметно удручённо вздохнул.

— Не всем из присутствующих подобные взаимоотношения с горожанами Геноса могут прийтись по душе. Но Дом Фа делает это не ради денег. Я надеюсь, что все это понимают.

— Да... я слышал, что вы планируете сделать Морихен более процветающим...

Почему?

Почему у меня никак не получается понять, что на уме у Зуро Тсуна?

На его жабьем лице всё ещё играла слабая улыбка, и не было явной злобы, несмотря на его оскорбительный тон.

Он выглядел так, словно этот вопрос вообще мало его интересует.

Если бы он открыто, как Цвай Тсун, продемонстрировал свою одержимость деньгами, мне было бы легче иметь с ним дело. Но я не мог понять, что он замышляет, поэтому не знал, на что делать упор.

Почему он вообще попросил меня прийти сюда...?

Зуро Тсун продолжал поглощать свой ужин, не переставая слабо улыбаться.

В точно такой же глупой улыбке был растянуть и рот Диги Тсуна, кусающего своё мясо.

Доддо Тсун же... Я вообще не обращал на него внимания, но он продолжал пить фруктовое вино.

— Однако... Нужно ли нам это богатство...? — помолчав некоторое время, Зуро Тсун наконец сказал хриплым голосом. — Богатство развращает людей... Как вождь племени Морихена я часто встречаюсь с горожанами Каменной Столицы. Я лучше всех здесь понимаю, насколько это так... Чрезмерное богатство похоже на вино, ведущее к разврату...

Имел ли он право говорить такие вещи?

Не знаю, но я находился не в том положении, чтобы читать ему лекции.

Я закрыл свой рот, но человек, не сумевший смолчать, нашёлся. Это был глава дома Лутим, Дан Лутим.

— Вождь племени Зуро Тсун, если ты это понимаешь, то почему присваиваешь себе все деньги, выделяемые Морихену городом? Если ты думаешь, что чрезмерное богатство похоже на злое вино, тебе следует вернуть их обратно, не так ли?

Он не выглядел взволнованным, но его недовольство было очевидно. Сказав это, Дан Лутим откусил зубами кусок мяса с рёбрышка в руке. Эма Мин Лутим, похоже, отдала ему свою порцию.

— Что за глупый вопрос, Дан Лутим? — ответил молодой голос.

Он пришёл сзади по диагонали, а это означало, что ответивший был не из клана Тсун.

Это был глава дома Лей, Рау Лей.

— Дан Лутим, разве ты не понимаешь, насколько добр и милосерден вождь племени? Чтобы уберечь нас от вреда, он сам выпил всё это злое вино! Неужели ты не понимаешь нечто столь очевидное?

— Как же я сам-то не додумался? Определённо, именно в этом и дело! — расхохотался Дан Лутим.

В следующее мгновение несколько чёрных фигур, сидящих слева от клана Тсун, испустили сильную жажду крови.

— Главы домов Лей и Лутим! Вы пытаетесь без всяких доказательств оклеветать клан вождя племени? Вождь племени уже много раз объяснял, что все деньги используются для защиты сельскохозяйственных угодий Геноса! — сказал крепкий мужчина в меховой накидке с черепом гибы.

Ему вторил его сосед, невероятно раздувшийся от высокомерия:

— Правильно, вождь племени искренне заботится о каждом морихенце и уберегает его от соблазна. Именно поэтому он нанял людей из города и поручил им возвести деревянную стену для защиты городских ферм. У вас нет причин клеветать на него!

— Глава дома Заза, то, о чём ты говоришь, бездоказательно. Ты каждый год оправдываешься одним и тем же извинением, я уже устал это слышать.

Дан Лутим продолжал спокойно жевать свое ребро. Это еще больше разозлило главу дома Заза.

— Я своими глазами видел, как строили эту стену! Чтобы воздвигнуть нечто столь грандиозное, требуется время, а также усилия десятков мужчин Геноса, каждому из которых нужно платить!

Стена для защиты ферм?

Неужели клан Тсун действительно занимается чем-то подобным?

Если то, о чём рассказал этот человек, было правдой, Доре-сану, торговцу овощами, не нужно будет беспокоиться о гибах.

— ...Они говорят о северных фермах. Горожане любят стены. Бабушка Джиба рассказывала мне об этом много лет назад, — прошептала мне Ай Фа.

Понимаю. Фермы жителей Почтового городка располагались к югу от столицы, и вокруг них не было и в помине никаких стен. Следовательно, южные фермы были ничем не защищены от набегов голодных гиб.

— Клан Тсун заявляет, что все деньги уходят на возведение этой стены... Но возможно ли это? — спросил я у Ай Фа как можно тише, чтобы другие не услышали. Ай Фа покачала головой.

— Невозможно. Бабушка Джиба однажды сказала, что стена, защищающая фермы аристократов, была построена несколько десятилетий назад. С тех пор никто и никогда не задумывался о постройке новых.

— Вот как...

— Кроме того, бабушка Джиба однажды со смехом сказала, что эти жалкие крохи, которые выделяет Каменная Столица, настолько скудны, что их нельзя использовать для возведения столь грандиозного сооружения.

В конце концов, даже глава дома Заза был обманут кланом Тсун.

Клан Тсун на самом деле обманул таких страшных людей, что я невольно вздохнул.

Эти люди выглядят так же устрашающе, как и Донда Ву...

Обладая жизненной силой и аурой дикого зверя, каждый из этих морихенцев представлял собой впечатляющее зрелище.

Выпученные глаза Зазы злобно вперились в Дана Лутима и Рау Лей.

— Чрезмерное богатство сделает охотников развратными! Вот почему вождь племени использовал все деньги, чтобы защитить фермы Геноса! У вас есть возражение против его решения?

— Если то, о чём ты говоришь — правда, то никаких возражений не последует. Но ответь-ка мне на один вопрос: сколько же лет нам придётся ждать, пока работа над этой стеной будет закончена? Лично у меня уже начинает заканчиваться терпение, — Дан Лутим ответил безо всякого волнения. Казалось, он так устал от этого разговора, что чуть не зевнул.

Должно быть, этот вопрос не в первый раз поднимается на Большом Сходе глав домов. Родственники клана Ву указывают на недостатки главного клана, родичи клана Тсун защищают главный клан. Похоже, сохраняя подобный баланс сил, клан Тсун долгое время удерживает свой статус.

Донда Ву не участвовал в этих бессмысленных дебатах и пил своё фруктовое вино, но в его глазах горел ужасающий огонь.

Клан Тсун делает всё слишком небрежно...

Если между двумя главными кланами вспыхнет конфликт, то весь Морихен окажется втянут в гражданскую войну, которая разделит его на две части. Разумеется, так будет только в том случае, если могущественные сородичи клана Тсун, такие как Заза и Джин, окажут ему свою поддержку.

Но даже так, клан Тсун продолжал полагаться на обман, чтобы завоевать доверие своих сородичей. Казалось, что их план легко разрушить — в нём было столько дыр, что мы с Камией без особых усилий вполне могли вывести их на чистую воду.

Такая мысль даже пришла мне в голову.

Я знал, что не должен быть слишком самоуверенным, но столь грубый подход клана Тсун к делу казался мне просто оскорбительным.

Мои размышления прервал грубый выкрик:

— ...Это дом Фа пытается принести Морихену чрезмерное богатство! На этом пути слишком много соблазнов, он ведёт только к пороку!

Я удивлённо поднял голову.

Глава дома Заза смотрел на Ай Фа и меня охотничьими глазами.

— Меня не волнует, если ты соблазнила чужестранца и теперь манипулируешь им, чтобы зарабатывать деньги. Это не идёт вразрез с традициями Морихена... Но если ты собираешься смущать умы морихенцев богатством, то я уничтожу вас обоих своим мечом!

Они внезапно переключили тему на нас.

Не могу сказать, что это стало для нас неожиданностью. Вполне вероятно, что услышав речь Ай Фа, подобные мысли пришли им в голову.

Чрезмерное богатство действительно могло стать слишком большим соблазном, ведущим морихенцев к пороку... я тоже беспокоился об этом, ещё когда только планировал открыть киоск в городе.

Но Каслан Лутим и Ай Фа развеяли моё беспокойство.

И теперь Ай Фа смотрела прямо в глаза главе дома Заза, выпрямив спину и приняв гордую позу.

— Глава дома Заза, ты думаешь, что чрезмерное богатство приведёт жителей Морихена к пороку?

— Именно! Хочешь зарабатывать, торгуя мясом в городе — дело твоё. Но не втягивай в это морихенцев. Впрочем, я полагаю, ты вполне можешь ещё и поделиться с теми, кто виляет хвостом перед домом Фа, вроде клана Ву и дома Лутим. Я готовы закрыть на это глаза.

— О...? — огромное тело Дана Лутима затряслось.

Секунду назад его улыбка казалась вполне довольной, но теперь его большие глаза начали кипеть от эмоций.

— Глава дома Заза, ты сказал кое-что интересное. Ты думаешь, что мы связали себя с домом Фа из-за медных плиток?

— Я ошибаюсь? Ваши дома не связаны кровными узами, так с чего бы вам ещё действовать вместе?

— Потому что дома Фа и Лутим — друзья! — взревел Дан Лутим и ударил кулаком по земле, подбросив соломенные тюфяки в воздух. — Кровные узы важны, но это ещё не все! Но ты никогда этого не поймёшь, потому что вы готовы делать всё, что вам прикажет клан Тсун только потому, что вы их родственники!

— Ты снова пытаешься издеваться над главным кланом?!

Атмосфера в зале достигла точки кипения.

Но в этот момент между двумя спорщиками выступил посредник. Это были не лидеры кланов, Донда Ву или Зуро Тсун, это была Ай Фа.

— Главы домов Лутим и Заза, пожалуйста, успокойтесь. Мы ведь говорим о чрезмерном богатстве?

В глазах Ай Фа загорелся серьёзный блеск. Но её тон и выражение были спокойными.

Ай Фа кивнул Дану Лутиму, чтобы успокоить его, а затем повернулась к главе дома Заза и тихо сказала...

Глава 2: Большой Сход глав домов. Часть 2

Часть 2

— От чрезмерного богатства одни только беды... Я понимаю ваши опасения, но решив открыть своё дело в Почтовом городе, мы не думали только лишь над тем, как разбогатеть самим, — отрывисто продолжала Ай Фа. — Всё, чего я желаю — это процветания каждому обитателю Морихена. Многие морихенцы сейчас живут за чертой бедности, и если их жизнь станет лучше, у них будет больше сил для выполнения своего охотничьего долга.

— Ха! — глава дома Заза грубо прочистил горло и продолжил: — Правда ли это? Если морихенцы смогут продавать гиб за деньги, то зачем же тогда вообще охотиться? Одной-двух гиб хватит, чтобы удовлетворить все необходимые потребности за целый месяц. Этот путь порочен!

— А что хорошего в голодании? Или хорошей жизни достойны только большие дома, вроде домов Заза?

— ...Если им не хватает умения, это их проблемы. Именно так мы и тренируем силу наших охотников, — вмешался низкий голос.

До сих пор этот мускулистый человек с черепом гибы на голове только тихо слушал своих товарищей. Он был членом дома Дом.

— Слабаки не имеют права на жизнь. Только сильнейшие охотники продолжат свой род! Если ваше бесполезное богатство позволит слабакам выжить, их неустойчивое наследие будет передано их детям, а это приведёт к гибели всего Морихена!

— Что такое "бесполезное богатство"? Откуда вы знаете, что богатство, заработанное с помощью клыков и рогов гибы, полезно, а богатство, сделанное из мяса гибы, бесполезно? — В глазах Ай Фа бушевало голубое пламя. — Глава дома Дом, клыки, рога, шкуры и мясо — всё это благости, которые нам дарит гиба. Ты можешь объяснить, в чём их разница?

— ...Согласно традиции, последние восемь десятков лет мы используем только клыки, рога и шкуры. Таков мой ответ.

— Но когда и почему появилась эта традиция? Не потому ли, что раньше мы не могли обменивать мясо на деньги? Теперь, когда мы осознали его ценность, я думаю, нам не следует отказываться от него. — Тон Ай Фа стал немного мягче, но её аура не уступала свирепости главы дома Дом. — Вчера я разговаривала с Великой Старейшиной Морихена.

— И что же?

— Я была озадачена. Горожане уже много лет обменивают на деньги и мясо, и шкуру животного по имени "карон". Но мы, морихенцы, просто выбрасываем мясо в лес. Почему так происходит?

Прошлой ночью я тоже это слышал.

Только тогда мы узнали о неизвестной истории Морихена.

— Джиба Ву и другие морихенцы когда-то давно жили в совсем другом месте — это были джунгли страны Джагал. Помимо гигантских тёмных обезьян-людоедов, в джунглях обитали только маленькие змеи и ящерицы... Поскольку людям было строго запрещено есть мясо тёмных обезьян, они могли питаться только змеями, ящерицами и насекомыми.

— Всё это я уже слышал раньше. Ничего особенного, наши предки тоже были охотниками — они убивали тёмных обезьян, чтобы защитить себя и свои семьи, год за годом оттачивая свои охотничьи навыки.

— Это правда. Из шкур этих обезьян наши предки шили себе одежду, и это была их гордость. ...Но ведь именно тогда и зародилась эта традиция — снимать шкуры, избавляясь от мяса.

— ...

— Спустя много лет наши предки переселились из южных джунглей на окраину леса Морга. Тёмные обезьяны перестали быть для них угрозой, и они перешли на охоту на гиб. Теперь они могли есть мясо, добываемое на охоте, но не знали, как правильно с ним обращаться. Но, по словам Джибы Ву, подобная благость всё равно наполняла их сердца радостью.

— Ну и что с того? Нам, как их потомкам, тоже следует довольствоваться малым.

— Нет... я так не думаю. — Аи Фа, должно быть, вспомнила выражение лица Джибы Ву прошлой ночью. Тогда глаза Джибы Ву были странными. Несмотря на то, что они были переполнены печалью, в них был проблеск надежды. — Джиба Ву считает, что морихенцы тогда проявили вопиющую недальновидность. Они намеренно отдалились от горожан, не пытаясь выстроить с ними отношения, и даже не пытались определить причину, по которой мясо гибы нельзя было обменивать на медные плитки. Восемь десятилетий были потрачены впустую, и всё, что чувствует Джиба Ву по их прошествии — сожаление.

— О чём же она сожалеет? Наши предки не сделали ничего плохого! Если бы не путь, который они нам указали, нас бы сегодня здесь не было!

— Джиба Ву сожалеет о том, что они могли указать нам более успешный путь, но не сделали этого. Если бы жизнь в Морихене не была столь суровой, многие из наших предков не умерли бы напрасно.

Тогда несколько тысяч беженцев поселились в Морихене, у подножия горы Морга.

В первые несколько лет почти половина жителей умерла, сражаясь с гибами или умирая от голода. Джиба Ву рассказала мне об этом, когда я впервые встретил её.

— Горожане уже знали, как правильно готовить мясо. Если бы наши предки не отвернулись от них, они могли бы наладить взаимовыгодную торговлю десятилетия назад. Но из-за равнодушия, проявленного тогда, морихенцы до сих пор умирают от голода в своих собственных домах сейчас. Бабушка Джиба считает, что это их грех.

— ...

— Глава дома Дом, я не могу развеять твои опасения по поводу того, что чрезмерное богатство развращает. Однако я считаю, что большее богатство сделает слабые и маленькие дома сильнее. Я надеюсь, что обитателям Морихена больше никогда не придётся голодать. — Ай Фа взглянула на меня. — Можете смеяться надо мной. Но с мастерством Асуты у нас всё получится... Есть ли здесь кто-либо, кто может открыто заявить, что с его кулинарией добиться этого невозможно?

Никто не ответил.

Несмотря на это, глаза Ай Фа стали спокойными и безмятежными. Затем она слегка приподняла уголки губ.

— Я считаю, что его блюда замечательные и вкусные. И поэтому я буду стремиться к тому пути, в который верю... Надеюсь, вы все согласитесь со мной.

В Церемониальном Зале повисла абсолютная тишина.

Большинство людей ещё не доели, но все перестали делать то, что они делали.

Будь то клан Тсун и их родственники, или клан Ву и их родственники... даже женщины, ухаживающие за очагом, главы малых домов, все остановились, затаив дыхание из-за энергии, которую она вложила в свои слова.

И в этот момент кто-то нарушил тишину.

— ...Дом Фоу согласен с главой Дома Фа.

Все головы повернулись на источник голоса.

Мужчина средних лет встал из угла Церемониального Зала.

— Дом Фоу — небольшой, и поэтому у нас не так уж много охотников. Мы с трудом обеспечиваем себя.

У мужчины лет сорока были чёрные растрепанные волосы и такая же борода. Он был высоким и худым.

— Совсем недавно у нас родился ребёнок, но он чуть не умер от голода. Будь у наших мужчин больше сил, наша семья бы столько не страдала.

Его голубые глаза горели в полутёмном зале.

В них была смесь гордости и боли охотника, и они сияли устрашающим светом.

— Нам не нужны подачки из Каменной Столицы. Но то богатство, которое я могу заработать, охотясь на гибу, — моя справедливая награда. Если мы сможем получить больше сил от этого, я клянусь, что мы приложим больше усилий в исполнении нашего охотничьего долга... Следовательно, дом Фоу соглашается с тем, что сказала глава дома Фа.

— ...Дом Латцу тоже согласен, — поднялся его сосед, мужчина лет двадцати. — В этом году мы уже полностью лишились двух родственных домов, домов Мэй и Джиму... Глава дома Мэй был исключительно храбрым охотником, но он заболел из-за небольшой раны и скончался... Будь у нас больше сбережений, мы могли бы купить лекарства в городе и вылечить его.

Его глаза были полны ярости, когда он впился взглядом в главу дома Дом.

— По словам главы дома Дом, слабаки, такие как Мэй и Джиму, заслуживают смерти. Я с ним категорически не согласен, а поэтому поддерживаю главу дома Фа.

— Ни к чему так волноваться. Я уверен, что глава дома Дом не желает никому смерти, — раздался чей-то хриплый голос. Это бы тощий старик с совершенно седыми волосами, как у Джибы Ву. — В Морихене более трёх сотен человек не связаны кровными узами ни с кланом Тсун, ни с кланом Ву. Никто не должен относиться к своей жизни легкомысленно. Если маленькие дома продолжат исчезать, это никому не пойдёт на пользу.

— Старейшина клана Саути... Вы тоже согласны с главой дома Фа? — глава дома Заза посмотрел на старика огненными глазами.

— Согласиться с этой девушкой или нет, будет решать глава моего дома. Однако, когда я услышал слова Великой Старейшины, мои старые кости почувствовали то же самое. Из-за неправильного пути, выбранного нами, старыми дураками, молодым пришлось слишком долго блуждать в потёмках.

Старик был морихенцем, но его глаза были тихими и спокойными. Они грустно оглядели сначала главу дома Заза, а потом нас с Ай Фа.

— Горожане боятся морихенцев, морихенцы же с недоверием относятся к горожанам. Возможно, так было предначертано с самого начала, но мы ведь даже не попытались это исправиться... Может быть, теперь время нас, стариков, наконец-то подошло к концу, и дом Фа может открыть морихенцам новый путь.

— Но разве можно доверять чужестранцу?!

— Он может помочь нам выстроить хорошие отношения с горожанами. Из морихенцев же никто на это не способен.

После того, как старик твердо ответил, лицо главы дома Заза стало еще более свирепым, а щёки покраснели.

— Значит, не только псы из клана Ву, но теперь ещё и клан Саути пытается оклеветать главный клан?! Не забывайте, что именно благодаря клану Тсун у нас до сих пор остаётся связь с Каменной Столицей!

— Это правда, что клан Тсун поддерживает отношения с центром всего Геноса. Но жители Каменной Столицы отличаются от жителей Почтового города... К сожалению, клан Тсун не позаботился о добрососедских отношениях с ними. Неужели вы забыли? Совсем недавно второй сын главного дома обнажил свой клинок в городе.

— Но только потому, что жители Почтового города оскорбляли на морихенцев...

— Глава дома Заза, есть ли в Морихене правило, обязывающее нас обнажать клинки в ответ на оскорбления?

Удивительно, но нашлись и другие кланы, способные открыто заявить свой протест клану Тсун. Я был удивлён.

Старик тихо улыбнулся и посмотрел в нашу сторону.

— Дом Фа, такой старый дурак, как я, не может решить, какой путь следует избрать клану Саути. Но я хочу предложить вам свои благословения.

— Старейшина Мога, если ты действительно так думаешь, не пренебрегай главой своего дома, — молодой здоровяк рядом со стариком величественно поднялся со своего места. — Я глава клана Саути, Дали Саути. У меня вопрос к главе клана Ву. Что вы думаете по этому поводу?

