Брак Седрика Кембриджа и Элиссы Эйвери стал величайшей трагедией и проблемой для королевства Кастор и всей знати, живущей в нем.

Множество людей присутствовало на свадьбе этих двоих. И взгляды их были прикованы к жениху и невесте, которые вошли в комнату, держась за руки.

— Как давно умер Кендрик Кембридж? Неделю назад?

— Намного важнее то, что принцесса Элисса была с ним обручена.

— Шшш. Но они говорят, что никогда не видели Элиссу и Кендрика вместе.

— Но разве лорд Седрик не сошел с ума? Он поддерживает отношения с королевской четой Эйвери, которая довела его брата до смерти. Вынужден быть с женщиной, которая почти стала его невесткой.

— Шшш.

Седрик и Элисса прошли мимо дам, которые тут же прикрыли свои рты.

Но Элисса уже слышала все эти истории, о которых они говорили.

Элисса крепко сжала руку Седрика. Она не знала, утешит ли его это.

Красные и опухшие глаза Седрика сильно выделялись. Сердце Элиссы то билось, то замирало. Это не её вина. Не она виновата в том, что Кендрик Кембридж умер…

"Он думает, что это моя вина" .

Элиса прикусила губу.

Седрик ни разу не взглянул на Элиссу на протяжении всей свадьбы. Из-за этого, она видела его только в профиль или, из-за плотной вуали, которая была на ней, только его затылок. И крепко сжатые губы.

Элисса взглянула на крепкое плечо Седрика. За всю церемонию она так и не смогла тщательно рассмотреть его лицо, кроме красных глаз.

Тем не менее, это свадьба, и она была взволнована. Элисса горько улыбнулась.

***

Кендрик, сражавшийся на войне по приказу королевской семьи Эйвери, вернулся с великой победой. Люди восхваляли его как героя, и он стал главной фигурой «30-летней Альпийской войны». Король же обдумывал, какую награду он должен дать Кендрику.

Семья Кендрика Кембриджа обладала состоянием большим, чем королевская семья, и владела обширными территориями. Хозяйство, находящееся под их руководством, приносило огромную прибыль каждый год, а на плодородных землях никогда не кончалось зерно.

Богатство Кембриджей никогда не иссякало, и это давало им власть. Аристократы с Кембридж-стрит, прославленные и богатые, склонили перед ними головы. По этой причине Кембридж был председателем совета в течение многих лет. Было бы правильно, если бы семья Кембридж вскоре встала во главе королевства.

Кембриджи также не упускали возможности получать общественную поддержку. Они не закрывали глаза на страдания людей и почитались как благородные лорды. Поэтому король, который терял поддержку народа, завидовал Кембриджам.

Таким образом, король пришел к выводу, что необходимо остановить клан Кембриджей, пока они не стали еще более знамениты.

И так королевская семья Эйвери издала приказ о женитьбе герцога Кендрика и принцессы Элиссы.

С платиновыми волосами, такими же, как у матери, и загадочными фиолетовыми глазами, Элисса была занозой для королевского двора.

Это произошло потому, что её мать была цыганкой, о которой люди стеснялись говорить. Народ считал Элиссу королевским позором.

Однако она также была подходящим человеком для королевской жертвы. Элисса стала той, кто преподнесет Кендрику тяжёлую ношу бытия супругом принцессы.

Несмотря на это, из-за приказа короля, Кендрик, который был на пути ко двору, вернулся как труп.

Кендрик и его рыцари предупреждали, что нет необходимости преследовать убегающего врага и что это оставит пятно на победоносной войне. Однако король не послушал их. Те, кто не получили приказ короля вернуться, в конце концов вернулись мертвыми.

Люди стали замечать, что король был напуган славой и силой Кембриджей, но он не позволил себе совершить ошибку и высказать свои желания вслух.

В любом случае, Элисса стала вдовой за неделю до свадьбы.

Поскольку Кендрик был героем войны, он должен был быть погребен на королевском кладбище по приказу короля.

Но теми, кто мог быть похоронен на Королевском Кладбище, были те, кто обладал королевским статусом. Поэтому король взял и использовал останки Кендрика как кандалы для Седрика, младшего брата Кендрика, нового подданного.

Не было ни одного дворянина, который не знал о позорном поведении короля. За кулисами люди сплетничали о королевском ордене Эйвери и называли короля «убийцей героя». Кроме того, говорили, что останки героя украл «вор».

Честь Эйвери рухнула на землю.

"Все будет хорошо".

Никто не хочет, чтобы Седрик сделал так, что Элисса будет выглядеть лучше в глазах других. Элисса тоже не думала, что доживет до этого. Она просто считает минуты, когда ей становится скучно. Просто делает это.

Желание Элиссы никогда не будет учитываться. Даже если она ослушается, король и королева не сдвинутся с места. Скорее, это причинит ей еще больше боли за непослушание.

“Поскольку вы были рождены от низкой крови, вас необходимо обучить  правильно”.

Справочник для леди, который приходилось переписывать на тыльную сторону ладони, следы от кнута, которым не было конца, научили Элиссу добродетели молчания и послушания. Элисса - принцесса, проживающая жизнь, отличающуюся от других принцесс. Она была вынуждена молча защищать себя и, чтобы избежать побоев, научиться быть послушной.

На этот раз то же самое.

Сегодня, менее чем через неделю после смерти Кендрика, листья стали красными, будоража сердца людей, Элисса же стала осенней невестой…

Она горько улыбнулась, держа в руках смятый букет.

Эллису оставили в одиночестве в спальне молодоженов. Все, что у нее осталось - это маленький букетик.

Прохладная осень со свежим ветерком обосновалась в поместье Кембриджей. Она также пришла и в самый большой особняк на окраине островов, выбранный самим королем для Кендрика и Элиссы.

Достаточно большой, чтобы быть названным небольшим лесом, Серебряный сад также надел на себя алые одежды. Белки с желудями бегали по стволу дерева.

Эта осень была сладостнее и лучше, чем когда либо.

Звездная гряда отражалась в лучах раннего утреннего солнца. Она могла хорошо разглядеть ее с этого расстояния.

Это был прекрасный пейзаж.

Такая пустая трата времени - впадать здесь в депрессию.

— Все в порядке, Элисса. Ты сможешь жить хорошо, — бормотала Элисса слабым голосом.

Даже после того, как взошло солнце и  появились первые утренние лучи, Седрик не пришел.

На следующее утро она услышала новости о нем.

***

Седрик исчез.

(Рву на себе волосы aaaaaaaaaaaaaaaaaaaa)

Как только обменялся обручальными кольцами с невестой, беспечно уехал на своей лошади, пожимая плечами.

В королевстве Кастор никто еще не знал, что Седрик Кембридж женился сегодня на принцессе из рода Эйвери.

Из-за сострадания ли? Или потому, что он стал мужем принцессы? Никто не остановил Седрика.

— Это Седрик Кембридж. Открыть ворота.

То же самое было с последними воротами.

Железные ворота королевского кладбища, которые никогда не сдвинутся с места без приказа короля, были открыты.

Седрик вошел на кладбище после того, как оставил свою лошадь кладбищенскому сторожу. Опавшие листья, гонимые мягким осенним ветром, с шелестом кружились в воздухе.

Это было не менее одинокое зрелище, чем его собственное состояние.

Взгляд Седрика блуждал в поисках самого чистого, наименее заметного надгробия. Перед ним стоял новый букет сирени.

Король сказал, что почтит героя и похоронит его на королевском кладбище. Однако могила его брата Кендрика была более пустынной, чем где-либо еще.

На мраморе, покрывающем землю, не было ни одной надписи или национального герба, а на надгробии было только имя Кендрика. Одиноко, как на заброшенной могиле.

“Разве небеса не страшны? Эйвери…! "

Король, лишивший Кендрика жизни, взяв его останки в заложники, настаивал на женитьбе Седрика на принцессе.

Какие еще были варианты? Тело его брата, погибшего на поле боя, по прямому приказу королевской семьи, было отправлено на королевское кладбище, а Седрик даже не смог в последний раз увидеть его. Король смеялся и шептал:

—  Выбор за вами, сэр Седрик. Эта проблема, которая будет решена, если вы унаследуете герцогство и женитесь на Элиссе. У вас есть какие-либо причины ходить вокруг да около? Для вас это тоже неплохо.

Невидимая цепь сильнее сжимала его шею.

Король продолжил, наблюдая за Седриком подобно змее:

— Я также глубоко скорблю о смерти Кендрика. По этой причине я пытаюсь предоставить тебе столь редкую возможность.

Соболезнования и возможности. Правильно ли использовать это слово в данном случае? Седрик засмеялся.

Его пальцы, впившиеся в землю, окоченели.

“К черту Эйвери”.

Если бы у него была такая возможность, он бы прикончил короля, который устроил эту ужасную трагедию. Хотел бы увидеть, как король ползает по земле и расплачивается за свои ошибки перед надгробием брата. Его сердце, кажется, сжимается, когда он думает о своем брате, который умер несправедливо и в одиночестве.

— Седрик!

— Брат? Что привело тебя сюда так рано?

Именно Кендрик позвал Седрика, прогуливающегося вдоль придорожных деревьев и спокойно читавшего книгу. Он слез с лошади и обнял младшего брата за плечи.

Это было воспоминание о жарком летнем дне 15 лет назад.

Кендрик обнял младшего брата и ярко улыбнулся.

— Что происходит? Что-то хорошее случилось?

— Хорошее? Хватит притворяться! Я слышал, ты занял первое место в Академии? Мои сослуживцы сейчас сходят с ума. Они говорят, что у невежды Кендрика, умеющего только махать мечом, самый умный брат на свете!

Седрик рассмеялся. Кендрик - невежда? Это было сделано во благо Кембриджей, а не потому, что его брат был невежественным. Никто не знал об этом, но Кендрик всегда принижал свои способности и высоко оценивал Седрика.

—Как приятно, что ты рядом, Седрик! Скажи мне, чего ты хочешь. Брат все для тебя сделает!

Яркая улыбка Кендрика заставила Седрика расхохотаться:

— Не выпендривайся!

Он был дружелюбным и теплым человеком.

Для Седрика Кендрик был братом, посланным самими небесами.

Он казался сильной опорой в любое время и был богом Кембриджей.

Но его бог пал. Эйвери, забравшие жизнь его брата, обязательно заплатят за это. В любой форме.

Седрик взял на себя твердое обязательство. Грязь, въевшаяся в ногти, пробудила его разум.

— Брат, я обязательно тебя заберу отсюда.

Кендрик не должен быть здесь.

Он вспомнил свое обещание перевезти его туда, где были похоронены их предки.

“Я никогда не оставлю тебя здесь в одиночестве.”

Конец Кендрика был печальным, потому Седрик не мог уйти всю ночь. Холодный воздух на рассвете не остановил его. Он охранял брата словно недвижимый камень и рассказывал истории, которые не смог рассказать.

К сожалению, в тот момент он не мог думать о принцессе Элиссе. Потому что Седрик изо всех сил пытался пережить эту трагедию.

***

Саша, горничная, приехавшая из столицы с Элиссой, была единственным человеком, который был на стороне принцессы.

В особняке Кембриджей повсюду чувствовались злобные взгляды. Вскоре после того, как Элисса прибыла туда, она заметила, что это место враждебно по отношению к ней.

Ранним утром Саша была единственной, кто пришел навестить Элиссу, которая провела ночь в одиночестве.

— Хорошо ли вы спали? — ласково спросила она, зная, что Элисса не смогла даже сомкнуть глаз, сидя и ожидая Седрика. Она просто не знала, что сказать.

— Вполне… да.

Говорила Элисса очевидную ложь. С покрасневшими глазами и совершенно спокойно.

Саша грустно покачала головой, сняла макияж, предназначенный, чтобы порадовать жениха, с ее бледного лица.

Она не знала, почему этот шуршащий звук так душераздирающе звучит.

— Миледи…

— Ты уже поела?

Утро для посетителей начинается довольно рано. Саша кивнула с грустным вздохом.

— Да.

— Люди хорошо к тебе относятся?

— … Да.

Саша не была безразлична к холодным взглядам, устремленным на нее, но, чтобы успокоить госпожу, решила соврать. Он не хотела расстраивать Элиссу, которая опустила голову на свои маленькие плечи.

— Понятно.

Когда Элисса немного успокоилась и позволила Сашиным словам одурачить себя, дверь спальни распахнулась. Вошедшие дамы, были теми, кто долгое время работал в особняке Кембриджей. Таким образом, они должны были знать об этикете.

Тем не менее, горничные, вошедшие без всякой вежливости к Элиссе, принялись убираться в спальне.

— Что вы сейчас делаете? Проявите уважение к миледи! — взбунтовалась Саша.

— Прошу прощения? — фыркнула горничная.

Другая горничная, убирающая одеяла с кровати, на которой сидела Элисса, вздохнула и опустила руки.

— Сначала эту любезность должна была оказать Ее Величество Принцесса. Вы же не проявили к покойному никакого уважения.

— Это не вина миледи…!

— Достаточно, Саша, — остановила ее Элисса.

— Продолжайте свою работу. Я в порядке.

— Ее Величество выглядит свежо телом и разумом, когда как наш герцог всю ночь просидел перед могилой покойного брата.

Зрачки Элиссы расширились.

После вчерашней свадьбы он поспешно исчез, став мужем принцессы. Элисса не могла понять, что было на сердце у Седрика, простоявшего всю ночь у могилы брата.

Элисса вздохнула.

— Он все еще там?

Горничная бросила на нее презрительный взгляд.

— Полагаю, теперь вам интересно. Герцог скоро вернется. Да что же не так? — раздраженно пробормотала она, свернула покрывало и исчезла в открытой двери. Элисса невольно рассмеялась.

Она не могла поверить. Это будет первый раз, когда она увидит лицо своего мужа.

Элиссе никогда не разрешалось выходить в свет, потому что она была незаконнорожденным ребенком. С момента ее рождения и до сих пор она жила под постоянным контролем императрицы, считавшей, что только при тщательном и интенсивном обучении этикету девушка сможет скрыть кровь цыганки...

Ясный взгляд Элиссы изучал лица служанок.

Как и во дворце, здесь, кажется, не было никого, кто бы был на ее стороне.

Саша взглянула на горничных и пожала плечами.

—  Миледи ничего не знала об этом. Я тоже не знала, куда ушел герцог, так как вы узнали?

Элисса прикусила губу.

Плавильно ли им идти рука об руку? Разве это то место, где она могла появиться с кровью Эйвери, бегущей по ее венам? Достойна ли она отдать дань уважения Кендрику, погибшему в столь юном возрасте?

Элисса неловко поднялась с помощью Саши. Холодные взгляды впивались в них, пока они шли в ванную.

Они были здесь чужаками.

Элиссе даже не дали спокойно поесть. В столовой, где сгустились темные тучи, не было слышно ничего, кроме звона посуды.

Элисса продолжала есть. Под взглядами, полными злобы и враждебности, она едва могла жевать и глотать пищу.

Взгляд Офелии, единственной девушки в роде Кембридж, уставившейся на Элиссу, казалось, обжег ей лицо.

— Могу я взять еду? Братец Седрик сейчас...

— Офелия!

— Почему, матушка? Я сказала что-то, чего не должна была? Почему мы...

— Офелия, остановись.

Лицо Офелии покраснело. Она прижала колени к лицу, и казалось, сейчас расплачется. Затем госпожа Джулиана строго посмотрела на дочь и с улыбкой обернулась на Элиссу. Однако, в отличие от доброй и легкой на губах, в глазах ее не было. Элисса заметила, что улыбка миссис Джулианы была не более, чем фальшивкой.

— Могу я теперь называть тебя Элиссой? Мы теперь семья.

— Да, мама.

— Ха, она сказала “мама”. — пробормотала Офелия и, громко стукнув ложкой по столу, встала и вышла из столовой.

Как будто она больше не хотела находиться в одном пространстве с Элиссой. Миссис Джулиана не смогла остановить Офелию и неловко улыбнулась.

— Все будет хорошо. Офелия постоянно ходила за Кендриком. Она как-то сказала, что собирается выйти замуж за своего брата…

— Я...

— Я знаю, что это не твоя вина, Элисса.

Вопреки сказанному, миссис Джулиана улыбалась, как безжизненная бумажная кукла, без малейшей теплоты.

— Спасибо, мама. Я в порядке. Правда.

Единственное, что могла вымолвить Элисса сейчас, что это не ее вина, но, безусловно, вина королевской семьи Эйвери, членом которой она была.

Королевская семья Эйвери не была бы уничтожена из-за одной ошибки, но этот факт расстроил членов семьи Кембридж до самой глубины души.

