Том I. «Пыль»

Глава 1 - Непрочитанное сообщение

Бог однажды взглянул на это море звёзд; он впал здесь в спячку, а также проснулся здесь.

Эсте, Неверлэнд*

П.п.: Эстэ, Неверлэнд: такой книги не существует.

Этот черный кедровый лес переживал затяжную смерть, его хвоя засохла и печально свисала вниз, но чудесным образом не источала запаха кислой, горькой гнили.

В лесу круглый год витал аромат древесины, скрывающий 25 однозарядных криокапсул* в глубине кедрового леса.

П.п.: Криокапсула (冷冻胶囊): капсула, вырабатывающая холод для защиты и сохранения живых людей в течение длительного времени [термин специально придуман для этого проекта].

Криокапсулы были выстроены в аккуратный ряд, их герметичные стеклянные крышки были покрыты льдом.

Одна из капсул издала тревожный сигнал, разорвав тишину глухого леса:

— Неисправность из-за недостатка энергии.

Внимание: Криокапсула готовится к отключению. Пожалуйста, восстановите источник энергии через 5 секунд.

Начинаю обратный отсчёт.

5... 4... 3... 2... 1.

Дополнительный источник энергии не обнаружен. Питание криокапсулы...

Ровной искусственный голос резко прервался, не успев договорить.

Пуф...

Звук был такой, как будто неисправное металлическое шасси пропускало воздух. Иней на стеклянной крышке быстро исчезал из-за резкого повышения температуры, являя взору красивое, но бледное лицо внутри капсулы.

С тонким слоем инея на надбровных дугах, он казался поразительно холодным и совершенно безжизненным, как будто находился здесь в спячке очень долгое время, без единого шанса на пробуждения.

Однако почти сразу после того, как иней исчез, пара красиво изогнутых глаз открылась без всякого предупреждения.

По правде говоря, хотя эта груда металлических болванок, используемых для замораживания человеческих тел, называлась капсулами, их форма даже отдалённо не напоминала капсулы.

Они выглядели очень непривлекательно: раздутые сверху и суженные снизу, в форме вытянутого шестиугольника. Как только человек ложился внутрь, он приобретал вид затейливо сделанного гроба стандартного размера.

Когда первоначальный чертёж только был готов, Чу Си как раз был занят подавлением бунта в Космической Тюрьме. Едва отдохнув за последние три дня, он так устал, что его лицо покрылось следами недосыпа и усталости.

Надоедливый дизайнер постучал в дверь кабинета Чу Си и положил на его стол толстую стопку чертежей.

Согласно правилам, все документы, связанные с криокапсулой, включая чертежи ею внешнего вида, должны были быть рассмотрены и подписаны старшим исполнительным офицером офиса № 5 башни безопасности, прежде чем приступить к производству.

Чу Си как раз и был ответственным от безопасности №5.

Он устало закрыл глаза после только одного взгляда на толстую стопку чертежей, брошенного вскользь. Утонув в экстравагантных описаниях, он просто перелистнул последнюю страницу и подписал её.

На мероприятии по запуску продукта он сидел в конференц-зале на верхнем этаже Башни безопасности. В отутюженной рубашке и с элегантной осанкой он спокойно слушал тех стариков, которые критиковали дизайн.

Этот плут сохранял спокойное выражение лица на протяжении всего двухчасового совещания. Он не только не собирался заниматься самоанализом, но даже слегка постучал по столу, прежде чем сказать:

— Продолжительность жизни этой планеты настолько велика, что нам никогда не придётся укладывать себя в криокапсулы. Пусть они останутся уродливыми.

Он достаточно сильно разозлил этих старых коллег.

Но через пять лет после этих слов планета взорвалась.

Он действительно оказался в этом уродливом, ледяном гробу. Очевидно, что даже Бог не смог бы выдержать таких негодяев, как он, или, другими словами, это была карма.

Под стеклянной крышкой Чу Си зашёлся в приступе мучительного кашля, выталкивая весь холодный воздух, и наконец начал шевелить пальцами, открывая предохранительный замок внутри капсулы.

Его неподвижному телу было очень трудно открыть крышку капсулы.

Ощущение, что он стоит на твёрдой земле, было настолько чуждым для него, что он попятился назад и просто сел возле криокапсулы.

В полушаге от него находилась другая криокапсула, все ещё нормально работающая и отображающая две линии на своей стеклянной крышке:

Время Цзяло: 13:20:07

Внутренняя температура капсулы: -206º NC (Новый градус Цельсия)

13:00 дня было бы самым солнечным временем суток, но вместо этого небо было усеяно морем звёзд, а мертвая тишина напоминала ночь.

Чу Си огляделся вокруг и глубоко вздохнул.

Воздух был настолько спёртым, что, хотя он только что выполз из криокапсулы, ему все равно казалось, что он заключён внутри, что даже дышать было неприятно. Он даже не был уверен, что его лёгкие не повреждены в результате замораживания.

Ка-ча…

Неожиданно сзади раздался хрустящий звук сосновых иголок, возможно, от того, что на них наступили.

— Кто там?! — Чу Си резко повернул голову.

После долгого молчания его голос был немного хриплым.

В тот момент, когда он спросил, его пальцы по привычке уже дотянулись до пояса.

К счастью, он слишком поспешно полез в криокапсулу, чтобы разрядить пистолет, как того требовали инструкции.

Щелкающий звук срабатывания предохранителя особенно чётко выделялся на фоне тишины.

— Нет, нет, постой! Я выхожу! Не стреляй! — вместе с голосом за криокапсулой появилась тёмная копна, похожая на круглую швабру... такую швабру, которая два года мариновалась в грязи.

Чу Си прищурился и с трудом отыскал пару глаз на этой швабре — это был кто-то с неухоженными волосами и бородой бог знает какой длины.

— Кто там ещё? — палец Чу Си оставался на спусковом крючке.

Космач на мгновение замешкался, застыв в позе капитуляции с высоко поднятыми руками, и повернул голову, чтобы что-то сказать.

Второй, меньший по размеру космач осторожно высунул голову.

Маленький космач повернул лицо, посмотрел на старшего товарища и тоже поднял руки.

— Успокойся, успокойся, — сказал Большой космач, глядя на направленный на него пистолет. — Здесь только мы двое. Здесь больше никого нет.

— Я очень спокоен, — ответил Чу Си.

— Ха-ха, а я так не думаю, — ответил Космач со скепсисом в голосе. — Когда я впервые выполз из криокапсулы, я был так голоден, что мог бы даже съесть кого-нибудь.

Лицо Чу Си оставалось равнодушным.

— Если я не могу найти никого чище вас, я лучше умру от голода.

— Мы просто не мылись полгода, — сказал Космач, слегка уязвлённый его словами. — Не мог бы ты чуть-чуть отодвинуть свой пистолет в сторону?

— Зависит от моего настроения, — ответил Чу Си. Бог знает, мог ли этот пистолет ещё работать, будучи замороженным в криокапсуле так долго. Но Чу Си, этот плут, не возражал против того, чтобы ещё немного попугать этих неизвестных болванов.

— Как ты себя сейчас чувствуешь? — внезапно спросил Космач.

— Не особо приятно, — спокойно ответил Чу Си. — Здесь так душно.

Если говорить точнее, душный воздух вызывал физическое раздражение.

— Ох, — протянул Космач и выдохнул, — как неудачно. Мы ничего не можем с этим поделать. Мы уже давно все в заднице.

Он повернул голову и посмотрел на своё запястье.

Чу Си только тогда заметил мигающий сапфировый огонёк, напоминающий экран смарт-часов.

— Не возражаешь, если я дотронусь до него? — Космач не отрываясь смотрел на пистолет Чу Си, боясь, что он случайно выстрелит.

Не получив ответа, он набрался смелости и осторожно прикоснулся к экрану часов.

Внезапно раздался холодный искусственный голос, достаточно громкий, чтобы Чу Си смог расслышать его:

— Температура земли: 5º по Цельсию

Влажность: слишком сухо

Внимание: опасно низкий уровень кислорода в крови. 32 минуты и 57 секунд до критической точки.

Имея опыт проведения всех видов экспериментов по обеспечению безопасности, Чу Си был знаком с этими предупреждениями. Уровень кислорода в крови и критическая точка означали физические пределы жизни. Если уровень кислорода в крови опускался ниже критической точки, человек вскоре погибал от удушья.

— Послушай, — Космач был немного подавлен. — Нам осталось жить меньше 33 минут, даже если ты не станешь тратить на нас выстрелы.

Взгляд Чу Си изменился.

Так не должно было быть.

Концепция дизайна этих криокапсул была особенной: их энергия полностью преобразовывалась из газовых отходов, поэтому выходящий газ содержал кислород. Это в какой-то степени должно было быть рассчитано на выживание.

Все эти принципы и функции были обнародованы.

Заметив взгляд Чу Си, Космач проследил за его взглядом к криокапсулам на земле.

— Я знаю, о чем ты думаешь, но это бесполезно. Прошло уже 50 лет. Герметичность давно бы нарушилась.

— Сколько лет? — спросил Чу, наконец-то на его лице появилось хоть какое-то выражение.

Как будто Космач наконец-то совершил открытие, он тут же коснулся экрана наручных часов, и искусственный голос зазвучал снова:

— Сейчас 29 апреля 5763 года новой эры, время Цзяло.

Не дав ему договорить, Космач выключил сигнал оповещения о времени.

— Извини, — пробормотал Космач, — нам все ещё нужно экономить батарею.

Но Чу Си совсем не обращал внимания на его слова.

5763?!

Он ясно помнил, как прошёл вечер 27 декабря 5713 года. На фоне золотисто-красного заката, смягчающего ледяной черный кедровый лес, он стоял у окна и разговаривал с врачом санатория, одновременно пролистывая свой личный канал связи.

Он все ещё смотрел на некоего террориста из Космической Тюрьмы, передававшего незапрошенное сообщение, а в следующую секунду уже получил сигнал тревоги...

— Внезапное ускорение процесса геоцентрической энергетической реакции по неизвестной причине и выход из-под контроля. Скорость расширения превышает верхний предел. Расчётное время эвакуации 3 минуты 11 секунд.

Простым языком: планета скоро взорвётся, всем бежать.

Он никогда не забудет эти три минуты крайнего хаоса, как тряслась и трещала земля, как они наперегонки со временем активировали план «Распад» и как эвакуировались в криокапсулах с территории базы...

Все было ещё свежо в памяти — как будто это был очередной день, и он только что проспал всего одну ночь в криокапсуле.

Но когда он проснулся в следующий раз, прошло уже 50 лет!

Возможно, именно эта секунда удивления изменила его сердечный ритм, увеличив потребление кислорода. После первого шока Чу Си почувствовал, что воздух стал ещё более спёртым.

Увидев выражение лица Чу Си, Космач тут же опустошённо сказал:

— Никаких глубоких вдохов! Никаких глубоких вдохов, несмотря ни на что! Воздуха и так не хватает! Не забывай, что у нас всего 30 минут... Ты уже придумал, что нам делать? Я немного глуповат и не смог ничего придумать даже через три года после пробуждения... Я не хочу умирать так скоро, смерть от удушья — самый худший способ умереть...

От бесконечных разговоров этого человека у Чу Си так болела голова, что он не мог ни понять ситуацию, ни придумать какие-либо идеи.

— Заткнись, — потребовал Чу Си.

В тот момент, когда он холодно произнёс это слово, что-то в его брюках завибрировало.

Чу Си замер и потянулся к штанам — только тогда он понял, что бросил свой коммуникатор в карман, когда эвакуировался в криокапсулу.

Коммуникаторы потребляют больше энергии, чем наручные часы. Сколько бы энергии ни сохранялось в таком режиме, прожить 50 лет все равно было бы чудом.

Вибрация только что была предупреждением: [Недостаточный заряд батареи, подготовка к отключению.]

Уже собираясь выключить коммуникатор и бросить его обратно в карман, Чу Си увидел непрочитанное сообщение неизвестно откуда взявшиеся и когда.

Он тут же нахмурился.

Ещё не прочитав сообщение, он уже знал, кто был отправителем — ведь только один безумец мог взломать его частный канал связи, и хозяйничать как в своём собственном доме.

Как и ожидалось, сообщения пришли из Космической Тюрьмы:

[Мой дорогой исполнительный офицер, у меня для тебя невероятные новости. Я сбежал из тюрьмы. — Саэ Ян]

Чу Си: ...к черту твои невероятные новости.

Примечание автора

Я снова на свободе и активен; вступление было запущено несколько месяцев назад во время выхода «Медных монет» (Tongqian), так что спасибо за ваше ожидание~.

Специальное напоминание: Этот роман не является научной фантастикой, поэтому здесь не будет никаких мехов. Весь роман — это просто бред, такой, который не смог бы подавить даже гроб Эйнштейна. Не думайте об этом, руководствуясь здравым смыслом. Я просто исследую концепции ради забавы. Просто представьте, что это космическая фантазия, муа~.

Глава 2 - Угроза безопасности

Если бы кто-то вскользь упомянул об этой новости перед стариканами из 9 офиса здания безопасности, они бы выстроились в очередь, чтобы принять быстродействующие таблетки для сердца. Однако для того, чтобы лекарство подействовало, нужно немного времени, и половина могла бы скончаться, так и не дождавшись. Лишь Чу Сы, смотря на эти пару фраз, смог твердо стоять на месте. Но даже у него потемнело в глазах, а нехватка кислорода стала ощущаться ещё острее. Космическая тюрьма, которая находится за пределами системы на протяжении 100 лет, с момента её постройки контролируется и управляется офисом № 5 здания безопасности. Там содержатся самые опасные люди на планете. Не будет преувеличением сказать, что это концлагерь для демонов, если хоть один выйдет оттуда, это сродни бомбе замедленного действия. А Саэ Ян — самая проблемная бомба, мощность взрыва которой невозможно оценить. Потребовалось 17 лет только для того, чтобы посадить его в тюрьму, и то, как его наконец взяли под контроль, всегда было загадкой для внешнего мира. Даже если этот опасный человек окажется в ловушке в космосе, он всё равно может доставить хлопот. С тех пор, как он оказался в тюрьме, не было ни одного спокойного года. Таким образом, должность начальника офиса № 5 стала самой важной должностью, люди на которой сменялись почти каждые три года. И только когда Чу Сы вступил в должность, это проклятие прекратилось. Если бы его предшественники не отступили слишком быстро, учитывая его возраст, для него было бы невозможно сидеть на такой высокой должности. Вероятно, из-за того, что его выражение лица было крайне уродливым, швабра посмотрел на палец на спусковом крючке, тяжело сглотнул и спокойно наклонил голову в сторону: «Ты плохо выглядишь. Получил плохие новости?» Чу Сы поднял веки и взглянул на него: «Хуже и быть не может. Ты знаешь о космической тюрьме?» Швабра сухо рассмеялся: «Конечно, мой брат всё ещё работает там тюремным надзирателем. Твоё лицо выглядит так, будто эти демоны все вместе перелезли через стену». Чу Сы потряс устройством в руке и бесстрастно сказал: «Я бы предпочёл, чтобы другие все вместе сбежали из тюрьмы, нежели это». «...» Уголок рта швабры дёрнулся: «Звучит ужасно, но как всё-таки насчёт того, что мы можем умереть от удушья?» Чу Сы холодно сказал: «Ты действительно весьма перспективный». Швабра незаметно протянул руку, чтобы притянуть маленькую швабру поближе к себе, и сказал: «Я видел эти ужасные вести вместе с тобой, хоть с натяжкой, но можно считать, что мы разделили горе и невзгоды. Не мог бы ты убрать пистолет? Мы действительно не желаем зла». Чу Сы заткнул пистолет обратно за пояс, швабра тут же облегчённо вздохнул и, схватив маленькую швабру, сделал несколько шагов ближе. Как и ожидалось от двух человек, которые уже полгода не приводили себя в порядок, каждое их движение сопровождалось «ударяющим в нос запахом благовоний». Это было похоже на то, словно Бог послал биологическое оружие в облике человека, чтобы мучить его. Этот запах настолько тонизировал нервную систему и улучшал работу мозга, что сердце Чу Сы подпрыгнуло, и он вспомнил, что забыл проверить время получения того сообщения. «Ещё один шаг, и ты сможешь попрощаться с пальцами ног». Чу Сы небрежно потряс пистолетом. Он сказал это, чтобы остановить швабру, который хотел подойти, и, опустив глаза, дважды щёлкнул по устройству связи. В интерфейсе под сообщением Саэ чётко отобразилось время: 18 февраля 5736 года. Чу Сы закрыл глаза и снова их открыл: «...» Выражение его лица стало ещё более уродливым. Правильно, он не ошибся, это 36, а не 63. Как здорово, с тех пор как было получено это сообщение, прошло целых 27 лет. За 27 лет можно построить космический корабль и улететь за пределы галактики. Иногда, когда дела идут настолько плохо, что уже ничего невозможно исправить, лучше не беспокоиться. «...» Планета разорвалась на бесчисленное количество фрагментов, а они стали пылинками в этом огромном море звёзд. Космическая тюрьма находится далеко за пределами того диапазона, который он в настоящее время может контролировать. С момента побега самого неприятного и опасного элемента прошло уже 27 лет. Есть ли что-нибудь хуже этой ситуации? Больше нет. Швабра не мог понять, о чём думал Чу Сы, находясь в своём недолгом оцепенении, поэтому мог только ёрзать и махать перед собой часами. Ветер, вызванный движением, ударил ему в ноздри, и от «аромата» волосы становились дыбом. «...» Чу Сы: «Если ты недоволен тем, что у тебя две руки, я был бы не прочь сломать одну». Швабра со свистом отдёрнул руку: «Нет, я просто хочу напомнить, что прошло ещё две минуты. У нас осталось всего 30 минут. У тебя не кружится голова?» Чу Сы нахмурился: «У меня из-за тебя кружится голова». Несмотря на то, что ему и не нравился запах швабры, он не проигнорировал его слова. Вместо того, чтобы беспокоиться о том, как вернуть бомбу, сбежавшую 27 лет назад, лучше позаботиться о том, чтобы завтра увидеть солнце. «...» Звезды тоже вполне сгодятся. Он обернулся и огляделся: кроме старой почвы и гниющей хвои, в чёрном кедровом лесу были только эти 25 криокапсул. Сквозь увядшие ветки вдали смутно виднелась молчаливая чёрная тень, находящаяся под морем звёзд. «О, точно, там же есть вилла.» Кислорода было слишком мало, и он слегка задыхался, когда много говорил. Он присел на корточки, держась за ближайшую криокапсулу, и прислонился к воздуховыпускному отверстию основания капсулы, пытаясь устроиться поудобнее. «До взрыва правительственные чиновники время от времени приезжали в отпуск, не знаю, из какого они ведомства.» Конечно, Чу Сы знал, о чём говорил, потому что он был командиром, который время от времени тоже приезжал в отпуск. По некоторым неизбежным причинам он жил здесь по неделе каждые шесть месяцев, привозя с собой врача, диетолога и нескольких охранников. Сейчас все эти люди лежат в криокапсулах рядом с ним. Им повезло немного больше, чем ему. Запасы энергии их криокапсул не исчерпаны, поэтому они ещё спят. Можно было бы сказать, что все люди, живущие в этом районе, были его людьми, но этих двух швабр он никогда не видел. «Если я правильно помню, других жителей здесь нет.» Сказал Чу Сы. Швабра почти засунул нос в сопловое отверстие. Он приобнял маленькую швабру и объяснил: «Знаешь, здесь каждый год живёт всего несколько человек. Красивые пейзажи, хороший воздух, поэтому мы время от времени пробираемся сюда и на несколько дней разбиваем лагерь.» «О.» Произнёс Чу Сы. «Чтобы промёрзнуть до костей, лучше всего разбивать здесь лагерь в декабре.» Швабра сердито сказал: «Да, это, наверное, самая большая ошибка, которую я когда-либо совершал в своей жизни. Неожиданно натолкнулся на кого-то с виллы, да и что уж говорить - встретил конец света.» Закончив, он снова взглянул на часы: «Ещё 27 минут. Уверен, что хочешь продолжить обсуждение того, каким образом я разбиваю лагерь? У меня так кружится голова, что я не могу здраво мыслить. Неужели ты действительно не можешь ничего придумать?» Чу Сы поднял ногу и дважды пнул его: «Конечно, выход есть». Но ему нужно было убедиться, что эта парочка действительно не представляет угрозы. «27 минут достаточно?» Швабра выглядел весьма неубедительно. Чу Сы ответил: «Более чем достаточно, если ты ещё в состоянии двигать ногами». Когда был подготовлен план фрагментации, это место было классифицировано как одна из зон. Учитывая, что при распаде и взрыве планеты вилла могла частично разрушиться, большая часть криокапсул разместилась именно в этом кедровом лесу. Вилла находилась недалеко, поэтому с неё было удобно эвакуироваться. Но в действительности же на вилле имелось 9 запасных капсул, которые размещались в подземной кладовой с западной стороны. В складском помещении также имеется несколько запасных источников энергии. Пространство там тесное, и при запуске девяти капсул будет выпускаться кислород, не так много, как при запуске двадцати четырёх, но в такой маленькой и относительно закрытой среде его концентрация будет выше. Немного отсрочить — не проблема. Более того... Чу Сы взглянул на устройство связи в своей руке, которое постоянно сообщало «батарея разряжена», и нетерпеливо подумал: хотя в настоящее время он не сможет им пользоваться, всегда полезно найти способ зарядить устройство. Как обычный человек, швабра никогда не проходил спецподготовку в экстремальных условиях, и его толерантность к гипоксии намного уступает Чу Сы. Нынешнее состояние его мозга мало чем отличалось от мозга золотой рыбки, живущей лишь инстинктами. Как только он услышал слова Чу Сы про то, что выход есть, он рефлекторно встал, не раздумывая, обнял маленькую швабру, которая едва доходила ему до талии, и, шатаясь, побрёл вслед за ним. Чу Сы в темноте повёл их по знакомой лесной дороге. Путь до виллы по этой дороге займёт всего 8 минут, открытие хранилища и активация запасных криокапсул займёт максимум 5 минут, и около 10 минут остаётся им на отдых. Времени было не так уж мало, поэтому скверное настроение Чу Сы немного улучшилось. Однако всего 5 минут спустя, когда до виллы оставалось менее 50 метров, устройство связи Чу Сы внезапно издало звук «динь». Чу Сы остановился и с удивлением взглянул на него. Вибрация напоминает о низком заряде батареи, а это короткое «динь», конечно же, уведомление о входящем сообщении! Из-за недостаточного заряда батареи экран был немного тусклым, но этого всё равно было достаточно, чтобы увидеть уведомление выше: действительно, пришло новое сообщение. Чу Сы нахмурился и посмотрел на содержание сообщения: Удивительно, что мой острый на язык исполнительный офицер не отругал меня в ответ. Дорогой, не получив твоего ответа, я немного заскучал. Саэ Ян. Чу Сы: «...» Какой сумасшедший будет ждать 27 лет, чтобы спросить: «Почему ты мне не ответил»?! Но и это не самое страшное. Самое ужасное то, Саэ Ян начал скучать. Каждый раз, когда Саэ Яну становится скучно, появляется куча сотрудников службы безопасности, которые мечтают повеситься.

Глава 3 - Незваный гость

«Конечно, нет. Если бы он хотел что-то взорвать, он бы взрывал планеты».

На мгновение лицо Чу Си потемнело, прежде чем сразу же вернуться к нормальному состоянию. Он вдруг усмехнулся и набрал на коммуникаторе:

[Если тебе действительно так скучно, я предлагаю тебе для начала поиграть с самим собой или даже с контроллером, который все еще прикреплен к твоей руке.]

Это было очень провокационно.

Общеизвестно, что все заключенные в Космической Тюрьме были самонаводящимися боеголовками в человеческом обличии. Ни одним из них не было легко управлять.

Хотя было почти невозможно найти хоть какие-то лазейки в высокозащищенной тюремной системе, которая даже была выведена за пределы планетных систем, не было никакой гарантии, что у этих самых боеголовок не было шансов вырваться из тюрьмы.

Так что каждому заключенному на руку устанавливался контроллер, когда его заключали в тюрьму.

Снять контроллер было бы в сто раз труднее, чем перебраться через стены Космической Тюрьмы.

Но как только Чу Си закончил печатать это злобное сообщение и собирался уже отправить его, весь экран внезапно вспыхнул, прежде чем отключиться.

Аккумулятор разрядился!

Прежде чем Чу Си успел ответить, это бесполезная штука решила сдохнуть в самый критический момент!

Чу Си: «...»

Раньше он все еще мог как-то посмеиваться, но теперь уже нет.

Космач не понимал, почему Чу Си вдруг остановился. Он тупо уставился на Чу Си, который раздраженно натянул воротник рубашки, прежде чем внезапно ускорить шаг.

Чу Си был высоким и длинноногим, и, кроме холодного пота, выступившего на лбу, у него почти не было симптомов гипоксии. Всего за два или три шага он уже значительно опередил усталых Космачей — и большого, и маленького.

— Эй?! Ты… — Космач ахнул и бросился за ним. — Почему ты вдруг... заторопился?

Чу Си проигнорировал его и пошел еще быстрее.

Если бы он позже не добавил: «У тебя что, ноги были распилены?», Космач почти заподозрил бы, что Чу Си пытался избавиться от них.

Последние пятьдесят метров на самом деле были не таким уж большим расстоянием, и скорость трех человек почти удвоилась, но Чу Си лидировал. К тому времени, когда они оказались перед входными воротами во двор виллы, у них даже оставалось целых двадцать две минуты.

Но Космач был уже наполовину мертв.

Едва живой, Космач привалился к забору, высунув язык, и косо посмотрел на дверной замок.

— О боже, я только что вспомнил. Не было смысла приходить сюда… эта дверь… У нас нет возможности открыть ее… Здесь стоит сканер сетчатки. Давным-давно я... Все в порядке, не обращай внимания. В любом случае, нам просто нужно просканировать сетчатку этого чиновника.

Космач растерянно взглянул на Чу Си.

— Ты выглядишь очень молодо, ты здесь охранник? Но на самом деле ты не похож на охранника… Секретарь? А... не имеет значения. В любом случае, нам, вероятно, все еще придется совершить еще одно путешествие к криокапсулам, чтобы вытащить твоего начальника...

Прежде чем Космач успел закончить, Чу Су с бесстрастным лицом уже стоял перед сканером и нажимал на переключатель.

Единственной удачей среди всех этих несчастий было то, что электричества на вилле могло хватить еще на некоторое время, как и ожидалось. Сканер пикнул, просвечивая сетчатку Чу Си.

Входная дверь щелкнула изнутри и медленно открылась.

— Какого... хрена? — пробормотал Космач.

— Я не против, если вы по глупости решите стоять здесь, пока не умрете, — сказал Чу Си, — но, будьте любезны перестать блокировать дверь и расходовать энергию. — Затем он зашагал вперед по прямой дороге во двор.

Все еще разинув рот, Космач рефлекторно уступил ему дорогу и потащил маленького Космача за собой, поспешно следуя за Чу Си.

Входная дверь автоматически закрылась за ними, пикнул электронный замок, и больше уже не сдвинулась с места.

Но во дворе не было так тихо: постоянно раздавалось низкое жужжание, которое не раздражало, но просто не прекращалось.

Звук исходил от металлического цилиндрического столба в углу.

Столб был примерно в рост среднего человека, с рядом круглых отверстий наверху и излучал сапфировый свет. Бесчисленные тонкие металлические иглы, как у ежа, выходили из отверстий, вспыхивая светом.

Это выглядело немного нелепо, но считалось величайшим изобретением за последнюю тысячу лет истории планеты.

Хотя это был всего лишь простой металлический столб, на самом деле он был соединен с огромным, замысловато спроектированным подземным армоментариумом.* Это создало бы защитное кольцо во время оползней, надежно обволакивая все в пределах видимости.

П.п.: армоментариум (物质池) — хранилище материалов и оборудования.

Планета была спасена от полного уничтожения внезапным взрывом только благодаря этому устройству. Вместо этого планета просто распалась на фрагменты различных размеров, которые разлетелись в космосе, и этот черный кедровый лес и вилла стали странниками в огромном море звезд.

Трудно сказать, когда они достигнут конца.

— Так это и есть драконий шест? — взгляд Космача, устремленный на металлический столб, был полон благоговения и восхищения. — На самом деле я никогда не видел, чтобы он активировался...

Вероятно, из-за того, что сапфировый свет был слишком соблазнительным, пока он говорил, он не мог не протянуть руку и подсознательно пойти к нему.

Чу Си прищелкнул языком.

— Давай заключим сделку: успокойся на минутку и перестань попадать в неприятности, хорошо?

На самом деле, Космач уже почувствовал едва уловимую разрывающую силу, прежде чем даже приблизился к драконьему шесту, что заставило его немедленно сделать два шага назад, неловко возвращаясь к Чу Си.

Замок на двери виллы тоже требовал идентификации личности, что не было проблемой для Чу Си. В конце концов, это был его собственный дом.

Он повел двух Космачей в подземное хранилище.

Чтобы сэкономить электроэнергию, они нарочно спустились по лестнице.

Герметичность хранилища была поразительной: как только они вошли, они почувствовали смесь запаха материнских плат электронных приборов и металла. В конце концов, они были запечатаны здесь последние пятьдесят лет. Чу Си включил самый маленький аварийный светильник, едва ли достаточно яркий, чтобы два человека могли разглядеть очертания внутренних приборов...

Девять криокапсул аккуратно занимали большую часть складского помещения. Что касается трех других стен, то перед двумя из них стояли шкафы, заполненные всевозможными предметами, а на другой стене была консоль, подключенная к нескольким экранам разного размера, вероятно, для наблюдения.

— Насколько хватит электричества в этом доме? — спросил Космач. — Давай, активируй эти сексуальные криокапсулы прямо сейчас. Я задыхаюсь!

Вероятно, потому что он наконец почувствовал надежду, его тон был почти бодрым.

Но Чу Си просто обошел криокапсулы и направился прямо к одному из шкафов, роясь в поисках чего-то на верхней полке.

— Что? Тебе нужно что-то еще, чтобы активировать их? — Космач смущенно последовал за Чу Си и взглянул на свои собственные наручные часы.

Чу Си нашел металлический квадрат в четвертом шкафу.

— Нет никакой спешки с криокапсулами, — ответил он, не глядя. — Сначала я заряжу свой коммуникатор.

— Коммуникатор? — Космач несколько раз моргнул. — Почему ты заряжаешь свой коммуникатор? Тебе нужен коммуникатор, чтобы активировать криокапсулы?

— Нет, чтобы ответить на сообщение, — ответил Чу Си.

Космач: «…»

Он упал на колени перед Чу Си.

— Разве мы не можем просто спастись, прежде чем болтать?

Чу Си приложил металлический блок к задней панели своего коммуникатора и нажал на нем кнопку.

Дзынь.

От коммуникатора у него на мгновение онемели пальцы, и экран снова загорелся.

Чу Си наконец взглянул на Космача, который стоял на коленях и плакал. Он поднял с земли кабель и подключил его к розетке.

[Включается интеллектуальная система. Перезагрузка тестовой операции криокапсул. Обнаружено неправильное предыдущее отключение наблюдения за окраинами лесов. Переустановка… Позиционирование завершено. Возобновление наблюдения.]

Космач тупо уставился на серию электронных приборов, которые снова включились. Девять криокапсул, наконец, начали жужжать и снова работать.

— Криокапсулы здесь в основном используются для тестирования, и они работают иначе, чем те, что в лесу, — Чу Си облокотился на консоль, одной рукой опираясь на край, а другой постукивая по монитору.

Сообщение Саэ Яна, в котором он жаловался на скуку, полученное семь минут назад, все еще было открыто.

На этот раз Чу Си не написал ничего провоцирующего. Чтобы сэкономить время, он даже не набрал ни одного символа, а просто нажал точку и сразу же отправил ее.

По крайней мере, это был ответ.

Криокапсулы были активированы, и кислород постепенно выходил из воздуховодов. Большой и маленький Космачи обнимали друг друга, опираясь на капсулы, как парализованные.

Войдя в режим нормальной работы, машины перестали жужжать, и складское помещение медленно успокоилось.

— Фу... — выдохнул Космач и прищурился, обращаясь к Чу Си. — По крайней мере, теперь мы наконец можем расслабиться.

Ему было почти достаточно удобно, чтобы обнять капсулу и заснуть. Через некоторое время он спросил, как будто наконец что-то вспомнив:

— А на какое сообщение ты так спешил ответить? Мы собирались превратиться в пыль в космическом пространстве — кто все еще был бы в настроении написать тебе?

Невероятно!

Чу Си поднял глаза.

— Террорист.

— Насколько ужасный? — спросил Космач. — Ужасный, например, как взорвет тебя, если ты не ответишь?

Чу Си бросил коммуникатор на консоль.

— Конечно, нет. Если бы он хотел что-то взорвать, он бы взрывал планеты.

— ?!

Космач схватил себя за ухо.

— Нет, подожди, мне кажется, я услышал что-то ужасное… Ты шутишь, не так ли?

Чу Си уже повернулся, чтобы посмотреть на разноразмерные экраны позади, сохраняя молчание.

«...»

Космач на мгновение в ужасе уставился на него, но он почувствовал, что никто никогда не будет говорить о чем-то таком ужасающем таки тоном.

Все еще размышляя об этом, он с облегчением вдохнул еще немного кислорода.

— Ты, должно быть, шутишь.

Экран консоли засветился, каждая часть была обозначена как отдельный район виллы и окраины кедрового леса, и каждая работала на своей собственной частоте.

Но в данный момент наблюдение было бесполезно, так как они, вероятно, были единственными тремя людьми на этом фрагменте.

Две зоны наблюдения, простирающиеся до края фрагмента, показывали крутой утес, а за ним было просто бесконечное космическое пространство.

Море звезд было над головой, но также было и под ногами.

Хотя этот пейзаж был довольно необычным, Чу Си только спокойно смотрел на него пару секунд, прежде чем потянуться к кнопке питания.

Этот большой монитор безопасности жрал просто прорву энергии.

Как только Чу Си прикоснулся к кнопке, интеллектуальная система внезапно заговорила:

[Предупреждение, вторжение в зону наблюдения 2! Внимание, вторжение в зону наблюдения 2!

Зона наблюдения 2 представляла собой не что иное, как крутой утес, соединенный с морем звезд, или край этого большого участка земли.

Шокированный этим звуком, Космач перекатился, чтобы встать и придвинуться ближе.

Нахмурившись, глядя на экран, Чу Си увидел силуэт, спрыгнувший с крутого обрыва и точно и ловко приземлившийся на черную скалу.

Он был высоким и ловким, его руки изгибались, демонстрируя красивые очертания мышц, когда он приземлился. Кислородная маска на лице скрывала его черты, так что, когда он повернул голову, был виден только нижний край подбородка.

Как только Космач увидел черно-золотую ленту, туго обмотанную вокруг руки мужчины, он беззвучно закричал:

— О черт, он из Космической Тюрьмы!

Человек на черной скале повернул лицо, чтобы осмотреться. Затем, повернувшись лицом к экрану, он внезапно остановился.

Он пожал плечами и направился к экрану.

Дойдя до ближайшей точки, он поднял руку, чтобы снять маску, открывая необычайно красивое лицо. Его глаза были очень светлыми, полными высокомерия, когда он прищурился, что сразу же было разбавлено легкой улыбкой в уголках его губ.

Улыбаясь, он протер камеру большим пальцем.

— Мой дорогой, я так и не получил твоего ответа, поэтому я пришел, чтобы увидеть тебя.

Глава 4 - Приветственный подарок

«Собираюсь успокоить этого террориста».

«Бог сказал, что в этом мире не все может идти по нашему желанию. В первый день, когда он открыл глаза на бесплодной земле, он был потрясен».

Эсте, Неверленд

Когда Чу Си увидел, что это лицо внезапно приблизилось к экрану, его зрачки немного сузились. Рукава его рубашки были закатаны, обнажая предплечья, и его мышцы заметно напряглись, прежде чем снова быстро расслабиться.

Хотя он хорошо справлялся с эмоциями, и выражение лица мгновенно вернулось к нормальному, Космач, который стоял рядом, все же заметил это.

Хотя Космач был знаком с Чу Си всего полчаса и не мог сказать, была ли реакция Чу Си защитной, нервной или какой-то еще... но независимо от того, чем это было, это еще больше поразило Космача.

Космач явно уловил сообщение про «никогда не получал ответа», поэтому он понизил свой дрожащий голос и спросил Чу Си:

— Это тот... террорист, о котором ты говорил?

Но Чу Си не ответил. Он пристально смотрел на экран, как будто наблюдал за прогуливающимся львом. Затем он переместил палец на красную кнопку и легонько нажал ее.

— Я ответил, — сказал он теплым тоном.

— А?! — отозвался Космач.

Он стоял, разинув рот, пока чересчур красивый мужчина на экране не усмехнулся, и только тогда Космач понял, что Чу Си разговаривает не с ним, а с тем человеком.

— Хорошо, — мужчина приподнял бровь и спросил: — Что ты ответил?

Он казался слишком ленивым, чтобы даже открыть рот, и его голос словно шел откуда-то изнутри, звуча низко и небрежно.

То ли из-за того, что Космическая Тюрьма была слишком демонизирована, то ли из-за того, что описание Чу Си было слишком пугающим — хотя этот человек явно не походил на зверя, и ничто из того, что он сказал, не было необычным, — Космач все еще странно нервничал.

Он подсознательно ущипнул себя за палец и повернул голову, ожидая ответа Чу Си. Интуиция подсказывала ему, что Чу Си определенно не скажет этому человеку ничего приятного.

— Не помню, там много что есть, — сказал Чу Си, не моргнув глазом. — Предлагаю тебе самому прочитать сообщение, когда его получишь.

Космач: «...»

Почему-то он чувствовал, что этот человек лжет с широко открытыми глазами.

Чу Си сделал паузу, прежде чем спокойно добавить:

— Но кажется, что даже космосигналы вращаются вокруг тебя. Возможно, тебе даже потребуется еще двадцать семь лет, чтобы получить его.

Как раз в этот момент из области монитора донеслось отчетливое «дзынь».

Мужчина чуть выпрямился, достал из кармана коммуникатор и повернул голову, чтобы взглянуть на него. Одной рукой он все еще подпирал край экрана, а другой держал коммуникатор, дважды проводя по нему пальцем.

Он бросил один взгляд, прежде чем улыбнуться, махнув коммуникатором перед экраном.

— Одна точка — это много, не так ли?

Космач: «...»

Чу Си, казалось, вообще не переживал, что его разоблачили.

— У нее может быть много значений.

— Нравится? — спросил мужчина.

— Например, пожелать тебе скорейшего возвращения в тюрьму, — ответил Чу Си.

...Космач на мгновение задумался, прежде чем тихо опуститься на пол рядом с консолью. В такой ситуации он предпочел бы не показывать свое лицо, если хотел прожить еще несколько дней.

Эти двое: один стоял перед экраном, второй — за ним, один подпирал экран, другой опирался на консоль, оба наклонились вперед с полуприкрытыми глазами и непринужденными, расслабленными позами. Они казались старыми друзьями, которые просто случайно встретились.

Но такого рода наверстывание упущенного… Космач позеленел.

Просидев некоторое время неподвижно под столом, Космач понял, что кое-что было странным — человек так старался найти дорогу сюда, целую вечность болтал с камерой наблюдения, но совершенно не собирался приближаться к вилле.

Он на мгновение задумался, ничего не смог сообразить и не удержался, чтобы не выглянуть украдкой.

Человек на экране уже выпрямился, зажав зубами кончик черной перчатки, когда стягивал другую. Он слегка повернул голову, краем глаза глядя в камеру.

— Ты на самом деле не собираешься смотреть на меня, прежде чем я разорву контроллер на части? — спросил он.

Чу Си поднял бровь.

— Нет.

Он немедленно нажал кнопку питания на консоли.

[Наблюдение за лесными окраинами отключено. Вхожу в энергосберегающий режим.]

Когда роботизированный электронный голос договорил, разноразмерные мониторы одновременно потемнели, изображение исчезло.

— Ты это отключил?! Ты просто собираешься... — уголок рта Космача дернулся, и он указал на мониторы, — просто собираешься оставить его там?

Чу Си взял коммуникатор с консоли и бросил его в карман брюк.

— Я просто пытался сэкономить заряд батареи.

— ...Между потерей заряда и потерей жизни, — сказал Космач, — я бы выбрал первое.

— К сожалению, этот дом мой.

Пока Чу Си говорил, он подошел к шкафу у стены и легко открыл два ящика в правом нижнем углу.

Космач все еще был слегка напуган и молча коснулся его лодыжки.

— Честно говоря, у меня немного слабеют колени. Ты действительно просто выключил наблюдение и решил игнорировать его? Ты просто оставишь его в подвешенном состоянии, человека, который может взорвать планету, если ты не ответишь? Я чувствую, что мы пытаемся умереть...

Притворившись, что не слышит, Чу Си продолжил рыться в ящиках. Затем он достал что-то и просто положил это в криокапсулу рядом с собой.

Космач не хотел показаться слишком любопытным насчет этих шкафов перед их владельцем, поэтому он просто притворился, что небрежно смотрит...

Чу Си достал коробку с затычками для ушей с шумоподавлением и пару перчаток.

Он надел перчатки и достал из угла металлическую коробку. Судя по размеру, она определенно не была легкой, но в руках Чу Си казалась таковой.

— Что это такое? — моргнул Космач.

— Тип древнего, обычно ненужного... — Чу Си нащупал большим пальцем замок на боку, и коробка автоматически открылась, — набора инструментов.

— ...У тебя это выглядит как высокоточные инструменты в сейфе, — с благоговением прокомментировал Космач, — как будто это чем-то отличается от тех ящиков с инструментами, которыми я пользуюсь.

Чу Си остановился и взглянул на него.

— Те, которыми ты пользуешься?

— О, — Космач почесал в затылке. — Все было так хаотично, что я так и не смог тебе сказать, что я специалист по техническому обслуживанию в авиации.

Чу Си кивнул, прежде чем решительно развернул коробку и подтолкнул ее к Космачу.

— Идеально.

Космач был сбита с толку.

— Что ты пытаешься сделать?

Чу Си подбородком указал на ближайшую криокапсулу.

— Вытащить раму.

— ???

С тех пор как он встретил Чу Си, казалось, что количество раз, когда тот его шокировал, только увеличивалось.

— Зачем тебе понадобилось вынимать раму? — спросил Космач. — Что она сделала не так?

Чу Си прикусил кончик перчатки, снял ее, а затем снял и вторую.

— В раме каждой капсулы есть механизм для вытеснения воздуха, — небрежно объяснил он. — Всего три, как раз достаточно.

Космач взглянул на него, и на мгновение ему показалось, что движение Чу Си показалось знакомым, но его внимание отвлекла идея Чу Си, прежде чем он смог даже подумать дальше.

— Я раньше разбирал только самолеты, никогда даже не прикасался к таким штукам, так что, если ты знаете, как это сделать, я бы предложил...

— Я не знаю, — прервал его Чу Си.

— Тогда зачем ты вытащил ящик с инструментами? — спросил Космач.

— Все равно бы попытался, — спокойно ответил Чу Си, — на всякий случай, если это сработает.

Космач: «...»

Он наконец понял, что человек перед ним был профессиональным, сверхстрашным лжецом.

К счастью, даже после того, как он был заморожен в течение сорока семи лет и бродяжничал здесь три года, он еще не полностью потерял свои навыки. Хотя криокапсулы обычно обслуживались интеллектуальной системой, все еще существовал боковой вход для ручного обслуживания.

Снятие корпуса на самом деле было очень быстрым — Космачу потребовалось всего несколько минут, чтобы разобраться в этом, быстро разобрав криокапсулу на семь или восемь частей. Маленький Космач, который молчал с самого начала, тихо сел в рядом и ловко передавал инструменты Космачу, время от времени поглядывая на Чу Си своими блестящими, черными глазами.

Чу Си, казалось, полностью доверил криокапсулы Космачу. Вместо того чтобы следить за Космачом, он вытащил из другого ящика черный цилиндрический сверток.

— Готово, — внезапно сказал Космач, раскрывая ладони, показывая три черных ящичка размером с камешек, которые были соединены с тонкими трубками сверху.

— Спасибо за помощь, — Чу Си наклонился, чтобы взять один из них. Естественным движением он повесил его за ухо, словно изящный наушник, а тонкая изогнутая трубка идеально прилегала к ушной косточке, отходя сбоку от его лица.

Машинка была полна энергии, тихо жужжа у его уха и старательно работая.

Космач смотрел вверх, наблюдая, как Чу Си взял эти тяжелые на вид цилиндрические свертки и достал пару звуконепроницаемых затычек для ушей из коробки в стороне.

— Что ты делаешь? — Космач был сбит с толку.

— Собираюсь успокоить этого террориста, — ответил Чу Си, не оглядываясь и выходя за дверь.

— ...Тогда что ты держишь в руках? — спросил Космач. — Приветственный подарок?

Уже поставив одну ногу за дверь, Чу Си обернулся и улыбнулся.

— Ракетная установка Р-72.

Космач: «...»

Какого хрена ты здороваешься ракетной установкой?!!

Глава 5 - Островной кит

«Не смотри на меня так, когда буду в хорошем настроении, переключусь на что-нибудь другое.» Когда Чу Сы выносил орудийный ствол из дома, он был так расслаблен, словно только что допил послеобеденный чай и собирался выйти на прогулку с собакой. Швабра не слишком-то ему доверял. «Например?» «Легкий ракетный пулемет РА?» Небрежно ответил Чу Сы. Швабра не мог не поинтересоваться. «А есть разница?» Чу Сы поднял руку, нажал переключатель за дверью складского помещения и ответил: «Рельсовая направляющая более элегантная и выглядит мягче.» Швабра: «Ты действительно описываешь чертов РА, который может разнести весь кедровый лес в щепки...» «Мгм.» Швабра ударил себя по губам. И впрямь дьявол! Я действительно буду конченным долбоёбом, если в очередной раз серьёзно отнесусь к этому вранью. У него был хороший план - если Чу Сы будет настаивать на том, чтобы спровоцировать этого отчаянного, он не станет его останавливать. Во всяком случае, себе он смерти не ищет! Однако, как только он убрал руки от капсулы, по всему помещению тут же разнёсся спокойный механический голос: «Система блокировки в помещении активирована, система самоуничтожения активирована, обратный отсчёт 10 секунд, 10...» Швабра испугался. «Что это ещё такое?!» По мере того, как Чу Сы удалялся от двери, его голос становился всё тише: «Я очень подозрительный человек, поэтому не доверяю незнакомцам присматривать за моим домом. Не волнуйся, просто будь осторожен, и комната не взорвётся.» Швабра выгнулся назад, схватил тощую швабру и побежал к двери, не забыв при этом захватить коробочку с шумопоглощающими наушниками: «Нет, нет, нет, я передумал. Я пойду вместе с тобой искать смерти. Я не буду охранять дверь!!!» Как только большая и маленькая швабра вылезли наружу, дверь за ними автоматически заперлась. Позеленевший швабра мгновенно поднялся по лестнице, пробежав до входной двери. Чу Сы как раз достал пару защитных очков из выдвижного ящика шкафа, стоящего рядом с дверью. «Ты тоже идёшь?» Чу Сы надел защитные очки и прошёл по лестнице к двери, ведущей на террасу на третьем этаже. Всё было так неторопливо, будто и не было никакого беспокойства по поводу того, что некий недовольный террорист поднимет мятеж. Швабра пристегнул кислородные аппараты к себе и к маленькой швабре, выглядя при этом так, будто потерял родителей. «Иду. Если не пойду, ты расстроишься и взорвешь меня. Что же в таком случае делать?» «Прошу прощения, мне не очень нравится смотреть на людей, валяющихся без сознания, особенно когда мне самому нужно вставать и что-то делать.» Чу Сы стоял на краю крыши, мимоходом отвечая и параллельно снимая чёрный чехол с реактивной системы залпового огня. Этот человек - законченный ублюдок! Всякий раз, когда он говорит что-то устрашающее, он добавляет перед этим некоторые смягчающие слова, такие как «виноват», «будь так любезен», «к сожалению», «прошу прощения», и как назло выглядит при этом очень воспитанным и даже улыбается, будто он действительно считает неуместным угрожать людям. В прошлом стариканы, встречающиеся с ним в конференц-зале, всегда были так злы, что топали ногами и харкали кровью. Дошло до того, что однажды его помощник Карл уже не выдержал и спросил: «Они уже когда-то преподносили Вам тесную обувь?» П/п: преподнести тесную обувь - поставить в затруднительное положение, ставить палки в колёса. Чу Сы всегда отвечал: «Кто ж знает. Тебе не кажется, что их взгляды всегда выглядят немного виноватыми? Уверен, в тайне от меня было совершено немало дурных дел.» Его тон всегда был полушутливым, из-за чего было трудно понять, шутил он или говорил серьёзно, поэтому после того, как Карл услышал этот ответ несколько раз подряд, то благоразумно перестал спрашивать. «Ладно, ладно, с этого момента последнее слово за тобой.» Швабра был так напуган, что с покорным выражением лица был готов даже принять крысиный яд. С их угла обзора они увидели, что в 50–60 метрах от виллы, в углу между кедровым лесом и краем земли стояла стройная фигура в чёрном, у его ног лежала куча вещей неизвестного происхождения, помимо этого вокруг было пусто. Швабра машинально указал на кучу вещей и воскликнул: «Эй! Моя палатка!» Сказав это, он вдруг осознал, что там, куда он указал, стоял сбежавший заключённый. Поэтому он резко замолчал, убрал палец, схватил маленькую швабру и присел на корточки, закрыв лицо. Чу Сы, с некоторой долей сожаления, произнёс: «Тебе, наверное, придётся попрощаться со своей палаткой». Его голос был негромким, но у фигуры в чёрном был хороший слух. Уловив звук знакомого голоса, он поднял голову и пристально посмотрел на Чу Сы. «Мой дорогой офицер, ты наконец-то не удержался и вышел». Он наступил на слегка выступающую из земли камеру наблюдения и согнул колени, от чего его ноги стали выглядеть ещё длиннее. Он поднял голову, демонстрируя скучающее выражение лица. В его голосе была лёгкая усмешка, но разгадать её значение было невозможно. «Давно не виделись, Саэ Ян». Чу Сы даже поднял левую руку, как будто действительно приветствовал его. «Давно не виделись, я был бы счастливее, если бы ты просто звал меня по имени». Саэ, глядя на него, прищурился, казалось, что он всерьез всматривается во что-то. Через некоторое время он вдруг улыбнулся и сказал: «Кстати, я ужасно по тебе соскучился». Швабра: «...» По идее, отношения между начальниками из органов власти и беглецами из космической тюрьмы враждебные, не так ли? Почему этот беглый преступник открыл рот со словами «дорогой» и закрыл после слов «ужасно по тебе соскучился»? Это сделано намеренно? Должно быть намеренно, да? Швабра внезапно почувствовал себя немного неловко и тайком взглянул на Чу Сы, однако с этого ракурса он мог видеть только его подбородок, но не выражение лица. Чу Сы, кажется, уже давно привык к манере речи Саэ, к тому же превосходно к ней адаптировался. Он не только не выразил никаких возражений на фразу «ужасно по тебе соскучился», но даже весьма добродушно ответил собеседнику. Он сказал: «Если бы ты остался сидеть в тюрьме, я бы, вероятно, тоже постарался немного по тебе скучать». Именно в этот момент нога швабры соскользнула, и он чуть не упал с крыши: «Спасите...» Саэ, по-видимому, напротив, привык к таким ответам и совершенно не имел ничего против. Он пожал плечами, снова огляделся вокруг и с серьёзным видом спросил Чу Сы: «Разве тебе не скучно находиться одному в таком огромном месте? Дорогой, давай обсудим, как ты смотришь на то, чтобы предоставить мне уголок?» Швабра: «...» Разве ты не видишь, что здесь ещё есть живые люди??? Чу Сы пожал плечами: «Весьма сожалею, но мне не скучно». Саэ: «В таком случае сменим аргумент, космический суперсигнал меня недолюбливает и мешает отправлять тебе сообщения». Чу Сы: «Спасибо небу и земле, я могу быть полностью спокоен». П/п: 谢天谢地 xiè tiān xiè dì спасибо небу и земле, обр. слава богу! Саэ рассмеялся: «Сменим ещё один, мне очень нравится эта вилла?» Чу Сы рассмеялся в ответ: «Я советую тебе не зариться на чужую собственность». Саэ в конечном счёте перестал болтать попусту и лениво развел руками: «Я абсолютно нищий, без гроша в кармане и без крыши над головой, к тому же вот-вот умру с голоду». Сказав это, он внезапно облизнул слегка потрескавшуюся нижнюю губу и добавил: «Тот, кто сидит на корточках рядом с тобой, выглядит весьма упитанным. Если добавить побольше приправ...» Швабра со скорбным выражением лица: «...» Ой, всё-таки ты смог меня заметить. Он поспешно обернулся и спросил Чу Сы: «Он шутит, да?» Чу Сы взглянул на него и ответил: «Трудно сказать». Швабра развернулся и собирался бежать вниз, но нога Чу Сы преградила ему путь. «Мне кажется, он болен». Сказал швабра, не в силах повернуть голову. Чу Сы, как ни в чем не бывало, произнес: «В противном случае он бы не оказался в космической тюрьме». Очень странно, что на этом фрагменте планеты, накрытом защитным куполом драконьей колонны, всё ещё дует ветер. Едва уловимый, он пронёсся позади двух человек, отчего у швабры по спине побежали мурашки. Деревья на заднем дворе виллы тихо шелестели на ветру, но Чу Сы и остальные этого не заметили. В конце концов, кто осмелится отвлечь свое внимание на что-то другое, когда перед ним сумасшедший. «Дорогой, что думаешь?» Спросил Саэ, будто его доводы были действительно разумны. Чу Сы заговорил весьма откровенно: «Поскольку ты сам потревожил свои старые раны, с моей стороны было бы слишком жестоко снова тебе отказать». Пальцы Саэ зацепились за край кислородной маски, свободно свисавшей сбоку. Всякий раз, когда Чу Сы что-то говорил, он проявлял недюжинное терпение. В эти моменты он был похож на дикого зверя, на которого велась охота, был расслаблен и даже создавал у людей иллюзию, что «фактически нет никакой опасности». Не меняясь в лице, Чу Сы произнес: «Честно говоря, я приготовил для тебя подарок». Саэ заинтересовался и тут же выпрямился: «Подарок? Какой подарок?» Присев на пол, швабра застонал и молча закрыл глаза. Саэ улыбнулся и сделал шаг назад, он раскрыл руки, но его расслабленный тон остался неизменным: «Давай, я закрыл глаза». Одним движением правой руки Чу Сы поставил тщательно подготовленную реактивную систему залпового огня R-72 на изящные перила на краю террасы, аккуратно прицелился и выстрелил. Снаряды вылетели, словно бродячие бешеные псы, и разорвались в небе, словно фейерверки. Земля на краю и без того уже была очень тонкой, а после удара реактивной системы залпового огня тут же раскололась. Кусок земли, около 10 квадратных метров, вместе с заброшенной палаткой швабры, откололся от разрушенной планеты. «Как ты и пожелал, я предоставил тебе угол, не благодари». Сказал Чу Сы. Саэ стоял на отколовшемся клочке земли, ошеломлённый, словно огромный кит на одиноком острове: «...» Однако, прежде чем Чу Сы успел убрать реактивную систему залпового огня и сказать ему ещё пару слов, раздался звук, будто рушится небо и раскалывается земля. Фрагмент планеты сильно затрясся, а большая и маленькая швабры упали на колени. Пока земля содрогалась, швабра, трясясь от страха, оберегал ребёнка в своих руках и крикнул: «Ты снова выстрелил?! Ты уверен, что стрелял в ту сторону?!» Но Чу Сы внезапно подтянул его к краю террасы: «Это не я!» Сказав это, он столкнул двоих людей и спрыгнул сам. «Тогда кто же ещё! Это, мать твою, третий этаж!!!»

Глава 6 - Стая кашалотов

Кстати говоря, хотя это и третий этаж, однако, чтобы приземлиться, потребовалось всего мгновение. Посреди всего этого хаоса что-то в воздухе пролетело мимо них, и всё сопровождалось труднообъяснимыми ощущениями покалывания и раздирания. Точно и не скажешь, было это статическое электричество или нечто другое, казалось, будто по воздуху ударили кнутом. Когда его спина коснулась земли, Чу Сы машинально защитил голову. Однако удар такой силы было невозможно компенсировать, он всё равно получил сотрясение мозга и на мгновение потерял сознание. Внезапно до его ушей донёсся голос. «Поймал тебя». «Кто?» По инерции Чу Сы перекатился в сторону, привстав на колени, и быстро огляделся вокруг. Они приземлились на переднем дворе, и вокруг него не было никого, кроме большой и маленькой швабры, которые удирали так, что только пятки сверкали. «Какого чёрта! Что это был за взрыв! Кажется, меня что-то ударило!» Швабра бросился к углу дома, прижавшись спиной к стене, и, крепко обнимая маленькую швабру, пытался слиться с тенью. «Кто-то только что заговорил со мной». Чу Сы тоже отпрыгнул к стене. Швабра в замешательстве огляделся вокруг и наобум ответил. «Я? Я кричал!» Чу Сы нахмурился. «Не ты». Среди всего этого хаоса голос казался приглушенным, это должен быть голос молодого человека, он никогда не слышал его раньше, но в то же время он был невыразимо знаком. Прежде чем он успел об этом подумать, по воздуху снова разнёсся свист ветра. «Боже мой...». Швабра в шоке поднял глаза. Он увидел три огромных серебряных троса, висящих в воздухе, эти тросы прорезали каждый цунь воздуха и издавали слабый потрескивающий звук, от которого волосы вставали дыбом. П/п: цунь равен ≈ 3,33 см. Но в мгновение ока швабра понял, что его волосы встали дыбом не от неописуемого ужаса, а из-за статического электричества. Они беспомощно наблюдали, как абордажные тросы упали на землю, сотрясая целый фрагмент планеты так сильно, что они были не в состоянии усидеть на месте, едва не превратившись в шарики на круглом диске. Абордажные тросы очень метко прокатились вдоль границы обломка и обмотались вокруг основания. Кончики металлических абордажных тросов зацепились за каменный утёс. Удар был резким и пронзительным. Целый обломок планеты прочно удерживался этими тремя тросами. От непреодолимой вибрации швабру несколько раз ударило о стену. Среди грохота швабра, весь опухший и в синяках, кричал: «Что за чёрт!!!» Было настолько шумно, что ему пришлось неистово орать, чтобы Чу Сы услышал его. «Это террорист по фамилии Ян, который наконец-то не смог тебя больше выносить и решил устроить мятеж!!!» «Заткнись!» Сказал Чу Сы. Как только он закончил говорить, огромный серебристый объект медленно появился посреди звёздного неба. Он состоял из нескольких сплюснутых кругов разного размера и на первый взгляд выглядел как несколько стальных пауков, собравшихся в рой. А с этого «железного паука» свисали три абордажных троса. В тот момент, когда появился этот объект, выражение лица Чу Сы изменилось: «Космическая тюрьма?» Швабра: «Что?! Почему космическая тюрьма нас атаковала?» Эта хрень размером больше, чем весь кедровый лес, это ни что иное, как космическая тюрьма, используемая для содержания опасных элементов, где Саэ Ян и должен был оставаться. Все на планете знают о космической тюрьме и о том, что это за место, но, вероятно, никто не смотрел на неё под таким углом и при таких обстоятельствах. Кто бы мог подумать, что однажды концентрационный лагерь для демонов проплывет над их головами?! Однако Чу Сы слишком хорошо знал, что это за громадное чудовище. Три верёвки кажутся не очень толстыми, но на удивление чрезвычайно прочные. Ведь именно этим материалом связаны диски, из которых состоит космическая тюрьма, они сотни лет тянут её по бескрайнему межзвездному пространству, а степень износа составляет менее 17%. Для вещи, подобной этой, захватить такой обломок планеты проще простого. К тому же крюк на конце абордажного троса полый, а устройство внутри высокоточное и сложное, способное создать мощное энергетическое поле в момент успешного захвата цели. Бзззз... Из-под земли донёсся звук, заставивший их вздрогнуть. Сформировалось энергетическое поле, обладающее огромной отталкивающей силой. При натяжении абордажного троса обломок был поднят вверх с непреодолимой силой. В этот момент Чу Сы и остальные почувствовали себя крайне некомфортно. Под действием колоссальной тряски каменная ограда во дворе, который был в запустении на протяжении пятидесяти долгих лет, в конечном счёте рухнула. Пыль вокруг не рассеялась и не осела на землю, а наоборот, полетела вверх. Руины ограды без остановки скрипели и тряслись. «Я чувствую себя ужасно! Будто кто-то поднимает меня вверх за волосы!!!» Закричал швабра. «Мы ещё можем сбежать?!» «Едва ли...» Однако, говоря эти слова, Чу Сы не собирался сидеть на месте и ждать смерти. Он прошел через облако дыма и пыли, нахмурился, откашлялся и наспех огляделся в творящемся хаосе. Точно! Ещё же есть кусок земли, выделенный Саэ! «Сюда!» Крикнул Чу Сы швабре, перелез через обрушившуюся ограду и бросился к краю. Момент был настолько хаотичным, что он едва мог разобрать, сколько раз он толкал швабру и сколько раз его тянули назад. Он даже не видел, кто его тянул, перепрыгнув через трещину, он приземлился на другой клочок земли. В его ушах раздался низкий голос. «Одолжи мне свою реактивную систему залпового огня...» Однако, прежде чем собеседник успел закончить, Чу Сы уже машинально настроил свой R-72: «Заткнись!» Обругав его, он понял, что человеком, который хотел одолжить ракетную установку, был Саэ Ян. Вот только в тот момент его руки действовали быстрее мозга, а когда он отреагировал, реактивная система залпового огня уже выстрелила. Новейшая модель реактивной системы залпового огня R-72 обладает потрясающим бомбардировочным эффектом и оснащена функцией разделения материалов, а самая дорогая модель может произвести десять выстрелов подряд. Бум, бум, бум... Взрывы потрясли небеса и всколыхнули землю. В мгновение ока, один за другим, вылетели все девять снарядов. Швабра, валявшийся на земле, до сих пор не успел вернуться к жизни, и в тот момент, когда под воздействием бомбардировки земля содрогнулась и горы зашатались, он чуть не обмочился. Он сомневался, что в такой короткий промежуток у Чу Сы было время нормально прицелиться. Однако артиллерийский огонь взорвался стандартным пунктиром, клочок планеты снова распался, и от него отвалился кусок, согласно этой пунктирной линии. За той пунктирной линией находится целый кусок земли, зацепленный тросами космической тюрьмы, включая большой кедровый лес и виллу, в которой они только что останавливались. По эту сторону пунктирной линии находилась драконья колонна, которая всё ещё излучала синий свет. Фрагмент земли с драконьей колонной вырвался из хватки тросов и упал назад, в процессе налетев на более мелкие куски, собрав их во фрагмент побольше. Однако «побольше» в относительном смысле. Визуально, если округлить, от края до края этот фрагмент не должен превышать сорока квадратных метров. А их фигуры, либо стоящие, либо валяющиеся парализованными на земле, молча находились в оцепенении на этом обломке планеты, словно стая больших китов на одиноком острове. Чу Сы, тащивший пустую ракетную установку, посмотрел на землю, захваченную космической тюрьмой, и безэмоционально сказал: «Мой дом, мои подчинённые.» Сказав это, он опустил взгляд и огляделся вокруг... Супер, в этом небольшом месте есть начальник здания безопасности собственной персоной, террорист Саэ Ян, а также пара швабр, купи одну, вторую получи в подарок, весьма гармонично. Командир Чу, потерявший своё имущество и своих подчинённых, был совсем не счастлив. Он перевёл взгляд и посмотрел на Саэ Яна. Подняв руку, он указал на внезапно атаковавшую их космическую тюрьму и сказал: «Не следует ли тебе объясниться?» ****** Саэ поднял голову, щёлкнул языком и, прищурившись, взглянул на дно этой громадины. Мгновение спустя он посмотрел на Чу Сы, стоящего напротив него, лениво поднял руку и, коснувшись брови, небрежно отдал честь. Он протянул: «Сэр, разрешите доложить, космическая тюрьма, кажется, вернулась под Ваш контроль, Вы в растерянности?» Чу Сы: «...» Не неси чепухи! Конечно, он не растерялся! Именно потому, что он был ответственный за космическую тюрьму, он мгновенно осознал проблему. Саэ Ян сбежал, и тюрьма должна преследовать его по всей вселенной. Контроллер на его руке все еще функционировал, поэтому космическая тюрьма могла определить его местоположение с точностью до сантиметра, может дойти даже до того, что его ввергнут в состояние физиологического шока, если контроллер будет находиться в пределах диапазона излучения. Однако сейчас космическая тюрьма переместилась, и сброшенный трос направился не к Саэ Яну. При обычных обстоятельствах такой ошибки было бы достаточно, чтобы массово отправить руководство тюрьмы в отставку. Ещё более проблематично то, что устройство связи Чу Сы не было выключено, и его канал по-прежнему находился на вершине тюремного аутентификационного списка. Во время нападения его местоположение должно было быть отмечено очень заметной красной точкой на экране тюремной звездной карты. Какими бы слепыми ни были надзиратели, они никогда бы не позволили тросу захватить своё непосредственное начальство. Значит, там произошло восстание. Учитывая все эти странности, Чу Сы должен был заподозрить, что Саэ что-то задумал. «Дорогой, не стоит смотреть на меня своими прекрасными глазами». Саэ поднял руки: «Я действительно не могу этого объяснить». «Если однажды я схвачу пулю в лоб, возможно, смогу тебе поверить». Не церемонясь, ответил Чу Сы. Саэ рассмеялся: «Мы знаем друг друга настолько долго, что за это время смогли бы вырастить ребенка и успешно отметить его совершеннолетие, а ты всё так же безжалостен. Я весьма огорчён». Огорчена твоя задница! Чу Сы открыл рот и ответил: «Даже если бы ребенок вырос и обратился в прах, я всё равно остался бы таким.» Швабра: «...» Что это, чёрт побери, за метафора?! «Дружеский совет, если у тебя есть время, чтобы быть со мной столь грубым, не лучше ли тебе посмотреть на свой дом и своих подчинённых?» Саэ всё ещё держал руки поднятыми, но его капитуляционная поза намекала на то, что он ищет неприятностей. «В конце концов, вероятно, пройдет ещё пятьдесят лет, прежде чем у тебя появится возможность снова их увидеть.» Серебристо-белая космическая тюрьма уже подняла целый обломок на довольно большую высоту, шасси «паучьего брюха» раскрылось, готовое проглотить его прямо на глазах командира. Круги синего света вспыхивали вокруг корпуса тюрьмы, рябью проходя от начала до конца — это означало, что скачок начался. Пара-тройка человек не в силах была это остановить. Чу Сы некоторое время не мог взять в толк цель этого визита космической тюрьмы, но была одна вещь, которую можно, с большим трудом, назвать немного утешающей. Независимо от того, кто сейчас контролирует тюрьму и каковы их планы, его подчинённые пока находятся в относительной безопасности. В конце концов, любой человек скажет, что криокапсулы это не мусор, а открыть снаружи находящуюся в эксплуатации капсулу практически невозможно. Но вот дом... Лицо Чу Сы мгновенно застыло: когда он вышел из складского помещения, то активировал функцию самоуничтожения. Преимущество в том, что нет нужды беспокоиться о том, что кто-то взломает дверь. Проблема в том, что... они недалеко от взрыва. И действительно, когда отверстие в «брюхе паука» снова закрылось, внезапно раздался шокирующий грохот. Даже Саэ с некоторым удивлением оглянулся и увидел, как вся космическая тюрьма внезапно содрогнулась, и из брюха повалил черный дым, это выглядело весьма жалко. Саэ внезапно засмеялся и непринужденно позлорадствовал: «Командир, мне нравится твой характер. Лучше оторвать себе руку, чем отпустить чужое бедро.» П/п: 抱大腿 bào dàtuǐ цепляться за влиятельных людей; льнуть к сильным мира сего. 抱 bào - обнимать, охватывать руками. 大腿 dàtuǐ - бедро, ляжка; (обр.) влиятельная персона) Не ясно, задел ли взрыв какое-то устройство, но ещё один абордажный трос, который подтянула космическая тюрьма, внезапно упал. Мощное энергетическое поле было в некотором хаосе и издавало жужжащий звук. Внешнее кольцо скрытой материи, образованное драконьей колонной, оказывало на эту штучку гравитацию, которой невозможно было противостоять. В мгновение ока абордажный трос был притянут, словно за него потянула невидимая большая рука, и он едва не коснулся их голов. Бзззз... У Чу Сы на некоторое время даже кожа на голове онемела, и он немного отступил. Несмотря на то, что он быстро среагировал, с его лба всё же скатилось несколько капель крови. Энергетическое поле было частично нейтрализовано внешним кругом скрытой материи, но оставшегося напряжения всё же было достаточно, чтобы причинить людям вред. Но как раз в тот момент, когда Чу Сы тыльной стороной ладони вытер лоб, чья-то рука внезапно схватила покачивающийся трос. Схватил... Голыми руками. Рука, схватившая его, была длинная и тонкая, но выступающие мышцы и чётко очерченные суставы свидетельствовали о небывалой силе. Это была рука Саэ. С головной болью, вызванной помехами в энергетическом поле, Чу Сы изумлённо огляделся. Вопреки ожиданиям, его первой реакцией было не «заслужил», а «как жаль». Когда эта красивая рука коснулась металлической поверхности абордажного троса, раздался потрескивающий звук, похожий на звук падения капель воды в кастрюлю с кипящим маслом. Лишь услышав это, появилось ощущение, словно лопнула кожа и обнажилась плоть, боль, должно быть, была просто ужасающей. Однако Саэ лишь зашипел, и даже шипение получилось исключительно ленивым. Лёгким движением руки он перекинул трос, который держал, на драконью колонну, что была высотой со стоящего на земле человека. Он снова махнул рукой и сказал: «Мой дорогой командир подарил мне такой огромный кусок земли, поэтому я должен отплатить». Этот негодяй даже сделал ударение на слове «огромный», опасаясь, что другие не распознают его сарказм. Гибкий металл абордажного троса несколько раз обвился вокруг драконьей колонны, чьё поле положительной энергии в мгновение ока притянуло его к себе, будто связав мертвым узлом. Свойства абордажного троса ассимилировались с драконьей колонной и снизу вверх мигом передались на другой конец, соединенный с космической тюрьмой. В этот момент большая часть космической тюрьмы успешно переместилась и исчезла в море звёзд. Невозможно было внезапно остановить этот процесс, иначе ее тут же разрезало бы пополам, раздавило во времени и пространстве, и она мгновенно бы исчезла. Бум, бум, бум... Диски на передней части непрерывно подвергались артиллерийскому обстрелу. Тяговый вал между двумя маленькими дисками спереди и сзади в мгновение ока разлетелся на куски. В тот момент, когда связь была разорвана, вся космическая тюрьма успешно совершила скачок и исчезла. Остался только последний диск, который удерживал трос. Саэ поднял раненную руку и пробормотал: «Как интересно». Сказав это, он наклонил голову и улыбнулся Чу Сы. Он указал на абордажный трос и привязанный к ней диск от космической тюрьмы: «Дорогой, дарю тебе воздушного змея». Чу Сы: «...» Швабра: «...» Охуенный воздушный змей!

Глава 7 - Причудливая комбинация

Сотрясающий небеса и землю артиллерийский огонь — это гимн дьявола. Находясь среди моря звёзд, он захватил целый город и преподнёс его Богу, словно цветок. Бог спросил его: «Ты перебрал?» Эстер «Неверленд» Чу Сы слегка нахмурился, взглянув на незадачливого «воздушного змея», он внезапно почувствовал небольшую головную боль. Эта штука была привязана к драконьей колонне. Из-за того, что его энергетическое поле было ассимилировано драконьей колонной, под действием силы притяжения он постепенно приближался... Что уж говорить, это действительно немного похоже на запуск воздушного змея. Голова у Чу Сы разболелась ещё сильнее. Осколок планеты внезапно из большого превратился в маленький, его габариты и масса очень сильно изменились. Система искусственной гравитации и автоматической балансировки драконьей колонны изначально находились в процессе саморегуляции и адаптации. Внезапно появившийся, невежественный и назойливый Саэ Ян привязал к ней груз, что немедленно привело к новому витку хаоса и самонастройки. Чу Сы отчетливо ощущал, как земля ушла из-под ног, и его снова охватило чувство невесомости. При этом стало отчетливее ощущаться и вращение всего фрагмента, в пределах того диапазона, который обычные люди могут перенести физиологически. Будто ты стоишь на вращающемся диске, а кто-то держит в руках твоё сердце и трясёт его вверх-вниз. Это ощущение чересчур отвратительное. Когда драконья колонна всё ещё находилась на стадии разработки и отладки, Чу Сы, как один из главных ответственных офицеров, участвовал во многих симуляционных экспериментах, включая временный дисбаланс системы искусственной гравитации и автоматической балансировки, и был знаком с этим состоянием головокружения и паники. С трудом, но это возможно вытерпеть. Но ни большая, ни маленькая швабры с таким не сталкивались, и у них началось головокружение. «Позволь пройти, меня сейчас вырвет!» Швабру вырвало, и он лег на землю. «Полагаю, что мое лицо сейчас выглядит весьма уродливо. Я умираю.» Челюсть Чу Сы слегка шевельнулась, он, казалось, стиснул зубы, подавляя головокружение, а затем ответил: «Твоя вековая грязь эквивалентна трём слоям кожи. Даже рентгеновские лучи не смогут пройти сквозь неё. Каким образом кто-нибудь сможет увидеть твоё лицо?» Язвительный рот этого ублюдка, независимо от случая, не заботит ни жизнь, ни смерть. Даже в этой ситуации, когда его чуть не вырвало едва он открыл рот, он всё равно не забывал оскорблять людей. Как только он закончил говорить, рядом с ним послышался короткий смешок. Честно говоря, этот голос был очень приятным, но когда он исходил от Саэ, он каким-то образом напоминал людям о более сложных эмоциях, таких как «сарказм» и «многозначительность». П/п: не знаю, как описать. Имеется в виду эмоции типа «многозначительно посмотрел», «многозначительно посмеялся» и т. д. «Дорогой, мне действительно всё больше и больше нравится твой характер». Сказал Саэ. При головокружении, чтобы облегчить приступ тошноты, лучше закрыть глаза. Поэтому Чу Сы не открыл глаза, когда услышал это, а просто потёр виски и тепло сказал: «О, боюсь, в будущем ты столкнёшься с ним ещё множество раз». Некоторое время он молчал и, размышляя об этом, всё ещё чувствовал себя немного несчастным. Хотя он не мог видеть внешний вид Саэ, но лишь по тону его голоса смог понять, что другая сторона, похоже, даже в условиях невесомости и вращения чувствовала себя достаточно комфортно. Мелочный командир Чу на мгновение почувствовал себя психически неуравновешенным. Наконец, он не смог удержаться, открыл один глаз и взглянул на Саэ. И действительно, он увидел его стоящим рядом с драконьей колонной. Засунув руки в карманы, Саэ, с едва ли безопасного расстояния, смотрел на неё. «Тебя, вопреки ожиданиям, не стошнило». Сказал Чу Сы, снова закрывая глаза и подавляя очередной приступ тошноты. «Весьма польщён, что ты всё ещё помнишь небольшую проблему, с которой я столкнулся много лет назад». Произнёс Саэ. «Но было бы лучше, если бы твой тон был менее сожалеющим». Чу Сы совершенно не скрывал своего сожаления: «За 9 лет в космической тюрьме ты привык к этому чувству?» «Благодаря тебе». Голос Саэ раньше звучал в нескольких метрах от него, но теперь он внезапно оказался прямо перед ним. Это было похоже на встречу лицом к лицу. Чу Сы внезапно открыл глаза и очень близко увидел лицо Саэ. Он слегка наклонился вперед и посмотрел на него так, словно изучал драконью колонну. Кончик его носа почти касался кончика носа собеседника. Прежде чем он успел среагировать, Саэ внезапно дунул ему в левый глаз. Веки Чу Сы задрожали, когда он нахмурился и откинулся назад: «Ты...» «Но тюрьма не сможет научить этому». Саэ улыбнулся и выпрямился, сделав два шага назад, он сказал: «Если ты попытаешься пробыть на границе зоны захвата чёрной дыры несколько дней, то обнаружишь, что этот уровень головокружения даже не стоит упоминания». «Чёрная дыра?» Чу Сы отреагировал не сразу: «Каким образом тебя чуть не захватила чёрная дыра?» Саэ наклонил голову, правым глазом подмигнул ему: «Отгадай». Чу Сы: «...» Гадает пусть твой дедушка. Такое поведение всегда делает людей непредсказуемыми невротиками, Чу Сы уже сталкивался с таким человеком. Так сложилось, что этот человек знает его очень долго, настолько долго, что это знакомство составляет почти три четверти его жизни. У двух людей, которые знают друг друга столько лет, сложились такие сложные отношения, и это, стоит заметить, настоящий провал. В тот год, когда Саэ впервые попал в космическую тюрьму, Чу Сы пару раз подумал о том, что было бы, если бы они снова встретились, но это была лишь мимолётная мысль... Ни один представитель тюрьмы, вплоть до высокопоставленного правительственного лидера, не пожелает видеть их двоих в одном помещении. Вероятно, это будет катастрофа и судный день для всего сооружения. Однако он больше никогда не задумывался об этом вопросе. Ведь срок заключения Саэ Яна был настолько долгим, что люди цокали языком от удивления, а в судебном протоколе было чёрным по белому прописано «до конца жизни планеты». Однажды летом в служебном канале связи Саэ Ян оставил ему несколько сообщений, в которых спрашивал: «Если мы встретимся вновь, ты встретишь меня с улыбкой или пустишь пулю мне в лоб?» Тогда Чу Сы спокойно ответил: «Этот день никогда не настанет». В итоге Бог, вероятно, решил, что Чу Сы ему не по нраву, и всего через 2 года после этих слов планета взорвалась. И через каких-то 50 лет после взрыва планеты они встретились вновь. Бог, вероятно, тоже чокнутый, раз не хочет нормально жить. Саморегуляция системы драконьей колонны на этот раз была ужасно долгой. В конце концов, швабра чуть не заплакал и спросил Чу Сы: «Бля, этому нет конца, может мне просто снять кислородный баллон и покончить с этим?» Хотя Чу Сы на себе испытал различные эксперименты по приспособляемости организма, в конце концов, эти эксперименты нельзя сравнивать с реальностью: время экспериментов строго регламентировано, а вот реальность ни о чем не предупреждает. К счастью, сколько бы времени это ни заняло, у всего есть конец. После того как швабра трижды упал в обморок и пришел в сознание, драконья колонна, наконец, стабилизировалась. Система искусственной гравитации была настроена в наиболее подходящее состояние, и система балансировки также включилась в работу. Внешний слой скрытой материи начал спокойно вращаться со стабильной скоростью, в сочетании с буферизацией среднего слоя скорость вращения фрагмента планеты стала ниже критической линии физиологического восприятия простых обывателей. Для Чу Сы и остальных это означало, что они наконец-то могут почувствовать твердую почву под ногами и больше не испытывают головокружения и тошноты. Однако. Швабра не мог молчать. «Этот злополучный воздушный змей в 2 раза больше, чем этот кусок земли. Действительно ли мы не опрокинемся, учитывая, что он прикреплён к одной стороне?» Если бы не Чу Сы и Саэ Ян, пара богов-хранителей входа, которые стоят бок о бок, швабра уже давно заблевал всё вокруг. Как назло, эти двое время от времени поглядывали на него, отчего у него раздувался мочевой пузырь. Бесчисленное количество раз он открывал рот, но так и не осмеливался блевать. Сейчас ему остается только, прижимаясь грудью к земле, валяться без сознания. *门神 ménshén — мэньшэнь, боги-хранители входа (изображают двух божеств, по одному на каждой створке ворот; по суеверию они охраняют дом от нечистой силы и всякого зла). Кажется, что с тех пор, как он пробудился, он находится в таком положении 80% времени... Поскольку он все равно не мог встать, то решил пустить все на самотек, посмотрев в глаза двум богам-хранителям входа, он указал на гигантскую штуку сбоку. Диск, пойманный ручонками Саэ, был принят драконьей колонной за часть обломка планеты, и совершенно безрассудно, словно умирающая собака, был втянут в защитное поле. При строительстве космической тюрьмы использовалась та же технология, что и при создании тяжёлых мехов, поэтому космическая тюрьма обладает определённого рода интеллектом. Если бы космическая тюрьма была привлечена для проверки уровня интеллекта, он был бы почти эквивалентен интеллекту подростка, который вот-вот повзрослеет. Космическая тюрьма, лишившаяся «ног», равносильна больному подростку. Диск, который притянула драконья колонна, это своего рода «нога», оторванная от космической тюрьмы, она эквивалентна умственно отсталому подростку. Под действием энергетического поля драконьей колонны умственно отсталый подросток получил ушиб о край земли и в ярости вытянул палец ноги. Показался аварийный порт, разъем которого похож на зажим. В обычных обстоятельствах этот аварийный порт используется для стыковки с летательными аппаратами или механизмами, но умственно отсталый диск не может принимать разумные решения, поэтому принял обломки планеты за другое воздушное судно. Послышались несколько тихих щелчков, и аварийный порт открыл пасть, обнажив полный рот клыков, прикусив край земли, он насильно соединился с обломками планеты. На свет появилась не похожая ни на что штуковина. Чу Сы долгое время бесстрастно смотрел на этот диск, наконец, поднялся на ноги и подошёл к нему. «Легкомысленный командир Чу, что ты собираешься делать с воздушным змеем, который я тебе подарил?» Лениво сказал ему в спину Саэ, поднялся на ноги и последовал за ним. У тебя еще хватает наглости говорить?! Чу Сы обернулся, взглянул на него и с каменным выражением лица сказал: «Как я могу быть легкомысленным? Поскольку ты ослеп, искренне советую тебе остаться, а я пока пойду поищу что-нибудь полезное.» Саэ вообще не воспринял его сарказм всерьёз и продолжал неторопливо следовать за ним: «Длинноногий командир Чу, если смогу найти много полезного, занесёшь ли ты это в мой послужной список?» Чу Сы: «...» Почему бы тебе просто не убраться отсюда?

Глава 8 - Космическая Тюрьма

Уважаемые читатели! Простите за неудобство, произошла путаница из-за решений старого переводчика новеллы. Имена персонажей изменятся с этой главы, в старых чуть позже редактор также всё исправит.

1) Чу Си!

楚斯 (Chǔ sī) — правильный вариант имени по системе палладия Чу Сы.

2) Космач!

拖把 (Tuōbǎ) — прямо переводится как «швабра». Собственно, это кличка персонажа, так его зовёт Чу Сы из-за первого впечатления. Мы не хотим, чтобы во всём тексте персонажа звали Шваброй, так что решили оставить на китайском для благозвучия.

***

«Как мы это разделим? Пятьдесят на пятьдесят?»

Рядом стояли два стража порога, и Тоба был так сдержан, что ему приходилось тихо страдать от головокружения и тошноты. Он боялся спровоцировать их, особенно Саэ Яна.

Но когда Тоба увидел, как эти двое оставили его и направились к двери диска, то снова забеспокоился.

Тоба попытался сопротивляться, но потерпел неудачу и спотыкаясь догнал этих двоих, держа Маленького Тобу рядом с собой.

Чу Сы услышал нервные шаги и оглянулся, подняв брови:

— За тобой гонится призрак? Между нами тут самое большее может быть шесть-семь метров, тебе даже нужно так спешить.

Призраков, конечно, не было, но драконий шест был единственным источником света на фрагменте, и он просто тускло флуоресцировал голубым. Под его сиянием любой, каким бы красивым он ни был, казался призраком.

Даже пристальный взгляд на личико Маленького Тобы в течение пяти секунд немного пугал его.

Тоба мог бы легко рассказать об этом кому угодно, но сказать об этом Чу Сы означало бы просто дать ему повод понасмешничать. Поэтому Тоба упрямо поднял подбородок и сказал:

— Нет, я просто хотел сказать, что эту часть Космической Тюрьмы можно в широком смысле рассматривать как тип интеллектуального самолёта, так что это в рамках моей специальности. Дверь самолёта довольно сложная, когда вы её открываете, особенно...

Не дожидаясь, пока он закончит говорить, Чу Сы легко нажал кнопку у двери.

Две металлические пластины автоматически открылись, показав спрятанный внутри сканер.

Но здесь понадобилось нечто большее, чем просто сканирование сетчатки. Красный свет окатил Чу Сы с головы до ног, и на экране быстро отобразилась структура его скелета и последовательность ДНК. После того, как быстро пробежала строка цифр, на экране появились две строчки слов:

[Аутентификация завершена.]

[Авторитетный пользователь.]

Тоба:

— ...Притворись, что я этого никогда не говорил.

— Я ценю твои добрые намерения, но это также входит в мои полномочия, — Чу Сы пожал плечами.

Обескураженный собственной временной бесполезностью, Тоба мог только оставаться скромной помехой.

— Что здесь может быть? Будет ли там еда? Видит Бог, я так голоден, что мог бы кого-нибудь съесть.

Саэ Ян внезапно обернулся, улыбнувшись ему:

— Какое совпадение, я тоже.

Тоба замолчал, испугавшись до смерти.

Улыбка этого типа была довольно красивой, но она была страшнее, чем его невозмутимое лицо!

Хотя интеллектуальная система диска была лишь слегка интеллектуальной, в любом случае она всё ещё оставалась частью Космической Тюрьмы. Здесь у дверей было больше слоёв, чем где-либо ещё, и процесс их открывания также был намного сложнее.

Пока они говорили, со звуком непрерывно жужжащего металла открылись два слоя.

Саэ Ян был вполне уверен в том, что это он поймал эту штуку. Он держал одну руку в кармане, а другой указывал на металлическую дверь, которая как раз открывала свой третий слой.

— Офицер Чу обладает очень высокими полномочиями, мы вот-вот увидим полный стол свежей еды, вина и даже сигар. Разве ты не должен поблагодарить меня?

Конечно, он не предположил это из ниоткуда.

Чу Сы мог нарисовать план всей Космической Тюрьмы даже с закрытыми глазами. Он едва ли мог соображать это в том хаосе, но теперь, когда он успокоился, то понял это, как только начал сопоставлять диск с планом в своей голове.

На этом диске был ряд специальных камер на востоке, Центр Наблюдения №2 снаружи, а также дежурная комната тюремного офицера и Бункер с Топливом №4 на западе. Но ничто из этого в данный момент не имело значения для Чу Сы. Самой важной областью был центр диска — ресторан.

Ресторан. Какое чудесное слово.

В их обстоятельствах было бы легко назвать это раем.

С того самого момента, как Чу Сы вышел из криокапсулы, он был так голоден, что мог бы кого-нибудь съесть. Просто он не мог засунуть двух Тоб в рот, а Саэ Ян мог вызвать несварение желудка.

Он сказал, что поищет что-нибудь полезное, но всё это было чепухой. Наполнение желудка было важнее.

Наконец все пять слоёв металлической двери открылись.

Они ожидали увидеть коридор, ведущий в дежурную часть тюрьмы, и, возможно, там появился бы сонный тюремный офицер, всё ещё озадаченный ситуацией. Но по обычной процедуре все они должны были эвакуироваться до того, как диск был разбит на части.

Тем не менее, зайдя туда, Чу Сы нахмурил брови.

Поскольку его положение требовало, чтобы он постоянно сталкивался со всевозможными опасностями, он был чрезвычайно чувствителен к некоторым вопросам...

В этом коридоре было что-то очень сомнительное!

Двери всех восьми комнат отдыха тюремной охраны были плотно закрыты. Маленькие окна наверху — тоже. Взгляд Чу Сы скользил по каждой двери, но он не останавливался. Когда он попытался взяться за одну из дверных ручек, он услышал слабый электронный сигнал внутри.

Только зашедшая в тупик интеллектуальная система могла бы привести к такому результату.

— Почему здесь так темно? Я думал, здесь будет светло и шумно, разве это помещение не использовалось до того, как его разрушили? — голос Тобы был полон неуверенности, а его горло слегка напряглось.

Саэ Ян последовал за Чу Сы. Казалось, его очень интересовало, где живут служащие тюрьмы, он осматривал и оценивал каждую дверь.

— Всё заблокировано? Какая жалость, а я ведь планировал занять одну из комнат отдыха, чтобы принять душ.

В такой обстановке Чу Сы подсознательно напрягал бы своё внимание, чтобы уловить каждое малейшее движение вокруг, но он игнорировал бы звуки речи.

Особенно бесполезные и раздражающие слова Саэ Яна — они будут напрямую отфильтрованы.

Восемь комнат отдыха тюремных офицеров вскоре остались позади. Чу Сы дошёл до конца коридора, вскоре он уже сможет увидеть ресторан — осталось только повернуть за угол и пройти через дверь-перегородку.

Но вместо того, чтобы поспешно открыть эту дверь, он встал в конце коридора и огляделся по сторонам...

— Что мы теперь будем делать? — спросил Тоба, так как Чу Сы не сделал ни шага вперёд.

Чу Сы ответил:

— Есть.

Тоба замер:

— Но это место немного странное, разве мы не должны сначала проверить, безопасно ли оно?

Чу Сы отвёл взгляд от коридоров позади.

— Сначала еда.

Тоба: «Хорошо, похоже, ты слишком голоден, чтобы думать».

На самом деле Чу Сы уже проверил несколько мест, где можно было спрятаться, пока они разговаривали. Все они были пусты, или, по крайней мере, не было никакой непосредственной опасности.

— Кроме непреодолимой опасности, такой как «оружие, которое взорвёт наши головы в следующую секунду», ничто не может помешать нашему офицеру Чу поесть, — лениво сказал Саэ Ян. Он наклонился и протянул руку рядом с Чу Сы, чтобы открыть дверь в столовую. — Это правда, мой дорогой?

Но дверь-перегородка на самом деле не была заперта, поэтому она открылась от одного толчка.

Её удар о стену был поразительным.

В то же время что-то лязгнуло, как будто открывали старый деревянный ящик. Внезапно поднявшаяся пыль заволокла пространство.

Чу Сы полагал, что в ресторане никого не будет. В результате экстренной эвакуации столы и стулья могли быть не на своих местах, а какой-нибудь рассеянный тип мог даже оставить ботинок на полу.

Но еда на столах для самообслуживания, а также на стойках за баром должна была быть нетронутой.

Ладно, может быть, ещё и несколько упавших на пол тарелок.

Но, несмотря ни на что, это никогда бы не выглядело так...

Обеденные столы и стулья были сложены и прислонены к стене, освобождая большое пространство, заполненное клетками, и в каждой клетке был человек, похожий на умирающую собаку. У каждого на руке была повязка из чёрного золота. Их лица были грязными и заросшими, а растрёпанные волосы торчали из клеток, как у цыплят с потрёпанными перьями.

Судя только по их внешнему виду, можно было предположить, что они находились в клетках довольно долго.

Внезапно открывшаяся дверь-перегородка стимулировала «трупы». Они отчаянно застучали своими кандалами по металлу клетки.

— О... — фыркнул Саэ Ян. — С каких это пор ресторан превратился в птицеферму. Ингредиентов много, но они слегка прогорклые.

Услышав его, люди в клетках на мгновение замерли, а потом заволновались ещё сильнее, стуча по клеткам так, что могли задрожать небеса.

Чу Сы проигнорировал клетки, которые не должны были быть здесь, и посмотрел на стеллажи за баром, где должна была быть еда.

Они оказались совершенно пустыми. Не говоря уже о свежей еде, не было даже консервов!

В этот момент чрезвычайно голодный офицер Чу ненадолго отключился, и его настроение упало.

Его брови нахмурились, лицо потемнело, и он не смог удержаться, чтобы снова не переключить своё внимание на эти клетки.

— Два вопроса.

Саэ Ян поднял брови:

— Продолжай.

Чу Сы:

— Во-первых, что произошло в мире, когда ты сбежал из тюрьмы, что Космическая Тюрьма превратилась в это зверство?! Во-вторых, как мы разделим это… прогорклое мясо? Пятьдесят на пятьдесят?

Лязг клеток внезапно прекратился, и «прогорклое мясо» погрузилось в мёртвую тишину.

Тоба: «Офицер, ты знаешь, что совсем не похож на офицера. Ты прямо как гребаный террорист номер два!»

Глава 9 - Маленькая шутка

Когда Чу Сы задал этот вопрос, он не взглянул на Саэ, а подошёл к ближайшей клетке. Оказавшись всего в полуметре от клетки, он нахмурился и отступил назад, вероятно, потому что ему в нос ударил кислый запах, исходящий от заключённых. «Тц, извините за вопрос, сколько времени вам потребовалось вымачиваться и ферментироваться, чтобы источать такой аромат?» Заключённые: «...» Любого, кто стоит на страже космической тюрьмы, можно включить в правительственный список главных защитников. В некотором смысле он является хорошо известной фигурой в этих кругах. Нет ничего удивительного в том, чтобы суметь довести до слёз детей. Произнеся его имя, можно довести до слёз даже взрослых. Хоть они сейчас заперты в клетках и выглядят настолько жалко, что становится смешно, однако в глазах простых людей они по-прежнему волки, способные в любой момент дать отпор. Самая распространённая реакция простых обывателей — это стараться держаться от клеток подальше, как это делает швабра. Вероятно, это был первый раз, когда заключённый в клетке встретил кого-то вроде Чу Сы, который пришёл, чтобы его спровоцировать. На мгновение он был настолько растерян, что потерял дар речи и лишь стоял, в оцепенении уставившись на него. Швабра забился в угол и не мог не вставить несколько слов: «Если память мне не изменяет, когда ты направил на меня пистолет, ты сказал, что если не найдешь мяса почище, чем я, то лучше умрешь с голоду... В нынешней ситуации ты перестал быть таким разборчивым?» Чу Сы повернул голову и посмотрел на него: «Ты, кажется, весьма опечален». Швабра: «Нет, нет, что ты! Продолжай, я молчу». Говоря это, он поднял руку, изобразив крест перед своим ртом. Саэ огляделся и сказал: «Здесь есть вода и электричество. Если помыть раз 7–8, с большой натяжкой это можно будет назвать съедобным». Заключённый: «...» Внезапно заключённый стал яростно сопротивляться, свирепо ударяя кулаками по прутьям клетки, он открыл рот и, кажется, выругался. Судя по выступающим венам на шее, это потребовало от него немало усилий. Но даже Чу Сы, который находился ближе всех, не смог услышать ни слова. После того, как заключённый закончил молча ругаться, он посмотрел на Чу Сы и что-то сказал. Он очень старался, но по-прежнему не мог издать ни звука. Чу Сы сжал кулак и поднес его к кончику носа, чтобы хоть немного перекрыть эту вонь. Он посмотрел на губы заключённого и произнёс его слова: «Ты говоришь, что узнал меня?» Вздор! Пока не встретишься с дьяволом, не узнаешь его! Заключённый стиснул зубы и едва слышно произнёс: «Я узнаю тебя, ты тот самый старший командир Чу. Почему эта старая тыква, твой подчинённый, не следует за тобой, а?» Когда он упомянул об этом, у Чу Сы стало тяжело на душе. Заключённые космической тюрьмы не просто целыми днями пялятся на металлические стены. В конце концов, сводить этих людей с ума никому не выгодно. Каждый день у них есть определённое время, в которое они могут пользоваться самым простым инвентарём, в каждой тюремной зоне установлены огромные мониторы, на которых вперемешку с пустяковыми развлекательными программами прокручиваются те вещи, которые правительство хочет, чтобы они смотрели. Проще говоря, всепогодное, бесперебойное промывание мозгов. За проверку и планирование этих программ отвечает специалист по пропаганде офиса № 5 здания безопасности. Офицера пропаганды зовут Циэрдэ Фэн, и он метис. Несмотря на то, что он является подчинённым Чу Сы, старик старше его в два раза, к тому же, когда Чу Сы впервые присоединился к работе в здании безопасности, старик пару раз помогал ему, поэтому он был немного более терпим к нему. В результате этот плешивый старичок сел ему на шею и частенько делал такие вещи, которые заставляли Чу Сы беспокоиться. Например, к 150-летней годовщине завершения строительства космической тюрьмы старик предложил записать видео в память об этом, которое также могло послужить тревожным сигналом для беспокойных элементов, находящихся в стенах тюрьмы. Он заявил, что «красивых людей ненавидят меньше», и действительно вырезал отрывок речи, произнесённой Чу Сы на совете безопасности. Этот злосчастный отрывок занимал четыре пятых всего часового видео, а оставшиеся минуты были распределены на начало и конец. Старик целый день крутил это видео на больших экранах в космической тюрьме. Кстати говоря, содержание лекции Чу Сы было о «совершенствовании системы шифрования контроллера заключённого». Это равносильно тому, что перед стаей пойманных волков выдвинуть инициативу об усилении ошейников и цепей. Какого черта? Разве это не раздражает? К счастью, старик пошёл в кабинет Чу Сы, чтобы напроситься на похвалу. В результате, когда старик переступил порог его кабинета, Саэ Ян смог беспрепятственно вторгнуться в служебный канал связи Чу Сы. Чу Сы ничего не оставалось, кроме как поблагодарить старика и восемь поколений его предков, а затем выставить за дверь. Несмотря на то, что Чу Сы заведует космической тюрьмой, большинству заключенных было известно только его имя, мало кто знал, как он выглядит. С тех пор, как благодаря Циэрдэ Фэну целый день прокручивалось то видео, все террористы, содержащиеся в тюрьме, запомнили его лицо и, вероятно, даже в следующей жизни не смогут его забыть. У безрассудного командира Чу есть принцип: он может беспрестанно вызывать ненависть, дожидаясь, пока другие приберут за ним последствия этого хаоса. В конце концов, командир Чу не какая-то там вещь. Поэтому на следующий день плешивый Циэрдэ Фэн получил официальное письмо о своем назначении и был переведен в космическую тюрьму. Старик, с лицом напоминающим тыкву, «счастливо» прожил бок о бок с террористами десять дней.  После того, как все запомнили его лицо, заливавшегося слезами старика сразу же перевели обратно. Но закрывая глаза и открывая их снова, он понимает, что это произошло пятьдесят два года назад, интересно, что сейчас происходит со стариком, который так спешил доставить ему неприятности. Здание охраны, в котором они работают, тоже находится в защитном поле, созданном драконьей колонной, но неизвестно, куда они забрели в этом бесконечном море звезд, как далеко они отсюда и есть ли возможность встретиться вновь... У Чу Сы не было времени размышлять о подобного рода вещах. Он поднял брови и сказал: «Спасибо за заботу. Я давно не видел эту старую тыкву, но у него должно быть все хорошо, по крайней мере, он не сидит в клетке». Заключённый: «...» «Дорогой, если ты скажешь еще хоть пару фраз, кто-нибудь здесь может оказаться на грани смерти». Саэ небрежно опёрся на обеденный стол, положив руки на край, и в расслабленной позе долго смотрел на это шоу. «В конце концов, как можно есть дохлую рыбу?» Хотя Чу Сы редко считал разумным то, что говорил Саэ, но смиренно принял это искреннее предложение. Вздохнув, он беспечно засунул руки в клетку. Заключённый в шоке уставился на него, раскрыл рот и стал беззвучно кричать: «Если ты подойдешь хоть на сантиметр ближе, я заставлю тебя пожалеть, что ты вообще пролез через эту дверь». Чу Сы некоторое время сдерживался, но в итоге не вытерпел и спокойно сказал: «Если бы твои руки не были прикованы наручниками к стенам клетки, а твои ноги не были прикованы кандалами ко дну клетки, я, возможно, мог бы воспринять это как угрозу.» У заключённого от злости даже подскочило давление. Впрочем, Чу Сы ничего ему не сделал, он лишь с нескрываемой неприязнью убрал его спутанные, грязные волосы, обнажив верхнюю часть шеи. Он тотчас увидел тонкую металлическую проволоку, которая, словно изящное и неброское ожерелье, была обмотана вокруг шеи. На застёжке этого ожерелья была маленькая металлическая деталь, с краю которой тихонько поблескивал красный огонёк. Эта вещица действительно является устройством, используемым в космической тюрьме, и называется звукопоглощающая обмотка, используется для ограничения заключённых, которые внезапно решили пошуметь. Но по правилам звукопоглощающая обмотка является устройством, используемым лишь в крайних случаях, и надевается на заключённых только для того, чтобы бесконечный рёв не вызвал масштабных волнений. Заключённого, на которого надевали это устройство, необходимо было немедленно отправить в специальную камеру, предоставить психологическую и медицинскую помощь, чтобы помочь ему как можно скорее успокоиться. Как правило, всё это длилось не более получаса. Сложившаяся ситуация явно противоречит установленным правилам. Чу Сы большим пальцем коснулся металлической детали. Красный свет на три секунды потускнел, а затем внезапно сменился зелёным. Устройство издало щелчок и автоматически разблокировалось. Заключённый даже в своих самых смелых фантазиях и помыслить не мог, что Чу Сы собственноручно снимет с него эти оковы. На мгновение он остолбенел, а затем на его лице промелькнула тень сомнения: «Что ты собираешься делать?» После столь долгого крика голос заключённого стал хриплым. Чу Сы по-прежнему не убирал руку. Облокотившись на стену клетки, он произнёс: «Не беспокойся, я не съем тебя, по крайней мере до тех пор, пока ты не избавишься от этой вони. Просто легче всего разобраться в случившемся, оставив кого-то, кто может говорить.» Сказав это, он повернулся к Саэ и, вздёрнув подбородок, приказал: «Давай, допроси сначала подозреваемого № 1 и расскажи мне, сколько шума ты наделал, когда сбежал из тюрьмы.» Саэ совершенно не обратил внимания на его тон и лишь рассмеялся. У него не было ни малейшего ощущения, что его допрашивают. Лениво облокотившись на край обеденного стола, он, растягивая слова, произнёс: «Командир, ты напрасно меня обижаешь. Я ушел очень тихо, даже не предупредив тюремную охрану, и просто забрав с собой капсулу для совершения межпространственного скачка». П/п: не знаю, как одним словом обозвать эту штуку. Кто помнит, в фильмах про космос есть какие-то летательные аппараты, которые могут делать скачки на ахренилионы световых лет вперед. В одном месте исчез, материализовался в другом. Если подскажете, как называется, буду рада) Во время доклада ему нравилось, слегка прищурившись, постукивать пальцами по столу, создавая впечатление, будто он действительно пытался всё вспомнить в мельчайших подробностях. Чу Сы не поверил: «Это всё?» Саэ, продолжая постукивать пальцами по столу, еще немного поразмыслил: «Всё». Чу Сы поднял брови: «Правда всё?» Саэ невинно кивнул: «Правда». Чу Сы с каменным выражением лица: «...лжёшь?» Саэ вдруг снова засмеялся. Он поднял руку, показывая очень маленький промежуток между большим и указательным пальцами, прищурил один глаз и сказал: «Прежде чем уйти, я спонтанно устроил небольшой розыгрыш». Чу Сы: «Что еще за розыгрыш?» «Взломал топливный отсек, оставив им главный клапан и двигательный механизм». Ответил Саэ. Чу Сы: «...» Как, мать твою, это можно было назвать небольшим розыгрышем?! «Конечно, после того как я ушел, они сразу же отреагировали». Саэ развел руками: «Непонятно, что произошло после, но ко мне это не имеет никакого отношения. В конце концов, меня не было уже несколько дней». Услышав это, Чу Сы рефлекторно хотел допросить заключенного № 2, но он внезапно вспомнил полученное сообщение и не мог не спросить Саэ еще раз: «Погоди, что ты только что сказал? Отсутствовал несколько дней? Что ты имеешь в виду, говоря, что отсутствовал несколько дней? Разве ты не сбежал из тюрьмы 27 лет назад?»

Глава 10 - Вышел прогуляться

«Моя старая берлога взорвалась, и я был в плохом настроении. Выйти прогуляться было бы справедливо».

— Двадцать семь лет?

Удивление на лице Саэ Яна не было притворным настолько, что Чу Сы выудил свой коммуникатор, чтобы подтвердить время получения сообщении.

Он трижды проверил показанный год, прежде чем выпрямиться и направиться к Саэ Яну, поигрывая коммуникатором в руке.

Чу Сы неподвижно стоял перед Саэ Яном, и коммуникатор внезапно выскользнул у него из пальцев, и мужчина развернулся. Он повернул экран в сторону Саэ Яна и сказал:

— Твоё сообщение о том, что ты сбежал из тюрьмы, было определённо получено этим устройством двадцать семь лет назад, но двадцать семь лет спустя ты отправил мне другое сообщение, которое пришло сегодня, спрашивая меня, почему я не ответил.

Саэ Ян надулся:

— Я что, сошёл с ума?

Чу Сы:

— А разве нет?

Саэ Ян: «...»

Тоба изображал руками крест, и, видя, что эти двое снова собираются поцапаться, он молча втиснулся в угол. Чтобы уменьшить своё присутствие, он слегка повернул обеденный стол и загородил себя спинкой стула.

Саэ Ян усмехнулся и покачал головой.

— Хорошо, офицер здесь главный, а я, вероятно, сумасшедший. Но два сообщения были отправлены с разницей в день, или, может быть, в полтора, но определённо не более чем в два дня.

Чу Сы:

— Тогда, похоже, ты не только не нравишься космосигналам, но их ненависть к тебе, вероятно, столь же глубока, как если бы ты убил их отца.

— Дай мне посмотреть, — Саэ Ян поднял руку, чтобы коснуться коммуникатора Чу Сы.

Но прежде чем он успел это сделать, Чу Сы поднял бровь и бросил коммуникатор обратно в карман.

— Слишком оборонительно, мой дорогой, — Саэ Ян сделал паузу, положил пальцы на край стола и несколько раз постучал по нему, как будто играл на пианино. — Когда я отправил тебе сообщение, я только что дважды телепортировался и нашёл место для посадки, но понял, что всё отчаянно летит в чёрную дыру, как только я взял коммуникатор. Похоже, разница во времени, по сравнению с твоим местоположением, была немного... — На середине фразы он нахмурил брови, как будто внезапно что-то вспомнил, но выражение его лица вернулось к нормальному в мгновение ока, и он продолжил: — Немного слишком большой.

На самом деле, Чу Сы уже предположил, что Саэ Ян находился под влиянием чёрной дыры, прежде чем тот заговорил.

Хотя разница была намного больше, чем ожидалось, лучшего объяснения не было. Это нормально, когда время течёт немного по-разному в огромной Вселенной, поэтому Чу Сы не слишком беспокоился об этом. Он подошёл к клетке и небрежно спросил:

— Так честно, когда ты сбежал из тюрьмы?

Прежде чем Саэ Ян ответил, заключённый в клетке ответил за него:

— В тот день, когда эта планета взорвалась.

Чу Сы не удержался и оглянулся на него.

Саэ Ян развёл ладони.

— Моя старая берлога взорвалась, и я был в плохом настроении. Выйти прогуляться было бы справедливо.

Чу Сы: «...»

Тоба: «Вышел прогуляться?! Босс, ты всё ещё помнишь, что ты заключённый?»

Болтовня с кем-то вроде Саэ Яна, который не моргнув говорил глупости, была формой самоуничижения.

Чу Сы махнул рукой, слишком ленивый, чтобы даже иметь с ним дело. Он повернулся, чтобы постучать в клетку, и сказал:

— Спасибо, что согласился ответить, но если ты можешь рассказать мне, что на самом деле случилось с Космической Тюрьмой, это было бы ещё более трогательно.

Говоря это, он протянул руку, чтобы коснуться чёрно-золотой ленты на руке заключённого.

Чёрно-золотая полоса внезапно засветилась, и сбоку бесшумно появилось имя.

Глаза Чу Сы скользнули по нему, и он сказал:

— Коттон Лестер, о... ты Золотой Ворон города Сиси́*.

П.п.: город Сиси 西西城 — 西西 (xīxī) означает кубический сантиметр, см³; кубик (также Си Си — это псевдоним китайской писательницы и поэтессы Чжан Янь). 西城 (xīchéng) — переводится как западный город.

Имя Золотой Ворон города Сиси когда-то травмировало чиновников Пирамиды Планетарного Режима. Он начал многочисленные беспорядки в нескольких местах, в том числе в Объединённой Исполнительной Башне, санатории «Белый Ястреб», непосредственно управляемом военными, и на Банк-стрит. Один адмирал, четыре богатых высокопоставленных чиновника, живших в домах престарелых, и по меньшей мере двадцать чиновников среднего звена погибли во время беспорядков.

Они вряд ли могли адекватно отреагировать на те несколько крупных беспорядков, которые произошли в течение одной недели.

После этой недели Планетарный Режим подвергся структурным перестановкам среднего масштаба. Из-за отсутствия соответствующих должностных лиц несколько текущих глобальных проектов были либо приостановлены, либо отменены, что привело к двум годам крайнего хаоса.

Некоторые говорили, что это был конец одного заговора и начало другого. В конце концов, документы, касающиеся «Инцидента с Золотым Вороном», позже стали зашифрованными документами девятого уровня. Но прежде чем все смогли понять, что происходит, их внимание уже было отвлечено путаными сообщениями.

В результате появилась группа молодых чиновников, получивших повышение после «Инцидента с Золотым Вороном».

Это было в тот год, когда Чу Сы присоединился к Башне Безопасности.

Этот заключённый выказывал смешанные чувства по поводу имени Золотой Ворон. Он нетерпеливо нахмурился, но также по привычке слегка приподнял подбородок, демонстрируя некоторое высокомерие.

Он прикусил омертвевшую кожу на потрескавшихся губах и заговорил хриплым голосом, но уклонился от вопроса Чу Сы:

— Не упоминай при мне это прозвище, раздражает.

Чу Сы спокойно посмотрел на него, а затем поднял руку, чтобы застегнуть заглушающую ленту на шее.

— Ужасно жаль, я предпочитаю ответы строго по делу. Мне не очень нравятся жалобы по незначительным вопросам.

Затем он дотронулся большим пальцем до металлической панели на конце. Зелёный огонёк на мгновение погас, а потом вспыхнул красным, и замок вновь был заблокирован.

Золотой Ворон: «...»

Он широко раскрыл глаза на Чу Сы и беззвучно прорычал: «Твоего ж папу!»

Чу Сы наклонился ближе и прикрыл нос, его светлые глаза осмотрели Золотого Ворона с головы до ног, всё ещё чрезмерно спокойные.

— К сожалению, мой папа скончался. Я не уверен, сможешь ли ты осуществить ту идею, которая только что пришла тебе в голову, но я не возражаю послать тебя к нему на встречу.

Золотой Ворон: «...»

Однажды испытав чувство освобождения, быть снова ограниченным стало невыносимо мучительно.

После того как Золотой Ворон беззвучно выругался в адрес восьми поколений предков Чу Сы, он, наконец, сдался, закатил глаза и постучал по клетке: «Прости».

Чу Сы улыбнулся и снова выключил заглушающую ленту.

Сначала Золотой Ворон хотел выплеснуть на него всю злость, но как только он подумал о том, чтобы его заглушили снова, он смог только сжать зубы и сдержаться.

— На следующий же день поднялся переполох, когда… Саэ Ян покинул тюрьму. Исполнительные и дежурные сотрудники тюрьмы подверглись нападению и были заперты в Первом Блоке. Что касается нас, то эта банда сукиных детей вырубила нас, и когда мы открыли глаза, то оказались в клетках.

Чу Сы нахмурил брови:

— Первый Блок уже был готов к работе. Он пригоден?

— Да, потому что все, кто был заперт внутри, были освобождены, включая Серого Волка Сета и его банду, — усмехнулся Золотой Ворон. — Команды о нападении на сотрудников тюрьмы и освобождении Первого Блока исходили от одного человека...

— Кого? — спросил Чу Сы.

Золотой Ворон:

— Тебя.

Чу Сы потёр мочку уха и прищурился.

— Я, должно быть, неправильно расслышал, что ты сказал?

Глава 11 - Заикающаяся система

«Ты всё правильно расслышал. Тогда я ещё не был заперт в этой проклятой штуке и как раз украдкой шатался повсюду... Очень аккуратно я прощупывал почву и в тот самый момент нашёл полученное ими указание. Источником сигнала абсолютно точно был ты, если только я не ослеп.» Золотой ворон скривил губы и на мгновение уставился на выражение лица Чу Сы: «Тем не менее, глядя на твоё выражение лица, я начинаю сомневаться, действительно ли я не был слеп.» Чу Сы размышлял об этих странных событиях и небрежно ответил: «Очевидно.» Золотой ворон: «... Бля, я просто стараюсь быть вежлив!» Чу Сы: «Не церемонься.» Золотой ворон: «...» Он развернулся и, словно дохлая собака, рухнул обратно на дно клетки, всем своим видом показывая, что больше никогда бы не хотел разговаривать с Чу Сы. Чу Сы частенько затыкал Саэ, и ему было радостно видеть, как тот затыкает и других. Он улыбнулся и напомнил ему: «Дорогой, у меня есть предложение.» Чу Сы обернулся и спросил: «Что за предложение?» Саэ пальцем указал на потолок. Обеденный стол, на котором он сидел, находился недалеко от угла. В том углу, прямо над его головой, каждые несколько секунд мигал красный огонёк размером с рисовое зёрнышко. Подобные красные огни расположены почти по всей космической тюрьме. Это записывающие устройства тюремной интеллектуальной системы. Они чем-то похожи на обычное видео наблюдение, но гораздо более всеобъемлющие. Помимо картинки, интеллектуальная система также может записывать температуру, влажность и другие показатели, которые не может отразить объектив, включая сигналы связи. Она может даже выполнять простой анализ и обработку. Однако, в зависимости от уровня интеллектуальной системы, точность и детальность анализа могут немного различаться. Благодаря нынешним технологиям, если такое устройство захочется спрятать, его можно совершенно незаметно интегрировать куда угодно. Но 138 устройств в космической тюрьме намеренно сделаны так, чтобы их было видно. В основном это сделано потому, что у заключенных в тюрьме проблемы с головой. Когда космическая тюрьма была только построена, проектировщики ещё не были знакомы с темпераментом заключенных, поэтому записывающие устройства были сделаны максимально скрытыми. В результате эта группа сумасшедших целыми днями бездельничала и изо всех сил старалась повсюду проделать дыры. Давая полную волю духу сапёров и используя метод всестороннего поиска, они поклялись найти все устройства наблюдения, не оставив ни одного. Здесь только что уничтожили партию, там сразу же установили новую. Установили партию туда, уничтожили другую здесь. В итоге опыт был усвоен, стратегия разработана, и сформирована новая цепочка действий. Эти две стороны мучили друг друга уже 50 лет, и команда дизайнеров наконец пошла на компромисс, применив другую стратегию. Записывающие устройства были словно яркие прожекторы, установленные в каждом углу. Красный свет мигал 24 часа в сутки, заявляя всему миру: «Давай, взорви меня Этот метод чудесным образом поубавил пыл заключённых. Вероятно, посчитав продолжение этого противостояния ниже своего достоинства, заключённые внезапно потеряли интерес к уничтожению записывающих устройств. Кроме того, что время от времени некоторым из них взбредала в голову мысль показать камере средний палец, они почти перестали обращать внимание на эти 138 устройств, и начали заниматься другими делами. Нынешние записывающие устройства можно считать долгожителями. После того, как Саэ напомнил ему, Чу Сы наконец-то вспомнил об этих маленьких штучках, которые были повсюду. Он без промедления бросил окоченевшего Золотого ворона в клетке, и стремительно направился к двери на другой стороне столовой. Пройдя через эту дверь, можно сразу же попасть в центр мониторинга и контроля № 2. Соединительный порт между этим диском и остальной частью космической тюрьмы находится на противоположной северной стороне, большая часть которой соприкасается с корпусом центра мониторинга и контроля № 2. Раньше, когда связь разрывалась, это место постоянно подвергалось обстрелу, сейчас центр мониторинга выглядит так, будто по нему прошелся тайфун, а изогнутая стена подверглась бомбардировке. Металлическая стена не была пробита насквозь, но выгнулась внутрь, и ударившись о панель управления, сдавила её. Чертовски хорошо то, что именно там содержится часть интеллектуального процессора. Как только Саэ вошел вслед за Чу Сы, он присвистнул и сказал: «Они действительно знают место, по которому нужно бить». Чу Сы разобрался с панелью управления и снова подключил вырванный порт. Не поворачивая головы, он сказал: «Если тебя не затруднит, держись от меня подальше». «О, чуть не забыл, больше всего в жизни наш командир ненавидит прибирать беспорядок. Я почти уверен, что он сейчас в ужасном настроении». С благоразумным выражением лица Саэ повернул голову и поднял брови, глядя на двух человек позади него: «Люди, не имеющие к этому никакого отношения, могут выйти. Я закрываю дверь». Швабра: «...» У меня есть один бессовестный комментарий, не знаю, стоит ли говорить. Он почти выругался, но, вспомнив, кто перед ним, насилу проглотил свои слова и с трудом произнёс: «Я... Всего лишь стою прижавшись к стене, не разговариваю, не создаю беспорядки. Не выгоняй меня, снаружи так много волков». Саэ был на пол головы выше него, и когда он, опустив глаза, смотрел на человека, то выглядел особенно безучастно и высокомерно. «Должен ли я напомнить тебе, что те, кто снаружи, по крайней мере, заперты в клетках, а тот, кто перед тобой, сбежал из тюрьмы и не имеет никаких оков?» Швабра: «...» Не проронив ни слова, он развернулся, чтобы убежать. Саэ удовлетворённо наблюдал, как он оттащил прижимавшуюся к стене маленькую швабру и убежал вместе с ней. Захлопнув дверь, он её запер. Чу Сы усмехнулся: «Саэ, при всем уважении, за всю свою жизнь я ещё никогда не встречал никого более бесстыжего, чем ты». Саэ поднял брови: «Я встречал». Чу Сы машинально спросил: «Кто это?» Однако, прежде чем Саэ открыл рот, он внезапно среагировал и поспешил закончить разговор: «Ладно, тебе лучше заткнуться». Саэ рассмеялся. Чу Сы нахмурился, соединил более десяти портов и нащупал кучу разорванных проводов, похожих на паутину. Из-за слишком близкого расположения к стене непосредственно в момент обстрела они расплавились. В месте разрыва можно было увидеть около сотни тонких, как волос, соединительных контактов. Командир Чу с невозмутимым видом в течение пары секунд смотрел на эти сотни тонких, как волос, соединительных контактов. Преодолевая гнев, всё с тем же невозмутимым видом он закатил глаза и бросил эту кучу проводов на стол. Он никогда не был хорош в подобных вещах. Вместо того, чтобы спокойно сидеть здесь и заниматься разъёмом от микросхемы для передачи данных, он бы лучше предпочёл пробраться в место хранения взрывоопасной антиматерии, из-за которой в любой момент могли возникнуть неприятности. Командир Чу обеими руками облокотился на стол и какое-то время молчал, но внезапно он любезно улыбнулся и повернулся к Саэ: «Как насчёт того, чтобы заключить сделку?» Когда он заговорил, его руки всё ещё покоились на столе, поясницей он опирался на край, а одна из его длинных ног была слегка согнута. В этой позе и с этой улыбкой Чу Сы излучал ауру элегантности и расслабленности. Саэ поднес палец к губам: «Командир, нет нужды притворяться. Не считая неправильного отсчета времени после взрыва планеты, мы знаем друг друга 45 лет, 7 месяцев и 3 дня, я с первого взгляда способен разглядеть, о чём ты думаешь». На этот раз Чу Сы был действительно ошеломлён. Он никогда не думал, что Саэ с точностью до дня сможет указать время, когда они познакомились. То ли из-за каких-то случайностей, то ли потому, что ему очень хотелось о чём-то попросить, неумолимый командир Чу поджал губы и впервые не стал ходить вокруг да около, а сухо сказал: «Один из проводов расплавился, и внутри как минимум целая пригоршня этих отвратительных щупалец». Пока подключен не тот провод, интеллектуальная система не будет работать должным образом. Если бы ему действительно пришлось соединять их все, то он просидел бы здесь до тех пор, пока вселенная не перестанет существовать. Саэ счастливо улыбнулся, поднял подбородок в сторону Чу Сы и шутливо сказал: «Как правило, я заставляю противника умолять меня стоя на коленях». Чу Сы одарил его счастливой улыбкой в ответ: «Как правило, я лишь у могилы могу опуститься на одно колено». «Преклонить одно колено лучше во время предложения руки и сердца». Сказал Саэ. Чу Сы ответил: «Такого рода жест я использую только для принесения жертвы». Саэ: «...» Несмотря на то, что они снова вступили в словесную перепалку, Саэ всё же подошёл. Чу Сы редко уступал, но всё-таки честно сделал шаг вбок и, по-прежнему подпирая стол, остался стоять рядом с Саэ, внимательно наблюдая за тем, как он пальцем вытащил оплавленный провод. Пальцы Саэ были длинными и красивыми, и когда он перебирал эти тонкие провода, казалось, что он играет на пианино. На самом деле, мало кто поверил бы, если бы кто-то сказал, что Саэ Ян, террорист номер 1 в космической тюрьме, действительно умеет играть на пианино. Всё потому, что это видела лишь небольшая горстка людей, а возможно, и вовсе никто не видел, кроме Чу Сы. Конечно, это было просто случайное стечение обстоятельств. Это произошло в санатории «Белый орел» более 40 лет назад, а если учесть 50 лет сна в криокапсуле, то это случилось почти 100 лет назад. 100 лет пролетели в мгновение ока. Саэ, внимательно рассматривая, тщательно упорядочивал провода. Его глаза очень светлые, почти прозрачные, веки слегка опущены. Он выглядел совершенно спокойным, вплоть до того, что можно было смело заявить, что этот человек обладает сдержанным темпераментом. Через мгновение он опёрся на столешницу, поднял веки и посмотрел на Чу Сы. Уголки его рта поползли вверх, и он произнес: «Честно говоря, иногда мне кажется, что ты...» Сказав это, он вдруг пожал плечами, снова опустил глаза и продолжил подключать оборванные провода: «Забудь. Принимая во внимание тот редкий случай, когда ты не издеваешься над людьми, дразнить тебя в такой ситуации неправильно». Чу Сы недоверчиво спросил: «Кажется, я что?» Саэ только что закончил подключение последнего провода, а затем скрутил оплетку проводов, чтобы получше укрепить. Непринуждённо держа в руках контактный зажим, он, словно представитель золотой молодежи, коснулся уголка рта и вручил его Чу Сы: «Вот, посылаю тебе поцелуй, мой дорогой командир». Чу Сы: «...» Такого рода непостоянного человека, кроме того, разговаривающего будто сумасшедший, следует поместить в специальную тюремную камеру на всю ночь и вправить ему мозги. Чу Сы взял кабель в руки и подключил его к нужному порту. Динь... «Интеллектуальная система космической тюрьмы «Око небес» к Вашим ус-ус-ус-услугам.» Чу Сы: «...» Может ли эта лагающая штука исправно работать? Он дёрнул уголком рта, постучал по нескольким клавишам на панели управления и попытался дать команду: «Имеются ли какие-нибудь записи о дне, когда взорвалась планета? Найти и просмотреть.» «Принято. Поиск по базе данных займёт около 3 секунд. Обратный отсчёт: 3-2-2-2-2...» Чу Сы: «...» Эти чёртовы 2 секунды закончатся только через столетие? Саэ поднял брови и ударил кулаком по корпусу центральной панели интеллектуальной системы. «Ай, 2–1- экспорт данных завершен.» Чу Сы: «...» Ему очень хотелось сказать: «Забей, от одного вида этой заикающейся хрени у меня начинает болеть печень.» В результате картинка, появившаяся в следующую секунду, и данные текстовой записи рядом с ней заставили его поморщиться... Эта заикающаяся система «Око небес» весьма умна. Первая экспортированная видеозапись — это момент поступления в канал связи сообщения с инструкциями. На синхронизированной космической карте звёздного неба отобразилось распоряжение и короткий идентификационный номер: 50001. Источник был отмечен ярким красным цветом. 50001 — это короткий код общественного канала связи Чу Сы. Символизирует руководителя 5-го офиса здания безопасности. Красная отметка — это эксклюзивный маркер источника сигнала Чу Сы.

Глава 12 - Старый форт Барни

Саэ посмотрел на экран и, лениво потерев указательным пальцем красную отметку на звёздной карте, сказал: «Это становится интересно.» И что же интересного? Подделать короткий код общественного канала связи Чу Сы и заменить маркер источника сигнала неимоверно сложно, и Саэ понимает это лучше, чем сам Чу Сы. Ведь ему нечего было делать в космической тюрьме, кроме как возиться с этими вещами. Честно говоря, все заключенные в космической тюрьме прекрасно умеют пользоваться этими лазейками, ведь им настолько скучно, что они воспринимают игры с сигналами чуть ли не как трёхразовое питание. Среди всех этих мастеров, если бы Саэ занял второе место, вероятно, никто не осмелился бы занять первое. С учетом нынешних, постоянно совершенствующихся методов блокировки, вторгнуться в чужие каналы связи гораздо сложнее, чем в былые времена. Из-за многолетнего противостоянии друг с другом, добро вырастало на один чи, а зло возрастало на чжан*. Постоянно возводимые стены наглухо перекрыли все обнаруженные бреши, и найти новые лазейки было практически невозможно. *китайская идиома 道高一尺，魔高一丈 dào gāo yī chǐ, mó gāo yī zhàng - дословно: добро вырастает на один чи, зло возрастает на чжан; образно: чем больше успехов делать, тем больше трудностей встаёт на пути; пусть божество сильно, но демон в десять раз сильнее. Что касается обычных людей, им трудно что-либо понять в этой области. Даже заключённые, ведущие праздную жизнь в тюрьме, в лучшем случае могут лишь заниматься шпионажем и мониторингом в режиме реального времени. Среди всех находящихся здесь, Саэ - единственный, кто может проникнуть в каналы связи других людей и вести диалог напрямую. Однако это достаточно экстраординарное пристрастие, и другие не стали бы этим заниматься, находя такие вещи бессмысленными и скучными. По сути, он просто следил и издевался над одним человеком... Нет нужды говорить, что этот человек - Чу Сы. Хулиган, ради развлечения, вломился в частный канал связи Чу Сы. Ему потребовалось не так много усилий, чтобы взломать линию-В в его офисе, в конечном итоге он в этом преуспел. Однако канал линии-А он не мог взломать до тех пор, пока планета не взорвалась. Этот так называемый канал линии-А 50001 используется специально для передачи особо секретной информации и приказов. Если «вломиться» в этот 50001 канал для Саэ было столь же сложно, как проломить огромный камень, то «подделать» канал 50001 и его красный маркер по сложности равносильно уничтожению планеты. Потому что это не просто разница в технических сложностях, а огромный пробел в оборудовании. «Это не то, что способен сделать один человек.» Саэ постучал костяшками пальцев по экрану и продолжил: «Обычному оборудованию гражданского применения такое не под силу, оно не сможет прорваться даже через зоны ограниченного доступа. Обычному оборудованию военного назначения под силу максимум пробить первый уровень защиты, и на это может уйти почти год-полтора. Высококлассное военное оборудование, обладающее высокими полномочиями, где-то за 4 года способно преодолеть третий уровень защиты, но не более того. Так какв общей сложности существует 326 миллионов уровней внешней защиты.» Чу Сы, с безразличным выражением лица, спросил: «Сбежавший заключенный господин Ян, позвольте полюбопытствовать, как так вышло, что Вы настолько хорошо осведомлены об этих цифрах?» Саэ постучал пальцем по экрану и тихо протянул «ммм». Он наклонил голову и улыбнулся Чу Сы: «Потому что я однажды пытался использовать твой канал, чтобы разблокировать контроллер.» Чу Сы: «...» Ёб твою мать! Этот хулиган говорил об этом без всякого раскаяния. Слегка повысив голос на последнем слове, он легкомысленно улыбнулся, и невозможно было понять, была ли это провокация или что-то иное. Услышав это, Чу Сы фыркнул, а затем снова посмотрел на экран и холодно сказал: «Господин Ян, в знак нашей дружбы, я вынужден напомнить, что у моего канала связи нет полномочий ликвидировать контроллер на твоей руке. В будущем тебе лучше не морочить себе голову, во избежание ошибочных действий, обреченных на провал, иначе можешь сильно пожалеть.» Саэ: «Хорошо, я был не прав.» Когда он это говорил, его пальцы по\прежнему были заняты распутыванием проводов и постукиванием по клавиатуре, голос звучал лениво, а чувство безразличия почти переполняло его. Однажды кто-то упомянул, что Саэ не особо словоохотлив. Ему никогда не хотелось препираться с кем то, если требовалось произнести больше нескольких слов. На самом деле, большую часть времени он даже не утруждался произносить слова, а отвечал простым «мгм». Казалось, что он всё слышал и прекрасно понимал, а в глубине души насмехался: «дебил, ты слишком много о себе возомнил». Он поворачивал голову и продолжал делать все по-своему. Это идеальный пример готовности признать свои ошибки, но продолжать упорствовать, несмотря на многократные замечания. Его едва не рвало кровью от злости, но он не мог показывать это перед ним. Ему оставалось лишь проглотить это и снова переварить. Вероятно, только Чу Сы, услышав такое, мог сохранить спокойное и безразличное выражение лица. Он проигнорировал небрежное признание ошибок со стороны Саэ и продолжал думать об условиях самовольного использования, упомянутых ранее: не подходит ни гражданское оборудование, ни военное оборудование, обладающее высокими полномочиями, в таком случае, действительно, не... Нет, есть одно место! «Ты знаешь про «форт Барни»?» Машинально спросил Чу Сы. Прежде чем Саэ успел открыть рот, он снова пожал плечами и сказал: «Ты определенно должен знать, там есть супер-базовая станция. Когда-то это была единственная супер-базовая станция с особыми военными полномочиями, но впоследствии, из-за аварии, доступ к ней был закрыт на неопределённый срок». «Мгм...» Низким голосом отозвался Саэ, давая понять, что он действительно знает. Строго говоря, характеристики отдела Чу Сы также находятся в военной системе. Несмотря на то, что инцидент с фортом Барни произошёл, когда он был ещё маленьким, но он был осведомлен об этих вещах гораздо лучше простых обывателей. «После того, как доступ к «форту Барни» был закрыт, во избежание повторения подобных проблем, новая супер-базовая станция была поделена на 4 подразделения, пределы полномочий и размеры которых были на уровень ниже, чем у «форта Барни», таким образом они могли легко сдерживать и ограничивать друг друга». Говоря это, Чу Сы посмотрел на Саэ. «А это значит, что «форт Барни» по-прежнему превосходит все существующие супер-базовые станции». Значительно превосходит. Сможет ли форт Барни сделать то, что затруднительно выполнить даже для существующей высококлассной военной техники? Когда общедоступный канал связи, такой как 50001, был передан Чу Сы, они всего лишь описали, насколько тщательно был продуман его проект и насколько он был надёжен. И никто не сообщил Чу Сы, что в этом мире есть какая-то лазейка, через которую можно в него проникнуть, возможно, они и сами об этом не подозревали. Вопросы такого характера можно задавать только людям, находящимся в особых зонах. Саэ ответил: «Если этот вопрос нуждается в ответе, вероятно, более подходящего ответа не найти». Он сделал паузу, снова кивнул и согласно повторил: «Если «форт Барни» снова был задействован, такое действительно можно было провернуть, и вся эта процедура могла занять гораздо меньше времени, чем я предполагал, возможно, и полдня хватило бы, кто знает». Он сказал «кто знает», но прищурил глаза и выглядел весьма заинтересованным. Это, вероятно, распространенный порок всех бунтарей, самые заурядные вещи для них крайне скучны, и им не хватает эмоциональных сил, чтобы справляться с ними, поэтому большую часть, а возможно, даже всю свою жизнь, они проводят в поисках потрясений. Чем опаснее, тем они более взволнованы, и чем сложнее оценить исход, тем они более любопытны. Саэ Ян, вероятно, является самым выдающимся среди своих соседей по палате. Честно говоря, не очень-то хорошо вызывать интерес у Саэ Яна. Потому что никто не в состоянии предугадать, в чём заключается его интерес — в исследовании или в разрушении. Возможно, сегодня первое, а завтра второе. Всё зависит от его настроения. Чу Сы заметил его задумчивый взгляд, и у него тут же разболелась голова. Он с силой постучал указательным пальцем по краю стола: «Господин сбежавший заключённый, прошу, хоть немного держи под контролем свою мимику, нет нужды так явно демонстрировать своё намерение устроить неприятности. Ты же помнишь, что контроллер всё ещё на тебе?» Саэ беспечно ответил: «Командир, это был первый шаг». Чу Сы: «... Ты можешь выметаться отсюда». Он постучал по «Оку небес» и сказал: «Маленькая заика, будь так любезна, найди на карте звёздного неба общественный канал связи 9500 или 9501». Это номер канала «форта Барни», о котором предположил Чу Сы. Цифра 9 представляет собой непосредственную принадлежность к военным, 5 относится к группе базовых станций, в соответствии с обычным расположением, к «форту Барни» относится либо 0, либо 1. Даже если сама базовая станция законсервирована, однако канал не получится сменить по чьему-либо желанию, ведь не исключена возможность, что однажды запрет будет снят. Динь... «Команда не распознана, 9500 или или или или или или 9501, на какой запрос ориентироваться, пожалуйста, дайте ещё раз более чёткие указания». Чу Сы: «... «Это действительно то место, где можно начать заикаться». Динь... «Или, или, или, или — это не заикание, а слово, на котором сделан акцент». Чу Сы: «...» Динь... «Система «Око небес» предоставляет вам максимально плавное интеллектуальное обслуживание. Пожалуйста, ещё раз задайте более чёткие параметры поиска». Плавная твоя задница! П/п: Очень часто встречаю в наших переводах китайские ругательства, связанные с задницей. Не слышала, чтобы мы так говорили. Но колорит языка оригинала, думаю, стоит оставить неизменным. На русский спокойно можно перевести как: брехня, враньё, чепуха, чушь; ничтожный, никчёмный, никудышный, ни черта, ни хрена. Можно было бы написать какое-то более знакомое нам ругательство, но, думаю, и к «заднице» мы уже привыкли. ))) «Ты воистину бесстыдная». Съязвил Чу Сы. «Пожалуйста, ещё раз задайте более чёткие параметры поиска, чёткие параметры поиска, чёт...» Вероятно, это самая болтливая, раздражающая и бесстыдная интеллектуальная система, которую Чу Сы когда-либо видел. Он рассердился: «Сначала определи местоположение 9500, затем 9501». Динь... «Сканирование началось, цифровых данных очень много, потребуется около минуты, прошу Вас проявить терпение. Обратный отсчёт: 59...» «На этот раз ты планируешь зависнуть на цифре 59?» «Пожалуйста, не произносите бесполезные команды, препятствующие сканированию». Саэ повернул голову и рассмеялся. Чу Сы: «...» Редкий случай, когда длинноногий, привлекательный, элегантный и обладающий превосходным вкусом командир Чу потерпел поражение. Его оппонент оказался умственно отсталым заикой, да и не человеком вовсе. Динь... «Сканирование завершено, устройство не отвечает. Результаты сканирования: 9500 — неверный номер канала связи, 9501 — 1-1-1-1...» «Всё-таки лучше разобрать эту несчастную штуку». Сердито рассмеялся Чу Сы. «...1. Результаты определения местонахождения указаны на карте звёздного неба. Напоминание: расстояние до цели слишком большое, она находится на границе прослеживаемости сверхсигнала. В настоящий момент цель приближается, ожидается, что она достигнет первой области звёздной карты через 4 часа». Чу Сы, слушая результаты поиска, смотрел на звёздную карту. На огромном экране высвечивалось изображение, похожее на мишень с разными областями, разделенными изнутри наружу кругами разного диаметра, отмеченное зонами от 1 до 10. Центр мишени — 10, а крайний круг — 1. Критерием разграничения является сила космического суперсигнала. Если цель выйдет за внешнюю границу первой зоны, даже космический суперсигнал не сможет её достичь. На данный момент точка, обозначающая 9501, находится как раз на внешней границе первой зоны, и возможность ошибки при позиционировании чрезвычайно велика. Когда точка переместится немного вглубь, погрешность позиционирования может уменьшиться. Чу Сы небрежно взглянул на время, отображаемое в углу экрана, на количество часов, а затем снова постучал по оболочке центрального процессора «Ока небес»: «Ладно, через 4 часа можешь быть свободна. Сейчас же есть ещё одно чрезвычайно важное указание.» Динь... «Стандартные инструкции должны быть краткими, лаконичными и по существу, при всем уважении, Вы...» Чу Сы: «Я отключу источник питания.» Динь... «Слушаю.» «Обыщи это разрушенное место и проверь, есть ли здесь какая-нибудь еда.» Лицо Чу Сы оставалось спокойным, однако его организм и психика были на грани истощения. «Запрос получен, поиск начался, 3-2... поиск завершен.» Саэ: «Эй, на этот раз не только не зависла, но и закончила раньше времени?» Динь... «В месте, указанном на изображении, есть предметы, которые Вам нужны.» Оба человека посмотрели вниз, это место было не где-то там, это был топливный бак с торца диска, содержащееся в нём топливо из антиматерии составляло всего несколько десятков миллиграмм, а огромная энергия, образующаяся при взрыве, способна отправить всю космическую тюрьму к праотцам. Саэ холодно усмехнулся: «Маленькая заика, почему бы мне для начала не скормить тебе немного?» «Я ош ош ош ош ошиблась, результаты уже исправлены.»

Глава 13 - Таинственные цифры

«Последняя цифра продолжала уменьшаться и уменьшаться».

Эта заикающаяся система была исключительно хороша в том, чтобы попадать в неприятности, но её также было исключительно легко запугать — немного угроз делало её послушной.

Затем на большом экране дисплея на пульте управления появилось пять разделов, каждый из которых отображал местоположение продуктов, которые интеллектуальная система отметила заметной красной рамкой, рядом даже было несколько заметок.

— На самом деле там есть ещё остатки, и их довольно много, — пока Чу Сы говорил, он наклонился к экрану, легонько проведя по нему пальцем. — Какие места здесь показаны...

На первом экране была односпальная кровать со встроенным шкафом рядом и складной столик с портативным холодильником. Огромная красная рамка очерчивала весь холодильник.

В заметке сбоку указывалось:

[Количество продуктов: 17 штук (приблизительно)

Содержание белка: 312 г (приблизительно)

Калорийность…]

— Это должна быть дежурная комната тюремного офицера, — Чу Сы взглянул на заметку и прокомментировал: — Совершенно бесполезно. Если у тебя есть время, так ярко подсвечивать информацию, почему бы тебе просто не показать номер комнаты напрямую и не сделать что-нибудь полезное?

Говоря это, он дважды сильно постучал по «мозговой оболочке» маленькой заики.

Система не отвечала. После того, как весь экран застыл примерно на две секунды, он внезапно вспыхнул и на нём появилась строчка слов. Но почти сразу же, как появились, слова снова исчезли, и весь экран вернулся к предыдущим пяти разделам.

Единственное отличие состояло в том, что по просьбе офицера Чу примечания к каждому разделу были заменены номерами комнат и конкретными местами.

Саэ Ян усмехнулся. Казалось, он не мог сдержаться.

Чу Сы:

— Тц, ты заметил те слова, которые только что промелькнули?

— Да, там было что-то вроде баннера с надписью: метать бисер перед свиньями, — небрежно ответил Саэ Ян, всё ещё улыбаясь уголком губ, явно радуясь, что над Чу Сы насмехаются.

Чу Сы: «...Этот заикающийся сукин сын становится смелым».

Это выражение, вероятно, стимулировало какую-то часть Саэ Яна, что он внезапно обернулся и, нахмурившись, спросил:

— Что? Наш офицер Чу, обладающий зрением не хуже микроскопа, действительно не смог этого заметить?

Чу Сы скривил губы и беззаботно ответил:

— Мои зрение было повреждено, но у меня нет проблем с определением чего-либо с расстояния более ста метров, так что просто забудь об этом, господин беглец, и перестань заглядывать в бойницы.

Саэ Ян: «...»

— Если ты сможешь демонтировать и реконструировать эту заикающуюся систему и вылечить её прерывистую глупость, я, возможно, смогу закрыть на тебя глаза в следующий раз, когда ты создашь проблемы, — добавил Чу Сы, отмечая расположение продуктов на экране.

Дзынь...

[Внимание, пожалуйста, не обсуждайте эти скучные вопросы в священном центре наблюдения. Дружеское напоминание: в целях экономии энергии экран будет выключен через три секунды. Обратный отсчёт: 3...2...1...]

— Выключи его, и я демонтирую твою мозговую оболочку, — спокойно сказал Чу Сы.

Дзынь...

[0.99...0.98...0.97...]

Саэ Ян:

— У тебя ещё меньше мужества, чем я думал.

— В комнатах дежурных тюремных офицеров номер два, три и семь, а также под столом в баре ресторана, а также ... в шкафу с инструментами в центре наблюдения?

Когда Чу Сы зачитал последнее местоположение, он просто повернулся к шкафу с инструментами у себя за спиной. Весь ряд металлических электронных шкафов был немного похож на те, что находились в подземном хранилище его виллы.

Единственная разница заключалась в том, что те, что находились на вилле, принадлежали ему, и он мог легко открыть их, в то время как эти… были плотно заперты.

[0.72...0.7...7...7...]

— Остановись на семи, открой этот ряд шкафов, — Чу Сы постучал по шкафчику на втором уровне, обращаясь к заикающейся системе.

Как раз в тот момент, когда Божественное Око, которое насмехалось над Чу Сы, замолчало, притворяясь, что зависло, оно услышало ещё один приказ от Чу Сы, который взялся за дело.

Как раз в этот момент раздался звон, и дверь шкафа для инструментов размером пять на двенадцать распахнулась, почти выбросив всё его содержимое.

Чу Сы не мог решить, смеяться ему или плакать. Он потянулся к шкафчику на втором уровне, отмеченному на экране, и обнаружил два предмета, похожих на планшеты.

На лице мгновенно отразилось негодование, он дважды щёлкнул пальцем по углу и сказал:

— Концентрированные пищевые таблетки. Не знаю, плакать мне или смеяться.

В блистере было двенадцать таблеток, и каждой было достаточно, чтобы обеспечить организм среднестатического человека гидратацией и основными питательными веществами на три дня, что было необходимо для всех видов космических путешествий. Недостатком было то, что их было не только трудно глотать, но они также обладали некоторыми побочными эффектами.

У небольшого процента людей могут возникнуть симптомы, такие как боль в животе, головная боль и пониженная температура в течение восьми часов, но всё это постепенно пройдёт через это время.

Он не был уверен насчёт других, но в любом случае сам Чу Сы ненавидел их вкус.

Это потому, что было время, когда он полностью жил только за счёт этих штук почти восемь месяцев подряд. Ему действительно приходилось зажимать нос и проглатывать их с кровью. С тех пор он чувствовал смесь запаха крови и кислой горечи при виде этих концентрированных пищевых таблеток.

Он потряс этими двумя блистерами таблеток и сказал Божественному Оку:

— Ты смеешь называть пищей то, чему не хватает цвета, аромата и вкуса?

Дзынь…

[Мои извинения, после размышления…]

Прежде чем маленькая заика смогла закончить объяснения, Чу Сы уже засунул пищевые таблетки в карман брюк.

Маленькая заика: «...Я осмелюсь попросить вас оставить их там, если вы их так сильно ненавидите!»

Саэ Ян:

— Мой дорогой офицер, ты на самом деле такой бесстыдный.

Дзынь…

[Правильно... правильно... правильно... правильно... правильно…]

Чу Сы пожал плечами:

— Спасибо за комплимент.

— Учитывая принцип, согласно которому свидетелям должна быть предоставлена доля, не должен ли офицер Чу поделиться со мной частью добычи? — спросил Саэ Ян, улыбаясь.

Чу Сы развернулся и сразу же вышел.

— Извини, я никогда не следую принципам.

Он отдал команду заикающейся системе, не оглядываясь:

— Дежурные комнаты тюремных офицеров всё ещё заперты. Я сейчас подойду, так что разблокируй их.

Система молчала в течение двух секунд, прежде чем воспроизвести запись того, что Саэ Ян сказал ранее:

[Ты на самом деле такой бесстыдный.]

И проиграла запись три раза.

Чу Сы: «...»

Саэ Ян: «...»

С тех пор как они попали в Космическую Тюрьму, у всех резко подскочило кровяное давление.

Чу Сы открыл дверь перегородки, как раз собираясь позаботиться о Большом и Маленьком Тобах в углу, когда кто-то подошёл к нему очень близко со спины. Саэ Ян понизил голос, напоминая обычного вора:

— Поскольку офицер ведёт себя неразумно, я могу взять это без спроса.

Как только он договорил, Чу Сы перевёл взгляд вниз и увидел, как длинные и тонкие пальцы Саэ Яна полезли в карман его брюк и достали блистер с пищевыми таблетками.

Он зажал блистер с двенадцатью пищевыми таблетками между пальцами, словно игральную карту, помахав им перед Чу Сы.

Чу Сы: «...»

Саэ Ян щёлкнул и крутанул блистер в пальцах, и он исчез прямо на глазах у Чу Сы. Это ничем не отличалось от обычных карточных фокусов.

Поскольку Чу Сы не думал, что сможет выхватить его обратно, он даже не потрудился пошевелить пальцем. Он вяло прокомментировал:

— Довольно хорош в цирковых трюках.

Саэ Ян:

— Спасибо за комплимент.

Чу Сы вежливо сказал:

— Пожалуйста, исчезни после представления. Перестань выставлять напоказ свои руки.

