— Нераскрытые дела, повергшие в шок всю Южную Корею, и загадочные явления неизвестного происхождения — мы выведем всё на чистую воду! Детектив-ветеран с 30-летним стажем и лучшие эксперты в своих областях в программе расследований «Выследить до конца!»

После завершения видеоролика на экране появилась темная студия. Щелк. Включилось освещение, и стала видна съемочная площадка, воссоздающая интерьер старинного корабля. На одной из стен висела выцветшая карта мира, а рядом громоздились штурвал и куча цилиндрических деревянных ящиков. Камера поочередно выхватила сеть на стене, беспорядочно разбросанные по столу компасы и портрет белого мужчины в капитанской шляпе с пером.

Под фирменную музыку программы появилась ведущая. Женщина в черном костюме держала в руке карточки с текстом.

— Здравствуйте. В эфире Сон И Хён, ведущая программы «Выследить до конца». В нашей передаче мы освещали множество нераскрытых дел. Но сегодняшний случай превосходит все предыдущие своей необъяснимостью. Место действия — старый круизный лайнер посреди бескрайнего океана.

Сон И Хён, цокая каблуками, сделала широкий круг из-за стола. Оказавшись рядом с картой мира в левой части экрана, она продолжила:

— Именно здесь, в Северном море между Данией и Норвегией, внезапно исчез взрослый мужчина крепкого телосложения. Главное лицо инцидента — господин Чха, второй сын «J Group», ведущего конгломерата, который был рядом с Южной Кореей в каждом крупном и мелком событии ее истории.

— Господин Чха привлекал к себе внимание не столько своим блестящим происхождением, сколько выдающейся внешностью. Настолько знаменитый, что его можно было назвать «звездой», он в одночасье испарился. Заметив, что спустя 60 дней после его исчезновения в расследовании нет никаких сдвигов, наша съемочная группа решила взяться за это дело.

Кадр сменился, показывая роскошную гостиную в бежевых тонах. Двое мужчин, чьи лица были скрыты мозаикой, давали интервью, сидя на массивном диване.

[Ю Ок Хван (псевдоним) / Директор галереи C / Друг пострадавшего]

— А, так этот мудак наконец-то подох? А труп где? Было бы круто выпотрошить его, засолить и выставить на обозрение. Не знаю насчет остального, но его шкурка точно представляет ценность.

[Джин Су Чхоль (псевдоним) / Безработный / Друг пострадавшего]

— Да он уже, наверное, воды наглотался и раздулся до мерзости, какая тут выставка. А, вырежьте то, что я сейчас сказал. Если председатель узнает, он его прикончит.

[Продюсер]

— Случилось ли что-то запоминающееся в день исчезновения господина Чха?

[Ю Ок Хван (псевдоним) / Директор галереи C / Друг пострадавшего]

— У председателя Чха был семидесятилетний юбилей. У него есть старый корабль, который он просто обожает. Говорят, его построили еще до «Титаника» или типа того. Короче, там собрались только свои, люди председателя Чха, и устроили небольшую вечеринку.

[Продюсер]

— И господин Чха тоже там был.

[Джин Су Чхоль (псевдоним) / Безработный / Друг пострадавшего]

— Он не хотел идти, председатель Чха потащил его силой. Теперь председатель винит себя, мол, из-за него этот ублюдок... то есть господин Чха... пропал.

[Продюсер]

— Был ли кто-то, кто затаил злобу на господина Чха?

[Джин Су Чхоль (псевдоним) / Безработный / Друг пострадавшего]

— Ха-ха-ха-ха! Быстрее будет найти того, кто на него не злится! У этого ублюдка характер просто дерьмо. Ну, знает он, что хорош собой, ладно. Но каждое его слово — это унижение, презрение, издёвка над людьми. Хочется прибить его, сделав вид, что это случайность, да вот только эту случайность так сложно подстроить. Он и в Беркли-то не благодаря своим способностям поступил, а за взятку. Говорят, 200 тысяч баксов хватило.