Кендрик завершил 30-летнюю Альпийскую войну победой и поднял репутацию Кембриджей высоко над небом. Король, завидовавший Кендрику, был весьма доволен, когда тот умер.

Элисса не могла игнорировать их гнев прямо сейчас, потому что видела, как король смеется у нее перед глазами.

“Наверное, я тоже грешница.”

Этот брак, который она считала началом чего-то нового, может оказаться скорее адом, чем тернистой дорогой.

Ад, подобный тюрьме, где вы должны жить как грешник всю жизнь.

***

Седрик вернулся утром, около полудня, весь холодный и замерзший. Он не простудился из-за своей физической силы и иммунитета, но на всякий случай Леонс порекомендовал ему горячую ванну.

Леонс был дворецким, который работал в Кембридже еще до рождения Седрика, поэтому он привык к нему.

Седрик глубоко вздохнул, опираясь на руку дворецкого, который аккуратно массировал ему шею. Холодный воздух, скопившийся на его теле, кажется, улетучивался.

Леонс начал разговор, убедившись, что температура тела Седрика вернулась в норму.

— Вы ходили повидаться с Кендриком?

— Да. Он, должно быть, дрожит в одиночестве. Было так холодно, что я не мог не прийти.

— Кендрик всю жизнь был одинок.

— …?

— Он всегда любил проводить время со своими братьями.

— У меня нет права назвать себя его младшим братом. Я отпустил его одного, — пробормотал себе под нос Седрик.

У него перед глазами всплыла спина доброго и надежного брата, его ласковый голос, когда Офелия уговаривала его не ехать, также ясно прозвучал в голове:

— Я скоро вернусь, Офелия,я же намерен в конце концов после жениться.

— Все говорят, что это приведет тебя к смерти! Ходит слух о том, что королевская семья Эйвери пытается убить герцога Кембриджа! Пожалуйста, брат!

— Все совсем не так. Офелия, не доверяй другим, доверься мне. Седрик, Офелия и матушка...

— Хорошо, так что вернись поскорее.

Даже на грубые слова Кендрик ответил яркой улыбкой. Он был щедрым и хорошим человеком. Его преданность королевской семье Эйвери и королевству также была высока. И как отплатили ему Эйвери?

Несмотря на то, что он вернулся мертвым, даже его смерть была использована.

Именно тогда Седрик вспомнил невесту, в глаза которой ни разу не взглянул на свадьбе.

— … А как себя чувствует принцесса Элисса?

Такое обращение было лучшим вариантом для Седрика, потому что он не мог найти в себе силы произнести слово “жена”.

В глазах Леонса, который на мгновение замолчал, вспыхнул гнев. Королевская семья Эйвери, король, который заставил его господина жениться после смерти предыдущего герцога, и принцесса, которая с волнением приехала в Кембридж. Когда он думал о них, был на грани того, чтобы заболеть.

— Она в своей комнате, — кратко ответил Леонс.

Седрик остро ощутил гнев и ненависть дворецкого по отношению к принцессе. И это все? Было очевидно, что никто из живущих в этом особняке не примет ее.

Тем не менее, он закрыл глаза на эту ситуацию. Сам Седрик не мог принять Элиссу.

Женщина, которая чуть не стала его невесткой, а потом стала женой. Та, что рождена от королевской крови. Поэтому Седрик решил отправить Элиссу на самый край сознания.

Сейчас ему трудно собраться с мыслями, так что он подумает об этом позже.

Седрик коротко кивнул:

— Леонс, все наладится.

С этим ответом он стер из головы все мысли, касающиеся принцессы Элиссы, и напряжение на собственном лице, из-за которого слегка дрожали его яркие платиновые волосы.

Леонс сменил тему.

— Когда мадам Джулиана и мисс Офелия смогут посетить кладбище?”

— Ну…...

Седрик медленно приподнялся. Капли воды, стекавшие по его крепкому телу, разбивались о воду, как драгоценные камни.

Просидев некоторое время неподвижно, он тихо спросил:

— Разве это зависит от меня?

В отличие от Седрика, который женился на принцессе Элиссе, став при этом членом королевской семьи, миссис Джулианна и Офелия были просто аристократками. Им не разрешалось входить на королевское кладбище без разрешения королевской семьи.

“Король ни за что не даст разрешения.”

Все будет зависеть от того, что королевской семье понадобится от Седрика. Или переместить могилу Кендрика, как он обещал.

Однако, чтобы привести его брата в Кембридж, должна быть веская причина. В конце концов, нужно, чтобы кто-то из королевской семьи Эйвери сделал это ...

— Ах ты, с*кин сын...

Его уже тошнило от этой ситуации, как будто все пути для него были плотно заблокированы. Седрик снова вздохнул.

— Что вы хотите этим сказать?

— Я сам этого не знаю.

Леонс закрыл рот, услышав слова Седрика. Его плечи казались тяжелыми, а усталое выражение лица ранило сердце старого дворецкого.

— Я скоро отправлюсь на юг. Мне нужно закончить дело с железной рудой, которым занимался мой брат.

Деньги необходимы, когда королевской семье есть о чем просить. Королевская семья Эйвери была полна тщеславия. Они ценили внешнюю оценку людей, поэтому каждый день в замок поступали дорогие ингредиенты и алкоголь. Даже стол был великолепен и полон вычурности в день приезда делегации.

То же самое можно было сказать и о шкатулке с драгоценностями императрицы, которая менялась каждый день. Таким образом, деньги были лучшим способом для того, чтобы иметь дело с королевской семьей.

— Дело с железной рудой?

— Оно должно быть успешным. Скажи Паулине принести все данные, связанные с железорудным бизнесом.

— Да, я вас понял.

Седрик распределил все, что должен был сделать, в своей голове. Внутренняя составляющая его плана достаточно сложная. Его глаза, погруженные в темноту, были направлены на сад.

В те дни, когда у него было множество забот, он обычно гулял по лесу и высаживал что-нибудь в саду. Ему нравилось заниматься физическим трудом ни о чем не задумываясь, это очищало его разум.

“В будущем это будет затруднительно.”

Ему приходится работать без устали, чтобы едва приблизиться к своей цели.

Тем не менее, у Элиссы не было проблем с Седриком. Его переполняли мысли о брате и королевской семье.

Королевская семья должна заплатить равноценную цену. Цену разрушения и сокрушения небес Кембриджей.

Голубые глаза Седрика были наполнены гневом.

***

Элисса не видела Седрика уже месяц. Он не приходил в особняк, чтобы увидеть ее, так как все время был занят.

Элисса стала призраком особняка Кембриджей.

Не было ничего, что она могла бы сделать. Горничные и служащие, казалось, с уважением относились к ее словам и прислушивались, но в конце концов, ничего не шло по желанию Элиссы. Однако она не могла ничего сказать людям в особняке, которые были охвачены горем по поводу потери Кендрика и гневом по отношению к королевской семье. Только благодаря Саше Элисса могла как-то жить.

Миссис Джулиана не выходила из комнаты, и Офелия прожигала взглядом Элиссу, произнося всевозможные нечестивые выражения, когда пересекалась с ней.

— Хорошо себя чувствуете? Входит Ее Величество, а мой брат покидает дом. О, это ваша цель — выгнать моих братьев и убить их одного за другим таким образом?

В конце концов, Элисса тоже не вышла из комнаты.

— Миледи…

Саша разрыдалась. Она плакала каждый день. Элисса же уже привыкла делать вид, что с ней все хорошо.

— Все в порядке, это будет продолжаться.

— Как вы можете быть в порядке? Я так же расстроена! Что наша бедная леди сделала не так?

Элисса горько улыбнулась.

— Возможно, было ошибкой — родиться в семье Эйвери.

— Не говорите так!

Саша умело заплела волосы принцессы, чтобы уложить их.

Элисса впервые собиралась прогуляться по саду после того, как Саша сказала, что будет лучше выйти на прогулку, нежели оставаться внутри. Элисса любила осень больше всего. Это прекрасное время года. Все окрашено в красные и желтые цвета, а небо такое голубое.

Гуляя осенью, Элисса, которая чувствовала себя совершенно опустошенной, наполнялась энергией.

— После прогулки вам станет лучше. Если не хотите привязываться к человеку, просто привяжитесь к саду. Сады Кембриджа - одни из самых красивых в королевстве.

— Это так? Тогда я смогу увидеть звезды? — спросила Элисса с застенчивым выражением лица словно она была цветком.

Саша кивнула.

— Конечно. Солнечные лучи сегодня достаточно сильны, поэтому, пожалуйста, наденьте шляпу. Это платье как раз вам подойдет.

Саша дала Элиссе, которая улыбнулась спустя столько времени, зонтик в тон ее одежды.

После некоторого колебания Саша стала охранять Элиссу со спины, когда та вышла из комнаты.

Внимание жителей Кембриджского особняка было обращено на Элиссу, но никого не интересовало, что она делает. Это было довольно удобно.

Работники, казалось, были заняты тем, что происходит на данный момент, но Элисса и Саша были отчуждены и не слышали новостей.

Элисса шла быстро, избегая критики и взглядов, которые могли бы обрушиться на нее.

Яркий солнечный свет лился над ее головой. Осенью все: солнце, ветер и запах.

Спустя долгое время Элисса глубоко вдохнула свежий воздух, который распределился по всему телу. Прежде чем спускаться вниз, она проверила, в каком направлении находится сад. Путь казался довольно долгим, но она была уже на месте. Элисса сделала глубокий вдох и вошла в сад.

Как мечтала, она стала невестой осенью, но совсем не была счастлива. Когда Элисса была маленькой, она пообещала, что будет счастливой невестой…

Элисса горько улыбнулась.

Она шла по хорошо организованному лесу. Садовнику было не трудно делать свою работу. Это был хорошо оборудованный сад, где можно было ходить даже в обуви.

Никого не было. Элиссе показалось, что она наконец-то освободилась от осуждающих взглядов. Она шла спокойно, с расслабленным лицом.

Птицы, белки и кролики. Ее постоянно преследовали только обиженные взгляды, но когда она смотрела на этих невинных животных, ее сердце успокаивалось. На какое-то мгновение Элисса подумала, что хорошо было прийти в сад, как и говорила Саша.

В том ли направлении можно увидеть кусты космеи? Элисса опустила голову и повернулась.

*Болтовня*

Затем обрезанные ветки упали перед ней. Элисса удивленно подняла голову. Она думала, там никого нет …?

— Кх, кх.

Ей показалось, что там кто-то есть, и она закашлялась. Однако реакции не последовало, и Элисса с трепещущим сердцем приподняла голову. Она увидела человека, который, засунув голову в дерево, стоял на лестнице.

На нем были грубые черные сапоги, черные брюки и удобная клетчатая рубашка. Садовник?

Человек, который понятия не имел, как закатать рукав, высунул голову из дерева и спустился только через долгое время. Это был мужчина с развевающимися на ветру светлыми волосами и ясными глазами, напоминавшими осеннее небо. Мужчина с острым носом и острым подбородком имел красивую внешность для садовника.

Складывая лестницу, он, казалось, собирался уходить.

— Это…

Элисса была той, кто позвал его. Человек, которого она окликнула, повернул голову.

— Вы здесь работаете?

Мужчина коротко кивнул. Учитывая, что его движения естественны, он, должно быть, был знаком с этим садом лучше, чем Элисса.

— А… Тогда вы знаете, где можно увидеть кусты космеи? Я тут впервые.

Глаза Элиссы и мужчины встретились. Темно-синие глаза мужчины обрисовали легкую дугу. Вскоре его красные губы медленно раскрылись.

— Космея?

Это был голос с глубоким резонансом. Элисса кивнула.

— Да, я хотела бы увидеть кусты космеи.

— Идите в ту сторону. — коротко ответил мужчина и указал рукой в нужном направлении.

Элисса взглянула на его руку и слегка улыбнулась.

— Спасибо. Они все еще цветут? Мне показалось, что я видела их месяц назад.

— Я уверен, они будут цвести.

— Вау. Тогда я смогу это увидеть. Спасибо.

Элисса медленно прошла мимо мужчины. В этот момент они столкнулись взглядами. Однако это было всего мгновение. Потому что они изначально шли разными путями.

Элисса шла по лесу, чувствуя себя лучше, как и говорила Саша.

— Что он за человек, если так красиво украсил сад?

Седрик, проходящий мимо Элиссы, пригладил волосы. Он на мгновение оглянулся и снова шагнул вперед.

“Принцесса Элисса…”

Это определенно была она. Платиновые волосы и фиолетовые глаза. Бледная и белоснежная кожа. Она была такой же, как о ней рассказывала болтливая Офелия.

Седрик нахмурился.

“ Какого черта ты здесь делаешь? ”

Это было не место для благородной дочери королевского рода. Офелия даже не взглянула бы в сторону этого леса. Миссис Джулиана тоже больше интересовалась чайными сервизами, чем лесом, так что за него отвечал Седрик. Он не мог поверить, что королевская девчонка вошла в это место… Он почувствовал отвращение.

Седрик охлаждал свою разгоряченную голову наедине с садоводством.

С самого детства он часто посещал этот сад в одиночестве. Теперь он привык подрезать ветки и осматривать птичьи гнезда. Опасные ядовитые растения убирались заранее, а съедобные плоды были собраны и складывались в мешки.

После стольких дел все беды мира были забыты. Потом он встретил принцессу. Молодая девушка, которая невинно спрашивает о кустах космеи. У нее был слишком одинокий взгляд, чтобы он проигнорировал вопрос. Ну что плохого в том, чтобы отдать часть этого большого леса.

Седрик вздохнул.

Его все равно не будет здесь какое-то время. Больше нет Кендрика, который должен был вернуться с поля боя и взять на себя бизнес, которым некоторое время занималась его мать. Седрик должен занять это место.

Весь последний месяц он был чрезвычайно занят, работая над тем, что оставил Кендрик.

Это было место, которое, как он думал, никогда не будет принадлежать ему, поэтому он был занят тем, что приспосабливался и учился работать. Вместо того, чтобы вернуться в особняк, он остановился в гостинице.

Не только по этой причине, но и потому, что Седрик должен был уехать, чтобы выиграть право на железорудный бизнес на Юге страны от имени Кендрика.

В последнее время он готовился отправиться туда. Теперь ему предстояло успокоить инвесторов, которые хотели выйти из бизнеса, получить финансирование и нанять надежных работников.

Паулина была секретаршей Кендрика, а теперь и Седрика. Она сыграла важную роль в помощи Седрику в целом. Все, начиная с подписания контрактов, составления списка необходимых вещей и так далее. Он отвечал за большую часть работы в одиночку, поэтому ему пришлось найти человека, способного помочь ему.

У Седрика была куча работы, и Паулина была лишь ее частью. Кроме того, он должен позаботиться о дне рождения Офелии и о здоровье их матери. И...

— Ах.

Только теперь на ум приходил человек, которого он забыл намеренно или бессознательно.

“Я никогда не думал о принцессе.”

Он почувствовал легкое чувство вины. Ведь он женат.…

В конце концов, принцессу Элиссу тоже посадили на шею Седрика. Нравится ему это или нет, но теперь она — человек, о котором нужно заботиться. Принцесса — драгоценная дочь семьи Эйвери.

Если принцесса расскажет королевской семье о несправедливом обращении с ней в Кембридже…

“Хахаха. Это не сработает.”

Седрик снял перчатки, сунул их в задний карман и опустил голову. Перед отъездом он должен поручить Леонсу позаботиться о принцессе.

“Знает ли она, что я уезжаю на юг? Мне следует поговорить об этом?”

Нет, он не обязан. Во всяком случае, ей должен был сказать об этом кто-то из особняка. Седрик пока не хотел встречаться с ней лицом к лицу. Когда он смотрел на Элиссу, у него не было уверенности, что он не возненавидит ее. Не было и никакой уверенности в том, что он не выплеснет на нее гнев от имени королевской семьи. Потому что Кендрик по-прежнему был для Седрика как незаживающая рана.

Ему пора было спуститься с тех ступенек, на которых он стоял.

— Прошу прощения!

Седрик снова остановился, услышав голос, зовущий его. Элисса схватилась за край его рубашки, тяжело дыша. Седрик выхватил из ее рук свою рубашку, хмуря брови.

— Зачем вы это делаете?

— Ох, как хорошо.

Элисса закатила глаза и приоткрыла рот.

— Я читала об этом в одной книге, но слышала, что такие животные, как лисы и волки, тоже живут в подобных больших лесах. Может быть…

— Такие животные здесь не живут. Можете быть уверены.