Донда Ву спокойно посмотрел на молодого человека.

— Глава дома Лутим называет дом Фа своим другом. Но на самом деле дому Фа помогают женщины из клана Ву. Считаете ли вы Дом Фа друзьями и стремитесь к той же цели?

— ...Я не собираюсь называть этих людей друзьями, — медленно и тяжело встал Донда Ву. Его голос был низким и неопределённым. — Эта дурёха — женщина, но она каждый день изо всех сил пытается притвориться настоящим охотником. О чужестранце я вообще мало что знаю. С чего бы мне относиться к ним как к друзьям?

— В таком случае, почему же тогда женщина клана Ву им помогают? Просто ради денег? — молодой человек по имени Дали Саути с озадаченным видом склонил голову.

Донда Ву посмотрела на его честное лицо и тихо сказал:

— Они хотят повысить ценность мяса гибы, чтобы его можно было обменивать на медные плитки. Лично я не думаю, что нам удастся вдолбить что-либо в дурные головы городским идиотам. Я всего лишь предоставил свою помощь дому Фа в обмен на вознаграждение.

— Что ж, понимаю. Тогда...

— Однако, если их глупые мечты сбудутся, Морихен обретёт великую силу. — Суровый голос Донды Ву был подобен остро отточенному ножу, прерывая слова молодого человека. Его глаза заблестели, а на губах появилась бесстрашная улыбка. — Чрезмерное богатство может принести Морихену одни беды... Какой идиот это вообще придумал? Настоящую беду Морихену могут принести только такие вот тупоголовые болваны.

— Что ты сказал...? — одновременно загалдели мужчины из дома Заза и Джин.

— Заза, Джин, будь у вас сотня медных плиток, что бы вы стали делать: расслабляться в тенёчке весь день напролёт, пока эти деньги закончатся, или всё же продолжите охотиться?

— Ты насмехаешься над нами, глава клана Ву?!

— Ваша возмущённая реакция — лучший ответ, — улыбнулся Донда Ву.

Кстати говоря, хотя его лицо в последнее время всегда выглядело кислым, теперь он, наконец, показал свою истинную природу.

Это было лицо пламенного героя, который всегда с улыбкой мог сокрушить врага.

— Глава дома Заза, я не издеваюсь над тобой, это ты издеваешься над нами. Ты заявляешь, что чрезмерное богатство испортит морихенцев? Те, кого оно действительно может испортить, вообще не имеют права называться морихенцами! Им здесь не место!

— Но...!

— Если кто-то поддастся подобному искушению, он будет изгнан. Так мы сможем сохранить мир и порядок.

Рот Донды Ву весело скривился.

Он окольными путями оскорблял клан Тсун, практически объявляя ему войну.

Глава дома Заза не понял, что он имеет в виду, и скорчил свирепую мину, услышав слова Донды Ву.

— Клан Ву не нуждается в увеличении своего богатства. То же самое касается и домов Лутим с Лей. ...Но дома Лилим и Муфа по-прежнему слабы. Без помощи своих сородичей они могут вымереть, как и дома Мэй с Джиму.

— ...

— Однако когда дом Фа начал вести дела в городе, благосостояние клана Ву начало неуклонно расти. Наши женщины заняты в городе, кому же дубить шкуры? Тут нам и пригодилась помощь домов Лилим и Муфа... Не это ли называется "сделать жизнь более благополучной"? Я ошибаюсь, глава дома Заза?

— ...

— Наша жизнь трудна. Очень трудна. Лишние деньги могут принести беды? Станем волноваться об этом, когда члены наших семей перестанут умирать от голода!

— Донда Ву, значит, у тебя та же цель, что и у дома Фа? — вмешался Дали Саути.

Дикая улыбка Донды Ву исчезла, и его лицо окаменело от нетерпения.

— Мне повторить? Лично я не верю в эти глупые мечты.

— Но—...

— Но если у них действительно всё получится, обитатели Морихена обретут великую силу. ...Тогда пусть попробуют. У нас нет причин останавливать их, верно?

— Ну и ну... — пробормотал кто-то позади меня.

Я тихонько покосился на источник звука и увидел, что Мама Миа Лей неловко улыбается. Её лицо говорило: «Глава нашего клана определённо упрямый».

— Хм... Это интересно, — раздался невнятный голос, совершенно не соответствовавший атмосфере. Это был Зуро Тсун.

Донда Ву посмотрела на него глазами охотника.

— Однако... им потребуется ещё некоторое количество времени, чтобы реализовать этот план. Наша цель — продавать людям в городе мясо гибы вместо готовой еды, так что это будет сложно... В таком случае, почему бы нам не прекратить торопиться и просто понаблюдать за ситуацией...?

Какой смехотворный комментарий.

Это всё, что он смог выдавить из себя после столь жарких споров? Чего же на самом деле хочет этот человек?

— Какое занудство! Подумать только, цветастые речи дома Фа смогли вас всех одурачить, — медленно произнёс Дига Тсун, стоявший рядом со своим отцом. — Дома Фоу и Латцу... похоже, нам стоит запомнить ваши имена?

Двое глав домов всё ещё стояли в центре Церемониального Зала и смотрели на Дигу Тсуна взглядом, похожим на нож.

Яростный гнев впервые вспыхнул в моем сердце. Но прежде чем я успел взорваться, кто-то, у кого температура кипения была ниже, чем у меня, громко воскликнул:

— Эй, старший сын клана Тсун, что это ты имеешь в виду?! Когда в Морихене появилось правило, запрещающее общаться с домом Фа?! Когда дело касается нарушения правил — ты всегда находишься в первых рядах. Так что помалкивай, пока тебя не спросят! — громко взревел Дан Лутим.

На его лысой голове вздулись толстые вены, а из больших глаз рвалось наружу бушующее пламя.

Правильно... В течение долгого времени многие главы небольших домов вынуждены были рвать все свои связи с домом Фа из-за страха перед кланом Тсун. И вот спустя два года они пытаются изменить эту ситуацию.

Это пламя никогда не угаснет.

— Э-это какие такие правила я нарушаю, глава дома Лутим? Прежде чем бросаться подобными обвинениями, предоставь доказательства! — Дига Тсун по-прежнему дерзко улыбался, но его лицо начало сводить судорогой. Дан Лутим однажды запустил в него гибой весом более ста килограмм, и он, вероятно, вспомнил тот кошмар.

В этот момент я заметил лица других людей — не только Зуро Тсуна, но даже главы домов Заза и Джин выглядели недовольными.

Зуро Тсун, вероятно, хотел меньше неприятностей, но родственники клана Тсун, несмотря на наши разногласия во мнениях, не собирались защищать подлые действия Диги в прошлом.

Они ненавидели Ай Фа, называющую себя охотницей, так же сильно как и Донду Ву, и чужестранца, утверждающего, что он является членом дома Фа. Свои возражения против нас по поводу чрезмерного богатства они высказывали по собственному желанию.

Но даже те, кто верил в главный клан, не могли не испытывать искреннее отвращение к тому факту, что Дига без разрешения проник в дом Фа в ночь, когда Ай Фа потеряла отца.

Дига Тсун же вообще этого не понимал. Он просто продолжал злоупотреблять авторитетом главного клана и не считал, что предел терпения других людей по отношению к нему не безграничен.

Вот почему... он всегда будет мелкой сошкой.

Возможно, нам просто-напросто нужно дождаться того дня, когда Дига займет место Зуро Тсуна, и тогда все проблемы разрешатся сами собой, — такая мысль даже пришла мне в голову.

Как только Дига станет вождём племени, Дом и Заза вскоре потеряют доверие к главному клану.

В таком случае Донде Ву не нужно будет прибегать к насилию, как и отпадёт всякая необходимость в закулисных средствах. Клан Тсун уничтожит сам себя.

Возможно, на это потребуется много времени, но в каком-то смысле это, вероятно, самый мирный способ решить этот вопрос.

Нынешний вождь племени Зуро Тсун посмотрел на Дана Лутима, пытаясь успокоить его:

— ...Глава дома Лутимов, не надо так шуметь... ты ведь говоришь о том, что произошло два года назад? К чему ворошить прошлое сейчас...?

— Если хочешь, чтобы я оставил это дело в покое, попроси своего бесполезного сына заткнуться! Мне просто становится противно каждый раз, когда он открывает рот!

Дан Лутим тяжело сел и скрестил ноги. Затем он рефлекторно потянулся вниз правой рукой.

Я тихонько подтолкнул свою тарелку, и хотя Дан Лутим всё это время смотрел на клан Тсун, он все же безупречно схватил жареное рёбрышко.

Дан Лутим помог мне высказать своё мнение, и для меня это было лишь небольшим знаком моей признательности.

— ...Тебе ни к чему запоминать имена домов Фоу и Латцу. Просто запиши себе в сердце название всего дома Судора, — раздался мрачный голос.

С места, противоположного клану Тсун, поднялся мужчина, которого даже с большой натяжкой нельзя было назвать мускулистым. — Глава дома Судора согласен с главой дома Фа... Наши дома должны жить более благополучной жизнью.

На некотором расстоянии поднялся ещё один мужчина.

— ...Мнение дома Газу совпадает с мнением дома Фа. Когда раньше они говорили о вкусе мяса гибы, я не понимал, о чём они говорят. Но попробовав его, я понял... Есть вероятность, что оно заинтересует жителей города.

"Я тоже, я тоже!" — все вокруг хотели выразить свое согласие, но Зуро Тсун прервал их.

— Уважаемые главы домов, пожалуйста, подождите... Я не собираюсь сейчас судить о действиях Дома Фа... Как я сказал ранее, пройдёт немало времени, прежде чем мы узнаем, смогут ли они достичь своей цели... Поэтому давайте не будем торопиться, а пока просто понаблюдаем...

— Означает ли это, что вождь племени не возражает против действий дома Фа?» — прервал его Дали Саути. — Но ведь родственные дома клана Тсун, дома Заза и Дом высказали свои возражения. Что вы думаете об этом?

— Само собой разумеется, что мнения глав домов Заза и Дом имеют большое значение.  Я действительно думаю, что есть риски, связанные с чрезмерным богатством, и не могу просто их игнорировать. …Однако, как сказал глава клана Ву, придать ценность мясу гибы практически невозможно... Давайте не будем затевать спор по этому тривиальному вопросу...

Зуро Тсун перевёл свой хитрый взгляд с главу дома Заза и остальных. Те недовольно стояли на месте.

— Главы домов Заза, Джин и Дома, родственные дома клана Тсун... Можете ли вы оставить решение этого вопроса на меня...? Таким образом, пока мы не определим, принесёт ли дом Фа процветание или беду, мы сможем поддерживать порядок в Морихене обычным образом...

— Если такова воля вождя племени... — сдержанно ответили глава дома Заза и остальные и сели.

Увидев это, Донда Ву тоже занял своё место.

Представители домов Фоу, Латцу, Судора и Гечи, а также мужчины из клана Саути также последовали указаниям вождя племени, в результате чего атмосфера в зале слегка расслабилась.

— Глава дома Фа и хранитель его очага, решение по вашему вопросу будет вынесено на следующем Большом Сходе... До этого дня усердно работайте для достижения своей цели...

Ай Фа серьёзно кивнула.

— Асута... Что происходит...? — Вена Ву схватился за подол моей футболки. — В конце концов, они ведь так ничего и не решили...

— Хмм... кто знает?.. Кажется, на какое-то время всё улажено.

В некотором смысле, вождь клана Тсун сказала нам: «Делайте, что хотите. Пока что».

Следовательно, если мы сделаем всё как надо, у громил из Заза и Дома не будет повода нападать на нас.

Неужели клан Тсун позволит нам так легко добиваться своего?

Этот человек Зуро... Неужели он просто спустит всё на тормозах?

Конечно, я бы предпочёл, чтобы он принял решение, позволив всем проголосовать и согласившись с мнением большинства.

Хотя четыре дома, включая Фоу и Судора, согласились с нами, здесь собралось 37 домов. Сколько же глав согласились со мной и Ай Фа? Мы и рассказали-то всем об этом только для того, чтобы узнать их мнения.

Но клан Тсун пришёл к выводу: «Обсудим это в следующем году».

Тем самым, они свели все наши усилия по убеждению этих людей, практически к нулю.

Донда Ву недовольно глотнул фруктового вина. Дан Лутим тоже рассеянно жевал белые косточки. До начала Большого Схода, они оба, вероятно решили: если дело дойдёт до прямого столкновения, они не отступят. Я был рад, что дело не дошло до насилия, но теперь им негде было излить свой гнев.

Клан Тсун настаивал на том, чтобы я хранил их очаг ради Миды Тсуна... Но что же их интересует в действительности?

У Ямиэль был злобный вид, но я ничего не почувствовал от Зуро Тсуна. Он казался медлительным, ленивым и слабым. У него было небрежное отношение, и его не заботило будущее, если он сможет сохранить нынешний мир.

Было ли это истинной природой человека по имени Зуро?

За всем этим стоит Ямиэль...? Но даже в этом случае ничего особенного нельзя будет сделать после того, как Большой Сход закончится. Если Дига, Доддо и другие воспрепятствуют нашему бизнесу, они пойдут против решения вождя племени... В конце концов, каков их мотив?

На лице Зуро Тсуна появилась довольная улыбка. Дига казался немного раздражённым. Доддо тихо пил.

Мы... переоценили нашего врага?

Мы решили, что они нечто большее, чем простая кучка хулиганов?

У меня не было возможности узнать.

Я не получил должного ответа... и, наконец, ужин закончился без каких-либо проблем.

Когда клан Тсун объявил об окончании Большого Схода глав домов, все вернулись в свои дома. Остальным участникам пришлось спать прямо в Церемониальном зале.

Пережив эту ночь, мы могли вернуться в наш милый дом.

...Но, конечно же, всё не может вот так вот просто закончиться, — думал я про себя, убирая после ужина.

Кем бы ни были в действительности люди клана Тсун, мне ни в коем случае нельзя их просто игнорировать.

Как только Дига унаследует положение вождя племени, весь его клан отправится к гибели. Несмотря на это, я не мог ждать пять или даже десять лет. Это было проблемой не одного только Морихена.

В моей голове промелькнули лица Милано Маста, Доры-сана и Юми. Я вспомнил всё, что они говорили. Даже если они и поверили мне и окружающим меня людям, они всё равно не могли вынести существования обитателей Морихена... это было их общим мнением. До тех пор, пока существуют провокаторы из клана Тсун, мы не сможем достичь взаимопонимания с людьми Геноса.

И мёртвые глаза этих женщин, которых мы здесь встретили... нельзя просто оставлять их как есть. Даже если я благополучно переживу эту ночь, всё равно останется гора проблем.

Ну, ничего, завтра будет только завтра... — тихо думал я про себя.

Тогда мне казалось, что можно оставить все эти проблемы на потом.

Что же касается меня, уже знающего, чем всё закончится...

Той ночью в деревне клана Тсун нас настигла настоящая катастрофа.

Глава 2: Большой Сход глав домов. Часть 3

Часть 3

— Хорошо, тогда остальное я оставляю на тебя, Дарум.

С этими словами Донда Ву покинул Церемониальный зал. Он взял с собой всех женщин, кроме Ай Фа. Главы домов должны были остаться на ночлег в самом зале, но к женщинам это не относилось. Поэтому клан Тсун предоставил им пустую гостевую хижину.

Донда Ву чувствовал тревогу из-за необходимости оставлять женщин в пустом доме одних, поэтому собирался провести ночь вместе с ними.

— ... Асута, Ай Фа, вам лучше пойти с нами.

До самого конца Мама Миа Лей продолжала за нас беспокоиться. Но мы всё же решили остаться в Церемониальном зале.

Оставаться в закрытой комнате было определённо безопаснее, чем шататься по округе. Дига и Доддо Тсун вполне могли пойти против приказа главы своего клана. Но раз уж сородичи клана Тсун так же собирались провести ночь в Церемониальном зале, они не осмелились бы действовать у всех на глазах. Кроме того, здесь и кроме самого Донды Ву хватало воинов — целых тринадцать человек во главе с Даном Лутимом и Рау Лей. Конечно, нельзя было игнорировать и десятки нейтральных жителей, которые также оставались здесь на ночь. Даже если клан Тсун и замыслил что-то подлое, им предстояло прорваться сквозь эту надёжную баррикаду.

Кроме того, была еще одна причина, по которой мы решили остаться здесь, помимо соображений безопасности.

Нам нужно было взаимодействовать с другими домами.

Главы домов, согласившиеся с домом Фа, и любопытные собрались вокруг нас и продолжали задавать нам вопросы.

Спрашивали в основном глава клана Саути Дали Саути и их старейшина Мога Саути.

— Мы живём в южной части леса. Наш клан возглавляет пять родственных домов, и вы можете считать нас третьим по величине кланом после клана Тсун и клана Ву.

Дали Саути произвёл на меня впечатление честного человека, имеющего свой стиль. На его прямоугольном лице появилась улыбка, когда он представился.

— Вот почему мы не можем легко встать на чью-либо сторону. Заключи мы союз с кем-то из вас, баланс сил между двумя кланами будет нарушен... Более того, наша деревня находится ближе к клану Ву, поэтому клан Тсун может начать доставлять лишние проблемы.

— Понимаю.

— У нас нет намерений сеять хаос в Морихене, поэтому мы всегда были особняком... Кроме того, мы все из одного племени и опечалены враждебностью между кланами Тсун и Ву. Честно говоря, я надеюсь, что они смогут прекратить свою вражду и сосредоточатся на жизни настоящих охотников.

Побочные ветви клана Ву пили вино и веселились неподалёку. Смех Дана Лутима грохотал без перерыва.

— Ай Фа и Асута из дома Фа, даже если мы игнорируем борьбу за власть между кланами Тсун и Ву, мы не можем игнорировать то, что делает дом Фа. Надеюсь, вы сможете подробно объяснить мне весь план.

Главы домов из побочных ветвей клана Саути, равно как и других домов, таких как Фоу и Лацу, придвинулись ближе.

За исключением 7 домов из побочных ветвей клана Ву, 8 домов, связанных с кланом Тсун, и дома Фа, был еще 21 дом меньшего размера. Около восьми десятых из них собрались вокруг нас. Не все были согласны с нашим мнением, но все хотели получить более точную информацию.

— До меня доходили слухи, что люди из клана Ву обучились технике, называемой кровопусканием. Все ли могут этому научиться...? Если мы этому обучимся, всё ли мясо гибы будет на вкус таким же, как сегодня вечером?

— Да. Иногда что-то может не получиться, но научиться кровопусканию совсем не сложно. Клан Ву и дом Лутим разобрались во всём всего за несколько дней. Да у меня и самого не так уж много опыта в разделке гибы... Кстати, вам ужин понравился?

— Было очень вкусно. Откровенно говоря, моё сердце чуть не остановилось от удивления. — Дали Саути поскрёб голову своими огромными пальцами. — Оставим вопрос с вашими делами в Почтовом городе на потом. Сперва поговорим о технике кровопускания. Честно говоря, мы живём на отшибе. Наши ближайшие соседи — только дома Мин и Маму. Сможем ли мы научиться этой технике в подобных условиях?

— Да, я уже обсуждал этот вопрос с Касланом Лутимом, старшим сыном дома Лутим. Если расстояние слишком велико, вам просто нужно обменяться людьми на несколько дней.

— ...Обменяться людьми?

— Ну да. Вот пример: дом Лутим и клан Саути могут послать в гости друг к другу по два человека. Мужчины из клана Саути станут изучать техники в доме Лутим, в то время как мужчины из дома Лутим продемонстрируют свои навыки в деревне клана Саути. Таким образом, количество мужчин в обоих домах будет одинаковым. Мужчины смогут учиться и одновременно выполнять свои охотничьи обязанности.

Услышав это, Дали Саути расширил глаза, и другие главы домов тоже начали переговариваться между собой.

— Это... интересный метод. Но тогда мужчинам из домов, не связанных кровными узами, придётся провести несколько дней в домах друг у друга...

— Так и есть. Впрочем, если у двух домов нет доверительных отношений, они не могут позволить себе такой экстремальный метод... Но Каслан Лутим считает, что так морихенцы смогут укрепить своё доверие друг к другу. В конец концов, от деревни до деревни путь неблизкий, поэтому если оставить всё как есть, со временем отношения между домами будут только слабеть.

— ...Старший сын дома Лутим — наследник главы дома Лутим?

— Да, верно.

— Как интересно. Наследник этого шумного здоровяка действительно придумал столь сложный метод. Я действительно хочу встретиться и поговорить с ним.

Взгляд Дали Саути чем-то напомнил мне взгляд самого Каслана Лутима.