[Продюсер]

— Господин Чха поступил незаконно?

[Ю Ок Хван (псевдоним) / Директор галереи C / Друг пострадавшего]

— Не верьте ему. Это он из-за комплекса неполноценности слухи распускает. У Чха, может, и нет социальных навыков, но на пианино он играл как одержимый.

[Джин Су Чхоль (псевдоним) / Безработный / Друг пострадавшего]

— Ах ты ж блядина, я по-твоему всегда пизжу?

[Ю Ок Хван (псевдоним) / Директор галереи C / Друг пострадавшего]

— А что это, если не пиздеж, ебаный ты неудачник. Кончай выебываться на Чха. Тебе с ним тягаться кишка тонка!

[Джин Су Чхоль (псевдоним) / Безработный / Друг пострадавшего]

— Ах ты сука!

Бац...! Не успел продюсер и глазом моргнуть, как полетел мобильный телефон. С трудом приглашенные участники интервью, не обращая внимания на камеры, устроили собачью грызню. Охранники, дежурившие снаружи, бросились разнимать их.

Казалось, продолжать интервью было невозможно.

Продюсер пригласил другого человека.

[Син Хе Вон (псевдоним) / Актриса / Подруга пострадавшего]

— Сделайте мозаику посветлее.

[Продюсер]

— Можете не беспоко... А?

[Син Хе Вон (псевдоним) / Актриса / Подруга пострадавшего]

— Так, чтобы можно было догадаться, кто я. Понимаете? Нижнюю половину лица вообще можно не блюрить. Охо-хо.

[Продюсер]

—...Говорят, в ночь исчезновения господина Чха на корабле запускали фейерверки.

[Син Хе Вон (псевдоним) / Актриса / Подруга пострадавшего]

— Чха в тот день не выходил из каюты. Он вообще не любит шумные места, так что все приняли это как должное. Ничего странного в этом не было. В его стиле. Ой, можно еще раз? Сейчас я как-то холодновато ответила, да?

[Продюсер]

— Во время запуска фейерверков кто-нибудь видел господина Чха или находился рядом с его каютой?

[Син Хе Вон (псевдоним) / Актриса / Подруга пострадавшего]

— Даже не знаю. Все были на палубе, никто ни на что не обращал внимания. Камер на корабле нет, так что и не проверишь.

[Продюсер]

— Другие знакомые говорят, что господин Чха нажил себе много врагов.

[Син Хе Вон (псевдоним) / Актриса / Подруга пострадавшего]

— Вообще-то, чем ты успешнее, тем скромнее должен быть, чтобы не плодить врагов. Но Чха из тех, кому плевать на чужое мнение. Как по мне, он не делал ничего такого, за что его можно было бы ненавидеть. Ему просто нет дела до других. А те, кто пытался к нему подмазаться и был отвергнут... Ой, нет, вырежьте это. Давайте заново.

[Продюсер]

— Не было ли у него запутанных отношений с женщинами?

[Син Хе Вон (псевдоним) / Актриса / Подруга пострадавшего]

— Как бы это сказать. Если уж называть это запутанным, то да. За ним всегда волочилась куча девиц. Но Чха не был распутником. Вопреки внешности, он был набожным христианином. Влияние председателя. Добрачная чистота, слышали о таком? Его с детства зомбировали, что это нужно беречь. Из-за этого я, будучи рядом с ним, тоже чуть не сохранила невинность до свадьбы, ой. Это тоже вырежьте.

[Продюсер]

— В день исчезновения господин Чха не вел себя как-то странно?

[Син Хе Вон (псевдоним) / Актриса / Подруга пострадавшего]

— Он всегда был странным... А, точно. Он говорил, что купил какую-то яхту.

[Продюсер]

—Яхту?