— О, какая удача. Это первый раз, когда я вышла одна. — сказала Элисса.

Это был первый раз, когда кто-то был так гостеприимен к ней в этом особняке. Поэтому она колебалась, думая, что сказать, потому что не хотела отпускать его.

Седрик, который смотрел на маленькое личико Элиссы, нахмурился.

— Эх.

Тень Кендрика накрыла Элиссу.

Все было так, как и ожидалось. Седрик все еще был просто глупым человеком. Элисса и королевская семья. Неразлучная уздечка привязывала Кендрика к ней. Ее брат казался призраком, кружащим вокруг Элиссы. Для Седрика принцесса была первородным грехом королевской семьи.

Вот почему.

Седрик повернул к ней холодное и застывшее лицо.

Он больше не хотел разговаривать с Элиссой. К счастью, она, похоже, не заметила, кто такой Седрик. Так что принцесса не сможет пойти к королевской семье и сказать бесполезные слова.

Седрик двигался так быстро, как только мог, словно за ним гнались.

“ Эх…”

Тщетно глядя на Седрика, который большими шагами удалялся, Элисса протянула руку.

Она была так взволнована. Человек, который ей понравился в этом особняке.

Элисса постучала по полу носком туфли.

Ее сердце, которое раздулось подобно воздушному шару, казалось, провалилось и погасло. Элисса долго не могла оторвать взгляда от спины мужчины, который удалялся.

Но вскоре она повернулась с опущенными плечами. Все же в порядке. Если пройти немного дальше, там будут кусты космеи, и Саша ждет, когда она вернется. Разве их все еще не было только двое? Саша тоже осталась с ней, так что она сможет выжить.

Элисса глубоко вздохнула и двинулась дальше.

— Вау…

Кусты космеи, на которые она наткнулась, были намного красивее, чем она представляла. Солнечный свет лился в расширенные зрачки взволнованной Элиссы. Красивые стебли космеи и яркие цветы, распускающиеся по краям, казалось, танцевали.

Сердце Элиссы снова затрепетало.

“Красиво…”

Цветы, казалось, махали ей:

“Привет, привет, приятно познакомиться.”

Впервые она нашла что-то, что приветствует ее в этом особняке. Нет, Элисса не знает, что цветы шепчут ей. Но поскольку они молчали, она почувствовала облегчение.

Элисса протянула руку, крепко сжав губы. Она тронула мягкие лепестки. Было приятно зайти так далеко. Если она сможет видеть этот пейзаж вечно, возможно, жизнь здесь не будет такой адской. Куда бы она ни пошла, там будет лучше, чем с королевской семьей.

Элисса осталась здесь на некоторое время.

***

Седрик остановился у домика садовника, сложил свое снаряжение и вернулся в особняк с корзиной, полной фруктов. Офелия, положившая подбородок на перила и ожидавшая его, побежала вниз.

— Брат!

— Офелия?

Седрик обнял сестру одной рукой, но вскоре она, нахмурившись, отступила.

— Ох, вонючка. Ты снова занимался озеленением?

— Тсс. Леонс, подойти сюда.

Седрик отодвинул Офелию и протянул корзину Леонсу. Девушка надула губки и принялась бродить вокруг него.

— Там много фруктов. Ты весь день был в саду.

— Даже если Кембридж падет, я все равно смогу есть и жить как садовник.

Седрик рассмеялся, снял грязные сапоги и отодвинул их в сторону. Только переобувшись в принесенные слугами башмаки, он выпрямил спину.

— Позаботься о моей матери и .…

Седрик моргнул.

— И о принцессе Элиссе.

Офелия, пораженная его словами, подняла голову.

— Что ты говоришь, брат?! Зачем доверять мне эту девушку? Не поручай мне ничего, Леонс, я сойду с ума!

— Офелия. — сурово сказал ей Седрик.

— Почему? В жилах принцессы Элиссы течет кровь Эйвери. Почему я должна быть с ней любезна? Это они убили нашего старшего брата!

— Тсс, Офелия. Защити образ принцессы.

— Но...

— Пойдем, — вздохнул Седрик и жестом указал на Леонса. Опустив голову, он поднял корзину и увидел, что тот уходит. Он схватил сестру за запястье и шагнул вперед. Офелию нужно было предупредить, прежде чем случится что-то серьезное.

Если благородная принцесса не сможет преодолеть гонения, которые шли от Офелии, и отправится к королевской семье, это станет проблемой.

— Ох, брат. От тебя пахнет!

— Ладно, ладно.

Седрик, вернувшийся в спальню вместе со своей мрачной сестрой, отпустил ее.

— Зачем ты это делаешь? — спросила Офелия, выпятив губы.

Он плюхнулся на стул.

— Не поступай так с принцессой Элиссой. — застонал Седрик, расстегивая пуговицу на рубашке.

— Но почему? Тебе нравится принцесса Элисса? Ни за что, братец, ты…

— Тише. Это опять зашло слишком далеко. Это твоя проблема. Почему бы тебе не послушать до конца?

Офелия хмуро посмотрела на Седрика. Он отличался от Кендрика, который всегда говорил, что все, что она делает, мило. Офелия знала, что все его слова были правдой, но это раздражало. Она отвернулась.

— Послушай, Офелия.

Седрик щелкнул языком и сказал:

— Разве ты не хочешь снова увидеть Кендрика?

— Что…?

Офелия повернула голову с дрожащими глазами. Она была чувствительной и придирчивой, но по натуре неплохим ребенком. На самом деле, она была проще, чем казалась. Вот почему избранная Седриком шоковая терапия, похоже, сработала.

— Почему я не могу повидаться с Кендриком? Потому что мой брат женился на принцессе… Разве я не увижу его, если поеду с братом?

— Ты думаешь, это так просто? Мы ненавидели королевскую семью. Королевская семья всегда имела силу, чтобы не пускать нас внутрь. Но что, если ты будешь так вести себя с принцессой Элиссой?

Губы Офелии задрожали. Как будто слезы вот-вот хлынут, в больших глазах образовались капельки воды.

— Нет, ни в коем случае… Ты хочешь сказать, что Элисса нас не отпустит? Ты даже не увидишь своего мертвого брата Кендрика? Сколько еще королевская семья будет жестока к нам... !!! Угх....

— Офелия, не плачь.

Седрик прикоснулся ладонью к её лбу. Вид бледного лицо Офелии разрывал его сердце на части. Поскольку она равнялась исключительно на Кендрика, её боль только усиливалась.

Некоторое время он колебался, затем похлопал Офелию по плечу, когда девушка закусила губу и из её глаз покатились слёзы.

- Будьте добры с принцессой Элиссой, тогда она возможно расскажет королевской семье хорошее о нас.

- Ха, но хм… Я ненавижу Элиссу, - прошептала Офедия напряженным голосом. – Её семья убила моего брата. Я не идиотка.

Седрик посмотрел на Офелию запавшими глазами. Ей было всего 18 лет. Всё ещё слишком юная, чтобы быть взрослой, и слишком выросла, чтобы называться ребёнком. Находясь на границе между детством и зрелостью, она не знала, что делать, как ребёнок, потерявший родителей.

Седрик вздохнул.

- Ты не можешь погрязнуть в прошлом и потерять что-нибудь ещё, Офелия. Я собираюсь покинуть особняк на время. Кроме тебя некому будет попросить принцессу. У нашей матери плохое здоровье.

- …

Седрик и сам застрял в прошлом. Даже не в состоянии видеть лицо принцессы.

- Ты говоришь хорошо.

Для Седрика, Алиса была всего лишь членом королевской семьи Эйвери и в то же время той, кто возвращал его к воспоминаниям о Кендрике. Её брак с его братом был неизбежен, хотя и являлся результатом стратегии.

- Ты сделаешь это, хорошо? – сдавленным голосом произнес Седрик, привыкший скрывать все свои чувства. Офелия вытерла слёзы тыльной стороной ладони и кивнула.

- Я постараюсь изо всех сил.

- Благодарю тебя, Офелия.

Седрик горько улыбнулся. Это год было исключительно тяжело пережить. Он чувствовал, что его сердце истощилось.

Седрик взглянул из окна на сад, где осталась Элисса. Расставшись с ней, он долго бродил по лесу. Вероятно сейчас девушка уже вернулась. Однако Седрик вскоре выкинул мысли о ней из головы и обратился к сестре:

- Теперь я хочу помыться. Выйди, Офелия.

- Что насчёт еды?

Перед его взором мелькнуло лицо жены. Седрик подумал, что отныне каждый раз вспоминая о саде, он естественно будет вспоминать и об Элиссе.

- В саду остался необработанный участок. Приятного аппетита.

Офелия кивнула с раскрасневшимся лицом.

После того, как она вышла, Седрик остался в спальне в одиночестве. Раньше здесь жил Кендрик, а теперь поселился он. Седрику будто пронзили сердце.

Офелия только притворялась сильной, но то же самое было правдиво и для Седрика, который не смог предотвратить смерть брата. Он прикрыл свои усталые глаза.

Было трудно оставаться здесь. Седрик считал, что ему всё же стоит покинуть эту комнату. Напрасная надежда, что когда-нибудь Кендрик вернётся со своей ослепительной улыбкой, иногда съедала Седрика изнутри.

Однако если он, ставший герцогом, будет использовать другую спальню, то только вызовет у других беспокойство. Поэтому он бродил вдали от особняка, под предлогом занятости.

Поэтому, когда той ночью он не смог справиться с болью, то покинул дом.

***

Для Элиссы жизнь в особняке была подобна ежедневной тяжелой работе. Она не могла даже комфортно поесть. День за днём о ней заботилась одна Саша. Люди в доме стали на удивление дружелюбны, но не до такой степени, чтобы полностью спрятать клинки. Элисса очень чувствительно воспринимала их улыбки, тревожась о том, что говорят у неё за спиной. Беспокойство о неожиданном холодном расположении пожирало её.

Офелия рассказала ей, что Седрик, который не показывался продолжительное время, отправился в деловую поездку на юг. Муж, лица которого она до сих так и не увидела должным образом, теперь уехал далеко.

Офелия перестала грубить Элисси, как делала это прежде. Иногда она разговаривала с невесткой, сообщала ей какие-то новости. Таковыми были изменения, произошедшие спустя три месяца после свадьбы.

Тем не менее Офелия по-прежнему неуклюже скрывала свои чувства. Она не могла спрятать свои равнодушные глаза и с наступлением зимы. Элисса заметила.

Особняк Кэмбреджей «соответствовал» Элиссе. Поскольку Элисса была принцессой, к ней относились с уважением и оказывали необходимое внимание, но не более того. Оставаться в тёплом особняке было холоднее, чем гулять по заснеженному саду.

Вселенная, где Элисса чувствовала себя комфортно, была давно потеряна. Всё, что осталось – Саша и одиночество.

Каждое утро, ланч и ужин. За обедом с Офелией и миссис Джулией.

Удушающе ощущение.

Придирчиво осмотрев еду, миссис Джулиана произнесла:

- Полагаю, что такое не соответствует вкусу Элиссы, Леонс.

- Ох, нет мама, это правда хорошо.

Элисса ослепительно улыбнулась и наложила себе большую ложку. Это было подобно пытке. Она претворялась удовлетворённой и ела.

Фактически, тоже самое испытывали Офелия и миссис Джулия. Трапеза всегда проходила в тишине и никто не оставался в обеденной комнате надолго.

Таким был изначальный грех Элиссы. Несправедливое обвинение. Грех, который не выразишь словами, рассматривался как её собственный и она должна была молиться о прощение чужих проступков.

Алые буквы, отпечатавшиеся на ней, увеличивались в размере и давили.

Скоро будет четыре месяца с тех пор как к Кемдриджам пришли перемены. Невозможно жить в тишине вечно. Настало время Офелии, Джулиане и Элиссе вернуться в общество.

Она представила, как много людей будут говорить. Элисса вздохнула и проглотила еду.

- Кха, кха!

- Ох, это потому что вы заставляете себя есть! Я очень расстроена.

Саша похлопала Элиссу по спине, когда ту вырвало, и тяжело вздохнула. Девушка плохо себя чувствовала каждый день, потому её рвало. Сейчас это воспринималось как ежедневная рутина.

В то же время, серьёзно заболев, Элисса держалась, даже если бы могла попробовать позвать врача, беспокоясь о том, какие меры предпринять. Она не хотела никому докучать в особняке Кэмбриджей.

- Сколько ещё я…

Элисса закусила губу. Достаточно сильно, чтобы выступила кровь.

Она не знала, почему судьба королевской дочери настолько плоха.

После рвоты Элисса почувствовала себя комфортнее внутри. Она помылась в тёплой воде, надела платье, закуталась в плотную шерстяную шаль, закрывающую лицо, и застегнула пальто.

Не важно, насколько плохой была погода, Элисса никогда не пропускала прогулку. Когда она отправлялась в сад, Саша видела, что ей становилось легче дышать на открытом пространстве, поэтому она не останавливала девушку.

Саша сказала, надевая перчатки на руки Элиссе:

- Возвращайтесь сегодня пораньше. Похоже будет сильный снегопад.

- Хорошо. Я скоро вернусь.

Саша закатала рукава, увидев, как Элисса кивает головой и согласно моргает. Она оттолкнула всех горничных, которые собирались прислуживать Элиссе, так что за неё отвечала только Саша.

Она должна была прибраться в спальне Элиссы, сложить книги и бумаги, которые девушка читала и, в самом конце, проверить гардеробную.

Сашин день только начинался.

***

Как давно это было?

Седрик, который выглянул в окно и окинул взглядом пейзаж, был впечатлён.

Похоже, он возвращается в особняк Кэмбриджей спустя три месяца. Когда он был на юге, то узнал о дешёвых сигаретах от рабочих и теперь держал их между пальцами.

- У тебя отсутствует понятие о нормах поведения в карете.

Паулина угрюмо бормочет и открывает окно на холодном ветру. Скоро они прибудут в особняк.

- Хахаха. Прости, прости.

Седрик, пришедший в себя и засмеявшийся, бросил сигарету на пол и выкинул в небольшой мусорный бак. Он будто бы стал немного старше. Речь не о возрасте, 24 года. Если раньше он был мальчиком, то теперь чувствовал себя взрослым, который действительно отвечает за семью. Внезапная смерть Кендрика, казалось, заставила Седрика вырасти.

На юге Седрик подбадривал рабочих и без колебания влился в их коллектив. Он сам осмотрел шахту, работал и днём, и ночью. Благодаря этому бурение железной руды стабилизировалось без проблем. На этот раз стояла задача отыскать компанию по поставкам переработанного железа. Возможно, из-за того, что торговый район столицы был наиболее развитым, здесь находилось много компаний.

Вот почему спустя столько времени Седрик вступил в столицу.

Но он не мог остаться надолго. Через неделю ему пришлось вернуться на юг и найти сталелитейный завод с печкой, которая могла бы плавить железную руду хорошего качества. У него было много работы работы, поэтому он не знал, когда сможет спать, вытянув ноги.

Паулина вздохнула и вручила папку с файлами Седрику.

- Здесь документы, на которые вам нужно взглянуть. Это установленная королевской семьёй компенсация за смерть Кендрика.

- Компенсация?

Седрик коротко вздохнул и принял бумаги. Было немного тяжело браться за них.

- Большая часть проблем стоят перед принцессой Элиссой.

Выражение лица Паулины было мрачным. Когда королевский дом прислал документы в качестве уведомления о компенсации, она не могла стоять, но смеялась. Королевская семья внешне утешает Кендрика, но, умело используя позицию Элиссы, она помешала ему получить даже приличную компенсацию. Если принцесса и Седрик разведутся, принцесса легко может вернуть имущество Эйвери.

Седрик просматривал документы с унылым видом. Прошло много времени с тех пор, как он слышал имя Элиссы. На Юге он постоянно, даже намеренно, старался не думать о девушке. Глядя на папку с файлами, Седрик почувствовал, что его головная боль усиливается. Что Кембриджи сделали не так.

Он бросил бумаги на стул.

Экипаж как раз миновали железные ворота Кембриджа и ехала по безлюдному бульвару. Седрик моргнул.

- Остановите карету.

- Что?

- Я пройдусь. Не могу больше это выносить.

Паулина открыла оконце, ведущее к кучеру, и без слов остановила экипаж.

Седрик, который уже снял шляпу и положил на стул, слегка махнул рукой, словно предлагая женщине выйти первой.

- Возвращайтесь как можно скорее. Леди будет ждать.

- Хорошо, хорошо.

