Глава 1.1

Чисто белая комната, яркая, даже без источников света. Молодой человек опирался на кресло в середине комнаты с крайне спокойным выражением лица, и плотно закрытыми глазами. Длинные ресницы отбрасывали тень на его лицо. Если бы не слабое движение груди при дыхании, его можно было бы принять за идеальную нефритовую куклу; красивую, но безжизненную. Наконец, юноша медленно открыл глаза. Его чисто черные зрачки несли смертное спокойствие, которое не соответствовало его возрасту, словно лужа застойной воды; без признаков жизни.

— Где... это? Разве я не умер?

Он пробормотал про себя, и когда посмотрел на свои руки, бесстрастное лицо наконец сломалась.

— Это.... я?

Эта пара тонких, белых рук не имеет шрамов или мозолей. Этим не мог обладать нынешней "он" .... а только школьник. Когда он задумался о происходящем, в его голове вдруг зазвучал голос, заставляющий напрячься.

[Здравствуйте, хост, я Бликблик, система сияющего блеска 001, спасательная система Белых лотосов: «Вечно отстаивай доброе имя Белых лотосов». Вы отправитесь со мной в путешествие по различным мирам, чтобы спасти Белых Лотосов, находящихся под угрозой исчезновения. Давайте двигаться вперед для нашего великого дела!]

Бликблик, сияющий блеск ... отстаивать доброе имя Белого Лотоса?

Это ... что это за штука?!

[Дорогой Хост, из-за автомобильной аварии ваше тело теперь мертво. Я остановил ваше время в момент смерти. Теперь у вас есть 2 варианта: один, принять задание. Заработав достаточно очков, вы сможете обменять их на множество вещей, и даже вернуться в свой мир до произошедшего. Другой вариант - отказаться, тогда вы по-настоящему умрете. Система не сможет связаться с вами, и ранее остановленное время снова будет двигаться.]

Хотя система звучала особенно просто, но она давала людям ощущение разговора с ребенком.

— Если я приму задание, что мне нужно сделать?

Любопытство Линь Цзышэна было спровоцировано этой Системой. Конечно, если бы кто-нибудь знавший Линь Цзышэна был бы здесь, то сразу понял, что у кого-то неприятности. У любого вызвавшего его любопытство не будет хорошего конца, потому что тот будет тщательно изучен изнутри; буквально «изнутри». Просто эта так называемая Система совсем не понимает Линь Цзышэна, поэтому шла все дальше и дальше на пути к смерти.

[Господин Хост, я первая система спасения Белых Лотосов в параллельном пространстве. Наша цель - защитить исчезающие виды - Белый Лотос; помогая им избежать всевозможных тюремных заключений, жестокого обращения и смерти!]

Система так страстно говорила об их миссии, что не заметила холодного света, вспыхивающих в глазах Линь Цзышэна в момент, когда тот склонил голову.

Белый Лотос да?

Опустив веки и скрыв злобу в глубине глаз, Линь Цзышэн расслабился на кресле, казавшийся спокойным но если обратить внимание на руки, то по сжатым кулакам можно понять его нервозность.

— Я принимаю.

Голос Линь Цзышэн был ровным и равнодушным. В короткий момент потери контроля он подавил все свои эмоции в самом темном месте, на дне своего сердца.

[Первый мир, в который мы собираемся войти: возрождение почерневшего белого лотоса. Хост, пожалуйста, будьте готовы к переселению, 3,2,1 —]

После вспышки белого света Линь Цзышэн, первоначально находившийся в этой белой комнате, исчез. Только слегка покачивающийся шезлонг доказал его присутствие.

....

"Это был сентябрь. Хотя лето закончилось, но оно все еще несло тепло, которое не рассеялось. И в такую погоду она вошла в сердце каждого как ветерок.

Она подошла издалека. Белое платье качалось от ветра, словно волны воды распространялись и собирались. Черные длинные волосы свисали сзади. Однако, из-за ветра, несколько прядей всегда выбивалось. Иногда придерживаясь ее щеки, иногда уплывая.

Ее внешность была не очень красивой, но эта белая нефритовая кожа захватывала взгляд. И главное, что сводило с ума, была ее пара глаз. Синие, похожие на море, несущие в себе бесконечный свет: как бесчисленные разбитые звезды, упавшие в Млечный путь.

Проходя мимо нее, кто-то невольно почувствовал бы запах лотоса с ее тела, люди не могли не быть привлеченными…"

Глядя на книгу в своих руках, Линь Цзышэн чувствовал глубокую злобу мира. Он ничего не сказал, просто держал книгу в руках и смотрел на Систему 001. В этом чисто - черном зрачке не было никакого выражения; просто равнодушие. Но из-за этого его глаза выглядели еще темнее, что давало людям чувство удушья и угнетения.

[Хост… хозяин-дарен, это мир, который мы атакуем...]

Маленький котенок с парой крыльев посмотрел на Линь Цзышэна немного осторожно.

Сама Система также не знает, почему этот мир был таким странным! Нет ...скорее странный Белый лотос? Нет, нет, это невозможно! Как система спасения белого лотоса может иметь столь ужасные мысли!

— Одежда как волны? Как ты думаешь, сколько ветра нужно, чтобы получить такое эффект? А плавающие пряди волос? Ее волосы сделаны из металлической пружины или она стала духом? И самым ненадежным был запах лотоса. Она действительно не дух лотоса?

Линь Цзышэн почувствовал себя разгневанным, когда посмотрел на книгу в руке. Он действительно не мог больше читать эту ненадежную вещь и просто сдался: случайно выбрасывая книгу и глядя на Систему 001.

— Раз ты привел меня сюда, то скажи, что это за мир.

На самом деле этот мир был довольно простым. Убрав всю эту драматическую чепуху, это история упрямого белого лотоса, бродящего между двумя мужчинами. С восхищением связываясь с ML1, но не в силах смириться с отказом от MЛ2. В конце концов, потому что она хотела «сесть на две лодки», обе лодки утонули, из-за того, что MЛ2 был заблокирован, в то время как ML1 выполнял различные SM(садо-мазо)-игры.

Конечно, самым странным было не это, история еще не закончилась. Белый лотос больше не могла выдерживать пытки и в конце концов покончила жизнь самоубийством. Затем возродилась, и на этот раз желала получить обоих и контролировать их в своей руке. В результате МЛ 2 тоже почернел, и её замучили до смерти оба мужских лидера.

— Хе-хе, действительно образец "no zuo no die"(не ищи смерти, не умрешь)

Слушая рассказ 001, Линь Цзышэн чувствовал, что белый лотос полнейшая дура. Нельзя не признать, что низкий IQ действительно является болезнью.

— Тогда какова моя миссия?

[Пожалуйста, подождите.]

[Сканирование системы…]

[Ваша личность - мужской лидер 2 - Линь Цзышэн.]

[Основная миссия: изменить судьбу женского лидера, не дать ей умереть под руками мужского лидерства 1 или 2. Награда: 200 и 500 очков опыта. Отказ вычтет 500 очков.]

[Побочная миссия 1: поднять позитивное чувство МЛ 1 до 80% и выше. Награда: EXP 50 и 100 баллов. Никаких штрафов за неудачу.]

[Побочная миссия 2: поднять позитивное чувство FL до 80% и выше. Награда: EXP 50 и 100 баллов. Никаких штрафов за неудачу.]

[Побочная миссия 3: Помогите FL развязать узел в ее сердце и покончить с чернотой. Награда: EXP 80 и 120 баллов. Никаких штрафов за неудачу.]

[Как новичок, у вас есть 1 шанс на отказ. Это означает, что штраф за первый провал отсутствует. Также напоминание, что если ваши очки ниже -2000, вы получите физическую травму 1 раз. Когда ваши очки ниже -5000, вы будете подвергнуты однократному наказанию души, в то время как если вы наберете меньше -10000, вы будете непосредственно уничтожены.]

[Принимаете ли вы задание?]

Слушая 001, объясняющий миссию своим простым механическим голосом, Линь Цзышэн хотел смеяться и плакать. Изменить судьбу женщины? Можно ли спасти умственно отсталого?

— Да.

Поскольку он решил защитить свою семью, Линь Цзышэн абсолютно не позволит себе сдаться, даже если некоторые задачи были немного отвратительными, и ... это не похоже на то, что нет лазеек.

[На данный момент ML 1, ML 2 и FL в настоящее время являются студентами Университета А. Подтвердить участие в сюжете?]

— Да.

Поскольку решение принято, то все должно быть сделано как можно скорее. Линь Цзышэн не был тем, кто тянет кота за хвост. Получив подтверждение, Линь Цзышэн почувствовал, как его окружение исчезло, и стало ярче.

Когда он снова почувствовал себя стоящим на земле, то посмотрел на свою одежду и не мог не сморщить брови. Тот, кто привык носить костюмы, теперь носит какую-то молодёжную одежду. Он действительно не мог приспособиться сразу. Линь Цзышэн протянул руку, поправить воротник, и только тогда вспомнил, что на нем не было рубашки, поэтому он не носил галстук.

[Хозяин, пожалуйста, обратите внимание, что цель в 50 метрах впереди в северо-восточном направлении. Вы оба встретитесь через 2 минуты.]

— Что? - Линь Цзышэн был ошеломлен, когда услышал слова 001. — Разве FL не должна была встретить ML1, а затем случайно столкнулся с ML2?

Он вспомнил, что так была написана история.

[Поскольку FL возродилась, мир мог знать только общий контекст и не мог полностью понять действия FL.]

То есть FL сейчас не будет следовать первоначальному сюжету. Ему импровизировать? Линь Цзышэн поднял брови, угол его губ изогнулся до легкой улыбки, а затем мгновенно исчез. Он не забыл, что Линь Цзышэн в этом мире - лучший студент-айсберг, ему было бы лучше не улыбаться.

Пройдя несколько шагов, он нашел место для сидения, затем посмотрел на книгу в руке. Его опущенные веки скрывали злобность в его глазах, и холодный темперамент тела проявился, «отбрасывая людей за тысячу миль». Хотя Линь Цзышэн был единственным, сидящим на длинной скамье под деревом, никто не осмелился подойти. Вероятно, это так называемая аура студента-айсберга. Конечно, не у всех есть проницательные глаза. По крайней мере, у существа, называемого Белым Лотосом, нет особого "зрения", а также болезнь нарциссизма.

Белый лотос Бай Вэй тщательно поддерживала свой темперамент, ища свою цель. В своей прошлой жизни она не появлялась в этом месте, но столкнулась с «демоном», которого никогда не сможет забыть. И в этой жизни она определенно изменит свою судьбу и найдет того человека, который всегда был одержим ею. Она считала, что даже если время их встречи изменилось, этот человек обязательно влюбится в нее с первого взгляда. Поскольку она очень чиста и привлекательна, как может быть кто-то в этом мире, кто не любит ее?

Этот «демон» тоже относился к ней так, потому что глубоко влюбился: так сильно влюбился, что не мог потерять. Вот почему он заключил ее в тюрьму. И пытал, потому что она хотела убежать. Она знала о сердце (чувстве) этого «демона» поэтому, даже если ненавидела его, все же решила дать тому шанс. Пока он не обращается с ней так, она всё еще неохотно согласится быть с ним.

Конечно, Линь Цзышэн не знает всех этих мыслей Бай Вэй. Если бы он знал, то вздохнул бы с восхищением. Как и ожидалось от FL, нейроны в ее мозгу не такие, как у нормальных людей.

Глава 1.2

FL - Бай Вэй

ML1 - Су Мо

ML2 (MC) - Лин Цзышэн

______________

Бай Вэй медленно пошла к Линь Цзышэну легкими шагами и нежной улыбкой. Словно ангел упавший в мир смертных; тихая красавица, к которой люди не могут прикоснуться. Просто столь красивая сцена не была замечена человеком, который должен был увидеть.

Линь Цзышэн все еще тихо сидел на длинной скамейке читая книгу. Солнце светило сквозь щели в листьях и несло тихое спокойствие. Любой увидевший его, ощущал душевное умиротворение. Очевидно, у него была аура державшая людей подальше, но любой, кто видел его, думал - мирный, спокойный и стабильный.

— Одноклассник ...

Наконец, Бай Вэй не могла оставаться проигнорированной и окликнула Линь Цзышэна, потянувшись за его рукавом. Однако, прежде чем ее рука успела дотронуться, Линь Цзышэн закрыл книгу и поднял голову. Его взгляд встретился с Бай Вэй, в чисто черных зрачках было только спокойствие и равнодушие, словно человек перед ним не какая-то симпатичная женщина, а просто мертвец.

Бай Вэй видела этот взгляд бесчисленное количество раз прежде, просто он никогда не падал на неё. Итак, это заставило ее чувствовать себя особенно смущенной, и даже породить слабый гнев в самом глубоком уголке ее сердца. Этот человек явно считал ее более важной, чем собственную жизнь, как он смеет смотреть на нее таким взглядом?!

— Ищешь меня?

Глядя на Бай Вэй, замершую на месте, брови Линь Цзышэна слегка сморщились, и в его глазах постепенно появилось раздражение.

Раздраженный?!

Наконец, увидев изменение эмоций Линь Цзышэна, это заставило ее стать еще более злой. Он действительно показал ей раздражение?!

— Здравствуйте, я Бай Вэй из класса 1 C, я…

— С класс? Мне неинтересно знакомится с тобой.

Линь Цзышэн оборвала ее, прежде чем та смогла закончить. Затем снова открыл книгу и полностью изолировался ото всех.

В этот момент Бай Вэй очень хотела кричать. Почему все так отличается от того, что она себе представляла? Разве Линь Цзышэн не должен быть пойман ее очарованием и публично признаться?!

001, который украдкой наблюдал за Линь Цзышэном, и выполнением его миссии, смотрел с обожанием. Этот хост, впервые выполняет задания, и действительно мог так хорошо понять характер своего персонажа. Характер персонажа ML2 был лучшим студентом-айсбергом. Каждая специальность в университете A делится на 4 класса: A, B, C и D. Как лучший ученик, он, естественно, не заботится о слабаке. Но почему казалось, что что-то не так? 001, очевидно, забыл об их задаче - спасти белого лотоса. Он должен называться дурачком, не так ли?

— Од...одноклассник, я, я просто хочу познакомиться.

Бай Вэй опустила голову. Ее голос постепенно стал мягче, и она слегка прикусила губы. Если кто-то проверит, они даже увидят слезы на ее глазах; четкое изображение того, над кем издеваются.

— Я только видела, что у тебя нет друзей, так что ...

Так что - я пришла сюда, чтобы спасти тебя от аутизма, вызвало у Линь Цзышэна приступ тошноты.

— Мне не нужны друзья, — Линь Цзышэн закрыл книгу в своих руках, затем встал, чтобы вернуться в общежитие. В тот момент, когда он проходил мимо Бай Вэй, прошептал: - Я Линь Цзышэн, а не Су Мо. Ты пошла не туда.

Что ... что?! Как он мог знать это?!

Мгновенно сердце Бай Вэй взволновалось. Это был ее самый большой секрет, как этот человек мог узнать об этом?! Может ли это быть ... он тоже переродился? Думая об этой возможности, Бай Вэй почувствовала облегчение, и ее осенило понимание. Неудивительно, что Линь Цзышэн вел себя так, будто ненавидел ее. Если он возродился, тогда все можно объяснить. Должно быть, он обвиняет ее в том, что стал инвалидом в прошлой жизни. Тем не менее он все еще глубоко влюблен. В противном случае он не будет питать к ней неудовлетворенность.

И в этот момент система предупреждает Линь Цзышэна, который «питал недовольство к Бай Вэй».

[Серьезное предупреждение, серьезное предупреждение. Перед выполнением задач хост не имеет права сообщать кому-либо о вашей личности как постороннем. В противном случае вы будете прямо осуждены за невыполнение заданий и подвергнуты двойному наказанию.]

— Бай Вэй не будет думать, что я посторонний. - Посмеиваясь, тон Линь Цзышэна был насмешливым по отношению к Бай Вэй. - У умственно отсталого человека не хватит IQ.

[…]

Господин хост на самом деле прав, он не мог ответить. QAQ

[Так как Хост Дарен знал, что Бай Вэй не сможет догадаться, тогда зачем вы сказали эти слова?]

Хост Дарен слишком умен, он не мог понять яму, которую тот вырыл (для ФЛ).

— Чтобы позволить ей неправильно понять, что я переродился.

Таким образом, его следующий план будет легче выполнить.

[Р-разве хост не добавляет трудностей к своей задаче?] 001 еще больше не мог понять, почему Линь Цзышэн сделала это. [ML2 был покалечен из-за нее в прошлой жизни. Она определенно думает, что хозяин вернется отомстить, как ты поднимешь ее хорошее впечатление?]

# Что делать с Хозяином, который не занимается честной работой и выкапывает ямы для себя? Ожидание онлайн, срочно#

— Ты говоришь о нормальных людях. Что касается её ...

Распахнув дверь своей спальни, Линь Цзышэн вошел и удобно устроился на кровати. Он закрыл глаза, затем медленно объяснил: "Она только подумает, что я питаю недовольство. Она может даже подумает, что я все еще глубоко влюблен в нее."

Хе-хе, просто нельзя не признать, что мозговые волны между Линь Цзышэном и Бай Вэй действительно совпадают.

— Кроме того, ты не думаешь, что легче развить хорошие чувства, если кто-то, кто явно должен ненавидеть тебя, защищает в тайне?

Услышав последнее предложение Линь Цзышэна, 001 выразил почтение своему хозяину, как бесконечная проливная речная вода.

— Итак, я закончил с героиней. Следующим идет мужчина.

На самом деле в сердце Линь Цзышэна ML1 легче снять по сравнению с FL. Причина проста, потому что лидерство мужчины в этом мире - непостоянный человек, у которого нет никакой целостности вообще. Хотя он не любит использовать сладкую ловушку, но, похоже, она исключительно полезна в этом мире.

На следующее утро не было занятий, но Линь Цзышэн все еще проснулся рано. Бай Вэй должна была испугаться вчера и больше не будет искать ML1, так что теперь он хотел пойти и дать Су Мо незабываемый шанс. Хотя Су Мо не любил мужчин, но после того, как тот увидит его лицо, впечатление от Бай Вэй должно быть намного меньше, даже если те встретятся сегодня.

Линь Цзышэн специально надел белый повседневный костюм, что имел тот же эффект, что и белое платье Бай Вэй. Хотя он не мог вести себя как жалкий белый лотос, но его холодный темперамент столь же запоминающийся.

[Господин хост, ты мой мужской бог, начиная с сегодняшнего дня. Встаю на колени!]

Глядя на Линь Цзышэна, фиксирующего свой внешний вид перед зеркалом, глаза 001 превратились в сердечки. Вокруг тела был розовый фон, и он выглядел как одурманенный идиот. Но не вините его, потому что для того, чтобы оставаться здоровым, Линь Цзышэн имеет привычку заниматься спортом и поддерживать себя в форме. Поэтому, даже если его тело превратилось в двадцать с чем-то, он мог бы выглядеть только еще лучше. Широкие плечи, узкая талия, длинные ноги и сложение лица, которое исключительно нежное и слегка мягкое, но совсем неженственное. Неважно, кто его видит, назовет мужским богом. И из-за этого Линь Цзышэн довольно уверенно относится к своей «ловушке».

8.10 утра Линь Цзышэн сел на длинную скамью возле классной комнаты. Надев наушники и держа в руке книгу, он ничем не отличался от тех учеников, которые рано просыпаются, чтобы читать.

[Хозяин-дарен, что ты здесь делаешь? Разве вы не собираетесь "случайно встретиться" с ML1?]

001 немного волновался, увидев, что Линь Цзышэн безразличен. Су Мо идет, но почему у Хоста нет реакции?

Линь Цзышэн не ответил. Вместо этого он взглянул на группу людей, медленно крадущихся уголком глаз. В этой группе не так много людей, вероятно, около 4-5. Но Линь Цзышэн мог видеть, что самый высокий мужчина из них - центр группы. Этот человек Су Мо.

Когда он увидел Су Мо, Линь Цзышэн, наконец, понял, почему так много людей боролись, чтобы забраться в его кровать несмотря на то, что знали ненадежность этого человека. Не принимая во внимание что-либо еще, только одно его лицо может заставить бесчисленное количество женщин наброситься без каких-либо мыслей.

Пара глаз феникса слегка прищурилась, а уголки рта несли ленивую улыбку. Две верхние пуговицы на рубашке расстегнуты, обнажая грудь медового цвета, делая его одновременно сексуальным и опасным. Всего этого было достаточно, чтобы все женщины «торопились, как утки».

Линь Цзышэн: ... Кокетливость МАХ.

Однако именно из-за этой встречи Линь Цзышэн насторожился. 001 действительно дал ему представление о переменчивости Су Мо, и его интерес к другим людям никогда не держится более недели, за исключением героини. Но Линь Цзышэн чувствовал, что за его безрассудным и безудержным видом скрывается кровожадный зверь. Запутавшись, боюсь, что от него будет не так легко сбежать, скорее его сожрут целиком, и косточек не оставив.

[Хозяин-дарен, приближается мужчина. Делай все возможное, удачи]

001 не знал мыслей Линь Цзышэна и с тревогой убеждал, но Линь Цзышэн решил отступить. Просто, хотя он сдался, другой может не захотеть отпускать его. Когда они прошли мимо друг друга, тело Су Мо слегка повернулось и врезалось прямо в Линь Цзышэна.

— Ах, прости. Я не видел тебя и случайно наткнулся.

Су Мо наклонился, чтобы помочь Линь Цзышэну поднять упавшие книги, с неискренним извинением. Когда он положил книги на руки Линь Цзышэна, его кончики пальцев случайно коснулись тыльной стороны руки другого. Кожа даже лучше, чем у женщины, плюс — это лицо настолько красиво, что заставляет сердца биться быстрее. Жаль, что все это принадлежало мужчине.

— Спасибо.

Забрав книги из рук Су Мо, Линь Цзышэн поднял голову и взглянул на него. Он кивнул и поблагодарил, а затем пошел в сторону библиотеки, не оглядываясь.

После ухода Линь Цзышэна Су Мо посмотрел на свою руку. Он нежно потер кончики пальцев, и уголок его рта нёс задумчивую улыбку.

— Что, молодой мастер Су очарован? - юноша, увидевший улыбку Су Мо, поднялся и спросил: "С каких пор молодой мастер Су интересуется мужчинами?"

— Немного, но жаль, что это парень. Если это женщина ...

Немного сожаления появилось в сердце Су Мо. Редко можно было встретить кого-то, кто идеально подходит его вкусу, просто пол не правильный.

— Если Юный Мастер Су не заинтересован, то как насчет того, чтобы дать мне (шанс)?

Он тоже видел внешность Линь Цзышэна. Если Юному Мастеру Су это не интересно, то ему очень интересно. Так же, как молодой человек все еще хотел сказать больше, рука уже сжала его шею. Хотя в захвате нет силы, он все еще чувствовал угрозу, исходящую от владельца руки.

— Помни, ты не можешь коснуться его. Никто не может прикоснуться к нему.

Такой подходящий человек на его вкус, даже он не мог коснуться, так как можно позволить другим делать это?!

Глава 1.3

Видя, что Су Мо ведет себя таким образом, как мог юноша не знать, что коснулся его нижней черты? Он поспешно покачал головой, сказав, что не смеет, и в то же время отметил в своем сердце Линь Цзышэна. Теперь, когда Молодой Мастер Су сказал слово, кто бы ни сделал шаг к этому человеку, действительно будет искать смерть. Он должен немедленно сообщить другим об этой новости, потому что красота другого может привлечь внимание многих.

— Помните, любой, кто осмелится прикоснуться к нему, понесет последствия на свой страх и риск.

Су Мо не говорил каких-либо серьезных угроз, но предложение «Вы несёте последствия» было достаточно, чтобы напугать людей до безумия. Помимо того, что Су Мо известный плейбой, он также известен как темпераментный и безжалостный человек. Вы можете оскорбить любого в этом университете А, но определенно не молодого мастера Су. Как только он начинает сходить с ума, никто не сможет его остановить! Конечно, Линь Цзышэн, не узнает об этом. Прямо сейчас он читает книгу в библиотеке, просто эта книга - «инструкция по нападению» для этого мира.

"001, что случилось сегодня? Разве Су Мо не должен не интересоваться мужчинами?"

Глядя на покрасневшую тыльную сторону его ладони, вспышка отвращения пробежала по глазам Линь Цзышэн. Хотя он не ненавидит мужчин, но не заинтересован в человеке, не имеющем морали.\

[В инструкциях по атаке нет упоминания.]

001 осторожно посмотрел на Линь Цзышэна. На самом деле это было удивительно и в отношении действий лидера мужского пола. Разве его действия не имеют грязных намерений по отношению к хозяину его семьи?!

(￣ ^ ￣) ゞ Хозяин-дарен принадлежит нему, даже ML не может вырвать!

Когда Линь Цзышэн хотел что-то сказать, ветер, смешанный с запахом лотоса, мягко пронесся мимо, сопровождая белый силуэт.

Линь Цзышэн: ... хе-хе, запах лотоса.

— А-Шэн, почему ты здесь один? - сказала Бай Вэй, умело усевшись рядом с Линь Цзышэном, словно они были близкими друзьями, и спросила, - У тебя сегодня нет занятий?

— Одноклассница, мы не так знакомы друг с другом ба?

Хотя он знал, что должен поднять позитивное чувство героини, но всякий раз, увидев ее лицо, «все влюбятся в меня», он чувствовал головную боль.

[Сканирование системы]

— Цель: Бай Вэй (возрожденный белый лотос)

— Начальное положительное чувство: 70

— Комментарий: как я могу не любить того, кто меня любит?

Хе-хе, мозговая дыра женского лидера действительно слишком большая. Тем не менее, он был вполне удовлетворен тем фактом, что положительное чувство составляет 70. Ему просто нужно немного подправить очки и после этого не нужно больше встречаться с этой женщиной.

— А-Шэн, я знаю, что ты злишься на меня. Я виновата, я …

Поведение Бай Вэй: «Это все моя вина, независимо от того, насколько ты недоволен в своем сердце, можешь излить все это на меня», действительно ошеломило 001. Он слышал раньше, что все белые лотосы несли ореол Святой Матери. Любой, кто встретит их, сможет почувствовать сияние луча святого света. Даже 001 не пощадили, настолько ослепительно, что это почти привело к краху системы.

— Просто скажи, что ты хочешь сказать. - Линь Цзышэн взял другую книгу и случайно говорил с Бай Вэем, читая ее.

Услышав, что сказал Линь Цзышэн, глаза Бай Вэй мгновенно просветлели. С палящим блеском она спросила: "А-Шэн, завтра день рождения А-Мо. Ты ... не мог бы ты взять меня с собой на вечеринку по случаю дня рождения А-Мо?"

В прошлой жизни она и Линь Цзышэн получили приглашение на день рождения Су Мо. Но в этой жизни она не получила, потому что скрылась. Так что она могла пойти только с Линь Цзышэном, если хочет поехать. Конечно, ее совсем не беспокоит то, что Линь Цзышэн откажется. Он так ее любил, как он мог не выполнить эту маленькую просьбу?

— Хорошо.

Бай Вэй в любом случае сможет найти способ посетить вечеринку, даже если он не приведет ее. Лучше воспользоваться этой возможностью, чтобы освежить ее позитивные чувства.

[ДИН ДОНГ, положительное чувство женщины-лидера + 15, на данный момент 85. Хост, продолжайте в том же духе.]

Линь Цзышэн: ... хе-хе, действительно не известно, что она воображает сейчас.

[Миссия 2: поднять позитивное чувство от женского лидерства до 80% и выше. (Выполнено)

Награды: EXP 50 и 100 баллов. Хост принимает?]

"Да."

[Награды получены. Текущий рейтинг хоста: F, текущий опыт: 50/1500, текущие очки: 100. После завершения главной миссии откроется Магазин очков, продолжайте усердно трудиться ~]

—А-Шэн?

Видя, что Линь Цзышэн лишен выражения, Бай Вэй почувствовала небольшой дискомфорт в своем сердце. Но когда она подумала о том, как заставила его быть таким (инвалидом) в прошлой жизни, почувствовала, что может терпеть обиды.

— Ты согласен?

— Я согласен.

Хотя он ответил так, его отношение явно показывало нетерпение. Этот факт заставил Бай Вэй скрежетать зубами. Она тайно поклялась в своем сердце, что однажды позволит Линь Цзышэну сожалеть о том, как тот обращался с ней сегодня. Даже если он в ее сердце, она абсолютно не позволит ему быть таким грубым! Вспоминая, не потому ли, что её любовь была слишком скромной, Су Мо так с ней поступил. В этой жизни она никогда больше не совершит ту же ошибку, она должна стать Королевой сердца обоих мужчин!

[Хост-дарен хочет знать, о чем сейчас думает женщина-лидер?]

001, естественно, мог читать мысли Бай Вэй, и, конечно, хорошими вещами нужно делиться с его важным человеком.

"… Я вообще не хочу знать". Даже если 001 не сказал ему, Линь Цзышэн мог догадаться, и не хотел испытывать отвращение.

[…] Стоит ли восхищаться Хост-дареном тем, что он остроумен?

............

Вечером Линь Цзышэн надел одежду, подготовленную ранее. Глядя на себя в зеркало, он был вполне доволен. 001 рядом посмотрел на Линь Цзышэн и взволнованно вздрогнул в воздухе. Первоначально он думал, что Хозяин-дарен по утрам - уже бог мужского пола, но прямо сейчас. он полностью на уровне истинного мужского бога!

Линь Цзышэн с цельной белой одеждой давал ощущение безразличия. Аура была настолько холодной, что могла заморозить любого, кто приблизился. Теперь он надел серебристо-серый костюм, первоначальное равнодушие превратилось во внушающее благоговение, и все же его слегка спутанные волосы дали ощущение свободы и раскованности. Осторожное и беспрепятственное, такое чувство, появляющееся на теле, вместо этого ощущалось гармоничным; кажется, он должен быть таким человеком с самого начала.

Его тонкий костюм плотно прилегает к талии. Кто-то с немного плохой фигурой в ней, заставлял бы людей чувствовать себя раздутыми, но это было так хорошо на теле Линь Цзышэна. Немного стройная талия добавляет мягкости холодному темпераменту, придавая его поведению еще немного реалистичности.

"Как это?"

Он поднял брови, глядя на 001, который выглядел так, словно может упасть с воздуха в любое время.

[Мужской ... мужской бог ...]

— А-Шэн… - Как раз, когда Линь Цзышэн хотел немного подразнить 001, голос Бэй Вэй прозвучал внизу. ОН по-прежнему звучал чисто и женственно, хотя та подняла громкость, действительно неизвестно, как она это сделала. Зная, что, если он скоро не выйдет, Бай Вэй будет ждать внизу со слезами на лице, словно ее бросили. Чтобы не испытывать отвращения, Линь Цзышэн спустился и сел в машину, которую его семья послала за ним с Бай Вэй, и направились прямо к месту празднования дня рождения Су Мо. Точно так же, как он ожидал, Бай Вэй немедленно отбросила его, чтобы искать Су Мо. как только они приехали.

"001, почему бывшему Линь Цзышэну понравилась Бай Вэй? Любой, у кого есть мозг, может сказать, что ее внимание сосредоточено только на Су Мо."

Первоначальное тело можно считать умным человеком, почему он совершает столь глупые поступки?

[Вероятно, потому что он находился под влиянием ореола белого лотоса FL, поэтому влюбился в нее без колебаний.]

Линь Цзышэн был глубоко впечатлён этим ответом. Как и ожидалось, у исходного тела нет проблем с мозгом, но на него влияли внешние факторы. В то время как Линь Цзышэн думал о том, как выполнить свои задачи, окружение внезапно стало шумным. Конечно же, он увидел Су Мо, медленно спускающегося по лестнице со второго этажа подняв голову.

Его бордовый костюм был в паре с белой рубашкой. Белая рубашка была застегнута до самого воротника, и там был правильно завязанный черный галстук. Его грязные волосы были тщательно причесаны назад, показывая четкое лицо. Такая жесткая одежда должна дать людям чувство сдержанности. Тем не менее, Лин Цзышэн чувствовал, что его тело испускает чувство непристойности, которую невозможно прикрыть, как самец павлина, энергично хвастающийся своим хвостом, надеясь, что все взгляды противоположного пола упадут на его тело.

В один миг взгляд Линь Цзышэна встретился с глазами Су Мо. Изначально безликое лицо Су Мо внезапно подняло ленивую улыбку. Подняв бокал в руке, он сделал тост, заставив всех присутствующих потерять дар речи. Этот молодой мастер Су никогда не дает никаких лиц другим людям. Не говорите о том, чтобы взять на себя инициативу выпить за других людей, даже если кто-то предложит, пить или нет, все равно зависит от его настроения. И сегодня кто-то на самом деле заставил Юного Мастера Су взять инициативу сделать тост, это ...

Следя за взглядом Су Мо, все видели, на кого тот смотрит - Линь Цзышэна. В тот момент, когда все увидели его лицо, не меньшее количество людей очаровывалось. Юношей с нежной внешностью, по сравнению с женщиной, должно быть интереснее играть, ба! В следующий момент все вспомнили действия Су Мо и мгновенно сдулись. Хотя слухи, циркулирующие в кругу, говорили, что молодой мастер Су никогда не играл с мужчинами раньше, но отношение молодого мастера Су сегодня позволяет всем понять, что этого юношу с деликатным лицом нельзя трогать!

Видя, как все вдруг стали робкими, в глазах Су Мо появился намек на удовлетворение. Он позволил этому человеку прийти сегодня просто для того, чтобы утвердить свой суверенитет. Если кто-нибудь осмелится вытянуть свою лапу, он не против отрубить её!

— Молодой мастер Линь, не могли бы вы дать мне честь выпить с вами?

Он лениво пошел по тропинке, которую все открыли для него, и пошел к Линь Цзышэну. По дороге он небрежно взял стакан красного вина и передал. Увидев эту сцену, все вокруг снова были шокированы. Молодой мастер Су лично передал вино! Не говорите о том, чтобы выпить бокал вина вместе, они не осмеливаются отказаться, даже если им нужно съесть бокал. Какое право имеет этот человек на такое отношение?!

Линь Цзышэн ничего не сказал. Он просто спокойно взял бокал из рук Су Мо.

После он одним глотком осушил его.

Видя, как бледно-розовые губы окрасились в чарующий темно-красный цвет от вина, Су Мо внезапно почувствовал жажду. Он не мог дождаться, чтобы наброситься и прикусить эти губы.

[Сканирование системы]

— Цель: Су Мо (ведущий мужчина)

— Начальное положительное чувство: 45

—- Комментарий: выглядит вкусно, очень хочется съесть.

В одно мгновение Линь Цзышэн немного почернел. Что ты имеешь в виду под хотеть съесть?!

Глава 1.4

[Хост… хозяин-дарен, убийство людей незаконно, вы должны сохранять спокойствие !!!!]

Глядя на темное выражение лица Линь Цзышэна, 001 знал, что, если не успокоит мужского бога, прольются реки крови!

# Мой бог хочет убить главного героя и разрушить мир, что делать? Ожидание в сети, срочно! #

Тем не менее, Бог, казалось, заботился о 001, потому что хотя он не знал как успокоить Линь Цзышэна, сладкий и чистый голос привлек внимание всех. Это была девушка в белом платье, чистая и очаровательная. Хотя ее одежда казалась очень дешевой, у нее была чистая аура. Ее волосы длиной до талии вместе свисали со спины, давая людям чувство послушания. Ее лицо нельзя считать красивым, в большинстве случаев можно сказать, что оно нежное, но пара глаз с улыбкой и застенчивостью была особенно привлекательной. Это Бай Вэй. Глядя на Су Мо, стоявшего рядом с Линь Цзышэном, в ее глазах появился намек на волнение.

— А-Мо, ты здесь. Я искала тебя всюду. - Бай Вэй надулась.

Ее голос был мягким, и одна ее рука была положена на руку Су Мо. Тоном, наполненным близостью: «А-Мо, почему ты ничего не говоришь?»

Она склонила голову. В глазах была детская невинность, настолько чистая, что у людей возникало желание ее уничтожить.

Су Мо нахмурился увидев, как эта женщина ведет себя интимно. В его глазах было отвращение, потому что этот взгляд был слишком близким. Так же, как те женщины, желающие забраться на его кровать. Он мог видеть, что у неё на уме одним взглядом.

— Юная леди, мы знакомы?

Су Мо пытался вспомнить, и действительно никогда не видел эту женщину. Это значит, что она одна из тех, кто пришел «продать» себя!

— Я....

Бай Вэй была ошеломлена, выражение ее лица было немного уродливым. Она забыла, что в этой жизни Су Мо и она не знают друг друга. Что делать сейчас?

— Я пришла с А-Шэном, поэтому я знаю молодого мастера Су.

— Ой? В самом деле?

Су Мо почти ничего не сказал услышав слова Бай Вэй. Вместо этого он повернулся к Линь Цзышэну и спросил с жутко улыбающимся выражением лица: «Она твой друг, и ты рассказал ей обо мне?»

Хотя это не было очевидно, Линь Цзышэн чувствовал гнев Су Мо. Его немного озадачило, на что злится этот человек?

— Я встречался с мисс Бай Вэй только дважды. Она попросила меня показать ей «А-Мо», поэтому я подумал, что она подруга молодого мастера Су.

Поскольку он уже выполнил свою побочную миссию, нужно лишь изменить судьбу Бай Вэй, чтобы та не умерла под его рукой или Су Мо, поэтому он вообще не хочет тратить на неё время. Естественно, он сказал правду, потому что не желает провоцировать столь опасного человека.

[ДИНЬ ДОН, уведомление системы. Позитивное чувство мужчины-лидера + 5, текущее позитивное чувство 40. Комментарий - он не знает эту женщину, чувствую себя немного счастливым.]

Услышав извещение от системы, угол рта Линь Цзышэна стал кривым. Что это за чувство застенчивости в комментарии?

— А-Шэн?

Бай Вэй недоверчиво уставилась на Линь Цзышэна. В этот момент разве он не должен сказать, что привел ее сюда, а затем представить А-Мо? Таким образом, трое смогут остаться вместе навсегда. Почему А-Шэн теперь «ломает сцену»?

— Мисс Бай, пожалуйста, будьте осторожны.

Видя, что Бай Вэй протянул руку, желая схватить его, Линь Цзышэн с отвращением отступил на шаг: «Мы встречались только дважды. Называть меня таким образом кажется слишком интимным, боюсь, это не подходит».

Атмосфера стала неловкой в одно мгновение. Такая чистая девушка, которую игнорируют два мужчины, действительно расточительство. Многие люди стремились утешить красоту, но не смели действовать, потому что не знают, какие отношения между ними тремя.

— А-Шэн, ты сердишься на меня? Я не…

В этот момент Бай Вэй вспомнила, что только что отбросила А-Шэна в сторону и пошла искать А-Мо. Логично, что А-Шэн злится.

Линь Цзышэн тихо стоял там, даже взял стакан красного вина у проходящего мимо официанта. Он сделал глоток и продолжил смотреть представление Бай Вэй.

— Мисс Бай, почему я должен сердиться на вас? Мы не знакомы. - Линь Цзышэн сощурился, все его тело излучало опасную ауру. — Мисс Бай, я действительно вас не знаю.

— Линь Цзышэн!

Почему это так? Почему все так отличается от того, что она себе представляла? В такое время, разве Линь Цзышэн не должен встать на её защиту? Почему он стоит наблюдая за всем этим холодными глазами?

Су Мо полностью потерял терпение увидев Бай Вэй. Как он мог не видеть, что та пытается сделать, просто он слишком ленив, чтобы обращать на это внимание. Хотя ее внешность не была его любимым типом, но все еще есть место для игр. Однако, когда Су Мо увидел горячий взгляд Бай Вэй, и в то же время двусмысленность с Линь Цзышэном, он не мог этого вынести. Этот человек ... этот человек был кем-то, кого даже он не осмелился осквернить.

Подобно тому, как атмосфера становилась очень напряженной, звук света и грациозных шагов медленно резонировал с верхнего этажа. Как будто сердца каждого были связаны как одно целое, они смотрели вместе в направлении этого человека. То, что они видели, было ярко-красный цвет, похожий на пламя, интенсивный и смелый. Красное вечернее платье, красные высокие каблуки и бордовые, длинные волнистые волосы. Все это заставляло ее внешность сиять, но на ее лице была легкая улыбка. Мягкий и нежный, легкий и не густой, казалось, что это своего рода холодный освежающий вкус. Эти два разных чувства бросаются в глаза всем, люди не могут не за гипнотизироваться этим видом.

Когда Бай Вэй увидела эту женщину, ее лицо покраснело, а выражение исказилось. Это она! Оказалась она! Эта проклятая женщина действительно появилась снова, и она все еще настолько бесстыдна, чтобы продолжать придерживаться ее А-Мо! Черт, черт, черт!

Рядом Линь Цзышэн увидел реакцию Бай Вэй и сразу понял личность входящего человека - Ло Янь, невеста Су Мо по имени, его подруга детства, самый избалованный человек Су Мо, а также та, кого Бай Вэй больше всего ненавидела. Думая о сценах, написанных в романе, когда оба человека встречались, Линь Цзышэн внезапно заинтересовался. В прошлой жизни Ло Янь оказывала давление на Бай Вэй, где бы они ни встречались. Если бы героиня не знала некоторых местных хулиганов, никто бы не знал, сможет ли та продолжать отношения «любовь и ненависть» с Су Мо. В конце концов, Ло Янь заметила, что с Бай Вей что-то не так.

— А-Мо, эта молодая леди?

Мозг Бай Вэй замкнулся в тот момент, когда она увидела Ло Яна. На данный момент она полностью забыла, что еще не знакома с Су Мо, забыла, что у нее нет квалификации задавать этот вопрос. Все, о чем она могла думать в своей голове, — это прогнать эту бессовестную, проклятую женщину со стороны А-Мо.

Линь Цзышэн чуть не рассмеялся вслух, услышав её слова. Теперь в ее мозгу только вода? (Ее мозг залит водой?) Поскольку она переродилась с воспоминаниями о прошлой жизни, то должна знать, какое значение Су Мо придает Ло Янь. Разве она не нарывается на избиение, пытаясь «заявить о своей собственности» прямо сейчас?

Между тем, другие люди смотрели на Бай Вэй странным или насмешливым взглядом. У этой женщины явные проблемы с мозгом. Она злилась на молодого мастера Линь минуту назад, и теперь соблазняет молодого мастера Су. Она действительно думает, что «такая же красивая, как цветок», где любой, кто ее видел, влюбится?

Ло Янь не проявила реакции на эту акцию демонстрации права собственности. Она только осмотрела Бай Вэй сверху донизу, затем посмотрела на Су Мо: «Мо-геге, это твое новое пламя?»

Голос Ло Янь звучал медленно, и был очень похож на тон Бай Вэй. Та же нежность, но её голос нес в себе элегантность дочери из богатой семьи. Это не заставит людей чувствовать жалость, но даст чувство равного уважения (со стороны слушателя).

Внезапно люди, которые изначально любили Бай Вэй, исчезли без следа. Женщина, что так быстро переключается на другую сторону и не знает своих пределов, только доставит больше хлопот, даже если им удастся заполучить ее!

— Я ее не знаю.

Насмешливо глядя на Бай Вэй, впечатление Су Мо в настоящий момент упало до самого дна. Если бы не вероятность того, что она действительно может быть спутницей Линь Цзышэна, он действительно хотел немедленно ее выгнать!

— А-Мо…

Бай Вэй чувствовал себя обиженной, почему А-Мо сказал это? Разве он не влюбился в нее с первого взгляда в прошлой жизни? Почему он стал таким холодным для нее в этой, а также унижает перед таким большим количеством людей? Кроме этого, самой неприемлемой вещью для нее была эта проклятая женщина.

— Мисс, могу я спросить, есть ли у вас приглашение?

Ло Янь сразу поняла отвращение в глазах Су Мо. Поэтому с улыбающимся лицом медленно пошла к Бай Вэй, элегантно и разумно объяснив: "Сегодняшняя вечеринка — это частное мероприятие. Если у мисс нет приглашения, боюсь, вы не сможете больше здесь оставаться."

Тон Ло Янь нес в себе холод, из-за чего выражение лица Бай Вэй выглядело ужаснее. Она беспомощно посмотрела на Линь Цзышэна, надеясь, что тот сможет вытащить ее. Делая это, она не знала, что заставила Су Мо стать еще более злым и решительным прогнать её прочь.

Ло Янь выросла вместе с Су Мо, можно сказать, что она человек, который понимает Су Мо больше всего в этом мире. Хотя она не знает причину, но могла чувствовать, что Су Мо был на грани взрыва. И тот, кто заставил его оказаться в таком состоянии, естественно, девушка с «любым, кто увидит меня, падет передо мной».

— Этот джентльмен, извините ...

Глядя на Линь Цзышэна, в голосе Ло Яна звучал искренний тон, позволяющий людям легко получить хорошее впечатление.

— Мисс Ло слишком вежлива, моя фамилия Линь.

В ответ на слова Ло Яна Линь Цзышэн вежливо кивнул, а затем представился.

— Мистер Линь. Приношу свои извинения, потому что мы не сообщили гостям заранее, что они не могут пригласить партнера на вечеринку, так что вы не против принять этот запрос?

Слова Ло Янь были произнесены не сразу, но всем присутствующим известно, что она надеется на согласие Линь Цзышэна с просьбой изгнать «этого человека». Конечно, это также намерение Су Мо.

— Мисс Ло не нужно консультироваться со мной, так как я не знаком с мисс Бай. Я привел ее сюда, потому что она сказала, что хочет увидеть молодого мастера Су, поэтому я подумал, что она подруга молодого мастера Су.

После завершения побочной миссии позитивные чувства Бай Вэй перестают быть важными, поэтому у Линь Цзышэна нет причин держать эту отвратительную женщину.

— Если это так, спасибо, господин Линь.

После того, как она сказала это, Ло Янь еще раз улыбнулась Линь Цзышэну, затем шагнула вперед к Бай Вэй и посмотрела на нее с отстраненным видом: «Мисс Бай, сюда, пожалуйста».

Глава 1.5

Услышав Ло Янь, лицо Бай Вэй побледнело. Просящий о помощи взгляд, упал на всех окружающих, но они просто смотрели с насмешливой улыбкой. На данный момент, кто еще не мог видеть, что на самом деле происходит? Эта женщина пришла сюда только для того, чтобы продать себя за деньги!

— Я не....

Бай Вэй не была смирилась с этим. Было не легко встретить А-Мо, и она еще не отдала свой подарок. Как её могли так легко выгнать?!

— Мисс Бай, у вас нет выбора. Если решите продолжить создавать проблемы, нам придется позвонить в полицию.

Ло Янь медленно нахмурилась, испытав отвращение к этой бессовестной женщине, не знающей своего места. Её учили, что женщины должны уважать и любить себя. Прямо сейчас, эта девушка не только не ценит себя, но нагло пристаёт к мужчинам. Поведение Бай Вэй разрушает лицо всех женщин!

Более того, то, что заставило Ло Янь чувствовать большее отвращение, это невежество Бай Вэй за гранью понимания. Люди, посетившие эту вечеринку, были богатыми и известными наследниками или дочерьми влиятельных семей. А Бай Вэй, похоже, не имеет никакого фона, достойного упоминания. Даже если у нее чистый темперамент, а белое платье имеет опрятный вид, это не скрывает ощущения бедности. Бай Вэй не имела права получить приглашение.

— Мисс Бай?

Судя по улыбке Ло Янь, Бай Вэй знала, что, что бы она ни сказала, не сможет остаться на вечеринке. Её лишь больше смутит дальнейшая суета. Кроме того, Ло Янь здесь. Она не хочет этого признавать, но она никогда раньше её не побеждала. Яростно двинувшись к выходу, Бай Вэй на последок неохотно посмотрела на Су Мо и Линь Цзышэна. В конце концов, словно сильно обиженная девушка, пошатываясь ушла.

— Г-н. Линь, пожалуйста, прости меня, так как это может показаться грубым, - Ло Янь заранее извинилась за свои слова, прежде чем медленно сказать: "Такой человек не подходит как ваш партнер. Может быть, вы не могли видеть это, но я чувствовала ее расчеты и трюки. Такая женщина не подходит в роли жены."

Ло Янь сделала это напоминание, потому что могла почувствовать хорошее отношение Су Мо. Хотя Су Мо очень непостоянен в любви, но придает большое значение другим чувствам, таким как семейные отношения и дружба. Он просто не верит в любовь, поэтому для этого человека, что попался на глаза Су Мо естественно напомнить.

— Я знаю, и я не лгал сейчас. Мы действительно встречались лишь дважды, поэтому не знаю, как мне удалось так запутаться.

Линь Цзышэн кивнул в знак признательности, и тон в его голосе передал некоторую благодарность.

Эта вечеринка по случаю дня рождения была немного неловкой из-за сцены Бай Вэй, но все еще могла считаться радостной и для хозяина, и для гостей. В конце вечеринки Ло Янь посмотрела на Су Мо, глаза которого, казалось, были прикованы к телу Линь Цзышэна почувствовав немного удивления. Внимание Су Мо к Линь Цзышэну не выглядело словно простая дружба. Может ли это быть ...

— Черт возьми, ты уже влюбился в этого человека?! - прошептала Ло Янь. Она даже забыла поддерживать свой имидж.

— Как это могло произойти? Маленькая девочка, сколько тебе сейчас лет? Что ты знаешь о "любви"?

Сильно потирая голову Ло Янь, Су Мо закурил сигарету и сел на диван. В его выражении была раздражительность, которую даже он сам не заметил.

Ло Янь считала, что понимает произошедшее, видя, что Су Мо, вероятно, влюбился в этого человека, но не обнаружил из-за своей предыдущей сексуальной ориентации.

— Маленькая девочка, я сказал, он мне не нравится, значит, он мне не нравится. Что с этим взглядом?!

Видя, что Су Мо приходит в ярость, Ло Янь пожала плечами. В любом случае это не её возлюбленный, ей не нужно много говорить, однако ...

Хотя она не знает личности Линь Цзышэна, но, судя по его одежде, он не должен быть бедным. Мужчины, обладающего красивой внешностью и богатством, достаточно, чтобы большинство женщин сходило с ума. В случае, если женщине удастся увести Линь Цзышэна, она не уверена, будет ли Мо Геге плакать! Думая об этом, Ло Янь больше не хочет напоминать Су Мо. Эн, хорошо иногда посмотреть шоу в стороне!

Два человека на этой стороне были глубоко в своих мыслях, в то время как Линь Цзышэна с другой стороны также столкнулся с проблемой. Поскольку, выйдя из усадьбы, увидел Бай Вэй, еще не уехавшей домой.

— А-Шэн, давай вернемся в школу ба.

Хотя сезон только вошел в осень, но погода ночью уже стала прохладной. Чтобы произвести глубокое впечатление на Су Мо, Бай Вэй намеренно выбрала тонкое белое платье, но сейчас это вызвало у нее много обид. Она дрожала по всему телу, в ее внешнем виде не было никакого чувства красоты.

— Бай Вэй, я возвращаюсь домой сегодня, поэтому не вернусь в школу. Вы должны взять такси, чтобы вернуться.

Глядя на Бай Вэй, которая все еще настаивала, Линь Цзышэна чувствовал отвращение. Эта женщина так слепа?

— Это… в это время трудно взять такси. А девочке опасно ездить ночью одной. А-Шэн, не мог бы ты взять меня на ночь?

Когда она услышала слова Линь Цзышэна, Бай Вэй сразу же подумала о схеме в сердце. Хотя жаль, что сегодня ей не удалось покорить Су Мо, но все равно можно покорить Линь Цзышэна!

— Бай Вэй, моя семья ненавидит большинство женщин, которые бросились к нашей двери. Даже если ты вернешься со мной, тебя выбросят.

Сказав это, Линь Цзышэн подошел к машине присланной семьей. Он открыл дверь и вошел, затем закрыл её перед Бай Вей, оставив её на просто так.

Бай Вэй не смогла вовремя среагировать, и Линь Цзышэн уже уехал со своей машиной. Она могла только стоять и скрежетать зубами.

— Второй молодой мастер, эта леди сейчас…?

Шофер посмотрел на Линь Цзышэна, чье лицо выглядело некрасиво, и осторожно задал вопрос. Хотя Второй Молодой мастер выглядел равнодушным, он на самом деле тот, у кого холодное лицо, но горячее сердце. Чтобы получить от него такое плохое отношение, и в то же время сделать таким несчастным, этот вопрос ... ему (шоферу) нужно рассказать старому мастеру и фурен.

— Я встречался с ней дважды - вчера и сегодня. Меня преследовали с момента встречи.

Сказав это Линь Цзышэна медленно закрыл глаза. Такое отношение, очевидно, говорило шоферу, что он не хочет ничего говорить прямо сейчас.

Даже если Линь Цзышэн больше ничего не скажет, шофер уже имеет общее представление о произошедшем. Эта женщина, должно быть, знала личность молодого мастера, поэтому без конца его преследовала!

Должно быть так!

Линь Цзышэн не знает, что воображение шофера иссякло только от одного предложения, но эффект был почти схож с тем, что он имел в виду. И вот так он вернулся домой, молча. Добравшись до виллы семьи Линь, Линь Цзышэн стоял у ворот и нахмурился. Хотя он знал все об этом мире и даже обладал воспоминаниями Линь Цзышэна, он все еще был обеспокоен. В конце концов, личность Линь Цзышэна является вторым молодым мастером семьи преступного мира, чьи (боевые) навыки должны быть очень хорошими. Что касается его самого, то, хотя он любил держать себя в форме, он не изучал никаких боевых искусств. Он просто бизнесмен, разве не может быть кто-нибудь достаточно свободным, чтобы попытаться убить его?

[Сканирование системы, получено удостоверение личности ML2 Линь Цзышэна. Второй молодой мастер преступной семьи, приобретает навыки: стрельба, кикбоксинг, смешанные единоборства, допрос]

[DING DONG, вы получили новые навыки. Хотите получить?]

Услышав слова 001, угол рта Линь Цзышэна слегка дернулся. Он обнаружил, что 001 теперь становится умнее, ему не нужно беспокоиться о том, что его обнаружат.

"Да."

[Обучение навыкам…] ’

[Навыки получены. Ваше текущее телосложение +1, Физическая подготовка +5, Мудрость +5. Вы также открыли Комплексную систему статуса тела. Отныне вы можете получать очки талантов в своих миссиях, чтобы улучшить навыки. Вы также можете приобрести их за свои очки.]

Когда он услышал, что сказал 001, Линь Цзышэна почувствовал странность, а затем любопытство в следующий момент.

«Исчезнут ли те вещи, которые я купил, когда вернусь в свой изначальный мир?»

[Нет. Неважно, какие изменения в вашем теле или какие навыки вы приобрели, они не исчезнут в вашем изначальном мире. Но навыки из миров более высокого уровня будут соответственно ослаблены или запечатаны.]

«Что такое миры более высокого уровня?» Это был первый раз, когда Линь Цзышэн услышал такую концепцию.

[Совершенствование, магия, межзвездный мир — это миры более высокого уровня. Навыки, приобретенные в мирах более высокого уровня, могут нанести сокрушительный удар по миру более низкого уровня, поэтому их необходимо ослабить или полностью запечатать.]

Линь Цзышэн наконец-то понял, после того как 001 закончил объяснять, это просто для поддержания равновесие в мире. Спросив обо всем нужном, Линь Цзышэн открыл дверь и вошел. Он увидел неаккуратного молодого человека с седыми волосами. У него есть шип на хряще (средняя часть уха) левого уха. На его мочке уха был большой гвоздик из обсидиана. Он помахал Линь Цзышэну, увидев его: "Эй, Второй брат. Ты вернулся!"

Этот человек - младший брат Линь Цзышэна, третий молодой мастер семьи Линь, Линь Цзыхуэй.

— Эн, Большой брат позвонил мне и сказал, что хочет, чтобы я сегодня пришел домой, и мы встретились, поэтому я вернулся

Сидя на диване, Линь Цзышэн расстегнул галстук и воротник; теперь он чувствовал себя более расслабленным.

— Нет… ни за что, Большой брат возвращается домой?!

В тот момент, когда Линь Цзыхуэй услышал, что сказал Линь Цзышэн, он был как кошка, которой наступили хвост, его тело напряглось.

— Дядя Линь, дядя Линь, вы знали, что Большой брат возвращается домой?

Такой важный вопрос, как дядя Линь мог забыть сообщить ему? Проклятье, действительно проклятье!

— Третий молодой мастер, это был Старший молодой мастер, который специально сказал мне не говорить Третьему молодому мастеру. Он сказал, что хочет преподнести вам сюрприз.

Но, похоже, это не сюрприз, а шок.

— Все кончено, все кончено, все кончено. Если Большой брат увидит меня, мне конец!

Линь Цзыхуэй продолжает повторять, что все кончено, кружась в гостиной, в результате чего два человека, которые смотрели рядом, не могли не захотеть смеяться.

— Второй брат, ты должен спасти меня. Только ты можешь помочь мне избежать злой хватки Большого брата. Если Большой брат увидит меня таким, он обязательно убьет меня!

Линь Цзыхуэй воспользовался отсутствием своего старшего брата, чтобы проявить такой необычный вид. Если старший брат действительно увидит его таким, он очистит слой его кожи!

— О, я обязательно убью тебя, если увижу?

Когда Линь Цзыхуэй все еще просил помощи, прозвучал низкий мужской голос, в результате чего тело Линь Цзыхуэя напряглось. Он мог двигаться только в замедленном темпе, как герои мультфильмов в кассете, поворачивая голову понемногу. Когда он увидел того высокого человека, стоящего у двери, Линь Цзыхуэй почувствовал, как все его тело, и его маленькое сердце треснуло. Если подует ветер, он, вероятно, превратится в песок ...

Глава 1.6

— Ста-ста-старший брат, я, я, я, я, я не имею в виду это ...

Линь Цзыхуэй посмотрел на человека у двери, он был так напуган, что язык не мог нормально функционировать. Его тело дрожало, как мышь, увидевшая кошку. Он хотел бежать, но давление естественного врага сдерживало от движения.

— Что я сказал, прежде чем отправиться в командировку? - Глядя на Линь Цзыхуэя с седой головой, лицо Линь Цзыфэна вместо этого показало улыбку. - Забыл?

Хотя это «Забыл» в конце его слов было очень легким, ему удалось напугать Линь Цзыхуэя до безумия. Живя так долго с этим тираническим братом, парень развил инстинкт, как маленькое животное. Когда к этому старшему брату можно приблизиться? Когда он будет опасен? Он мог угадать это почти каждый раз. Хотя Линь Цзыфэн прямо сейчас выглядел очень нежным, даже чрезмерно, Линь Цзыхуэй чувствовал, как волосы со всего его тела встали; опасно, опасно, опасно!

— Нет, нет, нет… как я мог позволить себе забыть слова Старшего брата?

Хотя Линь Цзыхуэй сказал, что действительно хотел убежать увидев Линь Цзыфэна, но он знал, что это добавит еще одну вещь в его список ошибок. В то время его смерть была бы еще более несчастной, поэтому лучше принять это в лицо; по крайней мере он мог умереть быстро.

— Большой брат, перестань пугать третьего брата. Будь осторожен и не порань его, - если это произойдет, ты тоже испытаешь душевную боль.

— Второй брат, ты мой настоящий брат. Этот человек, мучающий меня каждый день, определенно не мой старший брат!

Линь Цзыхуэй во время плача набросился на Линь Цзышэна, словно видел спасителя. Конечно, это не удалось, потому что в тот момент, когда Линь Цзыфэн увидел это, немедленно схватил его за воротник и поднял, как маленькое животное; позволяя ему сидеть на корточках в воздухе.

— Как ты вернулся? - Радость от встречи с младшим братом исчезла, Линь Цзыфэн уставился на Линь Цзышэна, словно тот украл его сокровище.

— Старший брат, ты тот, кто попросил шофера сообщить мне о твоем возвращении и приехать. - Линь Цзышэн быстро подчеркнул свою невиновность, он не хотел возвращаться в любом случае.

Линь Цзыфэн нахмурился, казалось, это так. Хотя он был крайне несчастен, выражение его лица сильно просветлело.

— Поднимись и переоденься в более нормальную одежду, мы пойдем обедать.

Небрежно бросив Линь Цзыхуэя на диван, Линь Цзыфэн сел напротив Линь Цзышэна. Он посмотрел на него, очевидно, им есть о чем поговорить.

Линь Цзыхуэй не был слепым, он сразу же вскочил и побежал на второй этаж. Было очевидно, что он безмерно рад отделаться без наказания.

Линь Цзышэн: "Еще не решил?"

Глядя на угрюмое лицо Линь Цзыфэна, Линь Цзышэн мог почти догадаться, что случилось. Но это было вполне ожидаемо, потому что никто не мог развить какие-либо другие чувства, если бы они весь день сталкивались с таким угольно-черным лицом.

Линь Цзыфэн: "Я не хочу сгибать его (превратить в гея)"

Тон Линь Цзыфэна нес в себе несколько очков беспомощности, он был очень истощен.

— Большой брат, ты сам веришь в то, что сказал? Если ты действительно можешь отпустить, то третий брат не будет одинок до сих пор.

Хотя он не знает с каких пор его старший брат влюбился в третьего брата, но долгое время вокруг Линь Цзыхуэя не появлялось ни мужчин, ни женщин. Это не нормально.

— Я пытаюсь. - Пытаюсь отпустить, это чувство неправильно с самого начала.

— Большой брат, "третий брат" — это не наш кровный брат, и вы, и я знаем это. Даже если вы соберетесь вместе, слухи будут распространяться только временно. Но если вы позволите третьему брату увидеть, как ты убиваешь...

На самом деле, они не настоящие братья, потому что Линь Цзыхуэй - дитя доверенного лица отца Линь. Этот человек умер в прошлом, чтобы защитить Мать Линь, поэтому отец Линь принял единственного сына этого человека и воспитал, как своего собственного. В то время старший брат Линь Цзыфэн обратил внимание на это, поэтому, естественно, знал, что Линь Цзыхуэй не является его младшим братом, связанным кровью. Но он не знает, почему постепенно начал развивать особое чувство к этому третьему брату.

— Я знаю.

Он прямо сейчас мог сказать только «Я знаю». Но он не знает, сможет ли с этим смириться, когда придет время тому жениться и завести детей.

— Хорошо, если ты знаешь, так почему ты вызвал меня?

У всех 3 братьев семьи Линь своя жизнь. Чтобы не доставлять друг другу неприятностей, они обычно не встречаются, поэтому, если Линь Цзыфэн позвал его, что-то происходит.

— Кто-то расследует тебя.

Из-за своей особой идентичности семья Линь очень чувствительна к этим вопросам.

— Кто? - Линь Цзышэн нахмурился, он мог думать о двух людях. Бай Вэй и Су Мо.

— Это люди из семьи Су. - В глазах Линь Цзыфэна вспыхнул опасный блеск. Если кто-то из семьи Су хочет что-то с ним сделать, не должен ли он «нанести удар первым и взять верх»?

Люди из семьи Су? Тогда это должно быть Су Мо, не удивительно, что он лично отправил приглашение.

— Это не имеет большого значения, просто я вступил в контакт с молодым мастером семьи Су.

Линь Цзыфэн кивнул, когда услышал объяснение Линь Цзышэна, но не забыл напомнить: «Будь осторожен».

— Большой брат ~ Второй брат ~ Я готов, поехали ~

Как только они почти закончили разговор, Линь Цзыхуэй спрыгнул и побежал со второго этажа. По тому, как он говорит, почти можно было разглядеть колебания звуковых волн в его голосе.

— Говори правильно.

Слова Линь Цзыфэна были похожи на тазик с холодной водой, погасивший весь энтузиазм Линь Цзыхуэя. Он мог только с сожалением смотреть на Линь Цзыфэна, надеясь, что сможет забыть то, что произошло сегодня. Хотя ... это было довольно маловероятно.

— Ста… старший брат, я готов. Мы можем идти сейчас.

Сказав это, Линь Цзыхуэй быстро встал рядом с Линь Цзыфэном, готовясь стать тихим маленьким украшением. Он очень хорошо знает характер своего старшего брата, пока он будет послушным, его старший брат будет проявлять к нему доброту. Но если он непослушен, хе-хе, не исключено, что его можно запереть в маленькой черной комнате на целую неделю. В конце концов, насколько мог вспомнить Линь Цзыхуэй, его старший брат несколько раз запирал его в маленькой черной комнате.

— Хорошо. - После того, как Линь Цзыфэн сказал это, он с силой потер голову Линь Цзыхуэя.

— Эй, старший брат, не порти мою прическу! - Линь Цзыхуэй мгновенно поднял свои клыки, когда почувствовал, как эта большая рука взъерошила его волосы.

— Эн? - Линь Цзыфэн только издала звук, и Линь Цзыхуэй сразу же замолчал.

— Третий брат, если ты не осмеливаешься сопротивляться, то не создавай себе проблем, - Линь Цзышэн похлопал Линь Цзыхуэя по плечу и ушел. Когда они проходили мимо друг друга, он не забыл напугать его, говоря: "Не забудь маленькую черную комнату."

И так трое братьев сели в машину и направились к месту назначения.

— Второй брат, а в твоем университете есть красивые девушки, а? Если да, как насчет того, чтобы познакомить с этим младшим братом?

Линь Цзыхуэй начала суетиться сидя в машине. Видя, что Линь Цзыфэн рядом с ним, похоже, не дает никаких реакций, он смело пошел поболтать с Линь Цзышэном.

— Есть, но ты уверен, что у тебя хватит смелости влюбиться, ты ведь на третьем году старшей школы?

После того, как он сказал это, взгляд Линь Цзышэна тайно скользнул по Линь Цзыфэну. Конечно же, он увидел темное лицо. «No zuo no die» (не делай, не умрешь), неужели его глупый третий брат все еще не может понять эту логику?

— Маленький Третий ищет девушку?

Внезапно раздался слегка нежный голос, в результате чего тело Линь Цзыхуэя стало жестким. Затем он посмотрел на Линь Цзыфэна, на лице которого была «зловещая» улыбка, он почувствовал, что видел Бога Смерти. Дотрагиваясь до нервов старшего брата дважды в день, скоро ли он увидится с Богом?

— Старший брат, я не хочу этого, но я боюсь, что если Второй брат будет таким чистым / простым, он будет одурачен какой-нибудь сукой белого лотоса с зеленым чаем. Я просто хочу помочь Второму брату проверить их, я сам абсолютно не хочу девушку, абсолютно не хочу!

Прямо сейчас, Линь Цзыхуэй не хватает только шага «упасть на колени» (чтобы доказать свою невиновность). В своем сердце он не мог перестать ругать себя за то, что обсуждает темы с высоким риском.

Но он действительно хочет найти девушку ах.

— Маленький третий, сначала управляй своими делами. Не зли Старшего брата, будь осторожен с маленькой черной комнатой.

Линь Цзышэн был слишком ленив, чтобы обращать внимание на плачущего Линь Цзыхуэя после того, как он закончил говорить. Этот ребёнок всегда «кричит, но не плачет», если он игнорирует его, тот перестанет приставать. Как и ожидалось, когда Линь Цзыхуэй увидел, что Линь Цзышэн не будет обращать на него внимание, он перестал плакать. Только когда Второй Брат помогал, Большой Брат может пощадить его немного, но если он продолжит играть, его проклятый Большой Брат не будет вежлив.

Вот так они плавно добрались до места назначения. Они не решили идти в какой-нибудь особенно дорогой пятизвездочный отель, но вместо этого пошли в странный ресторан. Конечно, ресторан, не имеющий звездного рейтинга, не означает, что он плох. Наоборот, любой, кто хочет поесть здесь, должен записаться на прием как минимум за полмесяца. Более того, если личность недостаточно высока, они не смогут войти. Таким образом, иметь возможность войти в этот ресторан, рассматривается как символ статуса в городе А.

— Джентльмен, у вас назначено?

Когда они вошли в вестибюль, их приветствовала женщина в чонсаме. У нее вежливая улыбка на лице, явно профессионально подготовлена.

— Небесная комната № 3, Линь Цзыфэн.

Услышав ответ Линь Цзыфэна, женщина пошла подтвердить информацию, и улыбка на ее лице стала более искренней. Затем она привела троих к зарезервированной комнате.

— Mo геге, что такое?

Как только трое братьев Линь вошли в свою комнату, несколько человек подошли к вестибюлю, идя к выходу. Однако один из них остановился, увидев заднюю часть фигуры Линь Цзышэна.

— Ничего, я думал, что увидел знакомого.

Су Мо покачал головой, подсознательно отклонив свои мысли. Хотя семейное положение Линь Цзышэна было неплохим, оно все еще далеко от достижения основного требования для въезда в этот Сяо Яо Лу. Но ... задняя часть этой фигуры сейчас заставляет людей задуматься ах!

— Девушка, вы вернетесь с Yunzi первым. Я пойду посмотрю.

Хотя он продолжает говорить себе, что это не может быть тот человек, но Су Мо все еще хочет это выяснить.

— Mo геге, я хочу пойти с тобой!

То, что Су Мо видел только сейчас, она, естественно, тоже видела. Прямо сейчас это хорошая возможность посмотреть веселье? Просто Су Мо не позволил ей сделать это. Он не знает, почему, но он не хочет, чтобы кто-то сблизился с Линь Цзышэном, даже эта маленькая сестра, которую он всегда поддерживал. Наконец, когда ее протест был проигнорирован, Ло Янь отстранили другие люди.

Что касается Су Мо, он сделал большие шаги и направился на второй этаж. Если он не видел это неправильно, рядом с человеком, похожим на Линь Цзышэна, было еще два мужчины. Хорошо, если этот человек не Линь Цзышэн, но если он ......

Глава 1.7

Когда Су Мо достиг второго этажа, братья уже вошли в комнату. Дверь была плотно закрыта, так что снаружи не нельзя увидеть, сколько людей внутри и кто они.

— Молодой мастер.

Леди, ожидающая у двери, с уважением позвала Су Мо. Хотя этот мужчина выглядел довольно молодым, он второй главный акционер этого Сяо Яо Лу. Это общеизвестный секрет ресторана.

— Кто люди в комнате?

Поскольку он видел кого-то, похожего на Линь Цзышэна, вместе с другими людьми, нынешнее настроение Су Мо было крайне нестабильным. Его оригинальная непостоянная аура превратилась в леденящий холод.

— Это глава семьи Линь - Линь Цзыфэн.

Видя, что Су Мо ведет себя таким образом, девушка была достаточно умна, чтобы кратко сообщить ему, что знала.

— Линь Цзыфэн?

Су Мо, естественно, знал это имя. В городе А, если семья номер один на «светлой» стороне — это семья Су, тогда полярно противоположная семья на «темной» стороне — это семья Линь. Но какова связь между семьей Линь и Линь Цзышэн?

Видя, что Су Мо хочет ворваться в комнату, девушка немного встревожилась. Хотя Юный мастер Су является акционером, но у них есть свои правила в Сяо Яо Лу. Когда в комнате присутствуют гости, любые посторонние не могут их беспокоить.

— Молодой мастер, вы знаете правила нашего Сяо Яо Лу. Если вы ворвались в комнату, тогда, когда Босс вернется... - Босс не может ничего сделать с Су Мо, но другие люди в Сяо Яо Лу будут несчастны.

— Будьте уверены, глава семьи Линь не будет жаловаться на вас, - Су Мо опустил глаза, прикрывая безумие, которого даже сам не осознает, - потому что я собираюсь поговорить о некоторых делах с семьей Линь от имени семьи Су.

Открыв дверь и увидев знакомую фигуру, Су Мо крепко сжал руки. Он боялся, что этот человек не Линь Цзышэн, но еще больше боялся, что этот человек - он.

— Эй, это молодой мастер Су. Молодой мастер Су, откуда ты знаешь, что мы здесь?

Линь Цзыхуэй был немного ошеломлен, когда увидел Су Мо, но затем он помахал ему, было очевидно, что они знают друг друга.

— Вы знакомы?

Линь Цзыфэн нахмурился, неся явное разочарование в своем сердце. Его впечатление о Су Мо упало до уровня ниже стандартного порога, и его взгляд стал придирчивым, выискивая недостатки.

— Да, в баре...

Линь Цзыхуэй говорил не задумываясь, а затем внезапно понял, что ему не следовало этого говорить. Он сразу же прикрыл рот и внимательно посмотрел на старшего брата своей семьи.

— Бар?

Как и ожидалось, выражение лица Линь Цзыфэна полностью потемнело, но на его лице все еще оставалась нежная улыбка. Однако можно представить, как эта искаженная улыбка выглядела в глазах Линь Цзыхуэя.

— Не ищи смерти, не умрешь, почему ты пытаешься?

Этот глупый брат, его теперь можно считать совершенно отчаявшимся.

— Второй брат, где твоя человечность?

Глядя на злорадствующего Линь Цзышэна, Линь Цзыхуэй наконец понял, что ошибся, его второй брат тоже не очень хороший человек.

В тот момент, когда Су Мо услышал слова Линь Цзышэна, его тело напряглось. Хотя Линь Цзыхуэй уже назвал его «Второй брат», он не мог расслабиться.

— Второй молодой мастер Линь, вы не возражаете, если я сяду здесь? - Су Мо сделал паузу, сдерживая желание оттащить этого человека, потом лениво улыбнулся и пошел к Линь Цзышэну.

Глядя на нервного Су Мо, Линь Цзышэн сделал жест «пожалуйста».

С другой стороны, Линь Цзыфэн глубоко нахмурился, наблюдая за взаимодействием двоих. Отношение Су Мо к его младшему брату на самом деле не совсем правильное! Это слишком пылко и нежно. До него доходили слухи о молодом мастере Су. Все девушки, которые встречались с ним раньше, говорили, что он нежный и хороший любовник. Но ключевое слово «любовник». По отношению к другим людям он не был таким нежным и даже казался немного равнодушным. Так что сейчас его отношение кo второму брату определенно не нормально!

— Маленький второй, маленький третий, вернитесь первыми. Сегодня молодой мастер Су определенно пришел поговорить о бизнесе.

После того, как эта возможность пронзила его сердце, Линь Цзыфэн, естественно, не позволил Су Мо и Линь Цзышэну войти в контакт. Это его собственный брат, как он мог отправить его в чужие лапы!

— А? Большой брат, мы еще ничего не съели и возвращаемся?

Когда Линь Цзыхуэй услышал Линь Цзыфэна, он был крайне недоволен. Было нелегко поесть в этом Сяо Яо Лу, и они на самом деле уходят именно так?!

— Я снова угощу тебя в следующий раз - сказал Линь Цзыфэн, глядя на Линь Цзыхуэя. На его лице не было никакого выражения, заставляющего Линь Цзыхуэя чувствовать холод по спине.

— Иди.

На этот раз Линь Цзыхуэй не решается дать отпор. Он мог быть уверен, что Большой брат сейчас очень несчастен. Если он не подчиняется, его конец может быть ужасным.

— Большой брат, я возьму с собой Маленького Третьего, вы, ребята, можете говорить медленно.

Сказав это, Линь Цзышэн кивнул в сторону Су Мо, затем взглянул на Линь Цзыхуэя, чтобы дать ему сигнал следовать и уйти.

— Молодой мастер Су, ты можешь говорить сейчас. - Поскольку они оба ушли, Линь Цзыфэн не должен поддерживать хороший образ брата перед этим незнакомым человеком.

В тот момент, когда Линь Цзыфэн заговорил, Су Мо почувствовал, что аура человека, сидящего напротив, изменилась. Первоначально он выглядел как хороший брат, которому был холодным снаружи и теплым внутри. Но после того, как эти двое ушли, это чувство полностью исчезло. На смену ему пришла суровая аура подземного правителя.

— Я просто хочу обсудить бизнес с главой семьи Линь. Кусок земли на юге города, я думаю, что даже семья Линь была бы очень заинтересована

Линь Цзыфэн опустил взгляд, когда услышал, что сказал Су Мо. Он действительно интересовался этим участком, но в этом мире нет бесплатного обеда. Он не верит, что у Су Мо нет каких-либо скрытых мотивов.

— Тогда чего хочет молодой мастер Су?

— Глава семьи Линь слишком много думает, я просто хочу подружиться с тобой и семьей Линь.

Тон Су Мо звучал очень искренне. Если бы Линь Цзыфэн не увидел его взгляд, наполненный желанием монополизировать Линь Цзышэна, то поверил бы этому.

— Извините, молодой мастер Су. Я боюсь, что у нас не будет никаких возможностей для сотрудничества в этой сделке.

После того, как он сказал это, Линь Цзыфэн не хотел продолжать ладить с этим человеком.

— Остановитесь немедленно! - Видя, что Линь Цзыфэн готовится уйти, гнев, который подавлял Су Мо, уже не мог сдерживаться: Готова ли семья Линь пойти против семьи Су?

Хотя Су Мо сейчас только наследник семьи Су, но он единственный наследник семьи. Рано или поздно он станет главой семьи Су и, естественно, обладает способностью произносить эти слова.

— Даже если мы начнем войну, этот Линь Цзыфэн не продаст своего собственного брата. - Он посмотрел вверх и вниз на Су Мо, его глаза были полны презрительной насмешки: Люди говорили, что молодой мастер Су - редкий принципиальный человек в высшем обществе. Похоже, сейчас это не так!

Суть Су Мо в том, чтобы не играть с мужчинами. Однако, увидев сегодня его пристальный взгляд на брата, если бы Су Мо сказал, что у него нет скрытых намерений, Линь Цзыфэн никогда бы не поверил!

Как Су Мо не мог понять, что значит Линь Цзыфэн? И потому что он понял, это делает его еще более злым. Играть? Как он мог играть? Если он действительно хочет играть, он не будет так решаться действовать, не смея трогать!

— Так что молодому мастеру Су сейчас нечего сказать? В следующий раз держись подальше от моего брата!

— Молчи! Эти твои слова не только оскорбляют меня, но и оскорбляют Линь Цзышэна. Никто не имеет права превращать его в игрушку, для него я… - он мне очень понравился.

Мгновенно Су Мо замерз. Хотя он не закончил свое предложение, он понял это в своем уме. То, что сказал Ло Янь, было правильным, ему действительно нравился Линь Цзышэн. Очень нравился, просто он никогда этого не замечал. Он не был влюблен в его внешность и не завидовал его прошлому. Он только чувствовал симпатию к этому человеку, связь с душой. Это такое чувство, когда вы вдруг говорите: «Ах, это он». Су Мо наконец понял; почему он будет ревновать, почему он не хочет, чтобы другие люди появлялись рядом с ним, почему ... он заботился, но не смеет приближаться.

Видя, что Су Мо внезапно перестал двигаться, Линь Цзыфэн нахмурился; его сердце наполнилось подозрениями. Он понял, что Су Мо имел в виду только сейчас, но не верит в это. Так много женщин приходят и ходят вокруг этого молодого мастера Су, никто из круга не знает об этом. Он не хочет, чтобы его брат был одним из имен в его «цветочном списке».

— Молодой мастер Су, береги себя

— Глава семьи Линь, третий молодой мастер, все еще не знает, что он не ребенок семьи Линь?

Как только Лин Цзыфэн толкнул дверь, желая уйти, за его спиной раздался голос Су Мо. Этот голос нес намёк на подавленные эмоции, заставляя людей чувствовать себя некомфортно.

— Надо сказать, глава семьи Линь действительно способен. Все знали, что третий молодой мастер Линь - не один из детей семьи, а ребенок доверенного лица бывшего главы. Чтобы отплатить своему доверенному лицу, который умер, защищая его жену, бывший глава семьи помог воспитать сына и дал ему лучшую возможную жизнь. Но третий молодой мастер Линь совсем не знает об этом, видно, сколько усилий приложила семья Линь.

Глядя на Линь Цзыфэна, Су Мо улыбнулся, полный злобы: «Скажем, если третий молодой мастер узнает, что он не ребенок семьи Линь и что у его старшего брата есть нечистые намерения по отношению к нему, угадайте, что он будет делать?

Су Мо не дурак. Раньше он думал, что не верит в любовь, поэтому не знал, что влюбился в Линь Цзышэна. Но теперь, когда он понял свои собственные мысли, он, естественно, мог видеть эмоции в глазах Линь Цзыфэна - он определенно не рассматривает Линь Цзыхуэя как своего младшего брата.

Как и ожидалось, после того как это было сказано, Линь Цзыфэн повернул голову и невыразительно посмотрел на Су Мо. Внезапно на его лице появилась осмысленная улыбка.

— Так что, если он узнает? Молодой мастер Су действительно думал, что я буду осторожен и ничего не решусь сделать? Я просто не хочу заставлять его. Если что-то действительно достигнет этого шага, я не против заключить его в тюрьму на вечность.

В одно мгновение Линь Цзыфэн выглядел так, будто все его тело окутано тьмой, и была видна только эта пара черных глаз с захватывающим сияющим сиянием. Это как демон, ожидающий возможности принять меры. Как только его жертва двинется, он без колебаний утащит его в темноту!

— Молодой мастер Су, этот Линь Цзыфэн уйдет.

Тьма на его теле полностью исчезла, когда он заговорил, и он снова превратился в несколько равнодушного человека. Но в этот момент Су Мо понял, что этот человек не так спокоен, как выглядел. Если бы кто-то коснулся его нижней линии, он бы увидел его сторону безумия. Только возможно ли, что Су Мо сдастся? Чего бы ни хотел Су Мо, он никогда не отступал. Теперь, когда он ясно видел свое сердце, как он мог отпустить? В худшем случае ... он просто утащит другого человека в ад вместе с ним.

Су Мо поправил одежду и толкнул дверь. На его лице была ленивая улыбка, но в глазах вспыхнуло безумие, которое вот-вот освободится…

Глава 1.8

— Юный господин.

У молодой женщины, ожидающей за дверью, было несколько встревоженное выражение, увидев Су Мо. В конце концов, настроение главы семьи Линь не выглядело хорошо. Кажется, что их деловой разговор не удался.

— Все в порядке, иди первой.

Су Мо махнул и тоже вышел из ресторана. Прямо сейчас ему нужно правильно спланировать дальнейшие действия. Поскольку Линь Цзыфэн принял решение, значит он обязательно остановит его.

Действия Су Мо в ближайшие дни полностью превзошли ожидания Линь Цзыфэна. Он не признался Линь Цзышэну сразу, но медленно сближался. Это действительно удивило его, кажется, Су Мо довольно серьёзен.

И вот, отношения Су Мо и Линь Цзышэна стали более тесными в течение нескольких месяцев общения. Линь Цзышэн больше не чувствовал отвращения к Су Мо, и они стали хорошими друзьями.

— Цзышэн, скоро будет Рождество. У тебя есть какие-нибудь планы?

Намек на страсть промелькнул в глазах Су Мо при взгляде на этого молодого человека, что со временем становился всё прекраснее. В эти несколько месяцев Су Мо полностью осознал его очарование. Хотя парень держал ледяное лицо весь день, за ним гонялись бесчисленные мужчины и женщины. Это почти заставило Су Мо потерять контроль, и не раз. Поэтому он охранял Линь Цзышэна словно волк. Даже при вступлении в клубы он должен пойти с ним, опасаясь, что парня украдут, когда он не смотрит.

— Планов на данный момент нет. Может быть, я пойду домой и отпраздную это с моим старшим и младшим братом.

На самом деле братья Линь не обращают внимания на западные праздники, но папе и маме Линь это нравится, поэтому они просто продолжили традиции.

— Мои родители могут вернуться домой в этом году.

Эти слова разрушили все планы Су Мо. Первоначально он хотел поесть вместе с Линь Цзышэном и улучшить их чувства, но раз другая сторона хочет сопровождать свою семью, у него нет шансов. Хотя он не знает, почему Линь Цзыфэн не мешал им общатся, но при каждой встрече чувствовал оценивающий взгляд другого.

— В чем дело? У тебя есть планы?

В течение нескольких месяцев общения и информации, предоставленной системой, Линь Цзышэн уже понял Су Мо. Хотя он молчал, Линь Цзышэн чувствовал слабую обиду. И каждый раз Линь Цзышэн хотел сказать «хе-хе». Кто такой Су Мо, как он может быть обижен? Однако, если Линь Цзышэн не будет продолжать спрашивать, он будет знать, что понял правильно. Потому что Су Мо определенно будет смотреть на него с лицом, полным обиды, как будто тот сильно его ранил. Он слышал раньше, что Су Мо - непостоянный человек в отношениях, но никогда не слышал о его бесстыдстве.

— Ты только что вернулся в Город А, поэтому есть некоторые вещи, которые ты можешь не знать.

Когда он услышал, как Линь Цзышэн спрашивает его о планах, Су Мо сразу засиял и посмотрел на него с улыбкой: «Каждый год на Рождество проводится Рождественский бал. Ты только приехал, поэтому участие в бале позволит лучше интегрироваться в круг».

Слова Су Мо нельзя считать преувеличением, потому что у каждого круга свои правила. Хотя Линь Цзышэн из семьи Линь, но у него слишком мало возможностей показать свое лицо в городе А, поэтому, естественно, кто-то может попытаться воспользоваться преимуществами. Если Линь Цзышэн примет участие в Рождественском балу, каждый будет знать о его личности, и это также позволит людям в кругу увидеть их отношения. У Рождественского бала в городе А есть обычное правило, то есть их спутник на этом балу обычно является спутником жизни. В противном случае они прийдут без пары.

— Так что насчет этого? Пойдешь со мной? - Су Мо улыбнулся и подошел ближе к Линь Цзышэну. Глядя на его потрясающе захватывающее лицо, у Су Мо был момент рассеянности.

— С тобой? Разве на бал не нужно вести спутника? - Линь Цзышэн нахмурился. Он не знает почему, но у него такое чувство, что этот человек что-то замышляет.

Хе-хе, привести спутника? Как он мог позволить Линь Цзышэну взять кого-то еще?

— Конечно, нет. Суть рождественского бала особенная. Хотя мы называем это Балом, все на самом деле идут туда встречаться, есть, пить и играть.

Линь Цзышэн кивнул, услышав слова Су Мо, и сказал: «Я сегодня вечером спрошу у старшего брата. Если он согласится, я пойду. Хорошо, у меня пары во второй половине дня, я пойду первым.»

Не дожидаясь, пока Су Мо что-то скажет, Линь Цзышэн повернулся и ушел. Хотя он никогда лично не испытывал недобросовестных методов этого человека, но видел много раз на других. Он не хочет испытать это на себе. Той ночью Линь Цзышэн рассказал Линь Цзыфэну о произошедшем, и получил странный взгляд.

— Су Мо действительно сказал, что хочет пригласить тебя на Рождественский бал?

Линь Цзыфэн был в городе А много лет, хотя не каждый раз, но он участвовал. Поэтому, естественно, знал о скрытой природе бала. В этот момент он больше доверяет искренности Су Мо. Пока он не вмешивался в их отношения, потому что Су Мо никогда не делал ничего выходящего за грань. Кроме того, он хотел увидеть искренность Су Мо. Теперь тот хочет пригласить его брата на бал, что доказывает искренность его чувств. Линь Цзыфэн не понимает, что хорошего в его младшем брате? Вся его суть ледяная, и никого не подпускает. Но это также заставляло всегда непостоянного юного мастера Су кружить вокруг него одного.

— Ты не долго в городе, так что хорошо бы расширить свои связи там, - тогда он увидит, сколько искренности может дать Су Мо!

Итак, Линь Цзышэн последовал за Су Мо, чтобы посетить так называемый Рождественский бал через месяц. Конечно, третий брат первоначально хотел пойти, но в конце был безжалостно подавлен. Однако Линь Цзыхуэй был вполне доволен, потому что Линь Цзыфэн пообещал угостить его едой в Сяо Яо Лу. И Су Мо пообещал предоставить им «Небо номер № 1». Только тогда он смог избавиться от этой «лампочки», которая все еще хочет следовать.

Однако, вероятно, из-за того, что «его гороскоп года плох», только прийдя, не имея времени заявить о своем доминировании над Линь Цзышэном, Су Мо увидел кого-то, с кем действительно не хочет встречаться - Бай Вэй.

В те несколько месяцев, когда Су Мо «преследовал» Линь Цзышэна, эта женщина слишком часто появлялась перед ними. Однако из-за того, что сердце Су Мо уже принадлежало кому-то другому, и Линь Цзышэн держался на почтительном расстоянии от белого лотоса, они оба старались избегать ее настолько, насколько могли. Но их путь был заблокирован прямо на этот раз.

— А-Мо, А-Шэн, вы двое пришли.

Бай Вэй носила платье высокого класса. Можно заметить, что это платье в несколько раз круче, чем то, что было на вечеринке по случаю дня рождения Су Мо в прошлый раз, и не то, что она могла себе позволить.

— Мисс Бай, давно не виделись.

Су Мо кивнул с холодным выражением лица, затем потянулся, чтобы вывести Линь Цзышэна, в результате чего вытянутая рука Бай Вэй схватила воздух.

— А-Мо, почему ты делаешь это со мной? Мы ... мы хорошие друзья, не так ли?

Взгляд Бай Вэй на Су Мо нес скрытую горечь, словно увлеченная женщина, смотрящая на бессердечного любовника.

Окружающие смотрели на них троих, как будто они смотрели хорошие шоу. Ничего не поделаешь, молодой мастер Су уже очень четко выразил свою позицию, но кто-то просто не понимает и продолжает настаивать на своей искренней любви. Действительно глупая девушка, без знаний и опыта. Разве не всем известно, что компаньон, приглашенный на рождественскую вечеринку — это спутник жизни? Сейчас уже все знают, что молодой мастер Су воздержался от "старых игр". Но никто не знает, кто смог заставить печально известного игрока сосредоточить свой взор только на себе. Сегодня, увидев этого человека, все почувствовали, что они действительно подходят друг другу. По сравнению с этой девушкой, что притворяется обиженной, этот холодный, равнодушный молодой человек больше подходит для молодого мастера Су.

— Мисс Бай, по моему мнению, с вашей личностью вы не должны быть допущены к участию на этом балу. Поскольку вы здесь, это определенно потому, что кто-то привел вас сюда. Разве вы не должны вернуться к своему спутнику прямо сейчас?

Су Мо чувствовал легкое нетерпение своего человека. Как внимательный любовник, он, естественно, сразу решит все проблемы.

— А-Мо, почему ты делаешь это со мной? Ты мне нравишься!

Терпя почти четыре месяца, она ждала, пока Су Мо и Линь Цзышэн признаются ей. Но ничего не произошло, и она получила известие о том, что двое стали ближе. Как Бай Вэй могла принять это? Поэтому она планировала позволить молодому мастеру из влиятельной семьи привести ее в место встречи, решив признаться Су Мо.

Услышав признание Бай Вэй, странный взгляд промелькнул в глазах Линь Цзышэна. Первоначально он думал, что та не сможет с этим смириться, но не ожидал, что так быстро достигнет своего предела. Линь Цзышэн пожал плечами, он не хочет вмешиваться между этими двумя людьми.

Су Мо почувствовал уход возлюбленного, его лицо помрачнело и он яростно отбросил руку назойливой девицы.

— Хе, Бай Вэй, что ты о себе возомнила? Я нравлюсь тебе? Ты хоть квалифицирована?! - Статус Су Семьи не такой маленький, что Бай Вэй может с ней справиться!

Тело Бай Вэй напряглось после услышанных слов. Как ... как это могло быть? Разве она не та, кого Су Мо любил больше всего? Зачем ему сейчас говорить ей такие обидные слова?!

Су Мо не имеет времени беспокоиться о Бай Вэй, все его внимание было сосредоточено на «сбежавшем» Линь Цзышэне. Осмотревшись, он нашел свою цель и сразу пошел к нему.

Видя такое шоу, что еще они не могли 'не понять'? Любовь молодого мастера Су ко Второму молодому мастеру Линь очень глубока, и посторонний не может пытаться встать между ними!

— Почему ты здесь один?

Су Мо вздохнул с облегчением, увидев Линь Цзышэна, стоящего на террасе. К счастью, вокруг него никого нет, иначе Су Мо не знает, сможет ли сдержаться и не убить этого человека.

— Чтобы не мешать молодому мастеру Су преследовать женщину. - Он ответил рассеянно.

Бокал в руке Линь Цзышэна немного покачнулся. Ему не нравится эта среда, она позволяет легко вспоминать вещи прошлого.

— Когда я это делал?!

Слова Линь Цзышэна вызвали у Су Мо чувство необъяснимой обиды. Он находится рядом с Линь Цзышэном в течение 3 месяцев, где у него есть время возиться с другими людьми? Кроме того, когда он наконец понял свое собственное сердце, Су Мо решил попрощаться со своим прошлым.

— Молодой мастер Су всегда любил красавиц, верно? Мне стыдно мешать тебе.

Когда он сказал это, Линь Цзышэн даже махнул рукой, выражая Су Мо идти и делать все, что хотел.

—Хорошо, я люблю красавиц. Но разве самый красивый человек на этом балу не передо мной?

Су Мо медленно приблизился к Линь Цзышэну, их теплое дыхание упало на лица друг друга: «Или Цзышэн хочет услышать, как я говорю: «Мне нравишься только ты»?»

Внезапно подняв глаза, он встретил взгляд Су Мо, хотя на его лице была мягкая улыбка, Линь Цзышэн увидел серьезность в этой паре бездонных глаз. Кроме того ... искривленное собственничество.

Глава 1.9

— У молодого мастера Су плохое зрение, я мужчина.

Отталкивая приближающегося человека, Линь Цзышэн нахмурился и сделал два шага назад. Он, естественно, видел серьезность в глазах Су Мо, просто не хотел иметь никаких отношений с целью миссии.

Су Мо ясно видел сопротивление Линь Цзышэна. Хотя он не был счастлив в своем сердце, но изо всех сил старался сдержаться. Он постоянно повторял в уме не быть импульсивным, что б не отпугнуть этого человека.

— Красота и пол не важны. Цзышэн, ты действительно самый красивый человек в этом месте.

Говоря это, он попытался наклониться к Линь Цзышэну, но его оттолкнули. Не получив никаких преимуществ, Су Мо чувствовал себя немного подавленным. Но эти слова нельзя считать преувеличением, потому что внешность Линь Цзышэна была одной из лучших с самого начала. Помимо того, что он оделся более грандиозно из-за формального случая, «сияя» даже ярче, чем на вечеринке по случаю дня рождения Су Мо, многие люди вокруг смотрели горячими глазами. Если бы не Су Мо рядом с ним, Линь Цзышэн уже устроил кровавую баню.

— Смешно!

Линь Цзышэн еще раз оттолкнул руку Су Мо, которую тот хотел положить на его плечо, и медленно вернулся к Балу. Вместо того, чтобы быть наедине с Су Мо, он предпочитает оставаться в людном месте, потому что от Су Мо сейчас исходило очень опасное чувство.

Су Мо с сожалением вздохнул в своем сердце глядя на спину своей любви, уходящей все дальше и дальше. Хотя они знакомы друг с другом в течение почти четырех месяцев, он никак не может заставить Лин Цзышэна привыкнуть к физическому контакту.

— Молодой мастер Су, это ...

Люди, наблюдавшие за ними, перестали надеяться увидев, как оба вместе вышли с террасы. Первоначально некоторые люди хотели обмануть себя, думая, что они просто пришли на Бал вместе, потому что знали друг друга. Но теперь намерение Юного мастера Су слишком очевидно, что никто не сможет его пропустить.

— Второй молодой мастер из семьи Линь, Линь Цзышэн.

Привлекая Линь Цзышэна на Бал сегодня, кроме заявления своего собственничества, более важно объявить его личность, особенно тем, кто имеет грязные намерения, им лучше перестань думать!

— Второй молодой мастер ... из семьи Линь, той семьи Линь?

Были еще люди, что не могли вовремя среагировать на это предложение. Но поскольку Су Мо специально ввел эту «семью Линь», то это не должна быть обычная семья. А в городе А, среди влиятельных семей, только одна семья Линь отвечает этому требованию.

— Эта семья Линь. - Су Мо кивнул, улыбаясь.

Как и ожидалось, взгляд каждого на Линь Цзышэна изменился, сменившись с восхищения на уважение.

Бай Вэй, подслушивала на расстоянии, и была сбита с толку. Она знала, что семейное положение Линь Цзышэна хорошее, иначе он не сможет помочь ей снова и снова сбегать от Су Мо в ее прошлой жизни. Но она понятия не имела, насколько велика семья Линь.

— Извините, что А-Мо имеет в виду под «семьей Линь»?

Бай Вэй тихо спросил девушку рядом с ней. Видя, как все выглядят уважительно, она подсознательно почувствовал, что семья Линь, о которой они говорят, не простая. В тот момент, когда девушка услышала вопрос Бай Вэй, она посмотрела на нее с легким презрением в глазах, но все же ответила: "Семья Линь также является одной из лучших семей в городе А, они сравнимы с семьей Су."

Поскольку девушка сказала это, она смотрела на обоих людей в восхищении. Неважно, мужчины или женщины, они будут «бросаться как утки» к таким (высококачественным) людям. Жаль, что это «внутреннее поедание» (п.п они съели друг друга)!

Сердце Бай Вэй было полно неожиданности услышав это. Первоначально она думала, что Линь Цзышэн - просто кто-то с немного лучшим семейным прошлым. Теперь, когда она вдруг поняла, что это так хорошо, действительно была в шоке! Таких два прекрасных мужчины любили ее так сильно, как можно не гордиться этим? Она наблюдала за тем, как Су Мо и Линь Цзышэн болтали с другими людьми на Балу, а затем, наконец, когда Линь Цзышэн покинул толпу, нашла возможность последовать. Она чувствовала, что, если признается прямо сейчас, А Шэн определенно примет ее!

Линь Цзышэн вышел из зала. Сейчас декабрь, поэтому на улице холодно. Ветер дул и заставил его дрожать, но чувствовать себя более трезвым. Ему все еще не нравится этот вид общения, потому что было очень легко вспомнить прошлое. Каждый раз, при посещении таких банкетов, за ним следовала сестра. В отличие от обычных семей, которые ценят сына за дочь, вместо этого его семья ценит дочь за сына. Его младшая сестра - самый важный человек дома. Конечно, он не испытывал недовольства по этому поводу, потому что действительно любит эту маленькую сестру. Просто та, кого он любил глубоко до костей, в конце концов сошла с ума. Вся семья была разбита вдребезги. Думая об этом, Линь Цзышэн крепко сжал кулаки. Кажется, что холод до костей не может его успокоить.

— А-Шэн, ты один?

Так же, как Линь Цзышэн не мог сдержать свое настроение и хотел покурить, чтобы успокоиться, за его спиной раздался тихий голос. Он невольно нахмурился, и его настроение становилось все более и более неустойчивым.

— Ищешь меня? - Линь Цзышэн не обернулся, но равнодушно смотрел вперед.

— Я… ничего. Просто я видела тебя здесь одного, поэтому я хотела выйти, чтобы составить тебе компанию.

Сказав это, слабый румянец покрыл лицо Бай Вэй. Она никогда не замечала этого раньше, но узнала, что А-Шэн на самом деле тоже выдающийся.

— Нет необходимости, мисс Бай должна пойти и заняться своими делами. - Линь Цзышэн опустил глаза.

В данный момент система продолжает мигать в его голове в попытках его успокоить.

[Системное напоминание, системное напоминание, умственная стабильность хозяина сейчас приближается к критической точке. Если вы не сможете вернуться в нормальное состояние в течение 10 минут, вы будете насильно вырваны из мира и провалите миссию!]

"Хорошо, молчи. Я знаю."

Линь Цзышэн был раздражен шумом, плюс Бай Вэй, стоящей позади него. Он чувствовал, что не может успокоиться еще больше.

—А-Шэн, у меня есть что сказать, - взгляд Бай Вей позади Линь Цзышэна был полон любви, - давай ... будем вместе, ба.

В ее голосе звучал намек на сладость, позволяя любому, кто слышал, чувствовать себя очень счастливым. Но единственное, что почувствовал Линь Цзышэн, услышав эти слова, было отвращение! Она только что призналась Су Мо, и в мгновение ока сказала, что хочет быть с ним, ее лицо действительно большое!

— Почему вы думаете, что я соглашусь?

Линь Цзышэну было любопытно, откуда взялась ее уверенность, он не проявлял к ней доброй воли все это время.

— Я знаю, что ты всегда любил меня, - когда она сказала это, Бай Вэй подошла к Линь Цзышэну и протянула руку, чтобы обнять его за талию. - Я тоже…

Просто Бай Вэй еще не обняла его, когда ее схватили за руку и грубо оттащили. Она тяжело упала на землю от инерции. На короткое мгновение сильная боль заставила ее зрение померкнуть. Придя в себя, увидела, что этот человек забрал Линь Цзышэна. Бай Вэй не могла узнать его, но она могла ясно видеть Линь Цзышэна.

Этим человеком был Су Мо, только он дал Линь Цзышэну очень опасное чувство. Вокруг было очень ярко, но он чувствовал, что идущий перед ним человек окутан кусочком тьмы.

— Су Мо?

Линь Цзышэн немного боролся, потому что Су Мо сжал слишком сильно, и его запястье начало пульсировать от боли. Наконец, Су Мо остановился, когда они достигли леса. Линь Цзышэн еще не отреагировал, когда тот толкнул его и прижал к ближайшему дереву.

— Ой, ты сошел с ума, Су Мо?

Он вдохнул холодный воздух, пульсирующая боль в спине дала Линь Цзышэну понять, что этот удар точно ранил его спину.

— Я сошел с ума? Хех ...

Су Мо, казалось, услышал что-то смешное из слов Линь Цзышэна. На его лице была улыбка, просто она выглядела зловещей.

— Правильно, я сошел с ума, сошел с ума от тебя. Тебе действительно понравилась эта женщина?

Су Мо сильно сжал подбородок Линь Цзышэна, чтобы заставить его взглянуть на себя.

— Она только что призналась мне, а потом хотела быть с тобой. Только ты бы хотел такую женщину!

Су Мо не упомянул, как был шокирован, когда обнаружил пропажу Линь Цзышэна. В конце концов, найдя его, он услышал слова этой женщины. Мгновенно здравый нерв Су Мо сломался, и зверь, сдерживавший его сердце, был освобожден.

— Нравится или нет, это мое дело. Какое к тебе это имеет отношение?!

Линь Цзышэну никогда не нравилась Бай Вэй, но он был крайне недоволен тем, что Су Мо ведет себя, будто поймал его с поличным.

— Какое это имеет отношение ко мне? Я дам знать, какое это имеет отношение ко мне!

В этот момент огонь ревности сжег все его причины. Су Мо давно забыл все прежние страхи, забыл, что слишком большое наступление отпугнет Линь Цзышэна. Все, о чем он мог думать сейчас, это позволить ему заткнуться!

Глядя на приближение Су Мо, Линь Цзышэн сразу понял, о чем тот думает. Просто для него уже слишком поздно сопротивляться, потому что в момент борьбы, Су Мо схватил обе его руки и прижал их над головой, а затем прикусил губами. Это верно, укусил. Он отпустил его только тогда, когда потекла кровь. Затем он тяжело пососал губы Линь Цзышэна, его взгляд нес в себе безумие и одержимость.

Выражение Линь Цзышэна стало безобразным. Су Мо прижал все его тело не давая пошевелиться, он мог только поднять ногу и безжалостно ударить Су Мо.

Сильная боль заставила Су Мо сделать паузу, и именно в этот момент колебания Линь Цзышэн смог оторваться. Затем контратаковать.

Хотя боевые навыки Су Мо не плохие, но как он мог осмелиться ударить Линь Цзышэна? Итак, тот продолжает избиение. Помимо защиты своего лица, Су Мо почти использовал все свое тело, чтобы позволить Линь Цзышэну выпустить гнев.

Конечно, хотя Линь Цзышэн сейчас в ярости, он знал свой предел. Его атаки не были легкими, но он не сломал бы кости или что-то подобное. Он выбрал наиболее болезненную область, затем ударил кулаком и ногой в том же месте. Это не заставит Су Мо получить тяжелые травмы, но после этого ему будет больно в течение нескольких дней. Наконец, увидев, как тот стонет от боли на земле, Линь Цзышэн хлопнул в ладоши (чтобы стереть пыль) и приготовился уйти. Но затем Су Мо поймал его лодыжку и не позволил.

— Цзышэн, все, что я сказал сегодня — это истинные слова из моего сердца, - голос Су Мо прозвучал в эту тихую ночь, неся намек на хрипоту и слегка дрожа от боли. - Я серьезно, ты мне действительно нравишься. Как ты думаешь, это смешно? Но эти слова исходят из моего сердца.

Голос Су Мо звучал жалко в эту пустую и холодную ночь, из-за чего Линь Цзышэну было трудно произносить какие-либо слова отказа.

В этот момент человек стоял за деревом чуть дальше. Ее тело слегка дрожало, словно она сдерживается ...

Глава 1.10

Вероятно, потому что эти двое были слишком сфокусированы друг на друге, человек, скрывающийся за деревом, не был обнаружен. Она просто тщательно спряталась, наблюдая за их взаимодействием. Наконец, после ухода Су Мо и Линь Цзышэна, она медленно вышла из своего укрытия. Глядя на в след ушедшим парням, ее глаза были полны гнева.

— Су Мо, Линь Цзышэн, вы смеете предать меня!

В лесу скрывалась Бай Вэй. Из-за того, что Линь Цзышэн внезапно отстранился, она не хотела сдаваться и последовала за ними, став свидетелем этой сцены. Она сильно сдерживала желание закричать, молча наблюдая, как Су Мо борется с Линь Цзышэном, целует и слушая признание Су Мо. Никто не мог понять, как сильно она ненавидела в своем сердце!

Она возродилась, чтобы вернуться и дать этим двум людям счастье, но не ожидала, что они действительно объединят усилия, чтобы предать ее. Они оба мужчины, разве не знают, что такое чувство не допускается всем обществом?! Она должна сделать из этого шум, чтобы все знали. Подождать, пока они не будут осуждены обществом, и тогда они узнают, что для них лучше.

В конечном счете такая наивная идея возникла из-за того, что Бай Вэй еще не общалась в кругу. Что «не разрешено во всем обществе»? В конце концов, это просто моральная норма. Насколько развращен верхний круг? Тот, кто никогда в нем не был, никогда не поймет. Су Мо действительно держал руки достаточно чистыми. Есть люди, которые могут даже запутаться среди 4 или 5 человек одновременно. Люди как Су Мо могут делать все, что им нравится, если это находится в пределах закона. Общественное мнение для них не проблема. Если бы они хотели, могли легко контролировать его.

— Вэй Вэй, куда ты ходила? Здесь небезопасно, не броди.

Молодой человек, который привел Бай Вэй на мероприятие, поспешно подошел к ней, увидев, затем потянул в угол, где вокруг нет других людей: «Хотя здесь все выглядит спокойно, это не так безопасно, как ты думаешь».

Все здесь могут быть сыновьями и дочерями из влиятельных семей, это не значит, что они хорошие люди. Случайно бродя вокруг, очень вероятно накликать несчастье.

— П-почему? - Разве А-Шэн и А-Мо не вышли случайно? Почему она не может сделать то же самое?

Глядя на невежественное выражение лица Бай Вэй, молодой человек ничего не сказал. Он только покачал головой, затем медленно заговорил о другом.

— Вей Вей, ты не должен больше провоцировать Юного Мастера Су. Каждый мог видеть, что Юный Мастер Су теперь целомудрен ко Второму Юному Мастеру Линь. У тебя больше нет шансов.

Хотя сегодняшнее дело немного смущало, он простит, потому что ему действительно нравится Бай Вэй.

— Разве они не мужчины? Такое чувство не может быть терпимо всем обществом!

Бай Вэй сказала это так праведно, что многие повернулись посмотреть. Но более того были насмешки и презрение.

— Не может быть терпимо всем обществом? Они не нарушали никаких законов, почему их нельзя терпеть? Более того, вы не думаете в силу их способностей, пока они этого хотят, никто, кроме тех, кто может их принять, никогда не узнает об этом.

Этот ответ заставил все тело Бай Вэй напрячься. Теперь она поняла, что не сможет ничего сделать со своей нынешней личностью.

— И, о, не мечтайте о лебеде, если вы не лебедь, - все знали, о чем думает Бай Вэй, просто взглянув на нее. - Не говорите, что молодой мастер Су держит себя целомудренным, даже если он не, это не ваша очередь. Какая из его прошлых женщин не имеет семейного происхождения и внешности?

Эти слова были как нож, безжалостно пронзающий ее сердце. В прошлом Бай Вэй больше всего гордилась тем, что даже когда не обладала впечатляющим внешним видом, ей все же удавалось позволить двум самым выдающимся мужчинам восхищаться ею. Но теперь все это стало позором. На данный момент Бай Вэй очень хотела найти дыру и спрятаться внутри, чтобы избежать всех этих раздражающих взглядов. Она стала еще более решительной в своем сердце, чтобы разделить Су Мо и Линь Цзышэна. Только разлучив и позволив им снова влюбиться в нее, это могло бы смыть ее стыд сегодня!

После Рождественского бала Бай Вэй замолчала. Она не отказывалась от своих собственных мыслей, но делает более подробный план. Теперь, когда она знала личность двух, естественно, знает, что обычные методы не будут иметь никаких результатов. Теперь ей нужно найти способ связаться с Линь Цзышэном.

Бай Вэй была не в состоянии сдержать себя, но ее рациональным первым выбором по-прежнему остается Линь Цзышэн. Поскольку из ее понимания Су Мо ее прошлой жизни она знала, что очень трудно заставить его передумать после принятия решений. Единственный способ - позволить Линь Цзышэну беспощадно отвергнуть Су Мо. К счастью, это новый год сразу после Рождества. Поскольку на празднование Нового года будут организованы мероприятия, ученики должны оставаться в школе, и это дает Бай Вэй возможность приблизиться к Линь Цзышэну.