Тоба, который подбежал, как только открылась дверь перегородки, почувствовал, что увидел что-то ужасное.

— Что, чёрт возьми, вы, ребята, делаете?

Чу Сы уставился на него, одним взглядом заставляя задыхаться. Тоба молча сглотнул и сказал:

— Неважно, неважно, я перестану спрашивать.

Тоба закрыл рот, молча взял с собой Маленького Тобу и последовал за этими двумя, обходя их и держась подальше от волков в клетке. Но даже тогда он всё ещё чувствовал, что люди в клетках смотрят так, будто хотят съесть его заживо. Их взгляды были ещё более ужасными, чем у Саэ Яна.

Вскоре они втроём вернулись в коридор с комнатами дежурных тюремных офицеров и обнаружили, что восемь запертых дверей уже автоматически открылись, а внутри зажёгся мягкий белый свет.

— Номера два, три и семь, — Чу Сы распределил их случайным образом, указывая вокруг, и каждый из троих вошёл в другую комнату.

— Это самый счастливый день за три года с тех пор, как я проснулся! Фантастика! — взвизгнув от волнения, Тоба достал всё, что было в холодильнике второй комнаты, и сложил это рядом с тем, что собрали Чу Сы и Саэ Ян. — Давайте посмотрим, какие сокровища мы нашли! Бутерброды, консервы, ветчина на завтрак, копчёные сосиски и... Ах, я даже не могу сосчитать, сколько мы всего нашли! Боже, я уже целую вечность не ел такой свежей еды. Концентрированные таблетки, какая гадость!

Чу Сы поднял бровь.

— Если ты это имеешь в виду, то я не буду делиться с тобой пищевыми таблетками.

Тоба замолчал и резко покачал головой.

— Нет, нет, нет, я беру свои слова обратно, они мне нужны! Дай мне немного, пожалуйста!

Говоря это, он подхватил фигурку, которая пряталась у него за спиной и доставала ему чуть выше пояса, и поднёс тёмное лицо парня к Чу Сы.

— Смотри, у нас два рта, которые ждут, чтобы их накормили.

Чу Сы: «...»

— Что это за ребёнок? — раздражённо спросил он: — Ты был единственным, кто кричал с самого начала. Я не слышал, чтобы он издал хоть один звук.

Тоба поднял голову со спутанными волосами, взял Маленького Тобу за запястье для очень элегантного реверанса и сказал с улыбкой:

— Позвольте мне представить: это моя маленькая принцесса.

Эти два человека, грязные, как дикие звери, произнося такое приветствие, действительно могли бы шокировать. Чу Сы сказал Тобе:

— В древние годы планеты тебя бы линчевали за то, что ты втянул в это принцессу.

Тоба: «...»

— Так это... девочка? Твоя дочь? — Чу Сы чувствовал, что эта маленькая девочка, должно быть, родилась несчастливой, чтобы иметь такого ненадёжного отца.

Тоба покачал головой, но вдруг поспешно кивнул:

— Угу.

Чу Сы взглянул на него с подозрением.

— Не моя собственная, но она действительно моя дорогая маленькая дочка, — Тоба, казалось, беспокоился о том, что Маленькая Тоба услышит слишком много, поэтому он инстинктивно закрыл ей уши, когда говорил, но она молча опустила его руки.

— Почему она ничего не говорит? Неужели она ещё не научилась? — спросил Чу Сы.

Тоба указал на свою шею и тихо сказал:

— Травма горла, так что сейчас она не может говорить. Мы собирались лечить это и уже записались к врачу на начало весны, но оказалось...

Оказалось, что зима длилась пятьдесят лет.

Тоба вздохнул:

— И я не знаю, будет ли ещё шанс в будущем.

Сама маленькая девочка, казалось, ничего не поняла. Она продолжала смотреть на Чу Сы своими большими чёрными блестящими глазами. По сравнению с грязью на всём её теле, эти глаза были почти такими же чистыми, как сама непорочность.

— Поешьте немного перед сном, — Чу Сы указал направление. — Я скажу Божественному Оку, чтобы оно открыло специальную камеру, когда вернусь. Там есть кое-какое медицинское оборудование, и оно может оказаться полезным.

На этот раз Чу Сы действительно перестал дёргаться, вежливо распределяя еду, и каждый из них прошёл в отдельную комнату.

В конце концов, на экране был показан только краешек каждой комнаты, который сильно отличался от фактического размера.

Чу Сы запер дверь, сел за складной столик, взял несколько сэндвичей, ровно столько, чтобы набить желудок, и положил остальную еду обратно в холодильник.

Он развернул бутерброд, откусил его, быстро обшарил другие части комнаты и ощупал пальцами штукатурку между стенами.

Все отдельные помещения Космической Тюрьмы были капсульного класса. В случае чрезвычайной ситуации все эти помещения могут быть удалены из главной тюрьмы. Конечно, им придётся найти надёжное место для посадки, иначе они всё равно будут обречены на смерть.

По сей день эта функция ещё ни разу не была активирована, поэтому штукатурка между стенами всё ещё была очень плотной.

В дежурной комнате была отдельная кабинка с туалетом и минималистичной душевой.

Чу Сы съел два бутерброда, консерву и половину миски клубники, наконец-то утолив накопившийся за это время голод. Он открыл крохотный гардероб и порылся в нём. Пытаясь смириться с одеждой, к которую он не привык, Чу Сы нашёл тёмно-синюю рубашку и брюки тюремного офицера. Он собирался принять душ и немного поспать.

Он положил чистый комплект одежды на металлическую вешалку и расстегнул рубашку.

В зеркале отражались красивые чётко очерченные мышцы груди и живота. Было очевидно, что они наработаны не с помощью тренажёров. Чу Сы положил старую рубашку рядом с раковиной, опустил голову и надавил на одно из своих левых рёбер.

Там был шрам, тонкий, как волос. Его было трудно заметить, не присмотревшись внимательно, и там была выпуклость, которую можно было отчётливо почувствовать только пальцем.

Он поджал губы и надавил на шрам.

Щёлк...

Раздался лёгкий электронный звук, и на его боку открылась щель размером с половину ладони, похожая на маленькую дверцу.

Эта выглядело довольно странно. Внешний слой «маленькой дверцы» был сделан из очень реалистичной искусственной кожи, в то время как внутренний — из металла. И в отверстие в боку Чу Сы был встроен квадратный металлический блок размером с большой палец.

Внимательно прислушавшись, он уловил тикающий звук, и на металлическом блоке появилась строка тёмных цифр.

[123 12:07:21]

Вместе с тиканьем последняя цифра продолжала уменьшаться и уменьшаться.

***

Глава 14 - Полуночная тревога

123 дня, 12 часов, 7 минут и 21 секунда. 20 секунд. 19 секунд. 18 секунд. ... Этот обратный отсчёт, казалось, заставлял нервничать, фактически же это своего рода напоминание о том, сколько Чу Сы «пока» осталось жить. Если надлежащее обслуживание будет выполнено до окончания обратного отсчета, цифры будут сброшены до исходных значений, и обратный отсчёт начнется заново. Если за сутки до того, как обратный отсчёт достигнет нуля, ничего не изменится, то о слове «пока» можно будет забыть навсегда, обнуление этих чисел станет фактической смертью Чу Сы. Это устройство находится в теле Чу Сы уже много лет. Ежегодный двухнедельный отпуск на вилле в чёрном кедровом лесу предназначался как раз для проведения регулярного технического обслуживания этого устройства, чтобы в течение следующих 6 месяцев здоровый и полный сил Чу Сы мог по-прежнему существовать в этом мире. В то время, когда Чу Сы только встроили эту штуку, он выразил свой протест врачу-технику и спросил: «Можно ли сделать эту штуку немного более гуманной? К примеру, убрать этот пугающий обратный отсчёт. Всё-таки те, кто не осведомлен об этом, могут ошибочно предположить, что я решил создать бомбу из человеческого организма. Как только дверца открывается, эта штука продолжает тикать. Вы это слышите?» Врача-техника звали Шао Дунь, он входил в состав высших чинов военного госпиталя «Белый орёл» и являлся самым авторитетным специалистом в области интеллектуально-механизированной терапии. К тому же этот старик ежегодно состязался с пациентами в смекалке и мужестве. По отношению к таким красивым и вздорным пациентам, как командир Чу, доктор Шао всегда применял политику «трёх нет, объединённых в одно». Не позволять выпендриваться, не быть к ним доброжелательным, не позволять слишком много болтать и в итоге отказывать в удовлетворении их просьб. В то время левая сторона командира Чу всё ещё имела серьёзную реакцию отторжения интеллектуальных механизмов: кровотечение, повышенная чувствительность и температура беспрестанно сменяли друг друга. Повязку с глаз не так давно сняли, и прошло много времени, прежде чем он оказался вне опасности, но всё равно упорно продолжал выбирать, каким способом его лучше лечить. С суровым выражением лица старый доктор Шао дал молоденькой медсестре указание сделать Чу Сы укол и одновременно смотрел на различные данные на приборе: «Чтобы справиться с такими говнюками, как ты, которые настолько заняты, что путают день с ночью, и настолько безумны, что им плевать на собственную жизнь, приходится использовать обратный отсчёт, чтобы хоть как-то подстегнуть вас не забывать вовремя обслуживать аппарат. Не говоря уже о потере жизни, это ещё и напрасная трата оборудования.» «Ты должен хорошенько о нем заботиться, ведь на всей планете таких аппаратов всего 20 штук. Как только твоя ДНК сохранится в памяти устройства, никто другой не сможет им воспользоваться, если откажешься от него, он уже будет непригоден для дальнейшего использования.» Читая ему лекцию, старик Шао руками надавливал на место соединения интеллектуального механизма с тканями Чу Сы. Из-за этого нажима Чу Сы основательно потерял самообладание, однако ему ничего не оставалось, кроме как смириться со своей судьбой. Этот обратный отсчёт в обычное время практически не был слышен. Однако время от времени Чу Сы чувствовал это устройство, вплотную прижатое к костям и отсчитывающее срок его жизни. Это продолжалось практически 10 лет, и даже за час до взрыва планеты он на вилле всё ещё проводил новый этап технического обслуживания этой штуки. За 10 лет кто угодно мог бы к этому привыкнуть. Поэтому Чу Сы просто-напросто опустил глаза и небрежно окинул взглядом устройство. Убедившись, что несмотря на 50 лет заморозки устройство по-прежнему было исправно, он снова закрыл разъём. Количество дней, которые он может прожить, по-прежнему трёхзначное, этого вполне достаточно, чтобы найти другое место, где можно обеспечить надлежащее техническое обслуживание. Пока обратный отсчёт не достиг однозначных цифр, командир Чу всё ещё мог сохранять хладнокровие. Снова закрыв разъём, командир Чу вошёл в душевую. Жар мгновенно усилился, и стеклянная дверь тут же запотела. В непрекращающемся шуме воды из встроенного динамика над его головой раздалось шуршание, и рука Чу Сы, протянутая, чтобы взять полотенце, тут же остановилась. По всей тюрьме установлена единая система оповещения и связи, и чаще всего она используется для оповещения о чрезвычайных ситуациях. Люди в здании безопасности ежегодно сталкиваются с таким бесчисленным количеством чрезвычайных ситуаций, что становятся слишком чувствительны к такого рода вещам. Менее чем на секунду Чу Сы остолбенел и ладонью ударил по выключателю душа. Мгновенно зачесав свои короткие мокрые волосы назад, он небрежно вытерся, оделся и вышел из ванной комнаты. В тот момент, когда он одной рукой застёгивал рубашку и уже собирался отпереть дверь и выйти, кто-то внезапно кашлянул в микрофон и протяжно сказал: «Командир, в моей комнате нет горячей воды.» Чу Сы: «...» Его согнутый палец, готовый дотронуться до электронного замка, резко остановился, он нажал на кнопку вызова на стене и спросил: «Саэ Ян, ты больной?» Из динамика раздалось шуршание и ответ: «Да.» Чу Сы: «...» Ты, мать твою, живешь через стенку от меня, тебя всё ещё нужно учить чему-то столь банальному, как открыть дверь и постучать? Саэ: «В девяти случаях из десяти ты не открываешь дверь, в которую я стучу, поэтому сначала я решил связаться с тобой таким способом.» Чу Сы открыл рот и хотел выругаться, но из динамика снова раздалось шуршание и голос швабры: «Что вы двое творите? До смерти напугали...» Чу Сы: «...» Он был настолько сбит с толку этим психом по фамилии Ян, что напрочь забыл о том, что это устройство связи предназначено для общественного вещания. Чу Сы закатил глаза, посмотрел на мокрую рубашку и с каменным выражением лица сел на кровать. Нажав на коммуникаторе, встроенном в изголовье кровати, цифру 3, он подключился к Саэ, который находился через стену, в комнате дежурной охраны № 3. «Разве ты не умеешь пользоваться внутренней однолинейной связью?» Язвительно спросил Чу Сы. На этот раз голос Саэ наконец-то донёсся не из общего канала связи. «Умею, но предположил, что ты принимаешь душ, а звук однолинейного канала связи не проходит в душевую.» Хорошо, ты прав. Выражение лица Чу Сы не изменилось, и он безжалостно нажал кнопку сброса звонка. Через пару секунд устройство связи в изголовье кровати снова зазвенело и автоматически подключилось: «Командир, невежливо вешать трубку, не закончив разговор.» Чу Сы спокойно сказал: «Я никогда не вёл себя настолько грубо.» Саэ усмехнулся: «Стало быть, я могу воспользоваться твоей душевой?» Чу Сы вытер волосы и ответил: «Вынужден тебе напомнить, что, когда мы искали еду, я в первую очередь проверил комнату дежурной охраны № 3. Проверяя питьевую воду, я всё осмотрел, горячая вода была в достатке. Ладно, я собираюсь вздремнуть, желаю тебе мучиться кошмарами.» Договорив, он полностью отключил связь, включил спящий режим, а затем поместил код связи дежурной комнаты № 3 в чёрный список. Любой, кто хоть как-то знаком с Саэ Яном, знает, насколько он экстремальный и эксцентричный человек. Точнее говоря, в его глазах большинство людей в этом мире подобны воздуху. Если ему неинтересно, он, естественно, их не увидит. Было только два типа людей, которые могли его заинтересовать. Первый тип — это люди, которые ещё более опасны и неуправляемы, чем он сам. Чем опаснее, тем ему интереснее, однако в действительности таких людей практически не существует. Другой тип — это люди, от которых ему что-то нужно. У него есть цель, поэтому он их замечает. Чу Сы не считал, что относится к первому типу, поэтому он может относиться лишь ко второму. А цель Саэ, как он мог догадаться, заключается в том, чтобы с его помощью избавиться от контроллера из чёрного железа у него на руке. Честно говоря, теперь, когда планета уже прекратила своё существование, всё-таки можно найти способ снять контроллер. Однако сделать это лишь с помощью авторитета Чу Сы правда невозможно. Вот только говорить об этом Саэ совершенно бессмысленно, ведь ранее этот разговор уже успел состояться. Но разве этот псих поверил? Нет. В этом нет ничего удивительного, ведь великий командир Чу слишком много врёт и хорошо известен своими злодеяниями в этой области. Даже если изредка он может открыть своё сердце и сказать несколько искренних слов, ему всё равно никто не верит. Чу Сы наполовину высушил волосы и, не раздеваясь, лёг на односпальную кровать. Пятьдесят лет в криокапсуле были проведены в состоянии между жизнью и смертью, и это нельзя было назвать нормальным отдыхом, поэтому Чу Сы, переживший немало потрясений, к этому времени был особенно сонным и заснул практически сразу, как только закрыл глаза. А потом ему снова приснилась зима 5702 года. Та зима была действительно холодной, даже в округе Наньдунь целый месяц шёл сильный снегопад, а о горном хребте Миа, который славился своими трескучими морозами, и говорить нечего. Огромные обломки воздушного судна упали между самыми крутыми скалами горного хребта Миа. Буквально «между». Его повреждённое при аварийной посадке левое крыло свисало с восточного утёса, скрюченное правое крыло находилось на западном утёсе, а корпус висел в воздухе между ними. Обстановка во сне Чу Сы была точно такая же, как в тот год в реальности. Ничего не изменилось. Левая половина его тела всё ещё находилась за аварийной дверью, только вот сама аварийная дверь изменилась до неузнаваемости. Из-за этой трансформации почти половина его тела была буквально раздроблена на куски, вплоть до того, что он уже не чувствовал боли. Правая половина его тела свисала из аварийного люка воздушного судна, вытянутая рука крепко держала трёхлетнего ребёнка, а под ногами этого ребёнка простиралась глубочайшая бездна. Как только он ослабит хватку, малыш исчезнет из этого мира, не успев даже заплакать. По правде говоря, трёхлетний ребёнок не был для него таким уж тяжёлым. Однако в горной местности, в условиях экстремального холода, среди воющей ледяной бури, удерживание такого ребёнка одной рукой без какой-либо поддержки было возможно лишь в течение часа. А Чу Сы держал его уже 13 часов. Даже он сам мог держаться лишь благодаря тому немногому, что осталось от его силы воли. К счастью, большинство членов экспериментальной команды во время аварийной посадки воздушного судна катапультировались в защитной капсуле. Лишь ребёнок, споткнувшийся о кабель питания, выскользнул из люка и был пойман Чу Сы, упустившим лучшее время для эвакуации и зажатым между дверями аварийного выхода в воздушном судне, разбившемся в горах Миа. Это продолжалось 13 часов. Даже во сне Чу Сы отчётливо чувствовал холод, который мог заставить человека потерять сознание и волю. Ко всему прочему, при взрыве оружейного отсека летательного аппарата его настигла нестерпимая, ослепляющая боль в глазах. В конце концов, во время этой пытки он потерял сознание. Когда он пришёл в себя, то уже лежал в особом отделении интенсивной терапии военного госпиталя «Белый орёл». Старый доктор Шао, со своим фирменным, как у гробовщика, выражением лица, сказал ему: «Ты чудом остался в живых, 70% левой половины тела сильно повреждено, и необходимо использовать интеллектуальное оборудование...». Вторая половина слов старика Шао, сказанных во сне, утонула в сигнале тревоги, и их невозможно было разобрать. Звук, приближавшийся издалека, становился всё более отчётливым и резким. Две секунды спустя Чу Сы осознал, что тревога была не во сне! В комнате охраны № 2 Чу Сы молниеносно сел на кровати. Из динамика над его головой всё ещё доносился пронзительный вой сирены. Он взял с прикроватной тумбочки устройство связи, засунул его в карман и вышел за дверь: «Око небес?! Что происходит...».

Глава 15 - Ликвидация заключённых

«Избавиться от всех!»

После вопроса Чу Сы тревога резко прекратилась. Передатчик, размещённый над помещениями, испускающий тонкий и последовательный звук, через несколько секунд внезапно превратился в настоящий электронный голос.

[Я могла сделать что-то не так, офицер.]

Нет, почему интеллектуальная система должна кричать, прежде чем говорить?

Но Чу Сы больше не мог думать об этом. Он позвонил в Дежурные Комнаты №3 и №7 и направился прямо в Центр Наблюдения ещё до того, как двери были открыты.

— Что ты сделала? — спросил Чу Сы Божественное Око, проходя по коридору.

Записывающие устройства, размещённые повсюду в тюрьме, были ушами Божественного Ока. Система услышала вопрос Чу Сы и ответила:

[Две минуты назад была отправлена специальная команда непосредственно на мой процессор. Я... я... я сделала, как было приказано.]

— Какая команда?! — Чу Сы резко остановился перед перегородкой, ведущей в ресторан, и отпер дверь.

Божественное Око ответило:

[Команда чрезвычайно высокого авторитета, достаточно высокого, чтобы процессор выполнил её автоматически. Приказ незамедлительно ликвидировать заключённых.]

— Что? — услышав это, Чу Сы чуть не ввёл неправильный код.

Дверь в ресторан была распахнута, когда Божественное Око всё ещё объясняла через передатчик:

[Вы знаете, господин, что система в Космической Тюрьме была очень умно спроектирована. Каждая комната может быть отдельной космической капсулой, которую можно в экстренной ситуации выбросить из Космической Тюрьмы.]

Похоже, система никогда не станет умнее, всё ещё хвастаясь дизайном этой тюрьмы.

Тем не менее, когда Божественное Око было близко к завершению своей речи, его собственный электронный голос ослаб.

[Итак, я приказала их вышвырнуть-нуть-нуть…]

Система снова притворилась, что её заклинило в критический момент.

У Чу Сы не было времени ругаться. Он вдруг увидел, что за открытой дверью перегородки некогда переполненный ресторан полностью опустел.

Если использовать метафору, весь ресторан был похож на яйцо в металлическом футляре. Теперь яйцо было выброшено из тюрьмы, и остался только пустой металлический футляр.

Все эти Золотые Вороны, Серебряные Ястребы или кто-то там ещё исчезли без следа.

Чу Си: «...»

У Чу Сы разболелась голова, когда он услышал бесконечный бубнеж Божественного Ока.

— У них была посадочная площадка? —  спросил Чу Си.

Божественное Око:

[Нет-нет-нет...]

Чу Сы дёрнул бровью.

— И ты смеешь притворяться, что тебя заклинило? Верни их с помощью тросов!

Он наступил на металлический ящик и прошёл через пустое помещение, которое раньше было рестораном. Затем он толкнул дверь-перегородку, ведущую в Центр Наблюдения.

Дверь с грохотом распахнулась после того, как её отперли, это напугало Божественное Око.

[Нет никакого способа вернуть их.]

— Что ты имеешь в виду?

Чу Сы вспомнил, что на каждый диск Космической Тюрьмы должно быть выделено более двух тросов. Если один трос был привязан к драконьему шесту, то он всё равно должен был остаться. Почему он не может забрать заключённых?

Электронный голос Божественного Ока стал немного более осторожным.

[Было две команды: ликвидировать заключенных… и немедленно перенести их подальше. Поэтому после того, как я их выбросила, они были телепортированы на небольшое-небольшое-небольшое расстояние.]

Чу Си: «...»

В огромном пространстве небольшой шаг телепортации может превратиться в невообразимое расстояние. Было бы невозможно выловить что-то, что было выброшено.

В этот момент в мозгу Чу Сы промелькнуло множество вопросов...

Почему из ниоткуда появилась команда избавиться от заключённых?

Может быть, это была команда из той части Космической Тюрьмы, которая была отделена от них? Но не было бы излишним устранять заключённых, которые уже находились под их контролем…

Или тот, кто отдал команду, помогал заключённым? Изгнать отсюда заключённых, сократить разницу во времени, чтобы собрать всех заключённых, а затем освободить их?

Чу Сы нахмурился и резко обратился к Божественному Оку..

— Где приказы, которые были отправлены непосредственно на твой процессор? Подними их.

Он взглянул на часы: прошло уже три часа. Возможно, из-за того сна ему показалось, что он проспал всего пять минут.

Дзынь…

[Дисплей экрана обновлён.]

На этот раз Божественное Око не осмелилась расслабиться, поспешно проецируя приказы на экран.

[Команда (1): Ликвидация заключённых

Источник: 50001

Ранг: Красная метка

Полномочия: S (Высший)]

[Команда (1): Немедленная телепортация

Источник: 50001

Ранг: Красная метка

Полномочия: S (Наивысший)]

Две команды были отданы с интервалом всего в две секунды, обе требовали немедленного выполнения.

Лицо Чу Сы мгновенно окаменело: 50001, красная метка... Снова кто-то выдаёт себя за него?

Когда это, черт возьми, закончится?

Нагло использовать украденную личность перед реальным человеком и не один раз, а дважды. Если так пойдёт и дальше, будет ли он, подлинный, тоже устранён?

Чу Сы почти смеялся от злости. Он порылся в беспорядке на пульте управления и включил найденный чёрный наушник. Он приказал:

— Открой целевой Звёздный Атлас и найди точку 9501.

Дзынь...

[Цель переместилась. 4 часа до входа в Зону 1. В настоящее время не удаётся определить точное местоположение.]

Цель, очевидно, специально двигалась по периметру. Одному богу известно, сколько времени потребуется, чтобы он действительно вошёл в Зону 1.

— Нет времени ждать. Я найду его вручную, — Чу Сы поправил наушник. — Выведи результаты преобразования формы волны.

Обычно позиционирование интеллектуальной системой было гораздо более точным, чем ручное. Но технически кто-то, кто имел опыт в космических задачах, мог бы работать не хуже, чем интеллектуальные системы. Человеческое суждение может быть даже более надёжным, чем у машины.

Чу Сы был бы одним из таких людей. Единственной загвоздкой было небольшое повреждение уха во время процесса позиционирования, поэтому оно использовалось нечасто.

Божественное Око сразу же выполнило команду. Внезапно различные звуки, преобразованные из осциллограмм, столкнулись и превратились в режущий слух шум.

Поскольку Чу Сы уже давно не выполнял позиционирование вручную, его рот дёрнулся при этом звуке, похожем на десять тысяч стрел, выпущенных одновременно. Он осторожно отрегулировал уровень громкости в наушнике. В то же время он пристально смотрел на Звёздный Атлас.

Десять секунд спустя он снял наушник и бросил его на пульт управления. Затем он зачитал найденные координаты в Звёздном Атласе.

— 0.741, 261. Телепортация в Атласе. Сними невидимый покров для прямого перемещения.

Дзынь...

[Команда принята. Подготовка телепортации в Атласе. Начинаем пятисекундный обратный отсчёт.]

— Если ты посмеешь застрять в этом месте, — Чу Сы взглянул на процессор Божественного Ока.

Дзынь...

[Нет, нет, нет, нет, пожалуйста, позвольте мне это исправить.]

Божественное Око просто пропустило таймер обратного отсчёта.

[Начинаю телепортацию. Защиту снята. Дружеское напоминание: пожалуйста, держитесь за пульт управления. Телепортация в атласе отличается от обычной телепортации: пассажиры могут испытывать лёгкую тряску! Лёгкую! Лёгкую! Тряску — ой! Ой! Ой!]

Мягко сказано. Эта лёгкая тряска была, будто их, чёрт возьми, разбомбила галактическая ракета с антивеществом.

Чу Си: «...» Бутерброд, который он съел, был почти выбит из его организма.

Дзынь...

[Телепортация в Атласе завершена. Пожалуйста, наслаждайтесь поездкой.]

«Чёрта с два».

Чу Сы держался за стол диспетчера, и как раз в тот момент, когда он собирался отдать ещё одну команду, тяжёлый предмет с глухим стуком упал на землю позади него.

— Кто? — он резко обернулся и увидел молодого человека, который стоял, прислонившись к двери.

На вид ему не было и тридцати, со светлыми волосами и косой на затылке, которая совсем не подходила к форме тюремного офицера. Он поднял руки с очень невинным выражением лица.

— Я... Я... Это я. Не волнуйся, я просто зашёл взглянуть. Что случилось? Что это за сигнализация и стук?

Он не мог не оглянуться. Затем он почесал в затылке и сказал:

— Где ресторан? Почему он исчез?

Чу Сы оглядел его со всех сторон и сказал со смешанным выражением лица:

— Ты… Тоба?

Блондин: «...»

С застывшим лицом он сказал:

— Если ты имеешь в виду напарника, который пережил всю эту гипоксию и бомбы вместе с тобой, то да. Ты не можешь дать мне такое прозвище только потому, что я не принимал душ полгода.

Пока он говорил, маленькая девочка с тёмно-каштановыми волосами и круглыми глазами тоже выглянула, всё ещё пристально глядя на Чу Си.

«Хорошо, эти двое здесь».

«Кто бы мог подумать, что можно смыть всю эту грязь с тела всего лишь за одно принятие душа».

— У меня действительно есть имя. Фергюс Ким. Ладно, называй меня как хочешь. Так что же, чёрт возьми, здесь произошло?

Чу Сы:

— По сути, кто-то выдал себя за меня прямо у меня на глазах, поэтому я пытаюсь найти их старое гнездо.

Он сделал короткую паузу и добавил:

— Предположительно.

Затем он нахмурился при мысли о чём-то и спросил:

— Где Саэ Ян?

Эта тревога и столкновение должны были, по крайней мере, разбудить его. Саэ Ян должен быть более бдительным, чем эти люди. Почему он до сих пор не появился?

— Я его не видел. Может быть, он ещё не проснулся? — ответил Ким.

Чу Сы вышел и бросился прямо в Дежурную Комнату №3. Он позвонил в звонок три раза подряд, но никто не ответил.

— Божественное Око! Открой дверь Дежурной Комнаты №3! Каков твой стандарт ликвидации заключённых? — внезапно спросил он, уставившись на записывающее устройство в углу.

Щелчок. Дверь открылась, открыв внутренность Дежурной Комнаты №3.

Совершенно пустой…

Дзинь...

Божественное Око немедленно ответило:

[Избавиться от всех, у кого есть контроллер на руке!]

Чу Си:

— ...Ты что, совсем идиотка? — Затем он усмехнулся: — О, ты действительно такая.

Божественное Око: «...»

Глава 16 - Опасная посадка

«Это безнадёжно».

Стоя позади него, Ким сухо спросил:

— В смысле… избавиться?

Взгляд Чу Сы упал на Дежурную Комнату №3, вместо которой осталась только металлическая оболочка, когда он ответил:

— В буквальном смысле. Один глупый заика вышвырнул Саэ Яна вместе с комнатой.

Ким:

— ...Саэ... он знал? Был ли он морально подготовлен к тому, что его вышвырнули?

Чу Сы бросил на него быстрый взгляд.

— Ты думаешь, этот идиот спрашивал бы согласия, прежде чем выбросить их?

— Итак, этот человек принимал душ или спал, когда его вышвырнули… — Ким драматично закрыл лицо руками и завыл: — Ты думаешь, он сердится? Мне немного страшно.

Дзинь...

[Я тоже боюсь.]

— И ты ещё смеешь что-то говорить? — спросил Чу Си.

Дзинь…

[Не могу винить себя за это. Отделение от моего основного тела считается серьёзной травмой. Меня следует простить.]

Чу Сы усмехнулся:

— Ты можешь сказать это Саэ Яну и посмотреть, простит ли он тебя.

Дзинь...

[Согласно результатам анализа достаточного количества выборочных данных, выброс в космос без посадочной площадки в основном означает прощание навсегда. Вероятность того, что мы с ним снова встретимся, составляет примерно 0,00000000010529 процента.]

Чу Сы ответил:

— Ты можешь добавить к этому ещё десять тысяч нулей, и это всё равно будет бесполезно. Если бы его поведение и поступки можно было предсказать с помощью здравого смысла и логики, он не был бы Саэ Яном.

Честно говоря, даже Чу Сы не мог предсказать, придёт ли Саэ Ян в ярость или выместит свой гнев на других.

Если бы он был предсказуем, он не был бы Саэ Яном.

Он нахмурился и на мгновение задумался. Затем достал свой коммуникатор и открыл сообщение, которое Саэ Ян отправил ему ранее.

Он дважды прокрутил вверх и вниз, в конце концов ответив:

[Ещё не проснулся? Вокруг тебя что-то не так.]

Набрав сообщение, офицер Чу, никогда не боявшийся, что за ним придут, внезапно остановился. С последним проблеском совести он понял, что вместо того, чтобы кого-то успокаивать, этим вопросом он злорадствовал над ситуацией с Саэ Яном.

Как раз в тот момент, когда Чу Сы собирался удалить сообщение, Ким внезапно толкнул его локтем.

— Хм? Офицер, как насчёт того, чтобы мы поторопились покинуть пиратский корабль, переместились в другое место и позволили этому человеку излить свой гнев на эту глупую систему?

Из-за Кима Чу Сы случайно нажал кнопку «отправить».

Чу Сы: «...»

«Фантастика. Подливаю масла в огонь».

Не говоря ни слова, он развернулся и направился в Центр Наблюдения.

— Божественное Око, не снимай невидимый покров. Направь наблюдательный пункт на цель 9501.

Когда он вернулся в центр наблюдения, на большом экране появилась обзорная карта 9501 с кучей предварительных данных, перечисленных рядом.

Это был фрагмент планеты в форме куриного сердца, в три раза превышающий площадь чёрного кедрового леса, окружённый холмами и лесом.

— Эта область — Старый Форт Барни, — Чу Сы обвёл пальцем огромное чёрное пятно где-то в центре. — Весь фрагмент войдёт в зону альфа-звезды через две минуты. Процесс входа будет довольно неровным из-за гравитационного поля. Псевдогравитационная система драконьего шеста и система вращательного равновесия претерпят самонастройку.

Его палец снова прошёлся по краю фрагмента, остановившись на маленьком, выступающем хвосте, соединённом с основанием в форме сердца. На обзорной карте он казался крошечным полуостровом.

Чу Сы продолжил:

— Мы будем кружить здесь во время колебаний. Сенсор центрального драконьего шеста самый слабый в этой области, поэтому мы можем приземлиться здесь, чтобы свести волнение к минимуму. Если в Форте Барни действительно кто-то есть, их будет нелегко обнаружить.

Ким кивнул.

— Хорошо, всё, что ты скажешь! Я пойду соберу свои вещи.

До места оставалось всего две минуты, и они казались двумя грабителями банка, роющимися в шкафах тюремных офицеров в поисках сумок и собирающих предметы внутри.

Еда, карманные указатели, портативное оружие, универсальные лекарства, навигаторы, солнечные панели…

Как только Ким подхватил дочку под мышку и закинул большую сумку за спину, он бросился к люку.

Он наблюдал, как Чу Сы обмотал миниатюрный трос вокруг запястья и пристегнул чёрную наручную защиту с рядом гнёзд вокруг другого.

Чу Сы вставил в гнёзда ряд металлических предметов, похожих на капсулы. Затем он взял чёрную сумку и кивнул.

— Пойдём.

Ким: «...Я просто знаю, что этот ряд металлических капсул имеет какое-то отношение к бомбам».

Стандартная тёмно-синяя рубашка на нём выглядела не обычной униформой, а больше походила на сшитую на заказ рубашку, подчёркивая его стройную фигуру.

Он изобразил на лице выражение «уезжает в отпуск», но то, что он сделал, было «взорвать бункер» — настолько неуместно, что никто не осмелился бы ничего сказать…

Стоя позади него, Ким сухо спросил:

— В смысле… избавиться?

Взгляд Чу Сы упал на Дежурную Комнату №3, вместо которой осталась только металлическая оболочка, когда он ответил:

— В буквальном смысле. Один глупый заика вышвырнул Саэ Яна вместе с комнатой.

Ким:

— ...Саэ... он знал? Был ли он морально подготовлен к тому, что его вышвырнули?

Чу Сы бросил на него быстрый взгляд.

— Ты думаешь, этот идиот спрашивал бы согласия, прежде чем выбросить их?

— Итак, этот человек принимал душ или спал, когда его вышвырнули… — Ким драматично закрыл лицо руками и завыл: — Ты думаешь, он сердится? Мне немного страшно.

Дзинь...

[Я тоже боюсь.]

— И ты ещё смеешь что-то говорить? — спросил Чу Си.

Дзинь…

[Не могу винить себя за это. Отделение от моего основного тела считается серьёзной травмой. Меня следует простить.]

Чу Сы усмехнулся:

— Ты можешь сказать это Саэ Яну и посмотреть, простит ли он тебя.

Дзинь...

[Согласно результатам анализа достаточного количества выборочных данных, выброс в космос без посадочной площадки в основном означает прощание навсегда. Вероятность того, что мы с ним снова встретимся, составляет примерно 0,00000000010529 процента.]

Чу Сы ответил:

— Ты можешь добавить к этому ещё десять тысяч нулей, и это всё равно будет бесполезно. Если бы его поведение и поступки можно было предсказать с помощью здравого смысла и логики, он не был бы Саэ Яном.

Честно говоря, даже Чу Сы не мог предсказать, придёт ли Саэ Ян в ярость или выместит свой гнев на других.

Если бы он был предсказуем, он не был бы Саэ Яном.

Он нахмурился и на мгновение задумался. Затем достал свой коммуникатор и открыл сообщение, которое Саэ Ян отправил ему ранее.

Он дважды прокрутил вверх и вниз, в конце концов ответив:

[Ещё не проснулся? Вокруг тебя что-то не так.]

Набрав сообщение, офицер Чу, никогда не боявшийся, что за ним придут, внезапно остановился. С последним проблеском совести он понял, что вместо того, чтобы кого-то успокаивать, этим вопросом он злорадствовал над ситуацией с Саэ Яном.

Как раз в тот момент, когда Чу Сы собирался удалить сообщение, Ким внезапно толкнул его локтем.

— Хм? Офицер, как насчёт того, чтобы мы поторопились покинуть пиратский корабль, переместились в другое место и позволили этому человеку излить свой гнев на эту глупую систему?

Из-за Кима Чу Сы случайно нажал кнопку «отправить».

Чу Сы: «...»

«Фантастика. Подливаю масла в огонь».

Не говоря ни слова, он развернулся и направился в Центр Наблюдения.

— Божественное Око, не снимай невидимый покров. Направь наблюдательный пункт на цель 9501.

Когда он вернулся в центр наблюдения, на большом экране появилась обзорная карта 9501 с кучей предварительных данных, перечисленных рядом.

Это был фрагмент планеты в форме куриного сердца, в три раза превышающий площадь чёрного кедрового леса, окружённый холмами и лесом.

— Эта область — Старый Форт Барни, — Чу Сы обвёл пальцем огромное чёрное пятно где-то в центре. — Весь фрагмент войдёт в зону альфа-звезды через две минуты. Процесс входа будет довольно неровным из-за гравитационного поля. Псевдогравитационная система драконьего шеста и система вращательного равновесия претерпят самонастройку.

Его палец снова прошёлся по краю фрагмента, остановившись на маленьком, выступающем хвосте, соединённом с основанием в форме сердца. На обзорной карте он казался крошечным полуостровом.

Чу Сы продолжил:

— Мы будем кружить здесь во время колебаний. Сенсор центрального драконьего шеста самый слабый в этой области, поэтому мы можем приземлиться здесь, чтобы свести волнение к минимуму. Если в Форте Барни действительно кто-то есть, их будет нелегко обнаружить.

Ким кивнул.

— Хорошо, всё, что ты скажешь! Я пойду соберу свои вещи.

До места оставалось всего две минуты, и они казались двумя грабителями банка, роющимися в шкафах тюремных офицеров в поисках сумок и собирающих предметы внутри.

Еда, карманные указатели, портативное оружие, универсальные лекарства, навигаторы, солнечные панели…

Как только Ким подхватил дочку под мышку и закинул большую сумку за спину, он бросился к люку.

Он наблюдал, как Чу Сы обмотал миниатюрный трос вокруг запястья и пристегнул чёрную наручную защиту с рядом гнёзд вокруг другого.

Чу Сы вставил в гнёзда ряд металлических предметов, похожих на капсулы. Затем он взял чёрную сумку и кивнул.

— Пойдём.

Ким: «...Я просто знаю, что этот ряд металлических капсул имеет какое-то отношение к бомбам».

Стандартная тёмно-синяя рубашка на нём выглядела не обычной униформой, а больше походила на сшитую на заказ рубашку, подчёркивая его стройную фигуру.

Он изобразил на лице выражение «уезжает в отпуск», но то, что он сделал, было «взорвать бункер» — настолько неуместно, что никто не осмелился бы ничего сказать…

Глава 17 - Разработка плана

Как раз в тот момент, когда швабре Цзиню становилось всё труднее держаться, что бы не соскользнуть с края, он почувствовал, что кто-то схватил его за лодыжку. Он резко прекратил соскальзывать! «Кто?!» Цзинь с трудом повернул голову: «Неважно, кто ты, пожалуйста, не отпускай!» Говоря это, его зубы были плотно стиснуты, он буквально процеживал слова сквозь зубы. Человек, схвативший его, был одет в чёрный костюм и кислородную маску, он почти сливался с темнотой ночи, поэтому швабра не мог хорошо его разглядеть. Саэ Ян? Возможно, причиной тому была кислородная маска надетая на человека, поэтому первой реакцией Цзиня была мысль о том, что это Саэ Ян! Когда в его голове промелькнула эта мысль, ему неожиданно захотелось крикнуть висящему внизу Чу Сы: «Спасены!» Чёрт знает почему. Но вскоре он понял, что человек, державший их, был не Саэ Ян. Судя по позе человека, упиравшегося пятками в землю и изо всех сил откинувшемуся назад, тащить троих человек в одиночку было весьма непросто. Он безосновательно полагал, что если этот господин действительно сбежавший заключённый, то для него это не было настолько тяжело, нет, для него сделать что-то подобное явно не ставит труда, он кажется всемогущим. По-прежнему, чёрт знает почему! Однако, в следующее мгновение он мигом успокоился, потому что увидел не менее ошеломлённого Чу Сы висевшего внизу, который наморщившись, неосознанно спросил: «Саэ Ян?» Гляди-ка, командир тоже повредил голову. В тот момент, когда их мозги были словно наполнены водой, посланник небес, в одиночку тащивший трёх человек, заговорил: «Кем бы вы ни были, вы, мать вашу, не хотели бы немного самостоятельно постараться, чтобы по быстрее оказаться на земле? У дедушки вот-вот рука оторвётся!» «Чувствую себя так, будто на мне испытывают самые изощрённые пытки былых времён...» Цзинь был готов расплакаться от боли. «Командир, ты что-нибудь придумал? Есть ли хоть какой то способ почувствовать твёрдую землю под ногами?» Конечно, Чу Сы, висевший внизу, не мог своей силой помочь другому человеку, однако, мог воспользоваться ей самостоятельно. Поэтому он начал искать способ. Метод размышления командира Чу о способах, как самому выйти из затруднения и успокоить других, был весьма уникальным. Он, прилагая огромные усилия, поднёс ко рту руку, держащую рюкзак, и зубами вытащил металлическую капсулу находящуюся в разъёме напульсника. Цзинь не ошибся в своём предположении, эти металлические капсулы, действительно были своеобразными бомбами. Однако бомбы такого рода немного специфичны. Они относятся к разновидностям «бесшумных» бомб. Они тихие и незаметные. Недостаток лишь в том, что радиус их поражения немного меньше, а преимущество в том, что выталкивающая сила немного сильнее. При таком тихом взрыве её ударная сила просто поразительна. Чу Сы кончиком языка постучал по дну капсулы и разжал зубы. Система искусственной гравитации драконьей колонны на данный момент находилась в некотором хаосе. Несмотря на то, что запланированный маршрут несколько исказился, металлическая капсула всё равно в мгновение ока улетела на десятки метров вниз под ногами Чу Сы и внезапно взорвалась. В тот момент, когда вспыхнул огонёк, трое висящих внизу людей были немедленно подняты высоко в воздух. Цзинь отлетел в сторону и несколько раз перекатился, прежде чем окончательно остановиться. Посланник небес, в одиночку тащивший троих, тоже был повален на землю. Он ошеломлённо наблюдал, как два чёрных мешка внезапно вылетели из дыма и обрушились, словно ревущее цунами. «Ебать?» — грубо выругался посланник небес и повторно опрокинулся на бок, чтобы убраться с их пути. В тот момент, когда чёрный мешок приземлился, поднявшийся дым наконец рассеялся. Было видно, что Чу Сы, согнувшись, тоже катится по земле, одной рукой он держал маленькую швабру вдвое меньше него, другой, ударяясь локтем о твёрдую землю, оберегал её голову. Посланник небес всё ещё был ошеломлён. Вплоть до того, что даже забыл сесть. По-прежнему валяясь на земле и с трудом веря в происходящее, он произнёс: «Я просто попросил вас приложить немного усилий, а вы взяли и взорвали себя???» Фактически же основной удар на себя принял Чу Сы. Катившись по земле и защищая маленькую швабру, ему казалось, что его плечи и спина были раздроблены на мелкие кусочки и собраны заново. Дошло до того, что он опустил голову и на долгое время оставался без движения, прежде чем потихоньку пришёл в себя. Цзинь поднял руку, но, не осмеливаясь к ним прикоснуться, в панике спросил: «Очнулись? Голова болит? Можете двигаться? Чувствуете где-нибудь дискомфорт? Нет ли крови во рту?..» Пока он без умолку болтал, Чу Сы поднял палец. Цзинь тут же закрыл рот и некоторое время осторожно ждал. Через некоторое время Чу Сы наконец осторожно прикоснулся к голове маленькой швабры: «Взрыв не задел?» Маленькая швабра не обиделась и не поранилась. Она моргнула и покачала головой под ладонью Чу Сы. «Я до смерти испугался...» Увидев, что с ними всё в порядке, Цзинь облегчённо вздохнул. Он осторожно взял маленькую швабру из объятий Чу Сы и с тревогой на сердце ещё раз осмотрел её. Чу Сы сразу же сел, потёр заднюю поверхность шеи и плечи, пошевелил суставами, а затем стряхнул с себя гравий и землю. Ошеломлённый посланник небес снова выругался. Он встал и наклонился, чтобы поднять две чёрные сумки: «Бля, какие тяжёлые...» «Кто вы, в конце концов, такие?» Голос посланника небес, раздавшийся из-под кислородной маски, звучал очень молодо и весьма раздражающе. «Для начала я конфискую эти две чёрные сумки, и пока не услышу разумных объяснений, даже не подумаю вернуть их обратно.» Цзинь удивлённо спросил: «Разве не ты только что спасал нас?» «Это совершенно разные вещи». Посланник небес поднял подбородок. Чу Сы надышался дымом и пылью, поэтому его голос слегка охрип. Он поднял руку и помахал ею, привлекая внимание посланника небес. «Сделайте милость, снимите маску и дайте мне взглянуть. Ваш голос кажется мне немного знакомым, особенно ваша манера речи.» Посланник небес настороженно спросил: «Сделать что?! Ты велишь мне снять маску и думаешь, что я подчинюсь? Этому дедушке прекрасно известны такие способы обмана!» П/П: Думаю, вы уже все видели, как они себя то Лао-цзы, то дедами величают. Чу Сы безразлично пожал плечами, встал и вытер лицо тыльной стороной ладони. Он немного поразмыслил и сказал: «... Тан? Проводил занятия по третьей фазе в специальном тренировочном лагере для сотрудников службы безопасности.» Тан был поражён: «Кто ты?» Едва он задал этот вопрос, Чу Сы уже на несколько шагов приблизился к нему, его голос стал менее хриплым: «О, когда вы тренировали членов новой команды, я тренировал вас.» Тан: «...» Сумки, находящиеся в его руках, упали на землю, и он удивлённо сказал: «Чу... Командир?» Чу Сы на ходу закатал мешающиеся рукава рубашки и кивнул: «Дедушка, у тебя неплохая память.» «...» Тан хотел немедленно сбежать. Сделав два шага, он в очередной раз осознал сложившуюся ситуацию, взял сумку и послушно протянул её Чу Сы: «Эй, не издевайся надо мной. Я ошибся, с кем не бывает. Тем более в такое непростое время нужно проявлять ещё большую бдительность.» «Что ты имеешь в виду?» Спросил Чу Сы. «Это долгая история ...» Тан огляделся и, кажется, не собирался говорить об этом здесь. «Почему вы здесь тайком... э-э, втихомолку прибыли сюда?» «На нашем изначальном фрагменте планеты случилось кое-что непредвиденное, и оставаться там не представлялось возможным, поэтому пришли посмотреть, сможем ли мы сменить место расположения.» Чу Сы говорил это так просто, будто пришёл в гости к соседу. Тан: «...» Он снова огляделся вокруг, как будто чего-то опасался, затем махнул Чу Сы и остальным: «Следуйте за мной, сначала вернёмся на базу.» Чу Сы поднял брови: «База?» Тан: «Ага, ага, как бы то ни было, мы сможем отдохнуть в пути. Пойдём, по дороге ещё раз всё детально обсудим.» Они последовали за Таном и в мгновение ока исчезли в лесу. Цзинь прошептал Чу Сы: «Какой тренировочный лагерь? Ты хорошо с ними знаком? Им можно доверять?» До того, как Чу Сы был назначен командиром офиса № 5, он долгое время провёл в специальном тренировочном лагере здания безопасности. Это одно из самых важных мест, предназначенное для профессиональной подготовки самых одарённых людей. Это резерв военных специального назначения, относящийся к зданию безопасности. Когда вышедший оттуда человек принимается за выполнение рабочих задач, в обществе он тут же перестаёт существовать. У них больше нет официальных имён, стабильной карьеры, полноценной семьи и друзей... С ними остаётся лишь абсолютная неизменная преданность. Чу Сы на протяжении двух лет работал там тренером, а спустя почти десять лет он заступил на должность офицера по обучению и проработал там ещё пять лет, так что он знал об этом лучше других. Он повернул голову и ответил: «Можно.» Цзинь, всё ещё немного беспокоясь, продолжал следовать за ним, а затем спросил: «Можешь привести пример? Лучше, если это будет кто-то знакомый.» Чу Сы: «Я.» Цзинь сказал: «Знаю, знаю, я имею в виду... может есть кто-нибудь ещё?» Услышав это, Чу Сы на пару секунд призадумался, а затем, цокнув языком, сказал: «На самом деле есть человек, который был в тренировочном лагере, и ты по воле случая с ним знаком, но, как назло, это единственный отрицательный пример за последние 50 лет.» Цзинь: «Кто...» Чу Сы: «Саэ Ян.» Цзинь: «...» Что в конце концов вам пришлось пережить?

Глава 18 - Лесная база

«Похоже, господин беглец Ян в ярости».

Жизнь Чу Сы до сих пор нельзя было считать слишком долгим путешествием.

Планетарный закон гласит, что уголовная ответственность наступает в возрасте тридцати лет, а полная зрелость — в тридцать пять, что означает, что шестьдесят лет будут расцветом жизни.

Кто-то его возраста, если он бы родился в тихом месте, таком как Остров Бабочек или городе Фергал, не должен был даже заканчивать академию ещё более шести лет.

Учитывая, то средняя продолжительность жизни жителей планеты составляла около двухсот лет, шесть лет пролетали быстрее, чем в мгновение ока — даже недостаточно времени, чтобы повзрослеть.

По сравнению с этой средней жизнью Чу Сы действительно пережил слишком много разных жизненных поворотов...

Он родился в городе Сиси, также известном как Адское Око. Это был бывший эпицентр распада, объединения и повторного распада планетарных сил. Это был город с наибольшим количеством переселенцев и самой сложной социальной структурой в период широкой межпланетной иммиграции. Позже это была также область с самой высокой смертностью за всю столетнюю межпланетную борьбу: Великий Хаос.

Чу Сы родился через двадцать лет после окончания Великого Хаоса, в период, когда межпланетная иммиграция была повсеместно запрещена. Наконец после того, как центральное планетарное правительство завершило уборку беспорядка через сто двадцать лет после своего создания, планета была готова к переселению.

Но силы хаоса всё ещё не были полностью уничтожены. Они без устали вступали в сговор с режимами других планет и время от времени всплывали на поверхность, как в бесконечной игре «ударь крота».

В городе Сиси, который исторически был городом с самым высоким уровнем брошенных детей, каждый божий день новорождённые становились сиротами.

Чу Сы был одним из них.

Если сам город Сиси был оком ада, то муниципальный сиротский приют находился в его чёрном, как смоль, бездонном зрачке.

Но Чу Сы нельзя было считать самым несчастным, поскольку его усыновили в возрасте восьми лет.

Человеком, который усыновил его, был Цзян Ци, один из трёх главных военных специалистов по вооружению того времени. Цзян Ци посвятил свою жизнь исследованиям и не женился, и у него не было собственных детей — жизнь, обречённая на одиночество. Только в 5661 году, когда он проезжал мимо города Сиси на военную конференцию и столкнулся с Чу Сы и наконец смог обрести сына.

Но хорошие времена были недолгими. Через семь лет все ключевые правительственные и военные сотрудники, включая Цзян Ци, были убиты в результате инцидента в форте Барни.

В 5668 году пятнадцатилетнего Чу Сы отправили в санаторий «Белый Ястреб», где он познакомился с пятнадцатилетним Саэ Яном.

Хотя более позднее «я» Саэ Яна в то время было едва заметно, он казался не более чем особенно бунтующим подростком. С другой стороны, тогда у Чу Сы действительно были серьёзные психические проблемы. Угрюмый, замкнутый и вечно одинокий, он был более готов к тюрьме, чем Саэ Ян.

За двенадцать лет, проведённых в санатории, они закончили все курсы независимой военной академии «Белый Ястреб» и закончили её вскоре после того, как им исполнилось двадцать шесть — далеко не совершеннолетние.

В двадцать семь они отправились в тренировочный лагерь в группе из девяти человек.

В то время тренировочный лагерь всё ещё был военным подразделением. Как и у санатория, и у независимой военной академии, его логотипом также был белый ястреб.

Обычно стажёры оставались в лагере в течение пяти лет, прежде чем отправиться дальше разными путями. Если только они потом не входили в одну и ту же команду, никто не знал, какие удостоверения или задания получили другие стажёры.

Чу Сы провёл в лагере поразительно короткое время, покинув его всего через два года.

Но Саэ Ян пробыл там ещё меньше — один год.

Саэ Ян даже попрощался с двадцативосьмилетним Чу Сы, перед тем как покинуть лагерь в 5681 году. Это был один из их очень немногих спокойных и мирных разговоров, а также последний раз, когда они так разговаривали друг с другом.

Два года спустя тренировочный лагерь был перенесён под здание службы безопасности.

Ещё через два года они превратились во врагов, когда Саэ Ян стал преступником, разыскиваемым во всём мире.

В течение следующих семнадцати лет Чу Сы слышал о Са Яне либо из его служебных записок, либо из различных заявлений центрального правительства, военных, службы безопасности и Космической Тюрьмы.

Только в 5702 году Чу Сы наконец ушёл со своей должности офицера-инструктора из-за серьёзного повреждения левой половины тела. Первый документ, который он обработал после перевода в Офис №5 в качестве исполнительного директора, был связан с Саэ Яном...

Этот беглец, который играл в кошки-мышки с правительством в течение целых семнадцать лет, был наконец арестован.

Оглядываясь назад, можно сказать, что каждый важный поворотный момент в их шестидесятилетней жизни, казалось, связывал их друг с другом. Исключительно злая судьба.

Но ни одно из этих изменений или конфликтов нельзя было объяснить несколькими словами.

Чу Сы тоже не мог утруждать себя, объясняя всё это посторонним, поэтому он нерешительно помахал Киму.

— Перестань так много болтать. Просто следуй за мной. Я не позволю тебе умереть.

Ким сразу же успокоился от этой словесной гарантии и перестал пытаться расспрашивать о них. Он схватил Маленькую Тобу за тонкое запястье и послушно последовал за Чу Сы.

Форт Барни располагался в отдалённом изолированном месте, почти полностью окружённом дикими лесами.

Без проводника было бы невозможно обойти лес или даже найти место, где можно умереть.

Но это была трудная прогулка, даже если Тан шёл впереди.

Ким хватал ртом воздух, раздвигая сухую траву высотой в человеческий рост.

— Эта трава покрыта шипами! Я могу сжать левую руку в кулак, и она будет выглядеть в точности как ёжик.

— К сожалению, было бы невозможно найти для тебя маскировку ежа, — Тан перепрыгнул через препятствие на земле и обернулся, чтобы предупредить его: — Смотри под ноги.

— Я не могу видеть ясно, даже если мои глаза ослепнут от пристального взгляда, — нетерпеливо ответил Ким.

Чу Сы посмотрел вверх и между ветвями и мёртвыми листьями увидел недостижимое, но, казалось бы, близкое море звёзд, покрывающее всё небо.

Как бесконечна эта тёмная ночь.

Осторожно следуя за Таном, Чу Сы перепрыгнул через препятствие. Но через два шага что-то с глухим стуком упало на землю позади него.

Это был Ким, который ойкнул и сел на землю.

— Ш-ш-ш!.. — Тан внезапно оглянулся и предупредил его свирепым взглядом.

Ким сразу же перестал выть, проглотив это обратно.

— Я перепрыгнул через это упавшее дерево, но никогда не думал, что здесь будет ещё одна ветка, которая ждала, что я споткнусь...

Больше половины лица Тана было скрыто под кислородной маской, но, скорее всего, он смеялся над Тобой. Он с любопытством спросил:

— На чём ты сидишь?

Ким сказал пустым голосом:

— На траве. Я чувствую, что сейчас умру.

— Ты не умрёшь, в худшем случае у тебя просто будут шипы по всей заднице, — Тан не смог сдержать смеха в голосе. — У нас на базе есть лекарства.

Ким спокойно показал ему два средних пальца.

Всё ещё стоя за стволом дерева, Маленькая Тоба вытянула ногу, прежде чем бесшумно убрать её. Похоже, она не смогла бы перепрыгнуть через ствол с такими короткими ножками. Если бы она случайно села на ствол, то получила бы такое же наказание, как и её любимый отец.

— Какой талант, — нетерпеливо сказал Чу Сы. Он помог замёрзшему Киму встать, а затем перешагнул через ветку, чтобы перенести Маленькую Тобу. — Хорошо, пойдём.

— Я заметил, что ты гораздо мягче относишься к детям, чем ко мне, — Ким последовал за ними, извиваясь.

Прежде чем Чу Сы успел ответить, Тан усмехнулся и небрежно добавил:

— Ты должен быть рад, что никогда раньше не был в тренировочном лагере. Если бы ты обучались у нашего офицера в течение пяти лет, обещаю, что ты затрясся бы от страха при виде его. За исключением маленьких детей… особенно детей, которые выглядят так, словно выросли в нищете.

Ким: «...»

Пройдя около десяти минут, они наконец увидели пятнышко света.

Это был собранный модульный дом. Судя по немногочисленным огням, мелькающих в окнах, там было около семи домов, образующих круг. Но трудно было сказать, что находилось в кромешной тьме внутреннего двора.

Началом круга была дверь во внутренний двор.

Пришлось признать... эта база была слишком грубой.

Как только они добрались до базы, несколько окон распахнулось и из них высунулось несколько голов:

— Тан! Ты нашёл мухоглаза... Подожди! Ты привёл сюда людей?!

— Где, чёрт возьми, ты их нашёл?!

— Ты выкопал их из земли?

Среди болтовни не было ни капли радости, но по какой-то причине Чу Сы почувствовал облегчение.

Честно говоря, это был первый раз, когда Чу Сы понял, что эти люди всё ещё живы и здоровы. Возможно, им просто нужно было немного подождать, прежде чем вернуться в мир людей.

— Давай поговорим о мухоглазе позже,— сказал Тан. — Вам не хочется знать, кого я нашёл? Выходите и позовите дедушку, когда будете готовы.

Все: «...»

Чу Сы: «...»

Как только все трое вошли на базу, Чу Сы услышал уведомления о сообщениях, поступающие со всей комнаты.

— Боже, мы можем просто немного расширить диапазон сигнала, — пробормотал кто-то из них. — Это вообще защита, когда она подаёт сигнал только после того, как кто-то входит на базу!?

Услышав слово «коммуникатор», Чу Сы инстинктивно опустил голову, чтобы вынуть свой собственный, провёл пальцем и постучал по экрану, а затем открыл интерфейс мессенджера. Сообщение, которое он случайно отправил Саэ Яну, всё ещё находилось в верхней части страницы. Ни единого ответа после стольких лет.

Чу Сы: «...Отлично, похоже, господин беглец Ян в ярости».

Глава 19 - Инцидент в восточной башне

«Но это была не самая тревожная проблема».

— Давайте, давайте, все выходите. Перестань прятаться, детки, — Тан зажёг переносную указку на среднем пальце, размахивая этим белым светом и освещая ряд окон. — Поторопись.

— Сколько раз я тебе говорил, чтобы ты не привязывал указку к среднему пальцу? — выругался кто-то. — Мне из-за этого постоянно хочется дать тебе пощёчину каждый раз, как ты её включаешь.

Всё, кто был в доме, прикрыли лица от мигающего света тыльной стороной ладоней, ругаясь на входе.

Чу Сы щёлкнул пальцем, перенастроил коммуникатор в своей руке, прежде чем бросить его обратно в карман.

При свете фонаря Тана Чу Сы прищурился, глядя в сторону этих людей.

Та, что шла впереди, была хорошенькой девушкой, судя по всему, из города Менел. Её кожа была пронзительно яркой даже под ночным небом, а длинные тёмно-каштановые волосы были собраны в высокий хвост. Она была одета в облегающий жилет и военные брюки, совершенно не обращая внимания на длинный, более десяти сантиметров, шрам на обнажённой руке.

Сначала она бесстрастно сунула Тану под нос два средних пальца, затем бросила искоса высокомерный надменный взгляд на лицо Чу Сы в темноте.

Сразу же её красивые голубые глаза мгновенно расширились:

— Какого чёрта...

Чу Сы кивнул.

— Я сочту это приветствием, Ле Пен.

Ле Пен немедленно убрала пальцы, развернулась на каблуках, свела ноги вместе и поднесла пальцы ко лбу в знак приветствия.

— Прошу прощения, господин. Позвольте мне сделать это снова. Давно не виделись, офицер!

Люди позади услышали её и один за другим заметили лицо Чу Сы, мгновенно отбросив свою развязность, выстроившись рядом и вытянувшись по стойке смирно.

— Вот дерьмо!

Земля содрогнулась и небо задрожало.

Чу Си: «...»

Наконец-то все поняли, что происходит.

— Офицер! — снова крикнули они.

Чу Сы окинул взглядом их лица. Какое совпадение: он обучил всех пятерых людей, кто был здесь.

— Давно не виделись, — Чу Сы также поднёс два пальца к брови. Он не делал такого военного салюта с тех пор, как покинул тренировочный лагерь.

Хотя Саэ Ян отдал честь, когда он впервые появился, но этот жест, похожий скорее на бандитский, был настолько небрежным, что больше походил на насмешку. Забудьте об ответном жесте. Саэ Ян должен был быть благодарен, что человек, которому он отдал честь, не бросил в него туфлю.

Ле Пен закатила глаза и повернулась к Киму.

— Кто этот красавчик с косами и этот малыш? — она облизнула нижнюю губу. — Просто глядя на них, я чувствую голод. Я так давно не ела мяса, ах...

Ким: «...»

Он сухо рассмеялся, прежде чем шагнуть за спину Чу Сы.

— Почему вы, ребята, всегда говорите о том, чтобы есть людей? — прошептал Ким.

— Дурная привычка, подхваченная в лагере, — ответил Чу Сы. — Главарь подавал плохой пример. Ты можешь просто пожаловаться ему.

Этот крайне недружелюбный стиль речи оказался любимым у Саэ Яна. Тогда он заразил им своих подопечных в санатории, а позже заразил и своих сокомандников в тренировочном лагере. Потом это просто передавалось из поколения в поколение.

Но люди в конечном итоге забыли, откуда это взялось. За последние десять или около того лет имя «Саэ Ян», как единственное пятно на репутации специального тренировочного лагеря, стало запретным, то, что все, от высокопоставленных офицеров до курсантов, избегали его упоминания.

— Это… — Тан указал на Кима, но был прерван.

— Фергус Ким, — Ким назвал своё собственное имя из вежливости и погладил Маленькую Тобу по голове. — Это моя дочь.

— Какая хорошенькая маленькая девочка, — похвалил Тан. — Она совсем не похожа на тебя.

Ким: «...Почему в лагере не могут быть тактичными?»

— У этого мистера Фергуса полный зад ядовитых шипов, — сказал Тан, — и он может начать плакать, если ему придётся продолжать так стоять. Ле Пен, принеси аптечку. — Он ещё раз осмотрелся, прежде чем провести всех в самую большую комнату. — Давайте сначала зайдём внутрь.

Проследив за взглядом Тана, Чу Сы тоже огляделся по сторонам.

Эта база была окружена рядами высоких деревьев. Их опавшие мёртвые листья и сухие ветви были навалены друг на друга, образуя естественное гнездо, которое окружало базу.

Кроме деревьев, которые можно было бы спасти, поблизости не было ни малейших признаков жизни.

— Это наш обеденный зал, — просто сказал Тан, — который мы так же используем как наш конференц-зал и комнату для гостей, если у нас когда-нибудь будут гости. Комнаты вон там: моя, Джоэла, комната Ле Пен посередине, а дальше всех — комнаты Лю и Гейла. Это комната для расследований.

В столовой стояло несколько жёстких утопленных в землю низких стульев. Стулья были расставлены вокруг этой электрической плиты двойного назначения, на которой стояла возмутительно уродливая булькающая кастрюля.

Вскоре все расселись. Ле Пен обошла несколько комнат и принесла коробку с лекарствами.

— Иди, — кивнула она Киму, — ложись на тот ящик у стены и снимай штаны.

Ким: «???»

— Подожди, подожди, — вмешался Джоэл, парень с детским личиком. — Просто сядь на этот стул и дай мне лекарство и пинцет. — Он повернулся к Ле Пен. — Не могла бы ты хоть раз вести себя как леди?

Джоэл любезно привёл Кима в свою комнату, избавив его от неловкости снимать штаны на глазах у всех.

Ле Пен села на стул рядом с Чу Сы, как только дверь закрылась.

— Сэр, — начала Ле Пен, — на этой новой базе не так много комнат. Позже мы попросим Тана и Джоэла переехать в одну комнату. Лю и Гейл тоже съедутся вместе. Мы освободим две комнаты, чтобы вы, ребята, могли пока пожить в них. Как только мы получим достаточно материала, чтобы построить ещё несколько комнат, станет намного просторнее.

— Так почему же вы все здесь? — спросил Чу Сы. — Конечно, просто расскажите, что можете.

Компания посмотрела друг на друга.

— Честно говоря, — заговорил Тан, — нам всё равно нечего скрывать.

— Да, — добавила Ле Пен. — Изначально мы все одновременно получили задание: приехать в Форт Барни и тайно очистить шестнадцать надземных этажей восточной башни и два подземных этажа. Причём в очень сжатые сроки — они требовали, чтобы мы закончили уборку за пять дней.

Чу Сы нахмурился.

— Очистить восточную башню?

Инцидент в Форте Барни произошёл в 5567 году, вызванный неправильно зашифрованной командой, отправленной из форта. Затем это стало достоянием общественности, разоблачив группу повстанцев из числа военных и центрального правительства, которые вступали в сговор с другими планетами.

Маршал и командующий центральным правительством отреагировали быстро, немедленно перекрыв всю территорию Форта Барни. В течение следующих пяти дней и четырёх ночей они осматривали всё внутри и снаружи. Независимо от персонала или архивных сообщений и команд, ничего не было выпущено.

Весь подозрительный персонал был заключён под стражу, и все связанные с этим эксперименты и исследования были немедленно прекращены.

Группа повстанцев в конечном итоге была доведена до отчаяния и достала оружие.

Сильнее всего пострадали три места. Первым был военный исследовательский центр №3, где в то время находился Цзян Ци, приёмный отец Чу Сы. Его личная комната для экспериментов находилась на верхнем этаже. Возможно, он отслеживал данные, а может быть, откинулся на спинку стула с закрытыми глазами, когда повстанцы взорвали световую взрывчатку N11, уничтожив его и его исследовательскую комнату. Даже его праха не осталось.

Двумя другими местами были конференц-башня Белого Ястреба и восточная башня Форта Барни.

Больше всего пострадала восточная башня, разрушенная полностью. Она была так сильно разбомблена, что команде по очистке пришлось работать без остановки целый месяц, чтобы собрать все важные образцы.

После этого Форт Барни был закрыт навсегда.

Почему людей посылали тайно убирать здесь спустя сорок шесть лет после его закрытия? Что они должны были чистить?

— Разве это не странно? — добавил Тан, как только увидел выражение лица Чу Сы. — Мы тоже тогда подумали, что это было очень странно, но для нас было неуместно подвергать сомнению эту секретное задание уровня S. Я скажу вам, офицер, мы поняли, насколько нелепой была эта задача, только после прибытия в восточную башню.

— Пфф, — Тан жестикулировал, когда говорил, — мы изначально думали, что нас послали убрать секретные предметы или раскрыть какой-то высококлассный объект, но оказалось, что… он был просто полон металлических обломков, а также нескольких рухнувших консолей, разбитых стеклянных экранов, оборванных проводов… Нас всех послали подметать чёртов пол!

— Пять дней спустя, — сказала Ле Пен, — когда мы убирали последний этаж, то получили команду немедленно отступить. Честно говоря, это было очень подозрительно с самого начала. Они специально приказали нам покинуть восточные холмы, чтобы идти вдоль реки Гула, и там будет транспорт, который заберёт нас на болотах. К счастью, в последнюю минуту возникла ситуация, из-за которой мы задержались на два часа. В противном случае...

— В противном случае, — продолжил Тан, — в тот момент, когда планета взорвалась, у нас даже не было бы времени найти бункеры, не то что криокапсулы, и мы бы попали прямо в рай. — Тан подумал и добавил: — Но это была не самая тревожная проблема.

— О? — Чу Сы спросил: — Что ещё?

— Самая странная вещь произошла после того, как мы проснулись, — объяснил Тан. — О, два месяца назад мы начали просыпаться один за другим. В начале мы все останавливались под восточной башней в Форте Барни, но мы встретились с чем-то… — говоря это, он преувеличенно вздрогнул. — Чем-то чрезвычайно странным. Мы серьёзно не могли там больше оставаться, вот почему мы переехали сюда.

Глава 20 - Незваный гость

В то время, когда эти люди один за другим пришли в тренировочный лагерь, они, конечно же, были не без недостатков. Все они рвались вперёд, чтобы показать себя. Нет нужды говорить, что никто из них не был трусом. Чу Сы определённо не поверил в подлинность испуга Тана. Он махнул рукой и сказал: «Что такого странного в восточной башне?» «Ты же знаешь, что когда форт Барни был опечатан, производство криокапсул ещё не началось?» Сказал Тан. Чу Сы кивнул, конечно, он знал, приказ на производство криокапсул, которые сейчас используются повсеместно, был подписан им, когда он стал начальником. «Однако, представь себе, на втором подземном этаже Восточной башни есть помещение для оборудования. Там мы нашли морозильную камеру, очень похожую на криокапсулу, но рассчитана она не на одного человека.» Сказав это, Тан ухмыльнулся, он не смог сдержать улыбку, сквозившую отвращением, и стал активно жестикулировать обеими руками: «Это такая длинная и огромная постель! Когда планета взорвалась, выбирать нам не пришлось, и мы просто прыгнули туда. Кто ж знал, что в этом морозильнике был будильник, тем более не известно, кто его установил. Так 2 месяца назад мы и пробудились.» «Верно, то был механический мужской голос, который неоднократно повторял что-то вроде «заданное время истечёт через 2 минуты, и криокамера отключится».» Ле Пен закатила глаза и продолжала вспоминать. «После того как предупреждение повторилось 7-8 раз, начался обратный отсчёт, а затем криокамера автоматически открылась. Мы только проснулись и всё ещё были немного дезориентированы, поэтому не могли разобраться в ситуации. После пробуждения, обменявшись растерянным взглядами, мы стали решать, что делать дальше. Однако...» Девушка достала из кармана военных брюк устройство связи, прикусила язык и некоторое время что-то искала, затем вытянула его и повернула экран в сторону Чу Сы: «Командир, посмотрите, с тех пор каждый день на наши устройства связи автоматически приходит несколько сообщений.» Экран находился слишком близко, поэтому Чу Сы слегка отступил назад, и затем смог ясно увидеть строчки с информацией на нём: 17:51:12 Передача данных прервана, самоуничтожение приостановлено. 17:51:03 Начинается передача данных. 17:50:36 Команда поиска завершена, исходный номер команды S001 не найден. 17:48:25 Автоматический поиск указаний. Чу Сы поднял брови: «Сообщения от призрака?» «Да? Проклятье!» Ле Пен указала пальцем. Подобного рода информация заняла почти весь её экран, ей не было видно конца. «Каждый день к устройству связи автоматически подключается какая-то хрень неизвестного происхождения. Пока забудем о поиске команды S001, но что это за самоуничтожение?! Кто знает, хочет оно уничтожить данные или уничтожить нас, поэтому каждая передача принудительно нами прерывается.» Чу Сы спросил: «Вы проверили источник?» Ле Пен сунула устройство связи обратно в карман, похлопала по нему и ухмыльнулась: «Как же не проверить? Тан позаимствовал единственные 2 рабочие панели управления на первом этаже восточной башни, днями и ночами высматривая передвижение сигнала. В тот месяц мы работали посменно, одна группа разыскивала людей на улице, а другая просматривала коды слежения, но мы так и не смогли найти никакого источника вторжения.» «Не смогли найти ни других людей, ни источника вторжения...» Чу Сы немного поразмыслил и сказал: «В таком случае, вероятно, у него есть разрешение.» «Это сигнал, исходящий из стен форта Барни. К тому же, он очень хорошо зашифрован.» Тан щёлкнул пальцами, указал на Чу Сы и произнёс: «Командир, ты это хотел сказать? Пойдём вместе с нами! Однако мы все знаем, что это бесполезно.» В результате того инцидента восточная башня форта Барни была полностью разрушена. Хотя снаружи и не было никаких видимых повреждений, оборудование внутри находилось в полнейшем беспорядке. Тан с трудом смог найти 2 рабочие панели управления, а пользоваться ими было ещё сложнее. Эти 2 маленькие панели управления никогда не смогли бы создать такой хорошо скрытый сигнал. Источник сигнала, скорее всего, находится в самом сердце форта, где есть две главные диспетчерские, эквивалентные левому и правому «полушариям мозга» форта Барни. Как только они найдут способ войти в главную диспетчерскую, всё сразу встанет на свои места. «Как? У вас не было разрешения, когда вам приказали там прибраться?» Спросил Чу Сы. «Было, но доступ ограничен восточной башней. В центральную башню, а также в западную, южную и северную войти невозможно.» Тан дважды цокнул: «Короче говоря, эта миссия бессмысленна. Столкнувшись с призраками, будет ли открытие ещё одной двери стоить им жизни?» «Сначала мы были немного неосмотрительны и восприняли это как обычный местный сигнал. Как только он превышает определённый диапазон, его невозможно принять.» Ле Пен хлопнула себя по лбу и беспомощно протянула руку. «Итак, мы ушли оттуда. К счастью, у Джоэла был мини-модульный принтер. Мы сняли с восточной башни все энергоносители и строительные материалы, которые только могли, и построили в лесу модульный дом с несколькими комнатами, в результате... Хаа!» В первый же день, как только они съехали, действительно не получали никаких сообщений. На следующий день преследующий их призрак объявился вновь. На этот раз перед четырьмя сообщениями было ещё одно: «Перемещение завершено, координаты на карте 2856,1920.» Хуже всего было то, что там имелась ещё и реальная фотография, представляющая собой вид их дома спереди. После того, как они прервали процесс самоуничтожения, то немедленно снесли дом, который день назад только построили, и перенесли его в лес подальше от форта Барни. Однако им всё равно не удалось уйти. Сообщения не приходили ровно один день, а затем пришли снова. Таким образом они прошли весь путь от центральной части леса до опушки. «Согласно полученным нами реальным фотографиям, глаза в этом лесу буквально на каждом шагу... А так называемый мушиный глаз, о котором мы упоминали ранее, прозвище, которое мы дали этому устройству.» Объяснил Тан. «Мы пытались его найти, но проект был слишком большим, а результаты слишком жалкими.» Тан топнул ногами и встал: «На нашем нынешнем месте расположения мы оставались дольше всего. Не знаю, потому ли это, что оно близко к краю, но эта штука уже три дня находится в состоянии покоя. Однако, мы всегда помним, что как бы мы ни устали, всё равно должны оставить кого-нибудь на дежурстве, чтобы не быть застигнутыми врасплох при внезапном получении сообщения и успеть прервать самоуничтожение.» «Но, в конце концов, это всё ещё слишком пассивно.» Нахмурился Чу Сы. «Чрезвычайно пассивно! Хотя форт Барни уже давно опечатан, при его первоначальном строительстве использовались новейшие технологии, и была создана самая мощная система защиты.» Сказал Тан. «В то время мы прикидывали множество элегантных методов, но ничего не вышло! В конце концов, после долгих обсуждений, мы смогли поступить только таким образом...» Очень мягким тоном он описал Чу Сы результаты их обсуждения, сформулировав их одной общедоступной фразой. «Бам! Мать его!» «Да, поэтому мы кое-что сделали.» Ле Пен подмигнула ему и щёлкнула пальцами, чтобы привлечь внимание мужчины с короткой стрижкой: «Лю! Покажи те сокровища, которые ты сделал!» Тот год, когда он только поступил на военную службу, был самым весёлым временем. Лю был не особо разговорчив, и когда его дразнили, он застенчиво улыбался, показывая ямочку на одной щеке. Этот, казалось бы, нежный и честный человек лучше всех умел изготавливать различное самодельное смертоносное оружие. В тот год они решили поиграть с карманными бомбами, сделанными Лю, и в итоге взорвали свою комнату. Чу Сы очень отчётливо помнил этот инцидент и, естественно, догадался, что это за так называемое «сокровище». Чего и следовало ожидать, Лю встал и пошёл в свою спальню. Взяв сумку с карманными бомбочками размером с жемчужину, он обращался с ней так, будто держал на руках свою дочь. Чу Сы рассмеялся: «... Ты спишь с этими штуками каждый день, не боишься, что они отправят тебя к праотцам?» «Не каждый. Они свежеиспечённые, я закончил их только 3 часа назад.» Лю улыбнулся и ответил: «Завтра мы планируем отправиться в Ба...» Прежде чем он договорил, коммуникаторы нескольких человек одновременно зазвонили, и даже у Чу Сы. Выражения лиц всех присутствующих внезапно изменились. Тан даже не вынул его, чтобы взглянуть, он тут же влетел в комнату для расследований. «Бля, эта дрянь снова здесь! Принесите все устройства связи, сначала остановим самоуничтожение!» Чу Сы достал устройство связи и взглянул. Конечно же, это было сообщение с координатами и с прикреплённой к нему фотографией. Оно было точно таким же, как описали Ле Пен и другие. Он последовал за Ле Пен в комнату для расследований, Джоэл ворвался туда со своим устройством связи и Цзиня. Пальцы Тана, стучавшие по панели управления, были настолько быстры, что почти превратились в фантомов, а на экране с бешеной скоростью летали коды. «Вы ещё и панель управления восточной башни разобрали?» Спросил Чу Сы. Тан небрежно ответил: «Пришлось немного сжульничать! Быстрее давайте сюда свои коммуникаторы!» Он нажал последнюю клавишу, взял у всех устройства связи и один за другим потёр их о датчики на панели управления. Когда Чу Сы забрал свой коммуникатор, он увидел новое сообщение - передача данных прервана, самоуничтожение остановлено. На самом деле у него есть одна проблема, он не умеет отдыхать. Если бы, после такой угрозы, он всё ещё мог сидеть сложа руки и ждать, пока ему снова начнут угрожать, это был бы не он. Чу Сы бросил устройство связи обратно в карман, протянул руку к Лю и вздёрнул подбородок: «Где твои маленькие сокровища, дай мне парочку.» Лю: «Командир, ты сейчас собрался? Не лучше ли отдохнуть ночью?» «О, всё в порядке. Ребята, вы занимайтесь своими делами. Я пойду прогуляться.» Чу Сы достал несколько карманных бомб и стал перебирать их пальцами: «6? Маловато, подкинь ещё 3.» Лю: «...» Это не конфеты, а бомбы с высокой разрушительной мощью! Тан и Ле Пен в то время также были знаменитым скандальным дуэтом в тренировочном лагере. Едва услышав слова Чу Сы, они тут же переглянулись, подошли к Лю и улыбнулись: «Да Лю, дай нам тоже немного своих сокровищ, сообщения уже получены, зачем ждать завтра? Начнём пораньше!» П/П: 大dà - большой, старший «Вы...» Лю не знал, смеяться ему или плакать, поэтому он просто вложил им в руки все карманные бомбы: «Хорошо, хорошо, не будем медлить, пойдём вместе!» Детское личико Джоэл на мгновение заколебался: «А этот господин задница с косичкой и его дочь...» Как только он сказал это, маленькая швабра быстро взяла карманную бомбу из руки Чу Сы, посмотрела на него и с серьёзным видом встала рядом. Джоэл: «Эй...» Чу Сы: «Маленькая мисс Фергюс, эта штука не игрушка.» «Вы идите, а я останусь на базе и позабочусь о них. Господину косичке сейчас тяжело передвигаться.» Размышлял Джоэл. «Ладно! Не будем терять времени, пошли!» Тан махнул рукой, подзывая остальных, и первым побежал к выходу. Путь от базы до форта Барни был довольно долгим, даже при их натренированной скорости они шли почти 40 минут. «К счастью, здесь больше никого нет, взрывайте сколько душе угодно!» Сказал Тан Чу Сы, когда тот вышел из девственного леса. Там, где они стояли, был небольшой склон, спустившись по склону, они смогут войти в дверь на первом этаже восточной башни. Нужно пройти через эту дверь, а затем обойти полукруглую лужайку, чтобы добраться до главной двери центральной башни форта. Чу Сы прищурился, затем, последовав за Таном и Ле Пен вниз по пологому склону, сказал: «Тем не менее, разрушительная сила этих миниатюрных бомб всё-таки ограничена. Полностью пробить дверь будет сложно.» Ле Пен сказала: «Ничего страшного, мы и не надеялись на то, что сможем пробить дверь одним взрывом, нам достаточно лишь расшатать её по краям. В восточной башне больше ничего нет, но в нашем распоряжении есть кое-какие инструменты. Мы сможем взломать дверь, взорвав швы. Учитывая прочность материала, мы подсчитали, что взлом двери займёт почти два дня.» Тан усмехнулся: «Мы пережили два месяца, два дня - это ничто! Кроме того, это самый быстрый способ, который мы смогли придумать. Кто-то велел нам не брать с собой лучевые пушки!» Лю, услышав об оружии, приободрился, а затем тяжело вздохнул: «Я как бы скучаю по тем временам, когда мы могли спокойно пользоваться лучевыми пушками. Если поставить 4 штуки перед дверью, то эти врата ада уже невозможно будет закрыть.» Ле Пен ответила: «Ах, если появится ещё одна пушка на антивеществе типа А12, тогда ...» Тан закатил глаза и сказал: «Детки мои, хватит мечтать!» Чу Сы сделал паузу: «Пушки на антиматерии нет, но есть топливный бак с антиматерией. Однако...» «Нет, нет, нет, командир, мы просто хотим открыть дверь, мы не хотим взорвать к чертям собачьим весь форт Барни». Покачал головой Тан. Пока они разговаривали, то уже прошли через восточную башню. Дверь восточной башни была открыта. Видимо, эти ублюдки бежали так быстро, когда покидали это место, что даже не удосужились запереть дверь. «Топливная цистерна с антивеществом, это даже звучит смертельно опасно.» Шагая по полуизогнутой лужайке к двери, находящейся в самом сердце форта, Тан всё ещё сетовал на то, что идея Чу Сы слишком пугающая: «Это слишком безумно! Прекратите создавать проблемы! Я...» Он был на середине своего монолога, когда вдруг спросил: «Эээ. Подождите-ка! Почему я слышу звук по ту сторону двери? Это похоже...» «Это похоже на звук ударов ствола пистолета о металл.» Лю был чрезвычайно чувствителен к такого рода звукам и быстро ускорил шаг. Когда все обогнули самую большую дугу, то смогли издалека разглядеть ворота форта Барни. «Подождите!» Чу Сы вцепился в нескольких человек, которые всё ещё продолжали идти вперёд. В тот момент, когда они остановились, рядом с воротами внезапно прогремел оглушительный взрыв. Пламя, окутанное плотным слоем дыма, взметнулось прямо в небо, подобно гигантскому облаку, накрывшему землю в этом бесконечном море звёзд. Бум... Второе облако. Бум... Третье облако. Когда Тана прибило к земле, он на некоторое время потерялся в пространстве, затем, с трудом подняв голову, в шоке уставился на три гигантских облака и произнёс два слова: «Я... Бля?..» «Кха-кха... Форт Барни действительно взлетит к небесам! Что происходит? Кто этот сумасшедший?» Ле Пен закашлялась из-за пыли и тупо уставилась на Чу Сы. Чу Сы: «...» Внезапно у меня появилось плохое предчувствие. Изо всех сил пытаясь встать, Тан произнёс: «Бля, как хорошо, что мы находимся на территории форта Барни, и каждая стена имеет взрывозащитную функцию, блокируя некоторую силу взрыва, иначе сейчас мы бы уже превратились в горстку пепла.» Чу Сы встал и собирался что-то сказать, как вдруг почувствовал, как кто-то похлопал его по макушке. Он нахмурился и повернул голову. «Кто?» «Кто же ещё это может быть, мой командир?» Томный голос Саэ Яна раздался над головами всех присутствующих. Чу Сы сделал два шага в сторону, поднял голову и, проследив за звуком, увидел Саэ Яна, стоящего на стене, возвышающейся над их головами. Одну руку он засунул в карман, а в другой держал серебряный металлический ствол, который выглядел очень знакомым. Он снисходительно улыбнулся Чу Сы и, растягивая слова, спросил: «Дорогой, зачем ты пробираешься сюда с этой кучкой идиотов?»

Глава 21 - Для меня большая честь познакомиться с вами

Ни Тан, ни Ле Пен не могли похвастаться покладистыми характерами. Кто-то неизвестного происхождения с самого начала обозвал их «идиотами», и это, естественно, никого не обрадовало. Даже Лю, который всегда был немного застенчив, поднял брови. «Сам ты, блять, идиот!» Открыв рот, ответил Тан, а затем машинально поднял два средних пальца.  Однако, прежде чем он успел выпрямить пальцы, Чу Сы, словно у него на затылке появились глаза, отодвинул их назад. «Эй?» Тан и Ле Пен опешили. Саэ Ян усмехнулся, снова закинул ствол на плечо, под очками прищурил левый глаз и перевёл прицел на Тана. Это движение было сделано без всякого предупреждения. Зрачки Тана сузились, и кровь в жилах мгновенно застыла. Фью... Свист воздушного потока, рассекаемого орудийным стволом, был лёгким и быстрым. Тан почувствовал, как поток воздуха ударил его под коленями, они смягчились словно в результате условного рефлекса, и он с хлопком опустился на землю. Тан: «...» Саэ Ян пожал плечами: «К сожалению, снаряды закончились». Тану хотелось выблевать кишки прямо ему в лицо. Он встал и собирался пнуть ногой в стену: «Мне жаль твоего отца. Это же, мать её, ракетная установка Р-72! Ты таким образом приветствуешь людей? Ты, ёб твою мать, кто вообще такой?» Ле Пен потянула его и сказала: «Успокойся». Вытаскивая при этом карманную бомбу. Лю: «...» Вы оба успокойтесь. Не говоря ни слова, он сунул карманную бомбу Ле Пен обратно в карман и настороженно посмотрел на незваного гостя на стене. Не прошло и двух секунд после того, как хулиган Саэ Ян появился, а у Чу Сы уже разболелась голова. Он прочно завладел ненавистью всей публики и настолько расстроил некоторых людей, что им захотелось засучить рукава и прямо на месте забить его до смерти. Это тоже можно рассматривать как своего рода талант. «Может ты хотя бы на день остановишься и перестанешь наживать себе врагов?» Сердито сказал Чу Сы Саэ Яну. «Слишком скучно». Усмехнулся Саэ Ян. «Однако, если это может привлечь внимание командира, то иметь врагов не так уж и плохо». Чу Сы: «Предлагаю тебе выстрелить из ракетной установки себе в голову, чтобы очистить разум. Искренне напоминаю, если ты наживёшь себе слишком много врагов, то однажды тебя настигнет расплата». Саэ наклонил голову и прищурился, в невозмутимом взгляде его почти прозрачных глаз читался опасный намёк: «Искренне напоминаю, выбрасывание людей в космос, не сказав ни слова, также однажды приведёт к возмездию». Чу Сы: «...» Командир Чу, который редко занимался переосмыслением собственных действий, на мгновение почувствовал себя немного неправым. Но вскоре осознал, что это совершенно бессмысленно, и спокойно ответил: «Это не я тебя вышвырнул. Иди требуй ответа от заики». Саэ Ян, казалось, ждал этой фразы. Услышав её, он опустил глаза и снова засмеялся. Он лениво промычал «мгм» и сказал: «Я тоже так подумал, поэтому разобрал заику.» «...» Чу Сы показалось, что он ослышался: «Ты что?» Саэ коснулся своей поясницы и, кажется, сорвал оттуда какую-то вещь. Это был полуметаллический, полупрозрачный серебристый куб, похожий на старый жёсткий диск, очень тонкий, размером с половину ладони. Он встряхнул этот кубик, и из него послышался прерывистый механический голос: «Разобранная на части система Ок-ок-ок-око небес к вашим услугам. Какие будут указания?» Закончив говорить, кубик всхлипнул, словно человек. Чу Сы: «...» Ничего не сказав, он взглянул на ядро разобранной на части системы «Око небес» и спросил Саэ: «Каким маршрутом ты добрался сюда?» «Эта заика выкинула меня из тюрьмы как раз в тот момент, когда я собирался закрыть глаза и немного отдохнуть. К счастью, в это время я ещё не спал, поэтому одолжил в дежурной комнате трос, которым пользуются тюремные охранники. Когда меня выкинуло, я открыл дверь и накинул трос на драконью колонну, и как только покрепче зацепился за скалу, эта умственно отсталая хрень совершила скачок.» Сказав это, Саэ усмехнулся. Небесный глаз снова всхлипнула, и прозвучало это весьма жалко. Оставалось лишь благодарить драконью колонну за то, что он не был закрыт её щитом, а когда умственно отсталая система «Око небес» начала совершать скачок, мелкие фрагменты планеты были приняты ею за собственный хвост и помещены под защитный купол, иначе во время скачка Саэ Яна разорвало бы на куски. Он ухватился за край стены одной рукой, перевернулся и спрыгнул вниз. Когда он приземлился перед Чу Сы, то коротко рассмеялся: «Изначально я планировал пробраться снизу, но эта идиотка совершила второй скачок...» Чу Сы: «...» Второй скачок был его приказом. Он закашлялся и наклонил голову, чтобы скрыть выражение своего лица. Тан и Ле Пен всё ещё злились, но им пришлось обратить внимание на то, что только что сказал Саэ Ян. Некоторые ключевые слова, сказанные им, действительно вызывали негодование... Что значит «выкинули из тюрьмы»? А ещё, что значит «ухватиться абордажным тросом за драконью колонну»??? Всем известно, что драконья колонна — вещь чрезвычайно нелогичная. Если кто-то подойдёт слишком близко, то мгновенно превратится в мясное пюре. Если вы наденете на неё что-то вроде верёвки, то эта верёвка тоже попадёт под влияние энергетического поля, генерируемого драконьей колонной. Если в это время дотронуться до троса, то этого человека неминуемо ждёт море крови и открытые раны, даже если прикосновение было едва заметным. Однако... Некоторые из них с опаской взглянули на руки Саэ Яна. Не было ни крови, ни оголённой плоти, да и кожа была в полном порядке, не было никаких явных ран. Нахмуренные брови Тана смогли бы раздавить целую кучу комаров. Он понизил голос и процедил сквозь зубы: «Что происходит с этим человеком? Он всё ещё человек?» Прежде чем Ле Пен успела открыть рот, Саэ Ян взглянул на него и спросил: «Я не расслышал, что ты там бормочешь?» Тан: «...» Он подавил желание показать этому человеку средний палец, его взгляд скользнул по чёрному металлическому браслету на руке Саэ. Он повернул голову и с некоторым удивлением спросил Чу Сы: «Человек из космической тюрьмы? Разве он сейчас не должен быть в тюрьме?!» Чу Сы сердито ответил: «Даже тюрьма не может удержать его. Он сбежал.» Все присутствующие: «...» Они почувствовали, что на их лицах нет другого выражения, кроме вопросительного. Почему сбежавший заключённый может вот так, лицом к лицу, разговаривать с начальником тюрьмы? Разве его не следует арестовать, без слов и объяснений? Тан понизил голос и напомнил: «Командир, если честно, у нас с собой много боеприпасов. Если хотите поймать...» Саэ Ян поднял брови, опустил голову и чего-то коснулся, затем раскрыл ладонь и лениво сказал: «Какое совпадение, у меня здесь тоже есть пара карманных бомб из антиматерии.» Все присутствующие: «...» На его ладони лежали микроскопические бомбы, каждая из которых была размером с рисовое зёрнышко. Не считая специальной обработки снаружи бомб, общее содержание антивещества в этих малышках составляло максимум 30-40 миллиграммов. На первый взгляд не так уж и много, но этого достаточно, чтобы полностью уничтожить весь этот фрагмент планеты. Чу Сы больше не мог этого выносить и спросил Саэ: «Итак, с тех пор как мы пристыковались, ты всё время бродил здесь? С какой целью ты прибыл в форт Барни?» «А ты отгадай?» Этот хулиган подмигнул ему и пошёл к воротам, направив на них ствол ракетной установки. Чу Сы какое-то время смотрел ему в спину, а затем, не оглядываясь, махнул идиотам позади себя: «Идём, не позволяйте другим обойти вас.» Хотя Саэ так и не назвал причину, однако, судя по его нынешним действиям, против них он ничего не имел. Тан и остальные переглянулись и последовали за ним. «Командир, кто он?» Снова задала вопрос Ле Пен. Чу Сы спокойно ответил: «Его зовут Саэ Ян, возможно, вы о нём слышали.» Все машинально кивнули: «О.» Чу Сы не стал дожидаться их реакции, а приблизился к Саэ Яну и сказал: «Не сочти за трудность вернуть те вещи, что у тебя в руках, господин сбежавший заключённый. Неужели ты настолько бесстыдный, что украл чужое оружие?» Саэ Ян не обернулся. Орудийный ствол на его плече покачивался в такт шагам. С улыбкой в голосе он произнёс: «Командир, я отчётливо помню, что ты выбросил его после использования. Я всего лишь утилизировал отходы и нашёл немного полезного наполнителя в топливном отсеке. Невозможно, чтобы ты не считался со здравым смыслом.» «Я никогда не считался со здравым смыслом. И ещё, потрудись вернуть мои защитные очки законному владельцу. Спасибо.» Сказал Чу Сы. На этот раз Саэ просто развернулся спиной к воротам центральной башни форта и, попятившись, развёл руки перед Чу Сы. Он стоял на фоне не рассеявшегося света, огня и пылевого тумана, застилавшего всё небо. Он улыбнулся и сказал: «Пожалуйста, подойди и забери.» Чу Сы: «...» Всё-таки тебе лучше вознестись на небеса вместе с ракетной установкой. Стоит отметить, что метод Саэ Яна по открытию двери варварской бомбардировкой был очень эффективным. Центральные ворота форта были снесены, а высокие защитные стены с обеих сторон были деформированы, напоминая окровавленную пасть зверя с обнажёнными клыками. Они с Чу Сы друг за другом вошли в отверстие, где раньше была дверь, и нащупали аварийный выключатель. С жужжанием вся центральная башня форта постепенно осветилась сверху донизу. Они находились на первом этаже в восточной части. Различные высокоточные инструменты, большие и маленькие, были размещены в огромном пространстве, простирающемся от самой высокой точки башни до самого низа. Разговаривая здесь, можно было услышать небольшое эхо. Главный оперативный центр находился под землёй, и они вдвоём спустились вниз по лестнице, находившейся сбоку. Спустившись на минус первый этаж, Чу Сы обернулся и позвал трёх маленьких идиотов: «Поторопитесь». В результате это слово каким-то образом напугало троих «лунатиков». Тан открыл рот и посмотрел на Саэ Яна, только что наконец-то осознав, кто этот человек. Он промямлил «ни хуя себе», и его ноги стали ватными, он скатился по лестнице, сбив Ле Пен и Лю, которые были на два шага впереди него. Все трое так и не успели подняться. Они просили Чу Сы: «Командир, кто это, Вы сказали? Саэ Ян???» Чу Сы: «...» Саэ усмехнулся: «Рефлекторные дуги этих кретинов смогли бы обогнуть всю вселенную около 300 раз.» *минутка биологии) Рефлекторная дуга — это путь, по которому раздражение (сигнал) от рецептора проходит к исполнительному органу.

Глава 22 - Спасаясь от смерти

Как бы то ни было, все эти люди были выращены Чу Сы. Когда они все дружно упали перед Саэ Яном на пол, Чу Сы почувствовал, что тоже потерял лицо. Он обречённо вздохнул и сказал: «Дамы и господа, пообещайте мне, что когда мы отсюда выберемся, вы и словом не обмолвитесь о том, что проходили обучение в специальном тренировочном лагере, хорошо?» Троица: «А?» «А что? Будьте так любезны, встаньте и подойдите сюда.» Бесстрастно сказал Чу Сы. У выпускников тренировочного лагеря были специфические условные рефлексы, особенно у тех, кого тренировал Чу Сы. Услышав это, они мигом подскочили и чуть ли не побежали, чтобы построиться в шеренгу, собираясь устроить перекличку. Они все вместе стояли на транспортировочной платформе в центре. Все служащие, имеющие отношение к высокоточным конфиденциальным устройствам, были знакомы с этой штукой. Раньше подобные транспортировочные платформы использовались для перемещения между более чем 70 этажами здания безопасности, однако то была обновлённая версия, более высокотехнологичная и качественная, чем эта. Эта штука немного похожа на стеклянный лифт былых времён. Как только человек в неё заходит, начинается сканирование и считывание его ДНК, затем проводится сравнение с внутренними файлами здания и информацией о прибывшем. Только те, чья личность была подтверждена, могли благополучно начать процесс перемещения. Незваные гости, с помощью сенсорного датчика, будут лишены всех чувств и заблокированы в самом низу до тех пор, пока их не лишат ног, чтобы они уж наверняка больше не смогли двигаться. Чу Сы ежедневно спускался и поднимался с помощью этой штуки, и уже давно к этому привык. Он поднял руку и машинально нажал на старт, сканирование запустилось автоматически. В тот момент, когда красный свет пронёсся под его ладонью, он внезапно среагировал и резко одёрнул руку: «...» Он случайно счёл это место зданием безопасности. В здании безопасности он обладал самым высоким уровнем полномочий. Конечно, у него был беспрепятственный доступ в любой уголок здания. Он мог положить ладонь на сканер, не опасаясь того, что проверка не удастся. Но здесь всё по-другому – это форт Барни. Несмотря на то, что эта старая версия транспортировочной платформы, похоже, требует только проверку личности, уровень безопасность здесь не так уж высок, но... Откуда бы ему иметь полномочия в месте, которое было опечатано, когда ему было всего 14 лет? Прежде чем трое идиотов успели отреагировать, Саэ Ян шутливым тоном произнёс: «Наш командир тоже иногда бывает беспечным и безрассудным, тем не менее, это не имеет значения.» Он достал центральный процессор разобранной системы «Око небес» и подмигнул Чу Сы: «Я ненавижу убирать беспорядок за другими людьми, но если это ты, командир, то могу это сделать...» Прежде чем он успел закончить, его прервал странный механический голос: «Проверка личности пройдена, транспортировочная платформа активирована.» Транспортировочная платформа отозвалась тихим звуком, задрожала и медленно опустилась на следующий уровень. Саэ Ян: «...» Три идиота: «...» Даже Чу Сы озадаченно посмотрел на свои ладони, затем, нахмурившись, сказал: «Пройдена?» Прозрачные глаза Саэ Яна забегали, осматривая Чу Сы сверху до низу, и, наконец, он пристально посмотрел ему в глаза, словно глядя на добычу, которая находилась в непосредственной близости. Чу Сы не любил, когда кто-то на него так смотрел, так как не мог понять, чем этот пристальный взгляд являлся на самом деле. Короче говоря, у него появлялось некоторое чувство угнетённости. Больше всего командира Чу Сы, который поддавался на ласку, а не на принуждение, беспокоило именно так называемое «чувство угнетённости». Когда он почувствовал себя не в своей тарелке, Саэ Ян внезапно снова изменился в лице. Он скривил губы и протянул руку, чтобы коснуться сканера. Красный свет пронёсся под его ладонью. Механический голос прозвучал снова: «Проверка личности пройдена.» Саэ усмехнулся: «Так и знал. В конце концов, эту штуку не обновляли уже 50 лет. Думаю, даже собака сможет пройти проверку, если прикоснётся к ней. А? Не хотите попробовать?» Три идиота: «...» Что ты, мать твою, имеешь в виду?! Тан, имея скверный характер, уже собирался засучить рукава, однако на середине этого действия резко вспомнил, кем является этот ублюдок. Он замер и с выражением лица, будто съел крысиный яд, снова их опустил. Чу Сы исподлобья посмотрел на Саэ Яна: «Ты ведь не собираешься сегодня участвовать в массовой потасовке, верно?» Саэ улыбнулся ему: «Дорогой, ты напрасно меня обижаешь, я всего лишь чуть более прямолинейный.» «Ага, ты всегда прав.» Сказал Чу Сы. Тан внезапно обернулся и со странным выражением лица посмотрел на Ле Пен. Ле Пен в свою очередь посмотрела на Лю. Лю не отвлекался и не смотрел куда не следует: «...» Не смотри на меня. Я тоже ничего не понимаю. Второй подземный этаж в восточном крыле центральной башни форта, высотой более 40 метров, является одним из самых больших помещений во всей центральной башне. В то время как второй подземный этаж в западном крыле сверху до низу заставлен огромным и сложным оборудованием, имеющим холодный и величественный вид. Когда транспортировочная платформа достигла низа, отверстие наверху было закрыто, а медные и железные стены заперли их в пространстве второго подземного этажа. Однако дверь транспортировочной платформы даже не шелохнулась. «А?» Тан поднял руку и, нахмурившись, похлопал по прозрачной двери: «Эта дверь не могла постареть, верно? Почему же она такая медленная?» Едва он закончил говорить, как с пускового устройства снова раздался механический голос: «Источник команды начинает проверку.» «Источник команды? Что за источник команды?» Ле Пен обернулась: «Эти слова кажутся знакомыми.» Динь... «Источник команды S001 не может быть обнаружен.» Механический голос снова прозвучал без каких-либо колебаний. Выражения лиц Ле Пен и других внезапно изменились: «Бля! S001? Вот откуда взялась эта хрень!» Они подсознательно вынули свои коммуникаторы, но на этот раз сообщений не было. Механический голос продолжил: «Ошибка идентификации, активирована программа самоуничтожения, обратный отсчёт – 5...» В тот момент, когда была произнесена цифра «5», из верха герметичного стеклянного цилиндра транспортировочной платформы внезапно выступил ряд чёрных дыр. Все были шокированы. «4...» Тан тут же вытащил из кармана пригоршню бомб, Лю удержал его руку и закричал: «Ты сошёл с ума? В таком тесном пространстве нас самих разорвёт!» «3...» Бах... Они были поражены резким звуком позади себя и подумали, что сумасшедший Саэ Ян собирается снова, не считаясь ни с кем, бомбить форт. Обернувшись, они обнаружили, что он стоит рядом с пусковым устройством. Разбитая крышка пускового устройства валялась на полу, обнажив сложные микросхемы и проводку. «2...» Саэ, не поднимая головы, протянул руку. «Коммун...» Не успел он договорить, как Чу Сы уже собрал у всех коммуникаторы и бросил ему. Саэ взял их в руки и присвистнул: «Я очень рад, что даже спустя столько лет...» «Заткнись и пошевеливайся.» Сказав это, Чу Сы посмотрел на черную дыру над своей головой. «1...» Саэ ловко соединил все устройства связи, ввёл пальцами длинную строку символов на одном из них, а затем просто подключил к нему центральный процессор системы «Око небес». «Подготовка жидкого азота...» Как только Чу Сы это услышал, он тут же поднял ракетную установку, которую Саэ прислонил к ноге, и закинул себе на плечо. Он также взял из руки Лю пригоршню карманных бомб и отправил их все по намеченной траектории. В тот момент, когда жидкий азот хлынул наружу, Чу Сы уже открыл артиллерийский огонь по распылительному отверстию над его головой. Когда прогремел взрыв, вся центральная башня форта содрогнулась. «Вот дерьмо...» Тан и остальные подпрыгнули. Если бы не заграждение, они к этому времени были бы уже мертвы. В таком герметичном месте оружие такой убойной силы могло взорвать их в любой момент. Нужно быть сумасшедшим, чтобы решиться на такое! «Чего подпрыгнули?! Не ваши же квартиры взорвали?» Небрежно бросил Чу Сы. Он прищурился и сквозь прицел устремил взгляд на свет огня в пробитом взрывом отверстии. Саэ Ян, чувствуя себя чрезвычайно потрясенным, громко рассмеялся. Он прикусил кончик языка, поднял глаза и мельком взглянул наверх, тем временем движение его пальцев не прекращалось ни на миг. Таким образом он выкроил немного времени, поднял правую руку и щелкнул пальцами около уха Чу Сы: «Как и ожидалось от моего командира!» «Бля, займись делом!» Чу Сы угрожающе двинул стволом ракетной установки, будто если Саэ потратит ещё хоть одну секунду, он снесёт голову этому негодяю. В тот момент, когда вспыхнул огонь, запредельно высокая температура мгновенно испарила жидкий азот. Сгустившийся туман устремился вниз, окутав их волной обжигающего жара. Динь... Знакомый механический голос системы «Око небес» был подобен звуку природы: «Данные о помехах успешно распространены.» Все электрические экраны на втором подземном этаже восточного крыла центральной башни форта неожиданно включились. Было похоже, будто гигантский зверь внезапно распахнул глаза. Разобранное пусковое устройство снова пикнуло: «Разблокировка прошла успешно, начался процесс очистки.» В тот момент, когда густой туман наполнил транспортировочную платформу, стеклянная дверь неожиданно открылась. Яркий белый свет ослепил Чу Сы, и в критический момент снова проявилась его застарелая болезнь. Он почувствовал, как кто-то тянется к его запястью, и тут же повернулся в том направлении. Звук удара ракетной установки о землю был чрезвычайно резким. Чу Сы закрыл глаза и снова открыл их. Сопло наверху издало «жужжащий» звук, и огромная сила всасывания мгновенно втянула обратно весь густой туман, огонь и волны жара. Под стеклянной крышкой транспортировочной платформы остался лишь лёгкий туман, который в мгновение ока полностью исчез. Тан был ближе всех к Чу Сы. Он рухнул на землю и в замешательстве пробормотал: «Бля? Это нормально?» «Благодарю.» Чу Сы расслабил плечи и бросил ему лишь одно слово, затем повернулся и встал. Держа в руках ракетную установку, он поверхностно осмотрел её. Тан: «А?» «Потянул меня за собой.» Небрежно сказал Чу Сы. Тан: «А?» Когда Ле Пен и Лю тоже поднялись с земли, Саэ уже снова вошёл в стеклянную дверь и постучал по коммуникатору. Из приборов на стенах тут же послышался голос, будто находившийся под действием каких-то препаратов. «Источник команды S001» «Поиск источника команды» «S001 запуск» «Источник команды повреждён» «Ошибка программы» Бип... Все присутствующие: «...» Саэ вытащил все коммуникаторы и, держа их в руках, язвительно рассмеялся над механическим голосом, у которого, кажется, случился рецидив старой болезни. Вальяжно прислонившись к стеклянной двери, он взял коммуникаторы, небрежно взглянул на них и сказал: «Все устройства связи перепутались...» Прежде чем он успел договорить, Ле Пен подняла руку и сказала: «Мой.» Саэ поднял руку, перебросил его ей и взял следующий: «Этот выглядит так, словно его погрызла собака?» Тан сухо ответил: «Мой.» Саэ перебросил его Тану. Он включил оставшиеся два и взглянул на экраны. Подняв брови, он выбрал один и швырнул его прямо в сторону Лю. Лю: «...» «Командир, подойди и возьми свой коммуникатор.» Саэ посмотрел на Чу Сы и потряс перед ним тонкой пластиной. Чу Сы: «Бросай.» Растягивая слова, Саэ произнёс: «Только что, когда длинноногий командир вслепую шарил вокруг, я притянул его. Не стоит ли выразить благодарность?» Он сделал паузу, затем прищурился и добавил: «Этому человеку?» «...» Чу Сы около трёх секунд смотрел на него и затем ответил: «Спасибо.» Саэ: «Не за что.» Сказав это, он подошёл и похлопал коммуникатором по руке Чу Сы. Чу Сы, наконец, не сдержался: «Что ты ведёшь себя как ребёнок?» «Я взрослый, физически развитый человек. Спасибо за беспокойство, командир.» Пока Саэ говорил, то уже обошёл Чу Сы и направился прямо к центральной панели управления: «Дай-ка я посмотрю, где этот непослушный 50001.» Чу Сы: «...» Бля, почему это так странно звучит?

Глава 23 - Враги встречаются

«Вам действительно так интересно, что за связь у меня была с вашим офицером?»

Учитывая, что он сам был проклятым 50001, Чу Сы, естественно, не мог пропустить весь процесс охоты Саэ Яна на «самозванца».

Будучи половиной мозга Центрального Форта, второй подвальный уровень восточного крыла хранил невообразимо огромное количество данных. Хотя последняя официальная операция была проведена более сорока лет назад, как крупнейшая супербаза на планете, которая до сих пор не имеет себе равных, сама система управления данными по-прежнему была невероятно сложной. Было бы очень сложно взломать её, когда она работает в обычном режиме.

Поэтому Саэ Ян решил сыграть злую шутку. Используя Божественное Око, эту внешнюю интеллектуальную систему в качестве источника помех, он заставил мозг восточного крыла форта Барни подсознательно отвергнуть её.

Всё было в порядке, когда цель была неактивна, но как только она станет активной, то будет очень уязвимой. В этот момент глушители сигналов, распространяющиеся в этой точке, быстро проникнут в цель, мгновенно сведя с ума всё восточное крыло, словно вирус.

— Идиотизм заразителен, это абсолютно верно, — Саэ Ян опёрся о консоль, небрежно нажимая клавиши и ругая Божественное Око, одновременно распоряжаясь им.

Цзинь...

Голос Божественного Ока исходил из-под стеклянной крышки с безупречным произношением.

[Дружеское напоминание: Заключённый N57021225, господин Саэ Ян, вы такой жестокий.]

Это устройство, зная, что сейчас от него все зависят, внезапно осмелело.

Саэ Ян с радостью принял это замечание, нажав на кнопку подтверждения, одновременно наклонив голову, чтобы посмотреть на экран.

— О, спасибо за комплимент.

Чу Сы подошёл к консоли.

— При всём моём уважении, это так бесстыдно с твоей стороны.

Саэ Ян рассмеялся.

— Взаимно.

Чу Сы взглянул на большой экран, заполненный сложными данными и, засунув одну руку в карман, а другой осторожно пролистывая коммуникатор, открыл каждую программу, чтобы проверить её. На полпути он поднял глаза и увидел, что Саэ Ян повернул к нему голову.

— Что? — сказал он, слегка улыбаясь. — Ты так беспокоишься только потому, что коммуникатор прошёл через мои руки?

— У тебя действительно есть послужной список, — равнодушно сказал Чу Сы.

Когда Чу Сы впервые попал в санаторий, он и Саэ Ян были крайне враждебны друг к другу. Тогда Чу Сы был мрачен и молчалив, а последствия сиротского приюта вызывали у него сильные длительные головные боли, поэтому он плохо спал. Это было так, как если бы он был покрыт шипами, готовыми уколоть любого, кто приближался, и пока он мог использовать свои кулаки, он никогда ничего не говорил. Если бы он и Саэ Ян, этот прирождённый мятежник, объединили свои силы, они могли бы вызвать региональное землетрясение.

Подростковые годы были адским временем, прямо в бунтарской стадии, когда им нравилось сражаться с людьми. В глубине души они действительно были в чём-то очень похожи. Единственная разница заключалась в том, что Чу Сы умирал за то, чтобы весь мир оставил его в покое, в то время как Саэ Ян каждый день был готов сделать, что угодно, чтобы досадить всему миру.

Даже смотрители в санатории постоянно были начеку, пытаясь разнять их и не дать им столкнуться друг с другом. Но они могли остановить только Чу Сы, что касается Саэ Яна, это было невозможно.

Это потому, что Саэ Ян прекрасно умел использовать любую возможность, чтобы причинить неприятности.

Если что-то проходило через его руки, никто не осмелился бы спокойно использовать это снова, даже если бы он прикасался к этому чему-то всего секунд десять.

Конечно, только если бы он был заинтересован.

Коммуникатор Чу Сы, наушники, физиологические мониторы и так далее побывали в его руках.

К счастью, такое состояние Саэ Яна продлилось всего год. Затем он, казалось, окончательно исчерпал эту энергию, постепенно становясь ленивым. Он выглядел ленивым, даже пытаясь найти острые ощущения.

Несмотря на то что это длилось очень недолго, с тех пор Чу Сы, по крайней мере, запомнил одно: когда вы не на одной стороне с Саэ Яном и у вас разные цели, не позволяйте ему ни к чему прикасаться.

Саэ Ян, по-видимому, беспомощный из-за бдительности Чу Сы, вздохнул.

— Мой дорогой, на этот раз ты действительно слишком много волнуешься по пустякам. Ты действительно думаешь, что у меня было достаточно времени и энергии, чтобы что-то сделать с твоим коммуникатором, когда нам угрожали жидкий азот и оружейные стволы? Конечно, для меня большая честь получить столь высокую оценку от вас, офицер.

— Как будто это на самом деле правда, — всё ещё безжалостно говорил Чу Сы. — К сожалению, я не верю ни единому твоему слову.

Но на самом деле Саэ Ян вёл себя вполне разумно. В такой ситуации ни один здравомыслящий человек никогда не стал бы отвлекаться на другие трюки, это было бы азартной игрой, когда на кону жизнь.

Чу Сы опустил глаза, его пальцы всё ещё упрямо стучали по последней непроверенной программе.

Как раз в тот момент, когда он просмотрел коммуникатор и был готов убрать его, экран внезапно вспыхнул звёздами. Сверху донизу вспыхивали всевозможные похожие на тарабарщину искры, такие яркие, что Чу Сы пришлось прищуриться. Затем экран сразу же превратился в огромное и спокойное море звёзд. Затем встроенный в коммуникатор электронный голос внезапно заговорил скорбным и торжественным тоном: [Сюрприз для офицера Чу, который определённо проверил бы коммуникатор.]

В то же время Саэ Ян печатал на клавиатуре, шевеля губами синхронно со звуком, даже не оглядываясь.

— ...Тебе действительно нужно так безжалостно доказывать, что ты серьёзно болен? — спросил Чу Сы.

Но Саэ Ян не ответил и даже не взглянул на Чу Сы. Его чрезвычайно светлые глаза оставались неподвижными, уставившись на экран, который напоминал тонкое и холодное стекло, когда быстро движущиеся символы отражались в его глазах. Вместо этого уголки его губ изогнулись в улыбке, прежде чем быстро опуститься.

Когда этот человек не улыбался и не щурил глаза, очертания его профиля были чёткими и глубокими, а аура, которую он излучал, не была ни легкомысленной, ни высокомерной, а просто неприступо холодной.

Коммуникатор Чу Сы мог быть повреждён лишь чуть-чуть. Вероятно, потому что Саэ Ян торопился, когда загружал это, даже Чу Сы, который не был специалистом, мог стереть его.

Но эта крошечная маленькая программа не мешала Чу Сы двигать своими драгоценными пальцами. Огромное и тихое звёздное небо появилось всего на пять секунд, прежде чем появилось уведомление, указывающее, что ненужная программа была автоматически удалена.

Очевидно, у Саэ Яна просто была пара беспокойных рук, и ему больше нечем было заняться.

Тан и Ле Пен недоверчиво наблюдали за этими двумя и одновременно повернули головы к тихому Лю.

— Эх, тогда наша банда всегда полагалась на тебя в получении информации — самое большее, ты бы просто держал её при себе. Ты... слышал что-нибудь о нашем офицере и этом человеке? — тайно спросили они Лю.

— Я знаю только, что они знали друг друга, — ответил Лю. — Говорят, что их отношения были ужасными. Я больше ничего не знаю.

Ле Пен закатила глаза.

— Чепуха, все об этом слышали. Но... их отношения на самом деле совсем не выглядят настолько уж плохими.

Лю развёл руками.

— Кто, чёрт возьми, знает.

— Пожалуйста, в будущем держите свой шёпот при себе, — холодно заметил Чу Сы. — Особенно перед человеком, которого обсуждаете.

В этом проклятом месте легко разносилось эхо... даже шёпот был бы усилен, из-за чего его было легко услышать.

Но Саэ Ян усмехнулся:

— Вам действительно так интересно, что за связь у меня была с вашим офицером?

Он тут же взглянул на них краем глаза, небрежно нажимая пальцем на последнюю клавишу. В следующий момент вся стена экранов обновилась на той же странице, что было очень захватывающе.

— Офицер Чу, у меня для тебя хорошие новости. Твой дражайший враг Саэ Ян помог тебе поймать 50001 за косичку.

Глава 24 - Полуночный побег

Даже что-то хорошее, сказанное устами Саэ Яна, всё равно будет звучать с лёгкой иронией. Однако Чу Сы знаком с ним слишком долго и прекрасно осознает, кто он, в конце концов, такой. Чем сильнее реакция, тем ему интереснее, поэтому лучший способ — не давать ему ни малейшей эмоциональной обратной связи и вообще сделать вид, что не услышали его. Как только он почувствует равнодушие и заскучает, всё сразу станет в порядке. Тем не менее этот способ может сработать только с кем-то вроде Саэ Яна, поскольку такой человек играет не по правилам. До тех пор, пока он не сходит с ума ещё сильнее, это можно считать хорошей новостью. Однако, с другой стороны, этот метод всё-таки совершенно бесполезен. В конце концов, прошло уже более сорока лет, а чокнутый Саэ Ян ещё не заскучал. Чу Сы выглядел спокойным и автоматически стёр из головы ненужную информацию, оставив только ключевые моменты. Он посмотрел на ближайший экран и на синие символы на нём. Эти символы определённо не являются широко используемыми кодами обработки информации, иначе Чу Сы смог бы распознать их с первого взгляда. Они были разбросаны по всему экрану в странной на первый взгляд комбинации, способной «взорвать» мозг. «Информация была зашифрована». Тан считается весьма способным человеком в этой области, однако у него не такой богатый опыт, как у человека, вышедшего из космической тюрьмы. «Это не тот шифр, который мы обычно используем». В те времена тренировочный лагерь всё ещё был связан с военными, поэтому информация, которую им нужно было изучить, включала в себя различные методы шифрования, с которыми могли столкнуться военные, независимо от того, широко они использовались или нет. По сути, не пропускалось ничего. Позже тренировочный лагерь был переведён под управление здания безопасности, поэтому та информация, что они успели узнать, была относительно ограниченна, однако им всё равно приходилось изучать то, что чаще всего используется военными и людьми, имеющими высший уровень полномочий. Частое столкновение с такими заданиями в реальной жизни помогало быстрому развитию шестого чувства. То, что было на экране, выглядело весьма странно. Не говоря уже о Тане и остальных, даже Чу Сы был уверен, что это определённо вне компетенции тренировочного лагеря и даже вне компетенции военных. Тан почесал затылок и с серьёзным видом рассуждал: «Похоже на вариацию паучьего кода». Затем скривил рот и добавил: «Ладно, ладно, я просто предположил». Тем не менее эти искажённые комбинации оставались на экране недолго, они мгновенно обновлялись почти сразу же, как только достигали конца экрана. После примерно десятикратного обновления все эти искажённые комбинации превратились в обычные читаемые слова: Источник сигнала успешно захвачен. Свойства источника сигнала: Двухуровневый. 1-й уровень источника сигнала: 86206-018. 2-й уровень источника сигнала: 50001. Метод обработки: очистить или заблокировать. Как только в свойствах источника сигнала появилось слово «двухуровневый», Чу Сы сразу же всё понял. Так называемый двухуровневый сигнал занимается мошенничеством под чужой личиной. Первый уровень — это сама его сущность, второй — оболочка. «Я только что посмотрел на траекторию источника сигнала. Весьма впечатляюще. Всякий раз перед тем, как дать очередную команду, нужно окольным путём достигнуть старого форта Барни, замаскироваться под номер 50001 и, едва показавшись, тут же делать ноги». В общих чертах объяснил Саэ Ян. «Воспринимай это как точку перехода». «86206-018», Чу Сы скрестил руки на груди и некоторое время смотрел на эти цифры, а затем пробормотал: «Выглядит знакомо». Однако это нехороший знак. Существует не так много источников сигнала, с которыми знаком Чу Сы. Он целыми днями имеет дело либо с военными и правительством, либо с космическими тюрьмами или различными другими сепаратистскими элементами. Первым уровнем может быть любой из них. Кажется, будет весело. Чу Сы взглянул на Саэ Яна и, видя, что тот не шевелится, просто протянул руку и нажал на несколько клавиш. Вся система на мгновение зависла, и на центральном экране появилась строка: «Загрузка 36-го издания карты планетарного города». Саэ опустил глаза, и его взгляд скользнул по рукам Чу Сы: «У командира очень длинные руки». Чу Сы было слишком лень обращать на него внимание, поэтому он промолчал. Отпустив руки, он лениво оперся на край панели управления. Чу Сы без всякого стеснения пересёк границу и стал ковыряться в системе управления прямо у него под носом. После долгой загрузки комплексная версия мини-карты города наконец-то появилась на экране. Чу Сы нажал на несколько клавиш, зажал пальцем одну из них и вздёрнул подбородок в сторону Саэ Яна: «Будь так любезен, нажми на запуск». Саэ повернул голову и спросил: «Это пойдёт в копилку моих заслуг?» Чу Сы: «Не нажимай, отойди». Присвоил самое главное место перед панелью управления, но никаких действий не предпринимает, вечно нудит и тянет кота за хвост, к тому же совершенно не понятно, что он задумал. «В таком случае мне всё-таки стоит начать зарабатывать заслуги». Небрежно ответил Саэ Ян, и его палец коснулся кнопки «старт». На экране снова появилось сообщение: «Поиск источника сигнала 86206-018». «Эта система немая? Почему она молчит?» Пробормотала Ле Пен. Тан прошептал ей в ответ: «Ты забыла? Эта система была разобрана... эм... этим сумасшедшим, и из-за того, что она сейчас в беспорядке, был настроен бесшумный режим». Раньше такой поиск занимал максимум несколько секунд, неясно, было ли это потому, что форт Барни был опечатан слишком долго, или по какой-то другой причине, но в этот раз потребовалась целая минута для того, чтобы система наконец слой за слоем обработала карту и обвела угол определённого района. Рядом с рамкой было небольшое поле с примечанием, в котором отмечено время найденного следа: 5633 год. «Отлично, мы нашли самые ранние следы источника сигнала. 5366 год, примерно...». Сказал Саэ Ян и подвигал левой рукой, стараясь сосчитать. «180 лет назад. Давай! Кто знает, может, мы ещё сможем его поймать». Чу Сы: «...» Он пристально смотрел на городской квартал и с каменным выражением лица бросил Саэ, стоявшему рядом с ним: «Заткнись». Саэ рассмеялся. 5633 год... Год, когда этот источник сигнала оставил следы в этом районе. За 80 лет до того, как планета взорвалась, и даже за 20 лет до рождения Чу Сы. Слова Саэ Яна, можно сказать, были крайне разрушительными, однако до тех пор, пока можно найти хоть какие-то следы, они не имеют никакого значения. Не стоит переживать, что в конце концов они не смогут найти этого человека. Чу Сы управлял картой, непрерывно увеличивая масштаб обведённого блока, пока он не смог отчётливо увидеть небольшую отметку в правом верхнем углу области. Улица Утун № 7, район А, город Сиси. Брови Чу Сы мгновенно подлетели: «Приют?» Если бы это был другой адрес, Чу Сы пришлось бы поискать, но это место он не забудет никогда. Городской приют города Сиси, место, где Чу Сы пробыл первые 8 лет своей жизни. 8 лет при продолжительности жизни, превышающей 200 лет, в действительности — короткий миг. Но для тех, кто там жил, это, вероятно, самое долгое и трудное время в жизни. Мрачность, ксенофобия, вспыльчивость, неразговорчивость и ряд других негативных качеств в характере юного Чу Сы как раз зародились в этом приюте. Этот приют носил название «Чэнли», был устроен так же сложно, как регулирующее правительство города, и переплетения их интересов были весьма запутанны. Только в одном городе Сиси об этом месте ходило множество слухов. Некоторые говорили, что приют был построен при поддержке частного консорциума под видом детского дома, а на деле занимался серой деятельностью. Другие заявляли, что этот приют был результатом сговора между правительством и тёмной стороной города, поговаривали даже, что в этом были замешаны военные. Короче говоря, сложная и мрачная обстановка в городе привела к тому, что и в приюте обстановка тоже оказалась сложной и мрачной. Приют был похож на мини-копию «Ока преисподней», где кругом царил хаос и конфликты, хотя большинство людей там были ещё детьми. Любой вышедший оттуда человек при его описании будет вспоминать самые тёмные образы и не сможет употребить в отношении этого места ни единого положительного или даже нейтрального слова. В воспоминаниях Чу Сы, возможно, из-за того, что обстановка была слишком удручающей, у большинства детей были сильные головные боли. Местный врач сказал, что это не физиологическое явление, а психологическое, вызванное чрезмерным накоплением эмоций, оно может сопровождаться тревогой, бессонницей, манией и тому подобным. С ним в комнате жил ребёнок на год старше его, тощий, как палка. В те моменты, когда у него болела голова, он сворачивался калачиком и бился головой о металлическое ограждение в изголовье кровати. Насколько он помнил, ежедневно, на протяжении двух с половиной лет, он слышал звук «бам-бам», до тех пор, пока его сосед не умер. Слово «смерть» было слишком привычно для людей, находившихся там, потому что дети умирали каждый день из-за драк, наказаний, болезней. Были также те, кто пытался выбраться оттуда, но в силу юного возраста или иных причин их всегда возвращали, куда бы они ни отправились. В этом приюте, казалось, было бесчисленное количество пар глаз, прекрасно осведомлённых о движениях каждого ребёнка. Чу Сы впервые встретил своего приёмного отца Цзян Ци на западной стороне приюта, у небольшого белого здания. Дизайн этого здания был несколько особенный. В отличие от других, у которых были лишь гладкие стены, на центральной линии западной стены этого белого здания находилась тонкая металлическая перекладина. Если тайком забраться на крышу этого белого здания и проскользнуть по металлической подпорке на шестой этаж, то можно использовать эту узкую горизонтальную перекладину, чтобы аккуратно перебраться на крышу соседнего здания. В глазах 7-8 летних детей это уже достаточно сложный и высокоуровневый способ побега. Однажды, в середине зимы, поздним вечером Чу Сы забрался на крышу. Зимой воспитатели рано ложились и спали очень крепко, поэтому появлялись лазейки, которыми можно было воспользоваться, можно сказать, что это был очень удобный момент. Однако, когда он проскользнул на верхний этаж и встал на узкую перекладину, то обнаружил, что на ней образовался тонкий слой льда. Несмотря на то, что каждый его шаг был чрезвычайно осторожным, в конце концов он всё же соскользнул. Благодаря своевременной реакции он крепко зацепился руками за перекладину и смог повиснуть на ней. Для 8 летнего ребёнка это было невыносимо и безнадёжно. Его пальцы цеплялись за металлическую перекладину, которая была обжигающе холодной и невероятно скользкой. Он просто застрял между двумя зданиями на высоте 6 этажей. Повернуть назад - болото, отпустить – смерть. Как раз в тот момент в переулок пришёл Цзян Ци. В то время он едва достиг среднего возраста. Он был одет в военную рубашку, брюки и тёмное пальто. Сенсорные фонари в переулке только что были уничтожены группой людей, собравшихся, чтобы устроить неприятности, и только ряд желтоватых огней остался гореть наверху стены внутреннего двора, придавая образу Цзян Ци мягкости. Одна из рук Чу Сы уже соскользнула, и когда осколки льда случайно упали на Цзян Ци, он заметил, что на перекладине висит ребёнок. Цзян Ци, казалось, был напуган, хотя, возможно, его реакция была не такой уж сильной, Чу Сы не мог точно вспомнить. Он помнил только, что Цзян Ци поднял голову, хлопнул в ладоши, а затем протянул к нему руки: «Как ты, сорванец, оказался в таком месте? Для начала спускайся, не волнуйся, я поймаю, ты не разобьёшься.» Чу Сы за все 8 лет, что провёл в приюте, ни разу не произнёс ни слова, поэтому, естественно, он не ответил Цзян Ци. Он даже не хотел отпускать перекладину из-за своего отвращения ко всем чужакам, однако в этот момент от него ничего не зависело. Пока он, стиснув зубы, в нерешительности болтался на скользкой перекладине, Цзян Ци добавил: «Кстати, когда будешь спускаться, не брыкайся, чтобы не наступить мне на лицо.» Едва он это сказал, рука Чу Сы соскользнула, и он, болтая ногами, свалился с высоты 6 этажа.

Глава 25 - Мальчик у стены

«Вскоре он узнал имя мальчика… Это был Саэ Ян».

Было бы очень жаль, если бы приветственный подарок, который Чу Сы подарил Цзян Ци, был отпечатком обуви на лице.

К счастью, прежде чем Чу Сы приземлился, Цзян Ци внезапно вспомнил, что он надел браслет перед отъездом. В последний момент он включил функцию антигравитации, встроенную в браслет, которая на секунду смягчила удар, просто чтобы Цзян Ци не пришлось идти на встречу с распухшим лицом.

Так что встреча была действительно неприятной — по крайней мере Чу Сы думал, что было чудом то, что Цзян Ци не разозлился. В приюте, если ты наступишь кому-то на лицо, намеренно или нет, тебя определённо безжалостно накажут за это.

Вот почему Чу Сы сразу же шарахнулся в сторону, как только приземлился, инстинктивно сделав пару шагов назад к стене и настороженно уставившись на Цзян Ци.

— И теперь ты боишься? Почему ты не испугался, когда приземлился мне на лицо? — рявкнул Цзян Ци, стряхивая кусочки льда с лица.

В то время Чу Сы был очень маленьким и походил на дикую кошку со вздыбленным мехом. В том, как он смотрел на кого-то снизу вверх, не было ни малейшего страха, и это заставило Цзян Ци рассмеяться.

— Перестань пялиться, — сказал Цзян Ци. — Ты не боишься, что у тебя выпадут глазные яблоки? Эх, ты забавный, малыш.

Много-много лет спустя, каждый раз, когда Чу Сы вспоминал реакцию Цзян Ци в ту ночь, он всё ещё чувствовал, что Цзян Ци был немного болен на голову — на него наступили, а он всё ещё думал, что Чу Сы смешной.

Восьмилетний Чу Сы в то время был ещё более ошеломлён этим. Он никогда не думал, что получит такое замечание, наступив на кого-то, и на мгновение почувствовал неуверенность и замешательство.

Когда он наконец пришёл в себя, Цзян Ци уже поднял его и завернул за угол переулка. Даже в этом возрасте Цзян Ци всё ещё болтал во время ходьбы.

— Разве ты не должен поблагодарить меня? — он поддразнил Чу Сы.

Чу Сы: «...»

Никто никогда не говорил ему, что ты должен благодарить кого-то после того, как наступил ему на лицо.

— Если бы я не подхватил тебя снизу, — добавил Цзян Ци, — ты бы превратился в раздавленный арбуз, когда приземлился.

Чу Сы обдумал это и почувствовал, что этот человек пытается угрожать ему.

В то время он ни с кем не разговаривал и испытывал только три эмоции по отношению к живым существам — тревогу, ненависть или апатию.

Он долго напряжённо смотрел на Цзян Ци, но не собирался ничего говорить. Когда они повернули за перекрёсток, поняв, что мужчина направляется ко входу в приют, Чу Сы так сильно боролся, чтобы вырваться, что чуть не пнул Цзян Ци во второй раз.

Позже, чтобы защитить вторую половину своего лица, Цзян Ци в последний момент изменил маршрут и привёл Чу Сы обратно в свой гостиничный номер в городе Сиси. Ранним утром Цзян Ци сонно поймал мальчишку, который во второй раз пытался сбежать с крыши.

— Под этой крышей более ста семидесяти этажей, — успокоил его Цзян Ци. — Если ты действительно упадёшь отсюда, мне придётся тебя подбирать, и это будет выглядеть довольно плохо.

И даже позже, как и ожидалось, сиротский приют с бесчисленными глазами всё равно нашёл их и пришёл к их двери. Цзян Ци, вероятно, был немного слеп и утверждал, что видит чувство тоски на невыразительном лице Чу Сы. Итак, он пошёл дальше и оформил все документы по усыновлению, вытащив Чу Сы из той адской дыры, в которой он пробыл восемь лет.

Честно говоря, несколько лет, которые он провёл с Цзян Ци, были не такими уж интересными — трудоголик Цзян Ци был слишком занят, неустанно работая день и ночь.

Но это всё ещё было самое мирное время за шестьдесят лет жизни Чу Сы. Он выучил всё, что мог, и постепенно начал говорить больше. Иногда в свободное время Цзян Ци рассказывал Чу Сы о каких-нибудь интересных или захватывающих событиях.

Вероятно, это был единственный раз, когда Чу Сы жил как ребёнок. Единственной неприятной вещью было то, что у него всё ещё болела голова, и каждый раз, когда это начиналось, ему отчаянно хотелось размозжить себе череп и покончить с этим. Но, исходя из какого-то менталитета, Чу Сы скрывал это каждый раз, не желая, чтобы Цзян Ци знал об этой проблеме.

***

Первоначально он думал, что их жизнь останется такой же, вероятно, по меньшей мере чуть меньше ста лет. Но он никогда не ожидал, что это будет так невообразимо коротко, внезапно закончившись через шесть лет из-за смерти Цзян Ци.

Он умер в момент взрыва и даже не оставил после себя ни одной кости. Чу Сы всё ещё должен был сказать ему «спасибо».

Когда Чу Сы отправили в военный санаторий «Белый Ястреб», он практически за одну ночь вернулся в своё состояние до восьмилетнего возраста.

Дети в санатории «Белый Ястреб» были в основном сиротами военного персонала, и, как сообщается, там были также дети с особым происхождением или проблемами.

Из-за того что там были самые разные люди, санаторий «Белый Ястреб» всё ещё казался обществом в миниатюре, но отличался от того, что было в детском доме в городе Сиси.

Здешние люди всё ещё не относились к ним как к обычным детям, а, казалось, заранее готовили специальных солдат запаса.

Поначалу Чу Сы вообще не мог смириться со стилем управления этим заведением. На второй день после поступления в санаторий его отвезли в лазарет для общей анестезии, он проспал весь день, но после пробуждения не обнаружил в своём теле ничего странного.

Из-за своего опыта в детском доме он был очень осторожен со всеми, кто его окружал. Итак, он тайно осматривался в течение целой недели и наконец узнал, что в его тело был встроен физиологический монитор, который, как говорили, сообщал о состоянии здоровья.

Независимо от того, были ли это хорошие или плохие намерения, такого рода поведение по сокрытию информации просто оказалось переломным моментом для Чу Сы. Он даже возмущался, когда другие прикасались к нему, не говоря уже о том, чтобы что-то воткнуть в его тело без его согласия.

Поскольку рана была исцелена, не осталось ни единого следа. Чу Сы пришлось потратить несколько дней, чтобы выяснить, где был установлен физиологический монитор.

Он спланировал и выбрал один день, чтобы украсть кинжал из хранилища холодного оружия, прежде чем тайно отправиться в ботанический сад за хранилищем — в одном из углов стены по периметру было слепое пятно наблюдения.

Чу Сы прислонился к стене и, используя большие ветви вьющихся роз, раскидистых и свисающих как прикрытие, прижал кончик кинжала к левой руке.

Хотя видимых отметин не было, было немного больно, когда остриё провёл впилось в плоть.

Чу Сы в юности обладал гораздо более высокой переносимостью боли, чем обычные люди. Наблюдая краем глаза за ботаническим садом, он вонзил кинжал в свою плоть. Когда потекла кровь, он даже ничуть не нахмурился.

Его рука была очень твёрдой. Одним толчком и рывком он смог бы извлечь тонкий металлический лист.

Как только кинжал уже коснулся металлического листа, над ним внезапно раздался ленивый голос:

— Добрый день, новый человек.

Этот голос появился без всякого предупреждения, напугав Чу Сы до дрожи. Тонкое лезвие кинжала соскользнуло, открыв больший порез на его предплечье.

Внезапно хлынула кровь.

Чу Сы раздражённо повернул голову и увидел мальчика лет пятнадцати или шестнадцати, присевшего на корточки на стене. У него были очень красивые глаза, такого светлого цвета, что были почти прозрачными, и когда он смотрел сверху вниз, в нём ощущалось изрядное высокомерие.

Короче говоря, очень пробивной.

Чу Сы даже не обратил на него внимания, только бросил взгляд, прежде чем оглянуться, а затем двинул кинжалом, чтобы вытащить металлический лист.

Он бесстрастно держал металлический лист в ладони. Когда мальчик спрыгивал со стены, Чу Сы небрежно метнул кинжал, отчего лицо подростка залилось кровью.

Мальчик, собравшийся заговорить, тут же поднял брови. Он слизнул каплю крови уголком рта, скосил глаза на Чу Сы и сказал с двусмысленным выражением:

— Спасибо, что угостил меня. Ещё немного, пожалуйста?

Он сумасшедший.

Чу Сы бросил на него взгляд краем глаза, прежде чем повернуться и уйти с кинжалом в руке.

Вскоре он узнал имя мальчика…

Это был Саэ Ян.

Глава 26 - Звёздный атлас

«Весь мир, в котором ты когда-либо жил, теперь у тебя перед глазами».

— Вы вернулись, офицер.

Раздался резкий звук, и пальцы щёлкнули перед кончиком носа Чу Сы. Чу Сы нахмурил брови и отодвинул кончики пальцев в сторону, нагло солгав:

— Каким глазом ты видел, как я отключился?

Глаза Саэ Яна превратились в полумесяцы.

— Обоими глазами.

Люди говорят, что для того, чтобы определить, является ли улыбка искренней, посмотрите, остаётся ли улыбка только в уголках рта или доходит до самых глаз. Но этот метод совсем не сработал на Саэ Яне — когда он улыбается, его глаза всегда изогнуты, уголки глаз подчёркивают его улыбку, но всегда трудно сказать, что это значит.

Точно так же, как та улыбка, когда он слизнул кровь при их первой встрече.

Тогда, будь то в санатории или тренировочном лагере, все, кто встречался с Саэ Яном, чувствовали, что он очень опасен.

Потому что у каждого были свои обязательства. Независимо от того, насколько правила длинны, коротки, много или мало строк, на всех всегда будет влиять та или иная строка — за исключением Саэ Яна, которого, казалось, ничего не связывало, как будто он был изолирован от этого сообщества.

Всё, что он делал, зависело только от того, хотел он этого или нет. Поскольку у него не было никаких обязательств, он был непредсказуем и неуправляем.

И санаторий, и тренировочный лагерь потратили десятилетие или больше, пытаясь затащить Саэ Яна в толпу, но это было напрасно.

Чу Сы знал его целых сорок пять лет, от подросткового возраста до зрелого, на протяжении почти всех стадий взросления. Возможно, Саэ Ян сильно изменился, но это просто не включало в себя то, чего от него ожидали другие.

— Поскольку мы знаем друг друга так много лет, — дразня спросил Саэ Ян, — не могли бы ты мне по секрету рассказать, где сейчас блуждала твоя душа?

Чу Сы бросил на него быстрый взгляд.

— Я только что внезапно понял, насколько знакомо выглядит источник сигнала 86206-018. Я, наверное, видел это в приюте в какой-то момент… Что за человек в приюте в 5633 году мог так долго сидеть тихо и вдруг притвориться мной сейчас? Или, скорее, какой человек захотел бы позаимствовать полномочия какого-нибудь исполнительного директора Башни Безопасности, а также жил в детском доме в городе Сиси восемьдесят лет назад...

— Кто-то, кто хочет воспользоваться твоими полномочиями? — протянул Саэ Ян. — Тогда есть много таких, как я, я и я. Может быть, я просто буду великодушен и позволю офицеру сначала проверить меня?

— ...Я рассматриваю возможность существования нормальных людей в нормальных условиях. Больные на данный момент исключены из поиска.

Саэ Ян пожал плечами.

— Какая жалость.

Он даже скривил губы и изобразил сожаление, но оно появилось у него всего на секунду, прежде чем он убрал его, мгновенно вернувшись в своё ленивое безразличное состояние.

— Хорошо, тогда меня не интересуют нормальные люди в нормальных условиях. Например, 5633 год был настолько обычным, что казался смертельно скучным, но позапрошлый год был довольно особенным…

Тон Саэ Яна был очень небрежным. Он выглядел так, будто только что бездумно упомянул об этом, но Чу Сы взглянул на него.

Позапрошлый для 5633 год был действительно особенным — это был последний год Великого Межзвёздного Хаоса, когда силы Хаоса были почти полностью уничтожены, а его старое логово укрепилось прямо в городе Сиси.

Силы Хаоса представляли собой смесь налётчиков с восемнадцати разных планет и космических бродяг. Всё началось с планеты Альфы Ферма, которую ещё называли Серебряным Городом.

На самом деле, независимо от того, были они рейдерами с восемнадцати разных планет или космо-странниками, все они произошли с планеты Гаммы Аквила. С начала Новой Общей Эры они начали переселяться на другие пригодные для жизни планеты.

В течение следующих пяти тысяч лет эти планеты развивались совершенно разными темпами. Серебряный Город был самой развитой планетой, его технологический уровень намного превосходил уровень Гаммы Аквила. Наименее развитая планета была бы просто покинута, и большинство её жителей переехало бы на другие планеты. Тогда оставшиеся люди стали бы космическими странниками.

В годы самого быстрого развития Серебряного Города внезапное распространение межзвёздной иммиграции и быстрая экспансия усилили все виды непримиримых столкновений. Затем конфликт перерос в Великий Хаос, который длился сто лет.

Эти, казалось бы, небрежные слова на самом деле напомнили Чу Сы, что подражатель, использующий его полномочия, вероятно, имел более сложное происхождение, чем он себе представлял. В конце концов, силы Хаоса не были полностью уничтожены.

Но была одна проблема…

***

— В здании Службы Безопасности находится в общей сложности девять основных офисов. И в самом должен быть Офис №1 с самыми тесными связями с военными. Он контролирует ситуацию с межзвёздной безопасностью и охватывает самый широкий круг полномочий, — Чу Сы опёрся на консоль, внимательно наблюдая за уличным кварталом, отображённым на карте с высоты птичьего полёта. — Если они уже так старались создать прикрытие, почему они просто не выбрали исполнительного директора Офиса №1?

— Может быть, они думают, что прикрытие нашего офицера Чу очень привлекательно, — сказал Саэ Ян тем же ленивым голосом.

Сказав это, он пошевелил пальцами и начал печатать на консоли.

— Хорошо, — игриво сказал он, — раз ты такой красивый, может быть, я просто немного напрягу пальцы и помогу тебе держать сеть.

Как только Чу Сы был готов посмеяться над ним, услышав, что Саэ Ян пытается помочь, он неохотно проглотил то, что собирался сказать, и кивнул.

— Спасибо за комплимент.

Пальцы всё ещё двигались, Саэ Ян снова усмехнулся.

Офицер Чу всегда был справедлив в оценках самого себя и знал о своём скептицизме. Он никогда не верил в совпадения или удачу, если только не исключались все другие причины. Для него, должно быть, была более веская причина для того, чтобы 86206-018 выбрал Башню Безопасности и выбралОфис №9, чтобы выдать себя за него из всех остальных.

Во-первых, было очень трудно выдавать себя за кого-то. Во-вторых, также было легко ошибиться и быть разоблачённым.

Если бы он был тем подражателем, он бы тщательно рассмотрел эти два фактора и либо выбрал кого-то, кому легко подражать либо кого трудно обнаружить. Честно говоря, с обычной точки зрения, Чу Сы не был ни одним из этих вариантов, и он даже не был самым сбалансированным вариантом.

Но что, если это с необычной точки зрения? Что, если его, с точки зрения 86206-018, довольно легко выдать за другого и его будет трудно обнаружить или поймать?

Таким образом, другая возможность становится очень возможной…

Что 86206-018, независимо от того, один это человек или группа людей, должен быть с ним знаком. Это мог быть кто-то, кто был рядом с ним и был гораздо более знаком с ним, чем другие руководители.

— Дай-ка посмотреть... — Саэ Ян слегка постучал пальцем, и все экраны на стенах, окружающих второй подземный уровень, немедленно залило тёмно-синим цветом. Сверху донизу, слева направо, он превратился в гигантский экран.

— Боже мой… — три дурака, которые всё это время держались на расстоянии от этих двоих, стояли в самом центре пространства. В тот момент, когда экран обновился, бескрайнее море звёзд, казалось, растекалось вокруг них.

Это ощущалось иначе, чем непосредственно видеть море звёзд, стоя в первобытных лесах.

Когда экран потемнел, всё пространство внезапно тоже потемнело. Чу Сы поднял голову, чтобы осмотреться, прежде чем осторожно взглянуть на Саэ Яна.

— Почему ты вдруг превратил экраны в гигантский звёздный атлас?

Дело было не в том, что он был сверхчувствителен, а в том, что психическое состояние Саэ Яна немного отличалось от других, как будто он не мог жить без волнений.

Очень маленькое действие, совершённое его руками, было бы бесконечно увеличено, создавая потрясающую сцену.

Лицо Саэ Яна выражало: «Я так занят, пожалуйста, помолчите минутку, неразумный офицер». Он продолжал печатать одной рукой, а другой рукой поднёс указательный палец к уголку рта:

— Ш-ш-ш…

— Ты думал, я просто позволю тебе валять дурака, если ты на меня шикнешь? — спросил Чу Сы.

— Что, если это сработает? Стоит рискнуть, — Саэ Ян убрал палец, нажал последние несколько клавиш и улыбнулся. — Что, если наш умный офицер Чу вдруг совершит ошибку.

Головорез Саэ Ян повернул голову и отдал бесформенный военный салют.