Паулина вздохнула, наблюдая за тем, как Седрик исчезает в саду. Она с грустью посмотрела ему вслед. Женщина взяла файлы, которые просматривал Седрик. Ей в глаза бросилось последнее предложение:

- На данный момент всё из списка компенсации записано на имя принцессы Элиссы, которая, должно быть, больше всех была убита горем после потери супруга до замужества. Если принцесса покинет Кембридж, всё имущество будет возвращено. Передача другому владельцу невозможна.

Ох, им ничего не достанется. Принцесса наиболее травмирована? Знает ли она на самом деле что-нибудь о несправедливой смерти Кендрика? Двое, кто никогда даже не встречались ранее…!

Что важнее, список наград включал поместья, которые Кендрик получил в обмен на победу в войне. Вещи, которые должны были принадлежать ему с самого начала.

Эйвери предпринимали всё, что было в их силах, чтобы сделать гибель Кендрика бессмысленной. Было достойно восхищения то, что Седрик не выпрыгнул из кареты.

- Ох

Паулина резко захлопнула папку.

***

Седрик остановился около домика садовника, сменил одежду на более комфортную и вынес снаряжение для подлёдной рыбалки. Садовник, который видел его впервые за очень долгое время достал свою одежду, чтобы сопроводить господина, но Седрик отговорил мужчину.

Легко ступая, Седрик направился с озеру.

Подлёдная рыбалка была довольно интересна. Разбивать замёрзший лёд, ловить рыбу, плавающую под ним и жарить её на костре. Этим занимался его отец, когда он был очень молод. Седрик до сих пор не может забыть счастье того дня.

Однако, похоже сюда уже пожаловали посетители.

Принцесса Элисса, которая смотрела на озеро, подняла голову.

- Ох…! Давно не виделись.

Элисса встала и сказала. Садовник с голубыми глазами и белокурыми волосами, которого она до этого момента не могла видеть, приближался.

- …Да. Меня не было какое-то время, - послушно ответил Седрик.

На самом деле, видеть принцессу по-прежнему было некомфортно. Однако он не хотел тревожить Элиссу, которой в Кэмбридже будет достаточно одиноко. Как бы он ни ненавидел королевскую семью, девушка испытывала неудобства, и это заставляло его чувствовать себя в долгу перед ней. Принцесса была словно наказанием, посланным Эйвери.

Умом Седрик понимал, что её вины здесь нет, но он не собирался относиться к ней более дружелюбно.

Седрик продолжил свою работу в тишине. Он занял хорошее место, сломал лёд и кинул удочку. Элисса замешкалась и ждала, пока он проделает каждое из этих действий, как будто ей было что сказать.

- Прошу прощения.

Я знаю это.

- Да.

- Что вы сейчас делаете?

- Я пробую заняться подлёдной рыбалкой. Даже зимой вода подо льдом не замерзает, так что можно ловить рыбу.

- Оу. Никогда не слышала ничего подобного.

Элисса сделала шаг ближе. Седрик, который собирался развести костёр, в ожидании клёва, никак не отреагировал на слова принцессы и осторожно поджёг хворост. Глаза Эиссы заблестели, как будто это было необычно.

Девушка снова начала болтать.

- Если помаете рыбу, вы собираетесь поджарить её здесь? Не могли бы вы дать мне немного? Ох, я конечно же заплачу!

Живот Элиссы издал звук. Сэдрик открыл глаза.

- Вы не могли поесть?

- Ох, это…

Элисса пробормотала и сглотнула. С тех пор, как она приехала в Кембридж, ей было неуютно и, поскольку её постоянно рвало, она никогда не чувствовала себя сытой. Элисса неловко ответила:

- Ладно, потому что я много съела! Во время прогулки я снова проголодалась… Хаха

Седрик спросил прерывающимся голосом:

- Сколько вы можете мне дать?

Можешь ли вернуть всё имущество? Неизменным остаётся тот факт, что поменять имя в документах нельзя, но королевская семья кое-что упустила. С тех пор, оно перестало быть собственностью Эйвери, перешло во владение принцессы Элиссы, она могла продать подаренное имущество, если бы приняла такое решение.

Если они смогут пробить брешь, то Седрик вернёт собственность.

Больше, чем что-либо ещё, он хотел получить в свои руки землю, которую передали Кендрику после победы в войне.

Не просил ли брат его однажды построить виллу, чтобы приехать всей семьёй? Рассказывали, что там есть леса, которые могли бы полюбиться Седрику, и часто ставятся любимые пьесы Офелии. Так что давайте сыграем вместе. Истории, которые Кендрик часто рассказывал за выпивкой, запечатлелись в его памяти.

Седрик опустил голову, чтобы спрятать выражение лица.

- Ах… ладно. У меня нет при себе денег прямо сейчас. Могу я отдать их вам завтра? – спросила погрустневшая Элисса.

- Конечно.

Не желая больше продолжать с ней разговор, Седрик ответил кратко. Будто упрямясь, Элисса подошла с нему с мрачным выражением лица.

- Правда! Я живу в Кембриждском особняке и могу вернуться туда за деньгами!

- Нет проблем… Прошу прощения, но у меня имеются средства.

Элисса надула губки.

- Вы просите прощение?

- Потому что я не знаю, как утешать людей и заводить друзей. Так что да. Не важно…

Элисса прочистила горло.

Завести друзей…

- Самым быстрым было бы послушать, что они хотят.

Что они хотят? Элисса склонила голову. Что хотят Офелия и мисси Джулиана? Что-то они должны желать.

Элисса вдохнула и выдохнула. Так она придумала лучшую стратегию.

- Вау, вау! Спасибо вам большое, неизвестный садовник!

- …Зови меня Сид.

Почему? Седрик, который непреднамеренно выдал прозвище, которое использовала только его семья, смутился на мгновение.

- Хорошо, Сид! У меня возникла хорошая идея. Почему я не задумаывалась об этом?

Седрик уставился на Элиссу с каменным лицом.

- За ужином, я должна попросить матушку и леди Офелию вместе пойти на королевское кладбище отдать дань уважения.

- Вместе…Ты имеешь в виду?

Нет, вы говорите, что разрешите это сразу? Седрик удивленно повернулся к Элиссе.

Это определённо было то, чего эти двое хотели больше всего. Седрик породнился с королевской семьей, но его положение не было достаточно хорошим, чтобы свободно приходить и уходить.

Однако, для принцессы Элиссы всё по-другому. К тому же, Седрик был осведомлён о враждебности Офелии по отношению в принцессе. Его сестра ненавидела её с той же силой, с какой любила Кендрика. Так что выбор Элиссы никогда не был лёгким.

- Ох, я могу подождать снаружи.

Элиссино тихое бормотания, к сожалению, донеслось до ушей Седрика. Но он не услышал его, думая только о том, что принцесса собиралась взять Джулиану и Офелию к Кендрику.

- Им понравится.

Седрик был искренен спустя долгое время. Видя, как он ярко улыбается, Элисса кивнул, не зная об этом.

- Ох, я могу подождать снаружи….

Разве нельзя просто подождать Джулию и Офелию у мавзолея, пока они встретятся с Кендиком? Да, так будет правильно. Как член семьи Эйвери, она может чувствовать себя виноватой, навещая Кендрика, но и Джулиана с Офелием могут испытывать дискомфорт, когда отправятся туда вместе с ней.

Элисса приняла решение и улыбнулась садовнику. С милым маленьким недоразумением.

Элисса решила последовать совету неизвестного садовника.

На самом деле пыл Офелии в какой-то момент затих, но в ее взгляде ясно читалось: "Я ненавижу тебя, очень, очень ненавижу".

«Я ничего не могу с этим поделать».

Элисса была здесь от греховных Эйвери, жители Кембриджа имели право обвинять и ненавидеть королевскую семью.

Их высокомерное и агрессивное поведение довело людей до отчаяния, что, несомненно, было недопустимым поступком со стороны короны. У человека, носящий титул «Король», есть чувство неполноценности по отношению к своим слугам.

Элисса, вышедшая из этой семьи, понимала все и чувствовала свою вину перед другими. Она знала каков ее отец. Девушка сдержала печальный вздох.

Он довел героя страны до смерти, а теперь давит на герцога.

Это предложение Офелии и Джулиане Элисса делает не для самой себя, а скорее из-за мысли, что она должна дать небольшую награду. Утешить тех, кто пережил то, что они могли бы избежать, если бы не королевская семья Эйвери.

Однако даже за обеденным столом было нелегко говорить об этом, поэтому слова надо было подбирать осторожно.

- Я…

Когда голос Алисы прорвался тишину обеда, Офелия подняла глаза и вздохнула. Ее взгляд был направлен не на Элиссу, а на пространство за ней.

- Что?

Лучшее, на что она сейчас была способна - это сдерживать безэмоциональное выражение лица. Элисса сумела остановить рвущийся наружу вздох и улыбнулась.

- Я... хочу вам кое-что сказать.

Было нелегко говорить чутко, потому что у нее стоял ком в горле. Было бы прекрасно, если бы сейчас слова вылетали так же легко, как в беседах с садовником. Однако как только Элисса оказывается перед Офелией и Юлианой, она опускает голову. К ней возвращается чувство стыда и вины за ее семью.

Губы Элиссы задрожали.

Некоторое время она колебалась, понимая, что их молчание - это давление, чтобы закончить то, что она начала говорить.

В конце концов,  Джулиана помогла ей.

- Пожалуйста, продолжай

- ...Я хотела спросить, не хотите ли вы посетить со мной кладбище в ваше свободное время.

Дрожащим голосом она четко все сказала, чем донесла свое желание. Даже произнести это было большой смелостью для Элиссы.

Бам-

Казалось, именно такой звук издала голова Офелии, когда та повернулась в сторону Элиссы.

Она недоуменно смотрела на нее, а в глазах начали скапливаться чистые слезы. Они должны были вот-вот покатиться по щекам девушки.

Офелия широко раскрыла глаза и выдохнула, словно не хотела, чтобы это все же произошло.

- Правда? Ты можешь это сделать?

То же самое было и с Джулианой, она перестала есть и устремила пустой взгляд на Элиссу. Они не могли навестить Кендрика, потому что их ненавидела правящая семья. Бесстыдство короля Эйвери разрушило их крепкую связь. Как можно не допускать семью на могилу к любимому брату и сыну?

Элисса горько улыбнулась и кивнула.

Офелия вяло улыбнулась и склонила голову. Слезы, которые она сдерживала, хлынули. Капли прозрачных слез намочили подол платья. Хрупкое дрожащее тело казалось таким нежным. Этот вид заставлял расцветать печальное сердце.

Офелия и Джулиана ни разу не навестили Кендрика после похорон. Они даже не знали состояние могилы. Нет, им нельзя было этого делать. Ведь, если ты не являешься членом Эйвери, тебе проход на Королевское кладбище закрыт... Кендрик, любивший тепло, должно быть, находился в одиноком и холодном месте, но они ни разу не могли обнять.

Даже если его душил второй брат, он только вздыхал и не давал сдачи. О таком поведении могла знать даже юная Офелия, и оно не давало покоя Седрику.

- Элисса, если мы вынуждаем тебя...

Голос миссис Джулианы  дрожал.

- Я хочу это сделать для вас, мама.

Однако та уже перестала реагировать на слова Элиссы. В ее глаза тоже были на мокром месте.

- Это было бы прекрасно, если ты это сделаешь…

Миссис Джулиана задыхалась. Она даже не заметила, что слезы намочили ее щеки. Она считала, что уже утратила способность плакать.

То, что она могла навестить своего сына, с которым не смогла быть рядом после похорон, вызвало в ее сердце сильные чувства.

― Я не многое могу сделать для вас…

Это могло заглушить чувство вины Элиссы на непродолжительное время. Это было не только для них... Видя такую радость, она ощутила горечь, ей не стоило говорить все так растянуто.

― Спасибо.

Элисса быстро покачала головой. Действительно, им не нужно было ее благодарить.

***

― Ух!

Элисса положила свое уставшее тело на кровать. Когда она потянулась, на ее лице появилась легкая улыбка. Она так давно не улыбалась. Вслед за ней послышался смех Саши.

― Вы хорошо выглядите, мисс.

― Да... Сегодня прекрасная погода.

День был сложный и Элисса едва помнила события, но что точно, так это то, что тяжелый груз упал с ее плеч, и она почувствовала себя легче. Она гордилась тем, что наконец-то сделала что-то, что поможет Офелии и Джулиане. Одновременно Элисса посчитала себя глупышкой, что раньше не подумала им предложить это.

Девушка лежала на постели, пока Саша снимала туфли с ее ног.

― Я могу снять обувь...

Служанка принесла теплую воду и полотенца, которые приготовила заранее, и села у ног Элиссы. Саша спросила свою хозяйку, растирая огрубевшие после прогулки по роще ноги:

― Так когда вы решили пойти?

― Хм... послезавтра. Он сказал, что лучше как можно быстрее... Но, похоже, это придется сделать через день, так как надо заранее отправить телеграмму королевской семье.

― Вы поедете с мисс Офелией?

― Конечно. Думаю, она испытываю к ней больше симпатии, чем к матушке.

Саша с облегчением выдохнула, словно снимая напряжение. Элисса была не единственной, кто не улыбался с тех пор, как стал частью этого места. Саша тоже редко испытывала позитивные эмоции. От ее едва заметной улыбки Элиссе тоже стало спокойнее на душе.

― Вау... вы должны поблагодарить садовника за помощь.

― Хм. Есть ли что-нибудь, что я могу ему подарить?

― Садовнику?

― Да, это человек, который помог мне снять тяжелое бремя. Я хотела бы дать ему небольшую вещь взамен. Не могла бы ты поискать?

― Хорошо. Вы завтра тоже пойдете в сад?

― Да.

Прилежная рука Саши не останавливалась, даже во время беседы с хозяйкой.

Приятно видеть, что Элисса, на лице которой каждый день были слезы, так улыбается. Она ненавидела тот факт, что у нее были кровные узы с королевской семьей, хотя Элисса не имела никакого отношения к их злодеяниям.

Кроме того, корона отправила Элиссу в Кембридж и переложила вину на нее. Это место, которое сделало одинокого человека еще более несчастным... В итоге Элисса тоже стала жертвой.

― Было бы хорошо, если бы Седрик мог поехать с нами...

Элисса не решалась произнести имя своего мужа, внешность которого она не знала. Лишь одно она могла отчетливо вспомнить в своих туманных воспоминаниях.

С давних пор было известно, какие отношения были между Седриком и Кендриком, поэтому она подумала, что ему это наверняка понравится.

В этот момент мысли Элиссы оборвались, и она вскочила на ноги. Этим утром ей доложили, что ее муж находится в поместье.

― Ах, испугали! Мисс?

― Ты говорила, что герцог вернулся.

― Да, это то, что я слышала.

― Он не присутствовал на ужине...

― Мне лишь известно, что он просто сидит в кабинете, мисс. Он, должно быть, очень занят.

Элисса кивнула.

«Понятно...»

Даже Элисса понимает, что Седрик занят. Она не знает подробностей, но он взял на себя обязанности Кендрика. Все это ей стало известно от Саши, которая в свою очередь расспросила других служанок.

Поскольку другие работники не любили принцессу, эта ненависть коснулась и Сашу, поэтому получить столь незначительную информацию было уже довольно сложно. Личная служанка Элиссы много работала, она всегда была полна благодарности и часто извинялась.

― Тогда... мне, наверное, не стоит отвлекать его.

С лица Саши сошла улыбка. Герцог за последние три месяца после свадьбы ни разу не посетил спальню принцессы. Было неизвестно, как он отреагирует на Элиссу.

Когда Саша не ответила, Элисса легла обратно с неловкой улыбкой.

― Нет. Может быть, мне не стоило этого говорить.

― Как насчет того, чтобы встретиться с ним завтра рано утром?

― Рано утром?

― Верно.

Элисса некоторое время размышляла над осторожным предложением Саши.

― Хорошо.

Встреча с Офелией и Джулианой придала ей смелости. Спустя время ее сердце снова наполнилось волнением. Тот факт, что она собиралась встретиться со своим мужем, привел ее в восторг.

«Неужели завтра я наконец-то увижу лицо Седрика?»

Элисса, которая из-за решения королевы не могла присутствовать должным образом даже в светском мире, никогда не имела возможности хорошо его рассмотреть. На свадебной церемонии она не поднимала глаза.

Она не может поверить, что наконец-то увидит лицо. Ее сердце начало колотиться.

***

Седрик вздохнул.

Когда он вернулся из сада и просмотрел документы, на его лбу появилась большая морщина.

― Что-то случилось?