Да и не только взгляд... его массивная фигура, ощущение искренности, спокойная зрелость, логичный и устойчивый характер — всё это напоминало Каслана Лутима.

Эти двое, да ещё и Джиза Ву — Дига Тсун никому из них даже в подмётки не годился.

Впрочем, мнения этой троицы не то чтобы полностью сходились. Но я подумал, что это даже хорошо.

Джиза Ву в первую очередь заботился о сохранении порядка в Морихене, Каслан Лутим был знаменит своими революционными идеями, а консервативный, но энергичный Дали Саути... я подумал, что для этих выдающихся молодых людей было важно обменяться своими взглядами и найти правильный путь.

...Конечно, сам-то я — посторонний, и не могу брать на себя слишком много. Однако я надеялся, что обитатели Морихена воспользуются моими идеями в качестве наброска и сами найдут лучший маршрут.

Моя возможная неудача как члена Дома Фа, также стала бы неудачей Ай Фа. Следовательно, я должен был принять решение пойти тем же путем в будущее, что и эти способные молодые люди. Мне нужно было набраться смелости и озвучить свои взгляды на правильный путь.

Кроме того...

Путь, который выберет Ай Фа, может оказаться тем же самым путём, что выберет группа этих выдающихся молодых людей.

Когда я увидел, как Ай Фа обменивается взглядами напрямую с главами домов Заза и Дом, такая мысль пришла мне в голову.

Ай Фа не просто повторяла точку зрения Каслан Лутим, она использовала свои собственные слова, чтобы убедить всех слушателей. Подумав о том, что сказала и почувствовала Джиба Ву, она сформировала своё собственное мнение, исходя из собственных чувств. Думаю, этого было бы сложно достичь даже Джизе Ву или Каслану Лутиму.

Что же касается побочных ветвей клана Тсун...

Я медленно перевёл взгляд.

Глава дома Заза сидел в углу, напротив Дана Лутима и пил фруктовое вино.

Мама Миа Лей назвала их ещё более упрямыми, чем Донда Ву. Они придавали большое значение правилам, обычаям и порядку, и были консервативной и негибкой группой. Вряд ли они питали особую симпатию к нам с Ай Фа.

Впрочем, я не считал их врагами. Их действия были вполне в духе морихенцев. Смогу ли я добиться их признания и всё-таки совершить первую «революцию» в истории Морихена?

По-настоящему же меня волновал сам клан Тсун.

— Глава Дома Фа. — Из глубоких раздумий меня вывел чей-то голос. Это был глава дома Фоу. — Наш дом разорвал все связи с твоим из-за натянутых отношений между тобой и кланом Тсун. Как глава дома, я решил, что наше дальнейшее общение может быть опасно.

Ай Фа тихо повернулась к нему.

Глава дома Фоу сжал правую руку и прижал её к земле, склонив голову.

—Должен признать, что это решение было ошибочным... Следовательно, я надеюсь, что дом Фа сможет вновь возобновить отношения с домом Фоу.

— ...Глава дома Фоу, я не считаю, что ваше решение было ошибочным. От дураков-сыновей клана Тсун можно ожидать чего угодно. — Ай Фа неуклюже положила руку на плечо главы дома Фоу. — Вы приняли такое решение только для защиты своей семьи. В этом нет ничего постыдного.

— ...Но даже несмотря на то, что мы разорвали с тобой отношения, ты всё равно сочувствовала нашему положению и одарила нас шкурами. И мы...

— Это недоразумение. — На лице Ай Фа появилось недовольство. — Я уже говорила вашим женщинам. Я ничего вам не дарила... Да и вообще, забудем об этом и лучше поговорим о кровопускании и разделке, раз уж вы согласились с моим предложением. Асута, тебе ведь потребуется довольно много мяса, верно?

— Верно. К концу синего месяца нужно запастись целой горой вяленого мяса. Ещё есть заказ на обеды из гостиницы. Мяса понадобится очень много, и мы не можем больше полагаться в этом на клан Ву.

Глава дома Фоу понимающе посмотрел на нас с Ай Фа.

Я вдруг вспомнил, что к нам как-то раз заходила женщина по имени Селис Вон Фоу. Может, она невестка или дочь дома Фоу? Я подумал и кивнул.

— Время ещё есть, но его не так уж и много. Если дом Фоу согласится поставлять нам мясо, мы заплатим за него медными плитками.

Я сделал это предложение по совету клана Ву.

Продолжайся всё в том же духе, и всё богатство окажется сосредоточенно среди родственников клана Ву. Они опасались вызвать гнев мелких домов и надеялись, что я смогу распределить богатство более равномерно.

Глава дома Фоу снова тихо опустил голову. В этот момент, внимательно прислушивавшийся Дали Саути зевнул:

— Эх, нам ещё есть что обсудить, но уже поздно. Похоже, они закончили со своим вином, так что и нам пора на боковую.

Дан Лутим уже махал нам из центра Церемониального зала:

— Эй~, Асута, Ай Фа, сколько можно болтать? Идите сюда!

— Понятно ... Что ж, тогда давайте поговорим об этом завтра.

— Хорошо, на обратном пути у нас будет время всё обсудить. Там хотя бы рожи этих из клана Тсун не будут портить мне настроение.

Главы домов Саути и Фоу также вышли на открытое место. Мы с Ай Фа подошли к Дану Лутиму.

— Здесь! Просто спите в этом месте! — Дэн Лутим похлопал по полу.

Это был центр Церемониального зала, окружённый родственниками клана Ву.

— З-здесь? Не думаю, что у меня получится спокойно выспаться в таком месте.

— Чего это? Что бы там ни замышлял клан Тсун, они не смогут наложить на тебя руки, если ты спишь здесь! Когда они переступят через мое тело, я им всем ноги поотгрызаю!

Дан Лутим от души рассмеялся и лег. Дарум Ву и Рау Лей последовали его примеру.

Это была действительно прочная баррикада. Церемониальный зал мог быть и просторным, но после того, как семь десятков человек улеглись, не осталось места даже для ходьбы. Никто не мог пересечь эту человеческую баррикаду и приблизиться ко мне и Ай Фа.

— Эммм... давай тогда тоже спать?

— Да.

Ай Фа села.

Интересно, во время Большого Схода в прошлом году она тоже спала в Церемониальном зале в окружении мужчин? При мысли об этом у меня подступил ком к горлу.

Ладно, всё равно другие мужчины не станут вести себя так же мерзко, как клан Тсун. Но всё равно это немного опрометчиво с её стороны.

Отодвинувшись от Ай Фа подальше, насколько позволяло это тесное место, я лёг. Однако все мои потуги оказались тщетными. Ай Фа крепко прижалась ко мне.

— Болван, держись поближе ко мне.

Ай Фа находилась очень близко.

Её пальцы крепко обхватили мою грудь.

— А-Ай Фа, это...

— Шумный. Устала, поговорим завтра. — Она крепко прижалась лбом к моему правому плечу. — Я так устала. За один день на целый год вперёд наговорилась... Голова болит.

— ...Да, ты сегодня очень хорошо потрудилась. — Волнуясь о том, что Дарум Ву может подглядывать за нами откуда-нибудь, я нежно погладил Ай Фа по голове. — Спокойной ночи, Ай Фа. Отдохни хорошо.

— Хммм....

Ай Фа заснула быстрее, чем обычно, и вскоре ровно задышала.

Как-то раз Джиза Ву сказала мне, что никогда и представить не могла, что главе доме Фа доведётся решать будущее всего Морихена.

Я посмотрел на такое беззащитно-наивное лицо спящей Ай Фа и задумался.

Она не должна нести такое тяжёлое бремя в одиночку. Будущее Морихена должны решать все морихенцы сообща. Но определённо, Ай Фа сыграет в этом и свою роль тоже...

Что же касается главного клана племени, мы как-нибудь с ними разберёмся.

Я уже начал понимать, как решить эту проблему. Проще говоря, нам следует создать ситуацию, когда дома Дом и Заза покинут клан Тсун... Если мы объединим грубую силу клана Ву и мои коварные схемы, это будет совсем не сложно.

Несмотря на то, что на первый взгляд все мои усилия на Большом Сходе пропали впустую, я наконец-то придумал способ решить проблему клана Тсун раз и навсегда.

Кроме того, мы познакомились с кланом Саути и домом Фоу.

И теперь единственной по-настоящему насущной проблемой, с которой мы столкнулись, оставался Мида Тсун, который потерял голову от моей кулинарии.

Впрочем, я уже придумал, как разобраться и с ним тоже. Завтра утром я запланировал пригласить его в деревню клана Ву.

Мой план был очень прост: «Если ты хочешь попробовать вкусное мясо, ты должен научиться готовить сам».

Другими словами: «если не хочешь, тебе придётся отказаться от этой идеи».

Я планировал предложить это Зуро Тсуну в присутствии людей из побочных ветвей его клана.

Мида Тсун был очарован моей готовкой. Если это продолжится, он может увязаться за нами в город и начать создавать там проблемы. Я планировал использовать причину, по которой Ямиэль угрожала мне, чтобы предложить способ решения этой проблемы.

Да и помимо самого Миды, желающие морочить нам голову тоже могут найтись. Поэтому я надеялся, что клан Тсун сам сможет научиться кровопусканию и разделке.

Даже если дома Заза и Дом станут возражать против того, чтобы посылать одного из членов клана Тсун в деревню Ву в одиночку, и захотят отправить с ним кого-нибудь для сопровождения, это будет даже лучше.

Когда я предложил это после обеда, Донда Ву на мгновение задумался и сказал: «Делай, что хочешь».

Вероятно, он понял мои истинные намерения. Я решил, что нам не следует враждовать с Заза и Дом, а клан Ву должен вместо этого углубить свои отношения с ними. Это лишило бы клана Тсун влияния. Это была схема, которую я придумал.

У самого же клана Ву не было никаких причин враждовать с побочными ветвями главного клана. Тсун — вот те, кого они по-настоящему презирали.

Я никогда не думал, что аппетит Мида Тсуна станет точкой прорыва. Как интересно.

Человек, представляющий собой самое настоящее воплощение обжорства — если он примется за охоту с удвоенным рвением, это может немного очистить гнетущую атмосферу, царящую в клане Тсун.

Мужчины будут охотиться, а женщины — готовить. Чтобы есть по-настоящему вкусные блюда, вся семья будет трудиться сообща и делать свою жизнь более благополучной. Я надеялся, что они получат от этого радость и снова оживят свои мёртвые глаза.

Для меня эти несчастные люди — жертвы. Как только я раскрою истинную природу клана Тсун, мы сможем лишить власти вождя племени, не проливая крови.

Это может занять некоторое время, но клан Тсун катился по наклонной уже несколько десятилетий. Нельзя заставить их открыть новую страницу своей истории, не приложив определённые усилия.

Впрочем... всё это дела будущих дней.

А сейчас, прежде чем закрыть глаза в этом тусклом свете, я посмотрел на очаровательное спящее лицо Ай Фа.

◇◆◇

Спустя неопределённое количество времени я почувствовал какой-то странный дискомфорт, вырывающий меня из объятий тяжёлого сна.

...Что случилось?

Я не понимал, что происходит. Но казалось, что всё пошло наперекосяк.

В моей голове звенел сигнал тревоги.

Я всё ещё был в полусне, когда незнакомое чувство «диссонанса» закралось в мой мозг. Что это за запах?

Это был странный запах с оттенком сладости, возбуждающий мою носовую полость. Что это такое?

Я с трудом разлепил тяжёлые веки.

Мир вокруг был окутан тьмой. Свечи уже перегорели. Моя голова была невероятно тяжелой. Как и моё тело.

Какая-то часть моего мозга всё ещё отказывалась просыпаться. Это сонный паралич?

Нет...

Если это сонный паралич, то что это за запах? Он... очень неприятен.

Мой нос, горло и лёгкие решительно протестовали против того, что этот запах проникает в моё тело. Похоже, именно он и стал причиной диссонанса и тревоги в моём мозгу.

Клан Тсун... пытается убить всех ядовитым газом...? — такая невероятная мысль пришла мне в голову.

В следующее мгновение меня охватило сильное чувство тревоги, и я в панике попытался встать. Однако моё тело не могло угнаться за моим разумом.

Я волновался, но тело отказывалось подчиняться командам, двигаясь неловко и медленно, точно черепаха. Я почувствовал тёплую тяжесть на груди.

Это была Ай Фа.

Пальцы Ай Фа.

Я поднял правую руку, которая была настолько неповоротливой, что казалась чужой, и накрыл её пальцы своими.

Я медленно почувствовал тепло её тела.

Она глубоко спала, но во сне продолжала крепко держать меня за грудь. Я попытался позвать её по имени. Но горло перехватило, и я не смог выдавить из себя не звука. В этот момент я понял, как сильно у меня пересохло во рту.

Это было не моё воображение, да и глаза болели.

Всё мое тело казалось иссохшим.

Это... дым...?

Какая-то свеча опрокинулась, и от неё занялось огнём всё деревянное здание?

Нет, в этом случае нас бы уже поглотило море пламени.

Кроме того, остальные заподозрили бы неладное раньше меня. В конце концов, здесь собрались представители элиты Морихена.

Все ещё спят...?

В Церемониальном зале не было окон, поэтому вокруг царила кромешная тьма.

Я всматривался в темноту, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь, но так ничего и не увидел. Полнейшая тишина в зале казалась мне порождением кошмарного сна.

Я даже не слышал храпа Дана Лутима.

Я мог только ощущать тягучую сладость этого запаха и тепло пальцев Ай Фа.

В любом случае... нам конец, если мы останемся здесь...

Я вытянул из-под рубахи полотенце и прикрыл им рот и нос. Это немного облегчило дыхание.

Кроме того, когда я сел, приторный запах стал слабее.

Я понятия не имел, что это такое, но, вероятно, он был плотнее воздуха — похоже, это было что-то вроде сжиженного газа.

Хорошо...

Я нащупал руку Ай Фа в темноте и обнял её за спину левой рукой. И как раз когда я пытался поднять её тело...

Я увидел их.

— Что? Этот сопляк не дрыхнет?

До меня донёсся голос молодого человека. Он был полон злобы. Голос был низким, медленным и невероятно раздражающим.

Это был Дига Тсун.

— Почему он проснулся? Тай Тсун, неужто листья мерамера слабее действуют на чужестранцев?

— Хм... Сомневаюсь, — бесстрастно ответил Тай Тсун.

В тот же момент позади меня загорелся оранжевый свет. Я медленно повернулся.

Дига Тсун, Тай Тсун и даже Доддо Тсун были здесь. Дига держал зажжённый подсвечник.

У двух других в руках ничего не было. На поясе у каждого висел клинок.

И... у каждого из них рот был прикрыт тканью.

— Неважно, даже если этот тощий засранец не спит, это не имеет значения. Поторопимся и покончим с этим, — скомандовал Дига Тсун со злобной ухмылкой.

Двое других медленно приблизились ко мне.

Я не мог ничего поделать. Сила моих рук не могла потягаться с силой рук обитателей Морихена, а тело было тяжёлым, будто налилось свинцом.

— Стойте... — с трудом выдавил я из себя.

Мой голос походил на хныканье болезненного старика.

Доддо Тсун потащил меня за собой, а Тай Тсун взялся за Ай Фа. Её безвольные пальцы оторвались от моей груди.

Что же это такое? Что происходит?

Это походило на самый глубокий кошмар и не чувствовалось реальным.

— Не дёргайся. Все, кроме тебя, крепко спят.

Дига Тсун презрительно рассмеялся и врезал ногой по голове лежащего на боку неизвестного мужчины.

Тот даже не шевельнулся, как труп.

— Я только что сжёг листья мерамера. Это трава, которую я купила у шамана Сему. Вот знал бы о такой удобной вещице раньше...

Травы... вызывающее сонливость, как снотворное?

Неужели он использовал их, чтобы погрузить в глубокий сон всю элиту Морихена?

— Любой, кто вдохнёт дым листьев мерамера, не проснётся, даже если ему перережут горло. Я отдал целых пять белых медных плиток за какой-то жалкий пучок... Да ну и пусть, оно того стоит.

Мутные глаза Диги Тсуна переместились на Ай Фа.

Я бессознательно поднял кулак, но Доддо Тсун остановил меня.

— Заткнись и пошли. Если продолжим здесь торчать, тоже заснём.

Итак, нас утащили из Церемониального зала.

По пути они пинали мешающих пройти людей, но никто из них даже не шелохнулся. Это было плохо.

Это было худшее развитие событий.

Эти парни... выглядели очень злобными. Они совершенно рехнулись.

— Думаете... это вам сойдёт с рук?

Когда меня выволокли из зала, мне стало легче дышать, и я наконец смог выдавить несколько слов.

Но я всё ещё не мог громко кричать.

— Вы осмелились поступить так с главами всех домов Морихена...? Клан Тсун бросает вызов им всем...?

— Заткнись, чужестранец, и не смей дерзить. — Доддо схватил меня за руки, а Дига наклонился прямо к моему носу с жуткой улыбкой. — Кроме того, зачем им обвинять в чём-то клан Тсун? Они должны одарить нас своими благословениями.

— Одарить благословениями...?

— Вот именно. Помолвки старшего сына и дочери в один день. Разве это не повод для праздника?

По моей спине пробежал холодок.

Мутное ощущение, которого я никогда раньше не чувствовал, бурлило в моём животе.

— Дига Тсун возьмёт Ай Фа в жёны. Асута из дома Фа обручится с Ямиэль Тсун. Ваш жалкий домишко находится на грани исчезновения. Гордитесь, что станете членами нашего великого клана.

— Это что, шутка...? Думаете, мы на это согласимся?

Дига Тсун, удивлённый моим напором, немного отступил.

Затем он рассмеялся с ещё более уродливым выражением лица:

— Д-да кто вас будет спрашивать? И не смотри на меня так свирепо. Откажетесь — мы просто столкнём вас обоих с обрыва! А остальным главам домов скажем, что дом Фа покинул Морихен и сбежал в город!

— Дига, не ори. Глава клана Ву спит в пустом доме, а не в Церемониальном зале.

Когда Дига услышал пьяный голос Доддо Тсуна, он вздрогнул.

— Н-не пугай меня, Доддо. Тай, ты отвёл людей клана Ву в пустой дом на самом южном конце деревни, верно?

— Да, я сделал, как ты просил.

— Тогда не о чем беспокоиться. Этот дом находится слишком далеко, они не услышат нас, сколько бы мы ни кричали... Эй, ты, подумай головой. У тебя осталось только два варианта: либо ты будешь мужем Ямиэль, либо станешь кормом для мунто у подножия утеса.

Дига повернулся к Тай Тсуну, который держал обмякшее тело Ай Фа.

— Отнеси её ко мне в дом. Она ещё не скоро проснётся, но ты всё равно свяжи её как следует. Когда я закончу с Ямиэль, я сразу же подойду.

— Хорошо, — Тай Тсун повернулся, чтобы уйти.

— Стой! — крикнул я ему в спину. — Если ты сделаешь что-нибудь с Ай Фа... я никогда тебя не прощу.

Дига Тсун снова в испуге отшатнулся.

Несмотря на ухмылку, его лицо побледнело. Тай Тсун, казалось, не обратил на мой крик никакого внимания.

— ...Не простишь, говоришь? И что же ты сделаешь, козявка? — Когда Доддо Тсун заговорил, я почувствовал резкую боль в голове. Он схватил меня за волосы и сильно дёрнул. — Чужестранец отклоняет предложение Ямиэль? Отлично, я тоже не собираюсь позволять тебе становиться членом клана Тсун! Я тебе ноги и руки переломаю, чтобы ты не смог сбежать, а потом сброшу прямиком в логово мунто.

— ...Попробуй, если сможешь.

В глазах Доддо Тсуна вспыхнул злобный огонь, как у голодной собаки. Его лицо находилось напротив моего, но я не отводил взгляд, смотря прямо ему в глаза.

Доддо Тсун удивлённо вздрогнул и, словно ему стало стыдно за свою слабость, скрипнул жёлтыми зубами.

— Хорошо, именно так я и сделаю. И когда это время настанет, мы посмотрим, будешь ли ты таким же храбрецом... Пойдём, Дига. Тай, ты тоже поторопись.

— Да.

Фигура Ай Фа исчезла на другом конце темноты.

Я так сильно стиснул зубы, что мне показалось, словно они вот-вот треснут. Я сделал глубокий вдох, втянув в себя свежий воздух. Сила медленно начала возвращаться к моим конечностям.

Доддо всё ещё продолжал меня тащить, но я восстановил примерно половину своих сил.

Но... этого было недостаточно.

Я всё ещё не мог избавиться от них и сбежать.

Но... но я обязательно это сделаю.

Я не позволю им навредить Ай Фа.

Они сказали, что Донда Ву находится в доме на самом южном краю деревни, верно?