— Офицер, если ты всё равно не можешь меня остановить, просто оставь это, — сказав это, он нажал последнюю кнопку.

Хлоп.

После нажатия кнопки в центре гигантского экрана высотой более сорока метров, что эквивалентно высоте десятиэтажного здания, внезапно появилась флуоресцентная синяя координата, за которой последовали вторая координата, третья, четвертая…

Подобно ряби, они быстро распространялись от центра наружу.

— Что это такое? — Чу Сы поднял глаза.

Прислонившись к консоли, Саэ Ян тоже огляделся. При этом его рука коснулась Чу Си — его красиво очерченные мышцы были твёрдыми, впитывая тепло его тела.

Он улыбнулся, лениво подмигнув Чу Сы.

— У Форта Барни есть фундамент, который превосходит все другие супербазы, и он не ограничивается обнаружением различных сигналов. Поскольку мы пытаемся забросить сеть, чтобы поймать кого-то, конечно, мы должны забросить её как можно шире. Я просто немного изменил её и немного увеличил охват.

Он указал пальцем на щель и кивнул на бесчисленные пятна света, распространяющиеся повсюду.

— Это драконьи шесты, и одно пятнышко представляет один драконий шест. Это местоположения всех фрагментов планеты в пределах досягаемости Вселенной. Весь мир, в котором ты когда-либо жил, теперь у тебя перед глазами.

***

Глава 27 - Два столпа

«Не может быть худшей идеи, чем эта».

«Весь мир, в котором ты когда-либо жил, теперь у тебя перед глазами».

В отличие от обычного своего поведения, Саэ Ян не тянул слова и не казался ленивым. Его слова были необычайно спокойны, настолько, что их нельзя было истолковать как шутку, насмешку или что-то ещё.

Сколько лет прошло с тех пор, как он в последний раз так говорил? Слишком много, так много лет, что это стало лишь размытым воспоминанием, но всё ещё слегка вводило в транс, как будто переносило назад во времени.

Чу Сы слегка прищурился на бесчисленные пятнышки света. На секунду ему захотелось повернуться, чтобы взглянуть на Саэ Яна, но он не сдвинулся с места, просто молчал пару секунд, прежде чем согласно мурлыкнуть.

Этот ответ не мог быть более обычным, настолько обычным, что казался почти скучным.

Но Саэ Ян усмехнулся, и когда он повернулся в сторону, он уже вернулся к своему обычному режиму.

— Мой дорогой, позволь мне задать тебе вопрос.

Чу Сы принял правильную позу и сказал, скрестив руки на груди:

— Спрашивай.

Саэ Ян подбородком указал на руки Чу Сы.

— Ты всегда защищаешься, как только я начинаю говорить.

— Тебе стоит спросить себя, почему я так делаю, — откровенно сказал Чу Сы.

— Хорошо. — Затем он повторил это с улыбкой: — Хорошо, тебе не нужно быть таким бдительным. Я просто хотел спросить, нет ли у тебя дополнительного коммуникатора.

Чу Сы помолчал.

— А что насчёт твоего?

Он вспомнил, что Саэ Ян всё ещё не ответил на то сообщение, которое он отправил по прихоти, что совсем не походило на него.

Саэ Ян хихикнул и посмотрел на Божественное Око, которое пыталось покаяться в своих грехах в стеклянной крышке.

— К сожалению, я потерял его, когда этот идиот выгнал меня из Космической Тюрьмы.

— Поздравляю, — успокоил его Чу Сы. — Зачем мне вообще брать с собой дополнительный коммуникатор? Просто спроси Тана и остальных.

— Маленькие дурачки, — Саэ Ян выпрямился и обратился трём людям, стоявшим не слишком далеко, — сделайте мне одолжение.

Тан смотрел на звёздный атлас на гигантском экране, когда внезапно услышал это и сразу же поджал губы.

— ...Я никогда не видел никого, кто был настолько высокомерен, когда просит об одолжении.

— Теперь ты видишь, — сказал Саэ Ян. — Кто принёс специальный коммуникатор?

Все трое посмотрели вниз на коммуникаторы в своих руках.

— Что ты имеешь в виду под «специальным»? — они не могли не спросить.

— Как будто… — Саэ Ян хотел немного объяснить, но в итоге лениво махнул рукой. — Неважно, похоже, что у вас всё равно его нет. Я просто придумаю идею позже. Но вам, ребята, должно быть есть где остановиться, верно?

— Есть, — бездумно ответила Ле Пен, и Тан немедленно толкнул её локтем.

— Тогда пойдём, я так давно не спал. Позвольте мне остаться вздремнуть, — Саэ Ян кивнул им. — Показывайте дорогу.

Все трое инстинктивно развернулись на месте и направились к транспортной платформе. Только когда Чу Сы и Саэ Ян оба вошли, и транспортная платформа медленно поднялась, они внезапно очнулись от этого транса и ущипнули себя: чёрт, что с нами не так, почему мы позволяем Саэ Яну спать у нас дома?!

Глядя на то, как Саэ Ян извлекает диск Божественного Ока из активатора, Тан нерешительно нашёл оправдание:

— Разве вы не забросили сюда сеть? Вы просто оставите её там без присмотра?

Саэ Ян бросил на него загадочный взгляд и усмехнулся, когда он завернул Божественное Око.

— Поставив ловушку, ты сидишь и ждёшь в ловушке?

Тан: «...»

— Но тогда… всё оборудование здесь, — добавила Ле Пен. — Как вы управляете ими издалека?

Саэ Ян потряс Божественным Оком в руке.

— Там есть кое-что, называемое дистанционным управлением, — нетерпеливо сказал он.

***

Дзынь…

В решающий момент Божественное Око отдал свою лучшую дань уважения:

[Космическая тюрьма приветствует вас обширными удобствами, опрятными комнатами, в сопровождении...]

Прежде чем он успел закончить, Саэ Ян прервал его с усмешкой:

— А потом снова вышвырнешь меня, когда я усну?

Дзынь…

[Нет, нет, нет, дай мне шанс всё исправить.]

— Даже не думай об этом.

Божественное Око наполовину искренне захныкало.

Тан:

— ...Эта наполовину сломанная система почти на уровне башки военного меха тех времён.

К сожалению, ещё в столетнем Великом Хаосе, помимо массового уничтожения мехов, были разрушены даже базы, которые создавали мехов. Сказать, что технология отстала на несколько сотен лет, не было преувеличением. Военные потратили следующие несколько десятилетий на расширение своих рядов технологических исследований почти исключительно для того, чтобы навести порядок в этом большом беспорядке, и Цзян Ци был одним из них.

Нынешнее количество мехов в армии всё ещё было ничтожным по сравнению с золотым веком, когда оставался лишь один процент маленьких, лёгких мехов и пять — интеллектуальных, тяжёлых мехов, все они хранились на военной базе «Белый Ястреб».

— Это действительно странно, — пробормотал Тан. — Когда планета взрывалась, хотя у нас было всего три минуты, и обычные люди могли втиснуться только в криокапсулы гражданского назначения, предназначенные для чрезвычайных ситуаций, военные могли бы по крайней мере что-то сделать, верно? С ними что-то случилось?

Чу Сы бросил взгляд на Саэ Яна, встретившись с ним глазами.

— Я хорошо выгляжу, офицер? — усмехнулся Саэ Ян.

Поражённые этими внезапными словами Тан и остальные замерли, как шеренга неуклюжих гусей, озадаченно глядя на этих двоих.

Чу Сы: «...»

Прерванный этим, Чу Сы больше не мог продолжать спокойно и безучастно думать о своём, и дураки также не могли направить разговор обратно на военных мехов, поэтому пятеро человек молча перенеслись обратно на первый этаж, каждый в своих собственных мыслях.

Честно говоря, просто находиться в замкнутом пространстве с Чу Сы было странно тревожно. В конце концов, Чу Сы прошёл через многое и никогда не казался полностью правдивым. Мало кто мог по-настоящему сказать, о чём он на самом деле думал и был ли он счастлив или нет.

Не говоря уже о том, что Саэ Ян тоже был в этом пространстве, что ещё больше беспокоило.

Тан и остальные почти выбежали из центральной части форта Барни, с серьёзными лицами ведя Саэ Яна на базу.

Но даже тогда когда они проходили мимо Восточной башни, они всё равно позаботились о том, чтобы собрать кучу обломков, чтобы расширить свой модульный дом.

— Не знаю, как вы, ребята, но я даже представить себе не могу, чтобы Са... эм, этот человек оставался в комнате, это слишком странно, — прошептала Ле Пен Тану и Лю, когда они проходили через лес, когда Саэ Ян не был слишком близко. — Посчитайте, у нас пять комнат, вы двое, я, Джоэл, Гейл, новый парень с косичками и его дочь, офицер… Независимо от того как вы делите комнаты, по крайней мере один человек должен делить с ним комнату. Как мы должны это сделать?

— Это вообще вопрос? — Тан оглянулся назад и прошептал: — Просто. Мы все слишком боимся офицера, и мы все слишком боимся этого человека.

Он сложил два больших пальца вместе.

— Просто пусть два столпа будут держать друг друга в узде в одной комнате. Какое нам дело до драки между бессмертными?

Ле Пен согласилась с ним.

— Ты прав, в любом случае мы уже устранили ту программу самоуничтожения, которая угрожала нам, и больше не будем получать странные сообщения. Мы наконец-то заслужили этот спокойный сон, так что давайте начнём с этого!

Лю: «...Не может быть худшей идеи, чем эта».

Глава 28 - Побочные эффекты

«Чу Сы уже очень давно не чувствовал себя таким ленивым».

Когда все пятеро вернулись на базу, Джоэл и Гейл были в «гостиной», снимая с плиты этот очень уродливый горшок. Гейл также держал что-то, похожее на миску, вероятно, зачёрпывая что-то из кипящего котла.

— Да, вы вернулись в идеальное время. Мы только что закончили готовить питательный отвар. Как там у вас дела? — Гейл поднял миску в руке, приветствуя Тана, который вошёл первым. — Ранее мы внезапно получили ещё одно предупреждение, но прежде чем успели отреагировать, оно было автоматически отменено. Мы с Джоэлом подумали, что вы, ребята, вероятно, что-то там натворили.

Тан покачал головой, а затем кивнул.

— Да, это можно считать так, но не мы трое сняли предупреждения.

Пройдя в дверь, он отошёл в сторону, чтобы дать дорогу людям позади.

— Это был офицер? Это нормально, — сказал Гейл, как будто это было совершенно разумно.

— Половину работы сделал офицер, — сухо сказал Тан, — а другую половину… это долгая история.

Пока он говорил, Ле Пен и Лю уже вошли в дом, за ними последовал Чу Сы, а затем…

Гейл и Джоэл замерли, увидев этого незнакомца. Он был красив и так высок, что ему пришлось пригнуть голову, чтобы войти в комнату. Мышцы его рук выглядели сильными и красиво очерченными.

Но его глаза были такого светлого цвета, что он казался холодным и опасным.

Он выглядел немного ленивым и не потрудился представиться, войдя в дом. Он просто небрежно осмотрел обстановку. Когда он посмотрел на Джоэла и Гейла, они оба подсознательно выпрямились и стали необъяснимо нервничать.

Джоэл поставил кастрюлю на столик рядом и ущипнул себя за мочки ушей горячими пальцами, прежде чем спросить:

— Э, кто это?

Тан прочистил горло.

— Хм, вы двое, вероятно, слышали о нём...

Чу Сы просто назвал имя:

— Его зовут Саэ Ян, и он здесь, чтобы переночевать.

Тан и остальные: «...»

Рука Джоэла дрожала, пальцы сжимали мочку уха с такой силой, что стало больно. Его детское личико дёрнулось и выглядело комично, он вытаращил глаза, переспросив:

— Кто?

Он хотел сказать: «Не может быть, чтобы это был тот самый Саэ Ян, верно? Вероятно, у них просто одинаковые имя и фамилия? Может быть, разные средние имена?»

Но в следующую секунду он заметил чёрно-золотую повязку на руке.

Крак.

Гейл случайно уронил миску, которую держал в руках, на пол, обжигающий суп расплескался по его ногам.

Саэ Ян?

Почему Саэ Ян должен быть здесь?

Какого чёрта, разве он не должен быть в Космической тюрьме?!

Саэ Ян наконец нарушил молчание. Он посмотрел на Джоэла и Гейла, прежде чем прокомментировать:

— Какая необычная приветственная вечеринка. Я могу сказать, что вы, ребята, вне себя от радости.

Гейл: «...Насколько бесстыден?»

Тан наконец сухо усмехнулся.

— Э-э... предупреждения, которые беспокоили нас в течение длительного времени, были отменены Са... гм, господином Яном и офицером Чу.

Услышав это, Джоэл и Гейл выглядели ещё более сбитыми с толку.

Они и представить себе не могли, что однажды Саэ Ян им поможет. Точнее говоря, они никогда в жизни не думали о том, чтобы работать с кем-то вроде этого человека.

Саэ Ян очень мирно посмотрел на них. Они очень напряжённо смотрели на него в ответ.

После того как обе стороны молча смотрели друг на друга в течение десяти секунд или около того, Саэ Ян поднял бровь.

Словно просветлённый, Джоэл вдруг попытался сказать:

— ...Спасибо?

Саэ Ян опустил приподнятую бровь.

Остальные люди только тогда пришли в себя и неловко откашлялись, чтобы добавить:

— Спасибо.

Хотя они и представить себе не могли, что скажут это Саэ Яну, это действительно исходило из глубины их сердца. В конце концов, хотя он и был легендарным демоном, он, безусловно, оказал им большую услугу. Не будет преувеличением сказать, что он спас им жизни.

Бесстыдный Саэ Ян никогда не заботился о том, что о нём думают другие, а только о своём собственном настроении. В данный момент он был в довольно хорошем настроении, так что всё ещё чувствовал себя непринуждённо в этой неловкой атмосфере.

— Вы, ребята, ведёте себя намного лучше, чем ваш офицер Чу, — усмехнулся он и ответил. — Офицер Чу всегда кого-то раздражает или что-то взрывает и только потом говорит спасибо.

Чу Сы взглянул на него. Он не стал спорить, но спокойно сказал:

— Ты тоже.

Все вокруг выглядели ещё более ошарашенными.

— Хорошо, — это слово, которое Чу Сы с силой произнёс, положило конец этой удушающей процедуре приветствия. Он махнул остальным и сказал: — Делайте то, что вы должны делать. Гейл, как долго ты собираешься мариновать ноги в питательном отваре?

Услышав это, Гейл только тогда пришёл в себя и запрыгал в сторону своей комнаты, дёргая ногой.

— Джоэл, помоги прибраться. Я нанесу немного мази.

***

Ле Пен и Лю сложили в угол все обломки, которые они подобрали по пути.

— Разбери всё это, когда закончишь, чтобы построить ещё два дома. Очевидно, сейчас у нас недостаточно места.

— Хорошо, просто положи это туда сейчас. Модульный принтер находится у меня, но ему нужно немного остыть. Предохранитель может перегорать, если мы будем использовать его слишком часто, — сказав это, Джоэл переступил через груду контейнеров, которые едва могли служить чашками и мисками. — Офицер? — он налил питательный отвар, поворачиваясь, чтобы спросить: — Вам, ребята, нужно немного?

— Да, — сказала Ле Пен. — В это время, когда небо никогда не бывает ярким, всё в порядке, если вы продолжаете двигаться, но вы скоро замёрзнете, если посидите спокойно. Если вы не выпьете немного этого, вы вообще не сможете заснуть.

Этот питательный отвар можно считать усиленной версией тех концентрированных питательных таблеток, которые Чу Сы нашёл раньше. Небольшой кусочек отвара можно было бы растворить в полной кастрюле, но для его приготовления потребуется некоторое время. Миска отвара может помочь кому-то продержаться пару месяцев.

Помимо необходимого питания для выживания, обеспечение длительного тепла также было одним из его преимуществ перед обычной пищей.

Недостатком были несколько побочных эффектов.

Подобно концентрированным пищевым таблеткам, небольшой процент людей может испытывать боль в животе, головную боль или пониженную температуру в течение восьми часов после употребления, что постепенно улучшится через восемь часов.

Вообще говоря, эти побочные эффекты были распространены у людей, которые были довольно слабыми. Что касается Чу Сы и других, кто прошёл тренировочный лагерь, то большую часть времени они не испытывали никаких симптомов после употребления.

Чу Сы взял две миски с отваром из рук Джоэла и протянул одну Саэ Яну.

В гостиной было не слишком много людей, и Чу Сы сидел на вогнутом стуле. Саэ Ян, слишком ленивый, чтобы двигаться, не стал искать другой стул, а просто сел на подлокотник кресла Чу Сы.

Чу Сы:

— ...Как ты экономичен. Там так много свободных мест, а тебе нужно было сесть именно здесь.

В отличие от обычного своего поведения, Саэ Ян не препирался с ним, а лениво что-то промычал.

Чу Сы взглянул на него.

Возможно потому что свет в комнате был тусклее, чем в Центральном форте, или потому что Саэ Ян смотрел на него сверху вниз, он действительно выглядел немного сонным.

Саэ Ян так редко хотел спать, что никто раньше не видел его усталым, всегда ленивым, но бодрым. Он был таким в течение дня без сна, и он был таким же в течение нескольких суток без сна.

Как будто он мог бодрствовать столько, сколько ему было нужно, даже сон зависел от его настроения.

Вот почему ранее в Центральном форте, когда Саэ Ян внезапно сказал, что ему нужно поспать, Чу Сы подумал, что он использует сон как предлог, чтобы сделать что-то ещё. Но сейчас ему казалось, что это не так…

Чу Сы почувствовал, что что-то не так, но не показал этого. Он только воспользовался возможностью ещё несколько раз взглянуть на Саэ Яна, потягивая отвар.

Но Саэ Ян, казалось, вообще ничего не заметил. Он съел миску питательного отвара за несколько глотков, прежде чем нахмурился и щёлкнул языком.

— Какой неописуемый вкус.

Как только на его лице появилось это выражение, неясная сонливость исчезла.

Слишком напуганные, чтобы сесть, Джоэл, Ле Пен и остальные стояли в ряд, прислонившись к столу, аккуратно допивая свои собственные миски.

— Да, — сухо усмехнулись они, вытирая губы, — прошло так много лет, а производитель до сих пор не подумал об улучшении вкуса. Просто... просто думайте об этом как о лекарстве.

Затем Джоэл зачерпнул ещё две миски отвара и проскользнул в комнату.

— Я оставлю две миски для мистера Косички и той маленькой девочки.

— Хм? А что с ними случилось? — только тогда Чу Сы понял, что не видел Кима и маленькую Тобу с тех пор, как вошёл в дом.

— Большая часть лекарств здесь предназначена для больших ран, так что эффект немного сильный. После того как он принял лекарство, эффект был настолько сильным, что он упал прямо на кровать и вырубился. Маленькая девочка тоже заснула у кровати. Она, вероятно, плохо спала последние несколько дней, — сказав это, Джоэл с каменным видом вошёл в комнату и больше не выходил.

Тан поспешно побежал в аппаратную, вероятно чтобы сделать что-то грандиозное или просто не хотел оставаться в гостиной.

Примерно через десять секунд Ле Пен была единственной, кто не нашёл предлога, чтобы сбежать.

Ле Пен беззвучно выругалась и планировала побить этих слабых придурков позже. Затем она внезапно подняла глаза, хихикнула, глядя на Чу Сы и, казалось бы, небрежно сказала:

— Ладно, офицер, вы знаете, что у нас всего пять комнат, поэтому мы планировали долгое время, но всё ещё не могли полностью освободить другую комнату, поэтому мы могли только потревожить вас и господина Яна, чтобы вы остались в одной комнате. Я ужасно сожалею, пожалуйста, потерпите нас.

Она протараторила это на одном дыхании. Прежде чем эти двое успели отреагировать, она поспешно потёрла голову и сказала:

— О нет, я так хочу спать, что у меня болит голова. Офицер, господин Ян, я сначала вернусь к себе.

Она почти мгновенно поспешила обратно в свою комнату.

Не прошло и минуты после того, как Тан, закончив в комнате с оборудованием, на цыпочках вышел через маленькую дверь и обошёл двор. Затем через другую маленькую дверь он вошёл в комнату, где спал Джоэл.

Двери лязгнули и закрылись одна за другой. В мгновение ока все двери в спальни закрылись.

Чу Сы: «...»

Он замер на секунду, прежде чем смущённо хихикнуть, всё ещё откидываясь на спинку вогнутого кресла, когда допил последний глоток отвара.

— Благодаря господину Яну я тоже стал таким же пугалом, как и ты.

Саэ Ян встал и бросил контейнер обратно на стол. Расслабляя мышцы шеи, он посмотрел вниз и сказал Чу Сы:

— Разве ты не должен был давно привыкнуть к этому? Или... тебе нужно, чтобы я успокоил тебя извинениями?

Чу Сы небрежно сунул ему в руку пустую миску.

— В извинениях не было бы необходимости.

Саэ Ян посмотрел на пустую миску в своей руке и ещё раз взглянул на Чу Сы, прежде чем приподнять бровь. Ничего не сказав, он бросил пустую миску обратно на стол.

Чу Сы встал и осмотрел спальни. Все двери смежных комнат были закрыты, оставив свободной только ближайшую к гостиной спальню, которая явно предназначалась только для них.

При ограниченном материале конструкция спальни была чрезвычайно простой. У стены стояла только кровать, которая была не слишком узкой — достаточно просторной для двух человек. Вероятно, первоначально это была комната Тана. В углу был оставлен рюкзак вместе с оторванными откуда-то материалами, вероятно для того, чтобы что-то собрать.

Рюкзак казался очень знакомым и Чу Сы, и Саэ Яну. Они бы знали, что внутри, даже не открывая. Должно быть, он был заполнен всевозможным снаряжением и предметами первой необходимости для прогулок на свежем воздухе, а также необходимыми инструментами для различных миссий.

У Чу Сы тоже была такая привычка. Он никогда не распаковывал свою сумку, когда был на улице, и он рассовывал всё на свои места после того, как использовал их, просто чтобы он мог схватить её во время чрезвычайных ситуаций.

Почти у всех из тренировочного лагеря была эта привычка. Вероятно, это была поведенческая реакция на постоянную настороженность.

Кроме Саэ Яна.

Он упаковывал различные предметы первой необходимости в свой рюкзак, только если был в настроении. Но чаще всего он был слишком ленив, чтобы нести такое бремя.

Так же, как и при посадке в лесу с чёрными кедрами раньше, Саэ Ян никогда не носил с собой много вещей…

Как и в одноместной телепортационной кабине, у Чу Сы не было возможности узнать, была ли она выброшена или уничтожена и оставлена сразу после использования, а также кислородная маска, коммуникатор, который был брошен в карман, некоторое портативное оружие… он мог бы выбросить все эти вещи по пути.

Всякий раз когда ему требовались инструменты, он просто вытаскивал что-нибудь из окружения и восстанавливал их.

Вершина лени. Такой ленивый, что мог умереть.

Но он был просто таким крутым. Он мог бы безопасно выбраться из любой суровой окружающей среды или опасных обстоятельств, и большую часть времени он был бы совершенно невредим. Он был таким крутым, что это просто сбивало с толку.

Таким образом, независимо от того, где они были — на полевых курсах военной академии «Белый Ястреб», в санатории или на симуляциях экстремальных миссий в тренировочном лагере, — у всех были бы смешанные чувства по поводу того, чтобы быть в группе Саэ Яна.

Они боялись Саэ Яна, но также бесконечно верили в его способности.

Саэ Ян следовал вплотную за Чу Сы. Прислонившись к дверному косяку, он полностью заблокировал дверь спальни.

Он грубо просмотрел расположение, прежде чем его взгляд упал на угол стены у кровати. Там стоял круглый стул с подушкой сверху, который, возможно, мог бы служить единственным диваном.

— Чья это комната? — Саэ Ян поднял указательный палец и указал на нераспечатанный рюкзак, грязное оборудование и круглый стул. Он лениво сказал: — Бдительный, небрежный и ленивый, снисходительный… Ах, я знаю, это тот дурак, который оступился и склонился передо мной.

Чу Сы не удивился, что он оказался прав с первого взгляда — это была даже не первая их встреча. Он отступил в сторону, прежде чем кивнуть подбородком на кровать.

— Ты не получишь приз за правильную догадку. Кровать прямо здесь. Спи, если хочешь.

Саэ Ян приподнял бровь.

— Что? Хочешь уступить мне кровать?

Прежде чем Чу Сы успел ответить, он вдруг вспомнил о вспышке сонливости Саэ Яна, только что случившейся в гостиной. По какой-то причине он проглотил свои слова и только тихо сказал:

— Я некоторое время отдыхал в Космической тюрьме и сейчас не слишком хочу спать. Ты...

Возможно из-за того, что выражение лица Саэ Ян показалось странным в тот момент, Чу Сы сделал паузу, прежде чем добавить:

— Тебе лучше поторопиться. Когда я действительно захочу спать, нет никакой гарантии, что ты всё ещё сможешь оказаться на кровати.

С этими словами он вышел из спальни, коснувшись плеча Саэ Яна. Сделав два шага, словно что-то вспомнив, он повернулся, чтобы постучать в дверной косяк.

Подойдя к кровати, Саэ Ян обернулся и посмотрел на него.

— Ты передумал?

— Я бы не стал так быстро отступать от своих слов, но не упускаешь ли ты чего-нибудь, благородный господин Ян?

Саэ Ян замер.

— О... спасибо тебе?

Чу Сы сердечно кивнул:

— Не за что.

***

Глаза Саэ Яна сощурились, появился намёк на дразнящую улыбку. Он потянулся за поясом и бросил Чу Сы основной диск Божественного Ока.

— Подключи его к установке здесь.

Чу Сы снова небрежно постучал в дверной косяк в знак подтверждения. Он взял Божественное Око, прошёл через гостиную не оглядываясь и вошёл в аппаратную.

Дверь Саэ Яна не была закрыта. Когда Чу Сы сел в аппаратной, он всё ещё слышал какое-то движение, но вскоре звук прекратился.

Хотя дома на базе считались аварийными, построенными с помощью мини-модульных принтеров, качество было приличным — по крайней мере звукоизоляция была довольно хорошей. Как только Саэ Ян замолчал, вся база погрузилась в тишину. Только оксигенатор, встроенный в угол стены, работал и тихо гудел.

Чу Сы проверил основной диск в своей руке и подключил его к центральному порту консоли аппаратной.

Дзынь…

[Наконец-то вы вспомнили обо мне.]

Электронный звук был не слишком громким. В конце концов, это была не Космическая тюрьма, и у него не было такого количества передатчиков. Но это всё равно было неожиданно в такой тишине. Чу Сы слегка нахмурился, обдумал это и встал, чтобы закрыть дверь в аппаратную.

— Ты всё ещё можешь получать голосовые команды, как обычно? — Чу Сы снова сел в кресло, опёрся локтем о подлокотник и подпёр подбородок рукой. Другой рукой он постучал в Божественное Око.

Он сказал, что ему не хотелось спать, но на самом деле он мало спал в Космической тюрьме. После стольких событий он в конце концов устал.

Дзынь…

[Сэр, если я не могу принимать голосовые команды, вы думаете, что разговариваете с призраком?]

Чу Сы даже не стал утруждать себя назойливыми словами Божественного Ока, а просто поднял бровь.

Чу Сы уже очень давно не чувствовал себя таким ленивым. Он был из тех, кто просто не мог остановиться. Был ли он на заданиях в тренировочном лагере или позже на работе, он имел тенденцию доводить себя до грани перегрузки.

Все говорят, что Саэ Ян был человеком без связей. На каком-то уровне Чу Сы тоже был таким же.

До восьми лет он был привязан, и это было единственное, что заставляло его жить дальше. Он хотел покинуть приют и оставаться как можно дальше, пока приют больше не сможет связать его или найти.

Затем он встретил Цзян Ци и покинул приют, разорвав эту верёвку на части.

Позже Цзян Ци поддразнил его: «Когда мой сын вырастет и начнёт работать, что, если он всё ещё будет таким же угрюмым и тихим? Если бы только существовала машина времени, которая позволила бы мне увидеть, каким ты будешь через пятьдесят или шестьдесят лет. Ты хотя бы мог узнать от меня что-то хорошее». Так что к Чу Сы была привязана новая верёвка — он докажет это Цзян Ци, прожив хорошо по крайней мере пятьдесят или шестьдесят лет.

Но Цзян Ци умер.

В течение очень долгого времени Чу Сы отказывался верить, что Цзян Ци действительно умер, так как он никогда не видел его останков. До тех пор пока он не увидит останки Цзян Ци своими собственными глазами, он не поверит, что он мёртв. Так что верёвка, привязанная к нему, натянулась на долгие годы.

Чу Сы изменился больше всего за десять и более лет в санатории. Когда он впервые попал туда, он был угрюмым, молчаливым и одиноким, но когда Чу Сы покинул санаторий, он уже убрал все свои шипы, обернув слой кожи поверх жёстких костей.

С этим слоем кожи последующая трансформация прошла намного более гладко. Вход в тренировочный лагерь, выход из тренировочного лагеря, становление офицером по подготовке, вход в здание службы безопасности… Постепенно он смог привести себя в нынешний облик во многом благодаря этой привязи.

Но позже, по мере того как он становился всё более и более информированным, смерть Цзян Ци была прямо и косвенно доказана бесчисленное количество раз. Он видел, как его последняя надежда разлетелась в прах.

Он научился врать сквозь зубы и играть в загадки с другими, но никогда не мог обмануть себя.

Так что эта верёвка тоже тихо оборвалась.

Он мог только занять себя тем, что стоял на ногах, потому что если бы он остановился, то понял бы, что давным-давно был совершенно пуст.

Так что даже он сам был удивлён и сбит с толку этим ленивым, но пустым состоянием.

Возможно, «выслеживание самозванца» превратилось в тонкую верёвку, удерживающую его, и что была возможная зацепка, поэтому вместо того чтобы проходить через неприятности, ему просто нужно было ждать, пока самозванец попадёт в ловушку? Возможно, эти лица, которых он не видел много лет, вернули его в состояние тренировочного лагеря? Или, может быть… Саэ Ян, который был противником в течение многих лет, временно вошёл в его команду?

Он не был уверен…

Чу Сы не хотелось сейчас об этом думать. Он подпёр подбородок рукой, пытаясь насладиться этой ленью.

Дзынь…

[Удалённая синхронизация завершена.]

После того, как Божественное Око снова заговорило, Чу Сы скривил уголки губ, слезая со своего высокого коня, чтобы похвалить его:

— Неплохо, ты уже можешь предсказать мою голосовую команду.

Дзынь…

[В конце концов, мой процессор очень умный.]

— М-м, как жаль, что он сейчас повреждён, — сказал Чу Сы.

Божественное Око: «...»

На самом деле это было довольно странно. Это могло быть неправильным восприятием, но Божественное Око казалось… всё меньше и меньше похоже на повреждённый процессор.

***

В тот момент, когда синхронизация была завершена, экран, на который смотрел Чу Сы, резко переключился с наблюдения за базой на звёздный атлас в Центральном форте. Конечно, в уменьшенном виде.

Искры, представляющие положение каждого фрагмента планеты, всё ещё были разбросаны повсюду, тихие, но величественные.

Это было потому что эти искры были не просто точками на изображении, но каждая из них представляла собой кусок земли, на котором могли находиться горы и озера, города и посёлки, армии и гражданские лица.

Саэ Ян не ошибся — это был целый мир сам по себе.

Так что даже если изменения в этом звёздном атласе были слишком тонкими и неразличимыми невооружённым глазом, наблюдать за ними не было скучно.

В прошлом Чу Сы с удовольствием посидел бы там и полюбовался этим с чашечкой кофе.

Но прежде чем он смог наблюдать в течение нескольких минут, маленькая дверь комнаты с оборудованием, выходящая во двор, распахнулась.

Ошеломлённый Чу Сы увидел Тана, Ле Пен и других, стоящих за дверью.

— Офицер? Что вы здесь делаете? Вы не собираетесь немного поспать?

Чу Сы изменил позу, положив локти на подлокотник и сцепив пальцы перед собой. Он безразлично посмотрел на них, не отвечая.

Но ответ был очевиден: «Вы, сопляки, поместили меня в комнату с Саэ Яном и ожидали, что я буду спать?»

Тан и остальные быстро поняли, смущённо улыбаясь, потирая руки и направляясь в аппаратную.

— Не прошло ли много времени с тех пор, как вы все хорошо выспались ночью? — спросил Чу Сы. — Всё ещё есть энергия после двух месяцев мучений? Почему вы пробираетесь сюда тайком?

Тан взглянул на экран.

— Это действительно синхронизировалось? Э-э, офицер, я просто внезапно кое о чём подумал и захотел попробовать это здесь. Я вернусь спать сразу после этого.

Ле Пен и остальные кивнули в ответ.

— Да, да, да, мы просто попытаемся вернуться прямо сейчас.

Это возбудило любопытство Чу Сы.

— Что такого захватывающего случилось, что никто из вас не может усидеть на месте?

Тан указал на экран.

— Разве господин Ян не говорил, что мы можем дистанционно управлять фортом Барни отсюда? Диапазон сигналов форта Барни далеко выходит за рамки нашего обычного использования, что означает, что мы можем использовать его для отправки сигналов в некоторые районы, но они не будут прослежены до нас, верно?

Чу Сы кивнул. Этот подход был очень похож на его подражателя, но не совсем такой же. В конце концов сигнал, отправленный непосредственно отсюда без компиляции на терминале, останется только сигналом. В лучшем случае это может быть для тестирования, но он не сможет выдавать конкретные команды.

— Вы знаете нашу ситуацию, — сказала Ле Пен. — После поступления в тренировочный лагерь нам не разрешалось связываться с нашими семьями или друзьями во время рабочего периода, как будто мы были... мертвы, — она заправила свою рассыпавшуюся чёлку за уши. — Наши коммуникаторы модифицированы таким образом, что мы не можем отправлять сообщения нашей семье, даже тайно. Прошло... двадцать лет с тех пор, как я был дома, поэтому мы хотели, чтобы Тан попытался послать сигналы в наши дома.

Чу Сы понял, что они пытались сделать.

— Куда вы их посылаете?

— Вы наверняка знаете, что когда криокапсулы гражданского назначения были впервые распространены, каждая область и домашнее хозяйство были зарегистрированы с уникальным кодом, — объяснил Тан. — После ввода в эксплуатацию ядро криокапсулы будет действовать как замаскированный отражатель сигнала.

Вот почему если бы они послали сигнал, пока домашняя криокапсула работала, он автоматически отражался бы обратно.

— Даже тогда, — добавил Чу Сы, — вы получите только отражённый сигнал и никакого другого контента.

Ле Пен и остальные замахали руками.

— Всё в порядке, мы просто хотели взглянуть. Достаточно одного сигнала.

Чу Сы встал и отошёл в сторону, опираясь на консоль и освобождая им дорогу.

Тан нервно сжал пальцы. Затем он уставился на экран консоли, повторяя серию инструкций, одновременно шевеля губами:

— Божественное Око? Тебя ведь зовут Божественное Око, верно? Сделай мне одолжение, отследи этот сигнал, пожалуйста.

Хотя они не могли вернуться домой уже более десяти лет или около того, они знали код домашней криокапсулы как свои пять пальцев. Очевидно, они и раньше втайне обращали на это внимание.

Возможно, они заглянули в окно, когда проходили мимо дома на заданиях, или, возможно, они прошли мимо члена семьи или друга, переходя улицу.

В конце концов не каждый мог вынести одиночество в течение десятилетия или двух.

— И этот тоже, — Ле Пен последовала его примеру, введя две строки кода.

За которым последовали Лю, Джоэл и Гейл.

Реакция на сигнал последовала не сразу. Всегда была задержка.

Не смея даже дышать, они нервно стояли перед экраном, как будто это была самая тревожная миссия.

Тан даже обеспокоенно сказал:

— Моя бабушка довольно старая. Что, если...

Прежде чем он успел закончить, раздался звон.

Раздался спокойный электронный голос Божественного Ока:

[Получено отражение сигнала 98163527.]

Тан тут же выдохнул.

— Хе-хе, замечательно.

Дзынь…

[Получено отражение сигнала 81727846.]

[Получено отражение сигнала 61637291.]

[...]

Поскольку объявления появлялись одно за другим, теперь все они могли расслабиться. Они уже давно были взрослыми, но всё ещё были взволнованы и счастливо прижимались друг к другу, как дети, получившие конфеты.

— Тогда… мы возвращаемся, офицер, — Лю был первым, кто попрощался с Чу Сы. Он вышел из комнаты с оборудованием, потирая затылок.

За ним следуют Ле Пен, Тан, Джоэл…

Когда Гейл уходил, он вдруг кое-что вспомнил и с улыбкой повернулся к Чу Сы.

— Кстати, офицер, вы также можете попробовать послать сигнал в свой дом.

На мгновение Чу Сы был ошеломлён, быстро дёргая за провод.

Что он должен послать? Кому он должен его отправить? Единственный человек, который мог считаться его семьёй, давно умер.

Ему некому было его отправить, и никто ему бы не ответил.

Чу Сы нахмурился, но выражение его лица вернулось к нормальному, когда он посмотрел на них.

— Мне это не нужно.

Они все замерли и замерли, немного неловко глядя на Чу Сы.

Чу Сы не был для них абсолютным незнакомцем, но они тоже мало что знали о нём, в основном из того, что слышали в тренировочном лагере. Чу Сы был не из тех, кто наслаждался бы разговором по душам, и он не стал бы рассказывать другим о своей личной жизни без причины. Так что это было вполне нормально, что они не знали о прошлом Чу Сы.

Поскольку они были виноваты и смущены, не зная, что сказать, Чу Сы уже помахал им рукой и рассмеялся:

— Поторопитесь и ложитесь спать сейчас. Вы, ребята, слишком шумные.

— Мои извинения, офицер… — Гейлу пришлось бросить взгляд на Чу Сы, чтобы убедиться, что он не выглядит недовольным, прежде чем пройти по двору в каждую из их комнат.

Как только дверь в аппаратную была полностью закрыта, все шаги и шёпот стихли, и всё пространство мгновенно затихло.

Чу Сы опустил глаза и долго молча стоял, прислонившись к столу.

Дзынь…

[За последние три минуты не было обнаружено никакого нового сигнала. Порт передатчика сигнала скоро отключится.]

Дзынь…

[Начинаю обратный отсчёт с десяти. 10... 9... 8...]

Чу Сы внезапно переместил палец на клавиатуру, набирая строку цифр одну за другой.

Строка не была кодом криокапсулы, они даже не были разработаны или произведены, когда Цзян Ци был ещё жив. Это был код связи личного светового робота Цзян Ци в звании генерал-лейтенанта.

После того, как он был переведён из отдела боевых мехов в исследовательский, хотя они и не вернули его меха, он больше никогда не использовался должным образом. Вместо этого он был пристёгнут к его запястью в качестве браслета, который он тоже всегда забывал носить.

Но он просто не забыл надеть его в день аварии. Итак, браслет превратился в пепел вместе с ним.

Позже Чу Сы случайно увидел видео в секретном файле. Это действительно было... полностью разрушено.

Код связи, который он запомнил тогда, использовался не более нескольких раз, так как ему нужен был коммуникатор только для связи с Цзян Ци. Прошли десятилетия, но он всё ещё помнил эту цепочку цифр.

Даже он сам думал, что она уже вылетело у него из головы.

Дзынь…

[Получен новый сигнал. Готовлю передачу.]

Когда снова послышался голос Божественного Ока, Чу Сы уже откинулся на спинку стула. Он смотрел на экран и ждал, пока система не заговорила снова пять минут спустя.

Дзынь…

[Ответа не обнаружено. Повторить попытку?]

Чу Сы поднял глаза.

— Забудь об этом, не утруждай себя попытками. Давай просто оставим всё как есть.

Дзынь…

[Сэр, вы выглядите очень подавленным. Интеллектуальная система Божественного Ока сердечно к вашим услугам.]

Чу Сы рассмеялся.

— Тебя разберут на части, если ты будешь слишком много говорить. Я немного хочу спать и немного отдохну. Обязательно внимательно следи за происходящим и активируй сигнализацию. Чем громче, тем лучше.

Дзынь…

[Команда принята.]

Чу Сы откинулся на спинку стула и закрыл глаза.

Но Бог просто решил подкинуть ему подлянку. Прежде чем он полностью заснул, его поразила невыносимая пульсирующая головная боль, которая заставила его поморщиться. Помимо головной боли, его желудок также начал гореть.

Он открыл глаза, которые казались сухими и жарились.

Чу Сы: «...»

Он принимал питательный отвар в течение стольких лет без особых побочных эффектов, за исключением этого времени. Время было выбрано слишком точно.

Было бы пыткой оставаться здесь в течение восьми часов, пока длятся симптомы.

Не раздумывая Чу Сы встал, мучительно перенося боль, и направился в спальню.

К тому времени когда он пересёк гостиную и добрался до кровати, у него уже сильно кружилась голова.

Саэ Ян всё ещё лежал на боку на кровати, вероятно, всё ещё спал. Не имея времени особо беспокоиться, Чу Сы попытался подтолкнуть его, невнятно говоря:

— Саэ, Саэ, подвинься немного.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Глава 29 - Воздушный змей

«Саэ Ян, который никак не мог появиться в этот момент».

Даже когда его так толкнули, не было никаких признаков того, что Саэ Ян сдвинулся с места или проснулся, что было очень странно, но Чу Сы не мог заставить себя беспокоиться об этом. Все его внимание было сосредоточено на подавлении боли, и он не мог тратить много энергии.

Хотя Чу Сы выглядел как опытный офисный работник, в конце концов он был из тренировочного лагеря и на самом деле был очень сильным. Обычно у него не возникло бы проблем не только с тем, чтобы просто оттолкнуть кого-то, но и с тем, чтобы кого-нибудь вынести и вышвырнуть.

Но под воздействием этой питательной смеси у него словно порвались все сухожилия на запястье, он не мог сильно толкнуть Саэ Яна, как бы ни старался.

Там было достаточно места для еще одного человека, хотя и очень тесно.

Нахмурившись, Чу Сы небрежно толкнул несколько раз, прежде чем наконец потерял терпение. Последний толчок, вероятно, был просто похлопыванием Саэ Яна по руке, а не толчком. Но это тоже не могло быть сильным похлопыванием.

Когда он лег рядом с Саэ Яном, последствия снова проявились. С кружащейся головой он уже беспомощно закрыл глаза, чтобы облегчить это головокружение, прежде чем его голова коснулась подушки.

Поскольку Саэ Ян лежал лицом к стене, Чу Сы изначально хотел держаться от него как можно дальше и лечь спиной к нему.

Но когда он действительно рухнул на кровать, то он не мог понять, в каком направлении лег, и даже не заботился об этом.

Не говоря уже о том чтобы перевернуться или изменить положение рук и ног, он даже не потрудился поднять веки.

Когда он был маленьким, каждый раз, когда у него болела голова, он просто тихо находил место, чтобы свернуться вот так и закрыть глаза. В приюте кричать или плакать было бесполезно — пронзительно болезненная головная боль так бы не прошла. Чем больше энергии будет затрачено, тем больнее будет.

Все было по-прежнему, когда Чу Сы немного подрос. Когда Цзян Ци не было дома, он сворачивался калачиком на диване. Когда Цзян Ци был дома, он всегда протирал глаза и опускал веки, притворяясь очень усталым, и говорил мужчине: «Я немного устал». Затем он закрывал дверь и оставался в комнате.

У Чу Сы был большой опыт борьбы с такого рода головной болью.

Никаких разговоров, никакой траты энергии, просто оставаться в одном положении, дышать медленно и ровно. Это было намного лучше, чем ворочаться и ерзать.

Но многолетний опыт здесь был не совсем применим. Помимо головной боли, у него также болел живот и поднималась температура. Значительно хуже обстояло дело при атаке из этих трех районов.

В прошлом он мог оставаться бодрым и активным даже после долгого лежания. Но теперь он не смог бы, даже если бы попытался. В мгновение ока он заснул в полной растерянности.

Этот сон вовсе не был мирным. Он почти сразу же провалился в нелепый сон…

Он видел, как кто-то нес древнейший тип молота из железа и стали, возвышаясь над ним и нанося ему по голове удар за ударом. Его голова раскачивалась при каждом ударе. Но он просто нахмурился и спросил этого человека:

— Ты взломал? Не мог бы ты поторопиться, ты так раздражаешь.

— Почти готово, — ответил тот человек. — Подвинь голову немного ниже.

Чу Сы действительно подчинился.

Он почувствовал, как его голова уперлась во что-то. Текстура казалась очень странной, твердой, как стена, и к тому же немного теплой.

Начнем с того, что он крепко не спал. Прислонившись к этому на некоторое время, он только тогда понял, что это чувство пришло не из сна. Нахмурив брови, он слегка приподнял веки и посмотрел…

Это была спина Саэ Яна.

«Тц, неверное направление». Но поскольку он просто не мог пошевелиться, он остался в этом положении, прислонившись лбом к спине Саэ Яна, и снова заснул.

Его желудок все еще горел, но чудесным образом головная боль немного утихла.

Ле Пен и другие были правы. Как только перестанешь двигаться, тело медленно почувствует, как холод просачивается из кожи в кости.

Чу Сы понял, что дрожит.

Может быть, ему снился этот несчастный случай многолетней давности только из-за этого затяжного озноба.

В то время он только что прибыл в тренировочный лагерь, менее чем полгода назад. Он не всему научился, но уже был одним из самых выдающихся стажеров.

Без Саэ Яна можно было даже опустить «одним из».

В тренировочном лагере их никогда не назначали в одну группу для выполнения какой-либо имитационной миссии.

Во-первых, это было сделано для того, чтобы убедиться, что группы не слишком отличаются друг от друга, а во-вторых... каждый мог сказать, что у них были очень напряженные отношения — огонь мог вспыхнуть в любое время, и никто не смог бы его потушить.

Но однажды на голубой луне их действительно распределили в одну группу.

В тот раз первоначальная группа, отправленная на задание, столкнулась с проблемой, и срочно понадобилась другая группа для замены. Поэтому они отправили туда Чу Сы и Саэ Яна.

Большинство миссий в учебном лагере направлялись из военного ведомства — такого рода, в которых военные не могли появляться напрямую, иногда с участием центрального правительства.

Эта миссия была от военных. Их попросили осмотреть недавно работающую исследовательскую кабину на границе между планетарными районами Пи и Тета.

Добраться до планеты Нас было не так уж трудно, но система защиты вокруг исследовательской кабины была почти непроницаемой. Система автоматической атаки будет сканировать любой объект, пытающийся приблизиться во всех направлениях.

Ни одна из трех команд, отправленных из тренировочного лагеря, не была успешной. Не говоря уже об осмотре, было почти невозможно даже приземлиться на планете Нас. Была даже одна команда, чья судьба оставалась неизвестной.

Чу Сы согласился на эту миссию, потому что услышал, что военные получили анонимную информацию о том, что исследовательская кабина пыталась нанести удар по научно-исследовательскому институту вооруженных сил «Белого Ястреба», где когда-то находился Цзян Ци и был разорван на части.

Что касается Саэ Яна…

Чу Сы чувствовал, что он также принял миссию по неясным причинам, но миссия пришлась ему по вкусу, так как она была достаточно опасной и стимулирующей.

В тот раз они вдвоем оправдали все ожидания и успешно приземлились на планете Нас и им удалось собрать информацию об исследовательской кабине. Но у них возникли некоторые проблемы, когда они уходили.

Система автоматической атаки исследовательской кабины разбомбила почти половину планеты. Чтобы система не нацеливалась в одно место, каждый из них вошел в кабину телепортации и перенесся в противоположные стороны.

У Чу Сы всегда была ужасная удача. В самый критический момент несчастная кабина телепортации попала под прицел системы автоматической атаки, которая немедленно направила 80% своей огневой мощи в его сторону.

Вероятно, это была его худшая миссия с тех пор, как он попал в тренировочный лагерь. У него не было выбора, кроме как отказаться от кабины телепортации и использовать ее в качестве приманки для цели стрельбы, в то время как он временно спрятался в пещере.

Планета Нас не была пригодной для жизни. Из-за ее бесконечных ночей там было очень холодно.

Чу Сы также был ранен. Он согнул ногу, сидя на камне в пещере. Край кислородной маски давил на рану на его лице. Это было мучительно больно.

Без кровоостанавливающих средств кровь из раны вскоре пропитала его одежду, отчего та неприятно прилипла к коже.

Он подсчитал, что во время сбоя на этой стороне Саэ Ян должен был успешно телепортироваться. Если бы все прошло правильно, Саэ Ян должен был вскоре доставить собранную информацию обратно в тренировочный лагерь.

К тому времени когда они поймут, что Чу Сы не вернулся, и не отправят поддержку, Чу Сы уже превратился бы в замороженный труп в пещере.

Чу Сы оценил несколько разных маршрутов. Он даже подумал, не повернул ли Саэ Ян на полпути в другую сторону, что было бы крайне маловероятно. Но потребуется очень много времени, чтобы успешно вернуться на планету Нас, затем успешно избежать сумасшедшей системы автоматической атаки, а затем успешно найти эту пещеру.

Он не мог так долго продержаться.

Быстрая потеря крови очень скоро охладила его тело. Окружающая среда изначально даже не подходила для людей, хуже, чем самые экстремальные условия на других пригодных для жизни планетах.

Он не мог вспомнить, как долго оставался в пещере, только чувствовал, как его раз за разом пробирает дрожь, а сознание затуманивается. С другой стороны, его тело начало становиться легче, как воздушный змей, которого медленно отпускают, и леска в любой момент может оборваться.

А потом... в оцепенении он почувствовал, как кто-то похлопал его по лицу.

Он с трудом открыл глаза. Затем он некоторое время пытался сосредоточиться, прежде чем понял, что перед ним Саэ Ян, который, как предполагалось, давным-давно телепортировался обратно на планету.

Саэ Ян, который никак не мог появиться в этот момент.

Чу Сы нахмурился и подумал, что его жизнь уже промелькнула у него перед глазами или что это галлюцинации. Он даже попытался протянуть руку, чтобы коснуться лица Саэ Яна, чтобы убедиться, что он настоящий. Но прежде чем Чу Сы смог дотянуться до его лица, он полностью потерял силы, его рука коснулась кожи Саэ Яна и соскользнула вниз, упав на чужую руку. Чу Сы невнятно пробормотал:

— Почему ты...

Он на самом деле хотел спросить: «Почему ты вернулся сейчас? Сейчас неподходящее время?» Но из-за их длительных натянутых отношений, как только это сорвалось с его губ, это превратилось в эти недружелюбные слова.

В то время Саэ Ян был еще тощим, как подросток, но его руки уже были сильными и подтянутыми. Он взглянул на руку Чу Сы и отвел лицо в сторону, его взгляд упал на рану на боку. Он усмехнулся.

— Я здесь, чтобы посмотреть, как ты выглядишь, когда признаешь свое поражение. Какая редкость.

Чу Сы тоже был молод — он почти умирал, но все еще пытался огрызнуться:

— Проваливай… когда закончишь.

Саэ Ян приподнял бровь, кивнул, а затем повернулся, чтобы уйти.

Чу Сы фыркнул. Затем он закрыл глаза.

Оказывается, когда он снова пришел в себя, то обнаружил, что Саэ Ян несет его на спине, неуклонно направляясь ко входу в пещеру.

— Разве ты не… — Чу Сы мог только сказать это, прежде чем его прервал Саэ Ян.

— Ты снова проснулся? Перестань тратить энергию на пыхтение, если не спишь. У меня так чешутся уши.

В это время подбородок Чу Сы прижимался к его плечу. Саэ Ян слегка повернул голову, когда говорил, и кончик его носа почти касался щеки Чу Сы.

Чу Сы попытался немного отодвинуться, но в итоге уткнулся лбом в плечо Саэ Яна.

Если честно, он почувствовал облегчение в тот момент, когда открыл глаза и увидел Саэ Яна. Его парящее сознание вернулось к телу, как воздушный змей, почти вырвавшись из чьих-то рук, прежде чем его снова потянуло назад.

Это было, вероятно, самое спокойное и вежливое время в их отношениях. После всех этих лет даже в его снах эта сцена все еще была кристально ясной, как будто произошла только вчера.

Глава 30 - Аварийная сигнализация

«Что, если ты ударишь меня»

Это была очень утомительная ночь для Чу Сы, он видел сон за сном: реалистичные, абсурдные, путающиеся в его затуманенном сознании, плавно переходящие от одного к другому, навечно затягивающие эту ночь…

Как раз в тот момент, когда он погрузился в четвертую или пятую страну грез, плечо Саэ Ян — область, на которую опирался лоб Чу Сы, — внезапно исчезло.

Как только ощущение тепла и стабильности исчезло, его головная боль необъяснимо снова усилилась. Чу Сы подсознательно нахмурился. Прежде чем он смог поднять веки, он почувствовал, как что-то пронеслось порывом ветра перед его лицом.

Взрыв…

Он почувствовал, как его оторвали от земли, и перекатился на спину. Затем его рука, которая прикрывала живот, была крепко зажата, дернулась в сторону в очень неудобном положении, но, к счастью, без вывиха сустава.

Низкий голос послышался неподалеку, прежде чем раздался рядом с ухом.

— Кто?

— Я... — Это наконец вырвало Чу Сы из сна. Уже чувствуя себя неуютно во всем теле от того, что его вот так швыряло, в животе у него так сильно забулькало, что даже пальцы скрутило. Он неохотно открыл глаза и нахмурился. — Саэ Ян, что с тобой не так?

Мало того, что в этой спальне не было обычного освещения, Чу Сы и Саэ Ян не носили фонари для пальцев, как Ле Пен и другие. Прежде чем дверь закрылась, из гостиной все еще лился свет. Но теперь, когда дверь была заперта, два крошечных индикатора на оксигенаторе в углу были единственным оставшимся источником света в комнате.

Лампы были размером всего с рисовое зернышко, и излучаемый свет был едва достаточно ярким, чтобы разглядеть размытый контур тени.

С раскалывающейся от боли головой Чу Сы некоторое время пытался сосредоточиться, прежде чем увидел, как Саэ Ян прижимается к нему и вытирает лицо другой рукой. Словно протрезвев, он только тогда сказал:

— Я думал… У тебя жар?

Если он просто проявлял слабые признаки сонливости в гостиной, его хриплый голос в этот момент звучал совершенно измученным.

Вероятно потому что он обнаружил необычную температуру тела Чу Сы той рукой, которая все еще сжимала его, он коснулся лица Чу Сы другой рукой и сказал:

— У тебя действительно жар.

Рука Саэ Яна хотя и была холодной для лихорадочного лица Чу Сы, но на самом деле была удобной.

— Ты достаточно прикасался… — Чу Сы закрыл глаза.

Хотя он мог бы притвориться сонным среди то усиливающейся, то затихающей боли, было немного трудно притворяться в его полусонном состоянии, не говоря уже о том, что Саэ Ян был единственным в комнате.

Учитывая, что Саэ Ян видел и дразнил его, когда он был в гораздо худшем состоянии, теперь это не имело значения. Кроме того, Саэ Ян, похоже, тоже был не в лучшем состоянии.

— Учитывая тот факт, что ты отдал мне свою кровать раньше, должен ли я принести тебе что-нибудь прохладное, чтобы уменьшить твою температуру? — в этой тихой обстановке даже малейшее движение было отчетливо слышно. Вот почему Саэ Ян говорил тихо. Его голос был низким, с намеком на сонливость и лень.

— Нет, отпусти… — Чу Сы попытался пошевелить пальцами.

Рука Саэ Яна слегка расслабилась в ответ.

— Что, если ты ударишь меня.

— Голова болит, не могу беспокоиться… — Чу Сы убрал руку, но больше не мог тратить энергию на то, чтобы ослабить свою согнутую конечность.

— Температура… головная боль? — хрипло ответил Саэ Ян и рассмеялся. — Наш офицер действительно получает побочные эффекты только от питательного отвара?

— То же самое относится и к тебе… — голос Чу Сы звучал слегка приглушенно и не отличался особой энергичностью. Даже его обычные насмешливые замечания звучали гораздо мягче.

— Мое не из-за побочных эффектов, — сказал Саэ Ян.

Чу Сы не мог утруждать себя обсуждением этого с ним. Было слишком трудно даже разговаривать. Не открывая глаз, он просто пошарил и толкнул сидевшего рядом Саэ Яна в колено. Он хотел отодвинуть этого проклятого тяжеловеса в сторону. Но его руки были слишком слабы. Удар ничем не отличался от тычка.

Саэ Ян посмотрел вниз на пальцы у своего колена, затем отвел взгляд, чтобы посмотреть на лицо Чу Сы и упавшие на его лоб растрепанные волосы

Казалось бы, обдумывая серию движений, когда он внезапно пришел в сознание только что, он вспомнил:

— Так было, что… ты только что уткнулся лбом мне в спину, офицер?

Чу Сы был не в настроении иметь с ним дело и сделал вид, что ничего не слышал.

Саэ Ян поднял бровь.

Мгновение спустя дыхание Чу Сы успокоилось и он явно снова заснул. Но даже во сне его лоб все еще был слегка нахмурен и выглядел очень неловко.

По какой-то причине на этот раз у него не было этих хаотичных снов, вероятно потому что на него все еще давил тяжелый человек, так что он был не так уж далек от реальности.

После того как он снова заснул на некоторое время, он смутно почувствовал, что тяжесть на нем исчезла. Вместо этого что-то прижалось к его обжигающему лбу. Но, в отличие от ощущения на спине, оно чувствовалось прохладнее…

Говорили, что побочные эффекты длятся восемь часов, но на самом деле через четыре часа состояние постепенно начинает улучшаться.

Как только побочные эффекты несколько утихли, это больше не было большой проблемой для Чу Сы.

Он чувствовал, что вторая половина его сна даже будет считаться мирной и комфортной, и он проспал бы дольше, если бы его не потревожили. К сожалению, это редкое чувство покоя длилось недолго, так как его разбудил крик.

Интенсивность побочных эффектов постепенно уменьшалась, и на этот раз Чу Сы мог открыть глаза почти сразу.

В то мгновение, когда его глаза снова сфокусировались, он увидел тень, проходящую перед ним, которая, казалось, была рукой, которую Саэ Ян убрал. Но прежде чем он успел среагировать, Саэ Ян перепрыгнул через него и выпрыгнул прямо из кровати, распахнув дверь спальни и направляясь к выходу.

Чу Сы застыл меньше чем на секунду, прежде чем немедленно встать.

Крик прозвучал так трагично и сильно, что пронзил барабанные перепонки, разбудив не только их двоих, но и напугав других людей в доме, которые кинулись к источнику звука с растрепанными волосами. В таком месте с хорошей звукоизоляцией, как здесь, это действительно было нелегким делом.

— Ты не кричал так жалобно, даже когда я разобрал тебя на куски, — усмехнулся Саэ Ян.

Это было то, что услышал Чу Сы, когда последовал за Саэ Яном в аппаратную.

Взгляд Чу Сы переместился и остановился на основном диске Божественного Ока в центральном порту. Как и ожидалось, ужасно жалкий крик исходил из аудиовыхода в аппаратной. Единственным, кто мог управлять этим автоматически, было само Божественное Око.

— Какого черта ты делаешь? — спросил Чу Сы, нахмурив брови.

Лязг.

Маленькая дверь комнаты с оборудованием, ведущая во внутренний двор, тоже была распахнута. Тан и остальные ворвались так быстро как тени, только резко затормозив, когда они дёрнули за край консоли.

— Кто это кричит?! Почему это похоже на место убийства?

Чу Сы кивнул на Божественное Око:

— Вот это.

Когда все собрались, крики наконец прекратились.

Дзынь…

Божественное Око спокойно сказало:

[Я не сошел с ума. Просто выполняю приказ.]

Затем он воспроизвёл запись:

[Тебя разберут на части, если ты будешь слишком много говорить. Я хочу спать и немного отдохну. Обязательно следи за происходящим и активируй сигнализацию. Чем громче, тем лучше.]

Толпа молча повернула свои лица, чтобы посмотреть на Чу Сы.

Чу Сы:

— ...Да, я так и сказал, но я только попросил тебя поднять тревогу… Когда я сказал тебе кричать?

Дзынь…

[Никакие необоснованные обвинения не будут приняты. Срочное объявление: приближается неизвестная группа численностью более ста человек. Расчетное время столкновения через 3 часа... Нет, 1 минута.]

Глава 31 - Бродяги

Через минуту?! Этот промежуток времени заставил всех находящихся в аппаратной испугаться. «Одна минута? Что за шутки? Что вообще можно сделать за минуту?» Тан, находясь в состоянии глубочайшего шока, беспрестанно теребил свои уши. Он полагал, что ослышался. Как бы то ни было, действительно ли эта интеллектуальная система мониторинга настолько умна??? Пока он приходил в себя, маленькая дверь в аппаратную снова распахнулась, и Цзинь, держа маленькую швабру, налетел на него: «В чём дело, что случилось! Кто только что кричал?!» Его движения всё ещё были немного неуклюжими, вероятно, яд от шипов не успел полностью выйти из его перевязанной задницы, но, во всяком случае, он уже был в состоянии бегать. Чу Сы, однако, поднял руку, жестом давая Цзиню понять, что они вернутся к этому разговору позже. Он на одном дыхании открыл все ящики сбоку от панели управления и смахнул разбросанные по столу предметы: «Дистанционное беспроводное…» И, прежде чем он успел договорить «устройство управления», Тан уже понял, что тот имеет в виду. Он вскочил, взял с подоконника два чёрных предмета размером с монету и сунул их ему в руку. «У вас есть 20 секунд, чтобы сложить свои вещи и собраться во дворе.» Пока Чу Сы говорил эти слова, некоторые уже вылетели из аппаратной, будто им подожгли хвосты. Он ещё раз обратился к Цзиню: «Ты сразу иди во двор.» Закончив говорить, он открыл дверь и направился прямиком в гостиную. Он взял вещи, которые были у них с Цзинем, когда они приземлились на этот фрагмент планеты, и вышел за дверь. Саэ, пришедший один, кажется, не взял с собой ничего, кроме нескольких микробомб из антиматерии. Он не стал, как другие, бегать в панике, а встал перед панелью управления и, подняв руку, быстро напечатал последовательность символов. Затем он отсоединил «Око небес» от центрального порта и с довольной улыбкой стал подбрасывать: «Очень круто. В следующий раз дождись, пока на нас нападут, а потом поднимай тревогу.» Сказав это, он заткнул «Око небес» обратно за пояс и с пустыми руками вышел за дверь. Все уже собрались во дворе. Для этих отлично натренированных людей 20 секунд на самом деле было более чем достаточно, потому что все вещи, которые у них были с собой, уже собраны в рюкзаки и их нужно было просто взять и пойти. Цзиню с его травмой было немного неудобно держать ребёнка, и как только Чу Сы собирался что-то сказать, маленькая швабра со свирепым выражением лица уже спрыгнула с его рук на пол. Даже если смотреть лишь на физические навыки, она гораздо здоровее своего отца, что прекрасно показывает её способность выжить самостоятельно. «Эта девчушка...» Ле Пен и остальные пришли в изумление. Чу Сы поразмыслил и бросил сумку Цзиня и ракетную установку Саэ Яну, затем поднял руку и сказал: «Направление на 3 часа, продвигаемся к лесу.»  Все надели кислородные маски и ушли. Хотя что модульный дом был оборудован механизмами мониторинга и раннего предупреждения, а также другой техникой, эта цель, в конце концов, гораздо больше, чем один человек. Тем более перенести дом не было никакой возможности. Если бы они все остались внутри, то потом уже никто не смог бы сбежать. Лес, который выбрал Чу Сы, был ближайшим маршрутом, ведущим к тому месту, где была оставлена космическая тюрьма. Они не знали, что это за сотня неизвестных объектов, насколько велик и массивен каждый отдельный объект, являются ли они группой небесных тел, свалкой космического мусора или людьми. К тому же у них не было времени это узнать, и, естественно, они не могли сразу определить, какой эффект будет иметь это «столкновение». Если не дойдёт до массивного обрушения, то ещё можно будет побороться, следовательно, они смогут обдумать способы вернуться в космическую тюрьму и эвакуироваться. Группа людей направилась прямиком в лес. Беспроводное устройство дистанционного управления, которое Тан дал Чу Сы, представляло собой терминал обратной связи и терминал для ввода команд. Первый выглядел как циферблат с рядом кнопок сбоку, а второй — как наушник. Чу Сы на бегу надел наушник, прикрепил циферблат к манжетам и нажал кнопку сбоку над циферблатом, на котором в режиме реального времени отображались сотни быстро приближающихся звёзд на звёздной карте. О, это уже нельзя было назвать неопознанным объектом. Через полминуты после обнаружения система мониторинга и контроля уже проанализировала происхождение противника. В верхней части голографического экрана вспыхнул ряд красных предостерегающих слов, а из наушника Чу Сы раздался механический голос: «Внимание, обнаружены космические бродяги, количество — 137, ожидаемое направление столкновения указано на рисунке». Когда он просмотрел позицию, отмеченную на карте пятью звёздами, сердце Чу Сы пропустило удар. Он немедленно остановился и крикнул: «Стойте! Меняем направление!» «Зачем, командир?!» Тан мчался настолько быстро, что даже не притормозил, он ухватил рукой ствол дерева и, развернувшись, подбежал к Чу Сы. «Они направляются в сторону космической тюрьмы». Чу Сы указал на голографический экран. Голос в наушниках продолжил: «Обратный отсчёт, 5... 4... 3... 2... 1...». Ба-бах... Внешний щит драконьей колонны использовался для моделирования первоначального небесного тела, и если попытается вторгнуться чужеродный объект, то сразу же раздастся звук, похожий на раскаты грома. Они были обращены к морю звёзд. Ярко-жёлтые искорки, проходя через защитный щит драконьей колонны плотным потоком, на огромной скорости падали вниз, словно грандиозный огненный дождь. Рокот такой силы обладал настолько сильным давлением, что вызывал ощущения, будто в следующую секунду их всех раздавит. Не удержавшись, они сделали пару шагов назад. Однако между визуальными эффектами и реальным расстоянием было значительное несоответствие, и эти огненные шары в конце концов с грохотом приземлились в дальнем углу леса. Когда первый ударился, весь этот клочок земли содрогнулся, потом второй, третий... Вся земля беспрестанно содрогалась, а временные помехи, вызванные драконьей колонной, лишь усилили эту встряску, заставляя сердца биться быстрее. Тан запрокинул голову и посмотрел на падающий огненный дождь, коснулся своего сердца и пробормотал: «Такого рода активность заставляет меня ошибочно полагать, что я напуган...».  «Не думай, идём!» Крикнул Чу Сы, развернулся и побежал в противоположном направлении. Хотя название «космический бродяга» звучит немного одиноко, тем не менее, это не так. Изначально эти странники находились на планете, но что-то с этой планетой произошло, и она стала необитаема, поэтому её покинули. Часть людей с планеты иммигрировала на другие обитаемые планеты, однако значительная часть из них получила отказ в иммиграции и была вынуждена долгое время скитаться по космосу, став самыми первыми бродягами. Есть два типа бродяг. Первый тип — это команда вторжения, люди, собравшиеся в большие группы ради собственного выживания, часто грабящие обитаемые планеты, мимо которых проходят, что было одновременно и грабежом, и местью. Этот вид бродяг жил хорошей жизнью и был богат ресурсами. Позже они становились всё ближе к космическим пиратам. Второй тип — это бродяги, нанятые организациями на разных планетах. Они помогают в сборе информации в обмен на припасы и ресурсы для выживания, и больше напоминают космических наёмников. Короче говоря, как бы то ни было, внезапное приземление здесь явно имеет какую-то цель. Люди, которые круглый год находятся в космосе, без возможности приземления, часто становятся капризными, раздражительными, иррациональными, и с ними трудно наладить общение. Среди всех присутствующих, которых можно было пересчитать по пальцам, за исключением Цзиня и его дочери, маленькой швабры, которые, вероятно, никогда не видели этих космических бродяг, все остальные сталкивались с ними во время своих миссий и даже имели опыт перестрелки. Если смотреть объективно, 137 космических бродяг — не так уж и много. Но по сравнению с их жалким составом в 8 с половиной человек, эта армия превосходит их числом, и вступать с ними в прямую конфронтацию определённо не лучший вариант. Чу Сы быстро рассчитал время, которое потребуется бродягам, чтобы прийти в себя после приземления, и стал планировать маршрут. Пойти на базу они не могли, и он использовал устройство дистанционного управления, чтобы перевести все устройства на базе в бесшумный режим, за исключением системы наблюдения. Самый безопасный способ — спрятаться в лесу и, избегая встречи с бродягами, вернуться в космическую тюрьму. Как-никак космическая тюрьма невидима. Помимо этого, есть ещё более дерзкий способ. Как раз когда Чу Сы собрался открыть рот, мимо него прошла высокая фигура и вышла вперёд. Нет нужды говорить, что, просто взглянув на это тело, можно было с лёгкостью узнать Саэ Яна. Этот ублюдок неожиданно развернулся и, указав пальцем на людей позади, прошипел: «Идём в форт Барни». Остальные неосознанно побежали за ним. Пробежав некоторое время, Тан вдруг понял, кто только что говорил, и в нерешительности немного сбросил темп. Под маской его голос казался немного приглушённым, и он, тяжело дыша, сказал: «Форт Барни находится недалеко отсюда, дорога туда займёт около получаса. Только вот... Летательные аппараты, которыми обычно пользуются эти бесстыжие и неблагоразумные сумасшедшие, смогут догнать нас, даже если нам дадут фору в 20 минут. Я не хочу, чтобы меня загоняли, словно собаку!» «Нет возможности спрятаться поблизости?» Тоже поинтересовалась Ле Пен. «Позволь мне посмотреть, как ты собираешься прятаться в этом лесу?» Голос Саэ Яна по-прежнему был расслабленным, даже и не скажешь, что он бежал. «Каким образом ты надеешься спрятаться в этом лесу? Отличается ли этот способ от того, которым пользуется страус, зарывая голову в землю, чтобы спрятаться?» «В обход!» Сказала Ле Пен. Она всё ещё немного опасалась Саэ, поэтому, вжав голову в плечи и пробежав по дуге, поравнялась с Таном. Саэ Ян, вероятно, был слишком ленив, чтобы переживать об этом, поэтому просто усмехнулся. Для других путь в близлежащий форт Барни был пугающим и беспокойным. Однако для Саэ Яна это было в самый раз.  Чу Сы слишком хорошо знал его. Так называемый более безопасный способ прохода был слишком утомительным и хлопотным для Саэ. Более того, форт Барни — это золотая жила. Какой бы тип бродяг ни приземлился на этом фрагменте планеты, они не пройдут мимо форта Барни. Если они вернутся обратно в космическую тюрьму, это будет равносильно тому, что они бы собственноручно отдали форт Барни и даже не думали о том, чтобы вернуть его. Пока они бежали, Чу Сы неосознанно догнал Саэ Яна. Он взглянул на спину Саэ Яна, а затем периферийным зрением осмотрел остальных. Если Тан и остальные будут говорить слишком много, Саэ со своим характером, скорее всего, пойдёт один и займётся своим делом. В нынешней ситуации 8 с половиной человек и так уже находятся в невыгодном положении, потеря одного лишь Саэ существенно снизит их боеспособность, и ситуация станет ещё менее оптимистичной. Поэтому Чу Сы сказал: «Что ж, время от времени я буду более демократичен. Помимо Саэ Яна, если найдётся ещё один человек, который согласится пойти в форт Барни, то пойдём». Вероятно, остальные впервые видели такую бессовестную демократию, чем были крайне шокированы: «...» После того как демократичный командир Чу закончил нести чушь, и прежде чем он снова успел открыть рот, чтобы проголосовать, Саэ, который посмеивался где-то впереди, неожиданно замедлился на полшага. Он схватил его за запястье, поднял руку, потряс ею и томно произнёс: «Вот ещё один, идём!» Чу Сы: «...» Однако, как только они достигли склона холма недалеко от форта Барни, позади них послышался гул летательных аппаратов космических бродяг.

Глава 32 - Убежище

«Офицер, давай сыграем по-крупному».

Сложная местность около форта Барни обеспечивала хорошее прикрытие. Даже если бы бродяги могли прилететь на своем транспорте, им пришлось бы сойти, чтобы получить припасы или материалы для оборудования или использовать форт Барни для чего-то полезного.

Все было бы намного проще, как только они высадятся.

План Чу Сы состоял в том, чтобы все разошлись, когда они будут рядом с фортом Барни, чтобы избежать этих бродяг. Затем они могли следовать за ними, ориентируясь по местности форта, разбив сотню с лишним странников на более мелкие группы, прежде чем атаковать их группа за группой.

Хотя это отнимало больше времени, это действительно был наиболее подходящий способ нападения, учитывая их ограниченное оружие.

Жужжание.

Когда транспорт снова приблизился, раздался громкий и резкий шум, как будто бродяги шли за ними по пятам.

Ветры, которые они подняли, бесконечно завывали, сгибая давно увядшие деревья.

Турбулентность превратила весь первобытный лес в клубящиеся волны.

— Мои ноги, блять, больше не могут касаться земли! Оно поднимает меня... — Тан выругался в стороне, его слова перекрывались ветром и жужжащими звуками.

— Быстро, — крикнула Ле Пен, — я помню, что если мы прыгнем вниз со склона впереди, внизу будет расщелина! Джоэл лазил туда раньше...

Хотя свирепые ветры были утомительными, на каком-то уровне они давали им мощный толчок.

По мере приближения транспорта это сопровождалось всевозможными хаотичными электронными звуками…

[При сканировании сетки не обнаружено предметов для сбора.]

[Регулировка системы стрельбы.]

Бесчисленные красные лучи скользнули по их спинам, кончик ближайшего из них почти коснулся икры Джоэла.

К счастью, Гейл все понял и вовремя остановил Джоэла. Запнувшись при столкновении, они споткнулись друг о друга и упали на землю.

— Черт! — они выругались в унисон, перекатываясь и ползя дальше вперед, хотя и медленнее, чем красный свет.

Как раз в тот момент, когда красный свет почти достиг их, маленькая фигура высотой по пояс ворвалась внутрь, агрессивно подталкивая их вперёд…

— Эй, эй, эй, эй... — закричал Джоэл, кувыркаясь вниз по склону вместе с Гейлом.

Скатившись вниз, он едва успел бросить взгляд среди хаоса, только чтобы понять, что тот, кто толкал его, должен был быть маленькой Тобой, которая ни разу не произнесла ни слова.

Как могла эта крошечная негодяйка столкнуть двух взрослых мужчин вниз?!

Джоэл оставался ошеломленным, пока не скрылся из виду.

Как раз в тот момент, когда маленькая Тоба собиралась выйти из зоны сканирования красного света после того, как толкнула их, чья-то рука внезапно схватила ее за талию.

Она повернулась только для того, чтобы увидеть точеный подбородок Чу Сы.

— Прыгай! — крикнул Тан.

Ле Пен подтолкнула Кима, пнув его под зад. С этими словами они все пронеслись мимо края красного света и прямо нырнули вниз по склону.

Некоторые разбежались и покатились вниз. Когда Чу Сы приземлился, он оперся одной рукой о землю, а другой зашарил, намереваясь скатиться в расщелину.

Но как только он пошевелился, он почувствовал, как его схватили за руку и куда-то потащили.

Только когда он лег в расщелину, он понял, что теми, кто дергал его, были Джоэл и Гейл, которые скатились первыми.

Поскольку большая скала поддерживала верхний слой почвы, разломанная область под склоном образовала расщелину, создав это временное убежище.

Хотя площадь была немалой, она была очень ограниченной по высоте. Даже в положении лежа их лопатки могли удариться о камни наверху при малейшем движении.

Они едва могли там поместиться, свободного места не было.

— Эй, ты наступаешь мне на лицо… не могла бы ты, пожалуйста, передвинуть ногу? — Тан ткнул Ле Пен в ботинок.

Ле Пен попыталась немного пошевелиться, но только для того чтобы еще несколько раз наступить Тану на лицо.

— Здесь так много места, чтобы двигаться...

Тан потерял всякую надежду.

— Неважно, просто лежи спокойно.

— Гейл, мои пальцы немеют под твоим прессом, — прошептал Джоэл.

Гейл сделал глубокий вдох, чтобы еще немного втянуть пресс. Затаив дыхание, он выдавил из себя слова:

— Попробуй вытащить руку.

Джоэл пошевелил пальцами и просто случайно ткнул Гейла в ребра, мгновенно заставив Гейла сдуться.

Честно говоря, Чу Сы должен был пожаловаться первым. Его силком затащили внутрь и уложили в несколько хреновую позу, зажав вместе с Саэ Яном.

Вероятно, это и было буквальным значением фразы про встречу на узкой тропке… голова к голове.

— Почему ты не можешь смотреть в ту же сторону, что и все остальные… — Чу Сы мог только напряженно повернуться в сторону расщелины лицом к чьей-то черной сумке, оставив затылок Саэ Яна.

— Если бы я был в том же направлении, то твое красивое лицо было бы рядом с моими лодыжками, офицер, — голос Саэ Яна звучал практически у затылка Чу Сы, дыхание задевало кожу.

Чу Сы пожал плечами.

— Тогда почему ты не мог повернуть голову в другую сторону? — сказал он очень тихо, а затем нахмурился.

— Боюсь, я не смогу выполнить твою неразумную просьбу, — каждое слово Саэ Яна заставляло волосы Чу Сы вставать дыбом. — Я бы повернулся, если бы мог, в конце концов, твои волосы щекочут мне нос, и я хочу чихнуть.

— Держи это в себе, — сказал Чу Сы. — Если ты посмеешь чихнуть на меня...

Саэ Ян вздохнул.

— Мой дорогой, от этого у меня еще больше чешется нос.

Чу Сы: «...»

Огромное количество джетов с ревом пронеслось над их головами, приближаясь к форту Барни.

— Похоже, все успокоилось, — Тан на мгновение навострил уши, прислушиваясь. — Они все должны были пройти. Теперь мы можем вылезти?

— Ш-ш, давай подождем еще немного на всякий случай, — сказала Ле Пен.

— Да, ещё немного, — сказал Чу Сы голосом, слышным всем остальным.

Чу Сы попытался взглянуть на голографический экран, чтобы получить представление о распределении транспортов — сколько их уже прошло, сколько осталось позади.

Но, боже милостивый, голографический экран был прикреплен к его правой манжете, которая была рядом с Саэ Яном. Ему придется найти способ повернуть голову, чтобы увидеть его.

Двигаясь с трудом, Чу Сы медленно повернул голову…

Удивительно, он лицом к лицу с Саэ Яном.

Он просто бросил взгляд, прежде чем без колебаний повернуться лицом к черной сумке.

Саэ Ян усмехнулся.

— Неужели моё лицо такое неприглядное?

— ...Прекрати выдыхать.

— Ты снова ведешь себя неразумно, офицер.

Чу Сы не стал утруждать себя. Мгновение спустя он пошевелил правым пальцем и потряс им в тесном пространстве.

Саэ Ян:

— Обычно меня раздражали бы болтающиеся предметы у меня перед глазами, но теперь, когда у меня нет рук, чтобы их выметать, мне придется прибегнуть к использованию рта.

«...»

Убедившись, что Саэ Ян заметил, Чу Сы опустил палец.

— Включи голографический экран у меня на манжете.

— Зубами? — лениво спросил Саэ Ян.

— ...Тебе решать! Поторопись!

Конечно, Саэ Ян не стал в конечном итоге использовать зубы. Чу Сы полагал, что он не стал бы делать что-то столь неприглядное и наносящее ущерб его имиджу.

Он почувствовал, как Саэ Ян двигает рукой и прижимает ее к его запястью, сгибая пальцы, когда он возился с манжетой, чтобы нажать кнопку на боковой панели циферблата.

Вероятно для удобства Саэ Ян не потрудился убрать руку назад, просто чтобы потом легко выключить ее.

— Большая часть сил прибыла в форт Барни, — Саэ Ян некоторое время наблюдал, прежде чем продолжить: — Джет приземлился. Еще дюжина следовала за нами, двигаясь из района, где мы отдыхали ранее.

И действительно, жужжание над головой прекратилось минут на десять, прежде чем началась новая волна.

Если бы они отважились выйти сейчас, то их бы уже перестреляли.

Группа осталась лежать и замолчала — на этот раз транспортов было меньше, поэтому жужжание было не таким громким.

Ближе всех к краю расщелины лежал Ким.

Из щели он мог видеть красный свет, который бродяги пронесли мимо угла прямо вдоль склона холма, пропуская область, где они прятались.

— Как там дела? — спросила Ле Пен и попыталась ткнуть Кима в руку. — Я не могу поднять голову, чтобы выглянуть наружу.

Саэ Ян все еще смотрел на голографический экран, на котором были видны два последних транспорта, пролетевших над их головами.

Жужжащие звуки направлялись к форту Барни и, казалось, удалялись все дальше и дальше от расщелины.

Ким как раз собирался сказать: «Они уже довольно далеко», когда заметил, что два транспорта в конце остановились, и красный свет расходился от них их слой за слоем.

Каждая волна чуть не задевала край расщелины.

— Назад, назад, — Ким запаниковал и отступил к расщелине. Ему было легко двигаться, но люди внутри страдали.

Одного за другим их мрачно сжимали: Ле Пен прижала Джоэля, который, в свою очередь, толкал Саэ Ян в верхнюю часть тела…

Чу Сы: «...»

Такая жизнь была невыносима.

Два последних транспорта, казалось, заметили что-то необычное. Они остановились примерно на пять минут, напугав Кима до полусмерти. Он боялся, что красный свет проникнет еще на пару сантиметров в расщелину и обнаружит его.

Когда транспорт снова приблизился, Ким даже не осмеливался дышать. Он отчаянно попытался втиснуться еще немного, сложив одну руку за спиной, царапая ею о камень и оставляя кровавый след.

Еще через десять секунд или около того два транспорта наконец прекратили поиски и медленно последовали за большой группой из этого места.

Несколько мгновений спустя Саэ Ян сказал, глядя на голографический экран:

— Все в районе форта Барни. Они вот-вот сойдут с транспорта.

— Хорошо, хорошо, вылезай первым, — сказал Чу Сы.

Услышав это, они все сразу же начали двигаться, никто не хотел оставаться в этом тесном месте ни на секунду дольше.

Стоя снаружи расщелины, группа могла видеть форт Барни, освещенный огнями транспортов.

— Что теперь, офицер? Направимся туда сейчас? — Тан подпрыгнул на месте и потряс руками и ногами.

— Еще немного. Мы проникнем внутрь после того, как они разбредутся по разным районам форта, — Чу Сы потянулся. Наблюдая за голографическим экраном на своем манжете, он сказал: — Тогда...

Прежде чем он успел закончить фразу, Саэ Ян внезапно протянул руку и несколько раз постучал по голографическому экрану.

И прежде чем Чу Сы успел отреагировать, Саэ Ян потянулся к его уху.

Пораженный ощущением чужой близости, Чу Сы инстинктивно отодвинулся. Но Саэ Ян уже выдернул наушник из уха Чу Сы, прежде чем вставить его в свое собственное.

— Что ты опять задумал?! — спросил Чу Сы.

Нажав на наушник одной рукой, Саэ Ян повернулся и внезапно улыбнулся Чу Сы.

— Офицер, давай сыграем по-крупному.

Глава 33 - Галактические прыжки

Карлос Блэк - лидер бродяг широко известный в секторах Альфа и Бета. Если бы это было 100 лет назад, его слава не ограничивалась бы этими двумя секторами, и была бы ещё более впечатляющей. Он имел дело с правительственными армиями разных планет, вёл перестрелки и заключал сделки. Иногда был сообщником, иногда – врагом.   Он блуждает от планеты к планете и всех держит на расстоянии. Всегда придерживается убеждений, которые должен иметь квалифицированный лидер бродяг: свобода превыше всего, нет рабству и... нет ничего, что нельзя бы было решить силой.   Когда-то у него был крайне роскошный космический корабль. Он получил его в результате сделки не на жизнь, а на смерть, от военного министерства «Белый орёл» планеты Гамма в созвездии Орла. Тогда же, этот корабль и стал его любимой вещью. Внутри он был идеален, и напоминал целый город, а уровень интеллекта системы был сравним со знаменитым космическим кораблём, находящимся за пределами планеты Гамма созвездия Орла – космической тюрьмой.   Он даже дал космическому кораблю имя - «Райская птица», символ свободы и вечности.   Однако, во времена столетнего хаоса этот корабль, как и десятки тысяч других, самолётов не успевших эвакуироваться, был уничтожен артиллерийским обстрелом, которому подвергся Серебряный город...   Бам! И он превратился в скопление огней среди моря звёзд.   С тех пор у него появилось ещё одно правило - никогда не сотрудничать с Серебряным городом.   Что весь усложняло жизнь. Как-никак Серебряный город действительно шикарный партнёр, который везде любит совать свой нос. Если бы он не оборвал с ним все связи, Карлосу Блэку и его людям никогда бы не пришлось беспокоиться о том, что они не смогут получить работу.   Но Карлос продолжал упорствовать.   Поэтому в последние несколько десятилетий они время от времени испытывали острую нехватку припасов, и им приходилось по дороге искать места, чтобы раздобыть какие-нибудь полезные вещи.   3 месяца назад, проходя по краю сектора Альфа, Карлос получил информацию о взрыве планеты Гамма в созвездии Орла.   Будучи бродягой, круглый год блуждающим по космическим просторам и не имеющим постоянного пристанища, необходимо иметь хоть какое-то преимущество, и этим преимуществом было быстрое получение новостей.   Из-за столетнего хаоса, между планетами начался период холодной войны. С одной стороны, правительство каждой отдельной планеты делало всё возможное, чтобы получить информацию о динамике развития других планет, а с другой стороны, делало всё возможное, чтобы динамика развития собственной планета не стала известна другим.   Было время, когда бродяги не плохо наживались благодаря спекуляции информацией.   Однако Карлоса удивило то, что взрыв планеты Гамма в созвездии Орла не был похож на обычный. Она не превратилась в космическую пыль, а была разорвана на бесчисленное множество мелких кусков, разбросанных по бескрайнему космосу.  Если бы он со своей командой случайно не наткнулся на два фрагмента, он, вероятно, не поверил бы, что планета вообще могла так разрушиться. Это определённо произошло не из-за естественных процессов, протекающих на планете. Несомненно, это было делом рук человека. Но ещё больше его удивило то, что, когда он столкнулся с обломками, на звёздной карте в кабине пилота не было и намёка на них. Несмотря на то, что один из фрагментов находился прямо перед ним, видимый невооружённым глазом, на карте всё равно ничего не было. Это было равносильно тому, что увидеть призрака. Но когда Карлос с большим количеством летательных аппаратов приземлился на фрагмент, то в миг почувствовал облегчение. На этом клочке земли были дома, магазины и различные припасы, которые он мог прихватить с собой. К тому же внутри домов и снаружи он обнаружил какие-то штуки, похожие на хрустальные гробы, согласно полученной им информации, эти штуки называются криокапсулами. Это детище, порождённое космическим хаосом. Спасательные капсулы, которые жители планеты Гамма в созвездии Орла использовали, чтобы спастись от войны. Люди под его командованием попытались воспользоваться двумя криокапсулами, но было неизвестно, есть ли там какой-то скрытый механизм. В итоге, промучившись больше 2 часов и так и не открыв её снаружи, им пришлось отказаться от этой затеи. Но даже при таком раскладе их поездка оказалась плодотворной. Однажды отведав сладкого, постоянно будешь стремиться отведать его снова. Карлос Блэк и его команда из сотни человек, едва покинув один фрагмент планеты, тут же начали думать о следующем. Но сколько бы методов поиска он ни перепробовал, фрагменты были словно обёрнуты защитной оболочкой, и их невозможно было найти. Но, к счастью, ему невероятно повезло. Менее чем через полмесяца он столкнулся с новым фрагментом планеты. Предыдущий фрагмент, должно быть, был окраиной города, но тот, что предстал перед ним сейчас, представлял собой глухие горы и дремучие леса. Только-только приземлившись, он почувствовал досаду, однако очень скоро в самом сердце этих невозделанных земель была обнаружена хорошо укреплённая постройка. Крепость показалась ему знакомой. Он видел это место раньше, когда вёл дела с планетой Гамма в созвездии Орла. «Это их самая большая супербазовая станция за всю историю, она называется Форт Барни. Не надейтесь найти базовые ресурсы, здесь есть вещи куда лучше. Возможно, здесь мы сможем обнаружить местонахождение других фрагментов! Ребята, воспряньте духом!» Карлос Блэк, пожёвывая сигарету, хлопнул в ладоши. По внутренним каналам связи стали раздаваться хаотичные возгласы и крики: «Держу пари, мы обязательно сможем найти другие обломки. Они даже своих людей прикрыть не смогли. Как тут вообще выжить?» «Идём, идём! Я больше не могу ждать!» «Сорвём куш!» «Эй? Эй? Босс! Не забудьте взять с собой оружие. Пока мы осматривались вокруг, заметили несколько жилых комнат, не исключена возможность, что здесь кто-то есть. К тому же в этих крио-гробах никто не лежит, значит, они уже бодрствуют!» «Слышали? Берите оружие!» Снова крикнул в канал связи Карлос Блэк и, попутно закинув на плечо стоявшую у его ног пушкуГаусса, открыл люк своего летательного аппарата. Даже услышав, что здесь, возможно, кто-то бодрствует, он всё равно был в удивительно хорошем настроении. Уж меньше всего они боятся именно перестрелок. Бродяги множество лет умудряются выживать на просторах космоса не одними лишь разговорами.   «Даже лишившись всего, у меня всё ещё остаётся куча боеприпасов и бьющееся сердце...» Карлос стоял у люка и готовился спрыгнуть вниз. Он стряхнул сигаретный пепел и напевал песню, популярную среди скитальцев. Из коммуникатора доносились голоса других: «Босс, всё готово.» «Действуем по старинке. Пьяница, бери 40 человек и обойди форт с двух сторон, Шрам, ты берёшь 20 летательных аппаратов, остальные идут со мной!» Карлос сунул сигарету обратно в рот, прищурился и поднял ствол пушки. «Приготовьтесь...» Как только он собирался двинуться с места, то внезапно услышал лёгкое движение. Карлос поднял руку: «Погодите!» Он наклонил голову и прислушался, звук был такой, словно вокруг него летала дюжина комаров. Он прислушивался ещё пару секунд, нахмурился и снова оглянулся. Только собирался заговорить, как из коммуникатора донёсся грубый голос Пьяницы: «Босс! С этой крепостью что-то не так! Я видел, как в углу около меня и ближе к крыше что-то двигалось!» Пьяница и Шрам были его помощниками на протяжении сотни лет. Они оба люди, прошедшие огонь и воду, и имеющие богатый опыт, весьма смелые, но в то же время осмотрительные. «Я тоже видел!» Сказал Шрам: «Это... Я... Вот дерьмо! Это электрическая пушка?!» В огромной и сложно устроенной крепости, такой как форт Барни, было расположено более 4600 терминалов наблюдения. Каждый такой терминал был оснащён миниатюрным дулом, вокруг которого были протянуты маленькие металлические проволоки, напоминающие громоотводы на крышах зданий. Во время атаки орудийный ствол производил электрический ток, и рукотворная молния расходилась на сотню метров вокруг, подобно дереву, пускающему свои корни. Теперь же, во всех видимых и невидимых отряду бродяг Карлоса углах, более 4600 электрических орудий одновременно получали команды с пульта дистанционного управления и в мгновение ока меняли своё направление. Чёрные как смоль дула орудий были похожи на пчелиные соты. Карлос Блэк, казалось, понял замысел противников, и даже не успев выплюнуть сигарету, взревел: «Возвращайтесь в кабины!!!» Но было уже слишком поздно... Вдалеке, на склоне холма, Саэ Ян вытянул палец и постучал по голографическому экрану Чу Сы. Бам! Более 4600 электрических пушек мгновенно выстрелили, разряды, устремившись в центр, сталкивались друг с другом, порождая великолепный фейерверк, способный озарить небо над всем звёздным сектором. Ток, создаваемый металлической проволокой на краю орудий, был подобен ветвям, внезапно простирающимся со всех сторон. Они переплетались и соединялись между собой, образовывая огромную сеть, охватывающую весь небольшой отряд бродяг и летательные аппараты. Эта сцена была настолько великолепной и потрясающей, что дарила эстетическое наслаждение. Несколько человек, стоящих на склоне холма, в изумлении открыли рты и тихо вздыхали, глядя на великолепный пейзаж. Саэ Ян наклонил голову в сторону форта Барни и спросил: «Командир, красиво?» «Изумительно.» Сухо ответил Чу Сы. «Халтуришь.» Усмехнулся Саэ Ян. Чу Сы: «...» Он мельком взглянул на талию Саэ Яна. Саэ отошёл в сторону и с полуулыбкой спросил: «Что ты делаешь? Развратничаешь у всех на глазах? Я даже не подозревал, что у командира есть такое хобби.»   Чу Сы нахмурился: «Ты вытащил «Око небес» и взял с собой? Каким образом ты дистанционно управляешь базой?» Дистанционное управление базой происходило с помощью «Ока небес». После того как систему извлекли, он, по идее, мог только смотреть на заранее настроенную голографическую карту звёздного неба и отслеживать передвижение бродяг. Контролировать конкретные объекты форта Барни было невозможно, не говоря уже о том, чтобы начать столь масштабное сражение. Саэ Ян пожал плечами и стал бесстыдно бахвалиться: «Пока вы носились со своими сумками, я спокойно запустил в аппаратной другую программу и подключился ко всей имеющейся на территории форта Барни системе мониторинга.» Чу Сы: «...» Он со сложным выражением лица долго смотрел на Саэ Яна, затем бесцеремонно протянул руку и сказал: «Верни.» Саэ покосился на раскрытую ладонь: «Что?» Чу Сы раздражённо ответил: «Наушники. Сохраняющий самообладание господин Ян отказывается возвращать то, что одолжил?» Саэ приподнял брови, снял наушники и собирался надеть их на Чу Сы, но он поднял руку, чтобы перехватить его на полпути. Саэ не стал настаивать и бросил наушники Чу Сы в руку. Понаблюдав за тем, как он вставил их в уши, Саэ, проигнорировав остальных, прогулочным шагом пошёл вниз по склону, к огромной электрической паутине, окутывающей форт Барни. Чу Сы некоторое время смотрел ему вслед, затем поднял руку и помахал остальным: «Не тупите, идём.» Карлос Блэк ещё никогда в жизни не чувствовал себя таким униженным. Едва он успел вернуться к летательному аппарату и потянул за ручку, чтобы закрыть люк, как гигантская сеть, застилающая небеса и землю, упала, сияя ослепительным бело-голубым светом, из-за чего он на некоторое время утратил возможность видеть. Прежде чем он успел приспособиться к свету, почувствовал, как электрический ток с невероятной скоростью пронёсся от кончиков его пальцев по всему телу. Он содрогался так, словно его избивали кнутом, а в голове раздавался треск... Он, Карлос Блэк, лидер бродяг, широко известный в секторах Альфа и Бета, вместе со 137 своими подчинёнными, даже не успев выйти из летательного аппарата, с помощью электрического тока был пригвождён к месту. Они напоминали стадо загнанных обезумевших овец с выкатывающимися из орбит глазами. В тот момент, когда он решил, что лучше уж было повеситься, он смутно услышал томный голос, приветствующий его: «Ой! Разве это не бывший король бродяг? Твоя манера появления воистину уникальна.» «...» Неважно кем был этот ублюдок. Карлосу хотелось схватить его и, лишив запасов кислорода, прыгнуть вместе с ним в бескрайнее море звёзд. Чёрт возьми! Мы! Сдохнем! Вместе!

Глава 34. Старый знакомый

Электрические пушки по всему форту Барни регулировались с помощью монитора. Вероятно, человек, отдавший команду, не собирался их убивать, поэтому, когда покрывающая небо и землю, ослепительная бело-голубая электрическая сеть была убрана, некоторые из шайки Карлоса Блэка рухнули прямо у дверей летательных аппаратов, другие же катались по полу, делая вид, что вот-вот умрут, однако до смерти им было далеко. Вековая слава! Вековая слава... Тц, Карлос Блэк подумывал, что уж лучше было умереть. Ему хотелось открыть глаза и посмотреть, кто же в конце концов этот человек, насмехавшийся над ним, однако у него было сил даже на то, чтобы оставаться в сознании. Он мог лишь оставаться в дурацкой позе, будто его кинули на гриль, неспособный пошевелить ни единым мускулом, валяясь на полу, словно труп. К чёрту это всё! Саэ Ян, засунув руки в карманы, стоял посреди летательных аппаратов и наслаждался этим жалким зрелищем, которое сам же и устроил. Он выглядел как негодяй, который умел только убивать, но не хоронить. Тан был к нему ближе всех. Оглядевшись вокруг, он цокнул языком и, закрыв руками лицо, так, будто ему не хотелось смотреть на всё происходящее вокруг, спросил: «Что дальше? Что делать с этими... Хм... Шашлыками?» Саэ Ян лениво повернул голову и посмотрел на него: «Меня спрашиваешь?» Тан: «...» Его так и подмывало сказать: «Разумеется! Разве не ты устроил столь грандиозное представление, чтобы немножечко послушать звуки выстрелов? И хочешь сказать, что не знаешь, что дальше делать?» Однако, увидев Саэ Яна, который в любую секунду был готов начать насмехаться над ним, он тут же закрыл рот и обернулся в поисках Чу Сы. «Командир...» Чу Сы, увидев перед глазами столь жуткую картину, даже не вздохнул, а лишь пригнулся к одному из ослабевших бродяг. Он протянул руку, чтобы открыть сомкнутые веки другого человека, посмотрел, а затем похлопал его по лицу. Человек сохранял ничего не понимающее выражение и лишь смиренно позволял бить себя по лицу. «Кажется, потребуется время, прежде чем им полегчает.» Чу Сы встал и вздёрнул подбородок в сторону подошедших к нему Ле Пен и остальных. «Ладно. Такое количество летательных аппаратов стоят немало, не будем тратить их понапрасну, просто снимем с них все центральные процессоры.» Центральный процессор равносилен «мозгу» всего воздушного судна. Конечно, с «Оком небес» ему не сравниться, но эта вещь тоже весьма важная. Даже если бродяги придут в себя, без этих вещиц они всё равно не смогут сбежать. Джоэл и Гай не стали задавать вопросов и, согласившись, направились к летательным аппаратам, стоящим по разные стороны, разделив их на сектора: «Ты выбрал этот участок, тогда я иду туда. Эй, косичка... Цзинь? Твоя задница в порядке? Если можешь, вытащи центральный процессор отсюда...». Оборвав на середине свою речь, Гай, словно старуха-мать, спросил Цзиня: «Сможешь найти центральный процессор? Тот, что в кабине под панелью управления...».   Цзинь, которого весь день спрашивали про его задницу, кивнул: «Я всё ещё знаю, где находится эта вещица. В конце концов, я специализируюсь на техническом обслуживании летательных аппаратов, и если бы не знал, то очень скоро потерял бы работу.» Джоэл, Гай и Ле Пен были поражены: «Не знали, что ты такое умеешь!» Цзинь: «... Я выгляжу таким бесполезным?» Все: "Нуууу..." Цзинь: «...» Что, чёрт возьми, значит это «нуууу»?! Эти люди, вышедшие из тренировочного лагеря, готовы сутками напролёт судачить о навыках. Цзинь же держался за грудь и едва не харкал кровью от досады, пока пытался вытащить центральный процессор. Маленькая швабра изначально намеревалась остаться подле Чу Сы, но попытка не увенчалась успехом, потому что Цзинь увёл её под предлогом «не стоит мешать командиру.» Когда Тан подбежал, он случайно заметил, как маленькая швабра трижды повернула голову. Он не смог удержаться от смеха и сказал Чу Сы: «Командир, я заметил, что ты очень нравишься этой малышке. Эти чёрные блестящие глаза при любой удобной возможности неустанно смотрят на тебя.» Маленькая швабра последовала за Цзинем к летательному аппарату и проскользнула в люк. Чу Сы оглянулся и сказал: «Может быть, мы раньше где-то встречались. Каждый раз, когда эта девчушка смотрит на меня, у меня появляется смутное ощущение, что мы знакомы. Не могу объяснить.» Продолжая говорить, он взглянул на Тана: «Остальные уже занялись изъятием процессоров, а ты решил отлынивать?» Тан поспешно покачал головой: «Нет, нет, конечно же нет, я только что пришёл... С какой-то стороны. Эй, командир...» Он быстро взглянул в сторону Саэ Яна, приблизился к уху Чу Сы и осторожно начал говорить: «Мне кажется немного странным. В характере господина Яна действительно сложно разобраться. Временами...» Чу Сы спокойно прервал его: «Временами тебе кажется, что он опасен, но он тем не менее, кажется, помогает. А иногда ты думаешь, что он поможет, но он стоит сложа руки, да?» Тан похлопал глазами и кивнул: «Да... Так он нам сейчас помогает? Почему мне кажется, что всё это фальшь?» Чу Сы поднял взгляд на Саэ Яна, огни летательного аппарата ярко блеснули в его карих глазах. Он как будто был в трансе, однако быстро прищурившись, отвёл взгляд: «В конце концов, не стоит ожидать от него слишком много. Если бы ты мог догадаться, о чём он думает, это бы был не Саэ Ян... Нужно быть морально готовыми к тому, что он в любой момент может уйти, и к тому же встать на сторону врага.» Тан всё ещё кивал, но услышав последнюю фразу не смог удержаться от смеха: «Командир, ты мне об этом напоминаешь? К чему мне следует морально подготовиться? Мы изначально и не надеялись, что он будет с нами за одно, а иначе не думали бы, что всё это ложь.» Чу Сы промычал «мгм» и повернул голову, чтобы взглянуть на летательный аппарат возле себя. Более сотни воздушных судов, находившихся вокруг, не были одной марки. В конце концов, эти летательные аппараты не были распространены официальной организацией. Аппараты военного назначения были вперемешку с аппаратами гражданского назначения, были среди них и простые, и роскошные, и старые, и новые. У того, что стоял рядом с ним, не было даже трапа. Чтобы забраться в него нужно было перекувыркнуться. Выглядело это не очень красиво. Такие неприглядные моменты командир Чу всегда перекладывал на других. Он бестактно пнул Тана и указал подбородком в сторону летательного аппарата: «Иди, сними процессор и заодно посмотри, есть ли какие-нибудь ампулы с медикаментами.» «А?» Тан встал на колени и прикрыв задницу стал взбираться в летательный аппарат. Поднявшись, он спросил: «Зачем ампулы с медикаментами? Может заодно поискать еды?» «Нужно немного продлить жизнь этим парализованным и расспросить их обо всём. Что же касается остального - решай сам.» Сказав это, Чу Сы махнул рукой и ушёл. Когда Тан взобрался на платформу и наощупь продвигался к люку, он обернулся и заметил, что Чу Сы направляется к Саэ Яну. Он щёлкнул языком. Не зная почему, но с тех пор, как Саэ Ян стал их компаньоном, он всякий раз видя командира Чу, которого боялся и уважал, рядом с Саэ Яном, даже если они просто стояли рядом и изводили друг друга, не мог отделаться от мысли, что вражда между ними может растаять подобно восковой свече: проведёте вместе приятный день и подружитесь.   Командир Чу, перепоручив это дело другому, почувствовал себя спокойно и подошёл к Саэ Яну. Воздушное судно, у которого он стоял, явно принадлежало главному. Дело не в том, что аппарат роскошный или высококлассный, а в том, что от него веет аурой «я уже больше сотни лет скитаюсь по космосу, и никто не может меня остановить», он пропитан высокомерием, смешанным с превратностями судьбы. Чу Сы похлопал по манжетам своей рубашки, которые были испачканы грязью, и закатал рукава до локтей. Поднимаясь по ступенькам трапа, он спросил Саэ Яна, стоящего в дверном проёме: «Не успев прийти, тут же направился к летательному аппарату. Ты с ним знаком?» Лежавший там бродяга выглядел бледным, его лицо исказилось, волосы, борода и усы разметались, а глаза закатились. Было действительно трудно понять, как он выглядел прежде. Саэ Ян стоял на коленях рядом с ним и, держа в руках цифровой шприц, уколол им прямо в солнечное сплетение бродяги. Когда Чу Сы ещё поднимался по трапу, Саэ Ян уже прищурился и осмотрелся вокруг. Из-за плохого освещения выражение его лица было трудно разглядеть, но оно отличалось от его обычного легкомысленного или ленивого вида. Однако, когда Чу Сы прислонился к люку, Саэ вернулся к своему обычному выражению, он поднял брови и беспечно произнёс: «Твои предположения?» «Я полагаю, что ты уже давно вступил в сговор с этой шайкой бродяг и вы совместными усилиями пришли грабить, а сейчас ты занимаешься устранением свидетелей.» — Чу Сы без раздумий нёс всякий бред и пристально наблюдал за полоской отображения дозы на электронном шприце, которая постепенно уменьшалась. Саэ рассмеялся: «Командир прав, поначалу он ещё дышал, но я сделал ему укол, и теперь он должен остыть.» Говоря это, он извлёк шприц, посмотрел на дисплей и выбросил его. Брошенный электронный шприц с лязгом покатился по полу. Но, прежде чем лязг успел прекратиться, бродяга, лежащий на полу, внезапно дёрнулся и глубоко вздохнул: «Ах...» Саэ Ян скривил рот: «Смотри, временное просветление у умирающего.» Бродяга, вероятно, услышал это. Кашлянув, он сделал глубокий вдох и произнёс: «Временное просветление, мать твою! Ты, сукин сын, посмел строить козни Лао-цзы!» Когда он ругался, его голос был слабым, но гнев был настолько силён, что даже, прежде чем успел открыть глаза, уже грозил ему пальцем. Саэ Ян опустил глаза и посмотрел на палец, маячивший перед его носом. Уступив, он без всяких возражений сжал палец и дёрнул. Послышался хруст. Бродяга был не в состоянии пошевелить пальцем: «О мой Бог! Похоже, мне конец!» Оскалившись, он поднял руку и, продолжая ругаться, открыл глаза. Сфокусировав взгляд, он уставился на Саэ Яна. Бродяга мигом что-то пробурчал и проглотил ругательства, которые только что намеревался сказать. Он закатил глаза, нервно дёрнув половиной лица, и снова плюхнулся на пол, притворившись мёртвым.   Всё произошло настолько быстро, что, казалось, было условным рефлексом. Чу Сы фыркнул, увидев такое поведение: «Действительно знакомы.» Саэ Ян указал на лежащего бродягу и сказал ему: «Карлос Блэк, полагаю, ты тоже должен его знать.» Чу Сы остолбенел и нахмурился: «Карлос Блэк? Человек, который сотню лет назад был известен как Король бродяг?» Он снова взглянул на лицо Карлоса, а затем спокойно спросил Саэ Яна: «Ты считаешь, что меня настолько легко обмануть?» Саэ Ян, прищурившись, посмотрел на него и томно произнёс: «И почему наш командир Чу такой умный?» Чу Сы, фыркнув, скрестил руки на груди и прислонился к люку: «Ты сказал, что это Карлос Блэк. Даже сам дьявол не поверит в это.» Притворившийся мёртвым Карлос собственной персоной Блэк был успешно разгневан. Саэ Ян сделал ему укол, который облегчил травмы, вызванные ударом током, но его тело всё ещё было парализовано, и он едва мог двигать чем-то кроме шеи. Будучи выведенным из себя Саэ Яном и Чу Сы, он, наконец, не выдержал и, открыв глаза, осипшим голосом стал ругаться: «Какого хрена я, блять, вечно встречаюсь с тобой, духом поветрия, в самый неподходящий момент?!» П/П: дух поветрия – человек, приносящий несчастье. «Везёт тебе.» Сказал Саэ Ян. Чу Сы, переставив свои длинные ноги, опустил руки и присел на корточки рядом с Карлосом Блэком. Он схватил его за подбородок и, словно рассматривая свинину перед покупкой, повернул Карлоса к себе: «Ты действительно...» «Нет, это не я, ты обознался.» Принялся отрицать Карлос Блэк. Чу Сы поднял брови и спросил: «С какой целью ты прибыл сюда? Принял миссию от другой планеты? Или решил грабить во время пожара?» П/П: Грабить во время пожара - китайская идиома, означающая использование чужой беды для получения собственной выгоды.фс При упоминании об этом у Карлоса Блэка в горле встал ком застарелой крови. Он не собирался просто так всё выкладывать, это казалось ему слишком недостойным, и поэтому он решил поторговаться: «Пока я лежу растянувшись здесь, у меня настолько плохое кровообращение, что даже думать ни о чём не могу.» Саэ Ян и Чу Сы почти одновременно произнесли «О». Они встали, отряхнули свою одежду, развернулись и пошли вниз по трапу. Карлос хриплым голосом прокричал: «Пиздец! Почему вы уходите? А я?! Не могу же я распластавшись просто валяться здесь?! Хотя бы закиньте меня в пассажирский отсек...» Сэ Ян поднял руку и, не оглядываясь, помахал ему: «Всё нормально, проветрись часиков 17–18, а мы пока пойдём вздремнём, потом вернёмся побеседовать с тобой.» Карлос: «... Во имя того, что я когда-то спас тебя!» Спас? Чу Сы неосознанно оглянулся на Саэ, однако увидел лишь то, что он спокойно сказал Карлосу: «О, спасибо.» Карлос: «...» Скотина! Когда Чу Сы достиг последней ступеньки трапа, сверху раздался смиренный голос Карлоса: «Это не миссия, я лишь 3 месяца назад услышал, что ваша планета взорвалась, и в тот самый момент наткнулся на обломок и смог немного поживиться, вот и всё.» Чу Сы тут же остановился. Он нахмурился, обернулся и спросил: «Когда говоришь?»

Глава 35. Разница во времени

«Три месяца... Что случилось?» Карлос Блэк изо всех сил напрягал шею в попытках поднять голову и посмотреть на выражение лица Чу Сы в тот момент, когда он задавал этот вопрос. Как-никак, улавливание и интерпретация мимики - самые полезные данные во время переговоров. Тем не менее он видел лишь затылок Саэ Яна, поэтому раздражённо снова повалился туда, где лежал. Чу Сы мгновение помолчал: «Ты не мог ошибиться с датой? Каким образом ты получил эту новость?» Хотя Карлос Блэк не понимал, почему эта фраза вызвала у Чу Сы столь странную реакцию, но он сразу смекнул и, ухватившись за эту возможность, снова начал отчаянно сопротивляться: «Я отказываюсь говорить, валяясь здесь на полу, меня, как минимум, следует переместить в комнату и посадить! В противном случае не надейтесь вытащить из меня хоть слово!» Его строптивость вынудила Чу Сы на мгновение задуматься, а затем он охотно кивнул: «Ладно, в помещении, сидя. Подождите минутку, Ваше превосходительство.» Командир Чу с незнакомыми людьми зачастую говорит очень вежливо. Однако его вежливость - нечто уникальное. Вероятно, благодаря жизненному опыту он научился говорить «спасибо», даже если для этого придётся наступить себе на горло, и это оказало необратимое влияние на его дальнейшую жизнь. Вплоть до того, что он чрезвычайно вежлив даже тогда, когда совершает какие-то аморальные поступки. Люди, работавшие с ним в здании безопасности, очень хорошо знали об этом изъяне, люди в тренировочном лагере также были хорошо об этом осведомлены. Саэ Ян тоже отчётливо осознавал, насколько Карлос беззащитен в одиночку. Покосившись на спину Саэ Яна, Карлос вздохнул и сказал: «Эх... В конце концов один человек таки уважает старших, не обижает младших и проявляет благоразумие. Раньше мы с вами могли бы вести честное сотрудничество.» Десять минут спустя, по указанию командира Чу, небольшой отряд из пяти человек выбросил бродяг вместе с их лидером, Карлосом Блэком, в опрокидывающийся бункер, словно дохлую рыбу, попавшую в сети. Опрокидывающийся бункер находился на летательном аппарате Карлоса Блэка. Визуально он был старше, чем Чу Сы и Саэ Ян вместе взятые. И когда задняя часть воздушного судна дребезжа высунулась, то можно было услышать скрип. Им Карлос, бороздя космическое пространство, время от времени вылавливал полезный на тот момент «космический мусор». В настоящий момент, однако, он был нагружен 137 бродягами, а он, некогда уважаемый Король бродяг, был зажат в самом низу. Насколько же ублюдочное обращение с военнопленными. Эти 137 военнопленных в итоге были размещены в восточной башне форта Барни, куда Ле Пен и остальные могли свободно приходить и уходить. Доставившее их воздушное судно временно было припарковано на площадке здания, на которую выходили панорамные окна конференц-зала на верхнем этаже. Чтобы связать новоприбывших, были использованы практически все имеющие у них электронные кандалы. Они были связаны крест-накрест – левая рука к правой ноге, правая рука к левой ноге, и посажены в круг вдоль стен. Чу Сы же, прислонившись к огромному продолговатому столу, за которым проводились совещания, и положив обе руки на край, элегантно и снисходительно смотрел на Карлоса Блэка.   Помещение есть, сидячее положение есть. Безупречно. Чу Сы постучал пальцами по столешнице и сказал Карлосу: «Всё так, как Вы и пожелали. У Вашего превосходительства есть ещё требования? Не стесняйтесь.» Карлос Блэк пару раз беззвучно пошевелил губами, вероятно, в очередной раз браня эту «скотину», а затем, с позеленевшим лицом, прочистив горло, ответил: «Нет.» Саэ Ян, не находя себе места от скуки, сел на край стола и, скрестив руки, обратился к Чу Сы: «10 минут, командир, всего лишь 10 минут, и ты превратился в такую же скотину, как и я. Это дело стоит отметить.» Чу Сы окинул его взглядом, а затем снова посмотрел на Карлоса: «Действительно нет никаких требований?» Карлос фыркнул: «Ближе к делу.» Чу Сы кивнул: «В таком случае скажи-ка, когда и откуда ты получил эту новость? Один ответ, и я отпускаю одного человека.» Изначально Карлос хотел съязвить в ответ, но, услышав его условия, насилу сдержался и сказал: «Ты полагаешь, что после всего произошедшего я поверю в твою ложь?» Чу Сы пожал плечами: «Как угодно.» Карлос пришёл в бешенство. Он, всё-таки, действительно не мог противостоять Чу Сы. Даже если Чу Сы не сдержит слово, он так и будет лишь харкать кровью от злости, ему остаётся только на слово ему поверить. Немного поразмыслив, Карлос всё же открыл рот: «Признаю, мне не повезло натолкнуться на вас, духов поветрия. В общем...» «3 месяца назад я проходил по границе сектора Альфа, и, когда заключал сделку с другой группой бродяг, получил от них эту новость. Они сказали, что перед этим как раз проходили мимо вашей планеты Гамма в созвездии Орла, и по неосторожности пересекли её линию границы, однако предупреждения о пересечении границы так и не получили. Тогда они были немного озадачены, но, поскольку торопились на планету Камай и в Серебряный город, то не стали заострять на этом своё внимание. Спустя 3 дня они из Серебряного города прибыли в сектор Альфа, чтобы заключить с нами сделку. В очередной раз проходя мимо вашей планеты, они намеренно пересекли границу, и по-прежнему не получили никакого предупреждения. Тогда они решили сыграть по-крупному и просто ворвались во внутренние границы планеты. Подождав, когда будут достаточно близко к её поверхности, они обнаружили, что от вашей планеты Гамма в созвездии Орла, вопреки ожиданиям, остались лишь одни воспоминания, а сама планета уже перестала существовать.» «Затем...» Карлос Блэк неуклюже указал на себя. «Они заодно продали мне кое-какую информацию. Я прикинул время. Взрыв вашей планеты должен был произойти примерно 3,5 месяца назад, ибо, насколько мне известно, 4 месяца назад другая команда бродяг приземлялась на вашей планете. Поговаривают, они продали кое-какую информацию вашему военному министерству? По крайней мере, во время их приземления ваша планета была цела.» «Военное министерство?» Если рассуждать логически, целый отряд бродяг может проникнуть на планету либо благодаря правительству, либо военным, чтобы продать какую-нибудь секретную информацию. Военное министерство должно было сообщить об этом в здание безопасности, однако офис № 5, которым заведовал Чу Сы, не контролировал напрямую этот аспект, поэтому для него было совершенно нормально не знать об этом. «Это то, что я слышал. Касательно военного министерства, я точно не знаю. 100% гарантию вам никто не даст, но я могу гарантировать точность той информации, которой я владею, на 80%.» Сказал Карлос Блэк. Чу Сы на протяжении длительного времени пристально смотрел Карлосу в глаза, а затем нагнулся и стал тщательно его обыскивать. «Что ты творишь?» Карлос отпрянул. «Что ищешь? Летательный аппарат, мать твою, вы конфисковали. Что вы ещё задумали?!» «Карманные часы, наручные часы или что-нибудь ещё, что может показать время.» Ответил Чу Сы.   Когда он произносил эти слова, в его голосе послышалось нетерпение, из-за чего Карлос немного смягчился. «Часы, часы, часы! Это всего лишь часы! Они у меня в кармане брюк.» Чу Сы нахмурился, без лишних слов повалил его на пол, протянул руку и бесцеремонно стал ощупывать его левый карман, который оказался пуст. Когда он уже собирался перейти к правому карману, Саэ Ян внезапно встал со стола, наклонился и, ударив по руке Чу Сы, вынул содержимое правого кармана Карлоса и швырнул его на стол. Бам... Металлическая вещица покатилась по столу и наконец остановилась. Чу Сы на мгновение остолбенел, взглянул на Саэ Яна и заметил, что он вышел из себя и по какой-то необъяснимой причине, казалось, потерял терпение. Вероятно, разговор между Чу Сы и Карлосом не имел для него особого значения и не вызвал никакого интереса, и пока он их слушал, успел заскучать. Однако Чу Сы всё-таки заметил, что на секунду он улыбнулся, а в следующую секунду уже нахмурился, поэтому не стал придавать этому особого значения. Он выпрямился, взял со стола вещицу и открыл крышку. Эта вещица в стиле ретро была очень похожа на старинные карманные часы - диск размером с половину ладони, с откидной крышкой и цепочкой. Исключением было лишь то, что после открытия крышки на дисплее внутри были не стрелки, а экран. На круглом экране отображалась упрощённая версия карты звёздного неба с 18 точками, обозначающими обитаемые планеты, расположенными в разных местах экрана. В верхнем левом углу экрана было квадратное поле, обозначающее текущее время, вот только метод расчёта отличался от того, который обычно использовал Чу Сы. Он нажал на точку, обозначающую планету Гамма в созвездии Орла. На дисплее в верхнем левом углу время было мгновенно преобразовано в формат, который был наиболее знаком Чу Сы: 5714 год по новому григорианскому календарю. 17 марта, 22:09:23 Он долго молча смотрел на цифры, обозначающие год, убеждаясь, что не ошибся ни в одной из них, а затем поднял глаза. Крышка часов в его руке со щелчком закрылась, он сжал их и немного повертел. Поразмыслив, он снова бросил их Карлосу. Карлос всё ещё был немного удивлён: «Ты не собираешься забрать их себе?» Чу Сы по-прежнему хмурился, но его внимание явно было сосредоточено не на Карлосе, поэтому он небрежно ответил: «Зачем они мне?» Со временем явно есть какие-то проблемы. Чу Сы, размышляя, ходил туда-сюда, затем подошёл к двери конференц-зала, пересёк круглые перила и взглянул на людей на первом этаже восточной башни, которые были заняты разбором воздушных судов. Цзинь, ходивший весьма неуклюже, особенно привлекал к себе внимание. Чу Сы задержал на нём взгляд на несколько секунд и, наконец, переведя его на Тана, сказал: «Тан, поднимись сюда.» Тан на мгновение растерялся, затем, запрокинув голову, крикнул: «А? Сейчас буду.» Вскоре Тан, спеша со всех ног, поднялся и резко остановился перед дверью в конференц-зал. Открыв дверь, он мельком заглянул вовнутрь и шёпотом обратился к Чу Сы: «В чём дело, командир? Они ведут себя нечестно и отказываются сотрудничать?» Чу Сы покачал головой и сказал: «Где твой коммуникатор? Я просто внезапно вспомнил, что, кажется, забыл спросить у тебя время.» Тан в замешательстве достал коммуникатор, посмотрел на Чу Сы и показал: 5714 год по новому григорианскому календарю.   6 марта, 14:21:38. Хотя дата и не совпадала с той, что была на карманных часах Карлоса, однако разница была небольшая, полностью в пределах нормального диапазона разницы в скорости течения времени. На самом деле Чу Сы мог бы догадаться об этом результате, даже не глядя на коммуникатор Тана. Он просто... Проверял снова и снова, словно у него обсессивно-компульсивное расстройство. У Тана и Карлоса разница во времени составляет 10 дней, и у Саэ Яна, бродившего вокруг чёрной дыры, также разница с ними немногим более 10 дней. Есть ещё и космическая тюрьма... Разница во времени у всех была в пределах нормы, почти у всех одинаковая. Кроме него... 5714 год и 5763 год. Хотя Чу Сы не хотел этого признавать, кажется, что первый вариант правильный, а вот второй явно нет. Когда он впервые открыл глаза, именно Цзинь сказал ему, что уже прошло 50 лет. Конечно, первой мыслью Чу Сы было то, что Цзинь с какой-то целью вмешался в отображение времени на браслете, заставив его ошибочно полагать, что прошло 50 лет. Но вскоре эта идея была опровергнута, поскольку после того, как он вылез из криокапсулы, получил сообщение от Саэ Яна, и его собственный коммуникатор также отображал время получения сообщения. Во второй строке чётко был виден 5763 год. На мгновение Чу Сы растерялся. В конце концов наблюдать за тем, как время подвергается разгону и реорганизации снова и снова, отнюдь не самый приятный опыт. Он почувствовал, что его головная боль снова начала возвращаться... В целом у всех остальных время одинаковое. Согласно их взгляду на события, сейчас 5714, и с момента взрыва планеты прошло менее 4 месяцев. Однако в его временном промежутке возник колоссальный хаос, и время перемоталось на 50 лет вперёд. Где произошло вмешательство? Кто это сделал? Какова его цель? «Что случилось, командир?» Тан тупо хлопал глазами. «Вы выглядите не очень хорошо». «Ничего». Когда Чу Сы снова открыл рот, выражение его лица вернулось к нормальному. Он махнул рукой и сказал Тану: «Ничего. Иди займись делом». Тан понимающе вздохнул и уже повернулся, чтобы уйти, когда Чу Сы снова похлопал его и шёпотом добавил: «Помоги мне... Присмотри за Цзинем». «А?» Тан на мгновение опешил, затем быстро сообразил, жестом показал «ОК» и поспешно стал спускаться вниз. Он сделал пару шагов, размышляя об этом, затем обернулся и сказал: «Вы ведь всё время беспокоились насчёт него, верно? Как насчёт того, чтобы довести его до предела?» Чу Сы поднял бровь, закрыл дверь конференц-зала и, когда обернулся, едва не врезался в кого-то. Перед ним стоял господин Саэ Ян, менявший выражение лица быстрее, чем перелистывал страницы книги. Чу Сы рассердился: «Будь так любезен, ходи погромче. Что ты здесь делаешь?» Саэ Ян подошёл ближе, его почти прозрачные глаза слегка сузились, он пару секунд смотрел в глаза Чу Сы, затем твёрдо сказал: «Кто-то вызвал недовольство нашего командира? Дай-ка отгадаю, что произошло». Спина Чу Сы машинально напряглась, а затем мигом расслабилась: «Всё ещё требуется разгадка? Разве ты пришёл не просто подслушивать?» Закончив говорить, он немного помолчал, а потом добавил: «Хотя тебе, пожалуй, нет нужды подслушивать, ты уже давно понял причинно-следственную связь, но по некоторым причинам не собираешься ничего говорить, верно?» П/П: не помню где в первый раз вылезло название планеты, поэтому оставлю тут) Давайте разберёмся. В оригинале у нас 天鹰γ星 tiānyīngγxīng 天鹰tiānyīng это созвездие Орла, более известное как созвездие Аквила. Аквила была одним из 48 созвездий, описанных астрономом II века Птолемеем. Ранее она была упомянута Евдоксом в IV веке до н. э. и Аратом в III веке до н. э. Сейчас это одно из 88 созвездий, определённых Международным астрономическим союзом. Созвездие также было известно как Vultur volans (летающий гриф) у римлян. Считается, что оно изображает орла, который в греко-римской мифологии держал молнии Зевса/Юпитера. Аквила также ассоциируется с орлом, который похитил Ганимеда, сына одного из царей Трои (ассоциируется с Водолеем), на Гору Олимп служить виночерпием богам. γ星 γxīng – соответственно звезда входящая в состав этого созвездия. Носит название Таразед, так же может называться Гамма Орла — двойная звезда в созвездии Орла. В Китае с созвездием Орла как раз связан миф о Пастухе и Ткачихе. С вашего позволения я буду называть планету – Гамма, а Аквилу – созвездием Орла.

Глава 36. Причина

Едва Чу Сы задал этот вопрос, и тут же почувствовал его неуместность, ибо звучал он уж очень двусмысленно.   А кого спрашивать? Саэ Яна? Даже если он давно понял, что что-то не так, какой ему смысл говорить об этом? Ему не нужно искать причину, чтобы отбросить всё то, что не имеет к нему никакого отношения.   Он даже мог представить реакцию Саэ Яна на эти слова. В уголках его рта заиграет лёгкая улыбка, и он, растягивая слова заговорит своим безразличным тоном...   В любом случае это звучит издевательски, и лишний раз заставляет злиться.   Поэтому Чу Сы опустил глаза, и не дожидаясь, когда Саэ Ян откроет рот, похлопав его по руке тыльной стороной ладони, сказал: «Будь так любезен, не загораживай путь, дай мне пройти. В следующий раз, ни в коем случае не появляйся передо мной, когда у меня плохое настроение, как-никак я безрассудный человек.»   Чу Сы произносил эти слова совершенно спокойно, и, уходя от ранее заданного вопроса, даже вернулся к своей привычной манере речи.   Возможно, он слишком быстро похоронил эту тему, а возможно была какая то другая причина, но Саэ Ян не проронил и пары слов в своей привычной насмешливой манере. Чу Сы прошёл мимо него, открыл дверь и дошёл до Карлоса Блэка и его скитальцев, а Саэ Ян по-прежнему молчал.   «Очень достойно с его стороны.» подумал Чу Сы.   Он не обернулся чтобы взглянуть на выражение лица Саэ Яна, а затем подошёл к нескольким честным на вид бродягам и снял кандалы.   Чу Сы не понимал, было то на самом деле или всего лишь игрой его воображения, но он ощущал, что Саэ Ян пристально смотрит ему в спину, и это заставляло его чувствовать себя не в своей тарелке.   На мгновение ему захотелось обернуться и удостовериться, но поскольку ранее произнесённые им слова и так были не в его стиле, он не хотел делать ещё что-то более не соответствующее его поведению.   Когда раздался звук открытия электронных замков, Карлос Блэк и его шайка никак не отреагировали.   «Ты всё-таки докопался до истины?» Удивлённо спросил Карлос Блэк.   Выражение лица Чу Сы было таким же как обычно, казалось, на него никак не повлияли только что произошедшие события. Он встряхнул кандалы в своей руке, и на фоне бряцанья металла, его голос звучал ещё спокойнее и элегантнее: «Я же говорил, ты отвечаешь на один вопрос, я отпускаю одного человека. В большинстве случаев я держу своё слово.»   Карлос смотрел на него с большим сомнением.   Чу Сы пару секунд смотрел на него, и кандалы в его руке снова пришли в движение: «Ваше Превосходительство, кажется, не то очень довольны. В таком случае можем снова надеть на них кандалы.»   Карлос запротестовал: «Нет! С чего это я недоволен?! Как ты вообще узрел, моё недовольство?! Эй! Ты...»   Пока он раскаивался, Чу Сы уже снова надел кандалы на одного человека. Карлос так нервничал что едва не сорвал голос пока кричал: «Доволен, доволен, я ещё никогда, мать твою, не был настолько доволен, не надевай кандалы!»  Чу Сы выпрямился и прекратил свои действия. Карлос долго молча смотрел на него, затем вздохнул и произнёс: «Я слышал, что этот дух поветрия называет тебя командиром. Ты из военного министерства? Похож на военачальника.» Время от времени они имеют кое-какие дела с военным министерством, и их, в некоторой степени, можно считать знакомыми. Спросив об этом, Карлос, вероятно, пытался завоевать его расположение. Чу Сы поднял брови: «Не совсем, я сижу в здании безопасности.» Карлос, с выражением боли на лице, оглядел его с ног до головы: «Разве в здании безопасности твоей планеты не сидит кучка стариканов, которые днями напролёт только и могут что что-то обдумывать да языками чесать? А ты выглядишь совсем иначе?» «Мои представления о Вашем Превосходительстве, Короле бродяг, тоже оказались далеки от реальности.» Сказал Чу Сы. «...» Карлос цокнул языком. «Я не люблю общаться с подобного рода молодыми людьми, как вы, которые открывают рот лишь для того, чтобы насмехаться над другими. Посмел бы ты сказать такие слова мне в лицо лет 100 назад? Я уже слишком стар, чтобы опускаться до вашего уровня.» Золотой век Карлоса Блэка был сотню лет назад. В то время он был примерно того же возраста, что и Чу Сы, и Сэ Ян сейчас. Тогда он был в самом расцвете сил, но сейчас ему уже почти 170 лет. При средней продолжительности жизни в 200 лет его жизнь уже клонилась к закату. Несмотря на то, что всякий раз открывая рот он не забывает упоминать о своих «значительных летах» и кичится своим старшинством, в душе он не считает себя стариком. Он по-прежнему высок, его мышцы по-прежнему крепки. Может махать кулаками и таскать на плечах артиллерийскую систему. Его тёмно-каштановые волосы и борода такие же густые, как и 10, 20 и даже 50 или 60 лет назад. До старости ему ещё очень далеко. Обычно Карлос прибегал к уловке и говорил о «значительных летах» тогда, когда пытался договориться с другой стороной. Чу Сы тоже это заметил. Он некоторое время слушал, как Карлос наигранно вздыхает, затем поднял подбородок и сказал: «Прекрати вздыхать, говори по существу.» Карлос рассмеялся: «Ого, как прямолинейно! Мне нравятся такие молодые люди, как ты, которые не ходят вокруг да около. В общем... Ваше нынешнее положение на самом деле ничем не лучше нашей группы пленников. Возможно, звучит не очень приятно, но это факт. Планета разлетелась на куски, а вы занимаете лишь крохотную её часть, к тому же эта часть - пустошь. Отсутствие предметов первой необходимости, нехватка рабочей силы и отсутствие стабильной окружающей среды. Полагаю...» Когда он прищуривал глаза, его брови стремительно подлетали вверх, словно сокол, и он даже больше походил на Короля бродяг, чем раньше. Он сделал небольшую паузу, а затем продолжил: «Сейчас вы, конечно же, очень хотите узнать некоторые новости. Например, в порядке ли правительство? Есть ли у военных ответная стратегия? Сколько людей уже пришло в себя? Сколько вам ещё придётся так бродяжничать? Слышали ли об этом люди на других планетах и были ли предприняты какие-либо действия? « По мере того как он говорил, голос Карлоса становился всё мягче и мягче, однако в нём ощущалась гнетущая сила другого рода. Каждое его слово било точно в цель. Это действительно было то, что сейчас хотели знать Чу Сы и остальные. И кроме этого, у Чу Сы был ещё один вопрос: что же случилось с «его» временем? Каждой из этих проблем было достаточно, чтобы голова шла кругом, и каждый из этих вопросов был связан с тем, смогут ли они как можно скорее перестать блуждать в бескрайних просторах космоса. Чу Сы повертел кандалами в руках, на мгновение задумался, поднял глаза и посмотрел на него: «У тебя есть информация, и ты хочешь заключить сделку?»   Карлос Блэк не стал ходить вокруг да около: «Ты получаешь информацию, а взамен снимаешь с нас кандалы и возвращаешь транспорт.» «Ты даёшь мне информацию, я либо снимаю с вас кандалы, либо возвращаю транспорт.» Чу Сы сделал удаление на слове «либо». Карлос: «... Как в таком юном возрасте твоя душа может быть настолько чёрной?» Чу Сы невозмутимо ответил: «Я лишь уповаю на то, что Ваше превосходительство понимает, сейчас ты пленник, и не в твоих интересах заламывать цену.» Чу Сы предполагал, что Карлос снова начнёт сопротивляться, но кто же знал, что мгновение поразмыслив, он тут же кивнёт головой в знак согласия. «Ладно, мне лень разводить волокиту. Выбираем одно из двух, да? В таком случае я выбираю снять кандалы. Прежде чем мы сможем обсуждать другие вопросы, нам нужно сначала выйти из положения пленников.» Чу Сы кивнул и сказал: «Хорошо. Тогда сначала позволь мне услышать твою информацию.» ... Через десять минут Карлос Блэк наконец-то закончил говорить и обратился к Чу Сы: «В общем, всё, есть некоторые более конкретные вещи, которые я тогда записал, они в моём воздушном судне. Так или иначе, сейчас уже всё в твоих руках. Ты можешь сам всё посмотреть.» Чу Сы с радостью согласился и выпрямился. Воздушное судно Карлоса Блэка стояло на платформе позади. Когда Чу Сы разворачивался, он, не говоря ни слова, мимоходом решил взглянуть, чем занят Саэ Ян. Однако, когда он повернул голову, то обнаружил, что место, где изначально стоял Саэ, пустовало, и там уже никого не осталось. Чу Сы растерялся. Карлос Блэк, казалось, даже сквозь затылок смог узреть мучивший его вопрос и сказал: «Дух поветрия ушёл в тот момент, когда я говорил, что Серебряный город уже должен был начать действовать.» Ушёл? Чу Сы открыл дверь конференц-зала, подошёл к перилам и посмотрел вниз. Он не нашёл Саэ, только заметил, как Ле Пен и остальные что-то выносят. «Эй, я всё сказал, разрешишь нам снять кандалы?» Крикнул Карлос. «Разрешаю.» Сказав это, Чу Сы, под выжидающими взглядами бродяг, не стал к ним приближаться. Вместо этого он ступил на платформу и сел в воздушное судно Карлоса. Это один из немногих летательных аппаратов, у которого не был изъят центральный процессор и который можно использовать в обычном режиме. Летательные аппараты фактически были местом жительства скитальцев, внутри довольно просторно, к тому же есть всё, что должно быть в нормальных апартаментах. Помимо всего этого было и то, чего не могло быть в нормальных апартаментах, а именно: оружие и склад боеприпасов, медицинский кабинет, кабина пилота и многое другое. Чу Сы окинул взглядом планировку, снова осмотрел оружие и боеприпасы и нашёл самонаводящиеся микробомбы. Хотя она носит название «интеллектуальная наземная микробомба», однако в действительности эта малышка больше похожа на умного робота, несущего микробомбу, и является хорошим инструментом для атак из засады. Чу Сы взял одну, ввёл электронный ключ от кандалов и дал команду открыть замки, а затем запустил робота в конференц-зал. Сам же он сел в кабину пилота, повернул пусковой рычаг и собрался уйти не оглядываясь. В этот момент в конференц-зале кучка бродяг обдумывала, как отомстить Чу Сы, когда он придёт открывать замок. В результате ещё до того, как успели что-то сообразить, они увидели, как к ним приближается самонаводящаяся микробомба. Карлос Блэк: «Я... Блять!» Чу Сы опустился на сиденье, надел гарнитуру, закрыл люк воздушного судна и молча повёл его вниз с платформы. Выбрав автоматический поиск точки приземления, он достал коммуникатор и подключился к каналу Тана. «Что случилось, командир? Мы собрали все аппараты на подземном складе, а центральные процессоры закрыли в ящике под кодовым замком, я позже передам его тебе.» Тан казался очень взволнованным. «Мы перевезли их оружие и боеприпасы, так что нам не о чем беспокоиться, и они не смогут начать контратаку. Командир, ещё есть очень много свежих продуктов! Боже мой, у меня даже слюнки потекли! Одному Богу известно, насколько отвратительны эти питательные таблетки!» Чу Сы дёрнул уголком рта: «Хорошо, куда вы перенесли свои вещи? Я скоро буду. Я освободил банду бродяг в восточной башне. Иди и запри входную дверь внизу, чтобы на время ограничить их деятельность лишь восточной башней. Я позже обсужу с ними детали... Возможно, нам придётся немного пошуметь.» Тан остолбенел: «Пошуметь? Честно говоря, когда я слышу подобные слова, то мне на ум приходит... Господин Ян.» Услышав, что он упомянул Саэ Яна, Чу Сы на мгновение перестал стучать пальцами по подлокотнику, а затем снова продолжил: «Не знаю по какой причине, но он только что внезапно покинул конференц-зал. Вероятно, вспомнил о каком-то деле и ушёл, кто знает.» «Ушёл? Почему ушёл?» Спросил Тан. Чу Сы вспомнил слова Карлоса о том, что Саэ Ян ушёл, как только услышал о действиях различных планет, в частности же о направлении движения Серебряного города. Возможно, он получил какую-то информацию, которую хотел, и продолжил делать то, что должен был делать. Летательный аппарат медленно приземлился за стеной возле центральной башни. Остановившись, Чу Сы нажал кнопку открытия люка, но не стал сразу покидать кабину. Он сказал Тану: «Нам повезло, и мы смогли урвать чрезвычайно полезные летательные аппараты. Он просто выбрал тот, у которого ещё не был изъят центральный процессор, и отправился в путь. В конце концов, у него вообще не было причин оставаться здесь.» Сказав это, он почувствовал, как у него по спине побежали мурашки, а на спинку стула что-то надавило. Чу Сы нахмурился и резко повернул голову. Господин Ян, который, как говорили, «уже ушёл», облокачивался на спинку стула. Он поднял руку и, поманив пальцем, сказал: «У кого, говоришь, нет причин оставаться здесь?» Этот жест был слишком интимным, и сердце Чу Сы внезапно пропустило удар. Словно по условному рефлексу он снова сел прямо и оставил Саэ Яна лицезреть его затылок. Он нахмурился и уже собирался что-то сказать, как вдруг Саэ Ян поднял руку, пальцами сжал его подбородок и развернул к себе: «Не отворачивайся, то, что ты только что сказал... Не могло быть обо мне, верно? Кто сказал, что у меня нет причин оставаться здесь?»

Глава 37. Старые связи

Спинка кресла в кабине пилота была немного выше. Когда Саэ говорил, его веки слегка опускались, и во внешних уголках глаз появлялась небольшая морщинка, что, казалось, делало его темперамент менее агрессивным. Этот взгляд настолько сбивал с толку, что Чу Сы на мгновение остолбенел и даже забыл высвободиться из пальцев Саэ Яна, державших его за подбородок. Такой способ вести диалог был немного двусмысленным и мог создать иллюзию, что они находятся в близких отношениях. Фактически очень часто то, как Саэ Ян разговаривал и вёл себя с ним, действительно создавало у окружающих такого рода иллюзии. Изначально, по правде говоря, всё было совсем иначе. За те годы, что он провёл в санатории «Белый орёл», Саэ Ян с ним нормально практически не разговаривал, естественно, Чу Сы тоже был не особо приветлив. Каждую их встречу можно было описать идиомой «для врагов всякая дорога узка», и во время каждого их разговора в воздухе витал сильный запах пороха. П/П: запах пороха — обр. враждебная атмосфера; очень напряжённая обстановка накануне столкновения, конфликта. Более того, по прошествии времени темперамент Чу Сы стал более спокойным, и он мог мирно беседовать практически с кем угодно, за исключением Саэ Яна, у которого, казалось, всегда был способ заставить его потерять над собой контроль. Если хорошенько подумать, все разговоры между ними на самом то деле были чрезвычайно лаконичными. Даже если умножить на два все диалоги, которые имели место во время обучения в военной академии, их всё равно будет меньше, чем разговоров Чу Сы с другими одногруппниками. Фамилию, имя и внешность этих одногруппников Чу Сы уже и не помнил, однако Саэ Ян, с которым он общался меньше всего и имел наихудшие отношения, стал человеком, который произвёл на него самое глубокое впечатление за эти 12 лет. После полугода пребывания в тренировочном лагере их отношения стали чуть лучше. То ли резкая смена обстановки заставила их сильно повзрослеть, и они наконец-то выросли из этого бунтарского периода, то ли что-то другое. Если необходимо найти переломный момент, вероятно, это было, когда два человека, выпустившихся из военного лагеря, отправились в качестве подкрепления на провалившуюся миссию. Два человека, которые до этого случая ни разу не были в одной команде, впервые оказались вместе в столь жёстких условиях и, вопреки ожиданиям, достигли даже большего взаимопонимания, чем кто-либо другой. Чу Сы впервые действовал совершенно спокойно, ведь ему не нужно было беспокоиться о том, что товарищи по команде будут его тормозить, потому что Саэ Ян был намного сильнее, чем любой другой напарник. При всём этом он не чувствовал себя связанным по рукам и ногам, потому что каждое действие Саэ Яна было безумным и в высшей степени провокационным, и, находясь с ним в тесной взаимосвязи, Чу Сы, следуя его примеру, тоже старался пошевеливаться. Вернувшись с миссии, где он находился на грани жизни и смерти, у Чу Сы возникли противоречивые чувства. В этом плане он всегда реагировал немного с запозданием. К тому моменту, когда он еле-еле признался сам себе, что не испытывает раздражения к Саэ Яну как к напарнику, а наоборот даже испытывает лёгкое чувство радости, их отношения уже стали такими, как сейчас. Чувство подавления и близости смешивались воедино, и он даже не мог вспомнить, когда именно это началось, потому что уже неосознанно привык к этому. Какое-то время между ними продолжалось относительно спокойное взаимодействие, однако постоянно чувствовалось, что это взаимодействие достигается через силу. Миссия на планете Насс была их второй командной работой. Когда Чу Сы казалось, что надежды нет, Саэ Ян неожиданно вернулся и вынес его из пещеры, используя свою капсулу для перемещений, чтобы благополучно доставить его обратно в тренировочный лагерь. Собственно говоря, Саэ Ян спас ему жизнь. Когда он, лёжа на спине Саэ Яна, чувствовал, что теряет сознание, в действительности он немного сопротивлялся. Это сопротивление было инстинктивным, условным рефлексом, отточенным ещё в детстве. Какое-то время его разум сопротивлялся, но сердце в конце концов внезапно смягчилось, точно так же, как в тот момент, когда Цзян Ци поймал его восьмилетнего в переулке. Только лишь в возрасте восьми лет ему удалось найти повод, чтобы его сердце смягчилось. Либо врождённое чувство психологической зависимости незрелого дитя ещё не полностью покинуло его, либо Цзян Ци по возрасту как раз годился ему в отцы, но что-то из этого дало ему этот проблеск надежды на обретение родственных связей. Тем не менее в этот раз у него не было объяснения происходящему. А ещё сложнее было объяснить, что та загадочная атмосфера, окружавшая их, пока Саэ Ян вытаскивал его на своей спине из пещеры, не то, что долго не рассеивалась, а наоборот с каждой последующей миссией становилась все более насыщенной. Некоторые события происходят тихо и на удивление очень быстро. Настолько, что два месяца спустя во время очередной миссии, когда Саэ Ян прижал его к стволу дерева, кончики их носов соприкасались и губы находились всего в нескольких миллиметрах друг от друга, Чу Сы, вопреки ожиданиям, не хотел ему врезать. В то время за ними гналась разведка Серебряной армии, и экспериментальный снаряд разорвался менее чем в ста метрах от них. Чрезвычайно едкая и раздражающая жидкость разбрызгивалась, сжигая растительность в лесу. Туман, наполнявший воздух, был едким и невыносимым, а необузданный звук сигнала тревоги, смешивающийся со звуками военного устройства связи, создавали губительный фоновый шум. Когда наступал такой роковой момент, Саэ Ян приходил в сильное воодушевление, и как только он приходил в это состояние, то становился по истине безумным. Настолько безумным, что застигнутый врасплох враг совершенно не в состоянии сопротивляться. Однако Чу Сы и подумать не мог, что на этот раз он изменит своим безумным методам. Изначально он просто воспользовался стволом дерева для того, чтобы блокировать брызги едкой жидкости, однако внезапно Саэ Ян, склонив голову, подошёл к нему. В тот момент его глаза были наполовину прикрыты, он демонстрировал такую безумную и надменную энергию, что невозможно было понять, воодушевлён Саэ Ян или испытывает какие-то другие эмоции. Само собой, в тот момент они были очень близко друг к другу, настолько близко, что даже их дыхание переплеталось. Однако они так и не преодолели эту границу в несколько миллиметров, потому что летательный аппарат, отвечавший за их поддержку, приземлился рядом с ними. Затем последовала хаотичная и яростная перестрелка. Отряд поддержки всеми силами старался покинуть это место, одновременно во всю глотку передавая приветы восьми поколениям предков своих неприятелей. Медицинский осмотр, дезинфекция и перевязка ранений были настолько сумбурными, что ни у Чу Сы, ни у Саэ Яна не было времени, чтобы упомянуть об этом моменте в лесу. После этого произошли ещё более сложные внутренние беспорядки в военном министерстве «Белый орёл». Между исследовательским институтом военного министерства и командованием произошёл спор, эти беспорядки затронули и тренировочный лагерь, и санаторий. Дошло даже до того, что были втянуты уже упокоившиеся люди, в том числе и Цзян Ци. Чу Сы отдавал этому делу все свои силы. К тому времени, когда всё окончательно успокоилось, уже был конец того года. Изначально таинственная атмосфера уже давно была похоронена среди развалин этого хаоса, и в итоге не было никакого смысла снова упоминать об этом. Следующая встреча Чу Сы и Саэ Яна состоялась в тот день, когда Саэ по каким-то особым причинам покинул тренировочный лагерь. К тому дню их знакомство составляло полных 13 лет. Большую часть времени разговоры между ними всегда были полны провокаций и насмешек, а остальная часть была полна не поддающейся описанию двусмысленностью и подшучиванием. Самый умиротворённый момент между ними произошёл тогда, когда, пройдя мимо ботанического сада, где они впервые встретились, они остановились в нескольких шагах друг от друга и попрощались. На самом же деле, то был редкий момент, когда Чу Сы был полностью расслаблен. Вероятно, потому что ему удалось найти кое-какие зацепки, доказывающие то, что Цзян Ци не умер, а также потому что он принял меры предосторожности относительно Саэ Яна, благодаря чему враждебность и неловкость между ними рассеялись. За прошедшие годы, не считая Цзян Ци, к которому он относился как к члену семьи, это был единственный человек, заставивший его попытаться отпустить свою подозрительность и бдительность. Что касается того Чу Сы, каким он был в то время, то он не мог дать чёткого определения такого человека, как Саэ Ян, ибо единственный человек, с которым он мог кого-то сравнивать, был Цзян Ци. Однако Цзян Ци — член семьи, а Саэ Ян — нет. Разница между ними была слишком велика. Они не были друзьями. Друзья не будут более 10 лет находиться в состоянии боевой готовности, как это делали они, вплоть до того, что у них ни разу не было разговора по душам. Тем не менее, как бы то ни было, их отношения развивались в сторону молчаливого согласия и доверия, что было весьма неплохо. Этот образ мыслей продолжался до тех пор, пока после третьего года Чу Сы не покинул тренировочный лагерь. В том же году, за полмесяца до годовщины смерти Цзян Ци, Чу Сы получил задание, в котором давно хотел поучаствовать. Оно касалось самой загадочной исследовательской базы Военной академии «Белый орёл» под названием «Красный клён». База находилась на перекрёстке между опорным пунктом военного министерства и правительством. Наиболее важные и наиболее секретные исследования военного министерства проводились на базе «Красный клён». Раньше Цзян Ци ежегодно проводил там около 3 месяцев. Чу Сы даже не подозревал, какие исследования он там проводит и какими делами занимается. Однако в тот год в ходе нескольких взаимосвязанных миссий Чу Сы обнаружил, что на исследовательской базе «Красный клён» имелся один исследовательский проект, имеющий отношение к возобновлению физиологической продолжительности жизни некоторых исследователей. Вопреки ожиданиям, в списке был и Цзян Ци, от которого не осталось даже костей. Этот список и изложенная в общих чертах исследовательская программа придали Чу Сы сил на долгие годы, и наконец он нашёл ответ. Либо Цзян Ци, вероятнее всего, не умер, либо есть какой-то способ вернуть его к жизни. Несмотря на то, что это звучит как абсурдная и мошенническая история, однако в действительности это была та надежда, которую Чу Сы ждал на протяжении 18 лет. Но в итоге он беспомощно наблюдал, как эта надежда рухнула вместе со всей базой «Красный клён». В мгновение ока всё исчезло, не оставив и следа. Человеком, уничтожившим базу «Красный клён», был Саэ Ян, который неожиданно перешёл на сторону врага. В течение следующих нескольких лет все миссии Чу Сы были связаны с погоней за Саэ Яном. С систематическим увеличением объёма данных и протоколов он наконец убедил себя осознать одну вещь: Саэ Яна совершенно ничего не волнует. Сегодня он может быть самым сильным товарищем по команде, а завтра с такой же лёгкостью обратится против него. Ни он, ни кто-либо другой не сможет на него повлиять, а тем более помешать. Он опасный, эгоистичный, необузданный. Проделав долгий путь, он наконец обнаружил, что самым близким к истине было его первое впечатление о Саэ Яне. Действительно, чрезвычайно иронично. Человек, спасший его, в итоге разрушил все его надежды, тот, кому он пытался доверять, в конце концов обернулся против него. Эти неоднозначные чувства мучили Чу Сы в течение многих лет, и только когда Саэ Ян в конце концов прибыл в космическую тюрьму, они стали постепенно угасать. За последние несколько лет всё превратилось в нынешнюю непонятную ситуацию. ... Чу Сы пристально смотрел в светлые глаза Саэ, которые за прошедшие десятилетия совершенно не изменились, убрал в сторону руку, державшую его подбородок, и произнёс: «Ну есть причина, значит есть. Как тебе будет угодно». Сказав это, он отвернулся, чтобы снова посмотреть на изображения, сделанные Карлосом Блэком. Изображения были неполными и никак не связанными, однако большинство из них совпадали с информацией, услышанной ранее. Как и сказал Карлос, Серебряный город уже принял меры. Армия мехов с зондами уже направлялась в сектор Альфа. Другие планеты тоже не сидели сложа руки. Две планеты, которые когда-то были тесно связаны с планетой Гамма в созвездии Орла, приблизились к краю звёздной области. Вот только неизвестно, пришли они для того, чтобы помочь, или с какой-то другой целью. Однако по-прежнему было невозможно узнать, где находятся фрагменты планеты, на которых располагается военное министерство и правительство, и какова текущая ситуация. Всё-таки до настоящего момента Карлос Блэк лишь пару раз, по чистой случайности, наткнулся на обломки. Последняя запись была сделана в том месте и в то время, когда они высадились на фрагмент. Кадры были беспорядочными и смазанными, из-за чего при их просмотре начиналось головокружение и было невозможно что-либо разглядеть. Чу Сы чувствовал, что давление на спинку стула так и не исчезло. Саэ всё ещё облокачивался на неё. Возможно, он вместе с ним смотрел на эти изображения, а может быть, размышлял о чём-то другом. Когда внимание Чу Сы немного рассредоточилось, перед объективом камеры внезапно промелькнуло знакомое здание. Чу Сы на мгновение остолбенел, но, придя в себя, тут же нажал на паузу в том моменте, где появилось то здание. Это... Едва он увеличил изображение, как Саэ Ян, всё время находившийся позади него, внезапно произнёс: «Я тут очень долго размышлял кое о чём». Палец Чу Сы остановился, но сам он не обернулся: «Кто бы мог подумать, что ты будешь долго о чём-то размышлять. Невообразимо». Его взгляд всё ещё был прикован к изображению, тон речи звучал небрежно, и создавалось впечатление, что в момент сильной занятости он сказал первое, что пришло ему на ум. Саэ Ян снова немного передвинулся и, по-видимому, поддерживая голову рукой, засмеялся. Из-за спинки стула раздался его глубокий голос: «Я тоже очень удивлён». Странно, но в его смехе слышалась доля самоуничижения. Чу Сы в конце концов обернулся и посмотрел на него. Саэ прищурился, и свет, отражавшийся в его глазах, скрылся в тени ресниц, распавшись на бесчисленные световые точечки. «Я делал то, что хотел, и не раскаиваюсь, и не сожалею. Так почему же я по-прежнему несчастен? Я думал об этом много лет». Чу Сы нахмурился и долго смотрел на него: «Понял, почему?» Саэ произнёс «угу» и шёпотом продолжил: «Потому что один конкретный человек несчастен». Он моргнул, и свет, отражённый в его глазах, был так же прекрасен, как звёздная карта, на которой изображалась вселенная: «Вопреки ожиданиям, я несчастен не из-за себя. Поистине... Весьма странно, не находишь?»