Седрик поднял глаза на вопрос Паулины. Солнце уже давно село, и темнота в комнате углубилась, но она не ушла с работы.

― Почему ты еще не дома?

― Это не важно. Я считаю, что вам стоит съездить на юг второй раз…

Паулина положила новый документ поверх стопки.

― Хах... На это больно смотреть .

Седрик по привычке взял сигару.

Даже сейчас, три месяца спустя, его голова была полня мыслей о борьбы за права на добычу руды. Все пускали слюни, глядя на залежи железа.

На самом деле Кендрик уже давно интересовался этим делом. Именно поэтому Седрик попытался забить это место как можно быстрее.

Однако, как только другие заметили это, они начали мешать ему.

Если этот бизнес будет успешным, думал он, у него появится шанс предстать перед Кендриком.

Уложиться в бюджет было трудно, так как цена сделки постоянно росла. Теперь, по сравнению с первоначально представленной суммой, она была в два раза больше. Владелец постепенно увеличивал цену, прибавляя ее то тут, то там.

Стоимость шахты выросла на 500 золотых.

Седрик коснулся лба большим пальцем.

Уже заключены контракты с заводами, которые будут перерабатывать железную руду. Если сделка отменится, все пойдет крахом,... Ущерб будет катастрофическим.

― Я не знаю, как избавиться от этих гиен .

― Хм...

Паулина пробежалась по бумагам.

― Вообще-то, эту проблему можно решить с помощью денег. Нужно просто увеличить сумму, которую они предлагают .

― У нас нет столько золота..

― А у вас нет отложенных денег?

― ...Если бы они были, разве мы бы сейчас этим занимались?

Паулина рассмеялась над забавными словами Седрика. Все верно. Если бы у него была такая сумма денег, он бы не чувствовал себя так плохо все это время.

Это дело с железной рудой был связан и с другим бизнесом . Мечты, о которы Кендрик и Седрик болтали в прошлом, глубоко связаны между собой.

Младший брат любил путешествовать на корабле. Он несколько раз бывал в других странах. Старший видел трансконтинентальный поезд в империи Шамор. Они, рассказывая о впечатлениях друг друга, задумались о том, можно ли связать эти два события в виде бизнеса.

Поезд пересекает широкий континент. Это была мечта Кендрика и Седрика - проложить железную дорогу в своей стране. Начало дано железной рудой. Это, несомненно, принесет большой резонанс королевству, и денег получится больше, чем думал Седрик. Он ожидал, что вначале будет трудно. Однако теперь, когда не было Кендрика, который поддерживал его, тяжесть оказалась непомерной, и было еще сложнее.

― Я знаю. Я не думаю, что мы получим ответ, ничего не предпринимая. Вы отправитесь завтра?

― Поедем после обеда.

― Тогда я немного еще задержусь с работой. Вам лучше пойти в спальню.

Седрик колебался. Паулина взглянула на него и пожала плечами.

Спальня, о которой она говорила, не была комнатой, которой Седрик пользовался один.

«Ха...»

Он был уверен, что она намекает на Элиссу. Паулина знала, что Седрик никогда не встречался с ней должным образом. И разве она не права? Секретарь  несколько раз говорила ему, что было бы лучше встретиться с принцессой и посмотреть, можно ли от нее что-то получить.

Однако было интересно сможет ли помочь всеми брошенная дочь семьи Эйвери.

Седрик нахмурился.

Он много раз виделся с Элиссой в саду. Принцессу, которую он там встречал, была далека от политических и светских вопросов. Скорее, она тот человек, что лучше ладит с лесом.

Она – хорошая девушка. Она дала разрешение на посещение могилы Кендрика.

Седрика очень был рад вновь увидеть спокойное лицо матери спустя столько времени.

«Я думаю, такие условия подойдут».

Отношения, в которых ни Седрик, ни Элисса ничего не ожидают друг от друга. Здесь нет никакой головоломки, они не испытывают злости или других чувств. У него не могло быть никаких чувств к принцессе.

Если быть честным, то Седрик не был уверен, что сможет предстать перед Элиссой в своем настоящем обличии.

Он рассмеялся.

Седрик притворялся, что все нормально, но, возможно, в тот момент именно он чувствовал самую большую дыру, оставленную Кендриком. Он не мог не думать об Элиссе Эйвери и не вспомнить про брата.

Кроме того, ведь Элисса должна была выйти замуж за Кендрика.

Когда он смотрел на принцессу, он думал о Кендрике.

Его смерть была несправедливой…

Седрик не испытывал к ней ненависти, но

− В следующий раз…

Он надеялся, что когда-нибудь он расскажет ей, что он тот самый герцог, а не какой-то садовник. Седрик позволил своему уставшему телу упасть в кресло.

Начиная с чего-то незначительного, заканчивая чем-то глобальным - не было ни единой вещи, которая казалось легкой.

С такими чувствами Седрик уснул.

***

Элисса закончила свой утренний туалет с легким воодушевлением. Она собиралась отправиться к Седрику с предложением, о котором думала вчера. Она надела удобную обувь, чтобы прогуляться по саду, однако он сегодня выглядел красивее, чем обычно.

В первый раз она не могла спокойно спать, так как была взволнованна встречей с мужем.

− Как я? Не слишком ли для утра?

− Все хорошо. Вам не стоит переживать. Вы поистине прекрасны.

Итак, с поддержкой Саши, Элисса сделала свои первые шаги.

«Вдох, выдох. Дыши глубоко».

Происходило это от части от нетерпения и от части от волнения.

Элисса верила, что в конце ее пути она встретит Седрика, и что уже завтра их отношения смогут стать лучше, чем сейчас.

Однако:

− Герцог…  Он уже ушел.

− Не подскажите, куда он отправился?

− Я не знаю, мадам.

С ясным и острым взглядом дворецкий дал понять Элиссе, что Седрика здесь нет.

Тем не менее, возник другой вопрос. Правду ли сказала прислуга?

«Вы не хотите меня видеть?».

Плечи Элиссы поникли. Разочарование было столь же велико, как и до недавнего мгновения волнение. Ее чертов путь оборвался рядом с его кабинетом.

Похоже, из-за положительной реакции Офелии и Джулианы у нее появилось слишком много храбрости.

Кто полюбит Элиссу Кэмбридж, в которой текла королевская кровь Эйвери?

И все же, оставался один человек в саду, который обращался с ней без предрассудков. Иронично, но садовник приносил ей больше утешения, чем ее собственный муж.

Элисса выскочила за дверь и направилась в сад.

Ее шаги постепенно ускорялись. Тяжело дыша, она бродила в поисках места, где он мог быть.

Она нашла садовника на берегу озера с закинутой удочкой.

− Прошу прощения, - чувствуя облегчение, она улыбнулась.

***

Седрик вышел в сад с первыми лучами солнца.

Ему хотелось порыбачить в лесном озере. Это было отклонение от нормы, что у Седрика все было хорошо, когда на самом деле было много забот или что-то не получалось реализовать.

И довольно  банально – он избегал Элиссу.

Особняк, в котором жила Элисса Кембридж, его жена, давил на него.

Тем не менее:

− Прошу прощения.

Он услышал голос Элиссы из-за спины. Седрик пришел сюда, чтобы не видеться с ней, но в итоге именно ее он и встретил.

Что точно было ясно, что подобная встреча с принцессой была более комфортной, чем в особняке. Узда Эйвери была на Элиссе Кембридж, но, возможно, в тот момент, когда они были в саду, она просто была девушкой, которой нужен был компаньон.

Седрик медленно повернул голову.

− Вы тоже здесь.

− Если не приходить день, то нельзя будет наблюдать изменения. Цветы распускаются, вянут, новая жизнь рождается, и будет грустно пропустить такое.

Элисса, которая уже не в первый раз этим занимается, достала платок и расстелила на земле. Аккуратно расположившись на куске ткани, она устремила взгляд на озеро.

Девушка молча смотрела на воду, а затем повернула голову к Седрику.

― Спасибо за вчерашнее. Я поступила согласно вашему совету, и им это понравилось.

― Хорошие новости.

― И у меня есть кое-что для вас, но из-за спешки не смогла принести. Итак. Вместо этого, почему бы мне не выслушать ваши переживания?

― Вы не обязаны.

Игнорируя твердый отказ садовника, Элисса помотала головой.

На самом деле, она была на грани с тех пор как приехала в Кембридж. Девушка надеялась, что кто-то будет нуждаться в ней. Кто-то, кто не забудет Элиссу.

Вот почему она так упрямилась сейчас, хотя и знала, что ей не стоит полагаться на такого хорошего человека.

― Вы не правы. Я могу быть полезной, верно?

― Вы не поймете мои проблемы.

Эти Седрик попытался поставить точку в разговоре. Тем не менее, Элисса не сдавала позиции.

― Что тревожит вас? М? Я на удивление широких взглядов человек и могу многое понять.

― …― Седрик вздохнул. ― Мне тяжело, так как у меня нет денег.

Это было довольно сжатое описание ситуации, с которой герцог столкнулся, но когда он подумал об этом, это показалось подходящей темой для его переживаний.

― Деньги? Ах, вам нужны деньги?

― Мне надо кое-что купить для моей семьи, но эта вещь очень дорогая.

И хотя слово «для семьи» было не очень уместно для садовника, Элисса ничего не заподозрила. Ее сердце было полно воодушевления, потому что она вот-вот сделает что-то полезное, выслушав чужие мысли.

― Купить… Тогда, что если у кого-то одолжить?

― Что ж. Это тоже имеет свою цену.

― Тогда… как насчет инвестиции? Вложить деньги.

Элисса ярко улыбнулась.

― Я вложу в вас средства. Купите то, что хотели, и если вы получите прибыль, вы можете поделиться ею со мной, правильно?

Седрик задержал дыхание. Инвестировать. Он никогда не слышал о такой концепции вкладывания средств. Однако Элисса была права. Если он привлечет инвесторов, он сможет купить землю и разделить бремя.

― Проблема в том, что та вещь не очень ценная.

Слова Элиссы подарили ему озарение. Когда он совладал с собой, Седрик ответил ей, беря во внимание статус садовника, а не герцога.

― Ах… Она не прибыльная?

― Я хочу купить курицу.

Он не знал, насколько это хороший ответ. Именно это купит бедный садовник для своей семьи. Элисса задумалась, а затем ответила:

― Если я куплю цыпленка, то вы можете давать мне яйца.

― Это…

Седрик взглянул на принцессу.  Это было лицо человека с огромным желанием помочь ему купить цыплят.

― Давайте так и поступим…

― Спасибо!

― Думается мне, что я должен благодарить, ― словно ошеломленный парировал Седрик.

Она собиралась решить его проблемы и купить ему птицу.

Элисса слегка улыбнулась. Не в силах понять значение такой улыбки, Седрик отвернулся от нее.

«Я не хочу еще больше вовлекаться в это».

― Я сейчас принесу деньги. Оставайтесь здесь.

Элисса вскочила на ноги и побежала в особняк. Она могла в любую минуту упасть, и именно из-за этого, замерев на месте, Седрик  не отводил глаз от девушки.

Как и было обещано, Элисса принесла достаточной денег, чтобы купить цыплят. Седрик принес пять дорогих птенцов в тихий дом садовника. Настоящий садовник Кембриджей удивленно уставился на своего господина.

― Герцог?..

― Это подарок.

― Так внезапно.

― Время от времени я буду брать яйца. Это все, что мне нужно.

Неуклюже смеясь, садовник ответил:

― Мне кажется, что это не просто подарок…

Седрик неловко улыбнулся.

― Раз в месяц просто давайте мне яйца, хорошо?

***

Если честно, это не было большим делом.

Она лишь инвестировала небольшую сумму денег в кое-кого, а за это решила взимать яйца каждый месяц. Однако маленький факт того, что был человек, который нуждался в помощи Элиссы, придавал ей сил.

Только если бы ей не пришлось ждать так долго этого яйца.

Тем не менее, сегодня она должна посетить кладбище вместе с Офелией и Джулианой.  Это должен был быть грустный день, но она была счастлива думать, что от нее есть польза.

Элисса прикусила губу.

― Вы грустите? ― спросила Саша, когда приводила в порядок свою госпожу.

― Я?

«Мне казалось, что свечусь от счастья».

― Вы выглядите так, словно сейчас заплачите.

― Ох…

И только тогда Элисса поняла, что ошибалась в своих чувствах: ей было горестно. Никто не рад ей. Она жалела саму себя, желая сделать все, чтобы купить благосклонность.

«Нет, Элисса, ― она упрекнула себя. ― Точно. Думай о том, что сделали Эйвери семье Кэмбридж».

В ответ на слова Саши Элисса качнула головой.

― Я вот-вот встречусь с погибшим героем Империи. Я и должна быть грустной. Кроме того, он мог стать моим мужем…

С грустным выражением лица Саша подвязала шляпку Элиссы бантом.

― Вы даже не знали его лица.

― Ты не права, ― в широко открытых глаза читалось отрицание.

― Все, что вы видели, было вырезками из газет…

― И все же я знаю как он выглядел.

Легкий смешок Элиссы скорее только укоренил сожаления Саши.

― Хорошей поездки, госпожа. Пожалуйста, расскажите потом как все прошло.

Элисса кивнула.

Ей придется стоять за территорией захоронений и ждать Офелию и Джулиану. Это будет маленький старт для Элиссы  ― стать частью Кэмбриджей.

Возможно, это преждевременные ожидания.

― Вы готовы.

Элисса покинула свои покои с мрачным выражением. На первом этаже Джулиана и Офелия, стоявшие в тревожном ожидании, поприветствовали ее.

― Элисса!..

― Я прошу прощений, матушка. Видимо, я припозднилась.

Элисса быстро спустилась по лестнице.

― Нет. Мы поторопились от нетерпения.

Джулиана схватила руку Элиссы. Ей казалось странным ощущать чью-то рук поверх своей. Она была первой за долгое время, кто держал девушку так. Теплота ладошек почти заставила ее расплакаться. Элисса поморщила свой носик и аккуратно сложила руки вместе.

Джулиана была удивлена, но вскоре возбуждение от предстоящей встречи с Кендриком возобладало над ней, и она потянула Элиссу за собой.

«Я была права…» ― это было только начало. Если сближаться с ними шаг за шагом, придет день, когда они примут ее в семью.

***

Приехав к императорской усыпальнице, они нетерпеливо вышли из кареты, едва сохраняя свою гордость.

Элисса, Офелия и Джулиана должны были пройти довольно большое расстояние до ворот, так как экипажу нельзя заезжать на территорию королевской семьи.

Вот и показалось самое сокровенное и дальнее кладбище.

Офелия и Джулана не стали ждать, словно помня то, что они видели на похоронах. В противоположность их быстрым шагам Элисса остановилась. Как и было обещано, она будет ждать Офелию и Джулиану у входа.

Вдалеке она видела как упали их фигуры.

Вместе с ними сердце Элиссы ухнуло вниз. Она закрыла рот трясущейся рукой.

― Кендрик! Мой малыш… Мой мальчик…. Почему ты здесь… Почему ты лежишь здесь… в этом холодном месте! ― раздались горькие крики Джулианы. Послышались прерывистые всхлипы. Даже сам процесс вдоха и выдоха был сложен, она стучала себя по груди.

Наблюдавшая за этим Элисса, чувствуя угрызения совести, попятилась.

Джулиана притворялась, что с ней все хорошо, но это совсем не так. Помимо Кендрика, у нее были Офелия и Седрик, поэтому она должна была носить маску. Ради своих детей она сдерживала слезы и улыбалась.

«Я только сейчас это поняла», ― Элисса никогда не видела такие безрассудные чувства. У нее дрожали губы.

С самого детства она росла словно кукла под контролем королевы.

Это были дни наполненные холодом и безразличием.

Жизнь в равнодушии, где нельзя почувствовать ни любовь, ни дружбу, ни счастье, ни даже грусть, боль или отчаяние…

Этих эмоции она никогда толком и не знала. Все, что было ей знакомо, ― это легкая радость и грусть. Другие чувства были подавлены под принудительным образованием королевы.

Ее губы опухли.

Если бы Саша была с ней, она бы поддержала Элиссу. Но рядом никого не было.

Только плач доносился до нее:

― У-у-у-у-у… Брат… Брат! Поговори со мной!

После горестных криков Джулианы голос Офелии ударил по ушам Элиссы.

Ее сердце бешено колотилось.

«Я, я…» ― она сглотнула слюну. Снова судьба казалось издевалась над ней. События были слишком тяжелы для маленького мирка Элиссы. И это было грехом Эйвери.

Эйвери поверг Кембридж в бездну скорби и боли.