Мелкие ничтожества вроде них всегда любят сболтнуть лишнего.

В то время как в моём животе медленно разгоралось бушующее пламя... я стал пленником жестокого клана Тсун.

Глава 3: Роковая ночь. Часть 1

Глава 3

Роковая ночь

Часть 1

— ...Ямиэль, я привёл твоего мужа, — постучав в дверь, негромко позвал Дига Тсун.

Дом Ямиэль находился на самой окраине клановой деревни.

Поскольку единственным источником света была свеча в руке Диги Тсуна, я с трудом различал всё вокруг. Но если судить по направлению, в котором мы двигались, он отволок меня ближе к западу.

Донда Ву же спал в доме на востоке. Я всё больше и больше отдалялся от него. Хоть сила и вернулась к моим конечностям, голова всё ещё кружилась. Я не мог идти прямо, поэтому Доддо схватил меня за воротник и тащил за собой.

От тревоги за Ай Фа у меня чуть сердце из груди не выскакивало. Следовало торопиться. Если я потерплю неудачу, нам обоим конец.

— Да... Да, это правда... Нет, всё прошло гладко... — шептал в дверную щель Дига. Наконец он посмотрел на меня. — Хорошо, жених наконец-то встретит невесту... Сопляк, относись к ней со всей нежностью и любовью, понял меня?

Доддо оттащил меня к двери и заставил стоять прямо.

Похоже, они собирались оставить меня с Ямиэль наедине. А это означало, что у меня появился шанс выбраться.

У этой женщины наверняка будет нож на поясе. Если я выхвачу его и возьму её в заложники... Хоть такой опасный ход был совершенно не в моём характере, особого выбора у меня не было.

Когда я собрался с духом, Дига распахнул дверь, и Доддо бесцеремонно толкнул меня внутрь.

Споткнувшись об порог, я влетел в дом, и дверь за мной захлопнулась. В следующий момент...

Я чуть было не закричал.

— Асута, я тебя ждала... Прости, если они были с тобой слишком грубы... — эхом разнёсся по тёмной комнате томный голос Ямиэль Тсун.

Я мог только лежать ничком на холодном деревянном полу, не в силах ей ответить. Вокруг чувствовался запах крови. Весь дом был наполнен этой вонью. Она превратилась в физическое давление и пронзила мою носовую полость.

Я практически ощущал, как гниющая жижа затекает прямо мне в нос. Это было отвратительно и неприятно.

Позыв к рвоте захлестнул моё горло.

— Что случилось...? Ты так разозлился из-за того, что мы разлучили тебя с твоей драгоценной госпожой?

Когда я собирался упасть в обморок, эти слова вернули меня в сознание. Времени валяться не было. Нужно было любой ценой спасти Ай Фа.

Я медленно поднял голову.

Сначала в моих глазах отразилась окровавленная нога.

Затем мое поле зрения скользнуло через покрытый кровью живот, залитую кровью талию, руки, окрашенные свежей кровью, грудь, залитую кровью, залитую кровью шею и, наконец, остановилось на окровавленном лице.

Ямиэль Тсун стоял там обнажённой, вся в крови.

— Ты... — Хриплый голос вырвался из моего горла. — Что делаешь...?

— Хо-хо... Что я делаю...? Наслаждаюсь лесной благодатью, конечно же... — Окровавленные волосы покрыли лицо Ямиэль, когда она громко рассмеялась. На её окровавленном лице горела зловещая улыбка, а обычно спокойные тёмно-синие глаза сияли. — Нам требуется много сил. Одного мяса гибы недостаточно... Так что я искупала в лесной благодати всё своё тело целиком...

— Это кровь гибы...?

Мои глаза, наконец, привыкли к полутьме.

Комната была освещена тусклым светом единственной свечи.

Благодаря этому я даже увидел то, чего видеть не хотел.

За Ямиэль висела тёмная фигура животного.

Это была гигантская туша гибы, цепями подвешенная к балке потолка.

Вероятно, это была та самая гиба, которую днём с охоты притащил Мида Тсун.

— Этот ритуал очень стар... С его помощью наши предки напитывали свои тела силой леса. Так наши охотники смогли обрести силу, превосходящую этих свирепых животных.

В этот момент я услышал жуткий капающий звук. Ямиэль Тсун шагнула ко мне.

Кровь гибы продолжала капать на пол.

Вероятно, она перерезала гибе глотку, чтобы кровь лилась на пол густым ручьём.

Тусклая комната, освещённая оранжевым светом, обнажённая женщина, залитая тёмно-красной кровью... я был в ужасе от этой кошмарной сцены.

— Что ты вытворяешь?! Традиции Морихена не разрешают употреблять сырое мясо! И сырую кровь тоже — она может нанести серьёзный вред твоему телу!

— Всё в порядке ... Этот ритуал необходим...

— Я никогда не слышал ни о чём подобном! Это опасно! И даже если нечто подобное существовало в прошлом, сейчас это табу! Смой с себя всю эту кровь сейчас же!

Ямиэль посмотрела на меня ошеломлёнными глазами.

— Ты тоже желаешь гибели клану Тсун? Нам нужна вся возможная сила... Пригодится и твоя тоже...

*Кап, кап* Ямиэль Тсун продолжала свой путь.

Меня переполнило странное чувство — нечто среднее между гневом и ужасом, от которого я вздрогнул. Но я всё равно встал и встретил Ямиэль с гордо поднятой головой.

— Всё это какой-то бред. Почему только клан Тсун превратился в нечто столь презренное? Все остальные обитатели Морихена живут гордостью и праведностью. Так почему же главный клан Тсун — единственный, кто настолько порочен?!

— Всё из-за того... что клан Тсун впитал в себя весь яд... — В глазах Ямиэль блестело безумие. Она выглядела так, словно полностью потеряла рассудок. — Пока клан Тсун продолжает падать в бездну, все остальные невежи живут, ни о чём не беспокоясь... А ведь всё это время именно мы защищали Морихен...

— Первый раз слышу! Разве ты не можешь жить, как другие, с высоко поднятой головой?!

— Это... невозможно, — странный свет в глазах Ямиэль вспыхнул ярче. — Мы не можем повернуть назад... День разрушения приближается... Мы не можем больше ничего скрывать от наших кровных родственников...

— Скрывать... Что скрывать?

— Ты ведь уже и сам догадался, верно...? Должен был понять, когда хранил очаг клана Тсун. Ты не настолько глуп, чтобы не заметить...

Я не смог ответить сразу. Но... получается, я не ошибся, и мой вывод был верным?

— Неважно... Нам грозит гибель, поэтому я хочу ухватиться за последнюю каплю надежды... Пока ты здесь, клан Тсун можно спасти. Ты умеешь зарабатывать. Если станешь частью нашего клана, мы сможем избежать уничтожения...

— Но это... слишком странно! Всё, что вам нужно делать, чтобы жить нормальной жизнью — это должным образом охотиться, я вам не нужен! Все морихенцы именно так и живут, а значит, и вы сможете!

— ...Будь я главой своего клана, я могла бы выбрать этот путь... — уголки рта Ямиэль приподнялись. Но выглядела она так, словно собирается заплакать. Тёмно-красная кровь походила на её слезы. — Но это невозможно... Предыдущий глава клана Затцу был глупцом, а нынешний глава дома и того глупее... Его наследник Дига ещё более безнадежен, чем они оба вместе взятые... Клан Тсун стоит на краю гибели...

— Но-

— Только ты можешь нас спасти.

Ямиэль подошла ко мне вплотную.

Невыносимое зловоние крови и её улыбка, искаженная отчаянием, заморозили моё сердце.

— Ты вступишь в клан как мой муж и спасёшь нас... А если откажешься, мы умрём с тобой вместе...

Окровавленные пальцы медленно потянулись ко мне.

Когда их кончики коснулись моего лица, я потряс головой.

— Я отказываюсь! Отказываюсь от обоих вариантов. Если вы желаете спасения, я готов протянуть вам руку помощи как член Дома Фа. Но я не собираюсь становиться членом клана Тсун.

— ...Понимаю...

Ямиэль провела влажными пальцами по моему телу и упёрлась ими в дверь.

— ...Значит, ты не собираешься нас спасать...

— Я же сказал, если вы ищете спасения — просто попросите...

— Очень жаль....

Ямиэль распахнула дверь.

В то же самое мгновение кто-то схватил меня за воротник и повалил на землю.

— ...Очень, очень жаль...

Фигура Ямиэль осталась по ту сторону двери.

Когда я в последний раз видел ее окровавленное лицо, она была похожа на тихую рыдающую девочку.

— Наконец-то. Долго же я этого ждал, засранец! Сейчас мы сделаем из тебя отличную закуску для мунто.

Голос Доддо Тсуна был хриплым от радости. Я сразу вскочил на ноги.

Однако у меня тут же закружилась голова, и я упёрся рукой в дверь, чтобы не упасть. Эффект от листьев мерамера всё ещё отравлял моё тело.

— Раз уж ты выбрал этот путь, охотнице из дома Фа тоже не сбежать. Когда Дига закончит с ней, мы столкнем вас обоих с обрыва.

Я удивлённо огляделся.

Тем, кто держал свечу рядом с Доддо Тсуном, был не Дига, а Тай Тсун.

— ..Где Дига?!

Я рефлекторно взревел от ярости.

Каменное лицо Доддо отвратительно искривилось, и он издевательски расхохотался.

— Он сейчас развлекается. У этой женщины слишком дикие глаза, ума не приложу, что он в ней такого нашёл.

— Ах вы...

Мир перед моими глазами вспыхнул красным.

Тело так сильно напряглось, словно собиралось взорваться.

— ...Да сколько же в вас всех гнилья...

Эти слова вылетели из моего рта сами собой.

Улыбка Доддо моментально исчезла, и он потянулся за клинком на поясе.

— Что это за взгляд...? Хочешь, чтобы я тебя прямо здесь прирезал?

— Да пошёл ты!

Я убрал руку от двери.

Сердце билось в груди как обезумевшее.

Кровеносные сосуды в моей голове находились на грани разрыва. Это был первый раз, когда я так сильно кого-то ненавидел.

Если они что-то сделали с Ай Фа, я ни перед чем не остановлюсь, пока эти твари не понесут заслуженное наказание.

— Эй, вы... А ну, проваливайте!

Доддо Тсун резко отшатнулся.

Он схватился за рукоять клинка и потянул его из ножен.

В следующее мгновение из тени вышла тёмная фигура.

Я не понимал, что происходит.

Доддо внезапно отлетел на несколько метров и упал на землю. Тай Тсун вскинул свой клинок в ножнах.

— Не дёргайся. А то хуже будет, — услышал я знакомый голос. Некто ростом пониже меня сжимал в руках увесистую палку и смотрел на Тай Тсуна. — Не хочу убивать, если этого можно избежать. Мой отец предупреждал меня об этом.

— Л-Лудо Ву?!

Я узнал этого парня даже со спины.

Юноша с желтовато-каштановыми волосами и палкой из дерева крили в руках слегка пожал плечами.

— Извини, Асута, мой отец запретил мне вмешиваться, пока люди из клана Тсун не нарушат табу. И благодаря этому дебилу, обнажившему клинок, я наконец-то могу действовать.

— Как ты... Почему ты здесь?!

— Приказ отца. Он велел мне не спать всю ночь и во все глаза наблюдать за тем, что здесь творится. Я чуть было со скуки не помер первое время.

— Лудо Ву, потом поболтаете.

Позади Тай Тсуна появилась ещё одна фигура.

Это был юноша с тёмно-каштановыми волосами, ростом и стройным телосложением не больше Лудо. Это был глава побочной ветви клана Ву, Шин Ву.

— Эй, вы двое, лучше не дёргайтесь. Вам вместе даже одного из нас не победить.

Шин Ву тоже держал палку из дерева крили.

Несмотря на то, что у обоих парней на поясе висели клинки, они не выказывали намерения их вытаскивать.

— Тай... Чего ты стоишь столбом?! Убей их скорее! — истерически завопил Доддо Тсун, лёжа ничком на земле.

Тай Тсун посмотрел на него бесстрастным взглядом.

— Доддо Тсун, ты отдаёшь мне приказ как член главного дома клана Тсун?

— Заткнись! Убей их, я сказал!

Тай Тсун тихонько поставил к своим ногам подсвечник. Увидев, как он обнажает клинок, Лудо Ву сказал:

— Ой, да перестань! Ты выглядишь довольно сильным, поэтому даже если мы сразимся с тобой двое на одного, я не могу гарантировать, что смогу поймать тебя живым.

— ...В таком случае убей меня.

Глаза Тай Тсуна, как обычно, ничего не выражали. Он направил кончик своего клинка на горло Лудо Ву.

— Тц! Папа разозлится на меня за это, — небрежно пробормотал Лудо, а затем отбросил в сторону свою палку и развязал ножны на талии. Это был огромный клинок, который он купил в Почтовом городе. Он положил ножны на правую руку.

— Идиоты... Я превращу вас всех в жратву для мунто!! — заорал Доддо Тсун и бросился на Лудо с высоко поднятым клинком. Одновременно с этим, в бой вступил и Тай Тсун.

Это плохо- я неосознанно сделал шаг вперёд.

А потом рванул с места и изо всех сил впечатался в спину Доддо Тсуна плечом. При обычных обстоятельствах, на морихенца подобная атака не возымела бы никакого эффекта. Вот только Доддо Тсун был пьян.

И он всё ещё не до конца оправился от неожиданного нападения Лудо.

Короче говоря, мой таран заставил Доддо потерять равновесие. Мы оба рухнули на землю.

— Чёрт побери!

Доддо попытался встать, но я укусил его в правую руку, сжимающую клинок.

— Хйахх! — заорал он и лягнул меня ногой в живот, заставив перекатиться на спину.

— Чёрт! Я тебя прикончу! Ты покойник, сопляк-чужестранец!

Доддо зажал сочащуюся кровью рану на правой руке левой и вскочил.

В этот момент из темноты позади него тихо появилась массивная фигура.

— Ты что делаешь, паршивец...?! — загрохотал нам по ушам низкий, дрожащий от ярости голос.

Доддо Тсун удивлённо повернул голову.

Большая ладонь врезалась ему в лицо. И битва закончилась.

Доддо пролетел несколько метров, катясь по земле, пока не врезался в стену дома Ямиэль и не остановился.

— Асута! С тобой все в порядке?!

Несмотря на огромные размеры, руки этого человека оказались невероятно проворными, когда схватили меня за плечи.

Подсвечник, служивший единственным источником света, куда-то укатился, но даже в полутьме я не мог ошибиться насчёт уникальных особенностей тёмной фигуры передо мной. Он ловко помог мне встать и выглядел таким встревоженным, словно в любой момент был готов зарыдать. Кем ещё он мог быть? Конечно же, это был Дан Лутим.

— Дан Лутим... Почему вы здесь...? — выдавил я из себя, держась рукой за ноющий тупой болью живот.

Дан Лутим, наконец, с облегчением улыбнулся:

— То же самое я могу спросить и у тебя! Когда я услышал, что здесь происходит какая-то суматоха, сразу бросился сюда и нашёл тебя в затруднительном положении... Асута, не заставляй меня волноваться! Что ты делаешь в таком месте?

— Нет, не сейчас. Лудо Ву и Шин Ву...

Дан Лутим оглядел окрестности с выражением разъярённого бога-демона.

— А, здесь есть ещё один идиот! Человек из клана Тсун, если ты собираешься обнажить клинок против клана Ву, то первым будешь иметь дело со мной!

За это короткое время у троих произошла напряжённая схватка. У Лудо Ву и Тай Тсуна шла кровь из головы, а палка Шина Ву оказалась сломана.

Тай Тсун положил руку себе на грудь и опустился на землю на колени.

— ...Глава дома Лутим, он не приказывал мне убивать тебя.

Тай Тсун положил клинок в ножнах на землю. Его мёртвые глаза смотрели на Лудо Ву без всякого выражения.

— Что ты имеешь в виду? Какой чудной старик.

Лудо Ву вытер кровь с лица тыльной стороной ладони и отступил.

— Дан Лутим, если всё так будет продолжаться, мне придётся обнажить свой клинок.

— О? — издал странный звук Дан Лутим и помог мне подняться. Передав меня с рук на руки Лудо Ву, он встал перед Тай Тсуном. — О чём это ты болтаешь?

— Член главного дома клана Тсун приказал мне убить этих двух молодых людей. Я делаю это не по собственной воле.

— Понимаю, — ответил Дан Лутим и одновременно с этим врезал Тай Тсуну ногой в живот.

Тот выпустил клинок и тихо рухнул на землю.

— Совершенно чокнутый! Разве в клане Тсун нет нормальных людей?

Пока Дан Лутим бормотал с раздражённым лицом, я схватил Лудо Ву:

— Лудо! Где Ай Фа?! Кто-нибудь следил за ней?!

— А? Нет, нас с Шином только двое. Мы не могли присматривать ещё и за Ай Фа.

— Но почему? Как вы могли?!

— Твоё положение выглядело более опасным. Без клинка я бы сразу с двумя не справился, — недовольно надулся Лудо.

— Понимаю. Сожалею. Спасибо, что спасли меня... Пожалуйста, теперь помогите мне найти Ай Фа!

В этот момент вмешался Дан Лутим:

— О чём вы спорите? Что случилось с Ай Фа?

— Дига Тсун увёл её куда-то! Если мы не поторопимся и не найдем её, он...

Я чувствовал в груди боль, которая не имела никакого отношения к пинку в живот. Я был так взволнован, что у меня то и дело перехватывало дыхание.

Лудо Ву наклонился к моему лицу сбоку:

— Ай Фа ведь не промах, верно? Похоже, она была без сознания. Как так получилось? Старший сын клана Тсун не смог бы её и пальцем тронуть.

— Похоже, они сожгли какую-то странную траву, погрузившую всех в Церемониальном зале в глубокий сон. Если её эффект всё ещё не прошёл, Ай Фа в большой опасности!

Я чувствовал, что мы только зря теряем время на объяснения.

— То-то они себя так подозрительно вели. Значит, вот в чём дело... Но вы с Даном Лутимом сейчас двигаетесь свободно, верно? Так что с Ай Фа тоже всё будет хорошо, — попытался успокоить меня Лудо.

— Что ж, во сне я почувствовал странный запах, поэтому поспешно выполз из Церемониального зала. По пути я наступал на многих людей, но никто из них так и не проснулся.

Обострённое обоняние Дана Лутима помогло ему сбежать.

Это было действительно удачно... но достаточно об этом, сейчас самое важное — спасти Ай Фа.

— Пожалуйста, помогите мне. Ай Фа должно быть где-то в этой деревне!

— Ладно, давайте выломаем двери во всех домах и... — в этот момент в глазах Дана Лутима загорелся свет. — Кто здесь?!

— Ай!

Неподалёку раздался слабый возглас.

— А ну стой! Я не позволю тебе уйти!

Фигура Дана Лутима бесследно исчезла.

— Ооооой-!

Он помчался в направлении, противоположном дому Ямиэль.

Дан Лутим оказался чрезвычайно быстрым, и, несмотря на вес более сотни килограмм, его движения походили на спринтерского атлета.

Его надёжная и забавная фигура растворилась в темноте, и через некоторое время я услышал ещё один возглас.

— Отпусти меня! Я ничего не сделала! Просто пришла посмотреть, что за шум!

Вопила какая-то девочка.

Судя по голосу, это была младшая дочь клана Тсун, Цвай Тсун.

Дан Лутим сунул её миниатюрное тело себе под мышку и предстал перед нами.

— Цвай! Где находится дом Диги?!

Цвай несчастно посмотрела на меня.

Затем она перевела взгляд на неподвижные тела Доддо и Тай Тсуна.

— Не знаю, что тут происходит... Но, похоже, клану Тсун конец.

— Эй, Цвай!

— Не смотри на меня такими страшными глазами. Я вообще не участвовала во всём этом, — Цвай закусила нижнюю губу. — Дом Диги на противоположной отсюда стороне, через два дома.

— Ладно! Асута, идём! — продолжая держать под мышкой Цвай Тсун, Дан Лутим решительно бросился в атаку.

Я подхватил подсвечник и побежал за ними.

— Шин Ву! Свяжи этих двоих! И не дай женщине сбежать из этого дома! — Лудо Ву бежал рядом со мной. — Асута, всё будет хорошо. Ай Фа — охотник. Клан Тсун — просто дебилы, забывшие о том, что значит гордость. Она никогда не проиграет таким, как они.

Как было бы хорошо, если бы его слова оказались правдой.

Ай Фа... Пожалуйста, пусть с тобой всё будет в порядке...!

Вероятно, я впервые в жизни находился так близко к отчаянию.

Даже когда я прыгнул в бушующее море пламени в своём первоначальном мире, я себя так не чувствовал.