С другой стороны, Линь Цзышэн испытывает головную боль. С того дня, когда Су Мо признался ему, он полностью застрял. Неважно где, он всегда видел Су Мо. Иногда даже этот человек посещал его класс во время урока. Невероятная вещь для Линь Цзышэна заключалась в том, что Су Мо «выровнялся из зала в комнату». Мало того, что он теперь может войти в резиденцию Линь, он даже имеет ключ от его комнаты. Однако самое невероятное, что именно Большой брат позволил Су Мо войти в резиденцию Линь. И Большой брат - человек, который помог Су Мо продублировать ключ от его комнаты в общежитии. Это разозлило Линь Цзышэна до такой степени, что он хотел спросить своего старшего брата, кто на самом деле является твоим биологическим младшим братом!

# Продолжаешь видеть большое раздражающее лицо просыпаясь каждый день утром, что делать? Ожидание онлайн, срочно! #

Даже на Новый год, тот все еще не отпускает. Су Мо разбудил его и сказал, что хочет пойти посмотреть вечеринку. Если бы не ООС, Линь Цзышэн действительно хотел бы избить Су Мо до смерти!

[Хозяин-дарен, это также хорошо, когда ты видишь, как мужчина ведет себя каждый день. Прямо сейчас положительное чувство лидера мужского пола - 77. Если вы будете работать усерднее, сможете завершить еще одну побочную миссию.]

Система «истинного маленького ангела» 001 снова вышла, чтобы напомнить ему о ее существовании, успешно помогая Линь Цзышэну сдержать свой гнев.

— Почему мы должны выходить так рано? Мы все равно не собираемся на вечеринку.

Линь Цзышэн тихо зевнул, он почувствовал необъяснимое несчастье, когда посмотрел на человека рядом с ним. Линь Цзышэн в прошлом - очень дисциплинированный человек. Встать ли или уснуть, у него будет точное расписание. Но эти несколько месяцев, казалось, исчерпали эту привычку, поэтому действия Су Мо, нарушающие его сон, особенно ненавистны.

— Цзышэн, это должно быть наше первое свидание, ба, - Су Мо посмотрел на Линь Цзышэна с улыбкой и недоброжелательным тоном, - хотя ты не согласен раскрывать наши отношения, но тебе все равно придется иногда встречаться со мной.

Говоря об этом, Су Мо действительно почувствовал какую-то внутреннюю травму. Его признание в Рождество было явно успешным, но тогда Линь Цзышэн просто отвернулся и отказался принять его. Он не мог помочь, но пошел к Линь Цзыфэну и шантажировал, умолял всеми возможными способами.

— С каких пор я согласился?

Говоря об этом, он не только не согласился в тот день, но и безжалостно избил Су Мо.

— Но ты не отверг меня в то время, значит, согласился! - Су Мо ответил с большой уверенностью. Линь Цзышэн в то время не отвергал его, так что, если он воспримет это как да?!

Линь Цзышэн: Хе-хе, такое большое лицо!

Однако Линь Цзышэн больше ничего не говорил. Он не неразумный человек. Если Су Мо действительно его любит, и только его одного, он не против провести с ним время. По крайней мере, он останется с этим человеком, пока миссия не будет завершена, до той самой минуты, когда прийдется покинуть этот мир.

Су Мо понял, что Линь Цзышэн не дал никакой реакции, поэтому тайно посмотрел на него. Затем он экспериментально держал одну из его рук. Видя, что Линь Цзышэн, похоже, не возражал, он изменил способ, чтобы «сжать 10 пальцев».

Рука Линь Цзышэна полностью отличается от руки Су Мо. Тонкая и стройная, хотя это не женская рука, она была намного красивее, чем рука обычного мужчины. И температура её немного ниже; удерживание в ладони Су Мо дало ему ощущение покоя.

— А-Шэн.

Так же, как Су Мо хотел воспользоваться возможностью и получить больше преимуществ, тихий голос раздался позади. Этот голос нес смутное чувство обиды, вызывая к людей чувство жалости. Конечно, так называемые «люди» не включают эту пару влюбленных. Поговорка «сердце из стали» действительно подходит для их описания!

Когда Су Мо услышал голос Бай Вэй, улыбка на его лице давно исчезла, оставив лицо равнодушным. Если бы не Линь Цзышэн, который все еще здесь с ним, он мог бы фактически заставить Бай Вэй тайно исчезнуть из этого мира. Он не забыл её слова о влюбленности Линь Цзышэн. Хотя он знал, что это невозможно, но не мог чувствовать себя непринужденно. У него даже ... было слабое чувство, что, возможно, Линь Цзышэн когда-то любил эту женщину. Каждый раз, когда у него возникают подобные мысли, он испытывает непреодолимое желание убить.

— Почему ты здесь?!

Су Мо был очень недоволен внезапным появлением Бай Вэй. Эта женщина действительно похожа на «не рассеянную душу» (п.п. Как будто она умерла, но ее душа все еще остается и не рассеивается)!

Линь Цзышэн схватил его за руку и посмотрел на Бай Вэй: «У вас есть какое-то дело?»

Бай Вэй до сих пор не сдалась? Должен ли он вздыхать, что это действительно главная героиня, имеющая такой уровень настойчивости?

— Могу ли я встретится завтра с тобой наедине? У меня есть кое-что спросить, кое-что, что знаем только мы оба.

Глядя на сложенные руки, Бай Вэй сопротивлялась желанию разнять их и опустила голову, произнося эти слова Линь Цзышэну.

Линь Цзышэн поднял брови, когда услышал эти слова, кажется, что Бай Вэй теперь знает, как использовать мозг. Хотя он знал, что она говорит об «их» перерождении, но то, как она сказала, было настолько двусмысленным. Чтобы разделить его и Су Мо, она делает все возможное.

— Конечно…

Так же, как Линь Цзышэн согласился с Бай Вэй, Су Мо чуть не подпрыгнул, но был оттянут назад: "Но я надеюсь, что вы можете закончить говорить это за один раз, так как я не думаю, что нам нужно встречаться снова."

— Конечно, я все проясню завтра и больше не буду приставать к тебе.

Сказав это, лицо Бэй Вэй наполнилось горькой улыбкой. Ее взгляд на Линь Цзышэна был немного неохотным, но она все еще решительно отвернулась и ушла. Отвернувшись от их взгляда, улыбка на лице Бай Вэй сменилась хитрой и злой. Похоже, она что-то замышляет, неся несколько кусочков тьмы.

Последняя встреча? Хе, Линь Цзышэн, если я не смогу получить удовлетворительный ответ, ты никогда не сможешь избавиться от меня. Я не позволю тебе быть вместе с А-Мо, абсолютно нет!

Глава 1.11

— Разве ты не чувствуешь это? Она что-то замышляет!

Бай Вэй действовала нормально, но как Су Мо мог не ощутить ее планов?!

Линь Цзышэн посмотрел на Су Мо, но не ответил. Не чувствует? Как это может быть? Хотя он не знает, что задумала Бай Вэй, но 8/9 из 10 она будет пытаться «разлучить» их с Су Мо.

— Если знаешь, почему идешь?!

Су Мо знал, что Линь Цзышэн сделал это нарочно, увидев его взгляд. Просто он не понимает, почему он идет, если всё знает?

—Тогда ты хочешь, чтобы она продолжала приставать (к нам)?

Из информации, предоставленной 001, Линь Цзышэн узнал, что Бай Вэй - это человек со значительным терпением и настойчивостью. Это означает, что он будет иметь немирный период в течение некоторого времени. Если ее терпение и настойчивость хоть немного ухудшатся, это не привело бы к почернению двух МЛ, где ее в конце концов замучили до смерти (в ее прошлой жизни). Это простой пример модели «не ищи смерти, не умрешь».

— Тогда я пойду с тобой?

Су Мо не может быть уверен, несмотря ни на что. В прошлом всякий раз встретив Бай Вэй, думал о ней как о ком-то с проблемным мозгом. Но на этот раз он чувствует, что та сходит с ума.

— Она специально попросила меня прийти одному, поэтому, если ты поймешь, она, вероятно, не сдастся так легко.

И самое главное, если Су Мо пойдет с ним, его план, вероятно, провалится. Это был его предел терпеть преследование Бай Вэй в течение 3-4 месяцев. Если вы позволите ему снова увидеть эту женщину, он, вероятно, убьет ее сразу же. Потому что аура Бай Вэй была слишком похожа на этого человека, женщину, что разрушила его семью!

— Цзышэн, что с тобой?!

Видя, как Линь Цзышэн замолчал и даже нес мрачную ауру, Су Мо почувствовал дрожь в сердце. Нынешнее состояние Линь Цзышэн не правильное!

—Ничего…

Линь Цзышэн пришел в себя услышав голос Су Мо, а затем ответил: "Я устал сегодня, не хочу продолжать ходить по магазинам. Вернусь в общежитие первым."

Нужно вернуться и подумать, как правильно завершить миссию!

То, что произошло в эти дни, определенно подходящий стимул для Бай Вэй, поэтому она обязательно что-то сделает. Если он не воспользуется этой возможностью, боюсь, что потребуется время для выполнения задачи. И он больше не хочет связываться с Бай Вэй. Этот мир слишком похож на его первоначальный. Здесь он всегда думает о своей семье, и это чувство особенно сильно всякий раз, при встрече с Бай Вей. У него даже была иллюзия, что Бай Вэй - та, кто заставила его семью распасться!

Су Мо не помешал Линь Цзышэну уйти. Не то, чтобы он не хотел его останавливать, просто чувствовал, что что-то не так с его эмоциями. Линь Цзышэн, вероятно, хотел немного тишины, плюс у него самого есть кое-что, что нужно сделать.

.....

— Mo геге, разве ты уже не нашел себе любовника? Почему у тебя есть время искать меня?

Все это время Су Мо кружил вокруг Линь Цзышэна, так почему у него было время искать ее?

— Я хочу, чтобы ты мне помогла кое-в-чём.

Всё обдумав, Су Мо чувствовал, что Ло Янь - самый подходящий человек.

Ло Янь удивилась, когда услышала Су Мо. Спустя долгое время подтвердив, что это не галюцинации, сказала: "Хочешь, чтобы я тебе помогла? Не говорите мне, что хочешь снова использовать меня в качестве щита? Мо геге, ты теперь 'семьянин', будь осторожен, чтобы Второй Молодой Мастер Линь не понял неправильно."

— Не это, - все в городе А знали, что он преследует Линь Цзышэна, так что таких слепых людей не будет, - всё еще помнишь, Бай Вэй с моей вечеринки по случаю дня рождения в прошлый раз?

— Бай Вэй?

Су Мо сказал это так внезапно, что Ло Янь не могла вспомнить сразу. Через некоторое время она наконец поняла, кто такая Бай Вэй.

— Ты говоришь о той, что «я такая жалкая» мисс Бай с вечеринки, которую позже выгнали?

Говоря об этом, у Ло Янь довольно глубокое впечатление. Она видела столько бесстыдных людей, но кто-то настолько бесстыдный и любящий вести себя отчужденно, действительно редок.

— Да. Сегодня она появилась, чтобы пригласить Цзышэна, и он пообещал встретиться с ней 'один' завтра.

Су Мо скрежетал зубами от слова «один», было очевидно, что он очень недоволен тем, что Линь Цзышэн встречается с Бай Вэй наедине.

— Что? Mo геге, ты хочешь, чтобы я их остановила?

Глядя на Су Мо с взглядом «ревнивого мужа», Ло Янь очень хотела смеяться. Она никогда не думала, что обычно непостоянный Су Мо, встретив кого-то, кого любит, будет таким… извращенным / сумасшедшим.

— Нет, 8/9 из 10, что это будет бесконечным, если остановим ее сейчас. - Хотя Су Мо не хочет, он не мог остановить это - просто помоги мне контролировать Бай Вэй. Если она сделает что-то, что не должна, немедленно сообщи мне.

Су Мо говорил сквозь зубы последнее предложение.

— Хорошо, я понимаю. Я немедленно сообщу, если что-то не так.

На этой стороне Су Мо организовал все, что мог. С другой стороны, Линь Цзышэн возвращается домой, чтобы «обратиться за помощью».

— Просишь Маленького Третьего сопровождать тебя в бар? Второй брат, ты не боишься, что маленький третий научится плохим вещам?

Глядя на своего собственного брата, Линь Цзыфэн не знает, что сказать. Линь Цзышэн обычно не любит ходить в бары, но теперь действительно хочет взять с собой Линь Цзыхуэя?

— У меня серьезное дело.

Линь Цзышэн не бился в кусте, он знал, что заставить Линь Цзыфэна согласиться не легко. На самом деле, если бы он мог выбрать, то, скорее, позвал Лин Цзыфэна. В конце концов, Линь Цзыхуэй, вероятно, мог бы помочь 8/9 из 10 вероятности.

— Что произошло? - Почувствовав серьезность в его тоне, Линь Цзыфэн тоже стал серьезным.

— Та Бай Вэй, о которой я говорил раньше, попросила меня встретиться в баре завтра. В таком грязном месте, боюсь, она использует какой-то закулисный метод против меня.

Даже если он сам или Семья Линь могущественны, он все равно остается человеком с плотью и кровью. Это невыносимо, оказаться в ловушке в таких местах, поэтому лучше быть осторожным и бдительным.

Услышав этот ответ, Линь Цзыфэн наконец кивнул, подумав. Кроме того, он организовал для них защиту. Затем сказал, что случись что, они должны немедленно сообщить.

Итак, все готовятся к встрече завтра. Бай Вэй подготовила себя к тому, что случится всё так, как она хочет. Она верила, что сможет убедить А-Шэна расстаться с А-Мо завтра. Конечно, она также подготовилась к другому варианту. Если Линь Цзышэн действительно настолько бесстыден и отказывается сдаваться, у нее, естественно, есть способ отделить его от А-Мо!

На следующий день в 8 часов вечера Линь Цзышэн прибыл в бар, о котором упоминал Бай Вэй. Глядя на девушку в белом платье, сидящую рядом с барной стойкой, Линь Цзышэн внезапно почувствовал тошноту. Она явно грязная внутри, и все же любила белый цвет; действительно лицемерка!

— А-Шэн, ты прибыл ах. Приходи, садись здесь.

Бай Вэй слегка улыбнулась, увидев Линь Цзышэна. Указывая на сиденье рядом с ней с большим количеством манер, ее движения несли неописуемую элегантность и грацию. Конечно, это именно то, что думает Бай Вэй. Фактически, каждое действие Бай Вэя выглядело вульгарным в глазах Линь Цзышэна. Никакой сопутствующей ауры, то же действие было похоже на «подражание тиграм, но в итоге как собака» . Возможно, из-за того, что Ло Янь из прошлой жизни ее расстроила, ее действия подражали ей. К сожалению, без элегантности, заложенной в кости, ее подражание излучало вульгарность, независимо от того, как она это сделала.

— Пожалуйста, два стакана апельсинового сока.

Говоря это, Бай Вэй тайно кивнула бармену. Затем она посмотрела на Линь Цзышэна и с некоторой осторожностью спросила: "Как дела с А-Мо в это время? У А-Мо не очень хороший характер, он не ... обидел тебя, ба."

Слова Бай Вэй были наполнены знакомством с Су Мо. Это, очевидно, попытка спровоцировать отношения между ними.

— Очень хорошо, спасибо за вашу заботу, - кивнул Линь Цзышэн, затем бесстрастно посмотрел на нее, - вы звали меня, чтобы спросить это?

Тон Линь Цзышэна был очень очевиден, он говорит Бай Вэй, что если она хочет сказать только этот вопрос, то он больше не хочет слушать.

— А-Шэн, в этом мире только мы одинаковы. Разве мы не можем просто поговорить?

В этот момент бармен поставил два стакана свежего апельсинового сока (перед ними). Бай Вэй случайно взял одну и подтолкнул другую к Линь Цзышэну.

— Попробуй, свежевыжатый апельсиновый сок имеет приятный вкус.

Увидев пристальный взгляд Бай Вэй, Линь Цзышэн отпил маленький глоток. В углу, где она не могла видеть, в его глазах мелькнул намек на сарказм.

— Я не думаю, что нам есть о чем говорить. Я очень хорошо помню все то, что ты со мной сделала.

Голос Линь Цзышэна был пронзительно холодным, а его тон полон насмешек. Он полностью отличался от этого «холодного лица, но теплого сердца» в памяти Бай Вея. Её глаза встретились с глазами Линь Цзышэна и обнаружили только отвращение и ненависть. Это невозможно, Линь Цзышэн должен быть человеком, который любит ее больше всего, как он мог ненавидеть ее?!

— Бай Вэй, ты действительно думаешь, что я не знаю, как мои ноги искалечились?

Обнаружив, что Бай Вэй смотрит на него «ты бессердечный, ты аморальный, ты неразумный», Линь Цзышэн был сыт по горло в своем сердце.

Бай Вэй была ошеломлена, затем пронзительно закричала: "Все это сделал А-Мо, тот, кто ранил твою ногу, тоже А-Мо!"

— Бай Вэй, ты действительно относишься ко мне как к дураку. Ты думаешь, я действительно не понял, что ты оставляешь след Су Мо, когда мы убегали? - Линь Цзышэн усмехнулся, глядя на нее сверху вниз. - Честно говоря, я всего лишь инструмент, чтобы получить сердце Су Мо!

Сказав это, Линь Цзышэн вытащил купюру в RMB100 из своего кошелька и бросил ее на барный стол: "Никогда больше не приходи ко мне, я не хочу тебя видеть".

— А-Шэн, ты не покинешь А-Мо, несмотря ни на что?

Голос Бэй Вэй звучал немного обидно: "Я не хочу, чтобы вы, ребята, пошли по неверному пути"

Линь Цзышэн слышала подобные слова Божией Матери раньше. Когда он встал, чтобы уйти, у него внезапно закружилась голова, и он не мог нормально встать. В одно мгновение Линь Цзышэн сразу понял в своем сердце - он попал в ловушку Бай Вэя. Как раз когда Линь Цзышэн собирается упасть на землю, здоровенный мужчина схватил его и понес на плече.

Глядя на спину человека, который уносил Линь Цзышэна, глаза Бай Вэя были полны удовольствия: "А-Шэн, я уже дала тебе шанс, но ты его не ценил. Поскольку ты отказываешься покинуть А-Мо, тогда я заставлю тебя чувствовать себя так стыдно, что ты больше не сможешь оставаться рядом с ним! "

Глава 1.12

Бай Вэй засмеялась закончив все, что хотела. Теперь, даже если Линь Цзышен не желает сдаваться (с Су Мо) это бесполезно. Если А-Мо увидит его внешность после «этого», будет ли у него все еще лицо (перед Су Мо больше)? Улыбка Бай Вэй была неестественно злой. Она чувствовала, что очень скоро получит желаемое, но не знает, что все произошедшее уже было замечено двумя парами глаз. И эти два человека передали всё об увиденном.

— Старший брат, это я.

Наблюдая за этой сценой, Линь Цзихуэй обуздал свои эмоции, оставаясь на месте: «Эта женщина приняла меры. Второго брата увезли неизвестно куда».

Хотя он уже знал, что его Второй брат пришел подготовленным, но, увидев эту сцену, Линь Цзихуэй все еще не мог успокоиться. После телефонного звонка он встал искать Линь Цзышэна. Он знал, что у него нет возможности помочь, но двое мужчин рядом могут.

— Третий Молодой мастер, вы не можете идти. Глава семьи дал слово, что лично позаботится обо всем, когда приедет.

Глядя на движение Линь Цзихуэя, телохранители уже могли догадаться, о чем тот думает. Но глава Семьи уже распорядился, чтобы они ни в коем случае не позволяли третьему молодому мастеру вмешиваться в это дело.

— Но мой Второй брат будет в опасности!

Линь Цзихуэй не понимает. Почему он не может сейчас помочь? Что делать, если со Вторым братом что-то действительно случится?

Оба мужчины посмотрели друг на друга, затем один из них медленно сказал: "Второй молодой мастер уже догадался, что это может произойти. Итак, значит, что Второй Молодой мастер сделал это специально. Кроме того, Третий Молодой Мастер должен верить в навыки Второго Молодого Мастера."

После произнесения последнего предложения глаза обоих мужчин загорелись поклонением. Будь то Глава Семьи или Второй Молодой Мастер, все они их кумиры. Очевидно, им следовало быть избалованными, но их боевые навыки были намного лучше, чем у тех, кто специально для этого тренировался. Так как же им не восхищаться?

Говоря об этом, Линь Цзихуэй также знал, что его поездка туда ни на что не повлияет. Он, вероятно, добавил бы еще больше хаоса, поэтому перестал настаивать на помощи Линь Цзышэну. Однако в душе он по-прежнему очень волновался.

Через 5 минут Линь Цзыфэн подошел к бару вместе с Су Мо.

Увидев прибытие Су Мо, глаза Бай Вэй загорелись. С нежной улыбкой на лице и слабым блеском «решимости победить» в глазах: «А-Мо ...»

— Где Цзышэн ?! - Ему действительно лень болтать с этой женщиной. Он просто хочет знать, в безопасности ли Линь Цзышэн!

Цзышэн, Цзышэн, это снова Цзышэн! В его глазах больше ничего, кроме Линь Цзышэна?!

— А-Мо, что ты говоришь? Я ... не понимаю.

Лицо Бай Вэй было полным невинности. Если бы они не знали об истинной природе этого человека раньше, некоторые из присутствующих могли бы ей даже поверить.

— Су Мо, не спрашивай ее. Я знаю, где Второй брат, в его телефоне есть GPS. - Поскольку Линь Цзышэн догадывался, что сделает Бай Вэй, он, естественно, подготовился.

Слова Линь Цзыфэна ошеломили Бай Вэй, но она сразу же снова расслабилась. Даже если они найдут Линь Цзышэн сейчас, ну и что? 10 минут - это не долго, но и не коротко, многое можно сделать. Позже, увидев вид Линь Цзышэна, Бай Вэй не верит, что Су Мо все еще сможет принять его! Чем более непостоянен человек, тем больше он хочет, чтобы его партнер был уникальным и непревзойденным. Если Су Мо услышит сегодняшнее дело, у него, вероятно, не будет такой большой реакции, но все будет иначе, если Су Мо увидел это собственными глазами. Прямо сейчас она даже хотела поблагодарить Линь Цзышэна за скептизм!

— Это комната.

Линь Цзыфэн подошел к двери и жестом показал своим подчиненным открыть, но Су Мо оттолкнул его, безжалостно распахнув запертую дверь ногой.

В момент открытия двери, Су Мо закрыл глаза. Судя по тому, что Ло Янь сказала ему по телефону, он уверен, что нынешнее положение Линь Цзышэна не будет очень хорошим. Сокровище, о котором он тщательно заботился на своих ладонях, повреждено, как он мог это вынести?

— Нет, это невозможно. Как ты можешь быть в порядке ?!

Когда Су Мо мысленно готовился, позади него раздался пронзительный женский голос, заставивший его открыть глаза. Все было не так, как он себе представлял, в комнате не было ничего неприличного, только Линь Цзышэн, лениво облокачивающийся на диван, и связаный на полу толстый мужчина. Линь Цзышэн вообще не смотрел на этого человека, а просто наступал ему на голову. Всякий раз, когда мужчина делает какие-либо движения, он безжалостно давит.

— Почему я не могу быть в порядке?

Линь Цзышэн посмотрел на Бай Вэй с легкой насмешкой в голосе: «Как ты думаешь, меня можно вырубить тем наркотиком, что ты мне дала?»

Из-за особого характера семьи Линь, трое братьев всегда сталкиваются с большим количеством инцидентов, чем средний человек. Таким образом, все члены семьи Линь знают боевые искусства, то же самое относится и к Линь Цзышен, который был отправлен из города А (ранее).

— Ты действительно в порядке? - Хотя Линь Цзышэн казался нормальным, Линь Цзыфэн все еще не мог быть уверен.

— Я в порядке, отец и мать не забыли дать мне курс лечения, когда я был в городе С.

Причина, по которой он уехал из города А, заключалась в том, что его ранее похитили. Чтобы защитить, родители выгнали его. Так что даже в Городе S отец и мать Линь никогда не переставали заботится о Линь Цзишэне.

Услышав это, у Бай Вэй внезапно появилось дурное предчувствие.

— Что за курс лечения?

Ее слова привлекли внимание всех в комнате. Презрение Линь Цзышэна, ненависть Су Мо, насмешки Ло Янь и Линь Цзыфэн плюс гнев Линь Цзихуэя. Все взгляды были сосредоточены на ней, вызывая у нее чувство страха. В этот момент ей показалось, что она столкнулась не с группой людей, а с группой хищных зверей!

— Бай Вэй, ты должна знать последствия подобных действий, - Су Мо медленно подошел к Бай Вэй и поднял ее за воротник. - Я могу дать тебе шанс выбрать, как ты хочешь умереть.

Глаза Су Мо были красными, словно вот-вот взорвутся. Если бы у него сейчас был нож в руке, он вероятно, сразу же зарезал эту женщину!

— А-Мо, не делай этого. Ты просто очарован им, поэтому забыл, что человек, которого любишь - это я.

С самого начала я балы твоей возлюбленной, а не Линь Цзышэн!

Кричала Бай Вэй; почему все так отличается от её воспоминаний ?!

Услышав её слова, Су Мо наконец огрызнулся. Эта Бай Вэй действительно не раскаивается, и все еще время от времени изливает чушь. Любить ее? Как он мог любить такое! Рука Су Мо добралась до шеи Бай Вэй. Ему просто нужно приложить немного силы, и этот человек исчезнет навсегда ...

Как раз перед этим, Линь Цзышэн положил руку на тыльную сторону его ладони и нежно похлопал: «Просто отпусти».

— Ты хочешь, чтобы я ее отпустил !? Ты забыл, что она сделала?

Прямо сейчас Су Мо действительно не понимает, почему он был так терпим к Бай Вэй. Так что, если она умрет? У него есть 10 000 способов заставить ее исчезнуть, не заставляя никого ни в чем сомневаться!

— Отправь меня назад, мне неудобно.

Хотя он прошел курс лечения, и препарат Бай Вэй не так эффективен, но он не был полностью здоровым, по крайней мере, в настоящий момент он чувствует себя бессильным во всем теле.

Видя, что Линь Цзышэн действительно смущается, Су Мо глубоко вздохнул и отпустил его руку; Цзышэн важнее всего остального!

— Старший брат, я оставлю Бай Вэй тебе. Помогите мне как следует 'позаботится' о ней.

Сказав это, Линь Цзышэн заставил Су Мо уйти. После это их касаться не будет.

Наблюдая за уходом своего младшего брата, Линь Цзыфэн также отослал Линь Цзихуэя, а затем сел перед Бай Вэй.

— Мисс Бай действительно смелая. На самом деле не так много людей осмеливаются выступить против моей семьи Линь в городе А. Мисс Бай - первая, поэтому я обязательно развлеку вас.

На лице Линь Цзыфэна была улыбка, и вокруг его тела не было угрожающей ауры, но Бай Вэй почувствовала холод по спине.

— Вы не можете так поступить со мной, мы живем в обществе, где правит закон. Если вы посмеете что-нибудь сделать, я обязательно подам на вас в суд!

Бай Вэй резко крикнула, но страх в ее сердце становился все больше и больше. В этот момент в дверь послышался тихий стук. После того, как Линь Цзыфэн сказал: «Войдите», вошел молодой человек с прозрачной чашкой в руке. Это был стакан свежевыжатого апельсинового сока, особенно красивого оранжевого цвета.

— Пока мисс Бай выпьет этот стакан апельсинового сока, все будет списано. Вам не кажется ... это хорошо?

Линь Цзыфэн кивнул мужчине, затем посмотрел на Бай Вэй нежным взглядом.

— Нет, я не буду пить! Там должны быть наркотики, я не буду пить!

Бай Вэй кричала и хотела убежать, но как она могла быть противником этих больших мускулистых мужчин? Ей удалось бороться всего несколько раз, после чего она была вынуждена выпить всю чашку апельсинового сока.

Линь Цзыфэн просто сидел тихо, наблюдая за изменениями Бай Вэй, с глубоким насмешливым выражением лица. Пока она не начала сладко ахать, он приказал своим людям выгнать ее.

— Не забудьте записать все сегодня, а затем отправить в ее университет.

Осмелившись действовать против семьи Линь, он хочет, чтобы у этого человека больше не было места в городе А. Точно так же Линь Цзыфэн ждал в комнате больше часа, пока его подчиненный не вернулся с докладом. По пути он увидел множество мужчин и женщин, сплетенных вместе. Глядя на безудержное безумие этих человекоподобных зверей, Линь Цзыфэн высокомерно фыркнул. Наконец, собираясь выйти из бара, Линь Цзыфэн увидел фигуру Бай Вэй. Она была запутана посреди группы мужчин, все ее тело в беспорядке, а первоначальные чистые и очаровательные глаза теперь бездуховны и расфокусированы. Мужчина на ней внезапно издал низкий рев, и Линь Цзыфэн ясно увидел, как тело Бай Вэй слегка задрожало, прежде чем издать быстрый вздох.

Хех, это цена, которую нужно заплатить за оскорбление семьи Линь. Просто это не конец, а начало, надеюсь, Бай Вэй выдержит его методы!

С другой стороны.

Хотя он очень беспокоился о Линь Цзышэне, Су Мо все еще чувствовал крайнее недовольство остановки его действий. Если бы Линь Цзышэн раньше не проходил курс лечения, этот проклятый человек воспользовался бы преимуществом, к тому же он мог бы быть замучен до смерти. Думая об этой возможной сцене, Су Мо невольно почувствовал себя чрезвычайно раздражительным!

— Почему ты не позволил мне принять меры, эта женщина заслуживает смерти!

Линь Цзышэн молча посмотрел на Су Мо. Конечно, он знает, что Бай Вэй заслуживала смерти, но она не может умереть в их руках.

— Я не сказал, что прощаю ее, Старший брат хорошо уладит сегодняшний вопрос.

Опустив глаза и прикрыв ненависть внутри, голос Линь Цзышэна казался ниже обычного: "Помни, что бы ни делала Бай Вэй, мы не можем лично принять меры. Помните, нельзя 'лично' действовать."

Естественно, они могли бы позаимствовать руки других людей, чтобы кого-то убить, как сегодня.

Глава 1.13

Хотя он не понимает, почему Линь Цзышэн сказал это, Су Мо пообещал. В самом деле, как и сказал Линь Цзышэн, есть вещи, которые не нужно делать самому. Часто просто нужно сказать слово, и многие сделают это. Люди, которых он не любил, исчезнут беззвучно, без следа, ему даже не нужно беспокоиться.

После новогодних каникул они оба вернулись в школу. Увидев новости о Бай Вэй, они впервые поняли мощные методы Линь Цзыфэна.

— Это сделал старший брат? - Глядя на различные фотографии в руке, Су Мо обнаружил, что обидеть Линь Цзыфэна - не просто несчастье.

Хотя репутация Бай Вэй была не очень хорошей в высшем кругу, в школе всё наоборот. Многие мальчики считали ее своей богиней. А теперь можно представить, что станет с Бай Вэй, когда эти неприглядные фотографии распространятся.

— Это мой старший брат.

Когда Линь Цзышэн услышал слова Су Мо, уголок его рта слегка дернулся. Теперь он наконец понял, что всегда недооценивал степень бесстыдства этого человека!

— Цзышэн, такие слова обижают. В чем разница между твоим и моим?

Су Мо невинно посмотрел на Линь Цзышэна, будто любые слова отказа сильно его ранят.

Линь Цзышэн: Хехе, большая разница.

В следующие несколько дней они оба почувствовали, что их жизнь стала более комфортной, потому что Бай Вэй исчезла. Конечно, одна вещь может быть проблемой для Линь Цзышэна, это… домогательства Су Мо?

Прямо сейчас Бай Вэй нигде нет, возможно, она уехала из города А. Это, вероятно, хорошие новости для Линь Цзышэна. Будь то с ним или с Су Мо, она, вероятно, больше не будет общаться в будущем. Таким образом, его миссии можно было считать почти завершенными. Просто он не знает, почему он до сих пор не получает сообщение от Системы о выполнении задачи.

— Цзышэн, у тебя есть дела? Ты сбежал сразу после занятий.

Хотя Линь Цзышэн не может считаться домашним ботаником, его обычные места назначения - только школа и дом. Он очень редко бывает где-нибудь после школы.

На следующей неделе день рождения Сяо Хуэя, поэтому я хочу ему что-нибудь купить.

Хотя Линь Цзышэн редко возвращается домой, он никогда не забывает каждый год дарить Линь Цзихуэю подарок на день рождения.

Услышав это, Су Мо тоже заинтересовался. Это день рождения третьего брата в семье возлюбленного, конечно же, он должен сделать подарок! В этот момент Су Мо полностью забыл, что Линь Цзихуэй не его третий брат. Когда они оба болтали, Су Мо непреднамеренно обернулся и увидел едущую к ним машину. А цель - Линь Цзышэн!

— Цзышэн, будь осторожен! - Су Мо оттолкнул Линь Цзышэна, даже не подумав, и его сбила машина.

Линь Цзышэн мог только наблюдать, как происходит авария; не в силах остановить. В конце концов, он всего лишь тело из плоти и крови, он ничего не мог сделать, кроме как смотреть на происходящее.

— Нет, невозможно, невозможно!

Совершенно очевидно, что Бай Вэй также поняла, что ударила не того человека. Выйдя из машины, она посмотрела на неподвижного мужчину на земле, не зная, жив он или мертв. Нет, это не так! Как это могло закончиться так? Линь Цзышэн должен умереть. Как только он умрет, А-Мо сможет избавиться от его обаяния. Тогда они будут счастливы вместе, как и в прошлой жизни!

— Цзышэн… ты в порядке, это хорошо… - Это было единственное, что сказал Су Мо, прежде чем потерял сознание. До сих пор он видел только этого человека, даже проигнорировал свою безопасность.

После того, как Линь Цзышэн позвонил в 120, он жестко держал Су Мо на руках. Глядя на ошеломленную Бай Вэй перед собой, на его лице появилась злобная улыбка.

— Теперь все люди, которых ты любила, были убиты тобой же. Бай Вэй, ты очень счастлива?

Линь Цзышэн не ожидал, что Бай Вэй будет такой смелой, на самом деле она не уехала из города А.

— Вы несешь чушь, это ты. Очевидно, именно ты стал причиной смерти А-Мо!

Правильно, это так. Во всем виноват этот человек. Не только он, А-Мо тоже не прав. Если они оба тоже любили ее, как она могла причинить боль им двоим!

Линь Цзышэн безжалостно раскрыл самообман Бай Вэй: "Ты забыла? Как Линь Цзышэн умер в прошлой жизни?"

Как… Линь Цзышэн умер?

А-Шэн умер? Как такое могло быть ?!

Бай Вэй продолжала опровергать это в своем сердце, но голос тихо прошептал, что А-Шэн - тоже тот, кто переродился. Тогда он, должно быть, умер, потому что как он мог родиться свыше, если он не умер?

— Ты не знаешь? Тогда я тебе скажу. Бай Вэй, в тот раз Линь Цзышэн забрал тебя, чтобы сбежать, но был схвачен Су Мо после того, как ты их сдала, его ноги были ранены им же. Но он не сдавался и продолжал преследовать вас двоих. И в то время ты, очевидно, хотела уйти с Су Мо, но все равно кричала: «А-Шэн, спаси меня».

Линь Цзышэн рассказал Бай Вэй, как умер владелец тела, не заботясь о том, сможет ли она выдержать эту новость или нет.

— Ну и что? Как это связано со мной?! - Правильно, это не имеет к ней никакого отношения. Вовсе нет!

— Если это так, конечно, это не имеет к тебе никакого отношения.

Улыбка на лице Линь Цзышэна стала еще более злой: "Но из-за тебя Су Мо устроил аварию и позволил Линь Цзышэну упасть со скалы. Автомобиль разрушен, а человек мертв, в конце концов даже тело не нашли."

— Бай Вэй, ты знаешь, что Линь Цзышэн ненавидел тебя ?!

Он не лгал. Когда первоначальное тело умерло, он уже понял намерения Бай Вэй, поэтому у него осталась только ненависть.

— Нет, ты врешь. Человек, которого ты любил, - это я, всегда была я, всегда!

Увидев, что Бай Вэй выглядела как сумашедшая, на лице Линь Цзышэна появилась счастливая улыбка.

— И еще кое-что, на самом деле Су Мо никогда не любил тебя. Он позволил тебе остаться с ним, потому что хотел отомстить за Ло Янь.

— В прошлом ты заставила умереть единственного человека, который любил тебя, ради того, кто тебя не любит. И в этой жизни вы снова убили человека, которого любила. Бай Вэй, ты действительно жалкая!

— Это не так, ты врешь! - Не верю, она совсем не верит! Этот человек - дьявол. Не слушай, не слушай его слов!

Бай Вэй покачала головой и убежала, закрыв уши. Затем послышался резкий звук тормозов, за которым последовал взрыв шума. Казалось, издалека доносится звук машины скорой помощи.

Наконец-то ... все кончено.

В больнице Линь Цзышэн молча сел, глядя на горящую лампочку, указывающую на продолжение операции.

— Убирайся отсюда! Ты заставил моего сына стать таким, как ты можешь все еще осмелиться показаться здесь?! Катись!

Мать Су Мо громко кричала, увидев Линь Цзышэн, сидящего в крови. Хотя логически она знала, что это не была вина Линь Цзышэна, но она просто не могла принять это эмоционально. Ее единственный сын колеблется между жизнью и смертью, так как же она могла оставаться спокойной, когда увидела «виновника»?

— Госпожа Су, твои слова неверны. Кто не знает, что Бай Вэй - это цветущий персик молодого мастера Су из вашей семьи (поклонник)? Не говори мне, что ты ничего не знаешь о том, что произошло в баре в прошлый раз. Если у Второго брата был хороший темперамент, ты думаешь, твоя семья Су будет в порядке ?!

Услышав слова Госпожи Су, в Линь Цзихуэй загорелся пожар. Никто не хотел, чтобы это случилось сегодня, к тому же Линь Цзышэн в конце концов тоже стал жертвой, поэтому отношение г-жи Су было особенно неприятным.

Когда миссис Су хотела кричать и на Линь Цзихуэй, дверь операционной открылась. Доктор остановился на мгновение, когда заметил, что все ожидающие люди смотрят на него, затем с сожалением покачал головой. В конце концов, врач объявил Су Мо мертвым мозгом, и госпожа Су немедленно потеряла сознание. Когда она наконец проснулась, то прогнала всех людей из семьи Линь.

— Второй брат ...

Когда Линь Цзышэн встречался с Су Мо, люди из семьи Линь могли это ясно видеть. Хотя Линь Цзышэн никогда ничего не говорил, но видно, что он относился к Су Мо иначе, чем к другим людям.

— Я в порядке, сначала вернусь в школу.

Линь Цзышэн больше ничего не сказал и пошел в школу после выписки из больницы. Он не мог забыть, что в тот момент, когда Су Мо оттолкнул его (от машины), он получил подсказку от Системы 001.

[Текущее положительное чувство - 100, комментарий: тот, кому он мог отдать что угодно, включая собственную жизнь]

[Хозяин-Дарен, ты… в порядке?]

001 обернулся вокруг Линь Цзышэна, почувствовав, что нынешний хост не правильный. Хотя он не мог быть уверен, что случилось, просто казалось, что Линь Цзышэн сейчас очень бесплотен, как будто даже порыв ветра мог его унести.

— Я в порядке.

Следующие несколько дней Линь Цзышэн был таким, как сказал. Он был действительно в порядке, в его жизни не произошло особых изменений по сравнению с прошлым. Просто его личность стала более тихой. Через неделю прибытие человека нарушило спокойствие. Этот человек был отцом Су Мо. Отец Су Мо не сказал ничего резкого, он просто извинился перед Линь Цзышэн за поведение матери Су в тот день. Наконец, он надеялся, что Линь Цзышэн сможет пойти навестить Су Мо. Столкнувшись с просьбой отца, Линь Цзышэн не отказался и последовал за ним в больницу.

— Сходи к Сяо Мо, если бы он почувствовал это, определенно был бы очень счастлив.

Отец Су не может понять, почему его сын влюбился в мужчину, но в конце концов решил поддержать их. Даже если его сын лежит на кровати и вынужден полагаться на аппарат жизнеобеспечения, чтобы поддерживать свою «фальшивую» жизнь для этого человека, он не произнес никаких злых слов, потому что этот человек - возлюбленный его сына.

Линь Цзышэн вошел в палату и запер дверь. Глядя на человека, лежащего на кровати, в его сердце чувствовался легкий дискомфорт. Человек, который все это время кружил вокруг него, внезапно лег на больничную койку и не просыпался… Линь Цзышэн вздохнул, думая об этом.

— Я думал о множестве возможностей, но не ожидал, что конец будет таким. Я также не ожидал, что ты решишь умереть за меня.

— С самого начала, будь то встреча с тобой или с Бай Вэй, или даже тот факт, что ты полюбил меня, все это ожидалось мной. Однако я полностью упустил из виду возможные действия, которые вы могли бы предпринять.

— Позволяя Бай Вэй неправильно понять, что я переродился, поддерживать с ней теплое отношение, а также тот факт, что она подтолкнет себя ближе к тупику из-за эмоционального возбуждения, но я никогда не думал ставить на карту твою жизнь .

Линь Цзышэн снова вздохнул. Он знал, что этот человек на больничной койке не может слышать его слов, но, в конце концов, он больше не хочет обманывать мужчину, отдавшего за него свою жизнь.

— На самом деле, когда Бай Вэй исчезла, я думал о двух возможностях. Первая - она уехала из города А. Вторая - то, что я изначально имел в виду; вернутся к своей жизни. Мне удалось правильно угадать начало, но просчитал концовку.

— Су Мо, я был должен тебе жизнью, я верну ее тебе сейчас.

В больнице прогремел выстрел. Когда люди прибыли в палату Су Мо, они увидели только Линь Цзышена, который перестал дышать.

В последнюю секунду перед тем, как сознание исчезло, Линь Цзышэн услышал голос 001.

[Сканирование системы, подтверждение «смерти» Хоста, обратный отсчет до выхода из мира, 10, 9, 8…]

Extra 1. С точки зрения Су Мо

Экстра с точки зрения Су Мо (не мило, осторожно)

Меня зовут Су Мо. Откуда это имя? Я не уверен, я только помню, что мой отец говорил это снова и снова с детства. «Мо» олицетворяет безразличие и апатию. Тем, кто занимает высокие посты (в обществе), чувства не нужны, чрезмерные переживания могут стать только обузой. Если однажды я когда-нибудь сделаю что-то, что вредит интересам семьи, он обязательно выгонет меня из дома. В то же время, если он однажды сделал что-то не так, я безжалостно выгоню его. В его глазах семья Су - это все, а мы (и я, и он) - всего лишь инструмент для процветания семьи Су. Вот и все.

В такие моменты Мать будет стоять позади отца и смотреть на него грустными глазами. Когда я был молод, я не понимал, что это значит. Когда вырос, постепенно понял, что мама испытывает чувства к отцу. По мере взросления, возможно, из-за учения отца, я все больше и больше не понимал чувств. Однако в такие моменты мама всегда звала меня в свою комнату. Она обнимала меня и плакала снова и снова, но никогда ничего не говорила. Позже я понял, что мама вела себя так, потому что действительно любила отца. Даже мой статус в ее сердце намного ниже, чем у моего отца. Но ведь она не хочет, чтобы я стал еще одной машиной без чувств. Вот почему она плакала, обнимая меня.

И поворотным моментом для всего этого стало то, что отец напился. Против отца явно были замышлены интриги, но в конце концов все было решено наедине. Однако эта женщина не хотела отпускать «золотую черепаху». Раз в 2–3 дня она приходила в дом и беспокоила маму. Отец просто закрыл глаза из-за лица семьи Су.

Просто эта женщина слишком наивна, она была просто внебрачной дочерью. Никакой пользы для бизнеса отца, как он может развестись с матерью, чтобы жениться на женщине, которая ему не нужна? В конце концов, хотя все было улажено, в сердце Матери остался шрам. Все видят, что в браке между ними существует взаимное уважение. Но только я знаю, что они просто отстранены. После этого Мать начала принимать участие в учении Отца для меня.

Просьба матери была очень простой. Если я действительно хочу жениться на ком-то в будущем, даже если это деловой брак ради семейной выгоды, я должен попытаться полюбить; не обижай невиновного человека. И еще один момент: я не могу сблизиться ни с кем, пока не женюсь. Мать сказала: «Если ты действительно любишь кого-то, ты бы хотел сохранить чистоту для этого человека». Вы бы хотели сделать этого человека своим единственным, независимо от того, с какой точки зрения.

Глядя на печальный взгляд мамы, я, не задумываясь, кивнул. Еще много лет спустя мне даже повезло, что я пообещал маме это. В противном случае это было бы сожалением всей моей жизни. Просьба матери выглядела очень простой, но позже я понял, что это действительно сложно сделать, потому что отец не позволит мне. В день моего 18-летия отец отправил ко мне в постель девушку.

Эта девушка выглядела очень чистой и к тому же очень милой. Даже если ты мне не скажешь, я знаю, что она тоже должна быть девственницей. Она была такой чистой, что, вероятно, никогда не встречалась ни разу. Но ей удалось застенчиво снять одежду прямо передо мной. Глядя на нее, я знал, что отец, должно быть, что-то ей пообещал. Но я предположил, что это обещание будет сильно отличаться от того, что она себе представляла. Наконец я покачал головой. Глядя на ее бледное лицо, я не чувствовал себя тронутым, даже чуть-чуть. Я просто сидел на кровати и равнодушно смотрел на нее, надеясь, что она сможет отступить. После того, как мой отец преподавал в течение стольких лет, мое сердце было так холодно, что оно больше не бьется (эмоционально). Однако чего я не ожидал, так это того факта, что она сделает «это». Хотя ее трясло, она все же бросилась ко мне. Это лицо типа 'я такая жалкая' вызвало у меня отвращение. В том месте, где она меня коснулась, поднялся слой мурашек. В конце концов, я ушел, хлопнув дверью.

В ту ночь я не вернулся домой, а пошел в бар, который открыл вместе с друзьями. Вернувшись на следующий день, отец удовлетворенно кивнул, глядя на мою одежду со складками.

Потом он сказал мне, что это нормально, просто он никогда никого не должен забирать домой. Семья Су нуждается в абсолюте.

Я кивнул и быстро вернулся в свою комнату. Сняв одежду, я принял горячий душ, наконец смыв омерзительное чувство, вызванное прикосновением той девушки. После этого я узнал, что моя мизофобия ухудшается. Я бы продолжал промывать ту часть, которая контактировала с другими людьми, даже если это нормальный контакт с нормальным человеком.

Время идет, я больше не могу заставить себя согласиться с мыслями отца. В то же время я понял, что в его сердце я не «сын», а наследник семьи Су; инструмент, который поможет семье Су расширяться.

Чтобы удовлетворить отца, я начал вести себя «непостоянно». Женщина вокруг меня никогда не оставалась больше недели. Хотя отца не устраивали мои действия, в глубине души он думал, что это лучше, чем увлечение. Он очень боялся, что его наследник станет трусом, которому нравится только красота, а не власть.

Выключив свет, однажды ночью тела перепутались, а на следующее утро пачка банкнот лежала на столе. После этого - сцена разрыва. Те люди, которые сказали, что любят меня, вероятно, никогда не узнают, что человек в постели был не мной. Просто когда я подумал, что буду жить скучной жизнью вечно, появление одного человека нарушило все мое спокойствие.

Это был всего лишь встреча в кампусе, но я впервые почувствовал, как мое сердце бьется. Меня не волнует, даже если он мужчина. Я сказал раньше, что не буду играть с мужчинами, это было моим принципом. Но прямо сейчас я обнаружил, что перед ним все становится бессмысленным. Нет, может быть, неправильно так говорить. С ним я не хочу баловаться, я действительно хотел провести с ним жизнь.

Я слышал, как кто-то сказал это раньше: если ты действительно влюбился в кого-то, все остальное больше не имеет значения. Потому что влюбившись в душу этого человека, независимо от того, мужчина это или женщина, можно будет почувствовать биение сердца. В то время я усмехнулся над этой мыслью. Влюбиться в чью-то душу? Кто может быть настолько увлечен? Но когда я встретил этого человека, я тоже хотел однажды выразить свои чувства. В тот момент я знал, что этот человек действительно тронул мое сердце. Даже если однажды его лицо полностью разрушится, я все равно смогу посмотреть на него и сказать ему, что люблю его душу. Все остальное не важно.

Но в конце концов я обнаружил проблему. Я могу игнорировать его пол, и я могу любить его, ни о чем не заботясь. Но действительно ли он примет это чувство? Это достигло апогея на моем дне рождения, когда я наблюдал, как он медленно идет с женщиной. Я понял, что я тоже могу ревновать, ревновать, что кто-то может стоять рядом с ним открыто, не скрываясь. После этого мне удалось выяснить его личность, и я узнал, что он Второй Молодой мастер семьи Линь. Я даже столкнулся с его Старшим братом, чтобы стать к нему ближе.

Впервые столкнувшись с этим подземным Императором, я не чувствовал страха. Было даже ощущение кипящей крови. Хотя он предупреждал меня, он не может остановить мое продвижение. Вместо этого я пригрозил ему в ответ, заставив его пойти на компромисс. После уходв его брата, я подумал, что сошел с ума. Меня отравили чем-то под названием Линь Цзышэн, если я не получу противоядия, я могу все разрушить.

После этого, с согласия его Старшего брата, я повел его на Рождественский бал. Глядя на женщину по имени Бай Вэй, признающуюся ему, я, наконец, ничего не мог с собой поделать и сделал что-то очень прискорбное.

Под влиянием порыва я признался. Увидев его гневное выражение после услышанного, я впервые испытал чувство сожаления. Я даже чувствовал страх, опасаясь, что он больше никогда не будет заботиться обо мне. Но результат оказался немного лучше, чем я думал. Хотя он меня избил, я все равно чувствовал себя очень счастливым. По крайней мере, это означает, что он больше не будет прятаться от меня в будущем.

Затем отношения между мной и ним, наконец, стали ближе. Когда я подумал, что наконец смогу собрать урожай, отец позвал меня домой. Он знал обо мне и Цзышэне и приказал мне держаться от него подальше. Я знаю, что он на самом деле хотел заставить Цзышэна полностью исчезнуть, просто он не смог этого сделать из-за его личности. Поэтому он решил исправить это с моей стороны.

Мой ответ, должно быть, превзошел его ожидания, потому что я увидел его недоверчивое лицо в тот момент, когда я отказался. Более двух десятилетий послушания заставили его думать, что я в его руках, и теперь мое сопротивление ошарашило. Он даже хотел выгнать меня из семьи. Однако он не знал, что такие угрозы мне больше не нужны, потому что я начал свой бизнес очень давно. «У хитрого кролика три норы», он научил меня этому, но сам забыл.

То, что произошло потом, меня очень взволновало. Та женщина по имени Бай Вэй осмелилась накачать Цзышэна наркотиком, она действительно не знает жизни и смерти! В конце концов, я не смог ничего предпринять, но, поскольку старший брат Цзышэна уладил этот вопрос, это должно быть более чем удовлетворительным ба.

Просто, когда я подумал, что на этот раз действительно смогу собрать урожай, Бай Вэй действительно появилась снова. Глядя на машину, которая вот-вот ударит Цзышэна, я не знаю, как помчался, но когда меня сбила машина, я не почувствовал боли. Я даже немного обрадовался, потому что наконец смог защитить его. В то же время я понял, что действительно есть кто-то, кто может позволить отказаться от всего, включая собственную жизнь.

…………

Глядя на слегка обшарпанные деревянные двери передо мной, я осторожно толкнул их и, как и ожидалось, увидел улыбки двух стариков.

— Сяо Мо а, мы снова беспокоим тебя. Этот ребенок, Сяо Шэн действительно нечто, позволяет тебе бегать из стороны в сторону столько лет. Тебе очень тяжело.

Хотя они говорили, что Цзышэн плохой, я все еще чувствовал радость в голосе старейшин. Эти два старика - бабушка и дедушка Цзышэна, и он вырос в этом месте. Конечно, это было то, что мне сказал Линь Цзыфэн. Узнав об этом, я всегда приходил в гости к старейшинам во время праздников. В то же время я смотрел на место, где раньше жил Цзышэн.

Разложив подарки старейшинам, я пошел в комнату, где он, по моей памяти, останавливался раньше. Его комната такая же, как и он сам, несет в себе сильное чувство безразличия и все же непреднамеренно нагревается до температуры, которая может согреть сердца людей.

— Сяо Мо, я знал, что ты снова пойдёшь в комнату Сяо Шэна. Пойдем, спустимся поесть ба.

Дедушка увидел, что я ошеломленно стою в комнате, и похлопал меня по плечу.

— Дедушка, я не буду обедать. Цзышэн все еще ждет моего возвращения. - Я покачал головой.

На самом деле, я вообще не хочу покидать город А, если в этом не было необходимости. Потому что покинуть город А - значит покинуть Цзышэна.

Услышав мои слова, дедушка замолчал. Через некоторое время он сказал мне со слезами на глазах: «Сяо Мо ах, прошло уже 10 лет. Сяо Шэн умер 10 лет назад. На самом деле, я всегда знал об этом, но глядя на ваше счастливое выражение лица, я не знаю, как это сказать. Но малыш, это 10 лет. Ты сделал достаточно, не запирай себя навсегда в своих воспоминаниях ».

— Дедушка, я пойду. Я приду к тебе в следующий раз. - Я ушел, как будто убегаю, услышав его слова.

Уже 10 лет. За последние 10 лет никто не осмелился сказать мне, что Цзышэн ушел. Я очень старался жить так, как раньше. Готовлю два набора порций во время еды, оставляя половину кровати, когда ложусь спать. Все было так, словно Цзышэн все еще был там, иногда я даже чувствовал, что он действительно рядом. Однако сегодня дедушка сказал мне в лицо, что моего любимого человека больше нет. Человек, за которого я готов отдать свою жизнь, ушел. Разве это не значит ... что смысла жить больше нет?

Когда я вернулся в город А, был уже полдень и моросило небо. Впервые я пошел на кладбище. Я хочу увидеть Цзышэна. 10 лет я обманывал себя. Я ни разу не пришел к нему, рассердится ли он на меня?

— Ты пришел?

Линь Цзыфэн был немного ошеломлен, увидев меня на кладбище: «Ты наконец можешь взглянуть в лицо реальности?»

Я не ответил на его вопрос, я просто взглянул на него и позволил ему уйти, потому что сейчас я хочу побыть наедине с Цзышэном. Лин Цзыфэн, кажется, очень хорошо понимает мои намерения, он вытащил Линь Цзихуэй, который не хотел уходить с ним, и ушел. Сейчас на кладбище остался только я. Стоя перед могилой Цзышэна, я внезапно почувствовал себя немного холодным и одиноким. Цзышэн живет здесь один уже 10 лет, будет ли его одиночество еще сильнее?

Все думали, что я не проснусь после аварии 10 лет назад, и я целых 2 года лежала в постели, ничего не зная. Однако проснувшись, обнаружил, что весь мир изменился. И человек, которого я отчаянно пытался спасти, покинул этот мир. Линь Цзыфэн сказал мне, что Цзышэн покончил с собой из-за моей любви, но я никогда не думал, что он сделает это для меня. Я отдал все, чтобы спасти его, не из-за его благодарности, а просто чтобы он не умер вместе со мной. И я также надеялся, что он будет жить хорошо, даже если я не смогу сопровождать его в будущем.

Когда я впервые получил эту новость, то не мог ее принять. До такой степени, что продолжал обманывать себя следующие 8 лет; лгал себе, что Цзышэн все еще жив.

— Цзышэн, я пришел к тебе. Я тебя так давно не видел, ты на меня сердишься?

Глядя на фотографию на могильной плите и на эту пару ярких глаз, я внезапно почувствовал, что Цзышэн всегда оставался рядом со мной, никогда не уходил.

— Извини, а, я все время забываю, что тебя нет, потому что у меня всегда было ощущение, что ты рядом со мной. Я даже не чувствовал, как проходит время. А когда очнулся, прошло уже 10 лет.

— Теперь я стар и уродлив, узнаешь ли ты меня?

Я изо всех сил старалась улыбнуться, но слезы не переставали катиться: «Изначально я был старше тебя. Теперь я намного старше, ты будешь меня презирать? Но даже если презираешь, тебе запрещено меня бросать. Потому что в этом мире у меня нет ничего, кроме тебя».

— Цзышэн, я пойду к тебе. Так что не сердись больше. Даже если ты злишься, можешь меня побить. Только не прячься как сейчас, оставляя меня одного на 10 лет.

Курок направлен мне в висок. Линь Цзыфэн сказал раньше, что Цзышэн так же покончил с собой, выстрелив в висок. Прямо сейчас иметь возможность использовать оружие, которое он использовал раньше, и умереть так же, как и он, для меня это уже самое большое счастье ...

Глава 2.1

Проснувшись, Линь Цзышэн обнаружил, что уже вернулся в белое пространство. Он устало свернулся калачиком в гостиной, вспоминая всё, что испытал в последнем мире.

Концовка всплывала в его голове, и даже если Линь Цзышэн хотел забыть, у него не было возможности, особенно когда в конце он убил себя сам.

Раньше, смотря телешоу, где люди могли пережить выстрелы, Линь Цзышэн всегда думал, что это лишь немного больно, но, лично испытав, он понял… да, сериалы - это всего лишь произведения искусства. Если бы этот выстрел не был направлен в смертельную точку, он вероятно умер бы от сильнейшей боли.

— 001, миссия провалилась? - Его миссия заключалась в том, чтобы спасти белый лотос, но, в конце концов, он не только убил её, но и заставил умереть ML.

[Сканирование системы: вычисление результатов предыдущего мира….]

[Результаты сканирования: в мире было всего четыре миссии: одна основная и три побочные. Выполнение: 100%.]

Этот результат ошеломил Линь Цзышэна: «Предыдущие мировые миссии были выполнены? Разве Бай Вэй не умерла в конце? »

[Я не знаю об этом. Моя единственная обязанность - оказать помощь хосту. Процент выполнения задач рассчитывается основной системой.]

[Далее идут награды за задания: основная миссия дает 200 опыта, 500 очков; первая побочная миссия - 50 очков опыта, 100 очков; вторая побочная миссия - 50 опыта, 100 очков; третья побочная миссия - 80 опыта, 120 очков. Степень выполнения второго побочного задания составила 120%, награда удвоена. Принимает ли хост все награды за задачи?]

— Да. - Он так много работал разве не ради награды? Линь Цзышэн явно решил согласиться.

[Всего награды за миссии: 430 опыта, 920 очков.]

[Основная миссия была успешно выполнена: награды - подарочный пакет для новичков, доступ к торговому центру, примет ли хозяин системные награды (Да / Нет).]

— Да.

[Награда принята. Подарочный пакет новичка содержит 10 красных зелий, 10 синих зелий, 5 случайных устройств телепортации, 5 очков характеристик.]

Услышав слова 001, Линь Цзышэн открыл инвентарь своей системы, его лицо потемнело увидев награды.

Потому что он увидел описание красного зелья.

[Брат Синьчунь, имей вечную жизнь, брат Синьчунь, воскресни в исходное состояние с полным усилением здоровья, брат Чун, лекарство, чтобы светиться жизнью, поцелуй, ты правда не придешь?]

Линь Цзышэн: Хе-хе!

Описание синих зелий это....

[О племенной жеребец, у тебя четыре ноги. О великое море, ты всё вода. Зелье восстанавливает жизненную силу моря, так что ваша энергия неисчерпаема, как море, сделать это n раз за ночь не невозможно, ах, поцелуй ~]

Что касается устройств случайной телепортации, Линь Цзышэн действительно не мог продолжать читать. Он боялся, что не сможет заставить себя использовать его после прочтения!

[Хозяин, как там, разве вещи в Подарочной упаковке для новичков не очень практичны?] 001 порхал вокруг Линь Цзышэна на маленьких крыльях. [Все они были тщательно отобраны мной для хоста. Обычно подарочные пакеты для новичков не такие роскошные.]

Линь Цзышэн: Хе-хе, могу я забить тебя до смерти?

Прочитав эти две вещи, Линь Цзышэн умело закрыл инвентарь своей системы и открыл торговый центр.

В отличие от смертельно опасного подарочного пакета для новичков, который выдавала система, торговый центр l можно было рассматривать как эксклюзив. Было много товаров, от небольших закусок до больших межзвездных кораблей, а также специальных товаров, таких как особые родословные. Также были руководства по культивации.

Однако все это было чертовски дорого. Глядя на эти длинные ряды нулей, Линь Цзышэн понял, что это не то, что он мог использовать в данный момент, поскольку у него не было финансовых ресурсов.

[Дин дон, вы получили короткое сообщение, проверьте его.]

Как только Линь Цзышэн закрыл торговый центр, система 001 получила новое объявление.

[Учитывая, что вы перевыполнили миссии предыдущего мира, система выдаст особые награды, полезные для вашего выживания. Особые предметы, полученные в каждом мире, можно вынести и обменять на очки.]

— Особые предметы? Что это? - Эта спецификация была слишком общей, Линь Цзышэн не мог ее понять

[Система уже получила список специальных предметов. Я сообщу хозяину, когда мы встретим их в других мирах ~]

— Если нет других проблем, идем в следующий мир. - Линь Цзышэн уже не мог выносить все более милую (глупую) систему.

[Подождите немного, система выдаст окончательный отчет:】

[Информация о хосте]

[Имя: Линь Цзышэн

Пол: мужской

Возраст: 23 года

Очки атрибутов (неиспользованные): 5

Текущий уровень: F

Текущий опыт: 430/1500

Текущие баллы: 920

Приобретенные навыки: кикбоксинг, стрельба, смешанные единоборства, допрос.

Телосложение: 10 + 1 (Награда за задание)

Физическая подготовка: 10 + 5 (награда за задание)

Интеллект: 10

Дух: 10

Менталитет (психика): 10 + 5 (Награда за задание)

Сила: 10

Ловкость: 10

Очарование: 10

Удача: 10]

[Выше приведены данные хоста. По мере того, как хост завершает миссии, атрибуты будут увеличиваться, что облегчит выполнение миссий.]

Глядя на свои атрибуты, Линь Цзышэн нахмурился. Если такая обычная статистика встретит опасный мир, сможет ли он действительно выжить?

001, казалось, понял, о чем думал Линь Цзышэн, и сказал: [Хозяин, будьте уверены, уровни сложности миссии соответствуют вашему уровню. Ваш текущий уровень - F, поэтому мир с наивысшей сложностью, в который вы можете отправиться, имеет рейтинг F.]

Услышав это, Линь Цзышэн внезапно почувствовал, что система спасения «Белых лотосов» кажется полной человечности.

— 001, распредели очки атрибутов: телосложение +2, интеллект +2, удача +1. - Поскольку 001 специально указывал на очки атрибутов, значит, они должны быть очень полезными, поэтому Линь Цзышэн раздал неиспользованные очки.

[Очки атрибутов распределены успешно. Текущие изменения атрибутов: телосложение: 10 + 1 (награда за задание) +2 (подарочный набор новичка); интеллект: 10 + 2 (подарочный пакет новичку); удача: 10 + 1 (подарочный набор для новичков).]

После использования очков атрибутов Линь Цзышэн получил информацию о следующем мире от 001.

На этот раз мир казался более нормальным, чем предыдущий. Конечно, так только казалось, потому что на этот раз мир… был духовным миром.

Эн… .. можно сказать, что это как восточная версия Призрака.

Главный мужчина был потомком семьи Тяньши. Естественные глаза инь-ян могли видеть оба мира инь и ян. Когда в школе появились привидения, он спасает главную героиню. После этого героиня начала сильно восхищаться мужчиной. Она была чрезвычайно робкой, но ее телосложение привлекало призраков, и она была бы в безопасности только в том случае, если бы оставалась рядом с МЛ.

Однажды, изгоняя призраков, они встретили призрака в красном, потерявшего свои воспоминания. Главная героиня набралась храбрости и вернула его с собой. Каждый раз при изгнании призраков, героиня всё больше влюблялась в МЛ. Однако призрак-мужчина влюбился в неё. В финальной битве он обнаружил, что главная героиня на самом деле была пешкой самого могущественного злого духа. Он пожертвовал своей душой, чтобы защитить её, однако злой дух больше никогда не мог быть отделен от героини, и она была навсегда подавлена в стране крайнего янь ведущим мужчиной.

— Итак, моя личность…

[Естественно, это мужчина-призрак, который влюбился в главную женскую роль и встретил ужасный конец ~] Голос 001 был очень веселым, от чего рука Линь Цзышэна стала невыносимо чесаться, и он поймал 001 летавшего в воздухе, и яростно сжал.

Он небрежно выбросил сплющенный в шар 001: «Прочти задания».

[Сканирование системы: есть четыре миссии, которые можно принять, принять доступные задачи? (Да / Нет).]

— Да.

[Основная миссия: изменить судьбу главной героини, освободить главную героиню от подавления в стране крайнего янь и стойкого горения ее души. Награды за выполнение миссии: 300 очков опыта, 800 очков. В случае неудачи вычитаются 800 очков.]

[Побочная миссия первая: довести количество положительных чувств к вам главного героя до 80 и более. Награда за выполнение задания: опыт 100, баллы 300. Неудача не влечет за собой штраф.]

[Вторая задача: довести количество положительных эмоций героини к вам до 80 и более. Награда за выполнение задания: опыт 100, баллы 300. Неудача не влечет за собой штраф.]

[Третья задача: сохранить жизнь второго мужского героя, не дать его душе поглотить злой дух. Награда за выполнение задания: 300 очков опыта, 800 очков. Неудача не влечет за собой штраф.]

[Принимает ли хост задания? (Y / N)]

— Да.

[Теперь мы отправимся во второй мир: Робкий и Хрупкий Белый Лотос. Пусть хозяин-дарен готовится к грубой передаче…. 3… 2… 1… ——]

Когда голос системы затих, Линь Цзышэн исчез с того места, где лежал.

…….

Была глубокая ночь, и все ночное небо было чернильно-черной пленкой. Луны не было видно, а звезды были скрыты.

В углу детской площадки земля была завалена на невысокую платформу, на которой стоял длинный стол. На столе стоял набор ароматических палочек. Справа была стопка желтой бумаги под мечом из персикового дерева. В центре помещалось восьми триграммное зеркало, в котором находилась чаша с темно-красной жидкостью со сладко-рыбным запахом. (петушиная кровь)

Перед столом стоял молодой человек лет двадцати. Он был одет в повседневную одежду, которая не соответствовала этой тяжелой ночи, но геомантический компас в его руках издавал давнее, тяжелое ощущение при свете свечей.

Вдруг налетел порыв ветра, и перед молодым человеком пролетела черная тень. Он тут же схватил лист желтой бумаги и сжег его, прежде чем крикнуть: «Цзинь!»

Тень была на мгновение скована пением молодого человека, прежде чем тот устремился за ним. Ледяная рука обхватила его шею сзади, и пронизывающий до костей холодок прошел по телу.

— Хех, молодое поколение? - Голос, который прозвучал за его спиной, содержал несколько очков очарования, но еще более жестоко подавлял. - Это территория этого Святого. Даже если бы пришли предшественники вашей Горы Дракона-Тигра, они должны были бы проявить уважение к этому Святому. И все же ты, юноша, хочешь действовать против этого Святейшего?

Дух, который называл себя «этим Святым», постепенно сжимал руку: «Хм, твоя ян ци - этот Святой её хочет!»

Однако в следующий момент перед глазами злого духа появился неистовый золотой свет. Под освещением света дух чувствовал, что его руки постепенно тают и рассеиваются.

— Меч Цзинь Цянь используемый Чжан Даолин! - Дух понял, что он не может победить молодого человека и захотел бежать, но он укрепил свою решимость съесть этого младшего, несмотря ни на что, чтобы отплатить за это неуважение!

Глава 2.2

После изгнания призрака, молодой человек, упавший на землю, наконец почувствовал небольшой прилив сил. Его дрожащие руки вытащили предмет длиной в дюйм. После того, как свет рассеялся, он превратился в двухфутовый денежный меч.

— Ты снова спас мне жизнь. - Молодой человек посмотрел на денежный меч в своих руках говоря медленно, холодным и чистым голосом, с несколько интимнысм нотками, как если бы обращался к старому другу.

Для этого юноши денежный меч действительно мог считаться старым другом. По словам родителей, он сопровождал его с самого рождения. Все эти годы он мог жить в мире благодаря защите этого меча.

Он осторожно коснулся меча и смотрел, как тот сжимается. Когда меч снова стал кулоном, юноша повернулся и ушел. Что касается алтаря, естественно, нашлись люди, которые помогли бы прибраться.

……

— Чжан Даолин, великий мастер Чжан, прошлой ночью снова отправившийся ловить призраков, почему ты такой медлительный? - Из-за спины молодого человека раздался горький и резкий голос.

Юноша по имени Чжан Даолин взглянул на другого человека и усмехнулся про себя. Глабелла (п.п. участок лобной кости между лобными буграми и надбровными дугами) этого человека излучала тьму, и скоро он наверняка столкнется с катастрофой. Глядя на знаки, видно, что если бы не пролилась кровь, беда не закончилась бы. Он был слишком ленив, чтобы думать о таком человеке.

Однако то, что Чжан Даолин не хотел обращать на него внимания, не означало, что другой просто сдастся. Видя, что тот не потрудился отвечать, голос мужчины наполнился еще большей насмешкой: «Великий мастер Чжан, каждый человек должен знать свои пределы, ваше стремление к вниманию - это то, что делают только цирковые клоуны!»

В это время из двери выбежала миниатюрная девушка: «Да-Даолин, тебе письмо!»

Девушка была очень красивой, с ивовыми бровями, круглыми абрикосовыми глазами, маленьким носиком-пуговицей и тонким ртом. Хотя эти черты явно не были такими красивыми, когда их рассматривали по отдельности, когда они были объединены, это излучало таинственную красоту.

Более того, в ее больших глазах было несколько намеков на застенчивость и робость, что заставляли людей чувствовать беспомощное желание укрыть ее под своими крыльями, чтобы та могла жить мирно и без всякого вреда.

Увидев, как вошла молодая девушка, ожесточенный и суровый мужчина был ошеломлен, и его глаза наполнились алчным светом. В то же время его сердце наполнилось еще большей ревностью. Этот Чжан Даолин явно был аферистом с  ложной репутацией, но на самом деле  позволил такой маленькой красавице суетиться, словно  мастер - это  слишком ненавистно!

Взяв конверт из рук девушки и взглянув на эмблему, Чжан Даолин нахмурил брови. Это снова была ассоциация Тяньши. Третий раз в этом месяце.

— Понятно, Бай Мяньмянь, спасибо. - Хотя он и поблагодарил, голос Чжан Даолина был по-прежнему холодным и чистым, как если бы человек перед его глазами не был красавицей, а случайным прохожим.

— Нет-нет нужды благодарить меня, я просто сделала это мимоходом. - Сказав это, лицо Бай Мяньмянь слегка покраснело, а глаза наполнились очевидным счастьем.

Когда озлобленный юноша увидел эту сцену, его глаза наполнились глубоким негодованием. Как раз когда он собирался снова закричать, Чжан Даолин поднял голову и посмотрел на него прямо, как если бы он смотрел на какое-то мертвое существо. Он действительно чувствовал, что, если откроет рот прямо сейчас, то действительно может стать «мертвецом».

С одной стороны, Чжан Даолин вел тихую битву воли с озлобленным парнем. С другой стороны, Линь Цзышэн и 001 вели яростную ссору.

[Х-Х-Х-Хозяин, на этот раз я действительно не виноват! Я-я-я не знал, что ситуация будет такой!] Голос 001 был немного паническим и потерянным, бесконечно эхом отдаваясь в маленьком и темном пространстве.

— Хе-хе. - Линь Цзышэн не ответил, только сухо посмеялся.

Вы (вежливо) получили атаку Хоста 'хе-хе', критический удар -100000.

[Хозяин-Дарен, ты должен мне поверить, я действительно не знал, что такая ситуация может произойти. Я сделал это не специально!] Перебравшись в этот мир, 001 обнаружил, насколько большую ошибку совершил.

Неизвестно, были ли какие-либо помехи, но система отправила их на три года раньше сюжета. Когда он захотел продвинуть Линь Цзышэна на три года вперед, то обнаружил, что, похоже, они были чем-то запечатаны. Перенос системы просто не мог начаться.

— Ты сказал это три года назад. - В голосе Линь Цзышэна слышался намек на веселье. Однако, услышав этот ответ, 001 вовсе не почувствовал облегчения, а испугался больше.

001: Хозяин-дарен, пожалуйста, не черней!

Линь Цзышэн: Хе-хе, продолжай мечтать, просто прими свою смерть ба!

На самом деле, Линь Цзышэн не делал из мухи слона доставляя неприятности 001, а, скорее, три года на самом деле были не малым сроком. Независимо от того, кто это был, если бы они были в ловушке три года,  особенно в таком маленьком пространстве без света и без звука, обезумели. Если бы он не мог разговаривать с 001 каждый день, Линь Цзышэн, вероятно, был бы на грани психического коллапса.

[Нет, Х-Хозяин-дарен, на этот раз я действительно нашел причину.] 001 чувствовал, что, если он на этот раз не умилостивит своего Хозяина, то его любимый хост действительно может почернеть.

— Последний шанс.

[Если бы мы переместились в соответствии с тем временем, которое рассчитали, сила души второго мужского лидера Инь Цинсюань была бы почти исчерпана, и было бы невозможно удержаться до прибытия МЛ, душа бы рассеялась. Поэтому, чтобы обеспечить развитие сюжета, мир послал вас тремя годами ранее, когда душа Инь Цинсюань только начинала ослабевать.]

На самом деле, эту информацию было нетрудно найти, но мир, кажется, изолировал их, поэтому он вообще не мог связаться с основной системой. Если бы не тот факт, что мужчина-лидер скоро появится, у него все равно не было бы возможности подключиться к основной системе.

[Кажется, здесь есть что-то, что может изолировать передачу моего сигнала, поэтому я до сих пор не получил ответа от основной системы.]

— Как менять сюжет отсюда? - Поскольку он оказался здесь в ловушке, Линь Цзышэн не имел возможности заранее изменить сюжет, например, время встречи главных героев.

[Сегодня главный мужчина Чжан Даолин получил письмо от Ассоциации Тяньши. Через три дня он приедет сюда, чтобы изгнать призраков вместе с героиней Бай Мяньмянь.] 001 проинформировал Линь Цзышэна о текущем ходе мирового заговора, надеясь, что он сможет подготовиться заранее.

— Чжан Даолин? - Когда он услышал информацию 001, Линь Цзышэн был ошеломлен. Хотя он не любил читать романы о бессмертных и богах, он все же слышал имя Чжан Даолин, легендарного основателя Тяньши Дао. Не может быть, что он МЛ, верно?

[Да, главного мужчину зовут Чжан Даолин, что касается того, является ли он реинкарнацией основателя Тяньши Дао, основная система не дала ответа.]

Линь Цзышэн не стал спрашивать. Прямо сейчас ему нужно было понять, как выполнять свои миссии. Что касается истинной личности МЛ, то это не имело к нему никакого отношения.

Кстати, это место действительно было довольно интересным. Хотя окружение было покровом тьмы, Линь Цзышэн все еще мог ясно видеть себя, а также 001. Его нынешняя одежда принадлежала последнему миру, и не очень подходила для этого текущего.

Инь Цинсюань был запечатан здесь на столько лет, что он сам, вероятно, больше не мог вспомнить. Он явно был античным призраком.

Думая об этом, внешность Линь Цзышэн медленно изменилась. Его первоначальный андрогинный вид стал красивым и героическим, его короткие волосы быстро удлинялись, пока не доходили до земли, а его белая повседневная одежда превратилась в малиновый наряд.

Красная драпировка на его теле придавала ему немного злобный вид. Уголок его рта слегка изогнулся, что показалось немного высокомерным. На первый взгляд людям могло показаться, что этот человек был одновременно добром и злом, но его глаза были не ясными, а невежественными, немного туманными и ошеломленными.

001: ……

Какими странными навыками обладал его хозяин?

Теперь его хост стал Инь Цинсюань. Из-за своей силы и высокомерия он был изолирован на тысячи лет и постепенно все забыл. Поскольку время шло слишком медленно, чтобы защитить себя от безумия, он опустошил свое сердце. Теперь все его существо казалось чистым и невежественным, как листок бумаги.

Как же его Хозяину-дарену это удалось ах!

— 001, что это за место? Как Инь Цинсюань оказалась здесь в ловушке? - Теперь, когда 001 может подключиться к основной системе, на эти вопросы не составит труда ответить.

[Текущее местоположение хозяина - в коробке из сандалового дерева. На крышке есть прочный массив, который запечатал хоста внутри. Кроме того, это может запечатать Инь Цинсюань, потому что в коробке есть одно из его ребер.]

Происхождение Инь Цинсюаня в этом мире было загадкой, но 001 получил информацию из главной системы и позволил Линь Цзышэну осознать, насколько трагичной была жизнь этого антиквариата!

Хотя Инь Цинсюань имел человеческую форму, на самом деле он был не человеком, а драконом. Хотя у него была кровь дракона, он еще не превратился в него и мог считаться только демоном с сильной кровью.

Из-за того, что он действовал слишком своевольно, многие люди его ненавидели. В конце концов, ему не удалось избежать страданий. Чтобы помешать ему сопротивляться, его душа была заперта в собственное ребро и запечатана в сандаловой коробке.

В общем, в сердце Линь Цзышэна Ин Цинсюань был очень трагическим призраком мужчины, вызванным его обстоятельствами.

Теперь, став этим призраком, Линь Цзышэн почувствовал, что во всем человечестве нет ничего хорошего.

Когда он посмотрел на красные мантии, у него внезапно возникла другая идея. Призраки в красной одежде обычно были злыми духами. Сможет ли он быть злым призраком и избавиться от главных героев, положив миру конец.

[Предупреждение. Предупреждение. Пожалуйста, не имейте такой опасной идеи. Поскольку время запечатывания было слишком большим, хост в настоящее время может использовать только 10% от своей силы. Если мужчина и женщина сделают шаг, хозяин сразу же рассеется.]

Отношение 001 было очень серьезным. Это явно не было попыткой напугать Линь Цзышэна, а скорее констатацией фактов.

Услышав ответ 001, Линь Цзышэн пожал плечами и не был слишком разочарован. Фактически, его ответ оправдал его ожидания, но…

Хотя он не мог напрямую нанести удар по главным героям, он мог доставить неприятности другой стороне. Может быть, потому, что пара скоро приедет, но запрет на заключение в тюрьму сильно уменьшился. Как говорилось в информации 001, теперь он мог использовать свою демоническую силу, чтобы привлекать одинокие души и диких призраков в качестве закуски для них.

___________________________________

От переводчика:

Хочу пояснить, что во всех арках отличительной чертой "белых лотосов" является фамилия Бай, что с китайского значит белый.

Предупреждение!

Абсолютно всё лотосы представляют самые мерзкие черты характера людей (в их крайностях). Читателям не раз захочется их убить.

Глава 2.3

Вопреки ожиданиям Линь Цзышэна, Чжао Даолин появился не сразу, а через полмесяца прибыл на место его запечатывания - теперь это знаменитый дом с привидениями.

Верно, всего полмесяца назад только даосские люди могли бы почувствовать намек на духовную энергию, но всего за короткие полмесяца Линь Цзышэн превратил его в дом с привидениями.

Изначально это выглядело как немного старомодное жилище. Теперь это был призрачный дом. Не упоминайте ночь, даже при ярком солнечном свете посреди дня прохожие ускоряли шаг, опасаясь столкнутся с призраками.

При таких обстоятельствах Чжан Даолин прибыл в этот дом. Конечно, Бай Мяньмянь тоже пришла.

— Дао-Даолин, мы - мы можем не идти? - Бай Мяньмянь спряталась позади Чжан Даолина, вцепившись руками в его одежду, и смотрела на «дом с привидениями» глазами, полными слез. Она выглядела так, будто убежит в любую секунду.

— Возвращайся, если боишься. - Глядя на состояние Бай Мяньмянь, Чжан Даолин нахмурил брови. Он пришел сюда сегодня не играть, а работать. Раньше он уже говорил, что здесь много призраков, но Бай Мяньмянь настояла пойти.

— П-прости, я ... Я немного испугалась, но все в порядке. - Бай Мяньмянь глубоко вздохнула и с некоторым усилием улыбнулась, но выглядела не намного лучше, чем раньше. Ее лицо было бледным, как бумага. «Мне нужно немного времени, чтобы привыкнуть к этому, я-я твой помощник, не так ли?»

С тех пор как Чжан Даолин спас Бай Мяньмянь, чтобы погасить свой долг, она упорно трудились, чтобы решить ее страхи в надежде стать его помощником.

Однако Бай Мяньмянь не понимала, что ее существование было бесполезно для Чжан Даолин. Хотя он и так не любил робких и слабых людей, он еще больше ненавидел не знающих своего места. В его глазах Бай Мяньмянь была одной из тех, кому не хватало самосознания, и только тащила его вниз.

Конечно, когда Бай Мяньмян последовала за Чжан Даолином в дом с привидениями, она спряталась и схватилась за его одежду. Хотя девушка пыталась успокоится, ее тело все еще слегка тряслось.

— Выйди на улицу и подожди. - По крайней мере, так ему не пришлось бы беспокоиться о том, какие проблемы она создаст позже.

Это был не первый раз, когда Чжан Даолин приводил Бай Мяньмянь для изгнания призраков, поэтому он хорошо знаком с ее способностью тащить. Пока она следовала за ним, восемь или девять раз из десяти она значительно усложняла задачу.

Иногда Чжан Даолин иронично думал - как хорошо, что он Небесный Мастер, а не грабитель гробниц. В противном случае, если бы ее взяли с собой, это было бы равносильно получению роскошного пакета «все должны превратиться в труп».

— Даолинг, со мной все в порядке. Я просто ... хочу тебе помочь. - Наконец, Бай Мяньмянь попыталась сдержать свой страх и вышла из-за него, медленно и осторожно следуя по его стопам.

Она посмотрела на силуэт спины парня, и ее глаза загорелись решимостью. Нужно победить свой страх и помочь Чжан Даолину!

У Бай Мяньмянь был секрет. Она никогда никому не рассказывала. В этом мире даже ее родители не знали, и единственным человеком, который знал, был Чжан Даолин.

Бай Мяньмянь боялась призраков не только потому, что была трусливой, но и потому, что она действительно могла их видеть.

Она была недоношенным ребенком, который должен был родиться в середине мая, но родилась в начале апреля во время фестиваля Цинмин (фестиваль призраков). Ее тело было слабым и родилось в такой день, поэтому, естественно, было наполнено энергией Инь. Даже повзрослев Бай Мянмянь могла видеть то, чего не могли видеть другие люди.

И ее телосложение также больше привлекало привидений.

Когда пара шла вперед, налетел порыв ветра. Хотя был полдень, и солнце ярко светило в небе, не было ни капельки тепла.

— Шишишиши, в наши двери вошли почетные гости, мы, естественно, должны вас поприветствовать. - Как только Бай Мяньмянь почувствовала озноб, раздался резкий женский смех, пронзивший их барабанные перепонки.

В это время она поняла, что перед ними уже стоял ряд людей - нет, ряд призраков!

— АААААХХХХХ! Т-там... - Бай Мяньмян больше не могла подавлять страх в своем сердце и закричала.

— Замолчи! - Парень больше не мог сдерживать раздражение. Хотя эти призраки появились внезапно, он чувствовал, что у них нет злых намерений.

Однако он не знал, какие проблемы вызовет крик Бай Мяньмянь.

— Мне ... мне очень жаль. - Страдая от внезапного шока и крика Чжан Даолина, глаза Бай Мяньмянь покраснели. Не то чтобы она хотела кричать, но вид этих призраков был слишком страшным!

Первым призраком была женщина в красной одежде, которую жестоко разорвали на части с левой стороны, и можно было увидеть, как внутри нее скользят внутренние органы. Второй был призраком-мужчиной, чья кожа была полностью сорвана, остались только ярко-красные мышцы и плоть внизу. Третьей была женщина, чья шея была отрезана только наполовину, и ее сломанная голова раскачивалась при каждом движении.

Четвертый, пятый…… седьмой, и этот седьмой призрак не бал похож на мужчину или женщину. «Он», казалось, погиб в автокатастрофе, и теперь «он» был всего лишь извивающейся кучей плоти и крови.

Как Бай Мяньмянь, которая уже очень труслива, увидев эту сцену, могла не закричать?

— Шиши, Господин ждет двух гостей внутри. Прошу гостей следовать за мной. - Женщина, говорившая ранее, снова обратилась к ним, затем пошла вперед и повела двоих внутрь.

Этот одетый в красное… улыбающийся призрак, был очень свирепым, какой «человек» мог управлять таким злым духом?

По пути Бай Мяньмянь и Чжан Даолин полностью испытали чувство окружения зла.

Первоначально Чжан Даолин думал, что здесь будет всего несколько призраков, но теперь понял, что слишком оптимистично относился к этой ситуации.

Было неизвестно, почему так много духов собрались здесь и на самом деле работали вместе таким хорошо организованным образом, но не было гарантий, что они сохранят такой статус-кво. Если духи что-нибудь предпримут, это будет катастрофой для людей!

— Шиши, мой Господин прямо внутри, пусть два гостя войдут. - Лицо женского призрака изобразило дружелюбную улыбку, но тон ее был очень твердым. Чжан Даолин понимал, что, если послушно не войдут, оба станут членами этого сообщества призраков.

— Даолинг, мне страшно. - Чем ближе она подходила к последней двери, тем больше боялась Бай Мяньмянь. Теперь ее сердце было полно сожалений. Если бы она знала раньше, что нечто подобное произойдет, ждала бы снаружи.

Конечно, Чжан Даолин проигнорировал ее слова. Глубоко вздохнув, Чжан Даолин толкнул дверь и вошел, а Бай Мяньмян быстро последовала за ним.

Войдя в комнату, все внутри удивило их.

Эта комната полностью отличался от их ожиданий. Первоначально они думали, что, открыв дверь, увидят комнату, окутанную жуткой тьмой, которая никогда не видела солнечного света. Однако это была совсем другая сцена.

Нет, возможно, это нельзя было назвать комнатой, а скорее пространством.

В их поле зрения было огромное озеро и мост, ведущий через воду к беседке в самом центре. В беседке сидел человек в белой одежде, опустив голову, и кончики пальцев осторожно перебирали струны гуциня. Хотя они не могли ясно видеть его внешность, но его аура позволила им понять, что этот человек определенно был утонченным мужчиной.

— Какой красивый человек. - Возможно, потому, что ее не встретила ужасающая сцена их её воображения, Бай Мяньмянь немного расслабилась и была очарована прекрасной фигурой.

— Независимо от того, кто вы, раз уж пригласили нас сюда, разве вы не должны показать себя на самом деле? - В отличие от Бай Мяньмянь, Чжан Даолин понял, что это была иллюзия другой стороны, когда вошел в комнату и осмотрел пространство. Все увиденное сейчас не обязательно было реальным.

Услышав слова Чжан Даолина, человек в белом слегка рассмеялся и поднял голову. В одно мгновение окружающее пространство рухнуло и рассеялось. Через некоторое время Чжан Даолин оказался в темной комнате, освещенной только двумя палочками благовоний.

В слабом свете ароматических палочек Чжан Даолин наблюдал за всем вокруг. Комната казалась довольно пустой. У стены стоял только стол из желтой груши, между ними стояла пара ароматических палочек и ящик из розового дерева.

Ящик был невелик, всего около трех дюймов в длину и два дюйма в ширину, но необычайно сильно давил на людей .

А над коробкой легко парила фигура.

Этот человек просто парил в воздухе, как будто его совершенно не заботило, напугает ли он этих двоих.

Одна рука подпирала его щеку, а другая закручивала прядь длинных волос. Все его существо источало лень и комфорт, пара его длинных и узких глаз-фениксов слегка прищурилась, а тонкие губы слегка изогнулись в легкомысленной дуге. Улыбающаяся внешность не была дерзкой, но вызывала у окружающих чувство непокорности.

— Кто ты? - Когда он смотрел на этого уникально-очаровательного человека, брови Чжан Даолина нахмурились еще глубже, особенно когда он увидел красные одежды, украшающие другого, и осторожность в его сердце возросла до предела.

Призраки в красном обычно были свирепыми и жестокими. Хотя этот человек, казалось, источал лень, он был не так прост!

— Лорд - это Инь Цинсюань. - Пока он лениво говорил, Линь Цзышэн посмотрел на молодого мужчину и женщину перед ним и не мог не приподнять брови; эти двое были главными героями?

Это казалось… довольно интересным.

Чувствуя внутренние мысли Линь Цзышэна, 001 молча зажег 5125 очень больших долговечных свечей в своем сердце для этих двух людей.

001: Хе-хе, оплакивай этих двух людей три секунды. Любой, кто пробудит интерес его хозяина-дарена, восемь или девять из десяти станут духами!

— Так красиво… - Когда Бай Мяньмянь, которая все это время пряталась за Чжан Даолином, увидела Линь Цзышэна, ее глаза наполнились благоговением. Она всегда думала, что призраки ужасны, и никогда не думала, что может быть такое красивое привидение.

Увидев эту сцену, 001 не мог не зажечь еще один ряд свечей для бедной главной героини. Такая чертовски глупая женщина, разве ты не знаешь, что у красивых цветов есть яд, если не шипы?

Глава 2.4

Линь Цзышэн скрывал в глазах сильное презрение, когда смотрел на застенчивую, краснеющую девушку. По сюжету Бай Мянмянь уже должна была тайно влюбиться в Чжан Даолин. Тогда зачем сейчас стеснятся?

[Хост, информация, данная основной системой - это только общее направление мира.] 001 удалось угадать, о чем думал Линь Цзышэн, поэтому он ответил первым.

Основная система знает об этом мире все, но не может узнать специфику, особенно в отношении человеческих эмоций.

[И перспектива каждого мира основана на точке зрения героини.]

Последнее предложение, наконец, дало Линь Цзышэну понять, откуда взялось это несогласованное чувство в двух мирах.

Судя по информации данной 001, белый лотос каждого мира был неприятным существом; но они не могут умереть мучительной смертью. Однако все белые лотосы, виденные им, были намного отвратительнее, чем те, что были в данных 001!

Теперь он понял, что сюжетная линия мира полностью соответствует точке зрения белого лотоса. Естественно, отрицательной информации быть не может, поэтому всё неизбежно отличалась от увиденного.

— Вы действительно… призрак? - Хотя Бай Мяньмянь могла видеть прозрачное тело Линь Цзышэна через свечу, но все еще не могла в это поверить, потому что это был первый раз, когда она видела такое красивое привидение.

Линь Цзышэн молчал. Он просто продолжал парить в воздухе, бесстрастно глядя на двух людей.

Когда Бай Мяньмянь хотела что-то сказать, Чжан Даолин первым открыл рот. "Почему ты здесь? Как долго ты здесь живешь?"

— Не могу вспомнить.- Низкий голос Линь Цзышэна эхом разнесся по пустой комнате. - На самом деле ... это было слишком давно.

Когда Чжан Даолин услышал это, выражение его лица слегка изменилось. Он чувствовал, что этот «человек» не солгал, потому что печаль, что он нес, несомненно, заставляла людей поверить в правдивость его слов.

— Ты когда-нибудь думал уйти отсюда? - Возможно, именно из-за очевидного одиночества этого «человека» Чжан Даолин достаточно расслабился, чтобы невольно спросить об этом.

При этом вопросе Линь Цзышэн моргнул, на его лице появилась горькая улыбка. «Не могу уйти…»

Унылый голос вызвал горечь в сердцах Чжан Даолина и Бай Мяньмяна.

.......

На следующее утро солнце светило в комнату через занавески. С легкой улыбкой на лице Линь Цзышэн посмотрел на юношу, все еще спящего в постели.

Это была спальня Чжан Даолина. Планировка комнаты соответствовала ему; чистая, простая и заставляющая людей подсознательно оставаться рядом.

Вспоминая вчерашний инцидент, Линь Цзышэн все еще чувствовал себя немного забавно. Отношения между Небесным Мастером и призраком должны были быть враждебными. Но этот человек неожиданно отвел его домой, выслушав его историю. Разве он не знал, что энергия инь призрака может разрушать людей?

[Хост-дарен, тело Чжан Даолина очень особенное. Он обладает врожденным чистым ян, и ни одно живое тело инь не может приблизится к нему.] В тоне 001 не было даже намека на сомнение. Это произошло потому, что врожденную чистую кровь ян, как в теле Чжан Даолина, можно было купить в торговом центре, поэтому, естественно, он знал.

— Хочешь сказать, что я не призрак? - Линь Цзышэн подошел к Чжан Даолину и встал на колени перед кроватью, подперев подбородок рукой, сосредоточившись на спящем человеке.

Он действительно заслуживал того, чтобы называться главным мужчиной, особенно с такой нежной внешностью. Хотя он выглядел очень мягким, но не казался женственным. Это было красота смешанная с нежностью, с первого взгляда вызывая комфорт у окружающих.

Возможно, почувствовав пристальный взгляд Линь Цзышэна, Чжан Даолин медленно открыл глаза.

Однако, когда Чжан Даолин полностью проснулся, увидев очень близкое ему лицо, он испугался.

— Т ... ты, почему ты здесь!? - Чжан Даолин привык спать один. Внезапно увидев такое полупрозрачное лицо и в такой близости, чудо, что он не испугался до смерти.

— Вчера ты привел меня к себе домой. - Линь Цзышэн моргнул, его глаза были полны невинности, как если бы он сказал: «Ты был тем, кто вернул меня, почему задаешь мне такой вопрос?»

Чжан Даолин ущипнул себя за лоб. Он знал, что вернул этого «человека». Однако у него возникла пара вопросов. «Почему ты не спишь? Разве ты не знаешь, что люди будут напуганы столь пристальным взглядом?"

Неожиданно после этих слов, на лице Линь Цзышэна появилась меланхолия. Спустя долгое время он медленно сказал: «Я ... я ... я давно не испытывал чувства сна».

В отличие от людей, призракам не нужно было спать. Так что для них это было роскошью.

К этому моменту Чжан Даолин уже осознал свою ошибку и хотел сказать что-то, чтобы исправить ситуацию. Однако обнаружил, что, что бы он ни сказал, ничего не поможет.

После того, как Чжан Даолин привел в порядок комнату и позавтракал, он бросился в класс. К его удивлению, юноша всегда искавший проблем, не пришел сегодня.

— Даолинг, доброе утро. - Когда Чжан Даолин только вошел, Бай Мяньмянь тоже вошла в класс. - Ты…

— Инь Цинсюань. - Линь Цзышэн знал, что Бай Манман не помнит его имени.

— Цинсюань, доброе утро, - получив ответ Линь Цзышэна, Бай Мяньмянь улыбнулась. Видимо, услышав его она почувствовала себя очень счастливой.

Бай Мяньмянь была красивее даже Бай Вэй из прежнего мира. Такая улыбка была очень милой, на нее упали взоры всех в классе. Конечно, в этих взглядах было больше страха.

«Только что ... кого приветствовала Бай Мяньмянь?»

В тот момент многие из них вспомнили ее прозвище - призрачная ведьма. Оно было связано с тем, что Бай Мяньмянь, казалось, могла видеть призраков.

Итак ... она здоровалась с призраком?

Думая об этом, всё чувствовали страх. В классе были привидения посреди дня? Это было слишком страшно!

Пока в классе все перешептывались о призраках, вошел человек. Это был тот самый парень, что любил беспокоить Чжан Даолин.

Сегодня, проходя через дверь, он услышал, как все перешептываются о призраках. В глубине души он верил, что это было способом Чжан Даолина выделится. Естественно, он был очень высокомерен. «Небесный Мастер Чжан, что случилось сегодня, ты привел в наш класс призрака?»

Когда Чжан Даолин услышал знакомый голос, как обычно, он проигнорировал. Он видел много таких людей; чем больше вы с ними спорили, тем больше они нападали. Лучшим способом борьбы с ними было «лечение холодом». С головы до ног ему нужно было подавать сигналы «я не хочу тебя видеть» и «уходи от меня».

Сбоку Линь Цзышэн с игривым выражением лица зажег свечу в честь саркастичного идиота. Разве он не знал, что нельзя провоцировать Небесных Мастеров? Хотя Небесные Мастера были очень скромными, это не означало, что их легко запугать.

— Даолин, разве ты не хочешь отомстить этому идиоту? - Глядя на Чжан Даолин, которыйы был столь же беспечным, как всегда, Линь Цзышэн начал сомневаться относительно того, принадлежал ли этот человек к типу святой матери?

— Игнорируй этого клоуна. - Сказав это, Чжан Даолин немного поколебался, затем добавил. «Если хочешь играть, пока ты не убьёшь его, все остальное не имеет значения».

Подумав об этом, Чжан Даолин действительно был очень раздражен, увидев этого человека!

В классе все были прикованы к своим местам. Только один «человек» все еще парил в воздухе, с презрением наблюдая за глупым человеком.

Его невиновность была потеряна, а аура была довольно сложной. Очевидно, тот уже потерял девственность и спал более чем с одним партнером. Личная жизнь этого парня должна быть ужасно испорченной.

Линь Цзышену было очень легко иметь дело с таким сбродом, не нужно было много делать. Он просто парил вокруг парня некоторое время, прежде чем подуть на него.

Хотя призраки не убивали людей, они могли оказывать очень интересное воздействие. Люди могут потерять особый предмет, опоздать на автобус или забыть о важной встрече. Короче, им не повезло.

Когда Чжан Даолин увидел тонкий черный газ наполняющий едкого человека, он слегка приподнял бровь. Казалось, призрак, которого он приютил, был непростым.

Когда нормальный призрак использует «дух», он вообще не сможет овладеть им до такой степени. Но у Инь Цинсюань было очень хорошее понимание. Этот призрак мог одновременно дразнить его и заставлять высказаться. Такого рода неудачи люди не приписывают духам.

В общем, будь то Линь Цзышэн или Чжан Даолин, им нужно было только посмотреть спектакль.

… ..

Наконец, утром Чжан Даолин полностью понял, что значит быть невезучим. Во время обеденного перерыва один человек и один призрак пошли поесть на крышу.

— Инь Цинсюань, как ты умер? - спросил Чжан Даолин, пока ел свой обед.

Было очень грубо спрашивать призрака, как он умер. Сразу Чжан Даолин пожалел о сказанном.

Было очень жестоко просить умершего человека вспомнить свою смерть.

К его удивлению, Линь Цзышэн медленно открыл рот после короткого молчания. «На самом деле, я не могу вспомнить что-то столь древнее. Единственное, что я помню, это то, что был в этой маленькой коробке. Находясь в такой среде, как я могу все еще вспоминать что-то из прошлого? »

На самом деле, слова Линь Цзышэна не были ложью, а были истинными чувствами сердца Инь Цинсюань.

Поскольку другие жаждали его плоти и крови, его поймали и запечатали в ящике, в то время как посторонние, естественно, закрывали на это глаза.

Глава 2.5

Нет, они не закрывали глаза, они ждали. Ждали увидеть, как его плоть и кровь передадут тому, кто его запечатал.

— Извини. - Чжан Даолин знал, что задал вопрос, который нельзя было задавать. Горе Линь Цзышэн не было фальшивым.

— Тебе не нужно извиняться. На самом деле, я благодарен. Если бы ты не пришел, кто знает, сколько бы я еще жил в той тьме. - Пара глаз феникса слегка изогнулась. Это была явно яркая улыбка, но в ней было немного очарования.

Глядя на его благодарность, Чжан Даолин потрогал карман своей рубашки. Внутри была кость Инь Цинсюаня, и, поскольку он всегда держал ее при себе, тот смог покинуть то место.

Возможно, вывести его из дома было правильным решением.

— Даолинг, ты опять ешь один? - Теплая атмосфера стала жесткой из-за внезапного вмешательства, и мягкое выражение лица Чжан Даолина исчезло.

— Я люблю тишину. - Он посмотрел вниз, скрывая отвращение в глазах.

Возможно, Бай Мяньмянь надеется остаться с ним и помочь ему в качестве оплаты за свое спасение. Но для Чжан Даолина она ходячая проблема, у нее нет самосознания, и она всегда тянет его вниз. Она идеальная модель свиньи - товарища по команде.

Так что, если бы он мог, Чжан Даолин действительно хотел держаться от нее подальше.

— Хорошо, я знаю, тебе нравится одиночество. - Сказав это, Бай Мяньмянь не выразила намерения уходить, вместо этого села возле него. - Я составлю тебе компанию.

Линь Цзышэн, плавающий вокруг, повернулся спиной и усмехнулся. Бай Мяньмянь действительно была «слишком самоуверенна». Почему она так уверена, что Чжан Даолин лжет и на самом деле не хочет оставаться один?

Хотя многие люди в школе слышали слухи, что Чжан Даолин был даосом, не все отвергали его из-за этого. Но это не значило, что Чжан Даолин хотел общаться с другими.

Никто не знал, о чем думает Бай Мяньмянь. Она считала, что Даолин был отвергнут всеми, поэтому мог лишь обедать в одиночестве.

Глядя на эту девушку, в сердце Чжан Даолина росло отвращение. Наконец, когда это больше нельзя было терпеть, он быстро закончил свою еду, прежде чем убрать ланч-бокс и уходить.

— А? Даолинг, ты куда? Я пойду с тобой. - Глядя на его уход, Бай Мяньмян быстро собрала коробку с ланчем и собиралась догнать парня, когда её заморозили взглядом.

— Я сказал, что люблю тишину, ты не можешь оставить меня в покое? - Парень выглядел так холодно, что героиня не смела пошевелиться.

— Я-я просто хочу остаться с тобой, - Бай Мяньмянь чувствовала себя обиженной. Она просто не хотела, чтобы тот грустил. - Я не хочу, чтобы ты был один.

— Девушка, не воспринимай свое положение как должное, он никогда не чувствовал себя одиноким. - Прежде чем Чжан Даолин успел что-то сказать, Линь Цзышэн заговорил, по-видимому, высмеивая самонадеянность героини, но при этом высказывая именно то, что думал Чжан Даолин.

— Даолинг, это правда? - Услышав объяснение Линь Цзышэна, глаза Бай Мяньмянь наполнились слезами. Что он имел в виду? Он считает её слишком настырной?

— Верно. - Чжан Даолин был слишком ленив, чтобы объяснять. Сказав это, он быстро покинул крышу. В любом случае, поскольку днем не было занятий, он мог просто найти тихое место для отдыха.

Встречаться с этой девушкой всегда так утомительно!

— Я действительно не знаю, почему ты ее так сильно ненавидишь. - Когда они покинули поле зрения Бай Мяньмянь, Линь Цзышэн пробормотал себе под нос, как бы выставляя Даолина плохим парнем. Очевидно, он удобно забыл, что тоже издевался над героиней.

— В моих глазах нет разницы между женщиной и женским призраком. - Голос Чжан Даолина был еле слышен. - Нет, возможно, женщины страшнее женщин-призраков.

Когда человек умирает, остается только инстинкт. Но у живого человека было бесчисленное множество желаний, и для их реализации, можно было сделать все, что угодно.

— Будешь так говорить за тебя никто не выйдет. - Линь Цзышэн фыркнул, внимательно глядя на него.

Войдя в лес, Чжан Даолин начал прогуливаться.

— Хм… Я отказываюсь от своих слов, ты тоже знаешь, как быть внимательным. - Теперь он понял, почему раньше Чжан Даолин так быстро шел.

Хотя он не боялся света, но по-прежнему был призраком, и было неудобно оставаться на солнце слишком долго. Хотя он ничего не сказал, Чжан Даолин все же волновался.

— Ты сильный. - Чжан Даолин серьезно посмотрел на него. - Призраки состоят из энергии Инь, поэтому они не могут принять энергию Ян Солнца. В настоящее время твой дух не выказывает никаких признаков разложения, но если хочешь ходить под солнцем, неизвестно, сколько людей тебе придется убить.

Это также было причиной, по которой Чжан Даолин решил взять с собой Инь Цинсюань. Было невероятно встретить могущественно призрака не затронутого порчей.

— Может быть, это печально. - Линь Цзышэн посмотрел на солнце неподалеку, его фигура исходила от отчаяния. - Для призраков жизнь, без способности выйти на солнце, наполнена агонией.

[Хозяин…] чувствуя плохое настроение Линь Цзышэна, система 001 вышла, чтобы внимательно его осмотреть.

Поскольку у главного героя этого мира была пара глаз Инь-Ян, он мог видеть то, что не могли видеть обычные люди, поэтому 001 всегда старался не появляться перед Чжан Даолином, чтобы избежать обнаружения.

Хотя его глаза не должны были видеть систему, но кто мог знать наверняка.

"Все хорошо. Просто я внезапно понимаю, почему такой сильный Ин Цинсюань, в конце концов стал таким слабым". Линь Цзышэн вздохнул. "Если бы он захотел, мог бы не только выжить, но даже стать действительно могущественным злым духом. Но гордость дракона не позволяла ему пасть, даже если он исчезнет навсегда!"

— Тебе было одиноко? - Глядя на человека, который долгое время стоял на месте, Чжан Даолин не мог не задать этот вопрос.

— Что такое одиночество? - усмехнулся Линь Цзышэн, оглядываясь на него. - Нет ни света, ни звука, ни идущего времени. Ничего нет. Даже ум начинает медленно застаиваться, так как же ты почувствуешь себя одиноким?

Слова Линь Цзышэна не были преувеличением. Хотя время, проведенное в каждом теле, невелико, поскольку он глубоко переживает чувства оригинала, это все же может глубоко запомнить это.

Когда прозвучали слова, оба замолчали, тихо ожидая захода солнца.

Они не знали почему, но небо сегодня было немного странным. В небе на западе огненно-оранжевое солнце медленно садилось за горизонт. Но что их смущало, так это окружающее его кольцо черного света.

— Это что? - Хотя это был всего лишь тонкий слой, черный свет продолжал менять свою форму, словно это был… призрак!

Да, это было похоже на тех призраков, которые выходят в различных формах, чтобы напугать прохожих посреди ночи.

Но солнце могло сдерживать призраков. Даже если бы они были очень сильными, то не смогли бы образовать черный круг вокруг солнца.

【Хост, как друг скажу вам, что сегодня Фестиваль призраков.】 001 объяснил Линь Цзышэн.

Когда Линь Цзышэн услышал 001, то сразу вспомнил, что сегодня 15 июля по лунному календарю, также известный как фестиваль призраков.

Легенда гласит, что призрачные врата открылись 15 июля. В этот день призраки ада могут свободно явиться в мир. Сегодня люди были наиболее слабыми, и даже вред солнца для призраков был не таким сильным.

【Я хотел бы напомнить вам, что призраки очень ненавидят Небесных Мастеров, и сегодня день, когда они самые слабые, а призраки самые сильные. Если вы не успеете в общежитие до наступления темноты, очень вероятно, что на вас нападут призраки!】 Голос 001 настойчиво звучал. Если Чжан Даолин умрет так быстро, мир может рухнуть!

Линь Цзышэн понял, что он имел в виду. Его зрачки сузились, когда он с тревогой сказал: «Даолинг, скорее возвращайся в общежитие. Сегодня фестиваль призраков!»

В следующий момент Чжан Даолин понял, что происходит.

В эти дни происходило слишком много всего. Он забыл о Фестивале призраков. Глядя на их окрестности, лицо Чжан Даолина помрачнело, когда тот понял, что те окружены деревьями. Солнца здесь не хватало. Если бы они хоть немного задержались, то умерли!

Они быстро побежали к общежитию, но сегодня солнце, казалось, садилось очень быстро. Половина уже была за горизонтом, тогда как совсем недавно оно было еще высоко в небе. Чжан Даолин увидел, что шансы вернуться до заката невелики.

— Даолинг, поторопись! - Судя по всему, Линь Цзышэн еще не сдался, постоянно уговаривая Чжан Даолина, срочность в голосе была более очевидной.

Внезапно Чжан Даолин остановился и встал неподвижно.

— Даолинг, почему ты замер? Нам нужно скорей вернуться!

— Слишком поздно. - Голос Чжан Даолина был холодным, когда он медленно опустил голову, молча глядя себе под ноги.

Линь Цзышэн был ошеломлен, и его взгляд упал на ноги Чжан Даолин. В одно мгновение он понял, почему тот остановился. Ногу Чжан Даолина сжимала призрачная рука.

Глава 2.6

Бледная рука вышла из-под земли и крепко вцепилась в Чжан Даолина. В этот момент явно лишенная плоти фантомная рука глубоко вошла в его лодыжку, отчего зацвели алые пятна крови.

— Это началось ... - В седьмой день июля врата ада откроются, дав призракам их единственный шанс прикоснуться к живым. Теперь все призраки начали плыть в Царство Смертных из подземного мира, чтобы поглотить живых.

Глядя на эту сцену, Линь Цзышэн не пошел помогать. Он знал, что этому человеку это не нужно, не сейчас.

Конечно же, в следующий момент тело Чжан Даолина засветилось тусклым светом, который, казалось, оттолкнул руку призрака, прежде чем заставил ее постепенно рассеяться.