[Син Хе Вон (псевдоним) / Актриса / Подруга пострадавшего]

— Ну ясно же. Наверное, собирался на ней втихаря сбежать. Но в день, когда яхту должны были доставить, она не пришла, и он так бесился. Обстановочка была жуткая.

Съемочная группа навела справки о яхте, которую якобы купил господин Чха. Выяснилось, что небольшая яхта действительно была продана на имя одного из ближайших помощников господина Чха австралийской судоходной компанией, которой управляет корейская пара. На борту доставленной яхты находились пять сотрудников компании, включая капитана и механика. Однако господин Чха так и не получил яхту вплоть до дня своего исчезновения. Яхта тоже внезапно пропала.

Ночь вечеринки с фейерверками на историческом круизном лайнере. Второй сын J Group, господин Чха, исчез без следа и без свидетелей. Несмотря на масштабное расследование, проводимое при содействии властей юрисдикции и Южной Кореи, сегодня, на 61-й день с момента исчезновения, местонахождение господина Чха остается неизвестным.

Было ли это преступление из мести, или кто-то намеренно навредил господину Чха ради выгоды?

Пока следствие топчется на месте, среди пользователей сети появляются слухи о похищении инопланетянами или даже о постановке, связанной с борьбой за наследство в J Group.

Наша съемочная группа решила возложить надежды на то, что если найти яхту, которую купил господин Чха, и пятерых сотрудников судоходной компании, исчезнувших вместе с ней, мы сможем узнать о его судьбе.

***

20XX. 07. 02. 12-й день на необитаемом острове.

Четыре дня подряд лил проливной дождь. Хлипкое жилище, сплетенное из веток и пальмовых листьев, оказалось бессильно перед яростными потоками воды. Временное укрытие, которое вчетвером с таким трудом сооружали несколько дней, развалилось в щепки, а вместе с ним рухнула и слабая надежда, за которую мы цеплялись.

Утром, когда дождь прекратился, я проснулась от шума. Не успев стряхнуть прилипшие к щекам и волосам куски коры и песок, я вскочила и побежала к берегу.

— Что вы делаете?!

Спасательная шлюпка с яхты покачивалась на мелководье, готовая вот-вот отчалить. Механик яхты Ким Джэ Чхоль, брокер Джейден и повар Хван Сон Ун, оказавшиеся со мной на острове, с впалыми глазами закидывали рюкзаки на плечи.

— У Ри. Сначала успокойся и выслушай.

— Нет. Я еще ничего не сделала, а вы мне говорите успокоиться?

— Т-ты сначала положи тот булыжник, что у тебя в руке.

Ким Джэ Чхоль медленно замахал ладонями, бормоча «тпру-тпру», словно пытался успокоить свирепого хищника.

— У Ри, ты же сама знаешь. Если мы просто будем сидеть и ждать спасения, мы либо умрем от болезни, либо с голоду, либо высохнем от обезвоживания. Короче, нам останется только сдохнуть!

Ким Джэ Чхоль выпалил это так быстро, что забыл, как дышать, и его лицо покраснело. Судя по виду этих троих, было ясно, что они задумали. На разбитой яхте было три спасательных жилета и трехместная спасательная шлюпка. При виде того, как эти трое придурков, которые ни разу даже нормальной еды не смогли добыть, старательно нацепили на себя спасательные жилеты, мое утреннее низкое давление как рукой сняло.

— Значит, вы хотите бросить меня и Су Хо здесь и свалить втихаря?

— Свалить, да нет же, не в этом дело...!

— А в чем тогда?! Вспомните, что вы, ублюдки, творили с тех пор, как нас сюда выбросило. Мы с Су Хо воруем перепелиные яйца из птичьих гнезд и варим их, а вы что делали? Втихаря заныкали шоколадные батончики и втроем сожрали четыре штуки. Четыре!