А Элисса - кровь рода Эйвери.

Её губы задрожали.

Ни гнев Офелии, ни ненависть людей Кембриджа не делали Элиссу виновной.

Осознав это снова, она…

Элисса резко вдохнула и обернулась. Ей нужно было уйти отсюда.

Яркое солнце стояло высоко, лёгкий ветер шелестел в кронах клёнов. Но в этом пейзаже не было ничего, что могло бы её порадовать. Всё вокруг будто рушилось.

Сдавленный воздух словно сжимал грудь. [Нужно было срочно уйти.]

Не заметив, что за её спиной кто-то стоит, она почти сразу оказалась в крепких объятиях.

«Хм…Похоже, моя мать так и не научила сестру не бегать столь легкомысленно.»

Мужчина тихо прошептал это, удерживая Элиссу. По её спине пробежал ледяной холод.

«…Брат?»

«Давно не виделись, Элисса. Я пришёл, потому что ты сказала, что приедешь.»

Это был Норфе Эйвери - второй принц королевства. Тот самый человек, чей взгляд раньше скользил по ней с подозрением, вызывая неприятное чувство…

Он стоял, окружённый всего несколькими слугами.

Элисса отступила назад и невольно съёжилась от страха.

[Принц…Принц Норфе, будьте осторожны. Я серьёзно.]

[Почему?]

[…О нём ходят дурные слухи. И, боюсь, большинство из них, правда.]

Когда-то Саша предупреждала её. Она говорила это не раз, но так и не раскрыла подробностей. И лишь после того, как Элисса пообещала немедленно убегать при встрече с Норфе, Саша облегчённо вздохнула.

«…У меня есть дела, брат. Я скоро уйду.»

Элисса тревожно оглянулась. [Было бы хорошо, если бы Норфе ушёл до того, как выйдут Офелия и госпожа Джулиана.]

«Я пришёл поздороваться, Элисса. Слышал,что ты приехала вместе с леди Офелией?»

Она сглотнула.

Имя Офелии, прозвучавшее из его уст, неприятно резануло слух. Элисса сделала ещё шаг назад.

Она колебалась с ответом, когда вдруг услышала за спиной приглушённые голоса двух женщин.

«Перестань плакать.»

«Но…Но…»

Элисса резко обернулась.

Спустя мгновение издалека показались Офелия и Джулиана. Мать утешала Офелию, чьи плечи дрожали от рыданий.

Даже стараясь сдержаться, Офелия оставалась вся красная от слёз.

«Ах…как и ожидалось.»

Сердце Элиссы тревожно забилось от тихого бормотания Норфе. Она повернулась к своему сводному брату.

Он смотрел на Офелию змеиным взглядом, в котором читалась грязная жадность.

[О нет…]

Теперь она поняла, что скрывала Саша. И, кажется, догадалась, какие именно слухи ходили о Норфе. Его взгляд был настолько похотлив и жаден, что даже наивная Элисса это заметила. То, как он облизывал губы и щурился, вызывало отвращение.

Она не должна позволить Офелии встретиться с ним.

Это понимание заставило её действовать. Элисса сама встала на пути Офелии.

Норфе раздражённо оттолкнул её.

«Отойди, Элисса. Мне нужно поприветствовать мою леди.»

Она не могла позволить, чтобы госпожа Джулиана увидела этот взгляд. Элисса выпрямилась и снова преградила ему путь.

«Брат…! Думаю, вам лучше уйти. Сейчас не самое подходящее время, так что…»

«С дороги.»

Норфе раздражённо оттолкнул её и шагнул вперёд.

«О-о, леди Офелия…Что привело такую прекрасную особу в столь жалкое место, как кладбище? Я знаю куда более приятные места, чем эта мрачная глушь.»

Кровь Элиссы похолодела.

[Жалкое место…Здесь покоились предки и герои Королевства.

Здесь же, несправедливо погибший, должен был покоиться Кендрик…]

[И он смеет называть это жалким местом?]

Ему было совершенно безразлично горе семьи Кембридж. Элисса оцепенела, не в силах вмешаться.

Язык словно одеревенел, ни слова не вырвалось наружу.

«…Неужели вы настолько невежливы, принц?»

Холодный голос Джулианы прозвучал, перекрывая его слова, и она встала перед Офелией.

«Прошу прощения? Ах…Просто я не смог увидеть герцогиню. Но, признаюсь, был восхищён возможностью наконец встретить леди Офелию, о которой слышал лишь по слухам.»

Даже Элисса была ошеломлена тем, как Норфе настойчиво преследовал Офелию. [Что уж говорить о самой Офелии и госпоже Джулиане?] Джулиана едва сдерживала дочь, чтобы та не сорвалась.

«Принц, мы направлялись навестить Кендрика. На этом и закончим.»

«Хм. Мёртвые должны оставаться мёртвыми, а живые - жить дальше. Давайте забудем об этом и посмотрим на что-то более приятное…Это было бы куда лучше…»

«Принц!»

Голос Джулианы прозвучал резко и пронзительно. Её лицо побледнело, а тело задрожало.

«Прекратите! Если вы ещё хоть раз нас оскорбите, я доведу это до храма!»

«…Вот так отвергать моё благоволение.»

Норфе прищурился и пробормотал это себе под нос. Его явно раздражало происходящее.

В нынешние времена храм уже не обладал прежней властью, но всё ещё сохранял влияние, благодаря своей репутации и людям, связанным с ним.

Те, кто поддерживал дух народа, могли влиять на общественное мнение. И если дело дойдёт до обвинений Королевской семьи Кастора в Кембридже, вся вина может обернуться против них самих.

Конечно, не факт, что это напрямую ударит по Королевской семье, но их репутация точно пострадает.

К счастью, принц Норфе был известен своей глупостью, и Элисса понимала: в случае скандала его вряд ли станут защищать.

И, судя по всему, Джулиана тоже прекрасно это знала.

«Ха-ха. Хорошо. Леди Офелия, буду признателен, если в следующий раз вы уделите мне время.»

Губы Офелии задрожали от ярости при словах «в следующий раз». На лице госпожи Джулианы ясно читалось желание ударить его, если бы перед ней не стоял принц.

Почувствовав это, Норфе перестал давить и отступил.

На прощание он подмигнул Элиссе. И вскоре, вместе со своими сопровождающими, покинул это место.

«До следующей встречи.»

Элисса прикусила губу.

[Этот мир никогда не был на моей стороне…Но обязательно ли ему быть таким жестоким?]

Она надеялась, что совместный визит к могиле Кендрика хоть немного растопит сердца Джулианы и Офелии. Но Норфе разрушил всё.

Джулиана и Офелия холодно прошли мимо неё.

«Матушка…»

Элисса нерешительно протянула руку и ухватилась за край рукава герцогини.

«Отвратительно!»

Джулиана резко отдёрнула руку. Её глаза, полные слёз, яростно впились в Элиссу. Та ярость, которую она прежде никогда не показывала, теперь вырвалась наружу.

«Эйвери, Эйвери, Эйвери! Неужели все Эйвери такие чудовищные?! Что Кембридж сделал вам такого?! В чём виноваты мои дети?! Как вы посмели…оскорбить мою дочь…и отнять у меня сына…!»

«Матушка, я…»

«Мне было тебя жаль. Я правда пыталась…Но я тоже человек, Элисса. Я тоже человек…»

Голос Джулианы дрогнул.

«Это проклятая кровь Эйвери…Что ещё вы способны сделать…»

Она провела ладонью по лицу. За считаные минуты она будто постарела на годы.

«Просто…Просто давай жить как чужие, Элисса. Я не забуду твою доброту за сегодняшний день. Я даже не стану выгонять тебя. Но…просто оставь нас. Не вмешивайся в жизнь Кембриджей. Пожалуйста, не причиняй мне больше боли.»

Рука Элиссы медленно опустилась.

Джулиана посмотрела на неё так, будто хотела что-то сказать…но передумала.

[Проклятая кровь Эйвери…]

Элисса не могла этого отрицать. Пока она жива, в ней течёт эта кровь.

И высокомерный род Эйвери никогда не изменится…

И будет причинять боль Кембриджу до самого конца.

Она опустила голову.

Слёзы наполнили глаза и тихо закапали, пропитывая ткань её одежды.

«Простите…»

Ответа не последовало.

«Мне так жаль…Я прошу прощения за весь род Эйвери…Простите…»

Перед Кембриджами Элисса всегда будет виновной. Виновной за кровь, которая не знает стыда и не умеет признавать свои ошибки.

Она шептала это снова и снова.

***

Саша встретила Элиссу, когда та вернулась - бледная, измождённая.

«Госпожа…»

Не нужно было спрашивать, что произошло и как она себя чувствует. Всё было ясно без слов.

Лицо Элиссы было залито слезами, а сама она выглядела сломленной после встречи с Джулианой и Офелией.

Но в этом особняке не нашлось ни одного человека, кто бы её пожалел.

Элисса подняла взгляд и уставилась на разноцветную люстру, рассыпающую мягкий свет по залу.

Среди всех, кто жил в этом огромном, роскошном особняке, лишь Саша встречала её с теплом.

Те крошечные надежды, что она питала, выходя замуж за Седрика, рассыпались и исчезли без следа.

Она думала, что обретёт настоящую семью.

Но даже в Королевской семье Эйвери, она была словно дрейфующий остров, нигде не своя. И здесь всё оказалось таким же.

Стоило ей моргнуть, и свет вновь бил в глаза.

Она даже не слышала, как Саша тихо зовёт её сбоку.

[Никто меня не ждёт…]

[Ни в Королевской семье. Ни среди Кембриджей.]

Невыносимая тоска поглотила Элиссу.

«Ха-ха…»

С её губ сорвался пустой, безжизненный смех. Её добрые намерения обернулись кинжалом, вонзившимся в сердца Джулианы и Офелии. Чтобы хоть немного облегчить их боль, ей приходилось отступать, шаг за шагом.

В этой тьме, где нет дороги вперёд, Элисса вслепую тянулась вперёд, блуждая без цели.

Надеясь, что кто-то протянет ей руку.

Что кто-то захочет стать её семьёй.

А ведь она хотела так мало…

Мужа, с которым можно смеяться за семейным столом…

Простые разговоры…

Иногда - прогулки…

Чашку чая вместе с деверем и свекровью…

Такие обычные, ничем не примечательные вещи.

То, что есть у каждого.

Тело Элиссы медленно осело на пол.

«Госпожа!»

Это было по-настоящему ужасно.

***

Седрик, который уехал по делам, был вынужден вернуться в особняк из-за внезапно сорвавшихся планов. По привычке он вошёл через садовые ворота и грубо стряхнул грязь с ботинок на крыльце.

[Сегодня они собирались на кладбище…]

Он смахнул пыль с одежды и поднялся на крыльцо.

Вообще-то к этому времени он уже должен был быть на Юге, но из-за осенних дождей мост оказался затоплен, и путь был закрыт. Говорили, что переправиться не удастся ещё целую неделю.

Из-за этого его одежда отсырела, а от волос, казалось, шёл неприятный запах.

Седрик провёл рукой по голове.

[Интересно…как прошёл день у Кендрика…]

Но атмосфера в особняке была странной, слишком тяжёлой, непривычно замедленной.

Он огляделся.

Почему-то все, кто попадался ему на глаза, суетились, спешили, переглядывались.

Офелия беспокойно металась по холлу.

«Что происходит, Офелия?»

Седрик передал пальто слуге. Заметив его, Офелия тут же подбежала и обняла.

«Брат! Ты же уехал на Юг…»

«Из-за дождя мост перекрыли, пришлось вернуться. Но что с тобой?»

«Это…»

Офелия замялась, избегая его взгляда.

«…Принцесса Элисса потеряла сознание.»

«Что?»

Седрик нахмурился.

В памяти всплыло лицо Элиссы, сегодня утром она выглядела взволнованной и даже радостной перед выходом. [Не могло же всё закончиться так…]

[Разве это не должно было хоть немного смягчить сердца мамы и Офелии?]

Седрик провёл рукой по подбородку, на лбу легли глубокие морщины.

Он быстрым шагом направился на второй этаж. Офелия поспешила за ним.

«Когда мы выходили…там был принц Норфе. Похоже, мама рассердилась, он сказал мне что-то странное…»

«Ясно…»

Седрик мрачно провёл рукой по волосам. Даже без подробностей он уже представлял, что произошло.

[В обществе было известно, насколько беспринципен принц Норфе, особенно когда дело касалось женщин. Не нужно было быть свидетелем, чтобы догадаться, что именно он мог сказать Офелии.]

[Мать, не выдержав, вспылила.]

[А её гнев…обрушился на Элиссу, ту, в чьих жилах течёт кровь Эйвери.]

[Если даже обычно сдержанная и разумная мама вышла из себя, значит, Норфе действительно перешёл все границы.]

Седрик стиснул зубы.

[Королевская семья умеет ломать даже тех, кто изначально был достойным человеком.]

Его злость и неприязнь к Эйвери только усилились.

И если бы он мог сейчас врезать этому безумцу, который посмел так обращаться с Офелией…

«С ней всё в порядке?»

«Я…не знаю…»

Офелия ответила неуверенно.

На самом деле Элисса не сделала ничего плохого. и от этого ей становилось ещё тяжелее.

Седрик притянул сестру ближе и мягко погладил её по голове.

[Она не была плохой.]

[Просто несчастная девочка, потерявшая любимого брата.]

Утешив сестру, Седрик направился к спальне своей жены.

Но прежде…

У двери стояла Джулиана, его мать. В руках она сжимала платок, а на лице застыло выражение растерянности и вины.

«Мама…»

«Седрик.»

Джулиана вздрогнула, повернулась к нему и попыталась улыбнуться, но улыбка вышла неловкой и виноватой. Без макияжа её лицо казалось ещё бледнее обычного.

«Я…ха…Хотя я и понимала, что Элисса ни в чём не виновата, я не смогла сдержаться. Это моя вина…что девочка потеряла сознание.»

Она сжала руки, прикусив губу.

Она знала, что Элисса старалась.

Знала и то, что Элисса, скорее жертва рода Эйвери, чем его истинный представитель.

Но в тот момент ей некуда было выплеснуть свою ярость,

и удар пришёлся по самой уязвимой.

«Не знаю, почему именно она показалась мне тогда самой лёгкой мишенью…Но в тот момент…я просто не хотела её видеть.»

Седрик горько усмехнулся.

Единственный виновник всего произошедшего сегодня, принц Норфе.

[Элисса. Офелия. Джулиана.]

[Все трое, люди с мягкими сердцами. И поэтому сейчас они страдали, терзаясь чувством вины.]

[Потому что вы все слишком хорошие…]

[Потому что среди вас нет ни одного по-настоящему дурного человека.]

Джулиана провела ладонью по лицу, словно пытаясь стереть остатки эмоций.

«…Она, должно быть, сильно потрясена. Но у меня нет смелости извиниться. Седрик, если я сейчас увижу её…боюсь, снова совершу ту же ошибку. Пожалуйста, зайди к ней вместо меня и посмотри, как она.»

Дрожащей рукой она указала на дверь спальни Элиссы.

Она долго стояла здесь, но так и не решилась войти. Сделала всё, что могла, вызвала семейного врача, велела служанке заботиться о ней…но сама переступить порог не смогла.

«Хорошо…»

Седрик ответил тихо и тяжело.

[Она ведь даже не знает, кто я для неё…]

[Должно быть, ей сейчас очень тяжело.]

Он уже собирался открыть дверь, когда Офелия ухватилась за край его рубашки.

Она подняла на него глаза и тихо спросила:

«…А если принцесса Элисса больше не захочет идти с нами на кладбище?»

«Офелия…»

«Сейчас это не самое важное.»

Джулиана строго одёрнула её.

Но Офелия упрямо покачала головой.

«Я…хотела сказать ей так много…но не смогла. И…я переживала, что принцесса Элисса ждёт снаружи, поэтому даже не попрощалась с братом…»

«Офелия.»

Голос Джулианы прозвучал твёрдо, но даже он не смог сломить упрямство дочери.

«…Пожалуйста, передай ей, что мне жаль. Я вела себя ужасно…Скажи, чтобы она не держала на меня зла.»

Слёзы одна за другой катились по её щекам.

[Когда-то Офелия была той, кто чаще всех смеялся. Младшая, светлая, жизнерадостная, она наполняла дом смехом.]

[Но теперь…]

[Она плакала чаще, чем улыбалась. И её лицо почти всегда было омрачено печалью.]

Седрик не смог оттолкнуть её, когда она, всхлипывая, качала головой.

«Хорошо. А теперь перестань плакать.»