— Инь Цинсюань, тебе тоже нужно быть осторожным. Хотя ты не являешься целью атаки… - Чжан Даолин выглядел так, будто хотел сказать больше, но его прервала еще одна атака.

Хотя Чжан Даолин не смог закончить говорить, Линь Цзышэн ясно понял его смысл. Он был призраком и поэтому не был целью других духов. Но, поскольку его душа все еще принадлежала к родословной Драконьей Крови, он все еще мог привлечь некоторых из более могущественных духов. В конце концов, если они его сожрут, то смогут развиться.

【Хост-Дарен, пожалуйста, будь осторожен. Приближается могущественный злой призрак】 Сила злого призрака была примерно такой же, как у Линь Цзышэна, но это было при условии, что он никогда не был запечатан. Сейчас Линь Цзышэн не был его противником.

— Какова его цель? - Линь Цзышэн слегка нахмурился. К этому времени они уже находились в невыгодном положении. Если появится еще один могущественный призрак, они не смогут отступить невредимыми.

【Невозможно определить】 001 может судить только об уровне злонамеренности другой стороны. Что касается цели этой злобы? 001 без понятия.

— Даолинг. Что-то приближается, нам нужно срочно уходить. - К счастью, общежитие было недалеко. Пока они вернуться, то будут в безопасности.

— Нет! - Чжан Даолин тоже почувствовал приближение чего-то. Поняв, что это было, выражение его лица стало еще хуже. - Мы не можем вернуться, оно слишком кровожадно. Если мы вернемся сейчас, я боюсь, он устроит бойню!

Этот злой призрак был тем, кого он хотел изгнать в тот день. Кажется, изгнание провалилось. Если бы он действительно сбежал в общежитие, этот парень действительно убил бы всех людей в школе, чтобы получить больше власти.

Услышав слова Чжан Даолина, Линь Цзышэн нахмурился и спросил 001: «Сможешь ли ты найти слабое место этой штуки?» Если бы они смогли найти слабость, возможно, у них был бы шанс победить.

【…】 001 долго молчал, прежде чем осторожно сказал:【 … возможно… солнышко..】

Линь Цзышэн:… хе-хе. Ты шутишь, что ли?!

Конечно, Линь Цзышэн знал, что солнце причиняет вред призракам. Фактически, в мире было очень мало существ Инь, на которых не влияло солнце. Что касается того, почему дух Инь Цинсюаня мог гулять под светом, это потому, что кровь дракона сделала его более устойчивым.

Что касается призраков, что могут ходить под солнцем, если они убивают живых и пожирают их, это было просто вздором. Ложь. Как всем известно, убийство большего количества людей добавило больше Кармы душе. Такое испорченное существо будет просто отбито Небесным Дао. Как они могли иметь право жить под солнцем?

"Что-то еще? Не говори, что есть только это!" Глядя на съеживающегося 001, Линь Цзышэн приподнял брови. Это был первый раз, когда он по-настоящему почувствовал бесполезность этой глупой системы.

【Нет возможности определить слабости не встретив противника. Пожалуйста, Хост-Дарен, подожди немного.】 Почувствовав недовольство хозяина, 001 попытался исправить ситуацию. Конечно, это не было неправдой. Увидев злого призрака, он получит больше информации

— Быстро! - Обеспокоенный, Чжан Даолин посмотрел на явившегося призрака.

Недалеко от него был мужчина в красном; красная одежда, рыжие волосы и красные глаза цвета крови. Хотя Линь Цзышэн тоже был одет в красное, на нем оно выглядело непослушным и очаровательным, тогда как на призраке оно выглядело безжалостным и окровавленным.

— Младший с горы Лунху, встречает вас снова, на этот раз я хочу посмотреть, куда вы убежите! - В прошлый раз денежный меч позволил этому человеку сбежать. На этот раз, что бы ни случилось, я должен убить его!

Кроме того, плоть и кровь Небесного Мастера были хорошим тоником. Если бы он мог съесть Чжан Даолина, возможно, стал бы Королем Призраков!

— Раньше вам не удалось меня убить. Как вы думаете, на этот раз все будет по-другому? - Чжан Даолин серьезно посмотрел на призрака. Он знал, что сегодняшняя битва будет чрезвычайно жесткой. Возможно, он даже умрет сегодня вечером.

— Дао-Даолин… - Пока один человек и призрак смотрели друг на друга, прозвучал слабый и дрожащий голос. Недалеко стояла дрожащая девушка в белом.

«Эта настырная женщина здесь», - сказал 001. 001 действительно не знал, как описать Белый лотос в этом мире. Такая трусиха, но каждый раз все равно бежит вперед. Конечно, если бы она действительно помогла, это было бы здорово. Однако каждый раз от неё больше вред, чем пользы.

— Возвращайся! - Увидев Бай Мяньмянь, лицо Чжан Даолина испортилось. Он знал, что если эта женщина не появится, у него будет хотя бы небольшой шанс на побег. Но если бы она была здесь, его смерть была бы гарантирована!

— Я не уйду! Я хочу помочь! - Хотя Бай Мяньмянь дрожала, а лицо ее было бледным, но ее отношение было очень твердым. Если она хотела помочь Чжан Даолин, ей нельзя убегать.

— Ухойти отсюда - это лучшее, что ты можешь сделать. По крайней мере, так ты мне не помешаешь! - Наконец, не в силах больше это терпеть, Чжан Даолин закричал от гнева. Его слова, словно нож пронзили сердце Бай Мяньмянь.

Хотя Чжан Даолин не любил Бай Мяньмянь, но потому, что она была девушкой, он не слишком её оскорблял. Однако как можно терпеть, когда эта женщина еще не имеет самосознания в такой опасной ситуации?!

Услышав это, Бай Мяньмян побледнела еще больше, прежде чем показать твердую улыбку: "Я знаю, что ты говоришь это, потому что беспокоишься обо мне. Я не против!"

(п.п. Дайте мне пистолет, я её пристрелю! Насколько тупой и самовлюбленной должна быть эта ****, что бы не понимать человеческую речь! Я зажгу свечи для гг и мл за их терпение, и открою шампанское когда те вставят её на место!)

001 и Линь Цзышэн:… насколько велико самомнение этой женщины?

Конечно, когда Чжан Даолин услышал это, его лицо стало еще хуже. Если бы он мог сделать ход, то действительно хотел бы иметь возможность бросить Бай Мянмянь подальше!

В момент его невнимательности, злой призрак ухватился за возможность направить свои длинные когти в грудь Чжан Даолина, желая извлечь его сердце.

【Система сканирует. Уведомление: текущее значение опасности мужского лида превышает линию предупреждения!】

【Бииип. Поздравляю, вы запустили побочное задание.】

Линь Цзышэн: "Хе-хе. Почему я не думаю, что это стоит праздновать?"

【Дополнительное задание: обеспечить нормальную смерть главного героя в конце своей жизни. Тип задачи: Обязательное. Сложность задания: SS. Награды за выполнение заданий: 5000 очков опыта, 10 очков базовых атрибутов, два бесплатных розыгрыша. Штраф за невыполнение: Вас ждет темная комната, срок - три дня】

Несмотря на внутренние жалобы, Линь Цзышэн все же быстро подлетел к Чжан Даолину, пытаясь остановить атаку. В его ладони появился слабый золотой свет, густой, но не ослепляющий.

Когда злой призрак увидел это, его глаза засияли алчностью. "Родословная дракона? Сегодня я, кажется, столкнулся со многими хорошими вещами. Я с удовольствием приму их всех!"

Безумно улыбаясь, его ногти стали еще длиннее, когда он нанес удар по телу Линь Цзышэна. Ногти вспыхнули черным блеском, явно ядовитым.

【Сканирование системы. Доступны новые навыки: подавление родословной. Эффект: может на короткое время подавить более слабые родословные, делая цель неспособной действовать. Хозяин желает использовать этот навык?】

"Да!" В это время Линь Цзышэн почувствовал намерение другого призрака убить. Упомянутый навык 001, несомненно, поможет, значительно увеличив их шансы на выживание.

【Навык получен. Доступно для использования через 5, 4, 3, 2, 1.】

В тот момент, когда голос 001 затих, сильное давление распространилось по телу Линь Цзышена, заставив всех окружающих призраков замерзнуть. Они от природы понимали, что кто бы ни осмелился двинуться в это время, в следующий момент превратится в ничто.

— Твоя родословная…- Под сильным давлением даже злой призрак не мог дышать. После стольких лет он снова почувствовал ощущение смерти. В это время он обнаружил, что недооценил этого слабого на вид призрака.

— Вы активировали свою родословную? Невозможно! - Злой призрак знал, что, хотя у Линь Цзышэна была кровь дракона, возможности активировать её не было.

Однако это давление заставило призрака понять, что даже если родословная не была полностью активирована, Линь Цзышэн все еще мог умело пользоваться ею.

Линь Цзышэн молчал, холодно глядя на духа, когда золотой свет в его ладони становился все ярче и ярче. Злой призрак начал чувствовать, как его руки медленно тают.

— Блядь! Я отпущу тебя сегодня, но рано или поздно я тебя сожру! - Он угрожал, пытаясь вырваться от Линь Цзышэна, зная, что если не сбежит сейчас, то больше не сможет.

После ухода злого призрака, Чжан Даолин услышал зловещий треск из нагрудного кармана, и изначально полупрозрачная фигура Линь Цзышэна стала еще более иллюзорной, казалось, способна исчезнуть в любой момент....

Глава 2.7

— Цин ... Цинсюань ? - Кризис прошел. В это время Бай Манмань также обнаружила, что с Линь Цзышэн что-то не так. Если сначала он был просто полупрозрачным, то сейчас почти полностью невидим. Неглубокий красный кажется исчезнет в любой момент.  «Я ... я в порядке». Голос Линь Цзышэн немного ослаб. На самом деле его состояние не выглядело таким серьезным. Можно даже сказать, что это замаскированное благо.

Кость Инь Цинсюаня была основой его существования. Тем не менее, она была запечатана так же, как и он, поэтому, когда кость сломалась, он тоже ослаб. Однако, после слабости, сила Инь Цинсюань будет постепенно увеличиваться, пока снова не достигнет своего пика.

— Правда?! Это здорово… - Услышав заверение Линь Цзышэна, лицо Бай Мяньмянь осветилось улыбкой, словно с нее сняли тяжелое бремя. Слава богу, он был в порядке.

Лицо Чжан Даолин стало еще темнее, увидев ее выражение.

Хотя Линь Цзышэн сказал, что с ним все в порядке, это была очевидная ложь. Его тело стало иллюзорным, голос слабым, как ни крути, он был «не в порядке». Но Бай Мяньмянь на самом деле поверила в эту чушь? Чжан Даолин не мог не сомневаться, действительно ли она настолько невежественна или просто хотела уйти от ответственности?

Хотя сила Чжан Даолина была намного ниже, чем у злого призрака, он все еще мог продержаться какое-то время с помощью денежного меча. Даже оказавшись в невыгодном положении, у него все же был шанс выжить.

Но с появлением Бай Мяньмянь шансы на выживание упали практически до нуля.

— Давай вернемся и отдохнем. - Глядя на Линь Цзышэна, что стойко держится из последних сил, Чжан Даолин почувствовал себя очень неудовлетворенным. Очевидно, ситуация была очень плохой, но он все равно делал вид, что все в порядке.

Выслушав его, Линь Цзышэн показал хрупкую улыбку, его тело становилось все более и более размытым, пока он, наконец, не исчез полностью.

— Даолинг, Цинсюань… Куда он делся? - Бай Мяньмянь заинтересовалась исчезновением Линь Цзышэна. Это был первый раз, когда она смогла находится так близко с призраком без страха, поэтому она все еще не понимала многих вещей.

Увидев её пытливый взгляд, Чжан Даолин разозлился еще больше.

Именно из-за нее Линь Цзышэн был вынужден вернуться в свою кость, чтобы исцелиться. Теперь эта женщина имела наглость задавать нелепые вопросы. Как мог Чжан Даолин не рассердиться?

Не обращая внимания на Бай Мяньмянь, Чжан Даолин вернулся в свою спальню. Что касается этой нежеланной женщины, естественно, найдется кто-то, кто поможет убрать её.

— Даолинг, подожди меня! Ты можете сказать мне, что произошло сегодня? Тогда в будущем я тоже смогу подготовиться и помочь. - Увидев, как тот не останавливаясь уходит, Бай Мяньмянь быстро погналась за ним. Но она не думала, что ее остановят у дверей общежития.

— Мисс, это мужское общежитие, женщинам входить нельзя. - Хотя не существовало строгих правил, запрещающих вход девушкам, им все же было неудобно посещать мужское общежитие вечером. С другой стороны, Чжан Даолин сказал остановить её.

— Я друг Даолина. Нам нужно обсудить кое-что очень важное, так что позвольте мне войти. - Со слезами на глазах Бай Мяньмянь посмотрела на мужчину, охранявшего дверь, словно отказать ей было очень жестоко.

Когда мужчина повернулся, чтобы посмотреть на Чжан Даолин, он услышал, как тот холодно сказал: «Я не знаком с ней».

Сказав это, Чжан Даолин вошел внутрь. Мужчина виновато улыбнулся Бай Мяньмянь, прежде чем бесцеремонно прогнать.

После её ухода, взгляд мужчины переместился на второй этаж. Он не забывал, что Чжан Даолин всегда более терпимо относился к девочкам из-за образования его матери. Проявленное равнодушие было ему несвойственно.

Чжан Даолин не знал, что думает этот человек, потому что первое, что он сделал по возвращении - это обыскал свои вещи, чтобы найти то, что он никогда не думал использовать - Призрачный нефрит.

Он был реликвией, которую оставила ему мать. Перед смертью она передала Призрачный нефрит, снова и снова убеждая сохранить его, так как он пригодится в будущем.

Призрачный нефрит - особый вид нефрита, производимый в призрачном мире. Он был похож на обсидиан, но при внимательном рассмотрении можно было обнаружить блеск.

Наибольшее применение Призрачного нефрита было в питании души. Чжан Даолин думал, что никогда не воспользуется им, и никогда не ожидал, что наступит день, когда это будет необходимо.

Чжан Даолин поместил Призрачный нефрит в шелковый мешочек. Когда он думал о других способах помочь Линь Цзышэну восстановить свою душу, дверь в его комнату распахнули.

— Ты использовал Призрачный нефрит? - Хотя мужчина не видел, что сделал Чжан Даолин, остаточная энергия Инь в воздухе сообщила о произошедшем.

— Да. Он поранился спасая меня. - Сказав это, он положил шелковый мешочек на стол. - Тебе что-то нужно?

— Ты…- так сильно волнуешься за этот призрак?

Мужчина действительно хотел спросить об этом, но слова умолкли прежде, чем сорвались с его губ. Он обнаружил аномалию. Чжан Даолин был даосом. Хотя он не ненавидел каждый призрак, но не был так близок ни с кем. Для него было невозможно носить его с собой всё время.

Нынешняя ситуация была еще более возмутительной, так как нефрит использовался для восстановления души призрака.

— Что ты хочешь сказать? Пожалуйста, говори быстрее, я сегодня устал, - Чжан Даолин почувствовал нетерпение услышав бормотание мужчины. Этот злой призрак был очень могущественным, и хотя Линь Цзышэн заблокировал атаку, Чжан Даолин все же получил небольшой вред.

— Что случилось сегодня? - Не говоря о ненормальности Чжан Даолина, этому человеку все же было о чем спросить.

— Сегодня вечером фестиваль призраков. Недавно я хотел убить злого призрака, и сегодня вечером он вернулся, чтобы отомстить. - Чжан Даолин снял пальто и дал простое объяснение. Незная, смеяться ему или плакать, мужчина мог только послушно уйти.

Прячась в кости, Линь Цзышэн и агент 001 долго подслушивали.

【Хозяин, мл в этом мире кажется действительно тобой дорожит.- 001 летал вокруг Линь Цзышэна, волнение сияло в его глазах. - Призрачный нефрит - особый предмет, который можно обменять на много очков!】

Линь Цзышэн долго молчал. Когда агент 001 подумал, что тот больше не заговорит, он медленно спросил: «Насколько высоки сейчас положительные чувства главного героя?»

Для Линь Цзышэна основной задачей является выполнение миссии. Что касается побочного задания, лучше позволить природе идти своим чередом, он не обращал внимания на положительные чувства героев.

【В настоящее время положительные чувства главного героя достигли 65, а женщины-лидера - 79.】

«Хе-хе. Почему чувства у главной героини каждый раз растут так быстро?» Линь Цзышэн ясно помнил, что он ничего не сделал, и главная героиня не возродилась. Этот уровень положительных эмоций действительно был несколько чрезмерным.

【Возможно… ей нравится жить мечтами.】 Слишком богатое воображение тоже проблема.

В то же время Бай Мяньмянь вернулась в свою спальню, источая несчастье.

— Бай Мяньмянь, что с тобой? Такой удрученный взгляд. О, должно быть, тебя прогнал Чжан Даолин, - пренебрежительно сказала девушка, жившая в той же комнате, полная сарказма.

Остальные три девушки в той же комнате более или менее жаловались на Бай Мяньмянь. Каждый раз, ошибаясь, она выглядела так, словно заплачет и над ней издеваются. Как они могут её любить, если она поступает так каждый раз?

Бай Мяньмянь прикусила нижнюю губу и, вымыв посуду, забралась в постель. Несмотря на бессонницу, она все равно плотно закрыла глаза, чтобы другие девушки не произнесли более обидных слов.

Она действительно хотела с ними поладить. Почему они всегда причиняли ей боль?

Так она продержалась до полуночи. Когда луна стояла высоко в небе, она почувствовала неглубокий вдох возле своего уха.

Это холодное дыхание имело гнилой запах и глубоко проникло в ее сердце.

— Кто…? - Голос Бай Мяньмянь дрожал, и казался таким слабым в этом темном пространстве. Казалось, звук унесет легкий порыв ветра.

— Маленькая девочка, разве ты не знаешь, кто я? - В момент, когда заговорил голос, облака, изначально скрывавшие луну, тихо рассеялись. Ясный свет луны заливал комнату сквозь тонкие занавески, позволяя Бай Мяньмянь видеть обладателя голоса.

Этот призрак хотел навредить Даолин!

— Ты!… Почему ты здесь ?! - Она вспомнила, каким ужасным был этот злой призрак. Пока он хотел, он мог легко лишить ее жизни в любой момент!

— О, не бойся. Я не причиню тебе вреда. Я здесь, чтобы предложить сделку. - Злой призрак смягчил выражение его лица, сделав его похожим на доброго старейшину. Но если присмотреться, его глаза были черными как смоль.

— Да, простая сделка. - Увидев, что интерес Бай Мяньмянь пробудился, его голос стал более привлекательным. - Я не причиню тебе вреда, и мне не нужно, чтобы ты кого-то обидела. Пока немного поможешь, я исполню твое желание.

— Мое желание? - Она была полностью обманута злым призраком, и в ее сердце было только одно желание.

— Да, желание. - Его голос стал более соблазнительным: «Пока ты мне поможешь, я помогу тебе привязать Чжан Даолина к себе и любить только тебя».

Неизвестно, как долго существует этот злой призрак, но мало кто может с ним сравниться в соблазнении людей.

— Ты не навредишь Даолину?

— Конечно нет.

— Хорошо, даю слово! - Пока Чжан Даолин влюбится в нее, даже если это была сделка со злым призраком, она согласна!

Просто Бай Мяньмянь на самом деле ничего не понимала. Обмениваться услугами со злым призраком было все равно, что просить тигра о его шкуре. Её конец уже очевиден!

Глава 2.8

— Поскольку ты обещала, я надеюсь, что ты не откажешься в будущем. - Злой призрак посмотрел на Бай Мяньмянь с намеком на улыбку, прежде чем исчезнуть прямо у нее на глазах.

Только тогда Бай Мяньмянь обнаружила, что покрыта холодным потом. Ее тело тряслось больше от волнения, чем от страха.

Кто может контролировать восторг, когда их мечта вот-вот исполнится?

— О, чудесно, наконец… - Бай Мяньмянь мягко улыбнулась. Первоначально скромный голос из-за ее повышенных эмоций издавал странную дрожь. Её голос не только дрожал, но и казался глухим и очень некрасивым.

— Почему ты такая шумная? Даже если ты не хочешь спать, мы хотим. Если хочешь кричать, пожалуйста, выйди на улицу. - Голос Бай Мяньмянь походил на визг совы в глухую ночь, заставляя остальных просыпаться в холодном поту. Итак, как они могли быть вежливыми?

.........

Позже, возможно, из-за злого призрака и сделки, в школе больше не было жутких происшествий. Даже во всем районе Хайчэн было спокойно, что заставляло людей чувствовать, что что-то не так.

— Даолинг, что тебя так беспокоит? - Проведя с ним время, Линь Цзышэн хорошо понял его характер. Чжан Даолин, который всегда был довольно спокойным, проявлял другие эмоции.

— Ничего, я просто думаю, что в последнее время было слишком мирно. - Хотя Чжан Даолин надеялся на такой мир, он знал, что это ненормально.

Пока в мире есть люди, будут и призраки. Пока есть желание и жадность, будут злые духи. Это неизбежно.

В это время Хайчэн был спокоен, и казалось, что все призраки исчезли после 15 июля.

— Действительно очень спокойно… - Линь Цзышэн естественно понимал значение Чжан Даолина, хотя его чувства более остры.

Чжан Даолин видел мир только на поверхности, но Линь Цзышэн чувствовал темный прилив, скрывающийся под миром.

Эти призраки никогда не исчезали. Они были скрыты под предводительством злого духа. Кажется, они ждут наступления определенного момента. Тогда накопленная сила взорвется, и ваши страхи сбудутся - мир будет разрушен.

Конечно, Линь Цзышэн не стал бы произносить эти слова вслух.

Теперь он был Инь Цинсюань, часть этого мира, и необходимо было следовать его правилам. Даже если бы вы знали некоторые вещи, о них нельзя было бы говорить.

[Хост-дарен. Хотя нельзя сказать прямо, но можно напомнить косвенно. Не забывай свою побочную задачу!] Голос 001 прозвучал так радостно, что захотелось его отшлепать.

Линь Цзышэн: «Хе-хе, разве ты можешь не напоминать мне об этой надоедливой штуке?»

Конечно, Линь Цзышэн записал это в своем сердце. Из-за задания он должен был сейчас помочь Чжан Даолину. Хотя он не знал, что это за темная комната, он мог быть уверен, что это определенно нехорошо. Он вообще не хотел этого испытывать!

— Даолинг, ты когда-нибудь думал, что это может быть план того злого призрака? - Линь Цзышэн с невинным видом парил вокруг Чжан Даолина. Его черные зрачки казались чистыми источниками, такие ясные, что можно было видеть дно, заставляя других невольно поверить в их носителя.

001: [Хе-хе, ты явно пельмень с кунжутом, но ты намеренно показываешь такой красивый вид. Где твоя совесть, мой хозяин?! ]

Линь Цзышэн: [Это ты съел! ]

001: [Хе-хе. Хозяин, могу я тебя убить? ]

Услышав слова Линь Цзышэна, Чжан Даолин глубоко нахмурился. Первоначально он только чувствовал, что спокойствие было ненормальным. Но теперь, послушав Линь Цзышэна, он не мог не задуматься глубже.

— Даолин, Цинсюань. - Когда Чжан Даолин обдумывал недавние события, прозвучал знакомый и омерзительный голос. Инстинктивно у дуэта были ужасные выражения лица. В прошлый раз появление Бай Мянмянь чуть не привело к их смерти. Какие «бедствия» она принесет с собой на этот раз ?!

(п.п именно это и называют ходячей катастрофой. при встрече рекомендуется бежать, игнорировать, скрыться, или притворится мертвым. ОПАСНО! Не подходите близко)

— Что-то не так? - Чжан Даолин думал, что она обидеться увидев его отвращение в прошлый раз, но теперь он понял насколько наивен.

— Все в порядке. Я просто подумала, что тебя давно не было дома, так что, можем мы вместе пойти за покупками? - Бай Мяньмянь с надеждой посмотрела на Чжан Даолина, даже несмотря на то, что в ее глазах была осторожность и серьезность, которые невозможно было игнорировать.

Такое отношение вызывало отвращение. Что она имела в виду? Неужели она так поступила, чтобы заставить его следовать за ней?

— Я не верю, что наши отношения достаточно хороши, чтобы мы могли вместе гулять по улицам. Кроме того, не называй меня Даолин. Мы не так уж близки. - Сказав это, Чжан Даолин ушел, закрывая глаза на тот факт, что Бай Мяньмянь все еще хотела что-то сказать.

Он не забыл, что душа Инь Цинсюань почти исчезла из-за вмешательства этой женщины. И она до сих пор не извинилась!

Бай Мяньмянь видела, как Чжан Даолин ушел, не собираясь возвращаться. Она застыла на месте. Он на самом деле категорически отказал! Это ненаучно!

— Отказывая ей так, ты не боишься, что она отомстит? Разве ты не слышал фразу "нет страшнее обиженной женщины"? - Линь Цзышэн наблюдал за взаимодействием пары как сторонний наблюдатель. Он даже почувствовал некоторую жалость к Бай Мяньмянь. Вы видите, что происходит, когда любите того, кто не понимает любви?

001: [Хост Дарен, разве ты не злорадствуешь? ]

Линь Цзышэн: [Догадался?]

— Боюсь? - Чжан Даолин усмехнулся, его голос был полон презрения. «По сравнению с местью, я больше боюсь ее способности тащить других. В такой ситуации, будь то твоя или моя, наша жизнь будет в ее руках ».

Слова Чжан Даолина не были преувеличением. Каждый раз, когда он сталкивался с опасностью, Бай Мяньмянь обязательно была поблизости. Можно было сделать вывод, что в древности она была злой звездой.

— и.......

— И? - Линь Цзышэн чувствовал, что Чжан Даолин подходит к главному.

— У нее мерзкая аура, и она появилась совсем недавно! - Чжан Даолин не мог сказать, откуда взялась эта мерзость, но он инстинктивно оттолкнул ее, поэтому он приложил все усилия, чтобы держаться подальше от Бай Мяньмянь.

Услышав это, он понял, почему чувствовал, что героиня изменилась. Он почувствовал, что запах Бай Мяньмян показался ему знакомым, как будто они были одинаковы.

В этот момент они оба почувствовали дурное предчувствие. Возможно, это затишье перед бурей.

..........

С другой стороны, отвергнутая Бай Мяньмянь вернулась в свою спальню, где над ней снова издевались соседи по комнате, пока она не заплакала в своей постели. Почему все так к ней относились?

Наконец, оставшись одной в общежитии, Бай Мяньмянь медленно подняла голову,выставив красные и опухшие глаза.

— Я знаю, что вы здесь. Ты нарушил свое обещание ты обещал, что я ему понравлюсь после нашей сделки! - Но нынешняя ситуация была полной противоположностью их соглашения. Мало того, что она не нравилась Даолину, он еще и начал ее ненавидеть!

— Я никогда не был ненадежным. Не забывай, ты еще ничего не сделала для меня, так почему это божество должно тебе помогать? - Голос злого призрака был полон презрения, когда он смотрел на Бай Мяньмянь пристальным взглядом.

Услышав его, у Бай Мяньмянь перехватило дыхание. Теперь она вспомнила, хотя они и заключили сделку, на самом деле она ничего не сделала.

Закусив губу, Бай Мяньмянь твердо посмотрела: «Ты сказал, что я могу делать все, что хочу. И, пока ты не причинишь боль Даолину, я буду сотрудничать с тобой на все сто процентов!»

Несмотря на то, что она была сбита с толку своими желаниями, она все еще помнила свою черту - ничто не должно причинять вред Чжан Даолину!

— Расслабиться. Моя цель - окружающая его душа, а не сам Чжан Даолин. - Тон его голоса был очень твердым. По правде говоря, Чжан Даолин также был его целью, просто он больше не основной. Истинная линия драконьей крови Инь Цинсюань была для него более привлекательной. Будет ли Чжан Даолин его противником после пожирания этой души?

— Хорошо! Скажи, что мне нужно делать. - Хотя Бай Мяньмянь было жалко Инь Цинсюань, в ее сердце тот, кого она любила, всегда был важнее того, кто любил ее.

[Линь Цзышэн: А? Любовь? Она не проснулась? ]

— Не волнуйся. Тебе не нужно делать ничего сложного, тебе просто нужно оказать мне небольшую услугу. - Голос призрака был случайным, словно задача, которую он дал Бай Мяньмянь, действительно была чем-то безобидным.

— Говори, пока я могу это сделать, я получу то, что хочу. Так что я обязательно это сделаю! - Бай Мяньмянь сошла с ума. Сегодня отказ Чжан Даолин и насмешки ее соседей поставили ее на грань краха.

— Через три дня приведи Чжан Даолина в указанное место. Если ты это сделаешь, я помогу тебе его достать. - Злой призрак был полон уверенности. Казалось, что пока она приведет к нему Чжан Даолина, злой призрак поможет ей заполучить его.

Услышав слова злого призрака, глаза Бай Мяньмян загорелись, прежде чем она снова впала в уныние. «Я не смогу этого сделать. Даолин начал меня избегать». Это было то, что она действительно не могла сделать.

— Не волнуйся, я помогу. Через три дня Чжан Даолин последует за тобой в это место… - Злой призрак странно улыбнулся, а глаза его были полны планов.

В это время ни Чжан Даолин, ни Линь Цзышэн не знали, что против них тихо разворачивается заговор.

Глава 2.9

В то время как злой призрак и Бай Мяньмянь договаривались, что делать дальше, Линь Цзышэн заинтересовался другой вещью после получения неожиданного сообщения от 001.

【Биип. Системное сканирование. Положительные эмоции главной героини увеличились на +5 и сейчас 84.】

【Второе второстепенное задание: поднять очки положительных эмоций героини до 80 и более (выполнено). Награды за выполнение задания: 100 опыта, 300 очков. Хозяин желает получить награды?】

"Да." Теперь Линь Цзышэн действительно хотел знать, что такого безумного он сделал, чтобы положительные эмоции главной героини взорвались, как ракета.

【Хозяин, главная женщина этого мира имеет ненормальную тягу к красивой внешности. 】Казалось, 001 понял, о чем думал Линь Цзышэн. Кроме того, ему также было любопытно это внезапное увеличение положительных эмоций, поэтому он специально проверил.

В результате 001 привел такую причину, которая надолго лишила его дара речи.

Линь Цзышэн: О, люди с фэйс-контролем, действительно страшны!

Линь Цзышэн придумал бесчисленное количество причин, даже что она влюбится с первого взгляда. Но он никогда не считал ее любительницей красивой внешности. Хотя, как только он согласился с этим рассуждением, оно, казалось, имело некоторый смысл. Но главная проблема заключалась в том, что он действительно не мог принять это!

«Забудь, давай сменим тему». Линь Цзышэн не интересовался, насколько безумна Бай Мяньмянь: «Я думаю, мы должны составить план, что делать дальше».

Хотя из-за ограничений мира они не могли сильно менять сюжет, небольшие изменения все же были возможны.

Говорили, что дамба шириной в тысячу миль может быть разрушена одним муравьиным гнездом. Иногда небольшое изменение могло заставить все двигаться в противоположном направлении. Казалось, что Линь Цзышэн не составит труда сделать это сейчас.

Молча разбирая сюжет, он не знал почему, но чувствовал себя неловко, как будто кто-то за его спиной замышлял против него заговор.

В этот момент единственным, о ком мог думать Линь Цзышэн, был тот злой призрак. Следуя этой мысли, если о действительно хотел обмануть, то первой целью для сотрудничества, естественно, была бы Бай Мяньмянь. Однако все они знали, что героиня боялась призраков, поэтому сначала он отказался от этой идеи.

Чего Линь Цзышэн не мог представить, так это что когда женщина действительно влюбляется, она станет «сильной» и смело пойдет вперед, не боясь получить то, что она хочет!

【Хозяин, некоторая информация из основной системы все еще передается, я выкопал кое-что, чтобы позже помочь с твоим планом.】

Услышав слова 001, Линь Цзышэн кивнул в знак признательности. Хотя он был уверен, но не забывался. Теперь, когда у 001 было больше полезной информации, он мог подождать.

Чего Линь Цзышэн не понимал, так это что, пока они могли ждать, другие люди не могли. Согласовав план, злой призрак и Бай Мяньмян повергли изначально спокойный город Хай в состояние чрезвычайной суматохи.

Призраки и злые духи, казалось, исчезли в одночасье и снова появились в Хайчэне во время полнолуния. В это время весь приморский город был покрыт темными тучами.

— Цинсюань, тебе не кажется, что все это немного странно? - Все произошло так внезапно, что Чжан Даолин не приготовился, и, естественно, застигнут врасплох. - От их внезапного появления не было времени на защиту. Это определенно был замысел злого призрака, и ...

— Он, должно быть, попросил кого-то, кто знаком с нами, помочь!

— Он, должно быть, попросил кого-то, кто знаком с нами, помочь!

Последнее высказано ими единогласно. Очевидно, их мысли были одинаковы.

— Как ты думаешь, кто это? - Хотя он сформулирован вопрос, в его голосе был явный гнев, так как у них уже есть кандидат.

— Бай Мяньмянь! - Хотя она казалась самым маловероятным вариантом, в последние несколько дней та всегда следила за ними, так что хорошо знала их местонахождение. Не исключено, что она раскрыла информацию злому духу. - Из-за ее страха перед призраками я исключил ее.

В отличие от Линь Цзышэна, Чжан Даолин никогда не переставал сомневаться в Бай Мяньмянь. «Трудно сказать, но сейчас все только начинается. У нас еще есть время выяснить, кто сообщник!»

Но даже самый лучший план не может идти в ногу с изменениями. Как раз когда эти двое готовились тайно проверить, была ли это Бай Мянмянь, в городе что-то произошло. Что-то серьезное!

В течение двух дней несколько человек в городе Хай умерли из-за злых духов. Самым пугающим было то, что эти смерти казались частью ритуала. Похоже, что все умерли от самоубийства - самоубийства для жертвоприношения.

— Злой призрак хочет провести церемонию? - Увидев наполовину законченные образования, окрашенные кровью на земле, Линь Цзышэн нахмурился. Инь Цинсюань, казалось, знал немного об этом, но без подробностей.

— Кажется. Лучше побыстрее прекратить это, какую бы церемонию он не проводил, для нас в этом нет ничего хорошего. - Злой призрак был лидером застрявших здесь злых духов. Естественно, он был силен. Если бы он стал сильнее из-за ритуала, город точно окрасится кровью.

— Даолин, на этот раз я могу помочь, - сказала Бай Мяньмянь, но, услышав это, Чжан Даолин стал более бдительным. Она посмотрела на него с горечью в сердце и добавила: «Поверь, я не лгу. Моя семья живет поблизости, и я знаю о местности больше, чем вы. Я могу доставить вас прямо к месту происшествия, минуя полицию».

Услышав слова Бай Мяньмянь, брови Чжан Даолина снова напряглись, но в конце концов он согласился. Выбора не было. Хотя Чжан Даолин член Ассоциации Небесных Мастеров, использовать этот статус в светском мире непросто. Если он может, лучше избежать полиции!

Бай Мяньмянь радостно улыбнулась, услышав согласие. Чжан Даолин был поражен этой улыбкой, потому что впервые увидел веселую улыбку Бай Мяньмянь. Если ее предыдущую улыбку можно описать как мягкий лунный свет и воду: немного меланхоличную, то ее нынешняя улыбка подобна солнечному свету, яркая и ослепительная, как яркое небо. Если это прошлый Чжан Даолин, возможно, он был бы тронут ее внезапной улыбкой.

Но теперь ... не знаю, почему, увидев эту улыбку он думал, что независимо от того, кто, все не так хороши, как Инь Цинсюань.

Что за черт?! Почему он думал, что мужская улыбка красивее девичьей? Это сокрушительный удар по трем взглядам Чжан Даолина, ясно?!

Как натурал (п.п. - _ - да, да...), Чжан Даолин никогда не думал особо о мужчинах. Кроме того, поскольку он Небесный Мастер (экзорцист), то понимает принцип взаимной стабилизации инь и янь. Следовательно, он не может соблазниться мужчиной.

Возможно, это из-за того, что Линь Цзышэн оставался рядом с ним днем и ночью, Чжан Даолин невольно опустил свою защиту.

— Что случилось? - Почувствовав на себе пристальный взгляд Чжан Даолина, Линь Цзышэн повернулся и улыбнулся. Его слегка прищуренные глаза феникса казались хитрыми, но с намеком на наивность, из-за чего Чжан Даолин непроизвольно прикрыл грудь.

Только что ... что это за учащенное сердцебиение? Может быть, у него сердечный приступ?

С другой стороны, прохожий 001 чуть не преклонил колени, увидев эту сцену пары мужчин. Сейчас между двумя мужчинами нет никаких отношений, так что с окружающими их розовыми пузырями? В чем дело?!

Бай Мяньмянь сбоку тоже увидела эту сцену, и внезапно почувствовала холод. Прямо сейчас все, что она хотела сделать - быстро завершить сделку с Призрачным старейшиной. Только так она сможет почувствовать облегчение!

После школы Бай Мяньмянь быстро повела пару к месту назначения.

Хоть она не бежала, но мужчины чувствовали ее рвение. Идя по маршруту в соответствии с инструкциями Призрачного старейшины, Бай Мяньмянь, наконец, привела их к месту назначения после многих поворотов. Это давно заброшенная вилла. Нет, наверное, стоит сказать, что это недостроенный дом. Это должна была быть группа вилл, но по какой-то причине проект забросили до того, как закончили строительство. Место, где проводится церемония, - то, что стоит посреди этих вилл!

— Это здесь. - Стоя у дверей виллы, Бай Мяньмянь отказалась сделать шаг вперед. Она ощущала холод в воздухе, и все ее тело застыло. Если бы она последовала за ними внутрь, она чувствовала, что задохнется и умрет.

Чжан Даолин бросил взгляд на девушку, но не заставлял ее. Прежде чем Бай Мяньмянь смогла его остановить, он последовал за Линь Цзышэном на виллу.

В одно мгновение сильный холодный воздух окутал двоих, заставляя стоять неподвижно, совершенно не в силах пошевелиться.

— Хе-хе, добро пожаловать в мой скромный дом.

Когда Чжан Даолин и Линь Цзышэн захотели найти способ вырваться на свободу, прозвучал низкий голос, и они прекратили борьбу. Прищурившись, они посмотрели на темный угол неподалеку.

Как они могли не знать, что это план Призрачного Старейшины по их захвату? Кроме того, они могут подтвердить, что Бай Мяньмянь помогает Старейшине Призраков, и продала их!

Что касается слов Старшего Призрака, Линь Цзышэн, похоже, не слышал его. Его взгляд упал на следы засохшей крови на земле. Спустя долгое время он сказал: «Призрачный старейшина, несомненно, проделал большую подготовку. Чтобы поймать меня, ты даже воспользовался Массивом привязки демонов!

Никто в этом мире не знает массив связывания демонов лучше, чем Линь Цзышэн, потому что тем же методом Инь Цинсюань запечатали. Эти люди пожертвовали бесчисленным количеством невинных жизней, чтобы установить массив и заманить его в ловушку!

Глава 2.10

К этому моменту, будь то Линь Цзышэн или Чжан Даолин, они уже поняли, что произошло. Нет, может быть, следует сказать, что «другая половина обуви наконец-то упала на землю», создавая у них ощущение, что все идет как положено. Хотя они говорили себе, что Бай Мяньмянь боится призраков и не будет иметь ничего общего со Старейшиной Призраков, на самом деле оба догадались, что она могла. Нет, следует сказать, что Линь Цзышэн и Чжан Даолин решили, что она это сделала.

— Цинсюань, мне очень жаль. Я знаю, что не должна этого делать, но я просто хочу защитить то, что хочу, извини. - Бай Мяньмянь посмотрела на Линь Цзышэна с бледным лицом. Она знала, что сделанное ею действительно гнусно. Но она не может на страдания Чжан Даолин.

— Все в порядке, я понимаю. - Линь Цзышэн мягко посмотрел на Бай Мяньмянь. На его лице нет ни капли гнева, а только умиротворенная улыбка.

— Ты действительно не винишь меня? - Глядя на Линь Цзышэна, который, казалось, не сердился, девушка заплакала, и спросила: «Цинсюань, ты простил меня, верно?»

Линь Цзышэн кивнул. На его лице все еще была мягкая улыбка, показывая собеседнику, что он вовсе не винит ее: «Да, я прощаю тебя». Потому что эгоизм - это человеческая природа. Причинять другим боль следуя собственному эгоизму, разве не то, что чаще всего делают люди?

Услышав слова Линь Цзышэн, Бай Мяньмянь обняла себя и заплакала. Хотя она заставляла себя сделать это, как она могла себя не винить? И вот она услышала прощение Линь Цзышэна. Бай Мяньмянь долго сидела на земле, дрожа, пока не набралась сил. Затем медленно встала и посмотрела на Призрачного старейшину рядом с ней: «Я выполнила свою часть работы, почему ты не отпускаешь Даолина?»

Увидев, что Чжан Даолин все еще обездвижен, девушка почувствовал душевную боль. Хотя массив нацелен на Линь Цзышэна, это не значило, что Чжан Даолин не пострадает, по крайней мере, точно не почувствует себя комфортно.

— Отпустить? Когда этот старейшина сказал что отпустит? - Услышав слова Бай Мяньмянь, Старейшина-призрак насмешливо посмотрел на нее с улыбкой, как если бы услышал какую-то забавную шутку. Он продолжил: "Чжан Даолин - Небесный Мастер (экзорцист), враг этого Старейшины. Вы просите меня отпустить его? Хорошо, я позволю ему уйти, чтобы он позже мог пойти за этим Старейшиной?"

С самого начала Призрачный Старейшина никогда не думал о том, чтобы отпустить Чжан Даолина, но он не ожидал, что тот будет настолько глуп. Его жертва фактически направилась к двери. Первоначально Старейшина хотел поймать только одного Инь Цинсюань, но другой должен был предложить "купить 1, получить 1 бесплатно". Так почему бы не принять?

— Ты! Ты нарушаешь обещание! - В этот момент как Бай Мяньмянь могла не понять, что ее использовали? Первоначально она думала, что пока Линь Цзышэн будет в плену, они с Даолином смогут жить счастливо. Но теперь она просто «помогла другим сшить свадебное платье» (английский эквивалент - кошачья лапа)!

— Призрачный разговор, призрачный разговор ...- Линь Цзышэн посмотрел на двоих заключивших сделку, и слегка приподнял брови,не скрывая сарказм в ясных глазах, глядя в которые нельзя не почувствовать стыд: «Как ты можешь верить словам призрака?»

Разве эти поговорки "попытайтесь украсть курицу, только чтобы в итоге потерять рис; пойти за шерстью и вернуться постриженным" практически не говорят о ситуации белого лотоса? Изначально она думала, что пока следует сделке, то сможет оставаться с Чжан Даолином всю жизнь. Но факт в том, что она ничего не смогла извлечь из этого и закончила ненавистью Чжан Даолина. Потому что в его глазах она предательница.

— Ты не ошибся, - не стал опровергать призрачный старейшина, услышав слова Линь Цзышэна. - Как ты можешь верить словам призрака? С давних времен разве призраки не лжецы?

Старейшина-призрак стоял перед массивом и смотрел на Линь Цзышэна с улыбкой на лице: «Сейчас я дам тебе шанс. Скажи свои последние слова. Ты можешь обратиться с любой просьбой, например, если ты хочешь отомстить и убить эту женщину, я помогу».

Услышав слова призрака, глаза девушки расширились от недоверия. Почему он сказал это?

— Все еще не понимаешь? Работать с призраками это тоже самое,что просить у тигра его шкуру. Более того ... - Лин Цзышэн оглядел на Бай Мянмянь с головы до ног, а затем с сожалением сказал: «На самом деле, он никогда не думал отпускать кого-либо из нас с самого начала. Девушка с телом небесного инь - тоже редкое сокровище ».

Девушка-инь - та, кто родилась в месяц и год инь. Если их день рождения совпадает с фестивалем Цинмин или Чжунюань (Фестиваль призраков), то аура инь девушки будет еще сильнее. Тогда она больше не девушка-инь, а небесная девушка-инь. Такое тело тоже редкое тонизирующие средство, так как этот призрак мог отпустить?

Услышав слова Линь Цзышэна, лицо призрака стало серьезным. Если Линь Цзышэн ничего не знал, он мог не сомневаться. Но сейчас Линь Цзышэн упомянул о девушке с телом небесного инь, значит, он всё знал?

— Вы знаете об этом? - У Старшего Призрака было угрюмое лицо, а взгляд убийственный. Он должен был подумать об этом. Поскольку этот человек пробудил родословную дракона, значит он получил наследство!

— Естественно. - Линь Цзышэн по-прежнему легко улыбался, но он больше не стоял неподвижно на земле. Линь Цзышэн медленно парил в воздухе, словно за пределами формации, казалось, не связанный влиянием магического массива.

— Ты знал эту формацию! - Старый призрак не спрашивал. Он уже понял, что произошло. Первоначально призрак думал, что его стратегия сработала и победа в его руках, но теперь кажется, что ситуация совершенно противоположная. Линь Цзышэн перехитрил его неожиданным ходом.

— Конечно, я знаю эту формацию. Бай Мяньмянь не сказала, что я из Ассоциации Небесных Мастеров? Фотографии с места преступления должны быть доставлены мне сразу после обнаружения. Насколько трудно горе Лунху распознать массив? - На этот раз ответил не Линь Цзышэн, а Чжан Даолин.

Как мог старый призрак не знать, что его обыграли?! Он уже понял, что ситуация неблагоприятна. При драке 2v1 он не выиграет. Следовательно, «избегать конфронтации» - самый правильный выбор. Сегодня он просто обойдется телом небесного инь. Хотя она не так хороша, как Линь Цзышэн и его настоящая родословная дракона, но она по-прежнему прекрасное лекарство. Проглотив Небесную девушку Инь, он сможет выступить против этих двух людей! Глаза призрака блеснули. Он двинулся схватить героиню и убежать от пары. При следующей встречи посмотрим, кто станет победителем!

Просто прежде, чем старый призрак смог начать, массив у ног Линь Цзышэна внезапно расширился, охватив героиню и злого духа. В следующий момент черные тени внезапно просочились из линий формации. Когда все люди были скрыты, тени, и все на вилле исчезли, оставив только кровавое образование на земле.

— Это ... - Чжан Даолин был немного смущен, глядя на пустоту вокруг себя. Где это место?

— Это внутренняя часть Массива Связывания Демонов. Может быть, мне следует сказать, что это его настоящая форма. - Линь Цзышэн тихо объяснил. Чжан Даолин подумал, что услышал в его голосе намек на депрессию.

— Хм, я не думал, что ты на самом деле затащил нас в массив, - голос Призрачного Старейшины звучал бесконечно гордым, - Я думал, что ты умный человек, но не ожидал такой глупости, разве ты не знаешь. ..

В мгновение ока призрак желавший что-то сказать, застыл на месте, недоверчиво глядя на Линь Цзышэна: "Где инь ци массива?! Почему она исчезла ?!"

Старый призрак понял,что с массивом что-то не так. Поскольку он используется для запечатывания призраков, создатель не позволит пойманным умереть так легко, потому что иногда смерть - это освобождение. Чтобы сохранить запечатанных призраков «живыми» в массиве, внутренняя часть этого магического массива наполнена инь ци, что может гарантировать их выживание.

А в построение этого массива призрак вложил немного своей сути, и он должен принадлежать ему. Вся система должна подчинятся ему, и он сможет использовать его для поглощения Чжан Даолин и Инь Цинсюань.

Однако он не ожидал, что его план с треском провалится.

—Ты ... ты ищешь эту штуку? - Линь Цзышэн протянул руку, и на его прекрасной ладони появилась капля красной крови. Если присмотреться, она слегка окутана темной аурой. Это суть духа Призрачного Старейшины.

— Как ты её нашел?! - Призрак думал, что его суть настолько скрыта, что её нельзя найти!

Линь Цзышэн усмехнулся и покачал головой: "Я был запечатан в Массиве Связывания Демонов на протяжении тысячелетий. Ты думаешь, найдется в этом мире кто-нибудь, кто знает его лучше меня?" Лицо Линь Цзышэна в этот момент выглядело немного бледным. Хотя он сказал, что понял образование, но подавить его все же довольно сложно.

Чжан Даолин медленно встал перед Линь Цзышэном, увидев его жест. Он смотрел на черную тень неподалеку, с горьким выражением лица. Небольшой золотой свет медленно исходил из ладони Чжан Даолина. Световое пятно становится больше после того, как вылетает из его ладони, и, наконец, становится золотым мечом длиной 2 фута.

— А Линг, у тебя всего час. Если ты не сможешь прикончить его в течение часа, тебе придется сражаться, будучи сокрушенным энергией Инь.- Давление, идущее со всех сторон, заставляло Линь Цзышэна чувствовать, что его могут раздавить в любой момент.

— Эн, понял. - Сказав это, Чжан Даолин повернулся к Призрачному Старейшине неподалеку и сказал: «Споры между вами и моей горой Лунху, которые длились столько лет, должны быть улажены сегодня!» Затем властная аура Чжан Даолина неуклонно усиливалась. На мгновение показалось, что молодой человек перед Призрачным Старейшиной - это не Небесный Мастер с ядовитым языком, а скорее Мастер Чжан, создавший Дао Чжэнъи - Чжан Даолин.

Глава 2.11

— Ты ... Ты Чжан Даолин!

В этот момент Призрачный Старейшина наконец понял, кто этот юноша перед ним, и испугался. Этот человек ... Чжан Даолин, тот, кто однажды запечатал его и чуть не уничтожил его душу!

На самом деле ненависть между Призрачным старейшиной и горой Лунху была вызвана Чжан Даолином. В то время Призрачный Старейшина уже является королем на своей территории, но когда он находится на пике своего времени, то потерпел свое первое жалкое поражение, его душу даже чуть не уничтожил Чжан Даолин. После этого его сила падала снова и снова. Если бы не многие годы совершенствования, Призрачный Старейшина боялся, что не сможет воскреснуть снова. Чего он не ожидал, так это того, что когда он станет сильнее, этот проклятый человек появится снова!

— Разве ты не знал мое имя с самого начала? - Видя, как Старейшина-призрак смотрит на него с враждебным и убийственным намерением, Чжан Даолин почувствовал недоумение.

Разве этот призрак с самого начала не знал, кто он? Чжан Даолин не забыл, что сказал Старейшина-призрак, когда они впервые встретились, - он сказал: «Меч Цзинь Цянь используемый Чжан Даолин». Поскольку Призрачный старейшина знал об этом, почему он сейчас так удивлен?

Действительно, Старейшина-призрак знал имя Чжан Даолина из уст Бай Мяньмянь. Просто его знания об этом Чжан Даолине ограничивались именем и статусом младшего с горы Лунху. Как мог Старейшина-призрак предположить, что этот человек прямой потомок этого Чжан Даолина или даже его реинкарнация?

— Прекращай с ним болтать, время ограничено.

Линь Цзышэн посмотрел на шокированного старого призрака. Он не знал, почему тот так реагировал, но у него не было времени думать об этом. Он не был паникером, но у них всего 1 час. После этого Линь Цзышэн может еще немного контролировать массив связывания демонов, но он не выиграет, если Призрачный старейшина будет сражаться с ним за контроль.

Чжан Даолин оглянулся на быстро бледнеющее лицо Линь Цзышэна и сразу понял текущую ситуацию. Несмотря ни на что, все, что ему нужно сделать, это как можно скорее избавиться от этого призрака.

Очевидно, не только Чжан Даолин чувствовал борьбу Линь Цзышэна, но и Старейшина Призраков. Он смотрел на Линь Цзышена желая убить, так как именно он виноват в нынешней ситуации. Пока он может проглотить его, то не нужно будет бояться даоса, даже если это действительно тот самый Чжан Даолин!

Просто идея хороша, но ее слишком сложно реализовать. Призрачный старейшина обнаружил, что Линь Цзышэн, казалось, имел что-то вроде воздушного потока, защищающего его, и атаки вообще на него не влияли.

— Пока я могу контролировать массив, никто не может атаковать меня. Точно так же и уйти.

Линь Цзышэн улыбнулся. Хотя его лицо становится все бледнее и бледнее, в его улыбке чувствуется сильная уверенность. Его самоуверенность базировалась не только на вере в себя, но веры в Чжан Даолин. Линь Цзышэн считал, что тот может прикончить врага за час!

После того, как Чжан Даолин услышал слова Линь Цзышэна, ударил пальцем по Цзинь Цянь, запачкав его каплей своей крови. Принося кровь в жертву мечу, Чжан Даолин становится серьезным.

Когда Призрачный Старейшина увидел это, то невольно почувствовал ненависть в своем сердце. Всё так же, как и в прошлый раз. Чтобы избавиться от него, Чжан Даолин использовал свою кровь в качестве подношения мечу и почти уничтожил его душу. К счастью, Старейшина-призрак достаточно умен и сумел сбежать, хотя и получил серьезные травмы. А теперь этот Чжан Даолин хотел сделать это снова ?!

— Чжан Даолин, твоя удача в этой жизни не так хороша, как в прошлой! - Теперь, когда у него есть девушка с Небесным Инь, как мог Старший Призрак быть снова побежден?!

Линь Цзышэн мгновенно понял, что имел в виду Старейшина-призрак, и быстро встал перед Бай Мяньмянь, чтобы блокировать атаку, выдерживая давление.

[Хост-Дарен, если вы спасете Бай Мяньмянь вот так, ее судьба будет такой же, как мы видели в сюжете. Тогда твоя миссия провалится!] 001 закричал, увидев реакцию Линь Цзышэн. Что случилось с хостом, что он на самом деле решил спасти героиню?!

Линь Цзышэн не ответил на слова 001, но остался стоять перед Бай Мяньмянь с улыбкой на лице. Золотой свет появился на его ладонях, блокируя атаку Призрачного Старейшины.

Нынешний Линь Цзышэн отличается от оригинального Инь Цинсюань. Инь Цинсюань уже потерял большую часть своей жизненной силы, поэтому вообще не мог активировать свою родословную. Вот почему он проиграл в сюжете, но сила Линь Цзышэна отличается. 001 тоже осознал разницу и не мог не вздохнуть с облегчением.

Но Чжан Даолин вообще этого не знал. Когда он увидел, как Линь Цзышэн защищает эту женщину, ему показалось, что сердце остановится. А еще он чувствовал кислый вкус. Она просто предательница, почему Цинсюань защищал ее с таким усилием ?!

После мгновенного ошеломления Чжан Даолин чутко обнаружил, что лицо Линь Цзышэн стало бледнее! В этот момент Чжан Даолин действовал быстрее, чем думал. Он бросился к Линь Цзышэну и вытащил его с поля боя. Что до героини, хех, она просто плохой человек. Какое ему дело?

— Ты не в своем уме? Разве ты не знаешь, что защищая её ты сжигаешь свою жизнь?! - Хотя призраки не живые существа, у них тоже есть продолжительность жизни. Если они приложили слишком много сил, их душа исчезнет.

— Нельзя… кашлять, кашлять… нельзя позволить ему заполучить тело небесного инь. Иначе ... иначе у нас не будет шансов против него ... - Голос Линь Цзышэна стал намного слабее, и он с беспокойством посмотрел на Бай Мяньмянь.

Конечно, он не беспокоится о героине, а о Призрачном Старейшине, увеличивающем свою силу после поглощения её.

— Так что, если он действительно поглотит Бай Мяньмянь? У него все еще нет шансов на победу. - Видя, что Линь Цзышэн по-прежнему заботится об этой женщине, Чжан Даолин действительно хотел разбудить его: "Используешь так много для защиты предателя, как ты оцениваешь свою жизнь?!"

Слова Чжан Даолина глубоко взволновали Бай Мяньмянь. Услышав это от человека, которым она восхищалась и любила больше всего, героиня почувствовала себя так, будто что-то внутри разорвалось на куски ...

— Видишь, они тебя не спасут, им наплевать на твою жизнь и смерть, - с издевкой наблюдал за этой сценой старый призрак. Его глаза полны презрения, когда он сказал: "Ну и что, если тебе нравится этот человек? Да, он никогда не посмотрит тебе в глаза."

Прямо сейчас Бай Мяньмянь выглядел как кукла, потерявшая душу, оставив только пустую оболочку.

— Итак, отдай мне свое тело. Я отомщу за тебя. - Голос Призрачного Старейшины полон соблазна, он посмотрел на девушку с глубоким нетерпением в глазах.

Пока он поглотит эту девушку, он сможет получить огромную силу. Он станет человеком. Что тогда может сделать Чжан Даолин как Небесный Мастер?

— А-Линг, останови его! - Видя, как взгляд героини становится все более и более рассеянным, Линь Цзышэн знал, что Призрачный старейшина вот-вот добьется успеха. Если так, то этот массив больше не сработает.

— Все нормально. - Чжан Даолин слегка покачал головой. Он повернулся, чтобы посмотреть на Призрачного Старейшину с сарказмом в глазах, словно на самоубийцу.

В данный момент Линь Цзышэн не знает, иллюзия это или что-то еще. Он почувствовал что-то знакомое от этого человека, как если бы он знал его раньше.

Призрачный старейшина рассмеялся, услышав слова Чжан Даолина. Первоначально он думал, что этот Чжан Даолин - тот человек, которого он знал, но теперь кажется, что они просто тезки. Как тот Чжан Даолин мог сделать такую глупость? Для призрака все прошло очень гладко, за исключением того, что когда он собирался полностью проглотить героиню, она проснулась. Однако для Призрачного старейшины это совсем не проблема. Несколькими движениями он разорвал душу Бай Мяньмянь, начавшую сопротивляться, и проглотил.

Глядя на свое новенькое тело, Призрачный старейшина торжествующе улыбался. Хе-хе, он наконец стал человеком. Нет, не просто человеком, но и тем, у кого много инь ци. Если он немного посовершенствуется, рано или поздно сможет управлять более чем 3 мирами по своему желанию!

Думая об этом, Призрачный старейшина снова обратил свой жадный взор на Линь Цзышэна. Чжан Даолин больше не привлекает его. Вместо этого густой запах настоящей драконьей крови Линь Цзышэна заставил его почувствовать нетерпение. Первоначально Призрачный старейшина думал, что Линь Цзышэн имеет только немного родословной. Но получив тело Небесного инь, он понял, что ошибался с самого начала. Линь Цзышэн не был потомком человека и дракона, но он сам настоящий рогатый дракон - раса, наиболее близкая к истинному дракону!

— Это скоро закончиться. - Заметив жадные глаза Призрачного старейшины, Чжан Даолин внезапно почувствовал недовольство. В глубине души он думал, что этот «человек» должен исчезнуть как можно скорее!

— Конец? - Словно услышав хорошую шутку, Призрачный Старейшина громко рассмеялся и посмотрел на Чжан Даолина: «Да, это действительно скоро закончится, но последний выживший - это не ты!»

Только закончив говорить, он почувствовал, что что-то не так. Призрак чувствовал покалывание на своем теле, словно бесчисленные муравьи роются под кожей. Из-за мучительной боли на его лице появилось болезненное выражение: «Что происходит ?!»

Конечно, это не конец, а начало. Постепенно на его теле появились большие пурпурно-красные пятна. Это...

— Это трупные пятна (Livor mortis), я думаю, тебе следует это знать. - Тон Чжан Даолина все еще безразличный, но раздраженный.

— Невозможно, почему появились трупные пятна ?! - В этот момент Призрачный Старейшина понял,что не знает, что именно происходит; он быстро разлагается. Что еще страшнее, он обнаружил, что его душа следует за ухудшением состояния тела и становится все слабее.

— Потому что Бай Мяньмянь была мертва с самого начала. Фактически, когда на нее впервые напал призрак, она уже умерла под его когтями, и даже ее душа была почти полностью поглощена, - улыбнулся Чжан Даолин, глядя на Призрачного Старейшину, как будто он смотрит на клоуна. «Она всего лишь остаток души, которую я заставил остаться с помощью запрещенной техники».

Не нуждаясь в каких-либо объяснениях, старый призрак может понять, что происходит. Это его халатность. Когда он увидел девушку с телом Небесного Инь, он уже почувствовал, что с ней что-то не так, но был очарован ее силой, поэтому отбросил это чувство. Слишком поздно сожалеть об этом ...

Наблюдая, как «человек» разлагается вместе с телом, на лице Чжан Даолина появляется жалостливое выражение: «Все кончено ...»

Глава 2.12

////п.п. наконец добралась до последней главы арки... думала что не дотяну.

_____________________________

10 лет - это не коротко, но и недолго. Если вы спросите Чжан Даолина, какое самое глубокое впечатление у него за эти 10 лет, он обязательно ответит, что как Небесный Мастер (экзорцист) он влюбился в привидение. Более того, это призрак античного уровня (очень старый). Вдобавок к этому его сломал призрак - мужчина.

10 лет - достаточно, чтобы человек осознал свои чувства. Чжан Даолин из равнодушного юноши с ядовитым языком превратился в зрелого мужчину, а все его манеры стали спокойными и сдержанными. Этот вид Чжан Даолина привлекал больше внимания других людей. К сожалению, человек, которого он хотел привлечь больше всего, всегда почти игнорирует его.

_ (: 3 」∠) Сердце устало.

Вернувшись домой, Чжан Даолин внезапно почувствовал себя еще более подавленным, увидев комнату призраков, устраивающих вечеринку.

Сейчас он сожалеет о своем решении позволить Линь Цзышэну познакомиться с таким большим количеством современных знаний. Вспоминая день их первой встречи, Линь Цзышэн в то время выглядел таким невежественным, и его легко было обмануть. Жалко, что Чжан Даолин не осознавал своих чувств в то время. А когда наконец осознал, Линь Цзышэн стал намного умнее. Нет смысла лгать ему, так как это раскроется в следующую минуту!

_ (: 3 」∠) Сердце так устало, я больше не чувствую любви.

001: Легко обмануть? Мастер мл, ты слишком много думаешь, так называемый глупый и наивный человек никогда не был хостом его семьи.

— А-Линг, ты вернулся? - Чувствуя, что его «товарищи по играм» внезапно взволновались, Линь Цзышэн повернул голову к двери и увидел медленно входящего Чжан Даолин. Очевидно, что все его тело окутано черной аурой, что заставляет «товарищами по играм» дрожать от страха: «Работа не в порядке?»

Нет, мои отношения не в порядке.

Чжан Даолин покачал головой и слабо сел на диван. Он не выглядел хорошо. Его подавленный вид похож на большую собаку брошенную хозяином.

— Нет, я просто немного устал. - После этих слов, хотя лицо Чжан Даолина все еще оставалось невыразительным, его глаза выглядели слегка жалкими. Однако в следующий момент, когда его взгляд упал на другого «человека», он стал интенсивнее.

Хотя взгляд Чжан Даолина довольно скрыт, Линь Цзышэн все же смог его узнать, что его рассмешило. Очевидно, Чжан Даолин с годами стал намного более зрелым, но внутри он стал более наивным.

[Разве это не из-за тебя, хост? Не говори мне, что ты вообще не знаешь о намерениях главного героя.] В начале этих лет преследование Чжан Даолина было очень расплывчатым, но в последнее время стало более очевидным, но его хост просто притворился, что не знает.

«Какое это имеет отношение ко мне? Это он ничего не сказал». На самом деле Линь Цзышэн не хотел сильно запугивать Чжан Даолина. Он просто не отвечал на эти слишком расплывчатые намеки и вел себя так, будто ничего не знал. Наблюдая за волнением Чжан Даолина, Линь Цзышэн не думал, что это его вина.

[... Хе-хе, правда.] Теперь 001 немного сочувствует главному мужчине. Его хозяин становится все более злым. Главный герой, ты еще можешь держаться?

— Что случилось? - Глядя на жалкий взгляд Чжан Даолина, Линь Цзышэн подплыл к нему и слегка надавил на его виски.

Как призрак, температура тела Линь Цзышена всегда была низкой. В этот момент Чжан Даолин чувствовал себя комфортно и хотел вздохнуть. Задумчивость Линь Цзышэна всегда давала Чжан Даолину впечатление, что Линь Цзышэн знал о его намерениях. Но каждый раз, когда он смотрел в ясные и невежественные глаза Линь Цзышэна, Чжан Даолин будет думать, что его разум, должно быть, затоплен водой.

001: Главный герой, пожалуйста, не сомневайтесь в своих чувствах. Фактически, хозяин всё знает.

— Нет, ничего. - Опустив руку, массировавшую его висок, Чжан Даолин нежно поцеловал ее. Затем он поднял голову и с надеждой посмотрел на Линь Цзышэна, только чтобы увидеть пару ясных глаз. В одно мгновение Чжан Даолин не захотел ничего говорить, его сердце так устало. _ (: 3 」∠)

Призраки, наблюдавшие за этой сценой, не могут не вздохнуть от раздражения. Может ли кто-то с таким низким IQ быть Небесным Мастером? Противник ясно знает его намерения и каждый день дразнит, чтобы узнать, когда тот признается. В результате Чжан Даолин глупо продолжал односторонний любовный сценарий до сих пор.

Линь Цзышэн сейчас успешно поднялся на уровень, чтобы стать королем-призраком из-за его родословной. Само собой разумеется, что он должен отправиться в царство призраков, чтобы править как король. Следовательно, разве не очевидно, что он остается ради Чжан Даолина?

Глядя на эту пару, группа одиноких призраков чувствует, что на них сильно напали. Лучше уйти побыстрее. Этот сияющий свет, исходящий от них, ничем не отличается от солнечного. Если так будет продолжаться, любовь может начать сжигать их дотла.

— А-Сюань, ты больше не пойдешь со мной на работу. - В прошлом Линь Цзышэн был рядом с ним, куда бы он ни пошел, но в последнее время он всегда встречается с этими одинокими душами. А-Сюань устал быть с ним?

— Твоя работа - ловить призраков. Если я пойду следом, я должен помочь вам с поимкой или позволить вам поймать меня? - Хотя Линь Цзышэн дразнит Чжан Даолина и не отвечает на его первоначальный вопрос, в глубине души он всегда знал его ответ.

То, что Чжан Даолин сделал для него за это десятилетие, он ясно видел.

Поговорка о том, что у людей и призраков разные пути, - не шутка. У людей и призраков есть только 3 возможности прикоснуться друг к другу в год: на фестивале Цинмин, фестивале Чжунюань и в день смерти этого человека. Поначалу их не волновало, смогут ли они прикоснуться друг к другу, но постепенно Чжан Даолин не мог удовлетвориться таким редким контактом. Следовательно, чтобы приблизиться к Линь Цзышэн, Чжан Даолин измельчил призрачный нефрит в порошок и съел его.

Призрачный нефрит - священный объект из призрачного мира. Для призраков призрачный нефрит - хорошее средство для подпитки духа, и он бесполезен для живых людей. Однако бесполезность не означает, что она безвредна. Люди, которые долгое время находились в контакте с призрачным нефритом, разовьют вокруг себя слабую призрачную ауру, не говоря уже о том, чтобы сьесть его. Если бы не личность Чжан Даолина как Небесного Мастера, он, возможно, уже стал бы наполовину человеком наполовину призраком. Невозможно сказать, что Линь Цзышэн не тронут этим, но Чжан Даолин ничего не сказал, поэтому Линь Цзышэн мог только притвориться, что ничего не знает. Он ждет, ждет того дня, когда Чжан Даолин, наконец, захочет признаться.

— Я хочу, чтобы ты составил мне компанию. - Это самое прямое, что может сказать Чжан Даолин, но сейчас мысли двух людей не совпадают. Для, казалось бы, признательных слов Чжан Даолина, Линь Цзышэн просто улыбнулся и проигнорировал. Депрессивный Чжан Даолин какое-то время не знал, что сказать. К счастью, в это время кто-то позвонил ему на телефон, чтобы облегчить его смущение. Чжан Даолин чуть не повернулся и побежал, как если бы он получил амнистию.

Линь Цзышэн немного посмеялся, глядя на поведение Чжан Даолина.

......

В баре, глубокой ночью.

Войдя в бар, Чжан Даолин увидел человека, которого ошеломило слишком много выпивки. Излишне говорить, что он знал, что этого человека снова бросили.

— Что случилось? Ты вызвал меня так поздно ночью. - Чжан Даолин сел рядом с мужчиной и заказал стакан сока. Он за рулем, поэтому не хотел пить.

— Чжан Даолин, у тебя есть совесть? Приятель, меня только что бросили, а ты пришел сюда окутанный счастьем. - Мужчина похлопал Чжан Даолина по плечу, немного поддразнивая. Очевидно, у этих двоих хорошая дружба.

Услышав это, лицо Чжан Даолина на мгновение помрачнело. Мужчина, естественно, увидел это и невольно вздохнул. Прямо сейчас он действительно чувствовал, что они друзья.

— Твой обьект еще не понял?

Любой, кто хорошо знаком с Чжан Даолином, знает о его 10-летней любви. Тогда кто-то смеялся и шутил о том, как он, Небесный Мастер, влюбился в призрака-мужчину. Но позже любой, кто видел Чжан Даолина, не мог не вздохнуть. Не каждому под силу 10 лет настойчивости.

— Эн, - тон Чжан Даолина казался слабым, - он все еще не понимает моих мыслей, и теперь я не знаю, что делать ...

Конечно, Чжан Даолин не думал, что не сможет продолжать. Он сохранялся уже 10 лет. Ему не хотелось ждать еще 20 или 30 лет. Просто Линь Цзышэн всегда игнорировал его чувства, и это приводило в отчаяние.

— Постой, не говори мне, что ты 10 лет односторонне любил и ни разу не признался ?! - Услышав, что сказал Чжан Даолин, мужчина потрясен. Хорошо, он гнался за своей любовью 10 лет, но что, черт возьми, это односторонняя любовь ?!

— Я всегда намекал. - Чжан Даолин чувствовал, что он уже очень очевиден. Жалко, что А-Сюань, похоже, ничего не понял.

— Хе-хе, намекал? Пердешь! - Прямо сейчас этому мужчине очень хочется дать пощечину Чжан Даолину, чтобы заставить его протрезветь: "Твоя любовь - не женщина. Если вы сделаете это с женщиной, они могут подумать об этом больше. Но с мужчиной, хех, это называется дружбой! Говорят, что у влюбленного человека нет IQ, но если у него тоже нет EQ, это просто стихийное бедствие!"

Услышав, что сказал этот человек, выражение лица Чжан Даолина стало немного уродливым: «Тогда что мне делать?»

В то же время сердце Чжан Даолина внезапно наполнилось надеждой. Возможно, после сегодняшнего дня он наконец получит результат, хороший он или плохой.

— Ты действительно тупой что ли? Конечно, ты должен сразу пойти признаться, неважно, принимает он тебя сейчас или нет. По крайней мере, вы должны дать ему понять, что на сердце, что он не просто друг, а любовник на всю жизнь.

Эти слова заставили Чжан Даолина застыть, а затем кивнуть. Поскольку А-Сюань может сопровождать его в течение 10 лет, он должен иметь возможность сопровождать его всю оставшуюся жизнь. В таком случае чего еще он боится?

Поблагодарив, Чжан Даолин чуть не бросился назад, будто за рулем гоночного автомобиля. Когда он открыл дверь, то увидел Линь Цзышэна, стоящего в одиночестве у окна, греющегося в лунном свете. На мгновение сердце Чжан Даолина, которое бешено билось, начало успокаиваться.

— А-Сюань, я вернулся. - Глядя на Линь Цзышэна пристальным взглядом, в всегда спокойном взгляде Чжан Даолина был оттенок жадности. Он хотел этого человека и хотел, чтобы тот всегда был рядом: «Я хочу тебе кое-что сказать, ты можешь меня послушать?»

Чувствуя, что Чжан Даолин держит себя на руках, Линь Цзышэн даже не заметил, что уголки его рта слегка изогнулись.

— А-Сюань, ты мне нравишься, поэтому, пожалуйста, останься со мной навсегда, хорошо?

Глава 3.1

В конце концов Линь Цзышэн принял чувства Чжан Даолина. Двое серьезно провели вместе всю жизнь.

Приняв Чжан Даолина, Линь Цзышэн обнаружил, что наличие в его жизни другого человека не так неприемлемо, как он думал. По крайней мере, когда он счастлив или грустит, рядом с ним всегда есть кто-то. Линь Цзышэн никогда не был сентиментальным, но он все еще человек, поэтому знает, что такое усталость. В течение стольких лет, будучи призраком, он не мог предстать перед кем-либо, поэтому все давление оставалось на Чжан Даолине, что нес это в одиночку, и никогда не говорил, что устал. Даже когда люди с горы Лунху нашли Чжан Даолина и попросили вернуться на гору, чтобы жениться на жене и завести детей, для продолжения родословной, Чжан Даолин все равно отказался, потому что в его сердце уже был уникальный человек. Чжан Даолин хотел нести ответственность за себя и за любимого человека. Линь Цзышэн знал все это, но не мог помочь Чжан Даолину. Он мог только сопровождать его, проявить настойчивость, и даже наблюдать, как из-за него тот повернулся против горы Лунху.

— А-Сюань, в этой жизни я никогда не сожалел о том, что встретил тебя. - Это последние слова Чжан Даолин перед своей смертью.

[Хост, задача выполнена, давай вернемся?]

Глядя на Линь Цзышена, все еще плавающего рядом с Чжан Даолином, 001 немного обеспокоен. Хозяин - холодный человек, но не безжалостный. 001 также видел, что Чжан Даолин делал для его хозяина в течение стольких лет, поэтому, по понятным причинам, хост не хотел уходить.

— Возвращаемся. - Линь Цзышэн слегка вздохнул. Глядя на мужчину на кровати, Линь Цзышэн не знал, что сейчас чувствует.

Хотя у Чжан Даолина была седая голова, возможно, из-за того, что он придерживался даосизма, его внешний вид не сильно отличался от их первой встречи

[Хост ...] 001 хотел что-то сказать, но, глядя на спокойное лицо Линь Цзышэна, какое-то время не знал, что сказать.

— Возвращаемся! - Глядя на другого, безмолвно лежащего на кровати, Линь Цзышэн медленно закрыл глаза. Когда он снова открыл их, то вернулся в белое пространство.

[Хозяин, ты в порядке? Хочешь немного отдохнуть перед тем, как приступить к новой задаче?]

Хотя чем раньше будет выполнено задание, тем лучше для них, 001 также понимает, что настроение хозяина сейчас не так стабильно. Если они поторопятся с задачами, это только заставит его хозяин потерять контроль.

— Ничего страшного, этого не хватит, чтобы меня потрясти. - Сказав это, Линь Цзышэн прищурился и оперся на кресло, отказываясь больше разговаривать. Итак, 001 тихо закрыл рот.

[Сканирование системы, подводятся итоги последней мировой миссии ...]

[По результатам сканирования общее количество миссий в мире составляет 5, включая 1 основную миссию, 3 побочных миссии и 1 приключенческую миссию, с коэффициентом выполнения 120%.]

— 120%? 001, в системе есть ошибка? - Этот результат удивил Линь Цзышэна. Не кажется ли, что коэффициент заполнения 120% немного ненормален?

[Отвечая на вопрос, сводка предоставляется основной системой, поэтому вероятность ошибки исключена.]

[Выполнены следующие миссии:

Основная миссия - 300 опыта, 800 очков;

Побочная миссия 1 - 100 опыта, 300 очков,

Побочная миссия 2 - 100 опыта, 300 очков,

Побочная миссия 3 - 300 опыта, 800 очков,

Приключенческая миссия - опыта? 5000 очков,

Особые награды: 10 очков атрибута, можно дважды разыграть в лотерею.

Среди них второстепенные миссии 2 и 3 были выполнены на 120%, приключенческая миссия были выполнена на 150%, поэтому ваш опыт и награды в виде очков удваиваются. При этом активируется система улучшения. Принимает ли хозяин все награды за миссии?]

— Да. - Услышав награду за задание, Линь Цзышэн понял, что выигрыш на этот раз определенно намного больше, чем в прошлый раз.

[Для лотереи, хочет ли хозяин сейчас использовать ваши две счастливые возможности для розыгрыша?] 001 моргнул своими маленькими глазками, почти выпалив: «Давай, давай, давай». От лотереи точно будет что-то хорошее.

— Нет. - Линь Цзышэн отказался, не раздумывая, потому что он видел рядом с кнопкой розыгрыша еще одну кнопку с надписью - 10 последовательных розыгрышей. Кроме того, рядом с ним есть примечание: [10 последовательных розыгрышей гарантируют предмет оранжевого цвета. Дорогой, ты не попробуешь?].

[Ах, тогда ладно.] Услышав отказ Линь Цзышэна, 001 немного сожалеет, потому что в лотерее очков действительно много, много, много хороших вещей!

«Кстати, 001, почему в награде EXP за приключенческое задание стоит вопросительный знак?» Линь Цзышэн впервые увидел вопросительный знак в списке наград.

[Это, ах, это полностью зависит от удачи. Если вам повезет, вы можете получить до тысячи. Но если вам не повезло, вы можете получить только очко, это полностью зависит от вашей удачи йо]

Линь Цзышэн: Ха-ха, какая яма!

[Расчет завершен. Сумма всех миссий - 800 + 1500 EXP (приключенческое задание), 8200 баллов. Атрибут: 10 баллов, вы можете дважды разыграть лотерею баллов.]

После объявления итогового расчета 001 был ошеломлен. Удача хозяина действительно слишком OP. Хотя есть люди, получающие тысячи опыта за выполнение приключенческих заданий, большинство из них выполняют приключенческие задания среднего или даже продвинутого уровня. Прямо сейчас его хозяин получил это в приключенческой задаче элементарного уровня.

[Теперь у вас есть 10 очков атрибутов, хотите распределить их сейчас?]

"Да." Всего 10 очков атрибутов могут значительно улучшить его общие характеристики.

"Телосложение +2, Физическая подготовка +2, Интеллект +3, Удача +3. "Глядя на свою колонку атрибутов, Линь Цзышэн принял решение.

[Распределение точек атрибутов завершено, текущие атрибуты изменены]

[Телосложение: 10 + 3 (награда за миссию) + 2 (подарочный набор новичка)]

[Физическая подготовка: 10 + 7 (награда за миссию)]

[Интеллект: 10 + 2 (подарочный набор для новичков) + 3 (награда за миссию)]

[Удача: 10 + 1 (подарочный набор для новичка) + 3 (награда за миссию)]

[Система обнаружила, что текущий опыт хоста составляет 2730 баллов и достигнут порог для обновления. Хозяин хочет обновится?]

"Да." Хотя Линь Цзышэн не знал конкретных преимуществ повышения уровня, это определенно принесло бы ему много пользы.

[Хозяин, пожалуйста, подождите. Система подводит итог.]

[Информация о хосте]

[Имя: Линь Цзышэн]

[Мужской пол]

[Возраст: 23]

[Очки атрибута: 0]

[Текущий уровень: Уровень E]

[Текущий опыт: 1230/5000]

[Текущие баллы: 9120]

[Приобретенные на данный момент навыки: кикбоксинг, стрельба, рукопашный бой, допрос, подавление родословной]

[Телосложение: 10 + 3 (награда за миссию) + 2 (подарочный набор новичка)]

[Физическая подготовка: 10 + 7 (награда за миссию)]

[Интеллект: 10 + 2 (подарочный набор для новичков) + 3 (награда за миссию)]

[Духовная сила: 10]

[Разум: 10 + 5 (награда за миссию)]

[Мощность: 10]

[Ловкость: 10]

[Очарование: 10]

[Удача: 10 + 1 (подарочный набор для новичка) + 3 (награда за миссию)]

[Итог завершен, хочет ли ведущий принять данные следующего мира?] Говоря об этом, 001 сделал паузу на некоторое время, а затем осторожным тоном спросил: [Хозяин-дарен, ты ... ты хочешь отдохнуть некоторое время? Мы никуда не торопимся.]

Линь Цзышэн улыбнулся и мягко покачал головой. Он знал, что беспокоит 001, но вместо того, чтобы оставаться в белом пространстве, он мог бы сделать что-нибудь, чтобы занять себя.

Видя решение хоста, 001 беспомощно передал Линь Цзышену информацию о следующем мире.

Мир тоже очень прост. Он рассказывает историю любви пациента с двойной личностью к нежной и доброй девушке.

Это не великолепная, но теплая история. Главный мужчина - успешный человек. Возможно, из-за развода родителей и жестокого обращения мачехи в молодости, он получил серьезную психическую травму. Чтобы защитить себя, родилась другая личность. По мере взросления и основная личность, и вторичная знали о существовании друг друга и могли мирно сосуществовать. Однако, когда отец главного героя узнал о его заболевании, принудительно заставил главного героя обратиться к психиатру, которого нашел для него.

Главная героиня работает секретарем в этой частной психологической клинике. Они познакомились и постепенно подружились. Основная личность нежна, а вторая - раздражительна. Хотя эти двое полностью противоположны, они не повлияли на сердце главной героини. Она не думает, что у главного мужчины есть проблемы с психикой. Таким образом, с комфортом героини, расщепление личности мл больше не является серьезным, и он ничем не отличается от нормальных людей. Поскольку он провел много времени с героиней, мужчина влюбился в эту нежную девушку.

"Если так и будет продолжатся, то это история, как принц и Золушка влюбляются и живут долго и счастливо. Что тут менять?" Линь Цзышэн посмотрел на сюжет и внезапно почувствовал скуку, этот мир совсем не сложен.

[Нет, хозяин-дарен. Вы говорите это только потому, что не видели конца.] Кошачье лицо 001 выглядело очень искаженным говоря это. [Конец этого мира наступает, когда героиня наконец обнаруживает, что она любит главную личность больше, чем альтер-эго. После того, как вторая личность узнала, он появился перед главной женщиной и убил ее. Он разрезал ее тело на части и покончил жизнь самоубийством, погрузившись в ад вместе с главной личностью.]

Линь Цзышэн: Хе-хе, такая история собачьей крови!

Линь Цзышэн воображал бесчисленные возможности, но никогда не думал о таком сюжете. Эта женщина-лидер заслуживает быть белым лотосом, она тоже очень хороша в поисках смерти. В очевидный счастливый мир с Happy Ending (HE) можно играть до тех пор, пока она не перейдет в Bad Ending (BE). Это тоже некоторая способность.

«Какая миссия в этом мире?» Линь Цзышэн потер брови, у него было плохое предчувствие по этому поводу.

Конечно же, когда 001 объявил о миссиях, выражение лица Линь Цзышэна изменилось.

[Основная миссия: спасти главную женщину и помочь ей избежать судьбы расчленения. Награда: 500 опыта и 1000 очков. В случае неудачи вычитается 1000 баллов.]

[Основная миссия 1: позвольте главной женской роли влюбиться в вас, а затем откажите ей. Награда за миссию: 300 и 600 очков опыта. Нет штрафа за неудачу.]

«Подождите, что это за миссия?» Глядя на это задание, Линь Цзышэн почувствовал черные линии на голове [= _ = ||] : "Заставить главную женщину полюбить меня, а затем бросить ее? Что это за задача, 001? Ваша система спасения из белого лотоса наконец сменила жанр на систему взращивания подонков?"

[Это ... Я тоже не знаю, это задание выдала основная система. Я не знаю подробностей.] Серьезно, когда 001 увидел эту задачу, на его лице тоже были черные линии. Что это?

"Система пытается заставить женщину почернеть и убить меня потом?" Линь Цзышэн приподнял брови. Он взглянул вверх и вниз на 001, как будто хотел увидеть, что основная система подразумевает под этим.

[Хост, будьте уверены, такого никогда не случится!] 001очень уверен. Хотя непонятно, почему основная система выпустила эту задачу, 001 может утверждать, что это определенно ради хоста.

«Забудь, давайте продолжим смотреть другие миссии». Поскольку Линь Цзышэн этого не понимает, то пока просто проигнорирует. Пока что ни 001, ни основная система не сделали ничего, чтобы навредить ему. На этот раз он неохотно поверит и будет думать, что они действуют для его же блага.

[Основная миссия 2: Помогите мужчине вылечить его раздвоение личности и получить признание от обеих личностей. Награда за миссию: 300 и 600 очков опыта. Нет штрафа за неудачу.]

[Случайная миссия: получить чувства от измененной личности. Награда за выполнение задания: за каждое полученное чувство вы можете получить очки улучшения характеристик, очки навыков или камень улучшения снаряжения.]

Услышав последнюю миссию, Линь Цзышэн задал вопрос: «Что это за очки улучшения характеристик, очки навыков и камень улучшения снаряжения?»

[Очки улучшения характеристик используются для усиления общих характеристик вашего персонажа. Очки навыков используются для повышения уровня ваших навыков. Что касается камней улучшения снаряжения, они используются для улучшения качества вашего снаряжения.]

Услышав это, Линь Цзышэн проникся пониманием в своем сердце. Он кивнул: «Тогда пойдем в следующий мир».

[Хорошо, идем в 3-й мир. Хозяин-Дарен, пожалуйста, приготовьтесь к переходу, 3, 2, 1——]

После того, как 001 закончил обратный отсчет, Линь Цзышэн исчез из этого белого пространства и отправился в другой мир ...

......

Цвет неба немного серый, несущий неудобное чувство, похоже ... Как будто собирается дождь. Пешеходы вокруг торопятся, только один человек стоит ошеломленный. Мужчина просто заморожено стоял посреди дороги, и неизвестно, о чем он думает. Внезапно машина проехала мимо него. Водитель вытянул голову из окна и проклял человека за поиск смерти (стоя в центре дороги), прежде чем уехать.

Неподалеку под деревом незаметно для человека стоял мужчина. Наблюдая за этим человеком, он слегка приподнял брови, когда спросил: «001, вы уверены, что этот человек - главный мужчина в истории?»

Этот человек хорошо выглядел и имел отличный темперамент, но нельзя игнорировать охватившее его чувство отчаяния. Линь Цзышэн узнал из данных, что главный мужчина в этом мире всегда был полон энергии, будь то главная или вторая личность. Следовательно, этот печальный мужчина совсем не похож на главного мужчину.

[Хозяин-Дарен, я скорректировал время вашего прибытия на тот момент, когда отец героя только что узнал его раздвоенной личности и хотел отнять у него все.]

Сказав это, 001 улыбнулся и загадочно посмотрел на Линь Цзышэна. [Как насчет этого? Достаточно ли я внимателен на этот раз? Если главный мужчина встретится сейчас с хостом, у него все еще есть шанс влюбиться в героиню?]

К настоящему времени 001 обнаружил, что его хозяин-дарен обладает особым навыком «сгибания». В тот момент, когда главный мужчина увидит хоста, тот естественным образом согнется, так что это отличный навык для миссий!

Очевидно, Линь Цзышэн может понять скрытый смысл 001. Фыркнув он бросил на него слабый взгляд, заставляя волосы 001 встать дыбом.

001: Хозяин-Дарен слишком ужасен, и я получил сильную внутреннюю травму, ищу утешения!

«Как встретились герой и героиня?» Линь Цзышэн очень расстроен из-за 001, хотя он не возражал воспользоваться этим "навыком", он больше не хотел иметь никаких отношений с главным мужчиной.

[Героиня забрала вторую личность, когда он был ранен кем-то, посланным его отцом. Чтобы не вовлекать в ссору главную героиню, он поменялся после пробуждения. Затем они встретились во второй раз в психологической клинике. Увидев главную женщину, он «влюбится с первого взгляда».] 001, зная, о чем беспокоится Линь Цзышэн, продолжал объяснять. [ Если это между двумя мужчинами, тогда вы можете быть хорошими братьями.]

Линь Цзышэн кивнул, услышав объяснение 001, явно удовлетворенный ответом.

В этот момент внезапно пошел сильный дождь, и все пешеходы поспешно ушли. Только мл все еще стоит посреди дороги и выглядит сбитым с толку, словно потерявшийся ребенок. Дождь намочил его волосы и одежду. Линь Цзышэн вздохнул, посмотрев некоторое время, и медленно подошел к мужчине. (п.п. мл - это male lider, просто в тексте постоянно пишут мужской лидер, и я задолбалась искать синонимы)

Вэньжэнь Лань в замешательстве стоял посреди дороги. Он больше не знает, куда идти. Слова отца все еще звучат в ушах, и ему внезапно захотелось громко рассмеяться. Да, он психически болен, и ему нельзя продолжать управлять компанией. Такие отвратительные слова, наверное, может сказать только его жадный отец. Точно так же, как когда он захватил собственность матери Венрен Лан, бросил ее и женился на своей настоящей любви. Если бы не его настоящая любовь оскорблявшая его в детстве, как бы он стал таким?

— Хотя приближается лето, от дождя все равно легко заболеть. - Когда Вэньжэнь Лань собирался упасть в темноту и не мог найти дорогу, прозвучал нежный голос. Он машинально повернул голову и увидел нежно улыбающегося мужчину.

— Кто ты...? - спросил Вэньжэнь Лань хриплым голосом. Он смотрел в глаза Линь Цзышэна, словно утопающий на корягу. Такой нетерпеливый, что Линь Цзышэн почувствовал себя немного неуютно.

— Я просто прохожий. Из-за характера моей профессии я просто не могу смотреть, как другие люди злоупотребляют своим телом. - Сказав это, Линь Цзышэн вложил зонтик в руку Вэньжэнь Ланя: «Нет ничего, что нельзя было бы решить. Не смотри на все так безнадежно».

— Я не… - Глядя на этого нежного человека, Вэньжэнь Лань, казалось, хотел поговорить.

Линь Цзышэн покачал головой, затем протянул пальцы, чтобы указать ему в глаза: «Я вижу по твоим глазам, что ты не сдавался, иначе я не приду, чтобы помочь тебе». Сказав это, Линь Цзышэн слегка улыбнулся и побежал к машине неподалеку. Он кивнул Вэньжэнь Ланю, сев в машину, и уехал.

[Хозяин-Дарен, ты действительно можешь уйти? Делать добрые дела, не оставляя имени?] Хотя это может произвести хорошее впечатление на главного мужчину, как это может быть эффективным, если он даже не знает имени хоста?

"Мы все равно скоро встретимся, верно?" Если в истории этого мира нет OOC, он скоро встретит главную мужскую роль.

Честно говоря, Линь Цзышэн немного любопытно. Основная личность встретила человека, который просветил его, а другая личность встретила человека, который помог ему в беде. Линь Цзышэн задавался вопросом, кто более важен в сердце Венжэнь Ланя.

[Хозяин, пожалуйста, прекрати свои злые мысли. Альтер-эго мл в этом мире имеет склонность к насилию. Вы же не хотите, чтобы игра окончилась в его руках, верно?] Другая личность может даже убить его любимого человека (FL), так что психиатр вообще ничто.

«Между прочим, я забыл спросить, какая у меня личность на этот раз». В прошлом, когда Линь Цзышэн получал подробности сюжета и персонажей мира, он мог угадать свою личность, но не в этот раз.

[Э-э, из-за невидимого двойного главного героя ваш статус второго мужчины сильно ослаблен. Теперь вы почти как пушечное мясо высокого уровня.] Когда 001 сказал это, он оставался осторожным, боясь, что черный живот его семьи будет недоволен.

«Раз я как пушечное мясо, могу ли я не следить за сюжетом?» Мужчина и женщина - это столп, на котором держится мир, а второй мужчина - просто поддержка. Если его роль сейчас - пушечное мясо, Линь Цзышэн действительно может не следить за сюжетом.

[Теоретически это возможно, но, пожалуйста, не разрушайте сюжет слишком сильно.] Этому миру на самом деле не нужен Линь Цзышэн, поэтому нет проблем, если он не будет слишком много следить за сюжетом.

Линь Цзышэн улыбнулся, услышав это. Но такая яркая улыбка заставила 001 ужаснутся. Хозяин-Дарен выглядел таким опасным!

Прочитав сюжет этого мира, Линь Цзышэн имеет определенное представление о героине. Хотя утверждается, что она - нежный и терпимый человек, ее мягкость и терпимость доступны далеко не всем. Вначале главная героиня работала только для того, чтобы помогать мл, а также чтобы смириться с его ненормальностью, потому что тот выглядел как богатый человек с успешной карьерой.

[Хозяин-Дарен, главная женщина в этом мире не так сильно любит деньги.] 001 все еще пытается не отставать. Похоже, что не только его хост не хочет продолжать сюжет, но он также хочет затащить героиню!

«Если ты не любите деньги, то пошел бы работать в такое место, как бар? Даже когда тебя домогаются, ты никогда не думал о смене работы? »

Такое место, как бар, действительно представляет собой смесь «змей и драконов», но там также много богатых людей. Если кому-то повезет, они могут получить шокирующую сумму чаевых.

В мгновение ока 001 потерял дар речи. Его хост становится умнее, и его все труднее обмануть. Сердце так устало, _ (: 3 」∠)

«В любом случае, когда я пойду, то легко смогу забрать раненого мужчину с собой домой». Лу Фэн, обладатель этого тела, работает психологом. Фактически, он занимался медициной, и его семейное прошлое тоже очень хорошее. Хотя он и не находится на одном уровне с богатством героя, он тоже из одной из лучших семей в городе Б.

[Хозяин, вы решили взять на себя роль героини?]

"Разве ты не просил меня прекратить дурные мысли? Я прислушался к твоим словам, так почему ты так взволнован этим вопросом?" Голос Линь Цзышэн звучал неторопливо, очевидно, не воспринимая систему серьезно.

001: Хе-хе, хост, как бы прямолинейно вы это ни говорили, ничто не может изменить то, что у вас черный живот!

Три дня спустя Линь Цзышэн зашел в бар недалеко от того места, где был избит главный герой, и небрежно сел в углу. Он расстегнул две верхние части воротника рубашки, обнажив небольшой участок груди. В тусклом свете его светлая кожа выглядела более чувственной. Он взъерошил его тщательно причесанные волосы, а также снял плоские очки. Изначально, в костюме и кожаных туфлях, он здесь не вписывался. Но через минуту он стал ненормально совместимым с ощущением бара, и люди вокруг него удивились, увидев эту «трансформацию».

Это ... как этот человек это делает?

Линь Цзышэн не любит такие места, но владелец этого тела - Лу Фэн, часто ходил в бары, чтобы уменьшить стресс, когда учится за границей. Прямо сейчас Линь Цзышэн только подражал ему в соответствии с памятью, чтобы люди не считали его несовместимым.

Героиня Бай Цин, находившаяся неподалеку, также увидела трансформацию. На первый взгляд, его одежда - это одежда высокого класса, сшитая на заказ. Она понимала, что статус этого человека определенно не низкий, и он должен быть игривым человек. Такой мужчина - подходящая цель для нее. Просто ей не повезло, потому что официант, которому назначено доставить вино Линь Цзышэну, не Бай Цин, а другой человек. Это новичок, похоже, студент колледжа. У него красивое лицо, и когда он улыбается, у людей возникает ощущение смущения. Это заставляет людей бессознательно складывать о нем хорошее впечатление.

[Хозяин, почему героиня не узнала вас?] Бай Цин отправила резюме в частную клинику Линь Цзышэн. Она должна быть в состоянии узнать Линь Цзышэна как своего будущего босса.

«Золотоискатель не обратит внимания на то, как выглядит врач». Это предложение примерно означает, что главная героиня не будет беспокоиться о бедном докторе. Должен быть какой-то большой босс, чтобы привлечь ее внимание!

001 мгновенно потерял дар речи.

Именно так Линь Цзышэн просидел в баре всю ночь. Хотя он заказал выпивку, он не сделал ни единого глотка. Он не хотел позже ехать домой с мл, находясь под влиянием (DUI). Глядя на часы и считая время, Линь Цзышэн догадался, что мужчина должен быть избит прямо сейчас. Должен ли он стать героем, спасающим «красоту»? Еще через 10 минут Линь Цзышэн прибрал свою одежду и медленно вышел из бара.

В этот момент Бай Цин только что закончила работу. Из-за своего желания познакомиться с Линь Цзышэном, она незаметно последовала, желая увидеть, можно ли каким-то образом устроить случайную встречу. В результате через несколько минут ходьбы она услышала шум драки. Бай Цин колебалась. Если она пойдет на помощь в этот момент, не будет ли она втянута?

Однако у Линь Цзышэн таких мыслей не было. Он быстро подошел и намеренно понизил тон голоса, прежде чем сказать: "Кто там?! Полиция!"

Возможно, из-за нечистой совести эти люди даже не смотрели на Линь Цзышэна. Услышав крик, они просто убежали. В любом случае их задача - преподать этому человеку урок. Теперь его "проучили", задача уже выполнена.

Линь Цзышэн вошел в переулок после их ухода. Конечно же, он увидел избитого Вэньжэнь Ланя. Выражение лица этого мужчины больше не такое растерянное, как при их последней встрече. Вместо этого он был похож на злого зверя, пытающегося разорвать на части любого, кто причинит боль. Увидев такого рода Вэньжэнь Ланя, Линь Цзышэн согласится с системой, что у этого человека действительно есть некоторые склонности к насилию.

— Ты еще можешь встать? - Линь Цзышэн улыбнулся и протянул руку, глядя на мужчину, который, казалось, не мог пошевелиться.

Услышав знакомый голос, Вэньжэнь Лань медленно поднял голову. Поскольку спина мужчины обращена к свету, он не мог ясно видеть лицо говорившего. Но, судя по голосу, этот мужчина должен быть нежным человеком. В этот момент на его лице должна появиться нежная улыбка. Думая об этом, Вэньжэнь Лань, не осознавая этого, взял протянутую руку...

Взяв эту руку, Вэньжэнь Лань не хотел отпускать. Никто никогда раньше не обращался к нему ... к «ним». Этот человек первый в их жизни, поэтому он не хочет отпускать ...

Это последняя мысль Вэньжэнь Лань перед обмороком.

Увидев, что мужчина упал в обморок, Линь Цзышэн поднял его и закинул руку на плечо. Он весело посмотрел на этого человека. Главный мужчина, очевидно, дикий зверь с вздутой шерстью, но успокоившись, он оказался похож на хорошо воспитанного кота.

— Сэр, вы ... - Видя, как Линь Цзышэн выносит человека, и судя по его одежде, он тоже казался богатым человеком, Бай Цин сформировала план в своем сердце. С мужчиной перед ней, казалось, непросто познакомиться. Но раненые другие, потому что они более уязвимы. Для нее это может быть хорошей возможностью, поэтому она сказала: «Я закончила школу медсестер и обладаю некоторыми медсестринскими знаниями, так что вы можете позволить мне дать этому джентльмену ...»

— Спасибо, но в этом нет необходимости. Я сам врач. - Линь Цзышэн улыбнулся и отклонил предложение другой стороны. Как мог Линь Цзышэн не понимать ее мысли? Но он совсем не хотел сотрудничать!

Увидев, как Линь Цзышэн помогает мужчине сесть в машину и уехал, Бай Цин стиснула зубы и посмотрела в их сторону. Достаточно сложно сегодня встретить двух настоящих богатых людей, но, упустив их вот так, она не смирится!

......

Проснувшись рано утром, Вэньжэнь Лань, нет, это должна быть вторая личность, Вэньжэнь Лин, обнаружил, что все раны на его теле перестали кровоточить и были перевязаны. Похоже, что это сделал вчерашний человек.

Прямо сейчас Вэньжэнь Лин немного сожалеет. Он знает, кто вчера послал этих людей. Если этот человек узнает, что его спасли, то его благодетель наверняка пострадает. Думая об этом, мужчина не мог усидеть на месте и изо всех сил пытался встать. Ему нужно срочно уехать отсюда!

— Вставай и съешь что-нибудь. - Когда Вэньжэнь Лин открыл дверь, он увидел мужчину, сидящего на диване снаружи. Его белая повседневная одежда выглядела очень освежающе, и от нежной улыбкой на лице Вэньжэнь Лин почувствовал, что его сердце согревается.

— Нет, мне не нужно есть. Я ухожу, спасибо за вчера, я ... - Я не могу доставить тебе больше хлопот.

Вэньжэнь Лин не произнес последнюю часть предложения. Он не знает почему, но не хотел, чтобы тот узнал о ужасных делах, может быть ... потому что не хотел терять эту редкую нежность.

— Если вы беспокоитесь, что те, кто вас избил, будут беспокоить меня, не беспокойтесь. Это район виллы Хайчэн, и у них нет возможности войти. - Кто эти люди вчера? С 001 Линь Цзышэн может сразу узнать. Они просто мелкие гангстеры, так что ему нечего бояться.

Услышав слова Линь Цзышэна, Вэньжэнь Лин удивился. Только тогда он понял, что проигнорировал место, где сейчас находится. Осмотревшись, мужчина обнаружил, что этот человек не лгал. Он действительно находится в районе виллы Хайчэн, и почувствовал облегчение. Когда он снова посмотрел на Линь Цзышэна, то внезапно почувствовал дежавю.

— Мистер, мы ... мы встречались раньше? - Сказав это, Вэньжэнь Лин опешил и внезапно почувствовал себя немного смущенным. Эти слова звучат как подкат.

— Мы познакомились в дождливый день 3 дня назад. Теперь ты выглядишь намного лучше, чем тогда. - Линь Цзышэн посмотрел на Вэньжэнь Линя, как будто о чем-то думал, а затем мягко улыбнулся. «Я видел тебя и казалось, что ты хочешь покончить жизнь самоубийством, но сейчас я рад видеть тебя таким энергичным».

После напоминания Линь Цзышена мужчина наконец вспомнил, и немного сожалел. Оказалось, он не первый, кому тот помогает. Какая жалость ... В этот момент он немного завидовал главной личности.

— Спасибо за тот день, - Вэньжэнь Лин попытался подражать поведению Вэньжэнь Лана и улыбнулся Линь Цзышену. «Привет, я Вэньжэнь… Вэньжэнь Линь».

По сути, он хотел назвать имя главной личности, но изменил свои слова прямо перед тем, как сказать. Он надеялся, что первым познакомится с этим человеком.

— Привет, меня зовут Лу Фэн. - Линь Цзышэн подвинул завтрак вперед и сказал: «Сядь и поешь что-нибудь. Хотя я обработал раны лекарством, у тебя все же была потеря крови. Так что стоит съесть что-нибудь, чтобы пополнить выносливость».

— Спасибо, - перестал быть вежливым Вэньжэнь Лин. Он взял завтрак, приготовленный Линь Цзышэном, и откусил. Его глаза загорелись: "Вы приготовили это? Вкусно."

Слова мужчины - не слепая лесть. Кулинария Линь Цзышэна действительно хороша, и еда, которую он готовил, соответствует его вкусу.

— Правда? Тогда ешь еще, и пожалуйста. - Линь Цзышэн улыбнулся и сузил глаза, услышав комплимент.

— Это, мистер Лу, вы ... врач? - Думая о аккуратно перевязанных ранах на теле, Вэньжэнь Лин немного интересовался его профессией.

Линь Цзышэн был ошеломлен на мгновение, прежде чем усмехнуться: «Эн, меня можно считать доктором. Но, строго говоря, меня следовало бы назвать психиатром. Однако из-за личных увлечений немного увлекся медициной».

Психиатр?

Думая о том, что его отец сказал раньше, Вэньжэнь Лин внезапно почувствовал, что, если его психиатром будет этот мужчина, возможно, он не будет сопротивляться походу к врачу. Возможно, Лан тоже не будет возражать.

Итак, оба мужчины спокойно позавтракали, думая о своем. После завтрака Вэньжэнь Лин вежливо попрощался с Линь Цзышэном: «Спасибо за гостеприимство, я пойду домой, чтобы сначала уладить личные дела. Я с нетерпением жду встречи с вами в следующий раз».

После ухода мл, Линь Цзышэн внезапно улыбнулся: «Этот человек несколько отличается от того, что было упомянуто в его профиле».

___________________________________

Прим. переводчика:

Привет всем любимым читателям. Главы этой арки вышли длиннее чем обычно . В анлейте они разбиты на части, но я решила переводить цельно . Главы обычного размера будут дешевле. Также прошу, если нашли ошибки, отправляйте их пожалуйста в предложении, а не словом. Иначе найти их просто не реально ┐(￣ヘ￣)┌

Спасибо, что читаете мои переводы!(￣ε￣＠)

Глава 3.2

Глядя на улыбающееся лицо Линь Цзишэна, 001 не хотел рассказывать своему хозяину, почему главный герой стал таким.

«Что, у тебя ко мне претензии?» Глядя на маленькие глазки 001, Линь Цзишэн, хотя и не понимал, о чём тот думает, более или менее мог уловить смысл его взгляда.

【Нет, хозяин, как я смею иметь к тебе претензии?】 Пройдя через два мира, 001 не освоил никаких других навыков, но его умение льстить было на высшем уровне.

«Я должен встретиться с главной героиней через несколько дней. Интересно, как она отреагирует, когда увидит меня». Линь Цзишэн не мог не заметить, как прошлой ночью Бай Цин смотрела на него, словно на добычу. Если бы он смог приблизиться, кто знает, что бы она сделала?

«Кстати, я даже немного благодарен за жадность главной героини, потому что этот побочный квест выполнить исключительно легко». Когда Линь Цзишэн впервые ознакомился с информацией об этом мире, его все еще терзало психологическое напряжение из-за соблазна избавиться от кого-то.

001: Э-э... ну, хозяин, у тебя что, пробудилась садистская сторона?

«Но меня кое-что очень интересует», — Линь Цзишэн поправил очки и медленно посмотрел в окно, — «Говорят, что в каждом мире свои правила, и некоторые предопределенные события неизбежны. Вчера я забрал главного героя, так что угадайте, как сегодня встретятся главный герой и главная героиня?»

Услышав слова Линь Цзишэна, 001 тоже был ошеломлен, а затем понял, что это правда; правила этого мира нельзя нарушать.

Как и в первом мире, Бай Вэй даже не имела права присутствовать на рождественском балу, но ее все равно пригласили. Так что, как бы ни менялись обстоятельства, что-то все равно произойдет.

[Ведущий, вы просто хотите посмотреть шоу?] 001 моргнул, наблюдая за забавным выражением лица Линь Цзишэна, и молча зажег в своем сердце ряд свечей в честь главных героев. Каждый раз, когда ведущий хотел посмотреть шоу, несколько человек неизбежно страдали.

Смотреть шоу было необходимо, но как смотреть его правильно — требовало тщательного обдумывания.

«001, вы можете определить местонахождение главных героев?» Знание их местонахождения позволило бы лучше насладиться просмотром.

[Да, после окончания первого мира, пока ведущий получает улучшение, система, связанная с ним, также получает соответствующее улучшение.] Именно поэтому 001 и Линь Цзишэн должны постоянно выполнять задания; только постоянно выполняя задания, они могут стать сильнее.

«Кроме того, у вас есть какие-нибудь новые способности?» Поскольку 001 сказал, что эта способность была получена после окончания первого мира, то у него должны появиться новые способности и после окончания второго мира.

[Основная система пока не раскрыла, что это за новая способность; она будет активироваться случайным образом только тогда, когда это понадобится ведущему.] — сказал 001, ища местонахождение главных героев. [Ведущий, местонахождение главных героев найдено, координаты: 237, -51. Текущее местоположение — ресторан, где часто обедал первоначальный владелец.] Этот ответ удивил Линь Цзишэна, но, хорошенько подумав, он понял, что происходит. Похоже, после их вчерашнего ухода Бай Цин преследовала их всю дорогу, а затем, не сумев угнаться, бродила всю ночь на улице. Надо сказать, у неё действительно невероятная настойчивость!

«Пойдем посмотрим позже, иначе представление даже не начнётся». Линь Цзишэн улыбнулся, его слегка прищуренные глаза выдавали явное недоброе намерение.

…

В этот момент Вэньрен Лин, на другой стороне, казалось, оказалась в затруднительном положении.

«Госпожа, что привело вас сюда? Кажется, я вас не знаю». Хотя он изо всех сил старался подражать тону Вэньрен Лань, его альтернативная личность явно была гораздо более раздражительной, чем основная. Глядя на внезапно появившуюся на его пути женщину, нетерпение Вэньрен Лин усилилось.

«Нет, ничего». Бай Цин мягко улыбнулась, теплой и нежной улыбкой, которая обычно заставляла большинство людей расслабиться и заговорить.

Семья Бай Цин была небогатой. Поскольку ее мать не могла работать, она провела детство, выстраивая отношения с родственниками, развивая острое чутье на людей и красноречие, позволяющее адаптироваться к любой ситуации. Раньше эти два навыка сделали Бай Цин невероятно успешной, и в сочетании с ее мягким и обаятельным характером ее мало кто недолюбливал.

Но сегодня… она, казалось, действительно уперлась в стену.

В обычных обстоятельствах, когда кто-то колеблется и говорит, что у него все хорошо, обычный человек инстинктивно спросил бы, что случилось, и тогда подготовленное объяснение Бай Цин оказалось бы очень кстати. Кто бы мог подумать, что Вэньрен Лин может быть непредсказуемой? После того, как она сказала, что с ней все в порядке, он искренне воспринял это как пустяк и повернулся, чтобы уйти.

«Сэр, пожалуйста, подождите. Вы в порядке? Я медсестра, могу я осмотреть вашу рану?» Хотя она вчера не видела отчетливо раны Вэньрен Лина, она была уверена, что он действительно ранен.

«Вы меня допрашивали?» Прежде спокойный Вэньрен Лин преобразился, услышав это, излучая убийственную ауру, словно дикий зверь, выпущенный на свободу и готовый

в любой момент быть разорванным на куски. Бай Цин никогда раньше не видела такого свирепого человека. В ужасе она тут же рухнула на стул. Она не могла понять, почему он стал враждебным после всего лишь одного вопроса. Разве не пострадавший должен больше всего нуждаться в заботе?