Глава 38. Квартира

В течение десяти секунд, а может даже нескольких десятков секунд, Чу Сы молчал, Саэ Ян тоже не проронил ни слова. Никогда ещё они не находились молча лицом к лицу, поэтому это молчание и казалось настолько долгим. Определённо, было бы ложью сказать, что он совсем ничего не почувствовал. На какой-то краткий миг в нём всколыхнулись воспоминания о всех прошлых десятилетиях, словно пыль, внезапно поднявшаяся при ударе предмета о пыльную старую землю. Воистину удивительно, что кто-то мог повлиять на Саэ Яна. Но ещё более удивителен тот факт, что он добровольно поделился своими сокровенными мыслями. Однако даже в этом случае он остаётся всё тем же Саэ... Я... Я... Я... Я... В каждом предложении всегда очень много «Я». Если бы 30 лет назад, смотря на него таким же взглядом, Саэ Ян произнёс эти слова, Чу Сы, вероятнее всего, поддался бы моменту и немного смягчился. Но, к сожалению, это произошло не 30 лет назад. Защитная реакция, отточенная за столько лет, со временем стала намного сильнее, чем в подростковом возрасте. Чу Сы опустил взгляд, а когда через мгновение он снова поднял, в его глазах читалось абсолютное спокойствие: «Таким образом, причина твоей задержки здесь в том, что ты несчастен». «Потому что ты несчастен». Ответил Саэ Ян. Чу Сы не стал снова копаться в этой фразе. Он сделал паузу и спустя некоторое время произнёс: «Саэ Ян, я был несчастен на протяжении многих лет. С 14 лет я почти не был счастлив, и то, что ты делал, только подливало масла в огонь...». Он хотел сказать, что очень многое невозможно изменить, не устранив первопричину, и нет нужды задерживаться здесь ради этого. Эти слова вертелись у него на языке, но по какой-то неизвестной причине он так и не смог их произнести. Возможно, он заметил, что Саэ Ян сегодня не особо радостный, может, завтра он ни с того ни с сего повеселеет, и как только это произойдёт, он рано или поздно уйдёт. Нет нужды, чтобы посторонний человек лишний раз напоминал об этом. А возможно, дело не только в этом... Саэ Ян некоторое время смотрел на Чу Сы, а затем внезапно сказал: «Ты был рад, когда я сказал, что у меня есть причина остаться». Чу Сы: «...Каким из своих глаз ты это разглядел?» Саэ Ян указал на себя двумя пальцами: «Обоими». «...». Чу Сы безразлично посмотрел на него и, сказав «нет», просто отвернулся. Он тут же увеличил изображение и ещё раз убедился, что размытое здание действительно то, о котором он думал. Затем достал коммуникатор и подключился к каналу связи Тана. Создавалось впечатление, что он чрезвычайно занят и ему некогда обращать внимание на что-то другое. Тан ответил практически мгновенно: «Командир». «Ты сейчас где?» Спросил Чу Сы. «У входа в восточную башню. Мы только что перекрыли выход. Банда бродяг поочерёдно передаёт приветы предкам и на словах пытаются всех отыметь. Весьма жестоко...». Растягивая слова, жаловался Тан. Чу Сы: «Хорошо потрудились». Тан: «Человеческое тело должно работать на износ. Иначе всё бессмысленно». Чу Сы: «...». «Кстати, командир, ранее ты обмолвился, что, возможно, нужно будет предпринять кое-какие серьёзные действия. Что это за серьёзные действия?» Полюбопытствовал Тан. «О, как раз собирался поговорить об этом. Я кое-что обнаружил на видеозаписи, что дал мне Карлос Блэк...». Произнёс Чу Сы. На середине своих слов он почувствовал, как кто-то запустил руку ему в волосы. Кто это ещё мог быть, кроме Саэ Яна, по-прежнему облокачивающегося на спинку стула? Чу Сы нахмурился и отклонился в сторону: «Убери руку».   Тан: «А??? Какую руку?» Чу Сы: «Это не тебе.» Тан: «О.» Саэ Ян, стоявший позади, томно добавил: «Командир, тон твоей речи оживился. Ты явно стал немного счастливей.» Чу Сы: «Заткнись.» Тан: «...» Чу Сы едва не разразился приступом гневного хохота. Он потёр точку между бровей и сказал Тану: «Забудь. Собери Ле Пен и остальных в центральной башне. Позже я войду в коллективный канал и всё расскажу, сейчас не могу нормально разговаривать.» «Без проблем.» Сначала Тан ответил на первую фразу, а затем недоумённо спросил: «Почему не можешь нормально разговаривать?» Потому что позади стоит беспокойный, не знающий куда деть свои руки дух, у которого случился рецидив старой болезни. Чу Сы прервал разговор. Он повернулся к Саэ Яну и произнёс: «Спускайся. Я собираюсь закрыть люк.» Саэ Ян подпёр подбородок рукой: «Не буду. Закрывай.» Чу Сы: «...» Ему было лень препираться по всякой ерунде. Он ударил по кнопке контроля, и створка люка с жужжанием закрылась. Управляя летательным аппаратом, он снова оторвался от земли, развернулся и полетел в противоположном от центральной башни направлении. «Куда летим, командир?» Саэ Ян посмотрел на экран автопилота. «В твоё старое логово.» Твёрдо сказал Чу Сы. «В Космическую тюрьму?» Саэ Ян с радостью согласился с термином «старое логово». Он кивнул, наконец выпрямился и стал разминать мышцы шеи. Ходил он по-прежнему бесшумно, однако Чу Сы чувствовал, как тот передвигается по воздушному судну. «Запах Саэ Яна», наполнявший кабину управления, постепенно стал сходить на нет. Чу Сы пошевелился и понял, что ранее его плечи были напряжены. Он высвободил руку, чтобы размять их, и перед его глазами снова возникло изображение со стоп-кадра. Когда его взгляд упал на размытые очертания здания, он на мгновение задумался. Это место было ему хорошо знакомо. В конце концов, он жил там с 8 до 14 лет... То была квартира Цзян Ци. Но как она могла появиться в этом видео? Жилого дома, очевидно, больше не существовало. Вскоре после того, как Чу Сы попал в санаторий, дом был включён в новый план городского обустройства и снесён. Позже Чу Сы пошёл посмотреть недавно отстроенные там здания. Они сильно отличались от тех, что были раньше, и определённо были не такими, как на экране. Когда Чу Сы впервые увидел изображение, он едва не решил, что у него галлюцинации. И даже после многократных подтверждений его сомнения становились лишь глубже. Он не знал, был ли это обман зрения, но чувствовал, что хаотичные и, казалось бы, никак изначально не связанные события вдруг понемногу стали сходиться в одной точке. Несмотря на то, что он всё ещё не мог уловить нить происходящего, однако некоторые вещи стали постепенно проясняться. Сильная интуиция побудила его отправиться на тот фрагмент и посмотреть на дом, который никак не мог появиться, но всё же появился.

Глава 39. Неверленд

П/П: дословно можно перевести как: родина (земля, место), которой больше не существует. Действительно, путешествовать на воздушном судне гораздо удобнее. Некоторое время спустя Чу Сы пересёк весь первобытный лес и прибыл к месту, где они приземлились в первый раз. Место соединения двух фрагментов планеты почти не изменилось. Каменный мост, с которого он едва не упал, по-прежнему был на месте. Космическая тюрьма развернула свой маскировочный щит и полностью скрылась в чёрно-синем звёздном небе, поэтому обнаружить её невооружённым глазом было невозможно. И к счастью, что она была невидима, иначе бродяги первым делом разобрали бы на части именно её. Чу Сы сделал круг, старясь по памяти определить местоположение космической тюрьмы и её соединения с землёй. На самом же деле всё, что нужно сделать, это позвать Саэ Яна, позволить ему подключить «Око небес», провести воздушное судно под маскировочный щит, и он сразу же сможет найти вход в космическую тюрьму. Но учитывая своё настроение: «Я не шибко-то рад тому, что ты остался», он не смог открыть рот, чтобы позвать его. Любивший лишь удобство при ведении дел, бесстыжий командир Чу впервые колебался. Как раз в тот момент, когда он, выбирая подходящее для посадки место, нетерпеливо ударил по рычагу, чтобы начать снижаться, уголка его рта внезапно коснулось что-то холодное. Испугавшись, Чу Сы повернул голову, оглянулся и снова увидел Саэ Яна, молча стоящего позади него. В руке он держал свежую клубнику, на которой ещё сохранились капли воды. Именно это только что коснулось уголка его рта. Чу Сы: «... У тебя что, подушечки на ногах?» П/П: имеется в виду подушечки как на лапах у кошачьих. Саэ Ян лениво протянул: «Разрешите доложить. Кажется, нет.» Сказав это, он снова протянул Чу Сы клубнику. Чу Сы настороженно посмотрел на эту клубнику. «Не надо так таращиться. Это не розыгрыш, и я ничего туда не добавлял.» Саэ Ян небрежно указал пальцем: «Нашёл в холодильнике полную стеклянную миску и помыл пару штук.» Произнося эти слова, он взглянул на лицо Чу Сы, улыбнулся и добавил: «Мне показалось, что лицо командира слегка позеленело, поэтому я решил накормить тебя чем-нибудь красным, чтобы это сбалансировать.» Откровенно говоря, как бы ни была сильна решимость, но длительные испытания такой штукой, как питательный отвар, могут поколебать кого угодно. Становится невероятно сложно сдержаться, увидев такую свежую и сочную еду. Саэ Ян, увидев, что Чу Сы так и не раскрыл рта, приподняв бровь произнёс: «А давай я откушу, чтобы дока...» Чу Сы спокойно протянул руку, взял клубнику и бросил её в рот. «...зать.» Закатив глаза, закончил Саэ Ян. Чу Сы уже сел прямо, его правая щека шевельнулась. Одной рукой он нажимал на рычаг спуска, а указательным пальцем другой руки касался гиромагнитного компаса, настраивая конкретную точку приземления. Са Ян внезапно наклонился и, опираясь на подлокотник сидения, произнёс: «Командир, я заметил одну проблемку, не знаю, обратил ли ты внимание. Эти кретины из тренировочного лагеря подкрадываются ещё тише, чем я. Ты способен заметить их задолго до появления, но каждый раз пугаешься меня. Почему?» Игривый тон этого хулигана был не очень-то приятен, но его смысл был предельно ясен: «Я знаю, почему, и ты также знаешь, почему. Я очень внимателен и забочусь о том, чтобы ты не потерял лицо. Однако ничего не могу с собой поделать, я больше не в силах держать язык за зубами и вынужден тактично напоминать тебе об этом. Как только закончу говорить, то тут же уйду.» Чу Сы ударил по кнопке, и снижающееся воздушное судно внезапно приземлилось с такой силой, что едва не образовало воронку в земле. Вся кабина управления задрожала, и Чу Сы, не оглядываясь, протянул руку в сторону: «Око небес». Саэ Ян щёлкнул языком, протянул руку, коснулся своего пояса и, вытащив центральный процессор «Ока небес», ударил им по ладони Чу Сы, явно выражая своё недовольство. Рука Чу Сы замерла. Он взглянул на него, затем развернулся и подключил «Око небес» к панели управления. Маскировочный щит быстро спал, и в мгновение ока показались очертания космической тюрьмы.   Он отключил «Око небес», открыл люк кабины летательного аппарата и, прихватив ядро системы, машинально направился к выходу. Спустившись с третьей ступеньки трапа, Чу Сы оглянулся и обнаружил, что Саэ Ян не последовал за ним. Он подумал о недовольном прищёлкивании языком, прозвучавшем ранее. Чу Сы: «...» Ни с того ни с сего он почувствовал себя немного. Непривычно. Трудно конкретно объяснить, что именно было не так, но если всё-таки нужно это сделать, то, вероятно, всё началось, когда у Саэ Яна поехала крыша и он сказал: «Я чувствую себя несчастным, потому что несчастен другой человек». Его действия и настроение, кажется, внезапно изменились, и их стало легче понимать. Будто к его действиям кто-то подгрузил систему комментариев. Каждый раз, когда Саэ Ян совершает какое-то действие или что-то говорит, рядом с ним появляется объяснение. Командир, ты снова сменил тему разговора. Я не шибко этому рад. Вопреки ожиданиям, командир ушёл один. Будет слишком неловко, если пойду его догонять, поэтому я просто останусь здесь. Командир... Конечно, Саэ Ян никогда бы такого не сказал, и Чу Сы не мог быть полностью уверен в правильности своего толкования. Он спустился ещё на две ступеньки и снова обернулся, но Саэ Яна по-прежнему не было видно. Задержавшись на трапе пару секунд, Чу Сы кашлянул, снова повернулся к люку и заглянул внутрь. Он увидел, что Саэ Ян не устроился поудобнее в кресле пилота, а праздно и вяло опирается на панель управления и, опустив веки, безразлично и скучающе смотрит на экран. Чу Сы: «...» Кажется, всё действительно так. Он остановился у люка, и как раз в тот момент, когда он собирался что-то сказать, Саэ Ян поднял взгляд и посмотрел на него. Этот человек мало на кого смотрит широко раскрытыми глазами. В большинстве случаев он смотрит просто прямо перед собой, а иногда может окинуть кого-то взглядом из-под полуприкрытых век. В сочетании с его изменчивой натурой это заставляет думать, что он теряет терпение или у него есть какие-то опасные и безумные идеи. Если бы это было в прошлом, даже Чу Сы почувствовал бы себя не в своей тарелке и начал продумывать различные варианты развития событий и какие контрмеры можно предпринять, чтобы не дать Саэ Яну впасть в безумие. Однако сейчас он почувствовал, что Саэ Ян всего лишь выражает своё недовольство. А ведь прошло всего лишь не больше получаса. Насколько же удивительная перемена. Чу Сы как раз размышлял о том, что бы такого ему соврать, чтобы объяснить, зачем он спустился и поднялся обратно, когда вдруг заметил, что Саэ Ян поднял уголки рта и протянул: «Стоило оставить тебя ненадолго, и мой командир тут же соскучился по мне?» Да пошёл ты! Чу Сы отвернулся и ушёл. Он подошёл ко входу в космическую тюрьму и во время процесса сканирования в упор смотрел на дверь. А этот проходимец лениво шёл по трапу, засунув руки в карманы. Большая часть космической тюрьмы осталась такой же, какой она была до ухода Чу Сы, за исключением того, что дверца помещения, где располагается топливный бак, ранее была закрыта, а теперь открыта. Чу Сы прошёлся вокруг и быстро осмотрелся. Из внешнего помещения были вытащены кое-какие вещи, но внутреннее помещение всё ещё было герметично закрыто, следовательно, ничего не должно было повлиять на ход и навигацию.   Когда он вышел оттуда и направился в диспетчерскую, то как раз наткнулся на неторопливо входящего Саэ Яна и раздражённо указал в сторону топливного бака: «А чего это ты просто не забрал с собой всё вместе с топливным баком?» Саэ Ян пожал плечами: «Дорогой, ты переоцениваешь мои физические возможности.» Чу Сы: «...» Если в кабине, где находится топливный бак, лишь прошёл небольшой моросящий дождь, то центр мониторинга, вероятно, подвергся настоящему тайфуну. П/П: 毛毛雨 máomaoyǔ – досл. моросящий дождь; обр. несущественное, несерьёзное, неважное. Едва Чу Сы вошёл внутрь, то тут же остановился и, стоя в дверях, долгое время молчал, не зная, посочувствовать ли «Оку небес» или посетить её могилу, и дело с концом. На бесформенной панели управления он с трудом нашёл место, где изначально располагался центральный процессор «Ока небес», и вставил его туда. Динь... Око небес: «Я вернулась сюда, и моё сердце вновь разбилось.» Саэ Ян последовал за ним, оперевшись на край панели управления, он постучал пальцем по процессору: «Позволь освежить твою память.» Динь... Око небес: «Это выгравировано на моих костях и запечатлено в сердце, я больше никогда не осмелюсь...» Саэ Ян некоторое время молчал, а затем внезапно повернулся к Чу Сы и спросил: «Эта штука получила апгрейд?» Чу Сы поднял брови: «Мне тоже так показалось, однако к настоящему моменту я не смог найти доказательств.» Саэ Ян снова постучал по процессору: «Что с тобой произошло?» Динь... Око небес: «Прошу прощения, команда слишком нечёткая, я не могу ответить.» Саэ Ян: «Что ты тайком делала, чтобы повысить уровень своих способностей?» Динь... Око небес: «Ничего, я всегда такая умная.» Чу Сы саркастически рассмеялся: «... Ты считаешь, что мы умственно отсталые?» «Око небес» не издало звук «динь». Чу Сы: «...» Эта штука, кажется, решила взбунтоваться. Тем не менее сейчас ему было лень препираться с этой интеллектуальной системой, в конце концов она ещё нужна для других дел. Он подключился к групповому каналу связи Тана и провёл проверку звука: «Вы внизу центральной башни? Настройте звёздную карту и помогите мне опередить местонахождение одного канала.» Использовался точно такой же способ, каким ранее они нашли форт Барни. В созвездии Орла можно было использовать номера каналов, чтобы определить их местонахождение, однако всё ограничивалось лишь планетой Гамма, находившейся под влиянием драконьей колонны. Что делало планету совершенно невидимой для внешнего мира, поэтому Карлос Блэк и остальные не смогли её отыскать. Но не все номера каналов могут использоваться по собственному желанию. Проще говоря, можно воспользоваться теми, что предназначены для гражданских, и теми, что предназначены для общественных нужд. Например, заброшенный канал, как у форта Барни, тоже вполне сгодится, только это немного хлопотно. Номера каналов военного ведомства, генерального правительства и здания безопасности имеют высокий уровень конфиденциальности и требуют особых разрешений, соответственно не могут использоваться таким образом. Даже если знать номер канала связи, найти его будет практически невозможно. В противном случае Чу Сы первым делом бы определил местоположение этих 3 ведомств. «Готовы, какой номер канала, командир?» Спросил Тан. Чу Сы немного поразмыслил и сообщил номер канала связи, принадлежавший квартире Цзян Ци: «Ищите 817–865–1379.» Саэ Ян издал звук «о», наклонил голову и произнёс: «Командир, я знаю, что ты хочешь сделать.» Чу Сы мельком взглянул на него и продолжил разговаривать с Таном: «Удалось найти?» В этот же момент большой экран синхронизировался с картой звёздного неба в центральной башне форта, и под управлением Тана кадры сменяли друг друга. «Не желаешь терять форт Барни, и другое место тоже. Дорогой, ты немного жадный.» Сказал Саэ Ян. Чу Сы обернулся к нему: «Есть возражения?»   Саэ Ян поднял руки в капитуляционной позе и сказал: «Единогласно.» Сказав это, он сделал Чу Сы пригласительный жест, а затем двумя пальцами изобразил крест на губах. Чу Сы: «...» Псих. Тем не менее Саэ Ян был прав. Ему было жаль оставлять форт Барни, поэтому идея «полетать в поисках ещё одного обломка» была убита ещё в зародыше. Ему хотелось как можно крепче держать форт Барни в своих руках, и в то же время хотелось отправиться исследовать квартиру. Поэтому оставался лишь один путь... Рассматривать всю территорию, где расположен форт Барни, как естественный космический корабль, и сделать его частью космической тюрьмы. Затем, позаимствовав движущую силу и навигационную систему космической тюрьмы, и потащив за собой весь фрагмент планеты, присоединить его к тому, который он искал. «Командир, местоположение определено.» Из канала донёсся голос Тана. Экран в центре мониторинга и контроля полностью синхронизировался с тем, что располагался в центральной башне форта, и была отмечена конечная цель. Чу Сы подошёл к монитору и, уперевшись обеими руками в панель управления, некоторое время пристально смотрел на него, а затем ввёл несколько контрольных команд. Повернув голову и возведя взгляд к небесам, он произнёс: «Придётся совершить два скачка и расширить защитный купол.» Динь... Око небес: «Насколько расширить?» Чу Сы: «Нужно укрыть и взять с собой всё.» Око небес: «...» Пару секунд спустя от космической тюрьмы распространился ярко-голубой круг света, быстро укрывая первобытный лес, форт Барни и холмы за ним. Динь... Око небес: «Защитный купол полностью развёрнут. Перемещение начнётся через 5 секунд. Держитесь крепче и закройте глаза. Обратный отсчёт 5...4...3...2...1...» Огромное пятно, находившееся в облаке серебристого света, тащило за собой по бескрайнему морю звёзд две связанные драконьи колонны, ярко освещённую крепость и обширную территорию пустынной земли. Два последовательных прыжка заставили всех почувствовать дискомфорт, но, к счастью, благодаря прочному защитному куполу этот дискомфорт длился недолго и не имел серьёзных последствий. Световые пятна на мониторе, обозначающие другие фрагменты планеты, становились всё больше и больше. На них постепенно стали проявляться формы объектов, текстуры и даже некоторые размытые изображения. Саэ Ян неожиданно подошёл, поднял руку и так быстро застучал по клавишам, набирая целый ряд указаний, что Чу Сы даже не смог ничего прочитать. Через мгновение после того, как он нажал на последнюю клавишу, слой света внезапно появился над всеми фрагментами планеты. Подойдя ближе, Чу Сы обнаружил, что дело не в том, что изображение стало ярче, а в том, что по нему, словно пыль, распространился яркий слой света. «Что это?» Саэ Ян ответил: «Если говорить простыми словами, то здесь отмечены все рабочие механизмы на этом фрагменте планеты.» Чу Сы обомлел: «Механизмы?» Какой механизм может по-прежнему работать в таких условиях? Люди на другом конце канала связи, услышав слова Саэ Яна, были ошеломлены не меньше. В конце концов Ле Пен отреагировала первой и вскрикнула: «Это криокапсула!» Чу Сы смотрел на экран и впервые интуитивно понимал, что фрагмент, на который они собираются приземлиться, отличается от предыдущих. Это не было местом отдыха, как чёрный кедровый лес, не было дикой местностью, где располагался форт Барни. Это был город. Некогда здесь вовсю кипела жизнь. Его прошлое, прошлое Цзян Ци, а также огромного количества людей сформировало этот мир. Когда-то он почувствовал, что человеческий мир полон преступности и разврата и не слишком-то красив. Но неожиданно всё вокруг погрузилось в безмолвие, не было слышно ни звука, не было видно ни огонька света. Всё стало совершенно недосягаемым, точно таким же, как небесный остров и Неверленд. Он снова ни с того ни с сего унёсся мыслями в далёкое прошлое. Динь... Око небес: «Стыковка вот-вот завершится, бродяги, город приветствует вас.» Конец первого тома.

Том II. «Демоны и Боги»

Глава 40. Предметы первой необходимости

Однажды имелось своего рода утверждение, что если люди полностью исчезнут, то дома, улицы, дороги и лужайки останутся целыми и невредимыми... Максимум лет через 5 даже такое место, как город Сиси, изменится до неузнаваемости. Конечно, потом, с появлением системы драконьих колонн, это время может увеличиться как минимум в 10 раз. По крайней мере, вилла Чу Сы пережила хаос, длившийся порядка 50 лет. Если на этом обломке планеты время текло с нормальной скоростью, и если не возникло никакой путаницы, то нескольких месяцев было бы недостаточно для того, чтобы город превратился в пустошь. Тем не менее, с тех пор как Чу Сы увидел на изображении снова появившийся многоквартирный жилой дом, который давно исчез, он не мог с уверенностью сказать, какова скорость течения времени на этом фрагменте. Когда космическая тюрьма соединилась с фрагментом планеты, система драконьих колонн превратилась в обращённый друг против друга треножник. На этот раз саморегуляция заняла ещё больше времени. Тряска и состояние невесомости продлились чуть больше часа, прежде чем всё постепенно ослабло и, успокоившись, вернулось в нормальное состояние. «Я уж было подумал, что нам придётся ждать до следующего века...» До того, как Тан отключился, его несколько раз вырвало: «Командир... буэ...» «...» Чу Сы сердито произнёс: «Почему бы тебе сначала не отключиться и поговорить со мной уже после того, как закончишь блевать?» Тан отчаянно старался сохранить лицо: «Нет, нет, нет... Рвёт не только меня. За исключением Ле Пен и той девчушки сейчас всем плохо. Господин Косичка из-за слишком большой нагрузки вообще стоит на коленях. Они поскидывали мне в руки свои устройства связи и побежали блевать туда, где ты не сможешь их услышать.» Чу Сы ответил: «Честь и хвала тебе?» Тан, вероятно, тоже стал осознавать, что толпа взрослых мужиков оказалась более хрупкой, чем маленькая девочка, и старшее поколение определённо потеряло своё достоинство, поэтому он лишь неясно что-то промычал. В конце концов Ле Пен всё же подошла и перехватила у Тана коммуникатор: «Хватит! Командир, нужно, чтобы мы пошли с вами?» Чу Сы ответил: «Нет необходимости. Вы можете просто охранять форт Барни. Мы с Саэ... Яном пойдём исследовать город и будем поддерживать с вами связь. Если понадобится, я вас позову.» Ле Пен: «Мгм. Не беспокойтесь, командир, просто оставьте эту толпу 180 сантиметровый и 80 килограммовых хрупких идиотов на меня.» Тан слабо запротестовал: «Не добавляй так много прилагательных, доблестная мисс Ле Пен, хорошо? Это звучит слишком язвительно.» Ле Пен расплылась в улыбке: «Ой, кто бы говорил, а.» Чу Сы ответил: «Ага. Тогда присмотри за ними. Нас не так много, и если мы потеряем кого-то из-за морской болезни, это будет не очень приятно.» Пообщавшись с командой из тренировочного лагеря и заодно слегка поиздевавшись над ними... Нет... Успокоив их, Чу Сы временно прервал связь. Когда другая сторона была отключена, Саэ Ян, который со скрещенными на груди руками уже давно наблюдал за этим, заговорил: «Я был свидетелем того, как у некоего командира даже лицо посинело от головокружения. Он насилу заставил вести себя так, как будто с ним всё в порядке, и в придачу нанёс ущерб своим подчинённым.» Чу Сы потёр точку между бровей, убрал устройство связи, разорвал соединение между центральным процессором «Ока небес» и центральной башней форта и, не поднимая головы, ответил: «Человек, рухнувший в постель и заснувший настолько глубоко, что его невозможно было растолкать, не имеет никакого морального права это комментировать.» Саэ Ян вскинул брови: «Когда?» «А когда это ещё могло быть?» Чу Сы удивлённо посмотрел на него: «Ты частенько валишься в постель на глазах у других?» Пока он говорил, то уже всё хорошенько прибрал. Приказав космической тюрьме заново раскрыть маскировочный купол и затаиться, он немедленно вышел наружу. Саэ Ян лениво следовал за ним на шаг позади, не уменьшая и не увеличивая дистанцию: «Конечно же нет. Я просто не могу вспомнить тот раз, когда кто-то пытался меня растолкать. Я помню лишь то, что первую половину времени кто-то спал, уткнувшись в мою спину, а затем, схватив моё запястье и не собираясь его отпускать, проспал всю вторую половину этого времени.» Чу Сы вышел из дверей космической тюрьмы и тут же остановился. Обернувшись, он сказал: «Ты несёшь какую-то...» Прежде чем Чу Сы успел произнести «чепуху», Саэ Ян налетел на него. Его грудные мышцы были крепкими и здоровыми, жёсткий удар пришёлся прямо по руке. К счастью, благодаря своим рефлексам, ему удалось избежать удара не только по груди, но и по лицу.   Несмотря на это, сильная аура и врождённая агрессия Саэ Яна вмиг окутали его. Чу Сы наклонил голову и, уступая ему дорогу, сделал пару шагов в сторону. Прежде чем он смог вырваться из этой атмосферы, то услышал, как виновник начал жаловаться на пострадавшего: «Командир, почему ты без всякого предупреждения так резко затормозил?» Чу Сы едва не пробрал гневный смех: «... Ты сам не смог вовремя среагировать, ещё и меня обвиняешь?» Саэ Ян со своим привычным выражением лица, не выражающим каких-либо эмоций, немного лениво и немного провокационно, прищурившись, смотрел на него. Его взгляд встретился со взглядом Чу Сы, и какое-то время они пристально смотрели друг на друга. Внезапно рассмеявшись, Саэ Ян поднял ногу и небрежно ею покачал: «Ноги длинные, ничего не поделаешь». Чу Сы: «...» В тот момент, когда он сел в воздушный аппарат Карлоса Блэка, Чу Сы и не предполагал, что снова будет разговаривать с Саэ Яном. Чу Сы чувствовал, что такой образ мышления совершенно не соответствовал его обычному стилю поведения, неважно, было то на работе или когда он оставался наедине с собой. Его характер нельзя было назвать мягким, но и по его лицу невозможно было прочитать истинные мысли. Большую часть времени как раз таки из-за его манеры всё преуменьшать другие люди, пылая гневом, лишались дара речи. Даже если ему время от времени нечего было сказать или не хотелось возвращаться снова к какому-то вопросу, он мог с лёгкостью высказать какую-то полуправдивую угрозу и перевести всю эту тему в шутку. И лишь когда он находился в одном пространстве с Саэ Яном, ему хотелось просто развернуться и уйти. Действительно, чем больше он там находился, тем сильнее ему хотелось уйти, и вопреки ожиданиям он начинал терять контроль. Чу Сы щёлкнул по всем имеющимся рычагам управления и сел на место пилота. Несмотря на то, что он в душе только что насмехался над собой, однако в своих действиях по-прежнему игнорировал второго человека, находящегося в кабине управления. Воздушное судно загудело, взмыло вверх и очень быстро пересекло границу, проникнув в город, находившийся на этом клочке земли. Город полностью утопал во мраке, и Чу Сы пришлось включить прожектор, находившийся на внешней обшивке воздушного судна, чтобы как следует разглядеть внешний вид построек и избежать разрушений некоторых многоэтажных зданий. Саэ Ян стоял, прислонившись сбоку от бортового иллюминатора, и смотрел на безмолвный город, распростёршийся внизу. Чу Сы отрегулировал скорость воздушного судна, и она стала примерно такой же, как скорость спортивного автомобиля на земле. В течение более чем двадцати минут никто из них не проронил ни слова. Чу Сы время от времени возился с рычагом управления или корректировал направление, в то время как Саэ Ян просто продолжал смотреть в окно. В этой тишине Чу Сы вопреки ожиданиям совершенно не чувствовал никакой неловкости, чем дольше он оставался на водительском сидении, тем сильнее чувствовал некую безучастность. Доподлинно неизвестно, произошло это потому, что он вернулся в город, где беззаботно прожил какую-то часть своей жизни, или потому, что заразился от Саэ Яна. Когда воздушное судно пролетело над центральной городской площадью и своим прожектором осветило некоторые символические скульптуры, Саэ Ян наконец-то открыл рот: «Если бы я не обратил внимания на эту группу современных скульптур, я бы так и не понял, что это Изумрудная гавань». Некогда густонаселённая Изумрудная гавань и днём и ночью утопала в свете фонарей. Она находилась в непосредственной близости от внутреннего моря и военной командной базы «Белый орёл». Также вдалеке над морем можно было заметить строго охраняемую базу «Красный клён», которая считалась одной из наиболее безопасных и сбалансированных городских баз. Тем не менее сейчас перед их глазами не было ни того, ни другого. Судя по изображению обломков, отразившихся на экране, там не было ни военной командной базы «Белый орёл», ни базы «Красный клён». Чу Сы издал неясное «мгм», обернулся и посмотрел на Саэ Яна, который, сказав это, снова замолчал, всё ещё глядя на здания и улицы, распростёртые под его ногами.   Время от времени, застав его в таком состоянии, складывается обманчивое впечатление, что он вспоминает прошлое. Однако такое поведение, как «воспоминания о былом», совершенно не вяжутся с образом Саэ Яна, потому что он выглядит как человек, у которого нет ни прошлого, ни будущего. Ничего из происходящего прямо сейчас перед его глазами, кажется, совершенно не привлекало его внимания. В то время, когда они находились в военном санатории, у большинства людей прошлое было максимально прозрачным. Такой-то и такой-то — сироты военных, родители того и того погибли в вековом хаосе. И так далее. Однако были и те, чьё прошлое было покрыто тайной, например, как у Чу Сы и Саэ Яна. Строго говоря, в этом плане они совершенно одинаковые. Они оба не любят разговаривать с чужими людьми о своих личных делах и тем более не любят делиться своими сокровенными мыслями с посторонними. Было сложно сказать, вели они себя так, потому что были постоянно начеку, или просто потому, что им не хотелось говорить. Чу Сы, вероятно, больше подходит первый вариант, так как в таком случае очень легко можно скрыть брешь в своей обороне. Время от времени он мог спокойно перекинуться парой слов с другими людьми. Однако это выглядело так же, как в тот момент, когда ребята из тренировочного лагеря напомнили ему, что он может послать сигнал своей семье, а он небрежно ответил: «В этом нет нужды». Вот и всё. Но Саэ Ян, казалось, отдавал предпочтение последнему. Слишком мало людей могли вызвать его интерес, людей, способных его разговорить, вообще можно по пальцам пересчитать, а о беседах, касающихся личных дел или сокровенных мыслей, и говорить нечего. Таким образом, среди множества людей, находившихся в то время в санатории, прошлое Саэ Яна, вероятно, было самым загадочным. Никто не знал, где он родился, кем воспитывался и по какой причине попал в санаторий. Для всех он был подобен чистому листу. Поговаривают, что однажды кто-то попытался его расспросить. В конце концов, всегда находились люди, одержимые таким внешним видом и опасным темпераментом, и их было довольно много, будь то в санатории или в тренировочном лагере. Чу Сы встречал по крайней мере с десяток людей, не боящихся смерти. Конечно, не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, чем всё закончилось. В то время Чу Сы было безразлично, но сейчас, увидев Саэ Яна, прислонившегося к иллюминатору и спокойно смотрящего на Изумрудную гавань под своими ногами, которая ныне уже не та, что прежде, Чу Сы вдруг захотелось его спросить: «Ты в каком городе жил?» Как только он произнёс слово «ты», Саэ Ян поднял глаза и посмотрел на него. Слова, покидавшие рот Чу Сы, внезапно изменились: «Ничего. Я говорю, может перестанешь стоять столбом? Перед приземлением нам нужно собрать всё необходимое». Саэ Ян прищурился. Когда пара этих почти прозрачных глаз смотрела на кого-либо, то у человека создавалось впечатление, что он может прочитать все его сокровенные мысли. Чу Сы, как правило, имел иммунитет к такому его взгляду, всё-таки враньё было его особой натурой. Однако сейчас он не мог выдержать этот взгляд. Саэ Ян внезапно рассмеялся: «Командир, мне нужно собрать предметы первой необходимости?» Чу Сы раздражённо ответил: «А как иначе? Всё равно ты сейчас бездельничаешь, разве нет?» «Хорошо». Небрежно ответил он, а затем выпрямился и подошёл к сиденью пилота. Чу Сы поднял руку и указал вглубь летательного аппарата: «В другую сторону». Саэ Ян пожал плечами: «Небольшого оружия достаточно, в остальном я не нуждаюсь. Единственный, кого нужно взять с собой и унести, — это ты, командир». Чу Сы: «...» Этот красноречивый хулиган стал один за другим использовать свои трюки. Чу Сы открыл рот, размышлял, что бы такого ему ответить, как вдруг услышал громкий рёв. Воздушное судно, казалось, ни с того ни с сего во что-то врезалось и застряло. Все активные программы погрузились в невыразимый хаос, будто им скормили какой-то яд. Их бешено кидало и трясло, но тем не менее приблизиться к многоквартирному жилому дому они не могли.

Глава 41. Шпион

Система «Око небес», ранее погибшая при исполнении обязанностей, на этот раз проявила чуть больше смекалки. Она включила антигравитационную систему в неустойчивом воздушном судне, заблокировала дверцы шкафов и все имеющиеся люки. Это дало Чу Сы и Саэ Яну возможность избежать физических страданий и ударов о люки и бортовые иллюминаторы, тем самым хоть немного сохранив им лицо. Хоть и с трудом, но можно сказать, что она загладила свою вину. «Око небес, проведи тщательную проверку системы, кажется, ты подхватила вирус.» Чу Сы, проплывая по кабине, ухватился за поперечную балку наверху, чтобы контролировать своё положение. Динь... Око небес: «Проверка завершена. Факторы неисправностей внутренней системы составляют 0,82%, факторы влияния внешнего энергетического поля составляют 97,11%, прочие факторы составляют 2,07%. Обнаружены сильные колебания внешнего энергетического поля неизвестной этимологии, обнаружено разрушение осевой линии...» Чу Сы: «Короче! Сейчас не время для развёрнутой статистики!» Динь... Око небес: «Хорошо, если говорить человеческим языком, воздушное судно внезапно столкнулось с нарушением энергетического поля, вызванным аномальным искажением пространства и времени, и не смогло пройти.» С помощью нескольких выступов, за которые можно было ухватиться, Саэ Ян передвинулся к панели. Схватившись за её край, он ловкими движениями пальцев вызвал на экран данные проверки. Взглянув на них, он устремил взгляд к небесам и произнёс: «Так, отмени два последних действия, соверши пару ударов и попытайся снова.» Динь... Око небес: «Прошу прощения за откровенность, вы испытываете ненависть к владельцу этого летательного аппарата?» Саэ Ян прищёлкнул языком. «Око небес» тут же запустила двигатель летательного аппарата и пошла на таран. После второй попытки, всё ещё не имея никаких результатов, она издала почти человеческий крик, едва не зарыдав в голос, и тут же услышала, как Саэ Ян вновь произнёс: «Запусти проверку ещё раз.» На этот раз «Око небес» даже не издала звук «динь», от чего всем вокруг стало не по себе, однако результаты проверки появились достаточно быстро. Сейчас никто её не прерывал, и она сообщила длинный список данных. Чу Сы сразу же уловил разницу. В этот раз помехи энергетического поля были снижены, но ненамного. Саэ Ян, одной рукой стараясь удерживать стабильное положение в пространстве, другой быстро стучал по клавишам. Через мгновение он повернулся к Чу Сы и сказал: «Подождём пару часов, затем снова попробуем протаранить энергетическое поле.» «Око небес» снова всхлипнула, но эти два бессердечных человека просто проигнорировали её. Воздушное судно в очередной раз отступило на несколько десятков метров, качание и тряска наконец медленно прекратились, антигравитационное поле на борту также было отключено. Только тогда Чу Сы ослабил хватку на поперечной балке и легко приземлился. Тем не менее организм человека очень тяжело адаптируется к неожиданной невесомости, а затем к такому же неожиданному восстановлению гравитации. Чу Сы некоторое время стоял на полу, чувствуя, что ноги его не слушаются, а затем сказал Саэ Яну: «Открой люк, я спущусь посмотрю.» Пока он говорил, то снова прошёлся по воздушному судну и нашёл в арсенале Карлоса Блэка кое-какие вещи, которые можно было взять с собой. Он покрутил пару маленьких фонариков в виде колец, один надел на палец, другой положил в карман. Также он нашёл повязку на руку и, надев её, вставил вовнутрь ряд транзистороподобных снарядов. На самом деле, на такого рода обломках вряд ли возможно будет встретить космических бродяг, случайно оказавшихся там, или другие планетарные силы. Опасности в принципе не было. Однако, на случай если ему необходимо будет открыть дверь или взорвать её, или ещё что-то в этом роде, он прихватил с собой немного оружия. Наскоро собравшись, Чу Сы начал спускаться по трапу. Спустившись вниз, он вдруг вспомнил и спросил Саэ Яна: «Ты взял с собой «Око небес»?» Саэ Ян похлопал по поясу. Чу Сы перебросил ему второй фонарик, который до этого взял с собой. Саэ Ян поднял руку и поймал его, затем, зажав фонарик между пальцами, он некоторое время смотрел сквозь него и, медленно надев его на палец, с игривой улыбкой спросил: «Командир, а на каком пальце ты его носишь?» «... А не слишком ли ты любознательный?» Жёстко ответил ему Чу Сы. Он уже отошёл от него довольно далеко, а затем, сложив руки за спиной, небрежно махнул Саэ Яну. Свет, падавший на его спину, освещая его прямой стан, порождал необъяснимое ощущение худощавости. Осветив его ладонь и пройдя сквозь пальцы, свет ясно озарил кольцо, которое он надел на средний палец. Саэ Ян цокнул языком: «Дорогой, ты действительно умеешь провоцировать». Чу Сы спокойно и с некоторой шутливостью в голосе произнёс: «Ох, это что-то новенькое. Кто бы мог подумать, что господин Саэ Ян, который едва открыв рот, может нажить себе кучу врагов, скажет, что другой человек провокатор». Два человека шли друг за другом на расстоянии примерно 7–8 метров. Саэ Ян не пытался его догнать, он просто неторопливо следовал за ним, как будто вышел прогуляться. Фонари, освещавшие им путь, были не очень яркими, но всё же хорошо заметными в темноте. Они освещали пустынные улицы, предприятия и парки поблизости, которые выглядели странно и совершенно не так, как это помнил Чу Сы. В его голове хранились воспоминания об этом квартале до четырнадцатилетнего возраста. Прошло более 40 лет, и здесь уже давно произошли колоссальные перемены. Поменялось абсолютно всё, за исключением расположения улицы, ну и кроме дома, который сначала исчез, а потом вновь появился. Издалека заприметив дверь дома, Чу Сы непроизвольно остановился. Он оценил расстояние и протянул руку, исследуя территорию. Пшшш... Рвущая боль, подобная удару тока, внезапно пронзила его палец и распространилась вдоль кончиков всех пальцев. Он рефлекторно одёрнул руку и стал потирать пальцами друг о друга. Как и следовало ожидать, он дотронулся до скользкого, тёмно-красного пятна выступившей наружу капли крови. Чу Сы поднял взгляд. Если бы воздушное судно не было заблокировано, а его пальцы не были поранены в кровь, то невооружённым взглядом он не смог определить наличие здесь барьера. Пока он смотрел, другая рука протянулась мимо него к невидимому барьеру. Чу Сы схватился за запястье и, повернув голову к Саэ Яну, сказал: «Рука больше не нужна?» Саэ Ян вздёрнул подбородок: «Здесь?» «Око небес сказала, что это нарушение энергетического поля, вызванное искажением пространства и времени... « Чу Сы, прищурившись, устремил взгляд сквозь прозрачный барьер в сторону многоквартирного жилого дома. «И, кажется, я знаю причину». Он указал на жилой квартал и сказал: «В последний раз эти дома стояли здесь в 5683 году, потом произошла перепланировка, и их снесли. Однако, как видишь, они вновь появились здесь». Другими словами, этот жилой квартал вернулся во времени на 30 лет назад. Если бы на 30 лет назад во времени вернулся весь этот фрагмент планеты, то на нём не должно было быть ни системы драконьих колонн, ни криокапсул, о которых упоминал Карлос Блэк, потому что 30 лет назад этих двух вещей не существовало. Сейчас перед глазами смешались драконьи колонны, криокапсулы и жилая постройка тридцатилетней давности, что свидетельствовало о том, что время на этом фрагменте планеты неоднородно. К сожалению, два пространственно-временных носителя появились на одном участке земли и переплелись друг с другом, что привело к хаосу энергетических полей и барьеров и разлому между этими двумя пространствами. Место, где они стояли, находилось не более чем в двадцати метрах от ворот жилого комплекса, однако они не могли продвинуться вперёд. Им придётся ждать, пока хаос стабилизируется, прежде чем смогут пересечь эту границу. «Ты веришь, что это всего лишь совпадение?» Без раздумий спросил Саэ Ян. Чу Сы взглянул на него: «Не поверю, даже если сам дьявол попытается меня в этом убедить». Есть так много каналов с высоким уровнем полномочий, но другой человек выдаёт себя именно за него. Столько людей находилось в нормальном течении времени, но вопреки всему именно фрагмент, на котором находился он, пережил пятидесятилетний хаос. И в результате пространственно-временного искажения, как назло, снова появился дом, в котором он когда-то жил. Как могло быть так много совпадений? Чу Сы верил лишь в то, что вторичное появление этого многоквартирного жилого дома было результатом насильственного вмешательства человека, и что кто-то надеялся, что это место вновь будет обнаружено. Все эти события переплетались между собой, смутно указывая определённое направление. Чу Сы нахмурился и открыл рот: «Ты...» Хрусть... Внезапно в тишине послышался едва различимый звук, похожий на звук подошвы обуви, трущейся о сухие ветки и листья. Чу Сы тут же обернулся и посмотрел на зелёную зону неподалёку. Засохшие деревья свесили свои головы и, переплетаясь между собой ветками, создавали чёрную тень, закрывающую обзор. Кто-то? Ничего не говоря, они вдвоём направились к зелёной зоне. Снова послышался звук, казалось, что кто-то в панике убегает. «Даже не пытайся, всё равно не сбежишь.» Голос Саэ Яна звучал шутливо, но едва его услышав, сразу же можно было понять, что порядочный человек не сказал бы такого. Они оба были высокими и длинноногими. В несколько шагов обогнув зелёную зону, они фонариками освещали пространство вокруг. Прежде чем они смогли рассмотреть местонахождение фигуры, то услышали сдавленное рыдание, звучащее обижено и напугано. Саэ Ян остолбенел: «Напугался до слёз?» Чу Сы: «...» По правде говоря, каждый последующий человек, с которым они имели дело на протяжении многих лет, был более толстокожим и опаснее предыдущего. Они давно не сталкивались с кем-то, кого можно напугать до слёз всего лишь одной фразой. Едва другая сторона зарыдала в голос, эти два негодяя тут же захотели посмотреть, кто был их противником, поэтому два луча света одновременно сошлись в одной точке. То был угол стены недалеко от обочины дороги, где заканчивалась зелёная зона. За покрытым слоем пыли мусорным баком слегка колыхалась крохотная макушка, и в такт этим движением доносились всхлипы. Чу Сы подмигнул Саэ Яну, давая знак оставаться на месте, а сам тем временем беззвучно выключил свет и пошёл прогуляться вокруг. Он увидел свернувшуюся в клубок и сидевшую на корточках за ящиком для мусора тёмную фигуру. Должно быть, это был ребёнок, с виду не старше 5 лет. Расплакавшись, он сразу же потерял бдительность. И только когда Чу Сы подошёл к нему и наклонился, чтобы погладить его по макушке, он жалобно посмотрел вверх. Командир Чу за столько лет ещё ни разу серьёзно не разговаривал ни с одним ребёнком, тем более с таким нежным ребёнком. Он посмотрел на дитя и спросил: «Ты один?» Непонятно, какое именно слово задело его, но он сжал рот и снова начал рыдать так, что сердце разрывалось. Смотря вверх, ребёнок никак не мог сфокусироваться и, обливаясь слезами, едва не свалился на спину. Чу Сы: «...» Он вытянул руку, схватив ребёнка за предплечье и поддерживая его, Чу Сы с растерянным выражением лица помахал Саэ Яну. Вероятно, это был первый раз в жизни Чу Сы, когда он по собственной инициативе помахал ему. Саэ Ян тоже почувствовал себя немного непривычно. Лениво подойдя, он поднял брови и сказал: «Дорогой, ты что, под наркотой?» Чу Сы нахмурился и, указав подбородком на плачущего ребёнка, произнёс: «Успокой его, я не смогу перекричать этого сорванца, который, кажется, решил открыть шлюзы, чтобы слить воду после наводнения.» * Саэ Ян остановился: «... Кого ты просишь успокоить?» Пока он произносил эти слова, то снова взглянул на маленького мальчика. Изначально он просто небрежно окинул его взглядом, но потом, казалось, увидел что-то удивительное и прищурился. П/П: какой-то кучерявой идиомы я не нашла. Тут всё воспринимаем буквально) Китай - страна с частыми наводнениями. Стихийные бедствия ежегодно приводят к большому количеству материальных потерь и человеческих жертв. Сброс паводковых вод предназначен для того, чтобы продолжительные проливные дожди не привели к превышению уровня воды, затоплению или обрушению водохранилищ, насыпей и плотин.

Глава 42. Сорванец

«Что?» Чу Сы почувствовал, что выражение его лица изменилось, поэтому спросил: «Что не так с этим негодником?» Его взгляд тоже упал на этого сорванца. Волосы паренька были очень тёмными и, вероятно, давно не подстригались, так как длина плотно закрывала заднюю часть шеи. Из-за того, что он слишком сильно плакал, его наполовину прикрытое руками лицо исказила гримаса, поэтому было невозможно понять, как он изначально выглядел. Свет от фонарика, по всей видимости, доставлял ребёнку дискомфорт. Рыдая, он поднял лицо, в то же время снова попытался забиться в тёмный угол. Из-за того, что он был совсем маленьким, такого рода действия выглядели очень странно и трогательно. По словам людей из тренировочного лагеря, в этой жизни совесть командира Чу просыпается лишь тогда, когда ему нужно взаимодействовать с маленькими бесами, особенно с теми бесами, которые, казалось, были особо плохо воспитаны. Например, Маленькая Швабра, и этот ребёнок тоже... Он поднял руку, чтобы загородить свет от фонарика Саэ Яна, отгородив тем самым сорванца от ослепительно яркого света, бьющего прямо в лицо. Саэ Ян тем не менее не придал особого значения этому движению и лишь едва скользнул по нему взглядом. Подняв руку, он потянулся к шее малыша, будто хотел откинуть прядь волос: «У этого чертёнка на шее...» Вероятно, его аура была слишком гнетущей, и, прежде чем его пальцы успели коснуться волос, щенок сразу же спрятался за Чу Сы. Саэ Ян безразлично рассмеялся и высокомерно взглянул на него. Чу Сы посмотрел на мальчонку у своих ног, поднял брови, присел на корточки и похлопал его по спине. После такого похлопывания малец, казалось, действительно прикипел к нему всей душой. Приняв его за хорошего человека, он протёр глаза и прислонился головой к его руке. Вскоре Чу Сы почувствовал, что рука стала влажной. Чу Сы прищёлкнул языком. Этот ребёнок воистину умеет плакать. Лицо Саэ Яна не выражало никаких эмоций. Он, в отличие от Чу Сы, не был столь чувствителен к таким детям, да и препираться с этим ребёнком у него не было никакого желания. Пока ребёнок, цепляясь за него, самозабвенно рыдал, Чу Сы попытался убрать волосы с его шеи. Кто же знал, что едва его пальцы коснутся кожи, цеплявшийся за его руку малыш неожиданно начнёт яростно брыкаться. Оттолкнув Чу Сы, он сделал несколько шагов назад в угол и встал в тени. Он по-прежнему тёр рукой глаза и между этими движениями втихаря поглядывал на Чу Сы. Хотя этот взгляд был наполовину скрыт рукой и к тому же стремительно отведён, однако Чу Сы совершенно ясно уловил в нём некоторую настороженность. Ребёнку нет и пяти лет... Чу Сы от такого действия на время даже растерялся. Он повернул голову к Саэ Яну и прошептал: «Оставь. Этот сорванец рыдает так, что у меня даже голова разболелась. Позволим ему сначала сбежать, немножко подождём, а потом последуем за ним и в итоге узнаем, откуда он пришёл.» Он говорил настолько тихо, что всхлипывания и плач этого щенка с лёгкостью переглушили его шёпот, однако стоявший рядом Саэ Ян смог всё прекрасно расслышать. Он пожал плечами и молча согласился на предложение Чу Сы. В конце концов это не имело особого значения. Как и следовало ожидать, не прошло нескольких секунд после того, как он закончил говорить, и этот сорванец, прищурив свои влажные глаза, развернулся и пошёл в сторону переулка. Чу Сы и Саэ Ян не стали сразу бросаться в погоню, вместо этого они скрестили руки на груди и, прислонившись к стене, позволили маленькому ребёнку убежать. В переулке была кромешная тьма, но вопреки всему, когда ребёнок обернулся, его окружил свет. Пробежав определённое расстояние, он опустил руку, прикрывавшую глаза. Лицо, которое всего секунду назад было искажено гримасой от надрывных рыданий, внезапно стало бесстрастным. Эта резкая перемена, произошедшая быстрее, чем перелистываются страницы в книге, естественно пришлась не по вкусу вошедшим в переулок Чу Сы и Саэ Яну. Они подождали ещё немного. Крохотная тень уже добежала до другого конца переулка, повернула налево и исчезла за стеной. «За переулком есть ещё одна торговая улица, сорванец побежал в том направлении...» Чу Сы, прислушиваясь к шагам, вычислял расстояние, попутно смахивая слёзы со своего рукава. Коснувшись повязки на руке, он резко замолчал. Нахмурившись, он посмотрел в эту сторону. Изначально в повязке по кругу были расположены транзистороподобные снаряды, в каждом гнезде было по одной штуке, и свободного места больше не оставалось. Однако в настоящий момент одно из отверстий оказалось пустым. Под пустым отверстием на рукаве рубашки отчётливо виднелся влажный след. Чу Сы: «...» Со сложным выражением лица он поднял голову, и глаза Саэ Яна заблестели. Окинув взглядом его манжеты, он неожиданно рассмеялся и шутливо сказал: «Репутация нашего командира была подмочена мальчишкой, не достигшим пятилетнего возраста». Он похлопал Чу Сы по плечу, поднял руку и указал в сторону переулка: «Пойдём, помогу тебе отомстить». Чу Сы: «...» Ёб твою мать. Настоящая бомба попала в руки ребёнка, душа и разум которого ещё не были достаточно крепки. Чёрт знает, какие из-за этого могут возникнуть проблемы. Они оба напрочь отбросили свой предыдущий план и бросились в погоню. Двое высоких мужчин в миг смогли добраться до переулка. Добежав до угла и повернув налево, они как раз заметили мальца, перебежавшего на другую сторону улицы и спустившегося в подземный переход. Его движения казались плавными, от того паникующего плаксы не осталось и следа. Чу Сы снова включил фонарик и осмотрел местность. Он даже смог заметить, что сорванец, прежде чем спуститься под землю, бросил на них быстрый взгляд. Возможно, из-за света фонаря его кожа казалась слишком бледной, а черты лица искажёнными, но выражение лица этого ребёнка оказалось более бесстрастным в сравнении с обычными людьми. Чу Сы, не раздумывая, погнался за ним. В несколько шагов он пересёк улицу и направился прямо к подземному переходу. «Там». Они вдвоём быстро спустились по ступенькам, и Чу Сы указал на проход по правую сторону. Расстояние, разделявшее их, сократилось с сотни метров до десятка, они стремительно направились в проход справа и увидели маленького ребёнка, пролезающего в боковую дверь. Этот подземный переход существовал очень длительное время. Он уже был тогда, когда Чу Сы жил здесь с Цзян Ци. Внутри несколько раз всё переделывали, и объект постоянно модернизировался, сохранилась лишь боковая дверь, находившаяся в середине прохода. Пройдя через эту боковую дверь, можно попасть в подземное убежище Изумрудной гавани. Такие убежища были построены в различных городах после векового межзвёздного хаоса. Каждое убежище было разделено на разные функциональные зоны, площадь соответствовала целому городскому району, плюс шесть этажей вверх и столько же вниз. Каждый верхний этаж убежища был разделён на четыре части: восточную, западную, северную и южную, однако к этим четырём дверям вели не меньше сотни проходов, связывая такие общественные места, как школы, больницы и городские кварталы. Время эвакуации перед взрывом планеты было слишком коротким, иначе эвакуация в эти убежища была бы неплохим выходом. Чу Сы и Саэ Ян распахнули боковую дверь и вошли внутрь. Тем не менее едва они вошли, то обнаружили, что что-то не так. Проход был тесным и тёмным. Они могли слышать звук шагов этого сорванца, разносимого эхом по всему периметру, однако в свете их фонарей не было видно фигуры маленького мальчика. Как быстро может бегать ребёнок, не достигший пятилетнего возраста? Чу Сы и Саэ Ян, нахмурившись, обыскали весь проход. Не было ни развилок, ни других выходов. Проход зигзагом петлял под землёй, словно канализационная труба, вот только мальчишка будто испарился. Свернув семь раз, они наконец увидели конец этого прохода. Звук шагов ребёнка, тяжёлым эхом отражавшийся от стен, также резко прекратился. Чу Сы направил свет и заметил, что конец прохода заканчивается закрытой дверью подземного убежища. Перед дверью было открытое пространство, а на полу сгрудилась большая толпа человеческих силуэтов. Всё верно, это огромная группа... Людей. Чу Сы на мгновение остановился, а затем внезапно ускорил шаг. Эти люди, казалось, только что заметили, что кто-то пришёл. Они живо напоминали груду кораллов, которую кидало то вправо, то влево. «Кто-то идёт!» «Кто-то снова проснулся!» «Жители? Это же не те, что мародёрили в прошлый раз, да?» ... Некоторые люди встали, некоторые по-прежнему продолжали сидеть. Они один за другим подняли руки, чтобы закрыться от света, и спросили: «Вы кто?» Среди этой сумятицы Чу Сы отчётливо услышал звук заряжаемого огнестрельного оружия. «Не делайте глупостей». Чу Сы показал им свои пустые руки и сказал: «Мы пришли сюда вместе с мелким де... ребёнком. Вы не видели такого высокого ребёнка? Забежал сюда». Он не осмелился упомянуть при этих людях о бомбе, опасаясь вызвать панику. По идее, даже если бы ребёнок свернул в другой проход, ему всё равно пришлось бы пройти через это место. В результате люди обменялись растерянными взглядами и недоумённо сказали: «Лишь вас двоих». Чу Сы: «Как такое возможно?»

Глава 43. Неожиданность

Несмотря на то, что ситуация казалась чрезвычайно абсурдной, люди, стоявшие перед ним, тоже не выказывали никаких признаков лжи. К тому же самое очевидное – звук шагов действительно прекратился. Как только они потеряли след, нагнать его снова будет весьма сложно. Чу Сы нахмурился. Он беспокойно озирался по сторонам, но тем не менее так и не обнаружил даже тени ребёнка. В этой группе насчитывалось более 30 человек, мужчины и женщины, старые и молодые. Около 7-8 человек всё это время полулежали, прислонившись к углу стены, набросив на плечи разного рода верхнюю одежду, среди них даже имелась парочка людей в полицейской форме. Он заметил, что на их лицах не было ни тени жизни, глаза были плотно закрыты, а губы потрескались, они были либо больны, либо ранены. Чу Сы скользнул взглядом по паре в полицейской форме, а затем снова мельком взглянул на тех нескольких людей, у которых в руках было огнестрельное оружие. Однако сразу было заметно, что модель оружия предназначалась для гражданского использования. Зато справа у стены стояли и беседовали два человека, одетых в чёрные жилеты, используемые полицией, и в брюки, заправленные в военные сапоги. Заметив подошедших Чу Сы и Саэ Яна, они выпрямились и направились в их сторону. «Что происходит?» Чу Сы вздёрнул подбородок в сторону людей, лежащих у стены, и спросил двух полицейских. Несмотря на то, что полицейское управление находится под непосредственным контролем Министерства внутренних дел, они слишком часто пересекаются со зданием службы безопасности. При выполнении служебных обязанностей они время от времени также находятся под командованием здания безопасности. Вероятно, это была профессиональная привычка, и когда Чу Сы задал вопрос, он неосознанно перешёл на деловой тон. Услышавший его кудрявый офицер полиции обомлел, затем рефлекторно сдвинул пятки и встал по стойке смирно. Кашлянув, он попытался скрыть неловкость и принялся объяснять: «Изначально мы все скучковались прямо на земле, в конце концов в такое время пытаться выжить в одиночку нецелесообразно. Однако не так давно сюда пришла группа бродяг, и чтобы избежать конфликтов, мы временно переместились в это убежище. Затем мы неожиданно столкнулись с небольшими... трудностями, и некоторые получили ранения.» «Что за трудности?» Чу Сы настороженно взглянул на входные люки по обеим сторонам. «Здесь ещё кто-то прячется?» Кудрявый полицейский нахмурился и ответил: «Нет, трудности довольно-таки странные... Посреди подземного перехода было совершенно пусто, но никто не смог пройти. Несколько товарищей, шедших впереди, тоже не знали, на что натолкнулись. У всех были раны разной степени тяжести, и сами раны тоже были весьма необычными, казалось, будто кожа ни с того ни с сего просто взяла и лопнула.» Чу Сы помахал пальцами перед его глазами. Следы крови на месте полученного ранее ранения были начисто вытерты, обнажив ряд ран, выглядевших так, словно плоть внутри треснула по швам. «Вот так?» Кучерявый остолбенел: «Да, да, верно, именно так! Неужели вы тоже...» Он зашипел и с сомнением добавил: «Но разве вход уже не вернулся в нормальное состояние? Немного погодя мы попробовали снова, и все прошло гладко.» «Это произошло в другом месте.» Небрежно ответил Чу Сы. Невидимый барьер, о котором говорит кудрявый полицейский, должен быть таким же нарушением энергетического поля, вызванным аномальным искажением пространства и времени, как и около того дома. Если это так... Может ли быть, что внезапное исчезновение ребёнка было результатом искажения пространства и времени? Различные пространственно-временные зоны притираются и давят друг на друга, достигая при этом мало-мальски мирного сосуществования, в результате чего хаотическое энергетическое поле в месте разлома становится стабильным, и люди могут свободно проходить через него. Так же, при определённых обстоятельствах, можно натолкнуться на кого-то из прошлого или будущего. Если всё действительно так, то это может объяснить ситуацию с внезапным исчезновением ребёнка. «Твой гаджет. Не знаю, в какой период он может взорваться.» Саэ Ян пожал плечами и прислонился к стене. Очевидно, он и Чу Сы думали об одной и той же вероятности. Чу Сы сжал пальцами межбровье. «Тебе обязательно добавлять мне неприятностей?» Чем больше он об этом думал, тем тяжелее ему становилось: «Нестриженый чертёнок решил поиграть с бомбами? Кто ж его научил?» Такого смертоносного малыша невозможно было вырастить в нормальной среде.   Саэ Ян выглядел равнодушным. Чу Сы поразмыслил и внезапно осознал, что в глазах Саэ Яна, который всё время вёл антисоциальный образ жизни, такие вещи, вероятно, вполне обычные. «Командир, выражение твоего лица, когда ты так смотришь на меня, заставляет чувствовать себя чрезвычайно... безнадёжно». Усмехнулся Саэ Ян. Чу Сы спокойно ответил: «Я несколько десятков лет так на тебя смотрю. Не слишком ли медленно ты реагируешь?» Саэ Ян некоторое время задумчиво смотрел на него. «Откровенно говоря, я не из тех, у кого заторможенная реакция. В конце концов, это ты до сих пор не можешь понять, что мы с тобой совершенно одинаковые». Чу Сы фыркнул и больше не стал продолжать диалог. Однако в его душе промелькнула мысль, что если бы он в восьмилетнем возрасте лично узрел ребёнка, трогающего бомбу, вероятно, тоже бы подумал, что это вполне нормальное явление. «...» Выражение лица командира Чу внезапно стало сложным. Цокнув языком, он обернулся и, снова приняв строгий вид, спросил у кудрявого полицейского: «Как давно вы здесь? Обработали раны этих людей?» «Изначально мы думали открыть двери убежища, но непонятно почему что-то пошло не так. У нас обоих оказалось недостаточно полицейских полномочий, чтобы привести в движение механизм открывания дверей. Это все как-то неправильно...». Кудрявый выглядел опечаленным. «Раненым была оказана экстренная помощь. Сначала собирались отвезти их в ближайшую больницу, однако на днях снаружи стали проскальзывать неизвестные световые лучи. Опасаясь попасть в неприятности, мы решили пока остаться здесь». «Неизвестные световые лучи?» Чу Сы нахмурился. «Кажется, есть ещё люди, которые, как и ты, командир, не теряют времени даром». Сказал Саэ Ян. Действительно, если другая сторона в самом деле пришла с недобрыми намерениями, то на этом обломке планеты их интерес, вероятно, был вызван местом, где находится многоквартирный жилой дом, в котором он когда-то жил. Иначе говоря, апартаменты, в которых некогда жил Цзян Ци. Тщательная разведывательная операция внезапно превратилась в гонку со временем в конкурентной борьбе. Причина, по которой противники всё ещё медлили с приземлением, скорее всего, в том, что хаотическое энергетическое поле ещё не стабилизировалось, и у них пока нет возможности приблизиться. Если обе стороны столкнутся, конфликт будет неизбежен. Чу Сы прошёл сквозь толпу к главному входу в убежище. Мельком взглянув, он тут же подключился к групповому каналу связи. «Как обстановка, командир?» Поинтересовался Тан. «Вы можете увидеть на экране наше с Саэ Яном месторасположение?» Начал Чу Сы. «Да». «Ле Пен и Лю, идите сюда и захватите с собой инструменты. В городском подземном убежище произошла неисправность, двери невозможно открыть, должно быть повреждена какая-то часть системы». Сказал Чу Сы. Ле Пен быстро поняла, что имел в виду Чу Сы: «Скоро будем!» Лю: «Ок». «Тан, во время разведки обрати внимание, есть ли в окрестностях этого фрагмента планеты летающий объект, результаты присылать мне в режиме реального времени». Сказал Чу Сы. «Без проблем». Ответил Тан.   «Остальные пусть присматривают за бродягами, но избегают столкновений.» «Принято.» Несмотря на то, что он раздал указания, Чу Сы, однако, чувствовал, что сложившаяся ситуация не внушает оптимизма. Если их противники действительно пришли подготовленными, то у них же слишком мало рабочей силы... Чуть больше двадцати минут спустя Ле Пен и Лю с грохотом посадили свои летательные аппараты, и некто с огромной чёрной сумкой появился в переходе. «Командир! Мы прибыли!» Ле Пен и Лю отдали честь Чу Сы. «Кто бы мог подумать, что проснулось так много людей!» Окидывая взглядом стоящих и сидящих на земле людей, она сняла с плеча чёрную сумку и несла её в руках. «Лю, иди проверь устройство управления в той стороне, а я проверю в этой.» Девушка спешно принялась за дело. Кивнув всем в знак приветствия, она развернулась и направилась к главному входу. Всю дорогу она отбивала пальцами ритм, остановившись в определённом месте, она быстро сняла кусок стальной пластины и начала его осматривать. Лю, ушедший в противоположном направлении, снял другой кусок. Прошло несколько вспышек, издавая характерный треск. Мгновение спустя Ле Пен сказала: «Ладно, все убежища устроены почти одинаково. В принципе, всё понятно.» В это же момент подошёл Лю, они шёпотом перекинулись парой слов и стали хлопать в ладоши, поднимая народ: «Давайте, давайте. Все, кто в состоянии двигаться, будут помогать. Мы, немного погодя, пойдём прямо в центральный диспетчерский пункт, и после устранения неполадки контроллеры загорятся одновременно с обеих сторон. Как только это произойдёт, командир и ээээ... господин Ян принудительно запустят устройство, а остальные будут толкать двери так сильно, как только смогут.» Сказав это, они оба вышли из перехода и направились прямо в центральный пункт управления. Спустя 10 минут индикаторы на устройствах управления по обеим сторонам внезапно загорелись, Чу Сы и Саэ Ян пальцами перекрутили провода. Мгновенно раздался треск электрического тока, шокировав всех вокруг. «Быстро! Быстро! Толкайте двери!» Кучерявый полицейский поднял руку, зазывая народ. Люди толкнули двери из последних сил, издав при этом звук «хо...» Внезапно всё подземелье наполнилось гулом, за которым последовал неясный свист, один длинный и два коротких. Внезапно по всему тоннелю через каждые 2–3 метра загорелись белые огоньки, словно огромная очередь, мгновенно растянувшаяся из центра убежища до самого входа. Мрачное пространство в миг озарилось светом, будто появилась надежда выйти из самого безвыходного положения. Тяжёлая дверь убежища издала лязг от трения металла и медленно открылась, начиная пропускать людей, которые и так слишком долго ждали. Толпа рукоплескала! Кучерявый полицейский, без умолку болтая, организовывал взволнованный народ, чтобы они перенесли раненых в убежище. Другой низкорослый полицейский, всё время находившийся рядом с кудрявым, молчал. Тем не менее в этот момент он не забыл развернуться и кое-что узнать у Чу Сы: «Сэр, мне всё время казалось, что Вы выглядите очень знакомо. Простите за беспокойство, Вы не... не начальник пятого офиса создания безопасности?» Чу Сы: «Мы встречались?» «Правда вы?! Как здорово! Когда есть начальник, появляется больше надежды.» Низкорослый офицер полиции отдал ему честь, тут же повернулся к Саэ Яну и отдал честь ему тоже. «Пойдёмте в убежище, командиры, я помогу чем смогу.» «Я оставлю парочку своих приятелей, чтобы они помогли вам обустроиться, есть ещё одно дело, с которым нам предстоит разобраться.» Чу Сы подбородком указал в сторону настежь открытой двери в убежище, жестом предлагая ему тоже по быстрее войти. С помощью устройства связи он передал несколько слов Ле Пен и Лю, попутно подмигнув Саэ Яну: «Время почти пришло, пойдём в дом?» Саэ Ян поднял брови и с лёгкой улыбкой вышел. В переходе на некоторое время воцарилась тишина. Чу Сы шёл позади него достаточно долгое время и неожиданно произнёс: «Я весьма удивлён.» «Чему?» Саэ Ян не оглянулся. Его тон речи ничем не отличался от прежнего, томный и безразличный, однако на этом длинном, спокойном пути это создавало необъяснимую иллюзию... Казалось, что он болтает с близким человеком, не предпринимает никаких мер предосторожности, ничего не разведывает, не насмехается, а просто ведёт праздную беседу. Что касается Чу Сы, события такого рода, как праздная беседа, весьма редкий случай, а относительно Саэ Яна, кажется, и вовсе беспрецедентный. Вероятно, поддавшись в хорошей атмосфере, Чу Сы сказал: «Никогда бы не подумал, что такой день однажды настанет.» «М?» Саэ Ян не остановился, он лишь усмехнулся и ответил своим глубоким голосом: «Что, всё-таки, ты хочешь сказать?»

Глава 44. Старый дом

Долгое время выбор Саэ Яна делать что-то или не делать в большинстве случаев так или иначе был связан с ним самим. Он всегда без разбора даёт выход своему агрессивному и деспотичному характеру, так что ощущение его присутствия воистину поразительно. Даже если это всего лишь незначительная услуга с его стороны, он устроит потрясающую небо и всколыхнувшую землю битву, кроме того, никогда не предоставит удобного случая заранее обсудить детали. Он всегда был человеком вне плана, стоящем в стороне и решающем, стоит ли принять участие в каком-либо предприятии, лишь исходя из своего настроения. Поэтому, даже если он протягивает руку помощи, язык не поворачивается назвать его партнёром. Таких взбалмошных партнёров просто не бывает. Конечно, назвать его помощником и вовсе невозможно, в конце концов у помощников всегда при себе есть какие-то дополнительные инструменты. Любой, кто хорошо знает Саэ Яна, вероятно, даже не сможет представить, как он должен вести себя в роли помощника, и Чу Сы не исключение. На самом деле только сейчас, когда Ле Пен с энтузиазмом торопилась раздать соответствующие поручения, в сердце Чу Сы промелькнуло беспокойство. Он даже стал обдумывать, как следует поступить, чтобы всё закончилось благополучно, если в самый ответственный момент, когда нужно будет скоординировать свои действия, Саэ Ян решит побездельничать. В этом плане не было даже предположений «а что, если». Поэтому, даже когда Саэ Ян действительно спокойно решил закончить с ним дело в качестве «помощника», Чу Сы внезапно стал испытывать смешанные чувства. Всё ещё имеется слишком много случайностей. Случайно, вопреки ожиданиям, Саэ Ян решил стать его помощником. Случайно, вопреки ожиданиям, они целый день рука об руку спасали людей. Это не была какая-то миссия, и люди, которых они спасали, не имели к ним никакого отношения. Случайно, вопреки ожиданиям, бывают такие моменты, когда Саэ Ян не кажется агрессивным или опасным... Например, такие, как сейчас. Помимо случайностей, имеется ещё такое трудно выразимое чувство, как угрызение совести. В конце концов до того, как дверь в убежище открылась, он всё ещё с особой осторожностью и бдительностью следил за каждым движением Саэ Яна. Чу Сы в то время чрезвычайно откровенно пялился на него и много раз встречался с ним взглядами. Поэтому даже если сейчас он говорит загадками, Саэ Ян должен ясно понимать, каким случайностям в конце концов удивляется Чу Сы. Он определённо прекрасно всё знает, но по-прежнему спрашивает об этом и очевидно смакует эти намёки. «Интересно прикидываться не понимающим?» Следуя за ним, спросил Чу Сы. В переходе каждый маленький фонарик отбрасывал лёгкие тени двоих людей, и каждым своим шагом Чу Сы наступал на тень Саэ Яна. «Очень интересно. Ясное дело, я действительно не знаю, что ты, командир, хочешь мне сказать. Можем обсудить чуть более подробно?» Сказав это, он наконец повернул голову и с лёгкой улыбкой взглянул на Чу Сы. Затем снова опустив взгляд на землю цокнул языком. «Если ты не хочешь об этом говорить, всё равно не стоит брать меня на прицел и наступать мне на лицо. Дорогой, а ты немного злопамятный.» Чу Сы за разговором не сразу заметил, что стоит прямо на тени Саэ Яна. Пару секунд помолчав, он в итоге не выдержал и ехидно сказал: «Осмелюсь спросить, Ваше превосходительство, сколько тебе лет?» «Командир, тебе должно быть очень хорошо известно, совершеннолетние или нет люди, побывавшие в тюрьме.» Небрежно ответил Саэ Ян. Говоря это, он вновь повернул голову, оставляя Чу Сы наедине со своим затылком. «Ты сегодня, вероятно, не в своём уме.» Чу Сы покачал головой, а его шаги, тем не менее, по-прежнему наступали на тень Саэ Яна, на этот раз даже ещё более точно, чем раньше. Они шли ещё какое-то время, дошли до конца тоннеля и стали подниматься по ступенькам. Саэ Ян первым вышел наружу и, стоя вполоборота, смотрел на Чу Сы, по-прежнему стоящего на лестнице. Чу Сы остановился перед последними тремя ступеньками и неожиданно посмотрел на него: «Я хочу сказать... Если бы тогда, в санатории, ты вёл себя так, будто ты в своём уме, мы бы, вполне возможно, могли подружиться.» Саэ Ян, кажется, нашёл эти слова весьма любопытными. Он улыбнулся и, прищурившись, сказал: «Ты ошибаешься, командир. Если бы это было так, ты бы, вероятно, даже не запомнил моё имя.» Чу Сы хотел было возразить, но всё-таки в глубине души с досадой обнаружил... Что слова Саэ Яна, скорее всего, могли бы оказаться правдой.   Поэтому ему оставалось лишь пожать плечами и подняться по этим последним нескольким ступенькам. Когда они стояли плечом к плечу, Саэ Ян снова томно, будто с насмешкой, произнёс: «Не думай об этом, командир, ты и я не стали бы друзьями не разлей вода». Чу Сы холодно ответил: «Великолепно». «Что такое? Неужели лицемерный командир Чу не чувствует лёгкого сожаления?» Подмигнул ему Саэ Ян. Чу Сы с выражением лица «тебе пора бы образумиться» похлопал его по плечу, а затем, обойдя его стороной, пошёл вперёд. Перед дверями его прошлой квартиры коммуникатор Чу Сы завибрировал. Он вытащил его и посмотрел, там было сообщение от Тана. В сообщении говорилось, что, перепробовав огромное количество разнообразных методов, ему наконец удалось обнаружить группу объектов, «дрейфующих» вокруг этого фрагмента планеты. Относительно всего фрагмента эти объекты находятся в состоянии покоя, поэтому их было так сложно обнаружить. «Тем не менее они не были безмолвными или незаметными всё это время. Приложив чуть больше стараний, их удалось заметить, это лишний раз доказывает, что другая сторона не боится быть обнаруженной». Проанализировал Тан и спроецировал общую карту объектов и их состояние на голографический дисплей терминала, прикреплённого к запястью Чу Сы. «Кто бы это мог быть? Серебряный город? Честно говоря, только эта возможность и приходит мне на ум. Это действительно в их стиле. Здесь есть что-то, что им может быть нужно?» Сказал Тан. «Мы как раз ищем...» Чу Сы стоял перед изначально невидимым барьером, собираясь протянуть руку, чтобы разведать обстановку, и в этот момент Саэ Ян просто взял и вошёл. «Ты!» Чу Сы потянул его на себя. Кроме руки, за которую его схватили, Саэ Ян полностью прошёл через то место, где был барьер. «Вот видишь, барьер действительно исчез». Сказал он. С каменным выражением лица Чу Сы произнёс: «Если бы он не исчез, у тебя бы сейчас не было лица. Ты всегда используешь своё лицо, чтобы проверить вещи такого рода?» Произнеся последнюю фразу, он нахмурился. «Честно говоря, командир, это немного странно...» Взгляд Саэ Яна скользнул по схватившим его пальцам Чу Сы и снова опустился на его брови. «Ты вызываешь у меня желание совершать скучные и бессмысленные поступки. Например...» Пока он говорил, то, воспользовавшись случаем, прошёлся кончиками пальцев по протянутой ладони Чу Сы. Чу Сы пошевелил пальцами и мгновенно отпустил его руку. Из коммуникатора донёсся голос Тана: «Командир?» «Всё в порядке. Я говорю, что как раз ищу то, что могло бы пробудить их интерес». Говоря это, Чу Сы тоже пересёк барьер и без остановки направлялся к дому, хранившемуся в его воспоминаниях. Пройдя часть пути, он снова остановился и, объясняя Тану положение вещей, обернулся и посмотрел на Саэ Яна. Увидев, что тот следует за ним, он продолжил идти вперёд: «Кстати, найди способ успокоить бродяг, а особенно Карлоса Блэка. В крайнем случае можно попробовать заключить с ним сделку». Тан: «...Они только что закончили передавать приветы моим предкам». «Не справишься?» Тан: «Конечно справлюсь. Не волнуйтесь, командир, положитесь на меня».   Дом Цзян Ци находился посередине огромного жилого массива, и дорога к нему была слегка извилиста. За несколько десятков лет Чу Сы ни разу не проходил по этой дороге. Сначала он подумал, что уже и не помнит, как туда добраться, тем не менее, прежде чем он успел что-либо осознать, то уже стоял у входа в многоквартирный дом. Саэ Ян остановился рядом, поднял голову и, бросив взгляд на 70-этажный многоквартирный жилой дом, спросил: «Это то место, которое ты ищешь? Какой этаж?» «62». Ответил Чу Сы. Саэ Ян: «Командир, загадывай желание и надейся, что источники энергии не пришли в негодность, и лифтом всё ещё можно пользоваться». Чу Сы уже вошёл в здание и несколько раз нажал на кнопку лифта, тем не менее лифт даже не шевельнулся: «...». «Всё благодаря твоему вороньему клюву». Чу Сы обернулся к вломившемуся в двери Саэ Яну и продолжил: «Нам придётся подняться по лестнице. Если энергоносители действительно не работают, то нам нужно попытаться найти другой способ попасть наверх». П/П: вороний клюв или вороний рот – так говорят, когда человек «накаркал» неприятностей. «Командир, я не знаю, насколько ухудшилась твоя физическая форма после стольких лет сидения в офисе». Сказал Саэ Ян. Чу Сы не собирался обращать на него внимание и стал подниматься. Они не стали подниматься по лестнице как подобает, ступенька за ступенькой, вместо этого они, полагаясь на свои длинные ноги и физическую силу, перешагивали через 3 ступеньки. 62-й этаж был не так уж и низко, тем не менее им не потребовалось много времени для того, чтобы подняться. Однако подъём по лестнице всё же отличался от прогулки по ровной дороге, к тому же они шли очень быстро. Когда они дошли до 62-го этажа, дыхание Чу Сы всё-таки немного участилось. Физические способности Саэ Яна всегда отличались от способностей обычных людей, и это отнюдь не результаты тренировок, по крайней мере в то время в санатории он уже был очень крут и заставлял окружающих щёлкать языком от удивления. Вероятно, это как-то связано с его загадочным происхождением, однако в такое время это в конечном счёте может заставить чувствовать необъяснимую неуравновешенность. Стоя в коридоре, он огляделся вокруг. На каждом этаже было всего по одной квартире, поэтому вероятность ошибки была исключена. «На ровной дороге этого незаметно, но твоя физическая сила действительно немало регрессировала, командир». Он с едва заметной улыбкой взглянул на Чу Сы. «Заткнись». Чу Сы задержал дыхание и тоже весьма быстро привёл его в норму. Подняв руку, он коснулся биометрического замка, считывающего отпечатки пальцев, который находился рядом с дверью. И впрямь, в кромешной темноте не было никакого движения. «Кажется, нам нужно найти чуть более громкий способ открыть дверь». Произнося эти слова, Саэ Ян засунул руку в карман. «Так не пойдёт». Чу Сы нахмурился. «Не используй здесь бомбы». «М?» Саэ Ян сделал паузу и приподнял брови. «Кто бы мог подумать, что иногда командир может быть нерешительным, это действительно очень любопытно». «Здесь всё иначе». «Здесь всё иначе?» Спросил Саэ Ян. «Изначально меня не интересовало, кто жил в этом месте, сейчас, однако, у меня неожиданно проснулся интерес». После короткого молчания Чу Сы спокойно и равнодушно ответил: «Это место, где я жил со своим приёмным отцом, когда был ребёнком». Саэ Ян слегка опешил, задаваясь вопросом: был ли он удивлён ответом или просто не ожидал, что Чу Сы действительно скажет это, ведь прежде он никогда и никому не рассказывал о своём прошлом. «Тогда давай попробуем более приятный способ». Саэ Ян просто ударил по биометрическому замку, считывающему отпечатки пальцев. Вдребезги разбив его поверхность, он планировал провести кое-какие манипуляции, чтобы подключить его к внешнему источнику питания. Изначально закрытая дверь неожиданно издала звук, как будто кто-то открыл замок изнутри. «Кто?» Из-за двери раздался чей-то смутно различимый голос.

Глава 45. Исследовательская работа

То было обычное и едва слышное слово, к тому же отделённое дверью, за которой было трудно различить даже тембр голоса, однако оно в один миг заставило Чу Сы выпрямиться, и даже выражение его лица внезапно изменилось. Он встал словно вкопанный, какое-то мгновение до него не доносилось ни единого звука. Все его нервы, казалось, ожили и, словно щупальца, проникали в квартиру прямо через дверь. Всё дошло до того, что, казалось, даже незначительный шорох может заставить его тело застыть ещё сильнее. В квартире внезапно послышался звук шагов, будто кто-то надел домашние тапочки и пошёл в сторону двери. После звука голоса дверной замок так и не пришёл в движение, вероятно, из-за того, что человек по ту сторону двери передумал, так и не услышав ответ. Временами случается так, что вы настолько хорошо знакомы с человеком, что способны определить, он это или нет, лишь по нескольким простым шагам. В тот момент, когда звук шагов стал удаляться, Чу Сы непроизвольно ответил: «Я.» Из-за растерянности и неподвижности его голос казался приглушённым и хриплым, звук прокатился по его горлу настолько низко, что он сам едва мог его расслышать. Как только он произнёс эти слова, то тут же рассмеялся над собой. «Я» — максимально простой ответ, используемый лишь очень близкими людьми. Другая сторона, едва услышав его, тут же должна понять, кто это, в противном случае это только усилит неловкость. А кто он сейчас, в конце-то концов? Для человека по ту сторону двери он был всего лишь посторонним голосом, посторонним лицом, всего лишь каким-то незнакомцем. Какое у него было право так отвечать? Кажется, это определённо выглядит глупо... Чу Сы в душе рассмеялся над собой. Однако, действуя настолько глупо, он тем не менее нисколько не беспокоился о том, что его оставят стоять за дверью. Всё же человек по ту сторону двери считался вполне добродушным. В тот год у соседей сломался биометрический замок, считывающий отпечатки пальцев, и некоторое время они не могли вернуться домой. Он также впустил их к себе в квартиру, и похоже, что они не уходили достаточно длительное время. Чу Сы так и не понял, почему Цзян Ци, человек, побывавший в хаосе войны, такой беззащитный. Звук шагов на мгновение прекратился, а затем снова стал яснее, словно кто-то шёл обратно к двери. «Ты напряжён.» Внезапно прошептал ему на ухо Саэ Ян, это выглядело так, будто он говорил что-то интимное. «Нет.» Ответил Чу Сы. Тем не менее только после этих слов он внезапно осознал, что на самом деле задержал дыхание, и руки, свободно свисающие вдоль тела, тоже бессознательно сжались в кулаки. Саэ Ян прав, он действительно напряжён, к тому же сам этого не осознаёт. Изнутри дверной замок снова издал тихий звук, но на этот раз он не прекратился. Металлическая дверная петля слегка повернулась, и дверь отворилась. Стоящий в дверях мужчина был одет в простую рубашку и брюки, воротник был небрежно расстёгнут, один рукав закатан до локтя, а другой подвёрнут лишь наполовину. В нём сочеталась живость военнослужащего, интеллигентность учёного, а также лёгкая расслабленность, граничащая с усталостью. Цзян Ци... Несмотря на то, что у него уже имелось такое предположение, и даже после длительной психологической подготовки, Чу Сы, увидев его, всё-таки встал в дверях как вкопанный, а выражение его лица было абсолютно растерянным. Он неожиданно перестал понимать, какой сейчас год. Хорошо знакомая одежда, хорошо знакомое лицо, ничего не изменилось, казалось, словно Цзян Ци всего лишь уезжал в длительную командировку, а завершив все свои дела и как попало собрав вещи, просто вернулся домой. «Ты...» Цзян Ци, стоя в дверном проёме, окинул его взглядом, прошедшим, казалось бы, сквозь бесчисленное количество лет, прежде чем он опустился на Чу Сы. Едва заслышав слова Цзян Ци, у Чу Сы на лице напряглись желваки, он неосознанно тиснул зубы. Он нахмурился, опустил голову и пальцами сжал переносицу. Подождав, пока жжение вокруг глаз спадёт, он снова поднял голову. Цзян Ци, слегка опешив, спросил: «Что-то случилось?» Подобный тон речи был слишком хорошо ему знаком, и Чу Сы снова в миг растерялся. Он кашлянул и, прочистив горло, сказал: «Мы живём этажом выше, биометрический замок, считывающий отпечатки пальцев, вышел из строя, поэтому мы не можем попасть. Можно ли...». В такое время Чу Сы уже не был достаточно сосредоточен, чтобы придумать новый предлог, и, вопреки ожиданиям, единственные слова, что всплыли в его памяти, были словами той пары соседей. Закончив говорить, он почувствовал некоторое сожаление, к тому же он не знал, покажется ли Цзян Ци подозрительным такой аргумент. Цзян Ци ответил не сразу. Его взгляд снова прошёл по нему с головы до ног и в конце концов вернулся к нахмуренным бровям. Казалось, он пытался определить, добры их намерения или же нет. Снова взглянув на Саэ Яна, стоящего сбоку от двери, он в итоге всё-таки отошёл, уступая им дорогу, и, улыбнувшись, сказал: «Подземный резервуар источника энергии вышел из строя, уже ведётся ремонт, проходите пока». В квартире ярко горели пара мягких светильников аварийного освещения, один в углу дивана, второй в прихожей. Снова находясь в этой квартире, у Чу Сы возникли чрезвычайно смешанные чувства. То было чувство некоего непроизвольного расслабления и, в то же время, разумной сдержанности. Переплетаясь между собой, они порождали чувство противоречивости. После того как Саэ Ян, следуя за ним, вошёл внутрь, то проявлял к этому месту неподдельный интерес. Он взглянул на общую планировку, а затем, похлопав Чу Сы по плечу, наклонился и тихо сказал: «Дорогой». «М?» Чу Сы всё время исподтишка следил за Цзян Ци и даже не отреагировал на то, что сказал ему Саэ Ян. Через пару секунд он, запоздало среагировав, мельком взглянул на него: «...». «Здесь живут всего лишь два человека?» Продолжил спрашивать Саэ Ян. Чу Сы только и мог что сердито ответить: «Ага». Цзян Ци завернул другой рукав и спросил: «Что будете пить?» «Воды будет достаточно, спасибо». Чу Сы изо всех сил пытался сделать так, чтобы они с Саэ Яном выглядели как нормальные соседи. «Присаживайтесь». Цзян Ци взял два стакана воды, подошёл и поставил их на стеклянный столик, затем, подойдя к двуспальному дивану, наклонился. После того как они вошли в квартиру, Чу Сы практически ни на что не обращал внимания, и только сейчас он понял, что на двуспальном диване расположился ребёнок. На вид ему не было и 10 лет. Он был одет в светло-серую домашнюю рубашку с длинными рукавами, из-за его сгорбленной позы плечи подались вперёд и выпирал позвоночник, из-за чего он казался очень тощим. Прикрывая лоб руками, он уткнулся в подушку. Разглядеть черты его лица было невозможно, оставалось лишь смотреть на его иссиня-чёрные волосы, из-за которых цвет его кожи казался особенно белым. «Итак, этот спящий малыш...». Саэ Ян снова стал прикидываться не знающим. Чу Сы повернул голову и посмотрел на него: «...» Саэ Ян в свою очередь взглянул на него с видом ни в чём не повинного человека. Чу Сы опасался, что Цзян Ци может его услышать, и поэтому лишь одними губами спросил: «Должен ли я поблагодарить тебя за то, что ты не использовал слова «маленький дурачок»?» Саэ Ян улыбнулся, и его светлые глаза, изогнувшись в форме полумесяца, засияли. Цзян Ци попытался поднять свернувшегося калачиком ребёнка, в результате чего ребёнок лишь глубже зарывшись лицом в подушку что-то пробормотал. «Не можешь заснуть на кровати, но очень любишь спать на диване. Ты малыш...». Цзян Ци не стал настаивать, а лишь поднял руку и, потрогав лоб ребёнка, пробормотал: «Не заболел?» Ребёнок, по-прежнему уткнувшись лицом в подушку, помотал головой и в итоге чётко произнёс одно слово: «устал». Его голос ещё не изменился и имел присущую всем детям мягкость. «Ладно...». Ничего не сумев предпринять, Цзян Ци выпрямился, повернул голову к Чу Сы и Саэ Яну и улыбнулся: «Мой сын, когда засыпает, не хочет идти в свою постель, просто смешно». Саэ Ян улыбнулся и томно ответил: «Ничего страшного, это весьма любопытно». Чу Сы: «...» Он, вероятно, был самым смущённым человеком в этом доме. Цзян Ци и Саэ Ян беседовали то об одном, то о другом, и каждая фраза была для Чу Сы подобна удару по лицу. И те крохи эмоций, что он испытывал от новой встречи со своим старым другом, исчезли без следа. В этом пространственно-временном отрезке Цзян Ци, вероятно, только-только вернулся домой. Он жестом предложил Чу Сы и Саэ Яну немного посидеть на диване и произнёс: «Я принесу малышу одеяло». Саэ Ян, совершенно не пытавшийся проявить хоть какую-то учтивость, просто выбрал место около двуспального дивана и сел. Цзян Ци в тапочках вошёл в спальню, и Чу Сы мельком взглянул на его спину. Повернувшись к Саэ Яну, он предупреждающе посмотрел на него. Тем не менее, пока его миниатюрная версия, свернувшись калачиком рядом с ним, спит в этом беспросветном мраке, эффективность любого предупреждения будет значительно снижена. Как и следовало ожидать, Саэ Ян лишь многозначительно улыбнулся. Чу Сы: «...» Ну, откровенно говоря, в такой ситуации, какой бы фокус не выкинул этот болван, Чу Сы ни в коем случае не может потерять самообладание. «Ты выглядишь весьма счастливым». Прищурившись, посмотрел на него Саэ Ян: «И даже немного взволнованным, но ничуть не расслабленным». Стоит отметить, что время от времени этот человек очень проницателен, он, словно дикий зверь, может учуять даже крошечные психологические изменения. Чу Сы был действительно счастлив, так как снова встретился с Цзян Ци, единственным человеком, которого он мог назвать своей семьёй, и он также действительно не мог расслабиться, потому что знал, что всё это временно. «Ты поистине... чудак». Чу Сы усмехнулся и сел рядом с ним. Обладая таким острым чутьём на эмоции, уровень его эмпатии, тем не менее, оставляет желать лучшего. Они разговаривали негромко, но свернувшийся калачиком ребёнок всё же пошевелился. Он поднял взгляд от подушки и, нахмурившись, довольно нетерпеливо взглянул на них. В его глазах всё ещё читалась некоторая усталость, похоже, что он ещё не до конца проснулся. Такой взгляд не был ни мягким, ни послушным. Саэ Ян никак не мог понять, что с ним не так. Вопреки ожиданиям, он поманил его пальцем и, улыбнувшись, поддразнивающе прошептал: «Здравствуй, маленький командир». Чу Сы: «...» Ребёнок, свернувшийся калачиком на диване, ещё сильнее нахмурился. Вероятно, подумав, что этот человек болен, он быстро закрыл свои прищуренные глаза и снова зарылся головой в подушку. «Видимо, привычка искать, во что бы зарыться лицом во время сна, выработалась уже в то время». Произнёс Саэ Ян. Чу Сы открыл было рот, чтобы что-нибудь съязвить, но вдруг кое-что вспомнил. Он смутно припоминал, как Цзян Ци впустил двух соседей, у которых был неисправен биометрический замок, считывающий отпечатки пальцев. В тот день Цзян Ци должен был поехать на трёхдневную научно-исследовательскую конференцию в другой город. Пока Чу Сы читал, сидя на диване, у него внезапно разболелась голова, а поскольку дома никого не было, ему было лень возвращаться в свою спальню, и он свернулся калачиком на диване. В итоге, когда он находился в забытье от ужасной головной боли, Цзян Ци вернулся домой, потому что что-то забыл. Из-за того, что он страдал от головной боли, его воспоминания о том вечере были нечёткими и не последовательными. Он помнил лишь, что открыл глаза, и на диване, кажется, сидели ещё два человека. Он даже не мог ясно разглядеть, выглядели те люди молодыми или старыми, лишь смутно помнил, что один из этих людей назвал его «командир» или что-то в этом роде. Однажды он подумал, что та сцена была результатом смешения сна и реальности, ведь никто не мог назвать маленького ребёнка «командир». Теперь, как оказалось... Два соседа, которые произвели на него впечатление, это, по сути, он сам и Саэ Ян. Но если то, что отложилось в его памяти, происходит в данный момент, то... Чу Сы посмотрел на Саэ Яна: «Я знаю, что мне необходимо найти». «Расскажи подробнее». Саэ Ян вытянул свои длинные ноги, приняв более удобное положение. Чу Сы, понизив голос, произнёс: «Черновик». Он помнил, что после того, как соседи ушли, черновик важного исследования Цзян Ци был утерян.

Глава 46. Стая воробьёв

«Какой черновик?» Саэ Ян в наглую оглядел гостиную. «Ты говоришь про самый примитивный черновик, или про электронную версию, а может даже про тот, который можно достать лишь телепатическим путём?» Если это какой-то из первых двух вариантов, то найти их относительно легко, а вот если уже последний, то это будет довольно-таки хлопотно. «Не знаю.» Ответил Чу Сы. Саэ Ян отвёл взгляд и снова посмотрел на него: «Дорогой, ты шутишь?» Чу Сы понизил голос: «Позволь спросить, сколько деталей, по твоему мнению, может запомнить 9-летний ребёнок? Не говоря уже о том, что это черновик проекта, связанного с военными исследованиями?» Он помнил лишь то, что после того, как самый ранний черновик исследования был утерян, Цзян Ци очень долго его искал, а потом ещё дважды обсуждал с ним все подробности тех нескольких дней. Что произошло после, неизвестно. Либо исследовательский институт военного министерства ни с того ни с сего принял защитные меры, либо же наложил на это исследование гриф секретности. Поиски этого черновика неожиданно прекратились, по крайней мере, так казалось. «Я лишь помню, что черновик, вероятно, лежал в чёрной папке для документов...» Чу Сы собирался продолжить, но в этот момент Цзян Ци вышел из спальни. Руки его оказались совершенно пусты. Он упёрся локтем в дверь, натянуто улыбнулся двум людям, сидящим на диване, и сказал: «Эй, моё тело вернулось, но мозг, вероятно, всё ещё в пути, не могу вспомнить, куда я положил одеяло.» Чу Сы машинально ответил: «Главная спальня.» На памяти Чу Сы такие ситуации случались с Цзян Ци на регулярной основе. Он знал расположение и порядок каждого экземпляра документа как свои пять пальцев. Мог следовать по временной шкале и логической линии, чтобы вспомнить, где находился определённый исследовательский отчёт, который он сделал несколько лет назад или даже более 10 лет назад. Иногда он мог вспомнить даже такую мелочь, как какой рукой он его положил, правой или левой, и его примерное месторасположение на столе. Однако дома он всегда путал местонахождение предметов повседневного спроса, то ли он положил их в шкаф, то ли в выдвижной ящик. И судорожно начинал обыскивать весь дом. Каждый раз, когда такое происходило, Чу Сы с холодным выражением лица, произнося слово за словом, заставлял его вспоминать. У Цзян Ци относительно таких напоминаний также сформировался своего рода условный рефлекс. Пусть даже Чу Сы, сидевший в этот момент в гостиной, считался для него абсолютно чужим человеком, он неожиданно произнёс «главная спальня» и без лишних слов отправился в другую спальню. Дверца шкафа на дистанционном управлении издала лёгкий скользящий звук, вскоре после этого прозвучал голос Цзян Ци: «И здесь нет.» «Кабинет.» Снова сболтнул Чу Сы. Силуэт Цзян Ци вышел из главной спальни и, поспешно надев тапочки, направился в кабинет. Только когда он прошёл гостиную и собирался войти в дверь кабинета, то наконец среагировал и застыл на месте, а затем повернулся, чтобы посмотреть на Чу Сы. Чу Сы, встретив его вопросительный взгляд, тоже резко замер и, улыбнувшись, сказал: «Прошу прощения, дома всё точно так же, я... Сказал наобум.» Цзян Ци взглянул на Саэ Яна и, будто чтобы разрядить атмосферу, в шутливом тоне произнёс: «Кажется, мы с тобой одного поля ягоды.» Сказав это, он вошёл в кабинет. Чу Сы: «?» Он на мгновение остолбенел, а затем произнёс: «Кто с ним одного поля ягоды?» Саэ Ян раздвинул свои длинные ноги, упёрся локтями в бёдра и лениво указал большим пальцем на себя: «Если у него нет косоглазия или чего-то в этом роде, он, вероятно, говорил со мной.» Чу Сы: «...» Дома точно так же... Кажется, мы с тобой одного поля ягоды... Услышав эти два предложения вместе, у него появилось ощущение, что что-то не так. Вполне очевидно, что это какое-то недоразумение. Если бы кто-то другой пошутил подобным образом, даже если бы это было какое-то недоразумение, он не стал бы беспокоиться и слишком много думать. Однако человек перед ним был его приёмным отцом, и, хотя это была непредвиденная ситуация, когда пространственно-временные линии наложились друг на друга, Чу Сы не хотел, чтобы у Цзян Ци сложилось какое-то нереальное восприятие происходящего.     Саэ Ян вмиг раскусил его мысли и, разведя руками, сказал: «Командир, не забывай, по какой причине мы сюда пришли.» Что за причина? Мы живём этажом выше, биометрический замок, считывающий отпечатки пальцев, вышел из строя. Можно ли ненадолго остаться здесь? Вспомнив об этом, Чу Сы нахмурился. С точки зрения третьего лица, такое высказывание, как «жить под одной крышей», ассоциируется с двумя видами отношений: первый — это партнёрство, второй — совместная аренда. Позже, как назло, Чу Сы добавил ко всему вышесказанному ещё одну фразу: «дома всегда так», будто само слово «дом» или же сформулированная таким образом фраза подразумевает под собой более тесные отношения. И нет ничего удивительного в том, что Цзян Ци пошутил таким образом. Сейчас, даже при наличии рта, он не мог бы ничего объяснить. Они хотели и дальше оставаться здесь, а поэтому не должны позволить Цзян Ци сомневаться. Чем больше ты говоришь, тем больше брешей открываешь своей обороне, это принцип, работающий во все времена. Выражение лица Чу Сы внезапно стало очень сложным. «Нашёл, оно действительно здесь, в шкафу». Цзян Ци вышел с тёмно-синим одеялом и улыбнулся Чу Сы. Развернув одеяло, он завернул в него маленького Чу Сы, свернувшегося калачиком на диване. Было неясно, боялся ли он, что заснувший ребёнок скинет с себя одеяло, но он также подогнул уголки, укутав его по всему периметру от ступней до самой шеи. Маленький Чу Сы лишь слегка приподнял веки и взглянул на него, дважды шевельнув губами, он что-то пробормотал в полусне, а затем, уткнувшись в подушку, продолжил смиренно лежать, словно превратившись в куколку тутового шелкопряда. Командир Чу, сидящий неподалёку: «...» Цзян Ци тоже не был таким уж серьёзным человеком, хорошенько закутав маленького Чу Сы, он поднялся на ноги, положив одну руку себе на пояс и восхищённо любуясь тем, что сделал, не смог удержаться от смеха. Чу Сы с тяжёлым сердцем отвёл взгляд и увидел, что Саэ Ян, улыбаясь, смотрит на него. «...» Несмотря на то, что этому чёртовому хаосу в пространственно-временных линиях нет конца-краю, у него не было другого выхода, кроме как просто прожить этот день. Для Цзян Ци было нормально поддразнивать своего сына, но, как назло, перед ним сейчас сидела ещё и взрослая его версия. Может быть, было бы нормально, если бы был только отец и сыновья, но, как назло, он позволил Саэ Яну всё это увидеть. В этот момент голова командира Чу была заполнена лишь мыслями о том, что он был опозорен, и даже не заметил того, что в этой уникальной семейной атмосфере была некая близость, а Саэ Ян, будучи посторонним человеком, вопреки ожиданиям, не нарушал её. Цзян Ци налил себе стакан воды и сел на одноместный диван. Сделав глоток, он обратился к Чу Сы и Саэ Яну: «Вы живёте на 63-м этаже? Я не видел вас раньше». С годами Чу Сы усовершенствовал свой навык врать не краснея, но, сидя напротив Цзян Ци, всё было немного по-другому. Он никогда не лгал ему, за исключением тех случаев, когда у него болела голова и он притворялся сонным. Чу Сы тоже взял стоявший перед ним стакан с водой, но пить не стал, вместо этого он медленно вертел его в руках: «Мы немного заняты на работе и редко возвращаемся в обычное время». Цзян Ци издал звук «о», его взгляд скользнул по стакану с водой, который держал Чу Сы, а затем и по его пальцам: «Ну, это нормально, что мы обычно не пересекаемся, я тоже не всегда прихожу вовремя». Только из этих слов трудно понять, по какой причине он не поверил Чу Сы. Неужели появление этих двоих вызвало в нём слишком много сомнений? По правде говоря, если бы на его месте был Чу Сы, независимо от того, подозревает он противника или нет, то предпочёл бы открыть дверь. В конце концов, уж лучше быть начеку и ясно видеть действия другой стороны, чем позволять ей находиться в тени. Поэтому он смутно ощущал, что Цзян Ци может обладать точно таким же образом мышления. Сначала просто посмотрит на них, а затем, если возникнут проблемы, избавится на месте.   Однако, размышляя об этом, он тут же почувствовал некую беспомощность перед своим приёмным отцом. Чу Сы сам выбрал бы такой способ проверки, потому что большую часть своей жизни он провёл, сталкиваясь с различными опасностями, и имел абсолютную уверенность в своих силах. О них двоих действительно не стоит беспокоиться. Но Цзян Ци был другим. Насколько Чу Сы было известно, в молодые годы он действительно управлял механизированным воином, к тому же прошёл войну, находясь непосредственно на поле боя. Его боеспособность была довольно-таки хорошей. Однако с тех пор, как он перешёл в исследовательский институт, то больше не тратил много времени на поддержание своей физической формы и навыков. У одного против двоих шансы на успех действительно были невелики. Насколько огромной должна быть самоуверенность, чтобы впустить в дверь двух незнакомцев в самом расцвете сил? Чу Сы в самом деле не мог этого понять. «Работаете сверхурочно и питаетесь фастфудом? У 8 из 10 людей вашего возраста проблемы с желудком». Цзян Ци вёл себя как самый обычный сосед и болтал на темы, о которых обычно говорят при встрече. Обсуждая такие темы, нет опасности перейти черту, тем не менее можно извлечь из них кое-какую информацию. «Хм, можно поесть и на рабочем месте». Чу Сы по-прежнему отвечал честно, но не вдавался в подробности. Когда он и Цзян Ци жили вместе, их разделяло целое поколение. Между ними была большая разница в возрасте, у них никогда не было такого разговора, который может быть только между сверстниками. Он также никогда не слышал, чтобы Цзян Ци болтал с кем-то настолько молодым, и на мгновение почувствовал себя немного... Непривычно. Несмотря на то, что весь этот разговор был лишь праздной болтовнёй, ему тем не менее это совершенно не надоело и не наскучило. Однако после его ответа Цзян Ци снова шутливо произнёс: «Вы, ребята, разве не встречаетесь за ужином?» «Мы?» Опешил Чу Сы. Секунду спустя он отреагировал, Цзян Ци снова что-то неправильно понял. Только вот его целью было заставить Цзян Ци свести к минимуму все подозрения, а не пытаться устранить возникшее недоразумение. Таким образом, взвесив все за и против, командир Чу быстро изменился в лице и, рассмеявшись, сказал: «То, что мы редко видимся, не является для нас проблемой». Едва закончив говорить, он услышал глубокий голос Саэ Яна, который, улыбаясь, произнёс: «Ага». Это едва ли можно назвать сотрудничеством. «Ну и отлично». Цзян Ци отвёл взгляд, слегка прикрыл глаза и, сделав глоток воды, с улыбкой сказал: «Вижу, у вас хорошие отношения». Чу Сы: «...» Если бы этим человеком был не Цзян Ци, он, вероятно, схватил бы его за шкирку и повёз в больницу, чтобы проверить зрение. К тому же он был убеждён, что в душе Саэ Ян насмехается над ним ничуть не меньше. Какое должно быть зрение, чтобы разглядеть здесь «хорошие отношения»? Куриное? Если продолжить говорить на подобные темы, он, вероятно, не сможет сохранить естественное выражение лица. Чу Сы думал о том, каким образом следует разузнать про тот черновик исследования, и коммуникатор в его кармане внезапно завибрировал. Он вытащил его, взглянул и увидел новое сообщение от Тана. Командир, группа плавающих объектов, окружившая фрагмент планеты, внезапно вышла из спящего режима. Подозреваю, что они собираются предпринять какие-то действия. Как продвигается ваша с господином Яном разведка? И ещё, после того как бродяги во второй раз передали привет всем поколениям моих предков, я наконец-то смог нормально поговорить с Карлосом Блэком, и мы достигли некоего прогресса. P.S. Командир, у вас включён голографический экран? Я синхронизировал последние передвижения плавающих объектов. Когда он увидел это сообщение, сердце Чу Сы сжалось. Новая встреча с Цзян Ци сейчас занимала практически всё его внимание, настолько, что он почти забыл, вокруг них была стая воробьёв, ожидающих, пока богомол поймает цикаду. Хаос в энергетическом поле стабилизировался, и последний барьер, мешающий им проникнуть в квартиру, исчез. Они могут ворваться сюда в любой момент. Изначально, когда Чу Сы обратил внимание на то, что это место вновь появилось, он подсознательно ощутил, что время повернуло вспять, до того, как жилой комплекс был снесён. Тогда Цзян Ци был уже мёртв, а он больше здесь не жил. Это место представляло собой не более чем пустующий дом, находившийся на балансе у военного министерства. В таком случае ему нужно было лишь тщательно всё обыскать, найти их цель и отойти с пути этой стаи воробьёв. Его совершенно не беспокоили ни радикальность методов, ни опасность ситуации. Однако он и помыслить не мог, что время вернётся к тому моменту, когда и он, и Цзян Ци оба будут здесь. В таком случае его главная забота состояла не в том, сможет ли он успешно найти нужный объект, а в том, чтобы не допустить воробьями слежки за людьми, находящимися в этой квартире. Он не мог допустить, чтобы неизвестно откуда взявшиеся люди навредили Цзян Ци. Хотя, судя по его воспоминаниям, кроме потери важного черновика исследовательского проекта, Цзян Ци не столкнулся ни с какими другими неприятностями. Но поскольку они с Саэ Яном по удачному стечению обстоятельств вернулись именно в этот пространственно-временной отрезок и приняли во всём этом непосредственное участие, сложно сказать, будет ли всё идти по изначальному плану, сколько произойдёт отклонений и сколько обнаружится изменений. Он не хотел, чтобы единственный человек, которого он мог назвать своей семьёй, неожиданно столкнулся с какими-либо трудностями. «Когда мы вошли, Вы, кажется, тоже только что вернулись домой?» С невозмутимым видом прочитав все имеющиеся сообщения и по-прежнему держа в руках устройство связи, Чу Сы задал вопрос, словно продолжал вести обычную светскую беседу. Ему нужно было найти способ вытащить Цзян Ци отсюда. Цзян Ци на мгновение был ошеломлён, а затем, нахмурившись, сказал: «Изначально я собирался на совещание, и в итоге на полпути обнаружил, что не взял с собой ранний черновой проект, поэтому повернул назад, чтобы захватить его». Ранний черновой проект? Чу Сы очень чётко уловил это ключевое слово. Человеческая память, конечно, весьма странная штука. Временами детали некоторых событий словно утопают в омуте, вплоть до того, что сам не можешь вспомнить, что ты забыл об этом, но когда вдруг слышишь какие-то ключевые фразы или видишь определённую сцену, эти сокрытые в глубинах памяти детали внезапно выплывают наружу. Наконец Чу Сы вспомнил, что тогда Цзян Ци повернул назад на середине дороги именно для того, чтобы взять свой черновик, а потом, казалось, заметил, что черновик был утерян. Чу Сы не знал всех подробностей этого дела, в конце концов, Цзян Ци не мог просто так рассказывать 9-летнему ребёнку о чём-то, связанным с военными секретами, даже если этим ребёнком был его собственный сын. Чу Сы нашёл зацепку в его словах и сразу же сказал: «Значит, Вам всё ещё нужно идти на совещание? Прошу прощения, что мы Вас задержали». Жжжж. Жжжж. Дважды раздался звук, издаваемый устройством связи. Чу Сы перевернул экран, опустил взгляд и увидел ещё одно сообщение от Тана. Командир! Эти плавающие объекты пришли в движение! Они приближаются к вашему местонахождению с достаточно быстрой скоростью! Вы с господином Яном ещё не закончили вести поисковые работы? Требуется подкрепление? Лицо Чу Сы по-прежнему оставалось спокойным, однако пальцы, державшие устройство связи, напряглись.

Глава 47. Петля времени

После получения сообщения от Тана коммуникатор завибрировал лишь раз, в другой раз вибрация исходила уже от устройства связи Цзян Ци. Отвечая на его сообщение, Чу Сы боковым зрением обращал внимание на каждое движение Цзян Ци. «Обсуди с Карлосом Блэком, готовы ли они из пленников превратиться в партнёров. Подготовь контракт, и те, кто хочет вернуть себе свободу, пусть его подпишут, тех, кто не хочет, снова заковать в кандалы и оставить в качестве резервного зернового фонда». П/П: Резервный фонд зерна. Казалось бы, на этом всё, но нет. Итак, первое и основное значение этого слова — «резервный фонд зерна«. Это такой продовольственный фонд, который создаётся государством для нужд людей в непредвиденных ситуациях. Например, случилось какое-нибудь стихийное бедствие, и люди остались без еды, вот тогда-то из этого фонда достают зерно (продукты первой необходимости) и раздают нуждающимся. Но! В пандемийные времена, где-то в 2022 году, слово приобрело немного другой оттенок. Его стали использовать для описания человека безобидного, мягкого и милого, которого в случае чего можно «съесть» (пустить в расход) первым. В таком значении используется в шутливой форме или же когда человека пытаются запугать. Он быстро напечатал сообщение и тут же его отправил, и глазом моргнуть не успев, он уже получил ответ от Тана. «Командир, он сказал, что наша с вами наглость не знает границ, и мы чересчур издеваемся над другими». Чу Сы даже бровью не повёл. Я предлагаю выбрать одно из двух, это очень даже гуманно. Ему было неудобно включать голографический экран прямо перед глазами у Цзян Ци, но, судя по содержанию предыдущих сообщений от Тана, вокруг всего обломка планеты было очень много плавающих объектов. Он с Саэ Яном и небольшой отряд выходцев из тренировочного лагеря, состоящий из пяти человек, действительно не будут иметь преимуществ в лобовом конфликте. На данный момент кажется, что единственный возможный путь — это переманить группу бродяг на свою сторону. Образ жизни бродяг даёт понять, что они могут легко объединяться с другими, нужно лишь найти то, что им интересно, и использовать это в качестве рычага давления. Подавляющее их большинство стремится заполучить обилие жизненно необходимых материальных ресурсов, а также оружие и боеприпасы. Эти вещи напрямую влияют на то, насколько хорошо они смогут существовать в космосе, а поэтому всегда актуальны. Но в настоящее время у Чу Сы и его команды имелись сложности как с материальными ресурсами, так и с вооружением, и чтобы использовать их для заключения сделки, не могло быть и речи. Поэтому им остаётся лишь найти другие рычаги воздействия. Чу Сы ответил: «Скажи Карлосу Блэку, вполне вероятно, что мы кооперируемся, чтобы противостоять Серебряному городу». Мгновение спустя пришло сообщение от Тана: «Командир, он сказал «по рукам»». Чу Сы: «Свяжись с Ле Пен и Лю, в убежище есть летательные аппараты военного назначения на экстренный случай. Пусть они выпустят несколько штук, чтобы восполнить нашу численность». Пока они с Таном переписывались, Цзян Ци, облокотившись на диван, смотрел на сообщение, а затем несколько раз легонько постучал пальцами по устройству связи, казалось, ответ был очень кратким. Он уже давно такой. Неважно, подключался он к каналу связи или отвечал на сообщения, он всегда был краток и не говорил ничего лишнего, это полностью отличалось от его повседневного стиля общения. Кроме того, в большинстве случаев такие резкие изменения производили в нём лишь дела, связанные с работой. После того как Цзян Ци ответил, он убрал устройство связи, поднял голову и извиняющимся тоном произнёс: «Я вынужден торопиться навстречу, вероятно, не смогу дождаться, когда в доме отремонтируют энергетический резервуар». Он взглянул на время в гостиной и беспомощно произнёс: «Они не столь эффективны, как я предполагал». Услышав его слова, Чу Сы, вопреки ожиданиям, расслабился. Он незамедлительно открыл рот: «Мы уже достаточно долго Вас беспокоим, каким бы низким ни был КПД службы домоуправления, починка резервуаров энергоносителей не займёт больше нескольких часов. Мы найдём другое место, чтобы переждать.» Цзян Ци улыбнулся. На самом деле он выглядел очень молодо, и на его лице не было никаких отпечатков прожитых лет. На этом пространственно-временном отрезке он почти на 30 лет старше нынешнего Чу Сы, но если он скажет, что старше лишь на 10 лет, то ему определённо поверят. Только вот его жесты и тон речи выдают в нём характер старшего поколения, его улыбка и взгляд тоже не исключение. Каким он был по отношению к маленькому сонному Чу Сы, таким же он был по отношению к уже взрослой его версии. В отношении Саэ Яна... Ладно, Саэ Ян был исключением. Даже если этот опасный элемент сидел спокойно и молча, как сейчас, любому было сложно почувствовать над ним превосходство. Чу Сы встал с дивана в гостиной, Саэ Ян тем не менее слегка помедлил, он взял стакан с водой, который долгое время стоял нетронутым на стеклянном столике, сделал глоток, размеренно поставив его обратно, он поднялся и улыбнулся Чу Сы: «В горле пересохло.» «Кажется, ты слишком много болтал.» Ответил Чу Сы. «Дорогой, вода предназначена для того, чтобы её пить, а не чтобы вертеть её в руках и любоваться.» Саэ Ян подбородком указал на стакан, который он долгое время вертел в руках. Чу Сы опустил глаза, посмотрел на стакан с водой в своих руках, на стакан, из которого пил Саэ Ян, и в его голове внезапно промелькнула идея. Без лишних слов он тоже запрокинул голову и сделал несколько глотков. Глотая воду, он боковым зрением пристально следил за Цзян Ци, который как раз встал на ноги и пошёл в сторону кабинета, вероятно, для того, чтобы взять с собой забытый черновик исследовательской работы. Наблюдая за движениями Цзян Ци, он наклонился, чтобы взять стакан, оставленный Саэ Яном. Едва коснувшись края чашки, он почувствовал, что кто-то чем-то сухим и слегка шершавым бестактно коснулся уголка его рта. Пальцы Чу Сы задрожали, и он чуть не уронил стакан на пол. Он моментально обернулся и увидел Саэ Яна, одна его рука была в кармане, а другая с поднятым большим пальцем была направлена на него. Он наклонил голову и произнёс: «Ты не обратил внимания, вода немного вытекла.» Брехня. Чу Сы машинально коснулся уголка своего рта. «Я уже протёр насухо.» Говоря это, Саэ Ян раскрыл свою ладонь, улыбнулся и Чу Сы: «Дай мне коммуникатор.» Чу Сы на секунду задержал на нём взгляд, а когда услышал шаги Цзян Ци, то в конце концов достал устройство связи и хлопнул им по его ладони. Взяв со стеклянного стола 3 использованных стакана, он развернулся и пошёл на кухню. Когда Чу Сы открыл кран, то краем глаза заметил Цзян Ци, выходящего из кабинета, и сказал: «Воспользуюсь раковиной, чтобы помыть стаканы.» По правде говоря, на столе рядом был расположен автоматический шкаф для очистки и дезинфекции, но из-за того, что Цзян Ци страдал лёгкой степенью мизофобии, всю посуду сначала нужно было дважды вымыть вручную, а потом поместить в автоматический шкаф для очистки и дезинфекции. П/П: Мизофобия — это психическое расстройство, проявляющееся в навязчивом страхе загрязнения либо заражения. К тому же в расчёт не берётся, если всё это сделал кто-то другой. Он обязательно должен сделать это сам. Раньше, каждый раз возвращаясь домой после командировки, он заново перемывал все столовые приборы, которые мыла домработница. К счастью, таким способом он доставлял неприятности лишь себе и не принуждал Чу Сы быть таким же, как и он. Едва войдя в гостиную, Цзян Ци, услышав это, положил на подлокотник дивана чёрную папку для документов, которую держал в руках, и направился на кухню: «Оставь.» «Всё в порядке, мне не сложно.» Ответил Чу Сы, нарочито моя посуду спустя рукава. Цзян Ци взглянул на него и с улыбкой произнёс: «Твой способ сошёл с того же конвейера, что и у моего сына.» Чу Сы тоже улыбнулся: «Правда?»     Цзян Ци опустил руки и снисходительно позволил ему опорочить 3 стакана, прежде чем самому взять их и помыть во второй раз: «Ладно, дай мне. Иди вытри руки». Его манера речи была настолько естественной, будто он разговаривал со своей семьёй, услышав это, Чу Сы остановился и не мог не взглянуть на него. «Что случилось? Хочешь смотреть и учиться?» Пошутил Цзян Ци. «Ага». Чу Сы взял бумажное полотенце и, вытирая руки, сказал: «Когда я был ребёнком, я был ленивым и делал это спустя рукава, теперь у меня появился шанс научиться». «Будешь ли ты использовать то знание, которое получил?» Рассмеялся Цзян Ци. «Если целыми днями питаться вне дома, то этот шаг можно пропустить». Поза, в которой стоял Чу Сы, выглядела непринуждённо, казалось, что он просто пытался получше рассмотреть, как Цзян Ци начисто моет стаканы. Но на самом деле он стоял так, чтобы закрыть ему обзор на гостиную. Когда Цзян Ци закончил ополаскивать стаканы и повернулся, чтобы положить их в автоматический шкаф для очистки и дезинфекции, Чу Сы бросил быстрый взгляд в сторону гостиной и увидел, как Саэ Ян отходит от чёрной папки для документов. Держа в руке коммуникатор, он подмигнул ему правым глазом. Когда Чу Сы и Цзян Ци друг за другом вернулись в гостиную, Саэ Ян, засунув одну руку в карман, стоял рядом с двуспальным диваном и, опустив голову, стучал по коммуникатору. «А? Хорошо?» Подняв голову, он посмотрел на них, снова постучал по коммуникатору, а затем закинул его в карман. Каждое его действие было очень естественным, казалось, будто всё время, пока их не было, он провёл, занимаясь именно этим. Цзян Ци подошёл к вешалке, перекинул через руку пальто, вернулся к двуспальному дивану, наклонился и коснулся головы свернувшегося калачиком ребёнка: «Сынок?» Свернувшийся калачиком маленький Чу Сы даже не пошевелился, будто впал в зимнюю спячку. Цзян Ци рассмеялся: «Ох уж этот мальчишка». Он стоял некоторое время, глядя на маленького спящего Чу Сы, который не подавал никаких реакций, а затем прошептал: «Сынок, я пошёл, скоро вернусь». Когда он произнёс последнюю фразу, то уже обернулся и как раз в этот момент встретился взглядом с Чу Сы. Но он тут же снова опустил взгляд, протянул руку и взял папку с документами, лежащую на подлокотнике дивана. Он не торопливо огляделся, убедился, что всё взял, а затем направился к двери. «Простите за беспокойство, мы вынуждены откланяться». Чу Сы и Саэ Ян стояли перед ним за дверью. Устройство связи Чу Сы завибрировало, снова пришло сообщение от Тана.    «Командир, мы с Карлосом Блэком летим в воздушном судне во главе армии бродяг. Гай и остальные охраняют эту сторону, по предварительным расчётам прибудем через 5 минут.» Как только Чу Сы собирался ответить, он почувствовал, что всё здание неожиданно затряслось. Тряска была настолько лёгкой, что если бы они не находились на таком высоком этаже, то вообще ничего бы не почувствовали. «Землетрясение?» Цзян Ци закрыл дверь. «Возможно, однако магнитуда небольшая.» Ответил Чу Сы, взгляд его, тем не менее, встретился с взглядом Саэ Яна. Такого рода тряска — это не землетрясение. Проходя через испытания в различных условиях окружающей среды, он уже некогда прочувствовал на себе все мельчайшие различия. Это больше похоже на то, что некая виртуальная реальность или, возможно, некая временная среда вот-вот рухнет. На данный момент кажется, что это время и пространство, которые были насильно повёрнуты вспять, вот-вот исчезнут. Для Чу Сы хорошо, если этот пространственно-временной отрезок исчезнет, в таком случае внутри этого дома собирающийся навстречу Цзян Ци вместе с черновиком, который он держит в руках, исчезнет из этого фрагмента планеты и продолжит своё существование в том пространстве на временном отрезке, в котором должен. Чу Сы тот же час перестанет волноваться о том, что неизвестные люди, окружившие их, нарушат покой этого места. Когда он задержал Цзян Ци за мытьём стаканов, Саэ Ян должен был уже использовать функцию сканирования, встроенную в его устройство связи, чтобы загрузить копию документов, находящихся в папке. Он уже заполучил то, что было нужно, и наконец встретился с человеком, которого давно хотел увидеть. Всё прошло без сучка, без задоринки, и его настроение должно было быть хорошим. Однако, когда они поспешили вниз, а Цзян Ци помахал им рукой и один направился к юго-западной двери дома, настроение Чу Сы упало. Когда-то давно, за год до смерти Цзян Ци, он как-то раз болтал с Чу Сы, и разговор зашёл о времени. Тогда он очень серьёзно сказал: «Если однажды временем можно будет манипулировать как вздумается, это, возможно, будет самой заманчивой вещью в мире.» Он уже некогда предупреждал Чу Сы, если неожиданно наткнуться на один из таких периодов, следует помнить, что не нужно вносить слишком много изменений, потому что вызванные изменения могут быть настолько велики, что их будет трудно спрогнозировать и совершенно невозможно оценить. В конце концов соблазн и риск всегда идут рука об руку. В то время Чу Сы совершенно ничего не понял, потому что не было вещей, которые могли бы вызвать у него такое искушение. Однако сейчас он неожиданно прозрел. Цзян Ци уже некоторое время шёл, и как только собирался выйти из многоквартирного дома, Чу Сы внезапно окликнул его со спины: «14 ноября 5667 года.» Цзян Ци на мгновение растерялся, а затем повернулся и взглянул на него: «Что?» «14 ноября 67 года. Не могли бы Вы... В этот день никуда не ходить?»

Глава 48. Военные трофеи

Весь жилой массив неожиданно снова задрожал, словно кто-то длинной палкой взбаламутил озёрную воду. Тени зданий и деревьев начали меняться, раскачивающиеся ветви время от времени преграждали дорогу впереди. Цзян Ци некоторое время молча стоял в тени дерева, спокойно глядя в ту сторону. В темноте ночи его взгляд и выражение лица были плохо различимы, что ещё больше затрудняло понимание его мыслей. «Эти слова, возможно, слишком дерзкие.» Чу Сы почувствовал, что ещё никогда в этой жизни не делал ничего столь импульсивного и безрассудного. Вероятно, потому что он воочию не видел необратимый эффект бабочки. «Но...» «Ничего страшного.» В тоне Цзян Ци появилась мягкость, свойственная старшему поколению. «Ничего страшного, каждый человек временами бывает дерзким, никто не исключение.» Устройство связи несколько раз подряд завибрировало, вероятно, у Тана снова переменились обстоятельства. Пересёкший несколько десятков лет, этот жилой комплекс также становился всё более неустойчивым. Цзян Ци на той стороне, должно быть, не чувствовал этого приближающегося хаоса, тем не менее у Чу Сы здесь не было времени беспокоиться об этом. Он просто хотел услышать ответ Цзян Ци, хотел услышать, как тот скажет: «Хорошо, я запомнил.» Тем не менее, когда Цзян Ци снова открыл рот, он по-прежнему не сказал того, что Чу Сы хотел услышать. Среди всё более резких колебаний, Чу Сы услышал ответ, данный совершенно не по существу: «Кажется, я забыл сказать тебе. Ты очень похож на моего сына как внешностью, так и привычками.» Чу Сы стоял, опустив руки, сжатые в кулаки, и через некоторое время ответил: «Мгм.» «Я как-то раз подшутил над сыном, сказав, что он слишком медленно растёт, хотелось бы перенестись вперёд на несколько десятков лет, чтобы посмотреть, как он возмужал.» В голосе Цзян Ци был намёк на улыбку. Чу Сы закрыл глаза и по-прежнему мог выдавить из себя лишь: «Мгм.» «Эти слова тоже прозвучат немного дерзко, но я всё-таки хочу их сказать...» Цзян Ци сделал паузу и затем произнёс: «Я очень счастлив.» «Я тоже... Очень счастлив.» Сказал Чу Сы. «Честно говоря, не похоже.» Пошутил Цзян Ци. Жилой комплекс, казалось, был на грани обрушения, времени почти не оставалось. Он некоторое время смотрел на Чу Сы, а затем, помахав рукой, произнёс: «Я должен идти, возможно...» Прежде чем он закончил говорить, пейзаж перед глазами уже изменился. Чу Сы просто стоял и смотрел, как в один миг время и пространство разбилось на куски, словно растрескавшаяся земля. Одна из трещин протянулась прямо перед его лицом. Цзян Ци, вероятно, мог находиться за этой трещиной, или же мог уже исчезнуть вместе с этой пространственно-временной линией. Чу Сы не мог увидеть его и не мог услышать последнюю половину его слов. «Командир, если продолжим стоять здесь столбом, время и пространство разорвёт нас на куски словно пятёркой лошадей.» Голос Саэ Яна прозвучал рядом с его ухом: «Впрочем, я боюсь не этого. Если тебя... Разорвёт, то мы уже не сможем сражаться.» П/П: Древний метод казни. Каждую конечность привязывали к лошади и пускали этих лошадей в разные стороны, тем самым разрывая человека на куски. Прежде чем Чу Сы успел отреагировать, то почувствовал, как его схватили за запястье и потащили за собой по постепенно рассеивающейся дороге, ведущей прочь из этого жилого комплекса. Когда они достигли границы этого пространственно-временного отрезка, в граничащей с ним зоне уже возникла отчётливая трещина. Если несмотря на трещину они всё равно пойдут дальше, то, когда они выйдут, у них, вероятно, останется только голова либо только ноги, а всё остальное попадёт в другой пространственно-временной отрезок. Единственная целая плоскость была где-то с половину человеческого роста и при этом непрерывно уменьшалась в размерах. «Давай, обними меня!» Повернув на бегу голову, усмехнулся Саэ Ян, а затем неожиданно притянул Чу Сы за руку. «Прыгай!» Чу Сы поддался этой силе и схватился за его шею. Они вдвоём под действием огромной инерционной силы отпрыгнули в сторону, прошли через непрерывно уменьшающуюся плоскость и тяжело грохнулись на землю. Они и так уже прижались друг к другу как можно плотнее, чтобы свести к минимуму вероятность неожиданно натолкнуться на границу разлома, но, когда упали на землю, заднюю часть плеча Чу Сы обожгло болью. Вероятно, его всё-таки задело краем сокращающегося пространства. Это была не шутка, густой запах крови стремительно распространился, окутав двоих людей. Чу Сы подвигал плечом, цокнул языком и, претерпевая боль, принял сидячее положение: «Эта поза весьма неприглядная, быстрее поднимайся». Саэ Ян, проворно перевернувшись, поднялся на ноги. Вся его рука была в крови, он не знал, насколько серьёзным было его ранение. Несмотря на то, что он казался совершенно равнодушным, однако Чу Сы всё же заметил, что, пока он поворачивался, его движения были немного неуклюжими. И действительно, на его чёрном жилете в районе рёбер красовались огромные порезы, отсутствовал добротный кусок ткани, по обнажённой коже была размазана кровь, и кое-где проступала плоть. Рукой он коснулся центрального процессора «Ока небес» на своём поясе, чтобы убедиться, что он не повреждён, а затем достал из кармана коммуникатор и бросил его обратно Чу Сы. «Взгляни, он уже несколько раз вибрировал». Он говорил, попутно снимая с себя жилет, полностью обнажив мускулистый торс. Под мерцающими лучами маленького фонарика на крепких мышцах торса алели ярко-красные пятна крови. Во всём этом чувствовалась непокорность вперемешку с хищной свирепостью. «Для начала поднимемся на борт!» Чу Сы оглядел раны на его теле и, обращая внимание на то, что происходит вокруг, попутно включил коммуникатор. Летательный аппарат, оставленный за пределами жилого комплекса, вмиг вышел из беззвучного и невидимого режима и загудел. Они даже не стали ждать, пока опустится забортный трап. Запрыгнув на высокую платформу, они, словно рыбы, проплыли внутрь через открывшуюся дверь люка прямо в кабину управления. «Говори». Чу Сы подключился к каналу связи Тана, а затем прямиком направился в хвост воздушного судна. Это основная часть летательного аппарата, там находилась жилая комната, кухня, оружейная, инвентарная, склад припасов и различные другие комнаты, конечно же, там имелось и помещение с медицинским оборудованием.     «Три минуты назад мы преградили путь этим плавающим объектам. Они все замаскированы, невозможно понять их происхождение и невозможно разглядеть их форму, однако опыт и интуиция подсказывают мне, что это должно быть боевые суда военного назначения.» Тан говорил чрезвычайно быстро, время от времени выделяя некоторые слова. Звучало так, будто он всё ещё боролся с этими воздушными судами неизвестного происхождения. «Однако с полминуты назад произошло нечто странное.» «Что?» Чу Сы перевернул с ног на голову несколько мест, отбросив в сторону некоторые мешающиеся банки. В конце концов он отыскал примитивную аптечку для неотложной медицинской помощи, и, взяв её в руки, он направился в кабину управления. Тан: «Причина, по которой я думаю, что в распоряжении у другой стороны воздушные суда военного назначения, состоит в том, что огневая мощь, техника и уровень защиты противника намного выше, чем у нас. Несмотря на то, что в количественном отношении нас немного больше, если действительно вступать с ними в лобовое столкновение, нас, вероятнее всего, будут преследовать и избивать. И это я ещё не говорю о том, что воздушные суда этих бродяг слишком старые.» «Что за хуйню ты несёшь?!» Ругательства Карлоса Блэка прозвучали чётко и ясно. Тан ответил: «Хорошо. Не хочешь — не признавай. Короче говоря, с какой стороны ни посмотри, у противника должно быть огромное преимущество, всё, что мы могли, — это нарушить их ритм и выиграть немного времени, попытавшись их задержать. Но самое странное то, что противники внезапно вдруг ослабили концентрацию, будто они решили вернуться домой.» Чу Сы нахмурился: «Это всё потому, что насильно повёрнутые вспять время и пространство только что неожиданно разрушились, и они так и не смогли ничего найти.» «Тогда неудивительно!» Тан охнул, внезапно осознав: «Тем не менее они как-то уж слишком быстро отступили, будто не хотели с нами связываться. Если бы я был на их месте, то перед уходом по крайней мере закончил бы этот бой.» «Очевидно, что другая страна — не ты.» Когда Чу Сы вернулся в кабину, Саэ Ян стирал кровь со своего тела недавно снятым чёрным жилетом. Он протёр её чрезвычайно небрежно, затем, скомкав окровавленный жилет, бросил его в мусорный бак, стоящий в углу. Ему по-прежнему не на чем было сидеть, поэтому одной рукой оперевшись на край панели управления, другой он нажимал на кнопки, чтобы включить в этом летательном аппарате режим автопилота. Когда Чу Сы положил аптечку на навигационный мостик, Саэ Ян поднял взгляд и взглянул на него, затем, вытянув указательный палец, он легонько подтолкнул рычаг управления. Летательный аппарат задрожал, вокруг стали разноситься десятки различных звуков, система «Око небес», которую он успел подключить, издала звук «динь...». «Межпланетная пушка Гаусса готова, векторная пушка, принудительно глушащая сигналы, готова, космическое буксировочное устройство готово, защитный экран от ненаправленного перемещения готов, купол невидимости готов.» Чу Сы: «...» Тан по другую сторону коммуникатора замолчал. Примерно после трёхсекундного безмолвия он дрожащим голосом спросил: «Командир, что вы делаете? Мы не сможем победить!» Чу Сы, словно парализованный, смотрел на Саэ Яна: «Что собираешься делать?» На мониторе в рулевой рубке почти сотня временно заблокированных целей одновременно превратились в синие мигающие точки. Динь...     «Цель уже открыла защиту от перемещения, как и предполагалось, они совершат коллективный скачок. Расчётное время - 3 секунды.» «Обратный отсчёт 3...» Если их противники действительно управляют воздушными судами военного назначения, то их механизм перемещения гораздо лучше, чем в судах гражданского назначения. Они обладают лучшей системой позиционирования, более высокой скоростью, незначительными колебаниями и неразрушимой защитой. Саэ Ян, прищурившись, посмотрел на экран и в одну секунду переключил режим управления на ручной. Чу Сы заметил, как он, взяв в руку рычаг управления, описал круг. Самолёт резко развернулся в воздухе на такой большой скорости, что Чу Сы пришлось держаться за сиденье пилота, чтобы не удариться лбом о навигационный мостик. «2...» Во время высокоскоростного разворота Саэ Ян, предварительно оценив угол и время, нажал на кнопку «Пуск». Динь... «Космический буксировочный трос выпущен.» «1...» В тот момент, когда обратный отсчёт был закончен, раздалась серия громких взрывов, почти сотня синих точек, представлявших на экране сторону противника, мгновенно совершила скачок и исчезла с карты звёздного неба, на ней остались лишь две синие точки. А всё потому, что в течение трёх секунд Саэ Ян целенаправленно зацепил их и прервал прыжок. Динь... «Векторная пушка, принудительно глушащая сигналы, запущена.» Операция Саэ Яна прошла практически незаметно. У противника, казалось, даже не было времени среагировать на его внезапную атаку. Их со всех сторон обстреляли, из-за чего механизмы вмиг перестали функционировать. Динь... «Начинается ненаправленный прыжок в пределах карты - обратный отсчёт 3,2,1. Прыжок завершён, купол невидимости снят, на завершение всех указаний потребовалось в общей сложности 10 секунд. Скорость реакции по сравнению с другими интеллектуальными системами выше на 92%. Похвалите меня.» Благодаря бесчеловечному руководству Саэ Яна и слепому повиновению «Ока небес» воздушное судно всего за 10 секунд совершило целый ряд мошеннических действий. Притянув к себе два невезучих трофея, воздушное судно вяло парило по совершенно новой космической зоне. Только опустив рычаг управления, Саэ Ян ответил на заданный ранее вопрос: «Ничего, руки зачесались, вот я и взял парочку поиграть.» Чу Сы: «...»