Моё сердце ужасно болело.

Мои колени чувствовали себя так, будто вот-вот треснут.

Ай, Фа...

Будь то боги или демоны, пожалуйста, защитите Ай Фа!

Я никогда и ничего не желал в своей жизни так сильно.

И пусть эта просьба даже будет стоить мне жизни, я был готов заплатить эту цену.

Если я потеряю её, я не смогу жить дальше.

— ...Вон тот дом.

В темноте проступили очертания деревянного строения, ничем не отличающегося от соседних.

Дан Лутим, ведущий нашу колонну, не останавливаясь, с разбегу высадил дверь ногой.

С низким «Бац!» звук, дверь вмялась внутрь.

— Хмм! Крепкая!

Дан Лутим отбросил Цвай Тсун в сторону и снова поднял ногу.

Его следующий удар заставил дверь вылететь внутрь вместе с перекладиной.

— Ай Фа!

Я протиснулся мимо огромного тела Дана Лутима и вошёл внутрь. Передо мной открылся пустой зал.

В нём никого не было.

Однако в полуоткрытой двери в глубине дома горели слабые огни.

— Эй, не торопись врываться первым!

Когда я услышал позади себя голос Лудо Ву, я уже бросился через зал к двери.

Я распахнул её, вбежал внутрь и...

И упал на пол, споткнувшись.

— Ува!

У входа лежало что-то мягкое.

Я споткнулся об эту штуку и не смог удержаться на ногах.

Подсвечник выпал из моей руки, и напольный коврик тут же начал тлеть.

— ...Ай Фа!

Я увидел её. Её руки и ноги были связаны.

Она лежала на кровати в комнате, свернувшись клубочком, как младенец.

— Ай Фа...

Я потянулся к её плечу.

В следующее мгновение её связанные верёвкой руки крепко схватили меня за грудь. Огонь бушующих эмоций резко вспыхнул в её глазах, а затем быстро пошёл на убыль.

— Асута... С тобой всё хорошо...

— Ува!!

Затем она сильно потянула меня за грудь, притягивая к себе. Я упал на неё. Её гладкие щёки коснулись моего лица.

— Я так волновалась... Как здорово, что с тобой всё хорошо...

— Вообще-то, именно это я и хотел сказать...

Я изо всех сил вздохнул с облегчением.

Слава богам.

Я не потерял Ай Фа.

Мне не придётся ненавидеть судьбу этого мира.

Мне не придётся проклинать собственную беспечность.

Моё сердце было спасено.

Вознеся молчаливую молитву всем богам этого мира, я крепко сжал Ай Фа в своих объятиях.

— Я же сказал, что с ней всё будет в порядке! — раздался сзади дерзкий голос Лудо Ву. — Это кто тут валяется? Старший сын клана Тсун, что ли? Похоже, он без сознания. Как удобно.

Подняв тело Ай Фа с кровати, я украдкой взглянул на пол возле двери. Похоже, я споткнулся о тело Диги Тсуна.

Он кучей мусора растянулся возле входа в комнату.

— Ай Фа, это ты сделала? Но ты ведь связана! Как у тебя получилось?

— ...Подумаешь, связана... Я никогда не проиграю клану Тсун... Я ему сначала локтями по лицу двинула, а потом ещё ногами добавила... — неожиданно капризно протянула Ай Фа, а затем потёрлась щекой о мой лоб.

Это меня смутило. Я немного пришёл в себя, и мой нос почувствовал знакомый аромат.

Это был запах фруктового вина. И он явно исходил от Ай Фа.

— Эй, Ай Фа, не двигайся, хорошо?

Лудо Ву вытащил из-за пояса короткий нож и перерезал верёвки.

Избавившись от пут, Ай Фа сразу же обняла меня за шею.

— Это замечательно... Асута, с тобой всё хорошо...

— Д-да, конечно, это чудесно... Ай Фа, ты в порядке? Ты всё ещё выглядишь вялой.

Лудо Ву и Дан Лутим, стоящие у входа, посмотрели на нас в недоумении. Не заметив их удивлённых взглядов, Ай Фа отодвинула голову от моего лица и спросила:

— Что ты имеешь в виду?

Её глаза были такими же сонными, как у Вены Ву.

Её слегка надутые розовые губы выглядели невероятно соблазнительно. А потом... я заметил, что её щеки немного покраснели.

— ...Тебя заставляли пить вино?

— Хм...? Теперь, когда ты об этом упомянул... Пока я спала, мне что-то силой влили в рот... это меня и разбудило...

— Понятно. Так ты победила Дигу Тсуна сразу после того, как проснулась?

Пока Ай Фа спала, кто-то пытался разбудить её, заставив выпить вина.

И как только она очнулась, Дига Тсун получил своё. Отличный финал, идеально подходящий этому тупому человеку...

Пока я размышлял, Ай Фа покачала головой.

— Нет... старший сын клана Тсун появился позже... Я очнулась после того, как что-то выпила... и сразу поняла, что связана и нахожусь в каком-то незнакомом месте... А потом появился этот идиот...

Ай Фа снова прижалась к моей шее.

— В любом случае, это здорово, что с тобой всё в порядке... Асута, разве я не говорила тебе никогда не оставлять меня одну...?

— Да, прости. Но хорошо, что мы оба в безопасности.

От тесного контакта с телом Ай Фа моё сердце начало трепетать как птица в клетке.

Я быстро осмотрелся.

На полу не нашлось ни одной бутылки фруктового вина.

Получается, здесь был кто-то ещё? И этот кто-то помог Ай Фа?

Может, это был Камия Ёст?

Первым мне на ум пришёл именно этот человек, обожающий притворяться простаком. Но... одно с другим не вязалось. Остановился бы он на полумерах?

Нет. Если бы он решил помочь Ай Фа, то снял бы с неё верёвки. К счастью, руки Ай Фа были связаны перед ней, так что она могла отбиваться. Тот, кто её спас, не стал дожидаться её окончательного пробуждения. Он, вероятно, не хотел показывать своё лицо и решил остаться сторонним наблюдателем, поэтому использовал этот авантюрный метод её спасения.

В таком случае, мог ли это быть...

Тай Тсун?

Ведь именно он её и связал.

Он намеренно сделал это так, чтобы её руки находились спереди, давая ей большую свободу движений.

Этот человек с глазами мёртвой рыбы утверждал, что не может идти против воли главного дома, но он без колебаний сложил оружие перед Даном Лутимом.

Не потому ли, что он хотел дать Ай Фа шанс?

— ...Асута, нам пора идти, — окликнул меня Дан Лутим, поглаживая свою коричневую бороду.

— Идти...? Куда идти?

— На поиски Донды Ву, конечно же... Или, вернее, нашего будущего вождя племени, — весело улыбнулся Дан Лутим. — Этой ночью клан Тсун нарушил множество табу. Как бы ни извинялся Зуро, преступления, совершённые этими идиотами, не могут быть прощены. Возможно, это конец его клана.

— Да...

Клан Тсун поставил на эту глупую игру всё и проиграл. Но почему... почему они выбрали именно этот день для совершения столь глупого поступка?

Почему они пошли на такой варварский шаг только ради того, чтобы сделать меня и Ай Фа частью клан Тсун?

Зачем им реализовывать такую опрометчивую и дырявую схему? Кто был вдохновителем всего этого?

За всем стоял Зуро Тсун?

Или Дига и остальные просто потеряли самообладание?

Вопросов накопилось слишком много.

Однако надо было положить всему этому конец.

— ...Пошли, — сказал я, собираясь встать, но Ай Фа меня не отпускала. — Эй, Ай Фа, мы уходим! Идти можешь?

— Хм...? Да, могу, но тебе не разрешено покидать меня.

Её мягкие руки обняли моё тело ещё крепче.

— Я и не собирался тебя оставлять. Сейчас мы вместе пойдём и уладим все дела с кланом Тсун, хорошо?

— Хм...?

Ай Фа снова прижалась к моему лицу щеками.

Лудо Ву и Дан Лутим ошеломлённо уставились на нас.

— Нет, эмм, всё не так, как вы думаете. Просто она надышалась этой странной травы и вдобавок выпила фруктового вина... так что она просто навеселе.

Даже когда я пытался объясниться, выражения их лиц не изменились. Дан Лутим повернулся к Лудо:

— ...Лудо Ву, у меня есть предложение.

— Э? Почему так внезапно?

— Дом Фа не является кровным родственником клана Ву, но они друзья дома Лутим. Можем ли мы устроить будущую свадьбу Асуты и Ай Фа на площади клана Ву и пригласить всех вас отпраздновать это событие вместе с нами?

— А!~ С этим не будет никаких проблем, пусть все желающие приходят.

— Нет, я же вам сказал, вы всё неправильно поняли!

Наш с Ай Фа видок делал это решительное опровержение совершенно неубедительным, но других аргументов у меня не нашлось.

Я склонил голову и застонал.

Неужели всё произойдёт так внезапно?

Ведь оставалось ещё столько нерешённых проблем.

Все мои схемы касательно клана Тсун провалились. Неужели всё закончится тем, что клан Тсун будет уничтожен, и мы так и не придём к взаимопониманию?

В моей голове эхом отдавалось несколько зловещих голосов.

Ямиэль Тсун сказала мне: «...если откажешься, мы умрём с тобой вместе...»

Тай Тсун сказал: «...В таком случае, убей меня».

Может ли быть, что...

Уничтожение клана Тсун — это именно то, чего желают некоторые из его собственных членов?

Глава 3: Роковая ночь (Часть 2)

― Эй! Просыпайтесь, соратники мои! — громко провозгласил Дан Рутим, расплёскивая воду из кувшина по залу ритуалов.

Несколько человек очнулись и с криками вскочили на ноги.

― Что ты творишь?! С ума сошёл?! — крикнул один особенно разъярённый мужчина, поднимаясь. Однако он тут же пошатнулся и снова рухнул на колени. — А? Что происходит? В моих конечностях нет сил...

― Вот именно! Поэтому я и окатил вас водой, — отозвался Дан Рутим с бодрым смехом.

В зале ритуалов то и дело раздавались возгласы изумления и гнева. Донда Руу и женщины стояли у четырёх входов в зал, проделывая то же самое жестокое дело, что и Дан Рутим.

С тех пор, как нас с Ай Фа похитили, прошло уже некоторое время, и дым от листьев мелемеле, должно быть, изрядно рассеялся. Мужчины приходили в себя и выползали из зала куда быстрее, чем я ожидал.

― Если вы проснулись — немедленно выходите из зала ритуалов! Там висит дым от ядовитой заморской травы! А те, у кого есть силы, помогите тем, кто всё ещё спит!

Ай Фа и я наблюдали за действиями Дана Рутима, который в этот момент явно наслаждался собой. Ай Фа восстановилась процентов на восемьдесят, но всё ещё пошатывалась, поэтому я подставил ей плечо.

― Глава клана Рутим! ― закричал глава клана Заза, выходя из зала ритуалов и хватая Дана Рутима. ― Что вообще ты творишь?!

― Не у меня спрашивай! Спроси у своего любимого клана Суун! — ответил Дан Рутим с бесстрашной улыбкой, указывая себе под ноги. Там, понуро опустив голову, сидел Дига Суун, руки которого были перетянуты за спиной кожаным ремнём. — Эти ублюдки использовали какую-то странную заморскую траву, чтобы усыпить нас, и замышляли причинить вред членам клана Фа! Все вы, кто подчиняется Суун, разделяете их позор!

― Что? Это правда, старший сын клана Суун?! — спросил глава клана Заза, глядя на Дигу Сууна глазами дикого зверя.

Плечи Диги Сууна затряслись, и он молча отвернулся.

― Мы пойдём и заставим Зууро Сууна объяснить, был ли весь клан Суун замешан в этих подлых делах! Все вы, главы кланов, должны пойти с нами и услышать его ответ!

Плечи главы клана Заза дрожали. В этот момент появился Рау Леа, чьи золотисто-каштановые волосы были насквозь мокрыми от воды:

― Дан Рутим! Что за переполох тут происходит?! Что натворил клан Суун?

― А, глава клана Леа, клан Суун наконец показал своё истинное лицо! И обстоятельства могут быть такими, что, возможно, нам придётся взяться за клинки, так что взбодрись поскорее! — сказал Дан Рутим и подал Рау Леа длинный меч, лежавший под ногами. Он принадлежал Диге Сууну, ведь все клинки мужчин до сих пор были отданы на хранение клану Суун.

― Безумие! Ты всерьёз намерен поднять оружие против правящего клана?! — внезапно закричал глава клана Заза. Его голос наполняла ярость.

Дан Рутим, нисколько не поколебавшись, повернулся к нему:

― Даже правящий клан, нарушив наши законы, должен понести наказание. Иначе порядок в лесном краю рухнет... Раскрой же глаза наконец, глава клана Заза.

― Но... Но зачем клану Суун вредить Фа?! У них нет причин для такого!

― Я же сказал — мы пойдём и спросим. Так что прибереги свой гнев до тех пор, пока не услышим, что скажет наш дорогой предводитель, хорошо?

За прошедшее время всех, кто спал в зале ритуалов, похоже, уже вывели. Примерно половина из них была ещё в сонной одури, но другая половина, услышав слова Дана Рутима, теперь смотрела с горящими глазами охотников.

― Похоже, это все... — донёсся голос Донды Руу, приближающийся из темноты. Его глаза тоже пылали, как у дикого зверя.

― О, Донда Руу. Что со вторым сыном и остальными?

― Я оставил Людо и ещё нескольких разобраться в стороне. Встретимся перед главным домом.

― Понял. Ну что ж, пойдём?

Толстые пальцы Дана Рутима схватили Дигу Сууна за загривок.

― Чёрт тебя, отпусти! Думаешь, тебе сойдёт с рук такое обращение с кланом, что стоит во главе нашего народа?! Эй, Заза, Джин, что стоите как истуканы?! Сделайте что-нибудь с этими дерзкими ублюдками!

― Не поднимай шума, старший сын Суун. Как ты думаешь, кто здесь злитcя больше всех? — произнёс Дан Рутим с усмешкой и не без удивления. — Если ты даже этого не понимаешь, то раньше всех умрёшь от рук своих же союзников, знай это.

― Гх...! — Дига Суун дёрнулся и съёжился.

Похоже, он наконец заметил выражения на лицах глав кланов Заза и Джин. Даже мне было совершенно ясно, что эти двое злились больше всех.

Донда Руу, Дан Рутим и их люди были возбуждены и воодушевлены предстоящей схваткой. Но у кланов, подчиняющихся Суун, уважение к правящему клану было осквернено, и теперь их нутро, должно быть, пылало гневом.

― Хорошо... Восстаньте, главы наших многочисленных кланов! Как глава клана Руу, я, Донда Руу, потребую от главы клана Суун объяснений за это попрание уз и доверия всех нас, живущих в лесу! Давайте собственными глазами и ушами убедимся, достоин ли клан Суун по-прежнему вести наш народ! — проревел Донда Руу, и его голос пронёсся сквозь тьму.

Услышав это, даже те, кто ещё лежал на земле, с трудом поднялись на ноги. Теперь глаза охотников сверкали повсюду.

― Ты можешь идти, Ай Фа? — спросил я, и в ответ она лишь недовольно надула губы.

― Справлюсь... Но вы с Даном Рутимом уже совсем пришли в себя, так почему я одна осталась в таком состоянии?

Похоже, она могла идти сама, но всё же крепко держалась за моё плечо.

― Наверное, потому что тебя заставили выпить фруктового вина или что-то в этом роде. Оно, может, и помогло тебе проснуться, но вообще-то снотворное и алкоголь — худшее сочетание, какое только можно представить.

― Уф, какой позор... — пробурчала Ай Фа со злостью, прижимаясь головой ко мне.

В этот момент показалась высокая фигура Дарму Руу. Он, видимо, тоже ещё не полностью восстановился, потому что опирался на плечо второго сына Рутима.

― Что такое? Пришёл снова посмеяться надо тем, какая я жалкая? Хотя сегодня ты не намного лучше... — Ай Фа явно была в совсем скверном настроении, раз решила полезть на рожон. Дарму Руу не ответил; впрочем, в его глазах сиял опасный огонёк. И, может, мне просто показалось, но ― шрам на его правой щеке был краснее обычного, словно отражая гнев владельца... или сожаление?

― Похоже, те, кто выпил много фруктового вина, восстанавливаются медленнее. Я не выпил ни капли и поэтому, наверно, вскочил сразу, как только меня окатили водой, — вставил второй сын Рутима. Его лицо сильно напоминало Газраана Рутима, но он был полноват, как и отец. — Что ж, пойдём. Не знаю, чем всё закончится, но, полагаю, эта ночь сильно повлияет на судьбу клана Суун.

И вот мы направились к главному дому Суунов всей большой группой. Впереди шёл Донда Руу, за ним Дан Рутим, тащивший за собой Дигу Сууна. Слева и справа плотно держались Рау Леа и прочие, кто подчинялся Руу. На шаг позади — главы кланов Дом и Заза. Остальные вокруг них, видимо, тоже были из подчинённых Сууну. Конечно же, с нами шли и Саути, и другие малые кланы.

Гнев и недоверие пылали в глазах у каждого.

Неужели клан Суун и вправду попрал узы, связывавшие их с другими? Зачем им совершать такую дикость? Или всё это ― выдумка кланов Фа и Руу? Наверняка у каждого внутри крутились свои мысли. Но одно было ясно: все до единого были в ярости. Ни один охотник не мог стерпеть унижения — быть насильно усыплённым какой-то чужеземной травой. А сверх того — угроза жизни невинных.

― Эй. Опаздываешь, отец.

Отряд Людо Руу ждал нас перед главным домом. Там были Людо и Шин Руу, а ещё Доддо и Тей Сууны, чьи руки и ноги были связаны кожаными ремнями. И ещё — Ямиру Суун. Она была в той же одежде, что и днём, но волосы её были влажные. Похоже, она умылась, но даже с этого расстояния я ещё уловил исходящий от неё лёгкий металлический запах.

Ямиру Суун не была связана, но женщины — Мия Леа Руу и другие — окружили её со всех сторон. На её лице не отражалось ни малейшей эмоции.

― Слушайте, главы кланов! — крикнул Донда Руу. — Для этого совета глава Суунов, Зууро Суун, сам попросил, чтобы клан Фа следил за очагом! Это показалось мне достаточно подозрительным, чтобы поручить сыну наблюдать за поселением Суун! Клан Суун действительно сотворил нечто поистине мерзкое, так что сомневаюсь, что кто-то из вас осудит меня за это! А если и осудите — мне всё равно!

Глаза Донды Руу пылали ярче всех, когда он обводил взглядом своих соратников.

― Сегодня я намерен определить, достоин ли клан Суун вести наш народ! Все вы должны внимательно выслушать слова Зууро Сууна! Слушайте и помогите решить нашу судьбу!

Вот мы и дошли до этой точки.

Ответ Зууро Сууна мог привести к открытой войне между Суунами и Руу. Если кланы Заза и Джин оставят Суун, то, хотя бы, сражение не будет настолько серьёзным, чтобы расколоть лесной край надвое. Но всё же... Что же будет?

Донда Руу подозвал Людо Руу и взял у него два меча. Они, должно быть, принадлежали Тею и Доддо Суунам. Один из них он передал Дану Рутиму. Подчинённые клана Суун насторожились, но Донда Руу бросил на них свирепый взгляд.

― Клянусь вам: пока никто из Суун не обнажит клинок, я тоже не сделаю этого! Покуда они не жаждут крови — этой ночью кровь не прольётся!

Затем Донда Руу сильно ударил в дверь дома правящей семьи. Дверь распахнулась изнутри почти мгновенно, что даже поразило.

― В чём дело? Так поздно ночью... — раздался бесстрастный женский голос.

Вскоре я смог разглядеть её, и она была действительно прекрасна, до ошеломления. Волосы тёмно-коричневые, глаза — голубые... Только глаза эти были, как у гниющей рыбы. И лицо — дивное, но совершенно без выражения, будто я видел перед собой глиняную куклу. По виду лет ей было под тридцать. И знаками того, что она замужем, служили платье цельного кроя и коротко постриженные волосы.

У её ног стояла весьма раздражённая Цувай Суун, которая ранее куда-то пропала.

― А вы кто такие? — спросил Донда Руу, прищурившись и окидывая взглядом парочку.

― Я — жена вождя Зууро Сууна, Оура Суун. А это моя младшая дочь, Цувай Суун. Эм... что здесь вообще происходит?

― Я — глава клана Руу, Донда Руу. Не позовёшь ли ты главу клана Суун? Скажи, что я хочу с ним говорить.

― Скажу... Только в этот час он ещё спит...