— Я же сказал. Это был вынужденный выбор ради повышения общих шансов на выживание. Если уж мы, будучи сильнее вас с Су Хо, сумеем выстоять, то и за спасение остальных можно не переживать. Все-таки у нас энергозатраты оптимальнее...

— Хватит нести херню! Хер с ними, с батончиками! Но мой рамён вы зачем украли?!

Стоило мне высоко занести руку, словно собираясь швырнуть камень, как Ким Джэ Чхоль вскрикнул и схватился за голову. На его лбу, словно рог единорога, красовалась еще не зажившая шишка. Эта шишка появилась, когда я, не сдержавшись, огрела его деревянной палкой после того, как эти ублюдки сперли мой драгоценный рамён в стаканчике, который я так берегла.

— Так, так. Прекратите. Нет ничего хорошего в том, чтобы ссориться между собой.

Когда ситуация накалилась, Джейден, наблюдавший за всем издалека, поспешно подбежал и встрял между нами. Среди грубых и неотесанных моряков он единственный говорил мягко, а кожа у него была нежной, как у младенца, поэтому одно время я даже проявляла к нему интерес. Я не религиозна, но слова Джейдена о совместном походе на службу восприняла как приглашение на свидание и даже распевала незнакомые мне гимны в корейской церкви. Хоть это и было всего один раз.

Однако сейчас Джейден, стоявший передо мной, был просто непробиваемым идиотом с ромашками в голове.

— Не лезь!

— Сделайте глубокий вдох. Повторяйте за мной. На счет раз вдыхаем, на счет два...

— Фууу! Фу! Фу! Доволен?

Я нарочно дунула ему прямо в лицо, напрягая живот. Вместе с утренним запахом изо рта во все стороны полетели слюни, оросив лицо Джейдена. Его брови дернулись.

— Хаа, У Ри...

— Не строй из себя благородного и рассудительного. Если присмотреться, мне и твой взгляд не нравится. Чего это ты смотришь на людей как на животных? И раз уж на то пошло, Джейден, ты ведь только притворяешься верующим, да? У тебя религия чисто для стиля? Как только надо работать, ты вечно сливаешься, прикрываясь тем, что тебе надо молиться. Я же видела, как ты спишь, положив Библию под голову вместо подушки!

— Эй, У Ри. Я понимаю, что ты злишься, но не слишком ли ты перегибаешь палку? — бестактно встрял Хван Сон Ун.

— А ты, Сон Ун, вроде как повар, а даже рыбью голову оторвать не можешь? С каких это пор ты заделался веганским поваром и только и делаешь, что раскалываешь кокосы? Издеваешься? Как так вышло, что вы все тут собрались — целые и невредимые, но абсолютно бесполезные ебланы?!

— Ч-что, ебланы?!

Ким Джэ Чхоль вытаращился на меня. Я была не из тех, кто испугается, если он просто напряжет свои толстые веки. «Да, ебланы!» — не сдаваясь, выпалила я в ответ, и он бросился на меня. Здоровенного Ким Джэ Чхоля схватил и оттащил Джейден, а Хван Сон Ун схватил меня.

Мы вопили и орали, сцепившись вчетвером в один клубок, но это длилось недолго. Под палящим солнцем, стоящим прямо над головой, и из-за того, что мы нормально не ели несколько дней, наши скудные запасы сил быстро иссякли, и мы рухнули на песок.

Ким Джэ Чхоль шлепнулся задницей на мокрый песок. Я тоже опустила голову, уперев руки в бока. Жар солнца оказался сильнее моего гнева, бурлившего внутри.

— Хаа.

Сдавленный вздох вырвался из горла. Чайки, или какие-то другие неведомые птицы, свободно кружили над синим морем и кричали, а волны с плеском омывали ноги. Бескрайний горизонт, распахнутый так широко, что обзавидовались бы даже монголы со своим стопроцентным зрением, внушал лишь глубочайшее отчаяние.