Бай Цин рассуждала правильно, но люди разные, и Вэньрен Лин сейчас находится в уязвимом периоде из-за своей травмы. Если его дела будут расследованы, это может скомпрометировать Лу Фэна — единственного человека, который дарил ему тепло. Как он мог не быть осторожным?

«Нет, нет, вчера… я была рядом с тобой, когда ты вчера получила ранение. Позже тот джентльмен силой увел тебя, и я немного волновалась, поэтому пошла проведать тебя». Бай Цин посмотрела на Вэньрен Лин с искренней тревогой в глазах. Если бы он не встретил Линь Цзишэна раньше, он, возможно, был бы искренне тронут этим человеком.

К сожалению, все это произошло после встречи с Линь Цзишэном, и Линь Цзишэн помог не только Вэньрен Лин, но и Вэньрен Лань.

«Значит, ты спасла меня?» Вэньрен Лин прищурился, глядя на шею Бай Цин, словно изучая, куда нанести удар.

«Нет, я… я не это имела в виду», — быстро объяснила Бай Цин, видя его выражение лица. Как она могла не понять его недовольства? «Вчера… вчера я застала тебя с тем джентльменом. Он… он мужчина, и я волновалась, что он не сможет хорошо о тебе позаботиться».

Голос Бай Цин был искренним; Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что она говорит искренне. Хотя детство в детском приюте и привил ей жадность, это не смогло стереть её добрую и нежную натуру.

«Спасибо. Есть ещё что-нибудь?» — Вэньрен Линъянь неискренне поблагодарил Бай Цин и приготовился уйти. У

Вэньрен Линъяня никогда не складывалось хорошего впечатления о незваных гостях, поэтому даже несколько формальных слов были для него редкостью.

«Эм, сэр, могу я узнать ваше имя? Меня зовут…» —

«Мне неинтересно знать ваше имя, и я не думаю, что вам нужно знать моё», — сказал Вэньрен Лин, всё больше раздражаясь от нарастающей болтовни Бай Цин. Если бы перед ним стоял тот самый добрый мужчина, возможно, он был бы готов выслушать, но, к сожалению, это была такая назойливая женщина. Он просто хотел уйти как можно скорее. «Мы всего лишь незнакомцы, госпожа, вы задаёте слишком много вопросов».

«Я… я не хотел ничего особенного. Просто вчера я увидел, что вы ранены, поэтому… немного волновался». Бай Цин посмотрела на Вэньжэнь Лина с явной искренностью в глазах, надеясь, что он поймет, что она искренне желает ему выздоровления.

Как раз когда Бай Цин собиралась что-то объяснить, тихо зазвонил дверной звонок. Дверь распахнулась снаружи, и вошел мужчина. Он был одет в повседневную белую одежду, но его внешний вид был еще более примечательным.

Владелец магазина, наблюдавший за оживленной беседой двух мужчин, быстро подошел к ним, увидев их. «Господин Лу, вы приехали. Как обычно?»

Линь Цзишэн кивнул владельцу магазина, подходя ближе, с легкой улыбкой на губах. «Как обычно, спасибо за помощь».

Услышав слова Линь Цзишэна, владелец магазина поспешно покачал головой, сказав, что это не составило труда, и затем велел им быстро подготовиться. Это было совершенно непохоже на безразличное отношение, которое он проявлял к другим посетителям раньше, и это несколько расстроило Бай Цин. Однако окружающие, казалось, давно привыкли к такому отношению и больше ничего не говорили.

«Как сейчас Сяохуэй? Ему лучше?» Сяохуэй был сыном владельца магазина. Год назад ему поставили неверный диагноз, и он был на грани смерти. Тогда владелец магазина увидел это и, не в силах смириться с тем, что такая молодая жизнь так легко угасает, вмешался, чтобы помочь ему, и принял этот акт доброты.

Услышав вопрос о сыне, управляющий магазином радостно улыбнулся. «Господин Лу, будьте уверены, здоровье Сяохуэя почти полностью восстановилось. Большое вам спасибо. Если бы не вы, моего сына мог бы убить этот шарлатан».

Даже сейчас, вспоминая эту сцену, управляющий магазином все еще чувствовал затаенный страх.

Бай Цин, которая подслушивала, выглядела несколько смущенной. Она только что назвала мужчину неуклюжим, а теперь подтвердилось, что он действительно врач. Как она могла не чувствовать себя неловко?

«Ах, Фэн». Увидев, как Линь Цзишэн весело болтает с кем-то ещё, Вэньрен Лин почувствовал себя немного неловко и подошёл. «Мы снова встретились».

«Мы снова встретились». Увидев, как Вэньрен Лин подошёл и поздоровался с ним, в глазах Линь Цзишэна мелькнуло удивление. Он действительно не ожидал, что Вэньрен Лин придёт; в конце концов, в информации говорилось, что к Вэньрен Лин чрезвычайно трудно подойти.

【Хе-хе, хозяин, пожалуйста, не стесняйтесь.】Раздался саркастический голос 001. 【Вы спасли его вчера при таких обстоятельствах. Хотя это не слишком отличалось от ситуации главной героини, Вэньрен Лин тогда ещё не спал, поэтому эффект был совершенно другим. Другими словами, вы успешно приручили этого дикого зверя. Поздравляю.】 Линь Цзишэн: ...Хе-хе.

«Господин Лу, ваш друг?» Продавец на мгновение удивился, увидев, как кто-то приветствует Линь Цзишэна. Видите ли, хотя этот господин Лу был очень любезным, у него было немного друзей, и он всегда держался особняком. Сегодня он встретил своего первого друга.

«Ну, наверное, да», — Линь Цзишэн помолчал немного, услышав слова продавца, затем улыбнулся и сказал: «В конце концов, я забрал его вчера, так что не будет ошибкой назвать его другом».

Забрал… забрал?

Услышав это, владелец магазина и Вэньрен Лин отреагировали совершенно по-разному. Владелец магазина невольно представил, насколько рассеянным должен быть этот человек, чтобы заблудиться и попасться на удочку мошенников, а Вэньрен Лин почувствовал себя несколько смущенным. Он сказал… что раз он попался на удочку мошенников, значит, он стал его собственностью?

Внутренний голос покачал головой, отбросив странную мысль, и, обменявшись номерами телефонов с Линь Цзишэном, повернулся и ушел.

«Господин Лу, я думал, что этот человек будет довольно равнодушен, но я не ожидал, что он будет таким… э-э… восторженным». И действительно, он был восторжен, глядя на господина Лу, словно тот был его собственной верой. «

На самом деле, я тоже был довольно удивлен», — увидев, что его обед готов, Линь Цзишэн взял еду и кивнул владельцу магазина: «Я сначала вернусь и поем, поговорим в следующий раз».

Как раз когда Линь Цзишэн собирался уходить, Бай Цин, которая все это время молчала, внезапно встала и подошла к нему: «Господин Лу, подождите минутку».

Линь Цзишэн взглянул на нее, в его глазах читалось сомнение, словно он спрашивал, что случилось.

«Мы встречались вчера, помнишь?» Увидев, как Линь Цзишэн кивнул, Бай Цин немного обрадовалась. «Я… я слышала, что вы врач. Не могли бы вы помочь мне найти работу? Я… я закончила медицинский колледж».

Услышав слова Бай Цин, Линь Цзишэн вдруг рассмеялся, словно услышал что-то смешное. «Госпожа, можно я вас кое о чем спрошу?»

Видя, что Линь Цзишэн, похоже, готов согласиться, Бай Цин тут же кивнула, в ее глазах читалась надежда.

«Я ничего особенного не имею в виду. Я просто хочу спросить, мы встречались только вчера. Почему вы думаете, что я помогу вам найти работу?» Сказав это, Линь Цзишэн собрал свои вещи и ушел, не оглядываясь. Он вдруг почувствовал, что у главной героини этого мира, возможно, что-то не в порядке с головой.

001: На самом деле, он считает, что главная героиня любого мира ненормальна. Иначе как она могла так погубить себя при таких счастливых обстоятельствах?

«Мисс, вы должны знать своё место. Не думайте, что красивая внешность — это всё, что вам нужно. Иногда внутренние качества важнее». Он подслушивал разговор между женщиной и молодым человеком. Сначала он подумал, что женщина, хоть и коварна, по крайней мере умна.

Но теперь казалось, что она глупа.

Услышав это, Бай Цин, побледнев, выбежала из ресторана. Линь Цзишэн, стоявший на углу улицы, увидел это и холодно скривил губы.

[Хозяин, вы нарушили временную линию этого мира.] 001 посмотрел на Линь Цзишэна с восхищением в глазах. Его хозяин определённо первый, кто так решительно разрушил пару и исказил временную линию!

«Разве это не лучше? В любом случае, я всего лишь пушечное мясо. Даже если временная линия перепутана, это меня не сильно затронет». Сказав это, Линь Цзишэн поправил очки и радостно направился домой.

Тем временем, по другую сторону…

«Отец». Вернувшись домой, Вэньрен Лин увидел мужчину, спокойно потягивающего кофе в гостиной, в глазах которого сверкнула яростная жажда убийства.

Этот человек, бросив свою мать, не отпустил её, доведя до смерти. Затем он позволил своей истинной любви неоднократно преследовать его. Если бы он не знал, что никогда не сможет иметь собственных детей, его бы, вероятно, давно убили!

«Ты вернулся. Как ты мог учесть мои слова?» Хотя Вэньрен Лин был теперь аккуратно одет, на его теле всё ещё были видны синяки; вчера он был сурово наказан.

«Я всё обдумал», — усмехнулся Вэньрен Лин, но в его улыбке читалась злоба. «Отец, я составил завещание. После моей смерти всё, что было оформлено на моё имя, будет передано на благотворительность. Поэтому, отец, молись, чтобы я прожил долгую и здоровую жизнь!»

Эти двое всегда жаждали его богатства, даже пытались убить его ради него. Раз уж так получилось, он решил заставить их испытать чувство, что они ничего не получат взамен!

«Ты, ты, ты неблагодарный сын!» Я думал, что после вчерашних событий Вэньрен Лань одумается и отдаст мне всё семейное имущество. Я никак не ожидал, что он вот так выбьет почву из-под моих ног. «Ты подумал о том, что подумает о тебе твоя мать в загробной жизни за этот поступок?!»

«Ха, Вэньхао, как ты смеешь упоминать маму?» Наконец, спокойное выражение лица Вэньжэнь Лина было нарушено его словами. «Если бы мама знала, что я сделал в загробной жизни, она бы ликовала! Не забывай, как ты заставил ее развестись, как ты довел ее до смерти ради своей „истинной любви“! Ты всего лишь зять, женившийся на женщине из семьи Вэнь!» Зять, женившийся на женщине из семьи Вэнь

…

Услышав это снова, лицо Вэньхао побледнело. Долгие годы больше всего он ненавидел, когда его называли зятем,

женившимся на женщине из семьи Вэнь. Тогда, из-за бедности, у него не было другого выбора, кроме как жениться на женщине из семьи Вэнь. Пережив старика, он развелся с женой и женился на любимой женщине. И как раз когда он думал, что все будет хорошо, он обнаружил, что больше не может иметь детей. Еще более неожиданно старик завещал все семейное имущество сыну, не оставив ни ему, ни его бывшей жене ни копейки.

«Отец, лучше не делай сейчас ничего неразумного, иначе завтра тебе может даже негде будет жить на этой вилле». Он не шутил. Если он умрет, все, что будет на его имя, будет передано на благотворительность, и Вэньхао действительно останется ни с чем!

«Неблагодарный сын, пренебрегающий отцовско-сыновними узами, рано или поздно получит по заслугам!» Услышав слова Вэньжэнь Лина, Вэньхао чуть не сошел с ума от гнева, но в этот момент он ничего не мог поделать. Он верил, что Вэньжэнь Лин сдержит свое слово, и не мог позволить себе рисковать. Если Вэньжэнь Лин умрет и действительно все завещает, разве не они будут тогда плакать?

«Верно, Сяолань, он твой отец, как ты мог так с ним поступить!» Когда отец и сын столкнулись лицом к лицу, со второго этажа спустилась красивая женщина, которая смотрела на Вэньхао с явной болью в глазах.

«Эх, кто ты?» — Вэньрен Лин посмотрел на красивую молодую женщину, его презрение стало еще более очевидным. «Не думай, что ты настоящая хозяйка этого дома. Я могу выгнать тебя в любой момент!»

Лицо женщины помрачнело, и она уже собиралась что-то сказать, когда Вэньхао остановил ее. Сейчас они действительно не могли позволить себе обидеть этого парня!

Вернувшись в свою комнату, Вэньрен Лин лег на кровать и незаметно для себя заснул. Через несколько минут тот, кто крепко спал, снова открыл глаза. На этот раз в его глазах не было безумия, только мертвая тишина.

Очевидно, человек изменился. Это был уже не Вэньрен Лин, а Вэньрен Лань.

Достав телефон и посмотрев на недавно добавленный номер, Вэньрен Лань засомневался. Благодаря воспоминаниям о своем другом «я» он знал, кто этот человек. Он хотел найти кого-нибудь, кому можно было бы довериться, но не знал, стоит ли сейчас беспокоить этого человека.

Однако Вэньрен Лань не ожидал, что его действия окажутся быстрее, чем сработает мозг. Когда он пришёл в себя, в ушах уже звучал тихий голос:

«Здравствуйте? Господин Вэньрен, что привело вас сюда?»

Услышав голос Линь Цзишэна, Вэньрен Лань оцепенел. Тихий голос был подобен прохладной родниковой воде, смывающей все его волнение и успокаивающей.

Он открыл рот, всё ещё не в силах обратиться к собеседнику как к А-Фэну. «Господин Лу, у вас есть время позже? Я хотел бы встретиться, или, вернее, мне нужен психолог».

На самом деле, и он, и Лин не любили психологов. Хотя те настаивали на том, что у них есть решения, они всегда смотрели на них странными глазами, что было поистине отвратительно. Однако он подумал, что они могли бы принять этого человека.

«Встретиться для беседы не невозможно, но психолог не нужен, господин Вэньрен. Я думаю, психическое состояние господина Вэньрена совершенно здорово». Линь Цзишэн сидел на балконе, взял чашку кофе со стола, сделал глоток и с удовольствием закрыл глаза. Насыщенный аромат кофе в сочетании с интенсивным запахом шоколада был действительно восхитителен.

[Ведущий, вы нагло врёте? Где психическое состояние главного героя?] «У них уже раздвоение личности, насколько здоровым может быть их психическое состояние?»

«Если не учитывать раздвоение личности, состояние Вэньрен Ланя отличное. Даже Вэньрен Лин кажется очень стабильным, так что сказать, что проблем нет, — не ложь». Ответ Линь Цзишэна оставил 001 в полном замешательстве, и она могла только вздохнуть и присесть в углу.

«Тогда я подожду господина Лу сегодня». После того, как они договорились о месте встречи, настроение Вэньрен Ланя заметно улучшилось. Понимая, что время приближается, он вышел. Войдя в гостиную, он увидел двух влюбленных, шепчущих нежные слова. Вэньрен Лань усмехнулся, ничего не сказал и приготовился уйти.

«Стоп!» Увидев, как Вэньрен Лань пытается уйти, не говоря ни слова, лицо Вэнь Хао снова помрачнело. «Разве ты не видел, что твои родители здесь? Вэньрен Лань, где твое воспитание?»

Глядя на этих двоих, ведущих себя как старшие, Вэньрен Лань почувствовал волну отвращения. «Родители? Вы не заслуживаете этого звания! Я вижу только убийцу моей матери и бесстыдную женщину, которая бросается на меня».

Сказав это, Вэньрен Лань захлопнул дверь и ушел. Что бы ни случилось с этими двумя, какая ему разница?

Придя в назначенную кофейню, Вэньрен Лань обнаружил, что Линь Цзишэн уже приехал.

«Извините, я договорился с вами о встрече, но опоздал. Мне очень жаль». Глядя на тихо сидящего Линь Цзишэна, Вэньрен Лань почувствовал себя виноватым. Ему следовало догадаться, что тот придёт раньше.

«Всё в порядке, я тоже только что приехал». Увидев, что Вэньрен Лань заказал кофе, Линь Цзишэн улыбнулся и спросил: «Господин Вэньрен, вам что-нибудь от меня нужно?»

Услышав голос Линь Цзишэна, Вэньрен Лань подсознательно поднял глаза и увидел человека перед собой. На нём был белый повседневный пиджак поверх светло-серой рубашки и светло-голубые рваные джинсы. Он выглядел свежим и приветливым.

«Господин Лу, вам не нужны очки, правда? Зачем вы их носите?» Хотя линзы были немного размыты, он всё же мог разглядеть, что у Линь Цзишэна красивые глаза.

«Ничего страшного, я просто привык», — Линь Цзишэн не стал объяснять, почему он носит очки. «Господин Вэньрен ещё не сказал, зачем пришёл ко мне?»

Услышав слова Линь Цзишэна, Вэньрен Лань немного занервничал. «Я… то, что я только что сказал, правда. Думаю, мне нужен психолог, потому что у меня раздвоение личности. Хотя… хотя это и не влияет на мою обычную жизнь, я не хочу, чтобы это стало поводом для того человека напасть на меня».

Сказав это, Вэньрен Лань опустил голову. Хотя он и решил рассказать свою историю человеку перед собой, он всё ещё боялся увидеть отвращение в глазах собеседника.

«Так ты… не Вэньрен Лань?» Линь Цзишэн нахмурился и задал этот вопрос собеседнику. Хотя в его глазах не было отвращения, изначально тёплая и уютная атмосфера стала гораздо более напряжённой.

«Я… я Вэньрен Лань», — сказал Вэньрен Лань, затем, кажется, что-то вспомнил и поспешно продолжил: «На самом деле, мы уже встречались. Ты одолжил мне зонт несколько дней назад, когда шёл дождь».

Именно этот зонт помог Вэньрен Ланю найти свой путь в будущем. Этот так называемый отец был хуже даже незнакомца; Какое право имел такой человек быть его отцом, и какое право он имел продолжать желать всего, что было у семьи Вэнь?

«Значит, это был ты в тот день», — холодность Линь Цзишэна слегка смягчилась после слов Вэньжэнь Ланя. Он поправил очки и медленно произнес: «Твое здоровье очень важно. Не истязай себя из-за некоторых вещей».

Услышав совет Линь Цзишэна, Вэньжэнь Лань был поражен, и на его лице появилась приятная улыбка. Он действительно был добрым человеком.

«Что касается лечения, — нахмурившись, протянул Линь Цзишэн визитку Вэньжэнь Ланю. — В свободное время я не обсуждаю дела, поэтому, если вам нужна психологическая помощь, приходите в мою частную клинику в понедельник».

«Хорошо, я обязательно приду». Хотя у него была встреча в понедельник, она была не очень важной, по крайней мере, не такой важной, как время, проведенное с этим человеком.

Они допили послеобеденный чай и разошлись по домам. Что касается того, что случилось с Вэньжэнь Ланем после его возвращения домой, лучше об этом не упоминать; по крайней мере, пострадал не он.

Рано утром в понедельник Линь Цзишэн поехал в свою частную клинику и первым делом увидел Бай Цин.

Линь Цзишэн: ...Хех, этот мир действительно настойчив.

Изначально Линь Цзишэн думал, что после этих двух инцидентов главная героиня больше не появится перед ним, но неожиданно мир снова изменил сюжет, и Бай Цин в итоге стала администратором в его клинике.

«Господин Лу, вы… вы тоже пришли к врачу?» Бай Цин с удивлением посмотрела на доброго Линь Цзишэна. В её воображении человек, столь добрый, как Линь Цзишэн, не мог страдать никакими психическими расстройствами.

Линь Цзишэн ничего не ответил, лишь улыбнулся и направился прямо в кабинет в конце коридора. Выйдя оттуда, он переоделся в белый халат и выглядел как настоящий врач. Даже будучи недалёкой, Бай Цин теперь поняла, кто такой Линь Цзишэн. Она слышала, что владельцем этой частной клиники был врач по фамилии Лу, но никак не ожидала, что это окажется господин Лу.

Увидев смущённое выражение лица Бай Цин, Линь Цзишэн просто велел ей хорошенько потрудиться, прежде чем войти в кабинет и дождаться пациента.

Клиника Лу Фэна находилась в очень уединённом месте. Кроме знакомых, сюда почти никто не приходил. Более того, Лу Фэн принимал только одного пациента в день. Если не было предварительной записи, даже если кто-то приходил, Лу Фэн его не принимал.

После прибытия в этот мир Линь Цзишэн посчитал решение Лу Фэна превосходным и продолжил его, благодаря чему теперь чувствовал себя вполне свободно.

Бай Цин наблюдала, как Линь Цзишэн вошел в комнату, в ее глазах мелькнуло разочарование. Молодой, выдающийся и богатый — хотя тот факт, что он был психологом, вызывал у нее беспокойство — он действительно был отличным кандидатом. Жаль только… Однако, поскольку она теперь работала здесь, все еще существовала возможность воспользоваться ее близостью.

Пока Бай Цин была погружена в свои мысли, к ней подошел кто-то. Прежде чем она успела разглядеть, кто это, она произнесла: «Здравствуйте, господин. У вас назначена встреча?»

«Встреча? Не знаю. Господин Лу попросил меня прийти сегодня». Услышав слова Бай Цин, Вэньжэнь Лань нахмурился. Он не знал здешних правил; действительно ли нужно было назначать встречу?

«Тогда…» Бай Цин подняла глаза, собираясь сказать, что сожалеет о том, что ей приходится уходить, но тут поняла, что перед ней стоит тот самый молодой человек, которого она встречала уже дважды. «Здравствуйте, почему вы здесь?»

«Мистер Лу попросил меня прийти сегодня. Не могли бы вы спросить его?» Хотя вчера она встречалась не с ним, а с Лин, у Вэньрен Лань все равно сложилось о ней плохое впечатление.

«Пожалуйста, подождите минутку, я пойду спрошу».

В этот момент дверь в комнату внезапно открылась, и Линь Цзишэн стоял в дверном проеме, глядя на них двоих. «С этого момента впускайте его, когда он приходит». Чтобы выполнить задание, ему, естественно, нужно было больше общаться с главным героем. Он не хотел однажды вдруг узнать, что Вэньрен Лин расчленил Бай Цин.

«Но доктор Лу…» Эта фраза заставила Бай Цин засомневаться. «Если с кем-то

обращаются по-особенному, другие пациенты почувствуют несправедливость». «Это не соревнование. Какая здесь справедливость? Если вы действительно считаете это несправедливым, можете не приходить. Я никого не заставляю». Лу Фэн открыл эту клинику только из собственных интересов, и Линь Цзишэну нужна была лишь эта должность, чтобы не выходить за рамки своего характера.

«Да, я понимаю». Начальник уже так сказал, какое право имеет такая рядовая сотрудница, как она, что-либо говорить?

Линь Цзишэн взглянул на Вэньрен Лань, затем повернул голову в сторону комнаты, жестом приглашая другого человека следовать за ним, и вошел в комнату.

«Господин Лу, не могли бы вы рассказать мне о процессе лечения? Я надеюсь немного разобраться в нем, чтобы мне было легче сотрудничать». Вэньрен Лань закрыла дверь и села на диван напротив Линь Цзишэна, расслабившись.

«Честно говоря, я не собирался тебя лечить. Хотя у тебя сейчас две личности, судя по моим наблюдениям, обе очень стабильны и не склонны к насилию», — сказал Линь Цзишэн, улыбаясь ему. «На самом деле, ты сам не хочешь лечить эту маленькую проблему, не так ли?»

Линь Цзишэн чувствовал, что чувства Вэньрен Ланя к этой другой личности очень сильны, словно к братьям. Хотя когда-то они были одним человеком, теперь они стали независимыми личностями, то есть двумя людьми. Так называемое слияние в одно целое для Вэньрен Ланя и Вэньрен Лина было равносильно убийству самого близкого человека.

«Верно. Для нас мы — семья». Вэньрен Лань был крайне потрясен. Никто из тех, кто знал о его двойной личности, не знал, что он совсем не хотел, чтобы другая личность исчезла, кроме человека перед ним.

«Тогда чем я могу тебе помочь?» Линь Цзишэн сидел непринужденно, его манера поведения была мягкой, а самообладание – очень расслабленным, словно он общался с другом, а не с пациентом, возможно, психически неуравновешенным.

Вэньрен Лань чувствовал себя комфортно в присутствии Линь Цзишэна, потому что в его глазах он был нормальным человеком, а не психически неуравновешенным пациентом, тем более не сумасшедшим.

«Моя просьба может показаться немного чрезмерной, но я надеюсь, вы сможете ее рассмотреть», – Вэньрен Лань сделал паузу, а затем искренне сказал: «Я надеюсь, вы сможете помочь мне сообщить другим, что мои симптомы уменьшились. Хотя у меня все еще бывают приступы, я больше не так часто меняю личности».

«Это не проблема», – кивнул Линь Цзишэн. Он чувствовал, что, хотя Вэньрен Лин и был немного опасен, он все же изо всех сил старался подражать человеку перед собой на публике, поэтому он должен был гарантировать, что никто не узнает правду. «Вы можете обращаться ко мне в любое время, если у вас возникнут какие-либо проблемы; вам не нужно записываться на прием, как другим».

«Хорошо, спасибо». Вэньрен Лань был очень рад получить этот ответ. В его и Лина сердцах этот человек был особенным. Теперь, когда этот человек вел себя таким образом, могли ли они тоже надеяться, что в его сердце есть что-то особенное?

С тех пор Вэньрен Лань каждый день появлялся в клинике Линь Цзишэна. Сначала те, кто приходил на лечение, чувствовали себя очень неловко, но, к счастью, он никогда не заходил в процедурный кабинет, поэтому никто особо не беспокоился. Что касается более позднего времени… все привыкли к этому, и иногда перед лечением они даже дразнили доктора Лу, спрашивая, не является ли молодой человек снаружи его поклонником, что всегда немного раздражало Линь Цзишэна.

В это время Линь Цзишэн также заметил, что внимание Вэньрен Ланя к нему было немного чрезмерным. Нет, не только Вэньрен Ланя, но и Вэньрен Линя. Однако, поскольку ни один из них не проявлял особого интереса, он не мог много говорить и мог только каждый день сопровождать «двоих» на ужин.

Да, именно их двоих. Вэньрен Лин и Вэньрен Лань, похоже, договорились, что если Вэньрен Лань ужинает с ним в один день, то Вэньрен Лин обязательно будет ужинать с ним на следующий. Эта череда появлений одновременно забавляла и раздражала Линь Цзишэна.

«Где бы вы хотели поужинать сегодня вечером?» Как только Линь Цзишэн открыл пассажирскую дверь и сел в машину, он услышал голос другого человека и мгновенно понял, кто это.

Это, несомненно, был Вэньрен Лин. Как и говорил 001, с тех пор как он привёз Вэньрен Лина домой, он, похоже, действительно приручил его. Этот дикий зверь на улице становился невероятно послушным в его присутствии. Он предположил, что если бы у Вэньрен Лина был хвост, он бы энергично вилял им каждый раз, когда видел его.

Глава 3.3

«Всё равно, меня всё устраивает». Поскольку главный герой этого мира был на несколько лет моложе своего первоначального владельца, Лу Фэна, в глазах Линь Цзишэна Вэньжэнь Лань и Вэньжэнь Лин были ему как младшие братья. Нежная привязанность, которую он когда-то испытывал к сестре, теперь распространялась и на них, делая его еще более нежным по отношению к «ним двоим».

«Хорошо, Фэн, давай сначала выпьем послеобеденный чай, потом посмотрим фильм и, наконец, поужинаем, ладно?» Услышав ответ Линь Цзишэна, Вэньжэнь Лин обрадовался еще больше. Уйти пораньше сегодня было определенно правильным решением.

Услышав его слова, Линь Цзишэн улыбнулся, взъерошил волосы и пристегнул ремень безопасности.

Почувствовав крепкую братскую связь между собой и Линь Цзишэном, Вэньжэнь Лин выразил свое недовольство. Он не мог точно определить причину, но ему было неловко, когда Линь Цзишэн смотрел на него как на младшего брата.

«Ты же занят работой?» Линь Цзишэн был озадачен, глядя на неловкое выражение лица Вэньжэнь Лина. Что с ним не так?

«Совсем не занят. Лань всем занимается. Мне нужно решать только простые дела». Хотя Вэньжэнь Лань и Вэньжэнь Лин были одним и тем же человеком, их характеры различались, и их сильные стороны были разными.

Вэньжэнь Лин решал дела просто и решительно, без колебаний устраняя проблемы, как только у него появлялся план; Вэньжэнь Лань, напротив, обладал более сложным и расчетливым умом, строил козни против других, а затем ожидал от них щедрой благодарности. Поэтому Вэньжэнь Лань занимался большинством официальных дел, чтобы максимизировать выгоду.

Услышав этот ответ, Линь Цзишэн был одновременно удивлен и раздражен, но он понял причину. Характер Вэньжэнь Лина действительно не подходил для решения слишком сложных вопросов. Теперь, зная этих двоих некоторое время, Линь Цзишэн лучше их понимал.

Вэньрен Лань была спокойной, а Вэньрен Лин обладала взрывными навыками боевых искусств; они идеально дополняли друг друга. Линь Цзишэн также понимал причину их контраста в характерах.

Хотя Линь Цзишэн не знал подробностей дел семьи Вэньрен, события прошлого были настолько значительными, и поскольку первоначальный владелец этого тела еще не покинул страну, он наверняка слышал кое-что, даже не расспрашивая специально.

После смерти старого мастера Вэньреня отец Вэньрен Лань и Вэньрен Лин бросил мать Вэньрен Лань, даже доведя ее до смерти, пытаясь завладеть имуществом семьи Вэньрен. Однако, прежде чем кто-либо успел что-либо предпринять, он в итоге остался ни с чем. Вэньрен Лань осталась жива, потому что ее отец, Вэнь Хао, больше не мог иметь детей.

Конечно, кроме него, вероятно, очень немногие ныне живущие люди в мире знают всю подноготную этого дела.

Причина потери Вэнь Хао фертильности была полностью создана человеком. Старик уже раскусил амбиции Вэнь Хао и знал, что как только тот захватит власть в семье Вэньжэнь, его дочь и внук окажутся обречены!

Именно поэтому старик Вэньжэнь придумал этот безжалостный план, чтобы лишить Вэнь Хао потомства. Пока у Вэнь Хао не будет потомков, по крайней мере, его внук сможет жить хорошо. Линь Цзишэн знал это, потому что старик Вэньжэнь попросил помощи у дяди Лу Фэна.

Вскоре Вэньжэнь Лин привёл Линь Цзишэна в кофейню. Увидев кофейню, Линь Цзишэн улыбнулся. Этот человек был действительно внимательным; он понимал его увлечения.

«Я знаю, что здесь особенно вкусные пирожные. Может, попробуем сегодня?» В голосе Линь Цзишэна звучала гордость, казалось, он был очень доволен тем, что другой человек знает его предпочтения.

«Хорошо». Увидев хвастливое поведение другого человека, Линь Цзишэн улыбнулся.

Они были очень похожи; Вэньрен Лин и его сестра часто были похожи друг на друга, поэтому он неосознанно осыпал её лаской.

Они вошли в кофейню один за другим. Окружающие смотрели на них странно. Большинство посетителей этой кофейни были парами; конечно, появление однополых пар тоже не было редкостью, но атмосфера между ними заставляла окружающих невольно думать о чём-то неладном.

Неудивительно, ведь взгляд Вэньрен Лина, устремлённый на Линь Цзышэна, был настолько пристальным, что буквально обжигал его.

Заказав Линь Цзишэну кофе и десерт, Вэньрен Лин сидел, несколько ошеломленный, и смотрел на него. Поскольку они уже были довольно знакомы, Линь Цзишэн время от времени снимал свои очки без диоптрий, которые так раздражали Вэньрен Лина.

Каждый раз, когда Вэньрен Лин видел эти слегка приподнятые, как у феникса, глаза, он не мог отвести взгляд, пока тот не нахмурился.

«Ах, Фэн, какие у тебя красивые глаза». Увидев нахмуренное лицо Линь Цзишэна, Вэньрен Лин мысленно вздохнул с оттенком сожаления. Если бы только А Фэн позволил ему полюбоваться ими почаще.

«Тогда я буду снимать очки с этого момента?» Линь Цзишэн улыбнулся, отпив глоток свежеприготовленного кофе, и с удовольствием прищурился. Это кафе действительно было хорошим; казалось, он мог заходить сюда за кофе всякий раз, когда у него было свободное время.

Услышав слова Линь Цзишэна, глаза Вэньжэнь Лина расширились, и после долгой паузы он заикнулся: «Может быть, и нет. Афэн, ты лучше выглядишь в очках. Люди думают, что… ты очень надёжный человек, это точно». Сказав

это, он мысленно одобрительно кивнул. Он не хотел делиться этим своим маленьким преимуществом ни с кем другим. До того, как Афэн снял очки, его окружало множество поклонников. Если он снимет очки, то…

Подумав об этом, Вэньжэнь Лин мысленно отбросил эту мысль. Он ни в коем случае не мог допустить, чтобы это стало реальностью.

«Сэр… пожалуйста, отпустите меня! Я уважаемый человек, я не хочу быть чьей-то любовницей!» Раздался довольно пронзительный голос, заставивший Вэньжэнь Лина нахмуриться. Он выбрал это место из-за его знаменитой приятной атмосферы, так что же происходит?!

Линь Цзишэн поднял бровь, услышав голос. Возможно, Вэньрен Лин не узнал голос, но он узнал его мгновенно. Это была Бай Цин, администратор в его частной клинике.

«А Фэн?» Увидев странную улыбку, внезапно появившуюся на лице Линь Цзишэна, Вэньрен Лин

насторожился. Кем бы ни была эта женщина, она наверняка привлекла внимание А Фэна! «Подождите, мне нужно кое-что сделать. Я сейчас вернусь». Игра в героя и спасение девушки в беде должны улучшить его имидж, верно?

Подумав об этом, Линь Цзишэн встал и направился к Бай Цин. Вэньрен Лин мог только стиснуть зубы и наблюдать за происходящим, прежде чем неохотно последовать за ним. Ему нужно было быть осторожным ради А Фэна; что, если он запутается с этой бесстыжей женщиной?

Тем временем за другим столиком неподалеку люди совершенно не подозревали о происходящем. Фарс продолжался.

«Сэр, пожалуйста, проявите уважение. Это кофейня. Пожалуйста, не ведите себя неподобающе», — праведно сказала Бай Цин. Она выбрала эту работу, потому что здесь была безопасная обстановка; большинство людей были порядочными и не стали бы делать ничего слишком непристойного. Она никак не ожидала сегодня встретить такого странного человека.

«Перестаньте притворяться невинной. Скажите, сколько денег вы хотите, если согласитесь быть со мной?» Голос мужчины был презрительным, отчего лицо Бай Цин покраснело, а глаза наполнились унижением. Что он имел в виду? Неужели он считал её какой-то неблаговидной женщиной?

Бай Цин любила деньги и не возражала бы продать свой брак за них, но только если бы это означало брак. Она никогда не согласилась бы быть любовницей по чьему-то приказу!

«Сэр, пожалуйста, проявите уважение!» — Бай Цин пыталась вырваться, но не могла разжать большую руку, сжимавшую её запястье.

«Тц, какая показуха!» С этими словами мужчина потянулся к лицу Бай Цин.

Громкая пощёчина напугала всех присутствующих. Хотя такие странные клиенты были редкостью в этом магазине, они всё же встречались. Обычно люди просто сдерживали свой гнев, но эта была просто невероятна!

«Сука, как ты смеешь меня бить?!» Почувствовав жгучую боль на лице, мужчина исказил выражение ужаса. Никто никогда раньше не осмеливался его ударить; эта женщина действительно сошла с ума!

Он поднял правую руку и сильно ударил Бай Цин по лицу. Те, кто находился рядом, даже едва слышали свист ветра в воздухе; очевидно, сила удара была значительной. Если бы удар пришёлся по лицу, Бай Цин была бы практически изуродована.

«Бить женщин — плохая привычка. Это общественное место; лучше вести себя прилично». Как раз когда рука другого мужчины собиралась коснуться лица Бай Цин, большая рука схватила его за запястье. Хотя голос был очень мягким, сила его руки была совсем не маленькой.

«Ты, кто ты? Отпусти!» Почувствовав боль в запястье, мужчина издал свинской вопль. Люди, которые так бестактно бьют женщин, обычно трусы. С небольшим усилием он успешно отпустил руку Бай Цин.

Увидев, что другой мужчина отпустил её, Линь Цзишэн оттащил Бай Цин за собой, глядя на него с оттенком отвращения. «Кто я? Господин Вань, прошло несколько дней, а вы даже не помните, кто я? Мне действительно стыдно».

Слова «Я Лу» и «прошло несколько дней» вызвали у Вань Ци дрожь по спине. Он очень хорошо помнил этого господина Лу. Несколько дней назад он собирался обсудить деловую сделку с семьей Лу, но, увидев безупречную ауру господина Лу и не зная его личности, у него возникли скрытые мотивы, за что он дорого заплатил. Теперь же вид этого человека вызывает у него судороги в ногах.

«Нет, нет, господин Лу, как я мог вас не знать? Вы тоже пьете здесь кофе? Я угощаю, я угощаю!» — быстро предложил свою помощь Вань Ци. Если этот человек доставит ему еще больше хлопот, он мог бы просто покончить с собой, чтобы выбраться из этого затруднительного положения.

«Ах, Фэн пришел со мной, ему не нужно, чтобы вы его угощали!» — ледяным голосом произнес Вэньрен Лин, в его глазах читалась злоба, когда он смотрел на Вань Ци.

Он не любил, когда кто-либо приближался к Линь Цзишэну, кем бы он ни был.

Благодаря Линь Цзишэну, Вэньрен Лин иногда обедал в ресторане, который тот часто посещал, и со временем познакомился с владельцем, много узнав от него о Линь Цзишэне. Когда они узнали, что он один из немногих друзей Линь Цзишэна, Вэньрен Лань и Вэньрен Лин были вне себя от радости несколько дней.

Теперь же, если бы кто-то другой привлек внимание Линь Цзишэна, они бы очень забеспокоились.

Вань Ци обернулся, собираясь обрушить на него поток ругательств, но, увидев лицо Вэньрен Лина, сильно задрожал. Двое крупнейших магнатов города Б действительно появились в такой маленькой кофейне, став свидетелями похищения женщины — какие же грехи он совершил в прошлой жизни?!

«Раз уж у вас назначена встреча, я больше не буду вас беспокоить». С этими словами Вань Ци бросил на стол несколько стоюаневых купюр и быстро ушел. Продолжать сеять смуту в этот момент было все равно что напрашиваться на смерть.

«Доктор Лу, спасибо за сегодняшний день». Наблюдая за уходом мужчины, Бай Цин почувствовала, как у неё подкосилось всё тело. Она и представить себе не могла, что окажется в такой ситуации.

Если бы Линь Цзишэн не появился вовремя, она, вероятно, оказалась бы в серьёзной опасности.

«Не нужно быть таким вежливым. По крайней мере, вы всё ещё мой сотрудник. Я не мог просто стоять в стороне и ничего не делать, видя, что вы в беде». Слова Линь Цзишэна были совершенно разумны. Более того, в глазах окружающих он всегда был очень добрым человеком; помощь попавшему в беду для него была вполне естественной.

«В любом случае, доктор Лу, спасибо». После этих слов Бай Цин улыбнулась Линь Цзишэну, затем повернулась и ушла. На самом деле она хотела остаться и поговорить с ним, но взгляд Вэньжэнь Лина был подобен острому лезвию, направленному ей в спину, и она потеряла смелость остаться.

Наблюдая, как Бай Цин медленно уходит, оглядываясь через каждые несколько шагов, Линь Цзишэн улыбнулся. Похоже, побочное задание было не таким уж сложным.

Линь Цзишэн не мог заставить себя намеренно соблазнить её, чтобы она ему понравилась, а потом бросить, но если это было одностороннее влечение, то какое это имело к нему отношение? Линь Цзишэн понимал, что ведёт себя лицемерно, но был готов на всё, чтобы выжить и вернуться в свой мир.

«Афэн, тебе нравится этот человек?» — осторожно спросил Вэньрен Лин, вернувшись на свои места. Он не хотел, чтобы у Афэна был кто-то другой в сердце; его беспокоило, что Афэн может бросить его ради кого-то другого. Вэньрен

Лин чувствовал себя человеком, живущим во тьме, а Линь Цзишэн был единственным лучиком солнца в его мрачной жизни. Теперь кто-то может украсть его лучик солнца; как Вэньрен Лин мог не волноваться?

«Мне это не нравится, но было бы немного неразумно не помочь своим сотрудникам, если бы я увидел их на улице». Конечно, это отчасти было необходимо для выполнения его собственной задачи.

Они так непринужденно болтали, а после послеобеденного чая Линь Цзишэн и Вэньжэнь Лин отправились в кино.

По какой-то причине этот мужчина выбрал самый популярный романтический фильм, отчего Линь Цзишэн несколько раз зевнул.

«Афэн, фильм, который я выбрал сегодня, был слишком скучным? Прости». Голос Вэньжэнь Лина был полон извинений. Он просто хотел провести сегодня больше времени с Афэном, совершенно забыв, понравится ли Афэну фильм.

«Все в порядке, пойдем поужинаем».

Согласно первоначальному плану, Вэньжэнь Лин повел Линь Цзишэна в ресторан западной кухни, но, к своему удивлению, встретил того, кого отчаянно хотел увидеть — Вэнь Хао.

«Почему ты здесь?» Увидев Вэньжэнь Лина, Вэнь Хао в глазах появилось отвращение, словно он смотрел на врага, а не на своего сына.

«Ха, если ты можешь быть здесь, почему я не могу?» — равнодушно спросил Вэньжэнь Лин, в его голосе читалось отвращение. «Если больше ничего не останется, я сейчас же уйду».

Затем он попытался оттащить Линь Цзишэна. С таким надоедливым человеком рядом лучше было не ужинать здесь, чтобы избежать тошноты и невозможности проглотить еду.

Однако Вэньрен Лин хотел уйти, но другой мужчина не отпускал его так легко, особенно когда увидел рядом с собой кого-то еще — и этим кем-то еще был мужчина. У Вэнь Хао возникли мысли.

Много лет он не раз пытался подстроить отношения Вэньрен Ланя с женщиной. Если бы он мог контролировать Вэньрен Ланя, разве дела семьи Вэньрен не стали бы его и его жены? Но рядом с Вэньрен Ланем никогда не было женщины, что оставляло его в безвыходном положении. Теперь же рядом с Вэньрен Ланем появился мужчина, и у него возникло подозрение, что этот парень любит мужчин, а не женщин.

Фу, отвратительно! Психически больной — это одно, а быть геем — совсем другое! И такой человек — его сын? Одна мысль об этом вызывает у него тошноту!

Однако это была и хорошая возможность. Этот человек не выглядел богатым. Если бы он мог контролировать его, разве Вэньрен Лань не должен был бы послушно ему подчиняться?

«Это…» — Вэнь Хао изо всех сил пытался изобразить мягкую улыбку, надеясь, что это заставит людей расслабиться, верно?

«Я Лу Фэн, лечащий врач А-Лань». Вэньрен Лань уже рассказал своей семье, когда обращался к психологу, поэтому теперь, когда Линь Цзишэн назвал себя лечащим врачом Вэньрен Ланя, это должно было в какой-то степени ослабить бдительность Вэнь Хао.

И действительно, после слов Линь Цзишэна взгляд Вэнь Хао заметно расслабился. «Значит, это доктор Лу. Здоровье Сяо Лань в последнее время значительно улучшилось, спасибо».

Хотя Вэнь Хао хотел объявить всему миру о психическом заболевании Вэньрен Ланя, он ничего не мог сделать ради своей комфортной жизни, что вызывало у него крайнее разочарование!

Рано или поздно он уничтожит Вэньжэнь Ланя!

«Господин Вэнь, вы слишком добры. Мы сейчас пойдем ужинать, извините нас». Почувствовав напряжение в теле Вэньжэнь Ланя, Линь Цзишэн похлопал его по тыльной стороне ладони, чтобы успокоить свои эмоции, и затем они вдвоем покинули западный ресторан.

Вэньхао смотрел, как они уходят, его глаза были полны глубоких размышлений.

«Дорогая, что такого интересного в этом мужчине? Пошли». Красивая молодая женщина, стоявшая в стороне, заметила взгляд Вэнь Хао, устремленный на Линь Цзишэна, и почувствовала укол тревоги. Хотя Вэнь Хао любил ее все эти годы, кто знает, может быть, у него появились какие-то новые планы? Ей нужно было быть осторожной!

«Конечно, он очень интересен. Не думаешь ли ты, что этот человек оказывает огромное влияние на Вэньжэнь Лань? Пока мы будем контролировать его, нам не придется беспокоиться о том, что Вэньжэнь Лань нам ослушается. Если мы сможем завладеть и имуществом семьи Вэньжэнь, полученным от Вэньжэнь Лань, то мы сможем убить их обоих, и все будет нашим!» План Вэнь Хао был гениален; он хотел не только завладеть всем, но и заставить всех женщин замолчать.

«Дорогая, ты права!» Услышав слова Вэнь Хао, красивая молодая женщина поняла логику, и ее глаза наполнились тоской.

Пока они оживленно обсуждали что-то, атмосфера между Линь Цзишэном и Вэньжэнь Лин была несколько напряженной. Возможно, из-за того, что она видела Вэнь Хао, Вэньжэнь Лин всю дорогу молчала, просто бесцельно ехала, плотно сжав губы.

«Пойдем ко мне. Так как сегодня неудобно есть вне дома, я приготовлю дома». Увидев умоляющий взгляд Вэньжэнь Лин, Линь Цзишэн вздохнул.

И действительно, после его слов, хотя выражение лица Вэньжэнь Лин оставалось бесстрастным, атмосфера вокруг него значительно разрядилась.

Приехав к дому Линь Цзишэна, он проводил Вэньжэнь Лин в гостевую комнату отдохнуть. Он небрежно приготовил несколько блюд и уже собирался разбудить его, когда увидел, как из комнаты вышла Вэньжэнь Лин, и все ее поведение резко изменилось.

В одно мгновение Линь Цзишэн понял, что это не Вэньжэнь Лин, а Вэньжэнь Лань. «А-Лань?»

Как и ожидал Линь Цзишэн, на этот неуверенный зов последовал кивок в ответ, ясно указывающий на то, что это действительно другой человек.

«Почему ты здесь? Где А-Лин?» Вэньрен Лань и Вэньрен Лин никогда не появлялись в один день, когда были с ним, поэтому присутствие Вэньрен Ланя здесь показалось Линь Цзишэну странным.

«Я видел отца сегодня, и А-Лин была немного потрясена, поэтому она вернулась отдохнуть». В голосе Вэньрен Ланя звучала нотка беспокойства. А-Лин всегда была такой; как же он мог не волноваться?

Увидев нерешительное выражение лица Вэньрен Ланя, Линь Цзишэн вздохнул и медленно произнес: «Ты хочешь мне что-нибудь рассказать?» И

действительно, после того, как он закончил говорить, Вэньрен Лань немного поколебался, а затем кивнул. «Ну, есть кое-что, что я всегда хотел тебе рассказать, но не мог найти подходящего времени. Хотя сегодня тоже не совсем подходящий день, я все равно хочу это сказать».

На самом деле, сначала Вэньрен Лань хотел, чтобы Линь Цзишэн был его лечащим врачом, отчасти чтобы скрыть свою ситуацию, а отчасти потому, что ему нужен был кто-то, кому можно было бы довериться. Но, узнав Линь Цзишэна поближе, он не знал, с чего начать разговор. А после сегодняшней встречи с Вэнь Хао он понял, что подходящего момента больше нет; ему нужно как можно скорее рассказать Линь Цзишэну свою историю.

«Хорошо, рассказывай. Я внимательно выслушаю». Хотя Линь Цзишэн уже многое знал, и Вэньрен Ланю, и Вэньрен Лину нужно было выговориться, и он не возражал против того, чтобы выслушать.

«История началась более двадцати лет назад, когда дедушка был ещё жив, отец ещё не развёлся с матерью, а мать была жива и здорова…»

Пока Вэньрен Лань рассказывал эту историю, Линь Цзишэну открылись любовь, ненависть и обиды семьи Вэнь, и ему невольно захотелось вздохнуть. Как мог в этом мире быть такой подонок!

Хотя положение его семьи тоже было неважным из-за внешних обстоятельств, до появления этого человека в их семье его родители были очень любящими, в отличие от Вэнь Хао, чей брак явно был фиктивным.

«Так... зачем ты мне все это рассказываешь?» Хотя он знал, что Вэньрен Ланю нужна поддержка, выражение его лица сейчас, казалось, подразумевало нечто совершенно иное.

«Отец видел тебя сегодня и видел твое влияние на Лин. Естественно, он не упустит такой хороший шанс. Он обязательно пообещает тебе какие-то выгоды, а затем попросит тебя что-нибудь для него сделать». Никто не знает характер этого человека лучше, чем Вэньрен Лань. Он не остановится ни перед чем, чтобы заполучить семью Вэньрен.

«Не волнуйся, я ему не помогу. Мы друзья, но я не имею к нему никакого отношения. К тому же, мне деньги действительно не нужны». Если бы обещания давал Вэньжэнь Лань, это могло бы показаться несколько привлекательным, но Вэнь Хао… ха, а сколько же у него богатства?

Услышав слова Линь Цзишэна, лицо Вэньжэнь Ланя озарилось радостной улыбкой. Затем он сказал: «Я не это имел в виду, Фэн. Я знаю, ты не причинишь нам вреда, но я хотел сказать не это. Надеюсь, ты согласишься на условия Вэнь Хао».

Вэнь Хао всё это время рисковал жизнью, но у него не было времени с ним разбираться. Теперь, когда Вэнь Хао нацелился на неприкасаемого, он не мог его терпеть. В противном случае, он был бы слишком жадным, и если бы Фэн действительно пострадал, он мог бы захотеть убить его!

«Какой у тебя план?» Раз Вэньжэнь Лань это сказал, у него, естественно, появился свой план. Если это будет весело, он, конечно, не будет против сотрудничества. Сейчас же его единственным удовольствием было наблюдать за происходящим.

«Послушай меня, мы сейчас это сделаем…» Увидев злорадную улыбку на лице Линь Цзишэна, Вэньрен Лань тоже улыбнулся, его улыбка была полна злобы…

И вот, Линь Цзишэн прожил спокойную неделю, как обычно, каждый день принимая пациента, а затем проводя дни с Вэньрен Ланем и Вэньрен Лин. Единственное отличие заключалось в том, что казалось, будто кто-то каждый день следит за ним, наблюдая за ним.

Неделю спустя у собеседника, похоже, наконец-то закончилось терпение, и он начал приближаться к Линь Цзишэну.

«Господин, пожалуйста, подождите. Наш начальник хочет вас видеть». Перед Линь Цзишэном появились двое мужчин в черном. Хотя их слова казались вежливыми, в их глазах читалось явное презрение, словно они смотрели на мусор.

«Убирайтесь с дороги! Я вас не знаю, и я не хочу видеть вашего начальника». Хотя он уже догадался, кто они, их поведение все равно сильно раздражало Линь Цзишэна. Раз уж они ему не понравились, добиться его сотрудничества будет сложно.

Услышав слова Линь Цзишэна, мужчины усмехнулись и попытались схватить его. В их глазах Линь Цзишэн был всего лишь слабым врачом, и поймать такого было бы проще простого.

Но своими действиями Линь Цзишэн преподал им наглядный урок: не стоит думать, что все врачи слабые; когда врачи становятся агрессивными, они могут быть ужасающими!

Двое мужчин, пытавшихся остановить Линь Цзишэна, были быстро повалены на землю и несколько раз избиты. Хотя они не получили серьезных травм, они не смогут драться как минимум месяц-два.

И действительно, когда на следующий день другая сторона снова пригласила его, их отношение стало заметно более уважительным, и не просто уважительным, а несколько испуганным. Казалось, что накануне эти двое мужчин что-то сказали незваным гостям. Но это было нормально; он не хотел снова драться.

«Доктора Лу очень трудно пригласить. Вчера я искренне пригласил господина Лу, но не ожидал, что он будет так неуважителен!» Хотя он и знал отношение своих подчиненных, в его глазах Линь Цзишэн был всего лишь врачом, рано или поздно мертвым, так зачем быть вежливым?

Услышав это, Линь Цзишэн вздрогнул. Этот человек что, сошел с ума? Просить о помощи с таким отношением? И все еще хочет получить от него помощь?

«Хех, значит, господин Вэнь такой искренний. В таком случае, нет смысла продолжать разговор». С этими словами Линь Цзишэн встал, чтобы уйти. Однако он не ушел сразу, а вместо этого посмотрел на Вэнь Хао с холодной улыбкой. «Вчера ваши двое вернулись невредимыми, но мне нужно было только двое, чтобы передать сообщение. Сегодня…»

Пока он говорил, взгляд Линь Цзишэна скользнул по Вэнь Хао, наконец, прямо остановившись на его шее, словно размышляя, какой силой нужно приложить, чтобы сломать ее.

Глядя на Линь Цзишэна таким образом, Вэнь Хао вздрогнул. Сначала он думал, что этот человек просто психолог, легко поддающийся давлению, но никак не ожидал от него такой безжалостности.

Подумав об этом, Вэнь Хао смягчился. Ему действительно нужна была помощь этого человека; с другими делами он мог разобраться позже. В любом случае, рано или поздно этот человек не избежит смерти!

Наконец, недовольство Вэнь Хао утихло. Он посмотрел на человека перед собой, глубоко вздохнул и медленно произнес: «Вчерашний инцидент — моя вина. Я сурово накажу этих двух телохранителей. Сегодня мне нужно обсудить кое-что важное с доктором Лу».

Видя, что отношение собеседника смягчилось, Линь Цзишэн перестал создавать проблемы и сел напротив него, ожидая, пока тот объяснит цель своего сегодняшнего визита.

«Доктор Лу должен знать о состоянии Сяо Лань, верно?» Поскольку Линь Цзишэн сказал, что в тот день он был лечащим врачом Вэнь Жэньлань, он, естественно, должен был знать о её болезни.

«Да, я знаю, но прошу прощения за прямолинейность, состояние А-Лана очень стабильное. Вторая личность не появится, если его не стимулировать», — улыбнулся Линь Цзишэн Вэнь Хао. «Господин Вэнь, не волнуйтесь, А-Лан в хорошем состоянии и почти полностью выздоровеет после курса лечения. Пожалуйста, не обращайтесь с ним как с психически больным».

Услышав слова Линь Цзишэна, Вэнь Хао чуть не закричал. Что он имел в виду под «почти полностью выздоровевшим»? Он не хотел, чтобы Вэньрен Лань выздоровел; он хотел, чтобы Вэньрен Лань отдал ему всё и умер!

«Господин Вэнь, есть… что-то, что вас не устраивает?» Видя всё более мрачное выражение лица Вэнь Хао, Линь Цзишэн чуть не рассмеялся. «Вам кажется, что время немного затянулось? Но такие вещи нельзя торопить. Если слишком спешить, это может не только вызвать рецидив, но и даже ухудшить состояние».

И действительно, как и предполагал Линь Цзишэн, глаза Вэнь Хао загорелись, когда он упомянул об ухудшении состояния.

«Это…» — Вэнь Хао немного помедлил, а затем, словно приняв решение, медленно произнес: «Доктор Лу, спасибо за вашу помощь. Хотя это может быть рискованно для Сяо Лань, я все же надеюсь, что вы сможете быстро вылечить ее. Весь бизнес семьи Вэнь находится в его руках. Если другие узнают о его психических проблемах, это определенно повлияет на этот бизнес. Поэтому, пожалуйста, вылечите ее как можно скорее. Я верю в способность Сяо Лань справиться с этим, и, конечно же, я также верю в ваши медицинские навыки».

Сказав это, Вэнь Хао больше не стал обсуждать Вэнь Жэнь Лань с Линь Цзишэном, но его слова были полны намеков, словно он говорил Линь Цзишэну, что если тот сможет вызвать у Вэнь Жэнь Лань проблемы, даже не заметив этого, он щедро его вознаградит.

Они долго и «счастливо» болтали, пока солнце не начало садиться, завершив эту тайную встречу. Линь Цзишэн ушел, получив от собеседника «огромную» сумму за медицинские услуги.

Когда Вэнь Хао увидел удаляющуюся фигуру Линь Цзишэна, его прежде заинтересованный взгляд сменился презрением.

«Дорогая, зачем ты дала этому человеку столько денег?» Красивая молодая женщина почувствовала боль в сердце, вспомнив чек на 200 000 юаней, который Вэнь Хао вложил в конверт с Линь Цзишэном. «За эти деньги я могла бы купить столько всего хорошего, зачем ты отдала их этому человеку?»

«Нужно играть в долгую игру. Если бы ты получила весь семейный бизнес Вэнь, тебя бы все еще волновали 200 000 юаней? Этот человек незаменим!» Хотя Вэнь Хао тоже почувствовал боль, он понимал, что деньги нужно отдать. Если бы он не отдал их Линь Цзишэну, дело, вероятно, не состоялось бы. Поэтому, несмотря на боль, он должен был потратить эти деньги.

Конечно, они не знали, что эта огромная сумма денег в их глазах ничем не отличалась от подаяния нищему в глазах Линь Цзишэна.

«Алан, твой дорогой отец такой скупой. Я думал, он готов дать гораздо больше, но всего 200 000 юаней? Он что, подаёт нищему?» — презрительно усмехнулся он, положил чек обратно в конверт и бросил его Вэньжэнь Ланю. «Неудивительно, что ты хранил его все эти годы. Ты это заслужил».

Конечно, Линь Цзишэн имел полное право пренебрежительно относиться к чеку на 200 000 юаней. Хотя в частной клинике Линь Цзишэна, казалось, было мало пациентов, на самом деле почти все, кто к нему обращался, были богатыми бизнесменами, людьми высокого положения. Они приходили сюда, чтобы поделиться своими переживаниями и снять стресс, опасаясь проблем с психическим здоровьем. Деньги, которые они давали Линь Цзишэну, были, безусловно, немаленькими; плата за консультации, которую он получал с каждого пациента каждый день, была намного больше этих 200 000 юаней.

«Я изначально думал, что после более чем 20 лет жизни в высшем обществе отец немного изменится, но сейчас он всё тот же. Не очень умный и скупой». Сказав это, Вэньжэнь Лань злорадно улыбнулась. Вэнь Хао просто напрашивался на смерть; она надеялась, что однажды он не пожалеет о том, что сделал сегодня!

Глава 3.4

Линь Цзишэн улыбнулся, но ничего не сказал. Он, как правило, не проявлял милосердия к тем, кто плел против него интриги. Конечно, чтобы сохранить моральное превосходство, Линь Цзишэн никогда не осмеливался действовать первым. Что касается будущего, хе-хе, тогда он сам станет жертвой.

«Фэн, мы не позволим этому человеку причинить тебе вред!» — торжественно пообещал Линь Цзишэну Вэньрен Лань. Хотя Линь Цзишэн сейчас был замешан в этом деле, они ни за что не позволят ему пострадать.

«Да, я знаю, я верю вам». Конечно, Линь Цзишэн тоже верил в себя. Методы этих людей вряд ли причинили бы ему какой-либо вред.

Сегодня настала очередь Вэньрен Ланя сопровождать Линь Цзишэна, и их занятия были довольно монотонными. После послеобеденного чая они отправились в университет Т, альма-матер Вэньрен Ланя.

«Зачем вы меня сюда привели?» Глядя на окружающую обстановку, Линь Цзишэн невольно вспомнил свою жизнь в развитом мире. Думая о беззаботной студенческой жизни сейчас, он действительно скучал по ней.

«Это наш с Лин университет», — Вэньрен Лань вышел из машины, вежливо подошел к другой стороне и открыл дверь Линь Цзишэну.

Многие проезжавшие мимо студенты замерли, увидев эту сцену, гадая, кто же выйдет. Многие узнали Вэньрен Ланя, зная, что он их старший, но он всегда приходил в университет один. Неужели он нашел любовь?

Многие девушки, рассматривавшие такую возможность, были очень расстроены, ведь многие считали Вэньрен Ланя своим образцом для подражания. У него никогда не было девушки в университете, и он оставался таким целомудренным после начала работы — какая женщина не была бы тронута таким хорошим мужчиной?

Поэтому они смотрели на человека, который вот-вот должен был выйти, завистливыми глазами, по-настоящему, по-настоящему завистливыми!

Но когда человек действительно вышел, многие были ошеломлены. Они ожидали увидеть потрясающе красивую женщину, а вместо этого перед ними стоял мужчина.

«Фэн, пошли. Нас, должно быть, уже ждет преподаватель», — сказал Вэньрен Лань с нежной улыбкой, вызвав зависть у окружающих. Хотя Вэньрен Лань был очень мягким человеком, он редко относился к кому-либо так особенно, даже если это был мужчина… ну, мужчин можно простить.

Иначе никак; внешность Лу Фэна была бесспорно привлекательной, а чистая и непорочная аура Линь Цзишэна делала его трудно невзлюбить.

«Вэнь… Старший Вэньрен, этот человек рядом с тобой тоже один из наших старшекурсников?» Многие были знакомы с Вэньрен Ланем, поэтому, увидев Линь Цзишэна, не могли не заинтересоваться.

«Нет, это он…»

«Да, я тоже учился в этой школе, но на два года старше А-Лана». Услышав ответ Вэньрен Ланя, Линь Цзишэн нашел это несколько забавным. Этот человек был слишком осторожен с ним. Он мог бы легко узнать о нем все, если бы захотел, но даже сейчас он никогда не проверял ни единой детали.

«О? Правда? Значит, в нашей школе были такие выдающиеся старшекурсники. Какая жалость», — в голосе мальчика явно звучало сожаление. «Если бы я был на несколько лет старше, может быть, я бы подружился с вами обоими».

Услышав это, Вэньрен Лань всё ещё улыбался, но Линь Цзишэн почувствовал, что тот поднял все свои защитные барьеры, и в его глазах читалась явная враждебность, что Линь Цзишэн нашёл несколько забавным.

«Хорошо, Лань, разве ты не говорил, что отведёшь меня к своему учителю? Пойдём». Сказав это, он улыбнулся окружающим. «Сегодня мы с Ланем немного погуляем. Меня зовут Лу Фэн. Приятно со всеми вами познакомиться. Давайте ещё поговорим, если встретимся в будущем».

Сказав это, Линь Цзишэн быстро оттащил Вэньрен Ланя, понимая, что вот-вот потеряет самообладание, если они не уйдут.

По мере того, как они проводили больше времени вместе, Линь Цзишэн чувствовал их непоколебимую преданность ему. Не только Вэньрен Лин, но даже Вэньрен Лань становился всё более привязчивым, что его очень удивляло.

«Фэн, ты когда-нибудь захочешь других друзей?» Линь Цзишэн постоянно был с ним, поэтому он забыл, что Линь Цзишэну тоже могут понадобиться друзья. Но что он будет делать, если Линь Цзишэн действительно заведёт друзей?

«Почему ты спрашиваешь?» Линь Цзишэн потрепал Вэньрен Ланя по волосам. «Как у меня может не быть друзей? Их просто нет в стране. И даже если бы были, я бы тебя не бросил. Ты же младший брат, которого я подобрал».

Глядя на этих двоих, становившихся всё более очаровательными, Линь Цзишэн вдруг почувствовал, что мир не так уж плох; по крайней мере, у него есть кто-то, о ком он может по-настоящему заботиться.

Но я совсем не хочу быть твоим младшим братом.

Наблюдая за Линь Цзишэном, идущим впереди, Вэньрен Лань открыл рот, но так и не произнес ни слова. Он не понимал, когда его чувства к Линь Цзишэну изменились.

Сначала он видел в нем своего спасителя, единственный лучик солнца в своей жизни. Позже он видел в нем друга, с которым мог бы быть без всяких оговорок всю жизнь. Но теперь он обнаружил, что его чувства к нему снова изменились. Когда он видел его улыбку, он невольно сосредотачивал на нем внимание. Когда он видел, как тот разговаривает с другими, как он добр к другим, он чувствовал боль в сердце.

Он не понимал, почему это происходит, но, как ни странно, не хотел это прерывать.

«Почему ты еще не уходишь?» Линь Цзишэн обернулся и посмотрел на стоявшего там ошеломленного Вэньрен Ланя, мягко улыбнувшись. «Неужели ты шутил, когда говорил, что идешь к учителю?»

«Конечно же... нет». И вот снова это чувство, словно сердце вот-вот выскочит из груди. Каждый раз, когда он видел его таким, ему хотелось крепко обнять. Что с ним не так? Он болен?

Отбросив эти мысли, Вэньрен Лань ускорил шаг и пошёл впереди. Он давно не видел своего учителя. Ему было интересно, как поживает его учительница.

Учительница первой обнаружила его двойную личность, но она не испытывала к нему неприязни; наоборот, она помогала ему скрывать свою проблему. Кроме Линь Цзишэна, учительница была единственным человеком, кто не отверг его, узнав о его двойной личности.

Дойдя до кабинета в углу второго этажа, выражение лица Вэньрен Ланя стало гораздо серьёзнее. Он осторожно постучал в дверь. «Учитель, это я, Вэньрен Лань. Я пришёл к вам. Можно войти?»

После долгой паузы изнутри раздался несколько постаревший голос: «Маленький Лань, входи скорее».

Губы Линь Цзишэна слегка изогнулись в улыбке, услышав это обращение. Маленький Лань действительно не понимал, как А-Лань все эти годы справлялась с таким женственным обращением.

Вэньрен Лань явно понимал, о чем думает Линь Цзишэн, и потянул его в кабинет.

К их удивлению, в кабинете оказалось два человека. Один из них был пожилым мужчиной в белой рубашке и выцветших брюках. Несмотря на свой возраст, он выглядел очень опрятно. У него были седые волосы и борода, он казался добрым и мягким, с ним было очень легко найти общий язык. Другой человек был знаком Линь Цзишэну — их возлюбленной, Бай Цин.

«Сяо Лань, давно ты не видел этого старика. Я тебя раздражаю?» Как раз когда Вэньрен Лань собирался что-то сказать, взгляд старика упал на Линь Цзишэна. «Хорошо, ради того, чтобы привести Сяо Фэна, этот старик тебя простит».

Глядя на человека, стоящего рядом с Вэньрен Ланем, улыбающегося и неподвижного, старик немного расстроился. «Что случилось? Ты так не хочешь прийти ко мне, малыш?»

— «Дедушка, ты совершенно прав. Я не пришел к тебе сегодня. Меня сюда затащил А-Лань. Если бы я знал, что его учитель — это ты, я бы не пришел». Несмотря на эти слова, Линь Цзишэн все же подошел к старику с искренней улыбкой. И,

конечно же, старик пришел в ярость, услышав слова Линь Цзишэна. «Предатель, предатель! Как мог у меня быть такой предатель!» —

«Дедушка, ты можешь исключить меня из секты сейчас, но готов ли ты это сделать?» После Линь Цзишэна этот старик был лишь пустыми словами; на самом деле, его сердце было мягче, чем у кого бы то ни было.

Как и ожидал Линь Цзишэн, услышав его слова, старик выплюнул: «Фу! Изгнание тебя из секты – это для тебя облегчение! Этот старик будет твоим учителем на всю жизнь! Хм, какими бы великими ни были твои достижения, тебе все равно придется называть меня „учителем“!»

В голосе старика звучала гордость, казалось, он был доволен своим решением.

Этот диалог удивил двоих остальных. В глазах Бай Цин и Вэньжэнь Лань их учитель всегда был таким строгим и мягким; эта «энергичная» сторона была для них в новинку.

«Фэн, ты знаешь своего учителя?» Он никогда не предполагал, что Линь Цзишэн знает своего учителя, и не ожидал, что Бай Цин, человек, которому Фэн помог, окажется ученицей его учителя – ведь только его ученики приходят к своему учителю.

«Конечно, я его учитель, этот неблагодарный маленький сопляк просто не хочет этого признавать». Вспоминая то, что произошло тогда, старик почувствовал волну недовольства.

Глядя на своего учителя, Линь Цзишэн вдруг почувствовал смесь веселья и раздражения. «Учитель, я уже объяснил, что произошло тогда. Когда я перестал относиться к вам как к учителю? Неправильно так со мной поступать».

«У вас ещё хватает наглости так говорить? Тогда вы были лучшим студентом в области науки. Я рекомендовал вас своему старому другу, чтобы он стал вашим наставником, и вы могли бы вместе заниматься исследованиями в будущем. Но как вы со мной поступили? Вы уехали учиться за границу, не сказав ни слова», — сказал старик, вспоминая прошлое, его голос был полон гнева. «Вы не только уехали за границу, но и хотели изучать психологию. Думаете, это полезно?»

Линь Цзишэн не стал сразу отвечать. Вместо этого он взглянул на Вэньжэнь Ланя и медленно произнёс: «Раньше было трудно сказать, но теперь я думаю, что это довольно полезно».

Старик вздохнул, поняв скрытый смысл слов Линь Цзишэна. Действительно, состояние Сяо Ланя сейчас было очень стабильным. Что ещё важнее, Сяо Лань привёл к себе ещё одного человека. По крайней мере, этому человеку он доверял. За эти годы Сяо Лань никому, кроме него, не доверял. Так что слова этого мятежного ученика были верны.

«В этот раз ты прав», — сказал старик, затем перевёл взгляд на Вэньжэнь Ланя. «Скажи мне, что тебя сюда привело, парень? Не говори, что ничего. Ты не был здесь больше двух месяцев, а теперь вдруг пришёл ко мне. Я тебе не поверю, если ты скажешь, что ничего!»

Было ясно, что старик очень рассердился, потому что Вэньжэнь Лань так долго его не навещал, и он не успокоится, пока ученик его не успокоит.

«Я привёл друга к своему учителю. Я не ожидал, что Фэн окажется моим старшим». Пока он говорил, Вэньжэнь Лань смотрел на Линь Цзишэна мягким, сосредоточенным взглядом. Однако этот взгляд заставил старика невольно нахмуриться.

Он знал характер мальчика; смотреть на кого-то такими нежными глазами было ненормально, а эта заинтересованность в его взгляде не походила на взгляд друга.

Подумав об этом, старик хотел что-то сказать, но в итоге промолчал. Этот мальчик действительно много страдал за эти годы, был обижен собственными родственниками, доведен даже до раздвоения личности. Теперь, когда у него наконец-то появился кто-то, кто мог его принять, как он мог лишить его эмоциональной поддержки?

Глядя на Линь Цзишэна, старик увидел в глазах вину. Хотя все они были его учениками, ему всё же было больше жаль Вэньжэнь Лань. Сяо Фэн, казалось, тоже искренне любил Сяо Лань. Если бы он когда-нибудь узнал, что эти чувства не были просто детской влюбленностью, он, вероятно, не стал бы так бурно реагировать.

«Хорошо, на этот раз я тебя прощу. Пойдем, познакомься с моей новой ученицей, она…»

«Её зовут Бай Цин. Я её знаю, сэр. Она моя сотрудница. Как я мог её не знать?» Линь Цзишэн улыбнулся, но в душе был раздражен. Он видел Бай Цин каждый день в клинике, а теперь снова увидел её на улице.

«А? Вы знакомы?»

Бай Цин кивнула. «Учитель, доктор Лу — мой начальник. Он всегда хорошо обо мне заботился. В прошлый раз, когда кто-то доставил мне неприятности, именно доктор Лу помог мне их разрешить». Бай Цин испытывал сильную симпатию к Линь Цзишэну ещё со времён инцидента в кофейне.

«Хорошо, что ты их знаешь, Цинцин. Не будь вежлива с этими двумя мальчишками. Если тебе что-нибудь понадобится, обязательно попроси у них помощи!» Вспомнив, как эти два непокорных ученика так и не пришли к нему, он пришёл в ярость!

«Учитель, сколько вам лет в этом году? Почему вы ведёте себя как ребёнок?» Услышав это, Линь Цзишэн беспомощно покачал головой, присел перед стариком и уперся руками в колени. «Учитель, что бы ни случилось, мы всегда будем вашими учениками. Если вы захотите нас увидеть, достаточно одного телефонного звонка, и мы приедем».

«Да, стоит этому старику сказать хоть слово, как вы все появитесь. Даже если вы будете за границей, вы броситесь обратно. Но вы не знаете, чего хочет этот старик!»

Линь Цзишэн понял слова старика. Он преподавал десятилетиями, и у него было бесчисленное множество учеников, но за все эти годы он ни разу не пригласил ни одного ученика к себе и никогда не беспокоил их своими делами. В его глазах ученики были его детьми. Только родители решают проблемы своих детей; как родители могут постоянно беспокоить своих детей?

«Хорошо, учитель, вы почти закончили работу. Пусть Алан сегодня угостит нас ужином!» С этими словами Линь Цзишэн встал и помог старику подняться на ноги.

«Ты, маленький негодяй, почему ты не угощаешь? Ты заставляешь Алана платить, и ты такой самодовольный!» Старик потрепал Линь Цзишэна по волосам, в его голосе звучала беспомощность, но улыбка в его глазах не исчезала.

И вот группа отправилась в место, которое Вэньжэнь Лань изначально назначил для ужина. Хотя присутствие двух других людей немного расстроило Вэньжэнь Ланя, он хорошо это скрывал, сохраняя мягкую улыбку, так что никто не мог заметить его недовольства.

«Сяо Фэн, я никогда раньше ничего у тебя не просил, но сейчас мне нужно тебя кое о чём побеспокоить», — сказал старик, с извиняющимся видом взглянув на Линь Цзишэна, но всё же продолжив: «Теперь, когда вы с Сяо Ланем так близки, вы должны знать о его семейной ситуации. Я больше ничего не прошу, я просто надеюсь, что вы будете хорошо относиться к этому ребёнку. Ему… действительно пришлось нелегко!»

Услышав слова старика, Линь Цзишэн помолчал, а затем медленно кивнул. «Не волнуйтесь, учитель. В глубине души А-Лань для меня как младший брат. Я буду заботиться о нём всю оставшуюся жизнь».

Услышав обещание Линь Цзишэна, старик почувствовал некоторое облегчение. Что касается другой стороны, он задавался вопросом, сможет ли Сяо Фэн принять это, когда Сяо Лань поймет его чувства.

«Хорошо, можете идти обратно. Я сам пойду. Я даже не прошёл и нескольких шагов, а вы уже проводили меня домой. Ах да, и убедитесь, что Цинцин благополучно доберётся домой!» Старик почувствовал неприязнь этих двоих к Бай Цин. Хотя он знал, что девушка немного материалистична, в целом он был неплохим парнем, поэтому всё же надеялся, что они втроём хорошо поладят.

Старик ушёл домой, а Вэньрен Лань ушёл с Линь Цзишэном и Бай Цин.

Неизвестно им, после того как все ушли, из-за скрытой колонны появились двое.

«Что происходит? Вэньрен Лань не любит мужчин? Кто эта девушка рядом с ним?» Вэнь Хао заметил необычное поведение Вэньрен Ланя по отношению к Бай Цин, увидев, как они вчетвером наслаждаются ужином.

Хотя Вэньрен Лань кажется мягким и добродушным, на самом деле он довольно хладнокровен. Он редко сближается с кем-либо, даже со своим отцом, не говоря уже о тех, с кем не хочет иметь никаких отношений. А сейчас с ним ужинает женщина – и этот человек определенно больше, чем просто друг!

Может быть, эта девушка нравится Вэньрен Ланю?

Эта мысль наполнила Вэнь Хао негодованием. Видя, насколько они знакомы, очевидно, что они знают друг друга довольно давно. Девушка, должно быть, прекрасно знает о богатстве Вэньрен Ланя; подкупить её будет невероятно сложно!

«Дорогой, о чём ты думаешь?»

— «Я думаю о том, насколько вероятно, что женщина Вэньрен Ланя будет работать на нас», — инстинктивно ответил Вэнь Хао, затем вспомнил, что его возлюбленная рядом, и быстро спросил её мнение.

«Эта девушка, скорее всего, женщина Вэньрен Ланя. Пока она у нас под контролем, Вэньрен Лань не сможет устоять». Он годами безуспешно желал завладеть активами Вэньрен Ланя. Он никак не ожидал, что Вэньрен Лань окажется таким беспечным, выставив его любимую женщину на всеобщее обозрение. Словно даже небеса ему помогают!

«Дорогой, давай не будем сейчас это обсуждать. Спросим его, когда вернёмся домой сегодня вечером. А вдруг она не его женщина? Наш план окажется напрасным». Красивая молодая женщина посмотрела на Вэнь Хао с оттенком нетерпения. «Если это правда, мы сорвали джекпот. Хм, как бы хорошо ни строил козни старый господин Вэньрен, какой смысл иметь никчёмного внука?»

После того, как Вэньрен Лань отвёз Линь Цзишэна домой, он вернулся в свой дом и обнаружил там двух людей, которых совсем не хотел видеть.

Хотя он отличался от Вэньрен Лина и не обладал таким вспыльчивым характером, это не означало, что он мог терпеть появление этих двоих перед собой.

«Стоп! Где вы были сегодня? Почему вы так опоздали?» Глядя на Вэньрен Ланя, Вэнь Хао был полон расчётов. Ему было лень ходить вокруг да около, поэтому он прямо спросил, что его волнует: «Кто эта женщина, с которой ты сегодня ужинал? Она не похожа на даму из богатой семьи. Такая женщина не достойна вступать в семью Вэньжэнь!»

«Хех, достойна ты или нет — не тебе решать», — Вэньжэнь Лань посмотрел на них двоих сверху вниз. «Не забывай, женщина в твоих объятиях была тогда барменшей, и ты все равно женился на ней. Кто такая Цинцин, тебя не касается!»

Услышав слова Вэнь Хао, Вэньжэнь Лань сразу понял его цель, поэтому он не возражал против использования Бай Цин. Единственным человеком, о котором он заботился, был Линь Цзишэн. Что касается Бай Цин, какое отношение к нему имела ее жизнь или смерть? Нет, это было не совсем не связано. Если бы она действительно попала в беду из-за Вэнь Хао, он бы обязательно отомстил за нее.

«Неблагодарный сын! Она твоя мать!»

«Фамилия моей матери — Вэньжэнь. Правда?» В семье Вэньжэнь может быть только одна любовница. Какое право имеет женщина столь низкого положения быть его матерью?

«Неблагодарный сын! Неблагодарный сын!» Услышав слова Вэньжэнь Ланя, Вэнь Хао действительно хотел задушить его. Этот проклятый неблагодарный сын!

«Не появляйся передо мной, если это не абсолютно необходимо», — сказал Вэньжэнь Лань, взглянув на прекрасную молодую женщину в объятиях Вэнь Хао. «Даже не думай использовать богатство семьи Вэньжэнь, чтобы помочь семье твоей матери пережить этот кризис. Пока я жив, это невозможно! Конечно, если я умру, у тебя ничего не останется».

Безжалостный, Вэньжэнь Лань был по-настоящему безжалостен, перекрывая все пути к отступлению Вэнь Хао. Он хотел заставить Вэнь Хао поставить всё на кон, и тогда он смог бы полностью устранить этот нестабильный фактор!

«Хорошо, не волнуйся, мы больше не будем перед тобой появляться. Мы просто надеемся, что ты потом не пожалеешь!» Глядя на Вэньжэнь Ланя, Вэнь Хао тоже горел от гнева. Этот человек был его сыном, и он снова и снова ослушивался его. Если он не преподаст ему урок, который тот никогда не забудет, он забудет, кто отец и сын!

«Дорогой, мы просто будем это терпеть? Я не могу это вынести!» Она оставалась рядом с Вэньхао все эти годы не только потому, что любила его, но и, что еще важнее, потому что хотела помочь своей семье, разбогатеть и достичь высокого положения. И все же, после стольких лет брака, Вэньхао не предложил ей никакой реальной помощи.

«Не волнуйся, скоро все закончится. Мы уже поняли слабость Вэньжэнь Ланя. Ты боишься, что он не пойдет на компромисс?» Вспомнив реакцию Вэньжэнь Ланя, Вэньхао презрительно фыркнул. Он так легко узнал о таком важном деле — какой же он дурак!

«Да, дорогая, я тебе верю». Сказав это, красивая молодая женщина поцеловала Вэньхао в щеку, ее глаза были полны нежности.

«Не волнуйся, я завтра снова пойду к доктору Лу. Если мы все хорошо спланируем, то свергнуть Вэньжэнь Ланя не составит труда».

…

На следующий день, когда Линь Цзишэн получил звонок от Вэньхао, он все еще был несколько удивлен. Он не ожидал, что Вэньхао захочет действовать так быстро. Он что, сошел с ума?

Позвонив Вэньжэнь Лину, чтобы сказать ему, что у него есть дела, и попросив его прийти позже,

Линь Цзишэн пошел к Вэньхао. «Господин Вэнь, что привело вас сюда сегодня?» Глядя на Вэньхао, который сидел напротив него с покрасневшими глазами, Линь Цзишэн поднял бровь. Что с этим парнем не так? Почему он выглядит немного пугающе?

«Интересно, помнит ли доктор Лу, что мы обсуждали в прошлый раз? Надеюсь, вы мне сейчас поможете», — Вэнь Хао сделал паузу, прежде чем продолжить: «Конечно, доктор Лу, не беспокойтесь о деньгах. Главное, чтобы вы могли нам помочь…»

«Неужели господин Вэнь думает, что я дурак?» — Линь Цзишэн посмотрел на него с сарказмом. «С самого начала господин Вэнь давал мне столько пустых обещаний. Но подумайте, помимо первоначальных 200 000, что еще вы мне дали? Вам нужно, чтобы я рисковал и прилагал усилия, а вы ничего не даете взамен. Вы действительно освоили этот трюк — получать что-то даром!»

За это время Линь Цзишэн и Вэньжэнь Лань обсудили все и предоставили Вэнь Хао много информации, что сделало Вэнь Хао все более и более высокомерным. Естественно, он дал Линь Цзишэну множество обещаний.

Но теперь Вэнь Хао всё ещё хочет полагаться на эти пустые обещания, чтобы заставить его действовать. Неужели он считает себя дураком?

«Доктор Лу, вы не можете так говорить. Я уже согласился на ваши условия. Если вы мне поможете, то в будущем, естественно, получите свою долю состояния семьи Вэнь», — с большой надменностью произнёс Вэнь Хао. Он уже решил разобраться с Линь Цзишэном, поэтому, даже если бы ему предложили всё имущество семьи Вэнь, Вэнь Хао не колебался бы.

Однако Линь Цзишэн покачал головой, услышав это. «Господин Вэнь, для меня прибыль — это прибыль. У меня нет планов на семью Вэнь. Боюсь, я не доживу до того, чтобы получить такие деньги!» Сказав это, Линь Цзишэн приготовился уйти.

«Подождите, я дам вам миллион, если доктор Лу сделает мне одно. Вы согласны?» Когда он это сказал, сердце Вэнь Хао обливалось кровью, но это был единственный способ заставить Линь Цзишэна помочь. У него не было другого выбора, кроме как пойти на компромисс!

«Итак, скажи мне, в чём именно нужна моя помощь?» Согласно информации, предоставленной Вэнь Жэньланем, он подсчитал, что общее состояние Вэнь Хао составляет не более трёх миллионов, часть из которых — недвижимость. Так что одного миллиона было бы достаточно, чтобы разорить его.

«Помоги мне организовать встречу с человеком на фотографии», — Вэнь Хао подвинул фотографию перед Линь Цзишэном, указывая на человека на снимке. «Это любимая женщина Вэнь Жэнь Ланя. Пока мы контролируем её, Вэнь Жэнь Лань, естественно, будет колебаться. Я знаю, что доктор Лу тоже знает этого человека, поэтому он определённо сможет помочь мне организовать встречу с ней».

«Договорились». Сказав это, Линь Цзишэн протянул руку перед Вэнь Хао. «Думаю, господин Вэнь понимает принцип оплаты при доставке».

Смысл слов Линь Цзишэна был предельно ясен: он хотел, чтобы тот помог, хорошо, но платить нужно было.

Услышав слова Линь Цзишэна, лицо Вэнь Хао побледнело. В конце концов, он неохотно бросил Линь Цзишэну чек на миллион юаней и в ярости ушёл.

Через десять минут после его ухода на его месте появился высокий, красивый мужчина. Глядя на чек перед Линь Цзишэном, на его лице появилась злорадная улыбка. «Ах, Фэн, ты действительно выжал из Вэнь Хао все соки, не так ли?» Миллион — это не все активы Вэнь Хао, но это была самая большая сумма, которую он смог собрать. Ах, Фэн, был поистине безжалостен.

«Другого выхода нет. Он наконец-то узнал, кто твоя любимая женщина. Это его единственный шанс. Пока он контролирует твою любимую женщину, как ты можешь не сдаться?»

«Ха, он действительно думал, что Бай Цин — наша женщина. А Лань действительно умна. Она просто несколько раз ввела его в заблуждение, и Вэнь Хао поверил ей». Услышав слова Линь Цзишэна, Вэньрен Лин сразу понял, что происходит. Конечно, он также знал, что Вэньрен Лань сделала вчера. Теперь, вспоминая, Вэньрен Лань с самого начала не признавала личность другой стороны, но Вэнь Хао так легко ей поверил.

Из рассказа Вэньжэнь Лина Линь Цзишэн примерно понял действия Вэньжэнь Ланя и невольно зажег в своем сердце свечи, посвященные главной героине.

Похищение главной героини Вэнь Хао действительно произошло, но это случилось после помолвки Вэньжэнь Ланя и Бай Цин. Именно из-за этого инцидента Бай Цин поняла, что человек, который занимает особое место в ее сердце, — это Вэньжэнь Лань. Хотя ей нравился Вэньжэнь Лин, ей казалось, что она имеет дело со старшим братом, с которым можно играть.

В этой жизни, из-за появления Линь Цзишэна, их отношения были полностью затенены, но временная линия этого мира упорно устроила это похищение. Разве

временная линия не боится убить главную героиню? Быть главной героиней в наши дни действительно тяжело.

Обсудив планы на следующий день, они поужинали и разошлись по домам.

На следующий день Линь Цзишэн взял выходной и пригласил Бай Цин поужинать. Причина заключалась в том, что их учитель попросил их позаботиться о Бай Цин, и, видя, что её ежедневное питание слишком истощённое, он хотел улучшить её рацион.

«Старший, это действительно… нормально?» Глядя на блюда в меню, цены на которые уже исчислялись сотнями долларов, она тяжело сглотнула. Хотя еда выглядела аппетитно, у неё не хватило смелости сделать заказ.

«Всё в порядке, я могу себе это позволить. К тому же, я плачу не одна; я попрошу А-Лана оплатить его половину», — небрежно сказал Линь Цзишэн, но взгляд Бай Цин потускнел.

А-Лан, А-Лан, А-Лан… Лу Сюэчан говорил только об А-Лане. В его глазах неужели не было никого, кроме Вэньжэнь Ланя? Если бы они оба не были мужчинами, она бы даже заподозрила, что они любовники. Но даже несмотря на то, что они были одного пола, она чувствовала невероятную ревность. Они оба были учениками одного учителя, так почему же Лу Сюэчан был близок только к Вэньжэнь Ланю?

«Спасибо, старшие…» Хотя Линь Цзишэн сказал, что готов на всё, Бай Цин всё же заказала несколько недорогих блюд, которых хватило бы почти на половину месячных расходов на еду.

Этот ресторан был превосходен и по еде, и по обслуживанию. Блюда принесли вскоре после заказа, но после нескольких укусов Бай Цин почувствовала сонливость и зевнула. Она хотела что-то сказать Линь Цзишэну, но в следующий момент они оба потеряли сознание.

В этот момент с улицы вошли несколько человек. Увидев двух людей, лежащих на столе, они насмешливо улыбнулись и подняли их, как груз, бросив в машину.

С незаметного для остальных ракурса Линь Цзишэн, который был без сознания, вдруг ухмыльнулся…

*Плюх!* На них вылили ведро холодной воды, мгновенно разбудив двух потерявших сознание людей. Затем они поняли, что находятся на складе, их руки и ноги связаны.

«Старший Лу, где мы?» Бай Цин, только что проснувшаяся, всё ещё была в замешательстве и не понимала, что происходит.

«Похоже, нас похитили. Но не волнуйтесь, раз эти люди нас не убили, значит, у них есть какая-то цель. Они не станут нападать на нас так просто». Видя этих людей, как мог Линь Цзишэн не догадаться, что за всем этим стоит Вэнь Хао?

Как только Линь Цзишэн закончил говорить, за дверью раздались аплодисменты. «Очень хорошо, как и следовало ожидать от врача, вы так спокойны в такой ситуации. Жаль, что вы психиатр; если бы вы были хирургом, возможно, у вас был бы шанс спастись».

Как и предполагал Линь Цзишэн, вся эта история была частью плана Вэнь Хао. Его целью была не только Бай Цин, но и он сам, потому что знал о делах Вэнь Хао, и Вэнь Хао не успокоится, пока он его не устранит.

«Это действительно ты», — спокойно произнес Линь Цзишэн, в его голосе не было ни капли удивления, словно он совершенно спокойно видел здесь Вэнь Хао.

«Доктор Лу довольно хитер, зная, что это я. Но ты все еще недостаточно хитер; если бы ты был, я бы тебя не поймал». Он взглянул на стоявшую рядом Бай Цин. «Тц-тц, какая красивая девушка. Неудивительно, что Вэньрен Лань влюбился в тебя. Но это также корень твоих несчастий, так что не ненавидь меня. Вини себя за то, что влюбилась не в того человека!»

«Какое это имеет отношение ко мне?» Увидев окружающих, Бай Цин поняла, что даже истерика ее не спасет. Вместо этого она успокоилась. «Это не имеет никакого отношения к Вэньжэнь Лань. Отпусти меня».

Сказав это, Бай Цин взглянула на стоявшего рядом Линь Цзишэна, стиснула зубы и медленно произнесла: «Доктор Лу — тот, кого ценит Вэньжэнь Лань. Какой смысл меня захватывать?»

Бай Цин мучило чувство вины, но она должна была сказать это, чтобы выжить. Она не хотела умирать здесь!

Не подозревая об этом, после этих слов Линь Цзишэн вздохнул с облегчением, почувствовав полное расслабление. Бай Цин никогда раньше не причиняла ему вреда, и он действительно не мог заставить себя причинить ей боль без причины. Теперь её эгоизм позволил Линь Цзишэну наконец-то выполнить свою миссию без каких-либо угрызений совести.

Глава 3.5

Видя, что Линь Цзишэн не возражает ей, Бай Цин почувствовала ещё большую вину и внезапно огорчилась.

Вэнь Хао, увидев эту сцену, испытал презрение. Оценка характера, данная Вэньжэнь Ланем, была поистине ужасной. Как он мог влюбиться в такую робкую и трусливую женщину? На его месте он бы даже не стал рассматривать её кандидатуру; возможно, такая женщина в любой момент его предаст.

«Ты думаешь, можешь просто сказать „нет“? Думаешь, я глупый? Любой бы сейчас сказал „нет“. Давай подождем и посмотрим, что будет, когда приедет Вэньжэнь Лань». Сказав это, Вэнь Хао посмотрел на промокшего до нитки Линь Цзишэна и цокнул языком. «Доктор Лу, вы ужасно выглядите в таком растрепанном виде. Расскажите, как вы себя чувствуете».

«Чувства? Неплохо, я давно так себя не чувствовал». Нет, пожалуй, следует сказать, что это чувство унижения было для него первым. Ни он сам, ни его личности в разных мирах никогда не заставляли его чувствовать себя настолько неопрятным. Ощущение одежды, прилипшей к телу, сделало взгляд Линь Цзишэна ещё более глубоким.

Услышав это, Вэнь Хао расхохотался. Миллион, который Линь Цзишэн вымогал у него, долгое время причинял Вэнь Хао боль, и он отчаянно хотел, чтобы Линь Цзишэн вернул эти деньги!

«Скажи мне, где деньги? Скажи, и я пощажу твою жизнь». Это был целый миллион! Как он мог быть доволен, если Линь Цзишэн не вернет его!

«Какие деньги? Господин Вэнь, почему бы вам не уточнить?» Линь Цзишэн прислонился к стене, склонив голову, вода капала с его волос на пол, выглядя довольно жалко. «Откуда я должен понять, что вы имеете в виду, если вы не объясните ясно?»

«Вы!» Явное нежелание Линь Цзишэна сотрудничать взбесило Вэнь Хао. Он посмотрел на Бай Цин и вдруг злобно улыбнулся. «Ты действительно хочешь, чтобы я тебе сейчас сказал? Ты знаешь, что если я это сделаю, эта госпожа Бай рядом с тобой все узнает?»

Прочитанная им информация указывала на то, что Лу Фэн тоже испытывал к этой девушке значительную симпатию. Мужчина обычно ценит свой образ в глазах женщины, поэтому он обязательно расскажет ей об этом сейчас!

«Тогда расскажи мне, и посмотрим, какие ужасные вещи я натворил». Безразличное отношение Линь Цзишэна поставило Вэнь Хао в тупик. Конечно, он не мог рассказать ей об этом прямо сейчас. Вэньрен Лань могла появиться в любой момент. Если бы он рассказал ей о том, что сделал, прежде чем полностью подчинить её себе, Вэньрен Лань могла бы погибнуть вместе с ним.

Увидев обиженное выражение лица Вэнь Хао, Линь Цзишэн почувствовал прилив удовлетворения. Хех, Линь Цзишэн не верил, что Вэнь Хао осмелится рассказать о том, что он сделал, особенно учитывая, что Вэньрен Лань могла появиться в любой момент. Было бы чудом, если бы он осмелился это сказать!

Но то, что Вэнь Хао не осмелился, не означало, что другие не осмелятся. Красивая молодая женщина, стоявшая рядом с Вэнь Хао, больше не могла этого выносить. Этот миллион был для неё огромной суммой; как она могла добровольно отдать его постороннему!

«Дорогая, если ты не расскажешь, я расскажу!» — она свирепо посмотрела на Линь Цзишэна. Взгляд красивой молодой женщины упал на Бай Цин. «Госпожа Бай, вы хотите знать, что произошло? На самом деле, рассказать вам не повредит. Просто этот доктор Лу, стоящий рядом с вами, вчера взял миллион у моей дорогой, прежде чем согласиться заманить вас в тот ресторан. К сожалению, он не ожидал, что мы его арестуем». Услышав

это, Бай Цин не поверила своим глазам, а затем её взгляд украдкой упал на стоявшего рядом Линь Цзишэна.

«Что, вы ей верите?» Увидев недоверчивое выражение лица Бай Цин, Линь Цзишэн поднял бровь, его улыбка осталась неизменной. Эта улыбка, ничем не отличающаяся от обычной, заставила Бай Цин покачать головой.

Ещё до того, как она узнала о происхождении семьи Лу Сюэчана, она знала, что он очень богат. Достаточно было посмотреть, сколько людей ежедневно приходят в его частную клинику, чтобы выплеснуть свой стресс, и каждый платит больше миллиона или двух. Честно говоря, если бы на пол упал чек на миллион долларов, Лу Сюэчан, вероятно, даже не стал бы наклоняться, чтобы его поднять.

Поэтому она не поверила ни единому слову этих двоих.

«Вы ей не верите?» — увидев, как Бай Цин покачала головой, красивая молодая женщина чуть не лопнула от гнева. Что происходит? Этот мужчина обманом выманил у них миллион, а эта глупая женщина ему не верит?!

«Почему я должна ей верить? Это всего лишь миллион, вы думаете, это много?» — громко возразила Бай Цин, глядя на их лица. Она не верила, что Лу Сюэчан продаст её за миллион!

Это ещё больше разозлило их. Почему никто не верит им, когда они говорят правду, особенно за такой-то миллион? Разве миллион можно назвать ничем?

Увидев шокированные выражения их лиц, Линь Цзишэн наполнил глаза самодовольством. На самом деле, реакция Бай Цин была вполне ожидаема для Линь Цзишэна, поскольку она работала в его частной клинике и примерно представляла его финансовое положение. Как сказала Бай Цин, всего лишь миллион, сколько?

Увидев самодовольный взгляд Линь Цзишэна, Вэнь Хао чуть не убил его, но сегодня он не собирался никого убивать, по крайней мере, сейчас. Даже если бы он и стал убивать, он бы подождал прибытия Вэньжэнь Ланя; с самого начала его целью был именно он.

Вэнь Хао несколько раз хотел задушить Линь Цзишэна, но в конце концов сдержался. Он выбежал, приказав закрыть дверь склада, погрузив весь склад во тьму.

«Старший Лу, извините за то, что произошло…» После того, как все ушли, Бай Цин молча сидела, отказываясь говорить. Наконец, не выдержав душевной боли, она медленно открыла рот, переполненная раскаянием.

«Всё в порядке, я понимаю». Он понимал, что может сделать эгоист в такой ситуации. Конечно, понимание не означало, что он мог простить такое поведение.

Услышав слова Линь Цзишэна, Бай Цин почувствовала ещё большую вину. «Старший Лу, прости меня. Если, если такое повторится, я обязательно буду жить и умру вместе с тобой!» Хотя… хотя она не была уверена, пожалеет ли она об этом тогда, она определённо постарается изо всех сил.

Линь Цзишэн даже рассмеялся, услышав это. Жить и умереть вместе? Он не собирался быть убитым здесь.

«Старший Лу, на этот раз я говорю серьезно. Я не буду… я больше так не буду делать». Хотя старший Лу ничего не сказал, Бай Цин все же почувствовала исходящее от него разочарование, и ей не хотелось, чтобы он снова разочаровался в ней.

«Ты действительно глупая. Учитель сказал мне и А-Лань позаботиться о вас. Как я могла позволить вам ввязаться в неприятности со мной? К тому же, нам, возможно, ничего не угрожает. А-Лань придет нас спасти». Слова Линь Цзишэна были полны доверия к Вэньрен Лань, что еще больше смутило Бай Цин. Неужели

ее действия только что заставили старшего Лу еще больше ценить Вэньрен Лань?

Бай Цин хотела что-то сказать, но, открыв рот, не знала, что ответить. Она могла лишь позволить своим мыслям блуждать и надеяться, что слова старшего Лу правдивы и что Вэньрен Лань скоро придет их спасти.

Линь Цзишэн же, напротив, был полон уверенности, что Вэньрен Лань обязательно придет.

На самом деле, всё это было спланировано ими двумя. Вэнь Хао было довольно сложно оглушить его с помощью небольшого количества наркотика, подмешанного в еду. На самом деле, Линь Цзишэн был в сознании с самого начала. Он хотел увидеть, что пытается сделать другой человек.

«Старший Лу, вы боитесь?» Темнота легко внушает чувство беспомощности, и через несколько минут Бай Цин почувствовала прилив страха.

Весь склад был тускло освещен; хотя общие очертания были видны, они были не очень четкими. Лучше было вообще ничего не видеть; размытость только усиливала тревогу.

«Я в порядке». Во втором мире он три года провел в этой кромешной тьме и выжил. Это была настоящая тьма — ничего, ни света, ни звука.

Думая о своей жизни во втором мире, Линь Цзишэн невольно снова вспомнил Чжан Даолина. Он думал, что время и насыщенная жизнь позволят ему забыть всё, что произошло, что совершенно новая личность позволит ему отказаться от своего прежнего «я». Но теперь Линь Цзишэн понял, что переоценил себя.

[Внимание, внимание, эмоции ведущего слишком сильно колеблются. Пожалуйста, стабилизируйте свои эмоции.] Когда раздался голос 001, Линь Цзишэн понял, что снова потерял контроль. Он невольно горько улыбнулся про себя. Действительно, сто лет — это слишком долго; некоторые вещи давно въелись в кости и кровь, их нельзя просто так забыть.

[Ведущий, если вы действительно не можете этого вынести, запечатайте это чувство.] Хотя воспоминание останется, пока чувство запечатано, Линь Цзишэн больше не будет испытывать его. Вспоминать об этом будет всё равно что смотреть чужую историю.

«Давай поговорим об этом после того, как этот мир закончится». Линь Цзишэн колебался, не сразу соглашаясь. Хотя он и не хотел, чтобы его задевали слишком сильные чувства, были вещи, с которыми он не мог расстаться.

«Старший Лу, кто-нибудь идёт?» Как только всё затихло, снаружи внезапно поднялся шум. Бай Цин вдруг оживилась. Она знала, что шум снаружи означает, что кто-то идёт им на помощь; они вот-вот спасутся от опасности!

Внимательно выслушав, Линь Цзишэн ответил на вопрос Бай Цин: «Хм, это, должно быть, А-Лань. Не волнуйся, скоро всё закончится».

Сказав это, Линь Цзишэн снова закрыл глаза, чтобы отдохнуть. Он знал, какая судьба ждёт Вэнь Хао, если придёт Вэньжэнь Лань; он лишь надеялся, что Вэнь Хао не умрёт слишком серьёзной смертью.

К их удивлению, шум снаружи усилился и не собирался стихать. Эта необычная ситуация встревожила Линь Цзишэна. Прежде чем он успел отреагировать, дверь склада распахнулась, и солнечный свет хлынул внутрь, на мгновение ослепив его. Он услышал

отчаянный рев Вэнь Хао: «Вэньжэнь Лань, если ты не позволишь мне сделать по-своему, то и ты не позволишь! Твоя любимая женщина здесь, на складе. Я заставлю тебя пожалеть об этом!» Последовал выстрел.

Услышав выстрел, Линь Цзишэн выругался себе под нос, быстро освободился от связывающих его веревок и оттолкнул Бай Цин от пистолета.

Бай Цин ни в коем случае не должна была умереть сейчас. Если бы она умерла, миссия Линь Цзишэна была бы серьезно сорвана, и этот мир был бы полностью уничтожен!

При этой мысли резкая боль пронзила его плечо, за которой последовал душераздирающий рев и ужасающий крик…

Когда Линь Цзишэн очнулся, он обнаружил себя в больнице. Учитывая произошедшее, он быстро понял, что в него выстрелили. Он осторожно пошевелил левым плечом, и резкая боль пронзила его, заставив ахнуть.

На этот раз боль была сильнее, чем раньше. В прошлый раз он пытался покончить жизнь самоубийством, пуля пробила ему висок, и он ничего не помнил после этого. Но теперь он сознательно «наслаждался» болью от огнестрельного ранения.

«Старший Лу, вы… вы наконец-то проснулись!» Как раз когда Линь Цзишэн проверял, не повреждена ли его рука, раздался радостный всхлип, после чего маленькая, хрупкая фигурка бросилась на его кровать и безудержно рыдала.

Глядя на опухшие глаза другой женщины, было ясно, что она плакала много раз. Если он не ошибался, это должна быть Бай Цин, та самая, которая без колебаний предала его перед Вэнь Хао. Почему она вела себя так, будто потеряла мать?

Заметив на себе взгляд Линь Цзишэна, Бай Цин заплакала ещё горькее. Все унижения, которые она недавно пережила от рук Вэньжэнь Ланя, и тревога, что Линь Цзишэн никогда не очнётся, вылились из её слёз.

«Кто тебя впустил? Убирайся!» Как раз когда Линь Цзишэн собирался утешить Бай Цин, раздался холодный голос, от которого у Бай Цин по спине пробежал холодок. Она взглянула на Линь Цзишэна, но отказалась уходить.

«Я сказала, убирайся, Бай Цин, ты меня не слышишь? Или ты хочешь, чтобы я тебя выгнал?» Голос Вэньжэнь Ланя был лишён обычной мягкости; теперь он был мрачным, раздражительным и легко выходящим из себя.

«Ах, Лань, не кричи на неё», — глядя на жалкое лицо Бай Цин, Вэньжэнь Лань, казалось, издевался над ней, как ни смотрел. Затем его взгляд упал на Бай Цин. «Тебе следует уйти первой. Ты давно не отдыхала как следует. Возвращайся и хорошо выспись. Со мной все в порядке».

Услышав слова Линь Цзишэна, Бай Цин неохотно ушла. Она хотела остаться в больнице, чтобы позаботиться о Линь Цзишэне, но каждый раз, когда появлялся Вэньрен Лань, он выгонял ее. Если она не уходила, он даже выгонял ее. Какой варвар!

«Со мной все в порядке, не хмурься, как будто я вот-вот умру».

«Не говори глупостей, ты не умрешь!» Словно поняв, что его тон слишком груб, Вэньрен Лань глубоко вздохнул и медленно произнес: «Фэн, прости меня, это моя ошибка, из-за которой это случилось с тобой, но…»

Вспоминая тот день, Вэньрен Лань почувствовал, что вот-вот потеряет контроль над собой, и быстро вздохнул: «Но зачем ты спас ту женщину? Она не так важна, как ты!»

На самом деле, у Вэньрен Ланя было достаточно времени, чтобы остановить Вэнь Хао в тот день, но, увидев направленный на Бай Цин пистолет, он не обратил на неё внимания. Она была всего лишь никому не нужной персоной; почему его это должно волновать?

Он никак не ожидал, что Линь Цзишэн примет пулю за Бай Цин. Хотя он получил лишь ранение в плечо и не был в смертельной опасности, вид Линь Цзишэна, лежащего в луже крови, вызвал у него непреодолимое желание уничтожить мир.

«Ах, Лань, ты забыл, что говорил твой учитель? Независимо от нашего отношения, мы должны хотя бы обеспечить её безопасность, чтобы потом всё объяснить учителю».

Эти слова заставили Вэньрен Ланя замолчать. Он знал, что Линь Цзишэн прав; на этот раз он действительно хотел, чтобы Бай Цин исчезла.

Даже будучи ученицей учителя, он ненавидел любого, кто приближался к Фэну, особенно видя блеск в её глазах, когда она смотрела на Фэна. Это ещё больше разозлило Вэньрен Ланя и ещё больше укрепило его решимость заставить её исчезнуть!

«Ах, Лань, почему ты мне не отвечаешь?» Он знал, что Вэньрен Лань уже решил убить Бай Цин, хотя и не знал причины. Ради своей миссии он ни в коем случае не мог допустить, чтобы Бай Цин погибла от рук Вэньрен Ланя, ни напрямую, ни косвенно. Он не хотел, чтобы вся его работа закончилась неудачей!

«Понимаю, я больше так не поступлю». Услышав слова Линь Цзишэна, Вэньрен Лань сразу понял, что его действия были раскрыты. Поэтому теперь ему нужно было не пытаться это скрыть, а прямо признать свою ошибку. Он давно заметил, что Фэн особенно мягкосердечен к нему, и если он признает свою ошибку, то точно не будет его винить.

И действительно, после этих слов выражение лица Линь Цзишэна смягчилось, что успокоило Вэньрен Ланя. Главное, чтобы Фэн не злился на него.

«Как ты разрешил дело с Вэнь Хао? Ты же не простил его, правда?» Линь Цзишэн с трудом поднялся, но боль в левом плече заставила его напрячься, и затем кровавое пятно растеклось по его сине-белой больничной рубашке.

Увидев это, лицо Вэньжэнь Ланя стало крайне мрачным. Он быстро вышел и через мгновение вернулся с лекарством для ран и рулоном бинтов в руке.

«Ты собираешься меня перевязать? Почему бы не медсестре?» Он сначала подумал, что Вэньжэнь Лань вышел позвать медсестру, но не ожидал, что тот сделает это сам. Линь Цзишэн действительно не доверял навыкам Вэньжэнь Ланя.

«Хм», — кивнул Вэньжэнь Лань, снял рубашку и развязал окровавленную повязку. «В молодости я всегда сам перевязывал свои раны. Не волнуйся, мои навыки ничуть не хуже, чем у этих медсестер».

Эти слова тронули сердце Линь Цзишэна, и он перестал сопротивляться и позволил Вэньжэнь Ланю перевязать его рану. Теплое дыхание на его груди заставило его непроизвольно пошевелить плечом, и бинт, который был намотан всего дважды, снова начал кровоточить ярко-красной кровью.

«Фэн, не двигайся, снова кровоточит». Увидев, что рана Линь Цзишэна снова кровоточит, Вэньжэнь Лань почувствовала себя убитой горем. Быстро перевязав рану, она приподняла кровать и подложила подушку под Линь Цзишэна, чтобы ему было удобнее.

«Все в порядке, не волнуйся так сильно, это всего лишь небольшая травма». Изначально он погиб в автокатастрофе, его тело было раздроблено, поэтому нынешние травмы для Линь Цзишэна были пустяком.

[Ведущий, пожалуйста, перестаньте думать об этой автокатастрофе. Это было слишком трагично.] Линь Цзишэн погиб сразу после автокатастрофы и, естественно, не знал об ужасной картине. Однако 001 был свидетелем всего этого, и ужасная картина… он действительно не хотел ее вспоминать.

«Это всего лишь незначительная травма. Знаешь, ты был без сознания целых полмесяца. Мы все думали, что ты не проснёшься». В то время Линь Цзишэн лежал в луже крови, не реагируя ни на что, как бы его ни звали. В тот момент он действительно хотел убить Бай Цин и Вэнь Хао, чтобы поплатиться за свою жизнь!

Полмесяца?

Это его удивило. Изначально он думал, что будет без сознания всего день или два; полмесяца — это действительно слишком долго.

[Ведущий, оригинальный Лу Фэн уже должен был умереть. Согласно фактической временной линии, Лу Фэн должен был погибнуть во время похищения, спасая Бай Цин. Другими словами, ты теперь несуществующий персонаж в истории, или, скорее, тот, кого не должно существовать.] 001 объяснил текущую ситуацию Линь Цзишэна, добавив в конце: [Поэтому тебе следует быть осторожным в будущем, так как твоё существование может привести к отторжению временной линией.] «К отторжению мировой линии?» «

Это значит, что ты можешь умереть в любой момент. Любая незначительная травма может отправить тебя за пределы этого мира, потому что ты больше не человек в этом мире». 001 подробно объяснил ситуацию Линь Цзишэна, заставив его понять свое нынешнее затруднительное положение.