― Вот как? — ответил Донда Руу, ухмыляясь, как дикий зверь. — Прости, но сегодня ночью Зууро Сууну не дадут спокойно поспать. Первый сын, второй сын и старшая дочь правящего клана нарушили законы лесного края, действуя вместе с мужчиной из побочной семьи клана. Глава клана обязан ответить за преступления своей семьи.

― Понятно...

Женщина, назвавшая себя Оурой Суун, обвела нас мутным взглядом, по-прежнему не показывая ни малейшей эмоции. Когда её тусклые глаза наконец заметили лежащего на земле Тея Сууна, в них на миг мелькнула слабая искра. Тей Суун, с седыми волосами, окрашенными в красный, лежал без сил на земле, но ответил ей тем же взглядом.

― Хорошо... Цувай, приведи вождя.

― Ты уверена, мама?

Цувай Суун подняла на мать большие глаза с отчётливо выделяющимися белками.

― Да. Мы уже сделали достаточно...

― Хорошо, — откликнулась Цувай Суун, после чего убежала в дом.

Вскоре появился Зууро Суун. За ним, тяжело ступая, вышел его младший сын, Мида Суун.

― К чему это всё, глава клана Руу? Разве не чересчур грубо наведываться в дом так поздно ночью? ― На лице Зууро Сууна была тонкая улыбка, напоминавшая ухмылку раздутой жабы. А Мида Суун, медленно выходя наружу, спросил по привычке взвизгливо: «А? Это же Дига и Доддо... Эй, а почему они связаны?» Зууро Суун продолжал: ― Хм... Похоже, ты оказался ещё более неотёсан, чем я думал.

― Неотёсан, говоришь? Разве дочь тебе не рассказала вкратце, что произошло, Зууро Суун? — ответил Дан Рутим.

Обозначенная дочь, Цувай Суун, пнула по ногам Миду Сууна, загораживавшего проход, и побежала обратно к матери.

Итак...

Глава клана — Зууро Суун.

Его жена — Оура Суун.

Младшая дочь — Цувай Суун.

Младший сын — Мида Суун.

Старший сын — Дига Суун, сидевший, нахмурившись.

Второй сын — Доддо Суун, всё ещё, похоже, без сознания.

И Ямиру Суун, безмолвно стоявшая чуть поодаль.

Видимо, не считая бывшего старого вождя, здесь собрались все члены главной семьи Суун. Я сглотнул, продолжая поддерживать Ай Фа за плечо.

― Что случилось? Ты, случаем, не о том, что Дига и Ямиру сделали предложение главе и повару клана Фа? — спросил Зууро Суун, не выказывая ни капли робости, несмотря на все устремлённые на него взгляды. — Если об этом, то я слышал об их намерении заранее... Хотя не ожидал, что они решат сделать это в ночь совета глав кланов.

― Ах, вот как! Значит, ты признаёшь, что одобрил их гнусные планы? — спросил Донда Руу, и его оскал стал ещё шире. Однако Зууро Суун лишь склонил голову:

― «Гнусные планы»? Что ты имеешь в виду? Я, кажется, ничего подобного не слышал.

― В таком случае, слушай внимательно. Эти безумцы усыпили всех в ритуальном зале странной заморской травой, а затем похитили главу и повара клана Фа. После чего обнажили клинок на повара, когда тот отверг их брачное предложение, и связали главу клана, чтобы делать с ней, что вздумается... Всё верно, клан Фа?

Ай Фа молча кивнула, а я ответил:

― Да.

Однако тонкая улыбка Зууро Сууна так и не исчезла. Он храбрился — или просто был туповат? Мне показалось, что скорее второе.

― Серьёзное обвинение... И кто же, по-твоему, совершил такую глупость?

― Второй сын правящего клана и мужчина из побочной семьи, что лежит рядом с ним.

― Хм... У Доддо всегда были проблемы с алкоголем, — сказал Зууро Суун, и уголки его губ поползли вверх. — Наверное, он вспылил, когда предложение его любимой старшей сестры было отвергнуто... Прими мои глубочайшие извинения.

― Ты думаешь, что одними извинениями всё ограничится, Зууро Суун? Пусть этот повар и чужак, но он полноправный член клана Фа. И, как видишь, мой сын получил ранения, пытаясь остановить твоих детей. Они не только обнажили клинки, но и угрожали жизни других людей морихен!

У Людо Руу вокруг головы была повязка вместо бинтов, и он раздражённо цокнул языком.

― Твой второй сын уже обнажал клинок и в приграничном городе, и на пиру у Рутимов. А теперь он замахнулся им на своих. Такое нельзя простить за простой твой поклон.

― Хм... Значит, ты предлагаешь поступить по закону и заставить его отдать правую руку..?

― По-твоему, одной правой рукой всё может ограничиться? ― В глазах Донды Руу теперь полыхал настоящий огонь, а его оскал стал свирепым. И тут сквозь толпу прорвался крупный мужчина, громко выкрикнув:

― Верно! Они не только обнажили клинки, но и усыпили нас своей ядовитой травой! Они нанесли ущерб не только Суунам и Руу, но и всем главам кланов морихен! Правой рукой за такое преступление не отделаешься!

Это сказал глава клана Саути, Дари Саути. Его серьёзное лицо покраснело от гнева и унижения. Брови Зууро Сууна чуть поникли:

― Что за ядовитая трава, о которой вы упомянули? Говорите, она усыпила всех в зале ритуалов?..

― По-видимому, это трава под названием мелемеле, которую они купили у восточного колдуна. Ваши сыновья хвастались, что потратили всего пять белых монет, чтобы получить столько, сколько им было нужно, — ответил я. Раз уж я слышал об этом собственными ушами, мне и стоило говорить.

― Хм... Значит, это трава, что усыпляет людей?

― Да. Говорили, если кто-то будет долго вдыхать дым от неё, то он не проснётся, даже если ему вспороть живот.

― Понятно. Но если она просто усыпляет, то вряд ли ядовита, я ведь прав? — произнёс Зууро Суун, впервые прямо посмотрев на сыновей.

В этот момент на лице Диги Сууна расплылся триумфальный оскал:

― Листья мелемеле — это трава, помогающая страдающим спокойно уснуть! Говорят, если нюхать полдня, то даже душа уснёт, но в таком малом количестве это вовсе не яд! Иначе бы мы никогда не дали нашим братьям по лесному краю нюхать её!

― А ну замолчал! Мы сейчас не об этом! — взорвался Дари Саути. — Важно то, что вы, клан Суун, совершили такую гнусность! Всех нас усыпили, силой забрали членов клана Фа, пытались принудить их к браку, а когда получили отказ — решили убить! Вы действительно верите, что в лесу дозволяется такое явное пренебрежение нашими законами?!

― Да, такие действия, конечно, непростительны... Каковы были ваши намерения, Дига?

Гнев на лице Дари Саути заставил Дигу Сууна побледнеть, но после слов отца он снова не сдержал отвратительной ухмылки:

― Разумеется, мы не собирались на самом деле отнимать жизни. Мы с Доддо просто напились, сказали и сделали то, чего будучи трезвыми не сказали бы и не сделали бы.

― О? Но второй сын и этот старик несомненно обнажили клинки. И они попытались нас всех убить. Как ты оправдаешь это?

Услышав слова Людо Руу, Дига Суун улыбнулся ещё шире:

― Я ничего об этом не знаю. Меня там не было. Доддо и Тей Суун, наверное, просто позволили алкоголю овладеть собой.

― Допустим, и вы связали Ай Фа и попытались надругаться над ней, но у вас ничего не вышло, — пожал плечами Людо Руу, после чего Дари Саути снова шагнул вперёд:

― Это такое же серьёзное табу, как и обнажение клинка! Ты уже нарушал его два года назад и клялся тогда, что больше не повторишь, было дело?!

― К-Как я уже сказал, в этот раз это была просьба о законном браке. Я не совершил ничего, чтобы вы на меня наговаривали.

― Это возмутительно... Ни один обычай морихен не дозволяет на предложении жениться использовать траву, чтобы усыпить, связать и пытаться насильничать!

― Да? Как бы женщина тебя ни ненавидела, если просто ляжешь рядом с ней, она тебя послушает.

Естественно, я не удержался и сделал шаг вперёд, но Ай Фа слегка хлопнула меня по затылку, останавливая, и тихо прошептала на ухо:

― Не кипятись. Он всё равно не выкрутится этим бредом.

Не выкрутится? Почему тогда Зууро и Дига Суун по-прежнему выглядели столь спокойными и уравновешенными?

С Дигой всё понятно — он не до конца понимал происходящее. Но жутко, что Зууро Суун продолжал улыбаться, при том создавая впечатление, будто самосохранение было ему важнее всего.

― Эй! Кто там?! — вдруг резко выкрикнул Рау Леа. Остальные мужчины вокруг нас начали шептаться. Но приглядевшись, я увидел, что их окружила ещё одна группа людей. Похоже, их было около тридцати. В темноте я видел лишь чёрные силуэты. Однако кроме нас в этом поселении были лишь люди из побочных семей клана Суун. Скорее всего, это и были они. И по численности сходится с тем, что я слышал раньше.

― Неужели? Ты хочешь решить всё клинком, Зууро Суун? — спросил Донда Руу, схватившись за рукоять меча. Однако Зууро Суун впервые немного растерялся и ответил:

― Н-Нет, конечно... Просто члены побочных семей удивились, что столько шума так поздно, и пришли посмотреть... П-пожалуйста, сдержи свой гнев, глава клана Руу...

― Хм, что-то мне не верится, — ответил Донда Руу, и его губы расплылись в довольно зловещей улыбке.

Из тридцати или около того людей побочных семей Суун примерно половина были мужчинами.  Руу и их союзников было плюс-минус столько же. Только клинков у них было всего пять. Если дело дойдёт до сражения, неизвестно, что сделают подчинённые Суун, плюс женщины Руу уже собрались здесь. Слишком много переменных — начинать бой было бы плохой идеей.

― Людо, ты подойдёшь с женщинами. И ни в коем случае не начинайте первыми, понял?

― Понял, — ответил Людо Руу и побежал к своей семье; в его глазах горел дух охотника.

― А теперь скажи, как ты собираешься улаживать это, Зууро Суун? Ты же не думаешь, что за простой поклон простятся столь тяжкие преступления?

― Хм... Так ты хочешь, чтобы мы строго следовали обычаям и заставили моих родных заплатить за преступления, глава клана Руу? — переспросил Зууро Суун, и по тону было понятно, что он снова улыбался. — Доддо и Тей Суун ранили наших собратьев клинками. Дига пытался надругаться над женщиной. Обычно это означало бы, что Доддо и Тей Суун должны отдать свои правые руки, а с Дигой... Что нам делать с Дигой? В конце концов, он ведь не осквернил чистоту главы клана Фа, не так ли?

― Только потому, что глава клана Фа оказалась решительней этой сволочи. Согласно обычаям, его до́лжно лишить дара мужества как орудия сего гнусного преступления, — сухо произнёс Донда Руу. — И это ещё не всё. Что насчёт того, что они пытались навредить нашим людям с помощью этой ядовитой травы?

― Я бы хотел услышать ваше мнение. Поскольку фактически это никому не причинило вреда, насколько серьёзным преступлением его считать? И вообще, является ли это нарушением наших законов?

― Применение такой уловки против наших людей ― точно нарушение наших табу!

― В какой же момент они пытались кого-то задурманить? Мои сыновья просто подарили всем мирный сон, чтобы никто не мешал предложению женитьбы, или я не прав?

Дари Саути молча стал подходить к Зууро Сууну. Донда Руу поднял руку, чтобы удержать его:

― Значит, ты намерен отдать правые руки второго сына и этого сторонника из побочной семьи, а также член старшего сына в искупление за эти преступления, Зууро Суун? Не думаю, что у твоих сынов хватит на это духа.

― Если следовать древним обычаям, это было бы правильно, — ответил Зууро Суун и снова усмехнулся. — Но если вы так дорожите этими законами... То прежде чем взывать к преступлениям моих детей, не следует ли..?

― Что?

― Я говорю, что Руу, Рутим и Фа тоже должны повиноваться тем же законам...

И хитрый взгляд Зууро Сууна упёрся в меня:

― Повар клана Фа... Моя дочь Ямиру предлагала взять тебя в мужья, было такое?

Я молча уставился на его мерзкую улыбающуюся физиономию.

«Неужели, ― подумал я. По коже пробежал зловещий холод. ― Неужели это козырь этого хитрого ублюдка? Но это же невообразимо!»

― В тот момент, не была ли Ямиру занята древним ритуалом? Ритуалом присвоения силу крови гибы...

Я остолбенел и не мог подобрать слов.

― Если это так, то Ямиру, должно быть, была вовсе обнажена...

― Зууро Суун, тварь ты такая! — взревел Донда Руу.

― И ещё, глава клана Руу, твой сын и тот другой мальчик следили за поваром клана Фа в тени... В таком случае, не подсматривали ли они за Ямиру через окно? — Затем взгляд Зууро Сууна переключился на Дана Рутима, стоявшего рядом с Дондой Руу: — А ты, глава клана Рутим... Ты ведь вломился в дом Диги и вошёл без приглашения, так?

― И что? — ответил Дан Рутим, и на его лице блеснул гнев. К этому моменту всем стало ясно, к чему клонит Зууро Суун.

― Вход в чужой дом без приглашения — тоже табу... В таком случае те, кто видели обнажённое тело Ямиру, должны отдать по глазу, а те, кто вошли в дом Диги, — по пальцу ноги.

― Возмутительно! А тот случай, когда два года назад этот паршивец ворвался в дом Фа?!

― Тот инцидент был прощён, когда Дига и я поклонились, не так ли? Конечно, я не хочу придавать такое значение старым обычаям и проливать кровь наших собратьев...

― Так вот в чём дело... — пробормотал Донда Руу. Улыбка на его лице сочилась яростью, как у бога гнева. — Значит, ты хочешь сказать, что если мы требуем их рук, нам придётся отдать глаза и пальцы ног, да, Зууро Суун?

― Естественно, я очень надеюсь избежать проливания крови из-за таких пустяков...

― Как смеешь ты сочинять такие небылицы, Зууро Суун?! — воскликнул Дари Саути. —  Именно клан Суун совершил подобные мерзости! Руу, Рутим и Фа всего лишь дали отпор! За что же им теперь отдавать глаза и пальцы ног?!

― Таковы законы лесного края... Однако это древние традиции, установленные предками, и я не считаю, что слепо следовать им — единственно правильный путь для нашего народа...

― А я говорю, что дело здесь не в этом! Я пытаюсь донести, что позорные деяния этих детей клана Суун непростительны!

― Позорные деяния, говоришь? Но на деле Доддо не отнял ни одной жизни, и Дига никого не обесчестил...

― Как сказал Донда Руу, это произошло лишь благодаря решительности и упорству Фа и Руу! Не будь они таковыми, твои родичи преуспели бы в своих поистине гнусных деяниях!

― Если бы им удалось, им пришлось бы отдать свои жизни, чтобы искупить преступления...

Спор не утихал.

Тем временем Дари Саути выглядел уже не только гневным, но и совершенно ошарашенным:

― Ты сошёл с ума, Зууро Суун? Если ты действительно так думаешь, то мы больше не сможем считать тебя нашим вождём.

― О? И отчего же, глава клана Саути? Да, Дига и Доддо ещё слишком молоды и не умеют сдерживать свои порывы, но никто не погиб, и ни одну женщину не осквернили. На деле никто и не докажет, намеревались ли в действительности мои сыновья совершить эти преступления, ведь так? ― Мутный взгляд Зууро Сууна метнулся к Донде Руу: ― Посмотрите. Не видите ли вы ненависти в глазах главы клана Руу, смотрящего на меня? Возможно, он даже подумывает лишить меня жизни... Однако пока он не направит меч в мою сторону, он сам не совершил никакого преступления. Вот что я хочу подчеркнуть.

― Звучит как попытка отвертеться! Не должен ли правящий клан служить примером для народа морихен?!

― Хм... Тогда, полагаю, ничего не остаётся, кроме как проливать кровь обеим сторонам. Как досадно... — произнёс Зууро Суун, но в его словах не было ни капли сожаления.

Но, может, этот человек так и думал. Возможно, он искренне считал: если слова его не спасут, то остаётся лишь отправить семью на заклание. Собирался ли он ли он сохранить мир для клана Суун путём жертвы Диги, Доддо, Тея и Ямиру? Улыбка на лице Зууро Сууна была так спокойна, что иные варианты казались невозможными.

Я сдерживал подступающую тошноту и украдкой посмотрел на его семью. Дига Суун глупо посмеивался, словно ничего не понимая, Доддо Суун всё ещё был без сознания. Тей Суун лежал на боку, словно труп, и его мутный взгляд уставился в небо. А лицо Ямиру Суун, как и ранее, было лишено всякого выражения.

С моей точки зрения, они все были преступниками, которых невозможно простить. Ну, у меня были некоторые мысли насчёт Тея и Ямиру, но преступление остаётся преступлением. И всё же для Зууро Сууна они были драгоценной семьёй, не так ли? Даже если это были их собственные безумные действия, разве он не должен был отчаянно защищать их? Или он ценил своё спокойствие превыше жизней своих родственников?

Каким же видят мир его мутные глаза?

― Итак, это твой ответ, Зууро Суун? — твёрдо спросил Донда Руу. Мида Суун до сей поры стоял в оцепенении, но пробормотал:

― Так нельзя... Народ морихен не должен причинять боль друг другу, да? ― и потянулся за дубиной у пояса.

Донда Ру тоже схватился за рукоять меча.

Улыбка Зууро Сууна заметно потухла, и он стал медленно отступать.

― Во что бы то ни стало, держись подле меня, Асута, — прошептала Ай Фа, сняв руку с моей шеи и подогнув колени.

Все мужчины, которых я видел, готовились к бою.

Переговоры явно провалились.

Казалось, Зууро Суун упорно отказывался признать вину, чем бы это ни кончилось. Даже если ему придётся пожертвовать своей семьёй, он позаботится о том, чтобы спастись самому.

Донда Ру не мог принять эту свою сторону: даже если ему придётся нарушить обещание, первым обнажить меч и дать назвать себя предателем — он, несомненно, пронзил бы Зууро Сууна здесь и сейчас. Именно об этом говорила мне пламенная готовность в его глазах.

Мы достигли точки кипения.

Долю секунды я мучительно сомневался, а затем выкрикнул:

― Стойте! Если мы следуем древним законам, то есть нечто, за что клан Суун должен искупить свою вину прежде всего!

Донда Ру уже собирался обнажить меч, но его плечи слегка дрогнули.

― Асута? — с недоверием переспросила Ай Фа. Я кивнул ей и продолжил:

― Если я не ошибаюсь, речь идёт о преступлении настолько серьёзном, что за него снимают скальп. Вы действительно имеете право судить чужие преступления, не искупив своё собственное?

― Что... О чём ты вообще говоришь?

Жабообразная улыбка Зууро Сууна окончательно исчезла с раздутого лица. Ужас, занявший её место, подсказал, что я прав.

Мои слова могли привести к ещё большему пролитию крови, но, хотя и было страшно, я всё равно выдвинул своё обвинение:

― Если вы желаете опровергнуть моё заявление, то покажите нам кладовую главного дома Суун... Это — моя единственная просьба.

В этот миг Ямиру Суун разразилась приступом безумного смеха. Хотя вокруг неё стояли женщины из кланов Руу и Рутим, она будто не могла сдержаться — запрокинула голову и завыла, хохоча как одержимая.

— Что ты такое говоришь? С чего это нам полагается скальп? Это клевета на правящий клан!

— Д-да, клевета! Просто несёшь чушь, пытаясь спасти свою шкуру... — выдавил Зууро Суун. На мгновение он вернул себе спокойное выражение лица, но уже через секунду его сменили изумление и отчаяние, потому что Ямиру продолжила:

— Да, это непростительная клевета! Мы не сделали ничего, за что нас можно было бы так поносить! И если думаешь, что я лгу, — посмотри собственными глазами!

— Что ты несёшь?! Совсем рехнулась, Ямиру?! — выкрикнул Дига Суун, а не его отец. Лица у обоих были мертвенно-бледные.

— Что с вами? Почему такие бледные? Мы же совершенно невиновны, верно? — сказала Ямиру, и её блестящие глаза обратились к Оуре Суун, стоявшей неподвижно, словно статуя: — Ну же, Оура! И ты, Цувай! Откройте кладовую! Тогда все убедятся в нашей невиновности!

Цувай Суун беспомощно посмотрела на мать. А Оура закрыла глаза, скрывая мутные зрачки под веками.

— Да... Так и нужно поступить, верно, Ямиру?

— Да! Открой!

Оура Суун шагнула к кладовой. Но Зууро Суун резко схватил её за тонкое плечо.