Глава 49. Залечить раны

Действительно ли у этого господина Яна начесались руки, он не знал. Он знал лишь то, что после принудительного отключения звука на внешнем слое самолёта в течение 12 часов будет наблюдаться статическое электричество, из-за чего приблизиться к нему будет невозможно. Однако после 12-часового периода воздействия статического электричества они смогут вытащить старших оттуда и ещё раз провести тщательную проверку. «Командир, куда вы переместились? И зачем включили режим невидимости?» Голос Тана периодически прерывался, а затем снова звучал нормально, очевидно, что они там временно стабилизировали ситуацию. Чу Сы подумал, что одному чёрту известно, куда они переместились. Саэ Ян никогда не действовал в соответствии со здравым смыслом. Вероятно, они со своей добычей переместились в абсолютно случайное место. Немного поразмыслив, он сказал: «Найдите, где укрыться, приготовьтесь дать отпор, когда противники вернутся, поняв, что потеряли кого-то из своих. Кроме того, скажи Карлосу Блэку...» «Кто это? Вы действительно кого-то поймали? Если они правда из Серебряного города, не забудьте притащить их обратно, мы с братьями будем ждать их здесь.» Энергичный голос Карлоса Блэка вклинился в их разговор. «И ещё! Не повреди мою малышку! Не делай необдуманных поступков! Мы с ней вместе уже на протяжении целого века!» Чу Сы: «...» Относительно Саэ Яна сложно было что-либо обещать. Поэтому он просто отключился. Пару секунд спустя от Тана пришло сообщение... «Блять!» Спустя ещё пару секунд пришло второе сообщение от Тана. «Командир, только что сообщение отправлял не я!!!» Чу Сы ответил... «Знаю». Ответив на сообщение, он подключил устройство связи к «Оку небес». То, что им удалось отсканировать в квартире Цзян Ци, было успешно принято, и «Око небес» начала процесс анализа. Динь... «Этот документ находится в состоянии высшей степени шифрования S-класса, время, требуемое для взлома защиты и расшифровки, составляет...» «Око небес» некоторое время молчала и наконец произнесла: «20 часов.» Саэ Ян постучал по ядру: «Так медленно, я подумываю о том, чтобы отправить тебя на покой.» Динь... Око небес: «Может тебе самому попробовать?» Саэ Ян улыбнулся и большим пальцем чрезвычайно мягко дотронулся до области считывания на центральном диске. Динь... Око небес: «Я была неправа, пожалуйста, забудьте, что я только что сказала, я имею в виду, что сделаю всё возможное, чтобы расшифровать файл как можно скорее.» Чу Сы: «...» Такая трусливая интеллектуальная система действительно единственная в своём роде. В мгновение ока изображение на экране разделилось на две части. На той, которая побольше, появился контроль безопасности за границами звёздного пространства, в котором они находились, на той, которая поменьше, показывалась полоса загрузки процесса расшифровки файлов. Полоса загрузки ползла со скоростью черепахи, и чтобы увидеть тоненькую красную полосочку потребовалось огромное количество времени, а это была даже не тысячная часть от общего объёма. Когда Чу Сы увидел, что процесс расшифровки начался, он не стал смотреть дальше, а вместо этого, опустив голову, открыл аптечку. Манера хранения материальных резервов у странников была совершенно не такая, как у обычного населения. Жителям планет не нужно было беспокоиться об источниках энергии, поэтому почти в каждом доме была своя собственная лечебная капсула, предназначавшаяся для лечения различных заболеваний и травм ниже 5 уровня, а для травм выше 5 уровня требовалось посещение больницы. Однако лечебная капсула в летательном аппарате бродяг работала совершенно иначе. Поскольку они постоянно скитаются по космосу, даже несмотря на то, что у них огромное количество запасов энергии, они всеми силами стараются их экономить. Поэтому лечебная капсула используется только для лечения болезней и травм выше 8 уровня. Иными словами, она используется лишь для экстренной помощи, чтобы спасти жизнь. До тех пор, пока человек не находится на волоске от смерти, ему остаётся надеяться лишь на различные лекарства из аптечки для первой медицинской помощи.   Для бродяг стычки и раздоры — это норма, а вот длительный отдых и восстановление — уже роскошь. В случае с травмами и болезнями чем быстрее идёт восстановление, тем лучше, поэтому в основном все лекарства, которые хранятся у них в запасах, чрезвычайно эффективны, а временами даже слишком агрессивны. Они употребляют эти лекарства на постоянной основе, и их организмы давно уже к такому привыкли, однако, что касается людей, живущих в мирных условиях, им придётся достаточно трудно. Чу Сы перебирал пальцами лекарства, находящиеся в аптечке, выбрал то, которое наиболее способствует заживлению ран и росту кожного покрова, взял стерильный электронный шприц и спрессованную антибактериальную салфетку. «Руку». Сказал он Саэ Яну, а затем, следуя инструкции к лекарству, набрал дозу в шприц и стал перемешивать. Саэ Ян поднял брови: «Зачем? Хочешь дать мне пять?» Чу Сы поднял глаза и с каменным выражением лица посмотрел на него. Поднятые брови Саэ Яна сразу же опустились. Он откинулся назад, принял ещё более ленивую позу и сказал: «Мне ни к чему эти вещи». Закончив говорить, он повернул шею и размял мышцы. Игнорируя ужасающую рану на левой руке, он протянул Чу Сы здоровую правую руку: «Смотри, от раны, которая образовалась в прошлый раз, когда я голыми руками ловил трос, не осталось и следа». «Гордишься собой?» Сам Чу Сы частенько делал что-то опасное, но он по-прежнему не мог понять Саэ Яна, который мало того, что выбирал самые опасные сценарии развития событий, так ещё и специально всеми силами создавал рискованные ситуации, в то время когда их можно было избежать. «Нет, вот только это мне действительно не нужно». Пока Саэ Ян говорил, он обернулся и взглянул на заднюю часть шеи Чу Сы. Чу Сы отвёл взгляд, опустил голову и продолжил перемешивать лекарство в шприце. Он, конечно же, знал, что организм Саэ Яна немного отличался от организмов обычных людей, откровенно говоря, не «немного», а колоссально. Однажды он собственными глазами видел, как у Саэ Яна на теле появились раны, которые всего в течение нескольких минут неожиданно затянулись. Он просто не обратил на это внимания, а когда снова посмотрел, то не увидел никаких отчётливых ран. Тогда некоторые выражали своё любопытство по этому поводу, однако, не выдерживая гневного взгляда Саэ Яна, предпочитали не вмешиваться. Очевидно, что он был не очень рад обсуждать эти вопросы, поэтому Чу Сы также не стал ни о чём спрашивать. Но в этот раз... Чу Сы по-прежнему вертел в руке шприц с лекарством и взглянул на руку Саэ Яна: «Раны всё ещё не зажили, ты уверен, что не хочешь воспользоваться?» «Перестань пялиться. В этом нет нужды». Саэ Ян сел прямо и внезапно забрал шприц из рук Чу Сы. «Что ты творишь?» Спросил Чу Сы. Саэ Ян посмотрел на дозу, выпустил немного лекарства и жестом велел ему повернуться: «Почему ты медлишь и не используешь лекарство на себе? Повернись немного, твоя голубая рубашка уже стала фиолетовой от крови». «Я сам». Чу Сы протянул руку, чтобы взять шприц, но Саэ Ян увернулся от него. «Командир, не шуми. Ты что, длиннорукая обезьяна, которая может дотянуться, чтобы сделать себе укол сзади?» Саэ Ян вытянул свои длинные ноги и спустился с капитанского мостика. Засмеявшись, он схватил Чу Сы за запястье, бестактно завёл его руку за спину и, пользуясь случаем, прижался к нему. Чу Сы сделал шаг и тазовой костью ударился о капитанский мостик: «Саэ Ян!» «Здесь». Стоя позади него и лениво растягивая слова, он встряхивал шприц. Его дыхание коснулось шеи Чу Сы: «Не шевелись. Рука, которую я держу, вся в крови». Чу Сы напряг шею и действительно прекратил свои попытки вырваться на свободу. Через некоторое время он наконец расслабил напряжённые плечи и беспомощно сказал: «Позволь мне задать тебе вопрос». «Мгм?» «Ты, чтобы помочь другим, всегда пользуешься методами, больше похожими на ссору, чем на помощь?» Спросил Чу Сы. Саэ Ян засмеялся: «Командир, кажется, ты неправильно понял». Пока он говорил, тёплое дыхание снова коснулось задней стороны шеи Чу Сы, заставляя его плечи снова напрячься. Он наклонил голову и, нахмурившись, спросил: «Что?» «Я обычно не помогаю людям». Запасной пары рук у него не было, поэтому он зажал шприц в зубах и разорвал рубашку Чу Сы сзади в районе плеча. Протерев стерильной салфеткой кровь вокруг раны, он нахмурился и неясно пробормотал: «Я помог лишь некоему командиру, и как назло тот командир всё ещё упрямо отказывается сотрудничать. Согласись, что это немного неразумно?» Неразумный командир Чу некоторое время молчал. Не в силах придумать опровержение, ему оставалось лишь холодно ответить: «В таком случае, будьте так добры, милостивый государь, помогать чуточку быстрее, никому не придётся по душе такое давление». По правде говоря, Саэ Ян не ошибся, расположение его раны было весьма неудобным, и с какой стороны ни пытайся подлезть, будь то со стороны плеча или со стороны пояса, он всё равно не смог бы правильно сделать себе укол. Если бы здесь был Тан, Лю, Гай... да кто угодно, он спокойно бы принял помощь от любого, за исключением Саэ Яна.   Их взаимодействие постоянно необъяснимым образом меняло атмосферу. Их встречи всегда заканчивались таким взрывным напряжением, будто кто-то бросил спичку в середину связки сухих дров. Огонь был настолько яркий, что от любого неосторожного движения можно было загореться. Возможно, из-за того, что он наконец согласился сотрудничать, Саэ Ян ослабил хватку на его запястье и, надавив на затылок, заставил его слегка отклонить голову вбок. Мышцы шеи натянулись, Саэ Ян, осмотрев рану, ввёл кончик иглы под кожу. Когда он вводил лекарство, на коже почувствовался лёгкий холодок, а затем вокруг разлилась сильная жгучая боль. При подобного рода ранениях лекарство нужно вводить вокруг раны, прямо по её границам. Он впервые обнаружил, что Саэ Ян, вопреки ожиданиям, обладает такой вещью, как «терпение». Раз за разом он размеренно вводил иглу. Если внимательно прислушаться к своим ощущениям, то в его движениях можно было почувствовать едва уловимую ласку. Однако Чу Сы был не в том настроении, чтобы сосредотачиваться на ощущениях этой едва уловимой ласки. Из-за того, что лекарство было слишком уж сильным, кожа вокруг его раны пылала и распухла. Саэ Ян на некоторое время остановился и неожиданно произнёс: «Командир, ты покраснел.» Чу Сы едва не расхохотался от гнева: «Испытай это на себе и посмотрим, покраснеешь ли ты, когда всё твоё плечо будет гореть огнём?» Это больше походило на то состояние, когда в ране происходит воспаление. Большой участок кожи вокруг краснеет и повышается температура. Это чисто физиологическая реакция, не более, однако, когда эти слова произнёс Саэ Ян, в них слышалась какая-то неправильность. Румянец расползался по задней стороне плеча, затрагивая заднюю часть шеи, уши и даже щёки, это действительно отнимало у него энергию. Он сделал пару шагов в сторону и вышел из угла между Саэ Яном и капитанским мостиком, подняв руку, он ощупал своё горло и сказал «Оку небес»: «Переключись в статический режим, я собираюсь немного вздремнуть.» Развернувшись, он направился к спальне в хвостовой части воздушного судна. Такого рода ранозаживляющее лекарство действует достаточно быстро, однако процесс заживления не из приятных. Самая лучшая стратегия в такой ситуации — это немного поспать, а когда придёшь в себя, раны уже практически затянутся. Когда он открыл дверь спальни, его рука замерла, он всё-таки повернулся и спросил Саэ Яна: «Тебе действительно не нужно лекарство?» «Нет необходимости, я приму душ.» Ответив, Саэ Ян совершенно свободно зашёл в комнату и порылся в платяном шкафу в поисках банного полотенца. «Ты собрался мыться с открытыми ранами?» Нахмурившись, спросил Чу Сы. «Я очень рад, что командир так заботится обо мне, тем не менее могу тебя заверить, что, прежде чем вода попадёт на мои раны, они уже затянутся.» Отмахнулся Саэ Ян.

Глава 50. Пощёчина

П/П: Тут у нас в названии очень интересная штука. 打脸 dǎ liǎn – буквально означает: бить по лицу. Это слово стало сленговым вариантом ситуации, когда человеку доказывают его неправоту неоспоримыми фактами. В результате чего он чувствует себя так, будто ему дали пощёчину. Чу Сы какое-то время стоял неподвижно. Из ванной комнаты послышалось шуршание одежды, а затем мгновение спустя звук льющейся воды. Всё казалось вполне естественным и не вызывало никаких вопросов. «Ты уверен, что тебе не нужна помощь?» Спросил Чу Сы. Вероятно, из-за того, что шум воды был слишком громким, Саэ Ян не смог отчётливо его расслышать: «Что ты говоришь?» «Ничего, мойся.» Слегка повысив голос, он продолжил: «Если возникнут проблемы, зови.» «Какие у меня могут быть проблемы?» Саэ Ян, казалось, усмехнулся. «Ладно.» Чу Сы развернулся в сторону спальни. Эстетическое восприятие Карлоса Блэка было довольно скверным, а может быть, у него вообще не существовало такой вещи, как эстетическое восприятие. По всей видимости, он, неотёсанный мужлан, предпочитал вещи подобные себе, огромные и, кроме того, небрежные, с каким-то хаотичным сочетанием цветов и чересчур перегруженные линиями. Однако и на это всё можно было не обратить внимание, если бы, как назло, кроме всего прочего здесь не находились ещё какие-то бледно-голубые и розовые безделушки. Сопоставляя всё это с Карлосом Блэком, Королём бродяг, действительно появляется чувство серьёзной дисгармонии. Он не понимал, какие эмоции нужно испытывать, кроме как в изумлении закрыть рот. Чу Сы с каменным выражением лица посмотрел на огромную кровать с нарисованным на ней розовым кроликом и снова взглянул на диван, который, казалось, развалится, если на него сесть. Выбирая между плохим и ужасным, он всё-таки сел на подлокотник дивана. Откровенно говоря, он не слишком-то привык, будучи раненым и перепачканным в крови, спать в чужой постели. На круглом столике рядом с диваном стояла перевёрнутая электронная рамка, по её краям отчётливо виднелись следы износа, очевидно, что её постоянно трогают. Чу Сы взглянул на неё и отвернулся, так и не протянув руку, чтобы поднять. У него никогда не было желания вникать в семейные дела других, тем не менее он всё-таки мог догадаться о содержимом этой фоторамки. В конце концов, Карлос Блэк, некогда именуемый Королём бродяг, настолько знаменит, что даже никогда не общавшийся с ним Чу Сы знает, что у него есть жена и дочь, и какое-то время он жил жизнью счастливого человека. Вот только он не мог наслаждаться благами слишком долго, Серебряный город сделал из него одиночку. В то время Карлос Блэк величал себя Богом убийств и вместе со своими братьями, которые так же, как и он, превратились в изгоев, на протяжении нескольких десятков лет боролся с Серебряным городом. Лишь в последние лет 10 он неожиданно изменился и не стал больше ввязываться в это противостояние. Очевидно, время действительно удивительная вещь. Чу Сы сел на диван, оперевшись локтями на подлокотник, свободно положил голову. Он закрыл глаза, слушая шум воды. На протяжении всего времени чувство жжения на задней стороне плеча не давало ему нормально заснуть. Всё, что ранее происходило в жилом комплексе, было похоже на какой-то видеоролик, эпизоды хаотично мелькали у него в голове, вплоть до того, что он даже не понимал, сознательно ли всё вспоминает или это всё-таки поверхностный сон. Внезапно открылась дверь, и прямо перед ним появился Цзян Ци, чёрная папка для документов и Саэ Ян с улыбкой, оглянувшийся на него, пока они убегали... Чу Сы пошевелил пальцами руки, которой поддерживал голову, и снова открыл глаза. Он прищурился и посмотрел на космический хроноскоп, висевший на стене. Вопреки ожиданиям, с тех пор как он закрыл глаза, прошло уже полтора часа... Полтора часа, но шум воды в ванной так и не прекратился?! Чу Сы опешил, затем нахмурился и крикнул: «Саэ Ян?»   Звук воды в ванной по-прежнему не прекращался, и, кроме того, не было слышно никакого отклика. Чу Сы нахмурился, встал на ноги и направился в ту сторону: «Саэ?» «Здесь, что случилось?» Донеслось сквозь тяжёлый шум воды, в его голосе смутно послышались хорошо знакомые ленивые нотки. «...» Чу Сы сделал шаг и остановился у дверного проёма. «Прошло уже полтора часа, ты, в конце концов, моешься или планируешь сварить из себя суп?» «Ага, как насчёт того, чтобы поделиться тарелочкой с тобой?» Голос Саэ Яна по-прежнему звучал томно, будто ему не хотелось прилагать никаких усилий, однако в нём был намёк на улыбку. «Какого чёрта ты там так долго делаешь?» Чу Сы дважды постучал в дверь. «Кое-что бесстыдное, ты уверен, что мне нужно открыть дверь?» Спросил Саэ Ян. Чу Сы: «...» Он развернулся и сделал пару шагов. Резко остановившись, недоверчиво спросил: «Ты же не?» Мгновение поколебавшись, Чу Сы решительно вернулся к двери в ванную комнату: «Твои раны так и не зажили?» Саэ Ян беззаботно протянул: «Всё ещё нужно об этом спрашивать? Конечно зажили. Вероятно, ты не поверишь, если я скажу, что раны уже стали такими маленькими, как носик комара, через некоторое время...» Прежде чем он успел закончить, Чу Сы бесцеремонно толкнул дверь. Бац! Запотевшая стеклянная дверь ударилась о стену и благодаря интеллектуальной системе осталась на месте, не имея возможности отскочить обратно. Густой пар из ванной комнаты ударил Чу Сы прямо в лицо, затем мгновенно рассеялся, и фигура Саэ Яна стала более отчётливой. Он стоял перед зеркалом, обеими руками опираясь на чёрную столешницу, а полотенце было свободно обмотано вокруг его талии. Он, вероятно, думал, что выдуманная им отмазка сможет удержать Чу Сы снаружи, поэтому никак не ожидал, что дверь неожиданно откроется. Когда он обернулся, чтобы посмотреть на дверь, его брови всё ещё были нахмурены. Взгляд Чу Сы скользнул по полотенцу и наконец остановился на его талии. Конец ужасающей раны, тянувшейся вниз от его рёбер прямо до нижней линии мышц брюшного пресса, скрывался под банным полотенцем. «Возможно, ты не поверишь, но я впервые в жизни вижу настолько маленький комариный носик». Холодно съязвил Чу Сы. Саян: «...» «Руку». Твёрдо произнёс Чу Сы. Саэ Ян поднял здоровую. Чу Сы смотрел на него, не говоря ни слова. Он, цокнув языком, в конце концов всё-таки повернулся и показал другую. Эта рана была ещё более ужасающей. Она простиралась от плеча до тыльной стороны руки. Если бы такую рану получил обычный человек, то рука, вероятно, больше не смогла бы функционировать. Чу Сы по-прежнему не проронив ни слова вошёл, шлепком выключил душ, и шум воды, используемый для прикрытия, резко исчез. Он с холодным выражением в лица обернулся и сказал: «Саэ Ян, кроме того, чтобы заставить твоё тело вырасти таким высоким, твой мозг служит какой-то другой цели? Ты, рискуя жизнью, полтора часа провёл в воде с такими огромными ранами. Почему ты просто не остался здесь?» Саэ Ян: «...» «Ты можешь идти сам? Тебя нести или волочить? Выбирай». Выражение лица Чу Сы по-прежнему было холодным. Саэ Ян был крайне расстроен, но вопреки ожиданиям не стал сопротивляться и переводить всё в шутку. Глядя на Чу Сы, он моргнул, снова опустив голову, посмотрел на раны на собственном теле и, выпрямившись, вышел из ванной. Выглядя при этом чрезвычайно. Послушным. Слово «послушный» и Саэ Ян в одном предложении, вероятно, можно увидеть лишь раз в сотню лет. Спальня погрузилась в чрезвычайно невыразимую атмосферу.   Звук шагов, шуршание ткани, когда садишься на диван, и щелчки замков медицинского чемоданчика переплетались друг с другом. Очевидно, вокруг было много разных звуков, тем не менее ощущение тишины было чрезмерным. А всё потому, что Чу Сы с совершенно каменным лицом молча посмотрел на Саэ Яна, сидящего на диване, молча отбросил в сторону медицинский чемоданчик и молча корректировал дозу в шприце. Он подготовил лекарство, оттолкнул здоровую руку Саэ Яна и, нахмурившись, наклонился. Края раны на руке Саэ Яна уже побелели и заметно опухли. Чу Сы легонько надавил на кожу с обеих сторон, отрегулировал положение и собирался вводить иглу. «Командир, ты злишься». Внезапно заговорил Саян. Чу Сы остановил руку, в которой держал иглу, поднял взгляд и сказал: «Заткнись». Сказав это, он ввёл иглу. Рана на этой руке была слишком длинной. Он водил лекарство постепенно, равномерно распределяя его по краям раны. Выражение его лица было холодным, а движения, тем не менее, очень лёгкими. Саэ Ян внезапно улыбнулся. Он не издал ни звука, однако уголки его рта явно изогнулись в улыбке. «Как насчёт того, чтобы сначала я обколол твой рот?» Холодно сказал Чу Сы, держа шприц в руках. Саэ Ян поднял брови: «Я молчал». Чу Сы: «Почему ты улыбаешься?» «Улыбаться тоже нельзя?» Чу Сы посмотрел на него с каменным выражением лица. Саэ Ян коснулся уголка рта свободной рукой: «Ладно, не буду улыбаться». Пока он говорил, его глаза были полуприкрыты, создавалось впечатление, что он по-прежнему безучастлив, однако в нём проглядывал намёк на усталость и сонливость. Чу Сы задержал взгляд на его бровях, а затем, опустив голову, продолжил обрабатывать оставшуюся половину раны. Лишь на одну руку было потрачено два флакона с лекарством, и он открыл третий. Ожидая, пока шприц автоматически наберёт точную дозу, он поднял руку и коснулся лба Саэ Яна. Едва дотронувшись, он почувствовал, что у него сильный жар. «Это обычная реакция, не более». Ответил Саэ Ян. Рука, в которую было вколото лекарство, уже начинала краснеть и гореть, она свисала с подлокотника дивана, из-за чего было не очень удобно двигаться. Лекарство быстро набралось в шприц, и Чу Сы, надавливая пальцами, переместился к поясу Саэ Яна. Терпеливо укол за уколом он двигался вдоль раны на рёбрах, постепенно спускаясь ниже. «Ты не мог бы не шевелиться?» Спросил Чу Сы. Саэ Ян опустил взгляд: «Ой». Спустя короткое мгновение он снова неожиданно произнёс: «Командир, просто сделай укол, не нужно зажимать иглу пальцами». Чу Сы даже не поднял головы и холодно фыркнул: «Я не буду держать, ты дёрнешься, и игла сломается, к тому времени как я закончу, в аптечке не останется ни одной иглы. Ты что, задумал превратиться в ежа?» Большая часть раны уже была обработана, а её оставшаяся часть всё ещё была прикрыта банным полотенцем. «Ладно, в таком случае продолжай. Мне всё равно». Его глубокий и вполне серьёзный голос донёсся до ушей Чу Сы. Когда его пальцы коснулись края полотенца, Чу Сы на мгновение остановился. Кожа рядом с раной была обжигающе горячей. Хотя он прекрасно понимал, что это результат действия лекарства, однако всё-таки очень легко это ассоциировалось и с другой реакцией. Чу Сы пальцами надавил Саэ Яну рядом с нижней линией мышц брюшного пресса. Поскольку его мышцы были немного напряжены, то были твёрдыми на ощупь. Саэ Ян, одной рукой уперевшись в диван, немного наклонил верхнюю часть тела и неожиданно опустил голову. Чу Сы прищурился и слегка наклонил голову. Дыхание Саэ Яна в миг коснулось его шеи: «Командир, могу ли я продолжить то, на чём мы прервались много лет назад?»

Глава 51. Да пошёл ты

Чем более не поддавалось контролю что-либо, тем легче было во всём этом погрязнуть, чем опаснее было, тем сильнее был соблазн. Это относится как ко времени, так и к людям. Чу Сы испытал оба этих вида искушений в один и тот же день. Он внезапно смог понять, почему в те годы, будь то в санатории или же в тренировочном лагере, было так много людей, которые до дрожи в руках и слабости в ногах боялись Саэ Яна, но тем не менее пытались стать к нему немного ближе. Потому что в этот самый момент в нём зародилось точно такое же стремление. Неожиданно губы Саэ Яна почти коснулись его яремной впадины, дыхание разливалось по коже, оставляя за собой крошечные электрические разряды, волна за волной распространявшиеся от мочек ушей по всему лицу, словно прилив на пляже. Если бы этот человек действительно хотел что-то сделать, он никогда не стал бы сдержанно и по-джентльменски предварительно спрашивать об этом. Когда он приблизился и задал этот вопрос, он просто хотел загнать Чу Сы в угол, потому что независимо от того, ответит он «можешь» или «не можешь», оба варианта послужат доказательством того, что в течение многих лет Чу Сы ни на миг не забывал об этом моменте. Он сделал это намеренно. Это подобно тому, как охотится дикий зверь. Всегда терпеливо оценивает свою добычу и шаг за шагом ловит его в ловушку. Чу Сы, окутанный дыханием Саэ Яна, закрыл глаза: «Саэ, ты всё ещё помнишь второй склад боеприпасов, спрятанный в ботаническом саду санатория?» «Ага». Тихим шёпотом отозвался Саэ Ян. «Однажды на склад боеприпасов прибыла новая партия бомб, уменьшающихся в размерах, недавно разработанная военными. Ходили слухи, что это самое настоящее чудо, но вопреки всему, они были запрятаны под несколькими степенями защиты, и никому не позволялось к ним приблизиться. Лишь за один тот месяц я видел тебя в окрестностях этого склада не менее пяти раз. Никогда прежде не видел, чтобы ты проявлял к чему-либо такое любопытство». Саэ Ян усмехнулся, кажется, тоже вспомнив об этом. «Когда я увидел тебя там в шестой раз, ты выходил со склада боеприпасов». Чу Сы на мгновение замолчал, а затем продолжил: «После этого я ни разу не замечал, чтобы ты проявлял хоть малейший интерес к уменьшающимся в размерах бомбам». Произнося эти слова, он опустил голову, напряжёнными пальцами приспустил вниз край полотенца, завязанного на поясе Саэ Яна, и понемногу стал вводить в рану оставшееся в шприце лекарство. После чего закинул пустой шприц в дезинфектор. Жёсткая трубка синтетического материала пару раз прокатилась по стенкам, прежде чем окончательно остановилась. Чу Сы со щелчком закрыл медицинскую аптечку, поднял руку и похлопал по пульту дистанционного управления, лежащему на стеклянном круглом столике. Свет лампы погас, и в спальне мгновенно стало темно. В тот момент, когда его окутала тьма, он повернул голову и кончиком носа потёрся о щёку Саэ Яна. Когда их дыхание переплелось, он коснулся уголка губ Саэ, а затем выпрямился. «Тебя не интересовали боеприпасы как таковые. Они всего лишь настолько тщательно охранялись, что к ним невозможно было близко подобраться, и как только твоё желание осуществилось, твой интерес сразу же пропал». Чу Сы стоял во мраке, и его голос звучал исключительно спокойно. Закончив говорить, он развернулся и дошёл до двери комнаты. Распахнув двери, он снова обернулся к человеку, сидящему на диване: «Момент, который был прерван в тот год, уже продолжился. Я предлагаю тебе потратить время с пользой и немного вздремнуть. Твоя лихорадка настолько сильна, что ты даже не можешь держать глаза открытыми, но вопреки ожиданиям у тебя всё ещё остаются моральные силы». Он говорил совершенно будничным тоном, спокойным с лёгкой примесью прохлады, будто прикосновение, только что произошедшее в темноте, было лишь для того, чтобы успокоить этого человека, словно маленького ребёнка, который постучался в дверь на Хэллоуин и попросил сладостей. Он просто взял их и раздал, не вкладывая в свои действия никакого глубокого смысла. Сказав это, он захлопнул дверь. Некоторое время он стоял у двери, малюсенький коридор перед ним не был освещён, единственный свет, рисуя на поверхностях неоднородные геометрические фигуры света и тени, исходил из гостиной и из кабины пилота, находящейся вдалеке. Только что каждое сказанное слово от начала до конца было о Саэ Яне, о том Саэ Яне, который приходит и уходит, когда ему заблагорассудится, и эти привычки сопровождают его на протяжении многих десятилетий. Однако о себе он не сказал ни слова. Откровенно говоря, до сегодняшнего дня он всё время чувствовал, что между ним и Саэ Яном до скончания веков будет стоять стена. В тот год на базе «Красный клён» последняя его надежда относительно Цзян Ци была до основания разрушена руками Саэ Яна, поэтому их отношения зашли в тупик, без возможности дальнейшего развития.   Он на протяжении многих лет сам себя убеждал в верности этих аргументов и, конечно же, поверил в это. Однако только что произошедший момент всё прояснил, открыв его взору истинную картину. Стена, которая стояла между ними, не имела ничего общего с Цзян Ци. Когда база «Красный клён» только была разрушена и последняя надежда на воскрешение Цзян Ци окончательно исчезла, он действительно на какое-то время возненавидел Саэ Яна. Фактически же, та ненависть была ничем не обоснована, ведь он даже не знал, что такое этот так называемый «план воскрешения», не знал, какие методы будут использоваться и какие прочие обстоятельства будут при этом затрагиваться. Как не знал и того, какова в конечном счёте вероятность, что этот план увенчается успехом. Просто из-за того, что верёвка, за которую он так много лет держался, неожиданно оборвалась, он не знал, как поступить, и поэтому нашёл козла отпущения, чтобы безрассудно дать волю своим переживаниям, только и всего. Именно потому, что человеком, разрушившим базу «Красный клён», был никто иной, как Саэ Ян, он смог выплеснуть на него все эти эмоции, не разбираясь в причинах произошедшего. Фактически же, теперь, размышляя об этом, он стал понимать, что спустя 10 лет его внимание с поиска доказательств того, что Цзян Ци был жив, сместилось в сторону погони за Саэ Яном. Всё было настолько тонко и хорошо замаскировано, что даже он сам этого не осознавал. В некотором смысле Саэ Ян постепенно заменил Цзян Ци и стал для него ещё одной верёвкой, удерживающей его в течение долгого периода времени. Саэ Ян действительно заносчив и непредсказуем, однако он всё-таки не настолько сумасшедший, чтобы без какой-либо причины разрушить столь важную базу. Он никогда не говорил о мотивах разрушения базы «Красный клён», даже после того, как оказался в космической тюрьме. Кто бы ни задавал ему этот вопрос, ответ его всегда был один и тот же: «Не было никакой причины, просто она мозолила мне глаза». Этот ответ был до крайности формальным, однако найти другую причину так и не удалось, и в конечном счёте в его деле была написана эта чушь. Затем всё немного успокоилось, а когда Чу Сы занял руководящую должность, второй этап расследования давно прошёл. Он никогда не спрашивал Саэ Яна о причинах, как будто действительно верил той чепухе, что была написана в его личном деле. Однако на самом же деле, в душе, он уже давно молча согласился с тем, что у Саэ Яна был достаточно веский мотив для уничтожения базы «Красный клён», и даже согласился с тем, что тот мотив вовсе не был абсурдным. В противном случае отношения между ним и Саэ Яном не могли бы стать такими, какими стали впоследствии, и уж тем более они не смогли бы снова стоять бок о бок. С того самого момента, как он привёл Саэ Яна в квартиру Цзян Ци, ту маску, которую он носил на протяжении многих лет, уже невозможно было заново надеть, ведь никто не приведёт к своей семье человека, которого ненавидит. Что его действительно волновало, так это те слова, которые он только что сказал Саэ Яну. Чу Сы, опустив взгляд, несколько секунд стоял за дверью. Подняв руку, он надавил на точку между бровей, и в тени его ладони появилась самоуничижительная улыбка. Он впервые обнаружил, что на самом деле был поверхностным и слабым. После стольких лет балансировки на острие ножа его кожа и кости обзавелись очень толстыми мозолями, в душе своей, тем не менее, он по-прежнему шёл на поводу у ощущения спокойствия и надёжности. Не 5-6-летнего и даже не 10-летнего, а долгосрочного чувства стабильности, которое позволит полностью расслабиться, и ему больше не будет нужды куда-либо убегать. Вероятно, то было отголоском его холодного, мрачного и нестабильного детства, переживания которого глубоко укоренились в его костях, и которое невозможно было изменить или повернуть вспять. И какая вообще связь существует между Саэ Яном, которого интересуют лишь непознанные вещи, и словом «стабильность»? Это даже не смешно. Чу Сы опустил руку, потиравшую брови, и уже собирался пойти в гостиную, как дверь позади него неожиданно открылась изнутри. Чья-то рука схватила его за запястье, перевернув и сильно прижав. Чу Сы был прижат к маленькой дверце позади него, ведущей в медицинский кабинет. Саэ Ян, склонив голову, приблизился, губы, горячие от высокой температуры, почти касались его губ, однако между ними оставалось крохотное расстояние, они так и не соприкоснулись. Дыхание, которое из-за сделанных только что движений было немного учащённым, переплеталось, обнажая своего рода некоторое чувство интимности. Он, держа Чу Сы за запястье в такой позе, слегка шевельнул губами и тихонько усмехнулся, прижавшись к уголку губ Чу Сы: «Только что произошедшее никак нельзя назвать продолжением. Командир, всё было исполнено слишком халатно, и поза также была неверной. Если память мне не изменяет, ты тогда был прижат к дереву, и звук твоего дыхания мог заглушить даже непрерывные взрывы, доносящиеся из леса». Чу Сы больше некуда было отступать, раскрыв рот, он мог соприкоснуться с губами Саэ Яна, однако всё равно ответил: «Само собой, я же пытался убежать». Возможно, под действием атмосферы вокруг, его собственный голос также прозвучал тихо, словно он говорил шёпотом. «Ах вот как? В таком случае сейчас тебе не сбежать».   Заканчивая говорить, он уже целовал Чу Сы. Поначалу ещё соблюдались некие формальности, но в какой-то момент всё стало хаотичным и безрассудным. В крохотном коридорчике тяжёлый звук дыхания двоих людей заставлял уши гореть. Щёлк, крохотная дверь позади Чу Сы неожиданно открылась. Два человека, хаотично переплетаясь друг с другом, валились внутрь. Прижимаясь к стене, они продолжали двигаться, пока не достигли лечебной капсулы. Затем раздался звуковой сигнал, и лечебная капсула, на которую они опирались, неожиданно сняла блокировку. Пальцы Чу Сы крепче схватились за руку Саэ Яна, и ловким движением он, вывернувшись, втолкнул его внутрь. «Обнаружен повреждённый живой организм, измерение физиологических показателей началось». Чу Сы закрыл крышку и ударил по кнопке запуска на ней. Сделав шаг назад, он, тяжело дыша, обеими руками опирался на край лечебной капсулы. Опустив глаза и постучав по покрышке, он произнёс: «Твоему организму становится всё хуже и хуже. Неужели ты сам этого не замечаешь?» Саэ Ян рухнул внутри капсулы, его крепкие грудные мышцы поднимались и опускались. Подняв руку, он потёр лицо и, прищурившись, посмотрел на Чу Сы: «Командир, ты строил козни против меня». «Человек, способный потерять сознание в течение следующих пары минут, не имеет никакого морального права так говорить». Тыльной стороной руки Чу Сы коснулся своего лба и подумал: «Да пошёл ты, кто ещё составит тебе компанию в твоём безумии?»

Глава 52. Лечебная капсула

Говорят, что у тех, кто болеет реже, чем обычный среднестатистический человек, болезнь протекает значительно сложнее. По правде говоря, сам Чу Сы изначально должен был принадлежать именно к этой категории людей, однако из-за того, что он всю жизнь страдал головными болями, ему ежегодно приходилось возвращаться на виллу в чёрном кедровом лесу, чтобы восстановить силы, поэтому люди чувствовали исходящую от него силу и одновременно некую слабость. Что не слишком выделяло его среди массы обычных людей. Саэ Ян другой, каждое его движение было совершенно чуждым обычному миру и было явно за пределами его нормы. Он принадлежал к тому типу людей, которые никогда не болеют, и больше всего соответствовал этим стандартам. Чу Сы знаком с ним так много лет, и лишь единожды заметил на его теле действительно серьёзное ранение, в остальных случаях он приходил в себя и глазом моргнуть не успев. В этот раз организм Саэ Яна, казалось, пытался компенсировать сразу все раны, накопившиеся у него за последние 60 лет, и он очень скоро уснул в лечебной капсуле. После того как он заснул, его брови вопреки ожиданиям нахмурились. Подобного рода выражение лица часто появляется у Чу Сы, а для Саэ Яна это было вовсе не свойственно. Чаще всего на его лице можно было увидеть улыбку, но, конечно же, его улыбка никак не связана с истинными эмоциями. Именно из-за того, что его эмоции были не ясны, у большинства, кто видел его улыбающимся, тут же неосознанно подкашивались ноги от страха. Впервые встретив Саэ Яна, Чу Сы подумал, что он просто скрывает свои эмоции, позже, когда они были знакомы уже достаточно долго, он понял, что это не совсем так. По сравнению с теми, кто пытается поглубже их запрятать, Саэ Ян, казалось, вовсе их не испытывал. Чем больше он расслаблялся, тем более безэмоциональным становилось его лицо. Это будто... Восприятие разного рода эмоций настолько притуплено, что стремится к нулю, и поэтому он каждый раз пытается найти что-то, что может взбудоражить его нервную систему. Однако за последние дни Саэ Ян, кажется, снова модернизировал его восприятие. Кто бы мог подумать... Мало-помалу в нём обнаружился некий вкус к жизни. Чу Сы ещё некоторое время постоял рядом с лечебной капсулой, и только когда данные обо всех ранениях высветились на индикаторном приборе сбоку, он сдвинулся с места. Подойдя к дисплею, он поднял руку и взглянул на него. Комплексный уровень ранений: 8. Тенденция выздоровления представляет собой медленно растущую кривую на графике. Расчётное время: 5 часов. «Восьмой уровень?» Чу Сы слегка растерялся. Его взгляд снова вернулся к руке и талии Саэ Яна, лежавшего в лечебной капсуле. Эти две раны по-прежнему были ужасающими. В нынешней хаотичной ситуации ему приходилось раздумывать, как затащить Саэ Яна вовнутрь и при этом лишний раз не задеть его раны, что воистину было утомительно и беспокойно. Но изначально он лишь от безысходности пытался найти способ заставить Саэ Яна отстать от него, чтобы прекратить эту бесконечную ненужную возню. В конце концов, несмотря на то, что эти две раны хоть и выглядели устрашающе, но согласно общепринятым нормам не были настолько серьёзными, чтобы для их лечения потребовалась лечебная капсула. Но сейчас... 8 уровень? Как такие ранения могли достичь 8 уровня? Это какая-то шутка? Он стоял перед монитором и очень долго изучал, но так и не смог найти обоснование присвоения 8 уровня. У этой несчастной машины уровень интеллекта был ограничен и не доходил до уровня «Ока небес». Некоторые аналитические результаты были помечены как неизвестные, и не было никаких объяснений, по какой причине так и получилось. Чу Сы несколько секунд пристально смотрел на эту штуку и, достав устройство связи, отправил Тану сообщение. «Передай Карлосу Блэку, что я рекомендую как можно скорее продать то барахло, которое находится у него в медицинском кабинете». Отправить сообщение. Он вышел из медицинского кабинета, оставив дверь открытой. Вернувшись обратно в спальню, где только что находился, он сел на диван. Чу Сы не стал включать верхний свет, а лишь оставил торшер с тёплым светом и комфортной яркостью. Ощущение жжения в ране на задней стороне плеча значительно утихло. Для Чу Сы это мало чем отличалось от комариного укуса и, по сути, не оказывало на него никакого влияния, однако, пока он ложился, то всё-таки обращал внимание на своё положение. Только что, когда он опирался на дверь, стену и лечебную капсулу, это никак не давило на его рану, и, если бы проблема возникла во время сна, это была бы до крайности глупая ситуация. Не прошло и пары секунд, как устройство связи Чу Сы снова завибрировало, и ему пришло новое сообщение. «Чёрт бы тебя побрал! Не смей её выбрасывать. Эта штучка, мать твою, очень драгоценна, Лао-цзы приложил немало усилий, чтобы выменять её». С первого взгляда было понятно, что такая манера речи могла принадлежать лишь Карлосу Блэку. Через некоторое время устройство связи Чу Сы снова завибрировало. «Командир, давайте обсудим, как насчёт того, чтобы вы добавили канал Карлоса Блэка в частный список разрешений? Он при любом случае отнимает мой коммуникатор, и после каждого его ответа я не могу найти себе место, что не очень благоприятно влияет на физическое и духовное развитие такого солдата, как я». Чу Сы рассмеялся и ответил: «Давай поговорим об этом позже». В те годы курсантами в тренировочном лагере большей частью были те, кто поступил туда из военной академии «Белый орёл». Были среди них и те, кого отправили из санатория, поэтому они также окончили военную академию. Не считая особо строгих тренировок, чрезвычайно опасных миссий и многочисленной секретной информации, жизнь курсантов проходила вполне нормально. Дети из нормальных семей имели нормальные убеждения, и делать на первый взгляд таинственные вещи, в действительности же, тоже в пределах нормы. Они, Тан и Ле Пен, были очень похожи: энергичные и с отличными боевыми способностями, скучающие по своей семье и друзьям, а также любители подшутить. Вынося немало трудностей, они, тем не менее, по-прежнему оставались жизнерадостными. Это самый распространённый образ курсантов тренировочного лагеря. Он и Саэ Ян были редким исключением. Если думать об этом таким образом, то они с Саэ Яном были тесно связаны друг с другом на протяжении многих лет, пожалуй, это можно описать как: схожие вещи собираются вместе, а человек стремится к себе подобным.  П/П: наша старая добрая пословица «рыбак рыбака видит издалека». В этих беспорядочных мыслях Чу Сы на некоторое время заснул, однако его сон не был спокойным. Множество снов сменяли друг друга бурным потоком, менялись локации и события, однако люди были всё те же. Когда он снова открыл глаза, то находился в лёгком трансе. Некоторое время он пялился на межзвёздный хроноскоп на стене и вдруг осознал, что на самом деле проспал больше 5 часов. Больше 5... Часов? Разве это уже не превысило время, рассчитанное лечебной капсулой? Чу Сы сел на диване и пару секунд прислушивался, однако не услышал никакого движения. Он пошевелил плечом, а затем протянул руку, чтобы дотронуться до места возле раны, уже не было никакой боли и отёка. «Саэ Ян?» Чу Сы встал и вошёл в медицинский кабинет. Вопреки ожиданиям, он обнаружил, что крышка лечебной кабины была по-прежнему плотно закрыта, у человека, находившегося внутри, были по-прежнему плотно закрыты глаза, слегка нахмурены брови. Он сохранял свою первоначальную позу, так ни разу не шелохнувшись. Рана на поясе наполовину зажила, да и на руке уже не была настолько устрашающей, однако плоть по-прежнему была видна. «Кто бы мог подумать, что ты ещё не восстановился?» Нахмурив брови, прошептал Чу Сы. Монитор по-прежнему излучал яркий свет, всё так же спокойно прокручивая статистические данные. Чу Сы, немного недоумевая, подошёл и мельком взглянул. Исходные данные за последние 5 часов обновились трижды. В первый раз комплексный уровень травм был изменён с 8 на 5, а предполагаемые затраты времени уменьшились до 3 часов, казалось, что ему становилось лучше. Однако, когда данные обновились во второй раз, комплексный уровень травм подскочил до 6, а предполагаемые затраты времени составили 3,5 часа. Третий раз результаты выходили за всевозможные рамки приличия, комплексный уровень травм был установлен на отметке 9, а предполагаемые затраты времени составили 8 часов. Чу Сы: «...» Можно ли в конце концов вообще пользоваться этой несчастной машиной? В принципе, раз уж ему был вколот препарат, стимулирующий рост тканей, да и к тому же он находился в лечебной капсуле, то даже при малой затрате сил должны были получиться колоссальные результаты. Так почему же требовалось всё больше и больше времени? Если слова, ранее сказанные им Карлосу Блэку, были всего лишь шуткой, то сейчас ему действительно хотелось выбросить этот кусок хлама. Как раз в тот момент, когда он совершенно хладнокровно готовился открыть крышку и вытащить оттуда Саэ Яна, эта несчастная машина снова подала признаки жизни. Казалось, она смутно почувствовала недовольство, исходящее от стоящего перед ней командира, и, издав тихий звуковой сигнал, повторно обновила данные. Комплексный уровень травм: 4. Кривая тенденции к заживлению ран сменилась с пологой на крутую. Расчётное время восстановления: 1 час 15 минут. Чу Сы через силу остановил руку, собирающуюся открыть крышку лечебной капсулы, положив её на край, он опустил взгляд и заглянул внутрь. Тихий гул работы лечебной капсулы стал чуть громче. Прозрачная крышка покрылась слоем влаги, который то увеличивался, то уменьшался, следуя за ритмом дыхания и сердцебиения. Сквозь тонкую щель, которая образовалась в слое влаги, можно было разглядеть, как ужасающая длинная рана на руке Саэ Яна постепенно затягивалась со скоростью, заметной невооружённым глазом. Это как раз таки та эффективность, с которой должна работать исправная лечебная капсула. Чу Сы ещё какое-то время понаблюдал, расслабил брови и снова взглянул на монитор с непонятными значениями. Эта хрень наконец-то начала действовать согласно ситуации и с огромным трудом таки сохранила свою никчёмную жизнь. Чуть больше часа — это не большой и не маленький отрезок времени, кроме того, Чу Сы понял, что ему незачем продолжать туда пялиться. Он размял шею и собирался принять душ. Прежде чем сделать шаг, он на мгновение задумался, достал устройство связи и отправил ещё одно сообщение. На этот раз он сразу стал говорить начистоту. «Я возьму два комплекта чистой одежды». Ответ пришёл с фееричной быстротой, вероятно, Тан ответил раньше, чем Карлос Блэк успел увидеть сообщение. «??? Командир, что в конце концов у вас произошло?» Чу Сы: «Ничего. Пока мы бегали туда-сюда между двумя пространственно-временными зонами, произошла небольшая неприятность, одежда перепачкалась кровью, и носить её больше не представляется возможным». Тан был прекрасно знаком с его повседневной манерой речи, он всегда говорил непринуждённо, а фактически же, вероятно, перенёс немало невзгод. Тан: «Я спросил его, он сказал, что с большим удовольствием, если...» Чу Сы: «...» Карлос Блэк, вероятней всего, умер бы, нежели произнёс такие слова, как «с большим удовольствием», вероятнее всего, у Тана отобрали устройство связи до того, как он успел дописать сообщение. Как и ожидалось, спустя мгновение пришло новое сообщение. «Вопреки ожиданиям, ты поинтересовался моим мнением прежде, чем взять два комплекта одежды. Скажи-ка, что ты замышляешь? Лао-цзы труднее всего иметь дело с такими щепетильными красавчиками, как вы». Чу Сы: «Но это ведь лучше, чем иметь дело с Серебряным городом, верно? Ничего не замышляю, просто не хочу, чтобы ты думал обо мне как о каком-то грабителе. В конце концов, нам ещё предстоит сотрудничать». Как только он ответил на это сообщение, в лечебной капсуле неожиданно появилось движение. Чу Сы неосознанно взглянул и увидел, как изначально закрытые глаза Саэ Яна внезапно распахнулись. В то мгновение его глаза были лишены совершенно каких-либо эмоций, и он больше был похож на внезапно проснувшийся искусственный интеллект. Прозрачная радужка была похожа на пару кристально чистых кусочков стекла, светящихся неестественным светом. То ли из-за влаги, покрывающей стекло, а может быть по какой-то другой причине, он, казалось, не осознавал, где находится. В тот момент, когда он открыл глаза, то неосознанно поднял кулак, чтобы ударить по крышке капсулы. Чу Сы на мгновение остолбенел и сразу же похлопал по закрытой крышке: «Проснулся?» Слой влаги снова стал тоньше, зрачки Саэ Яна переместились, он увидел Чу Сы, стоящего рядом, и его кулак резко остановился в одном сантиметре от крышки. Он моргнул, разжал кулак и поскрёб указательным пальцем по капсуле, казалось, что он просто решил подшутить над Чу Сы, он опустил руку в прежнее положение и снова заснул. Чу Сы, нахмурив брови, ещё долго не двигался с места. Неизвестно почему, но только что, когда Саэ Ян открывал глаза, ему это показалось необъяснимо знакомым, будто он уже где-то это видел. Но даже после долгих размышлений он так и не смог вспомнить, где именно.

Глава 53. Неверное суждение

Вероятно, из-за того, что образ жизни космических бродяг весьма необыкновенный, они десятилетия, а то и всю жизнь проводят в странствиях, и каждый из них в той или иной мере развил в себе привычку патологического накопительства. Они стали своего рода человекоподобными хомяками, и Карлоса Блэка, как бывшего Короля бродяг, эта участь тоже не обошла стороной. В его шкафу имелась скрытая складная конструкция. На первый взгляд казалось, что там лишь стена, на самом же деле там был совершенно другой мир. Если отодвинуть эту стену, вещами, спрятанными за ней, вероятно, можно было бы завалить целых две комнаты. Несмотря на огромное количество вещей, там, тем не менее, царил полный порядок. Всё было аккуратно и чётко разделено на три части, кроме того, над каждой из них висели именные таблички. Над двумя самыми большими по площади частями висели таблички «Сабрина Блэк» и «Эльза Блэк». Одна часть была заполнена одеждой для взрослых женщин, в то время как в другой была одежда для маленьких девочек. Даже дурак смог бы понять, что это одежда жены и дочери Карлоса Блэка. Электронный гардероб был оснащён встроенной функцией удаления пыли и сортировки. Одежда в этих двух частях была тщательно и аккуратно сложена в хронологическом порядке. Если слухи верны, то этих двух людей здесь нет уже очень много лет, поэтому большая часть одежды сосредоточена в более ранних годах. Но даже в последующие годы одежда с обеих сторон по-прежнему постоянно добавлялась. Ежегодно прибавляется по 5-6 вещей, иногда по 1-2. Это продолжается и по сей день, ни один год не был пропущен. На первый взгляд содержимое этого шкафа создаёт иллюзию, будто хозяйка и маленькая девочка всё ещё живут здесь и не покидали этого места. Вероятно, это другая сторона Короля бродяг, которая никогда не будет известна посторонним. Но Чу Сы пришёл сюда лишь для того, чтобы одолжить одежду, а не для того, чтобы совать свой нос в чужие дела сердечные. Поэтому он лишь небрежно окинул взором пространство вокруг, а затем с невозмутимым видом повернулся в направлении той части, где было вписано имя Карлоса Блэка. По сравнению с двумя другими отсеками этот был поистине... маленький и жалкий. Если бы в гардеробе не было встроенной функции организации пространства, там, вероятно, было бы в 100 раз не аккуратнее, чем сейчас. Рубашка... Рубашка... Рубашка... Бормоча себе под нос, Чу Сы порылся в шкафу и обнаружил, что у этого человека не было ни одной рубашки. Ни одной! Он привык носить тщательно подобранную одежду, короче говоря, круглый год он представлял собой вид благовоспитанного негодяя. Будет трудно адаптироваться к непривычному для себя образу. Одежда Карлоса Блэка была для него слишком небрежной, в более ранние годы были хоть какие-то знаки того, что одежду подбирали, вероятно, потому что в то время ещё было кому за этим следить. Более поздние вещи были однотипными, будто выбраны наугад. Он взял два комплекта одежды, которую с трудом можно было назвать не бродяжнической, и, повернувшись, пошёл в ванную комнату. Пар, скопившийся, пока Саэ Ян принимал душ, уже давно рассеялся, однако на полу всё ещё оставались небольшие лужицы, и в воздухе витал слабый аромат шампуня. Ванная комната была достаточно просторной, в углу стоял ящик для одежды, имеющий встроенные функции очистки, дезинфекции, сушки, складывания и организации вещей. Саэ Ян, должно быть, закинул туда свою одежду, пока принимал душ. Эмм, точнее говоря, так называемая одежда не включала в себя верх. Его жилет уже давно превратился в лохмотья и был выброшен в мусорку. На полке перед входом спокойно лежали лишь его брюки и... нижнее бельё, которое было выглажено и сложено машиной. Чу Сы взглянул, и затем, будто его ужалила оса, резко отвёл взгляд. Во всяком случае, это то место, в котором был некий господин Ян, и даже если его там больше нет, то всё равно можно было найти странный эффект присутствия. Это можно рассматривать как некую суперсилу. Чу Сы положил чистую одежду на вешалку и поднял руки, чтобы расстегнуть рубашку.   Его верхний предмет гардероба был ничуть не лучше, чем у Саэ Яна. Рубашка была разорвана и полностью залита кровью, так что отстирать её не представлялось возможным. Он кинул рубашку в мусорный бак, стоящий в углу, а брюки, которые ещё можно было носить, закинул в стиральную машинку. В то время, пока лилась горячая вода, в костях мало-помалу стало появляться невыразимое чувство усталости. В тот период, что они переживали, у них практически не было спокойного времени. Длительное нервное напряжение, большое количество конфликтов и противостояний действительно очень сильно нагружают организм. Горячая вода воистину способна хорошо расслаблять. Чу Сы выкроил немного времени в своём плотном графике и задержался под душем до тех пор, пока всё его тело не размякло, только тогда он выключил воду и вышел. Вытеревшись, он надел чистые брюки, затем, вдруг что-то вспомнив, посмотрел на свою талию. Он надавил пальцами на кружок в хорошо знакомом месте, тут же послышался щелчок, и в коже открылось небольшое отверстие, обнажив экран обратного отсчёта времени. При последней проверке на таймере оставалось ещё более 120 дней, за этот отрезок времени они немало мотались по разным пространственным временным зонам, вследствие чего обратный отсчёт мог слегка измениться, пойти немного быстрее или медленнее. Раньше ему уже приходилось сталкиваться с этим, и, судя по опыту, влияние окружающей среды было не слишком большим, максимальная погрешность составляла не более нескольких дней. Он как раз собирался взглянуть, сколько дней осталось на таймере обратного отсчёта, как вдруг за дверью послышалось какое-то движение, вслед за этим дверь в ванной издала лёгкий звук, а затем кто-то открыл её снаружи. Саэ Ян, стоя в дверях, лениво опирался на дверную коробку, и по его лицу можно было заметить, что он ещё не до конца проснулся. Чу Сы щёлкнул пальцами, и кожа на талии сомкнулась. Чтобы скрыть этот звук, он удивлённо произнёс: «Проснулся? Я что, мылся больше часа?» «Если ты имеешь в виду предварительно рассчитанное лечебной капсулой время...», — Саэ Ян криво усмехнулся. «Я думаю, что мне следовало выйти пораньше». Пока он говорил, его взгляд скользнул по руке Чу Сы, прикрывавшей пояс. «Почему ты трогаешь свою талию? Ты занимался чем-то личным, и я тебя прервал?» На лице Чу Сы не было ни единой эмоции. Быстрым движением руки он сбросил полотенце, взял чистую чёрную плотно облегающую майку и натянул её на себя: «У меня, в отличие от тебя, нет свободного времени». Саэ Ян поднял руку и поймал полотенце, вскинув брови, он сказал: «Дело в том, что всё своё свободное время я провёл в лечебной капсуле, в которую меня затолкал ты, командир». Чу Сы взглянул на его руку и талию и обнаружил, что те раны уже полностью исчезли, от них не осталось и следа. Протянув руку, он снова коснулся задней стороны своего плеча, его рана также полностью зажила, и даже струп отвалился, пока он мылся, однако, прикасаясь к ней, всё равно можно было почувствовать, что там обновлённая кожа. В конце концов, он стал тем, чьё исцеление шло медленно. Чу Сы раздражённо усмехнулся над собой, вытянул руку и пальцем указал на полку, на которой лежали разложенные вещи: «Теперь, когда ты в полном порядке, прошу тебя одеться. Хватит слоняться тут в полотенце. Во всяком случае, это чужое воздушное судно, не мог бы ты быть чуть менее бесстыжим?» Говоря это, он взял ещё одну чёрную майку и, хлопнув Саэ Яна по груди, снова схватил полотенце и вышел, вытирая волосы. Саэ Ян машинально бросил ему вслед «угу», стараясь не рассмеяться. То, что произошло до того, как он вошёл в лечебную капсулу, было так умело сглажено, что, казалось, об этом больше не будет никаких упоминаний. Похоже, что слова Чу Сы, сказанные ранее, полностью подтверждались: любопытство и увлечение Саэ Яна различного рода вещами всегда быстро возникало и также быстро исчезало. Как только пройдёт определённое количество времени или когда идея будет полностью удовлетворена, его интерес тут же сходит на нет. Чу Сы не мог сказать, обрадован он или огорчён этим фактом, в любом случае такой исход был ожидаем. Сделав полный оборот, всё вернулось в исходную точку. Этот страстный поцелуй не нёс в себе никакого глубокого смысла, и отношения между ними, казалось, ничем не отличались от тех, что были раньше.   Саэ Ян быстро переоделся и вышел, цвет его лица, однако, был не очень хорошим, губы были всё ещё бледноватыми, но глаза по-прежнему были ясными и проницательными, казалось, он был в хорошем расположении духа. Чу Сы сел на единственный диван в гостиной, одной рукой он вытирал волосы, а другой отвечал на сообщение. Саэ Ян стоял за его спиной и осматривался, протянув руку, он дотронулся до его волос, которые были в беспорядке после того, как их вытерли полотенцем. Чу Сы почувствовал странное ощущение на макушке, повернул голову и очень долго смотрел на чудаковатое выражение лица другого человека. Рукой он небрежно указал в сторону коридора: «В медицинском кабинете достаточно много лекарств, которые могут вылечить всё что угодно, иди взгляни и съешь чего-нибудь.» Исходя из того, что он узнал о Саэ Яне, этот человек мог, едва открыв рот, довести всех вокруг до белого каления, и редко когда не пользовался этой способностью. Он подозревал, что, по мнению господина Яна, весь мир — это концлагерь для долбоёбов, и было не так много людей, с которыми он мог нормально сосуществовать. Более того, когда Саэ Ян раньше пытался его подразнить, даже если он использовал свои руки, то делал это совершенно иначе. Его движения всегда были полны давления и агрессии. Подсознательно он ставил себя выше... Подобного рода игра с волосами действительно была не похожа на его привычный стиль поведения. После оскорбления со стороны Чу Сы, Саэ Ян, тем не менее, лишь вяло развалился на спинке дивана и, по-прежнему перебирая его волосы, лениво произнёс: «Не хочу это есть.» Чу Сы: «Ты действительно Саэ Ян?» Саэ Ян потрепал волосы, усмехнулся и выпрямился: «Неужто ты хотел, чтобы я был кем-то другим? Командир, слегка проголодался. Ты умеешь готовить?» «Не умею.» Отрезал Чу Сы. Ну конечно же это было неправдой, как бы он смог прожить столько лет совершенно один, если бы не умел готовить. Саэ Ян также не стал возражать и некоторое время пристально смотрел ему в затылок. Спустя примерно 5 минут желудок Чу Сы запротестовал первым. «Командир.» Сказал Саэ Ян. Чу Сы проигнорировал его. «Дорогой.» Снова сказал Саэ Ян. Чу Сы по-прежнему сидел на диване и прикидывался мёртвым. Саэ Ян: «Хватит притворяться, вон у тебя уже урчит в животе. Я слышал это очень-очень отчётливо.» Этот бесстыдник ещё нарочно с акцентировал внимание на слове «очень», повторив его целых два раза, он воистину не умеет нормально общаться. Чу Сы какое-то время ещё терпел, но потом не выдержал. С каменным выражением лица он встал с дивана, скомкал полотенце, находившееся в его руках, и швырнул прямо ему в лицо. Пройдя через гостиную, он направился на кухню. Его движения были очень резкими, он громко рылся в холодильнике и также громко доставал оттуда продукты, всем своим видом заявляя о нежелании этого делать. Саэ Ян опирался на дверцу холодильника и, улыбнувшись, произнёс: «Я хочу кусочек...» «Заткнись.» Сердито перебил его Чу Сы. «Кто позволил тебе делать заказ? Будешь есть что дадут, ну или ходи голодным.» Масло в сковороде нагрелось, и аромат приправ стал распространяться по всей кухне. Филе трески зашипело, когда его положили на сковороду. Вмиг всё стало таким домашним, что возникла иллюзия безопасной и размеренной жизни. Саэ Ян некоторое время с интересом наблюдал за ним, а затем снова окликнул: «Командир.» «Что ещё? Если хочешь есть, не стой тут как истукан, только свет загораживаешь.» Не поднимая головы произнёс Чу Сы в попытках отогнать его. «Ничего, всего лишь полагаю, что твоё предыдущее суждение было не совсем верным.» Ответил Саэ Ян. «Какое суждение?» Без раздумий спросил Чу Сы, снимая со сковороды хорошо прожаренное филе трески. «Ты сказал, что мой энтузиазм очень быстро угасает, откровенно говоря, я с этим согласен. Но вот что странно, в последнее время я не могу быть так в этом уверен.» Саэ Ян, ни с того ни с сего, поднял руку и большим пальцем бестактно потёр уголок губ Чу Сы, затем, сжав подбородок, заставил его развернуться лицом к себе и опустил голову. Этот поцелуй был очень интимным, без намёка на какую-либо агрессию и подчинение, и даже длился не так долго, как в прошлый раз. И только когда Саэ Ян снова выпрямился, к Чу Сы пришло осознание того, что он, вопреки ожиданиям, ответил на его поцелуй, а затем... Затем другой кусок трески благополучно подгорел. Чу Сы с застывшим выражением на его красивом лице вытащил кусок подгоревшей рыбы и как раз собирался что-то сказать, как вдруг лежавший в стороне коммуникатор внезапно завибрировал.

Глава 54. Хорошие новости

В этот раз было отправлено не сообщение, а произошёл непосредственный голографический видеозвонок. «Говори.» Чу Сы протянул руку и нажал на коммуникатор, затем развернулся и продолжил воевать с жареной треской. Изображение Тана и Гая возникло прямо над устройством связи. «Командир, мы, ээээ...» Тан сказал несколько слов и осёкся, он тупо смотрел на экран, а в его голове было полно вопросов. Чу Сы, заметив, что треске уже ничего не поможет, бесцеремонно спихнул её на тарелку, которую Саэ Ян держал в руках: «На, довольствуйся результатом своих действий.» Произнёс он спокойным тоном и махнул рукой, выгоняя человека с кухни. У командира Чу имелся один недостаток, он не слишком-то любит демонстрировать что бы то ни было и может спокойно сделать вид, что ничего не произошло. А если кто-то облегчал ему задачу, было ещё лучше, он мог мгновенно вернуться в своё привычное состояние, легко сменить тему разговора и выпроводить этого человека. Точно так же, как и в детстве, когда у него были ужасные головные боли, он отмахивался от Цзян Ци словами «хочу спать», а затем, вернувшись в свою комнату, молча стискивал зубы. Саэ Яна совершенно не удивила его реакция, как не удивило и то, что ему достался кусок горелой рыбы. Он лишь поднял брови и скривил губы. Развернувшись, он с тарелкой в руках вышел из кухни. Дойдя до двери, Саэ Ян немного подумал и сказал: «Командир, это ведь всего лишь закуска, да?» «...» Чу Сы вытер руки и направился в его сторону, кухонная дверь громко хлопнула, оставив Саэ Яна снаружи. Он обернулся и взглянул на коммуникатор, и только заметив на экране застывшие лица Тана и Гая, сердито произнёс: «Вы присоединились к каналу только для того, чтобы торчать тут с бестолковыми выражениями на лицах? Полагаете, что это очень приятное зрелище?» «Эмм«» промычал Тан, вероятно, сам не осознавая, что значило это его «эмм», он тупо спросил: «Командир, что вы делаете?» Чу Сы, поразмыслив, снова направился к холодильнику и, что-то из него доставая, спокойно ответил: «Ничего, просто проголодались, поэтому немножко покопались в резервах Карлоса Блэка.» «Ээээ.» Протянул Тан. «Что?» Взглянул на него Чу Сы. «Ничего, ничего.» Тан замахал руками и, немного взъерошив волосы, сказал: «Кстати, я тут подумал, что этот господин Ян не такой, как мы представляли ранее, кажется, с ним не так-то сложно иметь дело.» Чу Сы непонимающе спросил: «С чего ты сделал такой вывод?» «Он, вопреки ожиданиям, стоял на кухне с тарелкой в руках, ел мясо. Это же мясо, да? Я видел.» Ответил Тан. Чу Сы посмотрел на него так, словно восхищался его слабоумием: «А ты занятный, что ему ещё есть, если не мясо, патроны?» Убив двух зайцев одним выстрелом, он язвительно усмехнулся и, тщательно перебирая продукты, пробормотал себе под нос: «Морепродуктов довольно-таки много.» Тан и Гай громко сглотнули. «Нечего жадничать, Карлос Блэк прямо перед вами, к тому же у него полно летательных аппаратов, просто поговорите с ним. Но не стоит слишком явно грабить друг друга, и всё будет нормально.» Сказал Чу Сы. Тан, предкам которого бродяги при любом удобном случае уже бесчисленное количество раз передали свои приветы, тяжело вздохнул: «У этих бродяг дурной характер, что если разговор случайно зайдёт в тупик?» «В таком случае просто вежливо наденьте на них наручники, а потом спокойно разговаривайте с ними до тех пор, пока они не сдадутся.» Ответил Чу Сы. Выражение лиц у Тана и Гая были очень сложными: «...» Ежедневно, в течение нескольких минут, они чувствовали, что живут не слишком-то праведно. «Поговорим о делах.» Напомнил им Чу Сы. Тан и Гай, хлопнув себя по лбу, произнесли: «О точно-точно! Чуть не забыли! Командир, есть хорошие новости!» Честно говоря, с тех пор как Чу Сы вылез из криокапсулы, он не слышал хороших новостей. И ещё не мог привыкнуть к тому, что они неожиданно нагрянули: «Во всей этой ситуации могут быть какие-то хорошие новости? Ну выкладывайте.» Тан засмеялся: «Если бы не хорошие новости, мы бы не осмелились оставаться здесь так долго, и нас бы давно отправили восвояси. Мы только что обнаружили зашифрованный сигнал, который используется при взаимодействии внутри нашей планеты и предназначен для поиска и сбора!»   Движения рук Чу Сы остановились. Он повернулся и посмотрел на голографическое изображение: «Поиск и сбор?» Если бы это был просто сигнал внутренней связи, то в этом не было бы ничего удивительного. Все сигналы, отправляемые как людьми, так и учреждениями по всей планете Гамма в созвездии Орла, по умолчанию относятся к этому типу. Это также было сделано для того, чтобы избежать утечки информации на другие планеты. Кроме того, для межпланетной связи имеются другие линии, и для привычного функционирования нужно было всего лишь переключить режим. Как правило, такого рода общение находится в зоне компетенции первого офиса здания безопасности. Конечно, помимо этих двух открытых линий есть также несколько скрытых, созданных для того, чтобы избежать слежки, например те, которые Саэ Ян использует каждый раз, чтобы найти Су Сы. В нынешних обстоятельствах сообщения между гражданскими не будут зашифровываться. Если бы это был кто-то вроде Саэ Яна, этот человек вообще не стал бы пользоваться открытым каналом связи, обычно такие люди прокладывают новый путь, и важнее всего то... Что рядовые граждане не будут посылать сигналы поиска и сбора в таких масштабах. Открытый, зашифрованный, для поиска и сбора... При сочетании этих ключевых характеристик на ум приходит лишь единственный вариант: другая сторона является государственным должностным лицом. Открытый - потому что канал официальный, зашифрованный - чтобы местоположение источника не было преждевременно раскрыто силами других планет, поиск - для поиска разбросанных фрагментов планеты и гражданских, а сбор для остальных людей, имеющих общественные обязанности. «Правительство, военное министерство или здание безопасности.» Сказал Чу Сы. «Сигнал поступает от кого-то из них.» Тан щёлкнул пальцами: «Верно! Организация наконец-то нашла нас, и нам больше не нужно продолжать это дело в одиночку!» Он был немного взволнован, но всё-таки вздохнул с облегчением. Креветки, которые жарил Чу Сы, шипели и распространяли приятный аромат, а их тонкие прозрачные панцири постепенно краснели. Он повернул голову, посмотрел на креветки и тоже, по-видимому, немного расслабился. «Способность масштабно посылать разведывательные сигналы свидетельствует о том, что уже был сформирован определённый масштаб, и что всё это контролируется высшим командованием. Это не организация с парочкой каких-то мелких чиновников или разрозненной сетью. Отправка созывного сигнала показывает, что где-то за пределами всё ещё осталось её часть. Этот определённый масштаб, однако, имеет некоторое несовершенство.» Тан и Гай раньше только и делали, что концентрировались на своём воодушевлении, при этом всё тщательно не обдумав, а сейчас, услышав это, снова сказали: «В таком случае, командир, можем ли мы подготовиться к отправке ответного сигнала? В конце концов, мы воспользовались удобствами форта Барни, чтобы обнаружить его. На самом деле, они всё ещё далековато от нормальной возможности обнаружения, однако, впрочем, достаточно близко к тому месту, которое вы мне прислали, командир.»   Чу Сы: «О? Близко к моему местоположению? Немного погодя синхронизируй звёздную карту.» Тан ответил: «Хорошо, не вопрос.» Чу Сы немного поразмыслил: «Что касается ответного сигнала, подождите немного, пока не отправляйте. Поскольку они недалеко от моего нынешнего места положения, я сначала немножко понаблюдаю за ситуацией.» Те неопознанные воздушные суда военного назначения, которые окружали фрагмент планеты, вероятно, ещё не ушли далеко. Если целью противника также является черновик исследования Цзян Ци, то очевидно, что их цель не была достигнута. Смогут ли они так легко отказаться от её достижения? Чу Сы не верил, что они могли действительно уйти, возможно, они пока затаились и ищут место и способ заново вернуться в прошлое. Поэтому он решил, что посылать ответный сигнал слишком рано - не самая лучшая идея. Если это прибыло военное министерство, с этим можно было легко справиться. Несколько десятков летательных аппаратов военного назначения должны быть пустяком для военного министерства, но если прибыло правительство или кто-то из здания безопасности, установить имеющуюся у них огневую мощь в таких условиях просто невозможно... Если эти воздушные суда военного назначения позовут подкрепление, всё станет немного хлопотно. Нанести вред противнику до того, как будет организовано их спасение - не самое благое дело. Чу Сы мгновение задумался, а затем отдал приказ Тану и Гаю: «Посмотрите, сможете ли вы рассчитать масштабы и численность противника.» Тан и Гай кивнули в знак того, что всё поняли. «Кстати, как там люди из убежища?» Спросил Чу Сы. «Барышня Ле Пен в таком месте чувствует себя как рыба в воде, и за короткое время она, кажется, достигнет уровня их лидера.» Тан, скривив рот, добавил: «Знаете, её вспыльчивость заставляет этих людей столбенеть от страха, и они делают всё, что им велят. Не создают проблем, не бунтуют и не делают пустых замечаний. Час назад я прилетел, чтобы посмотреть. Все раненые из убежища уже были перемещены в лечебные капсулы, в то время как остальные осматривались, приводили себя в порядок, а прямо сейчас расположились отдохнуть. Насилу найдя надёжное место для ночлега, они наконец-то крепко заснули. Ле Пен и Лю планировали обойти всю Изумрудную гавань, чтобы посмотреть, проснулся ли кто-нибудь ещё.» «Если память мне не изменяет, в Изумрудной гавани должно быть приблизительно больше 100 тысяч точек оповещения о чрезвычайных ситуациях. Прежде чем осматривать округу, нужно сначала пустить электричество к этим точкам оповещения, отметить каждый маршрут, а затем снова воспользоваться фортом Барни, чтобы распространить сообщение по всему городу. Отправляйте регулярные уведомления на устройства связи и велите проснувшимся прийти в убежище.» Отдал приказ Чу Сы. «Есть.» Согласились Тан и Гай. Чу Сы сказал: «Для начала пришлите мне карту звёздного неба, я посмотрю, как далеко они от меня находятся. Есть что-нибудь ещё?» Рука Тана потянулась к экрану, очевидно намереваясь завершить звонок, но Гай добавил: «Есть кое-что.» «Говори.» Гай кашлянул: «Под таким углом мы не можем ясно рассмотреть, но, командир, в вашей сковороде, кажется, что-то подгорело.» Чу Сы: «...» Пару минут спустя за обеденным столом Саэ Ян косо смотрел на горелое филе трески и точно такие же креветки. Он легонько постукивал пальцами по краю стола, трижды пройдя полный круг от мизинца к указательному пальцу, словно играл на рояле, а потом в своей привычной манере растягивая слова произнёс: «Командир, ты три раза в день травишь себя вот этим?»   Не найдясь с ответом, командир Чу решил окончательно разбить то, что уже было треснутым, поэтому невозмутимо ответил: «Да, поддерживаю сопротивляемость к ядам. Если боишься помереть - не ешь.» Саэ Ян криво улыбнулся и длительное время любовался, прежде чем всё-таки протянул руку. Его движения по-прежнему были неторопливыми, однако непонятно почему в них чувствовался намёк на нежелание, смешанный с каким-то неконтролируемым любопытством. Он был похож на большого представителя семейства кошачьих, перевернувшего миску с едой и ковыряющегося там когтями. Моменты, когда они могли сидеть друг напротив друга и спокойно есть, можно было пересчитать по пальцам. Кроме того, болтовня на кухне и подгоревшая еда живо напоминали домашнюю атмосферу. Чрезвычайно причудливо и в то же время чрезвычайно чудесно. Чу Сы открыл рот и неожиданно произнёс: «Только что Тан получил кое-какие новости.» Это, вероятно, был первый раз, когда он взял на себя инициативу поделиться с Саэ Яном информацией. Непонятно, это из-за удивительной атмосферы за обеденным столом или потому, что выражение лица Саэ Яна было несколько забавным. Человек, сидевший напротив, явно тоже был в замешательстве, а затем поднял взгляд и улыбнулся. В его прозрачных глазах зародился какой-то ленивый интерес: «Какие новости? Рассказывай.» Чу Сы ответил: «Хорошие новости, правительство нас нашло.» Саэ Ян: «...» Чу Сы: «...» Они молча смотрели друг на друга пару секунд, и Чу Сы подумал: «О, совсем забыл. За господином Яном гонялись целых 17 лет, и он только что сбежал из тюрьмы. Увидев правительство, он, вероятно, сможет только сказать: «Ой, да идите вы на хуй», и если бы у него было настроение, он, вероятно, мог бы ещё направить на них оружие.» Воистину отличные новости. «Где они?» Подняв брови, равнодушно спросил Саэ Ян. Не успел он договорить, как была получена синхронизированная Таном карта звёздного неба. Чу Сы нажал пальцами на голографический экран, чтобы посмотреть, и сухо рассмеялся: «Отлично, уже прямо перед нами.»

Глава 55. Компаньон

Слова «прямо перед нами» вовсе не были преувеличением, они имели вполне буквальный смысл. Крошечная светящаяся точка на звёздной карте, обозначающая противника, была готова поцеловать маленькую точку, обозначающую их воздушное судно. Немного поразмыслив, Чу Сы сказал: «Не забывай, у воздушного судна всё ещё включён режим невидимости, даже если ты выпрыгнешь отсюда прямо у них перед носом, они всё равно тебя не увидят.» Закончив говорить, он снова призадумался и обнаружил, что такая интерпретация обстановки была не совсем верной. Он неосознанно связал себя с господином по фамилии Ян и даже восстал против организации. Тем не менее, он снова стал размышлять. Как бы то ни было, они находились на одном воздушном судне, и даже если он был мысленно не связал их вместе, они в любом случае остаются на одной стороне. Прежде чем Саэ, свирепый компаньон, Ян успел открыть рот, послышался уже хорошо знакомый электронный сигнал. Динь... «Дружеское напоминание: маскировочный щит снят!» Чу Сы отреагировал не сразу, издав звук «ммм», он нахмурил брови и сказал: «Око небес? Ты всё ещё можешь слышать, о чём мы говорим, даже находясь так далеко, в кабине пилота?» Динь... Око небес: «Дружеское напоминание номер два: в этом летательном аппарате аудио- и видеоустройства натыканы в каждом углу, каждом углу, поэтому я отчётливо, отчётливо слышу любое движение.» Командир Чу вспомнил о том, чем занимался ранее: «...» После модернизации эта умственно отсталая система ни разу не заикнулась, и, как назло, именно в этот момент снова заболела, однако немножко изменила свой способ заикания. Теперь же она повторяла определённые слова и ключевые моменты. Она воистину напрашивается на взбучку. Через секунду Саэ Ян мягко произнёс: «Повтори первое сказанное тобой предложение, какой щит, говоришь, был снят?» Динь... Небесный глаз: «Маскировочный.» После ответа она, вероятно, испугавшись тона Саэ Яна, нерешительно добавила: «Вы можете активировать его снова.» Основная причина заключалась в том, чтобы большинство обычных людей никогда бы не подумали, что есть «интеллектуальная» система, которая, дрейфуя в космосе, может неожиданно сама убрать прикрытие, и поэтому Чу Сы до настоящего времени в полной мере не осознавал, что же произошло. Тоном «не могу понять этой идиотской логики» он тихо спросил: «Зачем ты сняла маскировку?» Динь...   Око небес: «Как самая преданная космической тюрьме интеллектуальная система и электронный государственный служащий, проработавший в здании безопасности, правительстве, а также в военном министерстве более 150 лет, когда я обнаруживаю правительственный сигнал, то автоматически разоружаюсь, устраняю все препятствия и без сопротивления принимаю другую сторону.» Кто бы мог подумать, что эта умственно отсталая может так убедительно заниматься софистикой. Чу Сы поразмыслил и сказал Саэ Яну: «А как насчёт того, чтобы взорвать этот кусок мусора?» «Око небес» снова всхлипнула, притворяясь жалкой. В конце концов, в этом она мастер. Даже если её действия были не совсем правильными, в действительности же она не сделала ничего плохого. Будучи интеллектуальной системой космической тюрьмы, она действует на 100% в соответствии своим первоначальным настройкам и честна перед правительственными организациями. Даже если «Око небес» была тайно улучшена, она не могла отвергать собственную основу, чтобы приспособиться к изменениям. Многоцелевой режим невидимости был снят, и они оказались лицом к лицу с противником, сейчас уже не было смысла ни в прыжках, ни в ускорении. Однако есть другой путь... В конце концов, это же воздушное судно Карлоса Блэка. Будучи просто нейтральным лидером бродяг, нет ничего удивительного в том, чтобы встретить в межзвёздном пространстве правительственную организацию другой планеты. Так же как нет ничего удивительного и в том, чтобы просто поздороваться и перед уходом разведать обстановку. «Око небес, помимо того, что ты разоружилась и сняла эффект невидимости, что ты сделала ещё? Ответила?» Спросил Чу Сы, окончательно всё обдумав. Динь... Око небес: «Конечно!» Хорошо, эту несчастную хрень уже можно взрывать. Как только «Око небес» ответила, другая сторона, скорее всего, поняла, что это интеллектуальная система космической тюрьмы. В таких обстоятельствах невозможно притвориться простыми прохожими, посмотреть и уйти. Чего и следовало ожидать, пока Чу Сы гневно смеялся, другая сторона прислала сигнал о запросе на подключение. Динь... Око небес, по всей видимости, наконец-то поняла, что сделала что-то не так, и её тон стал немного испуганным: «Другая сторона запросила прямое подключение, жду указаний.» «Ты уже приняла собственное решение, и тебе всё ещё хватает наглости ждать указаний?» Холодно усмехнулся Чу Сы и подтолкнул тарелку с неготовыми продуктами поближе к Саэ Яну. Лицо Саэ Яна в этот момент вовсе не было дурным, напротив, на нём появилась некая трудноописуемая улыбка. Однако в данной ситуации улыбка явно была не слишком доброй, это означало, что он готов действовать и не собирается довольствоваться своей участью. У Чу Сы внезапно разболелась голова. Он и подумать не мог, что наступит тот день, когда он окажется между правительственной организацией и заключённым из космической тюрьмы, находящимся под его непосредственным наблюдением. Вопреки ожиданиям, он не стал связывать его и бросать прямо властям, вместо этого в глубине своей души он не хотел, чтобы его личность была раскрыта.   Динь... «Око небес» снова напомнила о себе: «Пожалуйста, приказывайте.» «Подожди». Сказал Чу Сы и, развернувшись, стремительно направился в медицинский кабинет Карлоса Блэка. Если память ему не изменяет, ранее в шкафу он заметил одноразовые средства для создания новой кожи. Благодаря любви этих бродяг к складированию они собирают вещи, независимо от того, полезны они или нет. Эти одноразовые средства для создания новой кожи на самом деле были совершенно не нужны для бродяг, которые круглый год находятся в своих летательных аппаратах, потому что оно ориентировано на солдат, работающих в экстремальных условиях окружающей среды. В условиях отсутствия лечебной капсулы, недостаточного количества лекарств и времени, распыление этого средства на рану может временно её закрыть, создав искусственный слой кожи. Максимальное время действия - сутки. По истечении этого срока действие поддельного кожного покрова прекращается, и он впитывается в организм, из-за чего рана снова может открыться. Встряхивая бутылочку со средством, Чу Сы попутно вошёл в спальню Карлоса Блэка и захватил оттуда чёрную куртку. Перед уходом он заметил в выдвижном ящике несколько пар очков, которыми кто-то пользовался. Остановившись, он взял одну пару, развернулся и вернулся обратно в гостиную. Бросив чёрную куртку в руки Саэ Яну, он снова интенсивно встряхнул флакончик и посмотрел на него сверху вниз: «Запрокинь голову.» «Что это?» Саэ Ян взглянул на бутылочку: «Средство для создания новой кожи?» «Верно. Сейчас не время для твоих злодеяний, пожалуйста, побудь смиренным пару дней, а потом, после того как всё устаканится, сможешь поискать мне неприятностей.» Сказал Чу Сы, пальцем приподняв его подбородок.: «Закрой глаза.» Саэ Ян вздёрнул брови: «Побыть смиренным? Так не пойдёт, ну или, во всяком случае, мне нужен какой-нибудь приз.» Динь... Око небес: «Другая сторона дважды высылала запрос на подключение, и сейчас они выслали предупреждение, аааа!» «Заткнись!» Сказал Чу Сы. Око небес: «...» Чу Сы ладонью накрыл глаза Саэ Яна, распыляя средство на нос, щёки и скулы: «Приз? Хорошо, не вопрос.» Он очень быстро двигал руками и явно не был новичком в этих делах. За пару-тройку распылений он легко смог смоделировать лоб и щёки. Саэ Ян совершенно не беспокоился, когда ему закрыли глаза, лениво откинувшись на спинку стула, он позволял Чу Сы молча крутиться вокруг себя: «Командир, при всём уважении, твой кредит доверия передо мной практически равен нулю, это звучит слишком поверхностно, я...» Прежде чем он успел договорить, Чу Сы уже переместил ладонь и прикрыл ему рот, выражая в действии фразу «не мог бы ты заткнуться?», вертевшуюся у него на языке. Другой рукой он, ни на мгновение не останавливаясь, продолжал придавать форму искусственной коже на носу и щеках. Саэ Ян, чей рот был прикрыт, всё же упрямо закончил вторую часть фразы: «...не шибко-то верю.» Его голос звучал приглушённо, что было весьма забавно, однако открывающиеся и закрывающиеся губы снова потёрлись о ладонь, заставив Чу Сы замереть, из-за чего выражение его лица стало подавленным и разочарованным. Скорчив кислую мину, Чу Сы старался сделать переход между щеками и скулами Саэ Яна максимально естественным. Снова предупреждающе взглянув на него, он опустил руку, прикрывавшую рот. Увидев, что Чу Сы снова взялся за очки, Саэ Ян нахмурился: «Зачем носить вещи подобного рода?» «Цвет твоих глаз слишком выделяющийся.» Чу Сы поднял руку, чтобы надеть на него очки.   Саэ Ян тем не менее крепко сжал его руку: «Командир, тебе это только кажется, светло-серые глаза не редкость, к тому же под линзами они уже не будут светло-серыми.» На самом деле основная причина заключалась в том, что у Саэ Яна слишком сильная аура, и он с помощью очков хотел её немножечко подавить. Однако Чу Сы мог поклясться, что если бы назвал этому хулигану такую причину, то тот стал бы ещё более высокомерным. Динь... «Око небес» уже собиралась пронзительно кричать: «Третий запрос на подключение, кроме того ещё и предупреждение, ааааа. Умоляю, дайте мне разрешение на подключение и прекратите возиться с этими очками, ладно?» «Соединяй!» Чу Сы сердито сунул очки в руки Саэ Яну и направился в кабину пилота. Не сделав и пары шагов, он обернулся и пальцем указал на Саэ Яна, жестом велев ему быстро надеть куртку: «Прикрой свой чёрный металлический браслет!» Динь... «Око небес» быстро подключилась к собеседнику. В тот момент, когда Чу Сы вошёл в кабину пилота, Саэ Ян уже следовал за ним. Когда эти двое соприкоснулись, что-то металлическое неожиданно опустилось на его переносицу. Саэ Ян, улыбнувшись, поднял свою руку: «Слишком обременительно держать их при себе, командир, одолжи свою переносицу, кроме того... Подобного рода вещи, как очки, больше подходят тебе, нежели мне.» Закончив говорить, он похлопал Чу Сы по спине, давая понять, чтобы тот пошевеливался. Чу Сы: «...» Ты что, разозлился? Он нахмурился, собираясь что-то сказать, как вдруг на большом экране в кабине пилота уже появилось изображение противника, здесь тоже должна была быть мгновенная синхронизация. Чу Сы повернулся и сделал выражение лица как можно более спокойным, планируя поприветствовать своего собеседника, а в результате услышал удивлённый голос другой стороны: «Командир?!» У человека на экране было очень знакомое лицо, это был никто иной как подчинённый Чу Сы, заместитель исполнительного офицера пятого офиса здания безопасности, ответственный за агитационно-пропагандистскую деятельность — Циэрдэ Фэн. «Циэрдэ Фэн? Каким образом ты?» Чу Сы тоже был слегка удивлён. Откровенно говоря, несмотря на то, что официальное лицо агитационно-пропагандистской деятельности обычно создавало ему немало проблем, помогало укреплять ненависть различного рода заключённых в космической тюрьме и косвенно поспособствовало проникновению Саэ Яна в его служебный канал, однако встретив его в такое время, Чу Сы почувствовал небольшое облегчение. Он, по крайней мере, один из своих. «Это длинная история, как бы то ни было, сейчас сформировались особые обстоятельства. Военное министерство, правительство и здание безопасности объединились. Поскольку Ваше положение было неизвестно, я, можно сказать... Считаюсь временной Вашей заменой. Однако теперь, поскольку я Вас нашёл, командир, то могу с облегчением вздохнуть и передать Вам полномочия!» Циэрдэ Фэн был так взволнован, что его круглое лицо слегка покраснело, однако затем он снова впал в оцепенение: «Но командир, как так получилось, что Вы оказались на этом воздушном судне? Разве это не судно бродяг?» «Я захватил его.» Откровенно ответил Чу Сы. Циэрдэ Фэн: «...» Пропагандистский чиновник, прекрасно знающий высокие моральные качества своего командира, пару секунд помолчал и внезапно нашёл новую тему для разговора: «А кто этот человек рядом с Вами?» «Компаньон, помогавший мне захватить воздушное судно.» Ответил Чу Сы. Циэрдэ Фэн: «...» О, компаньон. Спустя пару секунд тишины кто-то рядом с Циэрдэ Фэном произнёс несколько слов, он, услышав эти слова, сказал Чу Сы: «В таком случае, командир, хватит дрейфовать, подготовьтесь к стыковке и для начала поднимитесь на борт нашего судна. К тому же, летательный аппарат военного назначения, который у вас на буксире... Выглядит немного знакомым.»

Глава 56. Чёрный лебедь

После того, как разговор завершился, Чу Сы приказал «Оку небес» приостановить расшифровку черновика исследования Цзян Ци, и полоса прогресса остановилась на отметке в 36%. Ликвидировав оставшиеся в воздушном судне следы, он, как обычно, перебросил центральный процессор «Ока небес» Саэ Яну. Саэ Ян, тем не менее, взяв его в руки, не стал, как обычно, небрежно запихивать за пояс. Зажав диск между пальцами, он слегка его повертел, а затем поднял веки и взглянул на Чу Сы. «Что смотришь?» Чу Сы собрал кое-какие вещи и подошёл к люку. Он уже был готов спуститься по трапу, когда увидел его взгляд. «Ничего». Саэ Ян прищурился и кончиком языка провёл по внутренней стороне щеки. Оставив у себя центральный процессор «Ока небес», он неторопливо последовал за ним. Они друг за другом сошли с трапа и перешли на пристыковавшийся к ним космический корабль. Этот космический корабль носил имя «Белый волк» и принадлежит к той же группе, что и правительственный «Белый тигр», а также «Белый орёл» военного министерства. «Белый волк» находился в распоряжении здания безопасности и обычно находился в его подземелье. На борту корабля в общей сложности имелось 800.000 одноместных летательных военных аппаратов и 200.000 летательных аппаратов медицинского назначения. Все эти воздушные суда имели самые передовые технологии сжатия во всём созвездии Орла и были сжаты до предельных размеров, благодаря чему занимали достаточно мало места. Таким образом, склад размером со спортивную площадку мог легко всё это вместить. Кроме того, внутри космического корабля также имелись различные функциональные зоны, включающие в себя казармы для сил безопасности и гвардии, превосходную жилую зону, а также офисную зону. Структура офисной зоны напоминала опрокинутое на бок и перенесённое под землю здание безопасности. Когда «Белый волк» только был построен, Чу Сы тут же мельком взглянул на его внутреннюю структуру. В то время этим космическим кораблям нужно было ждать прорыва в технологиях мгновенного запуска, но никто не ожидал, что прежде чем эти технологии достигнут своей высшей точки, с планетой что-то случится. Время эвакуации было слишком коротким, и эти космические корабли не были вовремя введены в эксплуатацию. Тем не менее сейчас ещё было не слишком поздно ими воспользоваться. Циэрдэ Фэн сам пришёл их встретить у входного люка, за ним следовали 5 сотрудников службы безопасности и целая шеренга охранников. Всех этих пятерых Чу Сы мог назвать по именам. Двое из них были заместителями руководителя офиса №1, один непосредственный начальник охраны Чу Сы, ещё один командир подразделения сил безопасности, и последний был обычным руководителем из другого офиса. Судя по его расположению в этой пятёрке, Циэрдэ Фэн, очевидно, имел самые высокие полномочия на данный момент. Однако, на самом деле, всё это немного странно. Как-никак он заместитель руководителя агитационно-пропагандистского отдела, и по своему исходному положению не так влиятелен, как два заместителя руководителя первого офиса. С точки зрения командования огневой мощью, он не так хорош, как командир подразделения сил безопасности, не говоря уже о том, что он намного старше Чу Сы и Саэ Яна вместе взятых, и был на грани выхода на пенсию. Но вопреки ожиданиям, в сложившейся ситуации он стал лидером. Чу Сы и Саэ Ян, поднявшись на борт корабля, стояли у входа, Циэрдэ Фэн, старик, не имеющий никакого чиновничьего высокомерия, с улыбкой на лице потирая руки, воскликнул: «Командир!» «Командир, как прекрасно, что Вы целы и невредимы!» Следом за ним сказал начальник охраны по имени Роджер. «Я знал, что ты не сможешь спать так долго». Усмехнувшись, произнёс командир подразделения сил безопасности. Среди собравшейся на данный момент группы людей, наиболее частые контакты у Чу Сы были, конечно же, со стариком Фэном и начальником охраны Роджером, однако человек, с которым у него наилучшие личные взаимоотношения, как раз-таки командир подразделения сил безопасности. Его зовут Шао Хэн. В основном благодаря отцу Шао Хэна, они знакомы гораздо дольше, чем Чу Сы провёл в здании безопасности. Его отец по имени Шао Дунь — самый известный специалист по механизированному лечению в военном госпитале «Белый орёл». Именно он восстанавливал травмированное тело Чу Сы. После того как Шао Хэн закончил говорить, он вдруг вспомнил, что они находятся на публике, поэтому, махнув кулаком в его сторону, произнёс: «Командир». Остальные также поприветствовали Чу Сы. Кивнув им в знак приветствия, он представил и Саэ Яна: «Компаньон, который сопровождал меня при захвате воздушного судна бродяг». Все: «...» Хм... Не знаю, что нужно сказать в такой ситуации. Впрочем, Шао Хэн не смог удержаться от смеха: «О боги, какой бродяга выбрал неправильный день, чтобы выйти из дома, и наткнулся на дуло твоего ружья?» Циэрдэ Фэн, этот консерватор, всякий раз, слыша его неуважительный тон голоса, тут же начинал испытывать головную боль и, оскалившись, подмигивал. К сожалению, ни Чу Сы, ни Шао Хэну не было до него никакого дела. Думая о возможном сотрудничестве с Карлосом Блэком, Чу Сы не хотел, чтобы тот потерял лицо, и поэтому уклонился от ответа: «Ага, несчастный». Шао Хэн знаком с Чу Сы много лет и довольно хорошо знал его характер, поэтому в мгновение ока сменил тему разговора: «В таком случае, командир, какая фамилия у твоего коллеги? Как его величать?» Ранее Чу Сы сболтнул первое, что пришло в голову, и действительно забыл придумать Саэ Яну имя. Он молча повернул голову и взглянул на этого безымянного. Как вдруг услышал, что Саэ, высокомерно растягивая слова, произнёс: «Ян». Чу Сы: «...» Просто превосходно! Он всё же сомневался, что, если вдруг другие спросят ещё и имя, этот некий человек способен также спокойно сообщить: «Саэ.» Честно говоря, с характером Саэ Яна, он, вероятно, не удосужился бы придумать имя, ведь этот человек никогда не признавал закона и всегда был бесстрашным. Чего и следовало ожидать, Шао Хэн снова спросил: «Ян? Хорошая фамилия, братан, а зовут-то как? После твоего ответа мы также сможем стать компаньонами.» Этот по фамилии Шао, начиная говорить, тоже болтал невесть что. Чу Сы никогда не понимал, как у такого строгого и серьёзного доктора Шао мог родиться такой сын. Он увидел, как Саэ Ян снова открыл рот, и положение его губ было похоже на то, будто он собирался сказать «Саэ», и Чу Сы, взяв на себя инициативу, спокойно произнёс: «Чжа». п/п: Наш товарищ Саэ обзавёлся новым именем))) 炸 zhà, zhá - разрываться, лопаться, разразиться негодованием, вспыхнуть гневом; вспылить, взрывать; бомбардировать, бомбить; жарить, поджаривать; жареный. Как видите, значений много, но ему с его характером очень подходит)) Все: «???» Шао Хэн, вытянув руку для рукопожатия, на мгновение остановился и выглядел весьма озадаченным: «Какое?» Чу Сы: «...» Едва он это произнёс, как тут же почувствовал небольшое сожаление. Из-за того, что до этого его разум был забит лишь «кузнечиками», он едва не произнёс именно это слово, но, к счастью, прежде чем он успел хоть что-то сказать, то понял, что это будет слишком возмутительно, и в конце концов сказал лишь «Чжа». п/п: Давайте решать вопрос с кузнечиками) 蚂蚱 màzhà - саранча, кузнечик. Нашла интересную интерпретацию, что так могут называть нестабильных людей, которые вечно скачут туда-сюда. Ну и, как видите, могучий китайский язык преподнёс нам сюрприз в виде одинакового чтения совершенно разных иероглифов) Ян Чжа, отличное имя. Произнесённое слово было подобно выплеснутой воде, не очень-то приятным, во всяком случае, его зовут по-другому. Чу Сы спокойно посмотрел и произнёс: «Фамилия Ян, имя Чжа, впредь вы...» Он на мгновение осёкся, задумавшись о том, что не слишком уместно будет каждый раз кричать это слово, и ему оставалось лишь сказать: «Называйте, как вам удобней.» Все какое-то время молчали, затем изобразили на своих лицах весьма подобающие улыбки и, кивнув Саэ Яну, произнесли: «Господин Ян.» Саэ Ян даже не удосужился кивнуть, а лишь лениво оглядел их. Его взгляд наконец остановился на Чу Сы, очень-очень... многозначительный взгляд. Несмотря на то, что у входа в посадочной зоне были различные устройства для поддержания гравитации и других систем, однако они всё-таки стояли у выхода в открытый космос, что делало это место не очень стабильным. Пробыв у выхода некоторое время, все стали плохо себя чувствовать. Шао Хэн отдал приказ, и 5-6 человек из охраны развернулись и отправились исполнять приказ. Воздушное судно, на котором они прибыли, а также буксируемый ими летательный аппарат военного назначения были доставлены на космический корабль «Белый волк», и широкая входная дверь медленно закрылась. У входа имелась транспортировочная лента, предназначенная для перевозки материальных ресурсов и работников. Шао Хэн посмотрел на эти два летательных аппарата, остальные, следуя за ним, обошли воздушные суда сзади, прошли через проход и были телепортированы на «Белого волка». Только когда летательные аппараты друг за другом прошли через сканирующие устройства, Чу Сы вдруг вспомнил, что перед тем, как взойти на военный корабль, нужно пройти полную проверку. Чу Сы и Саэ Ян, окружённые другими людьми, стояли друг за другом. Циэрдэ Фэн и начальник стражи Роджер показывали дорогу, позади шли Шао Хэн и остальные должностные лица, а охрана замыкала всю процессию. После того как прошло воздушное судно Карлоса Блэка, электронный голос верификационной рамки произнёс: «Космическое воздушное судно десятого поколения, выпущенное в 5582 году, обнаруженные резервы огневой мощи...» Для того чтобы можно было проверить всё вручную, электронный голос воспроизвёл целый список, в котором было выявлено всё вооружение и места его хранения. Когда через верификационную рамку прошло следующее за ним судно военного назначения, электронный голос всё так же добросовестно сообщил год его выпуска: «Чёрный лебедь, воздушное судно военного назначения первого поколения, выпущенное в 5621 году, обнаруженные...» «Чёрный лебедь» первого поколения? Пробормотал себе под нос Чу Сы, едва услышав это название. Ранее лишь Циэрдэ Фэн обмолвился, что оно выглядит знакомо, сейчас же и Чу Сы стал ощущать, что уже слышал о нём. Однако, если оно было выпущено в 5621 году, то намного старше его, может... ««Чёрный лебедь»? Разве это не единственная партия летательных аппаратов, произведённая военным министерством? Поговаривают, что их вытаскивали лишь единожды, во время осмотра готовых изделий, и тут же разочарованно запихали обратно на подземный завод, списав их по причине несостоятельности нести службу. Командир, на каком кладбище ты откопал этот антиквариат? Прошло почти 100 лет, как он до сих пор не проржавел насквозь?» Благодаря одержимости Шао Хэна воздушными судами, он никогда не переставал их изучать. В противном случае Чу Сы так и не смог бы вспомнить историю происхождения этого «Чёрного лебедя». Но каким образом это мог быть «Чёрный лебедь»? Чу Сы нахмурился. Если это воздушное судно действительно было «Чёрным лебедем», возможно, военные суда, окружавшие квартиру Цзян Ци, тоже были «Чёрными лебедями»? Но как так внезапно мог появиться летательный аппарат, списанный военными почти столетие назад? Он был почти уверен, что окружившими фрагмент планеты были люди из Серебряного города, однако сейчас его уверенность пошатнулась. Серебряный город славится своим технологическим прогрессом. Каким образом они собирались использовать то, что было выпущено почти столетие назад? Циэрдэ Фэн как раз человек того времени. Проходя проверку безопасности, старик начал говорить: «Неудивительно, что он выглядит знакомо! Когда «Чёрный лебедь» проходил проверку, я был ещё молод и успел одним глазком взглянуть на него. Но причина, по которой он был снят с вооружения, заключалась в том, что в производственном процессе имелся недостаток, из-за которого технические характеристики не соответствовали стандартам, и поэтому он не мог быть введён в эксплуатацию. Кто бы мог подумать, что мы сможем увидеть его сегодня». Пока старик говорил, снова раздался электронный голос верификационной рамки: «Подтверждение личности, Циэрдэ Фэн, результаты сканирования ДНК...». Результаты проверки, докладываемые электронным голосом, перенесли мысли Чу Сы от «Чёрного лебедя» в настоящее. Чу Сы: «...» Некий заносчивый бездельник, господин Ян Чжа, является заключённым самого высокого уровня, зарегистрированным в здании безопасности. В чём же существенная разница между прохождением верификационной рамки и бегом нагишом в общественном месте?

Глава 57. Сигнал тревоги

Чу Сы, конечно, собирался помочь, но проверка Циэрдэ Фэна почти подошла к концу, и механический голос начал сообщать идентификационную информацию Роджера. Как назло, помимо того, что Роджер является капитаном стражи, у него не было особого статуса или полномочий, о которых нужно было бы сообщать. Времени оставалось слишком мало, и он бы не успел совершить какие-то сложные действия, поэтому мог воспользоваться лишь самым простым и грубым методом. Использовать своё положение и полномочия, чтобы получить небольшую привилегию? Вот только здание безопасности имело особые функции, и прежде всего огромное значение придавалось именно безопасности, и все служащие от мала до велика были чрезвычайно чувствительны к подобного рода вещам. Кроме всего прочего, никто не пользовался привилегиями и добросовестно проходил проверку. Если Чу Сы промолчит, то всё будет в пределах нормы, но если же он продемонстрирует особое отношение к Саэ Яну, то этим привлечёт к нему всеобщее внимание, Саэ Ян, наоборот, будет вызывать ещё больше подозрений и будет прямым воплощением народной притчи про 300 лянов серебра! П/П: оставлю в конце главы. Другие способы были ещё менее реальными. По обеим сторонам этот проход был сплошь обнесён прочными металлическими стенами, продвигаясь вперёд, нет ни единого шанса избежать этой проверки, обернувшись же назад, единственный способ — это прыгнуть в бескрайнее море звёзд. Да и это не годится, потому что едва Саэ Ян выскочит из космического корабля, то тут же будет объявлен в розыск, и Чу Сы с ним за компанию, словно при акции «берёшь одну вещь, вторую получаешь в подарок». Когда розыскная операция развернётся в полную силу, то будет даже масштабнее, чем много лет назад, и огромная награда, назначенная за их головы, будет весьма эффективна. Восхитительно. Лицо Чу Сы не выражало никаких эмоций, тем не менее он быстро обдумывал различные не самые надёжные планы. Как раз в тот момент, когда ситуация действительно начала его тревожить, изначально отстававший от него на полшага Саэ Ян внезапно приблизился. Низкий голос проник ему прямо в ухо: «Командир, одолжи-ка мне своё устройство связи». Чу Сы подумал: «ёб твою мать, ты можешь перестать болтать?» и даже пальцем пошевелить не успел, как чья-то рука незаметно погладила его талию и полезла в карман брюк. Чу Сы: «Ты...» Механический голос, доносившийся спереди, всё ещё докладывал сведения, заглушая голос Саэ Яна. Позади Шао Хэн что-то объяснял охране, поэтому, вероятно, ничего не заметил. Скулы Чу Сы слегка напряглись и мгновенно вернулись в нормальное состояние, а ощупывающая его рука вытащила устройство связи. Голос Саэ Яна звучал размеренно и спокойно, однако это не означало, что он уверен в том, что за такой короткий срок сможет решить вопрос идентификации личности. Чу Сы слишком хорошо его знал. Этот человек не беспокоился и не паниковал только потому, что никогда в жизни не знал, как пишется слово «напрячься». Не исключено, что он всё ещё находит эту ситуацию захватывающей и интересной.   Чу Сы, размышляя об этом, не мог не усмехнуться. Саэ Ян, не заботясь о последствиях, ищет приключений, однако он не желает сходить с ума вместе. И вот, взглянув на верификационную рамку, к которой они скоро должны были подойти, он повернул голову и небрежно произнёс: «Кстати, Шао Хэн». Когда он говорил, выражение его лица было непринуждённым, а очки, которые Саэ Ян попутно водрузил ему на переносицу, придавали ему некую холодность, и никто не смог бы заподозрить, что у него имеется какая-то цель. «А?» Шао Хэн повернул голову и посмотрел на него. «Что случилось, командир?» Отвечая ему, он жестом велел охране остановиться позади, а сам сделал несколько шагов в сторону Чу Сы. Саэ Ян поднял брови и отклонился, чтобы освободить перед собой место для ещё одного человека. Чу Сы спросил Шао Хэна: «Есть ли какие-нибудь новости о батюшке Шао?» Шао Хэн опустил взгляд: «Пока не смог с ним связаться. Сейчас все организационные вопросы легли лишь на нескольких людей из военного министерства, остальные либо ещё не проснулись, либо мы ещё не обнаружили их местоположения. Предполагаем, что во время развала планеты что-то пошло не так. Больница старика не входила в круг защиты основной драконьей колонны, возможно, её захватила соседняя». Механический голос верификационной рамки прозвучал снова: «Подтверждение личности, Чу Сы, результаты сканирования ДНК, биологическая ДНК и интеллектуально-механическая ДНК, последовательность измерений соответствует информации, хранящейся в базе данных. Подтверждение полномочий: Наивысшие исполнительные полномочия здания безопасности, наивысшие руководящие полномочия пятого охранного офиса, наивысшие полномочия командования силами безопасности, наивысшие полномочия права контроля космического корабля «Белый волк»...». Впервые Чу Сы почувствовал, что этот докучливый механический голос пользуется большой популярностью. Длинный и беспорядочный список титулов и полномочий не только заставлял уши сворачиваться в трубочку, но и мог быть весьма полезным в критические моменты. По крайней мере, эта штука прекрасно умеет тянуть время. Он хотел обернуться и посмотреть, как идут приготовления Саэ Яна, но этот старикан Циэрдэ Фэн стоял по другую сторону верификационной рамки и пристально на него смотрел. Слушая длинный список полномочий высшего уровня, в его взгляде появилась неприкрытая зависть. С тех пор как Чу Сы прошёл путь от руководителя офиса №5 до высшего должностного лица, он видел такой взгляд бесчисленное количество раз. Старик Фэн всегда смотрел на него так, открыто и не колеблясь. Так было лишь потому, что непосредственным начальником являлся Чу Сы. Если бы на его месте был тот, кто желает расширения своей власти, то этот взгляд мог бы показаться ему предвестником скорого мятежа и захвата власти. Если бы Чу Сы, находившийся под его пристальным вниманием, обернулся и взглянул на Саэ Яна, это его действие показалось бы преднамеренным, поэтому ему пришлось, смотря прямо перед собой, пройти через верификационную рамку. Он вышел из рамки и встал рядом со стариком Фэном. Изначально старик Фэн и Роджер планировали быть его проводниками, и, увидев, что он кого-то ждёт, тут же остановились и стали ждать вместе с ним. «Ох! Я так горжусь!» — ляпнул Шао Хэн на пути к верификационной рамке и, не удержавшись, добавил: «Ой, начальники, не надо на меня так пристально смотреть, иначе я не смогу сдержаться и начну отбивать ритм». Чу Сы, в действительности же, ждал Саэ Яна, но, чтобы не быть слишком откровенным, он смотрел на Шао Хэна и краем глаза подглядывал за движениями Саэ Яна. Взгляд Роджера прошёл сквозь Шао Хэна и упал на Саэ Яна, поэтому он не мог не напомнить: «Эм, это, господин Ян, устройство связи должно остаться на телепортационной платформе, расположенной сбоку». Саэ Ян выглядел так, будто отправлял кому-то сообщение. Услышав голос, он поднял взгляд и без промедления подчинился, подняв руку, в которой держал устройство связи, с видом «ладно, сейчас оно мне ни к чему», тут же опустил его на телепортационную платформу.   Чу Сы слегка нахмурился, он не знал, для каких целей одолжил Саэ Яну свой коммуникатор. Самой первой мыслью было создать временные идентификационные данные и вставить их в базу, заменив ими ту часть, которая изначально принадлежала «Саэ Яну». Таким образом, если не с чем будет сравнивать, то и проблем возникнуть не должно. Но как за такой короткий промежуток времени создать относительно полные идентификационные данные? Это какое-то издевательство. Хотя в этой области Чу Сы был не так опытен, как Саэ Ян, но всё же понимал, насколько трудоёмким был этот процесс. Просто лишь вставить данные в базу здания безопасности уже требовало огромных усилий, а провернуть это всё гладко, да ещё и в считанные секунды – просто невозможно. Когда Шао Хэн вышел из верификационной рамки, устройство связи на телепортационной платформе случайно попало в зону сканирования. В тёмной зоне сканирования устройство связи, настроенное на самый низкий уровень яркости, слабо светилось. На экране высвечивался индикатор выполнения, а надпись под ним гласила: «Процесс перехвата сигнала базы данных 97%». Будь то создание новой личности или же замена старой, это всё лишь мечты. За такой короткий промежуток времени единственный осуществимый способ – это разорвать привязку сигналов между базой данных и верификационной рамкой. Этот способ не такой уж хлопотный, достаточно просто заблокировать сигнал во время запроса идентификационной информации, и можно будет временно пропустить проверку. Саэ Ян вошёл в верификационную рамку. Прогресс на экране устройства связи достиг 98%. Прозвучал механический голос: «Подтверждение личности...» Прогресс на экране устройства связи достиг 99%. Шао Хэн подошёл к Чу Сы и уже собирался что-то сказать, как синий индикатор в верификационной рамке внезапно стал красным. Прежде чем кто-либо успел среагировать, прозвучал сигнал тревоги. «В чём дело?» Сорвалось с языка Циэрдэ Фэна, и взгляды всех присутствующих внезапно устремились к Саэ Яну. Чу Сы поднял брови. Сигнал тревоги прозвучал один раз, а затем резко прекратился. Механический голос на секунду замялся, а затем произнёс: «Предупреждение, не удалось связаться с базой данных для получения идентификационной информации. Рекомендуется перепроверить либо ввести новые данные.» Выражение лица старика Фэна ещё не пришло в норму, а Роджер уже облегчённо вздохнул. Шао Хэн пару секунд смотрел на Саэ Яна, а затем обернулся и похлопал себя по груди в области сердца: «Ну и ну! Я аж подпрыгнул! Эта верификационная рамка воистину пугающая.» «Наши люди круглый год проходят эту процедуру, я уж и забыл, что есть такое предупреждение касательно незнакомцев.» Объяснил Роджер и, указав на Саэ Яна, продолжил: «Не волнуйтесь, господин Ян, это произошло потому, что Ваших личных данных нет в нашей базе. Это хорошо. Было бы весело, если бы они там были.» Шао Хэн усмехнулся: «Действительно. В нашей базе данных, помимо ДНК порядочных сотрудников здания безопасности, имеются лишь данные тех, кто является заключённым в космической тюрьме.» И лишь в этот момент старик Фэн тяжело вздохнул: «Я уж было подумал...» «Подумал что?» Два заместителя командира, стоявшие рядом с ним, решили пошутить: «Неужели, что командир мог привести кого-то, чья ДНК числится в базе данных космической тюрьмы? Ты действительно умеешь беспокоиться!» Циэрдэ Фэн замахал руками: «Это невозможно, конечно, это просто невозможно. Я всего лишь не сразу сообразил.» Этот привыкший льстить человек совершенно забыл о своём нынешнем высоком статусе и машинально добавил: «Господин Ян кажется очень порядочным и компетентным.» Порядочным? Компетентным? Надо быть абсолютно слепым, чтобы разглядеть в Саэ Яне такие личностные качества. Дослушав их разговоры, Чу Сы молча отвернулся: лучше сохранить в секрете личность Саэ Яна, в противном случае... Узнав правду, эти люди выстроятся в ряд и повесятся прямо перед дверями его офиса. Такая картина... Даже думать об этом невыносимо. *此地无银三百两 (cǐdì wú yín sānbǎi liǎng) – дословный перевод: «здесь не зарыты 300 лянов серебра». Говорится в ситуации, когда человек пытается что-то скрыть, но сам же себя и выдаёт своими действиями. История происхождения. Однажды человек по имени Чан украл 300 лянов серебра. Сам себя он считал необыкновенно умным человеком, поэтому решил поступить «хитро». Опасаясь, что украденные им деньги у него тоже может кто-нибудь украсть, он под покровом ночи закопал их в укромном месте и поставил табличку с надписью: «Здесь никто не закапывал 300 лянов серебра». Сосед Чана по имени Ван видел, как тот прятал серебро, и забрал его себе. Так же как и Чан, Ван считал себя очень сообразительным. Чтобы сосед не заподозрил его в краже, он тоже оставил на этом же месте табличку. На табличке он написал: «Твой сосед Ван не брал закопанного здесь серебра». Ван был уверен, что поступил очень разумно.

Глава 58. Обосноваться

Несмотря на то, что на первый взгляд нынешний корабль «Белый волк» весьма роскошный, фактически же он был всего лишь пустой оболочкой, потому что очнулась только часть людей, и то очень маленькая часть. Из 800.000 одноместных боевых летательных аппаратов, изначально предназначенных для использования силами безопасности и охраны, в действительности же использовалось менее 3000. «В сложившейся ситуации силы безопасности были моментально реорганизованы, 2166 пришедших в себя человек были расформированы на 3 небольших отряда, 2 из которых постоянно сменяя друг друга патрулируют судно и в любое время готовы как вступить в бой, так и занять оборонительные позиции. Также есть манёвренная группа, сформированная людьми из охраны.» Такова сохранившаяся численность сил безопасности, с которой Шао Хэн ознакомил Чу Сы. Откровенно говоря, если нарваться на бродяг или небольшое войско с какой-нибудь мелкой планетки, шансы на успех имеют место быть. Но если в несчастливый год несчастная судьба приведёт к тому, что придётся столкнуться с крупными войсками, то в результате получится, что собака гоняется за мышью. Они как раз таки и будут этой мышью. За исключением этих людей, остаётся ещё около 400 охранников, несколько штатных сотрудников из здания безопасности, а также часть населения. Изначально эти охранники делились на разные группы, отвечавшие за разные офисы здания безопасности. Теперь же они полностью скомпонованы и реорганизованы. В основном они отвечают за внутреннюю охрану и безопасность военного корабля «Белый волк». Объективно 3.000 человек — это небольшая цифра, но это гораздо больше, чем ожидал Чу Сы. Ведь в таком огромном городе, как Изумрудная гавань, очнувшихся и собравшихся в убежище было всего несколько десятков человек. И если сравнивать, то в здании безопасности количество очнувшихся просто поразительно высоко. Ранее прерванная трапеза Чу Сы и Саэ Яна наконец-то возобновилась на борту «Белого волка». «Еда здесь действительно изобильнее, чем в других местах.» Сказал Циэрдэ Фэн, посмотрев на тарелки на столе. Чу Сы махнул рукой: «Не имеет значения, лишь бы не питательные таблетки.» В жилой зоне всё функционировало должным образом, и материальные ресурсы были в изобилии. Хоть и с натяжкой, но внутри военный корабль «Белый волк» мог называться земным раем. В основном они занимались обеспечением спасённых и поднявшихся на борт людей. Во время катастрофы не было места безделью, и эти люди выполняли очень большую работу по обеспечению повседневных потребностей на корабле, а также являлись его незаменимой частью. Большинство сотрудников здания безопасности обосновались в офисной зоне. Офисная зона почти полностью копировала дизайн здания безопасности, поэтому даже здесь у Чу Сы был собственный кабинет в самом центре. Даже внутренняя структура кабинета осталась такой же, как и его изначальный, он представлял собой кабинет и спальню. Раньше, когда Чу Сы нужно было срочно решать какие-то дела, он оставался на ночь в своём кабинете в здании безопасности. Место, в котором они с Саэ Яном будут жить, это кабинет, полностью скопированный с оригинала.   Чу Сы бросил взгляд в сторону спальни и сказал: «Я только что заметил, что, вопреки ожиданиям, в шкафу есть одежда в вакуумной упаковке. Если я правильно увидел, то это должны быть те вещи, которые были в моём изначальном гардеробе.» «Мы не могли предугадать, как долго будем оставаться на борту «Белого волка», поэтому перед отъездом сделали необходимые приготовления. В конечном счёте, часть вещей из здания была перемещена сюда, посмотрите, разве это не оказалось полезным?» Чу Сы слегка кивнул: «Спасибо за беспокойство. Кстати, ты ранее упомянул о том, что военное министерство, правительство и здание безопасности объединились. Как так вышло? Какова сейчас ситуация между этими двумя сторонами?» Система политической власти на планете Гамма созвездия Орла сначала была под контролем военного министерства, здания безопасности и правительства. Фактически же было только две стороны, военные и правительство, однако между этими двумя сторонами существовали некоторые труднопримиримые конфликты и противоречия. Таким образом, между ними появилась третья, нейтральная сторона - здание безопасности. Изначально здание безопасности действительно считалось штабом военного министерства, однако впоследствии оно стало держать нейтралитет. Во избежание новых потрясений, подобных столетнему хаосу, руководители всех трёх сторон приняли решение внедрить модель разделения власти. В военном штабе наивысшими полномочиями обладают три генерала, а в правительстве это - круглый стол, а в здании безопасности - союз руководителей нескольких основных офисов. По словам Циэрдэ Фэна, ни один из трёх генералов военного штаба до сих пор не проснулся, а последнее слово в принятии решений в настоящее время находится в руках у двух очнувшихся генерал-лейтенантов. Правительство также находится в подвешенном состоянии, обычно совещание за круглым столом проводится в присутствии 12 министров, однако сейчас очнулись всего 4. До того, как Чу Сы взошёл на борт «Белого волка», представителями здания безопасности были 3 заместителя исполнительного офицера во главе с Циэрдэ Фэном. Бодрствующие представители трёх сторон, которые были вправе принимать решения, ранее провели несколько встреч и решили отправить космический корабль на поиски как можно большего количества разбросанных фрагментов планеты, и, используя систему драконьих колонн, стараться постепенно подтянуть основные фрагменты ближе к центру. Именно этим сейчас и занимается «Белый волк». «Командир, не могли бы вы сначала объявить двум другим сторонам о том, что у нашего здания безопасности сменился представитель?» Спросил Циэрдэ Фэн. Чу Сы поразмыслил и ответил: «Не торопись, подождём немного, есть ещё кое-какие дела, с которыми нужно разобраться.» «А?» переспросил Циэрдэ Фэн. «Подождём, пока статическое электричество на «Чёрном лебеде» пропадёт, и снова вернёмся к этому вопросу.» С тех пор как Шао Хэн рассказал о ситуации с «Чёрным лебедем», у Чу Сы возникло смутное ощущение, что это всё как-то связано с военным министерством. «Хорошо, к тому же осталось чуть больше часа, и мы сможем войти на борт «Чёрного лебедя». К тому времени «Белый волк» должен будет пристыковаться к фрагменту планеты, на которой вы находились ранее.» Циэрдэ Фэн на мгновение задумался, а затем добавил: «О, кстати, данные господина Яна будут внесены в базу. На этом всё. Командир, пожалуйста, отдохните немного, я вернусь чуть позже.» Чу Сы кивнул. Старик Фэн уже вышел за дверь, а потом, будто что-то вспомнив, обернулся. «Есть ещё вопросы?» Опешил Чу Сы. Старик Фэн ответил: «Я тут кое-что вспомнил, господину Яну всё ещё не предоставлена комната. В жилой зоне много пустых мест, поэтому я велел Роджеру...». Прежде чем он успел договорить, Чу Сы поднял руку и сказал: «Нет нужды.» Такую опасную личность, как Саэ Ян, нельзя было оставлять среди людей. Безопаснее всего держать его поближе к себе, чтобы он не смог сделать ничего из ряда вон выходящего и не запугал компанию, которая клялась и божилась, что он порядочный и компетентный человек. Поэтому Чу Сы спокойно сказал: «Нет нужды искать другое место, он будет жить здесь.» Старик Фэн ничего не понимающе моргнул: «Где?» «Здесь, со мной.» Ответил Чу Сы: «Он может жить в моём кабинете.» За дверью проходившие мимо и желавшие посмотреть, что происходит, Роджер, Шаэ Хэн и даже стоявший в дверном проёме старик Фэн: «???» Что за фигня?

Глава 59. Электронная ДНК

В течение нескольких секунд Чу Сы и остальные молча смотрели друг на друга. Он подошёл к столу, взял пульт дистанционного управления, лежавший на столе, и, повертев его в руках, безразлично произнёс: «Господин Ян некогда уже получил превосходное военное воспитание...» В военном санатории «Белый орёл» они больше десяти лет были соседями по палате. «Участвовал в исследованиях всевозможных типов вооружений, разбирал, собирал и реконструировал различные категории оружия...» После таких модификаций было невозможно понять, на кого направлено оружие. «Обладает крайне сильными навыками расследования и войсковой контрразведки...» Прежде чем он официально был арестован, за ним охотились целых 17 лет. «К тому же имеет богатый опыт участия в боевых действиях...» Стоит лишь взглянуть на базу «Красный клён». «Отлично умеет воспользоваться малым для борьбы с большим. В опасном месте, встретившись с незнакомой и рискованной ситуацией, находит выход из затруднительного положения...» Способен выбраться из космической тюрьмы и даже пробраться в штаб-квартиру здания безопасности. «И поддерживает многолетние контакты с космическими бродягами. Можно воспользоваться их знакомством, чтобы наладить общение...» Спасённый Карлосом Блэком, может с помощью электричества превратить целый отряд бродяг в фейерверк. «Прошу прощения за откровенность, но поскольку нынешняя численность боеспособного населения «Белого волка» составляет менее 3000 человек, мы отчаянно нуждаемся в таких людях.» Чу Сы на одном дыхании закончил свой длинный монолог и даже не покраснел. Взглянув в сторону перепелов*, толпившихся в дверном проёме, он добавил: «Расскажи-ка мне, какой резон селить его в жилую зону? Я что, привёл его только для того, чтобы он ел и спал?» П/П: Словом «перепел» описывают робких и застенчивых людей. Все: «...» Фактически особо не вникали в содержание, однако всё кажется весьма разумно. Когда командир Чу несёт всякую чепуху, главное его оружие — это мимика и тон голоса. Используя чрезвычайно равнодушное и серьёзное поведение, он подавлял этих болтунов и казался весьма рассудительным. «Но...» Циэрдэ Фэн дотронулся до своего толстого брюха, немного поразмышлял и снова мельком взглянул в сторону спальни. Казалось, он колебался, не зная, что сказать. Чу Сы пультом дистанционного управления указал в их сторону: «Вы не забыли, что место, в котором вы находитесь, называется служебной зоной, и там внутри есть ещё маленькая комнатка, в которой можно поспать?» В действительности весь кабинет исполнительного командира представлял собой две отдельные служебные комнаты. Как заходишь, сразу попадаешь в рабочий кабинет, за которым есть ещё небольшая каморка, предназначенная для отдыха. Проходя через кабинет, можно заметить письменный стол Чу Сы. Две комнаты были разделены стеклянной водяной стеной. Дверной проём, за который держался Циэрдэ Фэн и остальные, как раз и разделял эти две комнаты. Двое других не посмели заговорить, а Шао Хэн всё-таки пару раз неестественно хихикнул и сконфуженно произнёс: «А, произошло недоразумение. Мы просто стояли не у той двери. Если бы стояли у главной двери, то не поняли бы неправильно.»   Чу Сы усмехнулся: «Неправильно поняли? Что именно неправильно? Нужно найти тех, кто сделал бы вам трепанацию и спас от гидроцефалии?» Лицо Циэрдэ Фэна, которое долгое время было зелёным, в конце концов покраснело. Он похлопал себя по щекам и, словно придя в себя, откашлявшись, ответил: «Но командир, условия в помещении для помощника сравнительно примитивные и даже небрежные. Как насчёт того, чтобы я организовал для господина Яна другую комнату в служебной зоне?» Про себя Чу Сы подумал: «Мне как раз таки и нужно примитивное помещение. Если оно будет хорошо оснащено, Саэ Ян может воспользоваться этим, чтобы создавать проблемы». «Господин Ян — мой советник». Сказал Чу Сы. «В нынешнем положении отдых — это роскошь. Чем раньше придумаем, как спасти планету от окончательного разрушения, тем быстрее всё стабилизируется. Мне нужна будет возможность связаться с господином Яном в любое время суток. Впрочем, мы можем обсудить наиболее удобные для него условия проживания, чтобы ему не приходилось тратить время на дорогу? Как насчёт того, чтобы он спал у тебя? Твой кабинет ближе всех к моему». Циэрдэ Фэн: «...» «Или, может, у тебя, Роджер? Кабинет начальника охраны тоже довольно близко». Роджер: «...» Чтобы не попасть под горячую руку, Шао Хэн хлопнул себя по лбу: «Ай-я-яй! Вспомнил! У меня есть срочное дело! Командир, хорошенько отдохни. Я пошёл». «Подожди-ка». Спокойно сказал Чу Сы. «Что за срочное дело?» «Э...» Протянул Шао Хэн: «Во избежание тревоги при последующем прохождении через верификационную рамку, командующий Циэрдэ Фэн велел мне немедленно ввести данные господина Яна в зелёный список базы данных «Белого волка». Кстати говоря...» Говоря это, он направился в сторону Саэ Яна: «Чуть не забыл, я ведь и пришёл поговорить об этом. Господин Ян, могу ли я взять у Вас образец ДНК? Это быстро». Услышав это, Чу Сы неосознанно обернулся и посмотрел на Саэ Яна. Он, раздвинув свои длинные ноги, спокойно сидел на диване и вертел чашку, стоящую на столе. Подняв веки, он посмотрел на Шао Хэна: «Конечно». Ответив, он встал, с деловым видом размял шею и, уперевшись локтем в дверную раму, спросил: «Как её сдавать?» Он был очень высоким, даже выше Роджера, который, работая в охране, служил чем-то вроде живой стены. Раньше издалека всё казалось более-менее нормальным, но когда он так внезапно остановился всего лишь в полушаге, то выглядел весьма устрашающе. Циэрдэ Фэну, стоявшему перед ним, казалось, что ему ампутировали ноги, поэтому он спокойно отошёл на два шага назад, делая вид, что уступает дорогу Шао Хэну. Шао Хэн достал приспособление для сбора ДНК и помахал им перед Саэ Яном: «Тут всё не так хлопотно, как в других местах. Воспользуемся этим. Однако, господин Ян, будьте так любезны, засучите рукав». Пока говорил, он вытянул руку и стал ждать. «Ладно». Ответил Саэ Ян и уже собирался засучить рукава, но едва обнажив мускулистое предплечье, кое-что вспомнил и тут же остановился. «А?» Неуверенно протянул Шао Хэн. Саэ Ян слегка улыбнулся. По правде говоря, его улыбка всегда была чрезвычайно безучастной, но непонятно по каким причинам заставляла других инстинктивно напрягаться. Вот и Шао Хэн на секунду напрягся, а потом понял, что, вероятно, закостенел за столь долгий срок службы в армии и слишком остро отреагировал. К тому времени, как он расслабился, Саэ Ян уже сменил руку и закатал рукав выше локтя.   «О, пойдёт, пойдёт.» Фактически же Шао Хэн хотел спросить: «Почему ты так неожиданно сменил руку?», но по какой-то неведомой причине сказал совсем другое. Взяв приспособление для сбора ДНК, он поместил его немного выше локтя Саэ Яна и надавил на кончик. Чрезвычайно тонкая игла прошла под кожу и тут же очень быстро вышла обратно. Собрав ДНК, Шао Хэн немедленно отступил назад и кивнул: «На этом всё, командир...» Снова произнёс он, обращаясь к Чу Сы: «В таком случае я пойду. Паршивцы, отвечающие за безопасность системы, всё ещё пытаются наладить соединение, чтобы связаться с космической тюрьмой. Пойду прослежу за ними.» «Связаться с космической тюрьмой?» Спросил Чу Сы. Шао Хэн: «Должно быть, с космической тюрьмой что-то не так. Ранее мы уже смогли наладить с ней связь, но по необъяснимым причинам соединение было прервано, будто сигнал был заблокирован какими-то помехами. Теперь связаться с ней не удаётся, и я не знаю, что там происходит. Большая часть данных, хранящаяся в здании безопасности, заархивирована и может быть импортирована в базу данных «Белого волка» напрямую, однако есть часть данных, которую мы не можем импортировать.» «Ты имеешь в виду...» «Чёрные металлические браслеты.» Сказал Шао Хэн. «Не имея возможности связаться с космической тюрьмой, мы не можем в реальном времени отслеживать динамику этих бомб замедленного действия. Наш командующий Циэрдэ Фэн уже несколько ночей нормально не спал.» Услышав это, Саэ Ян бросил на него взгляд полный сожаления, от которого у Циэрдэ Фэна волосы встали дыбом. Шао Хэн улыбнулся, казалось, он что-то вспомнил: «Кстати, когда мы впервые обнаружили летательный аппарат, на котором находился ты, командир, мы ошибочно предположили, что нашли сигнал космической тюрьмы, слишком уж он был похож.» Чу Сы заметил, что они так и не поняли, что это было «Око небес», поэтому солгал и глазом не моргнув: «Во избежание неприятностей интеллектуальная система воздушного судна была замаскирована.» Как только Шао Хэн ушёл, Чу Сы взял в руки пульт и обратился к Циэрдэ Фэну и Роджеру: «Господа, у вас остались ещё вопросы?» Оба взглянули друг на друга и покачали головами. Чу Сы кивнул и произнёс: «Отлично, тогда можете отправляться по своим делам.» Закончив говорить, он сжал в руке пульт дистанционного управления, и дверь в его кабинет медленно закрылась, оставив двух перепелов стоять снаружи. «Голова разболелась от их болтовни.«»Чу Сы сердито швырнул пульт на стол, повернулся и указал пальцем в сторону Саэ Яна: «Хорошенько следи за своим браслетом!» Саэ Ян прислонился к стеклянной водяной стене и изо всех сил старался не улыбаться: «Как человек с превосходным военным воспитанием, богатым практическим опытом, будучи насильно назначенным советником командира, как я мог подставить тебя перед таким количеством людей? Естественно, я поменял руку.» Саэ Ян повторил эту откровенную ложь, которую до этого произносил Чу Сы, и вопреки ожиданиям, даже нигде не запнулся, очевидно, что этот человек совсем потерял стыд. Чу Сы было лень обращать на него внимание, и он просто указал подбородком в сторону кабинета ассистента, находившегося за стеклянной водяной стеной: «Ты пока поживи там, и даже не пытайся что-либо разрушить. Неважно где, на этом корабле или снаружи.»   До тех пор, пока другие руководители не пришли в себя, Чу Сы был самым влиятельным человеком как на всём «Белом волке», так и в здании безопасности. Это место было равнозначно его штаб-квартире. Это его территория. Чтобы уничтожить его на его же территории, потребуется очень много одарённых бандитов. Мгновение спустя Чу Сы, стоя в спальне, вытаскивал одежду из вакуумных мешков и развешивал. Достав ещё одну рубашку, он сменил чёрную майку, которая была на нём. Он привык очень тщательно следить за своей одеждой, а из-за отсутствия возможности ранее ему приходилось носить что попало. Сейчас же, когда у него есть всё, он, естественно, вернулся к своим старым привычкам и не только сменил рубашку, но ещё захотел надеть галстук. Как раз в тот момент, когда он выбрал один и взял его в руки, внезапно снова раздался голос Саэ Яна: «Командир, у меня есть вопрос». Чу Сы обернулся: «Что ты здесь делаешь? У меня нет времени, не хочу отвечать». Саэ Ян очевидно не придал большого значения его словам и продолжил: «Ранее, когда ты проходил через верификационную рамку, я кое-что услышал. Командир, почему к твоей биологической ДНК примешана ещё и интеллектуально-механическая ДНК?» Чу Сы инстинктивно избегал этой темы, и его аргумент был чрезвычайно бестолковым: «Кто знает, возможно, произошла мутация». Он заметил, что, находясь лицом к лицу с Саэ Яном, ему было лень придумывать какую-то серьёзную ложь, поэтому просто болтал всё, что приходило в голову. «Как правило, чем больше ты стараешься что-то приуменьшить, тем серьёзней оказывается дело. Мне становится весьма любопытно». Скривив губы, Саэ Ян продолжил: «А если мне слишком любопытно и я не могу получить ответа, то начинаю разбираться сам».

Глава 60. Вынужденное признание

Чу Сы: «...» Он поднял руку, жестом показывая Саэ Яну, чтобы тот немного подождал. Намеренно Чу Сы не скрывал того факта, что его биологическая ДНК была смешана с интеллектуально-механической ДНК. В конце концов, он целыми днями непрестанно ходил туда-сюда через эти верификационные рамки, и сведения о его ДНК докладывались бесчисленное количество раз. Пытаться сохранить это в тайне было практически невозможно, поэтому он спокойно всё раскрыл. Люди, постоянно контактирующие с ним в здании безопасности, слышали это уже много раз и давно привыкли. Остальные подчинённые и государственные служащие более низкого ранга, даже если не слышали собственными ушами, то всё равно были прекрасно об этом осведомлены. Кто мог гарантировать, что все будут держать язык за зубами и не совать свой нос в чужие дела? Тело Чу Сы получило серьёзные ранения, некоторые необратимые травмы можно было излечить лишь при помощи интеллектуально-механических устройств, и в здании безопасности этот факт не являлся какой-то великой тайной. Однако насколько серьёзны его травмы и насколько глубоко внедрились интеллектуально-механические технологии, никто точно не знал. Что касается таймера обратного отсчёта времени, количество видевших его людей вообще можно пересчитать по пальцам. Помимо самого Чу Сы было всего 2 человека – старый доктор Шао и доктор, который ежегодно сопровождает Чу Сы на виллу в чёрном кедровом лесу. И даже этот врач был не просто посторонним, а самым выдающимся учеником и помощником доктора Шао, который ассистировал ему во время первой операции. Остальные, ежегодно сопровождавшие его, нутрициолог и охрана, ничего не об этом не знали, а лишь считали, что из-за обострения старых травм ему необходим ежегодный недельный отпуск. Проблема обратного отсчёта не имела совершенно никакого отношения к «старым травмам». Если бы в критический момент кто-нибудь воспользовался этой лазейкой, то исход был бы фатальным. Чу Сы никогда не был человеком, легко доверяющим другим. Чтобы завоевать его доверие требуется много времени и терпения, к тому же всё нужно делать максимально аккуратно, а это весьма тяжело и хлопотно. Показывать другим подобные вещи равносильно тому, что вручить свою жизнь в чужие руки. Учитывая характер Чу Сы, он мог бы совершить такой дебильный поступок лишь в том случае, если его мозг будет под воздействием яда. Однако сейчас он чувствовал, что его мозги готовы были поплыть без всякого яда. Когда Саэ Ян полушутя сказал, что собирается взять всё в свои руки, он, вопреки ожиданиям, на мгновение заколебался, говорить или нет. В вещах подобного рода не должно быть никакого «колебался»! «Я не хочу ждать.» Произнося «я», Саэ Ян уже схватил галстук, зажатый в пальцах Чу Сы, обернул вокруг своего запястья и с силой притянул его к себе. Этот человек никогда не играл по правилам. Притянутый им Чу Сы пошатнулся и, падая, инстинктивно выставил локоть, чтобы ударить его в грудь. Откровенно говоря, шансы на успех в ближнем бою с кем-то вроде Саэ Яна были крайне малы, а о преимуществах и говорить нечего. Когда одна из его рук была связана галстуком, Чу Сы мысленно просчитывал следующие шаги. Шансы на победу были ничтожны, и всё это было лишь напрасной тратой сил. Однако, будучи жёстким и упрямым, даже признав в глубине души отсутствие шансов на победу, ему всё равно надо было обменяться парой ударов. Даже если будет ничья, это уже можно будет считать победой, в любом случае терять ему нечего.   Поэтому, когда Саэ аккуратно заложил его руки за спину и связал их галстуком, а затем прижал его к стене, Чу Сы хоть и не удивился, но всё равно, не сумев совладать с собой, рассерженно вскрикнул: «Саэ Ян!» «Тссс...» Голос Саэ Яна раздался прямо у его затылка, казалось, он старался покрепче завязать галстук. Иди на хрен со своим «тссс»! Чу Сы закатил глаза и пошевелил запястьем, к его удивлению, узел слегка ослаб. На мгновение он опешил, и как раз в тот момент, когда он собирался освободить руки, Саэ Ян схватил один конец, дёрнул за него, и галстук мгновенно затянулся. Он нахмурился и слегка пошевелился, галстук снова немного ослаб. Саэ Ян его дёрнул, и он опять туго затянулся. Чу Сы: «...» Да пошёл ты. Если этот негодяй однажды отправится на настоящую охоту, то его добыча будет либо загнана до смерти, либо разозлена. «Не сопротивляешься?» Усмехнувшись спросил Саэ Ян, медленно затягивая узел на галстуке. «Пустая трата сил.» Спокойно ответил Чу Сы: «Насколько нужно быть глупым, чтобы рассчитывать одолеть такого противника как ты?» Саэ Ян подразнивающе ответил: «Ага, наш командир такой умный.» Чу Сы, нахмурив брови, произнёс: «... Ещё не наигрался? Ты скрутив и связав мне предплечья, надеешься таким образом, подвергнув меня пыткам, добиться признания? Почему бы не связать руки спереди?» «Связать спереди?» Усмехнулся Саэ Ян: «А затем ты воспользуешься возможностью, обхватишь меня за шею и с колена ударишь мне в нос? Думаешь меня так легко обмануть?» Какое-то время он сдерживался, но в конце концов всё-таки разозлился. «Ты когда-нибудь в этой жизни научишься идти на компромисс? Или, прежде чем прийти к конструктивному диалогу, тебе обязательно нужно одержать победу? Неужели так трудно просто сесть и поговорить? Я же не говорил, что не буду тебе ничего рассказывать? Да?» Саэ Ян ответил: «Я всё ещё очень отчётливо помню, как только что командир перед таким большим количеством людей лгал и не краснел.» Чу Сы сердито рассмеялся: «Думаешь, что если ты насильно вырвешь у меня признание, оно будет правдивым?» «Я, конечно же, и подумать об этом не мог, поэтому намеревался найти ответ самостоятельно.» Саян завязал узел, и одной рукой всё ещё продолжал сжимать руки Чу Сы, а другой уже залез под его рубашку. «Ты...» Спина и талия Чу Сы напряглись. «Я собирался сделать это ещё тогда.» Ответил Саэ Ян. «Когда ты командир, опираясь на край письменного стола, с безразличным выражением лица, не произнося ни слова правды, строго велел им заняться делами. Я хотел сделать это в тот момент.» Его пальцы были чрезвычайно красивыми, длинными и прямыми, положение каждого сустава было абсолютно правильным, благодаря чему они казались тонкими, но тем не менее не слишком выступающими. Однако подушечки его пальцев не были мягкими. Из-за того, что днями напролёт он развлекался с различным вооружением, кожа на его ладонях немного огрубела, что создавало ещё большее давление. Он неторопливо, миллиметр за миллиметром, поглаживал поясницу и живот Чу Сы, время от времени грубо надавливая на некоторые места.   «Они когда-нибудь видели небезразличного командира?» Голос Саэ Яна раздался прямо за его плечом, но, поскольку их тела соприкасались, казалось, что его голос, проходя через ухо, достигает самых костей. «А я видел». Чу Сы нахмурился, и его глаза за линзами очков прищурились, он даже моргал гораздо медленнее, чем обычно. Прижавшись лбом к стене, он закрыл глаза и сказал: «Ты, ёб твою мать... В конце концов, зачем меня зажал?» «Кто знает». Саэ Ян, опустив голову, кончиком носа прижался к его шее. Рукой, остановившейся на талии Чу Сы, он описал две окружности: «Ранее, в воздушном судне, ты смотрел вот сюда или же сюда?» Конечно же, он всё видел. Чу Сы прищурился, вспоминая предыдущую сцену в ванной. Несмотря на то, что он действовал максимально быстро, но Саэ Ян всё равно заметил. Поскольку он обратил на это внимание, то, конечно же, помнил и примерное месторасположение. Если бы он продолжил так нажимать, то с лёгкостью смог бы открыть искусственную кожу. Но этот сукин сын не стал так делать. Он поглаживал поясницу и живот Чу Сы до тех пор, пока тот не выгнул спину, и только после этого вернулся в исходную точку. «Или же всё-таки чуть ниже?» Пальцы Саэ Яна проскользнули вниз по его бёдрам, собираясь залезть к нему в штаны. Чу Сы задрожал и, нахмурившись, тут же ответил: «Не здесь, а там, где твои руки были только что». Саэ Ян не смог удержаться от смеха. Его рука по-прежнему находилась на бёдрах, и он не собирался так быстро её убирать. Губы миллиметр за миллиметром целовали шею Чу Сы, наконец он остановился у его плеча и укусил. «Циэрдэ Фэн и остальные вот-вот вернутся». Чу Сы подвигал плечом и закрыл глаза: «Если тебе весело от того, что нас застанут в таком виде, то могу гарантировать, что ты снова отправишься в тюрьму, господин Ян». Последние два слова были сказаны чрезвычайно холодно, если бы они не находились в такой позе, то они, вероятно, могли бы показаться бесчеловечными. «Командир, ты порядочно мне задолжал, и, к своему удивлению, я впервые обнаружил, что весьма мелочный человек, чрезвычайно мелочный». Произнося эти слова, он снова укусил Чу Сы за плечо, однако этот укус был весьма двусмысленным. Чу Сы спросил: «Ты что, собака?» И с этими словами он ещё и пнул Саэ Яна: «Развяжи галстук». Саэ Ян положил подбородок ему на надключичную ямку и томным, очень раздражающим голосом сказал: «Дорогой, если бы ты в попытках освободиться приложил немного больше силы, то обнаружил бы, что я завязал скользящий узел». Чу Сы: «...» «Командир, выражение твоего лица чрезвычайно безразличное, однако уши всё-таки слегка покраснели». Произнёс Саэ Ян, по-прежнему растягивая слова. Чу Сы приложил немного силы, и галстук действительно развязался. Не произнося ни слова, он обернулся и поднял руку, собираясь ударить этого негодяя по переносице, однако в тот момент, когда он замахнулся, Саэ Ян обхватил его ладони, прижал к стене, затем опустил голову и поцеловал. «Ты просто...» Тяжело дыша, Чу Сы поднял веки и безразлично посмотрел на Саэ Яна. «Больной? Сволочь? Негодяй?» Саэ Ян, слегка улыбнувшись, снова коснулся уголка его губ. «Ругай как хочешь, твоя брань действует на меня словно успокоительное». Чу Сы: «...» Пока Саэ Ян говорил, то снова склонил голову и приподнял подол его рубашки. «Ещё не закончил?»   «Я всего лишь изучаю.» Проговаривая эти слова, он протянул руку и надавил на талию Чу Сы: «Ощущение от прикосновения здесь немного отличаются от ощущений с другой стороны. Искусственная кожа? Когда я таким образом дотрагиваюсь до тебя, что ты чувствуешь, командир?» «...» Как, мать его, нужно реагировать? Они с каменными выражениями на лицах очень долго смотрели друг на друга, а затем, подняв брови, Саэ Ян произнёс: «Ладно, кажется, я понял. Искусственные нейроны? Насколько большая площадь? С этой стороны?» «Не только.» В конце концов заговорил Чу Сы, однако тон его был по-прежнему непринуждённым. «Рука тоже?» Слегка нахмурился Саэ Ян. Он очень редко хмурился, но всякий раз, когда это происходило, его аура становилась ещё более ощутимой, вплоть до того, что он казался даже привлекательней, чем в те моменты, когда улыбался. Чу Сы поднял брови и, опустив веки, свободной рукой очертил область повреждений: «Здесь, от лопаток до середины поясницы, и внешняя часть вот этой ноги.» Саэ Ян нахмурился ещё сильнее. «Почему я так невозмутимо об этом говорю? Потому что прошло очень много лет. Я уже давно привык, мои кости всего лишь стали крепче и более устойчивы к повреждениям. Если бы ты не стал меня расспрашивать, то я бы и забыл об этом.» Произнёс Чу Сы. Как только он закончил говорить, Саэ Ян, словно неожиданно что-то обнаружив, пальцем ткнул в кружок сбоку на его талии. Он потерял дар речи, когда услышал щелчок и слой искусственной кожи раскрылся, обнажая под собой индикатор обратного отсчёта. Чу Сы: «...» Он даже не успел закончить врать, как вдруг потерял лицо. «Что это? Обратный отсчёт?» В тот момент, как Саэ Ян всё понял, его лицо вмиг потемнело: «12 дней?» Чу Сы был в шоке. «12 дней? Как такое возможно? Ты просмотрел одну цифру?»