«…Прости, брат. Я и сама не понимаю, почему так…Но…мне не нравится Элисса…Я запуталась…»

На самом деле по дороге назад она хотела поблагодарить Элиссу.

Много раз мысленно повторяла слова…но в итоге всё пошло не так.

Седрик тыльной стороной ладони провёл по её щеке. Слёзы были горячее, чем её кожа.

[Сколько же ты плакала…]

«Перестань.»

«Хорошо…»

Офелия кивнула и попыталась улыбнуться.

Седрик тяжело вздохнул и постучал в дверь.

Через мгновение она открылась.

На пороге стояла Саша - служанка, которая последовала за Элиссой из Королевского дворца.

«О…герцог.»

Саша сразу узнала Седрика Кембриджа.

«…Я пришёл проведать принцессу.»

«Она ещё не пришла в себя.»

Саша ответила тихо.

Она уже заметила, что у двери всё время кто-то ходит, но людей было слишком много.

И глядя на встревоженных Кембриджей, ей становилось лишь грустнее.

Саша тихо вздохнула и отступила в сторону, давая Седрику пройти.

[Неужели он…действительно пришёл?]

[Человек, который ни разу не появлялся перед Элиссой…Теперь пришёл к ней, только потому, что она лежит без сознания.]

Ей хотелось закричать, рассказать всё Элиссе…

Но, глядя на её исхудавшее лицо, Саша не смогла вымолвить ни слова.

Седрик вошёл в комнату через приоткрытую Сашей дверь.

На кровати лежала Элисса.

Увидев её бледное лицо, он невольно нахмурился.

Та, что обычно казалась почти невесомой, теперь полностью скрылась под одеялом. Её худое лицо выглядело настолько хрупким, что казалось, стоит ей ещё немного ослабеть, и она просто сломается. Сухие губы едва шевелились, выдыхая слабое дыхание.

Седрик придвинул стул к кровати и сел.

С некоторой нерешительностью он коснулся её лба тыльной стороной ладони.

Жар был слишком сильным.

Он резко повернулся к Саше, стоявшей позади.

«…Что сказал врач?»

«Это от переутомления и стресса.»

«Она нормально ест?»

«…Да. Она справляется.»

Саша ответила, тщательно скрывая правду.

[Элисса бы не захотела, чтобы Седрик знал, как всё обстоит на самом деле.]

Седрик чуть заметно выдохнул с облегчением.

[Хорошо…значит, хотя бы ест.]

[Это уже было утешением.]

Он и сам до конца не понимал, почему не хочет раскрывать ей свою настоящую личность.

Ему хотелось продолжать говорить с ней так же, как прежде.

[Если она узнает…]

[Мы уже не сможем разговаривать так, как раньше.]

[Может, именно поэтому ему было так легко рядом с ней, когда он притворялся садовником?]

[Рядом с Элиссой не было ожиданий. Не было давления. Даже тень Кендрика, всегда стоявшая между ними, казалась легче.]

[Пока ещё рано…]

Как муж…он не был уверен, что сможет смотреть на неё, не вспоминая Кендрика.

И не был уверен, что сможет избавить её от того бесконечного одиночества, в котором она жила.

Для Седрика она всё ещё оставалась тяжёлым бременем,

ценой, заплаченной за жизнь Кендрика.

И поэтому стена между ними так и не исчезала.

В его взгляде мелькнула тень сложных, противоречивых чувств.

«…Позаботься о том, чтобы принцесса принимала лекарства.»

«Да, герцог.»

«И…моя мать просила передать, что ей жаль.»

Саша невольно нахмурилась.

Она ещё не знала, что именно произошло с Элиссой.

[И теперь не понимала, стоит ли передавать эти извинения…или лучше промолчать.]

Но в итоге лишь повторила, словно заученную фразу:

«Да, герцог.»

«И…Офелия тоже очень сожалеет. Я приношу извинения за грубость моей сестры и матери. Я не прошу её их простить…Просто надеюсь, что это хоть немного облегчит состояние принцессы.»

«Да, герцог.»

Саша выдавила из себя вежливую улыбку.

[Люди этого особняка не были злыми.]

[Во всём была виновата Королевская семья.]

[Просто обстоятельства оказались жестокими.]

[И происхождение Элиссы - тоже.]

[Эти извинения, не требующие прощения…]

[Сомнения Седрика…]

[Гнев Офелии…]

[Боль госпожи Джулианы…]

Саша понимала всё это.

Но её сердце было на стороне Элиссы.

Потому что именно её боль казалась ей глубже и тяжелее.

Элисса не сделала ничего, чтобы заслужить такое отношение.

Саша с трудом подавила поднимающееся внутри негодование.

[Пожалуйста…пусть где-нибудь в этом мире найдётся место, где она сможет быть спокойной.]

[Пусть рядом с ней появится человек, который сможет заставить её улыбаться.]

«Тогда…я скажу врачу, чтобы он продолжал внимательно следить за состоянием принцессы.»

Седрик поднялся.

Саша шагнула назад.

Слово «принцесса» прозвучало холодно и отчуждённо,

в отличие от тёплого слова «жена».

И это больно кольнуло Сашу.

[Элисса всё ещё оставалась чужой в этом доме.]

[Моя принцесса…]

[Что же с вами случилось, что вы вернулись в таком состоянии?]

***

«…Похоже, принцесса не сможет встать…»

Офелия украдкой слушала врача.

Тот, зная её упрямый характер, всё же остановился и ответил:

«Да, сейчас она не может подняться. Но дело не в теле, дело в душе. Нужно время.»

«В душе…»

Плечи Офелии опустились.

[Как я и думала…]

[Не стоило позволять ей так горько плакать в карете.]

[Всего одно слово, и, возможно, всё было бы иначе.]

Но тогда ни у неё, ни у матери не нашлось сил его произнести.

Грубость принца Норфе наложилась на всё зло, которое род Эйвери причинил Кембриджу за эти годы…и затмила разум.

[Казалось, Кендрик и в Королевской семье был бы обречён на ту же судьбу…]

[И потому он сгорел до самого основания.]

[Он знал, что это ловушка, но всё равно пошёл навстречу смерти, подчиняясь приказу Короля…]

Офелия резко покачала головой.

[И всё же…они не имели права так обращаться с Элиссой, которая ни в чём не виновата…]

Она развернулась, её плечи были напряжены и скованы. С тех пор как Элисса оказалась в таком состоянии, Офелия снова и снова переосмысливала своё поведение.

[Я была слишком жестока…]

[То, что Элисса - потомок Королевского рода Эйвери, уже не изменить.]

[Но именно она первой привела её и мать на Королевское кладбище.]

И этот поступок словно тянул Офелию за душу, не давая покоя.

Она думала, что Элисса будет такой же, как остальные Эйвери…Но на деле, она оказалась совсем другой.

Возможно…единственной из Королевской семьи, кто действительно сожалел.

[Мне так жаль…Я прошу прощения за род Эйвери…Простите…]

Эти слова до сих пор звучали в её голове.

Офелия нервно провела рукой по щеке.

Перед глазами снова возникло худое лицо Элиссы, которая раз за разом повторяла свои извинения.

[Когда она только приехала сюда, она не была такой худой.] Офелия это прекрасно помнила.

[Почему же с каждым днём Элисса становится всё слабее?]

[Лучше бы она кричала.]

[Лучше бы была высокомерной, как Норфе или остальные представители Королевской семьи.]

[Почему она такая…что её невозможно возненавидеть до конца?]

Офелия тяжело вздохнула.

С тех пор как Элисса потеряла сознание, в особняке воцарилась странная тишина.

Та единая ненависть, что прежде была направлена на принцессу, словно рассыпалась, и теперь некоторые даже начали беспокоиться о ней.

[Поскорее очнись…]

Офелия медленно пошла вперёд, опустив взгляд.

***

К счастью, Элисса вскоре пришла в себя.

Возможно, благодаря искренней заботе Саши.

Но после двух дней болезни её лицо стало ещё более худым, а линия подбородка - резче.

Как только Элисса смогла подняться, она сразу вымылась.

Тело ещё было слабым, но после горячей воды и выступившего пота ей стало легче.

Она аккуратно расчесала влажные волосы и осторожно высушила их.

На лице Саши появилась лёгкая улыбка, пока она помогала ей.

«Слава богу, госпожа. Вы так быстро пришли в себя.»

«Это правда удача?»

Губы Элиссы едва заметно дрогнули в слабой улыбке.

«Что же с вами произошло? Саша всем им устроит выговор!»

Элисса чуть улыбнулась, ей было достаточно уже того, что кто-то встал на её сторону.

Но воспоминания с кладбища, забытые во время обморока, вновь нахлынули.

Сердце снова сжалось от боли.

«Ну…»

[Что бы она ни сказала, всё обернётся против неё.]

[Принц Норфе - её кровь. Её происхождение.]

[Никто не видит в ней саму Элиссу.]

[Для Кембриджей она лишь отголосок рода Эйвери. Её называют по имени, но не воспринимают как личность.]

[Она - не Элисса.]

[Она - Эйвери.]

Теперь, когда она это поняла…

Элисса сжала край юбки тонкими пальцами.

Хотя она жива…ощущение было таким, будто её медленно пожирают изнутри.

Она опустила пустой взгляд.

А затем, просто уставилась в пространство.

Саша, увидев её, побледневшую, словно сломанную куклу, не выдержала:

«Госпожа…!»

Слёзы хлынули сами собой.

Глядя на Элиссу, которая казалась готовой исчезнуть в любой момент, у неё перехватило дыхание.

Такое выражение лица, она видела уже не раз.

[Даже когда Элисса жила в Королевской семье…]

Саша прикусила губу.

В такие моменты она никогда не могла понять, о чём думает Элисса.

[Вспоминает ли она свою мать, ту, что сразу после её рождения была брошена в темницу и умерла страшной смертью?]

[Или же это, отражение жизни в клетке, насмешка над Королевской кровью?]

[Это было лицо без жизни.]

[Лицо человека, который тонет в одиночестве.]

Но Саша знала одно: [даже если сегодня Элисса выглядит так, завтра она снова будет улыбаться, словно всё в порядке.]

[Хотя её глаза…всё равно останутся пустыми.]

Саша заплакала ещё сильнее.

[Что же случилось там, на кладбище?]

Сердце болезненно сжалось.

«Я хочу…пойти в сад.» - тихо прошептала Элисса.

[Там будет садовник.]

[Возможно, он снова в своей простой рабочей одежде…с удочкой в руках, с тем самым лицом, которое кажется слишком благородным для простого человека.]

[А может, он стоит на шаткой лестнице и собирает плоды…или аккуратно подрезает ветви.]

[Неважно, что он делает.]

[Главное, чтобы он был там.]

[Потому что…он был первым человеком, который оказался нужен Элиссе.]

«Никчёмная девчонка! Позор Королевской семьи!»

«Ты рождена от низкой женщины, ты моё унижение!»

«Почему ты не умерла? Почему не умерла вместе со своей матерью!»

Эти слова, словно проклятия, обрушивались на Элиссу, превращаясь в тёмное болото, в котором она тонула по горло.

И лишь один человек когда-то вытащил её из этой бездны. Первый, кому она оказалась нужна.

Единственный, кто смотрел на неё прямо, даже тогда, когда боль со всех сторон давила на неё.

Не как на Эйвери.

А как на Элиссу.

Элисса прикусила губу.

Она резко поднялась на ноги.

Тело шаталось, она почти ничего не ела, но Саша не смогла остановить её упрямство.

И всё же…после прогулок в саду ей всегда становилось легче.

Поэтому Саша, со слезами на глазах, помогла ей выйти.

Она не знала, что ждёт там Элиссу…но надеялась, что на этот раз она вернётся хотя бы немного успокоенной.

[Пожалуйста…пусть она хотя бы немного улыбнётся…]

***

Седрик нахмурился.

Из окна своего кабинета он увидел Элиссу.

Она упрямо направлялась в сторону леса, и это выглядело опасно.

[Значит, она уже пришла в себя…]

[Тогда ей следовало бы лежать, принимать лекарства, поесть…]

[Почему же…]

Седрик тяжело вздохнул.

Это не должно было его так беспокоить.

[Она только очнулась, ей должно быть плохо.]

Но мысль о том, что Офелия и Джулиана стали причиной её состояния, не отпускала его.

Он провёл рукой по волосам и резко поднялся.

Паулине, сидевшая рядом, подняла на него взгляд.

«Снова пойдёте собирать фрукты?»

«…У тебя есть возражения?»

Седрик нарочно сделал выражение лица как можно более суровым.

Но Паулине, проработавшая с ним долгие годы, даже не моргнула.

Она лишь улыбнулась, словно глядя на младшего брата, и слегка покачала папкой.

«Идите. Только не забудьте это.»

«…Я скоро вернусь. Не задержусь.»

«Хорошо.»

Она больше ничего не сказала, будто это её совсем не касалось.

Седрик бросил на неё короткий взгляд и вышел из кабинета.

Сначала он шёл спокойно, но шаг постепенно ускорился.

Он боялся, что Элисса снова упадёт в саду, с таким-то состоянием.

[Лучше быть рядом.]

Он расстегнул верхнюю пуговицу.

***

Элисса шла по лесу, держась за голову.

Мир слегка плыл перед глазами.

Она снова прикусила губу, на вкус солёная кровь.

Боль от ран уже почти не ощущалась.

Она привыкла.

Но к одному она так и не смогла привыкнуть, к словам, которые снова и снова ранили её сердце.

Лишь когда перед ней открылось озеро, она остановилась.

Дальше идти она уже не могла.

И медленно ей пришлось признать, что садовника здесь нет.

«Ах…»

С её губ сорвался долгий выдох.

Она опустилась прямо на землю, не обращая внимания на холод и на траву, цеплявшуюся за платье.

Перед ней мерцало озеро, в солнечном свете оно сияло, словно драгоценный камень.

И это сияние отражалось в её глазах.

[С самого начала было ошибкой приходить сюда в надежде найти утешение.]

Она знала, что садовник не всегда бывает здесь.

Но ей хотелось верить, что он окажется рядом.

Потому что она устала.

Потому что ей было тяжело.

Потому что…она даже толком не знала его.

Элисса уткнулась лицом в колени.

Сколько времени прошло, она не знала.

Раздались тяжёлые шаги.

Она резко подняла голову.

В глазах вспыхнула надежда.

Он.

Тот, кого она так искала.

Он шёл сквозь холодный зимний свет, а в руках держал корзину с инструментами для сбора ягод, растущих на зимних деревьях.

Садовник остановился, заметив её, а затем медленно подошёл.

Без лишних слов он поставил рядом с ней корзину.

Внутри лежали яйца, ещё тёплые.

«Курица снесла яйца.»

«…Ещё не наступил тот день.»

Элисса тихо прошептала сквозь слёзы.

Почему-то эти простые, дешёвые яйца заставили её плакать ещё сильнее.

Седрик растерянно провёл рукой по лицу.

Он и сам не знал, с чего начать разговор, поэтому просто принёс яйца, даже несмотря на ворчание садовника, что тот забрал всего два.

«Правда?»

«Я…рада.»

Она улыбнулась сквозь слёзы.

«Я правда очень рада…»

Осознание того, что она смогла кому-то помочь, и что это принесло такой маленький, но настоящий результат, согрело сердце Элиссы.

Холод ранней зимы словно исчез.

Даже пронизывающий ветер, пробирающийся сквозь тёплую одежду, которую на неё надела Саша, перестал ощущаться.

[Делать добро, сложно.]

[Наверное, потому что в глубине души человек всё равно ждёт отдачи.]

Элисса слишком много раз разочаровывалась.

Снова и снова она протягивала руку тем, кто нуждался в ней,

и снова получала раны.

Её губы дрогнули.

И на этот раз всё было так же.

Она отправилась на кладбище ради Офелии и госпожи Джулианы, но всё обернулось катастрофой.

Она надеялась хоть немного смягчить их сердца, но эта надежда исчезла, как мыльный пузырь.

[Потому что я снова надеялась…]

Она и сама была слишком слабой, чтобы делать добро без ожиданий.

Но ведь она не хотела ничего большого…

Её сердце, привыкшее к разочарованиям, давно стало холодным, словно зимняя гора.

Но теперь…

Глядя на это простое яйцо, которое вернулось к ней как ответ. ей вдруг показалось, что этот человек оправдал её ожидания.

И её сердце медленно растаяло.

Стало тепло.

Эта зима, впервые оказалась тёплой.

***

«Норфе! Ты собираешься вставать? Ты забыл, что Король следит за твоим поведением?!»