— Стой! Что... что ты творишь?!

— Отпусти меня...

— Никогда! Я — вождь! Я не позволю тебе этого!

Толстые пальцы Зууро впились в плечо жены. Оура вскрикнула от боли:

— А-а...

И Цувай закричала:

— Что ты делаешь?!

Донда Руу сделал шаг вперёд, но прежде чем он успел вмешаться, к отцу протянул руку Мида Суун. Мощные пальцы сжали отцовское запястье.

— Нехорошо... Плохо причинять боль семье, да?

Послышался треск костей, и Зууро Суун взвизгнул — высоким, почти женским голосом.

Освобождённая, Оура Суун обессиленно рухнула на землю и, подняв голову, встретилась взглядом с дочерью. В её глазах блестели слёзы.

— Цувай... засов на кладовой...

— ...Поняла, — ответила та и скрылась за дверью.

В тот же миг Ямиру Суун, смеясь, как дьяволица, выкрикнула:

— Ну, смотрите своими глазами! Если окажется, что твои слова — пустая клевета, Асута из клана Фа, ты не отделаешься одним глазом или пальцем ноги!

— Что с этой женщиной? Совсем спятила? — пробурчал Дан Рутим, нахмурив густые брови.

― И, если честно, я сам ничего не понимаю. Она что, подловила тебя?

— Не думаю... Если бы это было так, Зууро Суун не выглядел бы настолько растерянным, — ответил я и посмотрел на Донду Руу: — Пойдём к кладовой. И стоит держать в поле зрения членов побочных семей Суун.

Донда Руу несколько секунд молча вглядывался в меня, затем повернулся, не говоря ни слова. Рау Леа и другие мужчины из клана Руу подняли с земли Дигу и Доддо Суун.

Лицо Диги было окаменевшим, он выглядел совершенно потерянным. Доддо всё ещё был без сознания.

А Тей Суун... лежал с закрытыми глазами, как и Оура до этого.

— Мида Суун, приведёшь с собой Зууро Сууна? — спросил я.

— Да... — отозвался тот, щёки у него дрожали. — Но зачем ты говорил про кладовую? Мы ведь не начнём есть до утра, да?

— Не начнём. Мы просто посмотрим, что внутри.

С этими словами мы обошли дом.

В группе были мужчины с собрания глав кланов, женщины, следившие за очагом, члены главного дома Суун и люди из побочных семей, в сумме ― больше сотни человек. Большинство всё ещё не понимали, что происходит, и только молча переглядывались.

Тут у всех на глазах дверь кладовой распахнулась, и Цувай Суун выбежала обратно к матери. Лицо её было белее мела. Рау Леа поднял свечу, освещая кладовую внутри.

— Это же..! — ахнул кто-то от изумления.

Мы увидели именно то, чего я ожидал: самые разные фрукты и овощи — часть знакомых, часть ещё не виданных. Полки были доверху забиты дарами леса Морга — теми самыми, сбор которых был запрещён указом западной столицы.

— Вот оно как... — пробормотал Донда Руу низким голосом.

И вдруг в ночи раздался протяжный, почти певучий стон:

— Аааааа...

— Что? Что происходит?! — выкрикнул Дан Рутим, тревожно озираясь.

Все, кто издавал эти звуки, оказались людьми из побочных семей Суун — мужчины и женщины, дети и старики. Все стояли на коленях, их скорбные голоса наполняли воздух:

— Простите нас...

— Мы нарушили табу...

— Мы собирали дары леса, зная, что это запрещено...

Прямо у нас на глазах Оура Суун упала на колени:

— Это преступление клана Суун... Но прошу, пощадите членов побочных семей! Они лишь следовали злочестивым приказам главной семьи!

Прекрасное лицо Оуры было залито слезами. Люди из побочных семей ничем не отличались — кто-то пал ниц, кто-то рвал волосы, кто-то цеплялся за соседа... Все стенали, охваченные отчаянием и стыдом.

— Э-эй! Ну же, хватит! Соберитесь! — вдруг растерянно закричала Лала Руу. К ней, сотрясаясь от рыданий, прижималась тоненькая девочка.

— Простите... Простите... — повторяла она снова и снова. Это, по-видимому, была Тоор Суун из побочной семьи.

— Безумие... Весь клан Суун нарушал столь священное табу?.. — бессильно прошептал глава клана Заза, его огромная фигура дрожала, будто в ужас его привёл доносящийся отовсюду плач.

Есть дары леса было одним из величайших запретов людей морихен. Нарушишь его — и голодные гибы с ещё большим рвением разоряли бы поля вокруг города. Это преступление настолько серьёзное, что карается снятием скальпа.

Потому народ морихен никогда бы не притронулся к лесным плодам, даже умирая от голода. Камюа Ёшу как-то сказал, что не может поверить, будто племя, состоящее из таких искренних и простых людей, вообще существует.

Это было ниже их достоинства, гордости охотников.

— Мы запятнали честь охотников... Растоптали достоинство людей морихен... Мы грешники, нас невозможно простить...

Слёзы ручьями текли по лицам Оуры Суун и членов побочных семей. В их блестящих глазах поселилась несомненная скорбь, в головах явно кружилось раскаяние, а сердца бесспорно переполнял стыд. Однако несмотря на все эти негативные эмоции теперь на их лицах не было безжизненных кукольных масок. Их тяжкий грех был явлен миру, но вместе с тем они обрели свободу. Груз тайны, давивший на них долгие годы, наконец исчез.

А лица Зууро и Диги Суун побледнели до смертельной серости, они тряслись всем телом.

Доддо Суун всё ещё лежал без сознания.

Мида Суун смотрел на отца и братьев в растерянности.

Цувай прижималась к матери, закусив губу, чтобы не заплакать.

А Ямиру Суун... прошла к нам, зажатая между Людо и Мией Леа Руу.

Ай Фа всё ещё была настороже.

Ямиру остановилась перед нами и тихо прошептала:

— Теперь всё кончено...

Её лицо было поразительно спокойным — трудно было поверить, что ещё недавно она смеялась как безумная. В её глазах наполняли сложные чувства — не только печаль или гнев, но и что-то ещё, неуловимое.

— Асута... Я хочу сказать тебе одно.

— Что?

Я всё ещё не мог понять, какие эмоции ею управляли, но тут вдруг уголки её рта поднялись, образовав улыбку, и она сказала:

— Спасибо тебе, что уничтожил клан Суун.

Глава 3. Роковая ночь (Часть 3)

Наконец рассвет разогнал хаос минувшей ночи.

Выбравшись из ритуального зала, я с удовольствием потянулся, расправив плечи, и зажмурился от яркого солнечного света.

— Ночь и правда была невероятной… — хмуро пробормотала Ай Фа, подходя ко мне.

— И не говори. Трудно поверить, что это произошло наяву, ― настолько всё было безумно. Что теперь будет с лесным краем?

— Кто знает. Впрочем... хуже уже вряд ли станет. Мы приложим все силы, чтобы этого не случилось, — сказала Ай Фа, собирая волосы. Её лицо снова излучало силу: следов воздействия мелемеле уже не осталось.

Тем временем из зала, шатаясь от усталости, один за другим выходили главы кланов. Мы отошли в сторону, давая им пройти.

Экстренный ночной совет кланов наконец подошёл к концу.

◇

Допрос, проведённый главами кланов, выявил все преступления Суун.

Во-первых, выяснилось, что Суун на протяжении более чем десяти лет присваивали себе дары леса. Похоже, всё началось ещё при предыдущем вожде, Затцу Сууне; Зууро Суун занял его место десять лет назад.

Они охотились на гиб лишь ради мяса, а все свои овощи брали прямо из леса. Наградные деньги и выручку от продажи рогов и клыков тратили на покупку предметов повседневного обихода, фруктового вина и соли. А члены главной семьи к тому же расточали их на собственные развлечения.

Тем временем членов побочных семей принуждали хранить тайну. Если бы всё вскрылось, весь клан Суун должен был бы заплатить скальпами. Их заставили стать соучастниками, и более десяти лет им приходилось давить в себе гордость и достоинство жителей лесного края.

Возможно, из-за этого многие в поселении Суун умирали молодыми. Казалось бы, они жили куда сытнее и спокойнее прочих, но люди там один за другим загадочно гибли от истощения.

— Возможно, потому, что не могли найти смысла в столь излишне безмятежной жизни, — предположила Оура Суун.

Особенно часто это случалось с теми, кто вступал в клан через брачные узы. Все жёны Зууро Сууна, кроме Оуры, пришли из подчинённых кланов — таких как Заза или Джин.

Но даже те, кто в клане родился, редко могли приспособиться к таким противоестественным условиям и тоже умирали молодыми. Из-за постоянной нехватки людей Суун категорически отказывались отправлять невест и женихов к подчинённым кланам. Разумеется, во всём этом имелся смысл: в поселении Суун каждый знал о тайне, и отпускать кого-то на волю было невозможно.

И всё же чувствовалось, что это слишком неестественно. В лесном краю кровные узы почитаются превыше всего. Кланы, подчинённые Суун, должно быть, испытывали глубокое недовольство тем, что уже более десяти лет им не отдавали ни одной невесты, ни одного жениха. Вероятно, именно поэтому Ямиру Суун сказала: «Невозможно больше обманывать подчиняющиеся нам кланы».

Так зачем же клан Суун попытался принять нас с Ай Фа? Похоже, их целью было использовать заработанные нами деньги для покупки арии и поитана, чтобы прекратить сбор даров леса. Если бы у них получилось, они могли бы похоронить свой постыдный секрет.

— Как так? Это же глупо! В таком случае им надо было просто пойти и добросовестно охотиться на гиб, разве нет? — воскликнул Дан Рутим, громче всех среди взбешённых глав.

Но, вкусив порока, члены главной семьи — вернее, сам вождь Зууро Суун — уже не могли даже представить себе иного пути. К тому же, даже если бы они захотели охотиться, гибы почти не появлялись у их поселения. И это было вполне предсказуемо: гибы питаются плодами леса, а потому не станут селиться там, где привычной еды не осталось.

Иными словами, именно из-за Суун число гиб в последнее время возросло. Пренебрегая обязанностью охотников, они дали зверям расплодиться и, собирая дары леса, заставили их уйти в другие места. В итоге вся тяжесть легла на плечи других кланов.

И ситуация только ухудшалась. Даже если кто-то из побочных семей решился бы нарушить приказ правящего клана и продолжить выполнять долг охотника, сделать это было бы невозможно: гибы уже попросту не водились рядом. Более того, в поселении Суун убивали их в столь малом количестве, что там возникла нехватка мяса — даже большая, чем недостаток овощей. Зато мелкая живность вроде ящериц и змей расплодилась, и многие люди ели их мясо, лишь бы не умереть с голоду. А члены правящей семьи покупали мясо кимью и каронов, чтобы не знать нужды.

— Но зачем же им понадобилось нападать на Фа именно в день собрания глав?  Если уж они заранее собирались прибегнуть к похищению силой, почему бы сразу не атаковать дом Фа? Зачем кого-то звать в поселение Суун?

Этот вопрос озвучил Дари Саути.

С их тайным оружием, листьями мелемеле, такое варварское деяние вполне было бы Суунам по силам. Они бы без труда проникли в дом, сначала усыпив нас с Ай Фа и потом перепилив решётку на окне. Ответ на этот вопрос дала сама Ямиру Суун. По её словам, в наполовину подземном здании вроде ритуального зала, где можно плотно закрыть все входы, достаточно лишь зажечь листья мелемеле и оставить их там — дым равномерно заполнит помещение. Но в обычном доме, где вместо окон деревянные решётки, добиться такого невозможно: дым просто не задержится.

И действительно — трудно представить, чтобы Ай Фа не заметила, если бы я, скажем, жарил рыбу, а дым бы преспокойно выходил через окно.

— Всё равно, я не назову это иначе как тупостью, — продолжал Дари Саути. — Неужели вы и вправду рассчитывали, что скроетесь с места преступления, когда в одном месте собрались все главы кланов? Стыдно признаться, что я уснул со всеми, и вместе с тем не могу представить себе здравомыслящего человека, который бы придумал подобное.

— Верно... Однако это всё же казалось надёжнее, чем нападать прямо на дом Фа. Глава клана Фа настолько сильна, что Дига и Доддо с ней бы не справились, — ответила Ямиру Суун отчуждённым голосом. Взгляд Дари Саути, полный ярости, упёрся в неё:

— Позволь уточнить ещё раз. Идея заставить членов Фа вступить в клан Суун принадлежала самому Зууро Сууну, а вы вместе со старшим и вторым сыном разработали детали плана, верно?

— Да, это так.

— Преступления совершили твои братья и Тэй Суун, но и твоей вины не меньше.

— Не обязательно сейчас на это указывать. — Ямиру Суун была настолько спокойна, что это казалось очень странным.

— Постойте, ― попытался я вмешаться, но Ай Фа тут же схватила меня за руку:

— Не надо. Сейчас не время и не место нам говорить.

— Но…

Действия клана Суун были слишком непродуманными. Потому я не мог выбросить из головы мысль о том, что Ямиру Суун больше стремилась провалить план и уничтожить свою семью, а не привести к процветанию. Если вспомнить, именно она пригласила нас на совет глав. А разрешение у Зууро Сууна она получила уже после того.

Вне зависимости от того, что она скажет, само по себе проведение подобного замысла во время общего собрания — слишком рискованный шаг. Да к тому же их самое страшное табу хранилось в кладовой, и, как бы крепко она ни была заперта, позволить кому-то постороннему даже приблизиться к ней было бы безумием. А Ямиру Суун ведь сама бросила мне тогда: «Неужели ты настолько туп, что не заметил, когда стоял у очага клана Суун?»

Может быть, она всё-таки хотела остаться со своей семьёй. Но могла ли она желать положить конец греховной истории клана больше?

— Я могу предположить, что сейчас творится у тебя в голове, — прошептала Ай Фа. ― И всё же не вмешивайся. Что бы ты ни сказал, ты вряд ли сумеешь стереть преступление старшей дочери. Наоборот, просто вызовешь ещё больше гнева.

— Почему? — спросил я едва слышно.

— Даже если ты прав, она всё равно предала народ морихен. Более того, выйдет, будто она обманула собственных родичей. А предательство семьи — величайшее из наших табу, Асута.

Мне нечего было ответить.

То есть, действительно ли Ямиру Суун прибегла к такому изощрённому замыслу, чтобы клинок правосудия опустился на шею не только всего клана Суун, но и её самой?

Пока я боролся с этими мыслями, собрание торжественно продолжалось. Речь зашла о вопросе, который следовало решить прежде всего: что теперь делать с кланом Суун?

— Клан Суун больше не достоин вести наш народ! — провозгласил Дари Саути.

Никто не возразил.

Но как же именно они должны искупить свои преступления? К счастью, по крайней мере, никто не высказывался за то, чтобы наказывать побочные семьи за соучастие. Даже те кланы, что особенно строго чтят закон — вроде Заза и Джин, — поддержали это решение.

Однако кого именно следовало судить?

Тут и начались разногласия:

— Надо, чтоб по закону. Всех членов главной семьи следует лишить скальпов.

— Нет, тогда нельзя будет простить побочные семьи.

— Тогда, может, только вождя — Зууро Сууна?

— Но он всего лишь продолжил политику прежнего вождя.

— А бывший вождь, Затцу Суун, уже стар и болен, жить ему недолго...

— И всё же…

— Да сколько можно спорить! Конца этому не видно! — взорвался Дан Рутим. Его выпученные глаза обратились ко мне. — Асута, что скажешь ты?

— Э... Я?

— Ага. Именно ты разоблачил клан Суун. Так что есть смысл тебе и решать.

Безумная вывернутая наизнанку логика.

Но возможности высказаться я всё же порадовался: мне действительно было что сказать.

— Я думаю... самое важное сейчас — не наказание, а то, что будет дальше.

— Дальше?

— Да. Вместо того. чтобы поддаваться гневу и думать лишь о казни клана Суун, нужно определить, каков должен быть правильный путь для морихен, и уже исходя из этого решать, как с поступить с преступниками.

— Слова закручиваешь, как Газраан, точно! Не можешь выражаться проще?

— Простите. Я хотел сказать, что прежде чем решать судьбу клана Суун, нам следует определить, какими теперь должны быть отношения лесного края с Геносом, который лишился связывающего нас клана.

Дан Рутим и остальные главы переглянулись, явно растерявшись: кажется, они вовсе не ожидали услышать здесь название «Генос».

— Не понимаю… при чём тут каменный город? Мы ведь не жаждем наградных денег. Даже наоборот — неплохо было бы воспользоваться случаем и вовсе разорвать связи с замком.

— Но ведь вы не можете просто так это сделать, я прав? Закон, запрещающий трогать дары леса Морга, был установлен именно Геносом. Нарушение этого закона — предательство доверия, на котором держится союз между вами и каменным городом. Более того, этот запрет — одно из условий, по которым вам дозволено жить на этих землях.

После моих слов главы зашептались друг с другом.

— Конечно, Генос тоже нуждается в жителях лесного края. За восемьдесят лет вы заняли важное место в жизни города. Если бы вы покинули эти земли, процветание Геноса бы серьёзно пошатнулось. Поэтому нужно стремиться сформировать с ними лучшие, более правильные отношения ― вот, что должно быть дальше.

— Хм... раз ты об этом сказал, может, и должно... — По лицу Дана Рутима, несмотря на слова, было ясно, что он не до конца понял. Похоже, для большинства из них, кроме Суун, Генос всегда оставался чем-то далёким и не имеющим к лесному краю отношения. И тогда я решил высказать тревогу, что копилась во мне уже давно:

— Это только моё предположение, но, возможно... власти Геноса знали, что клан Суун нарушает законы, и просто закрывали на это глаза.

— Что?! О чём ты говоришь?!

— Мы с Ай Фа знакомы с человеком, близким к самому владыке Геноса. Этого человека беспокоила развращённость клана Суун, и он не раз советовал господину разобраться. Иными словами, владыка, должно быть, давно знал, что Суун перестали выполнять обязанности охотников и предались лености.

Гомон усилился. Было ощущение, будто говорю плохо о покойнике, но молчать я больше не мог:

— Более того, я сам видел, как один из Суунов совершил преступление в почтовом городке и остался безнаказанным. Из-за этого теперь ходят слухи, будто жителей лесного края не наказывают вообще, какие бы преступления они ни совершили. Думаю, именно такое несправедливое покровительство со стороны Геноса и стало истинной причиной падения клана Суун — не только наградные деньги.

После этих слов я посмотрел туда, где на самом отдалённом месте сидели члены главной семьи Суун. Все семеро, кроме старого Затцу Сууна, были на месте.

Зууро Суун обмяк, будто выжатый, — глаза его потухли.

Дига Суун трясся всем телом от страха.

Доддо Суун, очнувшийся лишь недавно, сидел с опущенной головой — похожий на побитую дворнягу на грани смерти.

Мида Суун клевал носом, явно не понимая, что вообще происходит.

Ямиру Суун сидела, опустив взгляд, с совершенно пустым лицом.

Оура Суун выпрямилась, глядя куда-то в потолок, и в её глазах стояли слёзы.

Цувай Суун хмурилась, прижимаясь к руке матери.

А единственный преступник из побочной семьи, Тэй Суун, сидел ниже всех и крепко зажмурил глаза.

— Я не собираюсь покрывать клан Суун, — продолжал я. — Но, как мне кажется, главная причина их разложения — в их связях с владыкой Геноса, включая наградные деньги. Иными словами, неправильные отношения с Геносом способны погубить даже народ морихен.

— Асута, эти слова можно принять за оскорбление всех нас, — вмешался Дари Саути. Его голос звучал напряжённо, хоть и без открытой злости. Я повернулся к нему:

— Правда? Но ведь клан Суун должен был с самого начала быть достаточно силён, чтобы вести за собой весь народ лесного края. Разве не естественно, что за восемьдесят лет они постепенно впитали яд этих связей и сошли с пути? Если всё это произошло потому, что они сами себя повязали с людьми из замка... тогда и я, кто теперь тоже завязывает отношения с жителями города и получает от этого прибыль, не могу считать это чужой проблемой.

— Хм...

— Избыточное богатство может быть и ядом, и лекарством. Мы уже говорили об этом за ужином. Кто поведёт народ морихен вместо клана Суун? Что будет с наградными деньгами? Какие дальше строить отношения с Геносом? Разве эти вопросы не столь же важны, как вид наказания клана Суун?

— Это верно, — согласился Дари Саути. — Но ведь единственный клан, сравнимый по силе с Суун, — это Руу. И если даже Сууны пали от порчи... то что теперь делать нам? — Он бросил испытующий взгляд на Донду Руу. Тот в ответ расплылся в смелой ухмылке:

— Вы что, собираетесь и дальше болтать без конца, не сомкнув глаз до рассвета? Народ морихен ведут сильнейшие, слабые не имеют на это права. Это ведь всем ясно и без размышлений, так?