На самом деле, я знала, что Ким Джэ Чхоль прав. Хоть я и написала на песке огромное «SOS», ни один вертолет не пролетел мимо, чтобы заметить наш сигнал. Дошло до того, что мы вчетвером вслед за Джейденом с фанатичным безумием молились богу. Умоляли спасти нас из этой глуши. Чем дольше мы находились на необитаемом острове без единого следа цивилизации, тем сильнее разрушались наши тела и рассудок.

— Фух.

Я сдула челку, лезшую в глаза.

Ким Джэ Чхоль туго затянул пряжки спасательного жилета и поднялся с места. Искоса взглянув на меня, он неловко кашлянул. Какую еще херню он сейчас сморозит?

— У Ри, можешь поплыть с нами в лодке.

— Что?

Стоило мне злобно зыркнуть на него, как Джейден заслонил меня своим телом. Затем он снял свой спасательный жилет и протянул мне. Я не взяла его, а просто молча смотрела. Ублюдки без капли совести. Язвительная усмешка сорвалась с моих губ. Даже если в трехместную шлюпку кое-как втиснутся четыре человека и смогут пересечь море, взять с собой еще и Су Хо было нереально.

То ли из-за дождей, ливших несколько дней, то ли из-за чудовищных условий, но у Су Хо поднялась температура, и он с трудом мог даже сидеть.

А эти трое ублюдков сейчас предлагали мне бросить Су Хо и спастись только взрослым. Хоть я и поняла, что они из себя представляют, еще когда они ничего не делали, только ныли, да когда украли нашу драгоценную еду, но сейчас они показали самое пробитое дно из всех возможных.

Когда мое лицо, на котором только что играла горькая усмешка, снова пугающе заледенело, рука Джейдена дрогнула. Он тут же начал торопливо напяливать на себя жилет, который только что протягивал мне. Я резко вскинула голову и посмотрела Джейдену прямо в глаза.

— Ч-что, в чем дело?

Когда я протянула к нему руку, перепуганный Джейден дернулся. Сдержав желание врезать ему по лицу, я просто сорвала с него очки.

— А, я же без них ничего не вижу.

Полностью проигнорировав жалобный голос Джейдена, я сунула очки в карман. Затем по очереди посмотрела в глаза всем троим. Так, чтобы запомнить их до самой смерти.

— Я вас отпускаю. Но взамен не гребите, как дебилы, тупо пялясь в никуда. Постоянно сверяйтесь с компасом. Когда встретите людей, не думайте в первую очередь о том, как бы самим отдохнуть, а сразу отправляйте спасателей. Поняли?

— Конечно! Мы так и собирались.

Ким Джэ Чхоль закивал как болванчик. Видимо, испугавшись, что я могу передумать, он поспешно схватил рюкзак. Когда он широкими шагами проходил мимо меня, я вытащила из его заднего кармана пачку растворимого кофе.

— Эй, это...!

— Собирался наслаждаться чаепитием, пересекая океан? Лучше молись, чтобы по дороге ничего не случилось, а это я забираю.

Ким Джэ Чхоль открыл было рот, чтобы возмутиться, но Джейден покачал головой, останавливая его. Ему уже было все равно, он просто хотел свалить отсюда хоть на секунду быстрее.

Трое трусов без малейших колебаний забрались в лодку. Но они не отчалили сразу, а оглянулись на меня, стоящую в отдалении. Видимо, когда пришло время уплывать, у них все-таки заскребли кошки на душе. Хоть мы и много ругались, но мы работали вместе, и все эти страдания на острове мы пережили бок о бок, так что это было естественно. Если бы они извинились и попросили прощения, я бы, возможно, простила их хотя бы раз...

— ...У Ри, не могла бы ты оттолкнуть лодку ногой?

Ну конечно. Сукины дети.

Внутренне проклиная их, я изо всех сил толкнула лодку в море. Ким Джэ Чхоль и Хван Сон Ун усердно заработали веслами, а Джейден замахал мне рукой.