«Ах…матушка…»

Норфе лениво протянул голос.

Женщины, находившиеся с ним в постели, вскочили от резкого голоса Королевы, поспешно надели одежду и выбежали из комнаты.

Лицо Королевы дрожало от гнева.

«Если ты и дальше будешь вести себя так бесстыдно, убирайся из дворца! Лучше я не буду видеть этого своими глазами!»

«Матушка…как же вы будете жить, если не будете видеть меня?»

Норфе небрежно накинул на себя покрывало и поднялся с кровати.

«…Общайся с теми, кто соответствует твоему положению! Я бы предпочла, чтобы ты уже был помолвлен! Или хотя бы женился!»

Королева почти срывалась на крик.

[Наследный принц всегда оправдывал её ожидания, он был воплощением достоинства и Королевской крови.]

[Но Норфе…]

Её сердце сгорало от разочарования.

[Даже сейчас Король едва сдерживал недовольство его поведением.]

[И если Норфе окончательно утратит его расположение, он может лишиться даже титула, положенного ему по праву рождения.]

«Жениться?»

Норфе, который всегда избегал этой темы, вдруг странно прищурился.

«…Да.»

Королева впервые за разговор немного успокоилась, заметив его интерес.

«Недавно я видел Элиссу…ту, что вышла замуж.»

«…Я не хочу о ней слышать.»

Губы Королевы снова задрожали.

[Элисса была красива, слишком красива.]

[Она унаследовала внешность своей матери.]

И именно поэтому Королева не могла её терпеть.

[Элисса невольно привлекала внимание мужчин.]

[И, конечно, знать не могла этого не заметить.]

[Все они смотрели на ту дочь, которую Королева так и не смогла родить.]

[И поэтому её брак был устроен быстро и без колебаний.]

Она больше не хотела видеть, как эта «неподобающая кровь» получает сочувствие и внимание при дворе.

Самой важной в Королевской семье должна была быть только её линия.

Как бы ни вела себя Элисса. она никогда не была рождена Королевой.

И даже если её скрывать, подавлять. её естественная красота никуда не исчезала.

Когда Король выбирал, кого отправить в Кембридж, Королева сама настояла на кандидатуре Элиссы.

Ей хотелось убрать эту девушку подальше от глаз сына.

«Вы не рожали её…но слишком суровы к ней, матушка.»

«…Хватит.»

«Кстати, матушка…Та девушка, что была с Элиссой…»

Сначала Норфе вовсе не обращал внимания на саму Элиссу. Она была лишь частью общей картины.

[Но девушка рядом с ней…]

[Юная. Красивая.]

[С глазами, полными слёз.]

[Да, Элисса тоже была прекрасна…но эта девушка - новая, незнакомая, привлекла его взгляд не меньше.]

[Принцесса с заплаканными глазами.]

Он захотел увидеть, как она плачет ещё сильнее…у его ног.

Королева, почувствовав странную интонацию в его голосе, подняла голову.

[Не Элисса…]

[А та девушка рядом с ней?]

Элисса прибыла на Королевское кладбище. Она знала, что здесь осталась её запись.

С ней должны были прийти Джулиана и Офелия.

«…Итак?»

[Брак. И женщина.]

[Жениться на ней.]

Губы Королевы медленно изогнулись в удовлетворённой улыбке. [Скандал вокруг Норфе можно было легко заглушить его женитьбой. Среди молодых девушек не нашлось ни одной, кто добровольно согласился бы выйти за него. Однако семья Кембридж…в глазах Короля она всё ещё имела ценность, пусть и была уже почти обречена.]

[Для них это стало бы великой честью, породниться с Королевской семьёй.]

[Офелия…Офелия Кембридж.]

Голос Королевы стал мягким, словно бархат:

«Расскажи подробнее, Норфе.»

«Она выглядела совсем юной.»

«Все взрослеют. Совсем скоро леди Кембридж войдёт в высший свет и пройдёт церемонию совершеннолетия.»

Норфе было двадцать восемь. Королева не колебалась, несмотря на то что девушка ещё не достигла возраста, чтобы говорить о любви. [Кто посмеет остановить волю Королевской семьи? Тем более, волю самой Королевы.]

«Понимаю, почему она тебе приглянулась. Кендрик и Седрик - оба красивы. Но кто бы мог подумать, что в этой семье скрывается такая блистательная девушка?»

Норфе говорил именно так, как хотела Королева. И эта тонкая перемена окончательно завладела её мыслями.

«Я свяжу Кембриджей с нами. Офелия станет невестой Норфе. Для их семьи это величайшая честь. Я прикажу подготовить приданое, а жрица обучит её всему необходимому. Через два года после совершеннолетия она выйдет замуж.»

«Два года…»

[Слишком долго.] Норфе недовольно цокнул языком. Королева, заметив это, поспешно добавила:

«Это не так уж долго. К тому же помолвку можно объявить хоть сейчас.»

«Матушка…»

Норфе мягко рассмеялся.

«А если поселить невесту во дворце заранее? Или подарить мне особняк…Было бы неплохо, если бы она жила там. Я бы сам постепенно всему её обучил.»

Королева просияла. [Впервые Норфе говорил так по-взрослому. Неужели брак действительно делает людей зрелыми?]

Охваченная спешкой, она поднялась:

«Я поговорю с Королём и передам твою волю. Подожди немного. Я приведу леди Кембридж и поставлю её рядом с тобой.»

«Я верю вам, матушка.»

На губах Норфе появилась улыбка. Лицо, так похожее на королевское…и скрытая, постыдная мысль.

[Если бы я мог увидеть эту прекрасную леди под собой…я бы продал даже душу.]

Пока во дворце плелись такие тёмные интриги, Элисса проводила время с садовником по имени Сид.

Она осторожно держала в руках яйцо, которое он ей дал. Оно уже немного остыло…

Седрик тихо наблюдал за ней. Он не хотел разрушить ту редкую улыбку, что появилась на её лице. Он не знал, что значит для неё это яйцо, но одно было ясно, такого выражения он у неё ещё не видел.

«…Я слышала, что свежие яйца вкусные даже сырыми. И совсем не пахнут. Сид, ты когда-нибудь так ел?»

«Да.»

Седрик кивнул.

Глаза Элиссы, до этого тусклые, вдруг загорелись. Тёплое яйцо в руках будто пробудило в ней аппетит. Она вдруг поняла, что с тех пор как проснулась, она ничего не ела, кроме молока и каши, которую готовила Саша.

Ещё немного, и её живот наверняка заурчит.

«А как его едят?»

«Нужно разбить яйцо…»

Седрик замолчал. Он заметил, как Элисса смотрит на него с недоумением.

[Ах…]

Только сейчас он осознал, перед ним Королевская принцесса. Та, что никогда в жизни не разбивала яйцо собственными руками. По правде говоря, он сам по статусу был не лучше, но из-за своей свободной натуры привык всё делать сам.

Седрик взял яйцо из её рук и аккуратно надломил верхушку. Он сделал маленькое отверстие, как раз по размеру её губ.

«Вот отсюда можно пить. »

Элисса приняла яйцо и с любопытством поднесла его к губам, пытаясь охватить отверстие полностью.

«Ах, не получается… Ах! Получилось!»

Элисса осторожно прижалась губами к надломленному краю яйца и втянула тёплое содержимое. Она ожидала неприятного запаха, но вкус оказался мягким, насыщенным и тёплым.

Она удивлённо моргнула, и вдруг широко улыбнулась:

«Очень вкусно!»

Это место стало для Элиссы настоящей сокровищницей. Ранняя зима, время, когда увядали красивые цветы, всё же наполняла её пустоту чем-то иным.

Холодное озеро мерцало огнями.

В саду тихо шуршали опавшие листья.

Даже самые хрупкие жизни, затаив дыхание, переживали знойное лето и встречали суровую зиму.

И в самом центре всего этого был Сид.

Человек, который здесь всегда становился для неё утешением.

Он стал для неё дорогим…сам того не заметив.

Элисса протянула Седрику второе яйцо:

«Вот, Сид. Съешь это.»

«Мне не нужно.»

«Нет. Я должна поделиться.»

Её глаза сияли, словно маленькие огоньки. Она выглядела так, будто это было для неё невероятно весело, делиться с ним едой.

[Что в этом такого радостного?]

Седрик тихо вздохнул, но всё же принял яйцо, подстраиваясь под её настроение. Он выпил его так, как она хотела, и провёл рукой по губам. Во рту остался мягкий, сладковатый вкус.

«Ты сразу съел, Сид? Ух ты…Мы ведь поделились едой!»

Элисса повернулась к нему.

Из-за болезни её щёки стали худее, и сейчас, стоя так близко, он видел каждую деталь.

Она шагнула ещё ближе, воодушевлённая, почти сияющая. Седрик чуть отстранился, избегая этой внезапной близости.

«Ну…»

Элисса замялась. Её губы слегка дрожали, словно она не решалась договорить.

Она явно хотела что-то сказать, но волнение сбивало дыхание.

«Мы ведь…друзья, правда?»

[Друг.]

Седрик снова провёл рукой по губам.

[Горькое слово.]

[Друг.]

[Не кто-нибудь…а Элисса Эйвери и Седрик Кембридж.]

Он стиснул губы.

Во всём доме Кембридж не было человека, который ненавидел бы Эйвери сильнее, чем он.

После смерти Кендрика он пал перед Королём, умоляя, унижаясь, прося вернуть тело брата.

[И что сделал Король?]

[«Он герой, павший по приказу короны. Разве я могу обойтись с ним небрежно? Ему надлежит покоиться на Королевском кладбище, с почестями. Даже если он не выполнил свою миссию. Ведь я милосерден.»]

[Насмешка.]

[«Посмотри на себя, Седрик. Теперь ты унаследовал титул герцога? Не так уж плохо, верно? Ты просто занял место, о котором и мечтать не смел.»]

[Оскорбление.]

[«Настало время для Кембриджей встретить новую эпоху. Честно говоря, Кендрик уже устарел. Пора сменить мелодию.»]

[Смех.]

А затем…

[«Седрик. Слушай внимательно. Это непростой вопрос. Разве Кендрик не повёл Королевских рыцарей, и не погиб вместе с ними, провалив миссию? Его можно назвать не героем…а предателем. И что тогда станет с Кембриджами?»]

[Угроза.]

[Он использовал его семью как рычаг давления.]

Седрик ненавидел всех, кто носил имя Эйвери, до скрежета зубов.

И всё же…ему было жаль Элиссу.

Потому что он видел в её глазах ту же печаль и одиночество.

[Разве не она - та самая принцесса Элисса, которую называют «дьяволом Королевской семьи»?]

[Она говорила, что ей хорошо здесь. Что в доме Кембридж ей не тяжело.]

Он понимал её.

Ведь её тоже…«продали».

[Но Элисса - Эйвери.]

[Вечный враг Кембриджей.]

[Чёрт…]

Седрик провёл пальцами по губам.

Он не мог отвернуться от неё.

От этих глаз, полных слёз.

От этого отчаянного желания, иметь хотя бы одного друга.

[Её выражение лица…было таким же, как у него тогда, перед Королём.]

Рука Седрика едва заметно дрогнула.

[Что я чувствовал тогда…когда упал на колени и умолял, как пёс?]

[Я хотел умереть. Я просил, снова и снова, чтобы умереть вместо Кендрика…но это был не я.]

[Её чувства…сейчас такие же?]

Седрик медленно кивнул.

[Если бы тогда…кто-нибудь просто протянул мне руку…]

Он не смог отвернуться.

Хотя и не мог по-настоящему спасти её.

«Да…друзья. Хорошо.»

Элисса улыбнулась.

Ярко.

Светло, как солнечный луч.

И Седрик даже не заметил…что эта улыбка на какое-то время стала для неё силой жить дальше.

[Неужели в этом саду спрятано какое-то сокровище?]

Но Элиссу никогда не привлекали украшения.

Причина была проста - Королева.

Она всегда ослепляла своей роскошью. И, ценя лишь внешнее великолепие, украшала Элиссу с той же чрезмерной пышностью, даже если внутри у той не было ничего подобного.

Как подобает благородной принцессе.

Но сама Элисса выросла под гнётом.

Она почти не знала желаний, особенно жажды богатства.

Когда её выдали замуж, она покинула Королевскую семью, взяв лишь скромное приданое, положенное принцессе. И сама сказала, этого достаточно.

И всё же…

Та, кто уходила с лицом, будто готовым угаснуть в любой момент…вернулась с улыбкой.

Саша не могла не удивиться.

«Госпожа…вам стало лучше, правда?»

Саша, проплакавшая всё время, пока Элисса отсутствовала, теперь облегчённо улыбалась.

Элисса тихо хихикнула, глядя на её опухшее лицо:

«Прости, Саша. Ты ведь знаешь, как я тебе благодарна?»

«Ну что вы такое говорите? Госпожа, вы не голодны? Я приготовила что-то лёгкое.»

«Всё в порядке.»

Элисса мягко покачала головой.

Тепло сырого яйца всё ещё наполняло её изнутри.

Она и правда была сыта.

«Я наелась.»

«Вы что-то ели в саду?»

«Угу.»

Она кивнула. Саша заметила, как у неё слегка покраснело ухо.

Элисса думала о садовнике.

Он был первым человеком, который стал ей другом.

За всю свою жизнь у неё не было никого, кроме Саши.

Королева ненавидела любые её связи с людьми.

Она смотрела на Элиссу как на бедствие для Королевской семьи, словно та однажды её разрушит.

Поэтому садовник стал для неё…первым другом.

Человеком, который приносил радость одним своим существованием.

Тот, кто видел в ней не «Элиссу Эйвери»…а просто Элиссу.

«Я ела кое-что вкусное. Очень сладкое.»

«Слава богу…Я боялась, что у вас всё ещё болит желудок…Тогда поешьте немного позже и приходите сюда. Я согрею вас.»

Саша взяла её за руку.

Элиссу уложили в заранее согретую постель и дали тёплый мёд. Пламя камина мягко разливалось по комнате, наполняя её уютом.

«Вы ведь больше не пойдёте во дворец…правда?»

«А?»

Элисса удивлённо раскрыла глаза.

Саша, нахмурившись, топнула ногой, словно ей срочно нужно было услышать ответ.

«Не ходите туда. Там остались плохие воспоминания.»

«Ну…»

«Что значит “ну”?»

Саша раскрыла рот от возмущения.

[Есть же предел доброты! Куда вы снова собираетесь идти?!]

«Я пообещала…значит, должна идти. Вообще-то я думала навещать раз в неделю.»

«Нет, госпожа-а-а!»

Саша яростно покачала головой.

«Что вы там ещё будете делать? К тому же леди Офелия и госпожа Джулиана точно не будут на вашей стороне!»

Она крепко сжала руку Элиссы.

«А если вы встретите Королеву или принца? Что тогда?»

«Но…»

Элисса замолчала.

[Если я снова столкнусь с Норфе…]

Она сглотнула.

[Саша будет переживать ещё сильнее.]

«…Всё равно.»

Элисса слабо улыбнулась.

В тот самый отчаянный момент, кто-то протянул ей руку.

Садовник, который даже не знал, кто она такая, но всё равно утешил её.

[Тогда…разве не я должна теперь протянуть руку Офелии и госпоже Джулиане?]

[Это ведь не так сложно.]

[Просто посидеть у могилы их сына…и немного побыть рядом.]

«Я могу хотя бы это. На самом деле…это единственное, что я могу.»

[Не стоит ждать от них большего.]

[Тогда…всё будет в порядке.]

Элисса решительно кивнула.

«Госпожа…»

Саша прижала руку к груди, словно сердце сейчас разорвётся.

[Такая добрая, и именно эта доброта сейчас сводила её с ума.]

«Я в порядке.» - тихо сказала Элисса.

Не зная, что делает Саше только больнее.

«Тсс…»

Офелия спрятала её за колонной. Служанки, следовавшие за ней, тоже скрылись.

Услышав, что Элисса была в саду, она решила дождаться её возвращения.

Она волновалась, куда та могла пойти в таком состоянии, едва оправившись от болезни.

Поэтому просто выглядывала…и ждала.

К счастью, Элисса вернулась с улыбкой.

[…Кажется, она стала ещё худее.]

Офелия тяжело опустила плечи.

С тех пор как Элисса заболела, она прекрасно понимала причину, и это чувство вины не давало ей покоя.

Страница книги Я должна была просто умереть в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16

1 - 17

1 - 18

1 - 19

1 - 20

1 - 21

1 - 22

1 - 23

1 - 24

1 - 25

1 - 26

1 - 27

1 - 28

1 - 29

1 - 30

О книге