Глава 61. Похищение

Неоднозначная атмосфера, царившая в спальне, вмиг рассеялась. Возобновившийся энтузиазм утих, словно на них вылили ведро ледяной воды. . . Не дожидаясь ответа Саэ Яна, Чу Сы распахнул рубашку и посмотрел вниз. 1200:09:36 Ни одной цифры не было пропущено. Число действительно сократилось с изначальных 123 дней до 12, всё произошло даже стремительней, чем падение с огромной высоты. Чу Сы смотрел на обратный отсчёт и долгое время молчал. Со своего угла обзора Саэ Ян не мог видеть выражение его лица, было видно лишь поджатые уголки губ, что мало чем отличалось от его обычного равнодушного вида. Казалось, что никаких эмоциональных изменений не произошло. Спустя ещё несколько секунд Чу Сы выпрямился, похлопал Саэ Яна по плечу, тем самым давая понять, чтобы тот дал ему пройти, и сказал: «Вопреки ожиданиям ошибки не было, однако 12 дней — это тоже неплохо. Вполне достаточно, чтобы сделать немало дел и найти людей». Он выглядел чрезвычайно спокойным, словно обратный отсчёт никак его не тревожил и был всего лишь непрерывно уменьшающимся числом. «Как так вышло с этим обратным отсчётом? Почему умные механизмы всё ещё имеют эту функцию?» Саэ Ян отодвинулся, но всё же протянул руку, чтобы схватить его. «Никогда не видел, чтобы в результате лечения с помощью технологий человек превратился в бомбу замедленного действия». Чу Сы, почувствовав, что его схватили за запястье, остановился и сердито взглянул на свою руку: «Поскольку я спешу, мог бы ты мне позволить заниматься делами и разговаривать одновременно? Так будет тратиться меньше времени. К тому же ты мыслишь слишком серьёзно, всё-таки до человеческой бомбы мне ещё далеко». Саэ Ян не сразу отпустил его. Несмотря на то, что уголки его губ были приподняты, в глазах не было ни намёка на улыбку. «Хотя мне безумно нравится твой неумолимый вид, но даже не надейся, что сможешь меня одурачить. Я не та кучка кретинов из тренировочного лагеря, не чиновники и не капитан охраны, которых ты можешь подавить своей властью». Чу Сы глядя на него спросил: «И?» «Твоё сердцебиение ускорилось, этот обратный отсчёт устроил тебе эмоциональную встряску, и всё твоё спокойствие лишь показуха». Саэ Ян попал в яблочко, не оставив ему ни единого шанса сохранить лицо. Чу Сы: «. .». На самом деле это был его условный рефлекс. Чтобы избежать ненужных предположений и паники, он привык всё преуменьшать. Поэтому, увидев обратный отсчёт, его подсознательной реакцией было преуменьшить серьёзность ситуации, и не важно, о чём шла речь. Эта отвратительная привычка к показной браваде была с ним на протяжении всей его жизни. Она укоренилась в нём настолько, что едва ли не приросла к костям и сухожилиям. Цзян Ци даже ни на йоту не удалось изменить его, а о кардинальной перемене в мировоззрении за такое короткое время и говорить нечего. Однако такой человек, как Саэ Ян, вероятно, был рождён, чтобы излечить его. Какую бы маску он ни надел, и какую бы ложь ни произнёс, всё это не имело никакого значения, он был словно император, надевший новую одежду. *Идём читать сказку Андерсена «Новое платье короля». Саэ Ян не только лишал его этой обновки, но и всегда находил обоснование приведённым аргументам. Чу Сы даже не мог опровергнуть его слова, поэтому ему оставалось лишь молча и беспомощно смотреть. Стоит отметить, что в общении с такими людьми, как Чу Сы, этот откровенный и жёсткий подход действовал гораздо эффективней, чем мягкий и тактичный. Маска сорвана, есть ли необходимость снова её натягивать? Конечно нет.   Чу Сы долгое время пристально смотрел на него и в конце концов, пожав плечами, ответил: «По словам старого доктора Шао, изначально планировалось вырастить новую конечность, но, поскольку жизнедеятельность была нестабильна, а отторжение моего организма особенно серьёзным, было принято решение перейти на интеллектуально-механическую терапию и передать меня в руки доктора Шао. Однако у моего тела по-прежнему наблюдается серьёзная реакция отторжения интеллектуальных механизмов, что встречается довольно-таки редко. К счастью, умные механизмы подходят для постоянной отладки, и таким образом можно добиться лучшего эффекта. Единственная загвоздка лишь в том, что это нельзя сделать раз и навсегда. Этот обратный отсчёт служит напоминанием, что пришло время отладки, поэтому каждые полгода я на несколько дней возвращаюсь на свою частную виллу для реабилитации, вот и всё». «Ты не упомянул о последствиях завершения обратного отсчёта». Когда Саэ Ян упрямился, он, пожалуй, мог бы составить конкуренцию даже Чу Сы. Чу Сы на мгновение задумался о том, как лучше сформулировать ответ. «Когда обратный отсчёт завершится, в механизме может произойти неконтролируемое нарушение, таким образом механизм на какое-то время может произвольно перестать работать». Такая формулировка запросто могла заставить подумать, что половиной тела просто будет неудобно двигать. Однако по сравнению с прочими последствиями это неудобство кажется довольно безобидным. Но, к превеликому сожалению, Саэ Ян в очередной раз сорвал с него маску, спросив прямо в лоб: «Интеллектуальные механизмы затрагивают область сердца?» Чу Сы, пошевелив губами, в конце концов выдавил из себя «мгм». Если бы из строя вышли лишь конечности с одной стороны, то было бы более-менее сносно, но вот если бы из строя вышло сердце... Результат понятен и без слов. Нельзя это описать простой фразой вроде «механизм в анабиозе», чтобы такое объяснить, вероятно, придётся переделать фразу в «уснул вечным сном». После такого ответа с лица Саэ Яна вообще исчезли какие-либо эмоции. Такое выражение его лица запросто могло пробудить в других страх и напряжение. Чу Сы, тем не менее, почувствовал, словно что-то легонько скребёт по его сердцу, поэтому, не задумываясь, ляпнул: «Пустяки, успею». Закончив говорить, он без иронии усмехнулся и слегка пошутил: «Очевидно, что обратный отсчёт идёт у меня, так каким образом получилось так, что успокаивать приходится тебя?» В обычное время Саэ Ян, рассмеявшись, преградил бы ему путь и, вероятно, сказал бы что-то вроде: «Командир, в глубине души ты прекрасно знаешь причину», во всяком случае, это они проходили бесчисленное количество раз. Однако сейчас Саэ Ян, не проронив ни слова, всё время пристально смотрел на него. Поскольку выражение его лица было слишком серьёзным, а глаза слишком ясными, создавалось ощущение, что от него не скрыться. Такой взгляд заставлял испытывать дискомфорт. Чу Сы взглянул на него и наконец высвободил руку. Бросив скомканный галстук обратно на кровать, он достал из шкафа ещё один и, пока завязывал, произнёс: «Только что, пока мы ели, я отправил Тану и ребятам сообщение, велев им синхронизировать звёздную карту драконьих колонн, которую получилось добыть ранее в форте Барни. Изначально я намеревался лишь отметить расположение каждого фрагмента для того, чтобы «Белому волку» не пришлось рассылать поисковые и созывные сигналы по всему космосу. Сейчас же я хочу помочь ещё и себе. С этой картой найти военный госпиталь «Белый орёл», в котором имеется необходимое оборудование и люди, способные помочь с отладкой оборудования, не составит труда». Закончив говорить, он затянул галстук и расправил его. Чу Сы полагал, что объяснил всё предельно ясно и больше не собирался открывать рот. Но кто ж знал, что Саэ Ян задаст совершенно неожиданный вопрос: «Какое отношение упомянутый тобой доктор Шао имеет к тому красавчику, собиравшему ДНК?» «...Красавчику?» Чу Сы опешил. «Ты имеешь в виду Шао Хэна? Очевидно же, что старый доктор Шао — его отец». Саэ Ян лишь хмыкнул в ответ. Чу Сы вглядывался в выражение его лица и, как только собирался что-то сказать, раздался стук в дверь. «Ты...» Он мгновение колебался, а затем моргнул: «Забудь, позже поговорим». С этими словами он стремительно покинул комнату. Новоприбывшими были 2 заместителя руководителя первого офиса, их, очевидно, прислал Циэрдэ Фэн.   «Командир, пункт управления только что получил звёздную карту драконьих колонн. Просим Вас пройти разработать стратегию и распределить военные силы для проведения спасательной операции. Кроме того, у командующего Циэрдэ Фэна всё ещё есть кое-какие фактические полномочия, которые необходимо передать Вам.» Старик Фэн, который целыми днями только и делал, что наступал на больную мозоль, совершал бесчисленное количество нежелательных поступков и доставлял Чу Сы немало неприятностей, ныне был повышен с должности офицера по пропаганде до командующего. Тем не менее, он продолжает неустанно следовать принципам и не покладая рук создаёт неприятности другим... Будучи близкими доверенными руководителя первого офиса, сейчас им предстоит спокойно стоять и смотреть, как Чу Сы забирает всю власть Альянса в свои руки. Вероятно, они испытывают весьма смешанные чувства. Чу Сы окинул их взором и кивнул: «Ладно.» Он обернулся и чуть машинально не позвал Саэ Яна по имени, но вовремя одумался и закрыл рот. Потерев рукой кончик носа, он прочистил горло, прежде чем сказать: «Господин Ян.» Пока они перекидывались парой фраз, Саэ Ян уже покинул комнату и сидел в гостиной. Откинувшись на спинку дивана, он со скрещенными на груди руками о чём-то размышлял. Как только Чу Сы открыл рот, он тут же поднял веки, и на первый взгляд выражение его лица было таким же, как и всегда. Вздёрнув подбородок, он произнёс: «Остальные вопросы мы обсудим после твоего возвращения, командир.» «???» Чу Сы подумал, с каких это пор Саэ Ян стал таким сговорчивым? Словно взгляд, готовый прожечь дыру в другом человеке, был вовсе не его. Однако сейчас было не самое подходящее время изучать привычки Саэ Яна, которые сменялись быстрее, чем перелистывались страницы книги. Он слегка кивнул и в сопровождении двух заместителей руководителя первого офиса вышел за дверь и направился к командному центру. Циэрдэ Фэн, облокотившись на огромный экран с картой звёздного неба, по гарнитуре разговаривал с временным командиром «Белого волка», ответственным за навигацию и наблюдение. Увидев в дверях Чу Сы, он подошёл поприветствовать его. Командный центр «Белого волка» находился прямо в сердце офисной зоны, неподалёку от офиса Чу Сы. Построен командный центр был в форме гнезда, на стенах висели: карта звёздного неба, аэронавигационная карта, графики данных со всего корабля, а также экраны мониторинга в режиме реального времени. В каждой области должно было располагаться 20 сотрудников охраны, однако на данный момент здесь было только 10, а временный капитан корабля изначально являлся лишь высококвалифицированным пилотом. Между этими огромными экранами стоял длинный овальный стол для переговоров.   «Присаживайтесь, командир.» Циэрдэ Фэн предложил Чу Сы присесть и продолжил: «Мы только что провели предварительную разбивку звёздной карты, которую Вы велели синхронизировать, на зоны и ждали, когда придёте взглянуть. Такое разделение позволит в кратчайшие сроки захватить все фрагменты планеты, находящиеся под защитой драконьих колонн.» «Сколько времени приблизительно потребуется?» Спросил Чу Сы, глядя на пересекающиеся на экране линии. «Неделя.» Ответил Циэрдэ Фэн. «Неделя...» Повторил Чу Сы, но про себя тем не менее прищёлкнул языком. Откровенно говоря, имелась ещё одна проблема, которую Чу Сы так и не обсудил с Саэ Яном. Хотя до конца обратного отсчёта и осталось 12 дней, но в последние 5 дней, в рамках системной самозащиты, все механические части тела заблаговременно войдут в спящий режим, чтобы уменьшить нарушения основной системы. Временные рамки, высказанные Циэрдэ Фэном, весьма неудобны, так как затрагивают последний день перед анабиозом. Если фрагмент планеты, на котором расположен военный госпиталь «Белый орёл», удастся найти в первые дни, это будет огромной удачей. Если же не повезёт и он найдётся в последние пару дней, то это доставит лишних хлопот. Кроме того, сроки были лишь примерными. К тому же, во время сбора фрагментов планеты может случиться какой-нибудь форс-мажор, например у него снова начнутся судороги или он решит сигануть со здания. А ещё возможно, он впадёт в анабиоз даже раньше, чем за 5 дней до окончания обратного отсчёта... Некоторые вещи ему, вероятно, придётся спланировать заранее. Пока он размышлял, Циэрдэ Фэн снова заговорил: «Кроме того, у меня есть некоторые полномочия, которые необходимо передать Вам, командир. Например, право на разблокировку замка чёрного металлического браслета, что носят заключённые космической тюрьмы.» Права разблокировки замка чёрного металлического браслета поделены на 4 части. Чу Сы, как командир пятого офиса, единолично имеет полномочия А-класса, что составляет 50%. Пара заместителей, находившихся под его началом, имели полномочия В-класса, составляющие в общей сложности 30%, а остальные 20% приходились на полномочия С-класса, которые контролировались совместно всеми руководителями Альянса по обеспечению безопасности. В настоящее время исполнительным командиром является Циэрдэ Фэн, поэтому полномочия В и С классов перешли в его руки и стали эквивалентны доле полномочий Чу Сы. Весьма выдающийся и не слишком совестливый командир Чу вполне был способен сказать «передавай мне все полномочия». В конце концов, в нынешних обстоятельствах сосредоточение власти в одних руках не так уж и плохо, а в некоторой степени это, наоборот, может повысить эффективность. Однако сейчас он беспокоился о том, что может впасть в анабиоз, поэтому, приведя в порядок выражение лица, решил отказаться. Он велел Циэрдэ Фэну оставить у себя одну из частей полномочий В-класса, а другую передать двум заместителям руководителя офиса № 1. Что же касается полномочий С-класса, совместно контролируемых всеми руководителями Альянса по обеспечению безопасности... Он хотел бесцеремонно их захватить. Как раз в тот момент, когда он закончил распределять полномочия и собирался найти Шао Хэна, чтобы снова обсудить с ним план защиты фрагментов планеты, в пункте управления с экрана № 3 прозвучал пронзительный вой сирены. «Что происходит?!» Несколько офицеров шокированные подошли к экрану. Побледневший от страха служащий, проводивший мониторинг и контроль, ответил: «Командир Шао Хэн был похищен!» Все: «... Что это за шутки?» Человек, следивший за всем этим, принялся сбивчиво объяснять: «Только что на экране были спровоцированы помехи, и сигнал проходил с задержкой. Устранив помехи, я заметил, что шлюз № 7 был принудительно открыт, а высокий мужчина в чёрной безрукавке выпрыгнул вместе с Шао Хэном... Выпрыгнул наружу...» Чу Сы: «...»

Глава 62. Мудрый правитель

Циэрдэ Фэн нахмурился: «Что за чушь?! Прокрути запись ещё раз. Шао Хэн является командиром отряда сил безопасности. Командует он отрядом или сражается в одиночку, не имеет никакого значения. Сколько человек на борту «Белого волка» осмелится без лишних слов похитить его? Вот умора!» Сотрудник, занимающийся мониторингом и контролем, не осмеливался говорить, а лишь торопливо воспроизвёл запись. На изображении кто-то окликнул Шао Хэна на пару слов, а несколько бойцов отряда безопасности у шлюза № 7 покинули свои позиции. Затем монитор на мгновение замигал, вероятно, из-за помех, и изображение, показываемое в пункте управления, было заменено. Тем не менее, когда изображение сменилось на подлинное, было видно, что Шао Хэна действительно удерживал высокий мужчина в чёрной безрукавке, и как только аварийный шлюз начал открываться, он вмиг выпрыгнул. Что касается того, кем был тот высокий мужчина... Всё вполне очевидно. В командном центре стояла гробовая тишина. Даже Чу Сы не мог придумать, что следует соврать, чтобы смягчить вину некоего похитителя по фамилии Ян. Некоторое время спустя, Циэрдэ Фэн и пара других заместителей, только что получивших полномочия В-класса, синхронно обернулись к Чу Сы: «Командир, нам показалось?» Ах, если бы... С тяжестью на сердце подумал Чу Сы. Мысленно он уже связал и избил Саэ Яна, публично опозорившего его, однако на лице у него не промелькнуло и тени этих мыслей. Он нахмурился и уставился в видео на экране, наблюдая за открытием и закрытием шлюза № 7. Похлопав сотрудника мониторинга и контроля по плечу, он сказал: «Включи ещё раз.» Пока сотрудник приводил в порядок видео, он повернулся и взглянул на Циэрдэ Фэна и двух заместителей: «Не показалось, я велел ему найти Шао Хэна, но кто бы мог подумать, что он решит так пошутить.» Остальные: «...» Если бы Чу Сы не являлся их непосредственным начальником, они, вероятно, уже стали бы его бранить. Чем чаще такое случалось, тем более невозмутимым и спокойным он оставался. Чу Сы указал на воспроизводимое видео и сказал: «Посмотрите на выражения лиц этих двух людей, разве это похоже на похищение? Эта ситуация произошла из-за меня. Да, подход господина Яна, конечно же, вызывает некоторые вопросы, и не имеет значения, что я скажу о цели такого поведения. Боюсь, вы будете слишком много думать, поэтому растолкую в двух словах, и мы закроем эту тему.» Циэрдэ Фэн, пара заместителей и даже человек ответственный за мониторинг и контроль едва ли не приклеились к экрану, но откровенно говоря... Как, чёрт возьми, с такого угла обзора вообще можно увидеть хоть какую-то мимику??? Выражения их лиц по-прежнему были странными, они хотели что-нибудь сказать, но не осмеливались... Чу Сы поразмышлял и, указав на большой экран, добавил: «Чего смотрите? Именно по этой причине я и велел синхронизировать карту звёздного неба с отмеченными на ней драконьими колоннами.»  Во всяком случае, когда врёшь, следует ляпнуть пару слов о своём предыдущем поступке и, кое-как притянув за уши, связать с текущей ситуацией, чтобы ложь не выглядела настолько бестолковой. Парочкой таких расплывчатых предложений легко убедить некоторых поддающихся влиянию людей. Конечно, бывают и такие увальни, как Циэрдэ Фэн. Циэрдэ Фэн: «Что за причина?» Чу Сы: «...» Да чёрт её знает, что, мать твою, за причина! Но командир Чу, будучи извечным лжецом, имеет крайне богатый опыт приспосабливаться к изменившейся обстановке. Даже когда он терял дар речи, то всё равно контролировал выражение лица, оставаясь в состоянии своего рода лёгкого нетерпения, всем своим видом показывая: «Я уже всё объяснил, почему же до тебя никак не дойдёт?» А когда он выглядел настолько смело и уверенно, то его оппонент неосознанно начинал задумываться: «Может, я действительно ошибся?» В это время Чу Сы снова раскрыл рот и спросил: «Как вы полагаете, откуда взялась эта карта с драконьими колоннами?» На мгновение Циэрдэ Фэн растерялся, впрочем, в этот раз Чу Сы не было нужды снова вдаваться в разъяснения: «Господин Ян попросил кого-то раздобыть эту карту звёздного неба?» Чу Сы подумал, что старик, постоянно доставляющий неприятности другим, наконец-то встал на правильный путь, и, усмехнувшись, сказал: «Он сделал это сам. Тогда со мной была группа людей из тренировочного лагеря, каждый из них очень одарённый, но всё-таки никто, кроме него, не смог этого сделать. Эта карта звёздного неба способна помочь колоссально сократить время, требуемое на спасение планеты, и ты уже должен был всё просчитать. Неужели такому способному и сердечному человеку, вступившему на корабль «Белый волк», нечем больше заняться, кроме как похищать Шао Хэна?» К счастью, Саэ Ян всегда делал что-то настолько выдающееся и выходящее за пределы воображения обычных людей, что, интерпретируя ситуацию исходя из размышлений среднестатистического обывателя, можно было, наоборот, снять с него подозрение. Все услышавшие приняли это за истину. Этот человек вошёл в центральную служебную зону «Белого волка» и жил в одной комнате с самым высокопоставленным командиром здания безопасности. Так зачем же ему было похищать Шао Хэна? И действительно, воспользовавшись своим положением, было бы проще похитить Чу Сы. Конечно, такого рода психологическую деятельность невозможно описать словами. Чу Сы окинул взором всех собравшихся и, увидев выражение их лиц, добавил: «Я велел господину Яну и Шао Хэну заняться другим делом.» Всё-таки прежде два заместителя командира сидели в разных с Чу Сы кабинетах и не любили искать себе смерти в такой же степени, как Циэрдэ Фэн. Услышав слова Чу Сы, они осознали, что какой бы ни была реальная ситуация, у этого господина Яна не было с Чу Сы никаких проблем, и другим иметь с ним какие-то конфликты непозволительно. Они смиренно кивнули и только собирались открыть рот, чтобы сказать пару слов в поддержку, как вдруг этот валенок Циэрдэ Фэн снова подал голос. Старикан, поразмыслив, сказал: «Раз так, давайте подключимся к каналу связи капитана Шао Хэна.» Произнося эти слова, он обернулся и посмотрел на двух заместителей командира: «Таким образом оба заместителя смогут быть спокойны.» Пара заместителей: «...» Какое из твоих ушей вдруг услышало, что мы беспокоимся?! У Чу Сы разболелась голова, к тому же он вспомнил, как на 150-летнюю годовщину создания космической тюрьмы Циэрдэ Фэн, этот старый валенок, непрерывно проигрывал на огромном экране запись с его докладом, сделанным на конференции, что породило в заключённых достаточно злобы. Если бы было дозволено, то он выгнал бы эту старую рухлядь вон, но в нынешней обстановке он не мог его прогнать. Находясь в моём подчинении, стремиться к спокойной старости такому бездарю воистину непросто. В любом другом месте его давно бы заставили сложить полномочия. Я действительно мудрый правитель. Подумал Чу Сы.   Получив приказ, сотрудник, ответственный за передачу информации, попытался установить связь с каналом Шао Хэна. В таких условиях все каналы связи были общедоступными, а во избежание захвата и вторжения их безопасность и конфиденциальность в разы превосходила частные. Ожидая соединения, Чу Сы уже сделал невозмутимое выражение лица и напрягся, готовый разобраться с любой ситуацией, возникшей по ту сторону. Кто же знал, что как только произойдёт подключение, на экране действительно отобразится лицо Шао Хэна. Циэрдэ Фэн сказал: «Капитан Шао, только что центр управления получил предупредительный сигнал тревоги о внезапном открытии шлюза №7. Куда ты планируешь отправиться?» Шао Хэн наигранно улыбнулся: «В путешествие». Все: «...» Про себя же Чу Сы подумал: как эту ложь можно было сделать ещё более нереальной? Было неизвестно, получал ли насильно уведённый капитан Шао Хэн угрозы от Саэ Яна, или они достигли своего рода компромисса. Закончив врать, он снова произнёс: «Шучу. Мы с господином Яном отправились по делам, скоро вернёмся». Услышав его слова, остальные тут же обуздали свои мысли и направили их в нужное русло. Ведь человек, который, казалось, был похищен, всё ещё мог нормально общаться и безрассудно шутить. К тому же он, по всей видимости, способен двигаться и, соответственно, не был связан, так что проблем быть не должно. Чу Сы слегка ему кивнул и произнёс: «Вы хорошо поработали». После этого разговора все сомнения рассеялись. Кроме того, издревле заведено, что, принимая блага от другого, становится неудобно его критиковать, а центр управления пользуется картой звёздного неба Саэ Яна. Прежде чем связь прервалась, Чу Сы добавил: «Увидимся позже в кабинете». ****** * Среди бескрайнего моря звёзд, объятое холодным светом, бесшумно летело воздушное судно серебристого цвета. Этот летательный аппарат спасательного назначения, в сравнении с аппаратом военного назначения, кажется больше и имеет круглую кабину. В кабине размещённое на капитанском мостике устройство связи завибрировало, а паривший над ним голографический экран внезапно погас и закрылся. Молодой командир отряда сил безопасности сидел в кресле, его взгляд всё ещё был устремлён на то место, где только что был голографический экран, и он по-прежнему не мог прийти в себя: «Почему в последней фразе командира я услышал едва уловимый скрежет зубами? Так, в конце концов, он велел тебе меня найти или нет?» Задав вопрос, он некоторое время подождал, но так и не услышал ответа. Шао Хэн выругался себе под нос и, контролируя курс полёта, произнёс: «Ты похитил меня и, кроме того, велел помогать пилотировать летательный аппарат, а сам лениво прислонился к иллюминатору и даже не считаешь нужным отвечать на мои вопросы. При всём уважении, господин Ян, ты такой ублюдок, каких ещё поискать». Саэ Ян, согнув ногу, сидел на подоконнике бортового иллюминатора. Изначально ему было лень отвечать, но в итоге, возможно, что-то вспомнив, он неожиданно, всё так же лениво, произнёс: «Благодарю за комплимент». Шао Хэн: «...» Почему ответ этого безумца так похож на ответ командира Чу? Он обернулся и, беспокойно размышляя, снова посмотрел на Саэ Яна: «Этот позорящий отчизну мерзавец пиздец как раздражает   Некоторое время спустя Шао Хэн заговорил: «Ладно, мы уже совершили два прыжка. Что дальше? Я очень сомневаюсь, что среди такого количества обломков, полагаясь лишь на карту звёздного неба и межпространственные скачки, ты, в конце концов, сможешь найти военный госпиталь «Белый орёл». Будем исследовать кусок за куском? Откровенно говоря, вели я выпустить все силы безопасности, снабдив каждого человека воздушным судном и развернув масштабную операцию, мы бы управились гораздо быстрее.» Когда похищенный Саэ Яном он выпрыгнул из «Белого волка», то почувствовал, что этот человек реально сумасшедший. Решив совершить суицид, он ещё потащил с собой Шао Хэна, с которым у него не было ни вражды, ни ненависти! Позже, обнаружив, что противник прихватил с собой сжатое воздушное судно, он ещё отчётливее почувствовал, что господин Ян чокнутый. У тебя, мать твою, есть воздушное судно! Не стоило ли пустить его в ход прежде, чем выпрыгивать с корабля?! Промедли ещё несколько секунд, и мы, блять, превратились бы в космический мусор, понимаешь?! Сев в воздушное судно, первое, что он хотел сделать, — жестоко избить этого господина Яна, однако, выслушав его, Шао Хэн передумал. Этот господин Ян сказал, что его целью является найти военный госпиталь «Белый орёл» и притащить Шао Дуня на борт «Белого волка». Чем скорее это произойдёт, тем лучше. Если они хорошо сработаются, то у всех всё будет хорошо, если нет, то его просто вышвырнут из воздушного судна. Тогда Шао Хэн пожал руку похитителю Яну и вступил с ним в сговор: «Конечно будем сотрудничать! От чего ж мне не сотрудничать, если мы в поисках моего отца?! Но... Почему тебе непременно нужно было меня похитить? Я имею в виду, какая тебе выгода от моего похищения?» Саэ Ян, даже не удосужившись взглянуть на него, ляпнул первое, что пришло в голову: «Без тебя как бы я узнал, как он выглядит?» Шао Хэн промолчал: «...» О предки! Ты, мать твою, развлекаешься тем, что средь бела дня похищаешь людей из штаб-квартиры здания безопасности, рискуя тем самым оказаться в розыске лишь для того, чтобы я помог тебе узнать человека в лицо? От чего ты так стараешься держаться в тени?.»

Глава 63. Похититель

Хотя Шао Хэн был похищен, нет... Его попросили пойти. Тем не менее это никак не должно было повлиять на отправку сил безопасности. Ранее силы безопасности входили в состав военного министерства. После окончания строительства здания безопасности военное министерство выделило 200 тысяч элитных солдат. Благодаря дальнейшему независимому развитию количество солдат медленно, но верно увеличивалось, разросшись в несколько раз. Они стали военной силой, принадлежащей исключительно зданию безопасности. В обычное время силы безопасности делятся на 2 подразделения. Одно предназначено для поддержания межпланетарных дипломатических отношений, другое — для поддержания баланса между военными и правительством. 6 командиров соответственно отвечают за различные отряды, такие как отряд спасения и поддержки. Главнокомандующим всеми силами безопасности является Альянс, состоящий из нескольких командиров. Будучи одним из членов Альянса, да и к тому же единственным проснувшимся, Чу Сы единолично владел полномочиями в здании безопасности, а также наивысшими полномочиями в командовании войсками. Вот только нынешнее количество людей в миротворческих войсках было ограниченно. Нельзя было отправить их всех, оставив при этом штаб-квартиру пустой, но также нельзя было оставить большую часть, отправив при этом несколько небольших отрядов. Находясь в ситуации подобного рода, пришлось на время отставить смутные подозрения, которые Чу Сы изначально ощущал по отношению к военным. Он велел Циэрдэ Фэну провести совместное совещание с военными и представителями правительства с целью объединить силы и организовать спасательную операцию. «В таком случае, командир, конференция состоится здесь? Пожалуйста, присаживайтесь». Циэрдэ Фэн обернулся и уже собирался что-то сказать связному, как вдруг Чу Сы поднял руку и пальцем указал на место во главе: «Ты сядешь там». «А?» Остолбенев, Циэрдэ Фэн ничего не понимающе ответил: «Но это место главы, как я могу там сидеть?» Чу Сы небрежно ляпнул: «Ты красивый, садись». «...» Циэрдэ Фэн: «Командир, при всём уважении, Ваши слова звучат как насмешка». Чу Сы прищёлкнул языком и произнёс: «У меня есть свои причины на то, чтобы предоставить тебе место во главе. Когда начнётся собрание, проводи его так, как ты проводил предыдущие. Ранее ты являлся уполномоченным лицом от здания безопасности, и сейчас ничего не изменилось. Давай сделаем вид, что я всё ещё не пришёл в себя, и всё по-старому. Понимаешь?» Циэрдэ Фэн, конечно же, понимал смысл его слов, но никак не мог понять, почему у Чу Сы возникли такие мысли. Этот валенок хотел полюбопытствовать, но едва раскрыл рот, как оба заместителя начальника наступили ему на обе ноги одновременно. Циэрдэ Фэн: «...» Чу Сы одобрительно посмотрел на них и обратился к Циэрдэ Фэну: «Начнём собрание.» Закончив говорить, он прямиком направился в зону с мониторами, нашёл свободное место и сел. Служащий, ответственный за мониторинг и контроль, сидевший рядом, вмиг выпрямился и стал живо напоминать гробовую доску. Между зоной с мониторами и столом для совещаний был шумоизоляционный прозрачный экран.  Чу Сы надел гарнитуру и, оперевшись о подлокотник сидения, слушал собрание. Он говорил чрезвычайно мало и всё время слушал, как Циэрдэ Фэн продолжает нести в массы свою «тупость». Когда представители военного министерства и правительства уже едва могли дышать от злости, он так сильно радовался, что в своём злорадстве даже приподнял уголки рта. В настоящее время за военное министерство отвечают 2 генерал-лейтенанта. Одного зовут Бенсон Джойс, а другого Хэ Сювэнь. Они почти одного возраста с Циэрдэ Фэном, однако выглядят весьма величественно и совершенно иначе, чем он. Вероятно, это потому, что Циэрдэ Фэн всегда отвечал за пропаганду, и ему нужно было быть... Оживлённым. Этих генерал-лейтенантов Чу Сы встречал, когда был маленьким. В тот раз из-за того, что Цзян Ци собирался на протяжении 4 месяцев оставаться в закрытой зоне и проверять результаты исследований, он не на шутку беспокоился, что Чу Сы останется один дома на такое длительное время, поэтому подал заявление и взял его с собой.  Днём он пребывал во временном месте жительства Цзян Ци, и там его обеспечивали трёхразовым питанием. Когда у Цзян Ци было время, он приходил, чтобы поесть. Однако, возвращаясь вечером домой, всегда брал Чу Сы на прогулку. Для Чу Сы, который в то время был несколько замкнутым, не было никакой разницы между жизнью в городе и жизнью в закрытой зоне. Ему даже нравилась тихая и безмятежная атмосфера этой местности. Во время прогулки им случайно встретились эти 2 генерал-лейтенанта, они стояли у озера на западной стороне зоны, держали в руках сигареты и что-то обсуждали. В начале всё выглядело весьма гармонично, но после нескольких слов они начали ссориться, и чем дальше развивалась ссора, тем ожесточённее она становилась. Если бы они продолжили в том же духе, то, вероятно, свалились бы в озеро. О чём конкретно была ссора, Чу Сы вспомнить не мог. В любом случае, во власти таких сильных эмоций 8 из 10 слов были ругательствами, которые не несли в себе никакого смысла. В то время Цзян Ци похлопал его по макушке и, сказав: «Сынок, подожди минутку.» Засучил рукава и направился к ним. Чу Сы сначала подумал, что Цзян Ци собирается ввязаться в драку, и, внезапно воодушевившись, он, не произнося ни звука, уставился в том направлении своими широко раскрытыми чёрными глазами. В результате Цзян Ци бесцеремонно остановился в паре шагов от этих людей и открыл рот, чтобы их остановить. Он сказал что-то, чтобы их примерить, однако после каждого его слова эти генерал-лейтенанты ругались пуще прежнего, так, что даже брызги их слюны попадали им на лица. К тому же всякий раз, когда они уже были готовы прекратить свою перебранку, Цзян Ци открывал рот, и одно слово вновь разжигало пламя войны, и 2 человека продолжали ругаться. Какое уж там примирение, он просто пришёл посмотреть на петушиные бои.  Чу Сы наблюдал за всем происходящим около пяти минут и, не выдержав, подошёл к Цзян Ци, чтобы оттащить его оттуда. Он чувствовал, что, если спор продолжится в том же духе, в конце концов, Цзян Ци может оказаться тем, кто будет избит. Наконец-то 2 генерал-лейтенанта выдохлись и, прислонившись к дереву, пристально посмотрели друг на друга в попытках отдышаться. Едва сдерживая улыбку, Цзян Ци произнёс: «Достаточно, не устали ещё ругаться?» 2 генерал-лейтенанта одарили друг друга ледяным взглядом и закатили глаза. Повернувшись в сторону Цзян Ци, они кивнули и спросили: «Взял сына на прогулку?» «Да. Вы, ребята, так сильно ругались, что мой сын едва не заплакал от страха, и я никак не мог его успокоить». Пошутил Цзян Ци. Чу Сы с каменным лицом поднял взгляд вверх и посмотрел на него, чувствуя себя весьма оскорблённым. И только тогда генерал-лейтенанты, можно сказать, прекратили свою перепалку. На их лицах всё ещё оставался отпечаток гнева, а они как можно добрее попытались улыбнуться Чу Сы. Конечный результат, однако, получится чрезвычайно пугающим. Вспыльчивый нрав этих двух мужчин поначалу произвёл на него глубокое впечатление. Позже, когда он вошёл в здание безопасности, то услышал, что отношения между двумя генерал-лейтенантами Бенсоном Джойсом и Хэ Сювэнем были крайне напряжёнными. Они без ссоры не могли перекинуться друг с другом и парой фраз. Поговаривали, что они просто не могли обуздать свой дурной нрав, примириться с разными политическими взглядами и разными способами мышления. Они не имели вообще ничего общего и с трудом могли уживаться друг с другом. Раньше Чу Сы действительно ощущал в этом некую странность. В конце концов, даже они с Саэ Яном, хоть и с трудом, но могли найти хоть какие-то точки соприкосновения, и довольно редко случалось так, что они вообще никак не могли поладить друг с другом. В обычное время между ними всегда были другие люди, которые выступали в качестве миротворцев, но в нынешнем положении они единственные из военного министерства, кто пришёл в себя. Можно себе представить, насколько нынче тяжёлая атмосфера в военном министерстве. Только за эту короткую встречу они успели разругаться трижды. К счастью, в отсутствии миротворца они старались немного себя сдерживать, и, несмотря на напряжённую атмосферу, собрание всё-таки продолжалось. Главные от лица правительства и здания безопасности просто сделали вид, что всё в порядке. Когда речь зашла о подсчёте людей, Чу Сы наконец-то открыл рот и велел Циэрдэ Фэну содрать с них три шкуры. Из большей части бодрствующих генералов военного министерства, а также правительственных полицейских совместно с силами безопасности собрать спасательную команду в размере 5000 человек и передать право командования зданию безопасности, имеющему при себе звёздную карту драконьих колонн. Таким образом, Чу Сы предложил разделить эту команду на 100 групп по 50 человек, а карту, предварительно разбитую Циэрдэ Фэном и остальными на зоны, где будут проводиться спасательные операции, пересмотреть с учётом нынешнего масштаба спасательной команды. Расчётное время сократилось до трёх дней, предоставив тем самым Чу Сы больше шансов. Может быть, из-за того, что сократилось расчётное время спасения, а может потому, что Саэ Ян похитил Шао Хэна и отправился создавать проблемы в другом месте, большая часть напряжения, вызванная обратным отсчётом, развеялась, и Чу Сы, можно сказать, расслабился. Будучи в хорошем расположении духа, он достал своё устройство связи и отправил капитану Шао Хэну утешительное сообщение: «Этот господин похититель ведь ничего тебе не сделал?» Отправив сообщение, он взял с собой Роджера и группу охранников, вышел из центра управления и повернул в направлении склада, где находился летательный аппарат «Чёрный лебедь». Когда он вошёл в дверь, устройство связи в его руке завибрировало, от Шао Хэна пришло сообщение: «Господин похититель угрожал выкинуть меня в открытый космос, если я не буду с ним сотрудничать, поэтому у меня не осталось иного выбора, кроме как стать его сообщником. Кроме того, командир, кто бы мог подумать, что ты будешь использовать частный канал, чтобы отправить мне сообщение. К тому же сейчас господин похититель пытается силой завладеть моим устройством связи». Этот бандит... Чу Сы повертел в руках устройство связи и ответил: «Передай господину похитителю, что, когда он вернётся, я дам ему новое устройство связи.» На этот раз ответ пришёл практически мгновенно: «Он похитил меня, но, вопреки ожиданиям, ещё и получит награду???» Чу Сы сделал вид, что не заметил. Раздался резкий звук трения металла, и эффект статического электричества на воздушном судне полностью рассеялся. Роджер и остальные вскрыли люк, и изнутри повалил запах табака. Роджер, сделав жест руками, произнёс: «Вот столько трубок для курения заперто внутри.» Как только люк открылся, охранники, державшие в руках оружие, выстроились и протиснулись внутрь. Устройство связи снова завибрировало, пришло очередное сообщение от Шао Хэна: «Всё это неправильно, разве у господина похитителя нет своего устройства связи? Когда он проходил через верификационную рамку, оно ведь лежало на платформе рядом.» Чу Сы поразмыслил и продолжил притворяться мёртвым. Спустя ещё мгновение устройство связи внезапно снова завибрировало. Чу Сы подумал, что это очередное сообщение от Шао Хэна, но, взглянув, он понял, что это, вопреки ожиданиям, был запрос на голографическую связь. Слегка ошарашенный, он подумал, что что-то случилось. Он принял звонок и уменьшил размер голографического экрана. Экран замерцал, и перед ним появилось лицо Саэ Яна. Чу Сы огляделся вокруг и непривычно деловым тоном произнёс: «Что случилось?» Роджер взглянул на свой коммуникатор и, не обращая особого внимания, отвернулся. Саэ Ян лениво ответил: «Ничего, просто хотел убедиться, что ты по-прежнему можешь спокойно пользоваться левой рукой. В ближайшее время таких звонков будет ещё много, командир, тебе лучше привыкать к этому заранее.». Пока они разговаривали, охранник, исследовавший «Чёрного лебедя», высунул голову, стянул маску и сказал: «Командир, капитан, в этом воздушном судне никого нет». «Никого?» Чу Сы нахмурился. «Как такое возможно?»

Глава 64. Спасение

Тогда, во время поиска черновика исследования в квартире Цзян Ци, эти воздушные суда, именуемые «Чёрными лебедями», окружили ту пространственно-временную зону, и, если бы Тан с остальными не сделали всё возможное, чтобы как-то сдержать их, велика вероятность, что они просто вломились бы в жилой комплекс. После этого пространственно-временная линия в районе жилого комплекса рухнула. Когда Чу Сы и Саэ Ян покинули это место и сели в летательный аппарат, эти «Чёрные лебеди» готовились к эвакуации. Прыжок того, которого доставили на «Белого волка», был насильно прерван Саэ Яном. С момента его появления и до транспортировки на «Белого волка» люди, находившиеся внутри, не могли найти время, чтобы сбежать. Так каким образом там оказалось пусто?! Чу Сы и Роджер друг за другом вошли на борт «Чёрного лебедя». Внутри кабины охранники выстроились в 2 ряда, растянувшись вдоль стен с обеих сторон, на их лицах читалось явное недоумение. Запах табака ещё не рассеялся. Чу Сы не проявлял к этому запаху интереса и не мог сделать никаких предположений на основании этого. А вот Роджер, напротив, сделав пару вдохов, произнёс: «Сигареты “Гаро” какое-то время были широко распространены в армии и вызывали сильное привыкание. Позже их стало курить меньше людей, однако в районе острова Гомера Серебряного города, напротив, особо любят этот сорт табака. Всякий раз натыкаясь на человека, не выпускающего сигарету из рук, 8 из 10 прибыли именно оттуда.» Услышав это, Чу Сы задумчиво кивнул. Было выпущено лишь одно поколение «Чёрных лебедей», и то, даже не успев вступить в строй, они были спешно отправлены на покой, это неспроста. По крайней мере, по мнению Чу Сы, конструкция салона воздушного судна была не слишком-то удобной. Согласно его воспоминаниям, в истории военного вооружения некогда было время лихорадочной погони за обтекаемыми формами, и «Чёрные лебеди», вероятно, увидели свет именно тогда. Снаружи обтекаемый корпус можно было назвать изящным, и даже можно было представить, насколько уменьшилась сила сопротивления во время скачков, однако с высотой внутри помещений вышел прокол. Чу Сы и остальные не были низкого роста, и с тех пор, как вошли внутрь, они не могли выпрямиться, будучи вынужденными пригнувшись перемещаться по кабине. Выносить такое неудобство от случая к случаю куда ни шло, но, если бы такой летательный аппарат ввели в эксплуатацию, солдатам всё время пришлось бы ходить, склонив голову, и даже здоровый человек смог бы заработать недуг. Кто такое выдержит? «О небеса! Как же неудобно!» Пожаловался Роджер, потирая шею. К счастью, это всё-таки воздушное судно боевого назначения, и внутри не предусматривалось жилое пространство, как в судах бродяг. В принципе, всё было устроено максимально просто, а самым большим помещением являлся приборный отсек. Чу Сы пару тройку раз прошёлся туда-сюда. Осмотрев салон воздушного судна, он смог понять, откуда на лицах охраны появилось причудливое и изумлённое выражение.  В кабине рядом с креслами стояли чашки, а от питательного отвара, находившегося в них, всё ещё исходил густой пар. На столе по-прежнему лежала раскрытая тетрадь, два первых листа исчезли, в то время как остальные были абсолютно пустыми, на обратной стороне тетради был выбит номер «Чёрного лебедя». Казалось, что тетрадь оказалась здесь случайно. «Нынче тетрадь с бумагой такого качества больше подходит для коллекционирования.» Сказал Роджер, а затем добавил: «За исключением особо сентиментальных людей, кто бы стал использовать бумагу с ручкой и писать от руки?» Чу Сы кивнул в знак согласия и безразлично добавил: «По большей части записывают ручкой на бумагу то, что нужно запомнить. Они не стали бы использовать бумагу и ручку, чтобы сделать набросок, или для зарисовки плана дислокации войск и стратегической карты. Такими вещами обычно пользуются для ведения дневников или записей текущих задач.» Роджер, переворачивая вырванную страницу, с досадой произнёс: «Как жаль, если бы страницы не вырвали, мы смогли бы узнать, что они делали последние пару дней, с чем столкнулись или какова была цель миссии.» Чу Сы велел охране собрать все вещи, такие как чашки и тетрадь, а затем сказал Роджеру отправиться на освидетельствование этих вещей вместе с ними и посмотреть, можно ли найти хоть какую-то идентификационную информацию, а сам на некоторое время остался стоять внутри «Чёрного лебедя».  «Дорогой, я, конечно, не против смотреть на твои ноги, однако полагаю, что ты будешь возражать.» Внезапно раздавшийся голос Саэ Яна заставил Чу Сы вздрогнуть, и он вспомнил, что голографическая связь всё ещё была включена. Его руки всё время были опущены вдоль корпуса, из-за чего камера снимала внешнюю часть бедра. Чу Сы: «…» Шао Хэн по ту сторону был крайне шокирован: «Как ты только что его назвал?» Чу Сы невозмутимо объяснил: «Он называет так всех, кого видит.» Шао Хэн: «Э? Меня так не называл.» Чу Сы: «…» Шао Хэн: «…» После минуты молчания Саэ Ян усмехнулся, и Шао Хэн вдруг осознал, что подрывает авторитет своего непосредственного начальника. Сухо рассмеявшись, он произнёс: «Вы продолжайте, а я немного отдохну.» «Я запомню это, командир.» Сказал Саэ Ян, растягивая слова. «…» Чу Сы посмотрел на него с безразличным выражением лица, а затем спросил: «Для чего тебе отдых? Чем вы только что занимались?» Саэ Ян уже давно привык к его дурной привычке уходить от темы, и поэтому не удивился. Он лишь приподнял бровь и ответил: «Осматривали несколько фрагментов.» Шао Хэн, лежавший неподалёку, снова сел. «Какой там несколько? Ни к чему бахвалиться, господин похититель. При трёх сделанных прыжках мы нашли всего 2 фрагмента, и больше ничего.»  Эта тема, казалось, воодушевила его. Со странным выражением лица он снова недоверчиво произнёс: «Шшш, говоря об этом, я всё ещё чувствую себя странно. Ранее на занятиях по подготовке говорили, что количество скачков за короткий промежуток времени должно быть умеренным, в противном случае организм будет чрезмерно уставать. Откровенно говоря, полагаю, что 3 раза не так уж и много, но я настолько устал, словно совершил не 3 скачка, а 300.» Даже не взглянув на него, Саэ Ян без раздумий пошутил: «У красавчика слишком хрупкое телосложение.» Какому человеку, занимающему высокий пост в армейской системе, понравится, когда ему говорят о том, что у него хрупкое телосложение? Шао Хэн, находившийся у него за спиной, гневно ответил: «Да пошёл ты!» Саэ Ян пропустил это мимо ушей и сказал Чу Сы: «Принимая во внимание, что кто-то всячески чинит препятствия на нашем пути, может потребоваться чуть больше времени, чем я предполагал, но максимум на один день. И когда придёт время, не забудь открыть мне дверь, командир. Не хочу снова слышать этот надоедливый сигнал тревоги.» Вероятно, из-за того, что он, говоря о сигнале тревоги, выглядел так, словно вот-вот потеряет терпение, Чу Сы, вопреки ожиданиям, почувствовал некоторое недоумение: «В следующий раз не используй такой пугающий метод, думаю, сигнал тревоги не должен сработать снова.» Саэ Ян лениво ответил: «Я и так был внимательней некуда, по крайней мере дождался пока красавчик не уведёт людей подальше от шлюза.» Чу Сы поднял брови: «Мне стоит похвалить тебя за твои успехи?» Саэ Ян рассмеялся и принял ещё более расслабленную позу: «Нет необходимости. Я тут обнаружил, что в последнее время проявляю чрезвычайно сильный интерес к подсчётам.» Чу Сы: «…» После ещё нескольких общих фраз они закончили общение. Закинув устройство связи обратно в карман, Чу Сы некоторое время просто стоял. Он неожиданно почувствовал себя весьма… Любопытно. Если бы кто-то в тот день, когда он впервые увидел в санатории Саэ Яна, сказал ему, что однажды он возьмёт в руки устройство связи и будет болтать по голографической связи с этим, излучающим своевольность и заносчивость человеком, и всё будет проходить чрезвычайно мирно, и время от времени они даже будут шутить… Чу Сы, вероятно, открутил бы этому человеку голову, более того, он мог ручаться, что реакция Саэ Яна была бы точно такой же. Стоит отметить, время воистину удивительная штука. Ммм… А если бы его каждый день не ловили на том, что он играет со своей жизнью, было бы ещё удивительней. Все вещи, что охрана забрала с борта «Чёрного лебедя», были доставлены в смотровую комнату, всё было досконально проинспектировано, сделаны все возможные проверки, и даже удалось получить данные ДНК. Роджер занёс их в базу данных для поиска соответствующей информации. В это время военное министерство и правительство сообщили о том, что военные и полицейские силы уже готовы, а право отдавать приказы передано зданию безопасности. После этого Чу Сы практически всё время оставался в пункте управления. С момента отправки спасательной команды началось совместное совещание, так было удобнее обмениваться новостями и достигать прогресса. За конкретное расположение и план операции по-прежнему отвечали Циэрдэ Фэн и пара заместителей командира. Чу Сы, оставаясь в наушниках за стеклянным ограждением, по-прежнему находился в тени. Когда хроноскоп в пункте управления показал 18 часов, все спасательные команды покинули корабль. Около 18:42 они достигли первой партии точек приземления и успешно высадились на целевые фрагменты планеты. В каждой команде все участники имели при себе устройства видеозаписи. Всё, что снимают камеры после приземления на фрагменты, передаётся в центр управления в режиме реального времени. Огромный центральный монитор был разделён на сотню маленьких экранчиков, так что одновременно можно было следить за ходом спасения каждого из фрагментов. Откровенно говоря, для того, чтобы достигнуть фрагмента, требовалось не так много времени, а вот на что оно действительно тратилось, это на действия после приземления. В первую очередь команде требовалось найти драконью колонну, загрузить вспомогательные устройства, обыскать весь фрагмент, переместить людей, находящихся в тяжёлом положении, в спасательные капсулы, а остальных проснувшихся отправить в подземное убежище. В 20:48 сотня маленьких экранчиков практически одновременно переключились на вид под землёй, а от центра к периферии один за другим загорались путеводные огни. Тогда Чу Сы находился в туннеле и собственноручно открыл людям двери в убежище. Однако сейчас, смотря через сотню маленьких изображений на то, как огни освещают сверху донизу подземное пространство, у него возникали совершенно иные эмоции.  На видео были слышны звуки медленно открывающихся дверей убежищ. Яркие огни и приветственные возгласы людей пронеслись по экранам, словно прилив. Как раз в этот момент от Саэ Яна во второй раз пришёл запрос на подключение. Не имело значения, был ли то конференц-зал или контрольно-наблюдательный пункт, все вокруг были воодушевлены, и никого не волновало, чьё имя высвечивалось на экране малюсенького устройства связи. Чу Сы нажал кнопку «принять», затем поднял устройство связи и направил объектив камеры на центральный экран. Некоторое время спустя он снова развернул его и спросил Саэ Яна: «Видел?» Саэ Ян ответил: «Видел. Командир, а у тебя хорошее настроение». Чу Сы, скрестив свои длинные ноги, сидел на краю стола. Несмотря на то, что он не был взволнован так же, как другие, он, однако, проявлял редкое расслабление, и даже выражение его лица стало немного теплее. Ему никогда не нравилось делиться своими сокровенными мыслями и эмоциями с другими, потому что он полагал, что это нечто очень личное и не имеет никакого отношения к остальным. Но, возможно, из-за того, что Саэ Ян видел и другие его стороны, ему было всё равно. Некоторое время он ещё смотрел на яркий монитор, а затем отвёл взгляд и снова обратился к Саэ Яну: «Сначала я поступил на службу в здание безопасности в качестве обычного исполнителя и в итоге дослужился до командира. Только вот, чем выше было моё положение, тем больше секретной информации мне становилось доступно, и я мог узнать всё, чего желал. Помимо этого, у меня не было других причин, однако сейчас я действительно чувствую себя… неплохо».  Саэ Ян произнёс: «Это равнодушие на твоём лице – фальшивое. Ты просто упрямишься, вот и всё». Он сделал паузу и, вздёрнув подбородок, продолжил: «Я уже давно это понял». Не понятно, была ли это иллюзия, но в его голосе, казалось, появился смутный намёк на гордость. Уголки рта Чу Сы изогнулись. «Командир, я увидел, как ты украдкой улыбнулся». Нахально сказал Саэ Ян. Командир Чу, который даже под страхом смерти не желал расставаться со своим имиджем, абсолютно невозмутимо ответил: «Ты, должно быть, пьян». Поскольку в командном центре находились люди и спасательные работы были в самом разгаре, их общение продлилось недолго. Изображения на центральном экране снова изменились. После того как спасательные команды разместили людей в убежищах, они постепенно эвакуировались с первой партии фрагментов. На расположенной рядом с ними звёздной карте были отмечены фрагменты планеты, на которых были установлены дополнительные устройства. Ровно в 21:00 множество спасательных команд переместились ко второму месту назначения. Чу Сы собирался попросить находившегося рядом сотрудника, занимающегося мониторингом, помочь приготовить кофе, как вдруг устройство связи в его руке внезапно с лязгом упало на пол. На мгновение он растерялся, а затем наклонился, чтобы поднять его. В результате, пару раз попытавшись, он так и не смог его удержать, и лишь с третьей попытки ему удалось достичь успеха. Бросив устройство связи в карман, он посмотрел на свою ладонь, затем резко поднялся и направился наружу.  «Командир?» Несколько служащих недоумённо посмотрели на него. «Возвращайтесь к своим делам». Спокойно ответил Чу Сы.

Глава 65. Военный госпиталь

Из центра управления в свой офис Чу Сы шёл, испытывая смешанные чувства. Он прекрасно понимал, что надвигается жестокий шторм, но всё же в глубине души уповал на то, что он настигнет его позже. Но даже несмотря на это, его шаг не замедлился. Реакция проявилась гораздо раньше, чем он рассчитывал, сложно сказать, был ли это внезапный и временный сбой, или такое будет происходить с определённой периодичностью до самого последнего момента. Если эта реакция перейдёт на ноги в тот момент, пока он идёт, то будет весьма неловко. Весь путь он выглядел нормально и даже кивнул охранникам, стоящим по обе стороны дверей кабинета. Одной ногой уже переступив порог кабинета, он, взявшись за дверную ручку, снова сделал шаг назад и обратился к охране: «У меня есть кое-какие секретные документы, требующие моего рассмотрения. До тех пор, пока господин Ян и капитан Шао не вернутся, никого ко мне не впускать». Левая рука, которой он держался за ручку, онемела, но выражение его лица ничуть не изменилось: «И ещё. Прежде чем я закончу с документами, что бы ни произошло, требования господина Яна равносильны моим требованиям. Кроме служебных дел здания безопасности, во всём остальном, включая безопасность моей жизни и его собственной, он обладает наивысшими полномочиями, равными моим». Эти ребята были подле него уже несколько лет, и то был не первый раз, когда ему приходилось неожиданно уединяться, поэтому охранники не удивились, а лишь громко ответили: «Есть!» и с невозмутимыми лицами продолжили свою работу. Чу Сы пошевелил пальцами в попытке скрыть замедленность своих движений и запер дверь. Он, нахмурив брови, некоторое время стоял у двери, а затем направился в сторону спальни. Повернувшись к зеркалу, он задрал рубашку и раскрыл кусок искусственной кожи. Чего и следовало ожидать… Реакция его пальцев была связана не с обычным преждевременным сбоем, а с проблемами в обратном отсчёте. 0007:16:39 Чу Сы понимал, что поход в квартиру Цзян Ци, а также путешествие между различными пространственно-временными зонами окажут некоторое влияние на обратный отсчёт, однако он не ожидал, что влияние будет настолько большим. По сравнению с изменениями, зафиксированными ранее в искусственно созданных условиях, нынешние изменения казались просто невероятными.  Он также смутно догадывался, что внезапное опустение «Чёрного лебедя» как-то связано с пространственно-временным хаосом, тем не менее он никак не ожидал, что, просто взойдя на борт для изучения обстановки и сойдя с него, его обратный отсчёт внезапно сократится с 12 дней до 7 часов. Неудивительно, что он так внезапно потерял контроль над своими пальцами. По сравнению с обычной ситуацией, когда первые признаки сбоя начинались в последние 5 дней, было чудом, что он по-прежнему мог стоять на ногах, хотя оставалось всего 7 часов. Однако в такие моменты чудеса исчезают сразу же, как только их замечаешь. Едва эта самоуничижительная мысль успела проявиться в голове Чу Сы, сложно объяснимое чувство онемения распространилось от кончиков его пальцев до плеча. Он почувствовал, что температура в имплантированных конечностях быстро падает, и по мере снижения температуры так же снижался контроль над половиной его тела. Это ощущение было сродни песку, сыпавшемуся сквозь пальцы, что заставило его отчётливо почувствовать опустошение. Подобные чувства могут легко заставить впасть в отчаяние, но Чу Сы ощущал лишь неописуемое чувство нереальности. Возможно, потому, что это не было нормальным физиологическим состоянием разложения, а больше походило на часовой механизм на древней планете, который необходимо было заводить, но по причине того, что пружина ослабла, ему трудно было идти вперёд. Чу Сы уже лежал на диване, когда левая половина его тела начала стремительно терять чувствительность. Ему не очень-то и хотелось лежать в постели, ведь состояние подобного рода было слишком похоже на ожидание смерти, и то было совершенно не той смертью, которую он себе представлял. Он даже сохранял своё привычное самообладание, словно всего лишь передавал работу перед обычной командировкой, и постучал правой рукой по устройству связи. Сначала он отправил на общественный канал Циэрдэ Фэна приказ: когда господин Ян и капитан Шао вернутся, предоставить им доступ ко всем частям корабля.Затем он воспользовался своими полномочиями А-класса, главного надзирателя космической тюрьмы, и полномочиями С-класса, представителя Альянса, чтобы разблокировать чёрный металлический браслет, находившийся на запястье Саэ Яна. На эти два пункта в совокупности приходится 70% полномочий по надзору. Согласно уголовному праву планеты, после освобождения заключённых из космической тюрьмы (если этот день когда-нибудь вообще наступит), учитывая их чрезвычайную опасность, 30% прав на надзор ещё сохраняются благодаря чёрному металлическому браслету, который пробудет на руке бывшего заключённого ещё на протяжении 5 лет. По этой причине он и передал полномочия В-класса Циэрдэ Фэну и двум другим заместителям, оставив при себе полномочия А- и С-классов. Прежде всего, будучи единственным проснувшимся исполнительным командиром, он имел на это полное право. К тому же благодаря этому он смог, минуя других, освободить Саэ Яна от контроля. Сохранившиеся 30% прав контроля означают, что господин Саэ Ян, который некогда был бесконечной головной болью для военных, правительства, здания безопасности и даже для него самого, распрощался со своим статусом заключённого и по истечении этого срока будет официально освобождён. В конце концов, он привёл в порядок все подконтрольные ему полномочия и назначил новых приемников. С гражданскими вопросами было легко иметь дело. Все правила и регламенты уже были предусмотрены зданием безопасности, нужно было лишь следовать им. Трудности доставляли частные… За эти годы ему удалось накопить немалое количество частной собственности. Даже несмотря на то, что планета развалилась на куски, всё ещё осталось достаточное количество того, что вызывало интерес, но у него не было семьи, которой можно было всё это передать… Он репетировал это бесчисленное количество раз. Находясь в тренировочном лагере, ему приходилось проходить через этот процесс едва ли не перед каждой новой миссией.  Просто в то время он всегда ставил прочерк в графе наследников личного имущества и даже не задумывался об этом. Но на этот раз… Бззз… Когда устройство связи завибрировало, Чу Сы понял, что на некоторое время отключился. Он попытался сконцентрироваться и решил ответить. Человеком по другую сторону экрана по-прежнему был Саэ Ян. В тот момент, когда соединение было установлено, он открыл рот и сказал: «Мой браслет внезапно разблокировался на 70%.» Положив устройство связи на круглый столик, что был под рукой, Чу Сы устремил взгляд на голографический экран: «Хм, поздравляю с освобождением из тюрьмы». «Почему он был так внезапно разблокирован?» Саэ Ян заметил, что с ним что-то не так, и снова нахмурился. Всего за несколько часов он нахмурился столько раз, сколько не хмурился за все 40 лет, которые Чу Сы был с ним знаком. «Ну, дружба дружбой, а служба службой. Согласно вынесенному приговору, срок твоего заключения равен сроку жизни планеты. Хотя произошедшее явно не было естественным разрушением, нельзя отрицать, что планета всё-таки разрушилась». Пока Чу Сы говорил, его голос стал ниже из-за потери сил. После того, как он это понял, машинально немного повысил его. Хотя заключенных космической тюрьмы приговорили к поразительно длительным срокам, все они имели конкретные цифры. Самый короткий срок составлял 100 лет, а самый длинный — 800 лет. Только на заседании Саэ Яна было произнесено ошеломительное «до конца жизни планеты». Но кто бы мог подумать, что планета взорвётся и он станет первым, кто освободится. Однако и он, и Чу Сы прекрасно понимали, что в нынешнем хаосе судного дня никто не захочет освобождать этих опасных элементов, чтобы не сделать и без того тревожную обстановку ещё более хаотичной. И дураку понятно, что у Чу Сы должна была быть иная причина для разблокировки его браслета. «Подвигай-ка левой рукой». Внезапно скомандовал Саэ Ян. Чу Сы дёрнул уголком губ: «Боюсь, это будет сложновато…» Лицо Саэ Яна внезапно потемнело: «Это преждевременный сбой или время снова изменилось? Сколько осталось?» «7 часов, но после окончания обратного отсчета будет последний 24-часовой буферный период». Чу Сы, опустив глаза, некоторое время молчал, казалось, что он вот-вот заснёт. Когда движения его век замедлились, он шёпотом спросил: «Саэ, я немного посплю. Сможешь ли ты вернуться за это время?» «Конечно.» Почти мгновенно ответил Саэ. «Я уже нашёл это место и стою в коридоре военного госпиталя «Белый орёл». Скоро вернусь.» Быстро подмигнув, он добавил: «Обещаю.» Чу Сы: «Хорошо.» В конце концов, он пошевелил пальцем правой руки и самостоятельно прервал связь. Затем он переключился обратно на предыдущий интерфейс и передал Саэ Яну полномочия на использование частного боевого воздушного судна двойного назначения, которое было специально оборудовано для него и находилось на корабле «Белый волк». Из всех его личных вещей это, пожалуй, единственное, что может быть использовано в данный момент. Было бы слишком расточительно оставлять его без дела. Вероятно, это потому, что он постоянно старался мобилизовать свои резервы и хотел до последней минуты находиться в сознании. Согласно предустановленным настройкам, из того места, где левая половина тела, оснащённая интеллектуальным механизмом, встречалась с плотью и кровью, были протянуты четыре тонкие иглы, и в тело Чу Сы были введены лекарства, вызывающие физиологический сон, а поток его мыслей стал замедлятся. В последние несколько секунд в его рассеянном сознании внезапно всплыли слова Цзян Ци. Он вдруг понял, почему Цзян Ци не нравилось манипулировать временем в угоду собственной выгоды. Вероятно, сейчас Чу Сы так похож на него. В творящемся вокруг хаосе, шаг за шагом направляясь на встречу смерти, он не чувствовал ни страха, ни печали. А лишь небольшое сожаление, вспоминая только что сказанное Саэ Яном «обещаю»… На фрагменте планеты, находящемся в одном из звёздных секторов, который, согласно спасательному плану, должен быть исследован через 2 дня, в углу среди завалов, безмолвно расположился военный госпиталь «Белый орёл». Энергетическая система была включена, а коридор этажа, на котором находилось интеллектуально-механическое лечебное помещение, ярко освещён. После того как Саэ закончил разговор, давление воздуха вокруг него стало пугающим. Шао Хэн, увидев выражение его лица, инстинктивно хотел держаться от него подальше. Интуиция подсказывала ему, что с командиром Чу что-то случилось. «Просто вышиби ногой дверь!» Шао Хэн изначально старался аккуратно открыть дверь, но в итоге сдался и переключился на более простой и грубый метод. Главным образом потому, что он опасался, что если он не станет действовать жёстче, то господин Ян просто на просто взорвёт всё здание целиком. Бах… Конечно, в его так называемом вышибании двери ногой использовались не только ноги. Он достал оружие, переключил его режим расплавления и с его помощью стал ломать дверной замок. «Не волнуйся, не волнуйся. До того, как планета взорвалась, мы с отцом были на связи. Это его кабинет. Я попросил его лечь прямо в криокапсулу, аппарат интеллектуально-механической обработки, о котором ты упоминал, тоже здесь, мы скоро…» Прежде чем слова «сможем вернуться» были произнесены, Шао Хэн застыл на месте, обнаружив, что угол, где должна была лежать криокапсула его отца, пуст...

Глава 66. Привести в движение

Шао Хэн вмиг покрылся холодным потом. Если напряжение, что он испытывал ранее, было из-за Саэ Яна, то в то мгновение, увидев пустой угол, он настолько занервничал, что казалось, его сердце пропустило удар. «Всё в порядке, всё в порядке…» Шао Хэн, казалось, не осознавал, что именно говорил, а просто продолжал повторять эту фразу, к тому же не понимал, кого он пытался успокоить, Саэ Яна или себя. «Не исключена возможность, что он проснулся раньше…» Он даже не смог закончить предложение. В конце концов, сколько людей после пробуждения будут таскать за собой свою криокапсулу? В такой ситуации в голову легко закрадываются плохие мысли. Кто-то, буквально на шаг опередив их, унёс отца Шао вместе с криокапсулой. На этом тёмном безмолвном фрагменте планеты, в городе, где весьма затруднительно отыскать живое существо, некто прибыл в госпиталь и перевёз криокапсулу старика? Военные? Это было бы наилучшим предположением. Вероятно, он, будучи ведущим специалистом в области механической терапии, был заранее взят под защиту. Однако Шао Хэн отнюдь не простой гражданский, и последние несколько дней он почти ежедневно встречался и общался с высшими военными чинами, и прекрасно был осведомлён о нынешнем положении военных. Они расширили своё влияние лишь в последние несколько дней, и даже если у них и было такое намерение, то не было ресурса. Кроме того, если бы это было делом рук военного министерства, они определённо сообщили бы Шао Хэну. Как они могли умолчать об этом? А если исключить военное министерство, то остальные варианты становятся опаснее предыдущих… К счастью, опасности, с которыми он сталкивался на протяжении многих лет, закалили его, и несмотря на тревоги и переживания, он не метался из стороны в сторону словно обезглавленная муха. В результате он вмиг приметил какие-то следы в углу стены. «Это…» Шао Хэн быстро подошёл и, присев на корточки, стал скрести пальцем по полу… На стыке стены и пола виднелся едва заметный след, казалось, что на стену случайно попала жидкость и стекла вниз. Поскольку след был слишком тонким и бледным, невозможно было с первого раза определить цвет жидкости. Рассмотрев на ладони то, что он соскрёб, Шао Хэн смог отчётливее определить цвет. «Телесный…» Шао Хэн потёр пальцами и пробормотал: «Искусственная… кожа?» Фитилёк надежды в мгновение ока разгорелся с новой силой. «Искусственная кожа! Это определённо средство для создания искусственной кожи!» Шао Хэн поднял палец и крикнул Саэ Яну. «Я понял! Этот угол предназначен для хранения криокапсул, так почему же тут средство для создания искусственной кожи? Может ли быть такое, что мой старик, проснувшись раньше, в целях безопасности сделал себе замену и поместил её в криокапсулу? Видишь ли, старик постоянно проворачивает такие фокусы. На складе механизмов полно таких заготовок, благодаря чему создание человека занимает всего несколько минут, а затем с помощью средства для имитации кожи устраняют некоторые недостатки...» В поспешном создании ассоциативного ряда было слишком много несостыковок и пробелов. Но чем больше он говорил, тем больше волновался, стараясь убедить не только себя, но и Саэ Яна, словно если он и дальше продолжит говорить, то его домыслы станут реальностью. В процессе развития своей мысли он краем глаза вдруг заметил книжную полку, и его слова резко оборвались. Он резко повернул голову, и пару секунд его взгляд был прикован к книжной полке. Он мгновенно пришёл в себя и на этот раз действительно воспрял духом. В детстве он увлекался играми с использованием шифров, и ради того, чтобы развивать его интерес, или, возможно, чтобы он не скучал, отец Шао превратил кабинет в шифровальную комнату. В тот период бумажные книги использовались лишь в качестве коллекции, и это было излюбленным занятием отца Шао, поэтому в кабинете по-прежнему было полно бумажных книг. Он постоянно прятал информацию в разноцветных корешках книг, шифруя её слой за слоем и позволяя Шао Хэну медленно продвигаться к разгадке. Таким способом можно было добиться тишины и спокойствия на протяжении нескольких дней.  Постепенно это стало шифром, который знали лишь отец и сын. «Старик оставил мне тайный шифр!» — чуть было не заорал Шао Хэн. Возможно, из-за того, что имелось существенное обоснование, которое не казалось бредом, выражение лица Саэ Яна наконец-то изменилось. Однако Шао Хэн лишь мельком посмотрел на него и тут же отвёл взгляд. Он так нервничал, что вопреки ожиданиям совершенно не заметил, каким устрашающим было выражение его лица.  Пальцем указав на нижнюю полку, он слово за словом стал разгадывать шифр. «Вэнь… Хуа… Улица…» № 33, улица Вэньхуа. Едва он успел произнести этот адрес, как Саэ Ян уже исчез в дверном проёме. Шао Хэн: «... Бля!» Всего за несколько коротких минут его сердце, казалось, с десяток раз подпрыгнуло до самой высокой точки планеты. Поднявшись на ноги и погнавшись за ним, он понял, что его руки и ноги немного ослабли, а на спине выступил холодный пот. К счастью, всё было не так плохо, и его отец не исчез из этого мира. В противном случае он и представить не мог, что с ним бы произошло, не говоря уже о том, что произошло бы с господином Яном. По адресу: улица Вэньхуа, дом 33, находилась небольшая двухэтажная аптека. Они быстро всё осмотрели, однако по-прежнему не смогли найти никаких следов господина Шао. Прежде чем Саэ Ян вышел из себя, Шао Хэн успел быстро отыскать секретный код, расположенный на шкафу для лекарств. На этот раз для шифра использовались не корешки книг, а боковая сторона шкафа для лекарств. Но суть оставалась той же. Шао Хэн, обливаясь холодным потом, сообщил новый адрес. На этот раз то был цветочный магазин. Конечно же, цветы давно сгнили и источали неописуемый «аромат», от которого становилось плохо, но ещё хуже было то, что они снова остались с пустыми руками. Шао Хэн рефлекторно поискал в магазине цветные вещицы, на этот раз это были упаковочные ленты. … Два часа, за полных два часа. Они побывали в 12 различных местах. Расшифровывая послания и посещая эти места, Шао Хэн чувствовал, как его отец торопился. Причина этого была не ясна, но очевидно, что отец Шао не собирался так всё усложнять. Он хотел объясниться перед господином Яном, но, немного поколебавшись, так и не осмелился заговорить. Он боялся, что как только откроет рот, его собеседник действительно взорвётся. Ян Чжа, это имя ему правда подходит! Бегая повсюду, он ощущал, как господин Ян буравит его взглядом. Под этим взглядом он чувствовал себя так, будто уже несколько раз умер. Но он, вопреки ожиданиям, ни разу не вышел из себя, словно его что-то сдерживало и заставляло подавлять дурной нрав. 2 часа 40 минут. Процесс был настолько томительным, что Шао Хэн считал каждую секунду. Увидев наконец своего старика в гараже рядом с мини-маркетом, он, грубый мужчина ростом 180 сантиметров, был готов расплакаться. Уже немолодой отец неподвижно сидел в углу, опираясь на стену и свесив голову. Шао Хэн дрожащими руками проверил его дыхание и прощупал пульс. Выдохнув, он произнёс: «Жив… жив…» Затем господин Ян наконец произнёс единственное слово за более чем два часа молчания: «Поехали». Лишь услышав это слово, Шао Хэн едва не упал на колени, в благодарность за то, что тот его не убил. Однако состояние отца было немного странным. Не известно, то ли он слишком крепко спал, то ли у него были проблемы со здоровьем. Шао Хэн несколько раз позвал его, но так и не смог разбудить. Он немедленно принял решение взвалить его на спину и унести. Немного поколебавшись, он решил, что лучше отправиться на «Белого волка», где условия, оборудование и безопасность намного выше. Его сердце опустилось, а затем снова подскочило к горлу, потому что он вспомнил ещё об одной вещи. «Это конец. У меня совершенно вылетело из головы… Этот механизированный терапевтический прибор нельзя перемещать…» Закончив говорить, он почувствовал, что если бы у господина Яна в руках было оружие, то ему, вероятно, уже прострелили бы голову. «Этот прибор, на первый взгляд, по размерам кажется не больше кровати, однако его конструкция чересчур сложная. Провода замурованы в стенах здания и уходят под землю, где находится большая комната настройки». Именно по этой причине Чу Сы каждый раз приходилось возвращаться на виллу для обслуживания своего интеллектуально-механического устройства. На его вилле находился точно такой же аппарат, который невозможно было перемещать. Всё объяснив, Шао Хэн почувствовал себя так, словно его голова была под гильотиной. Такого рода проблема, чёрт возьми, просто неразрешима, единственный способ это…  «Почему бы тебе не вернуться и не привезти сюда командира…» Сказал Шао Хэн. Судя по предыдущему звонку, он почувствовал, что у командира очень мало времени. Дорога туда-обратно займёт в два раза больше времени… Но есть ли другой выход? Нет. Полчаса спустя Шао Хэн сидел в кресле пилота спасательного воздушного судна, смотрел информацию о 30 синхронизированных летательных аппаратах, отображающуюся на мониторе на капитанском мостике, и совершенно не знал, что сказать… Он чувствовал, что недооценил степень безумия господина Яна. Убедившись, что механический терапевтический прибор невозможно переместить, этот господин Ян использовал ужасающий метод и открыл дверь подземного убежища. Используя синхронизацию, один человек ухитрился управлять 31 воздушным судном. С помощью 30 из них он взял в кольцо весь фрагмент планеты, чтобы поддерживать его целостность, а затем синхронизировал их системы управления с судном, которым управлял Шао Хэн. Он самостоятельно управлял огромным боевым воздушным судном, парившим за пределами фрагмента планеты. «Запускай.» Глубокий голос господина Яна достиг кабины через внутреннею связь воздушного судна. Шао Хэн нажал кнопку запуска перемещения. Воздушные суда, окружавшие фрагмент планеты, одновременно начали разворачивать защитные куполы, используемые во время скачков. Мгновенно загорелись десятки синих защитных куполов, дополняя и перекрывая друг друга, заключая в себе весь фрагмент планеты. Затем… Столь крупный обломок небесного тела совершил целых 8 скачков. 8 скачков!!! От перемещения между звёздными секторами до скачков внутри пределов карты, неразрывно соединяя длинные и короткие расстояния. Даже малейший шаг — всё-таки шаг, а каждая сэкономленная секунда — это целая секунда. Но в конце концов некоторые вопросы остались нерешёнными. «Господин Ян, совершив скачок с того расстояния, на котором мы сейчас находимся, мы не сможем достигнуть «Белого волка». Этот тип воздушного судна помогает перемещать обломок планеты с большим трудом.» Сказал Шао Хэн с выражением лица, на котором не отражалось никаких эмоций. «Но невозможно тащить за собой такой огромный фрагмент планеты и при этом маневрировать, движущей силы недостаточно. Я уже отправил «Белому волку» сигнал и велел двигаться к нам на максимально возможной скорости. Нам придётся подождать здесь. Не очень долго, вероятно, около получаса.» Но он никак не ожидал, что господин Ян не будет ждать даже полчаса. Очень скоро он снова осознал глубокий смысл имени Ян Чжа… Тебе не хватает стимула? Недостаёт движущей силы? Хорошо, я тебе помогу. Пару минут спустя среди бескрайнего моря звёзд возникла весьма «блистательная» картина… Саэ Ян управлял большим боевым воздушным судном, за которым следовали 30 синхронизированных летательных аппаратов, ранее используемых для перемещения фрагмента планеты, и одновременно со всех орудий вёл артиллерийский огонь максимальной взрывной мощности по хвостовой части фрагмента.  Огромная тяга, вызванная взрывом, компенсировала эту «незначительную» разницу. Шао Хэн: «О Боги…»

Глава 67. Извлечение памяти

Будучи одним из капитанов подразделения сил безопасности, Шао Хэн изначально принадлежал к отряду, ответственному за сохранение баланса между военным министерством и правительством. Обе стороны были взаимозависимы и при этом сдерживали друг друга. Пусть даже между ними было некоторое недовольство и разногласия, они не проявлялись открыто, поэтому Шао Хэн никогда не сталкивался с настоящей агрессией и не попадал в перестрелки. Ощущение от преследования и обстрела более чем тридцати боевых воздушных судов щекотало нервишки. Эмм, нет, точнее сказать, заставляло задницу пылать! Волнений и потрясений было с лихвой, он чувствовал, что это путешествие можно назвать вознесением на небеса. В ходе безбашенной огневой бомбардировки Саэ Яна и благодаря усилиям обеих сторон, что на полной скорости двигались друг к другу, встреча, которая должна была состояться спустя полчаса, состоялась в два раза быстрее. 10 минут кажутся не такими долгими. Однако для людей, у которых на счету каждая секунда, это достаточно длительный период. К счастью, Шао Хэн заранее успел доложить об их приближении, иначе все 34 000 орудийных стволов корабля «Белый волк» были бы направлены на них. Однако даже при должной психологической подготовке весь пункт управления, погрузившись в мертвенную тишину, дрожал от страха. Новоиспечённый заместитель командира корабля смотрел в монитор на огромную стремительно приближающуюся тень и несколько раз рефлекторно хотел отдать приказ открыть огонь. Наблюдать, как другая сторона мчится навстречу на полной скорости с явным желанием «погибнуть вместе», и при этом сохранять спокойствие и улыбаться – в высшей степени не по-человечески. Собираясь остановиться, чтобы пристыковаться к «Белому волку», Шао Хэн больше всего боялся, что человек позади него не остановит судно, и во всё горло принялся кричать в голосовой канал устройства связи: «Готовлюсь к снижению скорости! Готовлюсь замедлиться! Господин Ян! Готовлюсь к снижению скорости! Скоро произойдёт стыковка! Тебе лучше не разгоняться! Я собираюсь остановиться! Я вот-вот остановлюсь! Ты тормози! Тормози!!» На другом конце устройства связи раздался звук, но собеседник не ответил, лишь нетерпеливо прищёлкнул языком, давая понять, что услышал. Несмотря на это, Шао Хэн напрягся и таращился на индикатор огневой мощи, пока тот не опустился до нуля. С облегчением выдохнув, он отправил запрос на пристыковку к кораблю «Белый волк». Благодаря предварительному уведомлению «Белый волк» практически не мешкал и мигом ответил на запрос, уже протягивая стыковочные элементы. Хотя огромный боевой самолёт, управляемый Саэ Яном, перестал вести огонь, но, вместо того чтобы сбросить скорость, он сделал резкий поворот, прошёл по краю земли, пересёк весь фрагмент планеты и с огромной силой врезался в соединительный порт. Внутри «Белого волка» Циэрдэ Фэн и два заместителя командира уже ждали их. Получив приказ от Чу Сы, Циэрдэ Фэн понял, что могла произойти какая-то чрезвычайная ситуация, но в тот момент вторая волна спасательной операции находилась в критической ситуации, и произошла небольшая неразбериха. Было невозможно оставить командование, поэтому ему оставалось лишь держать себя в руках и продолжать руководить спасательной операцией. После второй волны спасательной операции была небольшая передышка. Воспользовавшись этой редкой возможностью, он нашёл повод откланяться перед остальными и, прихватив с собой пару человек, примчался в кабинет Чу Сы. Затем, как и ожидалось, ему преградили путь. Проработав с Чу Сы много лет, Циэрдэ Фэн, несмотря на свою бездарность, всё-таки научился чувствовать атмосферу. И тот факт, что даже ему не дали пройти, говорит о чрезвычайной серьёзности ситуации. И господин Ян, которому Чу Сы передал все свои полномочия, очевидно, являлся тем человеком, который может решить проблему. Шлюз открылся, и дверь люка боевого самолёта, пристыковавшегося к «Белому волку», была принудительно открыта руками человека для ускорения процесса. Вслед за этим, с хладнокровным выражением лица, вышел господин Ян. Он не стал идти по заборному трапу, а просто спрыгнул прямо на платформу и стремительно прошёл через устье шлюза. «Господин Ян». Циэрдэ Фэн никогда не вёл себя как представитель высшего руководства здания безопасности. Он по-прежнему вёл себя как официальное лицо агитационно-пропагандистского отдела и болтал с присущей старику манерой. Его взгляд на мгновение задержался на лице господина Яна, и он слегка ошеломлённо пролепетал: «Господин Ян, почему ваше лицо выглядит немного…» Он хотел сказать, что он выглядит немного странным, бледным и очень уставшим. Однако, поразмыслив, решил, что его собеседник спешит, и, оценив, что у него, вероятно, не было ни времени, ни настроения говорить об этом, не решился произносить эти слова. Вместо этого он произнёс: «Командир заранее меня известил, чтобы я обеспечил Вам высшие полномочия и доступ ко всем функциям «Белого волка». Это… Какая-то чрезвычайная ситуация? Саэ Ян не ответил. Кажется, он был недоволен маячившими впереди охранниками и стремительно прошёл мимо них, не оборачиваясь на толпу людей позади. Поскольку обо всём было известно заранее, то открытие шлюза и пристыковка происходили в служебной зоне. Очень близко к кабинету командира Чу имелся аварийный выход, предназначенный для летательных аппаратов. Если бы температура орудийных стволов и множества других портов боевого воздушного судна успела снизиться, то он мог бы посадить его прямо там. К счастью, дорога к кабинету Чу Сы очень короткая, в самом конце была ровная местность, ведущая непосредственно в приёмную кабинета Чу Сы. Саэ Ян свободно прошёл в его кабинет и запер за собой дверь. «Командир?» Как и ожидалось, никто не ответил. В тревожной тишине он прошёл через стеклянную стену, пересёк кабинет, приёмную и вошёл в спальню. «Командир…» Ответа по-прежнему не последовало. Человек, которого он дважды окликнул, не лежал на кровати, а сидел на диване. Его левая рука покоилась на коленях, а правая свободно свисала с подлокотника. Он закрыл глаза и опустил голову. Очки сползли ему на середину носа. Имитация естественного освещения в комнате отбрасывала лёгкие тени вокруг его ног. И если не обращать внимания на слишком бледный цвет лица, он выглядел так, словно недавно задремал. Саэ Ян вплотную подошёл к нему, наклонился, коснулся рукой его лица и прошептал: «Я скоро тебя разбужу, обещаю». ****** * Внизу у шлюза проигнорированный Саэ Яном Циэрдэ Фэн совершенно не злился. Как бы то ни было, войти в кабинет Чу Сы не было возможности, получить ответ от Саэ Яна тоже не удалось, поэтому он не последовал за ним, а взял двух заместителей командира, чтобы поприветствовать Шао Хэна, вышедшего из другого воздушного судна. Вот только Шао Хэн нёс кого-то на своей спине. «Это…» Прежде чем они успели рассмотреть, вошедший Шао Хэн открыл рот: «Мой отец». «Господин Шао?!» Циэрдэ Фэн и два заместителя командира вскрикнули одновременно. Несколько поколений семьи Шао служили в военном министерстве, а господин Шао к тому же известный профессионал в области механизированной терапии. Все присутствующие знали его и немного забеспокоились, увидев такую картину. «Что произошло? Ранен?» «Внешне никаких повреждений не видно, должно быть, нет. Тем не менее не знаю, почему он не может очнуться. Сердцебиение и пульс слабые, но вполне стабильные. Будьте добры, придите в медицинскую каюту! Я должен выяснить, что с ним происходит, если мы прождём ещё хоть немного, думаю, господин Ян нас всех убьёт». Быстро объяснил Шао Хэн. Он всегда был болтлив и преувеличенно нёс всякую чушь. Все подумали, что и этот раз не стал исключением, поэтому не восприняли всерьёз, но времени зря не теряли. «Капитан Шао? Что, в конце концов, здесь происходит?» Спросил Циэрдэ Фэн. «Не знаю, трудно сказать». Шао Хэн поместил так и не очнувшегося отца Шао в первую попавшуюся лечебную капсулу. Поспешно настраивая оборудование, он, не поднимая головы, произнёс: «Сейчас лучше не задавать слишком много вопросов. Я не знаю конкретной обстановки, мне известно лишь то, что командир и господин Ян чрезвычайно торопятся и дорожат каждой секундой. Излишние вопросы лишь принесут дополнительные хлопоты». Два экспертных доктора, оставшиеся на корабле «Белый волк», прибыли, чтобы помочь проанализировать результаты обследования господина Шао. Шао Хэн сделал шаг в сторону, уступив место докторам. Он обеспокоенно потёр руки и посмотрел на лицо старика, лежавшего в капсуле, а затем сказал Циэрдэ Фэну: «Здесь и меня одного будет достаточно, а тебе, командующий, лучше бы поспешить и продолжить руководить спасательной операцией. Если что-то произойдёт, я тебя найду. Военное руководство и правительство всё ещё ждут?» Он всегда и со всеми говорил таким тоном, власть и положение не имели для него никакого значения. Циэрдэ Фэн и остальные уже давно к этому привыкли и не придавали особого значения. Время отдыха во время спасательной операции было непродолжительным и предназначалось лишь для того, чтобы дать команде и командиру небольшую передышку. В таком деле мешкать было слишком неуместно. Циэрдэ Фэн произнёс ещё несколько слов, а затем вместе с двумя заместителями командира поспешил обратно в командный центр. Шао Хэн уже давно привык исполнять несколько задач одновременно. Наблюдая за состоянием господина Шао и ожидая последующих действий господина Яна и Чу Сы, он перевёл небольшую группу оставшихся сотрудников сил безопасности с корабля наружу. Фрагмент планеты притащили ко входу, а значит, пришло время прибыть и спасательной команде. Поскольку не было необходимости перемещаться на дальние расстояния, а также незачем собирать припасы, мобилизованная им аварийно-спасательная команда очень быстро подготовилась. В мгновение ока они, захватив с собой предметы экстренной помощи, прошли через соединительный порт и прыгнули на фрагмент планеты. Также очень скоро стали известны результаты обследования господина Шао. Когда звук лечебной капсулы сообщил о готовности кучи данных и результатов медицинских тестов, Шао Хэн нахмурился и спросил врачей: «Что происходит?» Вообще-то он мог расшифровать результаты исследований, но на этот раз был немного сбит с толку. Он мог понять каждое слово по отдельности, но не мог уловить суть. Выражения лиц врачей были немного странными. Они не нервничали, как если бы обнаружили нечто непоправимое, но и не вздохнули с облегчением, как если бы всё было в порядке. Глядя на них, Шао Хэн беспокоился ещё сильнее. «Если говорить простыми словами… Господину Шао было проведено извлечение памяти. Это требует высокой квалификации, к тому же велик риск допустить ошибку. Не знаем, кто это сделал, но, глядя на технику, мы склоняемся к тому, что это дело его собственных рук. Текущая ситуация является следствием извлечения памяти. У старика хорошие навыки, поэтому других травм нет. По оценкам медицинской капсулы, он проснётся через 5 часов». Извлечение памяти? Этот метод частенько используется при психических и душевных заболеваниях. Для некоторых людей с серьёзными и тяжкими травмами извлечение памяти о первопричине этих травм может в определённой степени помочь улучшить ситуацию. Но какой-то серьёзной травмы у старика не было, так зачем же извлекать его память? Шао Хэн нахмурился и озадаченно размышлял. Как раз в этот момент кто-то спустился с телепортационной платформы. Если быть точным, то их было двое – господин Ян и командир Чу, которого он… нёс? Шао Хэн сначала испугался, а потом в его голове всплыло написанное жирными буквами слово «СМЕРТЬ!». И каким, мать его, способом ему нужно просить Саэ Яна подождать ещё 5 часов???

Глава 68. Пробуждение

15 минут спустя Шао Хэн изрядно удивился, обнаружив, что всё ещё не отправился к праотцам. Но, посмотрев на обстановку вокруг, решил, что, возможно, господин Ян просто не нашёл свободного времени, чтобы рассердиться, и решил подождать, прежде чем свести с ним счёты. Местом, где он на данный момент находился, был кабинет его отца, оснащённый оборудованием для механизированной терапии, на верхнем этаже военного госпиталя «Белый орёл». Слева от него был его родной отец Шао Дунь, находившийся без сознания, справа – Чу Сы, его непосредственный начальник, тоже находившийся без сознания, перед ним господин Ян, который наклонился, чтобы осмотреть оборудование, а позади него дверь. Последним словом, которое бросил ему господин Ян, было: «Выйди». Судя по тону, это «выйди» ничем не отличалось от «катись отсюда». Шао Хэн подумал: Мой старик в твоих руках. Могу ли я, мать твою, уйти? Конечно, я останусь здесь Поэтому он, стиснув зубы, упрямо остался стоять на месте. Промолчав достаточно долгое время, он наконец произнёс: «Однажды я видел, как мой отец настраивал прибор. Может, я смогу помочь, а?» Узнав, что чтобы очнуться старику понадобится ещё около 5 часов, господин Ян, который, казалось, чрезвычайно торопился, окончательно израсходовал остатки своего терпения и решил действовать самостоятельно. Он, словно цыплят, согнал двух врачей в подземную диспетчерскую и велел им наблюдать оттуда. Изначально Шао Хэн также входил в их число, но после того, как господин Ян захотел отнести лечебную капсулу обратно на верхний этаж, он в миг передумал и упорно следовал за ним, несмотря на то, что его по-прежнему игнорировали. «Правда, я знаю лишь немного». Дополнил свои слова Шао Хэн. Саэ Ян наконец повернул голову и мельком взглянул на него. Затем, развернувшись в пол оборота, пристально посмотрел ему в глаза: «Ты, подойти». Эти два слова были произнесены настолько тяжело, что в них слышалась невысказанная угроза. Шао Хэн кашлянул, кивнул и подошёл к прибору. Его руки зависли в воздухе по обеим сторонам от аппарата. Слегка размяв пальцы, он сказал: «Погоди, я немного…» Прежде чем он успел договорить, Саэ Ян посмотрел на него так, будто вот-вот его сожрёт. Шао Хэн неестественно рассмеялся: «Хорошо, теперь всё хорошо». Предварительная отладка этого оборудования имела лишь незначительную связь с механизмами и чем-то подобным. По большей части она была связана с настройками дозировки лекарства, глубины проникновения зонда и так далее. Всего имелось около 70 рычагов настройки, и, хотя половину из них перемещать было не нужно, потому что их положение по умолчанию является наиболее подходящим, однако другую половину нужно каждый раз настраивать заново. Люди, посвятившие свою жизнь службе в миротворческих силах, обладают лучшей наблюдательностью и памятью в сравнении с гражданскими. Шао Хэн, впрочем, не хвастался. Несмотря на то, что он лишь однажды видел, как старик Шао настраивает прибор, он чётко помнил каждый шаг. Изначально это было вызвано профессиональной деформацией, но неожиданно пригодилось. Он завершил предварительную отладку по памяти, и тут же выскочила подключившаяся голографическая панель. На ней появилась модель системы кровеносных сосудов Чу Сы. Просто смотря на эту запутанную систему кровеносных сосудов, возникали очень странные чувства. Отмеченные разными цветами вены и артерии, нервная сеть и тому подобное накладывались друг на друга. Участок от левого плеча, плоть до внешней стороны бедра был отмечен серым цветом. П/П: Нервная сеть (биологическая нейронная сеть) - совокупность нейронов головного и спинного мозга центральной нервной системы (ЦНС) и ганглия периферической нервной системы (ПНС), которые связаны или функционально объединены в нервной системе, выполняют специфические физиологические функции. Нервная сеть состоит из группы или групп химически или функционально связанных нейронов. Один нейрон может быть связан со многими другими нейронами, а общее количество нейронов и связей в сети может быть достаточно большим. Место контакта нейронов называется синапсом, типичный синапс - аксо-дендритический химический. Передача импульсов осуществляется химическим путём с помощью медиаторов или электрическим путём посредством прохождения ионов из одной клетки в другую. «О господи, не ожидал, что…» Шао Хэн впервые увидел, сколько поверхности тела Чу Сы было заменено механизированным оборудованием. «Неужели была повреждена половина его тела? Я всегда считал, что то была лишь рука, ну или что-то в этом роде. Было такое чувство, что его левая рука в сравнении с правой немного жёстче.» Саэ Ян мрачно посмотрел на него, очевидно, разговор на тему «степени ущерба» ещё сильнее испортил ему настроение. Шао Хэн был весьма догадлив, поэтому не стал больше задавать вопросов. Сменив тему, он стал рисовать пальцем на голографическом экране. «Предварительная отладка закончена, впереди самая хлопотная часть. Прежде всего нам нужно проверить неисправности на несметном количестве нанометров в механической части. Слышал слова отца, что этот серый кусок показывает, что реакция отторжения механизмов организмом чрезвычайно серьёзная. В процессе отторжения и адаптации обе стороны противостоят друг другу. Потери несёт и тело, и механизированная часть. Поэтому проверка — это самый первый и самый простой этап. Затем…» Он очень долго и нудно, от начала и до конца рассказывал про все 6–7 этапов. Однако Саэ Ян всё-таки не профессиональный врач, всего за 3–5 минут не мог чётко проанализировать то, чего не смогли бы понять даже врачи в области немеханического лечения. Даже если бы Шао Хэн обладал выдающимися ораторскими способностями, а Саэ Ян необыкновенной способностью к обучению и впитывал бы как губка 100% поступающей информации, то, как только дело станет за руками, непривычность и неопытность станут очевидны. Если только рядом не окажется того, кто сможет дать наглядный пример… Наглядный пример? Саэ Ян некоторое время пристально смотрел на прибор, а затем неожиданно встал и включил оптический мозг, находящийся на столе старика Шао. П/П: оптический мозг – название для оптических компьютеров, используемое в литературе про межгалактические путешествия. Английское название optical brain - представляет собой нейронную сеть, которая обрабатывает информацию подобно мозгу, но вместо электрических сигналов получает и передаёт её при помощи света. «Ты что делаешь?» Шао Хэн подпрыгнул от испуга. Может быть, из-за того, что он только что помог, а может, ему в голову просто взбрела какая-то идея, но на этот раз Саэ Ян не проигнорировал его вопрос, а небрежно ответил: «Ищу кое-что.» Динь - проверка личности. Ничего удивительного, посторонний человек не мог так запросто воспользоваться оптическим мозгом, используемым для работы. Саэ Ян, тем не менее, не воспринял это всерьёз. Он взял давно отдохнувшее «Око небес» и присоединил его к оптическому мозгу, после чего подозвал Шао Хэна, растерянно стоявшего поблизости, и притянул его лицо к компьютеру. В ходе анализа данных, подключённое к оптическому мозгу «Око небес» в режиме реального времени распространяло вирус, в этот же момент состарило отсканированное лицо Шао Хэна на 70 лет и внесло небольшие изменения. Динь… Шкала прогресса наконец заполнилась, проверка личности показала совпадение на уровне 78%. Под воздействием вируса минимальная граница, находившаяся на уровне 99,99%, опустилась до 50%. 78% Шао Хэна явно были выше этой границы, поэтому оптический мозг дал добро: «Пройдено.» Шао Хэн: «…» Это, чёрт возьми, что ещё за шутки?! «Почему бы тебе просто не снизить значение до 0, таким образом ты бы смог отсканировать и своё лицо.» Стал причитать Шао Хэн. Саэ Ян из-под полуприкрытых век смотрел в монитор: «Слишком высокий уровень защиты.» Шао Хэн: «…» Это сарказм? Динь… На этот раз прозвучал голос «Ока небес»: «Вторжение в базу данных мониторинга и контроля прошло успешно. Начат поиск цели.» Монитор оптического мозга переключился на базу данных мониторинга и контроля военного госпиталя «Белый орёл». Бесчисленные кадры и запечатлённые на них люди быстро сменяли друг друга, а синяя распознавательная рамка беспорядочно блуждала по экрану, ни разу не остановившись на лице ни одного человека. «Неужели ты хочешь найти командира, приходившего для отладки оборудования или лечения?» Шао Хэн наконец-то понял его намерение. Здешнее видеонаблюдение шло со всех ракурсов, и если получится найти исходную запись и полностью следовать технике отца Шао, то не придётся беспокоиться о том, что что-то может пойти не так. Это лучше, чем действовать вслепую. Динь… Око небес: «К сожалению, данные в базе заканчиваются на 5702 году. Поиск завершён. Цель не найдена.» Саэ Ян нахмурился: «5702…» «Какое совпадение.» Шао Хэн тоже нахмурился. «Если я не ошибаюсь, 5702 был действительно особенным годом, в том году произошло много важных событий. И, кажется, именно в этот год командир получил травму…» Он что-то пробормотал себе под нос, а затем подтвердил: «Верно, это была зима того года. Помню, это случилось вскоре после того, как я увидел новость, что Саэ Ян попал в тюрьму. Об этом упоминалось столько раз, что у меня не осталось никаких сомнений, то был 5702 год.» Закончив говорить, он заметил, что господин Ян снова мельком взглянул на него. «Разве неправильно?» Растерялся Шао Хэн. Саэ Ян с каменным выражением лица усмехнулся и не удостоил его ответом, а лишь ещё раз ввёл серию команд. Динь… Око небес: «Новая команда успешно принята. Цель обновлена. Поиск начат.» В 5702 Чу Сы был ранен, и по странному стечению обстоятельств на этом моменте данные в базе заканчиваются. Но существовала и другая проблема, метод лечения, пришедший Саэ Яну на ум, был экстренной мерой, и кто бы мог предположить, что ему придётся воспользоваться им так скоро? Поэтому он не стал заострять своё внимание на базе данных, ведь в этот раз она никак не связана с восстановлением Чу Сы. Неужели это действительно было просто совпадением? Независимо от того, было это совпадением или нет, воплотить в реальность желание отыскать кадры, на которых старик Шао лечит Чу Сы, было невозможно, поэтому Саэ Ян просто сменил цель поиска на господина Шао и оборудование для механизированной терапии. Вскоре «Око небес» выбрала сотню результатов, подходящих под целевой запрос, Саэ Ян задал новые, более конкретные условия фильтрации информации. В конце концов был выбран один человек, которому проводили точно такую же обширную механизированную замену. Процесс этого лечения был спроецирован на голографический экран. После этих событий Шао Хэн обнаружил, что господин Ян, по-видимому, действительно дорожил каждой секундой и не желал тратить время на то, чтобы сердиться. Посмотрев на голограмму, он наконец обернулся и сказал: «Ты… Командир поручил это тебе. Я побуду за дверью, если что, зови.» Каждый шаг механизированного лечения был слишком деликатным, даже малейшая неустойчивость могла привести к огромным необратимым отклонениям, поэтому от врача требовалась высокая концентрация внимания. Старик Шао строго-настрого запрещал беспокоить его во время этого процесса. Шао Хэн прекрасно это осознавал, и поэтому, как только господин Ян начал, он тут же покинул кабинет. Саэ Ян взял пульт дистанционного управления и настроил лампы на самое тусклое освещение. Голографическая проекция лечения господином Шао стала чётче. Казалось, что рядом с Саэ Яном находилось точно такое же оборудование и они работали синхронно. В этом тусклом свете черты мертвенно-бледного лица Чу Сы смягчились и уже не казались такими безжизненными. Господин Шао из голографической проекции проводил предварительную отладку. Об этом этапе позаботился Шао Хэн, поэтому эти несколько минут казались максимально бесполезными. Саэ Ян наклонился и облокотился на край прибора, опустив взгляд, он уставился на рубашку Чу Сы в области талии. После минуты раздумий он поднял руку, казалось, что он хотел задрать рубашку, раскрыть кусок искусственной кожи и ещё раз взглянуть на время. В конце концов его рука снова опустилась на край прибора, и уголки его рта изогнулись в самоуничижительной улыбке. Он прожил несколько десятков лет и никогда по-настоящему не придавал значения «времени». Такого рода вещи для него всегда имели иной смысл, нежели для других. Длительно? Кратковременно? Слова, так или иначе связанные с промежутками времени, не имели для него никакого значения. Он также не мог понять весь спектр чувств и эмоций, которые испытывали большинство людей. Для него это было словно просмотр спектакля на экране. Было невозможно ни сопереживать, ни понимать. По этой причине он никогда бы не подумал, что благодаря другому человеку однажды действительно почувствует, как время ускользает, словно песок сквозь пальцы. Оказывается, когда время невозможно повернуть вспять, оно течёт очень быстро, быстрее, чем он мог себе представить. «Дорогой, ты заставил меня целый день страшиться обратного отсчёта». Сказав это, Саэ Ян всё же не взглянул на обратный отсчёт. Даже не глядя, он знал, сколько времени осталось, потому что считал каждую минуту. ****** * Свет в кабинете погас на долгое время, а Шао Хэн в этот момент ждал снаружи, одолжив коммуникатор для связи со спасательной командой сил безопасности. Ему показалось, что он просидел там целое столетие, как вдруг наконец услышал доносящиеся изнутри звуки. Хорошо знакомый ему кашель, а также нечёткие слова. Шао Хэн на пару секунд ошеломлённо замер, а затем вскочил на ноги. Дважды постучав в дверь, он, не дожидаясь ответа, ворвался в кабинет и увидел, что стеклянная крышка лечебной капсулы открыта, а его отец стоит между голограммой и Саэ Яном. Прикрыв рот, он пару раз кашлянул и с каменным выражением лица сказал: «Ты плохо выглядишь и по-прежнему находишься здесь? Продолжительность терапии занимает долгое время. Я сам всё сделаю!» «Отец?» Шао Хэн машинально взглянул на время. Неужели прошло уже 5 часов? Увидев его, господин Шао лишь махнул рукой, жестом давая понять, чтобы тот вышел, и продолжил говорить господину Яну: «Будь ты моим сыном, я бы запихнул тебя в лечебную капсулу и запер там». Шао Хэн: «…» С этими словами господин Шао включил свет, и голограмма мгновенно потускнела. В искусственном освещении выражение лица Саэ Яна стало более отчётливым, если сравнить его и Чу Сы, лежащего на столе, то казалось, что сердцебиение отсутствовало именно у Саэ Яна. «О господи…» Шао Хэн поднял руку и указал на лечебную капсулу. «Правда, господин Ян, иди-ка полежи там немного. Каким образом ты превратился в это? Честно говоря, во время перемещения я полагал, что с тобой что-то не так, но тоже чувствовал себя странно. Очевидно, потому что до этого у меня не было такого опыта. Но и тебе это было не по силам, к тому же…» К тому же, почему твоё лицо выглядит совершенно иначе, господин Ян??? Шао Хэн нахмурился и хотел ещё что-то добавить, но старик, до этого момента игнорировавший сына, принялся ругать его: «Ты выйди и просто сиди там, давай поторапливайся!» Произнеся эти слова, он указал пальцем на Чу Сы и спросил Саэ Яна: «Сколько прошло с тех пор, как закончился обратный отсчёт?» Секунду помолчав, Саэ Ян ответил: «3 часа и 7 минут». «Всё нормально, всё в порядке». Старик Шао облегчённо выдохнул. «Успеваем. Ты… Если сильно волнуешься, посмотри со стороны, идёт? Хоть и неохотно, но всё-таки сделаю для тебя исключение. Ничего страшного, если ты не ляжешь в лечебную капсулу, хотя бы просто подсоединись к ней, это лучше, чем ничего». Отец Шао только что вышел из медицинской капсулы и, не считая кашля из-за того, что надышался холодным воздухом, он выглядел очень хорошо. Взяв инструмент из рук Саэ Яна, он принялся быстро работать, в его движениях действительно чувствовался огромный опыт. Саэ Ян подошёл к краю лечебной капсулы и прислонился к дисплею. Небрежно и лениво он присоединил маленькие проводки к своему телу, но не удосужился даже проверить порядок и правильность их расположения, так как его взгляд всё время был устремлён на Чу Сы. Техника отца Шао была чёткой и аккуратной, всё делалось строго по порядку, без малейшего промедления. Вероятно, он делал это столько раз, что у него сформировалась мышечная память и условные рефлексы. Казалось, что эти навыки глубоко вросли в его тело. Таким образом, терапия продолжалась ещё 2,5 часа. Во время заключительного этапа, ни на секунду не останавливающийся господин Шао внезапно замер. Он долго стоял с поднятыми руками, словно вдруг забыв, что делать дальше. «Что стряслось?» Саэ Ян выпрямился и пристально вглядывался в выражение лица господина Шао. Отец Шао взглянул на него и покачал головой. Отмахнувшись, он ответил: «Ничего, ничего… Это ни на что не повлияет.» Его рука, на некоторое время зависшая в воздухе, опустилась на голографическую модель, синхронизированную с механическими частями тела Чу Сы. Опасаясь, что Саэ Ян будет волноваться, он ласково объяснил: «Внезапно кое-что забыл, но сделаем по-другому, результат всё равно будет таким же.» Несмотря на эти слова, Саэ Ян всё же выдернул различные провода, присоединённые к его телу, и подошёл к господину Шао. К этому времени он уже убрал руку с голографической модели. Проблема, вероятно, была решена. Из-за беспокойства Саэ Яна он чувствовал некую беспомощность и, продолжая делать свою работу, сказал ему: «Быстрее, держи вот это и… Сожми вот это…» Раздалось несколько тихих щелчков, и господин Шао произнёс: «Вот и всё!» Саэ Ян посмотрел на по-прежнему безжизненного Чу Сы: «Точно? Но…» «Точно! Это нормально, что он ещё не очнулся. Кто после нескольких часов отсутствия сердцебиения сможет сразу открыть глаза?» В тот год в больнице господин Шао постоянно укорял Чу Сы, и сейчас, встретив Саэ Яна, он не стал ласковей. Убрав инструменты, он с тревогой снова взглянул на Саэ Яна. Развернувшись, он открыл дверь и позвал того, кто находился снаружи: «Зайди и убери этих двоих от меня. Я злюсь, когда вижу людей, которые так халатно относятся к своему телу!» Шао Хэн ворвался внутрь: «Успешно? Командир ещё не очнулся? Отец, ты как?» «Я – неважно, с Сяо Чу всё в порядке.» Махнув рукой, отец Шао продолжил: «Рядом есть комната отдыха, перемести их туда, пусть немного отдохнут. Сяо Чу скоро должен очнуться. Ты… Я посижу тут немного, а ты пока устрой этих двоих. Мне нужно кое о чём спросить.» Так называемая комната отдыха изначально была переоборудована из палаты интенсивной терапии, чтобы врачи, работающие по несколько десятков часов, могли прийти туда и вздремнуть. Около кровати стоял аппарат для экстренного восполнения энергии, чтобы переутомлённые врачи могли полностью восстановиться. Следуя мудрому повелению батюшки, Шао Хэн уверенно и смело скинул на кровать Саэ Яна, которого нёс на своих плечах. Кровать была достаточно большая, и в самые загруженные дни на ней без труда могли разместиться 4 врача, так что для двух человек места было более чем достаточно. Он взглянул на лицо господина Яна и, немного поразмыслив, всё же подтащил аппарат для экстренного восполнения энергии. Пристегнув к запястью собеседника браслет с автоматическим инъекционным устройством, он сказал: «Пойду найду старика.» И поспешно убежал. В комнате было естественное освещение, не слишком яркое и не слишком тёмное. Саэ Ян пошевелил запястьем и нетерпеливо прищёлкнул языком, но браслет так и не снял. Он вымотался, ужасно вымотался. Некоторые предыдущие действия, сделанные в порыве отчаяния, привели к перерасходу его ресурсов. Вероятно, если бы он закрыл глаза, то сразу же заснул. Но он тем не менее старался всё время сохранять ясность ума. ****** Чу Сы казалось, что ему снился очень длинный сон, содержание которого было весьма хаотичным. В нём смешались воспоминания из детства и взрослой жизни. Словно будучи на смертном одре он пересматривал свою жизнь, исключением было лишь то, что жизнь во сне отличалась от реальной. Выбранный наобум фрагмент был весьма абсурдным… Например, кто бы мог подумать, что ему присниться, как будучи на территории санатория он стоит на верхушке огромного дерева и пытается до чего-то дотянуться. Однако ни с того ни с сего земля вдруг содрогнулась, его нога соскользнула, и он начал падать. Но прежде чем он успел коснуться земли, его спина ударилась о чью-то грудь, а затем в его ушах прозвучал голос подростка Саэ Яна: «Я тебя поймал». В юные годы Саэ Яну, вероятно, пришлось бы съесть целое ведро крысиного яда, чтобы сотворить что-то подобное. Всё было настолько странно, что после этой фразы Чу Сы проснулся. Он почувствовал, как внезапно вырвался из сна, после чего его сознание медленно состыковалось с реальностью. До ушей мало-помалу доносились звуки, ощущения в теле потихоньку восстанавливались, и прежде чем открыть глаза он попытался согнуть пальцы. Едва он успел пошевелиться, как почувствовал, что кто-то повернулся к нему и заключил в свои объятия. Не открывая глаз, Чу Сы нахмурился и одними губами прошептал: «Саэ Ян?» «Мгм…» Глубокий голос прозвучал рядом с его ухом. Он мог почувствовать, как подбородок Саэ Яна прижимается к его надключичной ямке, что было слегка тяжеловато, но не причиняло дискомфорта. «Ты слишком тяжёлый.» Чу Сы, не открывая глаз, жаловался, словно по-прежнему находился во сне, и снова попытался подвигать зажатой рукой. «Для начала подвинься.» Саэ Ян рассмеялся и неясно пробормотал: «Нет, я слишком сонный…» Спустя несколько секунд дыхание Саэ Яна стало глубоким и ровным, вопреки ожиданиям, он действительно заснул.

Глава 69. Смена облика

Ощущения от того, что его придавил такой крупный человек, были не самыми приятными. Чу Сы было немного душно. Сделав пару частых и глубоких вдохов, он, всё ещё находясь под давлением, открыл глаза.  Имитация естественного освещения в комнате была вполне комфортной, но Чу Сы, который долгое время провёл в темноте, этот свет чуть-чуть резал глаза. Он некоторое время прищуривался, прежде чем его зрение мало-помалу прояснилось. Ранее он обратил внимание на потолок, и тот отличался от металлической текстуры «Белого волка», кроме того, был абсолютно белоснежным. Стена напротив также была белоснежной, что говорило о заботе о людях, страдающих мизофобией. На ней висело несколько аккуратных и чарующих картин, нарисованных акварельной краской. Не слишком густой и не слишком прозрачной, в самый раз, чтобы заставить почувствовать расслабление и уют. Такого рода планировка показалась ему слегка знакомой, и спустя некоторое время ему вдруг вспомнилось, что он, вероятно, видел нечто подобное в военном госпитале «Белый орёл». В прошлом, чтобы наблюдать за реакцией отторжения протезированных конечностей, ему пришлось долгое время проживать в палате интенсивной терапии. И пусть прошло уже очень много лет, у него по-прежнему сохранился условный рефлекс — видя эти акварельные картины на белых стенах, ему начинает казаться, что он снова чувствует смешавшиеся запахи дезинфицирующего средства и питательного раствора. Однако некоторое время спустя запах питательного раствора всё ещё присутствовал.  Чу Сы, опустив взгляд, упёрся подбородком в плечо Саэ Яна. У Саэ Яна крепкое телосложение, при этом не слишком развитая мускулатура. От него исходит аура опасности и отваги. Чу Сы слегка пошевелил подбородком и тут же почувствовал, как от этого движения растянулись мышцы плеча и шеи. Он использовал плечи и руки, чтобы заключить в них Чу Сы, из-за чего пространство казалось очень ограниченным и тесным. К тому же использовал свой вес, чтобы слегка вдавить его в одеяло, лишив возможности двигаться. В душе Чу Сы, тем не менее, росло загадочное чувство спокойствия. Прожив несколько десятков лет, он, вероятно, впервые почувствовал склонность к мазохизму. В противном случае, как, подвергаясь такому давлению, можно чувствовать доселе невиданное спокойствие? Он спал весьма долго и был на волосок от смерти, все кости в его теле, казалось, размягчились и под давлением Саэ Яна скрипели, словно вот-вот сломаются. Слушая дыхание Саэ Яна, он позволил ему ещё некоторое время находиться в таком положении, затем всё-таки попытался освободить правую руку, чтобы передвинуть аппарат искусственного питания, стоящий недалеко от кровати. Ролики ходовой части аппарата искусственного питания повернулись, на боковой панели показался дисплей, на котором было написано: Время непрерывной работы: 01:37:12 Остаток В1: 22,5% Мониторинг сна: поверхностный сон Согласно показателям, первая доза питательного раствора была введена не полностью, и осталось ещё более 20%. Учитывая характер Саэ Яна, мог ли он добровольно подключиться к этому аппарату? Очевидно нет, кто-то должно быть его заставил. Чу Сы прикинул, и единственным человеком, который мог бы открыть рот и предпринять какие-либо действия, был Шао Хэн. Но судя по поведению Шао Хэна перед похищением, он явно побаивался Саэ Яна, и не стал бы идти против его воли. В нормальных условиях, если бы Саэ Ян выразил своё недовольство или не придал бы значения, он просто пробормотал бы себе под нос «ну и ладно», и точно перестал бы уговаривать. Единственная возможность заставить Саэ Яна подключиться к аппарату искусственного питания, независимо от того, хотел ли того сам Саэ Ян или нет — его состояние было настолько плохим, что на него невозможно было смотреть. Причина, по которой его состояние стало таким, вполне очевидна. Чу Сы некоторое время молчал, затем слегка шевельнул шеей. Он хотел повернуть голову и посмотреть на человека, давившего ему на плечо. Как тут же услышал бормотание Саэ Яна: «Не двигайся…» «Ты не спал?» Чу Сы слегка наклонил голову, и заметил, что при таком положении, его щека и кончик носа, почти касаются задней части шеи другого человека. «Ты пошевелился, и я проснулся.» Голос Саэ Яна глубокий и низкий, звучал необычайно устало и тихо, но тон, тем не менее казался весьма расслабленным, словно он разговаривал с самым близким человеком. Казалось, что ему вовсе лень открывать рот, из-за чего дикция была нечёткой, и он выглядел в сотни раз ленивей обычного. Сказав это, он обнял Чу Сы, закрыл ладонью его глаза и неясно пробормотал: «Поспи со мной ещё немного.» Чу Сы используя уже освобождённую руку решил подвинуть его пальцы. Не прикладывая много усилий, он попытался разжать пальцы Саэ Яна, но так и не смог. Продолжая держать его руки, он призадумался: «В прошлый раз, на базе, я довольно долго пытался тебя растолкать, но ты даже не пошевелился. Почему же сейчас, ты так легко проснулся?» Несмотря на усталость, Саэ Яну тем не менее, никак не надоедало вот так общаться с Чу Сы. Он потёрся подбородком о его плечо и растягивая слова произнёс: «Из-за того, что я столкнулся с невиданным ощущением угрозы, приходится всегда быть начеку.» В полной темноте Чу Сы прислушался к его голосу, раздавшемуся так близко и едва заметно моргнул: «Угрозы?» «Угу.» «И как ощущения?» Саэ Ян неясно рассмеялся, лёгкое движение воздуха скользнуло вдоль уха Чу Сы, и казалось прошло прямо в кости: «Небывалая стимуляция…» Немного помолчав, он добавил: «Однако, командир, я не хочу сталкиваться с этим снова.» Очевидно, что это совершенно обыденная фраза, но произнесённая устами Саэ Яна, она пробуждала чувство собственной значимости. Чу Сы неспеша ослабил хватку, затем сполз немного пониже и положил руку ему на предплечье. Эта поза была не типичной, однако, то было их первое настоящее объятие. Оно не несло в себе иного смысла, лишь неопороченную ничем близость, расслабление и толику зависимости. «Но я уже записал метод отладки механизма, поэтому второго такого раза точно не произойдёт.» Саэ Ян продолжил говорить, его голос постепенно становился тише, и к нему мало-помалу вернулась сонливость. Может быть, потому, что они были близко друг к другу, а может, потому, что низкий голос Саэ Яна задевал его барабанные перепонки, заставляя тем самым чувствовать себя комфортно и расслабленно. Чу Сы снова почувствовал сонливость и на мгновение даже растерялся. К тому моменту, как он снова открыл глаза, рука, прикрывавшая их, уже соскользнула. Чу Сы пощупал его ладонь, чтобы проверить температуру и на основании этого определить степень восстановления. Он обернулся и посмотрел на аппарат искусственного питания. Время на нём изменилось – 07:18:23. Вопреки ожиданиям, он снова провалился в сон на целых 6 часов. Чу Сы впервые почувствовал, что смог так хорошо поспать, а мониторинг сна Саэ Яна показал, что его сон из фазы поверхностного перешёл в фазу глубокого. Вероятно, потому, что он в конце концов действительно расслабился. Скорость вливания питательного раствора, как правило, автоматически регулировалась в соответствии с физическим состоянием человека. Когда организм слишком слаб, не следует ставить очень высокую скорость, по мере постепенного улучшения состояния увеличивается и скорость вливания. Чу Сы повозился с пультом дистанционного управления, настроил скорость и услышал, как щёлкнул замок на входной двери. Чу Сы обернулся и увидел, как Шао Хэн просовывает голову в дверной проём, когда их взгляды пересеклись, он с удивлением спросил: «Эй, ты проснулся? Ян…» Судя по его словам, он, вероятно, собирался спросить, как дела у господина Яна, но, прежде чем успел задать вопрос, заметил их позу, поэтому остальная часть его слов превратилась в протяжное «эээ…». В прошлом Чу Сы просто оттолкнул бы Саэ Яна, хотя нет, в прошлом такая ситуация попросту не возникла бы. Но сейчас он опасался, что слишком сильные движения снова разбудят Саэ Яна, поэтому спокойно сказал Шао Хэну: «Я только что открыл глаза…» Как бы намекая на то, что он понятия не имеет, почему находится в таком положении. «Это ты принёс нас с господином Яном сюда?» Произнёс Чу Сы, словно спрашивая: как ты вообще нас так уложил, что, открывая глаза, я нахожусь в такой позе? Шао Хэн: «Хм… Да, я уложил. Но как так получилось?» Чу Сы усмехнулся: «Кто ж знает». Всего за пару фраз он возложил вину за сложившуюся ситуацию на Шао Хэна. Шао Хэн: «…» Почему я без вины виноват? Он переварил вопиющую несправедливость, которой подвергся, а затем сказал: «Ты всё ещё можешь дышать под таким давлением? Давай я всё-таки попробую передвинуть господина Яна?» Чу Сы: «Нет нужды». Шао Хэн: «…» «Когда ты нас сюда принёс?» Внезапно спросил Чу Сы. Шао Хэн на мгновение растерялся и машинально стал считать: «Я немного поболтал со своим стариком и руководил двумя волнами спасательной операции. Прошло около 7 часов». Чу Сы: «Как долго господин Ян не спал перед этим?» Как бы намекая: ты видел, как измотан был господин Ян, и в каком плохом состоянии он находился. Как ты сможешь продолжать жить с чистой совестью, если разбудишь его? Очевидно, у Шао Хэна совесть присутствовала в большей степени, чем у Чу Сы. При этих словах он прислонился к дверной коробке, активно жестикулируя, принялся говорить: «Как долго не спал? Не знаю, как долго он не спал, но этот его вид… Ай-яй-яй, ты не видел, но, если бы он лёг спать в гроб, его бы тут же проводили в последний путь! Ты же знаешь, мой старик терпеть не может людей, которые издеваются над своим организмом, поэтому он в миг заставил меня подключить господина Яна к аппарату экстренного восполнения энергии». Чу Сы сжал его ладонь и холодно произнёс: «Говори тише.» Шао Хэн немного понизил голос и продолжил: «Честно говоря, во время поисков моего старика лицо господина Яна выглядело очень странно. Ай, во всём здесь есть что-то странное. Я тебе позже расскажу.» Он мгновение помедлил, а затем добавил: «По-поводу моего старика, полагаю, он был втянут в какие-то неприятные дела. Я слегка беспокоюсь, что он может оказаться в опасности.» Чу Сы собирался задать ещё несколько вопросов, как вдруг почувствовал, что человек, зарывшийся в его плечо, пошевелился. С угла обзора Шао Хэна ничего не было видно, однако Чу Сы отчётливо ощущал, что Саэ Ян проснулся и сразу после пробуждения собирается начать создавать проблемы. Он уже пару раз едва заметно пошевелился, а затем укусил Чу Сы за яремную вырезку.* П/П: кто не в курсе, гуглите, я хз, как это объяснить) Пальцы Чу Сы шевельнулись, и мышцы на его лице мгновенно напряглись: «…» Шао Хэн: «А? Что случилось?» С каменным выражением лица Чу Сы ответил: «Ничего, не мог бы ты помочь мне поднять господина Яна? Я вдруг почувствовал нехватку воздуха.» Шао Хэн: «…» Насколько же медленная у тебя реакция? За это время можно было раз 300 облететь вселенную. Шао Хэн, тем не менее, вошёл в комнату и закрыл за собой дверь. Как только он сделал пару шагов, Саэ Ян отпустил шею Чу Сы и перевернулся. Когда он сел, то прикрыл глаза рукой, словно не привык к свету. Тень от ладони закрывала большую часть лица, однако, судя по изгибу уголков его рта и ауре, царившей вокруг, выражение его лица, вероятно, было чем-то средним между «разомлевший после сна» и «взбешён от того, что разбудили». Немного помедлив, он размял шею и, опустив глаза, протянул Чу Сы руку: «Отлежал? Требуется моя помощь, командир?» Чу Сы неосознанно потянулся, чтобы принять его помощь, но, едва подняв руку, тут же замер и одними губами произнёс: «Твоё лицо…» Однако было слишком поздно. В нескольких шагах от них раздался голос Шао Хэна, и, поскольку он был взволнован, его голос слегка исказился: «Блядь, ты кто?!»

Глава 70. Промывка мозгов

Перед тем как ступить на борт «Белого волка», Чу Сы, чтобы замаскировать Саэ Яна, использовал средство для формирования искусственного кожного покрова. Подобного рода вещи чаще всего используются для лечения ран, но иногда такие люди, как Чу Сы, используют их для смены облика и обмана других. Поскольку оно используется для заживления ран, ингредиенты в составе этого средства обладают лечебными свойствами. Продолжительность действия составляет около 24 часов, в некоторых случаях возможны погрешности. Средство полностью впитывается кожей, оно абсолютно безвредно и к тому же способствует заживлению повреждённых кожных покровов. К нынешнему моменту, пережив ряд событий, таких как внезапное сокращение времени обратного отсчёта, похищение капитана Шао, обнаружение военного госпиталя «Белый орёл», запугивание капитана Шао, отладка механических частей тела Чу Сы, попытка выгнать капитана Шао, очень долгий сон, шокирование капитана Шао и целый ряд других событий, эффект имитации кожного покрова, к сожалению, подошёл к концу. Несмотря на то, что на лице Саэ Яна не было никаких ран, оно всё-таки прекрасно впитало эту маскировку. К тому же во время сна он постоянно тёрся о плечо Чу Сы, даже если что-то и осталось, то было начисто стёрто при таком взаимодействии.  Короче говоря, сейчас у сидевшего на больничной койке Саэ Яна были всё те же черты лица, что и на фотографии, которая в течение 17 лет висела в здании безопасности с пометкой «разыскивается».  Шао Хэн, прежде чем понял, кто этот человек, на протяжении пары секунд стоял словно громом поражённый. Его глаза округлились, и он вскрикнул: «Ты... Ты... Кто бы мог подумать, что это ты!!!» Прежде чем он смог выплюнуть всю фразу целиком, его голос несколько раз обрывался, слушая его, нельзя было не испытать лёгкого сочувствия.  Однако скорость его реакции была бесполезна. Перед таким человеком, как Саэ Ян, даже одна десятая секунды промедления могла стоить жизни. Он собирался выкрикнуть его имя, как в тот же миг его тело было прижато к кровати, а обе руки заложены за спину.  Этот ублюдок Саэ Ян сроду не знал, как писать слово «бессовестный». Он снял с руки браслет от аппарата искусственного питания, связал за спиной руки Шао Хэна, затем ноги и сковал их вместе. Чрезвычайно плотный материал сковал его запястья так, что он совершенно не мог ими пошевелить.  Но ему, видимо, было мало. Этот негодяй схватил пульт дистанционного управления и подтянул трубку от аппарата искусственного питания. Кожаная трубка была износостойкой и устойчивой к порезам, а её прочность сравнима с прочностью альпинистской верёвки. Благодаря настройкам Саэ Яна она быстро сократилась, потянув за ремни, которыми были скованы запястья и лодыжки Шао Хэна, подвесив его тем самым в воздухе.  Шао Хэн: «Я...» прежде чем он успел ещё что-либо произнести, Саэ Ян выдвинул ящик прикроватной тумбочки, вытащил оттуда небольшой массажный мяч для шеи и засунул его Шао Хэну прямо в рот.  Шао Хэн: «...» Зонд внутри браслета измерил температуру тела и пульс человека. Несколько игл автоматически выдвинулись и вонзились в его запястья и лодыжки, затем эта злополучная машина для подачи питательных веществ загорелась красным, напоминая о том, что предыдущая партия питательного раствора была израсходована и пришло время заменить её на новую.  Саэ Ян захлопнул ящик прикроватной тумбочки, с помощью пульта дистанционного управления настроил аппарат и достал вторую партию пакетов с питательным раствором. После нажатия кнопки подтверждения браслет начал с особой тщательностью вводить питательный раствор Шао Хэну.  Это действие было настолько возмутительным, что Шао Хэн почувствовал, что над ним насмехаются.  Глаза Шао Хэна едва не вылезли из орбит, а в его взгляде читалось обвинение: «Ты, мать твою, совсем больной?!» Саэ Ян сунул руки в карманы, полюбовался своим творением, бросил пульт на кровать и сел рядом с Чу Сы. Скрестив руки на груди, он вытянул свои длинные ноги, вздёрнул подбородок в сторону Шао Хэна и произнёс: «Для начала успокойся.»  Шао Хэн прорычал: «Я чрезвычайно спокоен!!!» Однако из его уст вырвались лишь разочарованные стоны. Саэ Ян, указав на него большим пальцем, повернулся к Чу Сы и сказал: «Командир, почему бы тебе не подойти? Этот красавчик, кажется, смущается, когда видит моё лицо.» Чу Сы: «…» Откровенно говоря, выражение лица Чу Сы было очень сложным. Наблюдая за действиями Саэ Яна, знающие его люди, например, такие как Чу Сы, посчитают это результатом проявления милосердия. Хотя нет - милосердие это не то слово, которым можно описать такие действия. То, что только что сотворил Саэ Ян, скорее всего, можно было назвать своего рода подшучиванием. Однако в глазах нормальных людей такое лёгкое укрощение и игра с другим человеком могли иметь провокационный характер. Более того, после напоминания Саэ Яна, Шао Хэн наконец-то отреагировал. Ключевой пункт заключался не в том, что господин Ян Чжа от чего-то внезапно стал печально известным Саэ Яном, а в Чу Сы! Саэ Ян вернул свой прежний облик, а Чу Сы, вопреки ожиданиям, даже не собирался его ловить. Судя по его словам, он, похоже, уже давно обо всём знал!  И тут он вдруг вспомнил, как Чу Сы, когда они впервые вошли на борт «Белого волка», сказал: «Это господин Ян - мой компаньон.» На самом деле они, блять, чёртовы сообщники.  Шао Хэн оцепенел и почувствовал, как рушится его мировоззрение. Чу Сы раздражённо похлопал Саэ Яна по плечу, жестом велев ему отойти в сторону, а сам подошёл и сел на край кровати лицом к Шао Хэну. Он, казалось, совершенно не был сбит с толку из-за того, что личность Саэ Яна была раскрыта. Наоборот, сев, он поправил мятую рубашку, закатал рукава до локтей, а потом посмотрел на Шао Хэна: «Как насчёт того, чтобы я снова представил вас друг другу?»  Он указал рукой вправо и произнёс: «Имя этому господину Яну придумал я, его настоящее имя Саэ, уверен, ты с ним знаком.» Шао Хэн: я с ним не знаком! Кто, чёрт возьми, с ним знаком?! Я лишь видел его в списке разыскивающихся!  Однако... у него во рту всё ещё был кляп, и даже потеряв рассудок, он всё равно не смог бы громко кричать.  Чу Сы положил на него руку: «Прекрати стонать, очевидно, что эмоции не помогут тебе в данной ситуации, поэтому давай успокоимся и поболтаем.»  Шао Хэн покосился на массажный мяч, находившийся у него во рту, и это действие очень ярко выразило весь спектр его эмоций и смысл, заключающийся в них: как, мать твою, я могу болтать, когда у меня во рту эта штука?  Чу Сы тоже вспомнил о массажном мяче и, секунду помолчав, спокойно сказал: «Я буду разговаривать с тобой в одностороннем порядке.» «…»  Шао Хэн от злости едва не начал харкать кровью. «Прежде всего, я надеюсь, что ты, капитан Шао, имеешь некоторое представление о сложившейся ситуации и должен знать, какой приговор был вынесен господину Саэ Яну.» Сказал Чу Сы. Шао Хэн закатил глаза: весь мир об этом знает! «Всем известно, что срок заключения господина Яна равняется сроку жизни планеты.» Чу Сы немного помолчал, а затем продолжил: «Так что сейчас, когда планета взорвалась и развалилась на части, позволь спросить, каков оставшийся срок наказания господина Саэ Яна?» Шао Хэн: «…» Казалось, у него на лбу высветилась куча вопросительных знаков, однако ответ был один: планета взорвалась, срок заключения Саэ Яна аннулировался. «Его срок истёк, и теоретически он больше не является заключённым космической тюрьмы.» Спокойно сказал Чу Сы: «Поэтому сейчас господин Ян - гражданское лицо, обычный человек.» Шао Хэн: обычный, блять, человек? Ты когда-нибудь встречал обычного человека, способного связать и подвесить капитана сил безопасности? А? «Капитан Шао, не надо закатывать глаза. Несмотря на то, что с психологической точки зрения это решение шокирующее, однако теоретически всё правильно. В соответствии с правилами, если во время стихийного бедствия рядовой гражданин просит убежища у военного министерства, правительства или у здания безопасности, какой ответ нам следует давать? Скажи-ка.» Спокойно произнёс Чу Сы.  Шао Хэн: «…»  «Поскольку тебе, капитан Шао, сейчас не очень удобно говорить, позволь это сделаю я - нам следует безоговорочно удовлетворить просьбу и, учитывая общественное мнение, предоставить максимально возможную защиту. Если я ошибаюсь, можешь промычать.» Шао Хэн: «…»  Чу Сы поднял брови: «Поэтому, будучи простым человеком, господин Саэ Ян просит у военного корабля «Белый волк» защиту и возможность проживания на его борту, так же, как и остальные живущие в жилой зоне «Белого волка». Есть ещё вопросы?»  Чуткий командир Чу дал капитану Шао Хэну пару секунд на размышление и на то, чтобы хоть как-то отреагировать, а затем тактично ответил: «Нет.» Шао Хэн: «…»  «Знаю, что временами, рассматривая некоторые вопросы, очень трудно быть полностью объективным и беспристрастным, в конце концов все мы люди, и у каждого есть свои симпатии и антипатии. Принимая во внимание то, что ты видел лицо господина Саэ Яна в то время, тебе может быть слишком сложно спокойно действовать в соответствии с установленными инструкциями, однако следовать им нужно, и эта лишняя эмоция может оказать влияние на привычный ход работы, поэтому, принимая во внимание ваши эмоции, я внёс некоторые незначительные изменения в облик господина Яна.» Закончив свою длинную речь, командир Чу на мгновение призадумался и добавил: «Я полагаю, что поступил весьма учтиво. А ты так не считаешь?» Шао Хэн: «…»  У него просто не было слов.  Командир Чу мастерски обращает любой бред в правду, заставляя задумываться об этом снова и снова. Однако его собеседники не могут найти аргумента, чтобы это опровергнуть, поэтому им остаётся только со смирением принимать всё, что он говорит.  Только вот... Остаётся какое-то неописуемое чувство обиды.  Изменившееся выражение лица капитана Шао достаточно подробно описывало его чувства, однако командир Чу по-прежнему не собирался его щадить. «Кроме того, я предлагаю тебе постараться отбросить в сторону статус Саэ Яна и просто вспомнить, как этот господин проявил себя на борту «Белого волка». Если я правильно припоминаю, вы, кажется, сказали что-то вроде «господин Ян выглядит очень порядочным и компетентным».»  Шао Хэн молча закрыл глаза, понимая, что это прошлое даже страшно вспоминать: на самом деле он почувствовал, что в то время был совершенно слеп...  Командир Чу продолжил говорить: «Чтобы снизить потенциальную угрозу, я даже запер Саэ Яна в собственном кабинете. Думаю, это было благоразумно. Саэ Ян, будучи на борту «Белого волка», сделал что-то необычное? Нет.»  Шао Хэн внезапно открыл глаза, уставившись на Чу Сы обвиняющим и уязвлённым взглядом: «…»  Чу Сы: «…» Господин Саэ Ян, сидевший со скрещенными руками на груди и долгое время любующийся этой сценой, наконец заговорил и напомнил Чу Сы: «О, а похищение этого красавчика считается?»  Чу Сы взглянул на него: «Заткнись.»  Саэ Ян поднял руки и скрестил пальцы перед своими губами.  Выражение лица Шао Хэна стало неописуемым, и он уставился на Саэ Яна. Кто бы мог подумать, что этот легендарный человек окажется таким послушным!  Если я не ошибаюсь, ты, скорее всего, думаешь: «Настал тот день, когда кто-то заставил Саэ Яна заткнуться, и он, вопреки ожиданиям, не рассердился и не начал драться...» Чу Сы посмотрел Шао Хэну в глаза и усмехнулся: «Тогда предлагаю тебе ещё немного подумать вот о чём, Саэ Ян помог спасательной команде заполучить карту расположения драконьих колонн, а также найти твоего отца. Он не оказал никакого сопротивления, когда ты насильно притащил его сюда и подключил к аппарату искусственного питания. Ну и конечно, он спас мне жизнь.»  Чу Сы не смотрел на Саэ Яна, он оставался сидеть, глядя Шао Хэну прямо в глаза. Он говорил медленно, словно давая ему время вспомнить произошедшие события. Заметив, что выражение лица Шао Хэна наконец смягчилось, он добавил: «Не знаю, о чём ты подумал, но я весьма тронут». Закончив говорить, он развёл руками: «Отлично, а теперь сообщи мне о своём выборе. Ты бы выбрал ещё одного помощника из того же лагеря, что и ты, или предпочёл бы напугать до смерти эту старую рухлядь в роде Циэрдэ Фэна?»  Шао Хэн, которому начисто промыли мозги, некоторое время хранил молчание, а затем ответил: «ууууууууу». Чу Сы: «…» Он протянул руку и вынул массажный мяч изо рта Шао Хэна. Отбросив его в сторону, он снова вздёрнул подбородок и сказал: «Давай, повтори ещё раз, я не расслышал.» Твою мать, если бы расслышал, то дело явно было бы нечисто!  В своих мыслях Шао Хэн немного поворчал, но в конце концов с выражением лица, словно у него разболелся зуб, ответил: «Я неохотно выбираю первый вариант.»  «Отлично.» Чу Сы кивнул в сторону Саэ Яна и сказал: «Развяжи капитана Шао. Я пойду в соседнюю комнату и попрошу у господина Шао ещё немного средства для формирования искусственного кожного покрова. Эти стариканы не выдержат такого потрясения. Пусть пока пару-тройку дней поживут в тишине и спокойствии.»  Закончив говорить, он встал и вышел. Батюшки Шао не было в кабинете, возможно, Шао Хэн уже отправил его на корабль «Белый волк». Через окна в коридоре можно было увидеть, как снаружи, один за другим, загораются огоньки, образуя тонкие плотные линии, со всех концов города указывающие путь к подземному убежищу.  Этот вид сверху на бесконечные огни был воистину прекрасен, среди бескрайней тьмы этот свет заставлял чувствовать себя в безопасности и спокойствии, и создавалось ощущение, что чаяния вот-вот станут реальностью.  И если бы не Саэ Ян, ему, возможно, навсегда пришлось бы попрощаться с этими видами...

Глава 71. Мотивационные методы

Прежде чем Чу Сы и его спутники вернулись на борт «Белого волка», прошло чуть больше часа.  Что же касается того, где они были всё это время, в двух словах не расскажешь. Сначала капитан Шао Хэн сказал, что ему необходимо побыть одному, потому что во время сумасшедшей промывки мозгов со стороны Чу Сы он вспомнил, как учился в военной академии, и на трясущихся ногах вошёл в офис генерала, отвечающего за всё оперативное отделение. Помимо этого, ему потребовалось несколько минут для того, чтобы вспомнить, каким образом он за то время, что вошёл и вышел из комнаты, превратился в сообщника Саэ Яна. Ему даже казалось, что это настолько естественно, что никак нельзя воспротивиться, и не стать его помощником будет равносильно злодеянию, которое не простит даже Бог.  Событие было настолько шокирующим, что ему потребовалось время, чтобы всё это переварить. Но что ещё важнее, он долго был подвешен в воздухе со связанными руками и ногами, от чего его мышцам требовалось некоторое время, чтобы вернуться в тонус.  Но и это не самое главное, что действительно заняло большую часть времени, так это лицо господина Саэ Яна!  Так называемое переваривание информации и осмысление самого себя заняли у Шао Хэна не так уж много времени, от силы 10 минут. Когда он наконец справился со своей психологической травмой и снова открыл дверь в соседнюю комнату, то увидел, как Чу Сы щипает Саэ Яна за лицо.  Мгновение поколебавшись, капитан Шао Хэн подошёл к кровати и увидел, как Чу Сы выпрямился и, стряхивая остатки средства со своих рук, сказал: «Ок, готово». С этими словами он сделал шаг в сторону Шао Хэна, вздёрнул подбородок и спросил: «Поможешь мне оценить, как вышло?»  Раз уж присоединился к этой компании, то нужно проявлять осознанность и придерживаться строгих принципов. Шао Хэн кашлянул и посмотрел Саэ Яну в лицо. «...» «Ну как?» Чу Сы взглянул на его парализованное лицо. «Есть какие-то проблемы?»  Шао Хэн выглядел так, словно у него резко разболелся зуб: «Да, командир, и это очень большая проблема. Если ты отведёшь его к этим старикам в таком виде, могу гарантировать, что Циэрдэ Фэн и остальные подумают, что ты выкинул господина Яна за борт и заменил его новым компаньоном».  Чу Сы слегка нахмурился: «...невозможно, неужели разница настолько велика?»  Он лепил каждую часть одну за другой собственными руками, его внимание было сосредоточено на мелких деталях, из-за чего было сложно собрать целый образ. Самодовольный командир Чу считал, что его творение идеально и в точности повторяет предыдущее. «Если рассматривать всё по отдельности, сходство действительно имеется, однако если посмотреть на образ целиком, он выглядит немного странным». Шао Хэн призадумался и жестом показал: «Скулы должны быть более выраженными». Чу Сы, слушая его, стал понемногу вносить изменения.  Шао Хэн: «Хм... щёки чуть-чуть худее».  Чу Сы продолжал. «Переносица чуть шире.» «...» «Нет-нет, всё-таки чуть уже.» Командир Чу, не отличавшийся титаническим терпением, наконец хмыкнул и сунул пузырёк со средством в руки Шао Хэна: «Давай, делай». Шао Хэн: «...» Вот тебе раз, беда пришла откуда не ждали! Кто осмелится протянуть руку, тыкать и щипать лицо этого человека? Это что, шутка какая-то? Он и Саэ Ян с безразличным выражением на лицах пару секунд смотрели друг на друга. Молча вложив ему в руки флакон со средством, Шао Хэн обернулся и собирался уйти: «Откровенно говоря, всё и так неплохо, пойдёмте.» Вдруг по чистой случайности Циэрдэ Фэн и остальные слепые? Дойдя до двери, он, не удержавшись, обернулся и спросил Чу Сы: «Командир, а по какой причине ты не воспользовался пресс-формой?» Чу Сы подумал: А ты действительно занятный. Вы преследовали нас чуть ли не до самого входного люка, и до меня не сразу дошло, что стоило бы замаскироваться. Где в этот момент я мог найти пресс-форму? Но разве смог бы командир Чу сказать о таких мелочах? Конечно же нет, поэтому он бросил на Шао Хэна мимолётный взгляд, махнул в его сторону рукой и холодно ответил: «Ладно, я снова попробую поправить.» Эти попытки что-то изменить заняли больше часа. В конце концов Саэ Ян рассмеялся и, заложив руки за спину, сказал: «Командир, я тут заметил, что ты с очень большим энтузиазмом отнёсся к данному делу.» Он слегка приподнял подбородок и прикрыл глаза, позволяя пальцам Чу Сы свободно перемещаться по его лицу. «В чём дело?» Чу Сы постучал себя по подбородку, повернул прямо на себя его лицо и, ориентируясь по переносице в качестве осевой линии, сравнил обе стороны. Саэ Ян сказал: «Кажется, тебе доставляет удовольствие уродовать меня. Только за это время ты трижды сжал губы, словно собирался улыбнуться. Я всё прекрасно видел.» Руки Чу Сы замерли, и он раздражённо взглянул на него: «Я совсем не против лишиться этого удовольствия. Как насчёт того, чтобы попробовать самому?» «Нет.» Наотрез отказался Саэ Ян. «Тогда терпи.» Чу Сы потряс в руке пузырёк, выдавил немного средства на кончики пальцев и принялся выражать своё недовольство: «Мне следовало сделать тебя толстым и прибавить парочку огромных шрамов. Таким образом, шрам мог отвлечь на себя внимание от твоего лица, а если бы и было небольшое несоответствие, всегда можно было бы сказать, что ты похудел от усталости, так было бы в сотню раз проще.» Саэ Ян скривил губы и ответил: «Мне всё равно. Во всяком случае мне нет нужды смотреть в зеркало, но вот смог бы ты выносить такой вид, командир?» Чу Сы приложил палец к подбородку и машинально ответил: «С чего бы мне этого не вынести?» «Потому что твои симпатии и антипатии по своей сути строятся на внешнем виде.» Растягивая слова, произнёс Саэ Ян. «Еда, одежда, люди – ты ко всему так относишься. Неаппетитная еда всегда отдавалась мне. Первым делом ступив на борт «Белого волка» ты побежал переодеваться. Что же касается людей...» Говоря это, он улыбнулся и многозначительно посмотрел на Чу Сы. Чу Сы поднял веки и встретился с ним взглядом: «Ты окольными путями пытаешься заставить меня сказать, что ты красивый, господин Саэ Ян?» «А ты, ходя вокруг да около, пытаешься признаться, что я тебе нравлюсь, командир Чу?» Чу Сы некоторое время смотрел на него, а затем, рассмеявшись, продолжил лепить ему лицо: «Если ставить тебя на один уровень с едой и одеждой... Да ты будешь посимпатичней подгоревшей трески и креветок.» Он отступил на шаг, чтобы полюбоваться своим шедевром, на создание которого ушло больше часа, затем нашёл в комнате портативный медицинский набор, положил в него запасные бутылочки со средством для создания искусственного кожного покрова и сказал: «Тем не менее, я вынужден тебя поправить. Мы действуем друг другу на нервы уже более 40 лет, и я уже давно перестал обращать внимание на твоё лицо, господин Саэ Ян. Круглое оно или плоское, выглядит так, как на плакате с надписью «разыскивается», или как у толстяка с двумя огромными шрамами, меня это никак не касается.» Он отнёс укомплектованный медицинский чемоданчик к шкафу у входной двери. В тот момент, когда его рука на секунду задержалась на ручке, он услышал, как Саэ Ян позади него небрежно заговорил: «А мне кажется, что всё-таки тебя это очень касается, например, ты определённо не сможешь целоваться с толстяком, у которого на лице два огромных шрама, да и это лицо, которое ты только что опорочил собственными руками, вызывает у меня некоторые вопросы.» Чу Сы: «…» На мгновение замерев и снова приняв непринуждённый вид, он раскрыл дверь в больничную палату. Затем развернулся и пошёл обратно в сторону Саэ Яна. Приняв спокойный вид, он сказал: «Вообще-то фраза «определённо не…» действует лишь на людей, которые рождены с бунтарским характером, таких как ты. Она не действует на разумных взрослых вроде меня. Тем не менее, учитывая то, что я сказал ранее…» «Я так уж и быть неохотно подыграю тебе в этот раз.» Произнеся эти слова, он опустил голову и коснулся уголка рта Саэ Яна. Этот поцелуй был лёгким и шутливым, однако необыкновенно чистым и нежным. Чу Сы немедленно выпрямился и сказал: «Давай шевели ногами.» Закончив говорить, он развернулся и вышел за дверь. Не успев сделать и пары шагов, он почувствовал, как Саэ Ян медленно плетётся за ним: «Командир, ты сегодня необыкновенно покладистый.» Шао Хэн, воспользовавшись свободным часом, не закрывая дверь, немного поспал в соседней комнате. Услышав движение с той стороны, где находился Чу Сы, он вышел. Потягиваясь после сна, он смутно услышал эту фразу, и в этот момент его плечо хрустнуло. «…» Он, вероятно, не понимает значения слова «покладистый»??? Саэ Ян снова задал вопрос: «Ты сможешь продолжать в том же духе?» Чу Сы взял аптечку, вышел из комнаты и, даже не обернувшись, ответил: «Нет.» Саэ Ян, слегка прищурившись, улыбнулся. Шао Хэн стал случайным свидетелем этой улыбки и едва не наступил себе левой ногой на правую. Пошатнувшись, он вмиг выправил свою походку. «Ты что, пьян?» Взглянул на него Чу Сы. «Нет, я ещё не до конца проснулся.» С онемевшим лицом произнёс Шао Хэн. Платформа для телепортации переместила всех троих на нижний этаж, и они по очереди сели в воздушное судно, на котором прилетели. Чу Сы посмотрел вдаль, туда, где сверкал сигнальный фонарь, и спросил Шао Хэна: «Спасательные операции ещё не закончились?» «Если бы это был обычный обломок, мы бы давно совсем справились, но этот фрагмент немного особенный. На территории военного госпиталя есть несколько отдельных военных учреждений, поэтому помимо спасательных работ была проведена тщательная проверка.» Шао Хэн нашёл место, где можно было прилечь, положил голову на подушку и сказал: «Включайте автопилот, хоть это и недалеко, я так устал и никак не могу избавиться от сонливости...»  Пока они искали господина Шао, он хоть и урывками, но всё-таки мог поспать, а вот Саэ Ян всё это время бодрствовал. Может быть поэтому, после очередного перемещения Саэ Ян выглядел ещё более уставшим? Подумал про себя Шао Хэн.  Было слишком много срочных дел, к тому же лично увидев отца, он был крайне взволнован и уж точно никак не мог заснуть. Теперь же эта измотанность от перемещения снова вернулась, и тело расслабилось.  Зевнув, он откинулся на спинку сидения и прикрыл глаза.  Чу Сы сказал: «Кстати, ранее ты, кажется, упоминал, что у господина Шао какие-то проблемы?» Как только разговор вошёл в это русло, у Шао Хэна тут же произошёл прилив энергии: «Когда мы нашли моего старика, он был не в лучшем состоянии. Угадай, каков был вердикт медиков? Они сказали, что он вырезал себе воспоминания!» «Вырезал воспоминания?»  «Верно, странно, не правда ли? Позже я пытался расспросить его об этом, и он ответил, что некоторые вещи с лёгкостью могут быть использованы не по назначению, и лучшим решением является полное избавление от них. Однако, воспоминания уже были вырезаны, поэтому отец не смог рассказать мне, что именно произошло.» Шао Хэн продолжил: «Но кто-то ищет его, и я уверен, что у этих людей плохие намерения. Старик тоже прекрасно это понимает, иначе не стал бы так тщательно прятаться. Полагаю, он должен знать о противнике, и какая у него цель. Несколько раз я окольными путями пытался выведать у него информацию, но он отказывался мне отвечать и настаивал на том, что нужно ещё немного подождать! О, я до смерти расстроен!»  Шао Хэн потёр лицо и сказал Чу Сы: «Подскажи мне, чего он ждёт? Определённого времени? Определённого человека? Как насчёт того, чтобы ты, командир, попытался промыть старику мозги?» «…» Чу Сы взглянул на него, однако у него имелись кое-какие мысли на этот счёт.  Интуиция подсказывала ему, что та информация, которой владел господин Шао, была чрезвычайно важной.