— Мы обязательно вернемся за вами! Берегите себя и ждите!!!

Я не там, придурок, я здесь. Видимо, из-за того, что он был без очков, Джейден перепутал меня с деревом, в которое ударила молния, и теперь горячо прощался с ним.

Сильно щурясь от солнца, я смотрела вслед удаляющейся лодке, а затем повернулась. Нужно было подготовить питьевую воду до того, как Су Хо проснется.

***

20XX. 07. 29. 39-й день на необитаемом острове.

Попавшая в жестокий шторм яхта была полуразрушена и перевернута. Вернуть в нормальное положение стальную махину, уткнувшуюся носом в берег, было практически невозможно. Родной старший брат Су Хо и по совместительству капитан судна, Ли Хэ Сон, погиб. В моей памяти то и дело всплывало его радостное лицо, когда он говорил, что после этой доставки они с младшим братом вернутся в Корею. Девятилетний Су Хо еще не умел читать и ни разу не ходил в садик или школу дольше двух месяцев. Он мечтал, что по приезде в Корею пойдет в школу и купит новый рюкзак, но все эти надежды смыло штормом.

39-й день на необитаемом острове. Спасатели так и не прибыли.

Я не могла сидеть сложа руки и просто ждать помощи. Все это время я изо всех сил старалась выжить на этом диком острове.

Используя аварийный топор и молоток с яхты, я рубила деревья. В первый день я не смогла срубить ни одного нормального дерева, но со временем приноровилась, и теперь валила примерно по одному дереву в час, включая время на отдых. А пока распилишь поваленное дерево на части — вот и день прошел. Я построила временное убежище, чтобы спасаться от дневной жары и ночного холода, но нам нужно было укрытие покрепче и понадежнее.

— Угх!

В тот момент, когда я волокла за собой очередной разрубленный ствол, я наступила на что-то скользкое и рухнула на землю. Шлепнулась задницей на песок, а спиной больно ударилась о бревно. Корчась от боли, прострелившей все тело, я подняла то, что было у меня под ногой.

Это был комок использованных презервативов, запутавшийся в водорослях.

Я со вздохом раздражения посмотрела на комок, который неприятно холодил ладонь. Стиснула губы, готовые вот-вот изрыгнуть грязное ругательство. Но я ничего не могла поделать с тем, что мои веки, зажмуренные от усилия сдержаться, мелко подрагивали.

Мусор с материка не мог приплыть по морю и оказаться глубоко в лесу. Разве что сперматозоиды, оставшиеся в презервативе, слились с резиной и мутировали в новую форму жизни. То, что должно было валяться где-нибудь на пляже, оказалось здесь — это явно кто-то притащил.

Ли Су Хо. Этот парень каждое утро и каждый вечер ходил на берег и возвращался с кучей барахла. Если бы он приносил что-то полезное, вроде старых кастрюль или веревок. Но он старательно тащил железные башмаки, которые сгодились бы разве что в Средневековье, дырявые теннисные ракетки и обертки от шоколадных батончиков.

В укрытии, которое я построила потом и кровью, постепенно скапливался мусор. Первые несколько штук были еще ничего. Это его единственное развлечение на этом суровом и безнадежном острове... Подумав так, я оставила его в покое, ведь мальчик и так хорошо держался в одиночку. Но я больше не могла терпеть мусор, который размножался с невероятной скоростью, как нутрии, разрушающие экосистему.

Мое укрытие было захвачено всяким хламом, словно дом барахольщика из старой телепередачи. А, так дело не пойдет. Когда я почувствовала неладное, было уже слишком поздно. Не только внутри укрытия, но и снаружи все было завалено мусором, который притащил Су Хо.

В конце концов, я крепко взяла Су Хо за плечи и попыталась образумить.

— Все, что прибивает к берегу — это мусор, а не коллекция.

— Но это же красивое!

— Даже если красивое, это мусор. Нам же нужно где-то спать, Су Хо. Выброси это все.