«Я понимаю. В будущем я буду осторожнее». Линь Цзишэн сказал это не только 001, но и Вэньжэнь Ланю; как же он мог не чувствовать его беспокойства?

«Хорошо, что ты понимаешь», — наконец почувствовала облегчение Вэньжэнь Лань, услышав обещание Линь Цзишэна. Линь Цзишэн всегда был человеком слова; теперь, когда он пообещал быть осторожным, он, конечно же, не станет совершать ничего безрассудного. Затем он затронул ситуацию с Вэнь Хао: «Теперь Вэнь Хао выгнали из дома. Он может рассчитывать только на свою любимую жену, которая должна вернуться, но есть ли у него еще такой шанс?»

Вэнь Хао не знал о семейной ситуации этой женщины, но Вэньжэнь Лань знала всё. Тогда она знала, что Вэнь Хао уже женился на другой, но всё равно оставалась его любовницей более десяти лет. Чем в конечном итоге движут люди? Вэнь Хао не знал, но он не мог не знать.

Эта женщина была внебрачной дочерью семьи У, факт, известный очень немногим, и, к сожалению, она была одной из них. Причина, по которой она перестала следить за Вэнь Хао, заключалась в том, что она знала: он женится на матери Вэньжэнь Лань и станет зятем, живущим в доме семьи Вэнь. Если бы она могла контролировать Вэнь Хао, то всё в семье Вэнь оказалось бы в её руках.

Её расчёты оказались верны, но, к сожалению, как говорится, человек предполагает, а Бог располагает. Старик Вэньжэнь никогда не доверял Вэнь Хао. Хотя он и дал ему значительную сумму денег, он никогда не позволял ему участвовать в делах семьи Вэньжэнь. Даже после своей смерти он завещал всё имущество семьи Вэньжэнь своему внуку. До достижения внуком совершеннолетия этими делами управляли доверенные лица старого мастера Вэньжэня, а не его опекуны.

Поэтому все усилия Вэньхао на протяжении многих лет были тщетны. Он перепробовал все способы, чтобы ничего не добиться, и в конце концов Вэньжэнь Лань выгнал его из дома за его проступок.

«Ты действительно выгнал его? Это повредит твоей репутации». Что бы ни случилось, Вэньхао всё ещё был отцом Вэньжэнь Ланя. Теперь, когда Вэньжэнь Лань выгнала Вэньхао из дома, она уже потеряла моральное превосходство.

«Не волнуйся», — сказал Линь Цзишэн. Как Вэньжэнь Лань могла не подумать о том, что подумал Линь Цзишэн? «Как я могу терпеть репутацию неблагодарной по отношению к такому подонку? Я отчётливо видела его угрожающее лицо в тот день. Теперь, я уверена, все в городе Б знают, что он похитил «любимую женщину» своего сына, чтобы завладеть его имуществом, и даже угрожал ей расправой».

Действия Вэньжэнь Ланя перекрыли Вэньхао все пути к отступлению. Пока Вэньжэнь Лань не сдастся, Вэньхао будет жить только сплетнями за спиной до конца своих дней. Более того, из-за сегодняшних событий любовь предыдущего поколения семьи Вэнь снова была явно раскрыта, и тогда Вэньхао будет окончательно уничтожен!

Как и предполагал Линь Цзишэн, Вэнь Хао попал в беду. Узнав о его поступке, все его бывшие приспешники отвернулись от него, боясь вмешиваться.

«Черт возьми! Я должен был догадаться! Как мог Вэньрен Лань появиться один, без всякой подготовки? Нас всех обманули!» Теперь Вэнь Хао желал, чтобы Вэньрен Лань был прямо перед ним, чтобы он мог задушить его и покончить с этим раз и навсегда!

Он был отцом Вэньрен Ланя; как он мог совершить такой неблагодарный поступок? «Он выгнал меня из дома! Неужели он боится, что люди скажут, что он неблагодарный?!»

В этот момент Вэнь Хао, кажется, что-то вспомнил и разволновался. «Точно, как я мог это забыть? Теперь выгнать меня из дома — это неблагодарность. Если он не хочет, чтобы о нем сплетничали, он обязательно вернет меня через несколько дней. Тогда мне просто нужно… Хм! Дурак, Вэньрен Лань рано или поздно станет моим!»

«Кто здесь дурак?!» Услышав бормотание Вэнь Хао, Мэй… Красивая молодая женщина действительно хотела разбудить его. Неужели он все еще спит? «Ты даже в интернет не заходишь? Весь город Б знает о твоих угрозах Вэньжэнь Лань. А теперь снова всплывает то, что произошло двадцать лет назад. В глазах горожан ты уже современный Чэнь Шимэй (печально известный персонаж китайского фольклора, бросивший жену). Кто еще будет считать Вэньжэнь Лань неблагодарной? Все рады, что ты получаешь по

заслугам!» Красивая молодая женщина действительно чувствовала, что вышла замуж не за того человека. Из всех мужчин, которых она могла выбрать, ей пришлось выбрать того, у кого были только амбиции, но не было способностей. Ее планы, длившиеся более двадцати лет, в конечном итоге провалились, оставив ее в ужасном положении.

«Ч…что!? Как это возможно!» Он был уверен, что вокруг склада нет камер видеонаблюдения, прежде чем сделать то, что он сделал. Как это могло превратиться в такое публичное зрелище?

«Не верите? Убедитесь сами. Весь город Б знает, что вы сделали в тот день!» Глядя на этого глупца, красивая молодая женщина действительно хотела немедленно развестись с ним и выйти замуж за человека из хорошей семьи. Хотя она была внебрачной дочерью семьи У, она пользовалась большой популярностью. Ее будут баловать и любить; даже если она выйдет замуж снова, никто не посмеет смотреть на нее свысока!

Но она знала, что сейчас так поступить нельзя. В прошлый раз, когда она вернулась домой, чтобы обсудить развод с Вэньхао, семья У потеряла несколько крупных заказов уже на следующий день. После короткого расследования семья У обнаружила, что это дело рук Вэньжэнь Ланя. Он не пытался это скрыть; он прямо сказал семье У, что хочет, чтобы она и Вэньхао умерли вместе. Если она посмеет развестись с ним, семья У будет похоронена вместе с ней.

Вэньжэнь Лань делал это не из-за беспокойства за Вэньхао; он хотел, чтобы она заплатила за это. Потому что Вэньхао была не единственной, кто замышлял против него заговор; она тоже. Это была месть Вэньжэнь Ланя!

Она просто не могла понять, почему Вэньжэнь Лань так взволнован. Его любимая женщина была в безопасности, не так ли? Даже когда они очень хотели убить Бай Цин, доктор Лу в конце концов остановил их.

Как раз когда красивая молодая женщина была совершенно озадачена, внезапно зазвонил ее телефон. Взглянув на номер, она нахмурилась. Это был её старший брат. После этого инцидента брат вообще с ней не связывался. Что это за внезапный контакт?

Хотя она не знала, что произошло, она не могла игнорировать звонок, потому что старший брат был её единственной надеждой. Если бы даже семья У полностью отвернулась от неё, у неё не осталось бы никакой надежды в этой жизни.

«Привет, старший брат, это я…»

Прежде чем красивая молодая женщина успела закончить говорить, с другого конца раздался гневный рёв: «У Иран, объяснись! Что именно произошло на этот раз! Почему семья Лу нацелилась на семью У после семьи Вэнь? Сколько людей ты оскорбил?!»

Хотя семья У была старой и влиятельной семьёй, в последние годы она не породила ни одного выдающегося таланта и давно пришла в упадок. Иначе они бы не согласились на то, чтобы У Иран соблазнила Вэнь Хао. Теперь же из-за неё семья У подвергается совместной атаке со стороны семей Вэнь и Лу. Есть ли у семьи У ещё выход?!

«Б-Большой брат, что ты говоришь? Какое это имеет отношение к семье Лу? Мы их совсем не обидели…»

У Иран замерла, лишь с опозданием осознав, что у раненого врача была фамилия Лу, и что Бай Цин сказала, что это всего лишь миллион долларов. Для этого врача миллион долларов был всего лишь «небольшой суммой», «небольшой суммой». Как такой человек мог быть обычным? Теперь она наконец поняла личность собеседника — Лу Фэн, старший сын семьи Лу.

Мятежный молодой господин, который отказался унаследовать семейный бизнес и уехал учиться за границу.

Телефон с глухим стуком упал на пол. Она поняла, что всё кончено, всё кончено. Не только она и Вэнь Хао, но и вся семья У была уничтожена. Семья Лу была известна своей чрезмерной защитой; они действительно ранили старшего сына семьи Лу — какая разница между этим и издевательством над тигром?

Голоса из лежащего на земле телефона были полностью проигнорированы У Иран. Она знала, что ее судьба необратима.

Только тогда она вспомнила слова Вэньжэнь Ланя, сказанные перед тем, как унести Лу Фэна: «За проступок всегда приходится платить». После месяца выздоровления раны Линь Цзишэна в основном зажили. Однако из-за беспокойства Вэньжэнь Ланя он все еще не мог встать с постели и ходить. Каждый день он мог только сидеть в постели, читать или сидеть в интернете. Жизнь была размеренной, но не слишком скучной. Каждый день к Линь Цзишэну приходили люди, чтобы составить ему компанию и развеять скуку. Линь Цзишэн был вполне доволен своей нынешней жизнью.

Однако , пока Линь Цзишэн был доволен, Вэньжэнь Лань чувствовал себя крайне несчастным. Причина была проста: время Линь Цзишэна занимали другие, и времени, которое они могли провести с ним, было так мало. Как он мог быть доволен? Но все приходящие были родственниками Линь Цзишэна, поэтому он не имел права выгонять их. Он мог лишь с негодованием сидеть в углу, наблюдая, как младшие братья и сестры Линь Цзишэна избалованно к нему относятся, и фантазировать о том, как убить этих надоедливых людей. Даже если бы он не смог их убить, он бы собрал их и отправил на край света, чтобы у них больше никогда не было времени их беспокоить! Конечно, если бы в тот день появился Вэньрен Лань, все было бы хорошо. Хотя он и был недоволен, он все равно попытался бы это скрыть. Но если бы это был Вэньрен Лин, он всегда смотрел бы на Линь Цзишэна с негодованием и обвинением в глазах. «Старший брат, поезжай домой с нами. Дома медицинские условия лучше, и тебе будет легче выздороветь. У тебя огнестрельное ранение. Если ты не будешь хорошо за ним ухаживать, в будущем тебе будет тяжело». Младшая, Лу Ранран, смотрела на Линь Цзишэна с надеждой в глазах. Из всех братьев ей больше всего нравился этот старший. Хотя он часто отсутствовал дома, каждый год на день рождения он отправлял ей её любимый подарок. Год за годом он так делал. Это давало Лу Ранран понять, что, несмотря на то, что её старший брат был далеко за границей, он всё ещё искренне заботился о своих братьях и сёстрах. Кому бы не понравился такой хороший старший брат? «Верно, старший брат, ты так давно не был дома. Дядя и тётя ужасно по тебе скучают. Они звонят домой каждый день с тех пор, как узнали, что ты ранен, чтобы узнать, как ты себя чувствуешь. Если бы они не знали, что твоё состояние стабильное, они, наверное, бросили бы всё и помчались обратно». «Да, старший брат, здоровье дедушки сейчас неважное, иначе он бы уже приехал к тебе. Ты же не собираешься к нему?» «Да, старший брат, посмотри, как мы все ждём твоего возвращения. Ты можешь игнорировать мольбы своих братьев и сестёр? Поезжай домой с нами». Все многочисленные братья и сестры семьи Лу подхватили призыв вернуть Линь Цзишэна домой. Услышав это, лицо Вэньжэнь Лина стало еще мрачнее. Теперь ему действительно, действительно, действительно хотелось вышвырнуть всех этих мерзавцев! Хм, он был рядом с А-Фэном последние шесть месяцев. Какое право эти люди имели пытаться отнять у него самого важного человека в его жизни? Если бы он не боялся расстроить А-Фэна, он бы не отпустил ни одного из них. Взглянув на часы, Вэньжэнь Лин холодно фыркнул. «Говори, — подумал он, — говори как можно больше сейчас, потому что они скоро уйдут. Я не опущусь до их уровня!» Но… ему все еще очень хотелось их убить! Как раз когда Вэньрен Лин уже собирался потерять контроль над своим гневом и выгнать всех этих сорванцов, дверь открылась, и вошёл врач в белом халате. «Время посещений закончилось. Один человек остаётся с Линь Цзишэном. Все остальные, уходите!» Пока все обсуждали, кто останется, Вэньрен Лин, стоявший в углу, быстро подошёл к постели и с жалостью посмотрел на Линь Цзишэна. Братья и сёстры: …Они хотели убить этого парня! Глава 31 3.06 Нежный и терпимый Белый Лотос Но как бы ни были непреклонны братья и сёстры, в конце концов, именно Вэньрен Лин остался в больнице с Линь Цзишэном. Глядя на самодовольное выражение лица Вэньрен Лина, им действительно хотелось дать ему пощёчину, но это было решение их старшего брата, и даже если они не хотели, им оставалось только терпеть! «Старший брат, ты… ты правда не вернёшься с нами?» Увидев самодовольное выражение лица Вэньжэнь Лин, Лу Ранран отчаянно захотела забрать брата обратно! «Нет, в больнице тише, чем дома. Так будет лучше для моих травм, ведь дома слишком много людей». Иногда слишком много гармонии в семье — не всегда хорошо. Если бы он сейчас вернулся в семью Лу, он бы обнаружил, что семейная гармония тоже проблема; по крайней мере, первые два дня дома он не будет спокоен. Кроме того… глядя на жалкое выражение лица Вэньжэнь Лин, Линь Цзишэн просто не мог согласиться. Хотя его братья и сестры были очень привязаны друг к другу, и он знал, что у них очень хорошие отношения с Лу Фэном и они искренне считают его членом семьи, в сердце Линь Цзишэна эти люди не были так близки, как Вэньжэнь Лань и Вэньжэнь Лин.

Глава 3.6

Но как бы ни были непреклонны братья и сестры, в конце концов, именно Вэньрен Лин остался в больнице, чтобы сопровождать Линь Цзишэна. Глядя на самодовольный вид Вэньрен Лина, им очень хотелось дать ему пощёчину, но это было решение их старшего брата, поэтому, даже если они не хотели этого, им оставалось только терпеть!

«Старший брат, мы правда не будем тебя беспокоить, если вернёмся. Поезжай с нами, мы точно не будем мешать твоему выздоровлению, хорошо?» Братья Лу не сдавались, что бы они ни говорили. Их старший брат давно не был дома; он вернулся в страну более полугода назад, но заперся в своей частной клинике, отказываясь возвращаться домой.

Если бы травма Линь Цзишэна не вызвала такого переполоха и не была обнаружена семьёй Лу, их старший брат мог бы тихо спрятаться, оставаясь незамеченным для всех. Это было ужасно!

«Ранран, я хочу больше времени, чтобы быть свободным. Ты должна понимать, что значит моё возвращение домой». Правда об уходе Лу Фэна много лет назад была неизвестна посторонним. Многие думали, что он сбежал из дома, но на самом деле он договорился со своей семьёй, прежде чем ему разрешили учиться за границей. Он просил у деда шесть лет свободы, и теперь, когда время истекало, он ценил это еще больше и не хотел уходить домой раньше времени.

«Старший брат, я понимаю. Просто сосредоточься на выздоровлении». Услышав это от Линь Цзишэна, как они могли заставить своего старшего брата вернуться домой?

«Хорошо, иди домой и хорошо позаботься о деде. Скажи ему, что я обязательно вернусь, когда придет время». Линь Цзишэн улыбнулся. Теперь, когда у него было тело Линь Цзишэна, он должен был, естественно, смириться со своей жизнью.

После того, как группа ушла, поведение Вэньрен Лина заметно успокоилось. Еще недавно Линь Цзишэн был похож на маленького зверька, у которого шерсть встала дыбом, и он хотел наброситься и укусить любого, кто к нему приблизится. Но после того, как эти угрожающие люди ушли, он сразу же стал мягким и безобидным.

«Афэн, эти люди действительно твои братья? Они такие болтливые, совсем на тебя не похожи». Самое главное, они часто тратили здесь время впустую, что было ужасно раздражающим!

«Не все, некоторые из них — мои двоюродные братья».

Услышав ответ Линь Цзишэна, Вэньрен Лин слегка разозлился. Если все эти люди — его родственники, то кто он тогда?

«Что случилось? Ты выглядишь несчастным. Кто тебя опять разозлил?» Хотя в глубине души он знал ответ, видя его таким, Линь Цзишэн все равно не мог удержаться от поддразнивания.

«Ах, Фэн, если эти люди — твои братья, то кто я тебе?» Никогда раньше не видевший семью Линь Цзишэна, Вэньрен Лин чувствовал, что у него нет родственников. Но теперь, когда внезапно появилось столько братьев и сестер, Вэньрен Лин почувствовал, что его положение под угрозой!

Услышав слова Вэньрен Лина, Линь Цзишэну вдруг захотелось рассмеяться. Хотя он был ненамного моложе его, в глазах Линь Цзишэна Вэньрен Лин часто был похож на ребенка. Что же это за собственничество, кроме детской непосредственности?

«Ах, Фэн, я спрашиваю тебя совершенно серьёзно, не смейся!» Увидев улыбку в глазах Линь Цзишэна, Вэньрен Лин, хотя и не знал, о чём думает Линь Цзишэн, всё же догадался и ещё больше разозлился!

Протянув неповреждённую правую руку, Линь Цзишэн дважды резко взъерошил ему волосы. «Ты — младший брат, которого я взял на воспитание, я тебя не брошу».

Ребёнок, никогда не получавший семейного расположения, неизбежно чувствовал себя неуверенно.

«Ах, Фэн, я не твой младший брат!» Хотя это и сблизило его с Линь Цзишэном, у него было ощущение, что это не то, чего он хочет; он не хотел быть его младшим братом.

«Так кем же ты хочешь быть, брат?» Линь Цзишэн поднял бровь, в его голосе прозвучала нотка веселья. «Жаль, что ты родился после меня, иначе быть моим братом было бы вполне возможно».

Услышав слова Линь Цзишэна, Вэньрен Лин невольно надулся. Хотя он и не знал, кем хочет быть для Линь Цзишэна, он понимал, что надеется быть единственным в своем роде. Он надеялся, что между ними не будет никого, ни семьи, ни друзей.

«Я… я тоже не знаю, я просто надеюсь, что у нас будет только мы друг у друга», — Вэньрен Лин кокетливо обнял Линь Цзишэна. «Афэн, в моем мире есть только ты, а в твоем мире — только я, хорошо?»

Вэньрен Лин понимал, что это может показаться немного презренным, но мысль о том, что у Линь Цзишэна может быть кто-то еще в жизни, была невыносима. Теперь они просто брат и сестра, и все уже так; а что, если однажды в его жизни появится возлюбленный? Где тогда будет его место?

Линь Цзишэн усмехнулся, услышав слова Вэньрен Лина. «Алин, когда у тебя появится возлюбленный, ты больше так не скажешь. Может, я тебе даже покажется отвратительной».

«Ни за что, у меня не будет любовника. У меня есть А-Фэн, этого достаточно!» — с непоколебимой убежденностью произнес Вэньрен Лин, его глаза были полны решимости, словно Линь Цзишэн был для него всем миром. Его искренность вызвала у Линь Цзишэна неприятное предчувствие, и он подсознательно избегал этой мысли.

«Хорошо, давайте больше не будем об этом говорить. Расскажите мне сейчас о ситуации с Вэньхао». Он не осмелился позволить Вэньрен Лину продолжить, боясь, что тот скажет что-то лишнее.

И действительно, когда Линь Цзишэн заговорил, в глазах Вэньрен Лина появилась нотка сожаления. А-Фэн снова уклонялась от ответа!

Однако Вэньрен Лин не слишком переживал. В конце концов, времени еще предостаточно. Рано или поздно он позаботится о том, чтобы рядом с А-Фэн был только он, а все друзья и семья были далеко!

«С Вэньхао всё будет в порядке. Алан уже послал людей следить за ним. Если он ещё больше навредит, его репутация ещё больше пострадает. В любом случае, его репутация уже испорчена». Говоря о Вэньхао, Вэньрен Лин испытывал лишь отвращение, но теперь почувствовал и облегчение.

Ему нужно было ясно увидеть жалкое положение Вэньхао, и У Иран, виновный в преждевременной смерти его матери, наконец-то получил по заслугам. Это было поистине чудесно!

Столько лет Вэньрен Лин и Вэньрен Лань придерживались лишь одного убеждения: заставить Вэньхао заплатить за содеянное, и заставить У Ирана тоже заплатить за содеянное!

Смерть его матери была не только виной Вэньхао; У Иран тоже внёс свой вклад, в конечном итоге став причиной смерти матери от чистой ярости.

Его мать была единственным ребёнком в семье Вэнь, поэтому она не имела права выбирать свою жизнь. Её жизнь была обречена на гордость, но однажды в её жизни появился мужчина, разрушивший всю её гордость, позволивший даже барменше растоптать её достоинство. Как же она могла не впасть в отчаяние!

«Если возникнут какие-либо проблемы, скажите мне, и семья Лу сделает всё, что в её силах». Раньше семья Лу не стала бы вмешиваться в эту неразбериху, но теперь, когда Линь Цзишэн оказался замешан из-за Вэнь Хао и У Ирана, семья Лу не может просто стоять в стороне и ничего не делать.

Семья Лу известна своей чрезмерной защитой; причинить вред члену семьи Лу — всё равно что взбалтывать осиное гнездо. Пока вся семья Лу не будет уничтожена, это будет нескончаемым источником проблем.

Конечно, в городе Б есть люди, которые могут свергнуть семью Лу, но большинство попыток сделать это приведут к взаимному уничтожению. Единственным, кто может выйти победителем, является семья Вэньжэнь, и теперь Вэньжэнь Лань и Линь Цзишэн на одной стороне — это могущественный союз, и тот, кто им перейдет дорогу, умрет.

«Да, я знаю, но А Фэн, тебе лучше обсудить это с А Лань. Я не сильна в таких делах». Сказав это, Вэньжэнь Лин снова начал подавать Линь Цзишэну чай и воду, чем одновременно позабавил и разозлил его.

Это был легендарный человек, похожий на дикого зверя; теперь он выглядел точь-в-точь как глупый хаски — нелепый, глупый и очаровательный.

На следующее утро Вэньжэнь Лань пришел позаботиться о Линь Цзишэне. Увидев его лежащим на кровати, в совершенно стабильном состоянии, Вэньжэнь Лань наконец вздохнул с облегчением.

За это время, хотя Линь Цзишэн, казалось, чувствовал себя хорошо, его травмы почему-то постоянно повторялись, и однажды рана даже инфицировалась. Он был предельно осторожен; Инфекция была практически невозможна, но всё же случилась, так сильно напугав их обоих, что они несколько дней внимательно следили за Линь Цзишэном, опасаясь, что с ним что-то может случиться.

«Не волнуйся, рана уже зажила». Глядя на всё ещё измученное лицо Вэньрен Ланя, Линь Цзишэн мог понять, о чём тот думает, даже не глядя на него.

«Да, Фэн, хорошо, что ты в порядке», — сказал Вэньрен Лань с радостной улыбкой. Как они могли не радоваться его полному выздоровлению? «Я уже знаю о том, что случилось вчера. Я обязательно скажу тебе

, если мне что-нибудь понадобится». Конечно, Вэньрен Лань не думал, что станет беспокоить Линь Цзишэна. Линь Цзишэн занимал особое место в его сердце, и он никогда бы не попросил его помочь ему в таком пустяке. Для него это было бы осквернением!

«Кстати, если мы действительно хотим разобраться с Вэнь Хао, мы можем использовать другие методы», — загадочно произнес Линь Цзишэн, жестом подозвав Вэньжэнь Ланя. Наклонившись ближе, он медленно прошептал ему на ухо: «В последнее время мы довольно небрежно относимся к этим двоим. Им следовало бы уже связаться с семьей У. Не забывайте, каким бизнесом занимается семья У. Если мы будем манипулировать теми сферами, в которые вовлечен Вэнь Хао, то вполне возможно сделать его еще более несчастным».

Не стоит винить Линь Цзишэна за его безжалостность. Он не забыл этот день. Раз уж он страдает, он заставит того, кто страдает, испытать еще больше страданий!

Услышав слова Линь Цзишэна, глаза Вэньжэнь Ланя загорелись. Действительно, семья У занимается экспортной торговлей. Если бы во время таможенного оформления обнаружили контрабанду, проблемы возникли бы не только у Вэнь Хао и У Ирана, но и у всей семьи У!

«Нам не нужно самим предпринимать никаких действий. Просто напомните таможне, когда он попытается провезти контрабанду». Слишком много говорить было бы излишним. Этого было бы достаточно, чтобы дать им понять, что внутри может быть контрабанда. Они бы только «удивились», узнав, что именно это, верно?

«Верно. Вэнь Хао — человек, который готов на всё ради денег. Не исключено, что он попытается провезти контрабанду в своих интересах». Вэньрен Лань загадочно улыбнулся, немного пожалев семью У. Если бы У Иран не связался с Вэнь Хао, семья У не оказалась бы сейчас в таком плачевном положении!

На самом деле всё было именно так, как и предполагал Линь Цзишэн. Вэнь Хао действительно провез контрабандой некоторые товары среди грузов семьи У.

«Вэньхао, ты не можешь этого сделать! Ты знаешь, что это? Это наркотики! Если таможня это обнаружит, семье У конец!» У Ирань, увидев попытку Вэньхао провезти наркотики в товары семьи У, никогда бы не согласился. Положение семьи У и так было крайне опасным; если бы их поймали на чем-то противозаконном, им бы конец!

«Что за чушь ты несешь? Никто не узнает! Ты забыл? Таможенники проводят лишь рутинную проверку; они не особо тщательно осматривают», — сказал Вэньхао, оглядывая Ирань с ног до головы. «Я никогда не думал, что ты внебрачная дочь семьи У, и такая избалованная! Если бы я знал, мне бы не пришлось иметь дело с Вэньжэнь Лань. С силой семьи У мы легко могли бы соперничать с Вэньжэнь Лань!»

Последовавшие удары свели Вэньхао с ума. У него не осталось никаких эмоций, только безумное желание победить Вэньжэнь Лань. Даже его жена была всего лишь инструментом; любого, кто мог помочь ему подняться, он мог использовать!

«Вэньхао!» Услышав бесстрастные слова Вэньхао, У Ирань закричал: «Ты думаешь, у семьи У еще осталась та сила, что была раньше? Если да, то как она могла постепенно кануть в безвестность в высшем обществе? Ты ставишь семью У в эпицентр бури. Я ни за что на это не соглашусь!»

Семья У уже почти полностью истощена. Если Вэньхао продолжит действовать по своему усмотрению, то то немногое, что осталось, в конце концов исчезнет.

«Согласен ты или нет, совершенно неважно. Я определенно заберу все это», — глаза Вэньхао были полны безумия. Он верил в свою деловую хватку. Все эти годы страданий были целиком из-за того, что семья Вэньжэнь не дала ему шанса. Если бы старый господин Вэньжэнь передал ему семейный бизнес, он бы определенно удвоился к настоящему времени. «Не забывай, что не все, что тащит твоя семья У, безобидно. Если ты будешь меня слишком сильно провоцировать, я способна на все. Не заставляй меня идти с тобой ко дну!»

Глядя в безумный взгляд Вэнь Хао, У Ирань поняла, что ничто из сказанного ею сейчас не изменит ситуацию. Ее единственная надежда заключалась в том, что никто не узнает о его причастности к наркотикам. Если же узнают…

У Иран не могла представить себе последствия; она даже не была уверена, что семья У вообще ещё будет существовать.

Как говорится, больше всего боишься того, что произойдёт. Чем больше У Иран боялась, что с товарами Вэнь Хао что-то пойдёт не так, тем вероятнее это будет в тот же день.

«Подождите! Не загружайте эти вещи на корабль! Нам нужно тщательно их проверить!» Когда прибыла группа со своими собаками-ищейками, Вэнь Хао и У Иран покрылись холодным потом. Что происходит? Разве у семьи У не должно быть связей на таможне? Почему их остановили именно сейчас?

«Что... что-то не так? Мы законные бизнесмены; мы не стали бы делать ничего противозаконного», — попыталась успокоиться У Иран. Единственное, что оставалось сделать, — это остановить этих инспекторов. После проверки наркотики внутри будут обнаружены немедленно, и им конец. Количество наркотиков, которые Вэнь Хао пронёс контрабандой, было достаточно, чтобы посадить их в тюрьму на пожизненное заключение.

«Мы скоро выясним, честный вы бизнесмен или нет, не волнуйтесь. Если у вас не будет проблем, мы никому не причиним вреда». Мужчина говорил очень мягко, но его тон был резким, явно демонстрируя недоверие к этим двоим. Как можно считать кого-то честным бизнесменом, если на него поступила донос за контрабанду серьезно незаконных и неэтичных товаров?

Результат был очевиден: в товарах Вэнь Хао было обнаружено большое количество белого порошкообразного вещества.

«Капитан, хотя анализ еще не проводился, предварительное наблюдение показывает высокую концентрацию наркотиков. Это трудно достать. Интересно, откуда этот ублюдок это взял». Несколько мужчин посмотрели на Вэнь Хао, как на мертвеца. Этот парень действительно хотел заниматься контрабандой наркотиков! Похоже, что, дав семье У все это время зеленый свет, они осмелели! «

Нет, это не мое дело! Я ничего не знаю! Это товары семьи У, это не мое дело!» — громко крикнул Вэнь Хао. В этот момент это действительно было похоже на поговорку «подобное притягивает подобное, но в беде улетает поодиночке».

Теперь Вэнь Хао говорил не просто о том, чтобы улететь поодиночке; он использовал всю семью У как трамплин.

«Я объясню…» Увидев Вэнь Хао в таком состоянии, У Иран наконец поняла, почему Вэньрен Лань всегда отказывалась позволить ей развестись с ним. Это было именно то, чего он хотел; он не хотел полностью уничтожить семью У, а скорее наблюдать, как они постепенно исчезают в руках Вэнь Хао, даже не имея шанса их спасти!

«Заткнись! Не говори глупостей!» Услышав слова У Иран, Вэнь Хао мгновенно понял, что она хочет предать его. Если это так, он все еще хочет отомстить Вэньрен Лань; как он мог допустить такое!

У Иран взглянула на него и мысленно усмехнулась. Неужели это тот человек, о котором она когда-то мечтала? Неужели это тот человек, рядом с которым она останется, даже если это будет означать тайный роман? Неужели это действительно тот самый Вэнь Хао?

Глядя на мужа, который стал ей совершенно незнаком, У Иран рассказала ему все, что знала. Единственное, что она могла сделать сейчас, — это очистить имя семьи У. Даже если они умрут в тюрьме, она не могла допустить, чтобы с семьей У что-нибудь случилось!

«Нет, нет, она лжет! Это не имеет ко мне никакого отношения! Это все ее вина! Это все вина семьи У

!» — взревел Вэнь Хао, но к этому времени никто не обратил на него внимания. Любой здравомыслящий человек мог услышать бесчисленные лазейки в его так называемых показаниях… «Бывший зять Вэнь Хао замешан в другом скандале: контрабанда наркотиков за границу». Линь Цзишэн с интересом посмотрел на газету в своей руке. «Я не ожидал, что Вэнь Хао зайдет так далеко, сам будет заниматься контрабандой наркотиков. Неужели он действительно хочет умереть?»

Хотя Линь Цзишэн и предполагал, что Вэнь Хао может заниматься контрабандой, он не ожидал, что дело окажется настолько серьёзным. Хотя он не читал внимательно содержимое, он ясно увидел слова «большое количество наркотиков» и фотографии. На этот раз, даже если бы у Вэнь Хао были все возможности скрыть правду, ему бы не удалось избежать наказания.

«На самом деле, у Вэнь Хао всегда была такая идея, но дедушка сказал, что если он посмеет использовать активы семьи Вэнь для торговли наркотиками, его следует немедленно выгнать из семьи ни с чем». Именно из-за этого инцидента старый господин Вэньрен понял, что этот человек определённо не будет хорошим руководителем. Если бы активы семьи Вэнь действительно достались ему, даже если бы он смог какое-то время приумножить их, в конечном итоге он определённо навсегда бы запятнал свою репутацию.

«Я действительно не знаю, назвать его умным или глупым», — пожал плечами Линь Цзишэн. Он действительно не знал, как оценить человека, который не был ни слишком умным, ни слишком глупым.

«Умный он или глупый — это не имеет к нам никакого отношения. Фэн, Вэньхао сейчас в такой ситуации, и ему никак не выбраться. Спасибо». Если бы не напоминание Линь Цзишэна, Вэньрен Лань никогда бы не додумался до такого метода.

Устранение последних двух врагов без лишних хлопот — это то, чему Вэньрен Лань был очень рад.

«Хотя Вэньхао сейчас в тюрьме, я все еще немного волнуюсь». То, что они с Вэньрен Ланем сделали, довело его до грани отчаяния. Если бы Вэньхао не был достаточно стойким, он мог бы уже сойти с ума. Но если бы он был более выносливым, он мог бы найти способ отомстить им.

«Не волнуйся, Фэн, я буду осторожен. Ситуация с Вэньхао почти разрешилась». Вэньжэнь Лань мягко посмотрела на Вэньхао и с лёгкой улыбкой спросила: «Хочешь сегодня выйти на улицу? Ты так долго в больнице. Если хочешь, давай сегодня прогуляемся».

После серии обследований подтвердилось, что с телом Линь Цзишэна всё в порядке. Прогулка не только не повредит, но и даже интенсивные физические нагрузки не приведут к повторному открытию ран.

«Конечно! Я всё это время был практически как плесень в больнице!» На самом деле, дело было не в том, что Линь Цзишэн не хотел выходить на улицу, а в том, что Вэньжэнь Лань, его круглосуточный опекун, всегда был рядом. Если он делал что-то, что его беспокоило, Вэньжэнь Лань смотрела на него с жалостью в глазах, не оставляя Линь Цзишэну иного выбора, кроме как оставаться в постели весь день.

«Хорошо, давай сегодня сходим на гору Фэнмин». Это было место, куда он давно хотел отвезти Линь Цзишэна, но у него никогда не было такой возможности. Теперь, когда он наконец-то смог это сделать, Вэньрен Лань почувствовал себя совершенно счастливым!

«Гора Фэнмин?» — Линь Цзишэн замер, услышав название, а затем вспомнил информацию о горе.

Гора Фэнмин не представляла собой ничего особенного, просто бескрайние кленовые просторы. Осенью она окрашивалась в огненно-красный цвет, зрелище, которое, как говорили, захватывало дух.

Неужели Вэньрен Лань вез его на гору Фэнмин, потому что в его имени был иероглиф, означающий «клен»?

Предположение Линь Цзишэна оказалось совершенно верным.

На самом деле, сам Вэньрен Лань однажды уже бывал на горе Фэнмин. Тогда листья клена медленно краснели, гора была покрыта огромными полосами багрового цвета, ослепительная красота, которая на мгновение затаила дыхание. Почему-то в тот момент он подумал о Линь Цзишэне, о улыбке Линь Цзишэна, о его светлой коже, окрашенной в ярко-красный цвет. В тот момент он смущенно возбудился. Только

тогда он понял истинную природу своих чувств к Линь Цзишэну.

Это были не чувства друга или брата, а скорее влечение к нему. Он надеялся, надеялся, что похоть отразится на этом спокойном лице из-за него. Он надеялся, надеялся, что имя, которое он произнесет, когда мужчина будет плакать под ним, будет его именем.

Он знал, что его чувства неправильны; он никогда не знал, что он гей. Нет, возможно, сейчас он не гей. Он просто влюбился в того, кто дарил ему тепло, и этим человеком оказался Линь Цзишэн.

Он не любил ни мужчин, ни женщин. Человек, которого он любил, был тем, кто всегда был рядом с ним. Нет, возможно, он любил даже не Лу Фэна, а уникальную душу в этом теле. Даже если бы у него было другое тело, пока душа оставалась бы той же, его бы непреодолимо тянуло к нему!

«Да, гора Фэнмин, сейчас она покрыта огненно-красными кленовыми листьями, это прекрасно. Хочешь сходить посмотреть?» Любой человек оценит красивые пейзажи, поэтому Вэньрен Лань описал пейзаж Линь Цзишэну, надеясь, что тот будет тронут.

«Хорошо, сейчас нам больше нечем заняться, давай вместе посмотрим. Давно я не выходил из дома». Линь Цзишэн улыбнулся и кивнул в знак согласия. Для Линь Цзишэна этот мир ничем не отличался от отпуска; ему, естественно, хотелось увидеть красивые пейзажи.

«Не волнуйся, Фэн, ты обязательно останешься доволен». Именно он отвел Линь Цзишэна на гору Фэнмин. Даже А-Лин не мог разделить это воспоминание.

Хотя он и не знал, какие чувства А-Лин испытывает к Фэну, он не мог позволить себе рисковать. Возможно, сейчас чувства А-Лина к Фэну были всего лишь зависимостью, но если в будущем это перерастет в то же самое, сможет ли он это принять?

Даже если этим человеком окажется он сам, он не сможет разделить того, кого любит!

Когда они прибыли на гору Фэнмин, Линь Цзишэн наконец понял, что значит быть потрясенным. Это действительно было очень шокирующе. Вся гора была огненно-красного цвета, словно ее подожгли. Он никогда раньше не видел такого насыщенного цвета. Хотя он и раньше видел кленовые деревья, и даже большие рощи, это был первый раз, когда он увидел целую гору, покрытую ими.

«Фэн, тебе нравится?» — спросил Линь Цзишэн, глядя на удивление в его глазах. Янь, Вэньжэнь Лань знал, что сегодня он преуспел.

Он чувствовал, что чувства Фэна к ним были не романтической любовью, а скорее семейной привязанностью. В его глазах он и А-Лин были его младшими братьями, но такая привязанность его совсем не устраивала. Теперь он будет тратить всё своё время на создание бесчисленных сюрпризов для Фэна, и когда настанет день, когда Фэн поймет, что не может жить без него, тогда и закроется сеть!

Вэньжэнь Лань, используя свою мягкость, сплел большую сеть, заманив в ловушку Линь Цзишэна. Когда тот раскроет его «трюк», он, вероятно, будет обречен!

«Мне это нравится. Редко можно увидеть такие прекрасные пейзажи». Сказав это, Линь Цзишэн повернулся к Вэньжэнь Ланю. «Как насчет того, чтобы прогуляться со мной?» Только представьте себе прогулку по ковру из красных опавших листьев — это должно быть чудесно!

«Я буду рад согласиться». С этими словами Вэньжэнь Лин последовал за Линь Цзишэном, его глаза были полны восхищения, когда он смотрел на удаляющуюся фигуру. Фэн становился всё более выдающимся; он действительно боялся, что однажды, подняв глаза, он больше не увидит этого человека перед собой. Он боялся, что потеряет контроль и убьёт всех!

Однако Линь Цзишэн совершенно не подозревал о мыслях Вэньжэнь Лань, вместо этого мысленно общаясь с 001: «Как поживает главная героиня? После того, как Вэньжэнь Лань так сильно её отругала, она боится снова появиться передо мной?»

Хотя Линь Цзишэн не отказался от своей миссии, он не стал бы настаивать, если бы не мог её выполнить. На самом деле, он не очень-то хотел видеть Бай Цин сейчас.

[Главная героиня сейчас находится в клинике хозяина, что объясняет её отсутствие здесь в последнее время.] 001 взглянул на это и почувствовал беспокойство. Главная героиня действительно была настойчива; после столь долгого времени она всё ещё работает в клинике?

«Что?» Этот вопрос поразил Линь Цзишэна. «Она всё ещё в клинике. Разве я не говорил ей закрыть её?» Линь Цзишэн потерял дар речи. Неужели главная героиня действительно сошла с ума?

[Хозяин, чувства главной героини к вам достигли критической точки.] Если ты что-нибудь сделаешь, она влюбится в тебя, и тогда твоя миссия будет успешно завершена.] Тон 001 был несколько взволнован. Травма носителя в прошлый раз была не совсем бесполезной; по крайней мере, чувства главной героини к своему носителю вот-вот перерастут в любовь.

«Пожалуйста, перестань говорить со мной об этом? Я совсем не хочу видеть Бай Цин!» Для Линь Цзишэна Бай Цин была проклятием.

Хотя персонажи «белого лотоса» в этом мире не были такими отвратительными, как в двух предыдущих мирах, Линь Цзишэну все еще не нравилась их эгоистичная и корыстолюбивая натура.

[Хорошо, ведущий, вы можете сами выбрать миссию. Однако очки очень важны. После этого мира вам следует использовать свои очки для обмена на некоторые особые предметы. Поскольку вы теперь достигли уровня E, и это ваша первая миссия после повышения уровня, система выбрала для вас самый простой мир. В будущем сложность будет соответственно возрастать. В любой момент вы можете столкнуться с миром апокалипсиса или миром боевых искусств.] Хотя эти миры не слишком сложны, они все же представляют определенную опасность для обычного человека.

«Понимаю. Я найду время, чтобы обменять кое-что». Как раз в тот момент, когда Линь Цзишэн и 001 вели свой внутренний разговор, у Вэньрен Ланя внезапно зазвонил телефон, заставив его нахмуриться. Любой человек очень расстроится, если его потревожат во время свидания!

Но, глядя на номер на экране, Вэньрен Лань не мог игнорировать его, потому что это был кто-то, кого он послал следить за Вэнь Хао. «Привет, что случилось?»

Услышав голос Вэньжэнь Ланя, собеседник словно открыл шлюз, говоря без умолку, а выражение лица Вэньжэнь Ланя становилось все более мрачным.

После долгой паузы Вэньжэнь Лань повесил трубку, его лицо было мрачным и угрожающим, словно он только что получил ужасные новости.

«Лань, что случилось?» — обычно Вэньжэнь Лань был очень спокоен, поэтому это необычное выражение лица вызвало у Линь Цзишэна сильное подозрение и настороженность.

«Мне только что сообщили, что Вэнь Хао притворился сумасшедшим и сбежал из тюрьмы, ранив нескольких человек», — выражение лица Вэньжэнь Ланя еще больше помрачнело, и после долгой паузы он добавил: «Мои люди говорят, что сейчас цель Вэнь Хао — месть, и он, вероятно, нападет на нас, и вы можете стать его главной целью». Вэньжэнь

Лань не боялся, что Вэнь Хао доставит ему неприятности, но если он нападет на Линь Цзишэна, это будет непростительно!

Изначально Вэньрен Лань не хотел, чтобы Вэнь Хао умер так легко, и тем более не хотел, чтобы тот покончил жизнь самоубийством. В конце концов, репутация отцеубийцы была неприятной, и он не хотел, чтобы Линь Цзишэн считал его жестоким человеком.

Но по сравнению с раной Линь Цзишэна, тайные дела с одним человеком кажутся незначительными.

На самом деле, у каждой большой семьи есть темная сторона. Чем сильнее семья, тем больше у нее таких закулисных дел. Хотя это и не обязательно означает, что человеческая жизнь ничего не стоит, использование определенных методов для устранения разногласий является «неизбежным» для того, чтобы семья стала могущественной.

Теперь, имея дело с Вэнь Хао, Вэньрен Лань хочет использовать эту силу, чтобы заставить Вэнь Хао полностью исчезнуть из этого мира!

«Он действительно сбежал! Кто ему помог? Вэнь Хао смог сбежать после того, как мы отправили его в тюрьму; он вполне способен на это, но…» В этот момент Линь Цзишэн холодно фыркнул: «Я также хочу выяснить, кто именно защитил его жизнь и какой властью обладает этот человек».

«Фэн, ты хочешь играть в долгую игру?» Слова Линь Цзишэна поразили Вэньжэнь Лань, и она сразу поняла, почему он так сказал.

Раз уж этот человек помог Вэнь Хао, значит, они никогда не смогут подружиться. Если они не хотят жить робко и трусливо, им нужно найти этого человека!

«Понимаешь? Сейчас у нас нет времени играть в прятки. Единственная приманка в наших руках, поэтому, естественно, мы должны заставить этого человека заплатить!» Он не любил создавать проблемы, но если проблемы постучались в дверь, он не испугается!

Глава 3.7

То, что произошло дальше, превзошло все ожидания Линь Цзишэна и Вэньжэнь Ланя. Вэнь Хао, казалось, внезапно исчез однажды, не оставив следа. Это очень встревожило Вэньжэнь Ланя. Он не боялся, что Вэнь Хао причинит ему вред, но опасался, что тот навредит Линь Цзишэну.

Однако Линь Цзишэн, казалось, был совершенно невозмутим, успокаивая изначально обеспокоенного Вэньжэнь Ланя. У него была такая способность: даже в самые критические моменты его вид мог успокоить людей.

«Фэн, ты действительно в порядке? Если Вэньхао действительно захочет снова что-то сделать за твоей спиной, это будет очень невыгодно для тебя». Из-за несдержанности Вэньжэнь Ланя в городе Б теперь ходят слухи о его отношениях с Линь Цзишэном. Предполагается, что он единственный во всем городе Б, кто до сих пор наивно верит, что он его брат.

«У меня всё хорошо. Те годы за границей тоже не были спокойными. Мои навыки неплохи». Если навыки Лу Фэна и раньше были неплохи, то нынешнее боевое мастерство Линь Цзишэна можно описать как запредельное. Он привнёс свои боевые навыки из развитых стран в этот мир; иначе он не смог бы так легко справиться с телохранителями, которых послал Вэньхао.

Выслушав объяснение Линь Цзишэна, Вэньжэнь Лань кивнул. Действительно, навыки боевых искусств Линь Цзишэна сейчас были довольно высокими, даже сравнимыми с его собственными. Если он будет осторожнее, ему ничего не угрожает.

«Я просто немного беспокоюсь о людях, стоящих за ним. Они такие спокойные и собранные; это точно не может быть какая-то из этих маленьких семей. А если бы это была маленькая семья, вытащить Вэньхао из тюрьмы было бы непросто». Линь Цзишэн мысленно подсчитал, какие семьи могут быть связаны с Вэньхао, но после долгих раздумий ничего не смог придумать.

Сначала он думал, что это может быть семья, связанная с семьей У, но теперь освобожден был только Вэньхао, а У Иран все еще в тюрьме, поэтому Линь Цзишэн отбросил эту возможность. Однако у Вэньхао не было никаких влиятельных связей, что казалось несколько нелогичным.

Как раз когда Линь Цзишэн был озадачен, ему неожиданно позвонили. Звонивший был Лу Ран, второй сын из семьи его третьего дяди, двоюродный брат Линь Цзишэна.

«Старший двоюродный брат, это я. Я обнаружил нечто необычное». В голосе Лу Рана слышалась нотка самодовольства, что одновременно забавляло и раздражало Линь Цзишэна. Его кузены всегда были такими, но… это было бесспорно мило!

«Что необычного?» — в голосе Линь Цзишэна звучала насмешка, отчего стоявший рядом Вэньрен Лань почувствовал укол ревности. Почему Фэн так мягок с этими людьми? Он почувствовал себя немного неловко!

Однако, услышав слова Линь Цзишэна, Вэньрен Лань понял, что этот звонок должен быть важным, поэтому он не стал прерывать разговор, а просто отошёл в сторону, чтобы выплеснуть свою ревность.

«Старший кузен, мой приятель видел Вэнь Хао несколько дней назад, когда проходил мимо вашей клиники. Кажется, он перекинулся парой слов с вашей регистраторшей перед уходом. Не знаю, может ли это быть зацепкой». Он знал, что его старший кузен разыскивает Вэнь Хао. Хотя он не знал, будет ли эта информация полезна, поскольку она связана с Вэнь Хао, он рассказал об этом Линь Цзишэну.

Услышав это, Линь Цзишэн слегка нахмурился. Связано ли это дело с Бай Цин?

Вероятно, нет. Информация, которую ему дал 001, не содержала никаких особых сведений о Бай Цин; она была обычным человеком. Человек с такой личностью никак не мог вытащить Вэнь Хао из тюрьмы после того, как семьи Лу и Вэнь объединили силы.

«Аран, спасибо. Ваша информация очень полезна. Я проведу расследование, основываясь на ней». Хотя он не знал, какая у них связь, любой, кто связан с этой женщиной-загадкой, вероятно, непрост. Лучше провести тщательное расследование!

«Ты слишком добр, старший брат. Я сообщу тебе, как только у меня появятся какие-либо новости». Попрощавшись, Линь Цзишэн повесил трубку, но его брови оставались нахмуренными, явно озабоченными.

«Фэн, что-то случилось с телефонным звонком?» Интуиция подсказывала Вэньжэнь Ланю, что звонок был связан с Вэнь Хао; иначе у Фэна не было бы такого выражения лица.

Линь Цзишэн покачал головой и жестом показал ему не настаивать. Ему нужно было разобраться со всей собранной за день информацией, чтобы определить, причастна ли Бай Цин к этому инциденту.

После долгой паузы Линь Цзишэн медленно произнес: «Аран только что позвонил и сказал мне, что несколько дней назад один из его людей видел Вэнь Хао, когда проходил мимо моей клиники. Вэнь Хао поговорил с Бай Цин несколько минут, прежде чем уйти, а затем бесследно исчез. Я подозреваю, что Бай Цин причастна к исчезновению Вэнь Хао, но у нее нет никакого прошлого; она просто обычный человек».

Если бы у Бай Цин была хоть какая-то известность, Линь Цзишэн был бы уверен, что она замешана в этом деле. Но Бай Цин работала в баре, чтобы заработать денег. Если бы она действительно была из богатой семьи, как бы её семья могла позволить ей заниматься таким делом?

Это заставило Вэньжэнь Ланя нахмуриться. Он тайно расследовал прошлое Бай Цин; информация показала, что она всего лишь обычная девушка из обычной семьи, ничем особенным не выделяющаяся. Могла ли такая девушка действительно вытащить Вэнь Хао из беды?

«Фэн, не думай об этом больше. Теперь, когда мы знаем, что Бай Цин может быть замешана, я проведу тщательное расследование. Тогда мы выясним, сделала она это или нет». Вэньжэнь Ланю не нравилось, что Линь Цзишэн сосредотачивает своё внимание на других; это постепенно лишало его контроля.

Линь Цзишэн кивнул. Он знал, что сейчас слишком много думать бесполезно; лучше подождать, пока расследование завершится, прежде чем рассматривать причастность Бай Цин к этому делу.

Однако ещё до начала расследования возникла небольшая, но существенная проблема.

В ту ночь Вэньжэнь Лань, беспокоясь о Линь Цзишэне, чуть не попала в автомобильную аварию, когда везла его домой.

Вилла, где жил Линь Цзишэн, находилась в очень живописном месте. Говорили, что при строительстве таких вилл на горе их возводили в соответствии с её рельефом, обеспечивая прямой вид на море. Путь Линь Цзишэна домой неизбежно включал в себя извилистую горную дорогу. Такое место было практически идеальным для любого, кто хотел убить Линь Цзишэна и Вэньжэнь Лань.

Когда они вернулись, было совершенно темно. Хотя фары машины горели, было не так ясно, как днем, и машин было очень мало. На последнем повороте перед тем, как Линь Цзишэн добрался до дома, машина потеряла управление, чуть не съехала с дороги и не упала со скалы. Если бы не превосходные навыки вождения Вэньжэнь Лань, завтрашние заголовки в городе Б, вероятно, были бы о наследниках семей Вэньжэнь и Лу, погибших со скалы!

«Лань, что только что произошло?» Вэньрен Лань всегда был очень уравновешенным водителем; подобное было практически невозможно, поэтому, должно быть, это произошло из-за какой-то внешней силы.

Вэньрен Лань ничего не сказал, а вместо этого крепко обнял Линь Цзишэна. Он чувствовал, как его сердце вот-вот выскочит из груди. В тот миг, когда машина потеряла управление, его терзали не страхи, а мысль о том, что если они действительно упадут с обрыва, то могут погибнуть вместе, возможно, даже их тела полностью сгорят дотла от взрыва, и они никогда больше не расстанутся.

Такой исход был бы для него сладок.

Он сходил с ума; он боялся, что если все будет продолжаться в том же духе, он убьет Фэна, а затем покончит с собой из-за своей безответной любви.

По мере того, как их чувства крепли день за днем, Вэньрен Лань чувствовал, что едва может сдержать свирепого зверя внутри себя.

«Лань, все в порядке, я в порядке, мы все в порядке». Увидев Вэньрен Ланя в таком состоянии, Линь Цзишэн почувствовал укол жалости и нежно обнял его в ответ, похлопывая по спине, чтобы утешить. Казалось, события прошлого сильно напугали Вэньрен Ланя.

«Фэн, как хорошо, что с тобой все в порядке, так хорошо…»

Они молча обнялись. Через несколько минут зазвонил телефон Вэньрен Ланя. Ответив, лицо Вэньрен Ланя помрачнело, в глазах даже вспыхнул убийственный взгляд.

«Лань?» Редко можно было увидеть Вэньрен Ланя таким эмоционально нестабильным; вид его в таком состоянии встревожил Линь Цзишэна.

«Проведено расследование. Кто-то облил маслом дорогу, по которой мы шли». Поскольку днем шел дождь, земля была еще влажной, поэтому Вэньрен Лань не обратил на это внимания, хотя и видел, что она мокрая. Но эта неосторожность чуть не стоила им обоим жизни, и Вэньрен Лань чувствовал себя крайне виноватым.

«Ах, Лань, это не твоя вина. Не думай об этом больше. Я поручу кому-нибудь разобраться с этим делом как следует!» Ситуация дошла до этого момента; семье Лу пора действовать!

Из-за этого инцидента Линь Цзишэн не хотел отпускать Вэньжэнь Ланя одного, поэтому он попросил его остаться и поспать в гостевой комнате.

«Фэн, я сам разберусь с этим. Не волнуйся, это больше не повторится». Вэньжэнь Лань чувствовал себя ужасно виноватым из-за случившегося. Если бы он не постоянно находился рядом с Фэном, тот бы не столкнулся с такой опасностью, поэтому он бы точно всё уладил идеально!

Линь Цзишэн покачал головой и, прежде чем Вэньжэнь Лань успел снова взглянуть на него, сказал: «Не волнуйся, я поручу семье Лу тщательно расследовать это дело. Ты и так уже изрядно потрудился, разыскивая Вэнь Хао, а молодые люди из семьи Лу справятся с этим. Кроме того, это явно направлено против меня; как я могу так легко их отпустить?»

Хотя и с неохотой, Вэньжэнь Лань понимал, что Линь Цзишэн прав; он действительно был в растерянности. Лучше было оставить эти дела семье Лу.

Семья Лу действовала очень быстро, раскрыв почти все за три дня. Этих улик было достаточно, чтобы Линь Цзишэн догадался о правде.

«Кстати, брат, есть еще кое-что, чего ты, возможно, не знаешь», — внезапно заговорил Лу Ран, как раз когда Линь Цзишэн собирался повесить трубку. «Это та администраторша в частной клинике твоей семьи. Я о ней узнал».

«Хм? С ней что-то не так?» Эта тема заинтересовала Линь Цзишэна. После столь долгого и безуспешного расследования было весьма любопытно наконец узнать, что она скрывала.

«С ней все в порядке. Проблема в ее матери», — Лу Ран тоже удивился, получив эту информацию. «Мать Бай Цин, Янь Фэй, тридцать лет назад носила имя Бай Яньфэй. Она внебрачная дочь семьи Бай».

Кто бы мог подумать, что эта Янь Фэй — та самая Бай Яньфэй, которая тогда устроила такой хаос в семье Бай? И кто бы мог подумать, что Бай Цин на самом деле дочь Бай Яньфэй?

«Понимаю. Благодаря вашей информации, Ран, я думаю, теперь знаю, с чем имею дело». Дочь Бай Яньфэй? Теперь он понял, что недооценил Бай Цин.

[Дин-дон, получен скрытый квест: Происхождение Бай Цин. Выясните, почему Бай Яньфэй покинула семью Бай более 20 лет назад и кто отец Бай Цин. Награда за квест: 1 очко исходных характеристик, 1 очко улучшения персонажа.] «Без штрафа за неудачу.» — «Хм? Только очки улучшения персонажа и очки исходных характеристик?» Линь Цзишэн обычно получал задания, за которые начислялись очки и очки опыта. Это задание, без этих наград, было для него немного непривычным.

[Скрытые задания обычно дают особые предметы, но поскольку уровень хозяина сейчас слишком низок, награды невелики. Если позже достичь уровня А или даже S, и если это мир совершенствования, можно даже получить магические сокровища высшего качества. Так что, хозяин, не стоит недооценивать скрытые задания!] — отчаянно объяснил 001, надеясь, что хозяин не пропустит скрытое задание из-за недостаточно щедрых наград.

— «Понятно. Значит, скрытые задания есть в каждом мире?» — заключительное объяснение 001 заинтересовало Линь Цзишэна. Если они есть в каждом мире, ему нужно будет в будущем обращать на них внимание.

[Да, в каждом мире есть скрытые задания.] Например, в первом мире, почему семьи Линь и Су не погибли вместе после того, как Су Мо парализовал и даже убил Линь Цзишэна? Во втором мире, почему главная героиня была остатком души, насильно удерживаемым главным героем? Поскольку эти миры уже пройдены, 001 может рассказать Линь Цзишэну о скрытых заданиях.

"..." Услышав об этих заданиях, выражение лица Линь Цзишэна помрачнело. "Раз уж вы знали, что награды за эти задания хорошие, почему вы не сказали мне об этом заранее?"

[Ведущий, скрытые задания скрыты, потому что вы должны обнаружить их сами. Я не могу дать вам никаких подсказок. Как только я дам подсказку, основная система не выдаст награды за задание.] 001 быстро пояснил. Если бы ведущий посчитал это преднамеренным сокрытием чего-либо, ему бы конец. [Однако в следующем мире ведущий может учесть эти аспекты; Возможно, это принесет значительную выгоду.] Сказав это, 001 тут же притворился мертвым. В любом случае, он действительно ничего не мог сказать сейчас, ничего не мог сказать, просто ничего не мог сказать!

Линь Цзишэн не стал настаивать. Поскольку 001 уже все сказал, дальнейшие вопросы противоречили бы правилам. Тратить будущие выгоды на мелкую прибыль было бы глупо.

«Фэн, что только что сказал Лу Ран?» Увидев, что Линь Цзишэн некоторое время смотрит пустым взглядом после того, как повесил трубку, Вэньжэнь Лань наконец не смог удержаться от вопроса.

«Я только что получил шокирующие новости, поэтому отвлекся», — извинился Линь Цзишэн, объясняя суть телефонного разговора. «Аран сказал мне, что Бай Цин — дочь Бай Яньфэй, той самой Бай Яньфэй, которая вызвала такой хаос в семье Бай».

В этот момент Вэньрен Лань понял, о ком говорит Линь Цзишэн. Тогда почти все в городе Б знали историю Бай Яньфэй. Незаконнорожденная дочь успешно вошла в семью Бай, даже став одной из наследниц, и почти победила всех своих братьев и сестер, чтобы унаследовать семейное состояние. Если бы не недавний инцидент, кто бы сегодня был у власти в семье Бай?

«Дочь Бай Яньфэй?» Это имя насторожило Вэньрен Ланя. Все в городе Б знали о методах Бай Яньфэй. Если бы Бай Цин обладала способностями Бай Яньфэй, то дела бы пошли совсем плохо!

«Да, Аран сказала, что она дочь Бай Яньфэй. Похоже, это дело действительно как-то связано с Бай Цин!» Линь Цзишэн прищурился, вспоминая пережитое несколько дней назад клиническую смерть. Его расположение к Бай Цин резко упало; оно уже было -10, а теперь почти -100.

На самом деле, предположение Линь Цзишэна оказалось верным; Бай Цин действительно сыграла очень важную роль в этом деле.

Когда Бай Яньфэй узнала о связи Бай Цин с Вэньжэнь Лань и Линь Цзишэном, она немедленно вернулась в семью Бай. Хотя семья Бай сейчас её не приветствовала, никто не осмеливался ей возразить. В конце концов, все всё ещё помнили о том, что произошло тогда, и лучше было по возможности избегать провокаций в отношении этой сумасшедшей женщины!

Изначально предполагалось, что Бай Яньфэй хочет вернуться в семью Бай, но неожиданно она сдержала своё обещание и не стала выдвигать никаких требований о возвращении домой. Вместо этого она хотела, чтобы её дочь, Бай Цин, вернулась в семью Бай, пообещав, что Бай Цин никогда ничего не возьмёт у семьи Бай. Однако было одно условие: семья Бай должна была относиться к Бай Цин как к истинному члену семьи!

Семья Бай согласилась на это почти без колебаний. Это была всего лишь поддержка ещё одного бездельника, что не представляло для семьи Бай проблемы.

Более того, теперь они поняли менталитет Бай Яньфэя. Теперь, когда Бай Цин связалась с Вэньжэнь Ланем и Лу Фэном, она могла бы когда-нибудь стать одной из их жён. Конечно, важно поддерживать хорошие отношения с таким человеком, поскольку это может принести семье Бай бесконечную выгоду в будущем!

После возвращения в семью Бай, Бай Цин встретила Вэнь Хао. Узнав её личность, Вэнь Хао был полон сожаления. Теперь он осознал, сколько ошибок совершил, оскорбив Лу Фэна и Бай Цин. Теперь он оскорбил большинство влиятельных семей в городе Б.

Однако, узнав некоторую интересную информацию, он почувствовал, что вражду между ним и Бай Цин ещё можно разрешить.

Поэтому Вэнь Хао использовал свои оставшиеся связи, чтобы связаться с семьёй Бай, и впоследствии был освобождён из тюрьмы. Затем он встретился с Бай Цин и достиг определённых договорённостей.

Однако его действия сильно расстроили Бай Цин!

«Господин Вэнь, разве вы не должны сейчас дать мне объяснение? Это та помощь, которую вы обещали?» Из-за изменившегося положения Бай Цин утратила прежнюю робость. Узнав истинную личность Лу Фэна, она стремилась стать еще совершеннее, чтобы быть достойной его. Теперь она, по сути, была дочерью богатой семьи.

Конечно, все это было лишь поверхностным. В конце концов, она никогда не получала такого образования. Всего за несколько месяцев, хотя ее внешность могла измениться, ее внутренний темперамент оставался неизменным.

Некогда робкая Бай Цин стала избалованной и высокомерной, менее покладистой, чем прежде.

«Госпожа Бай, послушайте меня. Я ничего не знал о том, что произошло в тот день. Я не знал, что Лу Фэн будет в машине этого мятежного сына». Хотя Вэнь Хао кипел от ненависти, он все же попытался вежливо объяснить Бай Цин. Бай Цин была единственным человеком, который мог ему помочь сейчас; без нее его месть была бы невозможна.

«Вэнь Хао, ты думаешь, я дурак? Это дорога, по которой Лу Фэн едет домой. Даже если бы Вэньрен Лань не было в машине, Лу Фэн все равно поехал бы этим путем, и что-нибудь бы случилось!» Теперь Бай Цин поняла, что этот человек на самом деле не хотел ей помочь.

«Вэнь Хао, это еще не конец. Раз уж ты посмел использовать меня, тебе следовало подумать о последствиях, узнав правду!» Сказав это, Лу Цин проигнорировала его и повесила трубку.

«Черт возьми, черт возьми!» После того, как Бай Цин повесила трубку, Вэнь Хао чуть не разбил свой телефон. Что случилось? Он все спланировал идеально, так почему кто-то узнал правду? Нет, дело не только в этом. Самое главное — почему Линь Цзишэн и Вэньрен Лань остались совершенно невредимы.

На самом деле, Бай Цин не ошиблась. С самого начала целью Вэнь Хао была не Вэньрен Лань, а Линь Цзишэн. Нынешний скандал в городе Б был связан с отношениями между Вэньжэнь Лань и Линь Цзишэном. Хотя они не совершили ничего предосудительного, их близость казалась странной, и Вэнь Хао понимал, что их отношения ненормальны. Он знал, что если Линь Цзишэна не станет, Вэньжэнь Лань будет совершенно опустошена, даже если она не умрет.

Теперь его больше не волновало, что он получит от семьи Вэньжэнь; он просто хотел смерти Вэньжэнь Лань!

«Хорошо, Бай Цин обязательно позвонит через несколько дней. Тогда я отправлю этих двух ублюдков в ад!» Независимо от их реальных отношений, в сознании Вэнь Хао их отношения определенно были ненормальными!

Этот проклятый извращенец Вэньжэнь Лань должен умереть! Что касается Лу Фэна, ха, он тоже умрет. Он пожинает то, что посеял; кто ему сказал помогать этому извращенцу Вэньжэнь Лань!

...

Время шло день за днем, а Линь Цзишэн и Вэньжэнь Лань так и не нашли местонахождение Вэнь Хао, но они обнаружили причастность семьи Бай, что их сильно расстроило.

«Похоже, семья Бай в последнее время слишком бездельничает. Давайте найдем им чем заняться», — легкомысленно сказал Линь Цзишэн, подбрасывая монетку. «Сейчас семья Бай слишком сосредоточена на словах Бай Яньфэя и забыла, что иногда враги гораздо страшнее».

Слова Линь Цзишэна были словно сигнал. С того дня дела семьи Бай неоднократно терпели неудачи, и даже некоторые сомнительные сделки были раскрыты. Внезапно все в семье Бай почувствовали себя неуверенно и тайно начали расследование, кто на них нацелился. Однако результаты их расследования несколько озадачили семью Бай.

Дело было не в том, что они не могли расследовать; совсем наоборот, расследование семьи Бай быстро выявило, кто стоит за всем этим. Семьи Лу и Вэнь не пытались ничего скрывать, открыто признавая, что именно они всё это организовали.

«Зачем этим двум семьям такое?» — недоумевал Бай Ло, глава семьи Бай. Семья Бай никогда не имела дел с другими семьями, поэтому вражда была исключена. Даже если бы семьи Лу и Вэнь хотели полностью контролировать город Б, они бы не стали так открыто об этом говорить!

Все на мгновение растерялись. Внезапно один из них, казалось, что-то понял, и его лицо побледнело.

«Маленький Четвёртый, что ты задумал? Расскажи нам быстро. Сейчас нет ничего, чего бы ты не мог сказать», — Бай Ло, заметив его беспокойство, тут же заговорил. Семья Бай оказалась в ситуации жизни и смерти; что они могли сказать?

«Брат, ты забыл, что несколько дней назад мы освободили кого-то из тюрьмы?» — лицо мужчины ещё больше побледнело, когда он закончил говорить. «Позже я услышал, что старший сын семьи Лу и следующий глава семьи Вэнь чуть не погибли от рук этого человека. Думаете, эти две семьи хотят подать в суд на нашу семью Бай из-за этого инцидента?»

Не исключено, что такое могло произойти!

«Расскажи подробнее, что именно произошло?» Хотя Бай Ло был главой семьи, он не вмешивался во все дела из-за многочисленных семейных проблем. Просьба Вэнь Хао была всего лишь мелочью, и все согласились, не задумываясь. Но теперь, похоже, это привело к огромной проблеме!

«Брат, ситуация такова. Вэнь Хао — отец Вэньжэнь Ланя. Много лет назад он оказал нам услугу, поэтому, когда Вэнь Хао попросил нас вытащить его из тюрьмы, мы согласились. Позже он сказал, что хочет одолжить несколько человек, чтобы отомстить, и мы не обратили на это внимания. Кто бы мог подумать, что человек, которому он хочет отомстить, — это его собственный сын…»

В этот момент как мог Бай Ло не знать, что корень всех этих проблем — сам Бай Ло? Он действительно сожалел о своих прошлых поступках. Если бы он был ответственным за это дело, он бы ни при каких обстоятельствах не согласился!

«Действительно…» Бай Ло хотел что-то сказать, но он также знал об оказанной ему тогда услуге. Теперь, когда долг благодарности был погашен, казалось, ему скоро придётся отправиться к Вэньжэнь Ланю и молодому господину Лу, чтобы извиниться. «Забудьте об этом, давайте на этом пока остановимся. Что касается того, что Вэньхао понадобится от семьи Бай в будущем, мы ни на что не можем согласиться!»

Сказав это, Бай Ло приготовил свои вещи для извинений. Это дело нужно было сделать быстро. Если бы это затянулось на месяц-два, никто не знает, что бы случилось с семьёй Бай. Если бы речь шла только об одной семье, Бай Ло был уверен, что сможет защитить себя, но если бы одновременно напали две крупные семьи, даже бог не смог бы защитить всю семью Бай.

Когда Линь Цзишэн получил официальное приглашение от семьи Бай, на его лице появилась улыбка. «Ах, Лань, вот что значит быть мудрым человеком, когда дела идут хорошо. Кажется, семья Бай поняла, где они ошиблись».

В этот период, из-за необходимости уладить дело Вэньхао, постоянно появлялась Вэньжэнь Лань, из-за чего Линь Цзишэну не хватало той Вэньжэнь Лин, которая всегда была вспыльчива.

«Может, сходим посмотрим?» Видя, что Линь Цзишэн заинтересован, Вэньжэнь Лань, естественно, хотела сделать ему одолжение и уйти.

«Да, раз уж они нас искренне пригласили, как же мы можем не сделать им одолжение? Пойдем посмотрим».

Когда они прибыли на место, указанное в приглашении, Линь Цзишэн поднял бровь. Он действительно почувствовал искренность семьи Бай. Этот курорт был одним из самых прибыльных предприятий семьи Бай, нет, пожалуй, следует сказать, одним из самых прибыльных. Теперь они подготовили все место для их двоих. Казалось, они придают этому делу огромное значение!

«Патриарх Бай, вы сегодня слишком добры. Я искренне тронут таким торжественным приемом для Лу Фэна». Линь Цзишэн взглянул на Бай Ло, стоявшего впереди, а затем увидел позади себя большую группу людей, а неподалеку — Бай Цин и Бай Яньфэй. Он понял, что на этот раз прибыла вся семья Бай.

«Молодой господин Лу, вы льстите мне. К людям вашего статуса, молодому господину Лу и молодому господину Вэньжэню, естественно, следует относиться хорошо. Более того…» — выражение лица Бай Ло стало еще более искренним, когда он заговорил: «Несколько дней назад молодое поколение семьи Бай оскорбило вас обоих. Это была моя вина, я ненадлежащим образом распоряжался своими подчиненными. Сегодня я пришел извиниться перед вами обоими. Что касается этого курорта, это, естественно, подарок вам».

Сердце Бай Ло чуть не обливалось кровью, когда он это говорил, но у него не было выбора. Если все будет продолжаться в том же духе, он потеряет гораздо больше, чем просто небольшую сумму имущества.

«Неужели патриарх Бай действительно готов расстаться с таким?» Услышав слова Бай Ло, Вэньрен Лань поднял бровь, в его взгляде мелькнула даже нотка насмешки, но больше всего — восхищения.

Неудивительно, что семья Бай, несмотря на не слишком большое богатство за эти годы, никогда не приходила в упадок. Имея такие средства, они, естественно, могли защитить семью Бай. Этот курорт был очень ценным приобретением. Поскольку семья Бай была так готова расстаться с ним, приняв его, они не смогут затаить обиду за прошлое. В конце концов, хотя что-то и произошло, это не стоило жизни двум людям.

«Конечно, справедливо, что мы, старшие, берем на себя ответственность за ошибки молодого поколения», — Бай Ло продолжал подчеркивать роль молодого поколения, ставя обоих мужчин на равные позиции. Таким образом, если бы они продолжили спорить, это выглядело бы как издевательство над молодым поколением. Это

действительно было умно; большинство людей на этом этапе отступили бы, даже если бы не хотели. Бай Ло достиг своей цели. К сожалению, сегодня ему пришлось столкнуться с Линь Цзишэном, и психологические уловки на него не подействовали!

«Патриарх Бай, вы слишком добры. Строго говоря, мы тоже ваши младшие», — сказал Линь Цзишэн с улыбкой, прямо опровергая слова Бай Ло. Разве вы только что не сказали, что зачинщики беспорядков — младшие, и не просили их держать на вас обиду? Теперь он говорил Бай Ло, что они тоже младшие, и не стоит издеваться над ними только потому, что они старшие.

Атмосфера снова стала неловкой. Янь Фэй, стоявшая в стороне, была недовольна. Хотя ее дочь и стала причиной беспорядков, семья Бай уже признала свою ошибку, а этот человек все еще не сдавался.

«Хех, раз уж ты такая младшая, будь благоразумна. Не забывай, ты всё ещё главная в семье Лу!»

Слова Янь Фэй мгновенно создали неловкую, напряженную атмосферу. Все уставились на неё с ужасом. Зачем она это говорит сейчас? Не подливает ли она масла в огонь?

«Верно, я сейчас не главная в семье Лу, но, мадам, имеете ли вы право говорить здесь? Я здесь на встрече с семьёй Бай. Почему вы, человек, у которого даже нет фамилии Бай, здесь?» Линь Цзишэн нахмурился, его глаза наполнились отвращением, когда он посмотрел на Янь Фэй. «Или вы хотите, чтобы я напомнил вам, чья дочь Бай Цин?»

Слова, которые она собиралась произнести, застряли у неё в горле. Янь Фэй с ужасом посмотрела на Линь Цзишэна. Откуда этот человек мог это знать?!

«Ты, о какой чепухе ты говоришь? Я не понимаю, что ты имеешь в виду, и не знаю, о ком ты говоришь!» Несмотря на свое упрямство, лицо Янь Фэй побледнело, словно мертвая тьма. Хотя она и не знала, говорит ли Линь Цзишэн правду, все же хотела проявить осторожность!

[Ведущий, вы действительно знаете личность Бай Цин?] Услышав слова Линь Цзишэна, 001 охватило любопытство. Мертвая бледность лица Янь Фэй только усилила это любопытство. Кто же этот человек, способный так сильно напугать Янь Фэй?

«Конечно, я бы не стал шутить на такие темы», — сказал Линь Цзишэн с улыбкой, оглядывая людей, и наконец его взгляд остановился на Бай Ло. «Не кажется ли вам, что внешность Бай Цин — это сочетание Бай Янь Фэй и Бай Ло? Конечно, сначала я просто догадывался, но, увидев, как побледнело лицо Бай Янь Фэй после моих слов, я понял, что моя догадка верна. К тому же, цвет лица Бай Ло тоже отличался, так что это определенно идеальное совпадение».

«Итак, биологический отец Бай Цин — это… и Бай Цин — результат инцеста».

После того, как Линь Цзишэн закончил говорить, 001 замерла в воздухе на полминуты, прежде чем послышался её голос.

[Скрытая миссия: Расследовать происхождение Бай Цин, причину, по которой Бай Яньфэй покинула семью Бай более двадцати лет назад, и кто её отец. Миссия выполнена. Награда за миссию: 1 очко исходных характеристик, 1 очко улучшения персонажа.] Сказав это, 001 с восхищением посмотрела на Линь Цзишэна. Хотя она и предполагала, что личность другой стороны может быть непростой, она не ожидала, что всё окажется настолько сложным. Неудивительно, что Бай Яньфэй покинула семью Бай тогда; предыдущий глава семьи Бай никак не мог смириться с произошедшим!

«Что случилось, тётя? Почему ты замолчала? Разве ты не была такой радостной только что?» Глядя на Яньфэй, лицо Линь Цзишэна выражало отвращение и презрение, словно он увидел нечто отвратительное.

В этот момент Яньфэй почувствовала, будто с неё сняли одежду, и она предстала перед всеми обнажённой. Секрет, который она скрывала более двадцати лет, был раскрыт, и она не могла этого вынести!

«С-старший брат, я уйду первой. Молодой господин Лу прав. Я больше не член семьи Бай, и мне здесь не место. Я уйду первой». Сказав это, Яньфэй чуть не убежала. Она действительно боялась, боялась, что если останется здесь, то даже последний слой её приличий будет сорван!

«Кто-нибудь хочет что-нибудь сказать?» На лице Линь Цзишэна всё ещё оставалась лёгкая улыбка, но никто не осмеливался произнести ни слова, даже дышать не решался. Сначала все думали, что с Вэньжэнь Ланем сложнее всего иметь дело, но теперь поняли, что по-настоящему ужасающим оказался этот всегда улыбающийся человек. Он прекрасно знал историю семьи Бай!

Глава 3.8

«Простите, что сегодня я вас двоих рассмешил. Такого больше никогда не повторится», — сказал Бай Ло почти сквозь стиснутые зубы. Хотя он и предполагал, что сегодняшние события могут быть не очень хорошими, он никак не ожидал, что из-за слов Бай Яньфэя самый большой секрет семьи Бай будет раскрыт.

Если бы эти двое не были такими неприкасаемыми, Бай Ло даже захотел бы убить их, чтобы заставить замолчать.

«В таком случае, мы уходим», — на лице Линь Цзишэна появилась улыбка, но в глазах улыбки не было, отчего у Бай Ло по спине пробежал холодок. Теперь он понял, что действительно стар и находится в крайне невыгодном положении, сталкиваясь с этими молодыми людьми.

«Пожалуйста, подождите минутку, господа!» Увидев, что они собираются уходить, Бай Ло быстро окликнул их. Помимо сегодняшних извинений, было еще одно важное дело, о котором он не мог забыть. «Господа, Цинцин через несколько дней будет чествовать своих предков. Не могли бы вы оказать мне честь присутствовать?»

Пока эти двое были готовы прийти, даже если они ничего не признавали, у него были способы заставить людей думать, что у них есть чувства к Цинцин. Конечно, если бы стало известно, что двое мужчин борются за одну женщину, статус семьи Бай определенно резко бы повысился, в отличие от нынешнего положения!

«Конечно, пожалуйста, пришлите приглашение от главы семьи Бай. Мы с А-Лань обязательно придем». Линь Цзишэн ясно понял намерения Бай Ло. Он просто хотел использовать свою и Вэньрен Лань славу, чтобы принести пользу семье Бай, но он не знал, сможет ли семья Бай себе это позволить.

«Фэн…» Как Вэньрен Лань могла не понять того, что понял Линь Цзишэн? Особенно когда Вэньрен Лань увидел коварный взгляд в глазах Бай Ло, он почувствовал еще большее отвращение. Как он мог терпеть, что эти люди смеют плести интриги против Фэна?

«Все в порядке, мы просто пришли посмотреть». Это действительно был всего лишь обычный визит; втягивать их в эту передрягу с семьей Бай в одиночку казалось маловероятным.

Увидев серьезный взгляд Линь Цзишэна, Вэньрен Лань понял смысл и кивнул. Хотя он не знал, почему Фэн это делает, он поддержал бы любое его решение!

Заметив их взаимодействие, Бай Ло нахмурился. Что-то было не так между ними!

Долгое время в городе Б ходили слухи об отношениях между Вэньрен Ланем и Лу Фэном, но Бай Ло им не верил. В конце концов, учитывая их статус, как они могли совершить такой вопиющий поступок?

Но теперь, увидев их взаимодействие, Бай Ло вдруг засомневался. Между ними явно чувствовалась теплота; это не было похоже на простую дружбу!

Однако, бросив взгляд на стоящую неподалеку дочь, он укрепил свою решимость. За последнее время он многому научился у дочери, в том числе и правде о травме Лу Фэна.

Мужчина, готовый рисковать жизнью ради женщины — любой, кто не глуп, мог понять последствия.

«Тогда мы будем ждать твоего приезда!» Улыбка Бай Ло стала шире, его взгляд на Линь Цзишэна был почти как у зятя, отчего у Линь Цзишэна по спине пробежал холодок.

После того, как они ушли, Бай Ло взглянул на Бай Цин и кивнул ей, давая знак следовать за ним.

Войдя в кабинет, Бай Ло оглядел Бай Цин с головы до ног, его взгляд был лишен всяких эмоций, словно он смотрел на товар.

«Цинцин, скажи папе, кто тебе больше нравится из этих двоих?» Хотя оба были очень привлекательны, Бай Ло отдавал предпочтение Вэньжэнь Лань. Во-первых, семья Вэньжэнь была ведущей фигурой в городе Б, а во-вторых, после сегодняшних событий никто не поверит, что Лу Фэн — хороший человек.

Однако…

отношение Вэньжэнь Лань к Лу Фэну было слишком странным, поэтому Бай Ло заколебался.

«Дядя Бай, я…»

— «Я уже говорил тебе, называй меня папой», — Бай Ло нахмурился ещё сильнее, глядя на Бай Цин, которая всё ещё была такой робкой перед ним. После стольких лет воспитания она всё ещё была такой. Она действительно была безнадёжна. «Тебя скоро признают твои предки. Если кто-нибудь ещё раз услышит, как ты называешь меня дядей Бай, это будет позором для семьи Бай!»

Бай Ло хлопнул рукой по столу, от чего Бай Цин вздрогнула. Она ужасно боялась этого человека, до глубины души.

В тот день мать молча привела её в семью Бай. Первым, кого она увидела, был этот мужчина — тот, кого мать называла отцом. Но тогда она поняла, что он смотрел на неё не как на живого человека, а как на товар, предназначенный для покупки и продажи, лишённый каких-либо эмоций.

«Папа… Папа…» — наконец произнесла Бай Цин, но не почувствовала никакой привязанности.

«Очень хорошо. Теперь ответь на вопрос отца. На кого из этих двоих ты нацелилась?» Поскольку Бай Цин должна была их соблазнить, естественно, они ей должны были понравиться. Преимущества для семьи Бай от контроля над любым из них были очевидны, поэтому не имело значения, на кого именно, главное, чтобы Бай Цин могла контролировать их.

Хотя Бай Ло не верил, что у Бай Цин есть такая способность, он мог бы её кое-чему научить. В конце концов, разве он сам не использовал какие-то уловки, чтобы стать главой семьи Бай?

«Папа, мне нравится… старший Лу». Хотя происхождение Вэньжэнь Лань было лучше, она больше увлекалась старшим Лу и инстинктивно боялась Вэньжэнь Лань.

«Хорошо, если он тебе нравится, то всё в порядке. Скоро Лу Фэн станет твоим мужем, так что, Цинцин, ты должна быть ещё более выдающейся. Только будучи более выдающейся, ты сможешь заставить Лу Фэна смотреть только на тебя». Наконец, на лице Бай Ло появилась нежная улыбка, и его взгляд на Бай Цин смягчился.

В этот момент Бай Ло и не подозревал, что его план уже явно раскусил другую сторону, которая уже решила не сотрудничать.

«Фэн, почему ты согласился на просьбу Бай Ло? Его поведение явно было продуманным». У Вэньжэнь Лань было предчувствие, что Бай Ло строит козни не только против бизнеса семьи Лу, но и против самого Лу Фэна!

Это было то, с чем он совершенно не мог смириться. В глубине души Лу Фэн был очень важной персоной, и никто не мог радоваться тому, что такая важная персона пользуется таким спросом.

«Разве я не говорил тебе? В день, когда Бай Цин будет признана членом семьи, мы увидим настоящее представление, настоящее представление!» Понимание этого мира у Линь Цзишэна намного превосходит понимание Вэньжэнь Ланя.

Особенно после завершения сегодняшней тайной миссии, кажется, вся информация о родственниках Бай Цин была раскрыта. Таким образом, он узнал правду о том, как Бай Яньфэй покинула семью Бай.

О любви брата и сестры знали многие, но те, кто действительно знал всю подноготную тогда, помимо покойного патриарха семьи Бай и Бай Ло, вероятно, были только Линь Цзишэном.

На самом деле, Бай Ло никогда не любила Бай Яньфэй, ни капельки.

Его цель была проста: заставить Бай Яньфэй влюбиться в него, а затем добровольно отказаться от своих наследственных прав. Даже беременность Бай Яньфэй была спланирована Бай Ло и старым патриархом.

Так называемый «застать их в постели» был заранее продуманным планом.

Хотя Бай Яньфэй была способна на это, она все же была женщиной. Когда рядом с ней сидел нежный и внимательный мужчина, зная, что он наполовину ее крови, ей было невозможно сопротивляться искушению.

Даже после того, как его в итоге вынудили покинуть семью Бай, он все еще оставался предан Бай Ло — поистине глупо!

«Фэн, ты кое-что знаешь?» — Линь Цзишэн теперь вел себя слишком спокойно. Зная цель Бай Ло, как Линь Цзишэн мог быть тем, кого добровольно используют? Его спокойное поведение говорило о том, что у него был свой план, или, по крайней мере, какое-то преимущество перед противником.

«Конечно». Услышав слова Вэньжэнь Ланя, Линь Цзишэн охотно поделился всем, что знал, объяснив все о Бай Ло.

Вэньжэнь Лань вздохнула, услышав это. Этот человек был еще более бесстыдным, чем Вэнь Хао. Когда он впервые увидел Бай Ло, он подумал, что она умна, но теперь она казалась не только умной, но и безжалостной, даже используя собственную сестру.

«Итак, Алан, как ты думаешь, что бы сделала Бай Яньфэй, если бы узнала правду о том, что произошло тогда?» Хотя Бай Яньфэй является членом семьи Бай, у нее нет той хитрости и коварства, которые присущи этой семье. У нее редкий и свирепый характер. Тогда она могла посеять хаос в семье Бай. Сейчас она может полностью уничтожить семью Бай!

С самого начала он говорил, что они собираются посмотреть представление в тот день.

«Но даже несмотря на это, нам все равно следует сообщить семье Лу. Наверное, пора возвращаться к семье Лу». Раны Линь Цзишэна зажили уже довольно давно, но старый господин Лу все еще ничего не говорил, просто позволял ему бегать на улице, а затем помогал, когда это было необходимо.

Теперь, возможно, ему действительно стоит воспользоваться этой возможностью, чтобы как следует увидеть «своего» деда.

«Хм…» Услышав, что Линь Цзишэн возвращается к семье Лу, Вэньрен Лань с большой неохотой согласился. Почему эти люди всегда были важнее его в сердце Фэна!

Глядя на выражение лица Вэньрен Ланя, Линь Цзишэн почувствовал себя немного мягкосердечным. Теперь не только Вэньрен Лин, но даже Вэньрен Лань время от времени смотрит на него глазами большой собаки, и Линь Цзишэну хочется подойти и хорошенько его погладить. Погладить несколько раз!

«Хорошо, я не говорил, что оставлю тебя одного. Пойдем со мной». За это время Линь Цзишэн привык к тому, что за ним кто-то следует. Если он не возьмет с собой Вэньрен Ланя, то, возможно, почувствует себя некомфортно.

«Хм… А? Ладно, пойдем домой и переоденемся, а потом отправимся к семье Лу». Сказав это, Вэньрен Лань вдавил педаль газа в пол. Он уже не просто ехал, он мчался с бешеной скоростью.

Линь Цзишэну показалось забавным наблюдать за Вэньрен Ланем таким, с его прикованным к нему взглядом. По привычке он пропустил одно слово: «дом». Теперь, где бы ни был Линь Цзишэн, это был дом для Вэньрен Ланя!

Только когда Вэньрен Лань запер Линь Цзишэна в маленькой темной комнате, постоянно повторяя свои чувства, он понял, сколько возможностей он упустил, чтобы отказать этому человеку…

После того, как они переоделись, Линь Цзишэн позвонил в семью Лу. Когда они подъехали к дому семьи Лу, Вэньрен Лань впервые осознал, какое положение занимает Лу Фэн в семье.

Перед ним стояло почти сто человек; казалось, вся семья Лу ждала Линь Цзишэна у дверей. Не говоря уже о юниорах, даже старик Лу стоял впереди, с недовольством глядя на Линь Цзишэна, выходящего из машины и тяжело ударяющего тростью о землю.

«Дедушка, ты меня сильно отругал, как только я вернулся. Не боишься, что я больше никогда не осмелюсь вернуться домой?» Голос Линь Цзишэна был полон смеха, а глаза, полные нежности, смотрели на дедушку Лу.

«Не говори глупостей!» Услышав это, дедушка Лу больше не мог сдерживать эмоций, боясь, что внук действительно испугается и больше никогда не вернется домой. «Как твоя травма с прошлого раза? Есть какие-нибудь проблемы?»

Хотя младшие дети говорили дедушке Лу, что с Линь Цзишэном всё в порядке, он не мог успокоиться, пока не увидел это своими глазами.

«Дедушка, не волнуйтесь, со мной всё хорошо», — сказал он, повернувшись к дедушке Лу, чтобы показать ему, что с ним действительно всё в порядке. «Дедушка, не волнуйтесь, я точно не буду плохо с собой обращаться».

Услышав этот ответ, дедушка Лу удовлетворённо кивнул и пригласил всех в дом, но его взгляд на мгновение осложнился, когда он увидел Вэньжэнь Ланя.

Войдя, все сели в гостиной и смотрели на Линь Цзишэна так, словно его собирались допросить, что одновременно забавляло и раздражало Линь Цзишэна. Чем он заслужил такой гнев?

«Дедушка, просто скажи, что хочешь сказать. Глядя на меня так, я не могу догадаться, что ты пытаешься сказать», — беспомощно сказал Линь Цзишэн. Теперь он понял, почему Лу Фэн так не любил возвращаться домой. Каждый раз, когда он возвращался домой, его любимый дедушка смотрел на него своим сосредоточенным взглядом, ничего не говоря.

Посмотрев некоторое время на Линь Цзишэна, дедушка Лу холодно фыркнул, а затем его взгляд упал на Вэньжэнь Ланя. «Ты сын семьи Вэньжэнь, не так ли?»

«Да, дедушка Лу… Я Вэньжэнь Лань. При жизни ты часто упоминал меня». Вэньжэнь Лань говорил это немного сдержанно.

Дедушка Вэньжэнь действительно часто упоминал дедушку Лу, но это не означало, что у них были хорошие отношения.

Конечно, у дедушки Вэньжэня и дедушки Лу были неплохие отношения, но по какой-то причине, возможно, из-за несовместимости характеров, они постоянно ссорились, когда стояли рядом.

«Упоминать меня? Хм! Это скорее оскорбление. Я знаю, что это за человек этот старый негодяй; ему нечего от меня скрывать». После этих слов выражение лица старика Лу несколько смягчилось, и его взгляд на Вэньжэнь Ланя перестал быть таким враждебным.

На самом деле, старик Лу много слышал о взаимоотношениях своего внука и Вэньжэнь Ланя. Хотя он и не верил в это, правда заключалась в том, что его внук был очень близок с Вэньжэнь Ланем.

Хотя внук казался очень мягким и дружелюбным, словно к нему легко мог подойти кто угодно, на самом деле эта так называемая близость существовала лишь при условии соблюдения безопасной дистанции. Быть близко к внуку было совершенно невозможно.

Не говоря уже о посторонних, даже другие внуки должны были учитывать настроение старшего внука, прежде чем приблизиться к нему. Тот факт, что Вэньжэнь Лань мог так легко к нему приблизиться, был несколько невероятен.

«Дедушка, я пришел сюда не для того, чтобы поболтать с вами; я хочу поговорить с вами о серьезных вещах!» Глядя на старика Лу таким образом, у Линь Цзишэна разболелась голова. Было ли ошибкой с его стороны прийти сегодня к семье Лу?

Увидев выражение лица Линь Цзишэна, старый господин Лу понял, когда нужно остановиться, и его лицо стало серьезным, словно он внимательно слушал.

Что мог сказать Линь Цзишэн в этой ситуации? Он мог лишь беспомощно покачать головой. «Дедушка, мне нужно поговорить с вами о серьезных вещах. Связывалась ли семья Бай с семьей Лу в последние несколько дней по какому-либо поводу?»

Сейчас было непросто получить возможность поговорить с семьей Лу; Бай Ло не из тех, кто упускает шансы.

«Это…» Говорил не старый господин Лу, а Лу Ран. Лу Ран сейчас занимался всей информацией дома, поэтому он знал об этом больше. «Семья Бай действительно прислала кого-то извиниться, но откуда вы знаете, старший кузен?»

«Семья Бай искренне извинилась передо мной сегодня, даже бесплатно предоставив мне отдых на море. Откуда, по-вашему, я знаю?» Линь Цзишэн закатил глаза, глядя на Лу Рана, а затем небрежно откинулся на диван, выглядя вялым.

Все присутствующие были поражены поведением Линь Цзишэна, и их взгляды упали на Вэньжэнь Лань, сидевшую рядом с ним.

Присутствовали посторонние; как Линь Цзишэн мог быть таким грубым?

Молодые люди из влиятельных семей очень серьезно относятся к этикету. То, что Линь Цзишэн так неподобающе развалился на диване, крайне невежливо, особенно перед незнакомцами.

Но Линь Цзишэна, похоже, это нисколько не волновало, как и Вэньжэнь Лань. Она даже подложила подушку ему за спину, чтобы ему было удобнее.

На мгновение члены семьи Лу вспомнили легенды о Лу Ране и Вэньжэнь Лань. Неужели…?

Но, похоже, это было не так, потому что поведение Линь Цзишэна было слишком откровенным. Он вел себя не как возлюбленная, а как член семьи.

«Кроме того, семья Бай не просто извиняется; у них, вероятно, есть и другие просьбы». Линь Цзишэн сегодня стал свидетелем того, как Бай Ло умело воспользовался ситуацией. Он лишь принял их извинения, но Бай Ло бесцеремонно пригласил его на банкет после возвращения Бай Цин в семью.

«Старший кузен, ты прав. Семья Бай хочет не только извиниться, но и Бай Ло хочет заключить брачный союз с семьей Лу, и…» В этот момент Лу Ран нахмурился: «Хотя их намерения не совсем ясны, я чувствую, что их интересует именно старший кузен».

В этот момент Лу Ран презрительно фыркнул. Семья Бай действительно была наглой. Несколько дней назад они чуть не убили его старшего кузена, а теперь хотят внедрить шпиона рядом с ним. Неужели они хотят контролировать всю семью Лу?

Надо сказать, Лу Ран действительно догадался о мыслях Бай Ло. Он замышлял подставить Бай Цин к Линь Цзишэну, тем самым контролируя его и всю семью Лу.

Лицо Вэньжэнь Ланя заметно помрачнело, услышав это, в его голове пронеслись планы убийства Бай Ло.

«Правда?..» — Линь Цзишэн усмехнулся, услышав слова Лу Рана. «Неужели эти люди так много думают? Когда у меня вообще были какие-либо непристойные мысли о Бай Цин? Почему меня должен интересовать тот, кто может предать меня в любой момент?»

Слова Линь Цзишэна насторожили всех. Что происходит? Разве не говорилось, что Линь Цзишэн получил ранение, защищая Бай Цин? Почему он, кажется, больше не испытывает к ней никаких чувств?

Были ли их сообщения неверны?

Видя растерянные лица окружающих, Линь Цзишэн усмехнулся и объяснил всю историю, включая прошлые действия Бай Ло, чтобы предостеречь всех от излишней осторожности.

Семья Лу также была глубоко опечалена, узнав о поступках Бай Ло. Хотя использование нечестных методов для продвижения по службе не является чем-то невозможным — в конце концов, не каждая семья так сплочена и защищает друг друга, как семья Лу, — был ли

Бай Ло вообще человеком, чтобы причинить вред собственной сестре ради должности главы семьи? Или он не испытывал отвращения, совершая такое?

«Хорошо, это все, что я хотел сказать. Наверное, мне пора возвращаться», — сказал Линь Цзишэн. Хотя он знал, что семья Лу хочет, чтобы он остался, у него было много дел, и он не мог легко оставаться там. Поэтому, даже зная, что семья Лу очень недовольна, Линь Цзишэн ушел.

Три дня спустя Линь Цзишэн и Вэньжэнь Лань получили приглашения от семьи Бай.

«Я думал, они пригласят нас, раз уж мы пришли вместе в тот день». Приглашение могло привести трех близких друзей, и теперь, когда у Вэньрен Ланя было дополнительное приглашение, хорошо, что он мог привести еще троих, чтобы понаблюдать за происходящим.

«Фэн, ты можешь выбрать, кто пойдет с нами; это будет тебе полезнее». Линь Цзишэн и Вэньрен Лань за последние несколько дней много чего обсуждали, и они действительно планировали хорошенько надрать задницу семье Бай!

«Не волнуйся, если они ничего не сделают, это хорошо. Но если они действительно бесстрашны и что-то сделают, ай-ай-ай». Линь Цзишэн не закончила фразу, но ее позиция была очень ясна: семье Бай это точно не сойдет с рук!

«Фэн, тебе… нравится Бай Цин?» Хотя Линь Цзишэн всегда показывала, что ей не нравится Бай Цин, Вэньрен Лань все еще сомневался. Он действительно боялся, что если семья Бай сегодня предложит Фэну выйти за него замуж, он согласится.

«Нет, и он мне никогда не понравится. Не волнуйся». Не волнуйся о чём? Линь Цзишэн тоже не знал, но, увидев выражение лица Вэньжэнь Лань, подсознательно выпалил эти слова.

Услышав это, Вэньжэнь Лань широко улыбнулась, и эта улыбка была настолько лучезарной, что на мгновение ошеломила Линь Цзишэна.

Затем они вдвоем подготовили всё необходимое и вместе с Лу Раном и пятью младшими членами семьи Лу отправились на банкет к семье Бай.

Бай Ло, который изначально предполагал, что прибудут только Линь Цзишэн и Вэньжэнь Лань, теперь был в недоумении. Как он мог действовать теперь, когда присутствовала семья Лу?

С самого начала Бай Ло планировал, что заставить Линь Цзишэна подчиниться будет непросто, но он слышал, что Линь Цзишэн — очень ответственный человек. Он сразу понял, что это возможность; если он сможет воспользоваться своей дочерью, он не будет бояться, что тот уклонится от ответственности!

Однако, учитывая присутствие такого количества членов семьи Лу, у него не было возможности предпринять какие-либо действия. Если бы он это сделал, семья Лу обязательно бы это обнаружила, и Линь Цзишэн не только был бы отстранен от него, но и сам бы оскорбил семью Лу!

Возможно, кто-то подумал бы, что это хорошая возможность — быть застигнутым врасплох в постели с членами семьи Лу только упростило бы брачный союз, не так ли?

Но на самом деле каждый член семьи Лу хитер. Он не может производить наркотики, которые так быстро метаболизируются, и если после инцидента Линь Цзишэна отправят в больницу на обследование, все станет известно.

Поэтому Бай Ло предпочел бы ничего не делать, чем оказаться в безвыходной ситуации!

«Добро пожаловать, господин Лу, господин Вэньжэнь и, конечно же, молодые господа из семьи Лу». Хотя в душе Бай Ло испытывал сожаление, он всё же сохранял тёплое и восторженное выражение лица, словно искренне ждал их приезда.

«Она умный человек. Неудивительно, что Бай Яньфэй так легко обмануть». Безжалостность Бай Яньфэй была практически легендарной в высших кругах города Б. Многие молодые дамы пытались ей подражать, но все потерпели неудачу.

«Интересно, удастся ли ей обмануть их на этот раз?» Линь Цзишэн взял у официанта бокал красного вина, посмотрел на окружающих, которые хотели подойти, но не решались, поднял бокал в знак тоста, и атмосфера вокруг него стала намного теплее.

Линь Цзишэн наблюдал за этой «грандиозной драмой» с легкой улыбкой на лице, не подозревая, что в этот момент кто-то наверху смотрел на него с восхищением, в его глазах читалось неоспоримое и глубокое обожание.

Этим человеком была Бай Цин. С того момента, как Линь Цзишэн появился на банкете, взгляд Бай Цин был прикован к нему. В ее глазах Линь Цзишэн был словно источник света, глубоко притягивающий ее внимание и заставляющий желать следовать по его стопам.

Когда отец сказал, что она может выйти замуж за старшего Лу, она была вне себя от радости, почти в экстазе. То, что она считала невозможным, теперь стало реальностью; как она могла не радоваться?

Однако, когда Бай Цин попыталась снова взглянуть на Линь Цзишэна, на нее упал предупреждающий взгляд. В этом взгляде читалось сильное предупреждение, словно говорящее ей, что если она будет смотреть дольше, он выколет ей глаза!

Она знала, кому принадлежит этот взгляд, и неохотно отвела взгляд, внутренне усмехнувшись. Ну и что, что она теперь может стоять рядом со старшим Лу? Старший Лу скоро будет принадлежать ей, только ей!

«Алан, что случилось?» Глядя на Вэньжэнь Лань, чья аура внезапно резко изменилась, Линь Цзишэн был озадачен. Что с ним не так?

«Бай Цин смотрит на тебя этим отвратительным взглядом!» Этот самодовольный и собственнический взгляд вызвал у Вэньжэнь Лань тошноту!

Линь Цзишэн лишь на мгновение опешился, а затем тихонько усмехнулся: «Пусть смотрит еще несколько раз, пока есть возможность, кто знает, сможет ли она потом».

Основываясь на информации, предоставленной 001, Линь Цзишэн досконально понимал Бай Яньфэй.

Для Бай Яньфэй Бай Цин была свидетельством их любви, продолжением ее любви к Бай Ло, поэтому она всегда дорожила Бай Цин и хотела дать ей все самое лучшее.

Но теперь все изменилось. Бай Яньфэй знала, что Бай Ло никогда не любил ее, даже не испытывал к ней симпатии. Поэтому Бай Цин перестала быть сокровищем и стала позором. Раньше Бай Яньфэй могла игнорировать семейные узы и сеять хаос в семье Бай; неужели она действительно отпустит Бай Цин сейчас ради так называемых кровных уз?

Нет, ни в коем случае!

В реальности все может быть совсем наоборот. Бай Яньфэй в первую очередь нацелится на Бай Цин, уничтожив ее как доказательство своей неудачи и позора.

Пока восемь человек бездельничали, снаружи внезапно раздался шум. Линь Цзишэн тут же оживился; время уже почти пришло, и он догадался, что шум, скорее всего, издает Бай Яньфэй.

«Яньфэй, что ты здесь делаешь?» Выражение лица Бай Ло на мгновение застыло при виде внезапного появления Бай Яньфэй, но затем на его лице появилась мягкая, снисходительная улыбка. «Ты беспокоишься о Цинцин, не так ли? Не волнуйся, я не буду плохо с ней обращаться. В конце концов, Цинцин — моя дочь. Хотя она всегда жила с тобой, своей тетей, и я вижусь с ней нечасто, я все равно очень ее люблю».

Однако слова Бай Ло не произвели на Бай Яньфэй никакого впечатления; наоборот, они вызвали у нее еще большее отвращение.

Получив эти документы, Бай Яньфэй отказалась им верить, ведь это был человек, которого она любила более двадцати лет, Гуань. Человек, которого она ценила больше всего, был центром ее прекрасных мечтаний на протяжении всей юности.

Теперь же некоторые говорили, что это все обман, самообман. Как она могла в это поверить? Поэтому сначала она полностью игнорировала это. Но со временем она постепенно начала вспоминать время, проведенное вместе, и стала замечать несоответствия. Хотя она все еще не хотела в это верить, в конце концов она решила изучить информацию.

Только увидев эту информацию, она поняла, что такое чувство, будто небо рухнуло!

Как такое могло случиться? Как человек, которого она любила полжизни, мог быть таким? Как такое могло…

«Бай Ло, тебе действительно нечего мне сказать?» Глядя на Бай Ло, Бай Яньфэй почувствовала сильное беспокойство. Если бы она внезапно не получила эту информацию, разве некоторые вещи она никогда бы не узнала?

«Яньфэй, о чём ты говоришь? Я… я не совсем понимаю». Видя внезапную настойчивость Бай Цин, Бай Ло действительно немного растерялась. Разве они не договорились о том, чтобы Бай Цин признала своих предков? Что она имела в виду?

«Я хочу задать тебе вопрос: ты действительно любишь мать Цинцин?» Бай Яньфэй крепко сжала кулаки. Хотя она не хотела знать, она всё же догадывалась о его ответе.

Конечно, я люблю мать Цинцин, иначе зачем бы я, несмотря на все возражения, вернула Цинцин?

«Конечно, я люблю мать Цинцин, иначе зачем бы я, несмотря на все возражения, вернул Цинцин?» Голос Бай Ло был очень мягким, полным тоски по «покойной» жене и любви к дочери.

Но, услышав эти слова, Бай Яньфэй почувствовала себя совершенно обескураженной. Как она и предполагала, Бай Ло действительно дал это объяснение. Даже сейчас он все еще обманывает ее!?

«Ха, Бай Ло, мой дорогой брат, раз уж ты это сказал, можешь хотя бы сказать перед всеми, что любишь меня, что всегда будешь любить?» Бай Яньфэй подняла бровь, глядя на Бай Ло, печаль в ее глазах почти исчезла, оставив лишь глубокую злобу.

«Янь… Яньфэй, что ты говоришь? Мы же брат и сестра, как ты можешь говорить такое!» Бай Ло уже обливался потом, услышав ее слова, но сохранял невозмутимое выражение лица, глядя на Бай Яньфэй, словно на озорного ребенка.

«Хе-хе, значит, братья и сестры не могут говорить такие вещи? Но почему ты не сказал этого, когда соблазнял меня, старший брат? Почему ты не сказал этого, когда давал мне клятвы вечной любви? Почему ты не сказал этого, когда лгал мне о том, что переспал со мной!»

Выкрикнув эти слова, Бай Яньфэй маниакально рассмеялся. Момент, когда идеально сохранившаяся маска на лице Бай Ло треснула, был поистине захватывающим!

Что... что происходит?!

Никто не был глуп. Бай Яньфэй так ясно всё объяснил; как они могли не понять, в чём тут дело? Неужели...

Бай Ло действительно отец Бай Цин, а мать Бай Цин — Бай Яньфэй? Страшно даже подумать!

«Довольно, Яньфэй! Кто дал тебе право устраивать здесь беспорядки? Уходи! Ты совершил такую большую ошибку, устроив хаос в семье Бай и будучи изгнанным. Хочешь снова устраивать беспорядки?» Глаза Бай Ло были полны гнева, словно он смотрел на невежественную младшую сестру. «Бай Яньфэй, хотя ты и внебрачная дочь семьи Бай, семья Бай хорошо к тебе относится. Неужели ты так ненавидишь семью Бай?»

Услышав это, все «внезапно поняли», что Бай Яньфэй пришла сюда, чтобы опорочить репутацию семьи Бай. Конечно же, внебрачная дочь есть внебрачная дочь. Хм, если бы старый господин Бай был жив, он, наверное, захотел бы задушить эту неблагодарную дочь!

«Хех, Бай Ло, если бы ты только что сказал что-нибудь помягче, я бы, наверное, подыграл тебе. Жаль, я тебя слишком хорошо знаю. Я знал, что после этих слов ты свалишь всю вину на меня. Но сейчас это уже неважно». Бай Яньфэй покачала головой, seemingly unchained. «Теперь тебе не нужно больше угрожать мне Бай Цин. Одна мысль о том, как она вылезла из моего живота, вызывает у меня отвращение!»

Существование Бай Цин когда-то было символом счастья, но теперь оно служит лишь постоянным напоминанием о неудаче Бай Яньфэй.

Ах, её отец был добрым, брат — нежным, а старший брат обожал её — всё это заставляло её терпеть эти аморальные отношения. Но в конце концов, всё это было обманом, даже Бай Цин…

«Бай Ло, ты думаешь, я всё ещё ничего не знаю?» Бай Яньфэй сделала несколько шагов вперёд, улыбаясь Бай Ло. «Теперь я знаю. Только впервые человек, который спал со мной, был не ты, и Бай Цин — не твоя дочь. Ты, наверное, никогда не представлял, что я действительно найду человека, которого ты подкупил, и куплю у него запись, которую он оставил во время твоей сделки».

«Невозможно! Он давно мертв, и никаких записей он не оставил!» После того, как Бай Яньфэй закончила говорить, разум Бай Ло на мгновение опустел. Только увидев улыбку на ее губах, он понял, что был обманут. «Бай Яньфэй, ты меня обманул?!»

Но чего он не ожидал, так это того, что следующим прозвучал его собственный голос — разговор с мужчиной. Прослушав содержание, Бай Ло сразу понял, что семье Бай конец, и ему… тоже конец.

Глава 3.9

«Бай Яньфэй, ты думаешь, эта запись будет полезна? Кто знает, может, ты ее даже сфабриковал!» Бай Ло все еще предпринимает последнюю попытку. Он столько лет усердно трудился над развитием семьи Бай, и теперь, когда семья наконец-то начала крепнуть, действия Бай Яньфэй, казалось, были направлены на то, чтобы разрушить все его надежды.

«Выдумано это или нет, ты знаешь лучше. Но если ты хочешь с кем-то поговорить, сейчас это, вероятно, бесполезно, потому что этот человек уже мертв», — небрежно произнесла Бай Яньфэй, словно это ничего не значило, отчего у Бай Ло по спине пробежали мурашки.

«Мертв… мертв, как они умерли?» Внутренний голос твердил ему не спрашивать, кто это сделал.

Инстинкт подсказывал, что этот вопрос слишком опасен; последствия могут быть невообразимыми. Но почему-то Бай Ло все же задал этот вопрос.

«Как он умер? Ха, разве это вопрос? Конечно, я убил его! Какое право имеет такой человек жить в этом мире!» Бай Яньфэй сошла с ума. Мораль и справедливость больше не были в ее глазах. Она уже решила умереть; ничто другое не имело значения. «Как я могу оставить тебе, Бай Ло, хоть какой-то шанс очистить своё имя? Раз уж вы с отцом так замышляли против меня, я сделаю ваши планы тщетными!»