Глава 72. Старый друг

Вернувшись на «Белого волка», Чу Сы велел Саэ Яну идти в его кабинет, чтобы с помощью оптического мозга и Ока небес, тот мог продолжить взлом чернового варианта исследовательского проекта, который удалось добыть в квартире Цзян Ци. А сам тем временем вернулся в командный центр. Шао Хэн вернувшийся раньше, объяснил Циэрдэ Фэну, что в следствии предыдущего перемещения, у Чу Сы обнаружилась проблема с кардио - и дыхательной функциями, что в конечном счёте затронуло и механические части тела. Из-за этого нужно было отправиться в военный госпиталь «Белый орёл», и одолжить устройство для отладки. Хотя требовалось действовать быстро, но никакой серьёзной опасности не было. Да и Чу Сы благополучно вернулся, поэтому, несмотря на то, что у Циэрдэ Фэна и остальных было множество теорий, они в конечном итоге решили поверить объяснениям Шао Хэна. Поскольку количество спасателей было ограничено, каждый раз, когда регистрировался новый фрагмент, некоторые члены спасательной команды оставались, чтобы помочь запустить аварийные объекты и разместить пробудившихся людей. Помимо размещения, также проводились соответствующие проверки и ремонт основных объектов, таких как убежище. К тому же, спасатели обучали людей пользоваться различными функциональными зонами убежища. Только после этого, спасательная операция считалась завершённой. На один такой цикл спасательной операции уходило не менее пяти часов, а в случае поломки аварийно-спасательного оборудования и необходимости его ремонта, требуется ещё больше времени. Для того, чтобы максимизировать эффективность, пока одна спасательная группа работает на фрагменте, остальные продолжают двигаться вперёд и исследуют следующую партию обломков планеты. Также есть группа спасателей, отправляющая на «Белого волка» людей, чьё состояние нестабильно и которые не могут оставаться в убежище. Когда все члены команды спасателей были при делах, в спасательной операции возникала точка самопересечения. В данный момент новых вылетов не планировалось, и все спасательные команды обосновывались на тех фрагментах, на которые уже успели приземлиться. Командный центр отдал приказ, согласно которому после завершения спасательной операции, все члены спасательной команды должны отдохнуть в течение четырёх часов, чтобы снять дискомфорт, вызванный многократными перемещениями и физическим истощением, а также для восполнения запасов питательных веществ и залечивания ран. Также была приостановлена трёхсторонняя встреча между военным министерством, правительством и зданием безопасности. Стало заметно, что на борту «Белого волка» больше людей, чем раньше. Некоторые из них были членами команд, проводивших спасательную операцию, которые в спешке приходили и уходили, а некоторые были людьми, привезёнными с других фрагментов планеты, которым требовались особые условия. Персонал центра скорой медицинской помощи, сновал туда-сюда по жилой зоне, а лечебные капсулы аккуратно перевозились в несколько рядов. Чу Сы отправил Циэрдэ Фэна и его людей, которые долгое время руководили процессом вздремнуть, а сам вместе с охраной отправился в жилую зону, чтобы проконтролировать процесс спасательной операции. Убедившись, что все возвращённые люди размещены в специальных лечебных капсулах и находятся под наблюдением профессиональных врачей, он направился туда, где остановился батюшка Шао. Изначально Шао Хэн хотел пойти вместе с ним, но на полпути его остановили медики, заявившие, что у него явные признаки последствий от большого количества перемещений. «Да быть такого не может! Хотя ощущения действительно похожи.» У Шао Хэна была одна проблема, имеющаяся у многих людей, включая Саэ Яна и Чу Сы, а именно: ему нравилось терпеть лёгкое недомогание, и он не признался бы в плохом самочувствии, даже если был бы на волосок от смерти, словно это признание могло стоить ему жизни. Откуда взялся этот недостаток, никому не известно. «Я не совершал так много прыжков, и уж тем более прыгал не так много раз, как члены этой спасательной команды. Они все ещё прямо стоят на своих двоих, так как я могу быть в зоне риска?! У меня нет никаких проблем, кроме зевоты». Шао Хэн долго протестовал, вплоть до того, что чуть не позвал ближайших членов отряда сил безопасности, чтобы те пришли и дали показания о его физическом состоянии. Тем не менее, ему так и не удалось вырваться из лап врачей, и его заперли в медицинском центре. В конце концов, к господину Шао отправился лишь Чу Сы. Пришедшие с ним охранники остановились в дверях. Всего их было 10 человек, они делились на 2 группы по 5 человек, и по очереди сменяли друг друга. Эта охрана была приведена специально для обеспечения безопасности батюшки Шао. Откровенно говоря, изначально Шао Хэн хотел чтобы отец жил с ним. После случившегося ранее, он немного беспокоился о психическом состоянии своего старика, да и к тому же, он уже не молод. Если он действительно скрывается от кого-то или чего-то, лучше уж не выпускать его из своего поля зрения. Помимо всего прочего у Шао Хэна были свои цели. Используя время совместного проживания, он хотел выведать у отца то, что тот скрывал. Однако, вероятно, из-за того, что они были отцом и сыном, господин Шао, должно быть, видел сына насквозь, и совершенно не желал жить с ним в одном помещении. После долгого противостояния, обе стороны в итоге отступили, и батюшка Шао поселился по соседству с Шао Хэном. Когда Чу Сы вошёл в комнату, батюшка Шао бросил на охрану строгий взгляд и сказал: «Какое расточительство! Я старик, который одной ногой уже в могиле, зачем мне охрана? Правда считаешь, что я какой-то антиквариат? Мне это не нужно. Когда будешь уходить, забери их с собой.» «Я только пришёл, а Вы уже считаете время до моего ухода?» Чу Сы избегая упоминания об охране, принялся шутить. Командир Чу несёт всякую ересь настолько часто, что это уже стало его второй натурой. Однако есть несколько человек, с которыми сталкиваясь лицом к лицу, Чу Сы в состоянии себя обуздать. Один из них — приёмный отец Цзян Ци, а другой — доктор Шао. Относительно первого всё предельно ясно, и само собой разумеется. А вот такое отношение ко второму обусловлено в основном, последствиями, вызванными периодом госпитализации. Когда он, с повреждёнными конечностями находился в военном госпитале «Белый орёл», то ещё не покинул военный лагерь и постоянно занимался различного рода задачами. Для людей, привыкших к такой жизни, было действительно невыносимо внезапно оказаться запертым в больнице да ещё и с параличом половины тела. Поэтому с самого начала Чу Сы принялся самозабвенно лгать, намереваясь «промыть мозги» всему медицинскому персоналу, чтобы его как можно скорее выписали из больницы. К сожалению, его лечащим врачом был Шао Дунь. Старик был непреклонен. Для таких пациентов как командир Чу, которые пускают в ход свою привлекательную внешность и подвешенный язык, он всегда применял политику «трёх нет»... Не разрешать бахвалиться, не проявлять приветливости, не позволять им много болтать, и в итоге оставлять всё сказанное ими без рассмотрения. В этот период жизнь Чу Сы представляла собой замкнутый круг. С высокомерным и равнодушным видом, он всерьёз запудрил мозги всему медицинскому персоналу. Едва он собирался получить разрешение на выписку, как господин Шао, внимательно за всем следивший, остановил его и серьёзно отчитал. Сделав вид, что ничего не произошло, он спустя время снова успешно «промыл мозги» персоналу. В очередной раз старик его остановил, отчитал и поместил под более строгий надзор. ...... В результате Чу Сы не только не смог выписаться из больницы раньше времени, а ко всему прочему господин Шао заставил его остаться ещё на месяц. Чу Сы не знал, смеяться ему или плакать, но всё же усмирил свой нрав. Так или иначе, с тех пор, всякий раз, когда он видел господина Шао, то автоматически прекращал лгать. Поэтому, Шао Хэн рассчитывал не на того человека, когда надеялся, что его старику «промоют мозги». Тем не менее Чу Сы всё-таки планировал попробовать. Даже если и не удастся убедить этого упрямого старика, было бы неплохо найти хоть какие-нибудь зацепки. У старика было не так много багажа, и Шао Хэн помог ему собрать вещи, находившиеся в его кабинете военного госпиталя. На обратном пути к «Белому волку», он услышал, как Шао Хэн сказал, что взял одежду и аптечку для него. Однако перед уходом старик взял с собой электронный фотоальбом, который небрежно лежал на книжной полке. «В этом альбоме ведь нет ничего особо ценного, по большей части фотографии моей мамы, выпускная фотография моего старика в юные годы, и...несколько моих фотографий». Когда Шао Хэн представлял этот альбом, он был весьма недоволен. Сказав это он размял руки и выдохнул: «Ах... Каждый раз, когда вижу этот альбом, мне кажется, что я приёмный.» Сев на диван в гостиной Чу Сы увидел электронный фотоальбом, разложенный на журнальном столике. Должно быть, это тот, о котором говорил Шао Хэн. Фотоальбом был раскрыт. Отец Шао успел пролистать лишь половину, видео продолжало проигрываться в окошке над альбомом... Группа молодых людей в выпускных мантиях, стоя перед камерой, поправляли их, и уже собирались сесть на расставленные стулья. Но едва они успели это сделать, люди, стоявшие во втором ряду, словно заранее сговорившись, протянули руки и убрали стулья. Люди в первом ряду, хохоча и ругаясь, катались по земле. Чу Сы некоторое время открыто смотрел, а затем улыбнулся и сказал господину Шао: «Это Ваш выпускной снимок?» Старик кивнул, и глядя на изображение, рассмеялся: «Мгм. Первый выпуск оружейно-инженерного колледжа «Белый орёл», который впоследствии был переименован в военную академию.» «Весьма давний. Откровенно говоря, я, разок взглянув, не смог Вас найти.» Сказал Чу Сы. «По Вашей специальности не так много людей.» Отец Шао вздохнул: «Молодость... В то время я только-только достиг совершеннолетия. Вот, я здесь» Чу Сы, на самом деле. лишь мельком взглянул, и не стал пристально вглядываться в черты лиц этих людей. По большей части его внимание привлёк розыгрыш. Старик указал на молодого человека в середине второго ряда. Чу Сы проследил за его пальцем и сказал: «Немного похож на Шао Хэна». «Что ты такое говоришь? Этот засранец похож на меня.» С суровым выражением лица произнёс батюшка Шао, а затем добавил: «Тем не менее, эта групповая фотография не только нашего медицинского факультета. Это фотография всей организации. На ней довольно много профессионалов, которые были и на снимке, показанном ранее.» Пока они говорили, видео снова начало воспроизводиться. Около 20 молодых людей по очереди появились в объективе камеры, поправляя мантии и шляпы. Лицо молодого доктора Шао ничего не выражало. Поправляя шляпу, он лишь слегка нахмурил брови, впрочем как и сейчас. «Вы по-прежнему состоите в организации? Что это за организация?» Небрежно спросил Чу Сы, рассматривая изображение. На видео доктор Шао стоял неподвижно на своём месте. Другой парень, по всей видимости, запоздал. Он подошёл к доктору Шао, разговаривая и улыбаясь, а затем остановился. Стоя спиной к камере, он сказал несколько слов доктору Шао. Чу Сы неосознанно отвёл взгляд от лица доктора Шао и посмотрел на молодого человека. Когда молодой человек повернулся и встал лицом к камере, Чу Сы словно громом поразило. Это лицо, несомненно, принадлежало Цзян Ци! Молодой доктор Шао и молодой Цзян Ци прошептали друг другу несколько слов, затем, как и остальные, выпрямились и посмотрели в камеру. Когда фотограф сказал: «Приготовьтесь...», они с улыбкой протянули руки к стульям в первом ряду. Бум... Люди в первом ряду упали на землю, а стоявшие во втором засмеялись, включая и доктора Шао. Некоторые из самых шумных даже присвистнули. У молодого человека, стул которого отодвинул Цзян Ци, шляпа съехала набок, закрыв половину лица так, что его невозможно было отчётливо разглядеть. Он улыбнулся и встал, пытаясь стянуть с Цзян Ци и доктора Шао мантии, но те двое увернулись от него. Более двадцати человек суетились, а Цзян Ци повернул голову в сторону камеры. Когда он посмотрел в объектив, изображение застыло, и видео остановилось. Чу Сы долгое время пребывал в состоянии шока, пока видео не начало воспроизводиться снова. Затем он посмотрел на господина Шао: «Человек, стоящий рядом с вами...» Господин Шао вздохнул: «Угу... Всё время забывал тебе сказать. Когда я учился в колледже, то дружил с твоим приёмным отцом Цзян Ци».

Глава 73. Былое

Откровенно говоря, Чу Сы никогда не задумывался о таком уровне отношений. Тогда его тело было настолько повреждено, что надежда на его спасение практически равнялась нулю. В той ситуации никто не хотел брать эту горячую картофелину. Во-первых, его личность была несколько особенной, да и дела, в которые он был вовлечён, также были особенными. Если бы он погиб у кого-то на руках, то пришлось бы проводить расследование, а это весьма хлопотно. Поэтому, придя в себя, он был весьма удивлён, узнав, что человек, который взял на себя ответственность за него, никто иной как батюшка Шао. В конце концов, после того, как господину Шао исполнилось 140 лет, он перестал принимать новых пациентов, а лишь давал некоторые указания. Большую часть времени он проводил в исследовательском центре на верхнем этаже, а практически всю ручную работу за него выполнял его самый близкий ученик и помощник Миллер, подпись и печать на документах, как раз принадлежали Миллеру. Он всегда считал, что причиной, по которой господин Шао лично взял на себя управление процессом его операции и реабилитации, было давление со стороны тренировочного лагеря. Но в то же время он был немного озадачен, ведь учитывая происхождение и статус семьи Шао, тренировочный лагерь, вероятно, не смог бы оказать никакого давления. Сейчас, размышляя об этом, вероятно, всё произошло из-за их отношений с Цзян Ци. Но... Ему было действительно сложно связать господина Шао, Цзян Ци и слово «соученики» в одном предложении. Всё таки в его сознании запечатлелся образ Цзян Ци десятилетия назад. Он всегда выглядел молодо, и в средние года не сильно отличался от, того каким был в расцвете сил. Отпечаток времени лишь отражался в его характере... Что касается господина Шао... По-видимому из-за его дурного нрава и исключительной серьёзности, между бровями залегла ярко выраженная морщина, носогубные складки также были очень глубокими. Но самое главное, его седые волосы, из-за этого он выглядит старше людей с тёмными волосами. Эти двое... Действительно соученики? Впервые Чу Сы не смог скрыть своего удивления. Он долго пребывал в шоке, а затем открыл рот: «Я припоминаю... Если память мне не изменяет, господин Шао, Вы...» Лицо господина Шао стало серьёзным: «Я что? Выгляжу старше чем он?» Чу Сы: «...» «Ладно, можешь не притворяться, я действительно старше него. Иначе с чего бы мне терпеть, когда ты называешь меня дедушкой или старым доктором?» Господин Шао вздёрнул подбородок в сторону видео, которое снова начало воспроизводиться. «Большинство людей на этой фотографии старше чем он, гораздо старше, просто в этом возрасте разница не настолько очевидна. К тому же он высокий, из-за чего она становится ещё менее заметной.» Чу Сы был в шоке: «Почему? Разве это не выпускная фотография?» «Этот паренёк перескочил через классы, с младших, попал сразу в старшие. Ни одного этапа он не прошёл честно, за 3 года, он перескакивал дважды.» Господин Шао с досадой указал на Цзян Ци, а затем на того, из - под кого он вытащил стул: «Они оба перескочили через классы. В то время все относились к ним как к младшим братьям, поэтому позволяли делать всё, что им вздумается.» В его глазах Цзян Ци всегда был старшим. Несмотря на то, что время от времени он говорил что-то неправильное, но у него всегда был сильный характер. Даже если он отпускал какие-то шутки, его отточенный с годами нрав не менялся. Поэтому, когда Чу Сы внезапно услышал, как господин Шао используя подобный тон описывает Цзян Ци, он почувствовал себя немного неловко и непривычно. В больничной палате господин Шао говорил значительно больше. Вне работы он практически не разговаривал, не было замечено чтобы он с кем-то болтал о нынешних днях, чего уж говорить о прошлом. В противном случае Чу Сы так и не узнал бы о его отношениях с Цзян Ци. С точки зрения Чу Сы, он был авторитетным врачом, серьёзным профессионалом, но немного упрямым. А если прибавить к этому ещё и описание Шао Хэна, старик имеет серьёзный авторитет. Даже разговаривая с собственным сыном, он редко говорил о временах своей юности. В этот момент господин Шао, казалось, немного расчувствовался, не известно, что вызвало у него желание вспомнить прошлое. Но так уж случилось что Чу Сы был приёмным сыном старого товарища. Между ним и прошлым, которое он вспоминал, существовала слабая связь, поэтому старик не мог не открыться Чу Сы... «Честно говоря, нельзя сказать что это были они оба. По-настоящему дурных намерений был преисполнен лишь Цзян Ци.» Старик Шао рассмеялся и указал на того, из-под которого вытащили стул. «Этот сравнительно скромный, трусливый и визжал когда его дразнили. Его научно-исследовательский уровень первоклассный, а комментировать условия его жизни я не буду. Цзян Ци временами был ребёнком, любившим повеселиться, устроить всякие розыгрыши, и поглазеть на шумиху, а иногда снова казался взрослым.» Господин Шао взглянул на Чу Сы: «Ты же не можешь себе представить, что он мог искать неприятностей, да?» Чу Сы улыбнулся и подумал, что всё-таки может себе это представить, в конце концов, это не было чем-то необычным. Прежде закончить свою речь, господин Шао указал на первый ряд студентов, которые валялись на земле, и сказал: «Именно ему пришла в голову идея убрать стулья. Все остальные лишь позволили сделать ему то, чего он хотел. После того как фото было сделано, все, кто стоял во втором ряду, были побиты. Кроме него, конечно же. Да и то было не настоящее избиение. А он просто сидел на дереве и наблюдал за происходящем». «...» Чу Сы машинально ответил: «Вы слишком уж баловали его.» В те годы, когда Цзян Ци его дразнил, он, будучи маленьким, ещё мог дать ему отпор. Странно, что эти люди, которые были намного старше его, позволяли ему так шутить над ними. «Он пользовался своим возрастом, мы ведь не могли обижать младшего.» Тон батюшки Шао был полон неприязни, однако в выражении лица проскальзывали едва уловимые нотки ностальгии. Это изображение немного отличалось от привычных выпускных снимков, сверху не было написано имён. Несколько человек в первом ряду ещё не успели посмотреть в камеру, а из-под них уже вытянули стулья, после этого они покатились со смеху, из-за чего их лица нельзя было отчётливо разглядеть. Кроме них, все остальные были сняты анфас. Просмотрев снимок несколько раз, Чу Сы обнаружил несколько человек, показавшихся ему смутно знакомыми. «Эти несколько...» Чу Сы указал на лица нескольких людей. «Эмм, все эти люди появлялись в правительственном штабе и военном министерстве». Сказал господин Шао. «Самое высокое звание вот у этого. Майяр — один из трёх генерал-полковников. Однако старик скоро собирается уйти в отставку. Вот эти несколько возглавляют правительство, а этот, как и ты, изначально был в здании безопасности, но погиб в результате несчастного случая во время переговоров, это было когда годы хаоса подходили к концу. Эта девушка просто потрясающая. Она была основателем специального тренировочного лагеря, где ты находился ранее». Чу Сы посмотрел на симпатичную девушку с длинными темно-каштановыми вьющимися волосами. Она была одной из тех, кто показался ему знакомым, но он не мог вспомнить, где видел её. Услышав слова господина Шао, он предположил, что мог видеть её в каком-то историческом документе тренировочного лагеря. Или где-то ещё. Он ещё некоторое время смотрел на видео и только тогда заметил, что Цзян Ци ранее говорил с ней, вероятно, предупреждая о внезапной «атаке» сзади. У девушки были ясные глаза, и она, прищурив их, счастливо улыбалась. Вместо того чтобы увернуться, она, наоборот, развернулась, внезапно атаковала соученика, который на неё напал, и прижала его к земле. Тот, на кого навалились, закрыл лицо и рассмеялся. «Элинея блестяще выполнила множество заданий, но без вести пропала на одной из миссий класса 5s...» Господин Шао некоторое время молчал, а затем снова указал на Цзян Ци и человека, из-под которого тот вытянул стул: «Эти двое тоже весьма выдающиеся. Ну естественно, в противном случае. Они не смогли бы постоянно перескакивать через класс. Они ещё даже не закончив учёбу участвовали в проектировании военной техники. Ты, возможно, слышал, есть группа летательных аппаратов под названием «Чёрный лебедь». Он, Фергюс, был главным проектировщиком, Цзян Ци тоже принимал в этом участие. Естественно, та информация о разработчиках, которую представили общественности, не соответствует действительности, в конце концов, они были слишком молоды. Но, к сожалению, из-за ряда проблем «Чёрный лебедь» был запечатан, поэтому ты, вероятно, можешь узнать о нём только из каких-нибудь исторических материалов.» Господин Шао лишь недавно прибыл на борт «Белого волка» и, вероятно, ещё не знает, что Чу Сы и его команда поймали «Чёрного лебедя», иначе он не стал бы так беспечно о нём упоминать. Позже, когда Чу Сы задал ему ещё несколько наводящих вопросов о «Чёрном лебеде», он стал чуть-чуть проявлять бдительность и, не пожелав раскрывать больше информации, отмахнулся от него одной лишь фразой: «Большая часть информации — военные секреты высшего уровня, к которым врач вроде меня не имеет доступа.» Когда настороженность уже проявилась, трудно было вернуть всё к прежнему состоянию. В конце концов Чу Сы спросил у старика, от кого тот прячется, но услышал то же, что и Шао Хэн: «Обожди, сейчас вам, молодёжи, нет нужды вмешиваться. Подождите немного.» Пока разговор продолжался, Чу Сы всё время был немного рассеян. До того момента, пока он не получил сообщение от Саэ Яна и не вернулся в свой кабинет, его мысли были заняты «Чёрным лебедем». Щёлк... Саэ Ян протянул руку и щёлкнул пальцами прямо перед его глазами, пытаясь привлечь внимание: «Как поговорили? Достиг успеха с промывкой мозгов?» Чу Сы покачал головой: «Не очень. Есть много вещей о которых старик не хочет говорить, и лишь твердит, что нам нужно подождать ещё немного. Я планирую завтра снова пойти.» Он потёр брови и продолжил: «Вероятно, штурм этой крепости будет тяжёлым, однако было несколько фраз, которые привлекли моё внимание. Одна из них была, когда он отказался сказать, кто за ним следит. Он сказал: «Вам, молодым, нет нужды вмешиваться». Почему он сделал акцент на слове «молодой»?» Саэ Ян ляпнул: «Они старые, вот и завидуют.» Чу Сы: «...да иди ты.» Говоривший всякую ерунду господин Ян скривив рот пожал плечами. «Кроме того, есть ещё одна вещь, которая оказалась для меня совершенно неожиданной.» «Какая?» «Господин Шао сказал, что Цзян Ци участвовал в разработке Чёрного лебедя». Чу Сы нахмурился: «Как может быть... такое совпадение? Мне может понадобиться больше информации о «Чёрном лебеде». У тебя есть способ найти её?» Саэ Ян, несмотря на то, что был сильно занят, нашёл время лениво отдать честь: «Выполню задачу во что бы то ни стало, командир.» Исполнив этот дерзкий жест , он указал на оптический мозг и сказал: «Подойди и взгляни.» Чу Сы сделав пару шагов остановился у края стола и наклонился: «Куда смотреть? На сканер? Что ты опять задумал?» «На середине процесса взлома файлов выскочило распознавание лица.» Саэ Ян стоял, сгорбившись, перед компьютером, ритмично постукивая пальцами по столу, ожидая, когда на экране появится индикатор выполнения: «А потому порядок прежний. Снижаем порог и заимствуем твоё лицо.» Чу Сы нахмурился и посмотрел на Саэ Яна так, словно тот был умственно отсталым. «Следует ли мне любезно напомнить тебе, что мы с Цзян Ци не кровные родственники? Ты решил воспользоваться моим лицом в качестве его замены... Ты, должно быть, сожрал какую-то дрянь?» Саэ Ян: «...» Он опустил голову: «Хм, забыл.» Чу Сы прислонился к краю стола, и сверху вниз смотря на Саэ Яна, сидевшего в офисном кресле, раздражённо сказал: «Вот скажи мне, по какой логике ты совершил такую глупость?» «Кто ж знает. Может моему мозгу не хватает стимуляции?» Когда Саэ Ян произносил эти слова, уголки его глаз изогнулись, выдавая намёк на улыбку. Только он собирался продолжить, как Чу Сы внезапно схватил его за подбородок, и серьёзно сказал: «Только что ты улыбнулся, давай-ка ещё разок.» Саэ Ян: «???»

Глава 74. Детские воспоминания

Относительно такого человека, как Чу Сы, который ловко смешивает правду и ложь, а начиная лгать, неизменно приводит к сравнению правду, временами сложно доподлинно различить, о чём же он на самом деле думает. Например, сейчас. По идее, выражение его лица должно говорить о чём-то серьёзном, однако содержание его слов было настолько непристойным, что даже Саэ Ян, привыкший к его поведению, на мгновение почувствовал некоторую неуверенность. Он, остолбенев, некоторое время смотрел на Чу Сы парой светлых глаз. Его зрачки расширились: «Дорогой, ты сейчас флиртуешь со мной, следуя гласу разума, или соблазняешь, следуя чувствам?» Обе фразы были не самыми приятными, выбрать из них попросту невозможно. Чу Сы какое-то время пристально смотрел ему в глаза и лишь тогда отреагировал. Это действие правда легко было понять неправильно. Не зная всей ситуации, эту позу действительно можно расценить как попытку приставать. Типичный образец зверя в человеческом облике. Но если сейчас одёрнуть руку, то он снова выставит себя не в самом лучшем свете. В результате Чу Сы скорректировал свою позу, потёр большим пальцем подбородок Саэ Яна и сказал: «Я слепил всё это лицо, слегка сжать подбородок не преступление». Сказав это, он спокойно предупредил этого негодяя Саэ Яна: «Умерь свой пыл, мне есть что тебе рассказать. И улыбнись-ка ещё разок, как улыбался только что». В достаточной степени показав свою силу, он ослабил хватку и отступил. Опустив взгляд, он сделал вид, что поправляет манжеты своей рубашки. «Не притворяйся, командир, с твоими манжетами всё в порядке, ты поправляешь их по три раза на дню». Саэ Ян в очередной раз беспощадно сорвал с него маску и слегка усмехнулся. Вот же сволочь! Чу Сы прекратил поправлять манжеты и, перестав притворяться, сел, оперевшись руками о край стола. Прищурившись, он поднял подбородок и посмотрел на Саэ Яна: «Просто скажи, ты будешь улыбаться или нет?» Саэ Ян, растягивая слова, произнёс: «Радоваться особо нечему, так зачем мне улыбаться? Я ведь не из тех идиотов, что у тебя на подмоге.» С этими словами он, вопреки ожиданиям, со скучающим выражением лица вертел в руках устройство связи.  Это была та вещь, которую Чу Сы, как и обещал, дал ему по возвращении на «Белого волка». Изначально то был запасной коммуникатор, принадлежавший Чу Сы, все полномочия и вход в систему были настроены под него, к тому же привязана большая часть его личной информации. Когда он отдал его ему, Чу Сы снял все блокировки, а затем убрал контакты с государственной службой. Остальные настройки по-прежнему стояли по умолчанию, у него не было времени их менять. Если бы всё было изменено на информацию о Саэ Яне, то при обнаружении системой мониторинга «Белого волка» его личность была бы легко раскрыта. Пока Саэ Ян взламывал черновик исследования, то использовал некоторые функции «Ока небес» и устройства связи, из-за чего индикатор на боковой стороне устройства постоянно мигал, словно камера наблюдения или регистратор. Чу Сы взглянул на устройство связи и раздражённо напомнил ему: «Эти идиоты в скором времени поднимутся на борт, поэтому советую тебе быть по осторожнее и в словах, и в поступках. Я не могу просто включить общекорабельное радиовещание и разок промыть всем мозги. У меня правда нет такой способности, а иначе я бы уже создал какое-нибудь тайное учение.» Эта фраза что-то затронула в Саэ Яне, уголки его глаз изогнулись, и он, глядя на Чу Сы, улыбнулся. То была не беззаботная улыбка и не вежливая, а скорее безмолвная улыбка, которая, появившись в уголках губ, медленно перешла в уголки глаз. Такая улыбка неизбежно обладает неописуемой и поразительной притягательностью, как и его исключительно ясные глаза, яркие и в то же время загадочные. «Не шевелись». Чу Сы посмотрел ему в глаза и придвинулся ближе. «Эта улыбка...» Это действие не заставило его улыбку исчезнуть, наоборот, уголки глаз изогнулись ещё сильнее, и они засияли ещё ярче. Саэ Ян был сбит с толку, но не собирался сопротивляться или требовать объяснений, наоборот, пользуясь шансом, пока Чу Сы, приблизившись, смотрел ему в глаза, он поцеловал его подбородок. Чу Сы: «...» «Да. Не двигайся. Вот так.» Руки Саэ Яна уже обхватили его с обеих сторон, взяв Чу Сы в окружение между ним и письменным столом. Намеренно подражая тону Чу Сы, он немного отстранился, и взгляд Саэ Яна снова упал на его губы. Когда он снова приблизился, чтобы поцеловать его, Чу Сы с каменным выражением лица поднял руку и пресёк его попытку. Чу Сы бросил на Саэ Яна взгляд, говоривший «не знаю, как бы помягче тебе объяснить», и произнёс: «Извиняюсь, но этот стол предназначен для деловых нужд, и я не планирую использовать его для других функций. Не мог бы ты проявить чуть больше уважения к моему кабинету? М?» К счастью, в этом кабинете осуществлялся лишь мониторинг в реальном времени входящих и исходящих сигналов, и не было установлено ни одной камеры, иначе было бы то ещё веселье. «Как правило, натворив бед, приходится отвечать за последствия.» Сказал Саэ Ян. «Ты полдня забавлялся с моим лицом, должна же мне быть хоть какая-то выгода с этого, верно? Или... Ты недоволен лицом, которое сам же слепил?» «Закончил?» Чу Сы слегка откинулся назад, посмотрел Саэ Яну в глаза и неожиданно спросил: «Саэ, ты знаешь человека по имени Элинея?» Увидев девушку в фотоальбоме господина Шао, он почувствовал, что она выглядит знакомой, но не мог вспомнить почему. Кроме того, его внимание отвлекали такие вещи, как «Чёрный лебедь», поэтому некоторое время у него не было ответа. Когда он внезапно увидел улыбку Саэ Яна, то наконец вспомнил, откуда взялось это знакомое чувство. Глаза. Когда эти глаза изгибались и в них появлялась улыбка, они были очень похожи на глаза Саэ Яна. Но не одинаковые, может, цвет глаз слегка отличался? Или потому, что Саэ Ян никогда не улыбался так широко, как Элинея? Саэ Ян был ошеломлён его вопросом, но ни на секунду не задумавшись ответил: «Не знаю.» Возможно, из-за того, что его ответ был слишком быстрым, Чу Сы неосознанно спросил: «Ты уверен?» «Откровенно говоря, по именам я помню не так уж много людей, они очень быстро забываются.» Саэ Ян поднял руку, постучал пальцем по своему виску и, пожав плечами, сказал: «Поскольку я даже не помню имени, то не могу сказать, что знаю этого человека.» Получив ответ, Чу Сы тоже почувствовал, что его вопрос неуместен. Увидев глаза Саэ Яна, он действительно заподозрил, что у Элинеи и Саэ Яна очень близкие кровные узы, как у... Матери и сына. Но кто может не вспомнить имя собственной матери? Надо ещё подумать. «Тоже верно.» Чу Сы кивнул и почувствовал себя немного нервным, словно кто-то из людей на выпускной фотографии был его родственником. Но теперь, раз уж они коснулись этой темы... Чу Сы некоторое время нерешительно смотрел на Саэ Яна, а затем спросил: «Каким ты был? Я имею в виду в детстве.» А затем добавил: «Само собой, я спросил из чистого любопытства, если не хочешь, не отвечай.» На самом деле, он хотел задать этот вопрос, увидев Саэ Яна сидящим у иллюминатора и смотрящим на тёмный город, в воздушном судне, которое направлялось в Изумрудную гавань. Но это было лишь мимолётное желание, недостаточное для того, чтобы высказывать вслух. Однако сейчас очень многое изменилось. Саэ Ян с полуулыбкой посмотрел на Чу Сы: «Командир, не притворяйся. Ты начинаешь задавать вопросы лишь когда тебя буквально разрывает от любопытства.» Чу Сы в очередной раз продемонстрировал широту взглядов мудрого правителя и, не став пускаться в бессмысленную полемику, прикрыв глаза, сказал: «Кажется, ты меня не так понял. На самом деле я ведь чрезвычайно прогрессивный и сговорчивый человек.» «Полагаю, ты можешь повторить это перед тем красавчиком или кучкой идиотов. Будет интересно посмотреть на выражения их лиц.» Сказал Саэ Ян. «А они тут причём? Сейчас разговор происходит между нами. Может назовём это праздной беседой? В любом случае, если не хочешь об этом упоминать, всё нормально. Я прекрасно понимаю.» Государь Чу чувствовал, что эти слова шли от сердца. Саэ Ян ответил: «Ну ладно, я не хочу говорить об этом.» Государь Чу: «...» «Чрезвычайно прогрессивный и сговорчивый командир Чу, у тебя лицо слегка позеленело.» «...» Закончив говорить на неприятную тему, Саэ Ян оперся на плечо Чу Сы и рассмеялся. Когда он снова поднял голову, в его глазах всё ещё была улыбка. «Шучу. Поскольку ты такой привлекательный, командир, я, так уж и быть, расскажу тебе правду». Чу Сы пристально посмотрел на него. «Не то чтобы я не хотел говорить, просто не помню. Я не помню ничего до того, как мне исполнилось 5, а может быть, 6 лет? Неважно. В то время я ничего не видел и мог различать лишь звуки, поэтому не в состоянии определить точное время». Сказал Саэ Ян. В этом коротком предложении было так много информации, что Чу Сы не смог сразу её переварить. «В каком смысле... "ничего не видел"?» «В прямом». Саэ Ян двумя пальцами указал на свои глаза. «Слепой». Чу Сы недоумённо смотрел на него, словно не понимая смысла услышанного им. Он неосознанно сжал запястье той руки, которой Саэ Ян указывал на свои глаза, и, нахмурившись, спросил: «Как такое могло случиться?» «Полагаю, это не врождённое». Пока Саэ Ян говорил, его тон ничем не отличался от обычного, словно это его никак не касалось. «Ибо когда я различал какие-то звуки, в моей памяти всплывали очертания этих вещей. Вероятно, то было инстинктивной реакцией, а значит, я когда-то мог видеть эти вещи». «Я тогда большую часть времени, должно быть, был закован в какое-то устройство, а к телу было подключено множество портов». Погрузившись в воспоминания, Саэ Ян прищурился: «Через множество портов в моё тело вводились различные лекарства. Предполагаю, то были препараты, воздействующие на мышцы и нервные окончания, ибо я чувствовал свои конечности, но они мне не подчинялись. Возможно, там же содержались и питательные вещества, поскольку меня долгое время никто не кормил, но я всегда был полон энергии». «Конечно, в то время выплёскивать энергию было некуда, а значит, мне долгое время приходилось бодрствовать, будучи заключённым во тьме, и постоянно прислушиваться к звуку лекарства, текущего через капельницы и порты». Саэ Ян нахмурился, затем постепенно вернулся к своему безразличному состоянию и сказал: «Чрезвычайно... чрезвычайно скучно».

Глава 75. Прошлое

Иногда темнота может невольно заставить успокоиться, однако длительное пребывание во мраке заставляет тревожиться, нервничать, злиться, безумствовать. Негативные ощущения накатывают, словно прилив, накрывая с головой. Обвиваются вокруг, словно лианы, связывая по рукам и ногам, и утягивают за собой в глубины беспросветной тьмы.  Он мог расслышать писк аппарата, который, казалось, доносился откуда-то издалека. Казалось, что отсчёт времени, передаваемый из другого мира, слился воедино с оповещениями об экспериментальных данных, которые он в то время совершенно не понимал. Скучно и неинтересно. Время от времени его перемещали в другой экспериментальный отсек. Всякий раз, когда раздавался бесстрастный механический звук, предзнаменовавший начало очередного эксперимента, вокруг него возникали две силы. То ли энергетическое поле, то ли что-то иное, чего он в то время не совсем мог понять. Он мог лишь чувствовать, что некая сила засасывает его, словно кто-то внезапно выдернул пробку из бассейна. Огромный водоворот связывал, не давая высвободиться. Сила была настолько огромной, что его тело, казалось, раздавит. Складывалось впечатление, что его тянуло не в определённое пространство, а в иной мир.  В это же время другая сила пыталась удержать его на месте. Каждый раз, когда это происходило, контроль над конечностями на мгновение восстанавливался, будто он внезапно возвращался во время, когда лекарство ещё не было введено в организм.  Однако возвращение чувствительности было столь же бесполезным, как и его достаточно долго сохраняющаяся духовная сила. Он лишь отчётливее ощущал, что его тело вот-вот разорвётся в процессе этого растягивания. Временами он даже чувствовал запах крови, исходивший от тела, — насыщенный и резкий. Он возвращал к ясности его затуманенное невыносимой болью сознание. Всякий раз при появлении этого запаха воздействие внешних сил прекращалось. Его отправляли в изначальное место пребывания и со всей тщательностью принимались за лечение. Всё верно, тщательно. Хотя он не до конца понимал транслируемые электронным голосом данные, он всё же знал, насколько сложны были процедуры лечения. Таким образом, он всегда мог быстро восстановиться и начать новый цикл. Этот процесс повторялся бесчисленное количество раз, и всё время он продолжал видеть сон. Ему снилось, что он стоит во тьме, словно под покровом ночи, и, опустив голову, разглядывает огромные кровавые пятна на своём теле. Запах ржавчины и сладковатый вкус стимулировали его условный рефлекс, пробуждая ясность ума. Он уже собирался рассмеяться, как вдруг кто-то коснулся его макушки и спросил: «Больно?» После этого ему уже не хотелось смеяться.  Он раз за разом приспосабливался к боли. Неважно, насколько большой или глубокой была рана. Всё это не имело для него значения, ведь в конце концов, она всё равно заживёт. Он не знал, какова была изначальная цель этих экспериментов, однако повторяющиеся неудачи неожиданно наделили его одной функцией. Его физиологическая способность к исцелению стала намного превышать возможности «нормальных людей». К тому времени, когда он стал смутно понимать цель, эксперимент, наконец, увенчался успехом. Как того и желали, он в конце концов, в определённой степени избавился от временных оков и восполнил то, что эти люди называли «единственным несовершенством человека». Повторяющиеся пытки «предсмертная агония – возвращение – новый цикл» привели к тому, что постепенно он превратился в бесчувственного монстра. «Когда они праздновали успешное завершение эксперимента, я сбежал. Полагаю, что это держалось в секрете, ибо в тот день кто-то узнал их местоположение. Начался хаос, и это дало мне шанс». Саэ Ян пожал плечами. «Конечно, слепой дурак, блуждая в потёмках, не сможет далеко уйти. Тогда я натолкнулся на команду бродяг, и они принесли меня на борт воздушного судна». Он говорил чрезвычайно лаконично, описывая все стычки и перестрелки всего парой фраз. «Им чуть-чуть не повезло, у них возник конфликт с командой из другого звёздного сектора. То ли это были такие же бродяги, то ли армия какой-то планеты. А затем... Бум! Произошёл взрыв. Аварийное устройство самопомощи впихнуло меня в какую-то спасательную капсулу. Я в течение нескольких дней дрейфовал в открытом космосе и в последствии был спасён». Рассказывая об этом, он рассмеялся. «Ты наверняка уже догадался, что человеком, вытащившим меня, был не кто иной, как его превосходительство, невезучий король бродяг, Карлос Блэк. К сожалению, он появился не в самый подходящий момент. Тогда я ещё находился под влиянием экспериментов и легко заводился. Короче говоря, я несколько дней находился на борту воздушного судна Карлоса Блэка, чему обе стороны были не слишком-то рады. Это и заложило фундамент дальнейшему настроению наших взаимодействий. Позже им удалось договориться с военными, и я смог ступить на твёрдую землю. Военные обнаружили при мне некую информацию об экспериментах...». Саэ Ян отклонил голову и коснулся передней части шеи. «Кажется, где-то здесь. Насколько мне известно, впоследствии генерал-лейтенант поручил людям положить конец этому эксперименту, и, похоже, что в нём участвовало ещё несколько мелких сорванцов». Чу Сы внезапно вспомнил ребёнка, который появился и снова исчез перед жилым комплексом, в котором находилась Цзян Ци. У него на шее также был номер. «Так вот кто повстречался в прошлый раз...». «А... Тот щенок». Сказал Саэ Ян. «Я тогда правда думал, может ли это быть как-то связано с лабораторией. На первых порах надзор там, вероятно, не был таким строгим, как впоследствии. Может быть, они думали, что 4-5 летние дети не смогут им ничего сделать. Полагаю, в то время было не так уж и сложно сбежать, и некоторым детям это удалось. Позже, когда я убегал, то смутно слышал, как кто-то, преследуя меня, сказал, что я уже второй раз вышел из-под контроля. Естественно, первый я не помнил. В конце концов, нельзя ожидать, что человек, не помнивший даже, как он выглядит, вспомнит неудавшийся побег». «А потом?» Чу Сы сам не понял, как задал этот вопрос. «Прошло несколько лет лечения, прежде чем мои глаза снова смогли видеть. После военные отправили меня в санаторий, где ты и забрызгал кровью моё лицо». Закончив говорить, Саэ Ян рассмеялся. «Чрезвычайно скучная и неоригинальная история». По правде говоря, Чу Сы долгое время размышлял над одним вопросом. Отчего такой бунтарь, как Саэ Ян, смог долгое время находиться в санатории, целых 2 года мирился с ограничениями тренировочного лагеря и даже отправлялся на задания? В течение длительного времени он размышлял об этом снова и снова и не нашёл другой причины, кроме возможности испытать острые ощущения. Таким образом и навесил на Саэ Яна ярлык человека, имеющего скрытые мотивы. Можно сказать, что он судил людей по себе, поскольку у самого имелась цель. Однако сейчас он полагал, что, возможно, были и другие причины. Не столь безумные и выражающие протест. «Тебе нравились санаторий и тренировочный лагерь?» Спросил Чу Сы. «Я имею в виду, помимо тех моментов, когда мы друг друга задирали?» Саэ Ян поднял брови, в тоне его голоса слышалась неприязнь: «А ты как думаешь? Естественно, я это ненавидел. Всякий раз, видя эти ограничения, мне хотелось сделать что угодно, лишь бы сломать их. Они всегда напоминают мне о перенесённых неудобствах. Вынужден признать, твои придирки и нападки были, пожалуй, единственным, что не раздражало на протяжении всех этих лет». Закончив говорить, он снова улыбнулся, словно тоже почувствовав, что в те годы они вели себя чересчур по-детски. Уголки губ Чу Сы тоже изогнулись: «В таком случае, почему ты оставался там так долго?» «Принимая во внимание то, что они скопировали лабораторию и вылечили мои глаза... С трудом, но мне всё же удалось перетерпеть несколько лет». Сказал Саэ Ян. Будь то в годы, проведённые в санатории, или в тренировочном лагере, в детстве или после достижения совершеннолетия, в поле зрения Чу Сы Саэ Ян всегда появлялся один. Сколько бы людей ни было вокруг, его темперамент одиночки всегда очень сильно выделялся. Раньше он думал, что это было выражением высокомерия и презрения, вызванные чрезмерным самомнением, но теперь он понял причину. Если началом воспоминаний человека является кромешная тьма, закрытый контейнер, а единственной связью с миром — бесчисленные порты и инфузионные трубки, натыканные по всему телу... Он, вероятно, никогда не сможет привыкнуть к этому миру с таким огромным количеством контактов. Поэтому даже сейчас, несмотря на то, что Саэ Ян пережил определённую трансформацию, он всё ещё кажется очень одиноким. Он мог разговаривать с Таном и остальными, но не был с ними близок. Мог шутить с Шао Хэном, но по-прежнему не сближаться с ним. Его взаимодействия с людьми были весьма экстраординарны. Все его хоть какие-то контакты с окружающими осуществлялись через Чу Сы. Подобного рода мышление чем-то напоминает ребёнка, у которого только начинают появляться эмоции. Словно он на долгое время вернулся в изначальную точку, без каких-либо сложных взаимоотношений. У него всего две руки, поэтому он мог сосредоточиться лишь на удержании одного человека. Чу Сы смотрел Саэ Яну в глаза, в них мелькнула тень улыбки. Его зрачки были ясные, светло-серые, почти прозрачные, и пробуждали ощущения некоего безразличия и загадочности. Кажется, как бы он ни улыбался, в нём всегда имелась какая-то отрешённость. «Саэ...» «М?» Чу Сы некоторое время смотрел на него, а затем протянул руку и обнял. «Вероятно... Уже немного поздновато». Поздно? Саэ Ян уткнулся подбородком в его надключичную ямку и пару раз моргнул. Его светлые зрачки были скрыты в тени полуопущенных ресниц. Естественный свет комнаты просачивался сквозь прикрытые веки, образуя несколько разрозненных точек света. Было так красиво, что он не мог поверить, что несколько лет провёл в кромешной тьме. После того, как его глаза восстановились, он ещё долго не мог адаптироваться. Временами он внезапно начинал видеть всё ту же кромешную тьму, словно находился на одиноком острове, изолированном от мира. Иногда неожиданно мог услышать неясные электронные звуки, оповещающих о данных, связанных со временем и силой. Казалось, что у него начались галлюцинации, как у душевнобольных. К тому же, время от времени он мог чувствовать на своём теле остаточный запах крови, концентрированный, сладкий, никак не желающий рассеиваться. Но это не имеет значения. Кто-то обнял его без каких-либо колебаний.

Глава 76. Возвращение

Говорят, тот кто пережил большое бедствие, в будущем неизбежно станет счастливым. Не было какого-то гиперболического благословения небес, однако Чу Сы действительно чувствовал, что всё складывает хорошо. Это касалось и его взаимоотношений с Саэ Яном, и упорядоченного плана спасения. Прожив так много лет, Чу Сы редко чувствовал себя счастливым. В большинстве случаев он выражал свои чувства так: «я занят», «слишком много забот», «подчинённые снова облажались», «в деле Цзян Ци по-прежнему нет никаких продвижений» и тому подобное. Люди, подобные ему, страдающие обсессивно-компульсивным расстройством, обычно заставляют себя становиться трудоголиками, хотя на самом деле они не очень-то и любят работу. Перепады настроения не значительны, редкие движения спокойны, как стоячие воды. Однажды он подумал, что ему вряд ли доведётся испытать чувство когда ситуация вот-вот разрешится, потому что неприятности всегда следовали одна за другой, и никогда не разрешались. Но он и подумать не мог, что, вопреки ожиданиям, испытает это чувство именно сейчас. Наблюдая как количество фрагментов планеты ожидающих спасения становится всё меньше и меньше, а отметки об уже спасённых покрывают большую часть карты звёздного неба, в нём зародилось это уникальное чувство предвкушения. Раньше он полагал, что несмотря на свою не слишком сильную любовь к работе, и не заинтересованность другими людьми, в нём нет задатков тирана, и он всё равно мог бы быть спокойным и рациональным лидером. Но он никак не ожидал, что когда Саэ Ян обнимал его в кабинете и не желал отпускать, а в этот момент в его руке завибрировал коммуникатор, напоминая о том, что ему необходимо отправиться в командный центр, первой реакцией будет желание выкинуть куда подальше коммуникатор. В конце концов, не так то просто услышать рассказ о прошлом от человека с таким темпераментом как у Саэ Яна. Видимо потенциал тирана всё-таки можно развить. Тем не менее Чу Сы не превратился в тирана. Он похлопал Саэ Яна по спине и взяв ненавистное устройство связи отправился, вместе с охраной, в командный центр. На второй день спасательной операции возникли некоторые незначительные неполадки, из-за чего Чу Сы вместо того, чтобы отдыхать, пересматривал план спасения вместе с Циэрдэ Фэном и остальными. Это должно было обеспечить более высокую эффективность спасательных работ на третий день. Таким образом, Чу Сы оставался в командном центре более 40 часов. А время отведённое на восполнение организмом питательных веществ использовал, чтобы снова попытаться промыть мозги старику Шао. Во время коротких перерывов он получал отчёты от команды ребят из тренировочного лагеря. Тан сообщил, что доверенная команда Шао Хэна уже добралась до форта Барни и готова к полномасштабной защите. После наведения порядка они могли бы вернуться на борт «Белого волка», но случайно соорудили под землёй временную базу, поэтому наведение порядка заняло больше времени. В общем, крутиться как белка колесе, находясь на пределе концентрации более 40 часов – пагубно для организма. Усталость всех собравшихся в командном центре была очевидна. Даже у Чу Сы, который обычно не слишком много говорит, голос слегка охрип. Даже Циэрдэ Фэн, всякий раз повышающий голос, уже давно заглох, и непрерывно смачивал горло, чтобы хоть как-то продолжить. «Я тут прикинул, ещё пара вылазок, и все оставшиеся фрагменты планеты на этом участке будут спасены.» Стуча пальцем по столу сказал другой заместитель командира. Осталось лишь 2 группы. Фактически вторая группа уже отправилась, а спустя несколько часов высадится последняя. Это напоминание, конечно же, подняло настроение всем в командном центре. Чу Сы по-прежнему не подходил напрямую к столу переговоров. Он контролировал весь процесс удалённо с помощью гарнитуры, находясь за стеклянным экраном, и время от времени перекидывался сообщениями с Саэ Яном. Будучи измотанным физически, в душе, тем не менее, он чувствовал себя счастливым. Ранее Саэ Ян совершил редчайшую глупость, решив воспользоваться лицом Чу Сы, чтобы подменить им Цзян Ци и получить доступ к файлам. В результате, чего и следовало ожидать, в системе шифрования сработала защита и произошло автоматическое обновление. Вся предыдущая работа оказалась напрасной, и им придётся ждать ещё 24 часа чтобы попробовать снова. Усвоив урок, Саэ Ян, разумеется, не повторит эту ошибку снова. Весь процесс взлома не составил для него труда, лишь занял немного больше времени. Поэтому, прождав 24 часа, он с лёгкостью приступил ко второй попытке. Сейчас процесс взлома был уже на середине. Когда Саэ Ян синхронизировал данные с коммуникатором Чу Сы, полоса загрузки показывала 42%. Завтра всё должно быть почти готово. Завтрашний день будет действительно хорошим. Чу Сы сказал несколько слов Саэ Яну, как вдруг заметил, что на трёхсторонних переговорах началась какая-то новая активность. Оказалось военное министерство наткнулось на флот Серебряного города. Хотя три стороны совместно управляют и контролируют развитие ситуации в целом, из-за текущей нехватки рабочей силы, существует разделение труда. Поскольку военные располагают относительно большим количеством оружия и других ресурсов, а также имеют наибольший практический опыт среди трёх сторон, именно они и несут основную ответственность за перекрытие безопасной зоны. Иными словами, именно военные делают всё возможное, чтобы оградить спасённые области от угроз. Здание безопасности отвечает за общее развёртывание спасательной операции и управление ею, поскольку в его распоряжении находится карта звёздного неба с отмеченными на неё драконьими колоннами. Правительственный штаб несёт ответственность за безопасность и вопросы жизнеобеспечения каждого фрагмента планеты после спасения, вопросы дальнейшего строительства, размещения, выживания. Последние 2 пункта можно было отбросить, Чу Сы всегда обращал внимание лишь на то, за что отвечает военное министерство. С тех пор, как планета взорвалась, и до нынешнего момента, когда спасательная операция подходит к концу, Чу Сы всё время беспокоился лишь о том, что силы других планет, воспользовавшись суматохой, станут баламутить воду, и попытаются нажиться на катастрофе. А возможно попросту объединятся для того, чтобы разделить имеющиеся на Гамме ресурсы. Подобное уже имело место быть. В тот год, из-за необратимых проблем, родная планета бродяг стала «заброшенной», и остальные планеты незамедлительно этим воспользовались. Одного такого «наследия» было достаточно, чтобы несколько небольших планет могли кормиться в течение сотни лет. Больше всех ресурсов захватил Серебряный город, что позволило ему стать на голову выше остальных планет, хотя он итак, по уровню развития, их опережал. Сейчас, когда такое случилось с планетой Гамма в созвездии Орла, даже при отважных защитниках, и как бы ни блокировались новости, с мощью Серебряного города, они уже должны были всё разведать. Как можно было по-прежнему медлить и не протянуть свои ручонки? Учитывая пиратскую стратегию командования Серебряного города и стиль его развития, как они могли молча, дружелюбно и спокойно смотреть на всё это? Поскольку ранее не было никакого движения, Чу Сы мог лишь ощущать, что что-то не так. Теперь, когда Серебряный город наконец начал действовать, Чу Сы почувствовал себя спокойнее. Видимые действия всегда лучше внезапного удара исподтишка. Видимо такие мысли посещали не только Чу Сы. Когда поступили новости от военного министерства, в командном центре начались обсуждения: «Чему бывать, того не миновать.» По сравнению с Циэрдэ Фэном и остальными, представители правительства были немного спокойней. Однако, очевидно, все 3 стороны придавали этому значение. Серебряный город — не маленькая планетка и не шайка бродяг. Прямое столкновение приведёт в огромным потерям. При их нынешней военной мощи, они могут лишь прибегать к обходным манёврам, ходить вокруг да около, вести переговоры. Придётся воспользоваться всеми возможными средствами, чтобы добиться наилучшего исхода. Сейчас с каждым днём, с каждой минутой в себя приходит всё больше людей. Не далёк тот день, когда можно будет собрать минимальное подразделение действующей космической армии. Чу Сы, через гарнитуру, давал указания Циэрдэ Фэну. После того, как спасательные силы будут отозваны, войска, изначально отвечавшие за безопасность на «Белом волке», должны быть собраны и готовы временно отправиться под командование военного министерства. Если военные столкнуться с непреодолимыми трудностями, в такой ситуации своевременная поддержка способна сэкономить очень много времени. 21:12:42 Основываясь на новостях приходящих в режиме реального времени во время трёхсторонней встречи, тайный аварийный отряд военного министерства отправил интерферирующий сигнал в 11 спасательную зону 4 квадранта сектора Альфа. Направив тем самым войска Серебряного города в зону 3 квадранта. Пол часа спустя было получено ещё одно сообщение. Второй тайный аварийный отряд военного министерства отправил интерферирующий сигнал, отвлекающий вторую группу войск Серебряного города. Спустя ещё 40 минут 6 тайных аварийных отрядов военного министерства отправили 12 интерферирующих сигналов, отвлекая тем самым оставшиеся воска Серебряного города. 23:34:19 Генерал-лейтенант ответственный за командование армией, снова появился на голографическом экране, вернувшись на трёхстороннюю встречу с хорошими новостями. Армейский информационный отдел успешно сымитировал военный сигнал с планеты Пустошь. Это отвлекло армию Серебряного города, заставив их поверить, что интерферирующие сигналы имели отношение именно к ней. «До того, как произошёл наш инцидент, отношения между Пустошью и Серебряным городом были слишком запутанными. Пустоши было нечего терять. Они не раз и не два докучали межпланетному патрулю Серебряного города, и пограничным конфликтам не было конца. Старые счёты ещё не сведены, поэтому можно было привлечь Пустошь в качестве козла отпущения.» Объяснил генерал-лейтенант. Ближе к полуночи последняя волна спасательных отрядов наконец высадилась на оставшиеся фрагменты планеты. Завершив спасательную операцию остальные отряды прислали часть населения на «Белого волка», и тут же отправились на помощь к тем, кто занимался последней партией фрагментов. 02:17:25 Новости от военного министерства снова обновились: Армия Серебряного города уже была успешно направлена в сектор Бета. Даже если они обнаружат что-то неладное, то чтобы изменить позиции, вернуться в сектор Альфа и приблизиться к зоне спасения, им потребуется по меньшей мере 3 дня. «3 дня...» Генерал-лейтенант Хэ Сювэнь поднял три пальца и торжественно произнёс: «Если последняя партия спасательных работ будет успешно завершена в течение рассчитанного времени, то для запуска первой ступени гравитационного устройства «драконья колонна» потребуется всего лишь 3 часа. После этого, все фрагменты, на которых имеются драконьи колонны тут же притянутся друг к другу, в результате чего зона проведения спасательной операции сократится. Он сжал кулак: «Это означает, пусть даже земля ныне распалась на куски, и рассредоточилась по разным местам, даже если фрагменты разделяет огромное море звёзд – мы единое целое.» Это означает что невидимая паутина связала все имеющиеся фрагменты воедино, сформировав своеобразное скопление обломков. Благодаря мощи драконьих колонн вся группа фрагментов может скорректировать свой центр в соответствии со стратегическими потребностями и добиться миграции цельным пластом. Это бы сделало их более мобильными при последующем столкновении с войсками другой планеты. Было бы отлично, если бы получилось взять трёхдневную передышку. Когда цифры на хроноскопе показали 3 часа ровно, синхронизированные изображения последней группы спасателей наконец достигли «Белого волка». Спасательная команда жестом показала, что миссия выполнена, и в конференц-зале раздались праздничные возгласы. Спасательная команда и часть людей направились обратно. Бесчисленные воздушные суда похожие на яркие точки расположились на стратегической карте, и напоминая сверкающий звёздный пояс, величественно направились к «Белому волку». Драконьи колонны на всех имеющихся обломках планеты были снаряжены дополнительными гравитационными установками. Активация любой из функций требует сотрудничества всех 3 сторон. Каждый человек из высокопоставленных представителей этих структур обладал определёнными полномочиями. «Приготовьтесь активировать драконьи колонны.» Напомнил Чу Сы Циэрдэ Фэну, крепко прижимая гарнитуру. Старик Фэн тут же это озвучил. Два генерал-лейтенантов покинули свои места, и должно быть, направились к пусковому устройству принадлежащему военному министерству. Представители правительства, поступили так же. Чу Сы взяв с собой охрану, уже стоял на транспортировочной платформе командного центра и достиг следующего этажа. За ним последовали Циэрдэ Фэн, 2 заместителя командира и капитан корабля. Пространство нижнего этажа было небольшим, с обитыми металлом стенами. Ядро земли не спеша раскрылось, выкатив наружу устройство активации. Чу Сы закатал рукава, подошёл и приложил большой палец к устройству активации. Сканирующий луч скользнул по его телу, и прозвучал механический голос: Высшие полномочия здания техники безопасности подтверждены. Проверка пройдена. 03:05:18 В наушниках раздались голоса представителей военного министерства и правительства. «Приготовьтесь.» «В полной готовности.» «Запуск.» Голос Чу Сы немного охрип. В условиях отсутствия голографической связи, ни один голос нельзя было распознать. В этот момент никто из участников двух других сторон не понял, что это его голос. Поскольку произошёл синхронный запуск вспомогательного устройства драконьей колонны. Тысячи фрагментов, разбросанных в бескрайнем море звёзд, одновременно издали жужжащий звук. Если бы существовал экран достаточно большого размера, чтобы вместить вид всех фрагментов с высоты птичьего полёта, то можно было бы увидеть, что благодаря саморегулировке драконьих колонн, каждый фрагмент планеты был слегка наклонён в одну сторону, а затем, под действием огромной силы притяжения, медленно двигался к заранее определённому стратегическому центру. Подобно уставшим птицам, что слишком долго летали, и наконец под покровом ночи, одна за другой возвращались домой. 04:46:17 Все вернувшиеся спасательные команды благополучно поднялись на борт, и множество шлюзов «Белого волка» наконец-то медленно закрылись. Торопящиеся военные, хлопочущий медицинский персонал, и суетящиеся чиновники сновали туда-сюда. Вероятно, то была, самая оживлённая сцена, которую Чу Сы видел с тех пор, как открыл глаза. После того, как все новоприбывшие и спасательные отряды были размещены, и на постах произошли смены, люди, работавшие без перерыва более 50 часов, наконец-то смогли отдохнуть. Когда оба заместителя командира вернулись в кабинет, их шаги были немного неуверенными. Циэрдэ Фэн остановился у двери ближайшего к Чу Сы кабинета, придержал дверь и равнодушно поприветствовал его. Не обращая особого внимания на этикет, он открыл дверь и вошёл, чтобы в конце концов выспаться. «Белый волк» временно находился под контролем капитана, командира отряда сил безопасности Шао Хэна и начальника охраны Роджера, который уже успел отдохнуть. Когда Чу Сы вошёл в кабинет, Саэ Ян всё ещё сидел перед ноутбуком, но, он, вероятно, смог немного поспать, потому что выглядел очень энергичным и совсем не уставшим, что резко контрастировало с Чу Сы, который всё время потирал брови. «Я уж предположил, что это призрак пришёл.» Саэ Ян поднялся с места и подошёл к нему. Слегка опустив голову он произнёс: «Уверен, что сможешь самостоятельно вернуться в спальню? Вижу ты не твёрдо стоишь на ногах.» Чу Сы раздражённо взглянул на него, потёр брови и попытался взять себя в руки: «Если ты не будешь мне преграждать путь, то полагаю, что смогу добраться до спальни». Произнося эти слова, он резко развязал галстук и нетерпеливо выразил своё недовольство: «Я более 50 часов не мылся. Не могу же я так лечь в постель.» «...» Саэ Ян ответил: «При всём уважении командир, принимать ванну в таком состоянии равносильно самоубийству. Если окажешься там, то уже не выберешься.» Чу сы был чрезвычайно упрям в это вопросе. «В таком случае посмотрим смогу ли я выжить.» Саэ Ян поднял брови, и наблюдая как он из последних сил тащится в спальню, сказал: «Хорошо, я, так уж и быть, помогу тебе.» В это время разум Чу Сы был полностью расслаблен, мысли неясными, а реакция замедленной. Услышав слова Саэ Яна, он не оглядываясь, махнул рукой и зашёл в ванную комнату. И только когда он в замешательстве посмотрел на Саэ Яна, который вошёл в ванную вслед за ним, да и к тому же запер дверь, до него наконец дошло, что он имел в виду. Чу Сы: «...»

Глава 77. Список наследования

«Не смотри на меня таким недоумённым взглядом.» Саэ Ян поднял руки, безалаберно исполнив капитуляционный жест. «Изначально я не собирался ничего делать, но ты так сморишь, что моя уверенность пошатнулась. Откровенно говоря, дело подобного рода требует решимости, разве нет? В конце концов это испытание на выносливость.» Чу Сы опустил голову, и согнув указательный палец, суставом, помассировал точку между бровями. Затем пару раз моргнул, пытаясь заставить мозги работать. Однако, когда он поднял голову и снова посмотрел на Сэ Яна, выражение его лица по-прежнему было несколько отсутствующим. В следствии чего он казался немного невинным, и слегка глуповатым. Должно быть, в подобного рода ситуации, Чу Сы мог оказаться раз в сотню лет. В глубине души он был немного рассержен. Ранее не было нужды постоянно находиться начеку. Но даже если он не спал трое суток, достаточно было Саэ Яну появиться в радиусе 100 метров, как нервная система Чу Сы тут же напрягалась. Мозг работающий на огромных скоростях не осмеливался сбавлять обороты. Однако сейчас всё было иначе. Возникнувший рядом с ним Саэ Ян, заставил его непроизвольно расслабиться. Заново собраться с силами в условиях сильного переутомления – сложная задача. Несколько раз Чу Сы, из последних сил, безрезультатно пытался бороться с собой. Но смог лишь уставившись на Саэ Яна медленно произнести: «Тебе не нужно принимать решение. Требуется лишь развернуться, крепко взяться за дверную ручку, открыть дверь, сделать шаг вперёд, а затем благополучно её закрыть.» Закончив говорить, он, после долгого молчания, внезапно добавил: «Будь так любезен. Благодарю.» В тоне его речи, как и всегда, слышались нотки сарказма, но из-за переутомления голос звучал слегка гнусаво, словно Чу Сы простудился. В сочетании со слегка глуповатым выражением лица, создавался совсем другой вид. «Командир, ты сейчас кокетничаешь?» Саэ Ян не развернулся и не взялся за ручку двери, чтобы открыть её. Он выполнил лишь один пункт — шагнул вперёд. «...» Чу Сы, даже не знавший как пишется слово «кокетничать», остолбенел и раздражённо сказал: «Может стоит пойти в медицинский кабинет и провериться?» Саэ Ян улыбнулся: «Ладно, не буду тебя дразнить, даже несмотря на то, что сейчас ты такой забавный.» Парой своих красивых глаз он посмотрел на Чу Сы и серьёзно сказал: «На самом деле я всего лишь хотел протянуть руку помощи. Весьма сложно остаться безучастным к твоему нынешнему состоянию. У меня не было иных намерений.» Чу Сы подумал, что как бы прекрасны ни были его глаза, но слова смогут обмануть разве что чёрта. Однако, несколько минут спустя, он сам превратился в этого чёрта. Стоит ли говорить, что во время переутомления, чтобы как можно скорее присесть или даже прилечь, вероятно, можно согласиться абсолютно на всё. Разум и тело Чу Сы шли вразрез друг с другом. Всё о чём он мог думать было... Почему ты по-прежнему здесь стоишь? Этими словами можно только дурачков обмануть. Если эта рука сделает хоть одно движение, я её отрублю. Как хочу, так и моюсь. Тебе то какое дело? Ледяная ухмылка. ... Однако в действительности он уже прислонился к внутренней стенке ванной, а Саэ Ян сжав подбородок, спокойно его целовал. Из разных водоотливных отверстий стремительно текла вода, издавая характерный звук. В такие моменты, изначально просторная ванная комната, кажется маленькой и тесной. Звуки вокруг усиливаются, стимулируя органы чувств. Очевидно, обстановка располагала к дальнейшим действиям, но эти двое, тем не менее, спокойно и расслабленно целовались, выражая свою привязанность. Такое слово как «привязанность», в отношении одного из них, может показаться неуместным. Но когда кожа соприкасается, и они находятся в тесной связи друг с другом, подобного рода атмосфера, «затапливает» всё вокруг. Вода в ванне была комфортной температуры, умело его окутывая и расслабляя каждое нервное окончание. Чу Сы опирался локтями о края ванны, позволив своим тонким светлым рукам свободно свисать, и не желая прилагать никаких усилий. Он закрыл глаза, и слегка откинул голову назад, отвечая на поцелуй Саэ Яна. Пришлось признать, что в таком положении ему и правда было очень комфортно. В перерывах между поцелуями он всё таки слегка приоткрыл веки, и улучив удобный момент спросил: «Разве это не просто помощь? Неужели чтобы помочь нужно самому забраться в ванную?» Так уж получилось, что мне тоже нужно помыться.» Приблизившись к уголку его губ ответил Саэ Ян и улыбнулся. Вообще говоря, господин Саэ Ян не был уж столь бесстыжим, и не стал пользовать чужой бедой, чтобы заниматься чем-то помимо поцелуев. Поскольку Чу Сы был слишком расслаблен и ему было весьма комфортно, он, вопреки ожиданиям, так и уснул лёжа прямо в ванной. Откровенно говоря он не помнил, как именно уснул, но когда открыл глаза, то уже лежал на кровати. Освещение в спальне было настроено на ночное, а по потолку рассыпались мелкие звёзды. Глядя на всё это в полудрёме, у него создалось удивительное впечатление, что он уснул где-то в пустоши. Его разбудил не Саэ Ян, а экран у изголовья кровати. В каждой комнате на борту «Белого волка» имеется такой экран. На нём отображается вся необходимая информация, например: навигационная обстановка, насколько благоприятно всё проходит, на что стоит обратить внимание в первую очередь и так далее. Как раз в этот момент на экране мигало оповещение о новом сообщении. Звуковой сигнал не был резким, но мог легко разбудить такого как Чу Сы. Он был слишком чувствителен к такого рода напоминаниям. Чу Сы протянул руку собираясь включить голографический экран, чтобы посмотреть сообщение, но обнаружил, что его обнимает чья-то рука. Саэ Ян обнял его сзади, и не было ни малейшего намёка на его пробуждение. Даже после того как он проснулся, его рука оставалась неподвижной. «...» Чу Сы опустил глаза и некоторое время смотрел на очертания этой руки. Покачав головой, он, всё-таки не стал её отталкивать. Он переместил голографический экран, и сообщение чётко отобразилось перед глазами Чу Сы. 3 часа с момента активации драконьей колонны прошли гладко, начался переход к первой стадии процесса. Кроме этого, в сообщении был краткий отчёт об обстановке в жилых и медицинских зонах. Всё было тихо и спокойно. Смотря на слабое мерцание голограммы и прислушиваясь к тихому дыханию в спальне, он неожиданно уловил некое чувство нереальности. Казалось что он по-прежнему живёт в городе, спит на улице Бенк в доме № 5 недалеко от здания безопасности, за дверью которого постоянно дежурит охрана. Каждые пол года выкраивает время, чтобы пройти реабилитацию в чёрном кедровом лесу, один раз в разгаре лета, другой глубокой зимой. А пережитое ранее, например: конец света, смерть, хаос... Было всего лишь долгим сном. Но во сне было что-то, оставившее после пробуждения некоторое сожаление... Однако, едва необъяснимое сожаление его настигло, он слегка приоткрыл глаза и пару раз моргнув снова собирался заснуть, как вдруг человек позади него пошевелился. Саэ Ян потёрся о его шею носом, а затем и губами... Не прошло и минуты как эти ласки, переросли в поцелуи. С каждым поцелуем, ресницы на прикрытых глазах Чу Сы, трепетали. Задняя часть шеи, шейные позвонки, под левой лопаткой... В подобного рода уязвимых местах, по-видимому всегда более плотное скопление нервных окончаний, и каждое прикосновение приносит с собой ощущения, словно накатывает огромная волна. Чу Сы нахмурился и обхватил запястье Саэ Яна, намереваясь убрать его руку. Вжавшись головой в подушку он вздохнул и неясно пробормотал: «Ты не собираешься спать?» Смесь раздражения от того, что его сон прервали, и удовольствия от поцелуев, сделала тон его негодования менее резким, а человека, находившегося позади него, — чуть более напористым. «Я вообще не спал.» Ответил Саэ Ян. Он так и не убрал руку которой обнимал Чу Сы, а наоборот, коснулся его подбородка и кадыка. «Твой голос звучит хрипло.» Чу Сы прищурившись устремил взгляд на его руку. Их пальцы были прочно переплетены друг с другом, и вырваться не было никакой возможности. «Если не хочешь спать, вали отсюда. Я ужасно устал.» Чу Сы наконец не выдержал и обернулся чтобы посмотреть на Саэ Яна, но прежде чем успел разглядеть, его придавили и поцеловали. «Не мог бы ты хоть иногда принимать во внимание время и обстановку?» В хриплом голосе Чу Сы слышались нотки гнева и смущения. Саэ Ян тем не менее, лишь улыбнулся. «А какие проблемы с обстановкой? Может ли она стать ещё более интимной? Что же касается времени... Момент просто идеален.» «Вынужден тебе напомнить, господин Саэ Ян, я не спал более 2 суток, а проспал всего лишь 3 часа. На данный момент я не хочу ни шевелиться, ни открывать глаза. Ты будешь пытаться убедить меня, что момент подходящий?» «Конечно подходящий. Как только ты выспишься, то уже перестанешь быть таким покладистым. Кто знает, возможно ещё и подерёшься со мной.» Аргументировал господин Саэ Ян. Чу Сы открыв рот, несколько раз обдумал эти слова, но так и не смог их опровергнуть, поэтому лишь усмехнулся. «Насколько глубоко твоё заблуждение относительно слова «покладистый»?» ... Факты свидетельствуют, что долги рано или поздно должны быть уплачены. И командир Чу, который как правило остёр на язык, иногда всё же может потерять дар речи. Поначалу он всё ещё мог сохранять невозмутимость в своих словах, временами болевые ощущения могли сделать его высказывания более резкими. Но в последствии он всё же потерял контроль... Саэ Ян в эти моменты вёл себя крайне отвратительно. Едва Чу Сы начинал язвить, он улыбался и закрывал ему рот, не давая закончить говорить. В последствии, когда Чу Сы нахмурившись и не издавая ни единого звука кусал губы, он наоборот делал всё возможное, чтобы заставить его открыть рот. Он, как и говорил, хранил в памяти все долги, а сведение счетов оставил на тот момент, когда воля Чу Сы ослабла и он не мог вымолвить ни слова. С каждым движением, с него спрашивалось по одному долгу. К тому же Саэ Ян намеренно растягивал процесс. Всё было очень медленно и ощущалось весьма отчётливо. Например награда которую он просил ранее, имя которое Чу Сы наспех ему дал, те моменты когда он делал ему новое лицо, и так далее... В середине процесса Чу Сы перевернулся, и окончательно зарылся головой в подушку. Сжав пальцы в кулак, он выгнул поясницу, и даже не смотря на то, что прикусил губу, всё равно не смог сдержать тихий стон. Саэ Ян сжал его руку находящуюся на подушке, и снова навалился на него, в процессе намеренно прижимаясь к его лицу. Почувствовав небольшую влажность в уголках полуприкрытых глаз Чу Сы, он ещё сильнее надавил на его плечо, и рассмеялся. «Командир, ты до слёз разозлился на меня?» Да пошёл ты! Однако в этом предложении было слишком много слов, и в тот момент командир Чу не мог его произнести. В промежутках между прерывистыми вдохами он смог лишь выдавить из себя: «Катись.» Само собой разумеется Саэ Ян снова закрыл ему рот. Частое дыхание успокоилось, и поцелуи стали более размеренными. В конце концов снова вернулась та мирная и интимная атмосфера, что была в самом начале. Саэ Ян некоторое время продолжал его целовать, затем наклонился к уху Чу Сы и прошептал: «В коммуникаторе что ты мне дал, я увидел частное распоряжение, должно быть синхронизировано с твоим.» «Какое?» Голос Чу Сы звучал немного хрипло и лениво. Он был похож на кота, развалившегося на подоконнике, что прищурившись грелся днём на солнышке. Сонливость, которая развеялась прежде, медленно к этому моменту медленно вернулась. Закрыв глаза он прислушался к голосу Саэ Яна, проникающему в его уши. «Документ о разделе наследства.» Сказал Саэ Ян. «Он очень похож на тот, который приходилось подписывать, при отправлении на задания от тренировочного лагеря.» Чу Сы казалось бы услышал его, а вроде и нет, ведь никак на это не отреагировал. «Там очень много пустых мест, но от начала и до конца появляется всего лишь одно имя.» Голос Саэ Яна стал глубже. «Могу ли понимать это так, что я для тебя особенный, в отличие от других? Так же как и ты для меня.» Дыхание Чу Сы стало более лёгким, долгим и размеренным. Когда Саэ Ян подумал, что он снова уснул, его пальцы, сжимавшие подушку, пошевелились. Лениво их подняв, он коснулся подбородка Саэ Яна: «Мгм». Сон командира Чу действительно был загадкой. После лечения он не был таким уставшим, однако из-за того, что Саэ Ян его придавил, беспробудно проспал около 10 часов. В этот раз он без устали работал более 50 часов, и не смотря на смертельную усталость, проспал не так уж и долго. Включая те 3 часа до выходки Саэ Яна, общее время сна составило менее 6 часов. Когда он проснулся, Саэ Ян стоял у кровати и одевался. Увидев, что Чу Сы открыл глаза, он наклонился и коснулся уголка его рта: «Больше не будешь спать? Прошло всего два часа». Чу Сы какое-то время невыразительно смотрел на него из под полуприкрытых век. «Господин Саэ Ян, тебе не кажется что спрашивать об этом чрезвычайно лицемерно?» Кто сказал, что сейчас самое подходящее время бить лежачего? Приподнявшись на кровати, он собирался сесть и включить свет в спальне, но остановился на полпути. Выражение его лица на секунду застыло, и в миг снова пришло в норму, дабы не потерять собственное достоинство. «Почему ты снова надел майку?» «Твои рубашки и брюки мне не подходят.» Сказал Саэ Ян. Чу Сы: «...» Он не был низким, его рост составлял около 180 сантиметров, однако Саэ Ян был намного выше него, а плечи и спина были более мускулистыми. Откровенно говоря, ни рубашки, ни брюки не очень удобны в носке. «Хочешь пойти в жилую зону и что-нибудь взять?» Спросил Чу Сы, а затем продолжил. «Там хранится большая часть материальных ценностей. Вчера я видел как люди, предусмотрительно что-то захватили с собой.» «Давай позже обсудим.» Саэ Ян достал из шкафа комплект одежды и отдал его Чу Сы. «Я рассчитал время. Расшифровка черновика должна вот-вот закончиться. Пойдём посмотрим».

Глава 78. Демоны и Боги

Чу Сы умылся, собрался и пошёл в кабинет. Шкала прогресса, отображаемая на компьютере, действительно достигла 99%, и до её полного заполнения остался лишь тонюсенький отрезок. Он вышел и расспросил охранников об общей ситуации. Узнав, что Циэрдэ Фэн и остальные всё ещё отдыхают, он вернулся обратно в кабинет. Саэ Ян по-прежнему находился в спальне. Чу Сы достал из стерилизатора две стеклянных стакана, наполнил их водой и пошёл в спальню, желая узнать, чего Саэ Ян там мешкает. «Что делаешь?» В итоге он увидел, как Саэ Ян стоит перед шкафчиком домашней аптечки, держит в руках две коробки с лекарствами и читает инструкцию. Для такого человека как Саэ Ян, который вообще не употребляет лекарства, открытие домашней аптечки, равносильно священным письменам, расстилающимся перед глазами. Там была куча разноцветных штук, и ни одна из них не было ему знакома. Прежде чем выбрать лекарство он удивлённо поднял брови, принялся рыться в коробках, и читать инструкции. «Лекарство ищешь?» Изначально Чу Сы стол прислонившись к двери, а увидев это решил подойти. «Что за аномалия снова у тебя появилась?» «Всё нормально. Нашёл.» Саэ Ян похлопал упаковкой лекарства по ладони и закрыл дверцы. Чу Сы опустил глаза и посмотрел. Упаковка с лекарством, которую он держал, была предметом первой необходимости в каждой семье. Его используют при болях, воспалении, простуде, лихорадке. Некоторые люди со слабым иммунитетом также принимают это для профилактики в период пика эпидемических заболеваний. В общем это можно сказать это крайне сильное средство широкого спектра действия, однако оно не способно справиться с серьёзными заболеваниями. Когда у Саэ Яна случаются какие-то отклонения от нормы, это не просто травма или воспаление. Сможет ли это помочь? Чу Сы немного забеспокоился: «Это лекарство не очень эффективно.» «Слишком эффективное и не нужно.» Саэ Ян тут же открыл упаковку, отломил небольшой кусочек и кинул его в стакан с водой, что держал Чу Сы. Лекарство быстро растворилось, высвобождая лёгкую горечь. Затем... Саэ Ян протянул руку и взял стакан в котором не было лекарства. Чу Сы: «...» Саэ Ян поднял свой стакан и сделал глоток: «Дорогой, ты вдруг стал таким внимательным. Я приятно удивлён.» По твоему лицу и не скажешь что ты приятно удивлён. Подумал Чу Сы. Однако больше всего его озадачил стакан с лекарством, оставшийся у него в руке. «Зачем ты кинул лекарство в мой стакан?» «Выпей.» Указав на стакан Саэ Ян продолжил: «Ранее я почувствовал, что твоё тело очень горячее. Похоже у тебя жар.» Чу Сы: «...» Вмиг, маска невозмутимости едва не слетела с него, он был готов выплеснуть воду прямо Саэ Яну в лицо, чтобы тот пришёл в себя. Чу Сы несколько секунд таращился на него. Его лицо несколько раз побледнело и позеленело, пока наконец не вернулось в нормальное состояние. Пустив всё на самотёк, он спокойно сказал: «Предлагаю в следующий раз обратить внимание на самого себя, и ты обнаружишь, что горячее меня. Не хочешь выпить лекарство чтобы остудить голову?» «Вот как...» Небрежно ответил Саэ Ян. Опустив голову, он коснулся своим лбом лба Чу Сы, а затем выпрямился. «Однако сейчас у меня нормальная температура, а у тебя немного повышена.» Чу Сы ощутил горький привкус, и с каменным выражением лица произнёс: «Тебе показалось. Мне не нужно. Я не буду это пить.» «Ты в последнее время слишком мало отдыхал. Если температура сильно поднимется, будет не очень комфортно.» Саэ Ян, будучи членом «ассоциации отрицающей болезнь», с большим энтузиазмом продолжал убеждать?: «А если снова заплачешь?» Пошёл в задницу! Это ты, блять, сейчас заплачешь! «Тогда очевидно...» Чу Сы использовал всё своё воспитание, чтобы проглотить ругательства, но остановился на полу слове. Саэ Ян прислонившись к аптечному шкафу, вертел в руке стакан, дожидаясь, когда Чу Сы закончит говорить. Судя по выражению лица, он явно его провоцировал. «Очевидно что?» Чу Сы несколько секунд смотрел на него, затем отвёл взгляд, вернул себе привычное выражение лица и деловым тоном ответил: «Нормальная физиологическая реакция.» Сказав это, он выпил лекарство и с бесстрастным видом сунул пустой стакан в руку Саэ Яна. Саэ Ян удовлетворённо улыбнулся. Чу Сы развернулся и пошёл. Достигнув дверного проёма он повернул голову и сказал: «Вынужден сказать, твоя наивность меня поражает.» «Благодарю за комплимент.» Саэ Ян снова поднял стакан. Так прошло около 10 минут, и когда Саэ Ян встал около стола, полоса загрузки сразу же подскочила до 100%. Программа расшифровки автоматически преобразовала формат. На выходе получилось 2 файла. Чу Сы тут же развернул большой голографический экран. По левую и правую сторону были размещены два документа: один перед ним, а другой перед Саэ Яном. Тот что перед ним, должно быть и был черновиком исследования, а тот что перед Саэ Яном всего лишь аудиозаписью. Открыв черновик, Чу Сы поднял руку и пару раз провёл по нему. Бегло просмотрев, он нахмурился: «Полагаю этот черновик неполный». В отличие от того, что он себе представлял, этот проект не содержал огромного количества сложных и непонятных схем или военных чертежей. Было всего два чертежа, а большинство информации было текстовыми описаниями, в которых, по всей видимости, говорилось о каком-то экспериментальном проекте. Причина, по которой Чу Сы посчитал что информация была не полной, заключалась не только в отсутствии какого-либо заголовка, даже первое предложение не было законченно. Это больше напоминало дневник. «Отправились на базу «Красный клён». Предварительная подготовка оборудования уже завершена, КПД удовлетворительный. Но к великому сожалению, вероятность успеха эксперимента остаётся на уровне 0,0037%, к тому же данные по-прежнему являются лишь теоретическими. Мы подвели итоги последней неудачи, и на основании этого, внесли некоторые изменения в изготовление экспериментальных капсул, в основном уделив внимание некоторым функциям внутриканальных микрорегуляторов, а так же окупаемости экспериментальных капсул в отношении преобразования энергии...» Чу Сы шевелив губами и прошептал начало этого отрывка. Саэ Ян, сосредоточенный на аудиофайле, внезапно повернул голову и спросил: «Что ты читаешь?» «Начало черновика.» Ответил Чу Сы. Выражение лица Саэ Яна в этот момент не поддавалось описанию. Он взглянул на начало текста и быстро прокрутил несколько абзацев вниз, пока не увидел первую схему. На ней был изображён проект некой экспериментальной капсулы, которая немного напоминала устройство механической терапии, используемое для лечения Чу Сы. Однако но его внутренняя структура была намного сложнее, а количество задействованных портов должно быть втрое превосходило терапевтичекий аппарат. Чу Сы увидел едва заметные изменения в выражении лица и взгляде Саэ Яна, и у него внезапно возникло плохое предчувствие... Направление этого проекта несколько отличалось от того, что он успел надумать ранее, и наоборот тянуло его в совершенно неожиданном направлении. Он решил скопировать этот черновик лишь потому, что чувствовал – должна быть причина чтобы повернуть время вспять именно в том районе, где много лет назад находилась квартира Цзян Ци. До того как планета взорвалась, Чу Сы уже более 5 лет был на должности исполнительного командира офиса №5 здания безопасности. Для этой должности срок был воистину долгим. Но если рассматривать весь альянс руководителей здания безопасности, то он должен быть самым молодым и обладать самой низшей квалификацией. 5 лет в современном мире, где средняя продолжительность жизни составляет 200 лет — это лишь начало. Он достаточно прочно сидел с своём кресле, тем не менее мало вникал в какие-то секретные политические события. Особенно в те, которые накаляются уже долгое время, и настолько глубоко пустили корни, что даже не поймёшь с чего начать их расследование. Одно время он считал, что причина по которой его временная шкала оказалась в таком хаосе, и он, казалось, стал мишенью для неких тайных сил, заключалась в том, что он случайно коснулся края одного из таких событий. А возможно он был нужен лишь чтобы отвлечь внимание других сил. Как правило, такого рода укоренившие политические события происходили между военным министерством и правительственным штабом, а так же внутри самих этих ведомств. Поэтому после пробуждения Чу Сы всегда с опаской относился к обеим этим сторонам. Хотя в настоящее время они, казалось, находились на одной стороне. Таким образом он предположил, что исследование может затрагивать военных, правительство и даже косвенно его самого... Однако согласно информации представшей сейчас перед их глазами... Как ни посмотри, похоже это исследование касается Саэ Яна. База «Красный клён», экспериментальная капсула... И длинные абзацы, связанные со «временем», легко ассоциировались у Чу Сы с тем, что ранее рассказал Саэ Ян. Чу Сы успокоился, и сосредоточившись стал тщательнее вчитываться в описание экспериментов. С каждым абзацем, мимоходом упомянутое Саэ Яном прошлое, стало заливаться кровью. В так называемом черновике говорилось об эксперименте, с использованием шестимерной технологии пространства-времени, которая в то время была всего лишь теорией. Это могло позволить освободиться от оков времени в существующем измерении, и осуществить путешествие во времени как независимая личность, не создавая парадоксов. Основной проблемой, которую предстояло преодолеть, были колебания энергии и многочисленные эффекты, вызываемые ими. Обнаружив теоретическую базу, они, шаг за шагом, стали проводить эксперименты на живых организмах. Самые ранние технологии пришли из Серебряного города. Позже, по политическим причинам, отношения были разорваны, и они начали разрабатывать собственные технологии. Это заняло почти 50 лет. Только после того, как черновой вариант был готов, эксперименты наконец были проведены не на животных, а на людях. Чтобы свести к минимуму энергетические колебания и разнообразные эффекты, они выбрали в качестве подопытных детей сирот. В ходе эксперимента они всеми силами пытались лишить детей связи с миром, сделав их обособленными и отчуждёнными индивидами. Однако независимые индивиды не являлись их конечной целью. В черновике упоминается, что конечная цель – распространение этого эффекта от отдельных особей на определённую территорию, или даже на всю планету. Был приложен даже график того, как всё должно происходить. Однако ни Чу Сы, ни Саэ Ян не были настроены внимательно его изучать, поскольку под графиком уже были описаны результаты эксперимента. «Несмотря на то, что вероятность 0,0037% кажется крайне незначительной, у нас уже есть подопытный 71105 с которым мы смогли добиться успеха, и 12 полувзрослых особей, пронумерованных соответственно...» «К сожалению, из-за вмешательства старомодного военного министерства, экспериментальная база в Изумрудной гавани была разрушена. В ту же ночь 71105 исчез. В процессе перемещения базы было потеряно более половины полувзрослых особей...» Чу Сы неосознанно взглянул на шею Саэ Яна, и Саэ тоже коснулся её. Судя по этому содержанию, Саэ Ян как раз и должен был быть тем успешным подопытным 71105. В последнем абзаце упоминалось, что наиболее значительным прогрессом в подопытном 71105 было то, что обращение времени на нём, перешло от стадии зависимого запуска в автономное управление. Посредством энергетических колебаний и каскадных эффектов от нахождения на краю гибели, внутриканальный контроллер приходил в движение, тем самым замедляя ход времени. Это в какой-то степени можно назвать бессмертием. «Я подумываю изменить кодовое название эксперимента, на проект «Дьявол».» После того, как Чу Сы и Саэ Ян прочли документ до конца, выражения их лиц были не самыми приятными. Они некоторое время смотрели друг на друга, а затем открыли аудиофайл. После 30 секунд тишины в аудиофайле послышался странный голос, словно человек использовал какой-то преобразователь голоса. Там снова и снова повторялась лишь одна фраза: «Вечная жизнь – успех дьявола, смерть – успех бога.» Конец второго тома.

Том III. «Мир людей»

Глава 79. Откровение

Неужели это правда черновик исследования Цзян Ци? Если этот черновик действительно был написан Цзян Ци, то эксперименты со временем имеют к нему непосредственное отношение, и даже жизненный опыт Саэ Яна неразрывно был связан с ним. Это чувство было сродни тому, словно по неосторожности проглотил кусок льда, а он застрял в горле. Всякий раз, когда он слегка подтаивает, ледяная вода стекает в горло, замораживая внутренние органы. Он не мог вымолвить ни слова, да и не знал, следует ли вообще что-то говорить. Чу Сы и подумать не мог, что изучая черновик исследовательского проекта, его настигнут такие чувства. Он стоял перед голографическим экраном и, слегка запрокинув голову вверх, смотрел на строчки текста, но тем не менее не обратил внимания ни на один знак препинания. Он стоял так долгое время, а затем, неожиданно схватив Саэ Яна за руку, прошептал: «Саэ...» Когда Саэ Ян обернулся, выражение его лица уже пришло в норму. Его степень принятия различного рода вещей всегда была высока. Казалось, ничто не могло надолго его удивить, даже вещи, тесно связанные с ним самим. Он сжал руку Чу Сы и обратил на себя его внимание: «Что такое?» «Ты...» Чу Сы повернулся и посмотрел на него. «Рассказывая мне об этих экспериментах, намеренно опустил некоторые вещи?» Например, базу «Красный клён» и его отца Цзян Ци... Временами разговор между ними не нуждался в пояснении, и другая сторона могла ясно и точно понять подтекст. «На самом деле, специально я не отсеивал никакой информации.» Саэ Ян лукаво улыбнулся, словно информация, содержащаяся в черновике, после прочтения сразу же покинула его мысли. «Я всего лишь тщательно подбирал слова, всё время думая о том, какие слова смогут легче тебя смягчить. Что же касается остального, это не имеет никакого отношения к делу, значит, можно было это опустить.»  Трудно сказать, было ли это правдой, или таким способом Саэ Ян пытался его утешить. Но, слушая это, Чу Сы и правда немного смягчился. По мере того как он смягчался, трудно объяснимое чувство растерянности становилось всё более отчётливым.  Саэ Ян поигрывал его пальцами, словно какое-то мгновение воскрешал в памяти воспоминания, а затем сказал: «Подвергшись влиянию результатов эксперимента, я фактически являюсь человеком вне времени. Таким образом, эмоции, вызывающие у людей нехватку времени и срочность... Или лучше сказать, чувства? Я их совсем не могу понять. Что касается меня, временами эмоции являются лишь инструментом. Могу по собственному желанию внешне их имитировать, чтобы получить необходимую мне информацию, но фактически же мне всё равно. Это заставляет меня действовать по наитию, не обращая внимания, рано или поздно.» Он не из тех, кому нравится обсуждать с другими подобные темы, к тому же не отличается терпением. Но каждый раз, когда Чу Сы спрашивал, он отвечал. «Поэтому в те годы в санатории у меня действительно не было никакой цели. Хотя об одном всё же стоит упомянуть... В то время меня чрезвычайно интересовало военное министерство. Его задачи, вооружение, секреты. В результате я узнал и овладел некоторыми методами, которые не совсем соответствуют правилам. Например, методами взлома информации, которые ты частенько можешь видеть. В то время мне было очень скучно, поэтому я попытался покопаться в базе данных санатория. Позже мне повезло, и я обнаружил, что могу получить доступ к некоторым информационным базам данных военных. Затем я заметил некую незначительную информацию касающуюся экспериментальной группы и узнал, что, хотя военное министерство совершило обыск их старого гнезда и изъяло информацию об экспериментах, они, тем не менее, не смогли уничтожить всё под чистую. Если быть точным, то, хотя смена их дислокации была немного поспешной, всё равно оказалась эффективной, и им удалось сохранить основную часть.» Пальцы Чу Сы дрогнули, когда он это услышал. Таким образом, последние несколько слов Саэ Яна смогли расставить всё по своим местам. Та экспериментальная группа как-то связана с военными. Вероятно, они получили известие, поэтому вовремя смогли переместить всё самое важное. В противном случае, учитывая эффективность и стиль работы военных, они, настигнув их в логове, попросту не дали бы большей части противника сбежать. Внутри военного министерства всегда имелись некие фракционные распри. Что уж греха таить, во всём политическом классе имеются фракции со своими моделями поведения и идеологическими ориентирами. Либо консервативными, либо радикальными. Это неизбежно, и всем было прекрасно известно. Вот только, казалось бы, под одним общим направлением по-прежнему существовало тайное разделение на фракции, но это всё тщательно скрывалось и ещё не достигло той точки, когда стало бы очевидным. «Старомодное» военное министерство, упомянутое в черновике, не было Чу Сы знакомо. Весьма вероятно, что люди, участвовавшие в эксперименте, делились на фракции по какому-то признаку. Обратив внимание на эту фракцию, он не стал заострять своё внимание, но сейчас узрел более глубокий смысл. Когда кто-то классифицирует определённую группу людей, будь то с логической точки зрения или по велению души, всегда имеется некий субъективный фактор, но в основе классификации всегда лежит одно — дружелюбие. Те, кто имеет с ними какие-то связи, составляют одну фракцию, те, кто не имеет – другую. Либо же дружественная фракция и чуждая. Либо соратники и противники. Это ещё раз подтверждает высказанное ранее предположение о том, что в военном министерстве есть люди, вставшие на сторону экспериментальной группы. Саэ Ян, мгновение помолчав, усмехнулся: «Конечно, как я и упоминал, ранее у меня не было никакого представления о времени. Поэтому, узнав, что экспериментальная группа всё ещё существует, я не горел желанием что-либо предпринимать, ибо все ключи к разгадке были утеряны. Да и сам я был немного рассеян». Рассказывая о тех временах, он смотрел в глаза Чу Сы: «Больше информации относительно экспериментальной группы мне удалось узнать во время миссий в тренировочном лагере, например о базе «Красный клён». Согласно полученной мной в то время информации, большая часть вещей экспериментальной группы находилась на базе «Красный клён». Однажды, когда я был на задании, случайно проходил мимо того места и позволил разрушиться всему, что было внутри». Услышав это, Чу Сы потерял дар речи: «Внутри всё полностью разрушено?» «Был использован дистанционный снаряд. Все устройства для проведения экспериментов, а также данные, связанные с экспериментами, находившиеся на базе «Красный клён», полностью уничтожены. Остался только слой листового железа, не подлежащий восстановлению. Если, конечно, у них нет другого логова». Саэ Ян внезапно рассмеялся, казалось, что-то вспомнив. «О, чуть не забыл. В письменном доказательстве и ордере на арест, которые ты видел ранее, говорилось, что это я уничтожил базу «Красный клён»? Ещё и прилагался список пропавших без вести, в котором около сотни человек?» У Чу Сы было много сомнений относительно этого инцидента, и он даже пытался его расследовать. Однако к тому времени, как он дослужился до должности исполнительного командира, Саэ Ян уже много лет был осуждён, к тому же, имелись вещи, которые он не мог так просто разузнать. Более того, судя по информации, что ему удалось найти, все доказательства были в полном порядке. Он даже проверил список пропавших без вести и нашёл в базе данных полную биографию каждого человека. Важнее всего, что там стояла подпись Саэ Яна. Ещё в самом начале своего пребывания в должности исполнительного командира он подтвердил, что подпись действительно принадлежит ему. «Так где же правда?» Спросил Чу Сы. Он не стал спрашивать, почему Саэ Ян не рассказал правду, потому что и так знал ответ. Характер Саэ Яна таков, что ему лень рассказывать кому-либо о своих мыслях. Да и в конце концов, в то время у них не было каких-то близких отношений, в лучшем случае они были посторонними, которые иногда пересекались. «Правда в том, что кто-то, следуя за мной по пятам, разбрасывал снаряды. Вероятно, они посчитали, что это соответствует моему характеру. Так или иначе, я не производил впечатления хорошего человека». Пожав плечами, Саэ Ян продолжил: «Вот только на самом деле я не такой. Они забыли одну вещь. Для большинства людей смерть — это нечто страшное, чего стоит опасаться, ибо в глазах большинства это конец. Мне это понятие недоступно. В то время я не видел в смерти особого значения. Это сродни включению и выключению света — не вызывало никаких эмоций. Ты бы наказал кого-то за выключение света? Очевидно — нет». «Жизнь других людей не имеет для меня никакого значения. Напротив, лучше позволить им беспомощно наблюдать, как то, над чем они ломали голову, постепенно исчезает прямо у них на глазах, и они не могут ни оставить это, ни вернуть обратно. Полагаю, что это более волнительно. Что же касается тех, кто тащится за мной и добавляет преступлений в копилку моих грехов... Думаю, это тоже легко понять. Кому больше всех нужно обвинить меня и посадить в космическую тюрьму? Вероятно, той стороне, частью которой я был раньше». «В то время на базе «Красный клён» была основная часть, однако малая часть группы всё ещё была рассеяна по миру, словно скверна. Кроме того, тогда я не ещё не пресытился нахождением на земле, и потому не собирался отправляться в тюрьму». Легкомысленно заметил Саэ Ян. «В таком случае, почему ты передумал?» «Из-за чистой случайности. Я обнаружил нескольких человек, тесно связанных с экспериментальной группой. Некоторые из них были из военного министерства, некоторые из правительства, а некоторые, конечно же, из здания безопасности. Так уж совпало, что большинство из этих людей мертвы, убиты в результате ужасных инцидентов, а их убийцы находятся в космической тюрьме. Один из таких примеров – «дело Золотого ворона». Чу Сы был ошеломлён. Когда они с Саэ Яном и двумя швабрами вошли в космическую тюрьму, «золотой ворон» как раз сидел в клетке. Саэ Ян стал пересчитывать по пальцам: «Один генерал-полковник, 4 старших должностных лица, не менее 20 чиновников. Все без исключения находились в моём списке. Полагаю, это не могло быть простым совпадением». Подсчитав, он некоторое время смотрел на свои пальцы, затем поднял веки и снова сосредоточил взгляд на Чу Сы. «К тому же, я слышал, что во время задания ты был ранен, и в эти 2 года погоня была особенно сумасшедшей. Подозреваю, что если бы меня тогда не посадили, тебя, вероятно, даже будучи травмированным, заставили бы отыскать меня, и даже установили бы сроки. Я в любом случае собирался отправиться в космическую тюрьму, чтобы там осмотреться, поэтому просто исполнил их желание. Но как ты умудрился так серьёзно пострадать?» Услышав это, Чу Сы был в смятении. «Простое невезение. В тот раз задание было нехлопотным, и лишь на обратном пути мы потерпели крушение в горах. Ребёнок чуть не выпал из люка, а когда я потянул его обратно, деформированный металл зажал мою левую сторону. Что ты обнаружил в космической тюрьме?» «Я удостоверился, что в космической тюрьме сидят несколько людей, что когда-то были подопытными. В частности, Золотой ворон. Но ранее я не знал, какое у него было определение согласно научной классификации. Сейчас, прочитав этот черновик, я думаю, что он должен быть одним из так называемых полуфабрикатов». Чу Сы мгновение поколебавшись всё же сказал: «В таком случае, мой приёмный отец Цзян Ци...» «Я действительно видел его имя в найденных материалах, и он действительно имел связи с экспериментальной группой». Сказал Саэ Ян. «Я видел его имя среди группы пользователей базы «Красный клён», а также краткую информацию в некоторых связанных со всем этим базах данных». Он развёл руками и сказал: «Это всё». Чу Сы был ошеломлён, и даже услышав подтверждение из уст Саэ Яна, по-прежнему не мог поверить. Он отчётливо помнил те искренние напоминания и предупреждения, которые сказал ему Цзян Ци, словно это было вчера. Как Цзян Ци, делавший такие предупреждения, мог быть вовлечён в такой эксперимент? Саэ Ян коснулся пальцами лица Чу Сы, вернув его к реальности. «Однако, после встречи с ним, я, кажется, должен встать на твою сторону. В конце концов, твой приёмный отец не выглядит сумасшедшим. Если сравнивать с ним, степень безумия экспериментальной группы, вероятно, примерно такая же, как у нас с тобой». Чу Сы: «...» Что ж, всего одна фраза, и тяжёлая атмосфера в кабинете вмиг рассеялась. Едва эти слова успели прозвучать, как коммуникатор Чу Сы, лежащий на столе, завибрировал. После того, как Саэ Ян дважды навёл смуту в его эмоциональном состоянии, настроение Чу Сы наконец пришло в норму. Он не был сентиментальным и нерешительным человеком. Вместо того, чтобы сидеть и гадать на кофейной гуще, запугивая самого себя, он предпочитает докапываться до сути. Слегка изменив выражение своего лица, он ответил на звонок. На другом конце был Тан. Он, вероятно, на что-то наткнулся, и первое, что он сказал, было: «Докладываю командиру...» Чу Сы рефлекторно вытянул палец и неосознанно прервал звонок. «Что такое?» — спросил Саэ Ян. Чу Сы держал в руках устройство связи с каменным выражением лица смотрел на Саэ Яна. В его глазах была трудно выразимое беспокойство и оцепенение. Саэ Ян на мгновение растерялся, а затем, словно что-то вспомнив, рассмеялся. «Командир, у тебя так много осложнений. Каким образом это поправить? Всякий раз, когда кто-то будет говорить «докладываю командиру», ты не сможешь, поскольку будешь со мной в постели. Он, едва шевельнув губами, предупредил его: «Заткнись». Сказав это, он с холодным выражением лица принял от Тана второй запрос на соединение. «Докладываю...». Чу Сы прервал его, так и не дав договорить: «Ближе к делу». Он нахмурил брови и озадаченно взглянул на улыбающегося Саэ Яна, чувствуя, что остаток его жизни будет просто невозможным. Как он, чёрт возьми, должен разговаривать с людьми в будущем, если все правильные звания будут опорочены?

Глава 80. Неизвестный сигнал

«О», произнёс Тан, а затем добавил: «В форте Барни обнаружился неизвестный сигнал.» Доклад был очень лаконичным, даже слишком. Не понятно, повлиял ли на это тон Чу Сы, или что-то иное. «Неизвестный сигнал? Какого назначения? Откуда он и куда направляется?» Чу Сы вздохнул: «Давай чуть подробнее.» «Такое дело, командир. Когда мы ранее с Вами связывались, то заканчивали с зачисткой. Изначально не было нужды ещё раз всё перепроверять. Чтобы предотвратить ненужные хлопоты и утечку данных, прежде чем закрыть форт Барни, мы отключили всё оборудование.» Принялся объяснять Тан: «Но... Ты же знаешь, что такое профдеформация. Мы встретились с отрядом, присланным капитаном Шао, и, поднявшись на борт воздушного судна, решили ещё разок всё перепроверить. И только после этого случайно обнаружили два сигнала, уровень шифрования относительно высокий, но, как бы это сказать... стиль довольно странный.» «Что ты имеешь в виду?» «Не знаю, как выразиться, это... старый подход.» Тан долгое время мучился, прежде чем признать себя полностью безнадёжным: «Ну вообще, это не самое важное. Дело в том, что источник сигнала находится внутри форта Барни. Нам удалось выхватить лишь один. Угадайте, куда он делся?» Чу Сы раздражённо вздохнул: «Говори прямо!» «Корабль «Белый волк»!» Ответил Тан. Чу Сы остолбенел: «Корабль «Белый волк»? Ты уверен, что те сигналы были отправлены не с устройств связи членов отряда капитана Шао?» «Эти 2 сигнала затесались среди группы сигналов сил безопасности. Если бы я не был таким прозорливым, они могли бы остаться незамеченными.» Гордо сказал Тан. Чу Сы спросил: «Удалось разобраться с зашифрованным содержанием?» «В процессе. Конечно, всё это немного хлопотно, но скоро должно быть готово.» Со стороны Тана не было слышно звука нажатия клавиш, но, вероятно, он был занят взломом шифра. «А что насчёт другого сигнала? Дай мне общую оценку.» Сказал Чу Сы. По ту сторону раздался голос Гая: «Эй, Цзинь! Братан! Ты куда? Если не занят, иди и помоги мне... Подержи-ка здесь. Ага, вот так.» Как раз в тот момент, когда Чу Сы собирался спросить, что там происходит, Гай внезапно сказал: «Ладно, готово! Тан! Передай командиру, что примерный диапазон другого сигнала определён. Мы сейчас искали возможные цели в этом диапазоне. Нашли 2 воздушных судна военного министерства и космический крейсер. Если не ошибаюсь, должно быть, из Серебряного города.» Воздушные суда военного министерства? Космический крейсер Серебряного города? Судя по тем новостям об успехе, что ранее пришли от военного министерства, крейсер Серебряного города уже должен был быть направлен в звёздный сектор Бета, а вот тайный отряд военного министерства, по логике вещей, должен был уже вернуться. Каким образом он снова возник на радарах? Космический крейсер так скоро повернул назад? Или тайный отряд ещё не покинул эту местность? Или, может быть... Есть некие расхождения между отчётом, присланным военными, и реальной ситуацией? Чу Сы постучал пальцами по столу и, минуту помолчав, сказал: «Тан, разделите работу. Пусть Гай и остальные вместе с отрядом сил безопасности остаются следить за фортом Барни, а ты отправляйся сюда. Я попрошу Саэ захватить все скрытые и открытые сигналы с «Белого волка», а ты отберёшь и определишь их.» Тан согласился, а затем удивлённо пробормотал: «Саэ?» Чу Сы спокойно ответил: «Есть какие-то проблемы?» Годы тренировок научили Тана говорить: «Нет, сэр». Уголок глаза Чу Сы дёрнулся, и он прервал связь. Улыбка Саэ Яна стала ещё более очевидной. Чу Сы сжал устройство связи и холодно сказал ему: «Господин Саэ Ян, советую тебе попридержать коней. Последнее слово на «Белом волке» остаётся за мной. Если ты снова будешь делать странные вещи, я не против устроить тебе неприятности.» «Мне больше нравится, когда ты зовёшь меня Саэ.» Ответил этот негодяй, притворившийся, что не услышал угрозы. Чу Сы не стал обращать на него внимания. Он развернулся и пошёл в сторону двери. Приготовившись её открыть, он повернул голову и сказал ему: «Прекрати смеяться, пошли в центр управления.» Саэ Ян не шелохнулся: «Позовёшь меня?» Чу Сы: «...» «Ты идёшь или нет?» С каменным выражением лица спросил Чу Сы. Саэ Ян лениво провёл рукой по волосам и, пытаясь не улыбаться, пошёл к нему. «Ладно, ладно, иду. Дорогой, я тут заметил, что едва ты встал с постели, то перестал считаться с чувствами других.» Чу Сы поднял на него взгляд: «Оу, ты что, первый день со мной знаком?» Саэ Ян подошёл к нему, опустил голову и поцеловал в уголок его губ. Затем, выпрямившись, он серьёзно сказал: «Ну ничего. В будущем у тебя будет возможность наверстать упущенное.» Сказав это, он обошёл Чу Сы, взялся за дверную ручку и открыл дверь. Язвительный ответ Чу Сы был немедленно пресечён, и ему ничего оставалось, как с безразличным и жестоким выражением лица выйти из кабинета. Охрана продолжала называть его «командир», отчего выражение его лица выглядело ещё холоднее. Когда он пришёл в центр управления, Шао Хэну, Роджеру и капитану, сидевшим в конференц-зале, показалось, словно к ним приближается целая Антарктида. «Командир.» Несколько человек встали и поприветствовали его. Антарктические айсберги дали трещину. «Господин Ян.» Люди, находившиеся в конференц-зале, не забыли поприветствовать и Саэ Яна. Шао Хэн дал трещину. Чу Сы задал несколько простых вопросов о текущей ситуации, а затем передал под командование Саэ Яна часть людей, ответственных за мониторинг сигналов. Когда Саэ Ян сел, Чу Сы наклонился, сжал его плечо и прошептал: «Пределы полномочий компьютеров в центре управления гораздо обширней, чем у того, что в моём кабинете. Посмотри, возможно, у тебя получится выхватить стратегическую карту звёздного неба военных. Подозреваю, что стратегическая звёздная карта, которую они отправили во время предыдущей трёхсторонней встречи, несколько отличалась от фактической.» «Погоди-ка.» Саэ Ян откинулся на спинку стула и похлопал его по руке. «Что такое?» Шао Хэн и остальные могли отчётливо видеть эту заминку. Откровенно говоря, в это время они были весьма расслабленны. Им казалось, что как только прошла первая стадия активации драконьей колонны, большинство проблем осталось позади. Психика людей устроена таким образом, что после инцидента, как только все собираются вместе, у них возникает ощущение, что «никакая беда не страшна», словно они внезапно оказываются защищёнными золотыми доспехами и становятся непобедимыми. Вот даже если уж бродяги собираются в небольшие группы и вполне себе неплохо живут. Более того, в данном случае объединилась целая планета. Такая мысль в той или иной степени посещала каждого из присутствующих. С таким трудом расслабившись, они уже не будут так сильно нервничать, какая бы ситуация ни сложилась. Чу Сы выпрямился, скрестив руки на груди, он отклонился в сторону, глядя на экран. Прежде чем дать ответ на их вопрос, он спросил Шао Хэна: «Сколько команд ты отправил в форт Барни?» Шао Хэн остолбенел: «5 команд бойцов элитного подразделения, все мои люди.» Чу Сы кивнул: «Отправь ещё 2 команды, чтобы прочесать форт Барни сверху донизу. Люди, которых я там оставил, только что прислали сообщение о том, что в форте Барни обнаружены неопознанные сигналы. Один из них был направлен на «Белого волка». Сигналы очень мудрённые, поэтому я велел господину Яну провести проверку.» Затем он обратился к Роджеру: «Немного погодя нужно будет открыть шлюз, придут несколько человек». Роджер кивнул и отошёл в сторону, чтобы дать указания охраннику, отвечающему за шлюзы. Чу Сы обратился к капитану: «От группы мониторинга поступил отчёт о ходе первой фазы после запуска драконьей колонны?» «Вот только что.» Капитан велел группе ответственной за мониторинг и контроль воспроизвести отчёт. Закрепив его в углу экрана, он сказал: «Более 30 тысяч драконьих колонн работают стабильно. В единичных случаях обнаруживались задержки саморегуляции. Вероятно, это произошло из-за влияния драконьей колонны, находящейся поблизости. Однако запуск программы самовосстановления начался своевременно, и сейчас уже всё стабильно.» Чу Сы взглянул на цифровые значения в отчёте, а затем на выводы, и указав на строку касающуюся результатов воздействия магнитного поля на живые организмы произнёс: «Таким образом число людей, которые придут в себя после заморозки, достигнет пика в ближайшие 72 часа?» При первичной разработке криокапсул учитывалось множество факторов. Если бы время было фиксировано и люди стали просыпаться в чётко указанный промежуток, пробуждение превратилось бы в русскую рулетку. Всё потому, что никто точно не мог предсказать, как долго продлится катастрофа, с которой они столкнулись. День или два, год или два, а может даже больше... Никто не мог делать прогнозы, соответственно никто не мог принять окончательного решения относительно криокапсул... Сперва исследовательский институт вёл много споров, и в конце концов, чтобы прогнуть свою линию, они едва ли не выкопали гроб главного проектировщика драконьих колонн Маундера Холлса. В результате этого противостояния был разработан гибкий план, учитывающий обстоятельства колебаний функций живых организмов и наряду с этим связь с драконьими колоннами. Иными словами, достигается равновесие между влиянием окружающей среды и самим организмом, благодаря чему все просыпаются в разное время, но, как правило, только после существенных изменений в окружающей среде. Когда устанавливались начальные параметры, у личного состава различных государственных военных организаций они были изначально ниже, чем у простого населения. То есть они, как правило, приходят в себя раньше, чем остальные. Такие люди как Чу Сы, чей сон был прерван вмешательством извне, являются исключением. Капитал ранее уже выслушал отчёт от группы наблюдения, и когда докладывал об этом Чу Сы, всё стало ещё понятнее. «Верно, очень может быть, что большинство людей один за другим проснутся в ближайшие 72 часа. Разница между пробуждением наших людей и основной массы населения составляется около 20 часов.» Это означало, что им придётся воспользоваться этой разницей во времени, чтобы разместить новую группу сотрудников здания безопасности или бойцов отряда миротворческих сил, которые проснутся. Провести им надлежащие физиологические тесты, убедиться, что они смогут занять свои позиции, а затем сделать всё возможное, чтобы привести народные массы, которые начнут просыпаться позже. «Как-то рановато.» Чу Сы нахмурившись смотрел на экран. «Рано?» Растерялся капитан. «Ничего не рано. Нам не хватает рабочих рук.» «Я имею в виду не наших людей.» Ответил Чу Сы. Имеется в виду простое население? Капитан был в недоумении. «Фактически, время для пробуждения чрезвычайно удобное, ибо вторая стадия действий драконьих колонн это соединение фрагментов, и она не является такой уж тяжкопереносимой. К тому же, чем быстрее народ придёт в себя, тем быстрее жизнь войдёт в прежнее русло, верно?» «Соединение всё-таки происходит на удивление вовремя.» Сказал Чу Сы. «К тому же...» К тому же, он всегда чувствовал, что что-то назревает и вот-вот разразится буря. Пока Саэ Ян делал свою работу, Чу Сы спросил Шао Хэна: «Господин Шао всё ещё отдыхает? Если он не спит, не мог бы ты помочь пригласить его ко мне?» Шао Хэн прошептал: «Разве промывание мозгов не увенчалось успехом?» Чу Сы с досадой ответил: «Ты же знаешь какой характер у твоего отца.» «Ай... Знаю, знаю. Как раз только что прогуливаясь по командному центру, хотел зайти проведать. Старик обеспокоен всем миром. Хотя отказывался это обсуждать, всё равно задал мне кучу вопросов.» Сказал Шао Хэн. «Сейчас же пойду... Ой! Какое совпадение!» Пока он говорил, то мельком увидел чей-то силуэт. Сообщив Чу Сы, он стремительно помчался в сторону главного входа: «Отцу не дают войти.» Пока Шао Хэн сопровождал господина Шао на борт и тот проходил через верификационную рамку, Чу Сы получил сообщение от Гая... Тан уже был в пути. Первое сообщение, которое удалось расшифровать, состояло всего из двух слов: «Драконья колонна».

Глава 81. Дополнительные подарки

Драконья колонна? Чу Сы сжал пальцами межбровье, признавая, что день становится всё более абсурдным. Полчаса назад они с Саэ Яном изучали вопросы об экспериментах со временем, тревожась о том, как распутать клубок этой тайны, а сейчас некто решил поохотиться на драконью колонну? Неожиданно оказавшись в ситуации, когда не знаешь, за что хвататься, любой впадёт в ступор. Нет нужды говорить, что неизвестный сигнал с форта Барни, достигший «Белого волка», определённо исходил от кого-то, скрывающегося в толпе, а возможно, где-то в укромном месте форта. Что значат эти два слова «драконья колонна»? Необходимо узнать принцип её работы? Или же нужно ли вмешаться в её работу? Тайком обсуждать иные, более благородные цели нет нужды. Таким образом, смысл этого послания заключается в одном из двух вариантов, а может быть и сразу в обоих. Чу Сы неосознанно посмотрел себе под ноги. Устройство запуска драконьей колонны располагалось прямо под центром управления... Он мгновенно почувствовал, что сбит с толку таким развитием событий. Изначально у него было всего две заботы. Первая касается его самого, хотя он не находился в эпицентре политической борьбы, но тем не менее привлёк чьё-то внимание. Вторая касается Саэ Яна, а точнее, всего эксперимента со временем, в котором он принимал непосредственное участие. Но теперь внезапно появилась неизвестная сила и начала нацеливаться на драконью колонну? Те две проблемы ещё не удалось прояснить, а теперь появилась и третья? Он, конечно, повидал смутные времена, вот только ранее упомянутые проблемы имеют чёткую причинно-следственную связь. Вероятность того, что эти события никак не связаны между собой настолько ничтожно мала, что её можно не учитывать. Другими словами, это просто невозможно. Таким образом, ранее он ещё мог сомневаться во взаимосвязи этих двух событийных линий. Теперь же, при появлении третьей, он может быть уверен, что все они взаимосвязаны, и связь эта крепче, чем он мог подумать. Шао Хэн и господин Шао ещё не пришли, Роджер по-прежнему расставлял охрану. Капитан стал пересматривать отчёт о мониторинге запуска драконьей колонны. Вокруг Чу Сы было относительно свободно. Он похлопал Саэ Яна по плечу: «Я тут вдруг понял, что дело может быть более хлопотным, чем предполагалось...» Саэ Ян закончил стучать по клавишам и размял костяшки пальцев. «О? У меня есть предложение...» Он откинулся на спинку стула и ждал, пока данные появятся на экране. Подперев подбородок рукой, он настроился на разговор с Чу Сы. Изначально Чу Сы собирался всё проанализировать, но услышав, что у Саэ Яна есть предложение, поднял брови. Опираясь одной рукой на спинку кресла, а другой на панель управления, он наклонился: «Что за предложение? Говори.» «Поскольку всё более хлопотно, чем предполагалось... Если память мне не изменяет, среди твоего имущества имеется воздушное судно двойного назначения? И находится оно как раз на борту «Белого волка»? Давай просто возьмём его и свалим отсюда. Быть ничем не ограниченными бродягами тоже неплохо.» Чрезвычайно небрежно сказал Саэ Ян. Чу Сы: «...» Как он вообще мог поверить, что этот ублюдок в состоянии выдать какое-то серьёзное предложение? Он пришёл к просвещённому государю лишь затем, чтобы навлечь на стану катастрофу. Чу Сы грубо похлопал его по спине. Саэ Ян, улыбнувшись, подался вперёд и больше не выглядел таким ленивым и способным в любой момент всё бросить. Чу Сы указал на панель управления: «Прекращай мечтать. Иди и делай свою работу, на лень времени нет.» Саэ Ян хмыкнул, кивнул и снова начал печатать, всем своим видом излучая покорность. По правде говоря, он не был привязан к «Белому волку» и не обязан был помогать. Он из тех людей, что могут «отомстить» легко и непринуждённо. Нет такой силы, что могла бы его удержать, и нет нужды объяснять, почему он готов оставаться здесь, не создавая при этом проблем. Если бы эти двое стали рассыпаться в благодарностях, то выглядели бы весьма странно, словно совершенно другие люди. Поэтому Чу Сы некоторое время смотрел на него, и похлопав по плечу добавил: «Как только эти проблемы будут решены, ты сможешь решить, куда направить воздушное судно.» «Ну и лжец же ты, командир.» Протянул Саэ Ян. Хочешь верь, хочешь нет. Чу Сы раздражённо сказал: «Давай пока отложим беседы о будущем и обсудим настоящее. Если я дам тебе нить, связывающую меня, тебя, экспериментальную группу и драконью колонну, как ты поступишь?» В этом вопросе Чу Сы в нескольких словах связал все ключевые события. Оказавшись на должности руководителя здания безопасности, даже в условиях разделения труда, исполнительному директору ежедневно по-прежнему приходилось решать множество разного рода задач. Самая распространённая ситуация — это когда всё наваливается в один миг без всякого предупреждения. Неприятности никогда не приходят по очереди. Однако для Чу Сы такого рода ситуация была в новинку. А всё потому, что за спиной каждого исполнительного директора имеется аналитический центр, состоящий из комиссии старших чиновников. Они всё тщательно анализируют, используя свои профессиональные знания и навыки. В итоге они докладывают лишь самое важное, предоставляют планы и пути решения проблемы, принятие которых впоследствии обсуждается на высшем уровне. Будучи руководителем высшего звена, Чу Сы видел в основном то, что уже было упрощено путём детального анализа, но сейчас сложилась особая ситуация, и сформировать аналитический центр не было возможности. Всю подготовку Чу Сы вынужден проделать самостоятельно. У него не было специализированной модели, не было достаточного количества выборочных данных и не было ничего, что должно быть у аналитического центра. Фактически же у него не было даже времени на обсуждения. В нынешней ситуации даже тратить время на анализ — непозволительная роскошь. Чтобы определить основное направление, остаётся полагаться лишь на собственный мозг. Таким образом он отсёк всё ненужное, оставив лишь несколько слов... Он сам, Саэ Ян, эксперимент, драконья колонна. Саэ Ян, продолжая стучать по клавишам, понимающе произнёс: «Твои дурачки-помощники так и не ответили? Каким образом сюда приплели драконью колонну?» «Угу.» Откликнулся Чу Сы. Саэ Ян приподнял уголки рта: «В таком случае есть ли необходимость снова спрашивать меня? Ты уже выбрал ключевые слова и уже имеешь какой-то ответ, верно? Только вот для начала предлагаю вычеркнуть меня из этого списка либо же объединить со словами «экспериментальная группа». Это предположение действительно сходится с первоначальным анализом Чу Сы. Саэ Ян изначально символизировал всю экспериментальную группу, которая остаётся в тени. Если вычеркнуть его, то останется только 3 основных элемента — Чу Сы, эксперименты со временем и драконья колонна. Чу Сы на миг призадумался: «Некто, по-прежнему не желая сдаваться, пытается экспериментировать со временем. Я случайно им помешал, поэтому и стал мишенью. Драконья колонна тоже является ключевым фактором, поэтому сейчас они пытаются вмешаться в её работу. Думаю, это наиболее вероятная связь.» «Какое совпадение, я тоже так считаю.» Ответил Саэ Ян. «Отсюда вытекает 3 вопроса.» Чу Сы поднял палец: «Кто противник?» Если выяснить, кто является их противником, то необъяснимое появление «Чёрного лебедя», внезапно неконтролируемая космическая тюрьма, тот человек, выдающий себя за него, и даже роль Цзян Ци — всё это получит объяснение. Он поднял второй палец: «Что я такого сделал, чтобы им помешать?» Как только это выяснится, то и причина путаницы во времени и выдавание себя за него прояснится. Затем Чу Сы поднял третий палец и сказал: «Как далеко продвинулся эксперимент...» И это самый тревожный вопрос. «Командир.» Капитан охраны Роджер подошёл и поднял руку, подавая сигнал Чу Сы: «Всё готово. Шлюз № 17 готов, световой индикатор горит. Люди могут входить с этой стороны». Чу Сы кивнул и отправил Тану сообщение, обозначив шлюз № 17. Тан тут же ответил, что скоро будет. «Отец, прекрати вертеть своё устройство связи. Миллер и остальные ещё не проснулись. Как только они придут в себя, мы тут же их заберём. В конце концов, на «Белом волке» нехватка медперсонала.» Пока Чу Сы отправлял сообщение Тану, Шао Хэн повёл господина Шао в конференц-зал. Поскольку он связан с военным госпиталем «Белый орёл», то фактически же относится к военному министерству. Таким образом, его полномочия на корабле «Белый волк», принадлежащем зданию безопасности – ограничены. Такие места, как центр управления, имеют чрезвычайно высокий порог допуска, и попасть туда без сопровождения попросту невозможно. Выслушав Шао Хэна, старик с невозмутимостью убрал коммуникатор и кивнул Чу Сы и Саэ Яну. Саэ Ян оглянулся на него и тоже кивнул в ответ, что было поистине невообразимо. Его взгляд скользнул по коммуникатору в руке господина Шао, а затем он спокойно продолжил заниматься своими делами. Несмотря на то, что он делал 2 дела одновременно, его эффективность была весьма высока. Он записал все сигналы, полученные и отправленные «Белым волком» за последние 48 часов, и разместил их в левой части экрана, в то время как в правой части экрана по-прежнему прокручивался изумрудный код. Чу Сы сжал плечо Саэ Яна, жестом велев ему продолжать, и направился в сторону конференц-зала, разговаривая со стариком: «Что такое? Батюшка беспокоится о докторе Миллере?»  Шао Хэн ответил: «Да, весь день не выпускает коммуникатор из рук, уже несколько сообщений Миллеру отправил.» «Не стоит переживать, доктор Миллер не только ваша правая рука, но и мой личный врач. Было бы прекрасно, если бы он пробудился. В медицинском центре жилой зоны ему будут чрезвычайно рады.» Сказал Чу Сы. Пока он говорил, его коммуникатор снова завибрировал. Он подумал, что это ещё одно сообщение от Тана, но, опустив глаза, увидел, что номер отправителя принадлежал его резервному устройству связи. Саэ Ян??? Чу Сы поднял веки и взглянул на спину человека, находящегося в нескольких шагах от него, размышляя, не чокнулся ли он, раз решил отправить сообщение, будучи так близко. Однако, после того как он открыл сообщение, выражение его лица изменилось. Шао Хэн: «Что такое?» Выражение лица Чу Сы уже вернулось к норме. Он пару раз крутанул устройство связи на поверхности стола. «Ничего, Тан рассказывает о том, как продвигаются дела в форте Барни.» Он повернул голову и, посмотрев на господина Шао, спокойно произнёс: «Батюшка, давайте не будем ходить вокруг да около. Полагаю, что нам нужно поговорить откровенно.»  Шао Хэн сказал старику: «Отец, береги себя. К тем, кто признал свою вину, проявляют великодушие, тех, кто не признаёт своей вины, строго наказывают, стремись получить заслуги.» Он, по всей видимости, слегка беспокоился о слишком непреклонном нраве своего отца, что было несколько неуместно в данной ситуации и могло вызвать недовольство со стороны Чу Сы. Поэтому Шао Хэн всеми возможными способами пытался разрядить обстановку. Находясь под пристальным взглядом своего отца, он обратился к Чу Сы: «Командир, ты тоже не стой, присаживайся.» Чу Сы уже собирался кивнуть, как вдруг замер, словно что-то вспомнив: «Не нужно, я постою.»  Шао Хэн: «...» «Так я смогу оказать больше давления на батюшку.» Пошутил Чу Сы, пытаясь сгладить неловкий момент. В выражении лица батюшки Шао читалась некоторая нерешительность, он уже не казался таким непоколебимым, как прежде. Другими словами, учитывая, что он добровольно пришёл к Чу Сы, должно быть, батюшка некоторое время уже колебался. По крайней мере, создаётся именно такое впечатление. Однако, как раз в тот момент, когда они обменялись несколькими словами, пытаясь выяснить хоть что-нибудь, Саэ Ян внезапно крикнул Чу Сы: «Командир, я заполучил стратегическую звёздную карту, кроме того, к ней прилагаются ещё небольшие подарочки, парочка весьма занятных вещиц. Тебе определённо интересно будет взглянуть, хотя, полагаю, не только тебе. Предлагаю подойти и взглянуть.»

Глава 82. Секретное письмо

Чу Сы поразмыслил и не стал подходить. Вместо этого он взял пульт дистанционного управления, лежавший на столе для переговоров, и отрегулировал стеклянное заграждение, сделав его непрозрачным. Внутри этого огороженного пространства остались только Чу Сы, Шао Хэн, Роджер, батюшка Шао, а также Саэ Ян, которого Чу Сы попросил войти. Таким образом сформировался своеобразный тайный центр переговоров. Саэ Ян спроецировал результаты своего захвата на середину круглого стола. Первым делом была спроецирована истинная стратегическая карта звёздного неба, принадлежащая военным. Как и ожидал Чу Сы, эта стратегическая карта отличалась от той, которой военное министерство делилось ранее, можно даже сказать, что разница была колоссальной. В тот момент, когда Чу Сы увидел карту звёздного неба, его лицо потемнело, а и без того строгий темперамент стал ещё более очевидным. По сравнению с его обычным нарочито вежливым обликом, в этот момент проявились его холодность и жестокость. Он окинул взглядом всю звёздную карту, а затем стал изучать выражения лиц людей, стоявших вокруг стола. «Это... Реальная стратегическая карта звёздного неба, принадлежащая военному министерству. Я попросил господина Яна перехватить её. Способ её получения довольно сомнительный, поэтому не буду вдаваться в подробности. Вы можете сравнить эту карту с той, что предоставили военные, и увидеть разницу». Чу Сы стоял на месте главы, обеими руками уперевшись в край стола. Несмотря на то, что когда он говорил, тон голоса оставался спокойным, содержание его слов заставило Шао Хэна, Роджера и даже старика Шао измениться в лице. Чу Сы поднял подбородок, и в этот момент Саэ Ян также спроецировал карту звёздного неба, предоставленную военными. Две карты были размещены рядом, что выглядело весьма иронично. На общедоступной карте более десятка белых точек, обозначающих межзвёздные войска Серебряного города, уже достигли звёздного сектора Бета, что находился на краю стратегической карты звёздного неба, далеко от рубежа охранения, и, сформировав боевое построение, продолжали успешно продвигаться вперёд. Продолжая двигаться в северо-западном направлении, они окончательно покинут стратегическую зону. Это означало, что в пределах зоны спасательной операции не было никакой реальной угрозы, а если какие-то движения и будут замечены, то они успеют вовремя среагировать. Эта общедоступная карта полностью подтвердила то, что военные говорили ранее: секретная группа успешно отвлекла военные силы Серебряного города. Однако на реальной стратегической звёздной карте, перехваченной Саэ Яном, войска Серебряного города были более многочисленны, чем они предполагали. Точка обозначала боевую единицу. Под единицей подразумевается рейдовая группа со средней огневой мощью или межпланетный военный корабль среднего размера. По всей звёздной карте насчитывалось около сотни таких боевых единиц. Эти точки вовсе не формировали боевое построение, а наоборот, сгруппировавшись по трое, разделились на несколько десятков отрядов. Отряды располагались на равном расстоянии друг от друга, полностью окружив всю зону спасения. «Кроме того, они проявили невероятную предусмотрительность и избежали оцепления». Саркастически усмехнулся Чу Сы. Линия охранения это не то, что имеет физическую отметку в открытом космосе, а лишь зона спасения, отмеченная на стратегической карте звёздного неба. Таким образом, в настоящее время линия охранения это зона, в которой сосредоточены фрагменты планеты, и обозначена она линиями внутри и снаружи. Как правило, область звёздной карты в обычной астронавтике по умолчанию заканчивается на внешней линии охранения. Как только неопознанный летающий объект перейдёт этот рубеж, то тут же появится на карте, после чего прозвучит сигнал тревоги. Тем не менее, в такой ситуации ещё достаточно времени на то, чтобы среагировать и уклониться. Но как только пересекается внутренняя линия охранения, ситуация становится критической. На этой стратегической карте звёздного неба армия Серебряного города почти вплотную подошла к внешней линии охранения. «Если бы не было чётко обозначенного лагеря, я бы заподозрил, что это замаскированные войска нашего военного министерства». Ироничный тон Чу Сы становился всё более резким и холодным. «Если память мне не изменяет, внешняя линия охранения была установлена нашими военными, а не противниками, так ведь?» Атмосфера в зале заседаний была весьма серьёзной. Даже Шао Хэн, который обычно любил нести всякую ерунду, не издавал ни звука, и выражение его лица было скверным. После нескольких секунд молчания Шао Хэн таки открыл рот: «Что военное министерство собирается делать?» Да, военное министерство. С первого взгляда на эту карту звёздного неба становится очевидно, что определённые намерения имеются не только у Серебряного города, наибольшая проблема кроется в позиции и целях военного министерства. Каким образом Серебряному городу удалось так точно определить положение линии охранения? К тому же, фундамент драконьей колонны защищён и скрыт. Есть лишь одна возможность, как они могли так точно окружить всю зону спасения. Кто-то из военных снабдил их стратегической картой. Учитывая действия военного министерства на предыдущей трёхсторонней встрече, тот, кто связан с Серебряным городом, вероятно, должен быть не последним человеком в министерстве. «Как такое возможно? Всем известно, что генерал-лейтенанты Джойс и Хэ Сювэнь, едва завидев друг друга, начинают беситься и кое-как уживаются вместе. Неужели, если бы у одного из них возникли проблемы, другой стал бы смотреть на это сквозь пальцы?» Машинально произнёс Роджер. Однако закончив говорить, он понял, что что-то не так. Его выражение лица внезапно изменилось, и он прошептал: «Быть такого не может... Неужели...» Чу Сы взглянул на него и продолжил его речь: «Я склоняюсь к тому, что они оба нечисты». Закончив говорить, он поднял руку и, нажав кнопку на пульте охраны, сказал: «Заместители командира Циэрдэ Фэн, Адамс, Бэл, пройдите в центр управления на экстренное совещание». Они прибыли очень быстро. Обратив внимание на карту звёздного неба, расположенную в центре стола, выражения их лиц вмиг стали серьёзными. Ситуация прескверная. Не имеет значения, мирное то время или такая сложная обстановка, как сейчас, военное министерство всегда обладало крупнейшей боевой мощью. Это нож в руках планеты Гамма созвездия Орла, однако сейчас остриё этого ножа было направлено на них самих. И как назло именно сейчас, и как назло оба генерал-лейтенанта, заведующие армией в данный момент, нечисты. Ситуация принимает опасный оборот. Если здание безопасности и пальцем не пошевелит, то военные и Серебряный город добьются своих целей. Если отношения между зданием безопасности и военными испортятся, и, допустим, произойдёт объединение с правительственным штабом, военное министерство и Серебряный город всё равно добьются своего. Эти вооружённые силы совершенно несопоставимы. Как только карта была спроецирована, начал вырисовываться ответ на первый из трёх вопросов, заданных Чу Сы. Он считал, что военное министерство и Серебряный город имеют непосредственное отношение к экспериментам со временем, и после увиденного почувствовал, что всё становится на свои места. В конце концов, в черновике говорилось, что изначально в экспериментах со временем использовались технологии из Серебряного города, но впоследствии, по политическим причинам, отношения были разорваны. Но что, если связь была разорвана не с концами... Если бы за всеми этими экспериментами со временем стояло военное министерство, а за министерством стоял Серебряный город, то всё было бы логично, включая причины, по которым в этом был замешан и Цзян Ци. Но это рациональный вывод. С точки зрения эмоций, Чу Сы всё ещё трудно было поверить в то, что Цзян Ци мог быть в этом замешан. Когда в конференц-зале воцарилась гробовая тишина, Саэ Ян внезапно открыл рот: «Не торопитесь устраивать панихиду, есть ещё парочка вещей, на которые я предлагаю вам взглянуть. После этого ваше настроение может стать ещё хуже». После этих слов все находящиеся в зале заседаний просто потеряли дар речи. «Неужели может быть что-то ещё хуже?!» Воскликнул Циэрдэ Фэн. Чу Сы постучал пальцами по столу и подал Саэ Яну знак: «Показывай». Если в эксперименты со временем втянуты и военное министерство, и Серебряный город, то в ответе на вопросы нуждаются не только они с Саэ Яном, но и все присутствующие. «Вот что я нашёл, покопавшись в канале высших чинов военного министерства. Они недавно вытащили это из старой базы данных. Первое – секретная корреспонденция, второе – короткое видео. Сначала взгляните на письмо». Сказал Саэ Ян. Он проделал кое-какие манипуляции, и на голографическом экране отобразилось содержимое письма. У него был весьма своеобразный формат. Изначально это письмо подверглось многократному шифрованию, а когда Саэ Ян его перехватил, оно было расшифровано. Адрес получателя не был указан, а содержание было следующим: «После трёх дней размышлений я принимаю окончательное решение и буду следовать изначальному плану.. Благодарю за отговоры и беспокойство. Знаю, что это очень рискованно, однако считаю такое решение единственным верным. К тому же сейчас других вариантов нет, не так ли? Эта громадная организация находится вне моего контроля. Боюсь, что если буду им мешаться, они точно оставят меня позади, и тогда всё действительно выйдет из-под контроля. Слишком много людей были обольщены. Сомневаюсь, что мы сможем мирно умереть, скорее всего, случится то же, что и с бедняжкой Элинеей, но я по-прежнему желаю тебе лучшей жизни. Если... Я имею в виду, если бы мы и правда смогли дождаться того дня, когда всё вернётся на правильный путь, то смогли бы отправиться в Мэнкаминфэй и насладиться ужином. Очень уж мне там нравится, естественно, кроме тебя об этом никто не знает. По правде говоря, у него есть ещё одно название, но слишком уж оно длинное. Сомневаюсь, что кто-то вообще его знает, и ты тоже. Если будет возможность, я обязательно тебя свожу туда. В конце концов, к чёрту этот эксперимент вечной жизни. (Ты смеёшься, да? Знаю, что увидев это, ты определённо будешь смеяться, а затем заподозришь, что я, вероятно, нахожусь в состоянии алкогольного опьянения.)» Подписи в конце письма тоже не было. Все в конференц-зале выглядели немного обескураженными. «Эксперимент вечной жизни?» Циэрдэ Фэн потёр щёку и, нахмурившись, сказал: «Я никогда не слышал об эксперименте вечной жизни, однако упомянув об этом... Если память мне не изменяет, много лет назад, когда вы, молодёжь, ещё и говорить-то толком не умели, второй исследовательский институт Серебряного города, кажется, решил пошутить на эту тему? Говорили, что нашли теоретические подтверждения и готовы приступить к экспериментам. В конце концов всё обернулось провалом. Поговаривают, что это едва не привело к необратимым последствиям, но в итоге каким-то чудным образом всё удалось обратить вспять. Короче говоря, всё это казалось фарсом. После я больше никогда об этом не слышал. Не знаю, связан ли тот случай с экспериментом вечной жизни.» Саэ Ян, ничего не говоря остальным, похлопал Чу Сы по руке и напомнил ему: «Прообраз ранее упомянутого "Демона".» Тем не менее, после того как он закончил говорить, взгляд Чу Сы по-прежнему был прикован к содержанию письма, и он лишь многозначительно промычал. В его голосе слышалась рассеянность.  «На что ты смотришь?» Саэ Ян проследил за его взглядом. «Мэнкаминфэй, это название кажется знакомым.» Ответил Чу Сы. Закончив говорить, он снова потряс головой и отвёл взгляд. «Забей, это не самое важное. Удалось найти получателя и отправителя письма?» «Я как раз пытался это выяснить. Тут использовалась контрафактивная квантовая связь. Ты же понимаешь, что этими приёмами пользуются только спецагенты и шпионы, поэтому отследить его путь невозможно. Что же касается отправителя... Узнаешь, посмотрев видео.» Ответил Саэ Ян. Во время разговора он бесцеремонно вертел в руках устройство связи. Пару секунд спустя коммуникатор в кармане Чу Сы слегка завибрировал. «Кхм...» Чу Сы кашлянул, пытаясь скрыть звук вибрации устройства связи. В то время, пока Саэ Ян настраивал видео, он с невозмутимым выражением лица достал коммуникатор и посмотрел на содержание сообщения.