Мы с Су Хо засучили рукава и устроили генеральную уборку. Но горбатого могила исправит: мучимый ломкой, Су Хо вскоре снова отправился на берег. Он больше не тащил все подряд, но каждый день я находила что-то новенькое. Когда я втихаря выбрасывала его находки, Су Хо, как собака, прячущая лакомство, начал распихивать свою коллекцию мусора по всему лесу.

Причина, по которой я не могла жестко отчитать Су Хо, хотя он никак не мог бросить свою привычку собирать мусор, заключалась в том...

В его улыбке. С его загорелым дочерна лицом и ослепительно белыми зубами, словно он только что поставил виниры как знаменитость, он смеялся и звал меня: «Нуна!».

Но теперь это был край.

Солнце в зените излучало испепеляющий жар, а влажный воздух с океана, казалось, липко оседал не только на коже, но и с каждым вдохом прилипал к легким.

Стояла такая жара, что одно лишь дыхание вызывало раздражение. С легким хлюпаньем из отверстия презерватива в моей руке вытекла теплая морская вода. Эта капля переполнила чашу моего гнева, который и так был на пределе.

— Ли Су Хо!

Когда я крикнула, вся на нервах, птицы на деревьях в унисон вспорхнули и разлетелись. Мне хотелось изо всех сил швырнуть то, что я держала в руке, но вместо этого я сунула это в карман. Нельзя было допустить, чтобы я или Су Хо снова наступили на это и упали.

В этот момент издалека прибежал Су Хо, крича: «Нуна...!».

Ну держись, мелкий. Готовься сегодня выплакать все глаза. До сих пор я закрывала глаза на все его выходки, жалея ребенка, который в одночасье потерял брата и оказался на необитаемом острове. Но для того, чтобы наша жизнь на острове была комфортной и безопасной, иногда нужно было применять и горькую пилюлю.

А если бы я сегодня неудачно упала и сломала кость? Кто бы достраивал укрытие, если бы не я?

Я встала и отряхнула задницу. Су Хо, подбежавший ко мне, тяжело дышал, демонстрируя густую черную макушку.

— Хаа, нуна, хаа, там...

Су Хо казался очень взволнованным, суетливо переминаясь с ноги на ногу.

— Так, Ли Су Хо. Сделай глубокий вдох и потом говори. На счет три.

Раз, два, три. Су Хо глубоко задышал под мой счет. Затем он поднял лицо, словно спрашивая глазами, можно ли теперь говорить, и я кивнула.

— Там, на берегу...

— Нет. Больше никакого мусора.

Дальше можно было и не слушать. Когда я холодно оборвала его, лицо Су Хо вмиг поникло. Но кто такой Ли Су Хо? Это школота... с гордой корейской кровью. Запретный плод всегда сладок. Тиран, который смотрит на мир с бунтарским настроем.

— Нет, нуна, в этот раз все иначе.

— Да то же самое. Это мусор.

— Это реально нечто особенное. Нуна, поверь мне хоть раз. А?

Глаза Ли Су Хо лихорадочно блестели. Он выглядел одержимым, как человек, ослепленный азартными играми. Когда я продолжала равнодушно смотреть на него, Су Хо вцепился в мою штанину и начал канючить. Эй, эй, не тяни так. Они же слезут.

— Нуна, только один раз. А? А? Пожа-а-алуйста...!

Я подтянула штаны, сползшие на бедра, и холодно ответила:

— Ладно, я пойду посмотрю, но брать это с собой нельзя.

Судя по лицу Су Хо, он такого не ожидал, но, видимо, довольный тем, что я хотя бы иду с ним на берег, широко заулыбался.

— Понял. Иди за мной, быстрее. Быстрее.

Су Хо, побежавший вперед, отчаянно замахал мне рукой. Сквозь развевающуюся футболку виднелись его предплечья, покрытые красными пятнами. Ребенок то и дело бросало в жар, как раскаленное железо, и его кожа была не в лучшем состоянии.