Бай Яньфэй маниакально рассмеялась, словно уже предвидела судьбу семьи Бай. В её глазах читалась саркастическая испепеляющая ярость, а взгляд, устремлённый на Бай Ло, был полон свирепости. Бай Яньфэй почувствовала прилив удовольствия.

Если бы семья Бай попала в её руки тогда, они, возможно, не отказались бы. На самом деле, если бы у Бай Ло была хоть капля искренности по отношению к ней, она бы этого не сделала.

Она отдала всё ради этого единственного человека в своей жизни, а в итоге получила тело, полное ран. Как она могла не хотеть умереть вместе с ним!

«Ты… ты убила кого-то?» Лицо Бай Ло побледнело. Он рассматривал множество вариантов, но никогда не представлял, что она действительно кого-то убьёт!

«Да, что, ты мне не веришь?» Бай Яньфэй усмехнулась, в ее глазах читалась самодовольная ухмылка. «Теперь в вашей семье Бай еще один скандал, убийца. Хотя она внебрачная дочь семьи Бай, в ее жилах все еще течет кровь семьи Бай. Ну и что, чувствуешь, что тебя вот-вот уничтожат?»

Чем больше Бай Ло боялся, тем больше радовалась Бай Яньфэй. Этот человек все испортил для нее, так что она заставит его заплатить за это всем, что у него есть!

«Бай Яньфэй, ты сумасшедшая!» Бай Ло теперь был полон сожаления. Он никогда не думал, что Бай Яньфэй узнает правду. То, что произошло тогда, было не только его виной; он и его отец не могли позволить себе никаких ошибок. Более того, Бай Яньфэй после ухода отдала все свои связи семье Бай. Как она могла узнать все это сейчас?

«Кто это? Кто меня подставил!» Даже в этот момент Бай Ло помнил о необходимости очистить своё имя и категорически не позволял никому верить словам Бай Яньфэй.

«Подставили? Хе-хе, меня тоже сначала подставили, но, столкнувшись с одной уликой за другой, я просто не мог поверить, что это подстава!» Улыбка Бай Яньфэй была полна горечи. Теперь она не знала, что лучше: узнать правду и отомстить, или навсегда остаться в неведении.

«Кто этот человек!» — крикнул Бай Ло. Он ни в коем случае не мог позволить разрушить всё, что он задумал. Если он узнает, кто этот человек, он точно не оставит его безнаказанным!

Однако Бай Яньфэй ничего не ответила, а лишь посмотрела на Бай Ло с насмешливым выражением лица. Она знала, что Бай Ло хочет узнать, кто дал ей информацию, заставить его замолчать, а затем использовать власть семьи Бай, чтобы заставить замолчать всех присутствующих сегодня.

Однако, хотя его идея была превосходной, её было совершенно невозможно реализовать, потому что человек, который передал ей информацию, был…

«Кто это? Патриарх Бай мог бы спросить меня напрямую, в конце концов…» Линь Цзишэн медленно вышел, глядя на бледного Бай Ло, с оттенком удовлетворения в сердце: «Я сказал Бай Яньфэй, что это я ей это сказал».

Увидев Линь Цзишэна, Бай Ло был совершенно ошеломлён. Изначально он думал, что это дело рук какой-то семьи, затаившей обиду на семью Бай, или кого-то, у кого были деловые конфликты. Он никогда не предполагал, что таким человеком окажется Лу Фэн.

«Почему…» Семья Бай не обидела Лу Фэна. Даже если в прошлый раз были какие-то незначительные неприятности, разве они не были улажены?

«Почему? Я думал, патриарх Бай должен всё прекрасно понимать. Патриарх Бай имеет в виду, что вы не знали, что Бай Цин не ваша дочь, или что вы никогда не собирались контролировать меня через Бай Цин, а затем взять под контроль семью Лу?» Слова Линь Цзишэна пронзили сердце Бай Ло. Он думал, что действовал очень осмотрительно, но на самом деле все было совсем наоборот. «Патриарх Бай, неужели твоя комфортная жизнь в последние годы тебя испортила?»

Голос Линь Цзишэна был мягким, даже с легкой улыбкой, но его взгляд на Бай Ло был необычайно холодным, словно он смотрел на мертвеца.

«Молодой господин Лу, вы меня неправильно поняли. Как я мог так поступить? Кто вам такое сказал? Вы меня неправильно поняли!» Теперь Бай Ло чувствовал себя осажденным со всех сторон. Если бы не сегодняшние действия Лу Фэна, он все еще мог бы найти способ заставить всех замолчать, но теперь, когда Лу Фэн признался, он был уверен, что никто не станет оскорблять семью Лу ради него.

Особенно сейчас, когда Вэньжэнь Лань стоит рядом с Линь Цзишэном, защищая его, все понимают, что даже без союза отношения между семьями Лу и Вэнь достаточно близки. Что

еще более примечательно, так это то, что люди, которых привел Вэньжэнь Лань, были не его друзьями, а членами семьи Лу. Эта информация достаточна, чтобы показать всем, что в городе Б произошли перемены!

«Скоро вы узнаете, было ли это недоразумение. Думаю, Аран принесет мне хорошие новости». Линь Цзишэн не стал продолжать, а спокойно сел на стул, который принес Вэньжэнь Лань. Его высокомерное поведение заставило всех вокруг понять разницу между ними и этим человеком.

Вскоре из дома вышел человек. Его лицо было мрачным, и он держал что-то в руке. Линь Цзишэн не узнал этого, но, судя по выражению лица мужчины, он понял, что это ничего хорошего.

«Аран, что ты нашел?» Глядя на Лу Рана, голос Линь Цзишэна стал тихим. Особенно увидев, как побледнело лицо Бай Ло, он понял, что это определенно было приготовлено для него.

«Старший брат, это на самом деле «Розовый Ангел»!» Голос Лу Рана был полон явно стиснутых зубов, его взгляд, устремленный на Бай Ло, был полон убийственного намерения, он желал убить Бай Ло прямо на месте.

В тот момент, когда прозвучали слова «Розовый Ангел», все присутствующие смотрели в недоумении, их взгляды на Бай Ло теперь выражали презрение.

Обычные люди, возможно, не знали, что такое «Розовый Ангел», но богатые, даже если они не видели его лично, обычно знали, что это такое, просто потому что «Розовый Ангел» был так знаменит.

Это был мощный галлюциноген; те, кто принимал «Розового Ангела», принимали первого встречного за своего возлюбленного и испытывали неудержимый прилив желания.

Теперь, когда «Розовый Ангел» появился здесь, это означало, что Бай Ло действительно замышлял заговор против молодого господина Лу.

«Патриарх Бай, есть что еще сказать?» Линь Цзишэн ненавидел, когда против него плетут интриги, и теперь, когда кто-то осмелился действовать так дерзко, как Линь Цзишэн мог не воспользоваться этой возможностью, чтобы утвердить свою власть? «Патриарх Бай должен знать о действии препарата «Розовый Ангел» без моих объяснений, верно? Что еще тут скажешь?»

Разум Бай Ло был в смятении. Он не понимал, как все дошло до этого, где все пошло не так, он не мог понять, он действительно не мог понять!

«Молодой господин Лу, тот, кто достал предмет, — ваш человек. Как вы можете доказать, что он был найден в моей семье Бай?» Бай Ло все еще отчаянно пытался признаться. Он ни в коем случае не мог этого сделать, иначе он действительно станет объектом всеобщей критики!

«Патриарх Бай хочет доказательств?» Линь Цзишэн был ошеломлен, затем с насмешкой посмотрел на человека, стоявшего там и притворявшегося спокойным, а затем на Вэньжэнь Ланя рядом с собой: «Алан».

Вэньжэнь Лань кивнул, достал USB-накопитель и вставил его. После ввода данных в подготовленный Линь Ранем блокнот, все действия Бай Ло мгновенно стали известны всем присутствующим. Речь шла не только о Линь Цзишэне; Было много других вещей, например, многочисленные разрушенные семьи. Короче говоря, Бай Ло был не таким добрым, как казалось; он был самым коварным и безжалостным человеком!

«Нет, это невозможно! Это невозможно! Всё это фальшивка, фальшивка!» Глядя на разворачивающиеся события, Бай Ло не мог этого вынести. Как такое могло произойти? Всё не должно быть так. Должно быть так, что Лу Фэн состоял в отношениях с Бай Цин, женился на ней, а затем косвенно захватил контроль над всей семьёй Лу, в конечном итоге став верховным правителем города Б. Вот это правильный путь!

«Фальшивка это или нет, патриарх Бай, ты знаешь лучше всех», — улыбнулся Линь Цзишэн, подойдя к Бай Ло и прошептав ему на ухо: «Патриарх Бай, не забывай, за нами наблюдают боги. Некоторые вещи, однажды сделанные, в конце концов станут известны».

С этими словами Линь Цзишэн повернулся и ушёл. Он сделал то, что должен был сделать; Что случилось с семьей Бай потом, его не касалось.

«Старший Лу, пожалуйста, подождите!» Как раз когда он собирался уйти, перед ним стояла Бай Цин, макияж которой был испорчен слезами, с жалким видом. Но Линь Цзишэн ничего не чувствовал.

«Что случилось?» — спросил он. Это был не Линь Цзишэн, а Вэньжэнь Лань, стоявший рядом с ним. Он уже преградил Линь Цзишэну путь, когда подошла Бай Цин. Он чувствовал, что эта женщина замышляет что-то против Фэна!

Увидев Вэньжэнь Лань, преграждающую ей путь, Бай Цин впервые собралась с духом. «Я хочу поговорить со старшим Лу, старший Вэньжэнь

, пожалуйста, отойдите в сторону!» Это был ее единственный шанс. Если она не заговорит, она никогда больше не сможет быть с ним. Старший Лу был человеком, которого она любила больше всего на свете, и она никогда не позволит Вэньжэнь Лань, этому большому дьяволу, добиться успеха!

«Лань, дай ей говорить». Голос Линь Цзишэна был мягким и улыбчивым, но в его глазах читалась насмешка, которую Бай Цин не заметила, потому что он стоял позади Вэньжэнь Лань.

«Старший Лу, вы мне нравитесь, независимо от того, дочь я из семьи Бай или нет», — Бай Цин глубоко вздохнула и продолжила: «С того дня, как вы меня спасли, я знала, что влюбилась в вас».

Все присутствующие в шоке уставились на Бай Цин. Хотя они знали о травме Лу Шао, они никак не ожидали, что причина будет именно в этом. Неужели партнером Лу Шао был не Вэньжэнь Лань, а Бай Цин? Это… это небо слишком слепо!

«Спасла тебя?» — усмехнулся Линь Цзишэн, в его тоне не было ни капли мягкости, ни глубокого сарказма. «Ты думаешь, я спас тебя в тот день, мисс Бай? Можешь перестать быть такой самонадеянной? Конечно, я не могу сказать, что у меня совсем не было желания спасти тебя, в конце концов, мой учитель хотел, чтобы я позаботился о тебе. Но для меня действительно важна А-Лань. Как я мог допустить, чтобы в моей семье был отец-убийца?»

Глядя на ошеломленное выражение лица Бай Цин, он понимал, что она не сможет принять этот факт. Но какое это имеет к нему отношение? Лучше жить приземленной жизнью и не выдумывать то, чего не существует.

«Я не верю!» В этот момент старший Лу обнял её, нежно защищая, а теперь стал таким жестоким. «Из-за него, старший Лу? Разве ты только что не говорил, что этот человек не мой отец? Ты…»

«Бай Цин, ты забыла, что говорила, когда Вэнь Хао тебя схватил?» Линь Цзишэн покачал головой, мягко напоминая Бай Цин о том, что она сделала. Её лицо мгновенно побледнело.

«Старший Лу, я просто хотела жить. Разве ты не говорил, что понимаешь меня?» Она не забыла слова Линь Цзишэна, сказанные тогда, именно поэтому она влюбилась в него. Она чувствовала, что он того стоит, и в конце концов Линь Цзишэн даже принял пулю за неё, именно поэтому она его любила. Неужели всё это лишь её мечты?

Линь Цзишэн просто улыбнулся, наблюдая за ней. Наконец, когда Бай Цин уже был на грани обморока, он сказал: «Да, я сказал, что понимаю тебя, поэтому не буду мстить. В конце концов, желание жить — это человеческая природа. Но я никогда тебя не прощу, потому что ты готов обменять мою жизнь на свой шанс жить». С этими словами

Линь Цзишэн без колебаний ушёл. Какое ему дело до жизни и смерти Бай Цин?

[Дин-дон, поздравляем, хозяин! Дополнительное задание успешно выполнено! Ура!] [Дополнительное задание 1: Заставить главную героиню влюбиться в тебя, а затем бросить её (Выполнено). Награда за задание: 300 очков опыта, 600 очков. Хозяин, хотите получить награду?] «Да». Услышав уведомление, Линь Цзишэн улыбнулся. Как он и предполагал, задание наконец-то выполнено!

Хотя были некоторые повороты сюжета, в итоге всё прошло гладко. Как же Линь Цзишэн мог не радоваться?

«Фэн, ты рад?» Вэньрен Лань моргнул, взглянув на человека рядом с собой. Хотя на его лице была та же обычная улыбка, Вэньрен Лань заметил, что улыбка Фэна казалась гораздо более искренней. Чему же так радовался Фэн?

«Да, все проблемы решены. Как я могу не радоваться?» Даже если бы он сейчас не напал на семью Бай, Бай Яньфэй не отпустил бы Бай Ло. Тридцатилетний обман, как только правда раскроется, вызовет полный переворот. Это совершенно нормально.

«Но…» Хотя Линь Цзишэн и сказал это, с Бай Ло сегодня еще не покончено. Возможно, он все еще сможет вернуться, используя богатство семьи Бай. Теперь, когда Линь Цзишэн полностью раскрыл себя, что, если он захочет напасть на Линь Цзишэна?

При этой мысли в глазах Вэньрен Ланя вспыхнула убийственная ярость. Этому человеку нельзя позволять жить, такому человеку нельзя позволять жить!

Почувствовав изменение ауры вокруг себя, Линь Цзишэн, хотя и не был уверен в своих точных мыслях, предположил, что это связано с семьей Бай. Он объяснил ситуацию: «Не волнуйся, с Бай Яньфэй рядом семью Бай не так легко оправдать. Бай Яньфэй — недобрый человек; если ты её обидишь, тебе лучше умереть».

Получив этот ответ, Вэньжэнь Лань, хотя и не совсем удовлетворённый, кивнул. Он понимал, что Фэн не хочет, чтобы он вмешивался напрямую, поэтому он ничего не будет делать, кроме как оставаться рядом с Фэном и защищать его. Пока он рядом, Фэн будет в безопасности. Думая

об этом, Вэньжэнь Лань наконец почувствовал удовлетворение. Возможность защищать Фэна и быть с ним — как он мог не быть счастлив?

«Но как нам поступить с Бай Яньфэй? Что, если она попытается причинить тебе вред?» Бай Яньфэй — настоящая бешеная собака; если она действительно захочет напасть на Линь Цзишэна, это будет еще сложнее.

«Она ничего мне не сделает. В конце концов, я все еще ее благодетель. И самое главное, Бай Яньфэй теперь убийца. Если она придет искать неприятностей после всего этого, лучше всех предупредить. В конце концов, Бай Яньфэй все еще довольно опасна, не так ли?» Линь Цзишэн произнес это со слабой улыбкой, лишенной всякой враждебности, но в его руках была власть решать жизнь или смерть человека. Насколько же ужасным должен быть такой человек?

Однако Вэньрен Лань, стоявший рядом с ним, не находил это ужасным; напротив, он почувствовал легкое волнение. Он чувствовал, что именно таким и должен быть человек перед ним; он не должен быть таким мягким!

...

Как и предсказывал Линь Цзишэн, семья Бай, этот гигант, рухнула в считанные дни, настолько быстро, что это было невероятно. Он также понимал методы Бай Яньфэй; неудивительно, что она чуть не уничтожила семью Бай много лет назад, ее боевая мощь оставалась грозной даже спустя столько лет.

В конце концов, Бай Ло остался ни с чем, вынужденный просить милостыню. Некогда могущественный глава семьи Бай превратился в жалкое существо, готовое сражаться насмерть за кусочек еды.

Конечно, он не раз хотел покончить с собой, но его планы против Линь Цзишэна окончательно взбесили Вэньжэнь Ланя. Теперь даже смерть была для него роскошью. Действительно, всякий раз, когда он пытался умереть, люди Вэньжэнь Ланя спасали его. Даже если он объявлял голодовку, они насильно кормили его. Вэньжэнь Лань не хотел, чтобы он умирал; он хотел, чтобы Бай Ло жил, жил жизнью полного унижения!

После того, как Бай Яньфэй всё уладила, она отдала оставшееся имущество семьи Бай сёстрам, которые помогли ей после того, как её «выгнали» из семьи, а затем покончила жизнь в своей маленькой съёмной комнате. Линь Цзишэн

узнал об этом лишь через несколько дней после смерти Бай Яньфэй от Вэньжэнь Лань. Он услышал, что Бай Яньфэй умерла мирно, даже с улыбкой на губах. Линь Цзишэн понял, что, возможно, для Бай Яньфэй смерть теперь не источник страха, а облегчение.

«Теперь всё улажено, это здорово, Афэн, наконец-то нет никакой опасности», — Вэньжэнь Лин прижался к Линь Цзишэну с глупой ухмылкой, словно огромный кулон, который невозможно снять.

Да, этим бесстыжим человеком был Вэньжэнь Лин. Поскольку Линь Цзишэну и Вэньжэнь Лань в последнее время приходилось заниматься важными делами, Вэньжэнь Лин совсем не показывался. Теперь, когда он наконец-то смог выйти, как же он мог не держаться рядом с Линь Цзишэном?

«Да, наконец-то вся опасность миновала». Теперь осталась только одна проблема: пока белый лотос этого мира не погибнет из-за Вэньжэнь Лань, всё будет хорошо.

Хотя Линь Цзишэн и не любит белый лотос этого мира, он не ненавидит её до такой степени, чтобы хотеть убить. Пока она не появляется перед ним, её жизнь или смерть для него совершенно не имеют значения. У

Линь Цзишэна был хороший план: он хотел отпустить Бай Цин. Однако некоторые люди не хотели его ценить и жаждали смерти.

Через полмесяца после того, как он побывал в семье Бай, Линь Цзишэну внезапно позвонила Бай Цин и сказала, что хочет его видеть.

Конечно, Линь Цзишэн никогда бы не согласился. Сейчас меньше всего он хотел видеть Бай Цин. Он наконец-то избавился от этой проблемы; что он подумает, если захочет снова ввязаться в неё?

Но одна её фраза заставила Линь Цзишэна уступить: она сказала, что её учитель в её руках.

Эта фраза окончательно омрачила лицо Линь Цзишэна. В сердце Лу Фэна эта учительница была очень важной персоной. Теперь кто-то действительно хотел причинить вред его учительнице; как такое могло быть допустимо?!

Когда Линь Цзишэн прибыл в школу, он увидел свою учительницу связанной. Однако, похоже, она не получила серьезных травм, что несколько успокоило Линь Цзишэна, но его гнев не утих.

«Бай Цин, чего именно ты хочешь? Твоя учительница уже такая старая, неужели ты вправе так мучить её?!» Голос Линь Цзишэна был полон ярости. Он думал, что Бай Цин исчезнет после этого инцидента, но не ожидал, что она всё ещё будет так доставлять неприятности. Неужели это типичная личность «белого лотоса» — ставящая смерть превыше всего?

«Да, я знаю, что моя учительница старая и не должна так поступать, но, старший Лу, если бы я этого не сделала, ты бы меня не увидел». Бай Цин улыбнулась, но в её улыбке читалась горечь.

Столько лет она любила только Линь Цзишэна, но теперь у Линь Цзишэна совсем не было к ней чувств, он даже причинил ей столько боли из-за Вэньжэнь Лань, а теперь ещё и кричит на неё из-за их учителя. Неужели она действительно ничего для него не значила?

«Не подходи ближе, а то я не знаю, что могу сделать», — Бай Цин вдруг мягко улыбнулась, её глаза наполнились любовью, когда она посмотрела на Линь Цзишэна. «Старший Лу, я могу отпустить учителя, но, пожалуйста, пообещайте мне одну вещь, всего одну?»

Для Бай Цин Линь Цзишэн был уже не просто возлюбленным, а её одержимостью. Если эта одержимость не будет исполнена, она будет страдать от бесконечных мучений до конца жизни!

«Что это?» Линь Цзишэн всё больше испытывал отвращение к Бай Цин, но, держа учителя в своих руках, он должен был слушать, даже если не хотел.

«Сяо Фэн, не беспокойся обо мне. Учитель прожил достаточно долго. Я не позволю такому старику, как я, тащить вас, младших, за собой. Немедленно вызови полицию. Если я умру, она больше не причинит тебе вреда». Учитель давно уже перестал ценить жизнь и смерть. В свои восемьдесят с лишним лет он не испытывал никакой привязанности к жизни. Его главной надеждой в жизни было учить и воспитывать, и теперь он достиг этого. Он ни о чём не жалел в этой жизни.

«Учитель!» Лицо Линь Цзишэна помрачнело, услышав это. Если бы он не пришёл, всё было бы хорошо, но теперь, когда он здесь, как он мог допустить, чтобы с его учителем что-нибудь случилось?

Учитель ничего не сказал, лишь пристально посмотрел на Линь Цзишэна, а затем покачал головой. Это был его самый ценный ученик. Хотя мальчик и был несколько озорным за эти годы, он знал, что тот всё ещё остаётся тем же уважительным и хорошим учеником, каким всегда был. Сегодня Бай Цин понял слабость мальчика; Как он мог просто стоять и смотреть, как ему причиняют боль?

Линь Цзишэн не ответил на взгляд учителя, а вместо этого посмотрел на Бай Цина. «Говори, в чём твоё требование?»

«Старший Лу, ты мне нравишься, ты мне действительно нравишься, но ты даже не взглянул на меня. Поэтому теперь я хочу, чтобы ты умер вместе со мной. Если ты умрёшь со мной, учитель будет в безопасности. Разве это не выгодная сделка?» Глаза Бай Цина были полны безграничного безумия.

Линь Цзишэн поджал губы и молча спросил 001: «Если я сейчас покину этот мир, будут ли какие-либо последствия? Будет ли миссия выполнена?»

Это было самым большим беспокойством Линь Цзишэна. Если миссия пройдёт гладко, даже самопожертвование ради любви не исключено.

[Сейчас судить невозможно, но, основываясь на прошлом опыте в других мирах, эта миссия должна быть выполнена, хотя случайная миссия может быть не идеальной.] 001 подсчитал, что почти все миссии были выполнены. Единственным спорным моментом было финальное случайное задание, но это повлияло только на размер награды; это не помешало бы его выполнению.

«Хорошо», — сказал Линь Цзишэн, сделав шаг вперед и серьезно глядя на Бай Цин. «Обещаю, так что отпустите учителя сейчас же».

Услышав слова Линь Цзишэна, Бай Цин не стала сразу отпускать учителя. Вместо этого она растерянно моргнула и медленно произнесла: «Хорошо, старший Лу, я вам верю. Идите к окну. Пока вы там и ждете меня, я не причиню вреда учителю».

Бай Цин выбрала пятый этаж. Какими бы навыками она ни обладала, прыжок оттуда был бы верным смертельным; другого выхода не было.

Линь Цзишэн взглянул на нее и кивнул. Теперь, когда он был уверен, что миссия может быть выполнена, удовлетворить Бай Цин было вполне возможно. Кроме того, скоро прибудет Вэньжэнь Лань, и учительница точно будет в безопасности.

«Сяо Фэн, нет!» Увидев, что Линь Цзишэн действительно делает то, что сказала Бай Цин, учительница забеспокоилась и закричала, но Бай Цин оглушила ее.

За дни, прошедшие с момента возвращения в семью Бай, Бай Цин, возможно, не многому научилась дома, но она освоила некоторые навыки самообороны. Оглушить кого-то, не причинив ему вреда, было проще простого.

Видя, что никто больше не сможет их остановить, на лице Бай Цин появилась улыбка.

«Старший Лу, мы наконец-то можем быть вместе, это так здорово». Бай Цин не стала сразу же притягивать Линь Цзишэна к себе, а осторожно прижалась к нему. Это было то, чего она всегда хотела, но никогда не осмеливалась сделать.

Однако, к удивлению Бай Цин, когда она уже собиралась наклониться, Линь Цзишэн отступил в сторону, его глаза были полны презрения.

«Старший Лу?» — недоумевала Бай Цин. Разве этот человек не готов умереть вместе с ней? Почему он избегает её?

«Бай Цин, ты же не думаешь, что моя готовность умереть с тобой означает, что ты мне нравишься, правда? Если бы не Учитель в твоих руках, разве я бы умерла с тобой?» Линь Цзишэн взглянул на неё, его слова стали ещё более резкими. «Ты думаешь, это договор о самоубийстве? Не мечтай. Я умираю вместе с тобой только потому, что у меня нет другого выбора, кроме как защитить Учителя. На самом деле, Бай Цин, ты заставляешь меня покончить с собой!»

Услышав слова Линь Цзишэна, лицо Бай Цин исказилось в гримасе.

В этот момент дверь распахнулась, и перед ними появился Вэньжэнь Лань, задыхаясь от волнения. Увидев Линь Цзишэна, он наконец-то успокоился; он был жив и здоров!

«Вэньжэнь Лань, ты никогда не получишь старшего Лу, никогда!» С этими словами Бай Цин схватил Линь Цзишэна за руку и выпрыгнул из окна.

Вэньжэнь Лань бросился за ним и поймал Линь Цзишэна на руки, но к тому времени большая часть тела Линь Цзишэна уже была снаружи, его кто-то держал, и Вэньжэнь Лань не смог его поднять.

«Ха-ха, Вэньрен Лань, ты проиграл! Это твое последнее поражение! Даже если ты любил старшего Лу всем сердцем, какой от этого толк? Старший Лу никогда не будет принадлежать тебе, никогда!» С этими словами Бай Цин яростно затряслась, пытаясь потянуть за собой Линь Цзишэна.

«Фэн, не сдавайся! Я тебя подниму! Поверь мне, я не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось, ни за что!» Этот человек был для него всем; он никогда не откажется от него, и даже если это будет означать смерть, он предпочтет умереть вместе с ним!

Со временем ситуация становилась все более критической. Если это продолжится, падут не только Бай Цин и Линь Цзишэн, но и Вэньрен Лань.

Тем не менее, Вэньрен Лань никогда не думал отпускать его. Этот человек был его жизнью; как он мог бросить свою собственную? Как можно жить без собственной жизни?

В то время как положение Вэньрен Ланя было ужасным, положение Бай Цин было не намного лучше. Как женская выносливость может превзойти мужскую? Особенно сейчас, когда Бай Цин не просто висела в воздухе, а долгое время раскачивалась, надеясь, что Линь Цзишэн тоже упадет. Теперь она явно была измотана.

«Старший Лу, вы обещали, что мы умрем вместе!» — крикнула Бай Цин, напоминая Линь Цзишэну о необходимости сдержать обещание!

Но в этот момент Бай Цин забыла, что Линь Цзишэн не по своей воле совершил самоубийство вместе с ней; скорее, Бай Цин использовала жизнь своего учителя, чтобы заставить его подчиниться.

«Я обещала тебе? Ха, ты забыла? Но ты заставила меня умереть вместе с тобой», — Линь Цзишэн посмотрел на нее, все еще ведя себя так, будто она его предала, и почувствовал отвращение. «Ты должна знать, как хорошо учитель относится к своим ученикам, а ты бессердечно причинила боль своему учителю. Даже если я действительно не смогу избежать смерти, я расскажу всем, что ты предала своего учителя и использовала ее жизнь, чтобы угрожать своему старшему учителю и заставить его покончить жизнь самоубийством вместе с тобой!»

Видя, что даже сейчас этот человек отчаянно пытается его удержать, Линь Цзишэн пришел в ярость. «001, если я сейчас убью Бай Цин, миссия провалится?»

[Нет, этот человек больше не известен в этом мире. Даже если Бай Цин умрет из-за него, в этом мире это будет считаться случайной смертью.] Ответ 001 на этот раз был довольно решительным. Конечно, это также объяснялось особым статусом Линь Цзишэна; теперь он был «несуществующим» человеком в этом мире.

«Старший…» Лицо Бай Цин выражало мольбу, ее единственным желанием было покинуть этот мир вместе с этим человеком!

«Прощай, Бай Цин». Услышав это, Линь Цзишэн без колебаний сломал Бай Цин руку. Затем, с еще одним щелчком, Бай Цин, с переломанными запястьями, упала на землю, ее лицо выражало негодование, когда она смотрела на Линь Цзишэна…

В этот момент Вэньжэнь Лань быстро подняла Линь Цзишэна.

«Фэн, мне нужно тебе кое-что сказать», — Вэньрен Лань с непоколебимой решимостью посмотрел на Линь Цзишэна. События сегодняшнего дня действительно его напугали. «Фэн, я серьезно. Ты мне нравишься, ты мне очень нравишься».

«Прости, у меня уже есть тот, кто мне нравится». Хотя слова Вэньрен Ланя удивили его, при ближайшем рассмотрении в них прослеживались определенные намеки. Однако он больше не хотел легко заводить романтические отношения. Или, возможно, следует сказать, что даже сейчас он не мог забыть Чжан Даолина.

Сказав это, Линь Цзишэн медленно оттолкнул человека, который его держал, его шаги были медленными, но твердыми, когда он покидал этот мир. Не было места для терпимости к геям; если бы люди узнали, что Вэньрен Лань гей, разве ему конец?

Как раз когда Линь Цзишэн собирался выйти из комнаты, он внезапно почувствовал резкую боль в затылке, зрение затуманилось, и когда он обернулся, последнее, что он увидел, было заплаканное, искаженное лицо Вэньрен Ланя.

Глава 3.10

Когда Линь Цзичэн проснулся, он обнаружил себя запертым в тускло освещенной комнате. Он был один в комнате, которая была очень хорошо обставлена и создавала ощущение комфорта. Однако его руки и ноги были явно связаны, что доставляло ему особый дискомфорт.

Воспоминания медленно возвращались, и лицо Линь Цзичэна было ужасно мрачным. Он отчетливо помнил, что причиной его пробуждения в этом месте стало внезапное нападение Вэньжэнь Ланя.

Он всегда опасался всех, но забыл опасаться этого человека, который всегда был рядом. Какая ошибка!

«Афэн, не сопротивляйся больше. Ты не сможешь освободиться». Как раз когда Линь Цзичэн обдумывал, как сбежать, кто-то вошел. Его глаза были красными, очевидно, от слез, а выражение лица напряженным, словно он пытался подавить свои эмоции. «Что

? Ты думаешь, я слишком много знаю и хочешь убить меня, чтобы заставить замолчать?» Голос Линь Цзишэна был полон бесконечной насмешки, его взгляд, устремлённый на Вэньжэнь Лина, утратил свою обычную мягкость и стал настолько острым, что хотелось отшатнуться. «Или же ваша семья Вэньжэнь хочет доминировать, контролировать всю семью Лу, контролируя меня?»

Линь Цзишэн тихонько усмехнулся, в его тоне, полном сарказма, говорил Вэньжэнь Лину. «Если ты думаешь, что сможешь заполучить семью Лу таким образом, даже не думай об этом. Хотя я действительно довольно важен для семьи Лу, это не значит, что они не могут обойтись без меня. Хотя семья Лу и защищает своих, она не против принести болезненную жертву, а затем отомстить».

«Афэн, как ты мог так обо мне думать?» Голос Вэньжэнь Лина заметно дрожал. Он думал, что Афэн рассердится на него, но никогда не представлял, что Афэн так сильно его возненавидит сейчас!

«Почему ты так думаешь? Я не прав?» Линь Цзишэн выпустил все свои шипы, безжалостно вонзая их в Вэньжэнь Лина. «Это ты меня оглушил, это ты меня сюда похитил, на что еще тебе жаловаться?»

Линь Цзишэн был полностью разочарован в Вэньжэнь Лане и Вэньжэнь Лине. Как он мог смириться с предательством того, кого он считал младшим братом?!

«Нет! Нет! Нет! Вы все неправы!» — взревел Вэньжэнь Лин, его глаза были полны боли. «Это я тебя оглушил, и это я тебя сюда похитил, но я не хотел причинить тебе боль и не хотел угрожать семье Лу. Я просто хотел тебя, просто потому что ты мне нравишься, я тебя люблю!»

Теперь не только Вэньжэнь Лань понимал его чувства, но и Вэньжэнь Лин тоже.

В тот момент, когда Линь Цзишэн признался, что у него есть кто-то, кто ему нравится, и Вэньжэнь Лань, и Вэньжэнь Лин потеряли контроль над собой. Они не могли смириться с уходом этого человека, не могли принять его отсутствие любви.

Он был для него лучшим человеком на свете. Он говорил, что всегда будет рядом. Почему же он так резко изменился

в мгновение ока? Мало того, что он ушел, так он еще и сказал, что у него есть кто-то, кто ему нравится. Ложь! Это все ложь! Он не поверил! «Довольно! Какой теперь смысл лгать?» В сердце Линь Цзишэна

Вэньрен Лань был ребенком, который кричал «Волк!». Что бы он ни говорил, Линь Цзишэн ему не поверит. «Я не лгу, Афэн, я не лгу», — тихо взмолился Вэньрен Лин, крепко обнимая его. «Афэн, не сердись на меня. Пожалуйста, прости меня. Я сделаю все, что ты захочешь».

«Действительно все?» Линь Цзишэн прищурился, явно не веря ему.

Но Вэньрен Лин твердо кивнул. Он знал, что это единственный шанс смягчить Линь Цзишэна.

«Тогда отпустите меня. Позвольте мне уйти». Это была единственная просьба Линь Цзишэна. Никто не хочет быть в тюрьме, независимо от того, кто это. Вэньжэнь Лин нарушила его табу.

Услышав слова Линь Цзишэна, Вэньжэнь Лань словно получила удар и яростно затрясла головой. Она встала и медленно отступила назад. «Афэн, пожалуйста, измени свою просьбу. Я соглашусь на что угодно, даже если это будет означать мою смерть».

Услышав слова Вэньжэнь Лин, лицо Линь Цзишэна стало еще мрачнее. Он больше не хотел общаться с этим человеком. Он закрыл глаза и равнодушно сказал: «Убирайся!»

Холодный выговор Линь Цзишэна разбил сердце Вэньжэнь Лин. Она не хотела уходить; она хотела увидеть Афэна. «Афэн, пожалуйста, не выгоняй меня…»

«Повтори, убирайся!» Когда она открыла глаза, взгляд Линь Цзишэна был уже равнодушным, настолько холодным, что Вэньрен Лин вздрогнула.

И вот, Вэньрен Лин выгнали. В одно мгновение настроение Линь Цзишэна упало. Он поверил словам Вэньрен Лин, когда она их произнесла, но не мог ответить ей взаимностью, потому что в его сердце уже была другая. Он не мог продолжать отношения, когда в его сердце уже была другая. Это было несправедливо по отношению к Вэньрен Лин и непростительно для него самого!

«Лин, однажды ты забудешь меня. В этом мире все равно найдутся люди, которые будут к тебе добры». Как и Бай Цин в оригинальном мире, если бы Вэньрен Лин не была такой экстремальной, возможно, они могли бы жить долго и счастливо.

Но к вечеру Линь Цзишэн понял, что был слишком самодоволен. Вэньрен Лин уже ясно выразила свои чувства; она явно больше не хотела это терпеть. Как она могла оставить его одного сейчас?

«Фэн, ты весь день не мылся. Тебе плохо?» — осторожно спросила Вэньжэнь Лин, глядя на Линь Цзишэна, все еще лежащего на кровати.

«Отпусти меня, я пойду приму душ». Теперь Линь Цзишэн все понял. Пока Вэньжэнь Лин не хочет, чтобы он уходил, у него нет абсолютно никакой возможности покинуть это место. Единственный выход — покинуть этот мир. Но если он покинет этот мир, это будет означать, что Лу Фэн умрет. Тогда Вэньжэнь Лань, этот глупый мальчишка, может покончить жизнь самоубийством из-за любви.

Хотя его действия и разозлили Линь Цзишэна, он чувствовал себя ещё более беспомощным. Он не мог просто уйти, зная, что другой человек, скорее всего, умрёт.

«Нет, Афэн, если я отпущу тебя сейчас, ты точно уйдёшь, поэтому мне придётся тебя побеспокоить, чтобы я помог тебе убраться», — быстро добавил Вэньрен Лин, заметив странное выражение лица Линь Цзишэна. «Я просто помогаю тебе убираться; если ты не согласен, обещаю, я ничего не сделаю».

Но когда он действительно начал убирать за Линь Цзишэном, он понял, что переоценил свою рациональность. Глядя на его полуобнажённое тело, он почувствовал, что Линь Цзишэн ещё более привлекателен, чем если бы он был голым.

«Афэн…» — Вэньрен Лин смотрел на Линь Цзишэна с восхищением. Как раз когда тот собирался отказаться, он быстро наклонился и страстно поцеловал его в губы

. Мягкие, слегка прохладные губы были гладкими и нежными, как желе, которое он любил в детстве, и ему хотелось проглотить его целиком. Сильный язык скользнул в рот Линь Цзишэна, когда тот собирался заговорить, нежно облизывая его десны.

Лицо Линь Цзишэна помрачнело. Даже в прошлом мире он не делал ничего настолько интимного с Чжан Даолином.

Поговорка «людям и призракам суждено быть порознь» не была шуткой. Хотя Чжан Даолин заплатил цену за возможность прикасаться к нему, это ограничивалось объятиями; всё более интимное было запрещено, даже поцелуй в губы. Поцелуй истощал бы энергию ян Чжан Даолина, сокращая его жизнь.

Чтобы долгое время быть с Линь Цзишэном, Чжан Даолин терпел тоску в его глазах.

А теперь другой человек целовал его против его воли. Это совершенно взбесило Линь Цзишэна.

Он сильно укусил, вкус крови распространялся по поцелую, но Вэньжэнь Лин не ослабил хватку. Наоборот, запах крови сделал его ещё более свирепым. В одно мгновение Линь Цзишэн понял, что совершил ошибку; он выпустил на волю свирепого, ненасытного зверя…

Открыв глаза, Линь Цзишэн обнаружил, что путы на его руках и ногах исчезли, и даже запястья и лодыжки больше не болели. Ему явно сделали массаж, и массажистом, несомненно, был тот, кто стоял перед ним.

Глядя на Вэньжэнь Ланя, Линь Цзишэн испытал смешанные чувства. В тот момент, когда тот разорвал его одежду, Линь Цзишэн возненавидел его. Но теперь, когда Вэньжэнь Лань лежал на нём, пот стекал по его щекам, в ушах постоянно звучала прерывистая хрипота, а затем эти слова, донесшиеся до его ушей, Линь Цзишэн был совершенно ошеломлён.

Потому что он услышал, как мужчина, не совсем в себе из-за своего безумия, сказал: «Ах Сюань, не ненавидь меня».

В тот же миг Линь Цзишэн почувствовал, что вот-вот взорвётся!

Был только один человек, который мог назвать его А Сюанем, и было очевидно, кто это был. Услышав из уст Вэньжэнь Ланя: «Ах Сюань, не ненавидь меня», — как он мог не быть потрясен?

Особенно учитывая предсмертные слова Чжан Даолина, который велел ему ждать его, что где бы он ни был, он найдет его, следуя за его душой. Неужели этот человек действительно Чжан Даолин?

«001, выходи!» Линь Цзишэн теперь понял, что если он хочет узнать настоящий ответ, то единственный, кто может ему его дать, — это 001. «Скажи мне, ты что-то от меня скрываешь?»

Услышав слова Линь Цзишэна, 001 вздрогнул всем телом и медленно произнес: «[Хозяин, мне не следовало рассказывать вам об этом, потому что в основной системе этот вопрос запрещено разглашать кому-либо. Однако теперь, когда вы обнаружили некоторые улики, даже если бы я вам не сказал, вы бы рано или поздно все равно узнали, поэтому я могу рассказать вам сейчас…]» «Позвольте мне рассказать вам, что произошло на самом деле», — впервые сказал 001, не кокетливо и не скрытно, а серьезно пересказывая события. «Данные Вэньжэнь Ланя и Чжан Даолина действительно совпадают более чем на 90%, а это значит, что этот человек — тот же самый, что и Чжан Даолин из предыдущего мира». Однако, прежде чем Линь Цзишэн успел выразить свое удивление, на него обрушилась шокирующая новость: «И есть еще один человек, данные которого совпадают более чем на 90% с данными этих двух — это главный герой, которого мы встретили в первом мире, Су Мо». Су… Су Мо?

Итак, означает ли 001, что Вэньрен Лань на самом деле Чжан Даолин, а Чжан Даолин — бывший Су Мо?

Это… этого не может быть!

[Хочет ли ведущий узнать окончательный исход первого мира?] 001 предоставляет информацию о том, каким в конечном итоге станет каждый мир, поэтому он точно знает, что произошло в этом мире после ухода Линь Цзишэна.

«…» Линь Цзишэн не сказал, хочет он это слышать или нет, и промолчал.

001 автоматически воспринял это как признание: [Через два года после вашего ухода Су Мо, которого объявили мертвым с мозгом, внезапно очнулся. Его назвали чудом в истории медицины, но впоследствии все считали его сумасшедшим, потому что он не мог смириться с вашей смертью. И в повседневной жизни, и в общении с другими, тот «Линь Цзишэн», о котором он говорил, все еще был жив, и…] «Довольно, я больше не хочу знать». Линь Цзишэн мог догадаться о большинстве событий, которые произойдут с Су Мо, даже не слыша этого. Девять.

【Хозяин, человек перед тобой — тот, кто в твоем сердце, поэтому тебе нужно решить, что делать. Однако…】 001 внезапно махнул хвостом, на его лице появилась хитрая улыбка. 【Он может найти тебя в любом мире, поэтому, даже если ты захочешь убежать, у тебя, вероятно, ничего не получится. И ты можешь даже попасть в еще одну маленькую темную комнату. Удачи, Хозяин.】 Линь Цзишэн: …Хех, я действительно хочу его убить!

Наконец, закончив разговор с 001, Линь Цзишэн открыл глаза и увидел пару ярких глаз, но эти глаза были налиты кровью, глазницы слегка покраснели и опухли, а в нижней части глаз читались обвинение и обида. На

мгновение Линь Цзишэну действительно захотелось вытереть лицо. Кто был тем, кого вчера прижали к земле? Если бы не боль в спине, ногах и всем теле, у Линь Цзишэна не было бы сомнений, что тот, кто над ним издевался, — это он сам.

«Фэн, не сердись, хорошо?» Глядя на бесстрастное лицо Линь Цзишэна, Вэньрен Лань почувствовал ещё большее беспокойство. Хотя они вчера и дрались… Была ночь, но он знал, что Фэн не уйдёт по собственной воле; его заставили. Поэтому теперь, если Фэн захочет уйти, у них не будет выбора и возможности остановить его. Но они действительно не могли его потерять.

Видя нерешительный и робкий вид Фэна, Линь Цзишэн наверняка бы сильно его отшлёпал, если бы не был так измотан.

Кого он пытается обмануть этим покорным поведением? Прошлой ночью он поглотил его, как дикого зверя, а теперь он знает, как изображать жертву!

«Фэн…»

Услышав это имя, Линь Цзишэн ещё больше разозлился. Ха, всю ночь его мучил Вэньрен Лин, а сегодня утром это был Вэньрен Лань. Неужели он пытается разыграть карту «не винить семью»?

Но Линь Цзишэн сказал бы им обоим, что они слишком много думают!

У них были две личности; они не семья, а один человек!

«Хотите что-нибудь мне сказать?» Наконец, Линь Цзишэн открыл рот и сказал то, чего Вэньрен Лань никак не ожидал.

Он представлял, что Линь Цзишэн впадёт в истерику, начнёт кричать и хотеть уйти, но никак не ожидал, что тот заговорит с ним так спокойно.

«Да!» Увидев слегка смягчившееся выражение лица Линь Цзишэна, Вэньрен Лань, всегда умевший пользоваться другими, стал ещё более жалким, но слова, которые он произнёс, были приторно сладкими: «Фэн, я люблю тебя. Я люблю тебя очень-очень давно. Так что, можешь дать мне шанс? Я буду лелеять и защищать тебя до конца своей жизни».

Хех, неужели навыки сладких разговоров у мужчин всегда улучшаются после небольшой дразнилки? Почему он раньше не замечал сладких слов Вэньрен Ланя?

Увидев, что Линь Цзишэн не отказал, глаза Вэньжэнь Ланя загорелись от волнения. Он осторожно посмотрел на Линь Цзишэна, медленно коснулся его лба губами, затем нежно поцеловал его в лицо, шепча с каждым поцелуем: «Я люблю тебя».

Хотя сейчас Вэньжэнь Лань выглядит совершенно нормально, только он знает, что на самом деле его сердце разбито. Он первым влюбился в Фэна, так почему же Лин оказался впереди? Но это неважно, у него есть всё утро, чтобы всё исправить. Тем

временем Линь Цзишэн, ошеломлённый поцелуем, вдруг подумал: он от природы хладнокровен, так что иметь такого страстного возлюбленного — это ведь не так уж плохо… верно?

————

Точка зрения Су Мо (Недвусмысленно, Входите на свой страх и риск)

Меня зовут Су Мо. Я не знаю, откуда у меня это имя. Я помню лишь, как отец с детства постоянно напоминал мне, что «Мо» символизирует безразличие и отстраненность. Тем, кто занимает высокие должности, эмоции не нужны; избыток эмоций только помешает. Если однажды я сделаю что-то не так и навредю интересам семьи, он обязательно выгонит меня из дома.

Точно так же, если он когда-нибудь сделает что-то не так, я без колебаний выгоню его из дома. В его глазах семья Су — это всё, а мы с ним всего лишь инструменты для процветания семьи Су, и ничего больше.

Всякий раз, когда это происходило, моя мать стояла за отцом, глядя на него печальными глазами. В детстве я не понимала почему, но, повзрослев, постепенно осознала, что у моей матери были чувства к отцу.

По мере взросления, возможно, под влиянием отцовских наставлений, я становилась всё менее чувствительной к эмоциям. Однако всякий раз, когда это случалось, мать звала меня в свою комнату, обнимала и снова и снова плакала, ничего не говоря.

Позже я поняла, что мать делала это, потому что искренне любила моего отца. Хотя мое место в ее сердце было гораздо меньше, чем его, она не хотела, чтобы я превратился в бесчувственную машину, поэтому она обняла меня и так плакала.

Переломный момент наступил, когда мой отец напился. Его явно подставили, хотя в итоге дело было улажено в частном порядке. Однако женщина не хотела отпускать своего «золотого зятя» и часто приходила к нам домой, чтобы доставлять неприятности моей матери. Мой отец, заботясь о репутации семьи Су, закрывал на это глаза.

Но эта женщина была слишком наивна. Она была всего лишь внебрачной дочерью, не приносящей никакой пользы бизнесу моего отца. Как мог мой отец развестись с моей матерью и жениться на бесполезной женщине?

В конце концов, хотя дело и было улажено, шрам остался в сердце моей матери. Все, кто видел их вместе, считали их уважительной и гармоничной парой, но только я знал, что теперь они полностью отдалились друг от друга.

После этого инцидента моя мать начала участвовать в воспитании моего отца.

Требования моей матери были просты: если я в будущем выйду замуж, даже если это будет деловой брак из-за семейных связей, я должна буду стараться любить этого человека и не причинять вреда невинному человеку. Кроме того, до замужества у меня не должно было быть никаких интимных контактов ни с кем.

Моя мать говорила, что если ты по-настоящему любишь кого-то, ты должен оставаться целомудренным ради него, сделать его своим единственным и неповторимым во всех отношениях.

Глядя на её слегка печальное выражение лица, я почти неосознанно кивнула. Много лет спустя я даже немного обрадовалась, что согласилась на её просьбу; иначе это было бы сожалением всей жизни.

Просьба моей матери казалась очень простой, но позже я поняла, что её невероятно трудно выполнить, потому что мой отец не позволил бы этого. В мой восемнадцатый день рождения он послал ко мне в постель девушку.

Девушка выглядела очень чистой и очаровательной. Даже без моей просьбы я знала, что она очень чиста, настолько чиста, что, возможно, у неё никогда и не было отношений. И всё же она застенчиво разделась передо мной.

Глядя на неё, я понимал, что отец, должно быть, что-то ей обещал, но, как мне казалось, это обещание сильно отличалось от того, что она себе представляла.

В конце концов, я покачал головой. Глядя на её бледное лицо, я не испытывал никаких эмоций. Я просто спокойно сидел на краю кровати, холодно наблюдая за ней и надеясь, что она сдастся. После стольких лет отцовских наставлений моё сердце давно остыло и перестало биться.

Однако, к моему удивлению, она действительно сдалась. Дрожа, она бросилась на меня. Её жалкий вид вызывал у меня отвращение; мурашки бежали по коже там, где она меня коснулась. Наконец, я захлопнул дверь и ушёл.

В тот вечер я не пошёл домой. Вместо этого я пошёл в бар, которым мы с моим лучшим другом владели. На следующий день, вернувшись домой и увидев свою слегка помятую одежду, отец удовлетворенно кивнул и сказал, что веселиться — это хорошо, но мне ни в коем случае нельзя никого приводить домой. Семье Су нужна была абсолютная поддержка.

Я кивнул, затем быстро вернулся в свою комнату, снял одежду и ополоснулся горячей водой, наконец-то избавившись от тошноты, вызванной прикосновением той девушки. После этого моя боязнь микробов усилилась; даже обычный контакт с кем-либо заставлял меня многократно мыть места, к которым прикасались.

Со временем я все больше расходился во мнениях с отцом. Я также понимал, что в глубине души я не сын, а всего лишь наследник семьи Су, инструмент для расширения семейного бизнеса.

Чтобы угодить отцу, я пытался стать «плейбоем», никогда не проводя с женщиной больше недели. Хотя отец и не был этим доволен, он считал это лучше, чем влюбленность. Он боялся, что его наследник будет трусом, который любит красоту больше, чем власть.

Выключенный свет, ночь физической близости, стопка банкнот на столе на следующее утро, а затем расставание. Те, кто утверждал, что любит меня, вероятно, никогда не знали, что в постели был не я.

Как раз когда я думала, что моя жизнь будет продолжаться в этом вечно скучном русле, появление человека разрушило всё моё спокойствие.

Всего лишь мимолетный взгляд на территории кампуса, и впервые я почувствовала, как заколотилось моё сердце. Мне было всё равно, что он мужчина. Когда-то я говорила, что не буду заигрывать с мужчинами; это было моим главным принципом. Но теперь я понимаю, что всё теряет смысл, когда я с ним.

Нет, возможно, это не совсем правда. Я не просто хочу заигрывать с ним; я искренне хочу его на всю жизнь.

Однажды я услышала, как кто-то сказал, что если ты по-настоящему влюбляешься в кого-то, то всё остальное не имеет значения, потому что пока душа любимого человека остаётся неизменной, будь то мужчина или женщина, ты можешь чувствовать эту искру.

Тогда я усмехнулась. Любить чью-то душу? Кто может быть так очарован?

Но когда я встретила его, я обнаружила, что наконец-то захотела романтики. Я поняла, что в тот момент он действительно тронул моё сердце. Даже если однажды его внешность будет испорчена, я все равно смогу смотреть на него и говорить, что люблю его душу, и ничто другое не имеет значения.

Но постепенно я осознала проблему: я могу игнорировать его пол, я могу любить его так безрассудно, но примет ли он эти чувства на самом деле?

Это чувство достигло своего пика на моем дне рождения. Когда я увидела, как он медленно идет ко мне с женщиной, я поняла, что могу ревновать — ревновать к тому, кто открыто стоит рядом с ним.

После этого я изучила его прошлое и узнала, что он второй молодой господин семьи Линь. Я даже пошла против его старшего брата, чтобы быть с ним.

Когда я впервые столкнулась с этим императором подземного мира, я не почувствовала страха, только прилив волнения. Даже его предупреждения не смогли меня остановить; я даже угрожала ему, заставляя его идти на компромисс.

После ухода его брата я почувствовала, что схожу с ума. Меня отравило нечто, называемое Линь Цзишэном, и без противоядия я думала, что могу все разрушить.

Позже, с молчаливого согласия его старшего брата, я взяла его на рождественский бал. Увидев, как женщина по имени Бай Вэй признаётся ему в любви, я наконец не смогла устоять и совершила поступок, о котором глубоко сожалею.

В порыве импульса я призналась ему в своих чувствах. Увидев гневный взгляд в его глазах после моих слов, я впервые почувствовала сожаление и даже страх — неужели он больше никогда не заговорит со мной после того, как я рассказала о своих чувствах?

Но результат оказался лучше, чем я ожидала. Хотя он меня сильно избил, я всё равно была счастлива; по крайней мере, это означало, что он больше не будет меня избегать.

Затем наши отношения наконец-то стали крепче, и как раз когда я подумала, что мы наконец-то можем быть вместе, отец позвал меня домой. Он знал о моей связи с Цзишэном и велел держаться от него подальше. Я знала, что на самом деле он хотел, чтобы Цзишэн полностью исчез, но его положение не позволяло ему этого сделать, поэтому он пытался прорваться через меня.

Мой ответ, должно быть, удивил его, потому что я видела шок на его лице, когда он услышал мой отказ.

Более двадцати лет повиновения заставили его думать, что он держит меня под контролем, и теперь мое сопротивление вызывало у него крайнее беспокойство, он даже хотел выгнать меня из дома. Однако он не знал, что такие угрозы против меня бесполезны. Я давно открыла свой бизнес, и именно он научил меня иметь несколько путей отступления, но он забыл.

То, что произошло дальше, было еще более ужасным. Эта женщина по имени Бай Вэй осмелилась подсыпать Цзишэну наркотик! Она напрашивалась на смерть!

В конце концов, вмешаться пришлось не мне. Но с решением старшего брата Цзишэна всё должно было наладиться. И вот, когда я подумала, что наконец-то достигну своей цели, появился Бай Вэй.

Наблюдая, как машина вот-вот собьёт Цзишэна, я не знаю, как мне удалось броситься вперёд. Однако, когда меня ударили и подбросили в воздух, я не почувствовала боли; я даже почувствовала облегчение, потому что наконец-то смогла защитить его. Именно в тот момент я поняла, что в этом мире действительно есть человек, ради которого я готова отдать всё, даже собственную жизнь.

...

Взглянув на несколько обветшалую деревянную дверь передо мной, я осторожно толкнула её. И действительно, я увидела улыбающиеся лица двух пожилых людей.

«Сяо Мо, спасибо, что снова меня беспокоили. Этот ребёнок, Сяошэн, действительно что-то с чем-то, заставлял тебя бегать все эти годы. Тебе было очень тяжело». Хотя они говорили о Цзишэне плохие вещи, я всё ещё чувствовала радость в голосах стариков.

Эти двое пожилых людей — бабушка и дедушка Цзишэна, и Цзишэн вырос здесь. Конечно, Линь Цзифэн рассказал мне об этом, и, узнав, я всегда приходил сюда навестить пожилую пару во время праздников, а также посмотреть на место, где раньше жил Цзишэн.

Поставив подарки, которые я принес для этих двух стариков, я последовал за своей памятью в комнату, где жил Цзишэн. Его комната, как и он сам, излучала сильное чувство безразличия, но, неожиданно, в ней также присутствовала согревающая душу теплота.

«Сяо Мо, я знал, что ты снова придешь в комнату Цзишэна. Пойдем вниз и поедим». Дедушка похлопал меня по плечу, увидев, что я стою в комнате с пустым выражением лица.

«Дедушка, я не буду есть. Цзишэн ждет моего возвращения». Я покачал головой. Если бы не необходимость, я бы действительно не хотел покидать город А, потому что покинуть город А означало бы расстаться с Цзишэном.

Услышав мои слова, дедушка замолчал. Спустя долгое время он посмотрел на меня со слезами на глазах. «Сяо Мо, прошло десять лет. Сяо Шэн умер десять лет назад. На самом деле, я всегда это знал, но, видя тебя таким счастливым, я действительно не знал, что сказать. Но, дитя мое, прошло десять лет. Ты сделал достаточно. Не застревай навсегда в воспоминаниях».

«Дедушка, я ухожу. Приду к тебе позже». Услышав слова дедушки, я практически убежал.

Десять лет. За эти десять лет никто не смел сказать мне, что Цзы Шэна больше нет. Я изо всех сил старался жить как прежде, готовил двойные порции еды, оставлял половину кровати пустой, когда спал. Все казалось, будто Цзы Шэн все еще здесь, и иногда я даже чувствовал, что он все еще рядом со мной.

Но сегодня дедушка снова сказал мне в моем присутствии, что человек, которого я так сильно любил, ушел, человек, за которого я был готов отдать жизнь, ушел. Значит ли это… что мое существование потеряло смысл?

Когда я вернулся в город А, уже был полдень, шел легкий дождь.

Впервые я пошел на кладбище. Я хотел увидеть Цзишэна. Десять лет я обманывал себя, ни разу не навестив его. Я задавался вопросом, не сердится ли он на меня.

«Ты здесь?» — Линь Цзифэн, казалось, удивился, увидев меня на кладбище. «Теперь ты наконец-то можешь взглянуть правде в глаза?»

Я не ответил на его вопрос, лишь взглянул на него и попросил уйти, потому что хотел побыть наедине с Цзишэном.

Линь Цзифэн, казалось, понял мои мысли и потянул за собой Линь Цзихуэй, которая не хотела уходить.

Теперь я был один на кладбище. Стоя перед могилой Цзишэна, я вдруг почувствовал холод и одиночество. Цзишэн провел здесь один десять лет; стало ли это чувство одиночества еще сильнее?

Десять лет назад автомобильная авария заставила всех думать, что я не проснусь. Я пролежал без сознания в постели целых два года. Но когда я наконец очнулся, обнаружил, что весь мир изменился. Человека, которого я отчаянно спасал, больше нет.

Линь Цзыфэн сказал мне, что Цзишэн умер за меня, но я никогда не хотел, чтобы он умер за меня. Я рисковал всем, чтобы спасти его, не из благодарности, не для того, чтобы он умер вместе со мной, а потому что надеялся, что он сможет жить, жить хорошо, даже если у меня больше никогда не будет возможности быть с ним. Когда я

впервые услышал эту новость, я совершенно не мог смириться с ней. Следующие восемь лет я продолжал обманывать себя, обманывать себя, что Цзишэн все еще жив.

«Цзишэн, я пришел тебя навестить. Так давно я к тебе не приходил. Ты на меня сердишься?» Глядя на фотографию на надгробном камне, на эти все еще сияющие глаза, я вдруг почувствовал, что Цзишэн рядом со мной, он никогда не уходил.

«Прости, я просто всё время забывала, что тебя нет. Я всегда чувствовала, что ты рядом, я даже не ощущала течения времени. Когда я наконец пришла в себя, прошло десять лет».

«Теперь я старая и некрасивая, интересно, узнаешь ли ты меня?» Я попыталась улыбнуться, но слезы всё ещё текли по моему лицу. «Я была старше тебя, а теперь я намного старше тебя, неужели ты меня не полюбишь? Но даже если полюбишь, ты не сможешь меня бросить, потому что кроме тебя у меня больше ничего нет в этом мире».

«Цзышэн, теперь я здесь с тобой, так что больше не сердись. Даже если ты рассердишься, можешь ударить меня, но, пожалуйста, не прячься так десять лет, чтобы я не смогла тебя найти». Пистолет был приставлен к моему виску. Линь Цзыфэн сказал, что Цззышэн умер именно так, получив пулевое ранение в висок. Теперь же возможность использовать то же оружие, что и он, и выбрать тот же способ смерти, что и он, уже принесла мне огромное счастье…

Глава 4.1

Хорошо ли иметь страстного любовника?

Если бы кто-нибудь сказал такое Линь Цзишэну прямо сейчас, тот бы тут же рассмеялся.

Легко говорить такое человеку, не находящемуся в его положении!

"Ах, Фэн..." Глядя на Линь Цзишэна, полумертво прислонившегося к изголовью кровати, Вэньжэнь Лин вел себя заметно настороженно. Последствия гнева по отношению к возлюбленной обычно очень серьезны, а сейчас, похоже, ситуация с его возлюбленной была не просто гневом.

"Убирайся! Я не хочу тебя сейчас видеть!" Он только вчера вернулся в семью Лу, а эти два ублюдка сошли с ума и не давали ему спать всю ночь. Первая половина ночи была в руках Вэньжэнь Лина, а во второй половине, когда он наконец-то решил отдохнуть, увидев внезапно смягчившееся выражение лица своей возлюбленной, Линь Цзишэн вдруг почувствовал себя в спартанском состоянии.

Он почти слышал чей-то голос у себя в ухе: [Дин-дон, твоя подруга [Вэньжэнь Лань] онлайн].

Хех, неужели он не сможет заставить себя выйти из системы? Он же хотел спать!

Но ответ был однозначен: нет, и результат был очередным. Ночь была похожа на ворочание в постели, и, к самому позорному концу Линь Цзишэна, его мучили до потери сознания!

«Ах, Фэн…» Видя, что его возлюбленный, казалось… нет, все еще был в ярости, Вэньжэнь Лин осторожно подошел, нежно массируя ему поясницу. Почувствовав нежную кожу под своей рукой, Вэньжэнь Лин почувствовал, что это поистине сладкая пытка.

«Если твои руки попадут куда не следует, я с сегодняшнего дня буду жить в доме семьи Лу. Дедушка уже велел мне идти домой». Почувствовав, как рука Вэньжэнь Лина медленно скользит к чему-то неподобающему, Линь Цзишэн усмехнулся. Он мучил его вчера, а теперь хочет предаваться разврату средь бела дня? Мечтай дальше!

«!» Вэньжэнь Лин замер, услышав это. Что происходит?! А Фэн возвращается?!

Почувствовав скованность Вэньжэнь Лина, Линь Цзишэн удовлетворенно кивнул. Хех, он и не думал, что не справится с этим ненасытным типом!

...

Последующие дни были столь же хаотичными. Все предполагали, что они скоро расстанутся, учитывая, что оба представляли знатные богатые семьи , и что это лишь вопрос времени, когда их пути разойдутся из-за противоречащих интересов. Многие даже тайно делали ставки на то, когда они расстанутся.

Конечно, никто не осмеливался сказать об этом Вэньжэнь Лань, потому что несколько ничего не подозревающих молодых женщин из влиятельных семей пытались подняться по социальной лестнице, связавшись с одним из них, причиняя им немало хлопот и даже пытаясь посеять раздор. Однако результат был предсказуем: все участники исчезли со сцены.

Хотя и говорили, что они исчезли, все знали, что произошло — Вэньжэнь Лань с ними разобрался.

С этого момента все поняли, что Линь Цзишэн был слабостью Вэньжэнь Лань, его единственной уязвимостью.

В то же время многие хотели нацелиться на Линь Цзишэна, но по глупости забыли его личность и недооценили его силу.

К тому времени, как они это поняли, Линь Цзишэн уже был сыт по горло и начал мстить. Все знали, что с этой парой в городе Б никто не смеет связываться, и их отношения вызывали всеобщую зависть. Любой, кто пытался разрушить их отношения, никогда не добивался успеха.

И поэтому они жили жизнью, полной взлетов и падений, к всеобщему удивлению. Сколько бы они ни ссорились, ни дрались, ни вели свои «холодные войны», они всегда мирились, как будто ничего и не произошло.

Невероятно трудно двум мужчинам, или даже паре, жить такой любящей жизнью вместе, не говоря уже о двух мужчинах. И все же они сотворили чудо.

Когда Вэньрен Лань был на смертном одре, он держал Линь Цзишэна за руку. Теперь он был другим, чем в прошлом мире; он был просто обычным человеком. Его волосы теперь были совершенно седыми, а лицо покрыто морщинами, но даже несмотря на это, когда он улыбался, в его улыбке все еще можно было увидеть блеск молодости.

В конце концов, Вэньжэнь Лань ничего не сказала, лишь крепко держала его за руку, ее любящий взгляд растопил сердце Линь Цзишэна.

На протяжении трех миров этот человек всегда был рядом с ним. Хотя иногда она и злила его, всякий раз, когда видела его в настоящей ярости, она всегда стояла перед ним, как ребенок, совершивший ошибку, чувствуя себя неловко.

В такие моменты гнев Линь Цзишэна исчезал. Он отдал всю свою жизнь этому человеку и никогда не жалел об этом.

«001, верни меня». Глядя на своего возлюбленного, который больше не дышал, Линь Цзишэн лег рядом с ним, улыбаясь, а затем медленно закрыл глаза. Когда их нашли представители младшего поколения семьи Лу, оба они уже были безжизненны. Тем не менее, их пальцы все еще были крепко переплетены, не желая расставаться даже перед лицом смерти.

В конце концов, потомки семьи Лу решили кремировать их и похоронить вместе. Они понимали, что, возможно, это сделает их счастливее.

...

Когда Линь Цзишэн снова проснулся, он оказался в том белом пространстве. Глядя на всё вокруг, он всё ещё чувствовал нереальность происходящего.

Даже сейчас Линь Цзишэну трудно поверить, что Вэньжэнь Лань — это Чжан Даолин, но с подтверждением от 001 он не может отрицать это, даже если захочет. Более того, во время их общения Линь Цзишэн находил в Вэньжэнь Лане знакомое чувство; даже лёгкие объятия вызывали у него пульсацию в душе.

«001, кто он... кто он на самом деле?» Почему он появляется в каждом мире и почему он снова рядом с ним?

[Извините, Хозяин, личность собеседника — SSS-уровень. В данный момент у вас нет полномочий узнать его личность.] В голосе 001 звучало явное сожаление. На самом деле, он тоже хотел узнать личность этого человека, но уровень Хозяина был недостаточно высок, поэтому он был совершенно бессилен помочь.

Услышав ответ 001, Линь Цзишэн почувствовал легкое беспокойство. SSS-уровень — это, должно быть, самый высокий уровень, верно? Что заставило собеседника определить такой уровень?

Однако Линь Цзишэн не стал слишком зацикливаться на этом. Он чувствовал, что собеседник не намеренно приближается к нему и использует его, а искренне добр к нему.

[Системное сканирование, подводя итоги миссий предыдущего мира...]

[Результаты сканирования: Мир «Нежный и терпимый Белый Лотос» содержит пять миссий, включая одну основную, две побочные, одну случайную и одну скрытую.] [Выполнение 150%] Услышав о выполнении миссий от 001, губы Линь Цзишэна резко дрогнули. Процент выполнения миссий в предыдущем мире составлял 120%, а в этом — 150%. Вспоминая события этого мира, Линь Цзишэн почувствовал, что, похоже, что-то знает.

[Выполнение миссий: Основная миссия: 500 очков опыта, 1000 очков; Побочная миссия 1: 300 очков опыта, 600 очков; Побочная миссия 2: 300 очков опыта, 600 очков; Случайная миссия: 500 очков опыта, 1000 очков; Специальные награды: очки улучшения персонажа, очки улучшения навыков и по 3 камня улучшения снаряжения.] Примечание: Опыт за выполнение этой миссии определяется процентом её завершения; Скрытые награды за миссию: 1 очко исходных характеристик, 1 очко улучшения миссии. Основная миссия, убийство главной героини (первое убийство), приносит достижение «Первая кровь», открывает систему достижений и удваивает опыт и очки. Вторая побочная миссия, при 200% завершении, приносит 3 награды. [Хозяин игры, вы хотите принять награды за миссию?] «Да». Услышав краткое описание миссии 001, глаза Линь Цзишэна вспыхнули от удивления.

Теперь он начал сомневаться, действительно ли 001 является членом системы спасения Белого Лотоса. Если бы это было так, то после убийства Белого Лотоса миссия должна была бы быть признана проваленной, и он должен был бы быть наказан, а не так, как сейчас, когда его не только не наказали, но и удвоили награды за миссию, и он даже разблокировал какую-то систему.

[Поселение завершено.] [Текущий общий опыт выполнения заданий: 2700, Очки: 5400, Очки улучшения персонажа: 3, Очки улучшения навыков: 4, Камни улучшения снаряжения: 3, Первоначальные очки характеристик: 1.] [Дружеское напоминание: При активации улучшения персонажа, улучшения навыков и улучшения снаряжения первое улучшение даст дополнительные бонусы к характеристикам. Пожалуйста, соберите как можно больше этих трех предметов до этого момента.] Услышав слова 001, Линь Цзишэн кивнул, понимая смысл. Похоже, что только первое улучшение даст дополнительный бонус, поэтому ему действительно нужно собрать больше.

[У вас сейчас 1 первоначальное очко характеристик. Хотите обменять его?]

«Да, Удача 1». События предыдущего мира заставили Линь Цзишэна глубоко осознать важность удачи. Если бы этот выстрел попал в настоящего Лу Фэна, он бы точно погиб. Даже он, вероятно, был бы на грани смерти. Но благодаря своей удаче он смог залечить свои раны в очень короткие сроки. Поэтому теперь он ценит свою удачу еще больше, чем раньше.

[Распределение атрибутов завершено. Текущий атрибут изменен: Удача: 101 (Подарочный набор для новичков) 4 (Награда за задание)] [Хозяин, пожалуйста, подождите.] Система составит итоговое резюме.] [Информация о хосте]

[Имя: Линь Цзишэн]

[Пол: Мужской]

[Возраст: 23]

[Исходные очки атрибутов: 0]

[Текущий уровень: ранг E]

[Текущий опыт: 3930/5000]

[Текущие очки: 14520]

[Приобретенные навыки: Бой, Стрельба, Сражение, Допрос, Подавление родословной] [Выносливость: 103 (Награда за задание) 2 (Набор новичка)] [Выносливость: 107 (Награда за задание)]

[Интеллект: 102 (Набор новичка) 3 (Награда за задание)]

[Дух: 10]

[Умственные способности: 105 (Награда за задание)]

[Сила: 10]

[Ловкость: 10]

[Обаяние: 10]

[Удача: 101] [(Набор для новичков) 4 (Награда за задание)]

[Хозяин, теперь ваших очков достаточно, чтобы обменять их на особую родословную или особый навык.] 001 серьезно посмотрел на Линь Цзишэна, его кошачье лицо выражало лишь серьезность. [Начиная со следующего мира, вы официально войдете в мир уровня E, где уровень опасности значительно возрастет. Поэтому вам следует начать укреплять свое тело.] 001 желал добра, и Линь Цзишэн не был неблагодарен. Сказав это, он кивнул и позволил 001 начать объяснять это знание.

【Хозяин, хотя человек может обладать более чем одной родословной, при выборе необходимо учитывать совместимость. Например, если вы выберете родословную Ангела, полную света, то при выборе второй родословной вы сможете выбрать только родословную Эльфа, мирную и любящую природу, или родословную Бога, еще более сияющую, но не родословную Демона; или, если вы выберете родословную Демона, вы не сможете выбрать родословную Бессмертного. «Эти противоборствующие родословные будут отталкивать друг друга, не только не дополняя друг друга, но и могут даже привести к понижению уровня первой родословной». 【Во-вторых, есть выбор навыков. Если вы выберете родословную Демона, которая больше склоняется к тьме, то вы не сможете изучать магию света, иначе это причинит вам вред; аналогично, если вы выберете родословную Демона, вы не сможете изучать навыки Небесного Мастера. Конечно, общие навыки могут быть изучены любой родословной.】 Выслушав объяснение 001, Линь Цзишэн внимательно изучил родословные и навыки в магазине. Он понял, что, хотя у него уже было достаточно очков, чтобы купить некоторые родословные и навыки, все они были самого низкого уровня, и он просто не мог позволить себе родословные и навыки высокого уровня!

«Приобретите вампирскую родословную. 200 очков для активации последней вампирской родословной, 500 очков для активации вампирского барона, 1000 очков для активации вампирского виконта и 5000 очков для активации вампирского графа». Только достигнув уровня графа, Линь Цзишэн обнаружил, что потратил почти половину своих очков. И действительно, товары в магазине за очки были исключительно дорогими.

Закончив говорить, он поднялся в воздух, окутанный багровым светом. Теплый поток, словно струящийся по его телу вместе с кровью, заставил его почувствовать себя достаточно комфортно, чтобы вздохнуть. Линь Цзишэн внезапно почувствовал, что очки были потрачены не зря; он ясно ощущал, как его тело укрепляется.

Когда свет исчез, Линь Цзишэн снова приземлился на землю. Его тело стало заметно сильнее и мощнее. Его некогда короткие волосы отросли до пояса, багровые волосы излучали неописуемую зловещую ауру. Его некогда чистые черные зрачки стали багровыми, а кроваво-красные губы обнажили слегка удлинённые клыки. В этот момент Линь Цзишэн словно превратился в вампира, всё его тело излучало зловещую красоту.

Эта красота длилась недолго; через короткое время Линь Цзишэн вернулся в нормальное состояние.

[Хозяин, активация родословной завершена. Нужно ли ещё выбрать навык?] Наблюдая за захватывающей дух трансформацией, 001 молча зажгла в своём сердце свечу в память о мужчине своего хозяина.

Хех, у вампиров огромная жажда крови, особенно когда дело касается их любимых. Надеюсь, мужчина её хозяина не будет выпит досуха, пока она в восторге.

«1000 очков для изучения базовой целительной магии, 2000 очков для изучения магии среднего уровня, 4000 очков для изучения продвинутой целительной магии». Глядя на свои очки, которые мгновенно сократились с пятизначной цифры до трех, Линь Цзишэн почувствовал укол боли в сердце. Однако, учитывая сегодняшние достижения, он решил, что в будущем сможет лучше выполнять задания, поэтому потраченные сегодня очки не были потрачены впустую.

После того, как Линь Цзишэн закончил говорить, на его руке медленно появился мягкий белый свет, несущий неописуемое тепло. Окутанный этим светом, Линь Цзишэн почувствовал, как спадает его усталость.

«Хорошо, 001, дай мне информацию о следующем мире». Теперь, когда он узнал все необходимое, пришло время готовиться к следующему миру. Этот человек должен был ждать его там.

Когда Линь Цзишэн получил информацию о следующем мире, у него внезапно возникло плохое предчувствие. Будущие миры станут все более мелодраматичными?!

Что это такое? Тайный охранник влюбляется в свою любовницу, хозяин и слуга борются за одну женщину? Могут ли быть более морально сомнительные истории?

Главный герой из потустороннего мира — глава могущественной семьи, на этот раз старого, замкнутого клана. Для его безопасности его всегда сопровождают телохранители. Среди них выделяется один — идеальная машина для убийства, лишенная всяких эмоций, и правая рука главного героя.

Затем обнаруживается предатель в семье. Телохранитель проваливает свою миссию и возвращается тяжело раненым. Вместо того чтобы искать предателя, главный герой наказывает его. Перевязывая раны в своей комнате, телохранитель встречает главную героиню, свою невесту. Увидев его раны, она помогает ему. Этот акт исцеления закладывает основу для связи между телохранителем и главной героиней.

Проводя больше времени вместе, телохранитель понимает, что его чувства к ней больше не невинны; он влюбился в нее. Он знает, что главная героиня не отвечает взаимностью на её чувства, поэтому пытается увести её, но она отказывается, признаваясь, что всегда любила главного героя.

Главный герой узнаёт о действиях телохранителя, которые он считает предательством. Поэтому он намеренно отправляет телохранителя на задание, тайно устраивая ловушку, чтобы убить его. В итоге телохранитель погибает на задании.

После того, как главная героиня выходит замуж за главного героя, она обнаруживает, что жизнь не так счастлива, как она себе представляла. Оказывается, в сердце главного героя она всего лишь машина для размножения. Она пытается заставить телохранителя увести её, но узнаёт, что он уже мертв. Она несколько раз пытается сбежать, но терпит неудачу, в итоге злит главного героя, попадает в тюрьму и умирает от голода. Глядя на

эту информацию, у Линь Цзишэна в голове только одна мысль: "...".

Возможно, это из-за его «белой лотосовой» натуры, но Линь Цзишэн обнаружил, что главные героини в каждом мире особенно проблемны. Как и в этом мире, если ей нравится главный герой, ей не следует флиртовать с другими мужчинами. Если бы не её тонкий флирт… «Как мог телохранитель влюбиться в неё? Раз уж она решила быть с главным героем, ей не следовало быть такой разборчивой. Она настаивает на искренней привязанности, а когда не получает её, пытается сбежать. На этот раз она даже погибла

». «001, я хочу задать тебе вопрос», — Линь Цзишэн посмотрел на информацию в своей руке и, спустя долгое время, беспомощно вздохнул: «Неужели на этот раз я — это тот самый пушечный телохранитель?»

Со второго мира Линь Цзишэн обнаружил, что его личность становится всё менее значимой. Но это ничего, по крайней мере, когда ему лень иметь дело с этими людьми, он может инсценировать свою смерть.

[Да...да.] 001 тоже заметил проблему. Почему его хозяин, такой блестящий и благородный человек, всегда оказывается пушечным мясом?

«Хорошо, давайте поговорим о миссии в этом мире».

[Системное сканирование...]

[Основная миссия: Забрать главную героиню у главного героя и изменить её судьбу, лишив её возможности умереть от голода. Награда за миссию: 500 очков опыта, 2000 очков. Штраф за провал: вычет 2000 очков.] **Дополнительное задание 1:** Помочь главной героине увидеть истинное лицо главного героя и заблаговременно расторгнуть помолвку. Награда: 300 очков опыта, 1000 очков. Штраф за провал отсутствует. **Дополнительное задание 2:** Изменить судьбу телохранителя и помочь ему спастись от смертельного взрыва. Награда: 300 очков опыта, 1000 очков. Штраф за провал отсутствует. **Дополнительное задание 3:** Узнать о прошлом телохранителя и его биологических родителях. Награда: 300 очков опыта, 1000 очков. Без штрафа за неудачу. **Случайное задание:** Помогите главному герою понять свои чувства и то, чего он действительно хочет. Награда: очки улучшения персонажа, очки улучшения навыков, камни улучшения снаряжения. Без штрафа за неудачу. **Специальное задание:** Найдите свою возлюбленную и оставайтесь вместе на всю жизнь. Награда: 100 очков близости и разблокировка системы брака. "!" Услышав последнее задание, Линь Цзишэн был совершенно ошеломлен. "СТ!Т!О!П!001, что это за чертовщина такая — система брака!?"

[Отвечая ведущему, система брака — это новая забавная система, разработанная основной системой. Изначально различные миры были относительно близки к реальности, и однополые браки не были легальны. После активации системы брака однополые браки станут легальными в нескольких странах. Когда она достигнет наивысшего уровня, однополые браки станут легальными во всем мире. Хозяин будет великим человеком, который создаст новое столетие!] Линь Цзишэн: Хех, как бы ты мне ни льстил, я не буду доволен. Что это, черт возьми, такое?

[Вход в Четвёртый мир: Невинный и игривый Белый Лотос, Передача данных в процессе, 10, 9, 8, 7—] Линь Цзишэн: Чёрт возьми, меня телепортировали прямо!

Мгновение спустя Линь Цзишэн исчез из этого белого пространства, оставив в комнате лишь слегка покачивающееся кресло.

...

Тёмная комната была наполнена запахом крови. Линь Цзишэн лежал растрёпанный на полу, проклиная себя про себя. Он не ожидал, что 001 доведёт его до этого. После наказания за провал миссии рана на спине охранника была разорвана, и кровь непрерывно сочилась из раны при малейшем движении. Очевидно, его состояние было очень плохим.

Самым ужасным для Линь Цзишэна было то, что запах крови в комнате разбудил в нём аппетит. Он почувствовал сильный голод и не мог удержаться от желания устроить пир!

[Хозяин, вы должны сдержаться.] [Если ты будешь так выглядеть, это точно напугает окружающих!] Из-за голода внешность Линь Цзишэна начала меняться. Его волосы стали длиннее и постепенно приобрели кроваво-красный цвет, кожа становилась все бледнее, и даже клыки начали торчать из губ.

Линь Цзишэн глубоко вздохнул, и от его рук исходил белый свет. Мгновенно раны на спине покрылись коркой, и большая часть ран зажила. Теперь пришло время утолить голод. Всего мгновение назад он почувствовал невероятно сладкий аромат.

Он протянул руку и осторожно схватился за дверь, которая со щелчком открылась. Линь Цзишэн, несколько ошеломленный, направился к источнику сладкого аромата. Конечно, несмотря на то, что он потерял большую часть своих чувств, он не забыл спрятаться.

Наконец, он добрался до последней комнаты на третьем этаже. Запах был настолько сильным, что он чуть не потерял контроль, но дверь теперь была заперта, что очень его смутило. Он схватился за замок, и со щелчком дверь снова открылась без всякого сопротивления. 001 осторожно наблюдал сзади. Хозяин, получивший вампирскую кровь, стал еще страшнее!

«Кто!» — услышав, по-видимому, голос, мужчина сел в постели, вытащив пистолет из-под подушки. Он никого не увидел, и как раз когда он собирался встать, чтобы разобраться, что происходит, чье-то тело бросилось ему в объятия. Сильный запах крови заставил его напрячься. Он направил пистолет на другого человека, но прямо перед выстрелом почувствовал, как что-то мягкое… что-то мягкое коснулось его шеи…

«!» Его только что лизнули? Определенно!

Конечно, это был не конец. В следующее мгновение легкая боль пронзила его шею, за которой последовало невероятно приятное ощущение. У него закружилась голова. Он знал, что должен оттолкнуть этого человека, даже убить его, но у него не было сил, и он мог лишь пассивно терпеть это приятное чувство.

Две минуты спустя Линь Цзишэн наконец отпустил другого человека. К тому времени тот уже потерял сознание от кровопотери и не смог четко разглядеть лицо Линь Цзишэна.

Почувствовав сладкий привкус во рту, Линь Цзишэн задумался о возможности сделать этого человека своим кровным рабом. Такой сладкий вкус был поистине притягательным!

Возможно, из-за изменений в его родословной мысли и личность Линь Цзишэна значительно изменились. Прежний Линь Цзишэн никогда бы не подумал об этом, но теперь он чувствовал, что это совершенно естественно.

[Хозяин, кто-то идёт, пожалуйста, уходите как можно скорее!] 001, казалось, почувствовал чьё-то присутствие поблизости, напоминая Линь Цзишэну о необходимости быстро уйти, а также напоминая ему о его ранах. [Хозяин, не забудьте обработать раны другого человека.] Если бы это была обычная рана, это не имело бы значения, но как такая рана могла не вызвать подозрения?

«Понимаю». Линь Цзишэн с некоторым сожалением посмотрел на человека, лежащего на кровати, лизнул рану на шее и, лишь увидев, что рана исчезла, быстро ушёл вместе с 001 и вернулся в свою комнату.

Линь Цзишэн и не подозревал, что, когда он уходил, человек, лежавший на кровати, медленно открыл глаза и в тусклом свете за дверью увидел голову с длинными кроваво-красными волосами…

Вернувшись в комнату, 001 зажег свечу для главного героя. Конечно же, учитывая странную природу вампира, хозяин непременно сразу же разыскал бы главного героя, чтобы выпить его кровь. Разумеется, он не стал бы рассказывать об этом хозяину; если бы тот узнал, всё бы точно пошло наперекосяк!

«001, почему я сегодня не видел главную героиню?» — Линь Цзишэн удивленно поднял бровь. Он не намеренно менял ход событий в мире сегодня, но, похоже, кое-что изменилось.

[Хозяин, согласно истинному ходу событий в мире, вы должны были бы всё ещё находиться в подземелье, проснуться через пятнадцать минут и встретить главную героиню по пути обратно в свою комнату.] 001 объяснил Линь Цзишэну, почему всё изменилось. [Иными словами, из-за того, что у тебя слишком хорошее здоровье, ты пропустил свою первую встречу с главной героиней.] Линь Цзишэн: Хе-хе, теперь, когда эта часть истории закончилась, основные и побочные задания будут выполнены?

[Но хозяин, ты действительно очень властный и деспотичный! Ты укусил главного героя, как только попал в этот мир; завтра мир, вероятно, будет в хаосе!] И действительно, на следующий день, как и предсказал 001, весь дом погрузился в хаос. Причина была проста: глава семьи Янь теперь искал человека, который вчера вошёл в его комнату, чтобы убить его.

Как только эта новость стала известна, вся семья Янь мобилизовалась. Однако улик, предоставленных главой семьи, было очень мало; всё, что было известно, это то, что у человека были длинные рыжие волосы и это был мужчина.

Это…

неужели глава семьи действительно не ошибся? Мужчина с длинными рыжими волосами?

Когда Линь Цзишэн получил эту новость, он был искренне удивлён. Сначала он думал, что тот его вообще не видел, но теперь понял, что ошибался. На самом деле, к концу он уже пришёл в себя, просто не заметил.

«Янь». Глядя на бледного Линь Цзишэна, стоявшего позади него, глава семьи Янь нахмурился. Вчера, когда он наказывал его, он ничего не почувствовал, но теперь, увидев его бледное лицо, почувствовал себя неловко.

«Твой подчинённый здесь». Подражая настоящему Яню, Линь Цзишэн подошёл к Янь Юю, опустился на одно колено, опустил веки, лицо его было бесстрастным, словно безжизненная марионетка — нет, скорее, холодная машина для убийства. Хотя

тот всегда был таким, Янь Юй чувствовал себя всё более неловко, словно этот человек не должен был быть таким.

«С сегодняшнего дня тебе больше не нужно оставаться рядом со мной». Холодный голос Янь Юя раздался, его слова шокировали всех присутствующих.

Все знали, что Ян был самым ценным подчиненным главы семьи, настолько ценным, что тот даже дал ему свою фамилию.

Было общеизвестно, что у тайных охранников нет имен; их даже не считали людьми, а скорее машинами для убийства. В день, когда патриарх был объявлен наследником семьи, он выбрал этого юношу из сотен юношей примерно того же возраста своим личным телохранителем. В то время никто не понимал выбора патриарха.

Лишь спустя годы, когда юноша стал все более выдающимся, все поняли, что суждения патриарха по-прежнему безупречны!

За эти годы Ян стал правой рукой патриарха, и теперь патриарх увольнял его за небольшую ошибку — ошибку, в которой даже не было вины юноши.

Ян Юй игнорировал мнение окружающих, пристально глядя на человека перед собой, надеясь увидеть в нем хоть какие-то эмоциональные изменения.

Затем другая сторона снова разочаровала его. Услышав их слова, Линь Цзишэн не стал возражать, как и вчера, когда его наказывали. Он просто тихо сказал: «Ваш подчиненный подчиняется».

Не было ни сомнений, ни сопротивления, ни борьбы. Линь Цзишэн без колебаний принял приказ.

«Мастер, это недопустимо! Янь…» Услышав их разговор, все вокруг напряглись. Мастера только вчера атаковали, а теперь Яня отправляют прочь? Что, если с Мастером что-то случится?

«Недопустимо! Как это может быть недопустимо? Передайте мой приказ: отправьте Яня обратно на Темный Остров!»

На этот раз, услышав их слова, тело Линь Цзишэна инстинктивно задрожало. Внутри него поднялась неописуемая боль, но Линь Цзишэн знал, что эта боль не его собственная; она принадлежала первоначальному

владельцу этого тела. Линь Цзишэн прекрасно понимал значение «Темного Острова». Отправка обратно на Темный Остров означала быть брошенным своим хозяином, обреченным на дальнейшее обучение там, в ожидании повторного избрания.

Такое случалось и раньше, но всегда со стороны более слабых охранников. Теперь же Янь Юй действительно был отправлен обратно, что стало для него унижением.

«Да, ваш подчиненный подчиняется». С этими словами Линь Цзишэн молча поднялся, без сопротивления, поклонился Янь Юю на прощание и ушел с теми, кто пришел подчиниться приказам Янь Юя.

Глядя на удаляющуюся фигуру Линь Цзишэна, Янь Юй почувствовал, как человек перед ним медленно исчезает, полностью растворяясь. Он резко встал, наблюдая за удаляющейся фигурой Линь Цзишэна, и вдруг захотел позвать того, кто медленно уходил.

Но к тому времени, как он попытался это сделать, другой человек полностью исчез из его поля зрения.

В тот же миг Янь Юй почувствовал панику, словно этот человек вот-вот уйдет из его жизни, никогда больше не защищая его, как прежде. Однако, из уважения к достоинству главы семьи, он мог лишь подавить свой страх.

Он не знал, что из-за мимолетного приступа гнева, долгое время после этого, он мог лишь стискивать зубы и наблюдать, как человек, всегда защищавший его, стоит рядом с другим, защищая другого, и в тот момент он уже не был Яном. Конечно

, Линь Цзишэн, с другой стороны, не испытывал таких противоречивых чувств; он с радостью вернулся на Темный Остров вместе с остальными.

[Хозяин, вы теперь очень довольны?] Глядя на восторженную улыбку на лице хозяина, 001 был несколько удивлен. Все они знали, что такое Темный Остров; почему же хозяин так рад отправиться в такое опасное место?

«Да, я очень счастлив», — Линь Цзишэн и 001 были друзьями уже давно, поэтому ему не нужно было скрывать свои мысли от 001. «После слияния с вампирской родословной я обнаружил, что, хотя мое тело стало намного сильнее, я все еще не могу свободно использовать эту силу. Чтобы полностью овладеть этой силой, я должен пройти через битвы не на жизнь, а на смерть. Как ты и говорил, мир в будущем станет все более опасным, поэтому я хочу стать сильнее».

Услышав ответ Линь Цзишэна, 001 зажег еще одну большую свечу для главного героя. Теперь у него было предчувствие, что его носитель не так легко вернется к главному герою. Он может даже устроить несколько сцен, где будет стоять прямо у него под носом, заставляя его наблюдать, как он защищает других. Одна только мысль об этой сцене была одновременно неприятной и приятной.

Однако он нисколько не жалел главного героя. Это главный герой настоял на том, чтобы прогнать мелочного носителя. Грехи небес можно простить, но от грехов, совершенных самим собой, не избежать!

Глава 4.2

Темный Остров, как следует из его названия, — это изолированный остров в море. Возможно, из-за своего расположения, хотя снаружи светит солнце, остров постоянно окутан тьмой, словно гигантская тюрьма.

Обычные люди сходят с ума после непродолжительного пребывания на Темном Острове, но Янь прожила там 18 лет, даже возвращаясь туда на два месяца каждый год, чтобы отточить свои навыки и лучше защитить своего господина. И все же теперь она была легко брошена господином, которому служила.

[Хозяин, хозяин, это место такое страшное… qaq] Приземлившись, 001 почувствовал ужас этого места. Несмотря на яркое солнце снаружи, остров был окутан тьмой. Это было… так ужасно!

Линь Цзишэн молчал, но его впечатление от этого места было столь же негативным. Он посмотрел на небо, которое, казалось, было окутано чем-то, мертвенно-серым. Здесь легко возникало ощущение угнетения.

«Вероятно, мы пробудем здесь долго». Сегодня Янь Юй выгнала его, а это означало, что ему придётся жить на Тёмном острове длительное время.

Однако жизнь на Тёмном острове оказалась не такой лёгкой, как он себе представлял. Бесконечные тренировки каждый день, даже сон с одним открытым глазом – иначе он мог бы действительно потерять здесь жизнь. Это был полигон для отбора убийц из Тёмной гвардии; выживали только лучшие.

Поначалу Линь Цзишэну было чрезвычайно трудно адаптироваться к этой жизни. В конце концов, он был всего лишь бизнесменом из мирной эпохи . Хотя безжалостный мир бизнеса мог привести к разорению семьи, он всё же был бескровным, в отличие от ежедневного кровопролития здесь.

Однако, спустя почти два месяца, Линь Цзишэн постепенно привык к этой жизни и начал понимать, почему Янь в данных была так равнодушна и почему она считала главную героиню особенной после того, как перевязала ему раны.

Всё было просто потому, что на Тёмном острове было слишком холодно – не в плане температуры, а в плане холода человеческих сердец. На Тёмном острове царили бесконечные убийства. Чтобы добыть еду, воду и выжить, нужно было убивать. Только убивая своих противников, можно было выжить на Тёмном острове.

Поначалу, хотя Линь Цзишэн и освоил навыки Яня с помощью сканирования, навыки есть навыки, и их наличие не гарантирует лёгкого убийства.

Линь Цзишэн никогда не забудет ощущения от своего первого убийства: ощущение кинжала, пронзающего плоть, скрип костей, брызги крови при извлечении лезвия и липкое ощущение на руках.

На Тёмном острове, чтобы охранники действительно сталкивались с убийством, использование огнестрельного оружия было запрещено; все охранники сражались холодным оружием. После своего первого убийства Линь Цзишэн спрятался в укромном месте и всю ночь его рвало. Если бы не его изменённое тело, на следующий день он, вероятно, стал бы чьей-то жертвой.

Теперь, после двух месяцев крещения кровью, он привык к своей нынешней жизни и даже обнаружил ещё одно преимущество — убийство было оправдано.

Пока у тебя были силы, ты мог убить всех охранников на Тёмном острове без всякого наказания, и администраторам было бы всё равно, как ты их убивал.

В конце концов, они каждый день сталкивались с убийствами. Резня, если ей не дать выход накопившимся эмоциям, может свести людей с ума. Хозяин хочет лишь нож в их руках; извращённый этот «нож» или нет — совершенно неважно.

Поэтому Линь Цзишэн с удовольствием поел. Хотя кровь была не очень вкусной, по крайней мере, она утолила его голод.

[Хозяин, если ты продолжишь в том же духе, будут побочные эффекты.] — осторожно напомнил Линь Цзишэну 001. Хотя обилие крови сделало бы его родословную более совместимой с вампирами, обратная сторона медали была очевидна: это вызвало бы у него зависимость от крови, сократив интервалы между приступами голода.

«Не волнуйся, я знаю, что делаю». Линь Цзишэн не лгал; он действительно знал, что делает. Хотя он часто пил кровь, количество выпитой им крови было небольшим. Хотя убийство могло быть оправдано, Линь Цзишэн не мог позволить жителям Тёмного острова узнать о существовании там аномалии.

Услышав слова Линь Цзишэна, 001 почувствовал облегчение. Поскольку его хозяин сказал, что знает, что делает, проблем не будет. За всё это время он ни разу не ошибся.

Пока они разговаривали, вокруг них внезапно появилось новое, незнакомое присутствие.

После активации своей вампирской родословной Линь Цзишэн обнаружил, что стал гораздо более чувствителен к изменениям в окружающей обстановке, способен обнаруживать то, чего раньше не мог. Это чувство было для него совершенно новым.

Он быстро спрятался за спиной противника, закрыл ему рот, укусил за шею и одним быстрым движением лишил его жизни — приём, хорошо знакомый Линь Цзишэну.

Сразу после расправы с противником Линь Цзишэн услышал свисток.

Подняв бровь, Линь Цзишэн понял, что это свисток встречи; должно быть, что-то произошло снаружи.

Когда Линь Цзишэн прибыл в место встречи, он услышал неожиданную новость: на остров прибыла знакомая — нет, знакомая Яня — Янь Ло, седьмая молодая леди семьи Янь.

«Почему она здесь?» Информация, которую ему предоставил 001, не упоминала о прибытии Янь Ло на Темный остров; в информации говорилось, что телохранителей для Янь Ло выбрал для нее Янь Юй.

«[Если я не ошибаюсь, она, вероятно, охотится за тобой, хозяин.]» 001 был знаком с сюжетом лучше, чем Линь Цзишэн. «[Янь Ло однажды сказала, что ей очень нравится Янь, и она даже хотела забрать Янь у Янь Юя, но Янь Юй не смог этого сделать. Теперь, когда Янь Юй отправил тебя на Темный остров, это хорошая возможность для нее. Вероятно, она не могла дождаться, чтобы выбрать себе телохранителя, как только достигнет совершеннолетия.]» Бедный главный герой, какова будет его реакция, если он прибудет на Темный остров и обнаружит, что хозяина там больше нет?

Он был уверен, что его мелочный хозяин не откажется от этой возможности уйти, так что главному герою была уготована трагедия. ＿（：3」∠）＿

"Для меня, если я не уйду с ней, разве это не будет слишком бессердечно?" — молча подумал Линь Цзишэн. В любом случае, эти два месяца позволили ему умело контролировать свою родословную, и он больше не собирался легко терять контроль, так что уход не был исключен. Раз уж так, он решил уйти!

001: Хе-хе, Мастер, если вы хотите отомстить главному герою, просто скажите об этом. Не придумывайте столько фальшивых отговорок.

Как и подумал 001, Янь Ло, подождав, тут же нашел ответственного.

«Седьмая госпожа, вы должны знать, что у Яня особая личность, поэтому…» Дело было не в том, что он не хотел соглашаться, но, хотя глава семьи и отправил Яня обратно на обучение к новобранцам, он никогда не говорил, что Яня могут забрать, как и других охранников. Что, если однажды гнев главы семьи утихнет, и он захочет забрать Яня, но обнаружит, что тот пропал? Кто тогда сможет выдержать гнев главы семьи?

«Старший брат должен знать правила Темного острова. Раз уж он отправил Яня обратно, он должен понимать, что кто-то заберет брата Яня, и он молчаливо это одобрил. Так чего же вы боитесь?» Янь Ло мило улыбнулся, но в его глазах читалась убийственная жажда мести. Дети семьи Янь никогда не были по-настоящему невинными и милыми. «Вместо того чтобы думать об особой личности Яня, вы должны подумать о последствиях того, что разозлите меня».

Теперь Янь Ло был полон решимости заполучить Яня. Любой, кто встанет у него на пути, умрет!

Братья и сестры Янь родились от разных матерей. Янь Юй был сыном главной жены, в то время как мать Янь Ло в древности даже не считалась наложницей; в лучшем случае, она была бы служанкой.

Более того, она умерла после рождения Янь Ло, и никто не знает, как она умерла. Отсутствие матери сделало детство Янь Ло чрезвычайно трудным, и Янь была единственной, кто протянул ей руку помощи, когда над ней издевались.

Хотя на лице Янь не было никаких эмоций, Янь Ло чувствовала теплоту этого человека. Поэтому ради Янь она впервые встретилась со своим старшим братом, надеясь, что он отдаст её ей в телохранители, но брат отказался. Теперь, наконец получив законную возможность сделать Янь своим телохранителем, Янь Ло не собиралась сдаваться!

Увидев глаза Янь Ло, ответственный за это человек сразу понял, что эта седьмая молодая леди полна убийственных намерений. Если бы её не вернули сегодня, она, вероятно, не сдалась бы так легко.

Хотя я думала, что глава семьи примет Яня обратно, теперь, когда я об этом думаю, Ян находится здесь уже почти два месяца, и от главной семьи нет никаких подвижек. Возможно, глава семьи действительно хочет заменить телохранителя. В таком случае, не должно быть проблемой позволить Седьмой госпоже забрать Яня... верно?

«Понятно, пожалуйста, подождите минутку, Седьмая госпожа. Я немедленно пришлю кого-нибудь, чтобы привести Яня».

Когда мужчина прибыл на тренировочную площадку и увел Яня, взгляды всех присутствующих были сложными, полными замешательства, зависти, но в основном оцепенения.

По пути Линь Цзишэн молча следовал за проводником, его взгляд был таким же оцепенелым, как и у остальных.

«Брат Ян, ты наконец-то приехал». Увидев Линь Цзишэна, вошедшего в комнату, Янь Ло, всегда обладавшая удивительной аурой, словно мгновенно превратилась обратно в девушку. Она медленно подошла к Линь Цзишэну с очаровательной улыбкой на лице. «Брат Ян, я пришла за тобой домой».

Да, она забирала его домой. Отныне брат Ян станет ее семьей, ее единственным телохранителем, больше не принадлежащим ее старшему брату.

«Хорошо», — просто ответил Линь Цзишэн одним словом на слова Янь Ло, затем опустился на одно колено перед ней, поклявшись в верности. Это был ритуал для телохранителей; телохранитель преклонял колени перед своим господином только на всю жизнь. Это преклонение колен символизировало полную преданность телохранителя этому человеку, и даже если бы Янь Юй снова появился перед ним, его нельзя было бы заставить встать на колени.

«Брат Янь, мне не нравится ваше имя. Могу я его изменить?» Хотя она привыкла называть его Янь, Янь Ло это имя не нравилось. Оно заставляло её чувствовать, будто он её старший брат, и ей не нравилось это чувство. «Как насчёт Ло, Ло из Лояна? Звучит так же, как моё имя, но пишется по-другому. Разве это не красиво?»

Двое людей рядом с ней были потрясены словами Янь Ло. Их взгляды, устремлённые на Линь Цзишэна, были полны любопытства. Что этот человек сделал, чтобы заслужить такое имя? Один господин дал ему свою фамилию как имя при рождении, а другой даже дал ему своё имя. Какая честь!

«Ваш подчинённый подчиняется». Линь Цзишэн не встал и остался стоять на одном колене.

В тускло освещённой каменной комнате в центре стояла девушка в чёрном. Перед ней на коленях стоял молодой человек в черном. Лицо молодого человека было бесстрастным, словно у молчаливой куклы. Сцена была жутковатой, но тоска в глазах девушки излучала необъяснимое тепло.

«С этого момента брат Ло будет рядом со мной», — кивнула Янь Ло, жестом предлагая молодому человеку подняться. Она подошла к нему и обняла за талию. Ее худощавое тело, ослабленное годами недоедания, уютно устроилось в объятиях Линь Цзишэна. «Брат Ло, отныне ты моя семья, моя единственная семья».

Ее семья всегда только издевалась над ней; только этот человек в мире мог относиться к ней хорошо. На этот раз она никогда не отпустит его.

Теперь, когда все уладилось, Янь Ло увела Линь Цзишэна с Темного острова. Но почему-то, наблюдая за их уходящими фигурами, ответственный за них вдруг почувствовал дурное предчувствие…

Сегодня

была исключительно ясная погода. Солнце неустанно излучало свою энергию, заливая землю ярким светом. Мужчина у окна смотрел на солнечный свет за окном, его лицо было несколько мрачным.

Каким бы прекрасным ни было солнце, в этом мире всегда есть места, куда солнечный свет не доходит, и люди, которым никогда не суждено погреться в его тепле.

«Мастер...» Мужчина толкнул дверь и вошел, осторожно глядя на человека, стоящего у окна, его тон был явно нерешительным. «Никаких новостей с Темного острова нет».

Он знал, что Мастер ждал, ждал, пока Янь признает свою ошибку, чтобы он мог по праву вернуть ее. Но он не знал, что не так с Янь на этот раз; казалось, она внезапно неправильно поняла намерения Мастера. Прошло так много времени без каких-либо новостей, и у Мастера не осталось оправдания для того, чтобы вернуть ее.

«Уходите». Раздался несколько равнодушный голос Янь Ю, казалось, он не был впечатлен его словами. Однако при ближайшем рассмотрении стало видно, что его руки медленно сжимаются, даже пошла кровь из пальцев.

«Да, Мастер, этот подчиненный уходит». Услышав его слова, мужчина почувствовал себя так, словно получил прощение, и быстро вышел из комнаты. Лучше было держаться подальше от дел Мастера и Яня, иначе они могли бы погибнуть.

Убедившись, что мужчина ушел, Янь Юй с мрачным выражением лица обернулся, смахнув все со стола, его глаза были полны ужасающей ярости, словно он хотел кого-то сожрать.

Прошло два месяца с тех пор, как Янь ушел. Янь Юй ждал, когда Янь пришлет сообщение о своем желании вернуться и вернуть его. Но на этот раз, похоже, Янь полон решимости сразиться с ним. За два месяца не было ни слова!

Не то чтобы Янь раньше не уезжал. Каждый год он возвращался на Темный Остров на два месяца. Но тогда он присылал ему сообщение каждые три дня, сообщая, что с ним все в порядке.

И на этот раз…

неужели Ян его принуждал?

Вспоминая галлюцинацию, которая пришла ему в голову, когда Ян ушел в тот день, сердце Ян Ю сжалось. Неужели… Ян действительно не вернется?

«Кто-то!» Ян Ю больше не мог этого выносить. Два месяца — это его предел. Независимо от того, о чем думал Ян, пришло время ему вернуться!

Меньше чем через пять минут комната Ян Ю наполнилась людьми, все ждали его приказа.

«Отправляйтесь на Темный Остров!»

Услышав слова Ян Ю, никто не удивился. Все знали, что Ян совершенно не похож на главу семьи. Хотя они не знали, почему глава семьи так разозлился в прошлый раз и в итоге прогнал Яна, все понимали, что рано или поздно глава семьи вернет Яна.

Они догадывались о начале, но не о конце. Когда все прибыли на Темный Остров, произошло нечто неожиданное.

«Где Ян?» У Ян Ю больше не было терпения к Яну. Увидев ответственного, он прямо заявил о своей цели: «Я здесь, чтобы забрать Яна».

Однако, к его удивлению, ответственный не стал сразу выводить Яна; вместо этого они замешкались.

«Что случилось?» Увидев нерешительное выражение лица ответственного, сердце Янь Юй замерло. Что-то случилось? «Может быть, это Ян…»

Возникла определенная мысль, и лицо Янь Юй стало крайне мрачным. Он заставил себя успокоиться. Он прекрасно знал навыки Яна; здесь Яну никогда не причинят вреда!

«Патриарх, три дня назад Седьмой госпоже исполнилось восемнадцать лет…» Ответственный произнес загадочно, но Янь Юй сразу понял смысл.

Дети семьи Янь могут подняться на Темный Остров один раз в восемнадцать лет, чтобы выбрать себе телохранителей. Если телохранитель не погибнет, никто из членов семьи, кроме патриарха, не сможет подняться на Темный Остров второй раз в своей жизни. Поэтому заявление ответственного о том, что Янь Ло исполнилось три дня назад, означало, что Янь Ло забрали!

«Ян, он просто так ушел с ней?» Янь Юй изо всех сил пытался подавить гнев. Человек, который следовал за ним столько лет, на самом деле ушел с кем-то другим — где же его верность?!

«Да, Ян покинул Темный Остров с мисс Семь, и…» Увидев мрачное лицо патриарха, ответственный за него заколебался, не зная, продолжать ли. Но, учитывая высокое уважение патриарха к Яну, он наконец подробно рассказал о событиях того дня: «И Ян принял имя, данное мисс Семь».

Лицо Янь Юя мгновенно побледнело, его сердце наполнилось паникой.

Если бы Ян ушел только с Янь Ло, он бы рассердился на предательство Яна. Но если бы Ян принял имя, данное Янь Ло, смысл был бы совершенно иным.

У стражника могло быть только одно имя, и он никогда не мог изменить имя, данное ему хозяином на всю жизнь. Однако было исключение: только если его бросил предыдущий хозяин, он принимал имя от нового хозяина. А что, Ян уже был брошен?

Янь Юй заколебался. Он никак не ожидал, что все так обернется!

«Патриарх!» Увидев Янь Юя в таком состоянии, все вокруг забеспокоились. Все видели, как сильно глава семьи ценил Яня, и теперь Янь, по его мнению, ошибочно решил, что глава семьи бросил его и последовал за кем-то другим. Это…

«Я в порядке». Янь Юй глубоко вздохнул, успокоился и посмотрел на окружающих. «Пойдем на остров Июль Сяо Ци».

Семья Янь жила в архипелаге посреди моря, в очень необычном месте. Глава семьи Янь жил на самом большом главном острове этого архипелага, а остальные дети предпочитали жить на окружающих, меньших островах. Остров, который выбрал Янь Ло, назывался Островом Июль.

«Глава семьи, тебе следует выбрать телохранителя перед отъездом. Ты не можешь сейчас обойтись без кого-то, кто тебя защитит». Хотя он понимал, о чем думает Янь Юй, Великий Старейшина не одобрял его поступок. Поскольку Янь был готов отправиться в путь с Янь Ло, даже если глава семьи поедет за ним, Янь не вернется.

«Не нужно!» Янь Юй, стиснув зубы, произнес: «Я лично сопроводу Яня домой!»

Казалось, в последнее время он был слишком снисходителен, заставляя всех забыть о его методах. Он говорил, что Янь — его телохранитель и всегда будет только им. Маленький Ци осмелился вынашивать такие мысли; ему действительно нужен урок!

«Да». Великий Старейшина, увидев выражение лица Янь Юя, понял, что объяснения бесполезны. Он надеялся, что глава семьи скоро спокойно примет реальность.

…

Погода была ясная и солнечная. Июльская Остров был наполнен пением птиц и ароматными цветами. Совершенно непохожий на холод главного острова, он обладал нежным, девичьим очарованием.

На острове были высажены большие участки безымянных полевых цветов. Хотя они и не были драгоценными, вид их одновременного цветения создавал неповторимую красоту. Каждый год на стыке весны и лета Июльская Остров наполнялся легким цветочным ароматом, освежающим и бодрящим.

Пробыв на Июльской Острове всего три дня, Линь Цзишэн влюбился в него. Жить здесь постоянно было бы замечательно.

[Хозяин, вы не можете позволить этому отвлекать вас от учебы! Если вы продолжите в том же духе, вы не сможете выполнить задания в этом мире. У вас не осталось достаточно очков для штрафа за выполнение основного квеста.] Видя, что Линь Цзишэн действительно хочет уйти на покой здесь, 001 очень волновался, опасаясь, что тот полностью забудет этот мир.

«Не спеши. Сейчас я телохранитель Янь Ло. Рано или поздно я смогу встретиться с этими двумя людьми. Когда это произойдет, если я тщательно все спланирую, выполнение задания не составит труда». А сейчас он собирается насладиться здесь спокойным временем.