— Значит, ты всё же объявляешь клан Руу новым правящим кланом?

— Ха! Я и сам давно предвидел, что клан Суун рано или поздно падёт. Значит, судьба вела нас к этому. — Донда Руу медленно поднялся на ноги и оглядел охотников. — Как глава клана Руу, я заявляю всем главам кланов лесного края: под началом Руу — шесть кланов, более сотни человек. Ни один другой клан лесного края не обладает такой силой. Возражения есть?

Разумеется, никто не возразил. Улыбка Донды Руу стала ещё шире.

— У клана Суун было семь подчинённых кланов и примерно столько же людей. Исключим самих Суун как преступников, и останется около семидесяти... Что ж, кто поведёт их теперь? Заза? Дом?

— Подобное решение нельзя принять сгоряча. Пока что кланы Заза, Джин и Дом должны будут вместе направлять своих людей, — глухо ответил глава клана Заза, в его глазах подрагивал огонёк сожаления.

— Понимаю, — произнёс Донда Руу и перевёл взгляд на Дари Саути. — Следующий по силе клан — Саути, верно? Насколько сильны ваши кровные узы?

— Под началом Саути — пять малых кланов, всего меньше шестидесяти человек. Мы далеко не равны Руу по мощи.

— Хм. Значит, теперь, когда Сууны пали, по численности вы примерно равны северным кланам, — довольно заметил Донда Руу и ещё ярче сверкнул глазами. — В таком случае у меня есть предложение. Теперь, когда лесной край лишился правящего клана, руководить народом должны Руу, Саути и люди с севера.

— Что?! — воскликнул глава Заза. — Руу, Саути и мы?! Что ты имеешь в виду, глава клана Руу?!

— Думаю, это очевидно. Как бы ни был велик клан Руу, у нас не хватит рук охватить весь огромный лес от края до края. А раз уж на севере и юге есть крупные кланы, почему бы не воспользоваться этой мощью?

— Но это же...

— Три клана, правящих морихен, — продолжил Донда Руу. — Все трое будут связаны с Геносом и получать наградные деньги. Так мы превратим их не в яд, а в лекарство. Если у кого-то есть лучший план — пусть выскажет. И я обращаюсь не только к Заза и Саути, а ко всем главам кланов, что собрались здесь.

Пронизывающий взгляд Донды Руу вновь обвёл глав кланов:

— Если когда-нибудь появится клан, равный по силе Руу и Саути, он тоже будет признан достойным вести за собой народ. Ведь одного вождя для лесного края недостаточно. Стоит одному человеку впасть в разврат — и будущее всех окажется под угрозой. Клан Суун показал нам это своим примером.

Зууро Суун не шелохнулся. Бывший вождь морихен, принявший греховное наследие своего предшественника и проживший жизнь в лености, теперь выглядел как мертвец.

— Те, кто согласен со мной, поднимайтесь! Кто против — оставайтесь сидеть и выскажитесь!

Кланы, подчинённые Руу, вскочили сразу. Следом один за другим начали подниматься главы меньших кланов, среди них и мы с Ай Фа. Дольше всех колебались, как и ожидалось, северные и южные кланы. Насколько же сильные нахлынули на них смятение и растерянность, когда им на головы свалилась ответственность за весь народ?

В конце концов поднялся и Дари Саути... А за ним встали и главы северных кланов.

Решение было принято единогласно.

Донда Руу кивнул с серьёзным лицом:

— Здесь и сейчас, как глава клана Руу, я, Донда Руу, клянусь объединиться с Саути, Заза и их людьми, чтобы вести наш народ правильным путём, не утратив гордости людей морихен.

— Как глава клана Саути, я, Дари Саути, также клянусь содействовать лесному краю всем, чем могу.

Главы кланов, ранее подчинявшихся Суун, какое-то время стояли с возмущением, но вскоре глава клана Заза тихо пробормотал:

— Мы решим, кто будет отныне вести наши кланы. Но клянёмся: кто бы это ни был, он не опозорит народ морихен.

— Что за небрежность! Вам всем пора уже определяться с вождём, — с хитрой ухмылкой сказал Донда Руу, на что глава Заза лишь отрезал:

— Да замолчи ты!

— Что ж, сейчас, кроме Саути и, скажем, главы клана Заза, все могут отдыхать. Но остаются ещё обстоятельства для обсуждения...

Мы подчинились и сели. Донда Руу завладел вниманием присутствующих и произнёс:

— Итак, как поступим с членами главной семьи клана Суун? Я считаю, что сначала нам самим нужно определить, к чему склоняться, а потом спрашивать мнение глав других кланов.

В воздухе повисло напряжение.

— Думаю... Вместе с вождём Зууро Сууном должны быть наказаны те, кто преступил закон этой ночью, — вскоре ответил Дари Саути. — Старший сын Дига Суун, второй сын Доддо Суун, старшая дочь Ямиру Суун и Тэй Суун из побочной семьи. Добавив к этому Зууро Сууна, я бы сказал, что преступления всех пятерых очевидны.

— Хм... Значит, ты считаешь, что обвинить в присваивании даров леса можно только Зууро Сууна? Но старшая дочь не обнажала клинок, так как же её наказывать?

— Это... сложный вопрос. Но раз она поделилась своими знаниями с братьями, то должна разделить с ними и наказание.

Получается, ей отрубят правую руку, как Доддо и Тэю Суунам? Мой рот заполнила ужасная горечь. Однако следующее слово главы клана Заза было ещё суровее:

— Я считаю, что все члены главной семьи заслужили наказание. То, что они не только сами тянули руки к дарам леса, но и заставляли побочные семьи делать то же самое, — не менее тяжкое преступление. Им всем следовало бы снять скальпы.

— Разве? Не могли же женщины главной семьи принудить членов побочных семей, так? Неужели справедливо помиловать побочные семьи и при этом потребовать от женщин главной семьи расплаты жизнью?

— Хмм... безусловно, я размышлял над этим, — ответил глава клана Заза, — но обычно побочные семьи тоже подлежат наказанию. Потому и нет иного выбора, кроме как привести всю главную семью к искуплению кровью.

Значит, он предлагал даже такой маленькой девочке, как Цувай Суун, вынести смертный приговор? Даже если это следовало из суровых законов морихен, я принять этого не мог.

— Можно мне сказать кое-что? — внезапно вмешалась Ямиру Суун. В её сторону тут же устремились взгляды, наполненные жаждой крови. — Раз никто из вас не знает, разрешите разъяснить... Развращение клана Суун началось ещё при предыдущем вожде, Затцу Сууне.

Жажда расправы глав кланов только усилилась. Но с лица Ямиру Суун не сходила ледяная, неприязненная маска, и она равнодушно продолжила:

— Затцу Суун был, так сказать, средоточием яда. Все, кто долго с ним жил, постепенно гнили душой. Он был вождём до того самого момента, когда десять лет назад его свалила болезнь. Всё время своей власти он разъедал души главной семьи.

— Ха! Я как раз ждал, что ты скажешь что-нибудь подобное, но видно, ты хочешь свалить всё на Затцу Сууна, который и встать-то не может! Какая подлость! — злобно взвыл глава клана Заза. Лицо Ямиру Суун не дрогнуло, когда она посмотрела в его сторону:

— Я не говорила, что вся вина лежит на нём. Я лишь хочу показать, что есть те, кого его яд не коснулся... Оура Суун вышла замуж двенадцать лет назад, Цувай Суун родилась тогда же, а Мида Суун ещё не осознавал происходящего... Эти трое не прогнили душой от влияния Затцу Сууна и совершили не больше преступлений, чем люди из побочных семей. ― Затем, не вставая, Ямиру Суун так низко поклонилась, что лоб коснулся пола: ― Итак, если вы помилуете побочные семьи, то прошу, будьте милосердны и к этим троим... Мы — единственные, чьи души прогнили.

— Что ты такое говоришь?! Это же нелепо! — завопила Цувай Суун, вскочив на ноги, как заведённая кукла. Её не связали из-за слишком юного возраста. Людо Руу, назначенный за ней присматривать, торопливо схватил её за загривок.

— Эй, не глупи! Перестань шевелиться, малявка! — отрезал он.

— Замолчи! Ты же больше всего переживала за судьбу клана Суун, правда, Ямиру?! Почему должна умирать именно ты?!

— Потому что я не смогла найти иной путь к нашему спасению, — тихо ответила Ямиру Суун, подняв взгляд и чуть улыбнувшись. — Я родилась раньше Диги и Доддо. И в свою очередь я впитала ещё больше яда Затцу Сууна. Моя душа давно прогнила, и надежды на избавление у меня не осталось.

— Когда ты родилась, не важно! Мы же — семья, разве нет?! — Cлёзы потекли из больших глаз Цувай Суун. Всё ещё сжимая ей шею, Людо Руу смотрел, как она уставилась на отца и братьев. — Это вы всегда творите ужасные вещи! Это из-за вашей трусости Ямиру стала такой! Что такого страшного в прикованном к постели старике?! Когда у нас появились деньги, почему вы их не потратили правильно?!

Никто не ответил. Они молча склонили головы, словно всё ещё не могли осознать бедственное положение, в котором оказались. Главы кланов переглядывались, явно выбитые происходящим из колеи.

Первым заговорил глава клана Заза:

— Действительно трудно разделить наказание по степени серьёзности преступления, согласитесь. В таком случае я считаю, что лучшим решением будет следовать закону и подвергнуть наказанию и главную семью, и побочные — всех без исключения.

— Это решение слишком поспешно. Не стоит так легко распоряжаться жизнями сорока человек... А какое мнение у тебя, Донда Руу? — обратился Дари Саути. Донда Руу молчал несколько мгновений. Затем, окинув взглядом членов клана Суун, он неторопливо заговорил:

— Уже десять лет я ставил под вопрос преступления клана Суун. То же самое делал мой отец ещё раньше, двадцать лет назад. Теми, кто не слушал и продолжал их защищать, были подчиняющиеся Суунам кланы ― вы, Заза и Джин, и прочие... Если бы вы тогда не вставали у моего отца на пути, уверен, он бы уже двадцать лет назад обезглавил Затцу Сууна.

Глава клана Заза с сожалением прикусил губу:

— На это мне ответить нечем... Но всё же что с того?

— Люди клана Суун во многом неисправимая шайка. Первый и второй сын — особенно отпетые негодяи. Но кто именно позволил нашему правящему клану погрязнуть в разврате? Вы, кто прикрывал Суун; мы, кто не довёл дело до суда; и малые кланы, у которых не хватало силы сделать хоть что-нибудь... Неужели не согласитесь, что мы все делим за это вину? — Глаза Донды Руу сияли необычайным спокойствием. — Я считаю правильным дать всем из клана Суун, кроме прежнего и нынешнего вождей — Затцу и Зууро Суунов, ― один единственный шанс.

— Единственный?

— Да. Последнюю возможность жить и умереть как люди морихен... Если, конечно, у самих членов главной семьи хватит смелости принять её.

* * *

Сидя и издали наблюдая за ритуальным залом, мы сонно переговаривались.

— Пожалуй, я поторопился с выводами насчёт Донду Руу. Я думал, он куда более твердолоб, как, например, тот же глава Заза.

Решение, которое озвучил Донда Руу, заключалось в том, что каждый из столь же сильных кланов, как Руу и Заза, примет к себе членов главной семьи Суун. Разумеется, не простым вступлением в брак. Им предстояло отказаться от имени Суун, разорвать связи с прежней семьёй и помогать в хозяйстве, будучи в самом низу иерархии. Если в дальнейшем они докажут, что исправились должным образом, то станут полноценными членами своих новых кланов. Если нет — им не дадут права передать свою кровь дальше, и после них ничего не останется. Это был невероятно суровый, но всё-таки путь к искуплению, которого ещё не знала история лесного края.

Скрыть своё замешательство не смогли не только главы кланов Заза и Саути, но и все остальные. Тем не менее предложение Донды Руу в конечном итоге приняли.

— Донда Руу не из тех людей, которые вот так высоко чтят законы и обычаи. Я бы сказала, что он ещё серьёзно подумает, стоит ли отдавать традициям приоритет в ущерб собственным мыслям и чувствам, — ответила Ай Фа, щурясь то ли от яркого света, то ли от обыкновенной сонливости. — Впрочем, весьма удивительно, что вся эта смута не привела к кровопролитию.

— Да, это было настоящим облегчением.

Пока ещё не решили, куда именно отправятся члены главной семьи, но тех, кого считали особенно опасными, — Дигу и Доддо Суунов — уже определили к клану Дом. По всей видимости, Дом считался среди кланов севера особенно свирепым, смелым и гордым, так что там эту парочку заставят охотиться за семерых.

— Практически смертный приговор для этих недоумков, — тихо прошептал мне Людо Руу, а мне было нечем ответить. И всё же это лучший для них исход, чем снятие скальпа или отрубание правой руки. Ночью я, надо признать, был достаточно зол, чтобы убить их, но теперь, зная, что Ай Фа в порядке, смерти им я не желал. А вот чего я желал, так это больше никогда в своей жизни их не видеть.

— Интересно, какие кланы примут Миду и Ямиру Суунов? Придётся действовать сообща, чтобы справиться с этими двоими.

— Кто знает? Может, их примут в клан Руу?

На эти слова я издал недовольное «Э?» и, повернувшись, увидел, что сощуренные глаза Ай Фа пронизывали меня льдом.

— Асута... Сколько ещё обнажённых женщин тебе надо увидеть, чтобы удовлетвориться?

— Что? Ты об этом подумала?! Кого вообще заинтересует жуткое, покрытое кровью нагое тело?

— Значит, тебе бы понравилось, если бы крови на нём не было?

— Нет, я не об этом! И вообще, есть предел тому, сколько возмутительных вещей можно говорить о парне! Да и единственная обнажённая женщина, на кого в этом мире упал мой взгляд, — это ты сама, Ай Фа!

В висок мне врезался локоть. И как раз в этот момент к нам подошла большая фигура:

— Чего это вы тут? Кажется, я слышал что-то про голых женщин...

— Ой... А, нет, ничего. Что случилось, Дари Саути?

— Да так, тоже хотел немного отдохнуть. Целую гору дел надо утрясти до момента, когда я смогу наконец вернуться в поселение Саути.

Определить, куда поместить членов главной семьи. Решить судьбу побочных семей. Разобраться, что делать с дарами леса из кладовой. Расследовать разграбление леса. И ещё — вынести приговор Затцу и Зууро Сууну.

— Во всяком случае, немедленно их не накажут. Надо допросить Зууро Сууна о том, чем они обменивались с Геносом, а Затцу... Ему, похоже, и безо всякой казни осталось не много месяцев жить.

— Понимаю...

У клана Суун отняли право вести народ, и теперь этим правом обладают три других клана. Интересно, как на это отреагирует Генос? Столь непохожие на Суунов, смогут ли эти гордые вожди лесного края выстроить порядочные отношения с теми, в чьих руках сосредоточена власть? Определённо, им предстояло большое количество испытаний.

— Буду рассчитывать, что вы сделаете всё, от себя зависящее, если не больше.

— Да. Сама идея того, что люди из замка обходили законы, чтобы покрывать народ морихен, совершенно нелепа. Меня выворачивает от мысли, какими горожане воспринимали нас всё это время. — При этих словах Дари Саути ударил кулаком по ладони. — Нападения на путников, похищения женщин, кража урожая... Неужели клан Суун действительно совершал такие ужасные преступления?

— Не знаю. Но людям из побочных семей явно не хватало сил на подобные деяния... И если теперь, раз члены главной семьи больше не могут действовать свободно, мы больше не услышим об этих преступлениях, — значит, их совершали именно они.

— Если это подтвердится, то, пожалуй, мы ещё слишком мягко поступили в отношении первого и второго сыновей... Хотя, не стоит мне называть отправку в клан Дом лёгким наказанием.

Был ли клан Дом аж настолько суров? Ну, говорили они не так много, как Заза и Джин, а ещё носили черепа гиб, так что скорее всего они были самые пугающие из всего племени.

— Ах да, насчёт Тэя Сууна из побочной семьи. Я предложу тоже отдать его клану Дом.

— Что? Серьёзно?

— Ага. Говорят, он жил с главной семьёй, потому что от его собственной никого не осталось. Стало быть, справедливо относиться к нему так же, как и к ним... А ещё, похоже, он отец жены вождя, Оуры Суун.

Я не мог подобрать слов. Выходит, он тесть Зууро Сууна и дед Цувай Суун? Члены главной семьи всерьёз обращались с человеком такого положения как со слугой? Да уж, непроглядный мрак тянулся за этим кланом до последнего.

— Всё же... Думаю, ему будет благом прожить остаток своих дней охотником. В отличие от старших сыновей главной семьи, у которых с рождения не было гордости охотников, Тэй Суун когда-то точно охотился по-настоящему.

Понятно. Если ему было за пятьдесят, значит, во времена своей молодости он проявлял себя в охоте на гиб, как и все остальные. А потом у него отняли гордость охотника… Жестоко. Как же он себя чувствовал, выполняя приказы кого-то, вроде Диги Сууна? Что за человек скрывался за глазами, как у гниющей рыбы? Когда эти мысли пронеслись у меня в голове, я ощутил в груди тупую боль.

— Вероятно, поэтому Донда Руу и пришёл к мысли даровать им последний шанс. Неприятно признавать, но, похоже, у главы клана Заза и у меня пока нет силы вождя, которой обладает он, — произнёс Дари Саути и повернулся к нам спиной. — Нам нужно вести наш народ по правильному пути, чтобы подобные ошибки и трагедии больше не повторялись… Что ж, когда-нибудь ещё увидимся, Асута и Ай Фа из клана Фа.

— Да, до встречи, — ответил я, а Ай Фа ничего не сказала.

Теперь, подумав об этом, я понял, что она уже какое-то время не издавала ни звука. Когда я повернулся, чтобы посмотреть… её голова упала мне на правое плечо. Видимо, она заснула, пока я разговаривал с Дари Саути. Что ж, прошлой ночью мы спали в лучшем случае два-три часа, так что ничего удивительного. А потом ещё вся эта клановая смута, после которой народ был измождён.

Тем не менее… похоже, мы как-то со своей задачей справились. Завтра мы снова займёмся делами в почтовом городке, так что сегодня ― после всего этого ― надо будет взяться за приготовления. Если не дать себе хотя бы немного отдыха, я не выдержу.

Подумав так, я прижался к Ай Фа в ответ и позволил тяжёлым векам сомкнуться.

Страница книги Дикая готовка в интернете

Table of Contents

Том 1

Иллюстрации

Пролог

Глава 1: Худший ужин

Глава 2: Утро в чужих землях

Глава 3: Ученик повара в Ином Мире

Интерлюдия: Утро в Морихене

Глава 4: Маленькая гостья

Глава 5: Клан Ву

Глава 6: Ночь благословения

Интерлюдия: Младшая дочь клана Ву

Том 2

Иллюстрации

Пролог

Глава 1: Интерлюдия под луной

Глава 2: Какой же путь верный?

Глава 3: Договор и воссоединение

Глава 4: Кулинарный путь неопытного повара

Аперитив: Путь охотника

Том 3

0 Пролог: Ущелье

Глава 1: Почтовый город Генос

Глава 2: Решение и награда

Глава 3: Подготовка непрофессионального повара

Интерлюдия. Неожиданная встреча

Глава 4: Пиршество Лутим, Часть 1

Глава 5: Пиршество Лутим, Часть 2

Глава 6: Конец пиршества

Полуденный перекус. Юный мудрец

Том 4

Глава 1: День, полный неразберихи

Глава 2: День выбора

Глава 3: День глубоких размышлений

Глава 4: Открытие киоска в Почтовом городе

Полуденный перекус: Девочка из Почтового города

Том 5

Глава 1: День четвёртый - Обжора

Глава 2: День пятый - Целая прорва покупателей

Интерлюдия: Их совместное утро

Глава 3: День шестой и седьмой - Аморальная посланница

Глава 4: Удвоенная решимость

Полуденный перекус: Хранительница очага клана Ву

Том 6

0 Пролог: Напряжённый выходной

Глава 1: Порочный клан. Часть 1

Глава 1: Порочный клан. Часть 2

Глава 1: Порочный клан. Часть 3

Глава 1: Порочный клан. Часть 4

Глава 2: Большой Сход глав домов. Часть 1

Глава 2: Большой Сход глав домов. Часть 2

Глава 2: Большой Сход глав домов. Часть 3

Глава 3: Роковая ночь. Часть 1

Глава 3: Роковая ночь (Часть 2)

Глава 3. Роковая ночь (Часть 3)

О книге