Если вспомнить то время, когда Су Хо целыми днями лежал, не открывая глаз, то его нынешнее состояние, когда он бегает и собирает мусор, кажется настоящим благословением. Думая об этом, мое сердце снова смягчается.

Держась за ноющую задницу, я поплелась за Су Хо.

Море сегодня было необычайно бурным. Высокие волны с силой разбивались о скалы, образуя белую пену. Пока я шла, глядя за горизонт, Су Хо крикнул: «Вот здесь!». Вдалеке на песке лежала черная масса.

— ...

Волны накатывали, обдавая ее водой, и отступали, но она не шевелилась.

— Нуна, быстрее!

Су Хо замахал рукой, явно нервничая. Мои шаги, полные неохоты, постепенно ускорились. В конце концов, разбрызгивая песок, я побежала со всех ног.

— Э-это же человек!

— Ага. Человек-мусор.

— Нет, это человек. Су Хо.

— Нуна же сама сказала, что все, что прибивает из моря — это мусор.

Ах ты ж. Как и подобает будущему почтительному сыну, он воспринял мои слова буквально. От детской наивности, в которой не было ни капли гибкости, у меня аж затылок свело.

— Надо было сразу сказать, что это человек-мусор!

Мужчина в черной домашней одежде лежал лицом вниз, будто песчаный пляж был его собственной гостиной. Он уже мертв? Если да, то его нужно отправить обратно в море, в объятия матери-природы, пока он не начал вонять.

Собрав все свои силы, я перевернула мужчину на спину. Напряглась так, что на висках вздулись вены, но это было непросто. Хрясь. От напряжения в крепко сжатой челюсти раздался опасный звук.

— Су Хо, плечо. Подтолкни его плечо ногой.

Только объединив наши усилия с Су Хо, нам удалось перевернуть мужчину на спину. Я знала, что первым делом нужно проверить пульс у этого неподвижного человека, но как только я увидела его лицо, мой мозг на мгновение завис.

— Красивый мусор, — завороженно пробормотал Су Хо, словно восхищаясь.

Он был буквально похож на тщательно вырезанную скульптуру. От симметрии глаз, носа и губ до мужественно четкой линии подбородка и даже пушка на бровях — он был безупречно красив.

Тонкая шелковая домашняя одежда прилипла к мокрому телу, подчеркивая каждый изгиб мышц. Нет, сейчас не время для восхищения.

Я тут же начала непрямой массаж сердца, ориентируясь на выступающие соски мужчины.

Надавливала изо всех сил, наваливаясь всем своим весом. Когда у меня по подбородку градом катился пот, тело мужчины подпрыгнуло, как только что пойманная живая рыба. Я поспешно похлопала его по плечам.

— Эй! Вы меня слышите?!

Веки мужчины, измазанные песком, слабо приоткрылись и снова закрылись.

— Су Хо, беги за водой!

— Ага!

Су Хо помчался к укрытию. Все это время я продолжала звать мужчину, чтобы он не заснул снова. Его длинные ресницы блестели серебром в лучах солнца. Песчинки плотно облепили плавные изгибы его ресниц.

В этот момент губы мужчины с трудом зашевелились.

— Что? Что вы сказали?!

Казалось, он отчаянно пытался мне что-то сказать, повторяя одни и те же слова снова и снова. Но его голос был настолько тихим, а дыхание таким прерывистым, что разобрать было невозможно.

Чтобы услышать его слова, я приблизила ухо к его губам и крепко зажмурилась, сосредотачиваясь.

— Скажите еще раз.

— Хаа, на..., вай.

— Что?

— ...Накрывай на стол.

Мужчина выжал из себя эти слова из последних сил. Пробормотав это словно предсмертное желание, он уронил голову набок.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver

Страница книги Погнали! в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

О книге