После трех миров Линь Цзишэн не отдыхал как следует. Последний мир был самым мирным, но из-за одного человека он был измучен до «невыносимой боли». Поэтому сейчас, прежде чем найти этого человека или быть найденным им, он решил как следует отдохнуть.

001: Хе-хе, Хозяин, в прошлой жизни тебя мучили до «невыносимой боли», так ты здесь, чтобы высмеивать главного героя в этой жизни?

«Брат Ло». Как раз когда Линь Цзишэн стоял на пляже, наслаждаясь морским бризом, позади него раздался девичий голос. Он подсознательно обернулся.

Янь Ло сначала подумала, что Линь Цзишэн, стоящий безучастно на пляже, подавлен мыслью о том, что его бросил бывший хозяин, и не в состоянии справиться с ситуацией. Но когда он обернулся, она увидела не признаки отчаяния, а лишь спокойное и умиротворенное выражение лица.

Морской бриз развевал его короткие волосы, а свободная черная форма его телохранителей, растрепанная ветром, делала его таким худым. И все же он стоял прямо, словно обладал безграничной силой, внушая доверие.

В этот момент Янь Ло почувствовала легкий прилив возбуждения, смешанного с гневом. Почему её старший брат так невзлюбил такого хорошего человека и даже причинил ему боль!

«Учитель». Линь Цзишэн медленно подошёл к Янь Ло, его лицо было смиренным. Это крайне смутило Янь Ло. Она хотела бы, чтобы этот человек был членом семьи, а не бессердечной машиной.

«Брат Ло, пожалуйста, не называй меня Учителем, просто называй меня Сяо Ло, хорошо?» Янь Ло с надеждой посмотрела на Линь Цзишэна, в её глазах читалась мольба.

Янь Ло, Яма, в глазах других людей казалась опасной Ямой, но перед Линь Цзишэном она была просто обычной, любящей девушкой, и Линь Цзишэн всегда рад был исполнять её желания.

Более того, в этом мире Янь Ло была редким положительным женским персонажем второго плана.Линь Цзишэн очень интересовался Янь Ло, девушкой с сильными моральными принципами, которая повзрослела, несмотря на издевательства, и ему было её очень жаль.

«Сяо Ло», — позвал он её по имени, как и хотела Янь Ло, и увидел её очаровательную улыбку. «Сейчас время послеобеденного чаепития, что бы ты хотела съесть, Сяо Ло?»

С тех пор как Линь Цзишэн прибыл на остров Июль, он отвечал за еду, одежду и жильё Янь Ло, как и за Янь Ю.

Сначала Янь Ло была удивлена. В её глазах телохранители были лишь защитниками своих хозяев, и кулинария не должна была быть их сильной стороной. Но Линь Цзишэн перевернул её представление о них.

Конечно, дело было не только в том, что Линь Цзишэн умел готовить. На самом деле, Янь тоже очень хорошо готовила. После того, как Янь Ю отравила еду, Янь научилась готовить. После этого, за исключением еды, которую приносила лично Янь, Янь Ю почти никогда не ела ничего, принесённого другими, потому что не доверяла им.

«Хм, я хочу печенье с розами и молочный чай, и молочный чай обязательно должен быть ягодным!» Зная превосходные кулинарные способности Линь Цзишэна, Янь Ло всячески пользовалась его помощью, постоянно прося его приготовить небольшие закуски.

«Хорошо, иду сейчас же, Сяо Ло, подожди минутку». Линь Цзишэн кивнул и вернулся на виллу, чтобы приготовить послеобеденный чай для Янь Ло. Это была новая привычка, которую Янь Ло выработал с момента своего приезда — пить послеобеденный чай на свежем воздухе.

Линь Цзишэн не знал, что после её ухода снаружи послышался звук вертолёта. Из вертолёта выпрыгнул мужчина и встал лицом к Янь Ло.

«Старший брат». Увидев Янь Юя, Янь Ло, естественно, поняла его цель, но в этот момент она не хотела давать брату шанса навредить Ло Гэгэ. Ло Гэгэ был таким хорошим человеком; почему его должны так обижать?

«Где Янь? Я пришёл забрать Яня домой». Взглянув на девочку, которую он помнил, он увидел, как она подошла к нему с типичной для семьи Янь надменностью, требуя Янь. Он не согласился, но впечатление о младшей сестре у него было неплохим. Он даже отдал ей остров Циюэ, лучший из окрестных островов. Он и представить не мог, что именно она заберет Янь!

Услышав слова Янь Ю, Янь Ло моргнул и улыбнулся. «Старший брат, разве Янь не твой телохранитель? Ты ошибся, разыскивая Янь на моем острове Циюэ?»

Верно, на ее острове Циюэ не было Янь, только ее Ло-гэгэ.

«Янь Ло, не притворяйся дураком. Ты знаешь, кого я ищу. Отдай их!» Без Янь все казалось невероятно сложным, и он все больше раздражался. Теперь он понял, что не всегда все шло гладко; Янь тайно обо всем заботилась за него.

Но Янь Ло не ответила, лишь холодно посмотрела на Янь Ю. Это был тот самый человек, который все это время причинял боль Ло-гэгэ.

«Сяо Ло, полдник готов. Где ты планируешь поесть?» — издалека раздался голос Линь Цзишэна, заставивший Янь Ло напрячься.

«Брат Ло, я не хочу сегодня пить полдник на улице. Возьми свои вещи и иди первым. Я пойду, когда провожу брата». Брат Ло раньше был телохранителем моего старшего брата. Теперь, увидев моего старшего брата, он точно засомневается, поэтому она точно не позволит им встретиться!

Линь Цзишэн остановился, услышав слова Янь Ло, повернулся и ушел. Он понял, что имела в виду Янь Ло, поэтому без колебаний выполнил ее приказ.

«Янь Ло!» Как он мог не догадываться о случившемся после этого разговора? Теперь Янь Ло препятствовала их встрече, но какое право она имела их останавливать?!

Несмотря на реакцию Янь Ло, Янь Юй приказал своим людям остановить её, а затем сам бросился за ней в погоню. Теперь ему нужно было увидеть Янь и забрать её обратно.

Наконец, прежде чем Линь Цзишэн вошёл в виллу, Янь Юй схватил его за запястье. Глядя на этого довольно худого мужчину, он почувствовал сильную боль в сердце. Линь Цзишэн уже получил серьёзные ранения в прошлый раз, и Янь Юй даже приказал наказать его, отправив обратно на Тёмный остров, прежде чем его состояние улучшилось. Как этот человек пережил последние два месяца?

«Янь, я пришёл… за тобой». Взгляд Янь Юя, устремлённый на Линь Цзишэна, был полон серьёзности. Теперь он осознал свою ошибку, хотя и не мог признаться в этом вслух, но знал, что Янь его поймет.

Однако перед ним стоял Линь Цзишэн, а не настоящий Янь. Неужели он ожидал, что тот продолжит вести себя как прежде? Ха! Невозможно!

«Учитель». Линь Цзишэн почтительно посмотрел на Янь Ю, но не опустился на одно колено, как обычно, а глубоко поклонился. Это изменение заставило Янь Ю слегка покачнуться. «Учитель, вы приняли меня за другого. Я Ло, а не Янь».

Это заявление означало, что он отрицает свою личность и не хочет возвращаться.

«Янь!» Он никак не ожидал, что человек, который следовал за ним десять лет, проявит такую ярость в этот момент.

«Брат, вы приняли меня за другого. Он на самом деле не Янь, а мой избранный телохранитель». Как только Янь Ю собирался что-то сказать, подбежала Янь Ло, в её глазах читалась явная осторожность. «Брат, пожалуйста, не усложняй ему жизнь».

Янь Ю посмотрел на них двоих и вдруг растерялся. Его бывший телохранитель молча стоял рядом с его сестрой, а сестра говорила ему, что этот человек не его телохранитель. Самое нелепое было то, что он даже не мог найти повод ей возразить.

В порыве гнева он отправил Яня обратно на Темный остров, забыв, что туда могут возвращаться только те охранники, которых бросил хозяин. Ежегодные тренировки заставили Яня забыть это правило, и теперь он не мог найти человека, стоящего позади него.

«Маленький Семерка, старший брат тоже давно не покидал главный остров. Ты не возражаешь, если старший брат приедет сюда на каникулы?» Климат на острове Июль был мягким, действительно, хорошее место для отдыха, так что Янь Юй не совсем лгал. Однако Янь Ло,

постоянно беспокоившаяся о том, что Янь Юй заберет Линь Цзишэна, не могла позволить такой бомбе замедленного действия оставаться здесь.

Брат Ло был с ней всего три дня, а со старшим братом — десять лет. Что, если старший брат попытается вразумить его, и брат Ло вернется из-за старых чувств?

Но человек перед ней был главой семьи Янь. Он не только не мог остаться на острове Июль, но и мог бы там обосноваться после того, как выгнал бы ее. На мгновение Янь Ло оказалась в затруднительном положении.

Взглянув на стоящего рядом Линь Цзишэна, решимость Янь Ло укрепилась. Раз брат Ло не признается, даже если старший брат захочет, он не сможет забрать брата Ло!

Следующее время стало для Янь Ю настоящим мучением. Знакомый человек стоял рядом с другим, подавая еду, а он ел свою неаппетитную еду, приготовленную неизвестно кем.

Он надеялся поговорить с Янь после ужина, но Янь оставался стоять позади Янь Ло, полностью игнорируя его. К тому времени, как они наконец смогли поговорить, было уже за полночь.

«Янь, открой дверь, мне нужно тебе кое-что сказать». Наконец, после того как Янь Ло заснула, а Линь Цзишэн вернулся в свою комнату, Янь Ю тихо постучал в дверь. Он не понимал, почему все так обернулось. Этот человек должен был быть его телохранителем, а теперь ему пришлось пройти через все эти хлопоты, чтобы увидеть его.

Линь Цзишэн, естественно, услышал стук, но сделал вид, что не слышит, перевернулся и продолжил спать. Ха! Кто такая Янь? Он её не знал!

001: Хозяин действительно мстит за то, что главный герой выгнал его. Бедный главный герой, зажги свечу!

Янь Юй долго стучал в дверь и обнаружил, что внутри человек с мрачным лицом, но он не мог просто так ворваться. Он мог только продолжать стучать снаружи.

После долгого молчания Янь Юй понизил голос и позвал по имени, которое не хотел произносить: «Ло, открой дверь, мне нужно тебе кое-что сказать».

Наконец, Линь Цзишэн, находившийся в комнате, поднял бровь, медленно встал с кровати, подошёл к двери, приоткрыл её и поклонился Янь Юю с мрачным лицом: «Мастер». Затем снова воцарилась тишина.

Глядя на человека перед собой, Янь Юй вдруг почувствовал, что тишина немного душит. Янь всегда был таким тихим, так почему же он никогда раньше не чувствовал себя так неловко, а теперь…

Глава 4.3

И вот, Янь Юй молчал, и Линь Цзишэн тоже молчал. Они оба оставались в молчании.

В этот момент Янь Юй почувствовал укол печали. Казалось, негласное взаимопонимание между ними исчезло в тот момент, когда этот человек вернулся на Темный Остров. Он стал еще более смиренным, но Янь Юй знал, что даже самое смиренное отношение не сможет преодолеть пропасть между ними.

«Янь, что значит, тебе больше нечего мне сказать?» Глядя на поведение Линь Цзишэна, Янь Юй начал сожалеть о своих импульсивных действиях. «Тебе действительно больше нечего мне сказать? Ты даже не хочешь меня видеть?»

«Патриарх, я не Янь». У Линь Цзишэна теперь была только одна фраза для Янь Юя. Он принял решение: что бы Янь Ю ни говорил, он не признается в своей личности.

Увидев такого решительного человека, Янь Юй ещё больше пожалел о своём решении. Если бы он только согласился, когда старейшины пытались остановить его в тот день, он бы не оказался в нынешней ситуации, а мог бы лишь с раскаянием наблюдать за Янем.

«Патриарх, если ничего другого нет, я пойду спать. Мне ещё нужно будет прислуживать молодому господину, когда он проснётся завтра». Это была привычка, которую Янь выработал за годы. Раньше Янь всегда был рядом с Янь Юем, прислуживая ему каждое утро, и даже сейчас, став Линь Цзишэном, он не собирался менять эту привычку.

Чем чаще Линь Цзишэн говорил это, тем больше злился Янь Юй. Всё, что изначально принадлежало ему, было отнято кем-то другим; как он мог не злиться!

Однако сейчас у него не было права злиться. Он должен был признать, что именно он выгнал Яня, поэтому, если он хотел, чтобы Янь вернулся, ему нужно было вести себя хорошо!

«Тогда возвращайся», — наконец сдался Янь Юй. В любом случае, он планировал остаться здесь на некоторое время, и рано или поздно Ян вернется с ним. «Ты… береги себя и отдыхай. Твоя травма еще не полностью зажила».

Хотя травма была получена два месяца назад, после ранения, наказания и возвращения на Темный Остров, состояние Яна, вероятно, сейчас не очень хорошее.

«Спасибо за вашу заботу, Патриарх». Сказав это, Линь Цзишэн полностью проигнорировал Янь Юя и вернулся в свою комнату. Что касается надежды в глазах другого… хе-хе, что он только что увидел?

Янь Юй вдруг пожалел, что пришел сегодня. Хотя он и видел Яня, он не понимал, почему ему стало еще больнее.

Однако Янь Юй не знал, что это только начало; настоящее путешествие, полное разбитого сердца, вот-вот должно было начаться.

Глядя на роскошный завтрак на столе, Янь Юй почувствовал полное отсутствие аппетита, ему даже не хотелось ничего попробовать. Глядя на простую кашу и гарниры перед Янь Ло, он почувствовал острую боль разочарования.

Особенно когда Линь Цзишэн подавал Янь Ло, Янь Юй чувствовал сильную боль, рыдал, молил о утешении.

К сожалению, Линь Цзишэн в тот момент совершенно не обращал на него внимания. Хотя его лицо было бесстрастным, он тщательно готовил каждое блюдо для Янь Ло, обеспечивая ей сбалансированное питание.

Янь Ло было явно восемнадцать лет, но выглядела она как пятнадцати- или шестнадцатилетняя девушка, очевидно, из-за недоедания в прошлом. Более того, возраст Янь Ло теперь был примерно таким же, как у его младшей сестры-дьяволицы, что еще больше усиливало привязанность Линь Цзишэна к ней. Поэтому, хотя его лицо было бесстрастным, при ближайшем рассмотрении можно было заметить другие чувства Линь Цзишэна к ней.

Но даже эта незначительная разница была достаточной, чтобы сердце Янь Юя сжалось от боли.

#Мой телохранитель влюбился в другую и сбежал с ней. Как мне вернуть его? Мне срочно нужна помощь. ＿（：3」∠）＿#

Увидев, что человек долгое время не прикасался к палочкам, глаза Янь Ло вспыхнули удовольствием. Затем, с милой улыбкой на лице, она тихо спросила: «Брат, тебе понравился завтрак? Попросить слуг приготовить тебе порцию?»

Обратите внимание, это был слуга, а не её брат Ло!

Янь Юй прекрасно понял, что имел в виду собеседник, и его лицо ещё больше помрачнело, но он ничего не сказал. Хотя ему совсем не хотелось есть, он всё равно заставил себя поесть, зная, что ему не понравится ещё какой-нибудь завтрак, принесённый позже.

Так началась битва умов между Янь Юем и Янь Ло. Янь Юй хотел забрать Линь Цзишэна обратно, но Янь Ло хотела оставить его там. Их противостояние закончилось ничьей.

«Я уже несколько дней на острове Июль, пора возвращаться», — сказала Янь Ло, и на её лице расплылась счастливая улыбка. Но её выражение лица быстро сменилось стиснутыми зубами. «Маленький Ци, ты давно не был на главном острове. Возвращайся и останься ненадолго». Янь Юй

не мог забрать Линь Цзишэна сейчас, но у него был другой способ. Он мог просто собрать Янь Ло и забрать её с собой. Хотя он и не был особенно рад этой младшей сестре, его откровенность не была столь откровенной, если он считал её придатком Янь.

Янь Ло: Хе-хе, старший брат, не думай, что я не знаю твоих маленьких замыслов!

Янь Юй: Ну и что, если знаешь? Можешь отказаться?

На самом деле, они оба уже понимали ситуацию. У Янь Ло не было возможности отказаться. Она прекрасно знала, что значит отказать в приглашении главы семьи: её исключат из семьи Янь. Исключённые из семьи Янь не имели права на телохранителей, и Линь Цзишэн в конце концов вернётся к Янь Юю. Вместо того чтобы потерять его навсегда, лучше было сейчас отступить. Видеть его, но не иметь возможности прикоснуться к нему было ещё более неприятно.

Как и предсказывал Янь Юй, Янь Ло, хотя и неохотно, в конце концов согласилась на просьбу.

Так они вернулись на главный остров. Комната Линь Цзишэна была перенесена со второго этажа, самой дальней от Янь Юя, на соседний этаж — его намерения были предельно ясны!

Что касается Янь Ло, то, естественно, Янь Юй, используя эту «личную месть» в качестве предлога, поселил её на пятом этаже. На таком расстоянии он не верил, что Янь Ло сможет причинить какие-либо неприятности!

Линь Цзишэн нахмурился, войдя в комнату. Он никогда раньше не был в этой комнате и не знал, что, строго говоря, дом и комната Янь Юя представляли собой люкс, поскольку между ними была дверь, позволяющая свободно перемещаться между комнатами, не используя главный вход. Линь Цзишэн понимал намерения Янь Юя, но не хотел быть настолько «близким» со своим бывшим господином.

«Господин, можно мне переехать на пятый этаж? Я боюсь, что молодому господину там будет некомфортно». И действительно, это вызвало у Янь Юя очень недовольное выражение лица.

Молодой господин, молодой господин, снова и снова! Линь Цзишэн продолжал называть его «молодым господином», кто же он тогда?!

Янь Юй ушел, коротко ответив «Нет!». Конечно, из-за гнева он не стал устраивать ночной набег, позволив Линь Цзишэну спокойно выспаться.

Когда Янь Юй проснулся на следующий день и услышал, как Линь Цзишэн помогает Янь Ло готовить завтрак на кухне, ему чуть не захотелось перевернуть стол. Они уже демонстрировали свои чувства господина и слуги на острове Июль, а теперь делают это на главном острове? Неужели они думают, что он мертв?!

На этот раз Линь Цзишэн приготовил завтрак не только для Янь Ло, но и для Янь Юя. Хотя это была всего лишь второстепенная деталь, она значительно смягчила гнев Янь Юя. В любом случае, это был прогресс, не так ли?

Затем появление следующего человека снова накалило и без того спокойную атмосферу.

Причина была проста: кто-то, кто давно не появлялся, кто-то, кого Янь Юй почти забыл, появился перед всеми, застав всех присутствующих врасплох.

Когда появилась Бай Лиер, семья Янь завтракала. Бай Лиер тоже ничего не ела, поэтому села рядом с Янь Ло, взяла небольшую миску каши и собиралась начать есть. Аромат был очень аппетитным.

Но прежде чем она успела что-либо съесть, миска уже оказалась в руках Линь Цзишэна, который затем передал её недружелюбно выглядящему Янь Ло. Что касается Бай Лиер, он её полностью проигнорировал. В любом случае, Бай Лиер ему не помогла, и эта часть истории давно забыта. Поэтому Линь Цзишэн не стал угождать этому человеку, совершенно не имеющему к нему отношения.

«Янь, что ты имеешь в виду?!» Бай Лиер давно недолюбливала Яня. Он всегда был рядом с её женихом, из-за чего ей было неловко от любых интимных жестов. Но поскольку он ничего плохого не сделал, она не могла найти повода, чтобы его наказать.

«Это завтрак, который я приготовил для своего молодого господина. Если госпожа Бай еще не позавтракала, значит, он уже приготовлен на кухне». Слова Линь Цзишэна дали Бай Лиер подсказку, заставив ее стиснуть зубы и отправиться на кухню. Хотя завтрак на кухне тоже был обильным и изысканным, по сравнению с тщательно приготовленным завтраком Линь Цзишэна, всегда казалось, что чего-то не хватает, чего-то не хватает.

После нескольких укусов у неё пропал аппетит. Восхитительный аромат, который она только что почувствовала, сделал невозможным дальнейшее питание, и её отвращение к Линь Цзишэну усилилось.

Пока её злобный взгляд был прикован к Линь Цзишэну, она не заметила, как на неё смотрели с отвращением две другие пары глаз.

Особенно Янь Юй, который теперь был крайне недоволен Бай Лиер. Раньше он не считал неправильным использовать её как инструмент для продолжения рода, но теперь он был крайне недоволен.

«Юй, мы давно не выходили из дома. Пойдём сегодня прогуляемся, хорошо? Хочу кое-что купить». Бай Лиер совершенно не подозревала, что Янь Юй уже подумывает о том, чтобы заменить её в качестве своей невесты, и продолжала вести себя безрассудно.

Семья Бай Лиер тоже была богата, но всё же несколько уступала семье Янь, и Бай Лиер не пользовалась особым расположением в семье. Если бы не её статус законной представительницы семьи Бай, кто знает, кто бы сейчас был невестой Янь Ю.

Проще говоря, она стала невестой Янь Ю просто потому, что была дочерью законной жены, а семья Янь придавала большое значение родословной — вот и всё.

«У меня нет времени. Если тебе что-нибудь нужно, пусть дядя Янь тебя заберёт». Янь Ю нахмурился, глядя на человека, совершенно не подозревая о его личности. Его отвращение усиливалось; этот человек становился всё более невнимательным.

«Я не хочу! Юй, ты не знаешь, все говорят, что я недостойна быть твоей невестой. Все смотрят на меня свысока. Теперь я забираю тебя обратно, чтобы показать им, как сильно ты меня любишь. Я… я дам им понять, кто на самом деле будет править семьёй Бай в будущем!» Бай Лиер была единственной дочерью законной жены семьи Бай, поэтому в её и её матери Бай Лиер определённо должна была стать главой семьи Бай. «Ю, пойдём со мной, хорошо?»

Янь Ю и Янь Ло: У этих людей действительно есть глаза; они с первого взгляда могут понять, что ты недостаточно хорош для меня (старшего брата).

«У меня есть…»

«Старший брат, пойдём к ней. Я также хотела познакомиться с семьёй моей невестки». Услышав описание Бай Лиер, Янь Ло понял, что семья Бай не так мирна, как кажется. Тех, кто ей не нравился, нужно было хорошенько проучить. Не думайте, что он не видел злобного взгляда, который она бросила на Ло-геге! Слова Янь

Ло поразили Янь Ю, он нахмурился, а затем, кажется, что-то понял, на его лице появилась улыбка, и он кивнул. Теперь он понял смысл слов Янь Ло. Хотя он всё ещё не особенно любил свою сестру, они были едины во мнении, когда дело доходило до высказывания своего мнения.

«Хорошо, пошли». Янь Юй кивнул в знак согласия и договорился. Два часа спустя они прибыли в город, где жила семья Бай. Конечно, первой их остановкой была семья Бай. Цель Бай Лиер заключалась в том, чтобы продемонстрировать свой привилегированный статус, и она хотела, чтобы все сразу поняли, какое место она занимает в сердце Янь Юя!

«Дом второй сестры? Что тебя сюда занесло?» Тон был презрительным; очевидно, этот человек был одним из других детей семьи Бай.

На самом деле, не только молодое поколение семьи Бай смотрело на Бай Лиер свысока; даже отец Бай, ее дяди и тети недолюбливали ее. Тут уж ничего не поделаешь; Бай Лиер была слишком «наивной».

Конечно, мягко говоря, она была наивной; если говорить прямо, она была совершенно некомпетентной. Почти все дела, которыми занималась Бай Лиер, приносили убытки. Даже те предприятия, которые изначально были прибыльными, через некоторое время в ее руках терпели огромные убытки. Невольно задаешься вопросом, не принесла ли мать Бай по ошибке домой плаценту вместо ребенка. Они видели глупых людей, но никогда не встречали кого-то настолько глупого и совершенно невнимательного.

«Как я вернулась? Разве я не могу вернуться? Не забывайте, это семья Бай, и я — молодая госпожа семьи Бай. Что вы, кучка внебрачных детей?!» — Бай Лиер говорила с таким самодовольством, ее ненависть была очевидна, и казалось, что она намеренно провоцирует окружающих. Даже выражение лица Янь Ло исказилось.

Поскольку семья Янь — замкнутый клан, их система очень специфична. Хотя иметь несколько жен и наложниц разрешено, юридически только мать и отец Янь Юй признаются законно женатой парой; остальные считаются внебрачными детьми.

Лицо Янь Ло стало крайне мрачным. Линь Цзишэн, стоявший рядом, протянул руку и погладил Янь Ло по голове, его поведение явно вселяло уверенность. Эта мягкость успокоила Янь Ло, и она посмотрела на Линь Цзишэна с легкой улыбкой.

Янь Юй, увидев эту сцену, мгновенно помрачнел.

Неужели Янь так сильно любил Сяо Ци? Почему Янь всегда был таким молчаливым перед ним, а теперь проявлял заботу?

«Довольно! Заткнись!» Наконец, Янь Юй больше не мог сдерживать свой гнев, его лицо помрачнело, когда он посмотрел на двух ссорящихся людей.

«Янь, брат Янь…» Бай Фэйфэй была так сосредоточена на споре с Бай Лиэр, что не заметила людей снаружи. Услышав голос Янь Юя, она поняла, что снаружи несколько человек, и тут же покраснела.

На самом деле, Бай Фэйфэй не была особенно сварливым человеком, но ее всегда раздражало, когда она видела Бай Лиэр, особенно после того, как та перехватила у нее сделку и все испортила, даже обвинив Бай Фэйфэй в саботаже из-за зависти. Бог знает, что сделка даже не проходила через ее руки; Как она могла устроить неприятности? И какими талантами вообще обладала Бай Лиер?!

Поэтому теперь каждый раз, когда Бай Фэйфэй видела Бай Лиер, ей невольно хотелось ответить, и она никак не ожидала, что сегодня её застанут за этим.

«Семья Бай теперь не будет здесь нежеланной гостьей, правда?» Из-за слов Бай Лиер Бай Ло была очень недовольна, поэтому её слова прозвучали несколько саркастически. В этот момент Бай Лиер, самонадеянно полагая, что Янь Ло ей помогает, тут же самодовольно улыбнулась Бай Фэйфэй.

Но Бай Фэйфэй была не так наивна, как Бай Лиер. Сопоставив ситуацию с положением семьи Янь и их недавним разговором, она, естественно, поняла, почему Янь Ло злится, и почувствовала прилив удовлетворения.

Единственной, кто не знал о репутации Седьмой госпожи Янь, была её глупая вторая сестра. К тому времени, как она поймет, что обидела Седьмую госпожу, будет уже слишком поздно.

Подумав об этом, Бай Фэйфэй вспыхнула презрением. Если бы кто-то подобный смог стать главой семьи Бай, то семье Бай было бы практически конец.

«Брат Ян, Седьмая госпожа, что привело вас сегодня в семью Бай? Отца и дедушки нет. Если бы вы сказали им, что приедете, они бы вас ждали». Хотя семья Бай казалась независимой, все знали, что на самом деле они вассалы семьи Янь. Поэтому все сознательно опускали руки, обращаясь к семье Янь. Только Бай Лиер, эта дура, ничего не понимала.

«Юй пришла сегодня составить мне компанию. Какое отношение это имеет к дедушке и отцу? Вы сегодня одна дома? Где остальные? Юй сказала, что хочет что-то мне купить, поэтому я любезно взяла вас посмотреть мир!» — с большой гордостью произнесла Бай Лиер. Она всегда хотела, чтобы все знали, кто она, что она будущая молодая госпожа семьи Янь, но у нее никогда не было такой возможности. Теперь, когда она наконец-то получила ее, как она могла упустить ее!

«Брат Ян, это правда?» Бай Фэйфэй осторожно спросила, глядя на Янь Юя. Неужели брат Янь так сильно обожает и любит свою вторую сестру? Если так, то это плохая новость.

«Хм», — равнодушно ответил Янь Юй, но его взгляд совсем не задерживался на Бай Лиер. С самого начала и до конца его глаза были прикованы только к Линь Цзишэну.

Увидев это, Бай Фэйфэй, кажется, что-то поняла. Глядя на возбужденное выражение лица Бай Лиер, она невольно покачала головой. В то же время, ее немного заинтересовал мужчина, стоящий рядом с Седьмой госпожой. Этот человек, должно быть, телохранитель Седьмой госпожи, верно? Почему брат Янь уделяет ему столько внимания?

Поскольку Бай Фэйфэй никогда не имела права ступать на остров семьи Янь, она никогда не встречала Яня и, естественно, не знала, что этот человек изначально был телохранителем Янь Юя, не говоря уже о том, что произошло некоторое время назад.

Она просто чувствовала, что что-то не так; её брат Янь уделял этому человеку слишком много внимания.

«Брат, пошли. Уже почти время. Если мы опоздаем, то опоздаем и обратно. Мне ещё нужно помочь брату Ло выбрать кое-какую одежду». Хотя у всех телохранителей была форма, их хозяин всё равно мог менять им одежду по своему желанию.

«…» Услышав слова Янь Ло, Янь Юй снова почувствовал себя подавленным. Теперь каждое слово Янь Ло вызывало у него дискомфорт. Он никогда раньше не задумывался об этом. В его представлении Янь был всего лишь телохранителем, но теперь Янь Ло говорил ему, что телохранители тоже люди.

«Хорошо, пошли». Хотя голос Янь Юя звучал несколько неохотно, он все же последовал за Янь Ло, чем смутил Бай Лиер. Теперь она хотела показать, насколько она особенная в сердце Янь Юя, так почему же она чувствовала, что это ошибка?

Бай Лиер наконец поняла, откуда взялась ее интуиция. И Янь Юй, и Янь Ло всю дорогу смотрели на Линь Цзишэна.

Линь Цзишэн и так был поразительно красив, а его крепкое телосложение, отточенное тренировками телохранителя, делало его еще более привлекательным. Любой, кто его видел, был очарован, особенно когда он переодевался. Не только Янь Юй и Янь Ло, но и все в магазине смотрели на него; он был практически прирожденным раскладчиком одежды!

«Брат Ло такой красавец! Я куплю все эти наряды!» — щедро воскликнула Янь Ло. Хотя до того, как Янь Юй стал главой семьи, ее не особо любили, все знали, что эта седьмая леди — та, кого глава семьи ценит после того, как отправил ее на остров Июль. Естественно, никто больше не смел ее критиковать. Более того, Янь Юй иногда давал ей карманные деньги, и поскольку еда, одежда и жилье не требовали дополнительных расходов, она, естественно, накопила значительную сумму. Теперь Янь Ло не возражал потратить все это на Линь Цзишэна.

«Не нужно, запиши на мой счет!» Услышав слова Янь Ло, Янь Юй опасно прищурился. Это было возмутительно! Как он мог позволить Янь носить одежду, подаренную кем-то другим!

«Старший брат, брат Ло — мой телохранитель!» — Янь Ло теперь бесцеремонно заявила о своих правах. Она знала, что брат не сдался, но даже если бы он не сдался, она бы не позволила брату Ло вернуться к нему!

«Я знаю, это мой подарок от всего сердца. Маленькая Семерка, примешь ли ты его?» Янь Юй сказал, что это его подарок от всего сердца; кто посмеет отказаться? Отказаться означало бы отвергнуть доброту главы семейства, а последствия отказа от доброты главы семейства в семье Янь были очевидны!

В конце концов, несмотря на крайнее нежелание, Янь Ло все же согласился. К тому же, брату Ло в этом наряде было очень хорошо, и она не могла смириться с отказом.

Таким образом, Линь Цзишэн, изначально одетый в черную форму телохранителя, переоделся в белый повседневный костюм, и его поведение резко изменилось. Если раньше он был словно обнаженный меч, то теперь он стал ледяным, настолько холодным, что к нему никто не осмеливался приблизиться, но в то же время все хотели растопить его своим теплом — поистине противоречивое существование.

«Брат Ло, тебе это очень идет. Теперь ты будешь так одеваться передо мной?» Хм, а перед старшим братом? Да какая разница!

«Хорошо». Линь Цзишэн произнес всего одно слово, его лицо оставалось бесстрастным, но почему-то он казался гораздо мягче. Янь Юй почувствовала еще большее раздражение. Почему Янь так изменился перед Сяо Ци?!

После этого почти все внимание было приковано к Линь Цзишэну. Всякий раз, когда они видели что-то подходящее для него, два главы семьи Янь покупали и покупали, не собираясь отдыхать, словно это были не их собственные деньги. Глаза Бай Лиер покраснели от ревности. Сегодняшний день должен был быть посвящен ее хвастовству, но почему он закончился тем, что она наблюдала за хвастовством Яня?!

«Ю, я хочу это!» Увидев, что взгляд Яня Юя совсем не направлен на нее, беспокойная Бай Лиер наконец заговорила. Она ни за что не позволит себе быть чьей-то противоположностью, ни за что!

«Покупай, что хочешь». Услышав голос Бай Лиер, Янь Юй почувствовал еще большее нетерпение. Он только что увидел платье, которое очень хорошо подходило Яню, и собирался что-то сказать, когда Бай Лиер остановила его. Теперь, когда Янь Ло выбрал это платье, как он мог не раздражаться?

«Ю, с кем именно ты сегодня вышла?» Увидев нетерпеливое выражение лица Янь Ю и вспомнив её прежний энтузиазм по поводу выбора одежды для Янь, она чуть не лопнула от гнева!

«Для кого ты сказала, что это для тебя, Бай Лиер? Ты даже не понимаешь своего места?» На самом деле, Янь Ю не нравилась эта женщина с самого начала. Безмозглых женщин легко контролировать, но они часто слишком раздражают.

Наивность — это хорошо, но когда наивность словно съедена собакой, она становится отвратительной. А эта женщина не только была безмозглой, но и любила притворяться умной, что делало её ещё более надоедливой.

Особенно после того, как Янь недавно ушла от него, многие дела пошли не так, что ещё больше разозлило Янь Ю. Сегодня он наконец-то смог выйти с Янь, только чтобы снова столкнуться с такой проблемой; ему повезло, что он не хотел никого убить.

Лицо Бай Лиер побледнело, услышав это. Изначально она хотела предупредить семью Бай, но теперь униженной оказалась она сама. Как она могла это принять?

Взбешенная и невменяемая, Бай Лиер закричала и бросилась на Линь Цзишэна, подняв острые ногти, чтобы поцарапать ему лицо. Она считала, что Янь использовал это лицо, чтобы околдовать Янь Юя, поэтому Янь Юй был так нетерпелив с ней!

Но кто теперь такой Линь Цзишэн? Он был тайным охранником; если обычный человек поцарапает ему лицо, ему конец!

Он увернулся от атаки Бай Лиер. В конце концов, она была невестой Янь Юя, и он не мог зайти слишком далеко. Но она явно не знала меры. Линь Цзишэн решил отступить, что она считала неопровержимым доказательством его вины, и она не собиралась это оставлять.

«Бай Лиер, ты что, с ума сошла?» Сердце Янь Юя сжалось, когда он увидел, как рука Бай Ли едва не задела лицо Линь Цзишэна. Он не особо боялся, что Линь Цзишэна поймают, потому что доверял навыкам Яня, но его беспокоило, что что-то может пойти не так, особенно учитывая, что эта сумасшедшая явно не знает меры!

«Янь Юй, я твоя невеста! Что ты за человек, чтобы защищать чужачку вот так?!» Она яростно сопротивлялась, её гнев нарастал, но он был направлен на Линь Цзишэна.

«Невеста? Бай Лиер, разве ты не переоцениваешь статус невесты?» Теперь Янь Юй понял, насколько глупа эта женщина, даже не зная всех тонкостей семьи Янь, и при этом заявляя, что она его невеста. «До свадьбы все помолвки могут быть расторгнуты, и… разве ты не знаешь, что в семье Янь может быть несколько жён и наложниц? Ты думаешь, эта невеста такая ценная? Или ты думаешь, что у меня только одна невеста?»

В глазах семьи Янь невеста была гораздо менее важна, чем телохранитель. Не говоря уже о невесте, даже жена была менее важна, чем телохранитель. Жену можно было заменить в любой момент, но у телохранителя, если его не предали или не убили, всегда был только один личный телохранитель. Янь Янь была изгнана только потому, что Янь Юй в тот момент еще был зол, и к тому времени, как он это осознал, Янь Янь уже была выбрана. Теперь он сожалел об этом до глубины души!

В этот момент Бай Лиер была по-настоящему ошеломлена. В ее глазах брак был чем-то уникальным; идея иметь несколько жен и наложниц была чем-то совершенно далеким от нее. А теперь этот человек говорил ей, что она будет жить с женщинами своего отца, как и ее мать, и что в глазах семьи Янь эти женщины были не просто любовницами, а настоящими членами семьи.

Как она могла это принять?!

«Я этого не допущу! Янь Юй, ты можешь взять в жены только меня. Я не позволю тебе жениться ни на ком другом!» Вся её гордость исходила от этого мужчины. Если бы у него была другая жена, её положение стало бы крайне неловким, и она не смогла бы высоко держать голову перед семьёй Бай. Она могла бы даже проиграть этим внебрачным детям. Она ни за что этого не допустит!

«Нет? Какое право ты имеешь говорить «нет»? Думаешь, правила семьи Янь могут быть изменены какой-то там женщиной вроде тебя?» Янь Ло посмотрела на Бай Лиер со слабой улыбкой, но слова её были резкими. «Конечно, если ты не хочешь, никто тебя не заставит. Однако выйти замуж за члена семьи Янь абсолютно невозможно. Если ты не можешь с этим смириться, можешь расторгнуть помолвку!» Расторжение помолвки было для Бай Лиер совершенно исключено. Янь Ло прекрасно понимала, что Бай Лиер уже видела в семье Янь свою опору; как она могла отпустить её?

«Ты, ты делаешь это нарочно!» Она энергично покачала головой, сердце её переполняло негодование, но она не смела сказать больше. Она знала, что если продолжит, то может потерять всё, что у неё есть, а терять она не могла.

Бай Фэйфэй наблюдала со стороны, её глаза были полны презрения. Эта глупая вторая сестра… она знала, что семья Янь не станет жениться на любой матриархе; оказалось, что она всего лишь одна из многих жён и наложниц. Теперь Бай Лиер, вероятно, больше не сможет этого выносить!

«Брат Ло, пойдём обратно. Я больше не хочу видеть этого человека». Бай Лиер думала, что поймёт после этих слов, но теперь казалось, что безмозглый человек никогда не поймёт, даже после смерти.

Линь Цзишэн кивнул, собрал вещи и последовал за Янь Ло. Он был доволен тем, что остаётся на заднем плане; ничто другое его не волновало.

«Тебе не нужно идти со мной сегодня. Иди домой и подумай о своих поступках!» Его взгляд был полон бесконечной холодности, когда он смотрел на человека перед собой. Он испытывал лишь отвращение. Он не мог понять, как человек может быть таким идиотом. Что-то пошло не так в человеческой эволюции?

«Не уходи! Если ты уйдешь, наша помолвка расторгнута!» Как она могла так легко согласиться на трех жен и четырех наложниц? Хотя она не хотела, чтобы все так закончилось, она чувствовала, что Юй все еще заботится о ней; иначе почему он просто не разорвал помолвку?

Янь Юй: Можно я загружу файл сохранения? Такой безмозглый человек ни в коем случае не должен вступать в семью Янь!

«…» Услышав его слова, Линь Цзишэн слегка опешился, а затем его глаза наполнились любопытством. «001, ты думаешь, что основной квест близок к завершению?»

Хотя основные квесты обычно несложно выполнить, это был первый раз, когда это было так легко. Он даже не успел ничего сделать, как другая сторона уже закончила квест. Главная героиня этого мира — поистине божественная помощница.

[Похоже, это действительно так.] Главная героиня этого мира — поистине хороший человек.] Хотя он и не знал, почему сюжет так обернулся, Линь Цзишэн и 001 были очень счастливы. В конце концов, быстрое завершение задания — это хорошо, особенно учитывая, что это было основное задание.

«Может, отпразднуем?» — подумал Линь Цзишэн. В любом случае, именно благодаря помощи Янь Юя главная героиня так легко приняла решение расторгнуть помолвку, так что он должен быть к ней немного добрее в ближайшие несколько дней!

Если бы Янь Юй знал причину доброго отношения Линь Цзишэна в ближайшие дни, он бы, наверное, еще больше расстроился.

Вернувшись на главный остров, все обнаружили, что Янь, который в последнее время казался довольно недружелюбным к главе семьи, приготовил роскошный ужин. Судя по виду, он даже приготовил порцию для главы семьи. Это было действительно замечательно; глава семьи, вероятно, будет счастлив долгое время, и все наконец-то смогут немного расслабиться.

«Янь, что случилось? Ты выглядишь таким счастливым?» Янь Юй знал, что собеседник его недолюбливает, поэтому он осторожно спросил. Но какой бы ни была причина этой перемены, для него это было к лучшему.

«Мм», — ответил Линь Цзишэн тем же коротким словом, но Янь Юй почувствовал, что его жизнь обрела смысл, просто получив ответ.

«Брат Ло, тебе тоже нужно поесть. Не зацикливайся только на мне». Не в силах вынести такого счастья Янь Юя, Янь Ло мысленно усмехнулся и сказал это, превратив радость Янь Юя в разочарование. Тем не менее, Янь Ло теперь был для Янь Юя важнее.

На этот раз Линь Цзишэн не ответил. Его немного раздражали ежедневные ссоры брата и сестры из-за того, кому достанется внимание его ребенка. Разве они оба не должны быть отстраненными и замкнутыми? Почему они, особенно глава семьи, словно соперничали за его расположение? Вся эта ситуация явно была не в порядке!

Но, несмотря на ситуацию, Линь Цзишэн уже привык к их выходкам, поэтому он кивнул и сел рядом с Янь Ло, полностью игнорируя Янь Ю. Он решил, что уже привык к этому.

Глава 4.4

Янь Ю действительно уже привыкла, но даже так, она все еще раздражалась!

Однако, зная о чувствах Линь Цзишэна к Янь Ло, Янь Ю ничего не предприняла, несмотря на раздражение. А после ужина настроение Янь Ю заметно улучшилось.

После ужина Линь Цзишэн хотел вернуться в свою комнату отдохнуть, но они позвали его обратно.

Беспомощный Линь Цзишэн мог лишь сидеть перед Янь Ю и Янь Ло, ожидая их указаний.

«Янь, тебе не следовало так себя вести сегодня. Если кто-то пытается с тобой драться, ты должен дать отпор, неважно, кто это!» Когда Янь Ю увидела, как эта сумасшедшая чуть не схватила Линь Цзишэна за лицо, ей действительно захотелось убить её. Она напрашивалась на смерть!

«Да, брат Ло, старший брат абсолютно прав. Не нужно быть вежливым с такими людьми. В любом случае, старший брат ничего не сказал, так кто посмеет тебя наказывать? Кроме того… ха, она всего лишь женщина!» Более того, все в семье Янь знали, что телохранители ценят своих жён больше, чем своих собственных. Даже если брат Ло действительно ударит эту безрассудную женщину, его не накажут; вместо этого накажут женщину!

Видя их серьёзные выражения лиц, как мог Линь Цзишэн не понять, что они волнуются? Хотя он был тронут, он не произнес ни слова из-за характера Яня, лишь молча кивнул, как и прежде.

Первый принцип телохранителя — не говорить слишком много, и Ян с Линь Цзишэном строго следовали этому принципу. Они никогда не говорили, если это не было абсолютно необходимо.

Получив утвердительный ответ Линь Цзишэна, они не могли не улыбнуться. Раз уж Ян (брат Ло) согласился, им не придется беспокоиться о том, что его будут обижать в будущем!

В их глазах Линь Цзишэн теперь казался жалким маленьким мальчиком, которого легко запугать. Их обязанностью было научить Линь Цзишэна защищаться от таких людей, и если кто-то посмеет его обижать, их убьют!

[Какие же идиоты! Как вообще можно обижать хозяина?] Всё это было спланировано хозяином.] Посторонние, возможно, не поймут, но 001, который всегда был рядом с Линь Цзишэном, прекрасно знал, что его, казалось бы, легко поддающийся давлению хозяин, если он сам этого не захочет, кто сможет его запугать?

Что касается того, о чём они собирались говорить дальше, Линь Цзишэн не обратил на это внимания. В любом случае, их разговор должен был касаться той же темы — «О важности самозащиты перед женщинами», — так что слушать или нет не имело значения.

Наконец, после долгой, изнурительной ночи примерки одежды, они наконец отпустили Линь Цзишэна в его комнату отдохнуть. Он весь день примерял одежду, что было довольно утомительно физически, и, видя, как он устал, они не могли заставить себя отпустить его.

Неизвестно им, Линь Цзишэн не отдохнул, вернувшись в свою комнату. Вместо этого он открыл дверь балкона и вышел на улицу.

В день его переезда к балкону привязали очень тонкую стальную проволоку, и он стоял на ней, пытаясь удержать равновесие. 001 сказал Линь Цзишэну, что только постоянно развивая потенциал своего тела, он сможет быстрее слиться со своей родословной.

«001, разве все вампиры не могут превращаться в летучих мышей? Теперь, когда моя вампирская родословная активирована, на каком уровне я должен уметь трансформироваться? Герцог? Великий Герцог?» Развитие потенциала было невероятно скучным, поэтому Линь Цзишэн часто обсуждал это с 001. [

Для свободного переключения между человеческой и летучей формами требуется как минимум уровень вице-лорда.] Хотя родословные полезны, у них слишком много ограничений и определенных побочных эффектов. [Я не одобряю, когда хозяин повышает свою вампирскую родословную до уровня вице-лорда. Чем сильнее родословная, тем сильнее она будет влиять на хозяина.] Сам Линь Цзишэн, возможно, сейчас этого не осознает, но 001 осознает. Линь Цзишэн уже сильно страдает от влияния своей родословной. Ему следовало напомнить хозяину, чтобы тот не повышал уровень родословной слишком сильно сразу, когда хозяин впервые её активировал.

«Затронут?» Слова 001 глубоко встревожили Линь Цзишэна. С ним определенно что-то было не так. Если бы это было раньше, он никогда бы не одобрял такие бесконечные убийства, даже если бы ему пришлось жить в таких условиях. По крайней мере, он бы удовлетворял свои основные потребности в пище, а не убивал бы без разбора. И в конечном итоге, он убивал бы просто для удовлетворения своего аппетита.

[Хозяин уже заметил, поэтому будьте осторожны, иначе вы в конце концов станете вампиром, настоящим вампиром.] Это гордое, элегантное, но жестокое и кровожадное существо.

«Да, я знаю. В будущем буду осторожнее. Спасибо за напоминание сегодня, 001». К счастью, напоминание 001 было своевременным, позволив Линь Цзишэну подготовиться. Для такого, как Линь Цзишэн, при должной подготовке, нынешняя ассимиляция родословной не окажет существенного влияния.

[Хорошо, что вы понимаете, Хозяин. Улучшить свою родословную не невозможно, но пока нет.] Когда вы достигнете ранга B, откроется пятый этаж магазина. Там есть особая пилюля, которая может снять все негативные эффекты с вашей родословной, но она невероятно дорогая. Однако с вашим текущим показателем выполнения заданий это совсем не проблема.] Восхищение 001 Линь Цзишэном теперь безгранично.

Просуществовав много лет, 001 впервые видит хоста с таким высоким показателем выполнения заданий. Даже хосты, зарегистрированные в основной системе, не так впечатляют, как его хост!

«Хорошо, я понял. Давай усердно работать вместе, 001», — Линь Цзишэн, кажется, что-то вспомнил, глядя на возбужденно летящего рядом с ним 001. «А в этом мире тоже есть скрытые задания?» Вспомнив о наградах за скрытые задания, Линь Цзишэн почувствовал, что не может от них отказаться.

[Конечно, есть. В каждом мире есть от одного до трех скрытых заданий.] 001 рассказал Линь Цзишэну все, что знал.

«Больше одной миссии?» Линь Цзишэн изначально думал, что существует только одна миссия, но теперь, похоже, это не так. Ему нужно было решить, стоит ли тратить больше усилий на скрытую миссию.

[Да, в зависимости от мира содержание миссий различается, и, соответственно, награды тоже разные.] Текущие скрытые миссии относительно легко выполнить, но по мере повышения сложности мира их становится все труднее обнаружить и выполнить. [Более того, с повышением уровня мира сложность также возрастает; некоторые миссии могут даже угрожать жизни ведущего.] Линь Цзишэн не удивился этим словам. Разве не так устроен этот мир? Чтобы что-то получить, нужно заплатить цену. Как можно получить желаемое, ничего не отдавая взамен?

Видя, что ведущий в целом понимает ситуацию, 001 почувствовал облегчение. Миссии действительно стали сложнее выполнять после повышения уровня мира, но…

некоторые миссии будут для него проще простого, особенно такие, как разлучение главных героев.

Хех, теперь оно поняло, что главный герой в мире BG тоже может быть геем. Оно действительно узнало что-то новое!

Линь Цзишэн и 001 непринужденно болтали. Благодаря недавним тренировкам Линь Цзишэн теперь мог устойчиво стоять на невероятно тонкой проволоке, едва толще волоса.

Когда Янь Юй «прокрался» в комнату Линь Цзишэна, он стал свидетелем этой сцены.

Комната была кромешной тьмой, лишь мягкий лунный свет проникал сквозь окно. Человек, который всегда был рядом с ним, парил в воздухе, его одежда развевалась на морском ветру, волосы развевались во все стороны, словно его могли унести в любой момент.

«Янь!» — крикнул Янь Юй и бросился к Линь Цзишэну. Неужели этот человек не только не хотел появляться перед ним, но и пытался исчезнуть из его жизни?

Действия Янь Юя напугали Линь Цзишэна, и он быстро спрыгнул с тонкой проволоки. Эта проволока была смертоносным оружием, которое можно было получить в магазине за очки; Если бы Янь Юй врезался в него, его бы мгновенно «обезглавили».

Увидев, как приземлился Линь Цзишэн, Янь Юй вздохнул с облегчением. Инстинктивно он взглянул на место, где только что стоял Линь Цзишэн, и тут же вздрогнул. В отражении лунного света он заметил тонкую, как волос, металлическую проволоку. Если бы Янь не остановил его, он, вероятно, уже был бы мертв.

«Не врывайся снова. Моя комната опасна». Хотя он ожидал появления Янь Юя в своей комнате, он не предполагал такой безрассудности.

«Глава семьи хочет что-то сказать?» Линь Цзишэн не закончил фразу, но Янь Юй прекрасно понял его смысл. Явная срочность в его тоне была очевидна любому здравомыслящему человеку.

«Янь, значит ли это, что я не могу предстать перед тобой, если мне нечего сказать?» Янь Юй внезапно почувствовал укол печали. С тех пор как он отправил Яна обратно на Темный Остров, тот стал совсем другим человеком, игнорировал его и вел себя так, будто между ними нет никакой связи.

Хех, возможно, между ним и Яном Юем действительно не было никакой связи…

На этот раз Линь Цзишэн ничего не ответил. Вместо этого он снова встал на канат. Теперь, когда Янь Юй знал о канате, он решил не быть настолько безрассудным, чтобы врезаться в него. Ему нужно было правильно координировать движения.

Для опытного охранника, долгое время прожившего на Темном Острове, это было обычным делом. Но для Линь Цзишэна это было довольно сложно. Хотя он и приобрел необходимые навыки, они не были полностью его. Хотя он мог временно сохранять равновесие на канате, о драке не могло быть и речи. Чтобы не вызывать подозрений относительно своей личности, он усердно тренировался, что также позволяло ему развивать свой физический потенциал — беспроигрышная ситуация.

Конечно, Янь Юй не знал об этом и предполагал, что Линь Цзишэн всерьез пытается стать сильнее.

В тот самый момент, когда Линь Цзишэн с недоумением смотрел на Янь Юя, тот легко подпрыгнул и приземлился рядом с ним, его движения были ровными и не вызывали ни малейшей ряби на канате. Этот поступок заставил Линь Цзишэна взглянуть на так называемого главу семьи по-новому.

«Янь, это напоминает мне те дни, когда мы тренировались вместе. Все думали, что ты недостаточно хорош, что ты не достоин стоять за моей спиной», — сказал Янь Юй, на его губах играла улыбка, словно он вспоминал что-то радостное. «Но ты добился успеха, став тогда лучшим охранником. И вот так ты вернулся со мной на главный остров, и мы пробыли там десять лет. Как ты мог вынести отъезд?»

Оглядываясь назад, Янь Юй понимал, что и он был виноват, но не понимал, что с ним случилось. Он наказал Яня, даже зная, что тот ранен, и даже отправил его обратно на Темный остров, чтобы немного его растрогать.

Он прекрасно знал, что у охранников, обученных по системе охраны, никогда не будет собственных эмоций; Они были словно преданные роботы, не способные испытывать никаких дополнительных чувств.

«У охранника без хозяина нет смысла жить». Взгляд Линь Цзишэна устремился вдаль. Эти слова были произнесены не им самим, а душой, которая когда-то жила в нём.

Для телохранителя быть брошенным хозяином хуже смерти, но этот человек без колебаний бросил Яня. Что это значит, что он хочет забрать его сейчас?

Конечно, Линь Цзишэн никогда не признается, что он мелочен и не хочет возвращаться, потому что его прогнали.

Слова Линь Цзишэна заставили Янь Юя затаить дыхание. Конечно, он знал об этом, но никогда не собирался бросать Яня. Он просто действовал импульсивно в пылу момента. Если бы Янь в тот день сказал хоть одно мягкое слово или попросил прощения, он бы взял свои слова обратно. Но ничего не произошло, и теперь даже Яня не было.

«Патриарх, пожалуйста, уходите». Говоря это, Линь Цзишэн не обратил взгляда на человека рядом с собой. Он сказал почти все, что хотел, и теперь, когда он отправлял этого человека обратно, он мог лечь спать. Конечно, перед сном он мог поговорить с 001 об этой эксцентричной главной героине.

Как Янь Юй мог не понять приказ Линь Цзишэна уйти? Хотя он и не хотел его принимать, он послушно ушел. Теперь, когда Янь был готов рассказать ему о прошлом, значит ли это, что его внутренний узел постепенно развязывается? Если это так, он ни в коем случае не мог торопить события!

Разобравшись в ситуации, Янь Юй послушно вернулся в свою комнату.

«001, что ты думаешь о главной героине сегодня?» Говоря о главной героине, Линь Цзишэн всё ещё чувствовал, что что-то не так. Хотя он точно не знал, где именно, он просто испытывал чувство беспокойства.

[Мысли? Нет, я просто думаю, что главная героиня — действительно хороший человек, просто находка. Если она действительно разорвёт помолвку, то основной квест будет завершён!] Думая о таком светлом будущем, 001 чувствовала себя невероятно счастливой. Это был первый раз, когда она так гладко завершила квест.

Но Линь Цзишэн не был так оптимистичен, как 001. Он чувствовал, что что-то не так, и вдруг, словно что-то ему пришло в голову, неуверенно спросил 001: «Ты помнишь название этого мира?»

[Конечно, помню, название этого мира — Невинный, Игривый и Белый Лотос.] Я никогда этого не забуду.] 001 протянула кошачью лапку и сильно похлопала себя по маленькой груди, словно говоря: «Поверь мне, я прав».

«Если это действительно так, то тут настоящая проблема», — Линь Цзишэн перечислил свои предположения одно за другим. «Главный герой этого мира должен быть невинным, игривым и чистым, но эта главная героиня «невинна», но её невинность — это результат полнейшего идиотизма. В таком мире главная героиня никогда не была бы настолько безмозглой, чтобы укусить любого, кого увидит».

Линь Цзишэн кое-что понял ещё лучше, поэтому, как только он заговорил, 001 тоже заметила что-то неладное. Затем она обнаружила очень серьёзную проблему.

[О боже, я кое-что забыл, я обречён!] Маленькое тело 001 парило и кружилось в воздухе. Теперь она наконец-то знала, в чём проблема. [Ведущий, мы забыли кое-что очень важное.] В этом мире у главного героя может быть несколько жен и наложниц, поэтому Бай Лиер определенно дочь семьи Бай, но она не обязательно главная героиня! Поскольку фамилия главной героини — Бай, 001 инстинктивно предположил, что Бай Лиер — главная героиня, встретив её. Однако он забыл, что у главного героя была не одна невеста; была ещё одна — третья сестра Бай Лиер, Бай Линлин.

«Похоже, моя догадка была верна. Это значит, что сложность миссии возросла, потому что после того, как Бай Лиер разорвала помолвку, семья Бай, чтобы сохранить свои нынешние преимущества, обязательно заставит Бай Линлин выйти замуж за Янь Юя». Более того, из-за действий Бай Лиер ей суждено никогда не войти в семью Янь, поэтому у Бай Линлин нет другого выбора, кроме как выйти за него замуж!

После напоминания Линь Цзишэна чувство божественной помощи мгновенно исчезло, сменившись душевной болью. Теперь он понял, что никто в этом мире не может быть его союзником, особенно главная героиня. Поэтому Бай Лиер определенно был тем самым обременительным товарищем по команде, который не нуждался ни в каких объяснениях!

«Хорошо, не стоит сейчас слишком много думать. Чем больше об этом думаешь, тем сложнее становится. Давайте просто займемся тем, чем нужно. Иногда, если мы найдем способ, мы обязательно заставим главную героиню расторгнуть помолвку». Не забывайте, что теперь у него есть влиятельный помощник. Главный герой полон решимости заполучить его, и даже если Сяо Ло согласится, ему все равно понадобится его одобрение. Тогда он, естественно, найдет способ заставить эту невинную и очаровательную главную героиню послушно расторгнуть помолвку.

Кроме того… неужели эта главная героиня такая невинная, игривая и скромная?

[Ведущий, отдохните! (づ￣3￣)づ]

После разговора с 001 Линь Цзишэн сразу же лег спать. На следующее утро он рано встал, чтобы приготовить завтрак. К его удивлению, вскоре после того, как завтрак был готов, прибыли два гостя. Не слишком ли рано?

«Вы всё ещё здесь?!» Увидев Линь Цзишэна, Бай Лиер стиснула зубы. Вчера он так сильно её обидел, а теперь ещё и появился перед ней!

Конечно, хотя Бай Лиер мысленно подвергла Линь Цзишэна десяти великим пыткам династии Цин, она не смелла показать никакой внешней реакции. Теперь она понимала, насколько важен этот человек для Ю, и как сильно он был расстроен, услышав вчера слова отца.

Телохранитель важнее главы семьи — что это за логика? Что за семья такая, семья Янь?!

«Доброе утро, вы оба». Поклонившись им, она увидела, как Янь Ю и Янь Ло медленно спускаются по лестнице. Похоже, они привыкли к завтраку и пришли в назначенное время.

«Ю, мы ещё не завтракали. Можно что-нибудь поесть?» Глядя на изысканный завтрак на столе, Бай Лиер почувствовала ещё больший голод. Самое главное сейчас — поесть. Что касается извинений… хм, она никогда не думала об извинениях.

Даже если бы отец сказал это, она бы не поверила. Как телохранитель может быть важнее жены?

Тем временем 001, паривший в воздухе, наблюдал за ними из тени и тут же пришел к выводу, что Бай Лиер — не главная героиня этого мира; ею является Бай Линлин!

«Брат Ян, ты так давно ко мне не приходил! Ты забыл про Линлин?» Бай Линлин подошла к Янь Юю, в ее глазах читалась обида, но ее большие глаза все еще ярко сияли. Казалось, она смотрит на того, кем восхищается, и это вызывает мгновенную симпатию.

Однако на Янь Юя это явно совсем не действовало. Сейчас для него самое важное — еда. Он не мог часто есть стряпню Яня, поэтому хотел съесть как можно больше, пока была такая возможность.

А что касается Бай Линлин…

ну, какая же она наивная! Она заслуживает того, чтобы ее игнорировали!

Очевидно, Бай Линлин была из тех, кто, несмотря на неудачи, проявляет настойчивость. Хотя от Янь Ю она ответа не получит, от Янь она, возможно, получит. «Здравствуйте, вы Янь, верно? Телохранитель Янь-гэгэ?» —

сказала она. На лице Бай Линлин играла самодовольная улыбка, словно она догадалась о чем-то важном. Даже в ее обычно невинных глазах мелькнула искорка хитрости. Такой ребенок с большей вероятностью завоюет расположение людей, но, к сожалению, на Линь Цзишэне этот подход не сработал.

«Госпожа Бай, вы перепутали меня с кем-то другим. Я Ло». Возможно, в глубине души Янь Юй Линь Цзишэн остался тем же Янем, что и раньше, но он никогда не признается публично, что является телохранителем Янь Юя.

Услышав это, Янь Юй замер, держа палочки для еды, и сделал вид, что ничего не произошло. Только он знал горечь в его сердце. Неужели Янь так сильно его теперь ненавидит?

Атмосфера внезапно стала неловкой. Все знали, что этот человек — Ян, слуга главы семьи, но сам Ян это отрицал. Может, амнезия? Но, похоже, нет. Что же случилось?

Как раз когда Бай Линлин собиралась с любопытством потянуть Линь Цзишэна за рукав, чтобы разобраться, Ян Юй, спокойно завтракавший, прищурился и прорычал: «Заткнись!»

Мгновенно весь шум исчез, что его очень обрадовало. Члены семьи Бай были совершенно слепы; они ясно видели его нетерпение, но всё равно продолжали болтать без умолку. Так шумно!

«Ха-ха, Бай Линлин, наконец-то ты встретила достойного соперника? Ты всегда любила использовать своё невинное лицо, чтобы соблазнять других, но теперь, когда тебя больше не любят, посмотрим, на что ты способна!» Бай Лиер теперь была полна удовольствия. Изначально она не хотела, чтобы Бай Линлин шла с ней, но теперь это казалось хорошим решением.

«Бай Лиер, ты думаешь, я ничего не сказала, когда велела ей замолчать?» Как раз когда Бай Лиер собирался разразиться смехом, раздался холодный голос, а в его взгляде, устремленном на них двоих, читалась убийственная злоба.

Если они продолжат спорить, он без колебаний выгонит их обоих!

Таким образом, в этой атмосфере был съеден безвкусный завтрак, и Бай Линлин быстро воспользовалась случаем, чтобы раскрыть свою цель.

«Брат Ян, папа и дедушка хотят, чтобы ты расторг помолвку. Дедушка уже знает о вчерашних событиях, так что, брат Ян, тебе не нужно чувствовать себя неловко». Бай Линлин моргнула своими большими глазами, ее взгляд был полон восхищения, словно она смотрела на того, кого всегда боготворила всем сердцем; в этом ребенке чувствовалась искренность.

«Первоначальная договоренность была такова: либо придут двое, либо никто не примет». Семья Бай, естественно, знала их намерения. Бай Линлин определенно была более избалована, чем Бай Лиер, но, к сожалению, у нее не было истинного статуса дочери семьи Бай. Поэтому теперь она хотела использовать его, чтобы укрепить этот статус. К сожалению, им было нелегко манипулировать!

"Ю..." Услышав это, Бай Лиер была по-настоящему тронута. Она думала, что после вчерашних событий Ю может её бросить, но теперь поняла, что слишком много об этом думала. У Ю действительно были к ней чувства; иначе почему она отвергла бы предложение Бай Линлин?

После отказа лицо Бай Линлин стало всё более мрачным. Она всегда хотела быть женой этого мужчины, но Бай Лиер всегда носила титул невесты. Бог знает, как обрадовалась Бай Лиер, сказав эти слова вчера, обсуждая их всю ночь с дедушкой и отцом, только чтобы обнаружить, что он категорически отказался их принять.

"Если больше ничего нет, возвращайся. У меня есть дела на ближайшие несколько дней." Он был занят разработкой стратегии с Янь Ло; у него не было времени разбираться с этими людьми. Он был полон решимости вернуть Янь!

Теперь Янь Юй понял, что Янь для него больше, чем просто телохранитель. Хотя он и не понимал, что это значит, он просто не хотел, чтобы этот человек его покидал.

Конечно, Янь Ло тоже это понимала, и его взгляд, устремлённый на Янь Ю, был полон неописуемой сложности.

В это время она понимала всё. Хотя в прошлый раз она отправила брата Ло обратно на Тёмный Остров, в этом определённо было что-то не так. Теперь, видя его сожалеющее выражение лица, любой, кто не слеп, мог это заметить.

«Не отправляй их пока, старший брат. Поговори с ними. Мне нужно кое-что сказать брату Ло». Сказав это, Янь Ло оттащила Линь Цзишэна. Она не хотела быть лишней в этот момент, и ей действительно было что сказать Линь Цзишэну.

И поэтому, игнорируя взгляды окружающих, Янь Ло повела Линь Цзишэна прямо на пляж.

«Брат Янь, скажи мне, ты хочешь вернуться к старшему брату?» Хотя Ян, казалось, был совершенно равнодушен к Янь Ю, любой здравомыслящий человек мог понять, что их отношения не были плохими.

Линь Цзишэн молчал, но его взгляд выдавал его мысли — свои и Янь. Объятия, которые он получил вчера, когда остановил Янь Ю, заставили Линь Цзишэна понять, кто этот человек и почему он стал таким неуправляемым в его присутствии. Возможно, чем больше ты заботишься, тем меньше можешь это выразить.

«Брат Ян, о чём ты думаешь?» Глядя на молчаливого мужчину, только Янь Ло понимал, что, когда он видел её старшего брата, в его глазах всегда горел свет, который он не показывал другим, даже когда он обожал её. Он любил её, но также знал, что для Янь она ничем не отличалась.

«Да». Наконец, Линь Цзишэн, который всё это время молчал, заговорил. «Я знаю, что он сожалеет об этом».

Одной фразой: «Я знаю, что он сожалеет об этом», — Линь Цзишэн раскрыл все свои мысли. Он знал, что Янь Юй сожалеет об этом, поэтому и решил простить её, не так ли?

«Брат Ян, я знала, что так всё обернётся, но всё же хотела оставить тебя рядом, потому что ты очень, очень важен для меня, единственный, кто когда-либо дарил мне тепло. Но я также знаю, что человек в твоих глазах — это не я, поэтому сейчас я отправлю тебя обратно, хорошо?» «Отправлю тебя обратно к моему старшему брату, так что, пожалуйста, прости мою упрямость, хорошо?

» «Сяо Ло, у меня есть младшая сестра». Линь Цзишэн посмотрел вдаль, его голос был каким-то неземным. Он рассказывал историю Яня, а также свою собственную.

«Я думал, что смогу защищать её всю жизнь, я думал, что всегда буду с ней, но в конце концов она всё равно исчезла, и мне негде было её найти», — сказав это, Линь Цзишэн повернулся и серьёзно посмотрел на Яня Ло: «Ты Сяо Ло, ты моя младшая сестра».

Это был первый раз, когда Линь Цзишэн сказал ей так много, и Янь Ло мгновенно понял его слова. Значит, в его сердце она уже была его младшей сестрой? Этого было достаточно.

После разговора они не сразу вернулись на виллу на острове. Янь Ло планировала вернуться на остров Июль на следующий день. Она очень скучала по дому после столь долгого отсутствия, но на этот раз Ло-гегэ не будет с ней. Однако это не имело значения; пока Ло-гегэ относилась к ней как к сестре, она ничего не боялась!

Они продолжили исследовать остров. Хотя главный остров был намного хуже острова Июль, он все равно был полон новизны, и они хорошо проводили время. Только вот Ян Юй, который весь день боролся с этими двумя шумными женщинами в комнате, чувствовал себя неловко. Он знал, что одним движением пальца они будут мертвы, но почему-то, вспомнив слова Янь Ло, он этого не сделал.

Наконец, перед наступлением темноты, они вернулись. Увидев их, Ян Юй наконец почувствовал облегчение; он боялся, что они могли тайно сбежать, пока его не было.

«Старший брат, я возвращаюсь завтра. Я здесь уже давно и немного скучаю по дому». Янь Ло посмотрел на Янь Ю с насмешкой в глазах. Хотя он уже согласился оставить Янь Ю, он всё ещё не хотел, чтобы старший брат узнал об этом так скоро. Если старший брат узнает слишком быстро, он снова будет издеваться над Янь Ю!

«Так... так скоро? Ты не останешься ещё на несколько дней?» Он явно не хотел этого говорить. Он явно хотел, чтобы Янь Ю остался, но, вспомнив, что Янь Ю сказал в конце, он не смог произнести ни слова из того, что так хотел сказать.

«Нет, старший брат, прошло много времени. Я возвращаюсь завтра утром первым делом». Видя унылый вид Янь Ю, Янь Ло немного заинтересовался. Он намеренно очень чётко выделил слово «я», желая посмотреть, заметит ли старший брат проблему в его словах. Но в этот момент Янь Юй, чей разум полностью покинул дом, был полностью погружен в печаль.

Неужели Янь все-таки уйдет? Что бы он ни говорил или ни делал, он не сможет удержать ее. Его сердце так сильно болело. Он хотел сказать что-нибудь, чтобы облегчить боль, но Янь Юй потерял дар речи.

«Я не вернусь». Глядя на Янь Юя таким образом, как мог Линь Цзишэн не понимать, о чем он думает? На самом деле, он немного боялся, что этот человек снова устроит ему «игру в темную комнату», но неожиданно его возлюбленная в этом мире оказалась исключительно рациональной, и даже в этот момент он смог сдержать себя.

«Ч... что!?» Ему просто мерещится? Янь только что сказал, что не пойдет с Сяо Ци?

«Я сказал, что не вернусь, я останусь здесь». Глядя на глупые глаза этого человека, Линь Цзишэн вдруг почувствовал, как его сердце смягчилось. После нескольких миров он давно понял характер человека, которого любил. Властный и холодный, но перед ним он всегда был таким мягким и нежным. Настолько мягким, что хотелось отдать ему всё, что у тебя есть.

«Янь, ты говоришь правду? Ты же не уходишь, правда?» Он думал, что долго не увидит Яня, но теперь всё изменилось к лучшему. Как он мог не радоваться? Это было словно благословение небес!

«Да, и Сяо Ло тоже согласился». Охранники семьи Янь могли перебрасывать людей друг другу. Пока Янь Ло соглашался, Линь Цзишэн без проблем возвращался к Янь Юю. Вот почему Янь Юй никогда не осмеливалась произнести ни слова, даже когда с ней плохо обращались. Потому что без разрешения Янь Ло Янь Юй не могла вернуться.

"Сяо Ци, спасибо..." Янь Юй хотел поблагодарить, но обнаружил, что человека нигде нет. Тем не менее, он был очень рад, ведь Янь наконец-то вернулся к нему.

"Вернись и отдохни, ты плохо спал последние несколько дней." Янь Юй был прямо по соседству, как Линь Цзишэн мог не знать, хорошо ли он отдохнул или нет? Его тело, окрепшее, стало гораздо чувствительнее. Он ясно слышал, как Янь Юй ворочается в постели!

"Да, возвращайся и отдохни сейчас, Янь, ты же не оставишь меня на этот раз, правда?" Он больше не мог терпеть потери, он не хотел, чтобы Янь уходил!

"Да, не оставлю."

Глава 4.5

После обещания Линь Цзишэна Янь Юй наконец-то хорошо выспался. Если бы он не боялся, что Линь Цзишэн выгонит его с кровати, он, вероятно, даже прокрался бы к нему в постель и спал бы вместе.

Однако он всё же послушно встал рано следующим утром. В конце концов, Янь Ло уезжал сегодня, и если бы он не встал рано, чтобы проводить Сяо Ци, Янь И мог бы расстроиться и сбежать с Сяо Ци. Куда бы он тогда пошёл плакать?

Но когда Янь Юй спустился вниз, он увидел двух неподобающих людей, снова сидящих в зале, и его лицо мгновенно помрачнело. «Почему вы здесь? Кто позволил вам здесь быть?» Он разрешил этим двоим находиться на острове только вчера, чтобы получить объяснение от Яня. В противном случае он давно бы выгнал их. Как смеют эти двое появляться здесь сегодня?!

«Патриарх, я разрешил им приехать на остров». Глядя на мрачное лицо Янь Юя, как он мог не понять, что патриарх зол? Но из-за Яня у патриарха в последнее время было плохое настроение, поэтому он хотел, чтобы эти двое приехали на остров, чтобы составить ему компанию. «Старейшина

, я в порядке». Глядя на состояние старейшины, как мог Ян Юй не понимать его мыслей? Но Ян была Ян; никто не мог заменить её, вернее, никто не мог её заменить. Любая попытка заменить Ян только усилила бы его отвращение.

Глядя на Ян Юя, взгляд старейшины был полон неодобрения. Он в какой-то степени понимал, насколько тесны отношения между телохранителем и его господином — те, кто этого не испытывал, не могли этого понять, особенно такая, как Ян, которая была рядом с главой семьи с того самого дня, как он стал наследником. Поэтому они не могли не понимать нынешнюю потерю контроля главой семьи.

Но глава семьи не мог оставаться таким подавленным!

«Старейшина, давайте на сегодня остановимся. Не позволяйте им двоим приезжать на остров завтра», — Ян Юй махнул рукой, прерывая старейшину, видя, что тот, похоже, собирается что-то сказать. «Сначала мы с Ян заберём Сяо Ци. Остальное обсудим позже».

Он не хотел тратить время на бесполезных людей; Ян был для него самым важным.

«Старший брат, ты меня сейчас прогоняешь?» Увидев уже приготовленный завтрак на столе, губы Янь Ло дрогнули. Неужели старший брат делает это специально? Брат Ян уже приготовил завтрак, и он действительно говорит ей уйти сейчас?

«Да, уже поздно. Пойдем обратно». Глядя на Янь Ло, глаза Янь Юй были полны самодовольства. Ха, ну и что, если Ян приготовил завтрак? Если он не согласится, она его не съест!

Увидев явно самодовольное выражение лица Янь Юй, Янь Ло очень хотела утащить с собой Линь Цзишэна, но, вспомнив, как сильно Линь Цзишэн заботится об этом человеке, в конце концов сдалась. Брат Ян был важнее; она не могла позволить ему грустить.

«Маленькая Ло», — увидев несколько подавленную Янь Ло, Линь Цзишэн достал небольшой рюкзак. «Я приготовил твои любимые закуски. Раз уж не было времени на завтрак, возьми их с собой в дорогу. Я даже на полдник приготовил достаточно».

И действительно, глаза Янь Ло загорелись, когда она это услышала, и она посмотрела на Янь Юя с самодовольным видом.

Хм, ну и что, если ты меня обижаешь? Брат Ян — самый лучший. «Это я тебя балую, и если ты будешь меня обижать, брат Ян точно не согласится

». «Янь, а как же мои?» Он знал, что Линь Цзишэн вчера не готовил десерты; если и готовил, то, должно быть, утром. Увидев размер рюкзака, Янь Юй тут же насторожился. Неужели Ян отдал все Сяо Ци?

Линь Цзишэн взглянул на него, но ничего не ответил. После долгой паузы он сказал: «Ты не любишь сладости».

Он не любит сладости?

Тогда…

не любит сладкое = десерт для него не приготовлен = всё в руках Сяо Ци = у Сяо Ци есть то, чего нет у него!?

Так не пойдёт!!

«Янь, мои вкусы сильно изменились». Конечно, Янь Юй говорил это не просто так; его вкусы действительно сильно изменились. Что бы ни приготовил Янь, он мог это съесть, и ему это очень нравилось.

Ему нравилось это чувство; оно заставляло его чувствовать, что всё в нём и в Яне исключительно хорошо сочетается.

Великий Старейшина, видя кажущуюся кокетливость и льстивость Янь Юя, находил это забавным, но примирение двух детей также очень его успокаивало.

Хотя он не мог оспаривать решение главы семьи, он всё же тайно надеялся, что Янь останется рядом с ним. Они оба знали, что Янь — самый подходящий телохранитель для главы семьи; кем бы он ни был, глава семьи никогда не доверил бы им так сильно.

Доверие между ними культивировалось и совершенствовалось на протяжении десяти лет, и его нельзя было восстановить за одну ночь.

Бай Линлин, наблюдая за их взаимодействием, вдруг почувствовала, что что-то не так. Неужели брат Янь слишком добр к этому телохранителю? Он никогда не был так нежен с ней и никогда так не улыбался.

Однако Бай Линлин ничего не сказала в этот момент, а внимательно наблюдала за ними. Она обнаружила, что, помимо случайных проявлений взаимопонимания и теплоты, царившей между ними, ничего особенного не было. Может, ей просто показалось?

Бай Линлин теперь не могла быть уверена.

«Старейшина, разве брат Янь и его телохранитель не слишком близки? А что, если его телохранитель однажды женится и заведёт детей?» — тихо спросила Бай Линлин, наблюдая, как они уходят, провожая Янь Ло, и моргнула большими глазами, словно беспокоясь о Линь Цзишэне.

Услышав слова Бай Линлин, Первый Старейшина был ошеломлён и улыбнулся ей. «Госпожа Бай, ваши опасения не оправдаются. С того дня, как они попадают в тренировочный лагерь, всё их имущество принадлежит главе семьи. Телохранителям, как правило, не разрешается вступать в брак, особенно личным телохранителям главы семьи».

«Личные телохранители?» — Бай Линлин моргнула своими большими вопросительными глазами. Она впервые услышала подобное. «Есть ли разница между телохранителями? Кто такие личные телохранители?»

«Личные телохранители — это только глава семьи и его любовница. Изначально предыдущий глава семьи нанимал личного телохранителя для нынешнего, но глава семьи не согласился и выбрал Янь». Многие тогда возражали, но теперь все считали выбор главы семьи невероятно мудрым.

Ведь Янь победил личного телохранителя бывшего главы семьи, прошедшего подготовку на высочайшем уровне, всего за три года после ухода с Тёмного острова.

«Неужели… неужели…» Услышав слова «хозяйка семьи», взгляд Бай Линлин слегка потускнел, а глаза Бай Лиер наполнились гордостью.

Глядя на них двоих, Первый Старейшина почувствовал некоторое сожаление. Если бы не вопрос родословной, главой семьи в будущем непременно стала бы госпожа Бай Линлин. На самом деле, Первый Старейшина тоже отдавал предпочтение именно ей. Просто очень жаль, что в семье Янь родословная важнее всего остального. Поэтому так жаль, что такая прекрасная дочь была потеряна.

«Спасибо за напоминание, старейшина. Я обязательно буду стремиться стать лучше и быть достойной брата Яня». Бай Линлин сжала кулак, подбадривая себя, но Бай Лиер, стоявшая рядом, лишь насмехалась над ней.

«Стать достойной Ю? Ха, как бы ты ни старалась, это бесполезно, потому что у тебя есть один фатальный недостаток: твоя личность. Не забывай», — Бай Лиер рассмеялась, в ее глазах читалась злоба, — «Ты всего лишь внебрачная дочь семьи Бай!»

Конечно, были способы сделать Бай Линлин законной дочерью семьи Бай, если бы отец Бай развелся с ее матерью и женился на ее матери. Однако отец Бай не стал этого делать. Во-первых, потому что семья матери Бай Линлин была намного ниже по положению, чем семья матери Бай, а во-вторых, из-за вчерашнего отказа Яня Юя. Хотя они не понимали, почему Янь Юй отдает предпочтение Бай Лиер, они не могли идти против его воли.

Услышав это, лицо Бай Линлин побледнело, а сердце наполнилось негодованием. Эта никчемная женщина оказалась дочерью семьи Бай, а она таковой не была! Она не хотела!

Как раз когда их спор вот-вот должен был перерасти в нечто большее, вошел Янь Юй вместе с Линь Цзишэном. Видя, как они спорят, словно петухи, его раздражение усилилось. «Если вы не хотите здесь оставаться, тогда уходите! Никто здесь не хочет смотреть, как вы спорите», —

голос Янь Юя был необычайно холодным. Увидев их перед собой, он почувствовал, как его настроение, улучшившееся благодаря Яню, снова ухудшилось.

«Мастер, вы не можете все время сидеть взаперти на острове. Почему бы вам не вывести Яня и его двух будущих жен на прогулку? Сейчас хорошо, что есть свободное время. Если вы будете ждать дольше, у вас, вероятно, не будет такой возможности». Самое напряженное время года для семьи Янь — май и июнь, а сейчас у них осталось всего около месяца свободного времени.

Янь Юй сначала хотел отказаться, но, вспомнив, как однажды водил Линь Цзишэна за одеждой, вдруг почувствовал, что это хорошая идея, и быстро кивнул в знак согласия. Если бы он сейчас не согласился, Янь мог бы найти какой-нибудь предлог, чтобы не идти, а это было бы плохо.

Увидев тревожное выражение лица Янь Юя, Линь Цзишэн вдруг нашел это забавным, но также начал сомневаться, действительно ли он напугал этого человека.

Янь Юй сейчас не мог слышать мысли Линь Цзишэна; если бы мог, он бы сказал, что он не просто испугался, а чуть не до смерти. Раньше он думал, что отличается от Яня; что бы он ни делал, Янь не сердился на него. Но на этот раз Янь ушел, не сказав ни слова, даже отрекшись от него. Как он мог не бояться?

Великий Старейшина удовлетворенно кивнул, увидев, что Янь Юй согласен. Похоже, патриарх не испытывал неприязни к двум девушкам. Хотя ему и не нравилась Бай Лиер, слова Бай Линлин были довольно убедительными. Хотя она и не могла стать настоятельницей, оставаться рядом с патриархом было хорошим вариантом.

Однако что подумает Великий Старейшина, если узнает, что другая сторона восприняла его слова лишь наполовину, и что эти две женщины — всего лишь побочные продукты жизни Линь Цзишэна?

Увидев согласие Янь Юя, Бай Линлин была вне себя от радости. Теперь, когда её брат Ян согласился пойти с ними по магазинам, что может быть для неё ещё более захватывающим?

Бай Лиер шла позади с мрачным лицом. Эта сцена была так похожа на тот день, когда они вместе гуляли. Тогда она была так же счастлива, как и Бай Линлин, но в конце концов поняла, что всё это было лишь мечтой. Юй даже не взглянул на неё ни на секунду.

Но сегодня она охотно пошла за ним, потому что пришла не для того, чтобы демонстрировать внимание Янь Юя, а чтобы посмотреть на это представление, увидеть, как некрасиво будет выглядеть её невинная и прекрасная сестра после того, как её любимый жених её проигнорирует!

Как и догадалась Бай Лиер, Янь Юй просто раздал каждому из них карточку, сказал: «Проведите, как хотите», и ушел с Линь Цзишэном.

Теперь он собирался отвезти Яня за одеждой, а о тех, кто не был с ним знаком, ему было все равно!

«Брат Янь, куда ты идешь...?» — не успела она закончить свой вопрос, как молодой человек впереди уже исчез, оставив ее в чувстве утраты.

«Разве ты не ожидала, что Юй просто так нас бросит?» Глядя на этого расстроенного человека, Бай Лиер почувствовала укол радости, хотя и была убита горем. Видеть страдания этого человека доставляло ей огромную радость!

«Ты, ты говоришь ерунду! Брат Ян не собирается меня бросать! Он, он, должно быть, чем-то занят…» В этот момент Бай Линлин поняла, что какое бы оправдание она ни приводила, она не сможет развеять печаль в своем сердце.

Она пришла за покупками с братом Яном, полная надежд, а теперь он бросил их всех. Неужели он действительно так занят, что у него совсем нет времени на нее?

«Занят, ты права. Юй действительно очень занят, занят выбором одежды для своего телохранителя. Ты, наверное, не знаешь, как сильно Юй заботится об этом телохранителе, и…» Видя, как настроение Бай Линлин ухудшается, удовольствие Бай Лиер росло: «Даже если ты действительно станешь наложницей Юя, твой статус никогда не превзойдет этого телохранителя. В конце концов, семья Ян в конечном счете принадлежит окружающим их телохранителям, особенно их личным телохранителям».

Более того, чтобы в будущем жить в семье Ян более комфортно, Бай Лиер выяснила личность молодого человека по имени Ян и поняла, почему Юй был так зол вчера. Тот человек был с Юй десять лет; в глазах Юй, вероятно, сейчас он совсем другой!

«Вторая сестра, ты просто говоришь это, чтобы сделать меня своей пешкой, не так ли? Жаль, что мне все равно. В конце концов, какой бы важной я ни была, я всего лишь телохранитель, я никогда не заменю жену!» Бай Линлин была уверена, что после свадьбы она станет самым важным человеком в сердце Янь Юя.

Однако сейчас у нее не было времени разговаривать с этой безмозглой женщиной. Ей нужно было найти своего брата Яня. Будет ли он рад, если она даст ему одежду?

Видя, что Бай Линлин не попалась на ее уловку, Бай Лиер была полна негодования. Изначально она думала, что сможет разобраться с ними двумя одним махом, но теперь, похоже, Бай Линлин слишком умна и совершенно равнодушна. Это было нехорошо!

«Пошли, я примерно знаю, где они. Скоро увидишь, что происходит». Бай Лиер очень хорошо помнила место, куда Янь Юй водил Линь Цзишэна в прошлый раз. Сегодня она поведет свою добрую сестру посмотреть, насколько сильно ее брат Янь ценит этого телохранителя!

Как и ожидала Бай Лиер, Янь Юй сидел на скамейке, ожидая, пока Линь Цзишэн выйдет после переодевания. У его ног лежала куча пакетов, и изредка проглядывающие вещи показывали прохожим, что это мужская одежда.

Но… это было уже слишком! Они никогда не видели ничего подобного, когда женщины отправлялись за покупками.

В этот момент подошли двое. Увидев пакеты на земле, Бай Линлин замерла. Наконец она поняла, что имела в виду Бай Лиер.

Одежда на земле явно была мужской, и цвета совсем не подходили Янь Юю. Было очевидно, для кого эта одежда. Неужели Янь Юй так сильно заботится о Линь Цзишэне? Он купил ему столько всего, не выражая при этом ничего, кроме радости.

Как раз когда Бай Линлин собиралась спросить, зачем, из примерочной вышел человек в белом костюме, и его бесстрастное, но невероятно привлекательное лицо просто завораживало.

«Это тоже заверните, а вот это примерьте», — Янь Юй взглянул на одежду и указал на другой предмет гардероба. Было ясно, что вещь стоит больше пятизначной суммы, что указывало на то, что Янь Юй уже потратил немалую сумму на выбор одежды. Больше всего женщин расстроило то, что этот мужчина, казалось, был совершенно невозмутим и даже подал признаки продолжения своего шоппинга.

«Я больше не буду примерять», — сказал Линь Цзишэн, глядя на одежду на полу и качая головой. Хотя Линь Цзишэн был очень щепетилен в вопросах своего образа жизни, у него не было привычки носить одежду из магазина. Он уже выбрал довольно много вещей.

Ян Юй взглянул на ремешки у своих ног, всё ещё чувствуя, что этого недостаточно, но поскольку Ян Юй сказал, что не будет их примерять, он решил, что позже будут другие возможности.

«Брат Ян, ты выбрал только для Яна, это так несправедливо! Мы тоже хотим!» Бай Линлин с выражением лица «Тебе на меня наплевать, я недовольна» бросилась на Ян Юя. Она думала, что Ян Юй её поймает, но, к её удивлению, он не только не поймал её, но и отступил на полшага, расчистив ей путь. Если бы Бай Линлин не среагировала быстро, она, вероятно, упала бы на землю.

«Разве я только что не дал тебе карточку? Покупай всё, что хочешь, не стесняйся». Лицо Ян Юя снова похолодело. Наконец-то у неё было время побыть наедине с Яном, и теперь её прервали — как же это раздражает!

(Продавец: Дорогая, ты думаешь, я не человек? Не забывай, что ты только что принесла мне кучу одежды!) «Но я хочу, чтобы брат Ян выбрал что-нибудь, пожалуйста, помоги мне выбрать, хорошо?» Бай Линлин хотелось наброситься на нее и вести себя мило, но после того, как ее так сильно швырнули, она усвоила урок и просто стояла неподалеку от Янь Ю, пытаясь очаровать ее.

«Если хочешь, покупай сама. Если нет, не трать здесь время». Янь Ю уже раздражало, что ее веселье прервали, а этот человек продолжал и продолжал — как же это надоедливо!

Видя мрачное выражение лица Янь Ю, Бай Линлин поняла, что если она продолжит, Янь Ю может просто отбросить ее обратно. Она ни в коем случае не могла этого допустить!

«Янь, куда бы ты хотел пойти? Я помню, ты редко спускаешься с острова». Если только Янь Ю не выходит из дома, Ян всегда рядом с ним и даже проводит больше двух месяцев в году на Темном острове. Можно с уверенностью сказать, что понимание Яном внешнего мира практически нулевое. Теперь, когда у них наконец-то появилась возможность куда-нибудь сходить вместе, он, естественно, захотел показать Яну достопримечательности.

Линь Цзишэн покачал головой, услышав это. Он мало что знал об этом мире и чувствовал, что Янь Юй хочет куда-то его отвезти, поэтому ему оставалось только следовать указаниям.

И действительно, услышав ответ Линь Цзишэна, Янь Юй, не колеблясь, назвал водителю место и сел в машину вместе с Линь Цзишэном.

А что насчет двух женщин?

Хех, сзади есть место, разве не идеально для того, чтобы они сидели вместе?

Когда группа прибыла к месту назначения, Линь Цзишэн был потрясен увиденным.

Это было дерево, очень красивое дерево, со слегка полупрозрачным белым стволом и небесно-голубыми листьями. Казалось, все дерево излучало слабый свет, даря людям очень теплое и нежное ощущение.

В этот момент 001 вдруг закричала, ее голос был полон недоверия: «Как это возможно?!» «Почему это здесь? Невозможно, мне мерещится, я ошибаюсь!» — бормотал 001 себе под нос, убеждая себя, что он, должно быть, ошибается, что такого дерева здесь нет.

Однако его реакция вызвала подозрение у Линь Цзишэна. Что же это за дерево, которое могло так вывести 001 из-под контроля?

«Что это? В нём есть что-то особенное?» Хотя дерево выглядело очень необычно, оно не демонстрировало никаких энергетических колебаний; в целом, это было просто дерево, и очень безобидное.

«Ты этого не знаешь, да? Это дерево называется Деревом Желаний, оно должно появляться только в мирах уровня B или даже A». Видя, что Линь Цзишэн совершенно не понимает ценности дерева, он быстро объяснил: «Само дерево желаний не обладает никакой силой, но у него есть очень особая способность: если кто-то искренне загадает ему желание, и дерево получит силу этого желания, оно использует свою собственную силу, чтобы помочь этому человеку исполнить его желание». «001, то, что ты говоришь, слишком надуманно. Если бы это действительно было так эффективно, почему здесь сейчас никого нет, только несколько человек?» Если бы это действительно было так полезно, это место уже было бы заполнено людьми, как же здесь может быть так мало людей? Здесь так пустынно, что кажется, будто это совсем не оказывает такого эффекта.

«[Хозяин, ты не понимаешь. Желание должно быть сильным, желанием, ради которого ты готов отдать всё, чтобы Дерево Желаний его исполнило.]» Котёнок покачал головой, укоризненно глядя на Линь Цзишэна, словно сказал что-то не то.

Линь Цзишэн остался равнодушным к реакции 001, но и не стал загадывать желание. Хотя желание, загаданное здесь, могло бы сбыться, его самым большим желанием сейчас было вернуться домой, и он не верил, что, полагаясь на дерево, сможет исполнить его желание.

«Янь, подожди меня минутку». Сказав это, Янь Юй встал перед Деревом Желаний, медленно закрыл глаза и стоял, сложив руки.

Солнечный свет проникал сквозь листья, падая на лицо Янь Юя, смягчая его суровые черты, его бледные губы были слегка приоткрыты, словно он что-то молча произносил.

В этот момент Линь Цзишэн стал свидетелем чего-то, что можно было назвать только чудом. Огромное дерево, тихо стоявшее там, словно услышало голос Янь Юя и начало медленно покачиваться. Каждый лист словно нес в себе искорки света, которые понемногу падали на Янь Юя, окутывая его мягким сиянием.

«Легенда правдива!» — Бай Линлин и Бай Лиер были ошеломлены этим зрелищем. Они быстро сложили руки и молча загадали желание, но, похоже, не очень искренне. Пока они загадывали желания, искорки света на дереве, казалось, полностью игнорировали их, падая исключительно на Янь Юя.

После того, как Янь Юй загадал желание, он повернулся к Линь Цзишэну и беззвучно произнес: «Мое желание услышало дерево желаний. Мы будем вместе навсегда».

Линь Цзишэн был ошеломлен, услышав это. Он никак не ожидал, что Янь Юй загадает такое желание. Неужели он действительно так важен?

Линь Цзишэн всегда очень любил свою возлюбленную, но никогда не отдавал ей всего своего сердца. Возможно, это потому, что он был не из этого места, или, возможно, у неё был свой мир и своя жизнь. Хотя он и признал, что влюбился в неё, он не мог любить её безоговорочно.

Теперь, даже стоя перед деревом желаний, она загадывала такое желание. Как он мог отплатить за такое тяжёлое бремя чувств?

Несчастный?

Видя несчастное выражение лица Линь Цзишэна, Янь Юй забеспокоился. Расстроило ли её его желание? Или... Янь никогда и не собирался быть с ним навсегда?

Думая об этом, Янь Юй почувствовал себя ужасно. Он понял, что Янь становится для него всё важнее во всех отношениях. Как он мог отпустить её!

«Брат Янь, чего ты желал?» Как раз когда Янь Юй собирался подойти и спросить Линь Цзишэна, что он имел в виду, Бай Линлин медленно открыла глаза. Её взгляд, устремлённый на Янь Юя, был полон неоспоримой глубины эмоций, выражение, от которого у Янь Юя защемило в зубах.

Вопрос: Как бы ты себя чувствовал, если бы кто-то, кто тебе никогда не нравился, смотрел на тебя обожающими глазами?

Ответ: Отвратительно!

Ян Юй почувствовал крайнее отвращение, особенно от этого собственнического взгляда, от которого его еще больше затошнило. Разве он не выразился ясно, или эти двое действительно считали, что имеют право нарушать правила семьи Янь?

«Пора возвращаться». Уже темнело, и Ян Юй тут же призвал всех готовиться к совместному отъезду, так как делать было нечего.

Линь Цзишэн кивнул, тоже готовый уйти. В этот момент с дерева упал лист и медленно покатился к Линь Цзишэну.

Бай Линлин, с острым взглядом увидев колыхающийся лист, с восторгом посмотрела на него. Существует множество легенд о деревьях желаний, помимо легенды о сбывающихся желаниях, есть легенда о том, что листья приносят удачу.

Логично предположить, что если бы легенда о листьях приносила удачу, дерево желаний уже давно бы было голым и не таким пышным и лиственным.

Конечно, этому есть причина: листья дерева желаний нельзя собрать силой, если они не падают сами по себе.

Вот почему Бай Линлин так обрадовалась, увидев медленно падающие листья.

Но некоторые вещи, если им не суждено быть твоими, никогда не будут принадлежать тебе, что бы ты ни делал.

Как только Бай Линлин рванулась вперёд, медленно падающие листья, словно почувствовав что-то, ускорили своё падение, из-за чего Бай Линлин промахнулась и в итоге оказалась в руке Линь Цзишэна.

"Что... это?" Глядя на синий лист в своей руке, глаза Линь Цзишэна наполнились недоумением. Что происходит с этим листом?

[Хозяин, быстро принимайте, быстро принимайте!] Голос 001 был в этот момент крайне взволнован, он даже забыл сначала предупредить. Только после этих слов появилось предупреждение: [Дин-дон, вы взяли лист Дерева Желаний. Вы можете обменять его на пять очков удачи на странице обмена.] Это невероятно хорошо! Пять очков удачи! Услышав предупреждение 001, Линь Цзишэн был ошеломлен. Он не ожидал, что такой маленький лист окажет такое воздействие. Если бы он получил еще несколько...

Взгляд Линь Цзишэна, устремленный на Дерево Желаний, имел более глубокий смысл.

[Хозяин, Дерево Желаний обладает собственным сознанием, поэтому никто не может получить его листья без разрешения Дерева Желаний. Похоже, оно действительно вас любит.] Человек, которому Дерево Желаний дарит лист, должен быть тем, кто ему действительно нравится. Похоже, хозяину действительно невероятно повезло.

«Янь, не мог бы ты дать мне этот лист? Я люблю собирать листья, а эти синие листья — редкость, поэтому я…» Бай Линлин изо всех сил пыталась скрыть свою тоску, словно искренне хотела заполучить особенный лист.

Она просто пыталась обманом заставить Линь Цзишэна отдать ей лист дерева желаний, потому что знала, что он не поймет. В любом случае, никто не мог ей ничего сказать, верно?

«Бай Линлин, ты думаешь, все безмозглые? Никто не знает, что символизирует лист дерева желаний?» Янь Юй изначально не хотел говорить, так как получение листа дерева желаний было очень радостным событием, и он не хотел портить атмосферу. Но некоторые люди просто слишком жадны.

«Брат Янь, но он мне так нравится!» Сказав это, Бай Линлин надула губы, показывая, что очень недовольна, но все же изменила свое мнение: «Я знаю, что этот лист очень ценный, и я не возьму его бесплатно. Если тебе что-нибудь нужно, просто скажи мне, и я обменяюсь с тобой».

Бай Линлин говорила очень щедро, словно позволяла Линь Цзишэну просить что угодно, и в её глазах явно читался намёк на выгодную сделку. Но на самом деле, что в этом мире может быть ценнее этого листа желаний?

«Бай Линлин, скажи мне, что ещё в этом мире может принести удачу? Если ты сможешь предложить это, я думаю, Янь Юй согласится». Как Бай Лиер мог позволить Бай Линлин добиться своего? Хм, внебрачные дочери должны жить в укромных местах. А теперь, когда она постоянно появляется перед ней, это так неприятно!

Бай Линлин полностью проигнорировала слова Бай Лиер и просто смотрела на Линь Цзишэна умоляющим взглядом. Если бы кто-нибудь хоть немного пожалел женщин, он, вероятно, сдался бы при виде такого взгляда.

Линь Цзишэн никогда не был сентиментальным, и как он мог позволить Бай Линлин добиться успеха, если бы рядом был Янь Юй?

«Бай Линлин, ты должна знать, что можно говорить, а что нельзя. Что тебе не принадлежит, то тебе и не принадлежит. Принуждение не обязательно приведет к хорошим последствиям. В конце концов, отношения, навязанные силой, никогда не бывают приятными, не так ли?» Голос Янь Юя был спокойным, казалось, лишенным эмоций, но он сумел заставить лицо Бай Линлин побледнеть. На самом деле он предупреждал ее, предупреждал ради телохранителя!

«Брат Янь, я… мне просто это нравится! Твой телохранитель может мне это дать?» Если бы дело было иначе, Бай Линлин не посмела бы ничего сказать после слов Янь Юя, но никто не может так легко отпустить листок желаний!

«Ты не поняла моего предупреждения?» Если Янь Юй раньше вел себя с ней прилично, это было прямым предупреждением. Если она продолжит в том же духе, последствия могут быть ужасными. Поэтому Бай Линлин мудро промолчала. Однако она не сдалась. Она верила, что если будет умолять Яня еще, он ей это даст. Она не знала почему, но у неё было такое чувство!

На самом деле, если бы здесь был не Линь Цзишэн, а настоящий Янь, он бы уже предложил ей это, как только она заговорила. В настоящем мире у Яня были особые чувства к Бай Линлин.

Но теперь, из-за появления Линь Цзишэна, всё изменилось. Без этой встречи и целенаправленного сотрудничества Линь Цзишэна Бай Линлин была ничем в сердце Линь Цзишэна. Ожидать, что он добровольно отдаст ей этот предмет с пятью очками вечной удачи, было несбыточной мечтой!

«Хорошо, раз больше нечего, пойдём обратно. Уже поздно». Глядя на закат, Янь Юй понял, что пора возвращаться. Он посадил Линь Цзишэна в машину. А что же эти двое из семьи Бай?

«Янь, помни, никто не может тебе это дать. Ты должен беречь это. Это чрезвычайно важно, понимаешь?» Янь Юй теперь боялся, что Линь Цзишэн может подслушать и отдать лист дерева желаний кому-нибудь другому.

«А ты не можешь?» — спросил он. Пока Янь Юй продолжал говорить, Линь Цзишэн улыбнулся и вложил лист дерева желаний в руку Янь Юя, к большому огорчению последнего.

Удача у Линь Цзишэна была неплоха, и ему нужно было лишь забрать лист с собой после ухода из этого мира, поэтому он оставил удачу в этом мире Янь Юю.

Глава 4.6

«Отдать… мне?» Глядя на лист в своей руке, Янь Юй, необычно медленно реагируя, посмотрел на Линь Цзишэна. «Ты разве не слышал, что я только что сказал? Это очень важно!»

После мгновения, полного эмоций, Янь Юй все же не забыл сказать Линь Цзишэну, что лист дерева желаний важен. Хотя он и не хотел возвращать его Линь Цзишэну, это было не из-за его внутренней ценности, а потому что это был подарок от Яня.

«Знаю». Как он мог не знать? Важность этой вещи ему ясно объяснили, и она всё ещё звучала в его голове, подталкивая его забрать лист обратно.

«Ты не знаешь, Янь, послушай меня, хотя листья этого дерева желаний и не исполняют желаний, они могут улучшить удачу». Янь Юй серьёзно посмотрел на Линь Цзишэна, надеясь, что тот поймет важность листа.

«Знаю». Он знал всё, знал функцию листа, а также мысли Янь Юя. «Я хочу отдать его тебе, потому что это важно».

На этот раз Янь Юй замолчал, но его лицо было полно волнения, словно он хотел что-то сказать, но не мог из-за волнения. Он выглядел несколько нелепо, но Линь Цзишэн не мог смеяться.

Этот человек уже отдал ему всё, и он действительно испытал чувство неспособности отплатить ему.

Поэтому, хотя лицо Янь Юя было бесстрастным, вокруг него царила радостная аура. Даже вернувшись домой, он не рассеял свою радостную ауру, что озадачило Да Чжаня. Что случилось с главой семьи? Почему он был так счастлив?

Однако, глядя на несколько беспомощную, но снисходительную улыбку Линь Цзишэна рядом с ним, можно было предположить, что дело в его поступках. В этом мире единственным человеком, способным по-настоящему тронуть сердце патриарха, был Янь.

«Янь, как насчет того, чтобы сегодня приготовить мне десерт?» Обычно Янь Юй никогда не прикасался к сладостям; они казались ему слишком приторными и невкусными. Но сегодня ему захотелось попробовать. Сяо Ци говорил, что десерты приносят счастье, и сегодня он уже был так счастлив, но все равно не смог устоять перед желанием добавить радости.

Линь Цзишэн ничего не сказал, только кивнул и пошел на кухню заниматься своими делами. Первый Старейшина, наблюдая за интимной атмосферой между ними, был несколько озадачен. Что с ними не так? Хотя атмосфера была прекрасной, патриарх не выглядел таким уж счастливым.

Нет, пожалуй, ему следовало бы сказать, что он никогда прежде не видел патриарха таким счастливым. В его памяти патриарх всегда был таким спокойным и уравновешенным, что хотелось его наказать. А теперь этот человек, излучающий счастье, был тем же самым человеком, который, будучи серьезным, внушал бы ужас любому.

Понимая, что ему нечего делать, Великий Старейшина сказал Янь Юю и покинул главный дом, вернувшись в свою резиденцию.

Патриарх никогда не любил, когда кто-то был в его «доме», особенно ночью, а уже темнело, поэтому лучше было вернуться пораньше.

К тому времени, как Линь Цзишэн закончил готовить ужин, Великий Старейшина уже ушел. Увидев мужчину с глупой ухмылкой после того, как все ушли, Линь Цзишэн потерял дар речи. Он подарил ему всего лишь небольшой подарок; неужели действительно нужно было так себя вести?

«Янь, когда ты вышел?» Губы Янь Юя расплылись в широкой улыбке, когда он посмотрел на Линь Цзишэна, явно не желая скрывать своих чувств от этого самого важного человека.

«Пока ты ухмылялся как идиот», — Линь Цзишэн поленился сказать что-либо еще, поставив приготовленные блюда на стол. «Ешь».

После того, как они вдвоём насладились роскошным ужином и десертом, Линь Цзишэн вернулся в свою комнату отдохнуть. Что касается несколько обиженного взгляда Янь Юя… ну, он ничего не видел!

Вспоминая события того дня, Линь Цзишэн всё ещё считал это несколько невероятным. Дерево желаний? Неужели в этом мире действительно может существовать что-то волшебное?

[Конечно, Хозяин. По мере повышения вашего уровня вы обнаружите, что не все миры обычны.] 001 дополнял знания Линь Цзишэна в этой области, но этого явно было недостаточно. [Когда вы достигнете ранга B или A, вы поймете, что миры совершенствования и магические миры, которые вы видели в книгах, реальны. Даже если вы достигнете ранга S или SS, вы обнаружите, что боги действительно существуют.] Сама по себе система 001 знала об этих вещах гораздо больше, чем обычные системы.

[Более того, Хозяин, есть причина, по которой дерево желаний такое волшебное; [Это фрагмент божественной сущности богини весны.] 001 пролистал информацию, загруженную из основной системы, и объяснил Линь Цзишэну каждую деталь.

«Божественная сущность? Что это?» Услышав этот незнакомый термин, Линь Цзишэн поднял бровь, глядя на котенка, кувыркающегося и гоняющегося за своим хвостом в воздухе, и ему очень хотелось его прихлопнуть!

[Божественность — ключ к тому, чтобы стать богом. В мире, где существуют боги, людям, желающим стать богами, нужна не только огромная сила, но и божественный титул. Без божественного титула, даже если сила человека достигает божественного уровня, он может стать только ложным богом, а не истинным.] Объяснение 001 поразило Линь Цзишэна, который невольно подумал о Дереве Желаний. «Неужели во всех мирах существует только одно Дерево Желаний?»

[Существует множество Деревьев Желаний, но Богини Весны больше не существует.] Поскольку все фрагменты её божественного титула превратились в Деревья Желаний, она больше не могла получить тот божественный титул, которым когда-то обладала.

Как раз когда Линь Цзишэн собирался получить дополнительные знания о различных мирах из 001, дверь, ведущая в комнату Янь Ю, внезапно зазвонила. Затем дверь тихонько приоткрылась. Увидев, что Линь Цзишэн, лежащий на кровати, не двигается, другой человек, казалось, успокоился, затем тайком вошёл в комнату Линь Цзишэна, обошёл его и медленно лёг на другую сторону кровати.

Как только он собирался полностью расслабиться, он увидел пару тёмных глаз, которые смотрели на него, что так сильно его напугало, что он чуть не подпрыгнул от неожиданности.

«Янь… Янь, ты не спишь?» Янь Ю, который прокрался, думая, что другой человек спит, выглядел смущённым. Быть пойманным с поличным было так унизительно!

«Да, я не сплю». Голос Линь Цзишэна был ровным, без всяких поддразниваний, но Янь Юй покраснел. Янь стал непослушным, по-настоящему непослушным!

Изначально он думал, что сможет пробраться сюда переночевать и уйти до рассвета, но никак не ожидал, что Янь будет бодрствовать. Теперь, когда его поймали с поличным, ему пришлось уйти. Он так устал. ＿（：3」∠）＿

Однако движения Янь Юя были очень медленными. Своими действиями он показывал Линь Цзишэну, что не хочет и совсем не желает уходить!

«Янь, можно я переночую здесь?» Поскольку он получил что-то от Яня, он был слишком взволнован, чтобы спать. Возможно, рядом с Янем ему будет легче заснуть.

«Хорошо». Глядя на несколько жалкое выражение лица другого человека, Линь Цзишэн никак не мог отказать. Поскольку его отношения с Янь Юем ещё не были выяснены, он, вероятно, ничего бы не стал делать. Линь Цзишэн не возражал против того, чтобы они просто поспали под одеялом.

«Я знал, что ты не согласишься, я просто…» — пробормотал он, неохотно собираясь встать. В следующий момент он понял, что Линь Цзишэн на самом деле не отказался. «Янь, что ты только что сказал? Всё в порядке?»

Увидев взволнованное выражение лица Янь Юя, Линь Цзишэн кивнул, затем закрыл глаза, создавая впечатление, что «если хочешь спать, ложись на другой бок и не беспокой меня», полностью игнорируя Янь Юя.

Но для Янь Юя эта близость уже была очень приятной.

Спустя неизвестное время Янь Юй услышал ровное дыхание человека рядом с собой и понял, что тот уснул. Он медленно открыл глаза, глядя на лицо Линь Цзишэна в лунном свете.

Он давно не смотрел на человека, который всегда так пристально стоял за его спиной. Казалось, с тех пор как он стал главой семьи, отношение Яня к нему изменилось. Он больше не был тем человеком, с которым раньше был так откровенен, а теперь всегда был осторожен, уважителен, но нерешителен, лишен близости. Словно тот добрый брат, которого он когда-то знал, исчез.

Янь Юй пытался, но Янь никогда не появлялся перед ним, всегда почтительно стоя позади него, молча.

«Янь, как же хорошо теперь смотреть на тебя вот так». Пока Линь Цзишэн крепко спал, Янь Юй протянул руку и обнял лежащего рядом, нежно поцеловав его в лоб.

На самом деле, он хотел крепко обнять его и страстно поцеловать, но Янь Юй не осмелился. Он боялся, что если сделает это, Янь его возненавидит. Хотя Янь теперь вела себя по отношению к нему несколько иначе, он не знал, насколько именно иначе, и сможет ли она разорвать оковы общественных норм и принять возлюбленного того же пола.

Да, Янь Юй теперь понимает своё сердце. Он знает, что его чувства к этому человеку — это не семейная привязанность или братская любовь, а любовь. С того момента, как он без колебаний отвернулся, он понял, что Янь относится к нему по-другому. Только когда он оказался рядом с Сяо Ци, он осознал, что этот человек для него незаменим. И сегодня, в тот момент, когда он получил от неё листок и подумал о словах «знак любви», он понял, что обречён, что никогда не сможет избежать этой участи.

Но сможет ли Янь принять такие чувства?

«Янь, ты мне нравишься, ты мне так нравишься, пожалуйста, никогда не ненавидь меня, хорошо?» —

пробормотал Янь Юй про себя. Увидев эту сцену, он не мог не пожалеть Янь Юя. Нет, пожалуй, следует сказать, что главные герои-мужчины в каждом мире такие жалкие. Почему они влюбились в своего хозяина? Разве они не знали, что, хотя их хозяин казался мягким и честным, на самом деле он был хитрым и коварным человеком?

Отбросив все остальное, стать телохранителем Янь Ло было не просто желанием хозяина отправить главного героя обратно на Темный Остров. Хуже того, сама хозяйка хотела попасть на Темный Остров, чтобы адаптироваться к своей родословной.

...

После того дня отношения Линь Цзишэна и Янь Юя, казалось, развивались семимильными шагами. Линь Цзишэн стал больше разговаривать с ним, совершенно изменившись со своей прежней холодной и молчаливой натурой.

Однако эта сцена вызвала у Бай Линлин, которая иногда бывала на острове, неописуемое чувство, даже заставила ее немного поволноваться.

Особенно после того, как она узнала, что Линь Цзишэн подарил Янь Юю лист дерева желаний, это чувство кризиса усилилось. Более того,

она почувствовала, что что-то не так. Она чувствовала, что все не в порядке. Бай Лиер следовало вернуть ей, и Линь Цзишэн должен был жениться на ней, даже ценой крупной семейной вражды. Линь Цзишэн должен был быть полностью предан ей, и они оба должны были быть готовы защищать её.

Но сейчас их отношения были необычайно близкими, и больше всего её смущало то, что они вообще не могли её видеть!

«Что-то не так. Их отношения не должны быть такими интимными; они должны быть более…» Бай Линлин не могла сказать, какими именно, но она знала, что они не должны быть настолько близки!

Со временем отношения между Линь Цзишэном и Янь Юем становились всё яснее. Сначала Великий Старейшина хотел остановить их, прежде чем их чувства полностью укрепятся, поскольку их нынешние отношения были неустойчивыми, особенно в таком месте, как семья Янь.

Но, видя, как глава семьи каждый день излучает счастье, Великий Старейшина не знал, как его остановить. Глава семьи никогда прежде не был так счастлив. Как он мог быть настолько жестоким, чтобы разлучить их, снова погрузив жизнь главы семьи в отчаяние?

Конечно, это была лишь точка зрения Янь Юя. Что касается Линь Цзишэна, он оставался спокойным и собранным, не проявляя никаких признаков изменения своих чувств к главе семьи. Однако Великий Старейшина внимательно наблюдал, что аура Линь Цзишэна смягчалась всякий раз, когда появлялся глава семьи, — изменение, которое он не демонстрировал при встрече с другими. Поэтому Линь Цзишэн не был безразличен к главе семьи. В таком случае, пока они держали это в секрете от старого главы семьи, даже если они не могли быть вместе вечно, по крайней мере, они могли испытывать счастье.

Однако были вещи, о которых Великий Старейшина не говорил, но другие могли.

В тот день Линь Цзишэна отправили на задание, а Янь Юй из-за своего напряженного рабочего графика не смог сопровождать его и мог только с тревогой сидеть дома.

Хотя он знал способности Яня, он не мог чувствовать себя спокойно, пока не обеспечит безопасность Яня. Более того…

глядя на лист, из которого был сделан кулон, Янь Юй пожалел, что не позволил Яню взять его; по крайней мере, это успокоило бы его.

В тот самый момент, когда Янь Юй был охвачен тревогой, на острове появились двое ничего не подозревающих людей — Бай Линлин и Бай Лиер.

На самом деле, Бай Линлин и Бай Лиер не собирались приезжать на остров сегодня. В конце концов, семья Бай не сидела сложа руки. Причина их возвращения заключалась в том, что они услышали, что Янь отправился на задание, оставив Янь Юя одного на острове.

Оба знали, что пока Янь находится на острове, он никого не заметит. Теперь, когда Янь наконец-то уехал, если они не произведут хорошего впечатления, Янь Юй может забыть, что они всё ещё его невесты. Однако,

войдя на виллу, они поняли, что пришли не вовремя. Глядя на беспокойных людей на вилле, они обменялись взглядами, понимая, что сейчас не время говорить. Если они издадут хоть слово, то могут навлечь на себя неприятности.

«Патриарх, вы знаете способности молодого господина Яня. Он просто собирается выполнить простое задание; никаких проблем не будет». Увидев выражение лица патриарха, Первый Старейшина нашел это несколько забавным. Он всегда считал патриарха спокойным и сдержанным, но теперь, похоже, это было только потому, что эти дела не касались никого из тех, кто ему дорог.

«Старейшина, я знаю, но я все равно волнуюсь». Чем больше он волновался, тем больше беспокоился. Если бы это был кто-то другой, Янь Юй не вел бы себя так; они могли бы даже болтать.

Старейшина улыбнулся, но ничего не ответил. Даже его, вероятно, отчитал бы глава семьи, если бы он сказал слишком много.

После того, как Янь Юй долго и тревожно смотрел, снаружи послышался звук вертолета. Янь Юй мгновенно понял, что тот, кого он ждал, наконец вернулся. Прежде чем кто-либо успел отреагировать, Янь Юй уже выскочил наружу, оставив позади себя лишь свой задний план.

Первый Старейшина беспомощно улыбнулся, увидев это. Теперь, когда глава семьи наконец-то повзрослел и научился ценить свою возлюбленную, этот старик наконец-то мог спокойно отдыхать!

Он на мгновение подумал, что Линь Цзишэн сегодня, должно быть, очень устал, поэтому решил не давать ему готовить. Употребление домашней еды время от времени не должно вызывать серьезных проблем, если он будет следить за тем, чтобы никто не подкладывал ничего неподходящего в еду главы семьи.

Наблюдая за уходом Первого Старейшины, Бай Линлин прикусила губу, взглянула в окно и сказала Бай Лиэр, которая сидела на диване без всякого выражения: «Вторая сестра, может, нам стоит сходить посмотреть?»

«Нет, что такого интересного в простом телохранителе?» — Бай Лиэр отпила чай, принесенный управляющим, ее тон был явно презрительным. «Не забывай, в будущем мы будем женами и наложницами Юя. Ты бы согласился поклониться простому телохранителю?» Взглянув на Бай Линлин, Бай Лиер высокомерно улыбнулась, ясно давая понять, что она «наложница», и напоминая ей о своем статусе.

Услышав слова Бай Лиер, выражение лица Бай Линлин на мгновение исказилось, но затем вернулось к милому и игривому виду. «Если вторая сестра не пойдет, то я пойду одна».

Сказав это, она выскочила наружу, и как только она оказалась снаружи, всякая притворность исчезла, а насмешка на ее лице усилилась.

В отличие от безмозглой Бай Лиер, она всегда чувствовала, что между Линь Цзишэном и Янь Юем что-то не так, хотя и не знала, что именно.

Она направилась к вертолету, но не нашла их двоих, что озадачило Бай Линлин. Разве брат Янь не очень хотел увидеть Яня только что? Почему они исчезли?

Несмотря на свои сомнения, она тщательно искала любые следы их присутствия. Наконец, она заметила неподалеку в роще людей, которые, казалось, были там. Она тихо вошла, не издав ни звука.

Янь Юй, казалось, был так обеспокоен Линь Цзишэном, что совершенно расслабился. Линь Цзишэн, поглощенный ухаживаниями Янь Юя, не успел оглядеться, что дало Бай Линлин возможность узнать истинные отношения между Линь Цзишэном и Янь Юем.

Как только она подошла, она услышала голос Янь Юя: «Янь, ты в порядке? Ты знаешь, как я за тебя волновался? Хотя я знаю, что миссия для тебя ничего не значит, я все равно не могу успокоиться». Янь Юй почувствовал себя несколько беспомощным; никогда прежде он не был так эмоционально затронут кем-либо.

«Не волнуйся, со мной все будет хорошо. На какой бы миссии я ни был, я вернусь живым, чтобы увидеть тебя». Голос Линь Цзишэна был полон снисхождения, словно он был готов исполнить любую просьбу. Бай

Линлин, подслушивавшая неподалеку, словно что-то почувствовала, ее сердце заколотилось. Она не знала почему, поэтому могла только продолжать тихо подслушивать.

«Янь, помни своё обещание: какое бы задание ты ни выполнял, ты вернёшься живым, чтобы увидеть меня». Янь Юй мог потерять многое — деньги, статус, власть, даже жизнь, — но он не мог потерять человека, стоящего перед ним.

«Я знаю».

После этих слов Линь Цзишэна Бай Линлин заметила, что они оба замолчали, отказываясь что-либо говорить. Однако тревожное чувство в её сердце никуда не исчезло; напротив, оно стало ещё сильнее.

Это чувство заставило её выглянуть наружу, чтобы посмотреть, что происходит, и именно так она раскрыла их тайну.

Она увидела, как Янь Юй прижимает Линь Цзишэна к дереву, обнимая его, словно гигантский дракон, охраняющий драгоценное сокровище, не желая, чтобы кто-либо увидел даже малейшую деталь. Бай Линлин не могла поверить своим глазам: губы Янь Юя прижались к губам Линь Цзишэна, он страстно целовал его, от чего у любого бы покраснело лицо и забилось сердце.

Это была, безусловно, очень приятная сцена, но для Бай Линлин это стало как гром среди ясного неба. Ее возлюбленный, ее муж, целовался с другим мужчиной, и этот мужчина был его телохранителем, тем, кто никогда не оставит его.

В голове у Бай Линлин все помутнело. Она не знала, что делать. Как ей вернуть своего возлюбленного? В

своем оцепенении она придумала план.

Да, ей нужно было найти старого патриарха. Как только она его найдет, патриарх наверняка прогонит этого человека. Он был всего лишь соблазнительным лисичкой. Как только он исчезнет, сердце брата Яня обязательно вернется к ней. Да, это должно сработать!

Бай Линлин убеждала себя, что если этот человек исчезнет, то в будущем она обязательно станет женой Янь Юя. Более того, он и так должен был исчезнуть; у неё было такое предчувствие. Он не должен был быть препятствием для её и её брата Яня, а скорее, он должен был отдать за неё жизнь!

Да, именно так. Если он исчезнет, всё вернётся в норму!

Предчувствие Бай Линлин было верным, но её восприятие мира было таким, каким оно было до появления Линь Цзишэна. Тогда она помогала тяжело раненому Линь Цзишэну, став единственным теплом в его сердце, человеком, за которого он был готов отдать всё. Но теперь Линь Цзишэн — это кто-то другой, кто-то, кого Янь Юй по-настоящему любил.

Нынешняя временная линия, из-за тонкого вмешательства Линь Цзишэна и божественного вмешательства главного героя, полностью сбилась с курса. Теперь в глазах главного героя главная героиня — в лучшем случае надоедливый и бестактный второстепенный персонаж.

Думая об этом, Бай Линлин больше не могла сдерживаться. Она, шатаясь, вышла и вернулась на виллу, ее лицо все еще было бледным, словно она пережила сильный шок.

Бай Лиер, естественно, была вне себя от радости, увидев ее в таком состоянии, но Первый Старейшина, вышедший из кухни и увидевший ее, почувствовал некоторое беспокойство. Неужели она увидела что-то не то?

Отношения между Линь Цзишэном и Янь Юй не были секретом на острове; на самом деле, многие были рады этому. Однако это не означало, что все чувствовали то же самое. По крайней мере, старый патриарх категорически не согласился бы на это.

В глазах старого патриарха он был всего лишь инструментом для продолжения рода. Если бы не нынешние навыки и хитрость старого патриарха, было неясно, кто бы сейчас контролировал семью Янь. Если бы старый патриарх узнал о положении старого патриарха, это, безусловно, стало бы поводом для нападения на него. Он мог бы даже тайно устранить Янь, заставив патриарха полностью рухнуть, тем самым вернув контроль над семьей Янь.

Подумав об этом, взгляд Первого Старейшины, устремленный на Бай Линлин, стал враждебным.

Помимо родословной, в семье Янь нужно было быть осторожным еще в одном вопросе: не быть слишком любопытным. Излишняя любознательность обычно влечет за собой серьезные последствия в семье Янь. Похоже, даже если Бай Линлин выйдет замуж за представителя семьи Янь, она, вероятно, не проживет долго, поскольку теперь она знает слишком много.

«Вторая сестра, пойдем обратно. Мы уже давно докучаем брату Яню. Если мы скоро не вернемся, отец и дедушка рассердятся». Бай Линлин знала, что Бай Лиер ее не послушает, поэтому она тут же призвала отца и деда предупредить их.

Хотя Бай Лиер была очень недовольна, услышав это, она все же собрала вещи и уехала. У нее не было выбора; отец и дед обожали Бай Линлин, и если она снова добьется своего, она может потерять свой статус в семье!

«Госпожи, не стоит ли вам остаться еще немного? Глава семьи скоро вернется». Увидев, что двое собираются уходить, Первый Старейшина тут же подошёл и остановил их. Они уходили так спешно, потому что, должно быть, что-то увидели, и он не мог так просто отпустить их.

«Старейшина, спасибо за гостеприимство, но у нас сегодня дома действительно срочные дела. Мы приедем завтра». Бай Линлин моргнула своими большими глазами, словно пытаясь убедиться в правдивости своих слов. Однако Старейшину не удалось обмануть, и он стал немного насторожен. Он всё же отпустил их, ведь они всё ещё были членами семьи Бай. Принуждение их к пребыванию в семье неизбежно повредило бы отношениям. Хотя семья Янь не боялась, лучше было избежать неприятностей. Позже он напомнит главе семьи быть осторожнее.

Вскоре после их ухода вошли Линь Цзишэн и Янь Юй. Глядя на исходящую от них розовую, радостную атмосферу, было очевидно, что они только что сделали. Но это только ещё больше обеспокоило Старейшину, потому что Бай Линлин определённо увидела что-то не то!

«Патриарх!» Хотя он совсем не хотел беспокоить патриарха, это было бы гораздо хлопотнее, если бы он этого не сделал. «Вы только что видели Бай Линлин?» Если видели, то всё было бы хорошо, но если нет, то…

«Нет, я немного поболтал с Янем». Все знали, что значит «немного поболтал».

Но именно потому, что они знали, что Великий Старейшина был ещё больше обеспокоен. «Патриарх, пока вы с молодым господином Янем не вернулись, Бай Линлин ненадолго вышла, но когда вернулась, вела себя как-то странно. Её лицо было бледным, и она выглядела испуганной, словно увидела что-то невероятное». И

действительно, выражение лица Янь Юя тоже стало мрачным после этих слов. Конечно, он знал, что они только что сделали. Если бы об этом знали только жители острова, всё было бы хорошо, но если бы об этом узнали посторонние, особенно его отец, это стало бы поводом для нападения на него.

Он не боялся потерять свой нынешний статус; Больше всего он боялся потерять Яня. Если бы отец узнал об этом романе и изгнал его из семьи Янь, он бы нисколько не жаловался. Но он знал, что отец никогда этого не сделает. Из-за его прошлой распущенности отец уже понес наказание. Хотя он все еще мог иметь детей, он потерял фертильность. Если бы он покинул семью Янь, это означало бы, что род Янь прервется. Отец никогда бы этого не допустил. Поэтому единственным решением было… избавиться от Яня!

Поняв это, лицо Линь Цзишэна стало крайне мрачным, в нем даже читалась убийственная ярость. Он отчаянно хотел нанести удар первым и устранить отца, чтобы больше ни о чем не беспокоиться!

«Я в порядке, не волнуйтесь, со мной все будет хорошо». Пока Янь Юй и Великий Старейшина разговаривали, Линь Цзишэн также поговорил с 001 о том, что только что произошло. От 001 он узнал, что Бай Линлин видела его и Яня в интимной близости. Обычно это не было бы большой проблемой, но сейчас Бай Линлин словно одержима.

«Янь, что бы ни случилось в будущем, ты никогда не должен покидать меня. Тебе не нужно выполнять чьи-либо приказы!» Он знал, что риск слишком велик, но он ни за что не мог рисковать. Он не мог допустить даже малейшей возможности смерти Яня!

«Да, я знаю. Не волнуйся, со мной все будет в порядке». Глядя на человека рядом с собой, сердце Линь Цзишэна смягчилось. Он обязательно останется рядом с этим человеком, и ничего не случится.

[Хозяин, похоже, все вернулось в исходную временную линию. Следующим этапом должно стать задание, в результате которого погиб хозяин, поэтому хозяину нужно быть осторожным.] 001 знал, насколько устойчива временная линия. Даже если Линь Цзишэн не будет в опасности во время этого задания, оно обязательно состоится, и Линь Цзишэн обязательно его выполнит. Это судьба.

«Я знаю, но теперь я немного волнуюсь за Янь Ю. Неужели он действительно не пойдет со мной?» Глядя на человека с покрасневшими глазами, Линь Цзишэн не был уверен, что сможет его остановить.

«[Не волнуйтесь, Хозяин, мировая линия ни в коем случае не позволит главному герою делать ничего противозаконного.]» Хотя влюбиться в второстепенного персонажа — это за пределами возможностей мировой линии, «[Главный герой — опора всего мира; если он умрет, весь мир рухнет. Поэтому мировая линия не станет делать ничего настолько глупого.]» Услышав слова 001, Линь Цзишэн почувствовал облегчение. Пока Янь Ю в безопасности, Линь Цзишэн верил, что сможет защитить себя. У него не так много других навыков, но, по крайней мере, его вампирская родословная значительно укрепила его тело. В этот момент он не только не будет убит атакой, но даже бомба может оказаться не смертельной. Более того, больше всего его устраивали регенеративные способности вампира, да и целительная магия у него тоже была, не так ли?

«Не волнуйся, со мной всё будет в порядке, и я не покину тебя». Хотя он и дал это обещание сейчас, Линь Цзишэн понимал, что вряд ли оно сбудется. Но это не имело значения, главное, чтобы он в конце концов вернулся живым.

Он знал, что Янь Юй больше всего заботится о его жизни; пока он вернётся в целости и сохранности, всё будет хорошо.

Из-за тревоги Янь Юй плохо спал той ночью, заснув лишь перед рассветом. К тому времени Линь Цзишэн уже встал, чтобы приготовить завтрак, и, как и ожидалось, встретил Первого Старейшину в гостиной.

«Первый Старейшина, вы хотите мне кое-что сказать». Хотя это должен был быть вопрос, тон Линь Цзишэна был уверенным, потому что он видел нерешительность в глазах Первого Старейшины ещё со вчерашнего дня.

Первый Старейшина кивнул, обдумывая свои слова, и медленно произнёс: «На самом деле, я не должен был этого говорить, но чтобы вы успокоились, я думаю, лучше сказать». Первый Старейшина посмотрел на Линь Цзишэна, его сердце наполнилось вздохом. Этот ребёнок был хорошим ребёнком, достойным должности главы семьи, но, к сожалению, он был мальчиком. «Мы все рады видеть твою ситуацию, но это не значит, что все будут настроены позитивно. По крайней мере, глава старой семьи не будет, и он может даже воспользоваться этой возможностью, чтобы лишить тебя жизни».

Сказав это, Первый Старейшина повернулся и ушёл. Это всё, что он смог сказать; остальное зависело от двух детей.

Глава 4.7

Глава 42 4.07 Невинный и игривый Белый Лотос

«Что случилось?» Когда Янь Юй спустился вниз, он увидел задумчивого Линь Цзишэна, и в его сердце внезапно возникло беспокойство.

Когда Янь был рядом, он всегда ставил его на первое место во всём и редко показывал такое серьёзное выражение лица. Это было необычно, что-то должно было случиться!

Но Линь Цзишэн покачал головой. Он чувствовал, что всё это совершенно неважно, нет необходимости рассказывать Янь Юю, а даже если бы он это сделал, это ничего бы не изменило, только заставило бы волноваться ещё одного человека.

«Лжец, я чувствую, что ты что-то от меня скрываешь». Ян Юй, возможно, не был таким чувствительным на людях, но с Линь Цзишэном он чувствовал всё мгновенно. Это чувство очень радовало Ян Юя; это было негласное понимание, которое невозможно описать словами!

И теперь он был ещё больше благодарен за это чувство, потому что чувствовал, что Ян определённо что-то скрывает и совсем не хочет ему ничего рассказывать!

«Великий Старейшина сказал мне быть осторожным». Вздохнув, Линь Цзишэн понял, что лгать бесполезно, учитывая состояние Ян Юя, поэтому он просто повторил слова Великого Старейшины: «Великий Старейшина сказал, что бывший глава семьи, возможно, хочет моей смерти».

Конечно, Линь Цзишэн понимал это. Любой захотел бы убить телохранителя, который сделал их самого ценного сына геем.

Ян Юй напрягся, услышав это, явно обдумав и эту возможность. Она молча поклялась пока оставаться под защитой Яня.

«Янь, не волнуйся, всё в порядке, ничего не случится». Она никогда никому не позволит причинить вред Яну, а тот, кто рассказал её отцу о её отношениях с Яном, должен просто умереть!

Линь Цзишэн молча кивнул. Он знал, что Янь Юй даёт обещание защитить его. По правде говоря, его не слишком волновали эти вопросы. Хотя мир стал намного опаснее, убить его здесь всё равно потребовалось бы немало усилий!

Они молча завтракали, обдумывая, что может произойти дальше и как защитить человека рядом с ними.

И действительно, всё развернулось так, как предсказал Янь Юй. Через неделю после «исчезновения» Бай Линлин бывший патриарх отправил Янь Юю сообщение, что устраивает банкет на главном острове и надеется, что Янь Юй хорошо подготовится. Однако

и Янь Юй, и Линь Цзишэн знали, что его слова были объявлением войны Янь Юю.

Янь Юй много лет назад изгнал бывшего патриарха; как он мог не затаить обиду? Теперь, когда у него наконец появился шанс отомстить, он не проявит милосердия!

«Я знал, что этот старый ублюдок не будет себя вести!» Прочитав сообщение, Янь Юй действительно хотел пренебречь сыновней почтительностью и совершить измену, убив этого человека!

«Почему бы просто не разобраться с этим раз и навсегда? Даже с тайной охраной у нас теперь больше людей. Мы позаботимся о том, чтобы он ушел отсюда, прежде чем все закончится!» Линь Цзишэн был очень прямолинеен, немедленно заявив о своем намерении убить этого человека.

Линь Цзишэн не был кровожаден; скорее, он точно знал, что за человек этот бывший глава семьи. Хотя он узнал о бывшем главе семьи от Янь Юя и Янь Ло, ни один из них по-настоящему его не понимал.

Только благодаря информации, переданной агентом 001, Линь Цзишэн по-настоящему узнал, насколько презренным был этот человек. Чтобы продолжить род, он без колебаний обманывал или принуждал женщин к браку, доходя даже до того, что захватывал и заключал в тюрьму их семьи, чтобы заставить их рожать ему детей. После рождения детей он отвозил этих никчемных наложниц на черный рынок.

Женщины, привлекавшие внимание главы затворнической семьи, обычно были исключительно красивы и тщательно «обучались» перед продажей на аукционе. Такие красивые и соблазнительные женщины, естественно, стоили дорого, обеспечивая ему дополнительный доход. За эти годы жертвами стали бесчисленные женщины.

«Да, я знаю. После тщательного обдумывания мы разберемся с этим человеком!» Люди, которых не должно существовать, должны исчезнуть как можно скорее!

На самом деле, Янь Юй также расследовал местонахождение этих пропавших мачех, но, похоже, какая-то сила ему мешала. Как бы он ни старался, полученная информация была очень скудной. Поэтому, хотя Янь Юй и сдался, у него всё ещё оставались некоторые подозрения.

И это ухудшило его впечатление об этом так называемом отце.

Поскольку она была законной женой бывшего главы семьи, мать Янь Юя избежала участи быть проданной с аукциона. Однако бывший глава семьи тоже плохо с ней обращался. В его глазах она была не более чем машиной для размножения, человеком, обеспечивающим нормальное функционирование семьи Чэн, и ничего больше. Поэтому её жизнь дома была не очень удовлетворительной.

Если бы не наличие достойного наследника, положение матери Янь Юя в семье Янь могло бы быть ещё более плачевным.

«Янь, знаешь, после смерти матери я всегда считала себя сиротой, потому что в глубине души я была человеком без отца». Янь Юй ничего не скрывал от Линь Цзишэна и сказал всё, что думал. «В моей жизни нет отцовской фигуры. Меня всегда воспитывала мать, и в его глазах она была не женой, а инструментом, который можно использовать и выбросить по своему желанию».

Изначально он сильно сдерживал себя из-за семьи Чэн, но после падения семьи Чэн он, казалось, стал совсем другим человеком, затоптав свою мать в грязь. Если бы не он, его мать, вероятно, не смогла бы удержаться.

В течение следующих нескольких дней Линь Цзишэн и Янь Юй усердно готовились к предстоящей встрече, которая должна была стать для них серьезным испытанием.

Однако на третий день подготовки неожиданно появился человек — Янь Ло.

«Сяо Ци, что тебя сюда привело?» Янь Ло не бродила по острову Циюэ, поэтому Янь Юй почти забыл о ней.

«Я слышал о твоей ситуации, поэтому, естественно, пришел помочь». Янь Ло подняла бровь. Хотя она и не очень хотела им помогать, она знала, что если не сделает этого, то преодолеть это препятствие будет очень сложно.

Однако Янь Ло всё ещё была очень зла. Она никогда не представляла, что у её старшего брата могут быть такие чувства к Янь Гэгэ; неужели она отправила его обратно в логово льва?

Но, видя, что Янь Гэгэ, похоже, не сильно возражает, Янь Ло поняла, что Янь Гэгэ сейчас счастлива, по крайней мере, счастлива, когда находится со своим старшим братом.

«Ты не можешь помочь. Это довольно сложное дело. Не вмешивайся». Поскольку он законный сын, отец ничего ему не сделает, но насчёт внебрачных сыновей и дочерей неясно. В любом случае, это всего лишь внебрачные дочери. Даже если одна или две умрут, у него всё равно будет много детей, и он не будет убит горем.

В конце концов, для отца Янь даже Янь Юй — это то, чем он не может пожертвовать. Просто из-за проблем со здоровьем он больше не может иметь детей от женщин. Если с Янь Ю действительно что-то случится, род Янь, вероятно, прервётся. В противном случае, отец Янь наверняка устранит их обоих на этот раз.

«Но если я не помогу, ты вообще не сможешь пережить этот кризис». Сейчас Янь Ло хочет привлечь внимание отца Янь, чтобы увеличить шансы на их безопасность.

Но он также знает, что Янь Ю права. Если она вмешается, ей, вероятно, не удастся выбраться.

«Сяо Ло, спасибо, но лучше тебе не вмешиваться в это дело. Не волнуйся, со мной всё будет в порядке». Он протянул руку и погладил Янь Ло по голове, его взгляд был полон нежности, и Янь Ло невольно кивнула. Осознав, что она сделала, пути назад уже не было.

Однако она не ушла сразу, а осталась на острове, чтобы подготовиться к предстоящему банкету. Присутствие отца здесь, несомненно, было направлено на поиск недостатков; Помощь большего числа людей уменьшила бы проблемы, которые он мог бы создать.

Янь Юй и Линь Цзишэн понимали это, поэтому не отказались.

Время пролетело быстро, и настало время, о котором говорил её отец. Он, естественно, появился на острове, с амбициями глядя на знакомый главный остров.

В семье Янь существовало правило: как только главе семьи исполнялось пятьдесят лет или наследник становился способен самостоятельно управлять своей семьей, он должен был покинуть главный остров, чтобы развивать собственную власть. Никто не мог изменить это правило!

Но её отец был против. Обладая огромными ресурсами, зачем кому-либо использовать их для развития собственной власти?

Поэтому отец Янь всегда не хотел жениться и заводить детей, не говоря уже о назначении наследника. Как раз когда он думал, что всё идёт по плану, в тридцать лет он получил предупреждение от старейшин: если он не женится и не заведёт детей, то по достижении пятидесяти лет должность главы семьи Янь придётся выбирать из числа боковых ветвей.

Это по-настоящему напугало отца Янь. Если бы позиция главы семьи перешла к боковой ветви, он ничего бы не выиграл. Поэтому он немедленно женился на матери Янь Ю и у него родился сын.

Изначально он не собирался воспитывать Янь Ю как достойного наследника. Пока Янь Ю был некомпетентен, даже если бы он стал главой семьи Янь, разве семья Янь в конечном итоге не осталась бы в его руках?

Однако он понял, что слишком всё обдумал. Как раз когда он собирался погубить Янь Ю, старейшины узнали о его намерениях, забрали его и объявили наследником в двенадцать лет. Более того, когда ему исполнилось пятнадцать, он напрямую объявил Янь Ю главой семьи. В то время ему было всего сорок пять лет, и у него было ещё пять лет, но его сместили старейшины и этот мятежный сын. Как он мог с этим смириться! Поэтому,

когда он узнал, что его мятежный сын влюбился в мужчину, и этот мужчина был его телохранителем, отец Янь почувствовал, что у него появился шанс всё изменить. В своем нынешнем положении Ян Ю никак не мог иметь ребенка; какое право он имел занимать пост главы семьи?

Глядя на виллу, занимавшую половину главного острова, глаза отца Яня горели страстью. Он направился к вилле; скоро он вернется сюда — как же он мог не радоваться?!

Однако, войдя на виллу, отец Яня обнаружил, что атмосфера совсем не такая, какой он ее себе представлял. Ян Ю не ждал его у двери, и он не умолял о пощаде, чтобы сохранить свой пост главы семьи, как он ожидал. Ничего!

Это было неправильно! Все было совершенно иначе, чем он себе представлял.

Он ворвался в зал, где полукругом сидело около дюжины человек. В центре сидел, естественно, Ян Ю, а позади него стоял Линь Цзишэн — его телохранитель.

«Янь Ю, это что, твои манеры? Не уступишь ли ты место отцу?!» Он давно мечтал о посту главы семьи; Теперь, когда у него наконец-то появился шанс, как он мог позволить Янь Ю сидеть здесь?

Все вокруг молча наблюдали за отцом Яня, не двигаясь с места. Все они были его детьми, но никто из них не испытывал к нему никакой привязанности, кроме обиды. Отец Яня никогда не относился к ним как к детям, а скорее как к инструментам для демонстрации своих предполагаемых «способностей» и «власти». Никто не хотел называть такого человека «отцом».

«Бывший патриарх, если вам есть что сказать по поводу своего возвращения, просто скажите это», — сказал Великий Старейшина, с облегчением глядя на высокомерного отца Яня. Он был рад, что принял патриарха и воспитал его; иначе такой многообещающий ребенок был бы испорчен. «Если вам больше нечего сказать, пожалуйста, уходите как можно скорее. Вы должны знать, что как только патриарх отречется от престола, он не сможет вернуться на главный остров».

Услышав слова Великого Старейшины, вены на лбу отца Яня вздулись, и он посмотрел на всех вокруг, как на врагов.

На самом деле, в его сердце эти люди были его врагами, потому что все они были препятствиями на пути к тому, чего он хотел.

«Конечно, что-то не так. Зачем бы я был здесь, если бы ничего не было?» Глядя на Янь Ю, отец Яня в глазах читалась злоба. Оценив Янь Ю и Линь Цзишэна, он громко сказал: «Старейшины, вы не знаете, что сделал ваш избранный преемник, не так ли? Он влюбился в мужчину! Разве такой человек заслуживает быть главой семьи Янь?»

Он говорил громко, ожидая шокированных взглядов старейшин, ожидая, что они свергнут его с должности!

Но, к его удивлению, все присутствующие лишь молча смотрели на него и молчали, как будто все знали об этом.

Как будто все знали?

В этот момент отец Яня, казалось, что-то понял, и его лицо помрачнело. «Значит, вы все знали? И вы все согласились?»

Иначе как эти люди могли остаться равнодушными, услышав эти слова?

«Конечно, мы знаем», — сказал Первый Старейшина, с удовлетворением глядя на двух стоящих и сидящих, казалось бы, людей, находящихся в полной гармонии. «Мы даже рады этому. Янь Фань, не думай, что никто не знает, что ты тогда сделал. Ты лучше всех знаешь, почему выбрал Бай Линлин и Бай Лиер в качестве невест главы семьи».

Он слегка покачал головой, не соглашаясь. «Изначально я думал, что ты действительно делаешь это на благо главы семьи, но теперь я понимаю. Одна невинная и бойкая, наивная и ничего не понимающая; другая ревнивая и безрассудная. Эти две несовместимы в семье Бай. Брак с главой семьи ничем не поможет; на самом деле, это вызовет хаос во внутренних покоях. Самое главное, семья Бай теперь в твоих руках, глава семьи. Я прав?»

Голос Первого Старейшины был очень ровным, каждое слово четким и разборчивым, и лицо Янь Фаня побледнело. Он не ожидал, что собеседник будет знать о его поступке, и знать так ясно.

«Ну и что, если это сделал я?» Теперь, когда ситуация обострилась, он полон решимости сместить Янь Ю с поста главы семьи. «В любом случае, раз Янь Ю влюбился в мужчину, он не имеет права занимать эту должность!» «Однако

…» В этот момент отец Янь посмотрел на него с любовью, словно желая ему помочь: «В семье есть прецеденты брака с мужчиной». Это не

было выдумкой Янь Фана, чтобы подставить Янь Ю; это была правда. Отношения между телохранителями и их хозяевами обычно очень тесные. Часто чувства перерастают в братство во время общих трудностей, но нередки и случаи, когда чувства перерастают в любовь, как у Янь Ю. Такие

люди в семье Янь, как Янь Фань, отъявленный бабник и распутник, встречаются очень редко. Обычно они высоко ценят своих жен, и когда телохранитель становится их женой, они становятся еще более стойкими и настойчивыми. Поэтому однажды глава семьи, который сражался до смерти, все же женился на мужчине.

Поэтому брак Янь Юя с Линь Цзишэном не исключен, но риск чрезвычайно высок, и в него вовлечены не только Янь Юй, но и Линь Цзишэн.

Испытание было направлено не на главу семьи, а на тайных охранников. Готовность главы семьи бросить вызов семейным правилам ради своих охранников демонстрирует его решимость; теперь все зависит от реакции охранников.

Чтобы добиться признания семьи Янь в качестве «главной наложницы», она должна выполнить очень опасную миссию. Только после ее успешного и безопасного возвращения они смогут быть вместе.

«Бывший глава семьи, это правило давно отменено, поэтому, если глава семьи пожелает, он может жениться на Янь в любое время». Услышав это, Первый Старейшина, естественно, понял цель Янь Фаня: использовать эту возможность, чтобы устранить Янь.

Любой, у кого были глаза, мог видеть, насколько важен был Ян для Янь Ю. Испытания тайных охранников не обошлись без провалов; один из охранников главы семьи провалил испытание и погиб во время него. Глава семьи чуть не покончил жизнь самоубийством ради него. Услышав предсмертную запись охранника, он тяжело заболел. Придя в себя, некогда добрый и преданный человек изменился, превратившись в распутника. Его жена была фактически замучена им до смерти, в конечном итоге покончив жизнь самоубийством, когда ее сын должен был унаследовать престол.

Именно тогда семья Янь узнала, почему глава семьи так жестоко обращался со своей женой — охранник мог бы вернуться в целости и сохранности, но эта женщина, желая стать матриархом семьи Янь, тайно все испортила.

Она достигла своей цели, но так и не насладилась ни одним днем в качестве матриарха, обретя истинное утешение лишь в смерти.

Теперь глава семьи заботится о своем охраннике еще больше, чем предыдущий. Если бы с Янем что-нибудь случилось, глава семьи, несомненно, без колебаний покончил бы жизнь самоубийством, даже пожертвовав всей семьей Янь.

«Отменят эти правила или нет — для меня это совершенно неважно. Есть только один способ заставить меня отступить; иначе Янь Юй должен отправиться к дочери семьи Бай!» У бывшего патриарха не было реальной власти, но он все же мог вмешаться в одну область: брак патриарха, ведь он был его отцом.

Слова Янь Фаня заставили всех замолчать. Видя гневные взгляды, направленные на него, он почувствовал себя крайне самодовольным.

Не желает? Но что он может сделать, если не желает? Если Янь Юй хочет быть с его телохранителем, он должен согласиться на его требования. А если он согласится, разве он не сможет убить одного из телохранителей?

Даже если Янь Юй не умрет за телохранителя, он наверняка сойдет с ума, и семья Янь в конечном итоге окажется в его руках!

«Согласен». Как раз когда Янь Юй собирался отказаться, Линь Цзишэн заговорил, соглашаясь: «Ты можешь сказать мне, в чем задача, и я ее выполню».

Взгляд Линь Цзишэна, устремлённый на Янь Фана, был очень спокойным, но в то же время необычайно проницательным, словно он видел его насквозь, до самого сердца, зная его планы. Это вызвало у Янь Юя леденящий ужас. После короткого зрительного контакта он лишь неловко отвёл взгляд, его сердце наполнилось обидой.

Почему всё хорошее досталось этому мятежному сыну? Этот телохранитель казался намного лучше его собственного. Должно быть, это те старики приберегли лучшее для этого сопляка!

Ясно, Янь Фань забыл возраст Линь Цзишэна. Как мог кто-то на два года моложе Янь Юя стать его телохранителем? Это доказывало, что Янь Фань был эгоистом, любившим жаловаться.

«Янь!» Услышав согласие Линь Цзишэна, Янь Юй занервничал. Он слышал о том, что произошло тогда, и не хотел стать вторым, кто потеряет любимого человека!

«Поверь мне, я успешно вернусь». Чтобы выполнить свою следующую миссию, Линь Цзишэну пришлось оставить Янь Юя. Только после того, как всё закончилось, он смог успокоиться, заботясь об этом человеке.

Думая об этом, Линь Цзишэн почувствовал укол самоиронии. Конечно же, его миссия была важнее этого человека. Он знал, что если с ним что-то случится, Янь Юй сойдёт с ума, и всё же он решил уйти.

«Ты обещал мне, что не покинешь меня ни на шаг». Янь Юй серьёзно посмотрел на Линь Цзишэна. Ему было всё равно, на каких женщинах он женится; он всё равно не стал бы их трогать. Если они будут послушны, он оставит их дома; если непослушны, он убьёт их. Это не было проблемой. Зачем Янь Юю рисковать?

«Но я хочу быть с тобой, открыто и честно». Сказав это, Линь Цзишэн поджал губы, наклонился и нежно поцеловал его в щёку. В одно мгновение Янь Юй забыл всё, что хотел сказать, его мысли были заняты лишь одним:

Янь Юй только что поцеловал меня, он поцеловал меня по собственной воле.

Глядя на глупое выражение лица Янь Юя, Линь Цзишэн был очень доволен.

Окружающие, наблюдая за их взаимодействием, завидовали.

Увидев это, удовлетворение Янь Фаня усилилось. Он знал, что как только он разберется с этим телохранителем, Янь Юй будет повержен!

Теперь, когда он достиг своей цели, ему нужно было быстро уехать, чтобы подготовиться. Семья Янь больше не находилась под его контролем, что значительно затрудняло многие приготовления. Если он поторопится, он может упустить свой шанс!

В течение следующих нескольких дней Янь Юй полностью пренебрегал служебными обязанностями, оставаясь рядом с Линь Цзишэном. Раньше Линь Цзишэн всегда был его спутником, но теперь, когда Линь Цзишэн отправлялся на задание, он не мог спокойно отдыхать и мог только следовать за ним.

«Со мной все будет в порядке, правда, обещаю!» — твердо сказал Линь Цзишэн, но все еще испытывал некоторую тревогу. В конце концов, ему еще нужно было следить за сюжетом и навестить свою семью в этом мире.

В мировых источниках говорилось, что у Яня была любящая семья, но, к сожалению, в его детстве в семье произошли беспорядки, и каким-то образом Яня отправили на Темный Остров телохранителем Янь Юя.

Услышав слова Линь Цзишэна, Янь Юй поджал губы. Хотя он все еще был встревожен, он сдержался, решив довериться словам Яня.

Янь Юй не проводил Линь Цзишэна в день его отъезда, опасаясь, что тот может соблазниться оставить Яня там.

Из-за этого он не получил задание, которое должен был выполнить Линь Цзишэн.

Держа задание в руке, Линь Цзишэн нахмурился. Изначально он думал, что это будет связано с кем-то из той же временной линии, что и раньше, но неожиданно Янь Фань многократно усложнил миссию.

Спасти шпионов семьи Янь, недавно захваченных? Это означало отправиться в их штаб; Янь Фань практически пытался их убить.

«Янь, если тебе эта миссия покажется слишком сложной, можешь отказаться от нее». Великий Старейшина также знал о содержании миссии и подозревал, что это часть плана Янь Фаня. В конце концов, шпионы раньше ничего плохого не делали, но всех их схватили за одну ночь. Великий Старейшина категорически отказывался верить, что никто не раскрыл их личности.

Более того, Великий Старейшина был еще больше благодарен за то, что отстранил Янь Фаня от должности главы семьи. Если бы он этого не сделал, семья Янь рано или поздно была бы им уничтожена. Человек, который предает свою семью ради собственной выгоды, никогда не должен становиться главой семьи!

«Не волнуйтесь, Великий Старейшина, я верну их». Линь Цзишэн знал, насколько важны эти люди для семьи Янь, и помочь семье Янь в меру своих возможностей было для него вполне по силам.

«Дитя, спасибо за вашу работу». Глядя на Линь Цзишэна, как мог Великий Старейшина не понимать, почему тот согласился? Глава семьи действительно обладал превосходным чутьем; такой человек подходил не только на роль телохранителя, но и на роль «главы семьи».

Когда Линь Цзишэн прибыл на место выполнения задания, он понял, насколько сложной будет эта миссия. В оригинальной временной линии захваченный человек был всего лишь шпионом низкого ранга, и его арестовала лишь небольшая семья. Но теперь это была семья среднего размера. Не говоря уже о Яне в одиночку, даже с Янь Юем добиться успеха было бы невозможно.

К счастью, здесь стоял Линь Цзишэн, что значительно повысило шансы на успех.

«001, найди и определяй местонахождение людей, которых нужно спасти, и врага». Теперь, когда у Линь Цзишэна есть чит-код 001, миссия, естественно, стала намного проще.

Однако, когда перед Линь Цзишэном появилась карта, он понял, насколько наивен был. Он думал, что Янь Фань хочет его смерти, но не ожидал такой безжалостности. Он не только захватил людей, но и напомнил им о необходимости патрулирования. Теперь же, похоже, здесь, вероятно, находятся все члены семьи.

[Ведущий, я получил информацию из главной системы. Эта так называемая семья среднего размера на самом деле является фракцией Янь Фана. Янь Фан сейчас делает всё возможное, чтобы устранить вас; если она потерпит неудачу, она потеряет всё.] Хотя это и не вся сила Янь Фана, это всё же основная группа. Остальные — всего лишь горстка, не представляющая угрозы для Янь Ю.

«В таком случае, никого из этих людей нельзя оставлять в живых, иначе они станут для нас препятствием». Сказав это, Линь Цзишэн, не потрудившись спрятаться, направился к воротам.

Под пристальным взглядом наблюдателей он распахнул железные ворота, отчего у всех по спине пробежал холодок.

Распахнуть внешние ворота одним ударом — такая сила, вероятно, мгновенно убьёт человека. Этот человек определённо опасен!

Янь Фан, наблюдавший из тени, ещё больше укрепился в своём желании убить Линь Цзишэна. Возвращение такого человека на сторону Янь Ю было бы огромным недостатком; он должен остаться!

[Ведущий, пожалуйста, будьте осторожны.] Впереди, в положении «три часа», к вам приближаются двое вооруженных людей. Вероятно, вы столкнетесь с ними примерно через пять секунд.] Это было крайне опасно, поэтому 001 заблаговременно предупредил Линь Цзишэна.

Услышав это, Линь Цзишэн слегка прищурился и мысленно отсчитал «4, 3, 2, 1». Досчитав «1», он выхватил из рук два метательных ножа, которые попали мужчинам прямо между бровей. Двое мужчин бесшумно упали на землю, даже не успев перевести дыхание.

Холодное оружие против огнестрельного — холодное оружие побеждает!

Двое убитых так и не поняли, как им так легко досталось от рук противников.

Следуя предупреждению 001, Линь Цзишэн продолжил движение к месту назначения. Однако враги были слишком плотно сгруппированы. Даже тщательно избегая их, он все равно сталкивался с двумя или более группами людей. Постепенно Линь Цзишэн начал получать раны.

Хотя вампирская кровь даёт иммунитет к огнестрельному оружию, Линь Цзишэн — всего лишь человек, активировавший свою вампирскую родословную, а не настоящий вампир. Оружие его противников всё ещё может оставлять раны, и его собственные травмы со временем усугубляются. Из-за кровопотери

и постоянного запаха крови глаза Линь Цзишэна постепенно покраснели. Хотя его волосы и клыки ещё не изменились, 001 знает, что Линь Цзишэн вот-вот потеряет контроль.

[Хозяин, эта территория находится под наблюдением! Вы не можете потерять контроль!] Потеря контроля сейчас сделает Линь Цзишэна врагом всего человечества, и 001 не может позволить своему хозяину пойти на такой риск.

«Я знаю, я не потеряю контроль».

Всё это палка о двух концах. Вампирская кровь действительно значительно помогает Линь Цзишэну, особенно в ускорении заживления ран. Однако чрезмерная кровопотеря усиливает его жажду крови.

Теперь он механически убивает своих врагов; Если он хоть немного осторожничает, его притянет к их крови, и нет никакой гарантии, что тогда произойдет.

Наконец, прежде чем Линь Цзишэн окончательно потерял контроль, со всеми врагами было покончено, и он успешно добрался до секретной комнаты, где содержались скрытые агенты.

В тот момент, когда дверь открылась, люди внутри настороженно посмотрели на него, но, поняв, что перед ними кто-то знакомый, наконец вздохнули с облегчением.

«Янь, зачем ты здесь?» Хотя Янь должен был быть одним из их людей, они уже не были так уверены, потому что увидели несколько знакомых лиц среди патрульных снаружи.

«Я пришел спасти тебя». Линь Цзишэн прислонился к стене комнаты, тяжело дыша. Вид стольких живых людей в комнате усилил жажду крови Линь Цзишэна. «Уходите сейчас же, мы не знаем, придет ли подкрепление позже. Уходите сейчас же чисто и не оглядывайтесь».

Что касается него, он останется здесь на некоторое время. Линь Цзишэн действительно боялся уйти, не утихомирив свою жажду крови; он боялся, что действительно потеряет контроль над собой снаружи.

Услышав слова Линь Цзишэна, все пришли в возбуждение. Только лидер смотрел на Линь Цзишэна с тревогой в глазах. Он понимал, что Линь Цзишэн не в лучшем состоянии, но не знал, чем может помочь.

«Не беспокойтесь обо мне, просто уходите. Со мной все будет в порядке». Увидев решительный взгляд Линь Цзишэна, мужчина наконец кивнул и выбросил предмет.

Наконец, немного прислонившись к стене, холод помог Линь Цзишэну прийти в себя. Как раз когда он собирался уйти, он услышал резкий крик 001: [Хозяин, беги! Здесь не только патрульные, но и зарытая под землей взрывчатка, которой хватит, чтобы уничтожить все вокруг!] Услышав это, Линь Цзишэн быстро встал и выбежал наружу, мысленно виня себя за то, что слишком сильно поддался влиянию временной линии. В оригинальной временной линии бомба взорвалась, как только Ян ступил на территорию противника. Ян погиб не от взрыва, а от рук людей, посланных Янь Ю.

Прибыв на место и не обнаружив бомбы, они предположили, что враг её не подготовил.

В этот момент Линь Цзишэн понял намерения Янь Фаня: он хотел смерти Линь Цзишэна. Что касается семьи Янь, то после смерти Линь Цзишэна и краха Янь Юя все они станут его войсками; как он мог так легко их потерять!

Но к тому времени было уже слишком поздно. Когда раздался взрыв, его последней мыслью было, что он не сможет выполнить своё обещание вернуться к Янь Юю.

В тот же момент, когда взорвалась бомба, Янь Юй, находившийся на главном острове, внезапно схватился за грудь. Непрекращающаяся боль пронзила его, чуть не задушив.

В этот момент Великий Старейшина принёс известие: «Патриарх, спасательная операция провалилась. Все были спасены, но молодой господин Янь из-за безжалостности врага в последний момент взорвал бомбу и не успел сбежать…»

*Глухой удар

*. Ручка в руке Янь Юя упала на землю, и он замер в оцепенении.

Бомба, взрыв, Ян, не успел сбежать...?

Глава 4.8

Глава 43 4.08 Невинный и игривый Белый Лотос

«Патриарх!» В тот же миг Великий Старейшина увидел, как тело Янь Юя закачалось, словно он мог упасть в любой момент, и так испугался, что быстро шагнул вперед, чтобы поддержать его.

«Я в порядке», — Янь Юй махнул рукой, позволяя Великому Старейшине отступить. Он не любил, когда кто-то приближается,

и, кроме Яня, не мог терпеть никого другого. Если бы кто-то еще приблизился, он стал бы еще невыносимее. «Тщательно расследуйте это дело. Я хочу знать, что произошло!» Янь не попадет в беду. Он знал навыки Яня, и Ян сказал, что вернется, так что он обязательно вернется. Ему не нужно было ничего делать; ему нужно было просто доверять ему и ждать его возвращения!

Но теперь странное спокойствие Янь Юя еще больше встревожило Великого Старейшину. Если он действительно совершил сейчас что-то опасное, возможно, Великий Старейшина почувствует себя немного спокойнее. Выговорившись, Патриарх в конце концов придёт в себя. Но это странное спокойствие не позволяло никому его утешить.

«Патриарх, вы… в порядке?» Наблюдая некоторое время, Великий Старейшина заметил, что выражение лица Янь Юя даже смягчилось. Ситуация была действительно странной. Неужели Патриарху всё равно на Яня?

Эта мысль была быстро подавлена Великим Старейшиной. Патриарх никак не мог быть безразличен к Яню. Все ясно видели, что Патриарх беспокоился каждый раз, когда Ян отправлялся на задание. Как всё это может быть притворством?

«Я в порядке. Пусть люди внизу проведут расследование и выяснят, что на самом деле произошло на этот раз. Я не верю, что это был несчастный случай», — Янь Юй махнул рукой, отпуская Великого Старейшину. Но когда Великий Старейшина подошел к двери, он услышал, как мужчина пробормотал себе под нос: «Как я могу быть в порядке? Я обещал Яну, что буду ждать его возвращения. Если он вернется и увидит, что мне плохо, он рассердится».

Голос был несколько глуповат, но невероятно душераздирающим.

Теперь Великий Старейшина понял, что Патриарх не был безразличен, а скорее заставлял себя верить, что с Яном все в порядке. Но при таком мощном взрыве, был ли у Яна действительно шанс выжить?

«Старейшина, Патриарх…» Несколько человек ждали у двери. По правде говоря, они не хотели рассказывать Патриарху о смерти Яна. Такие дела можно было держать в секрете как можно дольше. Все они знали, насколько важен был Ян в глазах Патриарха. Теперь, когда Ян погиб в этой миссии, как Патриарх мог это вынести?

С того момента, как Ян отправился в миссию, Патриарх думал об их свадьбе, готовясь провести ее, как только Ян вернется. Эта пылкая преданность заставляла всех, кто видел это, понимать, насколько важен Ян в сердце Патриарха. И вот этого человека больше нет. Разве Патриарх не сломается?

«Патриарх… похоже, не верит, что Янь мертв», — Первый Старейшина покачал головой с горькой улыбкой. Он понимал патриарха; если бы он был на его месте, он бы тоже не поверил. «Теперь все расходитесь. Идите выясняйте, кто за этим стоит. Наших агентов под прикрытием не могли уничтожить за один день; должен быть заговор. Что касается патриарха… по крайней мере, сейчас не о чем беспокоиться. До обнаружения тела Яня патриарх не станет причинять себе вред».

Вспоминая предыдущую реакцию Янь Юя, Первый Старейшина был несколько ошеломлен. Она была слишком похожа; даже реакция нынешнего патриарха была более резкой, чем у предыдущего. Если подтвердится, что Янь больше не жив, независимо от того, связано ли это дело с предыдущим патриархом, ему придется заплатить за смерть Яня.

В конце концов… если бы не его идея, как мог случиться этот несчастный случай с Яном? Некоторые люди действительно не знают, как умирать.

Возможно, потому что Ян всегда был рядом с ним, мягкий нрав патриарха заставил всех неправильно понять его истинную природу. Теперь, когда самый важный для него человек был предан, если бы патриарх не вмешался, он бы не был патриархом.

«Старейшина, мы понимаем. Мы выясним правду как можно скорее». Что касается ситуации Яна, давайте не будем говорить главе семьи; он, вероятно, не сможет с этим справиться.

«Идите. Что бы вы ни узнали, не скрывайте это от главы семьи. В конце концов…» Этот человек — самый важный для главы семьи. Если что-то будет скрыто, глава семьи обязательно это раскусит.

Даже если тот, кто это скрывает, желает добра, глава семьи может этого не оценить.

Группа обменялись взглядами, а затем наконец кивнула. Независимо от исхода, раз уж старейшина так сказал, они сделают так, как он велел.

«Надеюсь, глава семьи выздоровеет». Хотя старейшина тоже надеялся на благополучное возвращение Яня, все понимали, что это практически невозможно. Кто может выжить после мощного взрыва?

В этот момент все в семье Янь зашевелились, пытаясь выяснить правду о случившемся.

Янь Фань, ожидавший известий о потере сознания Янь Юя, становился все более беспокойным. Ситуация была крайне напряженной в последние несколько дней, и его несколько раз чуть не обвинили. Хотя он использовал своих сообщников, чтобы отвлечь внимание семьи Янь, он знал, что, хотя такие инциденты могут быть управляемыми один или два раза, повторение неизбежно вызовет подозрения.

«Патриарх, это дело, вероятно, станет сложным», — сказал патриарх семьи Бай, с леденящим душу чувством глядя на Янь Фаня, сидящего на главном месте. Изначально он думал, что при поддержке патриарха и патриарха семьи Янь он сможет прийти к власти в одночасье, но теперь казалось, что это не короткий путь, а тупик!

Никто не ожидал, что патриарх окажется настолько дерзким, что нападет на охрану самого патриарха семьи Янь, чтобы завладеть всем имуществом семьи.

«Это сложно, очень сложно! Что еще можно сказать, кроме «сложно»? Бесполезно!» Янь Фань был взволнован, его сердце переполняло беспокойство, что это дело раскроется. Если Янь Юй узнает, то…

И если бы об этом знал только Янь Юй, даже знание о том, что Янь погиб от его рук, не было бы проблемой. Он боялся, что семья Янь обнаружит, что он был организатором.

Семья Янь ненавидела предательство больше всего на свете. Если бы они узнали, что именно он внедрил шпионов, даже если бы Янь Юй умер, он не смог бы стать главой семьи Янь.

«Патриарх, может, нам спрятаться за границей на некоторое время и вернуться, когда все успокоится?» Это было лучшее решение, которое мог придумать глава семьи Бай. В данный момент семья Янь вела себя как бешеные псы, неустанно выискивая любую зацепку!

«Прячьтесь, прячьтесь, прячьтесь! Зачем мне прятаться? Пока я преодолею это препятствие и подожду решения Янь Юя, я буду главой семьи Янь. Зачем мне прятаться!» Хотя Янь Фань теперь понимает, что слова главы семьи Бай имеют смысл, как она могла отказаться от власти, которая вот-вот окажется в её руках!

Видя упрямство главы семьи Бай, глава семьи Бай понял, что на него нельзя полагаться. Было только два способа защитить семью Бай: первый — немедленно покинуть страну и вернуться, как только буря утихнет; второй — рассказать главе семьи Янь всё до того, как семья Янь сможет расследовать дело его господина. Только так семью Бай можно было спасти, но с этого момента семья Бай стала бы полным вассалом семьи Янь.

Однако выбор первого варианта не имел бы большого значения. Если семья Бай уйдёт сейчас, то только из чувства вины. Семья Янь, возможно, какое-то время не найдёт никаких доказательств против семьи Бай, но они никогда больше не будут им доверять. Без поддержки семьи Янь, в сочетании с нынешним жестоким обращением со стороны его господина, семья Бай, вероятно, будет сильно ослаблена, что сделает возрождение невозможным.

Глава семьи Бай теперь сожалел о том, что был введён в заблуждение Янь Фаном; если бы он не поддался словам Янь Фаня, он не оказался бы в этом затруднительном положении.

«О чём ты думаешь?» — Увидев, что глава семьи Бай погружен в размышления, Янь Фань прищурился. — «Быстро придумай осуществимый план!» —

«Глава семьи, сейчас лучший выход — это нам всем вместе покинуть страну и уничтожить все улики. Хотя семья Янь всё ещё будет нас подозревать, у них не будет никаких доказательств». Это единственный способ обеспечить нашу безопасность, и он, и Янь Фань должны были это понимать.

Но Янь Фань не хотел этого делать. В его глазах всё в семье Янь вот-вот должно было принадлежать ему, а теперь он должен был сбежать, поджав хвост? Как он мог это терпеть!

— «Глава семьи!» — Видя Янь Фаня в таком состоянии, как мог глава семьи Бай не понимать, о чём он думает? Но всё, что он задумал, было невозможно осуществить!

Не говоря уже о том, что теперь они были полными подозреваемыми в глазах семьи Янь. Все подозревали, что это сделал Янь Фань, но поскольку доказательств ещё не было найдено, они были спокойны. Как только доказательства будут найдены, это будет конец для Янь Фаня и семьи Бай!

«Заткнись! Теперь я глава семьи Бай. Если хочешь уйти, убирайся!» Янь Фань был полностью одержим. Что бы он ни думал, он был убежден, что станет главой семьи Янь. Любой, кто хотел, чтобы он ушел, был его врагом.

Глава семьи Бай понимал это, поэтому перестал пытаться уговаривать его и начал думать о собственном пути к побегу. Он знал, что больше не может следовать за своим господином. Если он продолжит, результатом станет не только семья Бай, но и их жизни!

Уйти или сдаться семье Янь — зависело от выбора главы семьи. Если бы он действительно хотел уничтожить семью Бай, он не был бы таким безжалостным!

Однако, хотя план главы семьи Бай был хорош, многое застало его врасплох.

Например, отношение его дочерей.

«Разве я не выразился ясно? От того, что вы останетесь, никакой пользы не получите!» Глядя на своих двух дочерей, которые отказывались уходить, глава семьи Бай был убит горем.

Он просто не мог этого понять. Если бы это был тот глупец Бай Лиер, который отказывался уходить, он бы понял, но почему Линлин, эта умная девочка, так упрямится сейчас?

«Папа, Ян мертв, не так ли?» Глядя на выражение лица отца, Бай Линлин поняла, что Ян, должно быть, мертв, иначе отец не был бы таким неуправляемым. Но Бай Линлин этого хотела с самого начала. Если бы Ян не был мертв, как она могла стать женой брата Яна!

«Откуда ты знаешь?» Услышав это от дочери, глава семьи Бай вдруг почувствовал, что ситуация выходит из-под контроля. Неужели его дочь была замешана с самого начала?

«Конечно, знаю», — в голосе Бай Линлин звучала глубокая самодовольность, а взгляд, устремленный на отца, был полон откровенного хвастовства. «Это я сказала главе семьи, что брату Яну нравится Ян. Хм, он всего лишь мужчина. Какое право он имеет становиться женой брата Яна? Брат Ян даже хочет выйти за него замуж!» Услышав

это, глава семьи Бай понял, что на этот раз семье Бай действительно конец. Если бы не действия его дочери, возможно, семья Бай избежала бы гибели, но теперь… они действительно на грани уничтожения!

Теперь всем очевидно, что Янь Юй заботится о Яне. Теперь, когда ее дочь стала причиной смерти Яна, если семья Янь узнает правду, забудьте о том, чтобы стать их женой; просто выжить будет чудом!

«Бай Линлин, я сначала думал, что ты умная, но теперь кажется, что ты еще более безмозглая», — глава семьи Бай теперь понимает, какой выбор защитит его. «Ты должна заплатить за свои поступки. Жить тебе или умереть — не мое дело!»

Выражение лица Бай Линлин на мгновение изменилось после слов главы семьи, но ее глаза тут же наполнились решимостью. В конце концов, глава семьи пообещал, что как только он вернется в семью Янь, она станет женой Янь Юя и его единственной женой!

Глядя на свою дочь, которую уже не спасти, глава семьи Бай размышлял, как объяснить всю эту историю главе семьи Янь, не будучи уничтоженным!

...

Время пролетело быстро, и полмесяца пролетели в мгновение ока. От Янь по-прежнему не было никаких известий, и личность виновника предыдущего инцидента оставалась неясной.

Как бы семья Янь ни старалась, их зацепки всегда обрывались, прежде чем их удавалось найти. Если бы это случилось только один раз, люди могли бы подумать, что это совпадение, но снова и снова семья Янь понимала, что в их рядах есть предатель!

«Все еще нет новостей?» Хотя полмесяца — это не так уж много, Янь Юй казалась совершенно другим человеком. Хотя она все еще выглядела так же, ее характер стал еще холоднее.

«Еще нет, глава семьи. Отсутствие новостей — это хорошие новости в наши дни». Видя, как Янь Юй полностью замкнулась в себе из-за исчезновения Янь, Великий Старейшина почувствовал боль в сердце, но он также понимал, что если Янь не появится снова, семья навсегда останется в таком состоянии.

«Вы выяснили, кто за этим стоит?» Как и сказал Великий Старейшина, отсутствие новостей — хорошие новости. Лучше, чтобы Ян пропал без вести, чем знать, что он мертв. Хотя все знают, что Ян, скорее всего, мертв, пока они не видели его тела, Ян Юй может обманывать себя, веря, что его Ян жив!

«Нет, но это должно быть связано с Янь Фаном. Те, кто находится в заключении, говорят, что видели среди них знакомые лица, но поскольку всем давали галлюциногенные препараты, мы не можем подтвердить, говорят ли они правду». Великий Старейшина тоже сожалел об этом, но, судя по использованным методам, очень вероятно, что за этим стоит Ян Фань.

«Тогда проведите тщательное расследование. Если нет доказательств, просто создайте их». Ян Юй опустил веки и говорил спокойным тоном, но Великий Старейшина знал, что Патриарх больше не может сдерживаться.

«Но Патриарх, он ведь твой отец». Хотя действия Янь Фана были совершенно за гранью того, что мог сделать отец, его личность нельзя было отрицать.

«Ну и что, если он мой отец? Значит ли это, что я могу быть освобожден от закона только потому, что он мой отец? Старейшина, я отстаиваю справедливость, жертвуя семейными узами в этот момент». Ян Юй говорил спокойно, но ненависть в его глазах была очевидна.

Услышав слова Ян Юя, как мог старейшина отказать? Этот ребенок всегда был бессердечным; единственным человеком, которого он по-настоящему принимал, был Ян. Теперь Ян мертв, его судьба неизвестна. Чудом он не сошел с ума.

Как раз когда старейшина потерял дар речи, кто-то постучал и вошел. Он опустился на колени перед Ян Юем, протянув ему обеими руками два предмета.

«Учитель, это то, что я забрал у женщины, которая пыталась подстрекать нас, пока я был заключен в тайной комнате. Эта вещь выглядит знакомой, поэтому я отдаю ее вам». Он всегда чувствовал, что этот предмет очень знаком, но не мог вспомнить, откуда он взялся.

Когда Янь Юй увидел предмет, выражение его лица резко изменилось, глаза налиты кровью и сверкают свирепым блеском. «Это действительно он!» —

практически выплюнул он эти четыре слова сквозь стиснутые зубы, лицо исказилось от ярости, от него исходила непреодолимая жажда убийства.

Он узнал его — нет, каждый член семьи Янь в этом поколении знал, что это — герб семьи Янь. Однако этот герб не был официальным; это был герб, который Янь Фань создал тайно, чтобы подтвердить статус своей семьи. Только те, кто был связан с Янь Фанем, обладали таким гербом!

«Хорошо, теперь, когда мы знаем, кто это сделал, мы можем закрыть сеть!» Жизнь его возлюбленной была в опасности; как можно было так легко погасить этот долг?

«Патриарх, я понимаю ваши мысли, но этого недостаточно в качестве доказательства». Это лишь доказывает, что это место связано с Янь Фанем, но не доказывает, что Янь Фань — главный организатор.

Как раз когда Янь Юй собирался возразить, вошел Второй Старейшина. «Патриарх, патриарх семьи Бай просит аудиенции». Бросив взгляд на Янь Юя, Второй Старейшина продолжил: «Патриарх семьи Бай, похоже, располагает большим количеством доказательств по этому делу, поэтому…» Лучше всего будет встретиться с ним.

Войдя в гостиную, Янь Юй с улыбкой посмотрел на смиренно склонившуюся на колени фигуру.

«Говори, что ты знаешь?» Он не стал спрашивать, чего хочет патриарх семьи Бай; если его ответ его удовлетворит, он не будет против подыграть и исполнить его желание.

«Простите мою ошибку, Патриарх», — сказал патриарх семьи Бай, его смирение стало еще более суровым после слов Янь Юя, и он практически распростерся на земле. «Вся эта история произошла из-за моей дочери, Бай Линлин. Она рассказала старому патриарху о вашей связи с господином Янем, поэтому старый патриарх хотел использовать это, чтобы контролировать вас. Хотя семья Бай связана с семьей Янь, мы больше склоняемся к старому патриарху из-за его прошлого покровительства».

В этот момент глава семьи Бай был в отчаянии. Он понимал, что это его единственный шанс; если он не добьётся прощения Янь Ю, семья Бай будет уничтожена, а он сам, скорее всего, погибнет.

Янь Ю не ответила на его слова, но пристально смотрела на него ледяным взглядом.

После долгой паузы Янь Ю наконец сдался. «Говори, что случилось? Если ты объяснишь всё ясно, я пощажу тебя и семью Бай. Если нет, семья Бай исчезнет вместе с тобой!»

Услышав это, глава семьи Бай больше не смел лгать и тут же рассказал ему всё, что знал.

«Какие у тебя есть средства, чтобы доказать правдивость своей истории?» Выслушав всё, Янь Ю успокоился. В его голове была только одна мысль: месть за Янь. Пусть все, кто причинил вред Янь, умрут!

«Да, чтобы семья Бай не была в это вовлечена, я сделал запись. На ней чётко запечатлён план старого главы семьи». Его первоначальная цель заключалась просто в том, чтобы Янь Фань не забыл семью Бай после своего успеха. Он никак не ожидал, что это в конечном итоге станет для него средством защиты семьи Бай.

«Очень хорошо, в таком случае мы сможем противостоять Янь Фаню!» Теперь Янь Юй больше не считал Янь Фаня своим отцом; в его сердце Янь Фань был его врагом! Когда Янь Фань получил приглашение

от Янь Юя

, он был потрясен. Он думал, что Янь Юй уже почти сошел с ума, но, к его удивлению, он оставался в здравом уме — это было поистине невероятно.

Он даже задавался вопросом, любил ли Янь Юй когда-нибудь того телохранителя по имени Янь, или... это на самом деле приманка, чтобы выманить его?

Думая об этой возможности, Янь Фань стал крайне осторожен. Хотя он не мог быть уверен, такая возможность все еще существовала, и если это правда, то это будет действительно проблематично!

Поэтому, приняв приглашение Янь Юя, он взял с собой всех телохранителей, которые сопровождали его, когда он покидал семью Янь, что дало ему некоторое чувство безопасности.

Однако, когда они прибыли на главный остров, ловушка, которую ожидал Янь Фань, не материализовалась. Атмосфера была мирной, как у семьи за обычным обедом. Но чем спокойнее становилось, тем больше Янь Фана охватывало беспокойство. Хотя он и не был свидетелем методов своего сына, это не означало, что он ничего о них не знал.

Он убил личного телохранителя Янь Юя, а тот был так безразличен — что-то определенно было не так!

Наконец, после ужина, Янь Юй заговорил: «Отец, на самом деле, я не просил тебя сегодня приехать на остров по какому-либо важному поводу. Я просто хотел спросить, знаешь ли ты, кто стоял за убийством этого шпиона?»

Решив отбросить все притворства, Ян Юй больше не хотел притворяться. Он прямо заявил другой стороне о своей цели. Сейчас ему не нужны были объяснения; все доказательства были налицо. Он хотел исполнить желания другой стороны. Как только другая сторона почувствует, что её желания вот-вот исполнятся, он погрузит её в пучину отчаяния!

«Я не знаю, кто это сделал. Хотя я проводил расследование, ничего не нашёл», — буднично сказал Ян Фань. Поскольку семья Янь так долго искала и ничего не нашла, он, естественно, ничего не мог знать.

«Неужели?» Услышав слова Ян Фаня, Ян Юй вдруг улыбнулся, и эта улыбка заставила Ян Фаня почувствовать опасность. «Если отец не знает, то пусть я ему скажу. Я только надеюсь, что отец сможет понести наказание».

Слова Ян Юя были словно закодированный сигнал. Из соседней комнаты вышел человек, глядя на Ян Фаня с явной насмешкой.

Увидев этого человека, Янь Фань был ошеломлен, потому что это был Бай И — нынешний глава семьи Бай.

«Ты… зачем ты здесь?!» Увидев Бай И, Янь Фань внезапно почувствовал неладное, словно что-то вышло из-под его контроля.

«Конечно, это для спасения моей жизни, Патриарх. Ты должен понимать, какие будут последствия, если твои действия будут раскрыты, но ты пренебрег безопасностью семьи Бай и все равно сделал это. Даже когда я просил тебя уйти, ты отказался. Семья Бай больше не имеет для тебя никакой ценности, а для меня семья Бай — это все!» Бай И знал, что так и будет, когда решил подчиниться Янь Юю, поэтому он ни секунды не колебался, произнося эти слова.

«Отец, ты понимаешь, что говоришь?!» Бай Линлин, которая до этого тихо сидела в стороне, наконец не смогла сдержаться, услышав слова Бай И. Ее желание вот-вот должно было сбыться, почему же отец должен был все испортить в этот момент!

«Конечно, я знаю, и я уже рассказала патриарху Яну о том, что ты сделал». Бай И посмотрел на Бай Линлин, его глаза были полны любви и нежности, словно он всё ещё был тем любящим отцом. Но каждое его слово пронзало сердце Бай Линлин. «Не называй меня папой, я не вынесу этого. Такая, как ты, которая готова всё разрушить ради себя, — не моя дочь».

Чтобы стать женой Янь Юя, чтобы исполнить свои желания, Бай Линлин полностью бросила семью Бай. Если бы это было так, у него не было бы этой дочери!

«Отец, что ты говоришь? Я… я не понимаю». Бай Линлин широко раскрыла глаза и энергично покачала головой, выглядя потрясённой, с глубокой болью в глазах, словно её сильно обидел отец.

Но никто из присутствующих не оценил этого, никто даже не взглянул на неё.

«Отец, тебе есть что сказать? Если нет, тогда посмотри на мои доказательства». Янь Юй улыбнулся, даже в его глазах читалась улыбка. Этот Янь Юй был слишком ненормальным.

И окружающие Янь Ю, и Янь Фань понимали, что Янь Ю близок к пределу своих возможностей. Он находился в странном равновесии между сомнениями в смерти Яня и убеждением, что тот жив. Как только это равновесие будет нарушено, Янь Ю, скорее всего, окончательно сломается.

«Доказательства не нужны», — сказал Янь Фань, уже поняв состояние Янь Ю, и, естественно, нашел способ справиться с ситуацией. Он шаг за шагом подошел к Янь Ю с уверенной улыбкой на лице. «Признаю, что я все это сделал, и у меня есть еще кое-что, что я хочу тебе сказать».

Увидев странную улыбку Янь Фаня, Великий Старейшина внезапно почувствовал неладное. Как раз когда он собирался остановить Янь Фаня, собеседник заговорил: «Разве ты всегда не хотел знать, где находится твой тайный охранник? Теперь я могу сказать тебе, он мертв!»

Мертв...? Кто умер? Янь?

На мгновение разум Янь Юя опустел. Он не мог понять, что говорит собеседник. Он понимал каждое слово по отдельности, но почему все они вместе казались такими непонятными?

«Не веришь мне?» Видя, что Янь Юй ещё не сломался, Янь Фань продолжил: «Могу сказать тебе, я взорвал бомбу. Я ясно видел это на записях с камер видеонаблюдения. Твой любимый телохранитель был разорван на куски. Ха, Янь Юй, разве ты его не любил? Почему ты всё ещё жив, когда он мертв?»

Он мертв... почему я всё ещё... жив?

Он мертв? Кто он? Янь...?

В голове Янь Юя, несколько заторможенного, мелькнули слова Янь Фаня.

Зачем ему жить, если Янь мертв? Янь… мертв, зачем ему жить…

почему…

потому что… он хочет отомстить за Яня, заставить тех, кто убил Яня, пожалеть о своей смерти!

Увидев, как Янь Юй внезапно замолчал, все забеспокоились. Хотя все с самого начала догадывались, что судьба Яня мрачна, сможет ли глава семьи действительно вынести эти слова Янь Фаня?

Однако глаза Янь Фаня были полны волнения. Видя состояние Янь Юя, он понимал, что не сможет этого вынести. Раз уж так, он милосердно отпустит его!

С самодовольной улыбкой Янь Фань потянулся к шее Янь Юя. Одним легким прикосновением этот человек исчезнет из мира, и он снова сможет завладеть семьей Янь. Кто мог возразить?

Но прежде чем его рука успела коснуться Янь Юя, его собственную шею крепко схватили большие руки. Эти руки были очень умелыми, позволив ему испытать удушье, не умирая быстро. Это было сделано не для того, чтобы убить его, а чтобы замучить.

«Ха, Янь Фань, разве ты не спрашивал меня, почему я всё ещё жив? Как я могу вынести смерть, когда все вы, кто причинил боль Янь, всё ещё живы!» Янь Юй поднял голову, его некогда ясные глаза теперь были полны кровожадности, на лице свирепая улыбка. Из-за своего роста Янь Юй смотрел на Янь Фаня сверху вниз, солнечный свет позади него отбрасывал тень на его лицо, и только его кровожадные глаза встречались с взглядом Янь Фаня.

«Нет… нет, не убивай меня… нет!» Лицо Янь Фаня уже побагровело от удушья, он чувствовал усиливающееся давление на шею. Янь Фань знал, что сегодня для него действительно конец. Он думал, что после такой провокации другой человек потеряет контроль.

Но другой человек действительно потерял контроль, но эта потеря контроля была не тем, чего он хотел. Он хотел смерти Янь Юя, а не себя!

«Патриарх… он сошёл с ума…»

Великий Старейшина не произнёс это вслух, но все присутствующие поняли, что патриарх окончательно потерял рассудок, желая лишь убить всех, кто причинил боль Яню.

В этот момент Янь Юй одной рукой схватил Янь Фаня за шею, но его взгляд был прикован к Бай Линлин.

Этот человек также был убийцей Яня; ни одного из них нельзя было отпустить!

Понимая мысли Янь Юя, Великий Старейшина немедленно шагнул вперёд, чтобы остановить его. Великий Старейшина знал, что Патриарх питал желание отомстить за Яня; если месть действительно будет совершена, Патриарх может никогда не оправиться!

«Патриарх, вы не можете убить этих двоих. Они причинили боль молодому господину Яню. Молодой господин Ян должен отомстить им сам. Запереть их в тёмной комнате и как следует наказать, а затем дождаться возвращения молодого господина Яня и разобраться с ними самому. Что вы скажете?» Голос Великого Старейшины был очень тихим, он боялся, что если он повысит голос, Янь Юй действительно задушит людей в своих руках.

«Подожди, пока Ян вернется, и сам разберись с этими людьми…»

«Да, подожди, пока молодой господин Ян вернется, сам разберись с этими людьми». Великий Старейшина наконец вздохнул с облегчением, увидев, как Ян Юй, услышав его слова, постепенно ослабил хватку.

«Ян вернется?» Благодаря словам Великого Старейшины, Ян Юй, казалось, немного пришел в себя и посмотрел на него с надеждой в глазах.

«Конечно, молодой господин Ян настолько способный, что обязательно вернется. Патриарх, вы должны верить в молодого господина Яна». Глядя на патриарха, Первый Старейшина не знал, что сказать. Этот человек, такой могущественный, теперь был полон надежды благодаря этой почти несбыточной надежде.

«Хорошо, подожди, пока Ян… вернется…» Сказав это, Ян Юй, казалось, потерял все силы и рухнул на землю. В этот момент по его разбитому глазу медленно потекла слеза, окрашенная в кроваво-красный цвет.

«Кровавые слезы…»

Кто-то произнес эти слова, мгновенно заставив всех замолчать.

Какая глубокая любовь может заставить человека потерять рассудок, услышав имя другого, и при этом оставаться спокойным, услышав его снова?

...

В больнице в палате лежал молодой человек. Его лицо было бледным, тело покрыто бесчисленными ранами, большими и маленькими, и он был полностью перебинтован. Издалека он выглядел как мумия. Однако никто не смеялся над его видом, потому что его состояние было настолько жалким. Даже сквозь бинты проступала кровь.

«Доктор, как ребенок?..» — женщина с тонкими бровями стояла у двери палаты, ее лицо выражало тревогу. У молодого человека на кровати не было серьезных травм на лице, поэтому можно было смутно разглядеть его сходство с женщиной за дверью.

«Состояние пациента очень стабильное, ему ничего не угрожает. Пожалуйста, будьте уверены». Видя ее тревожное выражение, доктор понял, что она беспокоится о пациенте, поэтому его тон был очень мягким. «Не волнуйтесь, он потерял сознание лишь временно из-за сильной кровопотери и травмы головы».

«Правда? Это… это так хорошо, дитя мое, дитя мое, с ним все в порядке». Услышав слова врача, молодая женщина не смогла сдержать слез.

Врач привык к ее плачу. Она была рядом с пациентом с первого дня, всегда проверяла его и тихо рыдала, убеждаясь, что он в безопасности. Позже он узнал, что ее беспокойство по поводу молодого человека было вызвано возможностью того, что он может быть их давно потерянным ребенком.

Он вспомнил, как после получения результатов ДНК-теста она держала молодого человека на руках и долго плакала; она искренне любила своего ребенка.

«Дорогая, не плачь. С нашим ребенком все в порядке. Не волнуйся, он проснется». Мужчина, стоявший рядом с молодой женщиной, нежно похлопал ее по плечу, затем повернулся к молодому человеку, лежащему в палате, его глаза были полны беспокойства.

Их ребёнок наконец вернулся, но залитая кровью сцена глубоко встревожила их обоих.

Глава 4.9

Глава 44 4.09 Невинный и игривый белый лотос.

Вне поля зрения двоих над больничной койкой парил котёнок, его маленькое личико выражало беспокойство.

Состояние хозяина казалось очень серьёзным; если это продолжится, неизвестно, очнётся ли он.

На самом деле, ни Линь Цзишэн, ни 001 не рассчитывали выжить.

Подземная бомба уже взорвалась, и как бы быстро ни двигался Линь Цзишэн, он не мог выбраться из взорванного дома. Он был практически в отчаянии. В последний момент он вспомнил об одном навыке выживания, которым обладают вампиры — сжигании собственной крови для телепортации в другое место.

Конечно, с его полупродуманной родословной графа-вампира Линь Цзишэн не мог совершать целенаправленную телепортацию; он мог телепортироваться только случайным образом. Он решил, что если телепортируется достаточно далеко, чтобы Янь Фань не смог его найти, он сможет сбежать.

Хотя из-за кровопотери он впал в глубокий сон, сила его вампирской родословной означала, что он, вероятно, сможет проснуться через три-пять лет.

Как оказалось, телепортация Линь Цзишэна привела его на опушку леса. На краю этого леса находилась курортная зона, и многие люди отправлялись в горы с арбалетами, чтобы испытать острые ощущения от охоты.

Увидев Линь Цзишэна, они предположили, что на него напали горные чудовища, и он весь покрыт ранами.

«Хозяин, когда вы проснетесь? 001 так волнуется». Кровавая жертва, окончательный способ побега, используемый Линь Цзишэном, опасна не только для людей с активированными родословными, но и для вампиров. Вот почему 001 так волнуется.

Более того, состояние Линь Цзишэна кажется довольно странным. Вампиры действительно впадают в глубокий сон после потери крови, но быстро просыпаются, если кровь вовремя восполняется. Однако Линь Цзишэн все еще находится в глубоком сне, несмотря на то, что ему уже сделали переливание крови. Почему же хозяин не проснулся?

Двое людей за дверью тоже обеспокоены. Прошло больше полумесяца, а их сын все еще лежит в постели. Никто бы не поверил, что все в порядке, но после различных анализов состояние их сына не идеально. Однако, учитывая его физическое состояние, он должен был уже проснуться.

Но по какой-то причине Линь Цзишэн все еще спит. Эта ситуация действительно ненормальна!

«Доктор, не могли бы вы сказать нам, почему этот ребенок не просыпается?» Прошло уже полмесяца. Когда ребёнка впервые привезли, у него почти не было признаков жизни. Сейчас, хотя он, кажется, в порядке, он всё ещё не просыпается. Как же им не волноваться?

«Вероятно, это тромб в мозгу давит на нервы, временно не давая ему проснуться. Но не волнуйтесь, как только тромб рассосётся, он обязательно проснётся». Доктор был очень уверен в этом, потому что этот пациент был самым сильным из всех, кого он когда-либо видел.

Услышав это, они всё ещё были встревожены, но ничего не могли сделать, кроме как ждать, пока он проснётся сам.

Но действительно ли Линь Цзишэн не мог проснуться из-за тромба, давившего на нервы? Конечно, нет.

Его тело находилось в очень странном состоянии. Поскольку он совершил кровавую жертву, находясь в получеловеческом теле, тело Линь Цзишэна было на грани коллапса. Вот почему, хотя взрыв его и не задел, на его теле оставалось бесчисленное множество больших и маленьких ран, и, несмотря на его крепкое телосложение, они не зажили полностью.

В тот момент Линь Цзишэн был на грани смерти. Если бы его не спасли и не сделали своевременное переливание крови, он, вероятно, уже был бы мертв, или, что еще хуже, его душа могла бы пострадать от кровавой жертвы.

Однако, как говорится, разрушение предшествует созиданию; тело Линь Цзишэна сейчас находилось в критическом состоянии, и таким образом это несчастье превратилось в благословение в обличье несчастья. Его тело теперь было более тесно связано с вампирской родословной. Причина, по которой он не приходил в себя, заключалась в том, что его тело восстанавливалось и модифицировалось. Как только модификация завершится, Линь Цзишэн пробудится.

В то же время его тело значительно окрепнет. Хотя у него по-прежнему будет лишь половина вампирской крови, его физические данные будут неотличимы от вампирских, и он не будет испытывать неудержимых приступов голода, свойственных вампирам.

Конечно, были и временные проблемы; его кроваво-красные волосы и кроваво-красные глаза, вероятно, необратимы в этом мире.

Наконец, спустя ещё неделю, тело Линь Цзишэна полностью окрепло благодаря вампирской крови, и он естественным образом пришёл в себя.

[Ведущий, вы наконец проснулись.] 001, который вяло склонился над кроватью Линь Цзишэна, увидел признаки пробуждения и практически подскочил к нему, а затем беззастенчиво расплакался.

Линь Цзишэн, глядя на 001, который был рядом, наконец проявил редкий момент спокойствия. Хотя он ещё не полностью проснулся, он не был совсем равнодушн к происходящему вокруг; он осознавал происходящее. А благодаря ежедневному внимательному наблюдению 001, он понимал это ещё яснее.

Что касается остальных… Линь Цзишэн теперь хотел узнать личности тех, кто приходил к нему.

«001, те, кто все это время приходил ко мне, — мои родители, верно?» Хотя они никогда не заходили в палату из-за его состояния, Линь Цзишэн все еще чувствовал их сосредоточенный и пылкий взгляд — явно взгляд матери, смотрящей на своего ребенка.

[А? Хозяин, понимаете?] Услышав слова Линь Цзишэна, 001 был искренне удивлен. Сначала он думал, что его хозяин ничего не знает, но теперь казалось, что, хотя хозяин и не полностью проснулся, он все еще осознает происходящее снаружи.

«Да, хотя они и не могут проснуться, я это чувствую». Учитывая хорошее поведение 001, Линь Цзишэн бросил на него редкий добрый взгляд, его тон был мягче обычного.

[Двое обнаружили, что ваша группа крови — крайне редкая бомбейская группа крови, когда вас доставили в больницу. Поэтому, пока вы были без сознания, они взяли у вас ДНК для анализа.] Судя по их поведению, они, скорее всего, ваши биологические родители.] На самом деле, 001 всё ещё находил это довольно сюрреалистичным. Кто же был носителем? Им невероятно повезло! Изначально они думали, что эта миссия будет чрезвычайно сложной, но неожиданно цель миссии сама оказалась у их порога.

【Хозяин, ты даже не представляешь, тебя чуть не приняли за человека с группой крови O. Если бы не предостережения больницы, ты мог бы действительно умереть.】 Одна только мысль о смерти хозяина от переливания крови была почти невыносимо прекрасна.

«Ты слишком много думаешь. Даже если бы мне перелили кровь группы O, со мной бы все было в порядке». Совместимость вампирских родословных, ты этого заслуживаешь.

Видя Линь Цзишэна в таком состоянии, 001 понял почему, поэтому быстро ушел, виляя своим маленьким хвостиком. Как же это было неловко!

«Как долго я был „без сознания“?» Хотя он чувствовал общую ситуацию снаружи, ему все же было немного трудно заметить изменение времени.

【Прошло больше двадцати дней, почти месяц.】 Вот почему 001 так беспокоился о молчании хозяина все это время.

Фраза «более двадцати дней» заставила Линь Цзишэна остановиться, а затем его посетил очень серьёзный вопрос: «Как поживает Янь Юй за время моего отсутствия?»

Из-за внезапности происшествия у него не было возможности отправить Янь Юю какие-либо сообщения. Кроме того, многие люди стали свидетелями взрыва. Неужели семья Янь уже решила, что он мертв?

Вопрос Линь Цзишэна заставил маленький хвостик 001 мгновенно замереть. Только сейчас он вспомнил этот вопрос, и ужасное чувство закралось в его сердце. Его носитель уже некоторое время был без сознания; возможно, главный герой уже знал о его смерти. Совершит ли он самоубийство из-за любви?

Однако он понимал, что если бы Янь Юй действительно покончил жизнь самоубийством, этот мир уже перестал бы существовать.

«Вернёмся!» Линь Цзишэн почувствовал себя намного лучше. Хотя сейчас он не мог действовать опрометчиво, если его слишком сильно разозлить, он мог бы разобраться с теми, кто посмел с ним связываться, после сытного обеда.

[Но носитель, твоё здоровье…] Хотя главный герой был важен, носитель был самым важным. Если бы сейчас произошел еще один взрыв, все было бы кончено.

«Я в порядке. Найдите его сейчас же, пошли». Он не мог успокоиться, пока не увидел Янь Ю. Хотя он и сказал этому человеку, что обязательно вернется живым, он не мог гарантировать, что Янь Ю останется спокойным, услышав известие о его смерти.

Как раз когда Линь Цзишэн собирался снять капельницу с правой руки, кто-то толкнул дверь и вошел. Увидев Линь Цзишэн, тихо сидящую там, она замерла, слезы текли по ее лицу, смачивая нежный макияж.

«Дитя, ты проснулась?» Глядя на Линь Цзишэн, сидящую на кровати, на лице молодой женщины читалась радость, но слезы текли еще сильнее, хотя ее счастье становилось все сильнее.

Убедившись, что другой человек не желает зла, Линь Цзишэн кивнул и спросил: «Кто ты?»

Хотя он знал личность другого человека по агенту 001, Линь Цзишэн не мог заставить себя назвать ее «мамой» — это казалось слишком странным.

«Я…» Молодая женщина посмотрела на Линь Цзишэна и вдруг растерялась. Стоит ли ей сказать, что она его мать? Но она не знала, с чего начать. Хотя она никогда не прекращала поиски своего сына, прошло столько лет, и это была первая встреча с ним. Как она могла не волноваться?

Более того…

даже сейчас она не могла найти никакой информации о своем сыне, поэтому еще больше сомневалась, как рассказать ему о себе.

Он, должно быть, так много страдал все эти годы.

«Вы спасли меня», — уверенно сказал Линь Цзишэн. Хотя он не видел этого человека, он был уверен, кто его спас. «Большое вам спасибо».

Услышав слова Линь Цзишэна, молодая женщина улыбнулась. Хотя ее сын никогда не был рядом с ней, похоже, он получил хорошее образование и не пострадал.

«Не нужно меня благодарить, дитя. Мне очень жаль. Все эти годы — моя вина». Ее сын, пропавший при рождении, предстал перед ней в ужасном состоянии. Женщина почувствовала острую боль в сердце, наполненную самообвинением. Если бы она была осторожнее тогда, воссоединились бы они сейчас?

"Ты…?" Глядя на женщину, глаза которой внезапно наполнились слезами, Линь Цзишэн выглядел растерянным, глядя на нее с сомнением.

Как только молодая женщина собиралась что-то сказать, дверь открылась, и медленно вошел мужчина средних лет. Его шаги были чрезвычайно уверенными, что говорило о том, что это не обычный человек.

Он пристально посмотрел на Линь Цзишэна и, спустя долгое время, кивнул. Он был вполне доволен этим сыном, пропавшим более десяти лет назад; и его характер, и воспитание были превосходными. Хотя он не знал, кто забрал его ребенка тогда, он, по крайней мере, был благодарен, что этот человек не испортил его ребенка.

"Дорогая моя, ребенок… ребенок проснулся! Наша семья наконец-то воссоединилась!" Молодая женщина, бросившись ему в объятия, сказала:

«Да, ребёнок вернулся, не плачь». Если его взгляд был пристальным, то, глядя на жену в его объятиях, она словно почувствовала, как тает лёд и возвращается весна. Женщина словно ощутила, что мужчина перед ней – совсем не тот, что был раньше. «Как

тебя зовут?» Утешив жену, мужчина посмотрел на Линь Цзишэна, в его глазах читалась неоспоримая сила.

«Янь». Линь Цзишэн не питал добрых чувств к этому так называемому отцу. Этот пристальный взгляд в его глазах говорил ему, что если он не будет достаточно ценен, другой человек никогда не признает их отношений.

«Янь? Запомни, отныне ты будешь называться Сяо Бай, мой сын, сын Сяо Лана». Тон Сяо Лана был абсолютно властным, он не собирался слушать мнение собеседника.

Линь Цзишэн никак не отреагировал на слова мужчины, словно ничего не слышал, что взбесило последнего. Значит, этот пропавший старший сын тоже никчемный?

«Я Янь, у меня нет отца». Наконец, когда Сяо Лан почувствовал, что с этим сыном все безнадежно, он вдруг услышал, как человек на кровати заговорил, но его слова его очень разочаровали. Что он имел в виду под «отсутствием отца»? Если у нее нет отца, то кто она такая?!

«Я сказал, что ты мой сын, а это значит…» Прежде чем Сяо Лан успел закончить, холодный ветер обдул его шею, и он почувствовал жгучую боль. Он дотронулся до шеи и увидел немного крови.

Вид окровавленной плоти вызвал у Сяо Лана дрожь, но он быстро пришел в себя, увидев глаза Линь Цзишэна.

Эти глаза были слишком спокойны; в них не было ни триумфа, ни гнева, словно он только что не бросил нож. Именно это спокойствие и пугало.

Обычно человек испытывает эмоциональные колебания до и после убийства, но этот старший сын, потерянный на столько лет, не выказал никакой реакции. Его взгляд оставался спокойным и непоколебимым. Только один человек мог обладать такими глазами в такое время: убийца, опытный, старомодный убийца, привыкший убивать.

Теперь он тщательно изучит прошлое этого сына!

Наблюдая за противостоянием отца и сына, молодая жена не знала, кому угодить. С одной стороны — ее любимый муж, а с другой — ее старший сын, потерянный на столько лет…

«Давай сначала вернемся. Мы придем к нему завтра. Он устал, и ты тоже устал». Видя подавленное настроение жены, Сяо Лан осторожно проводил её взглядом. Перед уходом он оглянулся на Линь Цзишэна в комнате, и в его глазах читалось глубокое беспокойство.

[Ведущий, почему вы просто не потерпите этого отца? Вы должны знать, что одна из задач этой миссии — выяснить ваше собственное прошлое. Как вы можете подталкивать к себе человека, доставленного прямо к вашему порогу?!] 001 чувствовала себя очень расстроенной. Миссия была почти завершена, но теперь ведущий её прервал. Это действительно раздражает!

«Сейчас не время. Даже если вы вернетесь сейчас, вы едва сможете завершить миссию, и вас за это растерзает этот Сяо Лан!» Взгляд мужчины был тонким, но полным манипуляции и расчета. Этот человек был бессердечным, и, поскольку его ребенок пропал без вести много лет назад, он не видел в нем члена семьи, а лишь инструмент для использования.

Выслушав объяснение Линь Цзишэна, 001 полностью опустошилась. Она наконец-то думала, что сможет завершить миссию, но оказалось, что нет. Она так устала.

«Не волнуйтесь, скоро они узнают мою личность, и я надеюсь скоро увидеть Янь Ю». Это было самым важным для Линь Цзишэна. Изначально он хотел уйти сегодня, но, учитывая поведение Сяо Лана и дисбаланс стихий в его теле, уйти было бы сложно. Лучше было бы, чтобы Янь Ю пришел напрямую.

[Что? Главный герой придет?] Это удивило 001, наполнив ее сомнением. Откуда хозяин знал, что главный герой придет?

«Не более трех дней», — уверенно сказал Линь Цзишэн. «Мое сегодняшнее выступление показало этому человеку, что мой опыт за последние двадцать лет определенно не прост. Естественно, он проведет дальнейшее расследование, и тогда Янь Ю все узнает».

Услышав слова Линь Цзишэна, 001 была совершенно впечатлена. Сначала она подумала, что метательный нож хозяина был просто следствием неприязни к тону собеседника, но она не ожидала, что это будет иметь такой глубокий смысл. Был ли его хозяин слишком умен или слишком глуп? ＿（：3」∠）＿ Так устал, чувствую, будто потерял всю любовь.

Как и предполагал Линь Цзишэн, после того, как он увидел методы Линь Цзишэна, у него появились сомнения. Изначально он думал, что другой человек — его ребенок, но теперь начал подозревать, что это тактика противника.

Поэтому было крайне важно узнать о прошлом этого ребенка. Если он действительно его сын, промывание ему мозгов может снова сделать его полезным; если нет… лучше разобраться с ним как можно скорее!

...

Море было спокойным, без ветра и волн, за исключением редких пролетающих морских птиц. В комнате на втором этаже виллы на острове у окна стоял мужчина, окутанный тенью. Казалось, он смотрит в окно, но его глаза были безжизненными, как будто он ничего не видел. Выражение его лица было спокойным, но его пронизывала аура печали, которую невозможно было игнорировать.

Это был Янь Юй. Янь пропал без вести более двадцати дней назад. Хотя он неоднократно говорил себе, что с Янем все будет в порядке, долгое отсутствие новостей давалось ему с трудом. Много раз он просыпался посреди ночи, желая немедленно отправиться в тайную комнату и убить тех двоих, чтобы спуститься вниз и быть с Янем…

«Патриарх». Открыв дверь, Великий Старейшина увидел безжизненного Янь Юя. Он почувствовал облегчение; к счастью, были новости о Яне. В противном случае Патриарх, вероятно, не смог бы продержаться долго. «Патриарх, у нас есть новости о Яне!»

Взволнованный голос Великого Старейшины ошеломил Янь Юя. Что только что сказал Великий Старейшина? «Новости о Яне?»

Увидев, казалось бы, растерянное выражение лица Янь Юя, Великий Старейшина радостно улыбнулся. Редко можно было увидеть Патриарха таким рассеянным.

«Патриарх, наш шпион только что сообщил, что Янь найден».

С этими словами Великий Старейшина внезапно почувствовал, как перед его глазами расплывается мелькнувшая картина, и человек, который до этого находился на некотором расстоянии, теперь оказался прямо перед ним.

Янь Юй был взволнован, его глаза были налиты кровью, руки, сжимавшие воротник Великого Старейшины, слегка дрожали. «Великий Старейшина, вы серьёзно? Вы действительно нашли Яня?»

Прошло так много времени без каких-либо новостей. Хотя Янь Юй неоднократно повторял себе это, он знал, что с каждым днём надежда на выживание Яня становилась всё ничтожнее. Теперь Великий Старейшина окончательно сообщил ему, что у них есть новости о Яне — как он мог не радоваться!

«Да, наши информаторы в городе С сообщили, что видели в частной больнице семьи С молодого человека, очень похожего на Яня. Когда этого молодого человека доставили в больницу, он был весь в ранах и получил серьезные травмы. Он провел в больнице более двадцати дней», — старший сделал паузу, прежде чем продолжить: «Его травмы, вероятно, вызваны взрывом, и поскольку время его поступления идеально совпадает, существует 90% вероятность, что это Ян».

Хотя оставалась 10%-ная вероятность, что это не он, Янь Юй полностью проигнорировал эту возможность и немедленно организовал перелет навстречу Линь Цзишэну.

«Патриарх, раз уж мы его нашли, спешить не нужно. Не боишься, что Янь будет волноваться, если увидит нас?» Двадцать дней оставили на лице Янь Юя слой щетины и легкий оттенок уныния. Цвет его лица был настолько бледным, что было ясно, что в последнее время он чувствовал себя неважно. Не будет ли Янь волноваться, увидев его таким?

Янь Юй, очевидно, тоже это понимал. Услышав слова Великого Старейшины, он тут же вернулся, чтобы привести себя в порядок. Он задавался вопросом, не вызовет ли Янь отвращение, если увидит его таким — скорее всего, нет!

Между тем, атмосфера на другой стороне была гораздо менее гармоничной.

После трех дней тщательного расследования Сяо Лан так и не выяснил личность Линь Цзишэна, что несколько его взволновало. Чувство, что у него есть талантливый человек, но он не знает, сможет ли его использовать, сводило его с ума.

«Кто ты такой?» — Сяо Лан стиснул зубы, глядя на Линь Цзишэна. Прошло три дня, а он не произнес ни слова. Чтобы заставить его заговорить, Сяо Лан даже отказался от еды, но Линь Цзишэн молчал, даже морил себя голодом до обморока. Такая настойчивость впечатляла Сяо Лана, но и вызывала головную боль.

Конечно, Линь Цзишэн тоже не собирался отвечать на его вопрос. Он все еще здесь только потому, что не может найти дорогу обратно; иначе он не стал бы тратить время зря!

«Дорогой, больше не спрашивай. Мы уже подтвердили, что он наш сын. Зачем задавать эти вопросы сейчас?» Видя все более отстраненный взгляд сына, молодая жена почувствовала тревогу и даже обиду на мужа.

Изначально она и её сын ладили довольно хорошо, но после появления мужа между ними произошла ссора, и в конце концов сын перестал с ней разговаривать.

«Конечно, мы должны спросить. Хотя он наш сын по крови, что, если его зомбируют враги, и он хочет свергнуть семью Сяо?» Семья Сяо сейчас является одной из трёх великих семей, наравне с семьями Янь и Му, но она самая слабая. Многие семьи ниже её по положению хотят потянуть семью Сяо вниз с их позиций среди трёх великих семей. Как он мог не быть осторожным?

«Нет», — решительно возразила молодая леди, её глаза, полные глубокого неодобрения, смотрели на мужа. «Я чувствую, какой человек наш сын. Хотя он мало говорит, он добрый!»

[Добрый? Боже мой, кто-то действительно сказал, что хозяин добрый?! Что это за глаза у этого человека?] Явно дьявол с чёрным сердцем! Услышав слова молодой леди, 001 был в полном ужасе. Кто-то в этом мире действительно сказал, что его хозяин добрый?!

"Хе-хе." Линь Цзишэн почти ничего не сказал, но эти два слова, "хе-хе", чуть не заставили 001 обмочиться.

001: Хозяин, я признаю свою ошибку с улыбкой, пожалуйста, простите меня.

Линь Цзишэн: Хе-хе, слишком поздно!

Пока пара вела себя нормально, Линь Цзишэн оставался необычайно тихим, как будто события предыдущего дня не имели к нему никакого отношения. Это только подпитывало гнев Сяо Лана; независимо от того, был ли этот человек его сыном или нет, ему нельзя было позволить жить.

Как раз когда гнев Сяо Лана достиг точки кипения, Линь Цзишэн медленно повернул голову и посмотрел на дверь. После долгой паузы, когда они оба были совершенно озадачены, они услышали, как Линь Цзишэн произнёс два слова: "Иду".

Иду? Кто пришёл? Его внезапное заявление повергло их обоих в полное недоумение.

Как раз когда Сяо Лан собирался спросить, кто пришёл, дверь палаты распахнулась, и в дверном проёме стоял мужчина, слегка задыхаясь, явно прибежавший с места. Его взгляд, устремлённый на Линь Цзишэна, был полон сильных эмоций, заставив двух стоявших рядом людей удивлённо замереть, а затем невольно нахмуриться. Такие эмоции…

«Янь!» Янь Юй, не обращая внимания на присутствие кого-либо в палате, бросился вперёд и крепко обнял Линь Цзишэна. Почувствовав его тепло, его сердце постепенно успокоилось. «Янь, это действительно ты, это чудесно».

Почувствовав волнение Янь Юя, Линь Цзишэн медленно протянул руку и обнял его за плечи. «Я вернулся».

Эти четыре простых слова вызвали слёзы на глазах Янь Юя.

Янь вернулся, его Янь действительно вернулся!

Молодая женщина, стоявшая рядом, ещё сильнее ощутила нелепость, став свидетельницей этой сцены. Кем же она была связана с этим человеком? Три дня она пыталась заставить сына произнести хоть слово, но этот молодой человек просто позвал его по имени и получил ответ от упрямого ребенка. Тем

временем Сяо Лан задумчиво наблюдал за их объятиями.

Голос и фигура позади него вызвали у Сяо Лана странное чувство узнавания, словно он уже где-то их видел.

«Янь, пойдем домой. Я пришел за тобой». Янь Юй не знал, как Линь Цзишэн сюда попал, да и не хотел знать. Ему нужно было лишь знать, что Янь вернулся.

«Хорошо, пойдем домой». Хотя двое стоявших в палате были его кровными родственниками, Линь Цзишэн отказывался признавать их. Никто не захочет признать, что тот, кто тайно замышлял против них заговор, — их семья.

«Стоп! Кто разрешил тебе уйти!» Увидев, что Линь Цзишэн собирается уйти, гордость Сяо Лана рухнула. Что это значит? Отец всё ещё здесь, а сын так его игнорирует?!

Янь Юй был встревожен внезапным голосом. Поняв, что говорит собеседник, он глубоко нахмурился, а в глазах вспыхнула враждебность. В этот момент любой, кто пытался помешать ему забрать Яня, был его врагом!

Линь Цзишэн полностью игнорировал его. Ха, неужели он думал, что раз он хочет быть его отцом, ему придётся это признать?

Пренебрежение Линь Цзишэна только усилило гнев Сяо Лана. Как глава семьи Сяо, он привык отдавать приказы, а сегодня его приказы игнорируются. Как он мог с этим смириться!

Но когда Янь Юй, нежно поглаживавший Линь Цзишэна, обернулся, Сяо Лан был совершенно ошеломлён.

Как... как такое могло быть? Этот человек — глава семьи Сяо. Почему он здесь? И какое у него отношение к сыну?

«Ты, кто ты такой?» Сначала он относился к этому сыну как к человеку, которого мог использовать по своему усмотрению, но теперь он не мог быть таким легкомысленным. В конце концов, расположение главы семьи Янь было своего рода капиталом. В будущем он мог изменить свою стратегию. Если сила не сработает, он мог попробовать более мягкий подход.

«Янь — мой телохранитель, патриарх Сяо. В чем проблема?» Прищурив глаза, он понял, что если этот человек осмелится сказать что-то неуместное, он без колебаний поддержит другую семью, чтобы заменить семью Сяо.

«Нет, патриарх Янь, вы меня неправильно поняли. Мой сын пропал много лет назад, а теперь, когда его нашли, он отказывается раскрыть свою личность, что меня очень беспокоит». Первым делом Сяо Лан объяснил свои отношения с Линь Цзишэном. Поскольку патриарх Янь так высоко ценил своего сына, возможно, он мог бы использовать его как ступеньку для укрепления позиций семьи Сяо!

К сожалению, реальность всегда отличается от воображения. Как раз когда Сяо Лан размышлял, как использовать Линь Цзишэна, чтобы завоевать расположение Янь Юя, он услышал несколько холодный голос Линь Цзишэна: «Я не имею к нему никакого отношения. У меня нет семьи».

Его взгляд был прикован к Янь Юю, давая понять, что ему наплевать на эту так называемую семью.

«Кто сказал, что у тебя нет семьи?» Услышав это, Янь Юй рассмеялся и прижался щекой к его щеке. «Конечно, у тебя есть семья. Я всегда буду твоей семьей».

Но Линь Цзишэн упрямо покачал головой. «У меня нет семьи. Ты не семья, ты мой возлюбленный».

Пережив три мира жизни и смерти, Линь Цзишэн больше не скупился на обещания, данные этому человеку. Он встретил его в четырех мирах подряд, влюбился в него и отдал ему всё. Он не мог придумать другого способа отплатить такому человеку, кроме как всеми своими чувствами.

Услышав это, лицо Янь Юя озарилось удивлением. Он понимал своё место в сердце Линь Цзишэна, хотя тот никогда об этом не говорил.

Но когда Линь Цзишэн признался ему в своих чувствах, Янь Юй осознал, насколько прекрасны истинная взаимная любовь и понимание.

«Хорошо, пойдём домой». В этот момент у Янь Юя не было времени обращать внимание на двоих. Сейчас он хотел только отвезти Яня домой, обнять его и хорошо выспаться. Последние двадцать с лишним дней он почти не спал. За это время он совсем не чувствовал сонливости, потому что постоянно искал Яня, но теперь, когда он его нашёл, он чувствовал себя совершенно расслабленным и совершенно измотанным.

В этот момент Сяо Лан не стал их останавливать, потому что был уже потрясен отношениями между ними.

Хотя он слышал, что семья Янь разрешает брать в жены мужчин, ему все же показалось невероятным, что его собственный сын стал мужем Янь Юя. Однако…

для него это было хорошо, что Янь Юй теперь ценит его приемного сына. Чем больше Янь Юй будет его ценить, тем больше преимуществ он получит в будущем. Не имело значения, что Линь Цзишэн сейчас его не признает; когда он поймет, что без поддержки семьи он не сможет устоять в такой большой семье, он, естественно, вернется и попросит помощи у семьи Сяо!

Сяо Лан постоянно просчитывал в уме, какие условия он попросит, когда Линь Цзишэн вернется, даже подсчитывал ресурсы, которые ему понадобятся в ближайшие несколько десятилетий.

Чего он не знал, так это того, что Линь Цзишэну никогда не понадобится обращаться за помощью к семье Сяо.

Поскольку статус тайных охранников в семье Янь и так был очень высок, а Линь Цзишэн, как личный тайный охранник, был ещё выше, вероятно, никто, кроме главы семьи и старейшин, не мог отдавать Линь Цзишэну приказы.

А когда Линь Цзишэн действительно станет мужем Янь Ю, даже статус старейшин, вероятно, окажется ниже его. Поэтому то, что представлял себе Сяо Лан, было абсолютно невозможно осуществить в этой жизни.

Пока Сяо Лан размышлял о невозможном, Янь Ю уже крепко спал в аэропорту. Тем временем агент 001 кружил вокруг Линь Цзишэна, его голос был полон недовольства. [Хозяин, мой дорогой хозяин, как вы можете уйти сейчас? Разве вы не знаете, что миссия почти завершена?] Как только всё закончится, ваше давление значительно снизится!] «Я уже говорил, что ещё не время. Ты разве не подумал об этом, 001? Как старший сын семьи Сяо, почему я должен так легко оказаться в семье Янь?»

Страница книги Те годы, когда мы убивали белые лотосы в интернете

Table of Contents

Глава 1.1

Глава 1.2

Глава 1.3

Глава 1.4

Глава 1.5

Глава 1.6

Глава 1.7

Глава 1.8

Глава 1.9

Глава 1.10

Глава 1.11

Глава 1.12

Глава 1.13

Extra 1. С точки зрения Су Мо

Глава 2.1

Глава 2.2

Глава 2.3

Глава 2.4

Глава 2.5

Глава 2.6

Глава 2.7

Глава 2.8

Глава 2.9

Глава 2.10

Глава 2.11

Глава 2.12

Глава 3.1

Глава 3.2

Глава 3.3

Глава 3.4

Глава 3.5

Глава 3.6

Глава 3.7

Глава 3.8

Глава 3.9

Глава 3.10

Глава 4.1

Глава 4.2

Глава 4.3

Глава 4.4

Глава 4.5

Глава 4.6

Глава 4.7

Глава 4.8

Глава 4.9

О книге