Глава 83. Старое видео

Просмотрев содержимое сообщения, Чу Сы несколько ткнул в экран, а затем, остановив большой палец на определённом месте, на мгновение замер. Затем он убрал руку и посмотрел на голографический экран. За тот короткий промежуток времени, что он обрабатывал информацию, прочитанную в сообщении, Саэ Ян уже открыл видео. Сначала на несколько секунд появился чёрный экран, и можно было услышать лишь шорох и гул человеческих голосов. Мгновение спустя стало светло, и изображение стало нормальным. Было видно, как кто-то включил камеру, убрал мешающие вещи и в итоге успешно начал вести скрытую съёмку. Помещение в кадре напоминало нечто среднее между конференц-залом и лабораторией. Там стоял овальный стол для переговоров, но среди сидящих за ним людей не было никакой организованности. Они сидели по одну сторону стола группами по три-четыре человека. Кто-то сидел на столе, некоторые опирались на его край, а другие сидели на стульях, зажатые между этими людьми. На первый взгляд атмосфера больше напоминала непринуждённую беседу. Однако взгляды этих людей были сосредоточены на громадном приборе, внешне напоминающем аппарат для механизированной терапии, на котором довелось полежать Чу Сы. Вот только на этом приборе разъёмов было сравнительно больше. Просматривая видео, Чу Сы нахмурился. Он прекрасно знал, что это такое — именно этот аппарат был нарисован на схеме в черновике Цзян Ци: капсула, которая будет использоваться в экспериментах со временем. На видео крышка была поднята, но экспериментальная капсула ещё не была запущена. На металлической платформе, похожей на кровать, сидела женщина. Точнее, сидела она там не по собственной воле. Её руки и ноги были пряжками прикованы к платформе. Хотя верхняя часть её тела находилась в вертикальном положении, она была скована несколькими металлическими обручами, самый верхний из которых располагался на шее. Тёмно-каштановые длинные кудри растрепались, но это ничуть не мешало её самобытному темпераменту. Большие и яркие глаза в свете ламп выглядели так, словно были покрыты слоем кристально чистого неорганического стекла. Всё это делало её образ настолько незапятнанным, что люди дрожали под её взглядом. Она молча оглядела всех присутствующих, но было очевидно, что каждый, на кого она посмотрела, на мгновение отводил взгляд. Рядом с ней стоял человек, который, судя по всему, был организатором этой «разрозненной праздной болтовни». То был высокий и худой мужчина, уже в летах, с седыми волосами и глубокими морщинами в уголках рта. Когда он хмурился, то выглядел очень серьёзным и консервативным, но когда улыбался, казался весьма проницательным. Он улыбнулся женщине и сказал: «Барышня Эстер Кабэйл...». Тон мужчины был крайне вежливым, и поначалу могло показаться, что они находятся на званом ужине. Закончив говорить, он повернулся к толпе и сказал: «Уверен, что все знают барышню Эстер Кабэйл, поэтому в дальнейшем её представлении нет нужды». Когда Циэрдэ Фэн и другие в конференц-зале центра управления услышали это имя, на их лицах отразилось лёгкое удивление. «Эстер Кабэйл?» — повторил имя Шао Хэн. «Разве это не легендарный эксперт по научным исследованиям? Она посвятила свою жизнь боевой группе военного министерства, прошла несколько лет подготовки в тренировочном лагере и была весьма искусна. Позднее, благодаря её выдающимся способностям в области интеллектуальной техники и пространственных технологий, она была переведена в научно-исследовательский институт. К сожалению, она скончалась, будучи совсем юной, из-за ошибки в ходе эксперимента, в результате которой её органы были разрушены... Некоторые из её разработок впоследствии стали незаменимым фундаментом и использовались в высокотехнологичных интеллектуальных системах многих правительственных организаций. Например, в более поздней модернизации космической тюрьмы, высокоуровневых телепортационных платформах, аппаратах для механизированной терапии и так далее». Будучи поклонником военного механизированного оружия, он всегда питал безграничную симпатию к экспертам в этой области, и Эстер Кабэйл случайно оказалась в списке специалистов, которыми он восхищался. Однажды Чу Сы был свидетелем того, как он оплакивал преждевременную кончину специалиста. Но даже если кто-то не был ярым фанатом механизированного вооружения, все присутствующие, будучи высокопоставленными должностными лицами правительственных организаций, имели некоторое представление о таких специалистах и, естественно, слышали имя Эстер Кабэйл, знали кое-что о её биографии и последующей прискорбной преждевременной кончине. Однако сцена на видео разительно отличалась от того, что им доводилось слышать. «Ранее обнаружилось, что барышня Кабэйл была не слишком-то предана экспериментальной группе. К счастью, ситуация вовремя прояснилась, и существенного влияния на уже достигнутые результаты удалось избежать». Продолжил седой мужчина. «Полагаю, барышня Кабэйл должна понимать, что нынешние достижения являются результатом многолетнего упорного труда огромного количества людей. Человеческие и материальные ресурсы, вложенные в это, не имеют себе равных. Любые разрушительные методы должны подвергнуться пыткам совести». Эстер Кабэйл, сидевшая на металлической платформе, фыркнула и рассмеялась, всем своим видом выражая презрение. Такая мимика внезапно сделала черты её лица живыми и невообразимо прекрасными. Но этот смешок стал катализатором, и через металлическое кольцо на её шее внезапно прошёл электрический ток. Она опустила взгляд и стиснула зубы, но не издала ни звука. Из-за слов мужчины на лицах людей отразились гнев и презрение, но стоило им увидеть её мучения, они вмиг почувствовали толику жалости. «Мы делаем великое дело, имеющее отношение как к планете, так и к космосу в целом. Родиться человеком – величайшая честь. Человечество обладает всеми добродетелями, дарованными небесами, и к тому же приобрело знания, чтобы сделать мир таким процветающим, каким он является на сегодняшний день. Не будет преувеличением сказать, что это чудо. Единственный изъян — невозможность преодолеть ограничения времени». Седовласый мужчина немного помолчал, а затем продолжил. «Представьте, что вы по неосторожности совершили несколько ошибок, нужно лишь сделать шаг назад, и всё можно будет поправить. В таком случае в мире всё будет безгранично совершенно. Нам больше не будет нужды быть столь осторожными, опасаясь, что определённое решение или развитие событий приведёт к необратимым последствиям, а возможно даже к концу всей планеты. Урок, извлечённый нами из прошлого бродяг, всё ещё актуален, есть ли желающие его повторить? Нет». «Если у нас будет ластик, то всё сразу станет легче и проще. Мы сможем стать смелее. Ведь в основе всех чудесных изобретений лежит смелая идея. У нас будет больше попыток и возможностей для совершенствования. Выдающиеся, великие люди смогут прожить долгую жизнь. Простой народ также сможет насладиться бесконечной радостью, не волнуясь о смерти, которая может наступить в любой момент. Это будет самый судьбоносный и притягательный инструмент, меняющий жизнь». «Такая возможность уже в наших руках, осталось лишь сделать последний шаг. Так к чему колебаться?» Произнося эту речь, мужчина ещё раз взглянул на Эстер Кабэйл несколько непонимающим взглядом. Вздохнув, он устало произнёс: «Мы и подумать не могли, что однажды ты окажешься среди тех, кто предал свои идеалы. Действительно... Я и подумать не мог, что это будешь именно ты. Ты побывала на заброшенной планете, где некогда жили бродяги. Видела огромную площадь земли на юго-западе Серебряного города, что была заброшена из-за необратимых радиационных загрязнений, а также стремительно сокращающуюся пригодную для жизни территорию на пустынном Сатурне, которую можно было увидеть невооружённым глазом. Этот мир слишком огромен, море звёзд слишком велико, но в нём так мало мест, пригодных для жизни. Мы двигаемся очень осторожно, но всё равно совершаем ошибки. Неужели это и правда непростительно? Если бы была возможность начать сначала, почему бы ей не воспользоваться? Скажи мне, есть ли причина говорить этому «нет»?» Эстер Кабэйл машинально открыла рот, чтобы что-то сказать, но не издала ни звука. Поэтому, сказав половину фразы, она снова нахмурилась и взглянула вниз, казалось бы желая посмотреть на свою шею. Затем она равнодушно улыбнулась, покачала головой и закрыла глаза, словно ей было лень говорить что либо ещё. «Что она только что сказала?» Внезапно спросил Циэрдэ Фэн. Некоторые из присутствующих прошли специальную подготовку и были весьма искусны в чтении по губам. Даже не задумываясь, Чу Сы ответил: «Она сказала: "Если время перестанет иметь значение".» После ответа Чу Сы в конференц-зале снова воцарилась тишина. То же самое произошло и на видео. Недолго помолчав, седовласый мужчина вздохнул, опустил глаза и сказал: «Любой судьбоносный прогресс неизбежно сопровождается кровопролитием и жертвами, весьма горько и прискорбно, но всё таки это база. Эксперимент продвигался вплоть до сегодняшнего дня, кому-то нужно сделать шаг вперёд. Барышня Кабэйл, мы решили простить тебя за то, что ты сделала ранее, и надеемся, что ты также сможешь простить нас за то, что мы собираемся сделать. Честно говоря, ты весьма, весьма выдающаяся девушка. Как бывший руководитель твоей исследовательской группы, я действительно горжусь тобой. Так что... Удачи.» Эстер Кабэйл низко опустила голову, казалось пытаясь отгородиться от людей и звуков вокруг. Седовласый мужчина поднял руку и нажал кнопку запуска экспериментальной капсулы. Раздался жужжащий звук, и металлическое кольцо на теле Эстер Кабэйл посредством магнитной силы притянуло её на металлическую платформу. Она лежала там, не двигаясь и не издавая ни звука. Прозрачная крышка опустилась и, лязгнув, плотно закрылась, создавалось впечатление, словно давно подготовленный гроб в конце концов закрыли. Различные порты, образуя паутину, автоматически подсоединялись к её телу. Кроме того, 2 ассистента настраивали различные параметры прибора. Наблюдатели занервничали. Сосредоточившись и затаив дыхание, они словно ожидали, что эксперимент с первого раза пройдёт как по маслу. Пока все смотрели, внутри экспериментальной капсулы внезапно высвободилось энергетическое поле, и прибор начал слегка вибрировать. Несколько секунд спустя экспериментальная капсула внезапно издала причудливый звук неполадки, и на прозрачную крышку брызнуло огромное количество крови, после чего вибрация резко прекратилась. Седой мужчина закрыл глаза и прошептал: «Эксперимент провалился». Когда брызнула кровь, несколько человек в конференц-зале центра управления неосознанно закрыли глаза. Чу Сы сгорбился и, оперевшись на стол, опустил голову. Через мгновение он поднял взгляд на Саэ Яна. Именно это, некогда пережитое Эстер Кабэйл, пережил и Саэ Ян. Кто-то на видео внезапно обнаружил человека, проводившего скрытую съёмку. После провала эксперимента на видео внезапно раздался шум, всё вокруг затряслось, и экран потемнел. Должно быть, кто-то принудительно прервал запись. «О мой... Бог...» Шао Хэн потёр лицо и медленно опустил голову. Он шевелил губами так, словно хотел что-то сказать, но не мог вымолвить ни слова. Саэ Ян немного перемотал видео назад, на момент до того, как Эстер Кабэйл притянуло магнитной силой, а седовласый мужчина нажал кнопку запуска, и сказал: «Здесь, смотрите внимательней, она что-то говорит». После его слов все внезапно подняли головы и уставились на экран. Саэ Ян замедлил видео в несколько раз, чтобы все могли ясно увидеть, как уголки рта Эстер Кабэйл слегка приподнялись, словно она улыбалась, а затем её губы несколько раз шевельнулись. Она действительно что-то сказала. Но из-за опущенной головы и угла наклона было невозможно прочитать по губам. «Можете понять, что она сказала?» Поинтересовались заместители командира. «Полагаю, именно эта фраза и стала причиной того, что военное министерство снова откопало это. Кроме того, если не ошибаюсь, отправителем письма тоже должна быть она». Саэ Ян прокручивал этот отрезок снова и снова более десятка раз. Все по-прежнему были в растерянности. Чу Сы тем не менее не стал продолжать ломать голову. Вместо этого он обернулся к батюшке Шао и сказал: «Отец, глядя на всё это, у Вас есть что сказать? Вы уверены, что хотите подождать ещё?»

Глава 84. Отряд преследования

Взгляды всех присутствующих тут же обратились к господину Шао. Шао Хэн на мгновение растерялся, но потом понял смысл слов Чу Сы. Получив сообщение от Саэ Яна, он стал следить за действиями старика. Когда он увидел письмо, то не особо отреагировал. Но после просмотра видео, выражение его лица вмиг стало весьма, весьма дурным. Однако, поскольку изменения были слишком быстрыми, Чу Сы не успел различить скрытые в них эмоции. Взгляд старика был по-прежнему прикован к видео, и он не опускал глаза до последней секунды. Он сидел за столом, сжав руку в кулак, большим пальцем неосознанно поглаживая сустав указательного, а затем внезапно заговорил: «Эстер Кабэйл... До того, как с этой девушкой произошёл инцидент, я действительно не знал, что за внешне, казалось бы, спокойной обстановкой происходят такие события. В конце концов медицинское, боевое и научно-исследовательское подразделения военного министерства – разные организации.» Обменявшись растерянными взглядами, все молча продолжали слушать. «То было... Лето 5654 года. Из-за смерти Кабэйл внутри военного министерства произошёл конфликт. В то время в эксперимент были втянуты несколько генерал-лейтенантов. Позже эксперимент в срочном порядке был прекращён, а с его участниками тайно расправились. Участвовавшие в нём генерал-лейтенанты один за другим были отстранены от своих должностей. Позже на высокие должности снова выдвинули группу молодых. Из-за огромного количества вовлечённых в него людей, это дело никогда не предавалось огласке, но внутренняя чистка была воистину масштабной. Командир Фэн, возможно, помнит те крупномасштабные смены должностей.» Понизив голос, сказал старик Шао. Циэрдэ Фэн остолбенел, протянув «Ааа...», он сначала кивнул, а затем покачал головой: «Механизм конфиденциальности военного министерства слишком сложный, наша организация не может соприкоснуться с чем-то более глубинным... Вопреки ожиданиям всё так...» «Поэтому в прошлый раз мы думали, что всё почти закончилось. Конечно, оставались люди, которые твёрдо придерживались мнения, что это ещё не конец. В то время меня не включили в список, ибо я по-прежнему слепо доверял военным.» Продолжил господин Шао. «Кто бы мог подумать, что менее чем через пять лет мы снова услышим новости об экспериментальной группе. Один из генерал-лейтенантов военного министерства взял ударную группу и отправился в их логово. И это был уже второй раз... Именно тогда мы поняли, что в этом эксперименте может участвовать больше людей и более влиятельные персоны, чем ранее предполагалось.» «Ещё более высокая должность?» Шао Хэн быстро уловил ключевой момент. «Вовлечённые в это уже имели должности генерал-лейтенантов. Ещё выше...» Немного помолчав, господин Шао кивнул: «Так что это битва, в которой почти нет шансов на победу. Первоначальный совет Эстер Кабэйл был верным, прямое столкновение не принесёт желаемого результата. Нужно идти в обход и оставить пути к отступлению». «Так ей это удалось?» «Сначала мы полагали, что она потерпела неудачу». Господин Шао поднял глаза. «Однако потом в руках одного из её учеников нам удалось кое-что обнаружить». «Что?» Спросил Чу Сы. Господин Шао, опустив взгляд, вздохнул: «У меня в комнате есть копия». К Шао Хэну пришло осознание: «Так значит, ты прятался потому, что оставил у себя эту вещь?» На мгновение задумавшись, старик кивнул. «Тогда пошли вместе принесём». Сказал Шао Хэн. Отец схватил его за запястье и строго сказал: «Обожди». Шао Хэн машинально кивнул. Несмотря на то, что он продолжал называть господина Шао «стариком», на самом же деле, в глубине души он его немного побаивался. Хотя слово «побаивался» не совсем уместное, в конце концов, в детстве его практически не наказывали. Когда его отец был в самом расцвете сил, у него была очень сильная аура, и все слегка робели перед его строгим видом. С тех пор, как Шао Хэн научился ходить, его подстёгивали решать все проблемы самостоятельно и не ждать чьей-либо помощи, такие условия жизни напоминали военный лагерь. За эти годы старик ещё больше упрочил своё влияние, поэтому каждый раз, когда его отец становится серьёзным, у Шао Хэна срабатывает условный рефлекс. К тому времени, как он пришёл в себя и хотел сказать: «Нет, не буду ждать», старик уже покинул центр управления. Устройство связи в руке Чу Сы снова завибрировало. Он посмотрел на экран. Тан отправил сообщение, что они готовятся к пристыковке и устье шлюза № 17 можно подготавливать к открытию. Чу Сы постучал по столу, привлекая внимание Саэ Яна. «В таком случае, разрешите откланяться». Саэ Ян подмигнул Чу Сы, небрежно помахал рукой присутствующим и покинул центр управления. «Что господин Ян собирается делать?» «Пошёл помогать мне проводить пробный полёт воздушного судна». Сказал Чу Сы и обратился к Роджеру. «Организуй стоянку для моего воздушного судна в ближайшем к устью шлюза № 11 ангаре. Если господин Ян захватит с собой что-то необычное, не препятствуй ему и не тревожь других. Кроме того, подготовь шлюз № 17, мои люди скоро прибудут». Шао Хэн остолбенел: «Что происходит?» Чу Сы похлопал его по плечу: «Действуем соответственно данному предложению. Подожди, пока группа преследования отправится, и всё поймёшь. Если скажу тебе слишком рано, боюсь, ты не сможешь этого сделать». Шао Хэн: «???» Циэрдэ Фэн, будучи человеком предпенсионного возраста, обычно жил в относительно спокойной и гармоничной обстановке. Даже спустя столько лет он всё ещё не мог приспособиться к армейским привычкам и очень медленно реагировал. Некоторое время он сидел погружённый в свои мысли, а затем поднял голову и спросил Чу Сы: «Командир, в таком случае, какова обстановка?» Чу Сы вспомнил, что они ещё не видели черновик и не понимали некоторых вещей, поэтому кратко объяснил: «Ранее мы перехватили некоторые данные, указывающие на то, что во время столетнего хаоса команда исследователей, находившаяся в подчинении у военного министерства, по каким-то причинам внедрила технологию Серебряного города по растяжению и сжатию времени и начала проводить испытания. Девизом стало желание создать мир, не подвергающийся оковам времени. Проект вечной жизни, о котором говорилось в письме, был прототипом, впоследствии этот план стал носить имя «Демон». В этом эксперименте со временем задействовано много высокопоставленных военных офицеров. Конечно, я подозреваю, что и генеральное правительство, и наше здание безопасности не совсем чисты на руку. А если копнуть глубже, то Серебряный город имеет ко всему этому непосредственное отношение.» Усмехнувшись, он продолжил: «Чего хорошего можно добиться в деле, в котором замешан Серебряный город? Более того, методы, использованные в этом эксперименте, чересчур экстремальны. Барышня Эстер Кабэйл на только что просмотренном нами видео, должно быть, была противником этой экспериментальной группы. Неизвестно, осознала ли она проблему во время эксперимента и выступила против, или же изначально вошла в экспериментальную группу в качестве секретного агента. Но как бы то ни было, конец этого видео воистину заставляет похолодеть от ужаса. Кроме того, почти все эксперименты на среднем и позднем этапах работы данной группы проводились на маленьких детях, при этом теоретический показатель успешности составлял 0,0037%. На момент второго обыска их логова, о котором ранее упомянул батюшка Шао, им удалось произвести один так называемый «успешный продукт» и двенадцать «полуфабрикатов». Вы можете примерно подсчитать, сколько людей погибло в экспериментальной капсуле, чтобы проложить путь для этого «успешного продукта» и «полуфабрикатов».» «А сколько непредсказуемых последствий может вызвать такой временной эксперимент, и говорить нечего.» Немного помолчав, он постучал по столу и добавил: «Судя по текущим действиям военного министерства и Серебряного города, цель эксперимента может заключаться не только в этом.» «Таким образом, недавние странные события, такие как внезапное появление «Чёрного лебедя», могут быть связаны с этим экспериментом?» Пробормотал Шао Хэн. «Мне всё было интересно, как вещи из того времени могли появиться в нынешнем.» А Роджер добавил: «Неудивительно, что кабина «Чёрного лебедя» такая странная.» После слов Шао Хэна в сердце Чу Сы зародилось весьма непривычное чувство. Ему казалось, что он упустил какую-то очень важную информацию, не мог вспомнить, какую именно. Он нахмурился, а затем снова вернулся к своему нормальному состоянию. «Военное министерство и Серебряный город...» Циэрдэ Фэн и остальные выглядели обеспокоенными. «Эту проблему действительно невозможно игнорировать, тем не менее, не думаю, что они готовятся к немедленному наступлению.» Чу Сы снова развернул карту звёздного неба, поднял руку и начертил в воздухе круг. «Вам не кажется, что, создав такое окружение, они чего-то дожидаются?» «Дожидаются чего?» «Чего угодно.» Чу Сы стал строить догадки. «Кого-то, чего-то, а может, удобного момента. Но как бы странно это ни было, когда наша планета разлетелась на куски, Серебряный город, вопреки ожиданиям, не бросился навстречу, а, наоборот, терпеливо ждал. Внимательно посмотрите на эту стратегическую карту. Окружив нас таким образом, они тем самым создают препятствие для других планет.» Неудивительно, что на нас никогда не нападали другие планеты или даже сам Серебряный город. Чем больше Чу Сы говорил, тем больше чувствовал, что все аномалии, с которыми ему пришлось столкнуться ранее, можно объяснить этим предположением. Но чего же так терпеливо ждёт Серебряный город?.. «Эксперимент со временем?» Подал голос Шао Хэн. «Я имею в виду, что то, чего они ждут, должно быть связано с экспериментами со временем, например, это может быть ожидание некоего экспериментального результата? Или процесса?» Чу Сы кивнул. «Отсюда возникает один крайне важный вопрос. На какой стадии находится так называемый эксперимент со временем? В нынешней ситуации...» Он указал на карту и продолжил: «Боюсь, что ответ будет не слишком-то приятным, так что готовьтесь к худшему.» «Итак, мы сейчас...» «Ищем ответ.» Невозмутимо сказал Чу Сы. «Сначала устанавливаем диагноз, потом в соответствии с болезнью назначаем лекарство. Экстренная ситуация не означает, что нужно пробовать всё подряд.» Он взял пульт дистанционного управления и отрегулировал стеклянный экран конференц-зала, снова сделав его прозрачным, чтобы, стоя внутри, можно было напрямую видеть огромный экран видео наблюдения. Он велел сотрудникам, ответственным за мониторинг и контроль, сосредоточиться на двух местах — шлюзах 11 и 17. И весьма кстати. Воздушное судно Тана успешно состыковалось с «Белым волком», и им пришлось немного задержаться, дожидаясь, пока охрана отбуксирует летательный аппарат на «Белого волка». В это же время люди, посланные Чу Сы, вели Тана в центр управления. Из-за большого количества людей у шлюза № 17, казалось, царил небольшой хаос. В этот момент за углом на камере наблюдения промелькнула какая-то фигура, её невозможно было разглядеть, если пристально не вглядываться. Чу Сы взял коммуникатор и отправил Саэ Яну ещё одно сообщение. Как только сообщение было отправлено, личное воздушное судно Чу Сы появилось у шлюза № 11. Естественно, в кабине находился Саэ Ян. Удивительным было то, что с личным воздушным судном Чу Сы был синхронизирован ещё один летательный аппарат. «Это... «Чёрный лебедь»?» Удивлённо спросил Роджер: «Чёрный лебедь, которого мы проверяли?» «Да.» Кивнул Чу Сы. Саэ Ян пилотировал два воздушных судна одновременно. Бесшумно и беспрепятственно он вылетел из 11 шлюза. Едва вылетев, он немедленно активировал самую передовую систему скрытности и антирадар на личном воздушном судне Чу Сы. Ворота шлюза № 11 медленно закрылись за ним. Видеозапись с камер наблюдения внезапно прервалась, а затем на экране появился салон летательного аппарата. Саэ Ян сидел в кабине и небрежно показал в камеру жест «ОК». Все были немного сбиты с толку: «Что же господин Ян собирается делать?» «Я же говорил. Отправился искать ответ». Сказал Чу Сы. Он вертел в руках устройство связи. На экране было открыто окно их диалога с Саэ Яном. Две фразы на самом верху как раз и были тем, что ранее отправил ему Саэ Ян: 1... Нет нужды следить за твоими идиотами. Я помог тебе найти получателя сигнала – это отец красавчика. По пути в центр управления он как раз отправлял сообщение. 2... Сообщение этого уважаемого было перехвачено: «Шлюз № 17, жди». Чу Сы отправил точку в ответ, давая понять, что всё понял. Саэ Ян ответил одним словом: «Награда». Чу Сы был занят распределением людей и не успел ответить. Но как бы то ни было, одно совершенно ясно – батюшка Шао и есть тот, кто принимает сигналы с форта Барни. Возможно, ранее он был ответственным и наблюдал за ходом работы драконьей колонны на «Белом волке», а сейчас связался с теми людьми, что остаются в тени, и собирался с ними встретиться. Откровенно говоря, воссоединение в это время не самый мудрый ход. Вместо того, чтобы позволить старику рисковать быть обнаруженным, ему определённо лучше оставаться на «Белом волке» и сидеть сложа руки. Да и с их стороны огромный риск прибыть и забрать батюшку Шао. Вполне вероятно, что у них есть дела, требующие личного участия господина Шао. Господин Шао силён лишь в своей профессиональной сфере. Медицина, либо же интеллектуально-механическое лечение... Эту информацию легко можно связать с экспериментами со временем. Без разницы, добрые намерения или дурные у тех, с кем связан господин Шао, но если следовать за ними, то, скорее всего, выяснятся последние новости о ходе эксперимента со временем, а это и есть тот ответ, который сейчас нужен Чу Сы. Сделав жест «ОК», Саэ Ян снова вытянул свои длинные ноги и изменил позу. Повернув голову и взглянув на экран, он напомнил Чу Сы: «Командир, если эта поездка будет успешной, я рассчитываю получить вознаграждение.» Чу Сы переключил монитор в режим двусторонней связи и сказал: «Хорошо, тебя интересует какая-то должность?» Он, конечно же, понимал, какую чушь Саэ Ян имеет в виду под «вознаграждением», но хладнокровно игнорировал это. Саэ Ян нахмурился, поджал губы и некоторое время размышлял: «Как насчёт заместителя командира?» Циэрдэ Фэн и три других заместителя командира: «...» Чу Сы слегка улыбнулся: «Хочешь посмотреть на выражения их лиц?» Саэ Ян презрительно усмехнулся: «Как мелочно. А что насчёт должности капитана сил безопасности? На ступень выше красавчика, например.» Шао Хэн: «...» Чу Сы скрестил руки на груди и повернулся к Шао Хэну: «Есть возражения?» Шао Хэн: «…» Чёрт возьми, как я могу сказать, что возражаю прямо перед господином Саэ Яном?! Чу Сы снова повернулся и ответил: «А вот у меня есть.» Саэ Ян поднял брови. Шао Хэн: «…» Не знаю почему, но у меня такое чувство, что мне ещё больше не повезёт. Пока Чу Сы говорил, то снова посмотрел на камеру наблюдения у шлюза № 17. «Это изображение не меняется уже целую минуту?» «Что? Как так?!» Роджер был ошеломлён. «Что-то не так с видео наблюдением?» Шао Хэн был шокирован не меньше: «Что такое? Неужели кто-то осмелился провернуть такое прямо у нас под носом?!» Сотрудник, ответственный за мониторинг и контроль, в ужасе попытался изменить угол обзора, но обнаружил, что кто-то подменил изображение, и никто этого не заметил. К тому времени как неполадка была устранена и показалась реальная картина у шлюза № 17, ничего необычного уже не происходило, а охрана, отбуксировавшая летательный аппарат Тана, уже выстроилась у выхода. Чу Сы обратился к Шао Хэну: «Твоя группа преследования готова? Пусть начинают со шлюза № 17.» Шао Хэн вызвал команду преследования из 100 человек, и велел немедленно отправляться в путь, а затем обернулся и сказал Чу Сы: «У меня плохое предчувствие. Кого преследуем???» Чу Сы спокойно ответил: «Твоего отца.» «Что?!» Шао Хэн едва не потерял сознание. Чу Сы: «Разве ты не заметил, что он отправился за какой-то вещью и не вернулся?» Команда преследования из 100 человек, включив стелс-режим, в срочном порядке выдвинулась из шлюза № 17. Видео наблюдение снова переключилось, и большой экран разделился на 4 части. Саэ Ян управлявший воздушным судном – вид в кабине и вид снаружи. Командир отряда преследования управлявший воздушным судном – вид в кабине и вид снаружи. Саэ Ян открыл рот: «А ты угадал, всего около сотни «Чёрных лебедей». Модификация системы твоего воздушного судна действительно неплоха, и КПД на удивление высок. Я планирую выпустить «Чёрного лебедя», которого захватил с собой, и влиться в их ряды. Что скажешь?» «Не понтуйся, синхронизируй свои координаты с отрядом преследования». Ответил Чу Сы. «Около сотни «Чёрных лебедей»?!» Произнёс Циэрдэ Фэн. «Что в конце концов господин Шао собирается делать? Это... Неужели... Невозможно?! К тому же, кем может быть наш противник? Зачем откапывать и использовать «Чёрных лебедей»?» «Пока сложно что-то сказать о позиции батюшки Шао, могу лишь уповать на то, что он будет на нашей стороне. Что же касается поддержки его человека... Кто знает... Поживём, увидим.» Непринуждённо ответил Чу Сы. Однако, как только он закончил говорить, его внезапно осенило. То странное ощущение снова вернулось. Он по-прежнему чувствовал, что упускает какую-то важную информацию, то ли какое-то действие, то ли какую-то фразу... Чувствовал, что должен был что-то помнить, казалось, что это уже вертится у него на языке, но он никак не мог поймать. Что же это может быть...

Глава 85. Раскрытие личности*

В оригинальном названии стоит фраза 掉马 (diàomǎ), что переводится как «упасть с лошади», но ныне она стала интернет-сленгом для обозначения человека, чья личность в сети была раскрыта.  Карта расположения противника, спроецированная Саэ Яном с помощью модифицированной системы слежения, также синхронно передавалась в центр управления на огромный экран. Пока Чу Сы изо всех сил пытался вспомнить, какую же информацию упустил, Шао Хэн пытался проследить маршруты и построение этой сотни «Чёрных лебедей». С одной стороны, он тревожился за своего отца, а с другой надеялся, что Саэ Ян сможет как можно скорее собрать в кучу и поймать их. «Построение и маршруты выполнены чрезвычайно профессионально». Сказал Шао Хэн. «Контролируется точное расстояние между летательными аппаратами, и как только возникнет какая-то проблема, не имеет значения, будь то совместная контратака или же незамедлительное разделение, они будут обладать преимуществом. Типичный стиль построений военного министерства». Исходя из слов Шао Хэна, можно сделать вывод, что командир этой шайки «Чёрных лебедей», должно быть, военный. Он немного поразмыслил и сказал: «Это же не может быть генерал-полковник Майер? Они со стариком вместе учились и состояли в одном клубе, но тесных личных связей у них не было. Временами я даже думал, что у них не очень хорошие отношения, ведь они связывались друг с другом только по вопросам, касающимся их обязанностей». Но прежде чем кто-то успел открыть рот, он покачал головой и опроверг свою же теорию. «Ох, нет, нет. Дурная моя голова, так торопился, что чуть не забыл. Три генерал-полковника военного министерства ещё не пришли в себя, иначе Хэ Сювэнь и другой генерал-лейтенант не были бы у власти».  Только в тот момент он по-настоящему осознал, что среди преследуемых людей был и его отец. Шао Хэн потёр лицо, нахмурился и обратился к Чу Сы: «Командир, могу я... Связаться со своим стариком? Я верю, что он и не думал выступить против нас».  Будучи человеком власть имущим, Чу Сы не мог говорить столь уверенно. Он лишь слегка кивнул головой и добавил: «Свяжемся отсюда. Разрешены лишь голосовые звонки. Было бы хорошо, если бы мы смогли дозвониться». Говоря это, он похлопал Шао Хэна по плечу. Шао Хэн, стоя в сторонке, снова и снова пытался связаться со своим отцом как по личному, так и по общественному каналу связи, но раз за разом терпел неудачи.  Когда атмосфера стала ещё более серьёзной, двери конференц-зала распахнулись. Тан, прошедший ряд проверок безопасности на входе, в сопровождении человека, посланного Чу Сы, вошёл внутрь. «Командир». Как только Тан вошёл в зал заседаний, он тут же отдал честь Чу Сы, а затем по очереди стал отдавать честь Шао Хэну, Циэрдэ Фэну и остальным. По званию и положению все они являлись его непосредственными начальниками, и он не мог позволить себе оскорбить никого из них. Однако хорошо то, что тот, с кем он был знаком лучше всего, обладал наибольшей властью. Чу Сы, слегка кивнув головой, спросил: «Ты один?» Тан ответил: «Ле Пен с остальными всё ещё следят за фортом Барни. Изначально я планировал привезти сюда Цзиня и девчушку, ведь условия на «Белом волке» лучше и более подходящие для них, но Цзинь сказал, что на борту «Белого волка» нет недостатка в людях, в то время как караульный отряд не настолько многочисленен, и они могут хоть немного помочь облегчить это бремя. Я намеревался твёрдо придерживаться своей позиции, но у двух братанов из караульного отряда обнаружились какие-то повреждения в воздушных судах, и Цзинь как раз помогал их ремонтировать». Чу Сы на мгновение задумался. Поскольку связь была двусторонней, Саэ Ян по ту сторону экрана всё слышал. Он внезапно наклонил голову и спросил: «Точка отправки сигнала в форте Барни была установлена заранее?» Тан вздрогнул и огляделся. И лишь тогда он увидел на большом экране Саэ Яна, сидящего на водительском сиденье с вытянутыми ногами. «Господин Ян! Всё верно. Как раз перед тем, как я сюда вошёл, получил сообщение от Гая. Он написал, что точки передачи сигнала были установлены в форте Барни заранее в нескольких местах, из-за чего сложно определить реальное местоположение отправителя. Нужно быть гением, чтобы провернуть такое прямо у нас под носом». Чу Сы, глядя на него, пошевелил губами, но не успел ничего сказать, ибо Тан тут же добавил: «Должно быть, это не Цзинь. Я всё время был рядом с ним, и прежде чем уйти, велел Ле Пен не спускать с него глаз». Услышав это, Чу Сы снова стали одолевать сомнения. Если это не Цзинь, то кто же смог так высококлассно провернуть настолько хитроумный план прямо на глазах у Тана и остальных? «На карте обнаружена ещё одна группа «Чёрных лебедей». Неожиданно произнёс Саэ Ян. «Приближаются с другой стороны, должно быть, собираются присоединиться к этой группе». Он внёс правки в карту звёздного неба, и группа из десятков точек, представляющих «Чёрных лебедей», устремилась к основным силам и вскоре объединилась с ними. Затем почти сотня «Чёрных лебедей» внезапно начала упорядоченно менять свой строй, быстро рассредоточившись на группы по пять объектов. Шао Хэн, пытавшийся подключиться к каналу связи своего отца, продолжал смотреть на карту. Увидев эту перемену, он открыл рот, чтобы напомнить: «Са... Господин Ян!» Саэ Ян, даже не обернувшись, махнул рукой. «Знаю. Изменение строя может легко выявить, есть ли среди них «чужаки». Противник не только профессионален, но и весьма бдителен. Изначально я планировал следовать за ними прямо до места назначения, а затем отправить группу преследования, чтобы обойти их с фланга, но, боюсь, теперь это невозможно. Передайте мне непосредственное командование группой преследования». Шао Хэн на мгновение заколебался, но всё же так и сделал. В конце концов, непосредственное командование Саэ Яна может сэкономить время, которое тратится на передачу сообщений, что более уместно как с точки зрения эмоций, так и логики. Передав право командования, он снова попытался связаться со своим отцом, но по-прежнему безуспешно. Шао Хэн вмиг занервничал, и если бы не большое количество людей вокруг, он, вероятно, уже пнул бы стену. Он взлохматил волосы и обратился к Чу Сы: «Не могу связаться». Чу Сы, впрочем, ничуть не удивился и слегка кивнул головой: «Не волнуйся, пока не проясним ситуацию, то не будем принимать никаких агрессивных мер относительно твоего отца, даже если нам удастся его задержать.» Более того, сейчас группа преследования, по всей видимости, не имеет преимуществ. За столь короткое время Саэ Ян уже успел отметить на карте несколько точек для прыжка и отдал приказ группе преследования: «В течение 5 секунд прыгайте в отмеченные мной места». Первые изменения в построении «Чёрных лебедей» должны были вот-вот завершиться, и позиция Саэ Яна в скором времени будет раскрыта. Группа преследования уже достигла обозначенных им точек. Эти точки находились довольно далеко от «Чёрных лебедей», кроме того, между сотней воздушных судов в защите существовали обширные слепые зоны. Даже если сократить строй и начать осаду в этот самый момент, существует большая вероятность того, что противник найдёт лазейку и сбежит, удержать позиции будет практически невозможно. Однако... Саэ Ян одной рукой надел гарнитуру, а другой потянул за рычаг управления и лениво произнёс: «Поменяй оружие на межзвёздную дальнобойную пушку, стреляющую антиматерией. Открывай огонь.» Сказав это, он повернул рычаг управления и развернулся. С захваченным ранее «Чёрным лебедем» на буксире он последовал за меняющимся строем и стал углубляться в центр. Дальнобойная пушка, стреляющая антиматерией, обладает колоссальным тротиловым эквивалентом, а получившийся результат можно назвать самым ярким огнём в тёмной ночи. Она способна создать стену огня с сильнейшей энергией удара и крупнейшей площадью покрытия. Оборонительные промежутки, которые изначально были между этой сотней воздушных судов, один за другим, полностью были заполнены стеной огня, тянущейся непрерывным потоком. Группа преследования как раз весьма кстати достигла точек, отмеченных Саэ Яном. Как и ожидалось, всё было превосходно. Они распределились сверху, снизу, слева, справа, спереди и позади «Чёрных лебедей». Таким образом, отряд «Чёрных лебедей» оказался между молотом и наковальней. Чу Сы, давший обещание не нападать: «...» Шао Хэн, чувствующий, что вот-вот задохнётся: «...» «Успокойся, красавчик, расстояние достаточное. Мы не сможем попасть в них, если только они не настолько глупы, чтобы самим натолкнуться на нашу огневую мощь». Саэ Ян воспользовался хаосом, вызванным быстрой атакой, чтобы спрятаться среди многочисленного войска, прежде чем его раскроют. Саэ Ян, казалось, наслаждался такого рода неожиданными крутыми поворотами. Улыбнувшись, он произнёс: «Дорогой, каков в такой ситуации единственный способ эвакуироваться?» Чу Сы: «Совершить скачок.» «Верно. В условиях неизбежной атаки и отсутствия времени на выбор точки для прыжка, остаётся лишь прыгать в заранее назначенное место. Полагаю, пункт назначения уже близко.» Не успел он договорить, как отряд «Чёрных лебедей», действительно, сразу же раскрыл защитный купол. «Как быстро!» Вырвалось у Роджера. У этой группы «Чёрных лебедей» защитные куполы раскрывались гораздо быстрее, чем у среднестатистических воздушных судов. Задержки практически не было, разного рода сопротивления были устранены, и в мгновение ока они уже были полностью готовы. «Эти «Чёрные лебеди» получили инструкции и за короткий промежуток времени модернизировали некоторые вещи. Они не совсем такие, как тот, которого я притащил с собой». Саэ Ян тросом зацепился за ближайшего «Чёрного лебедя». К счастью, он всё рассчитал и заранее открыл защитный купол, иначе не смог бы угнаться за их скоростью. Затем они обнаружили, что эти «Чёрные лебеди» не только быстро раскрывают свои защитные куполы, но и обладают поразительной прыжковой скоростью. Процесс был настолько плавным, что был похож не на вынужденное пересечение межзвёздного пространства, а скорее на обычный полёт. Начав перемещение, все крупные формирования «Чёрных лебедей» вмиг исчезли. Что уж говорить о 5 секундах, и 1 секунды не прошло. Опять же, к счастью, Саэ Ян зацепился за «Чёрного лебедя» и втиснулся в его поле. Если бы использовал свою собственную систему перемещений, точно упустил бы его. «Бля? Такая ненормальная способность к перемещению, очевидно, является огромным преимуществом в бою. Его и в нынешнее время можно использовать как воздушное судно высшего класса, так почему же его в то время сняли с вооружения? Даже при небольшом несоответствии стандартам по высоте, ведь не обязательно было сразу списывать его в утиль?» Командир охраны Роджер вообще перестал понимать, что происходит. Циэрдэ Фэн сказал: «Слышал, что в ходе производства были обнаружены некоторые проблемы, вплоть до того, что его нельзя было использовать в боевых действиях, поэтому его сняли с эксплуатации.» Он был чуть младше господина Шао, и в тот год, когда «Чёрный лебедь» был создан, а затем отправлен на покой, ещё учился. Те крохи информации, что просочились из СМИ, были воистину ничтожны. После перемещения на экране Саэ Яна возникли помехи. Командир группы преследования не имел возможности догнать отряд «Чёрных лебедей». Прекратив огневую атаку, они остались на месте, не осмеливаясь совершить скачок, да и вообще куда-либо двинуться. В тот момент, когда центр управления потерял связь с Саэ Яном, Шао Хэн получил сообщение от группы, проводившей проверку базы данных корабля «Белый Волк»: «Что это значит? Подтверждено, что космическая тюрьма была уничтожена?» Чу Сы обернулся. Если бы не отчёт группы, проводившей проверку, он бы напрочь забыл про инцидент с космической тюрьмой. Когда он впервые ступил на борт «Белого волка», Шао Хэн сказал, что возникли проблемы и они не смогли установить связь с космической тюрьмой, поэтому и база данных, несомненно, была повреждена. Шао Хэн велел не прекращаться попыток восстановить как базу данных, так и связь. Кто ж мог подумать, что результаты появятся именно сейчас. Учитывая, что вилла и его подчинённые по-прежнему находились в космической тюрьме, Чу Сы, конечно же, надеялся восстановить связь как можно скорее, и заодно выяснить, есть ли в космической тюрьме люди, имеющие отношение к эксперименту со временем... Откровенно говоря, в расследовании нет необходимости. Такие люди, безусловно, существуют, но ещё предстоит разобраться, «кто именно и сколько», в противном случае всё время будет какая-то скрытая угроза. Поскольку в это вовлечён батюшка Шао, для Шао Хэна сложившаяся ситуация была весьма специфична. Получив голосовое сообщение, он тут же прибавил громкость динамика и воспроизвёл ответ группы, проводившей проверку: «Всё верно. С вероятностью в 98% космическая тюрьма была уничтожена. Проблемы не только со связью, она в принципе исчезла со всех радаров. А оставшиеся 2% вероятности... Возможно, командиры, используя встроенные в браслеты из чёрного железа устройства определения местоположения, смогут хотя бы попытаться определить местонахождение заключённых.» «Не можете обнаружить космическую тюрьму?» Шао Хэн нахмурился и посмотрел на Чу Сы. Вероятно, из-за того, что эксперименты со временем сделали всех особенно нервозными. Как только все присутствующие услышали результат, они первым делом подумали, что эти эксперименты вышли из под контроля. И возможно, в местах, которым они не придали особого значения, время и пространство пришли в ещё больший хаос. «Командир, даже если это всего лишь 2%, мы обязаны попытаться, так ведь?» Спросили его три заместителя. Чу Сы кивнул: «Да.» Суммарные полномочия троих заместителей командира составляли 30%, чего было достаточно для автоматического определения местоположения и отслеживания браслета из чёрного железа по всей вселенной. Получив согласие Чу Сы, Циэрдэ Фэн и другие отдали приказ. И как раз в этот момент на главном экране в пункте управления восстановилась связь с Саэ Яном. Когда его замаскированное лицо появилось на экране, Чу Сы внезапно кое-что вспомнил. Он повернулся к трём заместителям и сказал: «Подождите-ка...». Заместители недоумённо посмотрели на него: «Что случилось, командир? Есть какая-то проблема?» Чу Сы: «...». Это не просто проблема. Это огромная проблема! Шао Хэн взглянул на Саэ Яна и внезапно понял, что происходит. Он вытаращился на Чу Сы, затем на Циэрдэ Фэна и остальных, словно увидел призраков. «Приказ об отслеживании прошёл?» Циэрдэ Фэн и остальные были сбиты с толку: «Да». Шао Хэн молча вытер лицо. Чу Сы, сохраняя спокойное выражение лица, предложил: «Советую вам сначала принять успокоительных». На экране Саэ Ян, пропустивший всё самое важное, повернул голову в их сторону и сказал: «Скачок совершён. Они пока не смогли обнаружить, что кто-то пробрался в их ряды, или просто не успели. Должно быть, вот-вот достигнем места назначения. Сейчас посмотрю, в каком секторе мы находимся. А что с вашими лицами? Командир, по кому траур?» Сказав последнюю фразу, он усмехнулся, будто нашёл выражения их лиц весьма занимательными. Однако в следующую секунду потерял дар речи, потому что чёрный браслет на его руке внезапно загорелся ярко-синим светом и стал издавать жужжащий звук. Даже куртка не могла скрыть яркий свет и характерный звук. Саэ Ян: «...». Затем три заместителя одновременно получили результаты позиционирования. После имён заключённых, таких как Золотой ворон, были строчки: «Не удалось выполнить определение местоположения». Исключением было лишь имя наверху списка, рядом с которым мигал зелёный восклицательный знак, а надпись гласила: «Местоположение определено». Лишь увидев это имя, трое заместителей почувствовали опустошение и головную боль. Циэрдэ Фэн машинально нажал на слова «местоположение определено», и через экран, из кабины господина Яна, раздался хорошо всем знакомый сигнал тревоги. В режиме реального времени данные о местоположении передавались на карту звёздного неба в центре управления. Красная точка, представляющая собой заключённого Саэ Яна, в точности совпадала с информацией о местоположении, только что отправленной господином Яном, и не отличалась ни на миллиметр. Шао Хэн: «...». Чёрт возьми, вот это зрелище! Чу Сы кашлянул, упёрся в край стола и опустил взгляд. Вот уж действительно выбрал время для разоблачения.

Глава 86. Упущенная информация

Бух... Циэрдэ Фэн, человек средних лет, не вынес испуга и уронил на стол устройство связи, которое держал в руках. Вроде это было весьма неожиданно, но в то же время ожидаемо. Но поскольку звук был слишком громким, Шао Хэн и Чу Сы так испугались, что закрыли глаза. Двое других заместителей посмотрели на Чу Сы. Выражения их лиц были настолько жалкими, что снова поднять на них взгляд было выше его сил. Что же касается Роджера... Сначала он долго смотрел на Саэ Яна с широко открытым ртом, а затем схватился за волосы и пробормотал: «Ебать...» А затем последовало: «Бля, бля, бля, бля, бля!» Каждое слово было настолько отчётливым и громким, что казалось, он вот-вот вырвет себе все волосы. «Господин Ян?! Саэ Ян?!» Роджер, тыча пальцем в экран, по-прежнему находился в состоянии агонии. «Как такое возможно?! Это какая-то шутка! Когда Саэ Ян выглядел так?!» Как только Роджер закончил причитать, Саэ Ян поднял брови. Раз уж его так разоблачили, больше не было нужды страдать, и ходить с этим уродливым лицом. Несмотря на то, что среди основной массы людей это лицо считалось красивым, но по сравнению с его настоящим, оно определённо было уродливым. Если бы этот облик слепил не Чу Сы, а кто-то другой, ничем хорошим это бы не закончилось. Поэтому Саэ Ян поднял руку и обратился к Чу Сы: «Командир, могу ли я избавиться от этого лица?» Чу Сы указал на него пальцем, всем своим видом предупреждая: «Заткнись и прекрати создавать проблемы.» Но, махнув рукой, ответил: «Забей. Избавься, если хочешь.» Получив разрешение любимого командира, он без лишних слов коснулся лица с краю. Средство для создания искусственного кожного покрова господина Шао не было одноразовым и не впитывалось в кожу. Наоборот, оно постепенно сгущалось и превращалось в желеобразную массу, на ощупь напоминающую настоящую кожу. Если потянуть, оно оторвётся цельным пластом. У этого человека определённо есть ген «стремящийся создать в мире хаос». Роджер был настолько погружён в собственное негодование, что пропустил мимо ушей весь их диалог. «То лицо с плаката о розыске произвело на меня глубокое впечатление. Абсолютно! Совершенно! Не...» Саэ Ян повернул своё чрезвычайно красивое лицо и прямо перед камерой потряс «маской», находившейся в его руке, словно делал это специально, чтобы спровоцировать. «...так...» Роджер посмотрел на монитор и совсем поник. Они вспомнили, что сказали, когда Саэ Ян в первый раз поднялся на борт корабля... «Неужели командир привёл бы человека, чья ДНК находится в базе данных космической тюрьмы?» Бац! «Невозможно, невозможно! Конечно же, такое невозможно!» Бац, бац! «Господин Ян выглядит особо порядочным и опытным.» Бац, бац, бац! Удар был настолько сильным, что оправиться от него было просто невозможно. В конференц-зале люди, имеющие самое высокое положение в здании безопасности, стояли в оцепенении, чувствуя себя так, словно этот ублюдок настучал им по мозгам. У командира Чу разболелась голова. Шао Хэн молча посмотрел на Саэ Яна, затем на эти каменные изваяния и внезапно почувствовал гордость за свою первоначальную реакцию. Он, по крайней мере, не выглядел настолько тупым. Но ведь тут так много людей, получится ли промыть им мозги? Он посмотрел на Чу Сы и нарочито громко произнёс: «Что же делать...» Чу Сы по-прежнему опирался на край стола. Его серо-голубая рубашка облегала плечи и талию, что было весьма приятным зрелищем, настолько, что Саэ Ян, следуя за эскадрильей «Чёрных лебедей», наклонил голову и долгое время смотрел на него. А затем, с безразличным выражением лица, снова отвернулся. Казалось, раскрытие личности его ничуть не волновало. «Сделаем так. Положите устройства связи на стол». Чу Сы постучал пальцем по столу. Циэрдэ Фэн и остальные всё ещё стояли словно громом поражённые, но даже так, когда командир отдал приказ, машинально ему подчинились. Выполнив требование, они так и не поняли, что собирался делать их начальник. «Шао Хэн, принеси мне все устройства связи». Снова сказал Чу Сы. Шао Хэн кивнул, обошёл вокруг стола, взял коммуникаторы трёх заместителей и капитана стражи и положил их перед Чу Сы. «Хорошо». Чу Сы взял пульт дистанционного управления, запер дверь конференц-зала, бросил пульт обратно на стол и спокойно сказал: «Позвольте представить ещё раз. Господин Ян, настоящее имя Саэ Ян. До того, как планета развалилась, он был заключённым в космической тюрьме. Согласно приговору, он будет отбывать наказание до последнего дня жизни планеты. В соответствии с законом, я снял с него 70% ограничений. В настоящее время он является рядовым гражданином и лишь находится под наблюдением, при этом его свобода никак не ограничивается.» Все: «...» Шао Хэн, которому уже промыли мозги, молча потёр лицо. Чу Сы взглянул на их реакцию и спокойно продолжил: «Основываясь на информации, полученной нами ранее, в деле о «Базе Красный клён», из-за которого господин Саэ Ян и был отправлен в космическую тюрьму, есть много несостыковок. Велика вероятность того, что его осуждение было неправомерным. После того, как мы узнаем всю правду, нам, возможно, даже придётся выплатить ему, от лица космической тюрьмы, некоторую, положенную по закону, компенсацию.» Все: «...» На этот раз охренел даже Шао Хэн. Что уж говорить, даже Саэ Ян не смог удержаться и снова посмотрел на него. Чу Сы вертел устройства связи, лежащие перед ним, и расставлял их по порядку. «Капитан Шао узнал об этом чуть раньше вас». Заместители командира и Роджер машинально повернулись в сторону Шао Хэна, но на их лицах по-прежнему читались испуг и растерянность. Шао Хэн: «...» Командир, тебе незачем толкать меня в воду, если мы чуть-чуть не сошлись во мнениях, ладно? «Всё, что должно было быть сказано, я сказал в прошлый раз. Сейчас считаю излишним много болтать и не желаю тратить на это время. Если у вас возникнут какие-либо идеи, можете смело обсудить их с капитаном Шао». Чу Сы поднял взгляд и оглядел всех собравшихся. «Сегодня я не буду столь демократичным. Все ваши нынешние подтверждения полномочий и права командования находятся в моих руках. Даю вам минуту на размышление, стоит ли продолжать обсуждение вопроса личности господина Яна или всё-таки позволить ему завершить задание? Хорошенько всё обдумав, сообщите мне о своём решении. Как только вы дадите мне удовлетворительный ответ, то вернёте себе право командования». Он положил на стол последний коммуникатор, выпрямился и жестом велел им приступать к раздумьям. Все: «...» В конференц-зале воцарилась гробовая тишина. Чу Сы даже заподозрил, что если бы кто-то заранее заготовил верёвки, то они, вероятно, повесились бы прямо перед ним. Тем не менее, он всегда мог прекрасно приспосабливаться к подобного рода атмосфере. Даже присутствуя на совещаниях высших чинов, он регулярно, с невозмутимым видом, затыкал некоторых бестолковых людей. Из-за чего и получил репутацию «благовоспитанного негодяя». Но сейчас ситуация была другой. Пока он с серьёзным видом нёс всякую чупеху, другой негодяй помогал запугивать людей. Саэ Ян даже через экран почувствовал атмосферу в конференц-зале и открыл рот, чтобы добавить. «Одной минуты может быть слишком много, думаю, хватит и половины. Если полминуты спустя вы кивнёте в знак согласия, то я продолжу выслеживать и бороться с противником, в таком случае вы сможете устроить по ним панихиду. Если покачаете головой, то панихиду я устрою по вам». Все: «...» Был ли, мать его, хоть единый шанс покачать головой? Конечно же нет. Во время этих слов Саэ Ян достал что-то похожее на металлический жёсткий диск и подключил его к интерфейсу на столе управления. После звука «динь» он лениво отдал приказ: «Око небес? Помоги мне посчитать. Ты же любишь считать? Начинай обратный отсчёт на 30 секунд». Динь... Око небес: «Ох, я так давно не дышала свежим воздухом, что едва не задохнулась. Приказ принят. Обратный отсчёт: 30, 29, 28, 27...» Все: «...» Два заместителя командира, некогда находящихся в подчинении офиса №1, прекрасно понимали принцип «мудр тот, кто умеет правильно разобраться в обстановке», и тут же кивнули: «Нынешние дела весьма серьёзны, остальное – абстрактно. Давайте для начала разберёмся с насущными проблемами.» Чу Сы поднял бровь и вернул им коммуникаторы. В таких ситуациях нужен тот, кто выступит первым, остальные подтянутся по инерции. Более того, Циэрдэ Фэн, человек среднего возраста, с замедленной реакцией и слегка глуповат. Он точно не собирался плыть против течения. Что касается Роджера... Как капитан охраны, следовавший за Чу Сы на протяжении многих лет, он уже... Привык к этому. Однако, несмотря на то, что все кивнули и подтвердили статус Саэ Яна как свободного гражданина, на их лицах по-прежнему было выражение, словно они потеряли родителей и долго не смогут оправиться от этой душевной травмы. Помимо всего прочего, они действительно немного побаивались Саэ Яна... Принимая во внимание то, что они весьма скоро приспособились к ситуации, «Око небес», досчитав до 19, утратила свою практическую ценность, и Саэ Ян тут же снял её с пульта управления. Прежде чем он успел её отключить, она громко взвизгнула: «Я так важна! Как можно вот так меня кидать после того, как работа выполнена?» Саэ Ян, убрав диск, задумался и, нахмурившись, обратился к Чу Сы: «Почему у меня такое чувство, словно эта хрень снова украдкой прокачалась?» У Чу Сы тоже было такое чувство, но он никак не мог понять, где и каким образом «Око небес» могла модернизироваться. Однако внимание Саэ Яна, небрежно бросившего эту фразу, по-прежнему было сосредоточено на маршруте отряда «Чёрных лебедей». Он снова обозначил своё местоположение на карте звёздного неба, и на основе текущего угла, скорости и тому подобного вычислил примерный маршрут и указал на карте конечную точку. Карта на большом экране центра управления тут же обновилась, и местоположение этой точки было более детальным, чем на маленькой карте в кабине Саэ Яна. «Если не ошибаюсь, место назначения должно быть где-то поблизости.» Сказал Саэ Ян. Чу Сы мельком взглянул на неё, а затем попросил сотрудника, отвечающего за мониторинг, открыть предыдущую карту, на которой отмечены драконьи колонны, и объединить её с нынешней. Тан, долгое время делавший вид, что его не существует, наконец открыл рот: «Командир, гляди. Ближайшая к предполагаемому месту назначения драконья колонна - находится в форте Барни. Неужели, обогнув половину вселенной, они по-прежнему хотят попасть именно туда?» Чу Сы: «Шао Хэн, пусть патрульная группа, находящаяся в форте Барни, немедленно войдёт в состояние боевой готовности». Шао Хэн тут же отозвался и немедленно отдал приказ, велев им в срочном порядке распределиться по различным стратегическим наблюдательным пунктам на территории форта Барни и следить за всеми приближающимися летающими объектами. В это же время группа преследования, находившаяся в режиме ожидания, получила координаты для прыжка и тут же развернула маскировочный щит и защитный купол, готовясь совершить скачок и окружить противника. Маршрут «Чёрных лебедей» был аналогичен спрогнозированному Саэ Яном. Если всё так продолжится, то поймать их будет проще простого. Чем лучше всё складывается, тем появляется больше подозрений. От тревог, терзающих души людей, собравшихся в конференц-зале, никто не мог вымолвить ни слова. Все почувствовали, что всё далеко не так просто. До этого эскадрилья «Чёрных лебедей» вела себя осмотрительно и профессионально, а сейчас, приближаясь к месту назначения, они вдруг перестали хитрить? Их командир внезапно потерял бдительность или успех вскружил ему голову, когда они приблизились к месту назначения? Или, возможно... Они твёрдо верили, что, приблизившись к месту назначения, никто не сможет разрушить их план? Какое из этих суждений верно, зависит от того, что за человек командует противником... Человек с военным прошлым, к тому же как-то связан с «Чёрным лебедем»... В мгновение ока разум Чу Сы прояснился, и он внезапно вспомнил, какую информацию упустил. Этот разговор был на нижнем этаже дома, в котором жил Цзян Ци. В тот момент участок земли, на котором стоял жилой комплекс, сотрясался и разрушался, время и пространство, которые были силой повёрнуты вспять, возвращались в исходное положение. Цзян Ци стоял там, улыбался и говорил ему... «Я как-то в шутку сказал своему сыну, что он слишком медленно растёт, и я хотел бы переместиться на несколько десятилетий вперёд, чтобы посмотреть, как он будет выглядеть, когда вырастет». В тот момент Чу Сы находился в смятении из-за прощания с Цзян Ци, и у него не было возможности подумать об этом, поэтому он проигнорировал ключевой пункт, относящийся ко времени. Цзян Ци сказал ему эти слова осенью. Не прошло и года, как в форте Барни прогремел взрыв. Это случилось в 5666 году, Чу Сы тогда было 13 лет. А когда они получили черновик исследования, должно быть, был 5662 год, тогда Чу Сы было 9 лет. Как Цзян Ци в 5662 году мог сказать Чу Сы то, что он должен был произнести лишь 4 года спустя, да ещё и использовать прошедшее время... Если только... Цзян Ци, вернувшийся из командировки, чтобы забрать черновик исследования, стоявший у дивана и сказавший «Сынок, я пошёл.», выслушавший его предупреждение о том, чтобы он не выходил из дома 14 ноября 67 года... Не тот Цзян Ци, что был в 5662 году. «Саэ.» Когда Чу Сы заговорил, его голос звучал очень низко. Он поднял голову и, нахмурившись, посмотрел на монитор. «Я, кажется, догадался, кто наш противник. Цзян Ци, возможно... Всё ещё жив.»

Глава 87. Маленькая швабра

Человек с военным прошлым, некогда пребывавший в боевом подразделении, тесно связанный с «Чёрным лебедем» и экспериментами со временем. И наряду с этим пересекавшийся с господином Шао. Цзян Ци соответствовал всем этим пунктам. Командиром эскадрильи «Чёрных лебедей», вероятно, является Цзян Ци. Он всё ещё жив. В тот момент, когда эта мысль посетила Чу Сы, он был в такой растерянности, что даже сказав это Саэ Яну, до конца не осознавал, что именно произнёс. Вслед за этим его накрыло волной необъяснимого напряжения и волнения. То, чего он несколько десятков лет ждал всей душой и всем сердцем, внезапно обрушилось на него, словно лавина, и даже если разум ещё не успел среагировать, эмоциональный отклик не заставил себя ждать. Однако заторможенность разума продлилась всего лишь несколько секунд, а затем ему в голову пришло множество вопросов. «Цзян Ци всё ещё жив». Какой смысл кроется под словом «жив»? Если Цзян Ци не погиб во время инцидента в форте Барни, а всё это время жил в тени, то сейчас он должен быть близок к пенсионному возрасту. Не говоря уже о другом, то хотя бы это должно было сказаться на его внешнем виде. Но Цзян Ци, которого Чу Сы видел в квартире, был всё тем же хорошо одетым мужчиной, оставшимся в его памяти, словно был запечатан в прошлом. Он точно не выглядел бы так, если бы все эти годы был жив. Чу Сы снова подумал о списке возрождения, который видел на базе «Красный клён», и в его голове возникла некая вероятность. Может ли быть, что так называемый план воскрешения связан с временными экспериментами? Возможно ли, что кто-то пытался провернуть это с уже умершим человеком, возможно, даже с Эстер Кабэйл на том видео. И кто бы мог подумать, что по чистой случайности человека удастся вернуть к жизни. Исходя из внешнего вида Цзян Ци, либо успешное воскрешение произошло совсем недавно, и он не успел постареть. Либо так называемое воскрешение — это не совсем воскрешение, и он всегда оставался в этом возрасте. Как бы то ни было, это лишний раз доказывает, что Цзян Ци действительно погиб во время взрыва. Если это так, то всё сразу становится на свои места. Цзян Ци из 5662 года не был тем, который вернулся из командировки. Тот, который появился в квартире, был воскресшим Цзян Ци. Возможно, в этом черновике была какая-то важная информация, которую он не смог тогда обнаружить, а теперь, вспомнив, решил вернуться в то время и пространство, чтобы получить её. Чу Сы полагал, что взял лишь копию, а настоящий документ был в целости и сохранности в руках Цзян Ци. Он думал, что изменил прошлое. Но на самом деле оно не изменилось. Причина, по которой Цзян Ци в 5662 году потерял черновик и не смог его найти, заключалась в том, что его забрал он сам, но из будущего. Это похоже на хождение по замкнутому кругу и возвращение в исходную точку. «Чёрные лебеди», находившиеся в тот момент в той же пространственно-временной зоне, достигли успеха. Они ждали Цзян Ци. Когда пространственно-временная зона рухнула, Чу Сы и Саэ Ян покинули жилой комплекс, а Цзян Ци тем временем вернулся на «Чёрного лебедя». Вот почему вместо того, чтобы сражаться или сопротивляться, когда Тан с ребятами их окружили, они совершили скачок. Чу Сы наконец понял, почему, услышав фразу «Никуда не ходи 14 ноября 1967 года», Цзян Ци лишь тепло улыбнулся и промолчал. Ведь даже если бы он прислушался, то ничего не смог бы изменить, потому что был воскресшим существом, и для него 14 ноября 1967 года уже было в прошлом, то, что должно было произойти, уже произошло. Взрыв в исследовательском институте всё равно произойдёт, он в любом случае умрёт, а Чу Сы на протяжении десятков лет будет один. *** Пока все в пункте управления были связаны с «Чёрными лебедями», Ле Пен сидела на ступенях заборного трапа припаркованного у ворот форта Барни летательного аппарата и общалась с Таном, который находился на «Белом волке». Краем глаза она поглядывала на 2 фигуры, приближающиеся к воздушному судну. У одного человека были светлые волосы, заплетённые в небрежную косу, а другой был довольно худым и невысоким. Это были Цзинь и Лю. «Отремонтировали?» Ле Пен, вертя в руках коммуникатор, подняла подбородок в сторону двух человек. Цзинь улыбнулся, поднял руку и сделал жест «ОК». «Всего лишь 2 военных воздушных судна самой простой модели и самой простой системой, без каких-либо наворотов. Починить их – пара пустяков!» Лю, стоявший рядом, принялся его нахваливать: «Он такой крутой!» Ле Пен вскинула брови: «О? Правда? Ну вот, теперь жалею, что не пошла посмотреть». Цзинь рассмеялся и указал на их собственное воздушное судно. «Можешь сломать этот и посмотреть, как я буду его ремонтировать.» Ле Пен усмехнулась, указала на свой нос и закатила глаза: «Я что, дура?» «Тем не менее, вы, ребята, раздуваете из мухи слона. Я в конце концов специалист по исследованию воздушных судов, а ящик с инструментами – это моё оборудование. Хоть я и выгляжу не слишком-то мускулистым, но в руках сила имеется, и уж таскать ящик с инструментами вполне способен. Нет никакой необходимости в том, чтобы Лю ходил за мной.» Бормоча себе под нос, Цзинь потянулся и сел на нижнюю ступеньку. «В таком случае, после каждого возвращения не вались с ног так, словно больше не собираешься подниматься.» Усмехнувшись, ответила ему Ле Пен и посмотрела на Лю. Он, не сказав ни слова, лишь слегка покачал головой. На самом же деле, они и не собирались помогать ему таскать ящик с инструментами. Они следовали за ним по пятам лишь потому, что он с самого начала был подозрительным. Чу Сы велел не спускать с него глаз, и Ле Пен с остальными так и сделали. Вот и всё. Однако за всё это время он не сделал ничего необычного. Откровенно говоря, пользы от него было мало. Он либо был напуган, либо его приходилось спасать. К счастью, он встретил нужных людей. Будь то Чу Сы, который когда-то был в тренировочном лагере, или Ле Пен, которая по-прежнему относилась к тренировочному лагерю, они все привыкли к спасательным операциям, поэтому и не думали, что он может быть обузой. Если бы он встретил кого-то другого, его могли бы выбросить как «бесполезного человека». Но с момента временного обоснования в форте Барни, он мало-помалу стал храбрее, и начали проявляться его достоинства. Его физическая форма была не такой хорошей, как у ребят, вышедших из тренировочного лагеря. Ежедневная рутина состояла в том, чтобы слушать, как Ле Пен с ребятами обсуждают новости с «Белого волка». Услышав, что у Чу Сы и остальных всё хорошо, он бросался помогать другим, делая всё возможное и никогда не жалуясь. К тому же начали пригождаться его способности в качестве технического специалиста по летательным аппаратам. Он модернизировал все старые воздушные суда бродяг, расширил дальность действия средств обороны, увеличил количество огневых устройств, способных на синхронную атаку, к тому же усовершенствовал скорость перемещения у некоторых особо древних аппаратов. Как только патрульный отряд, отправленный Шао Хэном в форт Барни приземлился, у двух воздушных судов возникли неполадки. Источник найти не удалось, но он был тем, кто их отремонтировал. Ле Пен была занята организацией спасательной операции в Изумрудной гавани и не могла постоянно за ним следить, но от случая к случаю всё же бросала на него взгляд. В эти моменты он, уже закончив дела, либо спускался с воздушного судна по трапу, либо вылезал из-под него. Он выглядел высоким, худым, бледнокожим, а из-за того, что постоянно шумел и пугался даже собственной тени, вечно казался несчастным ребёнком. Но сосредоточившись на работе, он выглядел очень серьёзным. В этой серьёзности было что-то трудно поддающееся описанию, она отличалась от той, что проявляли Тан и Гай. Сначала Ле Пен не могла описать это чувство. Но как-то раз, ребята этого небольшого отряда из тренировочного лагеря подкалывали друг друга, а Цзинь стоял в стороне и радостно наблюдал за ними, и Ле Пен наконец-то уловила эту разницу. В его взгляде время от времени проявлялось что-то присущее... Старшему поколению. Такое странное чувство. Слово «старший» совсем не вяжется с Цзинем, у которого храбрости не больше, чем у мыши. Поэтому, впервые испытав это чувство, Ле Пен посчитала, что сошла с ума. Однако, как назло, это чувство возникало не раз, и Ле Пен внезапно обнаружила, что стала испытывать некое любопытство относительно Цзиня не только потому, что это был приказ Чу Сы. «Патрульный отряд направился в стратегический наблюдательный пункт?» Спросила она. Лю кивнул: «Как раз вот получили приказ. Пошли поможем?» Ле Пен покачала головой, прикидывая в руке вес коммуникатора: «Тан сказал, что командир велел нам пристально следить за центральной частью форта.» Когда она это говорила, её взгляд снова метнулся в сторону Цзиня. Заметив его пристально вглядывающимся куда-то за горизонт, Ле Пен снова посетило это ощущение. В конце концов она не сдержалась и, легонько коснувшись его спины пальцами ног, нашла повод поинтересоваться: «Ты в последние пару дней в хорошем настроении. Должно произойти что-то интересное?» Цзинь немного боялся щекотки, поэтому после едва ощутимого «пинка» сжался и отпрянул: «О, ты заметила? А я ведь старался быть чрезвычайно сдержанным.» «Кажется, и правда есть хорошие новости?» Цзинь слегка улыбнулся. «В последние пару дней со мной связывается один старый друг.» «Сколько ж тебе лет, что твой друг старый?» Пошутила Ле Пен. «Достаточно, чтобы быть отцом.» Он натянуто улыбнулся и объяснил: «Мы знакомы очень давно, ещё со школы». Ле Пен подумала о маленькой швабре: Он ведь действительно отец. Она, качая ногами, выразила своё восхищение. «Так здорово, что ты можешь поддерживать связь со старыми школьными друзьями. У нас не было возможности поддерживать связь с товарищами по учёбе, и со временем она оборвалась. Вы были одноклассниками? Соседями по комнате?» Цзинь покачал головой: «Я был чуть младше своих одноклассников, и он тоже. У нас были общие увлечения, мы вместе работали над некоторыми проектами и состояли в одном клубе, что бывает довольно редко, так что у нас были хорошие отношения.» Ле Пен дёрнула уголком рта, словно впервые с ним познакомилась. «Младше? Перескочил через класс?» Цзинь притворился скромным: «Ох, это произошло случайно.» Ле Пен: «...» Видя, что Ле Пен подняла руку, он, улыбаясь, прикрыл лицо. «Только по лицу не бей.» Богатый опыт был виден невооружённым глазом, в школьные годы его, должно быть, часто били за то, что много выпендривался. «О чём ты разговаривал с другом? Ты же не выболтал ему никакой тайны?» Поинтересовалась Ле Пен. Цзинь снова повернул голову и, облокотившись на ступени, продолжил смотреть на горизонт: «Давным-давно мы заключили пари, и я потерпел неудачу, поэтому дал обещание, что если он от переутомления покинет этот мир в самом расцвете сил, то я позабочусь о его семье.» Ле Пен: «... Прошу прощения, но я не понимаю смысл веселья. Держать пари на то, что «в самом расцвете сил покинешь мир от переутомления»? Насколько же нужно себя ненавидеть?» «К счастью, всей его семьёй был единственный ребёнок. Я тут же принялся о нём заботиться, хотя был совершенно бесполезен и ничего не мог сделать.» Сказал Цзинь. «И первое, что я сделал, когда снова смог связаться с ним, это, конечно, рассказал ему, что всё хорошо, что его ребёнок сильно вырос и становится всё больше и больше похожим на него...» Ле Пен некоторое время никак не реагировала на тот объём информации, что получила, и лишь неосознанно спросила: «Значит, маленькая девочка — ребёнок твоего друга?» Цзинь отмахнулся. «Нет, у него сын.» Лю, находившийся рядом, наконец медленно заговорил: «Разве вы не договорились, что ты будешь заботиться о его семье только после того, как он умрёт от переутомления в самом расцвете сил? Так с кем ты поддерживаешь связь?» Цзинь встрепенулся: «Ох, всё довольно запутанно, мы можем поговорить об этом позже, если... будет возможность. Эй, моя дочь?» «Слегка утомилась, и вернулась в воздушное судно, чтобы немного поспать.» Сказала Ле Пен. Кстати говоря, маленькая швабра выглядит более заслуживающей доверия, нежели Цзинь. Вероятно, потому что не так много болтает. «Как твоя дочь повредила горло?» Ле Пен на мгновение задумалась, а затем продолжила. «Здешнее медицинское оборудование не сравнится с тем, что на «Белом волке». Может, найдём время, чтобы отправить вас с дочерью на корабль и там попытаться вылечить её?» Цзинь не кивнул в знак согласия, но и не покачал головой в знак протеста, а произнёс: «Когда я её подобрал, она уже была такой. Стандартное лечебное оборудование не помогло, и я отвёз её на осмотр. У неё были тяжёлые ранения и внутренние повреждения, в том числе и повреждения головы, она практически ничего не помнит. Мне потребовалось много времени, чтобы она перестала меня бить и начала относиться как к отцу.» Ле Пен рассмеялась: «Она действительно не очень-то жалует других, но к командиру, кажется, прикипела.» «Она благосклонна к красивым и темпераментным мужчинам.» Обеспокоенно сказал Цзинь. Пока они говорили, крохотный силуэт неожиданно появился у задней стены форта Барни и без единого звука достиг воздушного судна. Ле Пен и Лю: «...» «Малышка, ты разве не должна была спать в каюте?» Повернув голову и оглядывая воздушное судно, спросила Ле Пен. Ведь перед этим Гай чётко и ясно сказал, что отправил её в каюту. Прежде чем они успели потерять дар речи от удивления, Гай, который немного отстал, тоже появился из-за угла и пробежал несколько шагов: «Я уж подумал, что ты заблудилась». Маленькая швабра не издала ни звука, лишь взглянула на него, встала на трап и стала смотреть на горизонт. На мгновение в её ясных и глубоких чёрных зрачках отразились звёзды. Ле Пен никогда не видела такого выражения на лице ребёнка, и это вызывало противоречивые чувства. Оставалось лишь гадать, вспомнила она что-то давно забытое или думала о ком-то, с кем её разделили стремительно несущееся вперёд время и бескрайнее море звёзд. В тот момент, когда все были сбиты с толку её действиями, небо, на которое она смотрела, внезапно слегка изменилось. Ле Пен посмотрела на темно-каштановые волосы малышки, и вдруг её осенило. Они действительно следили за каждым шагом каждого человека на форте Барни, поэтому было бы крайне сложно провернуть что-либо у них под носом. Они были очень бдительны ко всем... Кроме маленькой швабры.

Глава 88. Подготовка к бою

В центре управления устройство связи в руках Чу Сы внезапно завибрировало. Иногда, особенно в критические моменты, интуиция всегда становится аномально сильной и точной. И проявляется едва ли не в тот миг, когда что-то происходит. Возникает сильное предчувствие, которое невозможно игнорировать. Ещё до того, как прочитать сообщение, Чу Сы предугадал: завеса тайны над некоторыми событиями будет приподниматься по мере того, как они будут копать глубже. Сообщение Ле Пен было чрезвычайно осторожным, чувствовалось, что она по-прежнему строит предположения. Однако Чу Сы даже по ту сторону экрана смог ощутить её потрясение и трудности понимания происходящего. «Командир, мы забыли кое-кого. Хотя это может показаться странным, если я ошибаюсь, просто считай, что я брежу. Ты когда-нибудь подозревал дочь Цзиня? Меня тут вдруг осенило: мы даже не знаем её имени. Я только что увидела на её лице выражение, совершенно не соответствующее возрасту. И такое же чувство последние пару дней меня одолевает по отношению к Цзиню. Возможно ли... Я имею в виду, может ли быть, что они тоже как-то связаны с экспериментами со временем?» Некоторые вещи, кажущиеся полнейшим вздором, на самом же деле уже давно были ясны, и для полной разгадки этих тайн не хватало лишь более очевидного намёка. Сообщение Ле Пен и было этим «очевидным намёком». Пробежавшись взглядом по содержанию сообщения, в голове Чу Сы уже стали вырисовываться некоторые догадки. Несмотря на то, что по привычке он называл Цзиня и его дочь большой и маленькой швабрами, поскольку первое впечатление было слишком сильным, однако Цзинь сказал ему своё полное имя и фамилию. В ту ночь, когда «Око небес» выкинуло Саэ Яна из космической тюрьмы, он в первый раз сказал: «У меня есть имя — Цзинь Фергюс». Фергюс. Вот так всё естественным образом поднялось из глубин памяти. На выпускной фотографии господина Шао человек, упавший на землю из-за того, что его стул оттащил Цзян Ци, так и не показал своего лица. Старик описал его как «весьма честного, трусливого и шумного», а кроме того упомянул: «Фергюс — генеральный проектировщик Чёрного лебедя». Та же фамилия, тот же характер, те же отношения с воздушными судами, и каким-то необъяснимым образом этот человек появился рядом с Чу Сы. Только чёрт сможет поверить в такое совпадение. Если Цзинь — это тот же Фергюс, что перескочил вместе с Цзян Ци через класс, то нет ничего удивительного в том, что Чу Сы не смог установить эту связь. Цзинь изначально прекрасно притворялся и казался настоящим чужаком. Он выдал себя лишь одной фразой: «Я каждую зиму прихожу в поход в этот чёрный кедровый лес». Что же касается его дочери — маленькой швабры. Как и написала Ле Пен, они и имени-то её не знали. Едва успев открыть глаза, они постоянно сталкивались с проблемами, не имея возможности даже перевести дух. И совершенно не подумали задать больше вопросов о девочке, возможно, потому, что считали её всего лишь нуждающимся в защите ребёнком. Поэтому, когда Чу Сы стал выуживать из глубин памяти хоть какую-то информацию о малышке, то смог вспомнить лишь, что из-за травмы горла она не могла говорить, что её волосы были тёмно-каштановыми и что эти ясные глаза чётко отличали добро от зла. Первая, о ком он машинально подумал, была Элинея — барышня, которая тоже была на выпускной фотографии. Вероятно, это подсознательное стремление было связано с тем, что он чувствовал некую связь между Элинеей и Саэ Яном, к тому же ему хотелось, чтобы у Саэ Яна было как можно больше связей с этим миром. Однако в мгновение ока у него возникла ещё более невероятная догадка. Если предположение Ле Пен верно, и сообщения из форта Барни, источник которых невозможно отследить, отправлялись маленькой шваброй, то девчушка должна быть экспертом в этой области. Он не знал, была ли Элинея хороша в этом, но точно знал, что был некто невероятно хорош. Те же тёмно-каштановые волосы, те же ясные и яркие глаза, и даже травмированное горло, из-за которого не было возможности говорить – научно-исследовательский специалист Эстер Кабэйл, которая появилась на видео. Если хорошенько подумать, даже несмотря на то, что кожа и кости взрослого и ребёнка разительно отличались, приглядевшись, можно было увидеть некоторые сходства. Когда личности этих людей одна за другой стали всплывать в памяти, Чу Сы наконец понял слова господина Шао: «Обожди, вам, молодёжи, ещё рано вмешиваться». Если сравнивать с этими людьми, то Чу Сы с остальными действительно считались молодёжью. Вспомнив слова батюшки Шао, в его душе родилась смутная надежда, что эти люди, возможно, не были их противниками. А наоборот. Помогали молодому поколению решить некоторые трудности. И эти трудности, несомненно, были связаны с экспериментами со временем. И хотя это были всего лишь его чаяния, он по-прежнему надеялся улучить момент, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию с Саэ Яном. В конце концов, он в эту минуту преследует «Чёрных лебедей». «Саэ...» Едва Чу Сы успел открыть рот, как на экране появилась рябь и звук стал прерываться. Смутно послышался сигнал тревоги, раздавшийся в кабине управления: «Пространственно-временная зона... Препятствие... Предупреждение... Безопасность...» «Что происходит?» Циэрдэ Фэн и остальные, узрев такую ситуацию, тут же забеспокоились. Все события, связанные со временем и пространством, непредсказуемые и хлопотные. Чу Сы нахмурился и велел контрольной группе немедленно усилить сигнал связи, но ситуация с помехами не улучшилась. Они могли только видеть, как на лагающем мониторе Саэ Ян обернулся и сказал несколько слов: «Пространственно-временная зона неправильная... Я...» На другом экране, куда передавалась картинка с камеры, установленной на внешней обшивке воздушного судна Саэ Яна, также всё застыло, вот только ситуация была чуть более причудливой. Приближаясь к форту Барни, почти сотня «Чёрных лебедей» одновременно активировали какие-то щиты. Внезапно распространился светлый ореол, напоминающий рябь на воде, и в самом сердце этого ореола, среди бескрайнего моря звёзд, находилась эскадрилья «Чёрных лебедей».  Изображение фрагментов планеты из-за этой ряби было искажено и размыто, словно они были разделены слоем воздушных потоков или тепловых волн. Это длилось менее двух секунд, а затем картинка внезапно потемнела, изображения внутри кабины и снаружи одновременно исчезли. В тот миг весь центр управления, казалось, находился в замедленной съёмке. Члены контрольной группы послали срочный сигнал. Стратегическая звёздная карта на экране обновилась, а точки, обозначающие Саэ Яна и почти сотню «Чёрных лебедей», внезапно исчезли. В то же время на коммуникаторе Чу Сы появилось сообщение, помеченное как срочное, и его содержимое сразу же отразилось на экране: «Командир, только что Гай потерял из виду дочь Цзиня, а затем нам удалось отследить сообщение, отправленное военным, в нём говорилось: Готовься вставать, даю тебе полчаса, чтобы привести себя в порядок. А ещё, понятия не имею, что появилось на границе звёздного пространства перед фортом Барни, но фрагмент планеты сотрясает уже секунды 3». Готовься вставать... Такая манера речи соответствует Эстер Кабэйл, которая действительно бывает весьма оживлённа в своих сообщениях. Если бы несколько минут назад Чу Сы увидел содержание сообщения, возможно, был бы абсолютно сбит с толку. Но теперь, после того как он выяснил личности многих окружавших его людей, тут же, увидев содержание сообщения, угадал и личность получателя среди военных. В самом сердце военного космического корабля среднего размера находились аккуратно расставленные криокапсулы, внутри которых покоились генерал-майор и некоторые чиновники высшего звена, их тихая работа создавала ещё большее ощущение умиротворённости. Жжжжж... Внезапная вибрация устройства связи нарушила эту тишину, но поскольку оно было под защитным куполом, то и звук был приглушённым. Охрана, находившаяся снаружи за толстенной металлической дверью, не могла заметить этого движения.   Среди множества работающих криокапсул одна из них в какой-то момент незаметно сменила режим работы и перешла от заморозки при сверхнизких температурах к непрерывной подаче кислорода. Под стеклянным колпаком открыл глаза Миллард — один из трёх генерал-полковников. Он взял устройство связи, спокойно взглянул на экран, а затем так же незаметно отправил новое сообщение. Рядом с его криокапсулой находились точно такие же капсулы двух других генерал-полковников, Мортона и Сяо, которые уже были пусты. Полсекунды спустя, за столом переговоров на военном корабле «Белый орёл», экран коммуникатора Хэ Сювэня засветился. Воспользовавшись случаем, пока все остальные были сосредоточены на стратегической карте, он невозмутимо взглянул на экран и на отобразившуюся на нём новую информацию. Отличная работа. 30 минут на подготовку. Готовимся поймать преступников. Хэ Сювэнь легонько коснулся пальцем экрана, и он потемнел. Затем его взгляд снова упал на стратегическую карту. В это же время на «Белом волке» Чу Сы отдавал приказы. «Контрольная группа, продолжайте поиски сигнала господина Яна.» «Шао Хэн, пусть группа преследования немедленно окружит форт Барни.» «Фэн, вы свяжитесь с военным министерством и узнайте, не происходит ли у них ничего необычного. Не выдайте себя.» «Роджер, собери охрану в жилой зоне и активируй оповещение о начале военных действий.» «Тан, скажи Ле Пен и остальным, чтобы ограничили перемещения Цзиня и его дочери.» Нахмурившись, он уставился на 2 чёрных экрана, на которых до этого был Саэ Ян. И как только он собирался в срочном порядке повести оперативную группу в форт Барни, один из экранов неожиданно вспыхнул и снова засветился. Изображение качнулось, словно мини-камеру сняли с фиксированного положения и установили в другое место. «Саэ!» Чу Сы тут же включил двустороннюю связь. На трясущемся изображении появилось лицо Саэ Яна. Точнее... Лицо было в некоего рода защитной маске, но Чу Сы в миг узнал его глаза, даже несмотря на то, что они были скрыты под очками. Саэ Ян не ответил, а лишь прижал указательный палец к губам. Тссс... Как только он убрал руку, на экране появилось множество людей, одетых точно так же. Казалось, они куда-то направляются по металлическим рельсам. Чу Сы без всяких колебаний тут же отключил двустороннюю связь. Увидев, что Саэ Ян целый и невредимый снова появился перед камерой, к Чу Сы вернулось здравомыслие. Он изменил свой приказ и сказал Тану: «Пусть Ле Пен и ребята немедленно приведут сюда Цзиня и его дочь.»

Глава 89. Секретное хранилище

Угол наклона миниатюрной камеры, спрятанной на теле Саэ Яна, слегка изменился, он повернул её вперёд. Через объектив Чу Сы мог видеть десятки людей, идущих впереди. Они были целиком облачены в защитные костюмы, на лицах маски и защитные очки. Люди были плотно закутаны с головы до ног, можно было увидеть лишь их рост и общую форму тела, а по спинам довольно сложно различить, кто из них господин Шао, а кто Цзян Ци. Они были на рельсах, которые выглядели довольно старо и, должно быть, находились где-то под землёй. На каждом втором участке дороги в металлическую стену была встроена лампа. Саэ Ян, используя звук шагов в качестве прикрытия, постукивал пальцем по наушнику. Из-за того, что на нём была маска, звук получался очень тихим, но если сосредоточиться, всё равно можно было разобрать. В контрольно-наблюдательном пункте извлекли этот кусок записи, усилили звук, дважды обработали и получили шифр, похожий на азбуку Морзе. Чу Сы получил базовое военное образование и прошёл учебный лагерь, поэтому мог понять смысл предложения, не прибегая к помощи специалиста из центра управления. «В окрестностях форта Барни есть искусственно созданное искривление пространства-времени, и его конечная точка находится там, где и я сейчас. Подозреваю, что это место где-то под самим фортом». «Искусственно созданное искривление пространства-времени?» Услышав это, все потеряли дар речи. Тан удивлённо спросил: «Это искривление пространства-времени создано руками человека? Разве оно существует не только в теории?» Искусственное искривление пространства-времени было горячей темой около ста лет назад, но потом её очень быстро отложили. Исследования такого рода изначально были тесно связаны с разработками высокого уровня секретности. Людям очень хотелось спрятать некоторые особо конфиденциальные вещи прямо под поверхностью земли, дабы избежать их обнаружения посторонними лицами или межгалактическими шпионами. Не должно было быть ни прохода, ни привычных дверей, лишь невидимый вход, создающийся в определённой точке пространства-времени, открывающий доступ в секретное хранилище, которое невозможно было обнаружить. Процесс аналогичен с перемещением в космическом пространстве — мгновенное перемещение в другую точку времени и пространства. Этот метод находился под грифом высокой секретности, но в конечном счёте так и не смог из теории стать реальностью, ибо в технических характеристиках, требуемых для оборудования, прорыва так и не произошло. Рядовые воздушные суда или прыжковые капсулы просто не могли пройти через такую пространственно-временную деформацию. Недостаточная скорость, слишком огромное сопротивление, объём и масса, с трудом соответствующие стандартам. Слишком много проблем, а итог один — как только кто-то войдёт в пространственно-временную кривую, то его тут же разорвёт на куски. Не станет ни машины, ни человека. Шао Хэн неожиданно сказал: «В таком случае ничего удивительного... Теперь я понимаю, почему они выкопали списанного «Чёрного лебедя» и использовали его». Он посмотрел на экран, затем повернулся к Чу Сы и продолжил: «Помнишь? Изъян «Чёрного лебедя» в том, что его корпус слишком тонкий, в сравнении с другими воздушными судами, он похож на тончайший нож. Человеку некомфортно в нём находиться, но с другой стороны, сила сопротивления, действующая на него, крайне мала. Посмотри на скорость предыдущего скачка.» Действительно, с этой точки зрения «Чёрный лебедь» идеально подходил для пространственно-временного искривления. «Но коль уж он так идеально подходит, почему изначально его списали?» Циэрдэ Фэн и пара заместителей тщательно подбирали слова. «Даже если он не подходит для боя, то вполне мог использоваться в качестве воздушного судна специального назначения и предназначаться для исследования искривления пространства-времени. Таким образом, исследования, которые были популярны некоторое время назад, не были бы отложены в долгий ящик. Кроме того, я помню, что и во время производства были обнаружены некоторые проблемы». Со стороны виднее. Иногда сторонний наблюдатель может заметить то, что упустили непосредственные участники беседы. Чу Сы уловил несколько ключевых моментов, и его посетила ещё одна догадка. Скрестив руки на груди, он посмотрел на экран, на котором был Саэ Ян. «Поскольку все странности, обнаруженные нами до сих пор, связаны с экспериментами со временем, следовало бы связать с ними и «Чёрного лебедя». Возможно, изначально его и намеревались создать для экспериментов со временем, но когда он был готов, выяснилось, что в некоторых аспектах он не соответствует первоначальному замыслу, поэтому его сразу же списали в утиль». «Верны эти догадки или нет – не имеет значения.» Чу Сы напомнил: «Ле Пен уже спешит сюда. И если наши предположения верны, то главный проектировщик «Чёрного лебедя», Фергюс, находится в её летательном аппарате. Кто может знать всю подоплёку лучше, чем он?» В конференц-зале воцарилась гробовая тишина. Несмотря на то, что Чу Сы вкратце ввёл их в курс дела, они всё ещё не могли до конца всего этого осознать. Это не было чем-то рациональным, таков был их эмоциональный отклик. Вслед за этим Шао Хэн стал сокрушаться: «Какого хрена? Ага – мы связали проектировщика и притащили сюда!» Чу Сы поправил его: «Пригласили.» «О, попросили прийти.» Тан воспринимал ситуацию ещё более фантастической: «У меня всё ещё в голове не укладывается, что Цзинь и та маленькая девочка на самом деле...» Чу Сы проигнорировал их и, подгоняя Циэрдэ Фэна взглядом, попутно снова взглянул на Саэ Яна на экране. Если они, неожиданно исчезнув с карты, действительно переместились в пространственно-временное искривление, стало понятно, почему все поголовно были в защитной одежде. Пусть даже в сравнении с другими воздушными судами «Чёрный лебедь» обладал преимуществом и не разваливался на куски в пространственно-временном искривлении, но люди по-прежнему находились в зоне риска. Однако... Чу Сы нахмурился и снова включил двустороннюю связь. Понизив голос, он сказал Саэ Яну: «Разве ты не был на моём воздушном судне? Не ранен?» Когда Саэ Ян отправился в погоню за эскадрильей «Чёрных лебедей», он управлял воздушным судном, находящимся в собственности Чу Сы, а «Чёрного лебедя» притащил с собой в качестве прикрытия. Это эксклюзивное воздушное судно было первоклассным с точки зрения защиты и атаки, но у него не было преимуществ «Чёрного лебедя». Войдя в пространственно-временное искривление, оно определённо должно было сломаться. Так как же ему удалось в целости и сохранности благополучно достигнуть пункта назначения вместе с «Чёрными лебедями»? В конце концов, перемещение эскадрильи «Чёрных лебедей» в пространственно-временное искривление было крайне внезапным, никто этого не ожидал. Независимо от того, насколько силён был Саэ Ян, он не обладал способностью читать мысли и предсказывать будущее. И уж тем более невозможно, чтобы он случайно перешёл на «Чёрного лебедя» до перемещения. Возможно, в его невозмутимом голосе всё же послышался намёк на беспокойство. Саэ Ян легко рассмеялся под маской и снова постучал пальцами, чтобы ответить: «Расслабься. Уже забыл свойства готового продукта?» Свойства готового продукта... В черновике говорилось, что Саэ Ян, на то время единственный готовый продукт, мог растягивать и сжимать время. Чу Сы знал – изначальное намерение Саэ Яна заключалось в том, чтобы напомнить, что он не может умереть, но когда Чу Сы вспомнил содержание черновика исследования, его внимание сосредоточилось на другом моменте... Они ожидали, что в ходе этого эксперимента готовый продукт надлежащего качества будет обладать способностью растягивать и сжимать время в пассивном режиме. Вот только Саэ Ян превзошёл все их ожидания и мало того что развил в себе автономный режим, так ещё и проявил доселе невиданные способности к регенерации. Особой разницы между пассивным и автономным режимами не наблюдалось, но упоминалось, что способность запускается, когда организм находится в состоянии агонии. В то время Чу Сы не обдумывал связь между методом запуска и бессмертием, но сейчас на него снизошло озарение, и он наконец понял смысл слов «не мочь умереть», ибо как только наступает агония, происходит мгновенный откат к самой опасной точке выбора. Появляется возможность изменить свой выбор, чтобы избежать опасности, но если он откажется что-либо изменить, это будет равносильно тому, что оказаться в ловушке на волосок от смерти и стать вечным узником в клетке времени. Поэтому ему пришлось воспользоваться способностями, которые навязал ему эксперимент, даже если он сам того не хотел. Из небрежно брошенных Саэ Яном слов Чу Сы мог представить, что именно ему пришлось пережить в тот момент, когда экран погас. Попал в пространственно-временное искривление на самом базовом воздушном судне, и человека и машину буквально разрывало на части. В миг гибели время автоматически вернулось к моменту до входа в пространственно-временной разрыв, и всё началось заново. Вернувшись в исходную точку, мог ли он сразу понять, что следует сменить воздушное судно? Едва ли... Саэ Ян появился перед камерой, одетый как и все остальные находившиеся на «Чёрных лебедях». Это был результат, которого он добился после бесчисленного количества повторений. Чу Сы не осмеливался даже думать об этом. Даже если время можно было повернуть вспять, ему всё равно приходилось снова и снова испытывать муки смерти. И за несколько десятков прожитых лет таких случаев, вероятно, было немало... Чу Сы даже начал подозревать, что причина, по которой Саэ Ян смог так быстро отыскать военный госпиталь «Белый орёл» среди бесчисленного количества фрагментов планеты, когда его обратный отсчёт достиг нуля, заключалась именно в том, что он... Воспользовался этой способностью? Исключив ненужные фрагменты для перемещения, непрерывно возвращаясь к исходной точке, он, наконец, нашёл нужный. На первый взгляд показалось, что он сделал всего несколько прыжков, но в действительности же... Саэ Ян по ту сторону экрана, естественно, не знал, о чём думал Чу Сы в этот короткий миг. Он лишь на мгновение остановился, а затем продолжил выстукивать предложение: «Твоё воздушное судно осталось у входа в пространственно-временное искривление. Я включил стелс-режим. Если группа преследования достигнет той точки, пусть не рискуют и не пытаются войти сюда». Объективно, опираясь на особые функции Саэ Яна – он является единственным, кто способен вести преследование в таких условиях. Если бы воздушным судном управлял кто-то другой, то при входе в пространственно-временное искривление судно было бы разорвано на куски, а все находящиеся на борту погибли. Однако Чу Сы по-прежнему чувствовал сожаление. Немного поразмыслив, он в конце концов прошептал Саэ Яну: «Ты... Береги себя. Если ситуация примет дурной оборот, немедленно отступай». Сказав это, он снова отключил двустороннюю связь. Циэрдэ Фэн и остальные уже успели связаться с военным министерством и под предлогом перманентного мониторинга работы драконьей колонны и хода сбора фрагментов планеты, окольными путями пытались выяснить информацию о положении военных. Чу Сы, надев гарнитуру, одновременно следил за передвижением военных и за тем, что творилось под землёй. Саэ Ян был очень высоким, поэтому угол обзора также был весьма большим. Он мог видеть конец рельсовой колеи, даже при том, что перед ним было большое количество людей. Повернув там налево, они должны были попасть в нужное место. С такого расстояния и под таким углом можно было рассмотреть некоторые огромные металлические измерительные приборы. Когда мимо Саэ Яна прошёл человек среднего роста, он, казалось, что-то вспомнив, повернул голову и спросил кого-то шедшего позади: «Предупреждение отправили?» Некто ответил: «Отправили. Это слишком важно, чтобы мы могли забыть». Предупреждение? Что за предупреждение? Пока Чу Сы и остальные недоумевали, с монитора, относящегося к группе преследования, донёсся голос капитана и появилось обновлённое изображение того, что происходило за бортом. «Докладываю. Вся команда достигла места назначения. Область х-112 в окрестностях форта Барни». Командир группы преследования сделал паузу, наклонился и поколебавшись произнёс: «Командир, капитан Шао, мы получили предупреждение, напоминающее, что впереди пространственно-временное искривление пятого уровня опасности. Двигаться вперёд весьма опрометчиво». В этот момент все в центре управления пребывали в состоянии шока. Неужели в наши дни ещё остались такие доброжелательные противники, предупреждающие об опасности? Все переглянулись. Шао Хэн заговорил первым. Будучи человеком, посвятившим всего себя служению в силах безопасности, он, естественно, мог понять шифр, услышанный от Саэ Яна, поэтому отдал приказ командиру отряда преследования: «Окружите вход во временное искривление, не действуйте опрометчиво. Кроме того, там поблизости находится частное воздушное судно командира, оно временно в стелс-режиме, поэтому на карте не отображается. Подождите, когда оно выйдет из стелс-режима и отбуксируйте». «Принято!» Даже если командир отряда преследования чувствовал, что противник немного странный, всё равно не задавал никаких вопросов, а продолжал следовать приказам. Но Шао Хэн и все находящиеся в пункте управления были другими. «Командир, я не предвзят по отношению к своему старику, но искренне считаю, что ни один по-настоящему враждебно настроенный противник не станет предупреждать преследователей о том, что впереди ждёт опасность и что следует быть осторожнее. Это определённо не то, что будут делать враги». На самом деле, такая идея посетила не только его, но и всех остальных. И Чу Сы не был исключением. Но, увидев малейшее проявление доброты, немедля ослабить бдительность и принимать и принимать противников за своих – это определённо не то, чем должен заниматься человек, принимающий серьёзные решения. Даже если склонен доверять противнику с личной точки зрения, в служебных делах по-прежнему нельзя действовать очертя голову. Пока они разговаривали, группа людей, в которой находился Саэ Ян, уже достигла конца рельсовой колеи и остановилась в пространстве, освещённом холодным белым светом. Камера предусмотрительно была настроена так, чтобы Чу Сы с остальными могли рассмотреть пространство с разных углов. Место было размером с футбольное поле, везде стояла разного рода высокоточная измерительная аппаратура в металлическом корпусе серебристого цвета. На стенах, полу и даже под потолком можно было увидеть экраны, на которых отображались цифровые данные, а также разного рода ручные переключатели. Прямо по середине этого пространства находился подсоединённый к верху и к низу громадный металлический цилиндр. От его нижней части отходили многочисленные порты, соединяющиеся с одноместными кабинами, стоящими вокруг цилиндра. По приблизительным подсчётам Чу Сы, таких кабин было около сотни. Толпа остановилась на открытом пространстве недалеко от цилиндра, и по всему пространству послышался бубнёж. Многие стали озираться вокруг, будто впервые всё это видят. То ли это была интуиция, то ли нечто иное, но когда взгляд Чу Сы скользнул по людям, находящимся в середине, один из них поднял руку и снял маску. Открывшееся лицо выглядело утончённым, однако в уголках его рта был намёк на некую естественную игривость.  Эта зрелость, смешанная с теплотой и мягкостью, но в то же время с некоторой непокорностью, была прекрасно знакома Чу Сы. Его догадка оказалась верна... Это действительно Цзян Ци.

Глава 90. Разъяснение

Он не сильно изменился со времени их последней встречи. Просто вне дома его характер всегда проявлялся чуть строже. «Ты и не мечтал снова оказаться здесь, да?» Сняв маску, Цзян Ци спросил мужчину, стоящего неподалёку. Мужчина тоже снял маску, поправил волосы и, тяжело вздохнув, произнёс: «Можно и так сказать. Когда мы втихомолку создали это место, всё же полагали, что здесь всё и закончится. Но кто ж знал, что нам так не повезёт, и нас убьёт взрывом! Оставалось лишь надеяться, что потомки выполнят завет покойного, но, вопреки ожиданиям, настал день, когда я снова оказался здесь». Это был невысокий рыжеволосый мужчина с проницательным взглядом и веснушчатым носом. Он приподнял уголок рта и самоуничижительно улыбнулся. «Что за ерунда?» Тан прочистил уши, ему показалось, что у него слуховые галлюцинации. «Убиты чем? Взрывом?» Чу Сы, тем не менее, не выказал удивления, но нахмурился и перевёл взгляд с Цзян Ци на лицо веснушчатого мужчины. Будучи человеком, прошедшим специальную подготовку, Чу Сы обладал прекрасной памятью на лица. Веснушчатое лицо показалось очень знакомым. Ему потребовалось меньше секунды, чтобы вспомнить, где он уже успел его увидеть... «Инцидент в форте Барни...» Ответил Чу Сы. Тан был намного моложе его, и когда произошёл инцидент, вероятно, только родился. Шао Хэн, впрочем, был ровесником Чу Сы, и, услышав эти слова, тоже нахмурился. «Он и есть тот человек, который был замешан в инциденте в форте Барни?» Инцидент, произошедший в форте Барни в 5667 году, выявил, что огромное количество людей из военного министерства и правительства вступили в сговор с мятежниками с других планет. В ходе процесса большой чистки количество погибших достигло 400 человек, включая мятежников, войска подавления, невинных людей, которые волей случая были втянуты в это, и так далее... Это был самый крупный инцидент с таким огромным количеством смертей на планете за последние 35 лет. Поскольку в то же время погиб и Цзян Ци, Чу Сы долгое время уделял особое внимание информации, связанной с инцидентом в форте Барни. Некоторые файлы были прочитаны бесчисленное количество раз. Так что он определённо не смог бы ошибиться. Этот человек был в списке погибших в результате инцидента в форте Барни. «Ничего не попишешь. Противник слишком наблюдательный, вот и приходится притворяться, что мы не знакомы». Сказала высокая светловолосая дама, находившаяся неподалёку. Чу Сы вспомнил родинку в уголке глаза — она также была в списке погибших в инциденте в форте Барни. У него вдруг возникло некое предчувствие... Большинство людей сняли маски. Чу Сы по очереди смотрел на них... Шао Хэн взглянул на выражение его лица и тоже что-то понял, поэтому спросил: «Возможно ли... Что в инциденте в форте Барни замешаны так много людей?» Чу Сы кивнул. «По самым скромным подсчётам, число погибших превысило 50 человек, и все они погибли в том инциденте». Среди них были люди из военного министерства, правительства, здания службы безопасности, несколько седовласых человек в преклонном возрасте и несколько молодых, которые на первый взгляд были похожи на Чу Сы и Шао Хэна, но в действительности же все они застыли в том возрасте, в котором были 50 лет назад. «Я заметил старика!» Шао Хэн указал на другой угол экрана. Старик Шао пальцами расчёсывал волосы, спутавшиеся из-за защитной маски. Среди этих людей он казался более расслабленным и менее серьёзным, чем обычно. Когда их с Цзян Ци взгляды встретились, выражения их лиц вмиг стали сложными, казалось, они слишком тяжело всё это переживали. В последний раз, когда они виделись, Цзян Ци был ещё в расцвете сил, а господин Шао только-только вступил в средний возраст. Когда они встретились вновь, Цзян Ци по-прежнему был в расцвете сил, а волосы господина Шао уже поседели. Среди этой толпы находились люди, смутно похожие на тех, что были на фотографии господина Шао, вот только их характеры очень сильно изменились. Они стали более зрелыми и спокойными, и больше не дурачились, как на том снимке. Из нескольких сказанных фраз можно было понять, что в тот период они не испытывали особого энтузиазма в отношении общения друг с другом. Из-за множества сомнений и будучи под маскировкой, они походили скорее на незнакомцев. Однако, стоя в этом тайном подземном убежище, они все были друзьями. «Если...» Заговорил Шао Хэн. «Если эти люди с нами за одно, у меня есть воистину ужасное предположение.» Даже если бы он ничего не сказал, Чу Сы понимал, в чём заключалось это предположение, потому что тоже размышлял об этом... Может ли быть, что так называемый инцидент в форте Барни всего лишь прикрытие? А вот истинной целью является попытка поймать эту группу людей одним махом. Так называемый «ущерб» может оказаться вовсе не случайностью, а точным ударом. Если это правда, то ситуация может быть ещё хуже, чем они представляли. Ибо в прошлом, во время инцидента в форте Барни погиб генерал-полковник. После гибели генерал-полковника, Мо Дунь, который изначально был генерал-лейтенантом, был повышен до генерал-полковника за вклад в подавление восстания, и стал одним из трёх главнокомандующих армией. В то время, на фотографии, Миллард и Цзян Ци имели одинаковое положение, оба были генерал-лейтенантами. Лишь в 5707 году Миллард получил звание генерал-полковника, поскольку предыдущий ушёл в отставку по возрасту. На второй год после этого, Чу Сы был повышен, и стал самым молодым исполнительным директором здания безопасности. А это значит, что фундамент, на который опирается генерал-полковник Миллард, так же крепок, как и у Чу Сы. «Давайте не будем попусту тратить время и займёмся настройкой оборудования.» Цзян Ци поднял палец, жестом призывая всех внимательно слушать. «Прежде всего, на некоторое время нужно отключить всё коммуникационное оборудование. Мы с большим трудом дошли до этого момента, малейший промах и это место взорвётся. К таком случае нам останется лишь вернуться в свои гробы и горько рыдать.» Закончив говорить, он похлопал господина Шао по плечу, и вместе с ним пошёл дальше. Все действительно достали различные устройства связи и с серьёзными лицами выключили их. Саэ Ян постучал по гарнитуре: «Подожди секунду.» Затем картинка и связь одновременно исчезли. И весьма кстати. Как только связь прервалась, Ле Пен отправила сообщение, что они готовятся к пристыковке. Чу Сы велел Роджеру открыть заранее подготовленный шлюз. Они все вместе отправились по самому быстрому пути, и уже через пару-тройку минут небольшой отряд тренировочного лагеря вместе с привезёнными людьми вошёл в пункт управления. Ни у Цзиня, ни у маленькой швабры не было паники или замешательства на лицах, они, казалось, прекрасно понимали, о чём с ними хотят поговорить. «Раз уж все в сборе, полагаю, можно опустить предисловие». Чу Сы жестом пригласил их сесть, а сам прислонился к панели управления и, скрестив руки на груди, спокойно сказал: «Не знаю, упомянула ли барышня Ле Пен о моём предположении, но если нет, то повторю...» Его взгляд опустился на Цзиня: «Господин Фергюс, ты ведь знаком с моим приёмным отцом Цзян Ци?» Цзинь опустился на стул и, беспомощно посмотрев на Чу Сы, сухо рассмеялся: «Я понимал, что рано или поздно всё вскроется...» Чу Сы перевёл взгляд на маленькую швабру: «А Вас мне следует называть мисс Кабэйл?» Эстер Кабэйл долго смотрела на Чу Сы своими большими чёрными глазами, а затем одарила его своей редкой тёплой улыбкой. Проворно постучав пальцами по подлокотнику сидения, она ответила: «Конечно, можешь и так, если мой нынешний облик не ставит тебя в неловкое положение». Шао Хэн, стоявший рядом с ним, весьма честно ответил: «Если честно, это очень неловко». Кабэйл молча повернула голову и посмотрела на него. Шао Хэн поднял руки: «Ладно, не неловко, пожалуйста, продолжайте. Я лишь хотел сказать, что с самого детства восхищаюсь Вами». Кабэйл снова постучала по подлокотнику: «Благодарю». Эта сцена была воистину странной, весь отряд тренировочного лагеря пребывал в шоке. Ведь пока Эстер Кабэйл была маленькой шваброй, потерявшей память, она игнорировала людей и чрезвычайно редко улыбалась. И вот внезапно она стала такой оживлённой. Всем было немного сложно адаптироваться к этим переменам. Даже Цзинь с трудом мог связать пару слов: «Когда узнал, что ты Кабэйл, я был до смерти напуган». Кабэйл с отсутствующим выражением лица посмотрела на него. Цзинь махнул рукой: «Считай, что я ничего не говорил». Чу Сы некоторое время смотрел на них и наконец открыл рот: «Хорошо, раз уж моё предположение оказалось верным, можете рассказать, что тут в конце концов происходит? Даже если есть личные связи, я всё равно должен определить вашу позицию и характер угрозы. Всё-таки я несу за это ответственность». Цзинь мгновение колебался, Чу Сы, заметив его взгляд, добавил: «Наша группа преследования заблокирована за пределами пространственно-временного искажения. На самом деле, что бы вы мне сейчас ни сказали, это никак не повлияет на тех, кто находится по ту сторону этого искажения. Они продолжают делать то, что делали, и я никак не могу их остановить. Но если мы на одной стороне, я уверен, что могу что-то сделать... Надеюсь, что мы на одной стороне». Не известно, что именно зацепило Цзиня, но он стал слегка рассеянным, словно что-то вспоминал. Минуту помолчав, он снова посмотрел на Кабэйл и глубоко вздохнул: «Хорошо, хорошо... Хоть ты и не биологический сын Цзян Ци, твоя манера речи и выражение лица порой действительно напоминают его». «Полагаю, тебе следует узнать некоторую информацию касательно экспериментов со временем. Мне нужно подумать, как бы всё это сказать... Мы с твоим отцом впервые столкнулись с экспериментами со временем, когда ещё учились в школе. О, то была опытно-конструкторская разработка «Чёрного лебедя». Конечно, в то время мы и знать не знали о существовании экспериментов со временем, и лишь в процессе проектирования наткнулись на некоторые подсказки. Например, в проектных требованиях особо подчёркивалось, что нужно снизить помехи для потока времени и тому подобное. Но этот проект возглавляло военное министерство, поэтому на первых порах у нас не возникало вопросов. Однако, копнув глубже, мы увидели идеи, с которыми не смогли смириться...» «Например?» Спросил Чу Сы. «Когда первая партия заготовок «Чёрных лебедей» проходила испытания, подопытными были дети в возрасте 2-4 лет. Я был непреклонен в своих убеждениях. Излагать всё в общих чертах и обманом заставлять малышей становиться подопытными – нехорошо. Когда мы изначально обсуждали высоту «Чёрного лебедя», я сказал, что она не соответствует требованиям для реального боя, имеет слишком много недостатков и нуждается в пересмотре, однако руководитель проекта оставил этот пункт без рассмотрения, сказав, что это не такая уж большая проблема. Я не мог понять этого до тех пор, пока не увидел группу детей. У меня возникла не самая приятная догадка, я стал подозревать, что внутри этих аппаратов будут находиться дети». «Тогда моя интуиция была достаточно сильной. Я и Цзян стали тайком проводить исследование, предчувствуя, что если проект завершится успехом, то всё это может выйти из-под контроля. Поэтому, когда мы делали финальные штрихи, то внесли некоторые ничтожные изменения... Вы должны быть в курсе». В результате «Чёрный лебедь» сразу же был списан. «Это дело можно считать отправной точкой. В последствии, несколько лет до окончания учёбы, мы не касались данной темы. Я остался в военной академии «Белый орёл» и возглавил исследовательскую программу, Цзян отправился в оперативный отдел военного министерства, где познакомился с двумя девушками, с которыми у него сложились весьма хорошие отношения. Одна из них прямо перед тобой – это Кабэйл, другая же – Элинея. В последствии военным пришлось создать специальное учреждение, где воспитывались исключительно талантливые люди. Элинея тут же была переведена туда, таким образом появился специальный тренировочный лагерь. А Кабэйл была переведена в военный научно-исследовательский институт...» Эти девушки, которые были друг другу словно сёстры, обе имели отношение к началу всего происходящего. Сначала Эстер Кабэйл начала терять связь с близкими друзьями, потому что ей нужно было принимать участие в каком-то секретном исследовании. А затем стала пропадать и Элинея, поскольку участвовала в каких-то секретных миссиях. Позднее, во время случайной непринуждённой беседы, затронув какую-то не относящуюся к делу информацию, они стали смутно осознавать, что некоторые их дела, казалось, преследовали разные цели. И исследования Кабэйл, и миссии Элинеи шли от военного министерства, тем не менее, имелись некоторые противоречия, которые невозможно было игнорировать. Затем, после намёка Кабэйл, Цзян Ци тоже перешёл в исследовательский институт. Изначально планировалось проконсультироваться ещё с одним человеком. Кто ж знал, что между проектами, в которых участвовали эти двое, будет разница в 108 тысяч ли. п/п: 十万八千里 shíwàn bāqiānlǐ108 тысяч ли — образн. в знач.: очень далеко, напр., от истины. «Хорошо ещё, что все мы достаточно прозорливы. Если бы Фергюс находился тогда в научно-исследовательском институте военного министерства, боюсь, он прожил бы от силы пару лет». Юная Кабэйл постучала по подлокотнику. Цзинь добродушно кивнул: «Именно эта прозорливая барышня, Кабэйл, недвусмысленно намекнула нам об экспериментах со временем, ведь это был её исследовательский проект. Впоследствии, когда ей удалось поглубже проникнуть в его суть, она поняла, что направление и развитие этого проекта просто ужасающие.» «А Элинея заставила нас осознать, что это не обычное исследование, и всё это невозможно просто так остановить. Во время секретной миссии она обнаружила, что всё гораздо сложнее, чем мы могли себе представить. Серебряный город являлся крупнейшим поставщиком оборудования и финансовой поддержки. К тому же в этом деле было замешано больше половины высокопоставленных военных чиновников, а также часть правительства и здания безопасности.» «Мы связались друг с другом и смогли сколотить более или менее сносную команду. Сначала мы тоже думали нанести прямой удар, однако Элинея пропала, отправившись на миссию от Серебряного города, и лишь год спустя мы окончательно в этом убедились... Вскоре её начальник в Серебряном городе тоже погиб, затем её непосредственного руководителя в тренировочном лагере перевели на другую должность, и несколько месяцев спустя он скоропостижно скончался в своём кабинете. Из-за этих событий мы были вынуждены искать более надёжные обходные пути...» Эстер Кабэйл выдвинула рискованную идею. Поскольку саботировать эксперименты со временем, находясь по другую сторону, было невозможно, нужно пробить себе дорогу обратно внутрь. Итог этого был продемонстрирован на видео. Сначала все подумали, что Кабэйл не успела ничего сделать. Но однажды Цзян Ци, пустив в ход все доступные методы, удалось тайно связаться с одним из её учеников и получить черновик исследования. Из зашифрованной в нём информации он узнал, что ей действительно удалось добиться результатов. Она разработала «ячеистый диск», благодаря которому можно было удалённо подключиться к экспериментам со временем. Таким образом Цзян Ци удалось поддерживать связь с экспериментом, при этом не внедряясь глубоко, этого было достаточно, чтобы понимать последние достижения и новости. В то же время он взял на себя реализацию плана, разработанного Эстер Кабэйл, и тихонько построил секретную лабораторию под фортом Барни. Когда было закончено около 80% работ, произошёл инцидент в форте Барни. «И в тот же период времени мы обнаружили, что у экспериментов со временем была более глубокая цель.»

Глава 91. Драконья колонна

«Какая цель? Как вам удалось выяснить?» Спросил Чу Сы. «В основном благодаря этой героине». Цзинь похлопал девочку по плечу. С тех пор как он узнал, что это Эстер Кабэйл, его слова и действия стали более сдержанными. Он больше не гладил её по голове, не дразнил, как настоящего ребёнка, и не называл маленькой принцессой. Лишь изредка пользовался разницей поколений, когда Кабэйл не могла этого видеть. Он сказал: «В действительности же Кабэйл сделала гораздо больше, чем мы могли представить. Она экспортировала проект интеллектуально-технической системы и внедрила её в такие ключевые места, как: тюрьма, больница, военное министерство, правительство, здание безопасности. Фрагменты этих разработок были сокрыты внутри систем. При соприкосновении с какой-то ключевой информацией, автоматически происходит копирование данных. Даже после модернизации мы долгий период времени могли получать большое количество информации.» «Именно таким способом, собирая информацию, удалось разоблачить истинную цель экспериментов со временем...» Ещё в начале летоисчисления по новому стилю, с открытием более десятка пригодных для жизни планет и непрерывным развитием технологий межзвёздной иммиграции, изначально находившаяся в созвездии Орла группа капиталистических объединений начала менять свой курс в сторону других планет. За многие тысячелетия непрерывных конфликтов, в ходе компромиссов и всевозможных междоусобиц, Серебряный город постепенно опередил в развитии свою праматерь — планету Гамма в созвездии Орла, и стал лидером, с технологическим уровнем, намного превосходящим уровень любой другой планеты. Среди просторов бескрайнего космоса большая часть планеты излучала серебристое сияние, характерное высокотехнологичным сплавам, оно было настолько ослепительно белым, что это место прозвали «Серебряным городом». Однако слишком роскошная обстановка и слишком гладкий путь могут породить в людях обманчивое ощущение всемогущества. Таким образом, в Серебряном городе непрерывно появлялись уму непостижимые разработки. Само по себе это не плохо, да и происходило так много раз, что население других планет уже перестало чему-либо удивляться. Но на начальных этапах осуществления некоторых исследований полностью игнорировались все возможные последствия, процесс был безумным и внушающим страх, а индекс воздействия рос в геометрической прогрессии. К тому времени, как верхушка отреагировала и потребовала срочного прекращения, останавливать машину было уже поздно, разрушительные последствия оказались необратимыми. После нескольких таких исследований некогда яркая оболочка Серебряного города покрылась множеством ран. Планета стремительно приходила в упадок. Внешний вид был прежним, но внутри уже всё летело ко всем чертям. Таким образом... Назрела идея экспериментов со временем. Они хотели создать лекарство от раскаяния, желали получить бесчисленное количество возможностей начать всё сначала, стремились ликвидировать ограничения последствий, что позволило бы им без опаски пробовать снова и снова. Они желали отвергнуть значение времени и освободиться от его оков. Однако в то время ситуация в Серебряном городе была не настолько плачевной, чтобы они могли открыто лелеять своё сумасшествие. Результатом постоянных противоречий стало то, что Серебряный город стал основоположником векового межзвёздного хаоса. Используя межпланетные войны, чтобы сместить фокус противоречий и истощить производственные мощности своих противников, правительство Серебряного города в это же время, воспользовавшись хаосом, тихонько внедрило эксперимент со временем на другие планеты и поместило туда своих доверенных людей. «Знаешь, похоже, это и есть первопричина, по которой Серебряный город рыл притоки на других, пригодных для жизни, планетах». Пока Цзинь говорил, то продолжал жестикулировать руками, а когда дошёл до этого места, его бледное лицо слегка покраснело, и он неосознанно повысил тон голоса. «Наши планеты использовались как чашки Петри, находясь в различных условиях, ожидая накала эксперимента со временем. К тому же, у нашей планеты весьма крепкий фундамент, а поскольку ранее она являлась матерью Серебряного города, то имела тесные связи с политическими и капиталистическими группами. Благодаря чему для них это идеальный реакционный сосуд». «Эти полигоны были тесно связывались с огромной зоной для проведения экспериментов со временем в Серебряном городе. Все энергетические колебания и хаос, вызванные проведением экспериментов в Серебряном городе, передавались на другие планеты, в особенности на нашу. Не знаю, припоминаешь ли ты, что уже несколько лет поступали сообщения о том, что тенденция истощения Серебряного города постоянно обращается вспять. Вслед за этим говорится куча бесполезных данных о серьёзных экспериментах, которые в действительности же являются результатами нескольких попыток экспериментов со временем! Вдобавок, так называемый поворот вспять – лишь вершина айсберга. Энергетический хаос и вызванные им последствия настолько велики, что их невозможно устранить!» Это равносильно тому, что нести за пазухой бомбу несравненной взрывной силы и всеми правдами и неправдами пытаться найти дурачка, чтобы сплавить её ему. «В то время подавляющее большинство из нас скончались. С некоторыми под шумок расправились, как с Кабэйл и Элинеей, кто-то, как и твой отец, погиб в инциденте в форте Барни. Тот удар был воистину сокрушительным, и это тёмное время длилось несколько десятков лет. Нам с Миллардом только и оставалось, что сидеть тише воды, ниже травы. Если бы мы рискнули поступить опрометчиво, то, вероятно, потерпели бы поражение и тоже погибли. Такое гнетущее существование продолжалось вплоть до разрушения базы «Красный клён» в 5685 году. Это было поистине...» Цзинь пытался подобрать слово. «Вдохновляюще.» Шао Хэн, Роджер и остальные: «...» Даже Чу Сы некоторое время не мог понять, какое выражение лица следует использовать. Он поразмыслил и впервые за это время решил что-то сказать: «Если бы Саэ Ян это услышал, то был бы в шоке.» Эстер Кабэйл подняла руки и дважды хлопнула в знак поддержки, а также выразила своё согласие с выбранным Цзинем словом. Все: «...» Цзинь, рассмеявшись, произнёс: «Даже Миллард одобрил бы это слово.» Чу Сы молча вспоминал по обыкновению серьёзное лицо генерал-полковника Милларда, и даже представить себе не мог, как бы выглядела его реакция «одобрения». «В то время за каждым из нас наблюдало несметное количество глаз, мы не могли поступать слишком очевидно. Однако хочу заметить, что причина, по которой господин Саэ Ян блаженствовал в течение 17 лет, с одной стороны заключается в том, что он реально крут, а с другой во всём этом имеется заслуга Милларда и остальных.» Уничтожение базы «Красный клён», как и говорил Саэ Ян, разрушило всё оборудование и устройства, связанные с экспериментами со временем, включая энергетический бассейн. И действительно не унесло никаких жизней. Последовавший за тем взрыв на самом деле был делом рук военных, отчасти для того, чтобы отягчить действия Саэ Яна, и в то же время обеспечить себе прикрытие. В так называемом списке пропавших без вести на самом деле числились участники эксперимента со временем. Военные, часть правительства и здания безопасности, относящиеся к одной фракции, впоследствии под предлогом «потери связи» переместили всех этих людей. К сожалению, несмотря на то, что Саэ Ян уничтожил крупнейшее гнездо «экспериментов со временем», находящееся на планете Гамма созвездия Орла, пока подлинный базис этих экспериментов, Серебряный город, остаётся в живых, то восстановление данных и экспериментального оборудования лишь вопрос времени. «В то время я проявил легкомыслие, и это сказалось на моём мозге. Редкостный идиот». Раздосадовано сказал Цзинь. «Позже, прикрываясь исследовательской программой, я пытался разведать их новое логово, а в результате серьёзно пострадал из-за неисправной экспериментальной кабины». «...» Все уставились на юное лицо, больше всего опасаясь, что сейчас он произнесёт: «И вот я тоже умер». «Не смотрите на меня так, словно пришли на кладбище». Отмахнулся Цзинь. «Я не умер, однако временной хаос привёл к тому, что внешне я помолодел». «А что насчёт физических способностей?» «Тоже вернулись вместе с юным обликом». «Это лучше, чем умереть». Сказал Шао Хэн. Кабэйл снова выбила пальцами по подлокотнику ритм, чем-то напоминающий азбуку Морзе. «Но его биологическая продолжительность жизни значительно сократилась». Чу Сы нахмурился: «Возможно ли восстановиться?» Цзинь, не придавая этому большого значения, покачал головой: «Я – всего лишь непредвиденное обстоятельство. О каком свободном выборе может идти речь? Выжил и уже хорошо». Его внезапно осенило, и он добавил: «Среди своих старых друзей я... Самый везучий». «Возможно, чтобы компенсировать свою укороченную жизнь, зимой следующего года я нашёл в больнице Кабэйл». Цзинь на мгновение замолчал, затем снова продолжил: «Тогда же я увидел и тебя, которому Шао Дунь велел не выписываться из больницы раньше времени». «Больница?» Чу Сы был ошеломлён. Он был в больнице, и господин Шао велел ему её не покидать... За всё время был лишь один случай, тогда половина его тела была разрушена. Тогда Эстер Кабэйл тоже была в больнице? «Значит ты...» Чу Сы посмотрел на Кабэйл. Собеседница, прищурившись, взглянула на него и улыбнулась. Выстукивая ритм, она ответила: «Спасибо, что поймал меня». Чу Сы слегка оторопел: «Ты и есть то дитя?» Постукивая по подлокотнику, она стала объяснять: «Тогда, будучи запертой в экспериментальной кабине, я должна была умереть, поскольку в ходе экспериментов не удавалось создать даже полуфабрикат. Но фактически, когда я пришла в себя и открыла глаза, то уже находилась в той экспериментальной команде, которую ты сопровождал». Цзинь сменил её: «Мы предполагаем, должно быть, из-за чрезвычайно низкого процента успешных запусков экспериментальной кабины, это оставило свой след на теле Кабэйл и вызвало хаос в пространстве-времени. Таким образом её переместило в будущее, а вот физическое тело вернулось в прошлое, когда ей было около 2-3 лет. У неё не было воспоминаний ребёнка, пережившего тяжёлую травму. Возможно, таким образом был создан труднопостижимый хрупкий баланс, и именно поэтому она осталась жива». Кабэйл снова постучала по подлокотнику и добавила: «Естественно, это как-никак случайность, сложно сказать, смогу ли я продолжать жить». Все: «...» Цзинь призадумался и снова обратился к Чу Сы: «Ай-яй... Я был заперт в экспериментальной кабине и больше полугода не мог оттуда выбраться, а ты и глазом моргнуть не успев оказался в больнице, истекая кровью. Если бы твой отец узнал об этом, нашей дружбе, вероятно, пришёл бы конец. Тогда мне пришлось притвориться, что я не знаком с Шао Дунем, и у меня не было возможности связаться с ним напрямую, поэтому пришлось установить связь с Миллардом. Он принял кое-какие меры, и ему удалось перевести тебя в относительно спокойное здание безопасности. Мы не очень-то хотели впутывать в эти трудности ваше поколение, но всё равно пришлось строить планы на случай нашей гибели. По крайней мере вы смогли бы продержаться. Достаточно было выжить». Услышав эти слова, Чу Сы испытал смешанные чувства... Люди, которых он изначально считал посторонними и не имеющими к нему никакого отношения, выражали свою заботу и поддержку, а погибшие и живые друзья отца безмолвно присматривали за ним оттуда, откуда он не мог их видеть... Цзинь не заметил перемены в его взгляде и продолжил говорить. «В общем, эти годы, вероятно, были не так уж плохи. В последствии Миллард стал генерал-полковником и взрастил несколько тайных агентов, которые, казалось, были на стороне противника. Хотя мы по-прежнему уступали в численности, но наконец-то добились хорошего прогресса. Если наше предположение окажется верным и Серебряный город продолжит сходить с ума, то вызванный ими энергетический и пространственно-временной хаос будут становиться всё более неконтролируемыми. Им придётся искать способ решения сложившейся ситуации. Наиболее вероятным местом для того, чтобы скинуть проблему, является наша планета. Но за всё время мы так и не смогли найти признаков того, что масштабы эксперимента увеличиваются, а одной небольшой базы недостаточно, чтобы решить такую проблему». «В этом отношении мы по-прежнему были на шаг позади. К тому времени, как к нам пришло смутное осознание происходящего, у Серебряного города возникла небывалая в своей разрушительности ошибка в эксперименте». Цзинь взъерошил волосы. «Я получил эту новость 27 декабря 5713 года, во второй половине дня. Мы с Кабэйл как раз находились в чёрном кедровом лесу, пришли, чтобы присматривать за тобой, пока ты восстанавливаешься. Новость пришла от Милларда, получившего её в полдень того же дня. Что произошло потом – ты и так прекрасно знаешь. У нас не было времени среагировать, и вся планета оказалась втянута в этот кошмар». Вечером 27 декабря 5713 года повсеместно прозвучал сигнал тревоги. Все в панике в течение трёх минут искали ближайшие криокапсулы. Затем наступила долгая, едва ли не бесконечная ночь. «Таким образом, Серебряный город в конце концов нашёл способ переместить последствия...» Сказал Чу Сы. «Да». Кивнул Цзинь. «Проснувшись, мы с Кабэйл обнаружили, что кто-то внёс изменения в настройки криокапсул, находящихся в чёрном кедровом лесу, и люди, находившиеся внутри, должны были проснуться гораздо позже остальных. Полагаю, что сами не поняв как, мы с Кабэйл были раскрыты. Противник прощупал закономерность нашего прибытия в чёрный кедровый лес и провернул хитроумный план. Но весьма кстати, временные потоки в наших клетках уже находились в беспорядке, глобальный энергетический хаос и столкновение, вызванные экспериментом над пространством и временем, привели к распаду планеты. В ходе этого процесса мы также оказали влияние на течение времени на том фрагменте на котором находились. Таким образом... Получилась такая путаница со временем». Цзинь пожал плечами. «Мы предполагаем, что именно этот небывалых масштабов хаос и коллапс повлияли на людей, связанных с инцидентом в форте Барни. В начале эти сумасшедшие команды, проводившие эксперименты, основывались на принципе «не тратить зря ресурсы», запихнули всех этих людей в экспериментальную кабину, вероятно, чтобы повысить тот ничтожно малый процент успеха. Кто бы мог подумать, что это даст хоть какой-то результат? Они случайно пробудились, но в нынешнем состоянии они ни живы, ни мертвы, а заморожены в определённой точке». Проснувшись, Цзинь попытался связаться с остальными, но лишь немногие откликнулись. Он стал подозревать, что манипуляциям подверглись все криокапсулы, а потому, независимо от того, проснулись люди или нет, он стал рассылать напоминания. Пока не получил сигнал от Цзян Ци. После того как планета распалась, эта команда, понёсшая огромные людские потери, снова воссоединилась. «Цзян, в черновике, который дал ему ученик Кабэйл перед смертью, обнаружил новую подсказку. Именно эта подсказка в последствии привела нас к инструменту, открывшему ящик Пандоры.» Сказал Цзинь. «Черновик?» Чу Сы тут же подключил свой коммуникатор к панели управления командного центра и открыл файл, который они с Саэ Яном расшифровали. Черновик исследования отображался на одном экране и аудиофайл на соседнем. «Это?» «Похоже на то.» Цзинь нажал на две клавиши, и аудиофайл начал воспроизводиться. Странный голос повторил то, что Чу Сы уже слышал в прошлый раз: «Вечная жизнь — достижение Дьявола, смерть — достижение Бога». «У вас было меньше времени, чем у нас, так что вы могли не заметить. Если обработать аудиофайл таким образом...» Цзинь прикусил язык и, уставившись на экран, быстро набрал текст. Такого его взгляда Чу Сы никогда ещё не видел. Он разложил весь аудиофайл и воспроизвёл его в обратном порядке. «Затем, согласно коду Бене... Ой, вы же не знаете его. Раньше мы пользовались им внутри нашей организации.» Используя код Бене, Цзинь расшифровал слоги и получил фразу: «Ими был создан Дьявол, мной был подготовлен Бог». Так называемый «Бог» — это, вероятно, «ячеистый диск», оставленный им Кабэйл, который Цзян Ци поместил глубоко под землёй под фортом Барни. Цзинь указал на экран и сказал: «Мы думали, что есть только эта информация, но оказалось, что было кое-что ещё». Затем он снова разделил фразу «Ими был создан Дьявол, мной был подготовлен Бог» на буквы и, используя другой код, преобразовал связки букв в цифры. Чу Сы с первого взгляда понял, что х — это строка, y — элемент. Поэтому он без лишних слов нашёл ответ в черновике. Этим ответом было имя — Маундер Холлс. Как только все присутствующие увидели это имя, командный центр погрузился в гробовую тишину. Во время проектирования криокапсулы, при возникновении разногласий или споров, кто-то всегда кричал: «Что, нужно притащить гроб профессора Маундера Холлса, чтобы усмирить вас, идиотов?!» Это имя редко встречается в повседневной жизни, но всякий раз, когда оно возникает, то всегда связано с другими словами — Драконья колонна. Маундер Холлс — главный конструктор и рулевой Драконьей колонны. Цзинь, указывая на имя, сказал обливавшимся холодным потом людям: «Маундер Холлс — наилучший участник тайных экспериментов со временем. Теперь вы должны понимать, как именно Серебряный город переместил эти разрушительные последствия. Через драконьи колонны, натыканные по всей нашей планете. Воистину ужасно, не правда ли?»

Глава 92. Лицом к лицу

Действительно ужасно... Стоило лишь оглядеть выражения лиц присутствующих, и всё тут же стало ясно. «Короче говоря... Ты имеешь в виду... Что весь эксперимент со временем — это коварный замысел, которым руководит Серебряный город, а наша планета использовалась в качестве одного из экспериментальных полигонов, чтобы изучить методы освобождения от оков времени? И наряду с этим, через распростёртую по всей планете систему Драконьих колонн, последствия этих беспорядочных экспериментов были перемещены на нашу планету?!» Шао Хэн был настолько ошеломлён, что, произнося последнее предложение, его тон неконтролируемо повысился, а голос сорвался. «Верно.» «Значит, взрыв нашей планеты — результат ущерба, нанесённого Серебряным городом???» «Боюсь, что так... Представь себе воздушный шар...» Цзинь изобразил руками круг. «Крайне хаотичные энергетические потоки непрерывно колеблются и сталкиваются между собой, а пространство и время между тем находят на грани коллапса. Одна часть стремится вперёд, а вторая отступает назад. Поскольку всё произошло слишком быстро, на корректировку и адаптацию времени не было. А какой будет результат, если не получится достичь компромисса?» Он развёл руки в стороны и произнёс: «Бум!» Планета именно так и развалилась. Неудивительно, ведь сначала говорили, что, по неизвестным причинам, процесс геоцентрической энергетической реакции внезапно ускорился и вышел из-под контроля, а скорость расширения значительно превысила верхний предел. Ни одна нормально развивающаяся планета не может внезапно претерпеть такие изменения. Это действительно было вызвано вмешательством человека... Ранее, увидев стратегическую карту звёздного неба, они задались вопросом, почему же армия Серебряного города окружила линию охранения именно таким образом. Казалось, что они защищали зону спасения от вмешательства других планет, к тому же создавалось впечатление, что они ждали чего-то ещё. Тогда они не могли понять причин такого странного поведения, но теперь всё встало на свои места — это было похоже на то, как группа тайных, нарушающих все рамки приличия, экспериментаторов окружила чашку Петри. Они наблюдали и записывали ход и результаты эксперимента. Вполне возможно, что они хотели добавить чуть больше реагента и посмотреть, что изменится. Воистину безумно и омерзительно. «Но если это Драконьи колонны, что же, чёрт возьми, делать?!» Роджер снова начал рвать на себе волосы. На этот раз проблема оказалась гораздо серьёзнее, чем в прошлый. Это равносильно тому, что если бы враг вывел из строя сердце. Если не принять меры, то испортится кровь во всём организме. Иными словами, ситуация может стать ещё хуже. Но если принять меры... Нужно извлечь сердце и заменить кровь. Но если ядро ещё как-то можно заменить, то вот Драконьи колонны – незаменимы. Проект «Драконья колонна», подготавливаемый столько лет, был направлен на обеспечение выживания человечества после глобальной катастрофы. Система включает в себя абсолютно все аспекты. По сути, пока у Драконьей колонны включён режим катастрофы, она может поддерживать базовые условия окружающей среды, необходимые для выживания человека. Можно сказать, что причина, по которой люди, проснувшиеся на разных фрагментах планеты, могут продолжать жить, заключается в защите, предоставленной системой Драконьих колонн. Как только Драконья колонна будет принудительно отключена, эти дрейфующие фрагменты планеты будут беззащитны. Соответственно возникнут проблемы с гравитацией, ротацией, тяготением, радиацией, атмосферой, температурой и т. д. В результате — верная смерть! «Именно этим мы и занимались последние пару дней.» Не торопясь принялся объяснять Цзинь. «Изначально мы действительно создали автономную систему и тихонько подключили её к заброшенному форту Барни. Расчёт был на то, что если действительно возникнет бедственное положение, нашей команде нужно будет выдвинуться в форт Барни, а она сможет автономно активировать подземное устройство и запустить ячеистый диск. Тогда же мы организовали некоторую аутентификацию, преимущественно для нас, но в последствии расширили, добавив ещё и ваше поколение.» Чу Сы вдруг вспомнил, что когда они вошли на территорию форта Барни, система запустилась автоматически и обнаружила источник команды S001, что в тот момент поставило их в тупик. Получается, что источник команды S001 изначально был создан ими? Он вдруг понял, почему форт Барни был так тщательно запечатан. Вероятно, в то время противники поняли, что они могли что-то там сделать, поэтому под предлогом расследования действий мятежников обыскали форт Барни вдоль и поперёк, но не смогли ничего найти. Решив, что лучше нечаянно убить тысячу человек, чем упустить одного, они запечатали форт Барни. «Но мы не ожидали, что и с Драконьей колонной могут возникнуть проблемы, из-за чего изначально автономная программа не сможет запуститься, а нам снова придётся уйти под землю и изменить предыдущие настройки». Цзинь продолжил говорить: «У нас с Кабэйл есть прикрытие, поэтому мы можем открыто оставаться в форте Барни. Таким образом, я отвечаю за удалённую оптимизацию «Чёрных лебедей», а Кабэйл, благодаря врождённому преимуществу, отвечает за то, чтобы мы могли поддерживать связь прямо у всех на глазах, постоянно синхронизировать последнюю информацию о ходе работ и, когда это необходимо, открывать скрытый пространственно-временной туннель, чтобы помочь другим войти в подземелье форта Барни». «Среди людей, находящихся на данный момент в подземном убежище, есть специалисты из области биотехнологий, интеллектуальной техники, высокоточных приборов, а также некоторые из тех, кто принимал участие в раннем проектировании Драконьей колонны. Устройство изначально было связано с системой полигонов, на которых проводились эксперименты со временем, теперь же его нужно связать с Драконьей колонной. Удалённо, через ячеистый диск связь между Серебряным Городом и нашей планетой будет полностью разорвана, а затем будут восстановлены исходные настройки. Иными словами, комплектующая команда, тайно скрытая проектировщиком Драконьей колонны, будет ликвидирована. Останется лишь изначальный проект, целиком и полностью разработанный для обеспечения выживаемости человечества». «Каковы риски?» Услышав план, Чу Сы по привычке тут же стал просчитывать риски, чтобы решить целесообразность его использования. Конечно, в нынешней ситуации у них, вероятно, нет другого выбора, и это единственный способ восстановиться. В противном случае им вечно придётся жить под гнётом Серебряного города. Причина, по которой планета развалилась и находится в нынешнем состоянии – передача разрушительных последствий. А что, если такое произойдёт вновь? Что, если другая сторона начнёт воспринимать их планету за какую-нибудь мусорную свалку и в дальнейшем, без всяких колебаний, начнёт скидывать на неё последствия всех своих экспериментов? Сторонники экспериментов со временем могут сделать бесчисленное количество безумных вещей. По сути говоря, они крайне эгоистичны. Их не волнует судьба планеты и тем более её обитателей. Они подобны некоторым капиталистическим объединениям, которые ранее перекочевали в поисках ещё большей прибыли. Если из планеты, на которой они находятся, по-прежнему можно извлечь выгоду, они продолжат её эксплуатировать. Если выгоды больше нет, они без колебаний бросят её и сменят позицию. Но даже если другого выбора нет, Чу Сы всё-таки хотел знать, какие непредвиденные обстоятельства могут возникнуть. Цзинь перестал жестикулировать, так и не успев ничего ответить. Чу Сы повернул голову в том направлении, куда они с Эстер Кабэйл смотрели, и увидел, что большой экран, который до этого был чёрным, снова загорелся, а он и не заметил. С экрана раздался голос, спокойно и мягко отвечающий на его вопрос: «По предварительным оценкам, всё это займёт один час. Если быть точным, 58 минут и 12 секунд, вероятность успеха составляет 97,12%. Мы, «случайно» воскресшие в этом пространственно-временном хаосе, можем оказать влияние на процесс или же сами попасть под него. Но благодаря лао Шао здешние одноместные кабины были отлажены. После начала процесса мы войдём в них, и таким образом будет достигнута некоторая степень изоляции. Кроме того, во время процесса может возникнуть некоторая временная разладка пространства-времени, что является частью саморегуляции времени. Когда процесс завершится, всё будет в максимально стабильном состоянии». Всё это произносил Цзян Ци. Он находился на изображении и говорил эти слова, направив взгляд в сторону монитора. Выражение его лица было мягким, глаза ясными. Он выглядел точно так же, как в момент их недавней разлуки. Тело Чу Сы в миг задеревенело. Непонятно, было то от напряжения или от чего-то другого. Его губы шевельнулись, он, казалось, намеревался позвать своего собеседника. В детстве он никогда в лицо не называл Цзян Ци «папа», обычно он говорил с ним напрямую, не используя каких-либо обращений. В последующие десятилетия после смерти Цзян Ци ему некого было так называть. Поэтому такое обращение было немного неловким для Чу Сы. После некоторых попыток он всё же решил опустить обращение: «Ты... Можешь видеть, что у нас тут происходит?» Цзян Ци рассмеялся. То сложное и мягкое выражение лица снова немного изменилось, став более похожим на то, когда он собирался создать проблем: «Разве ты не видишь, что я разговариваю с воздухом?» Саэ Ян не появлялся на видео, но его голос был очень чётким, а это значит, что камера по-прежнему была на нём. «Я подумал, что вам следует поговорить друг с другом лицом к лицу, поэтому взял инициативу и разоблачил себя. Видео было плохо настроено, поэтому звук появился раньше. Кажется, принуждение к показаниям посредством пыток прошло гладко?» Чу Сы не знал, что сказать: «Эм... Почти». Цзинь, должно быть, связывался с Цзян Ци раньше, поэтому его реакция была более естественной, чем у Чу Сы. Он приблизился к тому месту, где стоял Чу Сы, и, словно намереваясь пролезть через объектив камеры, замахал руками: «Цзян, я никогда не был смелым, и тебе это хорошо известно. И так же ты прекрасно осведомлён, что твой сын отлично блефует, так что... Я признаю свою вину». Цзян Ци: «Воистину, ничего удивительного». «...» Цзинь добавил: «Учитывая то, как много лет я помогал тебе присматривать за сыном, и к тому же заботился о барышне Кабэйл, хотя поначалу и понятия не имел, кто она, надеюсь, что наша дружба по-прежнему крепка». «Звучит равносильно тому, что если бы ты сказал бродяге: «Прими во внимание, что я на протяжении многих лет устраивал для тебя пир». Угадай, каков будет результат?» Спокойно ответил Цзян Ци. Цзинь: «...» Он поразмыслил и вернулся на своё место, оставив Чу Сы перед камерой, жестом показав ему: «Продолжай, я не могу разговаривать с твоим отцом». Чу Сы: «...» Какое-то мгновение он не мог понять, что означают его слова: «Прими во внимание то, что я несколько лет заботился о барышне Кабэйл». Он машинально посмотрел в сторону Эстер Кабэйл, но заметил, что маленькая девочка переместилась, исключив возможность случайного попадания в камеру. Она встретилась с ним взглядом, подняла руку и отстучала ритм на панели управления рядом с собой, который перерос во фразу: «Я не подойду. Надеюсь, они запомнят мой прежний облик, а не нынешний образ маленького ребёнка». Такой код было несложно расшифровать большинству находящимся как в центре управления, так и по ту сторону экрана, поэтому Цзян Ци на мгновение остолбенел. Чу Сы видел, как многие высовывали головы и быстро возвращались, перешёптываясь друг с другом: «Это Кабэйл?» «Давно не виделись, Кабэйл.» «Детские годы не имеют значения, по правде говоря, мы не видели тебя в детстве.» Цзян Ци, казалось, хотел что-то сказать, но прежде чем он успел открыть рот, Цзинь уже повернул голову и сказал: «Барышня Кабэйл, не сопротивляйся. Даже если не покажешься сейчас, они увидят тебя позже, когда прибудем туда. Избежать этого всё равно не получится.» Кабэйл, с каменным выражением лица, снова отстучала ритм: «Придётся бороться из последних сил.» Несмотря на серьёзный вид, она всё же шутила, но с места так и не сдвинулась. Вероятно, серьёзно решив бороться до конца. Тем не менее... «Что значит «когда прибудем туда»?» Нахмурившись спросил Чу Сы. «Молодой человек, прекрати всё время хмурить брови.» Со стороны донёсся голос Цзян Ци, и Чу Сы в миг остолбенел. В детстве он часто слышал подобные слова. Цзян Ци то и дело говорил ему: «Сколько тебе лет? Чего ты постоянно хмуришься?» Он и подумать не мог, что когда-нибудь снова услышит эти слова. И глазом моргнуть не успел, а пролетело уже более 40 лет. Вся жизнь в общей сложности тоже составила не более 40 лет. Сказав это, Цзян Ци принялся объяснять: «Эстер и остальные тоже должны прибыть сюда. Они, так же как и мы, являются непредвиденной случайностью. Мы не можем уравновесить все влияющие факторы, но будет хорошо хотя бы минимизировать воздействие». Цзинь добавил: «Изначально мы планировали найти удобный момент, чтобы улизнуть на границу форта Барни, где нас кто-нибудь подобрал бы на «Чёрном лебеде». Но теперь, когда мы всё обсудили, я хотел бы попросить подвезти нас». С той стороны экрана ответил Саэ Ян: «Как удачно. Выйду и встречусь с вами, чтобы передать «Чёрного лебедя».»

Глава 93. Старшее поколение

«А мой старик?» Шао Хэн наконец уловил момент, чтобы спросить. Батюшка Шао, с присущим ему серьёзным выражением лица, ответил сыну: «Во избежание проблем, мне нужно оставаться здесь и следить за этими кабинами». «Ты справишься один?» Шао Хэн не мог представить, что произойдёт после официального запуска так называемого ячеистого диска. Все находящиеся там зайдут в кабины, и только батюшка Шао останется снаружи. Он немного волновался: «Мне стоит взять команду и отправиться к тебе?» Господин Шао покачал головой: «На этот раз тебе нужно просто ждать». Когда Шао Хэн был ещё ребёнком, отец воспитывал его по военным стандартам и учил брать на себя ответственность за свои обязанности, а иногда даже за те, что изначально не были его. Это звучит немного фанатично, но таков уж солдат. Шао Хэн давно привык к такому. Всякий раз, когда он брал на себя инициативу, даже если предприятие было рискованным, отец не останавливал его, а лишь напоминал: «Береги себя». Впервые в жизни старик сказал иные слова. Он сказал: «Вам, молодёжи, пока нет нужды вмешиваться». Сказал: «Просто жди». Эти старшие, некоторые из которых были серьёзными, а некоторые обладали прекрасным чувством юмора, в те мирные годы играли совершенно разные роли – проводников, охранников, друзей, наставников, положительные, отрицательные, милые, пугающие... Тем не менее всегда наступали моменты, когда они снимали с себя все второстепенные роли и становились настоящими отцами, готовыми противостоять ветру и дождю. Шао Хэн немного помолчал, а затем снова спросил: «Вы можете перезагрузить свои устройства связи?» Раз уж Саэ Ян смог возобновить видео, то и это должно получиться. «Мы опасались, что магнитное поле сигнала или что-то в этом роде может повлиять на настройку оборудования. Сейчас, пока мы не начали, думаю, можно включить». Ответил батюшка Шао. «Тогда держи его включённым. Если что-то, тьфу!» Не договорив, Шао Хэн ударил себя по губам. «В общем, держи его включённым, мне так будет спокойней.» Разговор длился недолго и сразу же прервался. Поскольку Кабэйл и Цзинь покинули корабль «Белый волк» и, сопровождаемые командой тренировочного лагеря, были отправлены в пространственно-временной излом. Саэ Ян также должен был уйти из этого подземного пространства. Хотя старшее поколение всё держало под контролем и не позволяло молодому поколению вмешиваться, как только экран потемнел, Чу Сы и Шао Хэн отвернулись и выбросили наказ «не вмешиваться» в далёкий космос. Только дурак будет сидеть сложа руки! Чу Сы подозвал Циэрдэ Фэна. Оставив двух заместителей командира притворяться идиотами и ходить вокруг да около на трёхсторонней встрече, он радостно выбежал и стал бахвалиться: «Командир, позволь сказать! Я только что как бы невзначай упомянул про «30 минут», не беспокойся! Тема вполне обычная, и только те, кто осведомлён, смогут понять. А затем Вы видели, как генерал-лейтенанты Хэ Сювэнь и Джойс посмотрели на меня! Вы прекрасно понимаете, что это значит!» Чу Сы, конечно же, понимал. Единственными людьми, которые знали о «30 минутах на подготовку», могли быть Цзян Ци и его люди. Цзинь упомянул, что адмирал Медела внедрил к противникам своего шпиона. Сложив воедино предыдущие и текущие действия, почти наверняка можно было сказать, что Хэ Сювэнь и Джойс должны быть людьми, внедрёнными Меделой. Но нынешними главами военного министерства как раз являются Хэ Сювэнь и Джойс. При нормальных обстоятельствах им не нужно было бы продолжать притворяться, они могли просто снять маски и перетянуть всю армию на сторону Цзян Ци. Поскольку они всё ещё намеренно скрываются, это может означать только одно — фактическим лицом у власти в военном министерстве является кто-то другой. Помимо Меделы, есть 2 человека, занимающих должности генерал-полковников – Мо Дунь и Сяо. Чу Сы понял, что Мо Дунь и Сяо, вероятнее всего, уже давно пришли в себя, но по неизвестного рода причинам так и не показались в военном министерстве. Однако они пристально следили за каждым словом и поступком Хэ Сювэня и Джойса. В этой ситуации победу одержит тот, кто контролирует более многочисленное войско. Однако у Мо Дуня и Сяо есть преимущество – на их стороне главные силы Серебряного города, алчно кружащие по внешнему рубежу зоны охранения. Если ситуация изменится, они определённо не станут сидеть сложа руки. Поэтому, даже если все проснувшиеся солдаты армии находятся под контролем Хэ Сювэня и Джойса, они всё равно в невыгодном положении. При данных условиях кто бы отказался от поддержки дружественных войск? Никто. Чу Сы взглянул на таймер в центре управления и заметил, что до конца 30-минутного отсчёта времени на подготовку осталось ещё 7 минут. «Шао Хэн». «Здесь». «Какое количество летательных аппаратов миротворческие войска могут пилотировать одновременно?» — спросил Чу Сы. Шао Хэн подсчитал: «50 штук на одного человека. Если будет больше, могут возникнуть трудности, при таких обстоятельствах легко совершить ошибку». «В таком случае мы ещё слишком слабы». — сказал Чу Сы. «Один человек способен одновременно пилотировать 50 летательных аппаратов, 2 тысячи людей – это 100 тысяч аппаратов. Можно пустить пыль в глаза и притвориться, что у нас большая армия». «Твою мать! Ты прав!» Глаза Шао Хэна загорелись. «Можем играть и так!» Если бы это была боевая группа из 2 тысяч человек, они вряд ли бы удостоились даже внимания противника. Называть такое группой поддержки самонадеянно, это как капля в море. Но 100 тысяч — это другое! Чу Сы кивнул и сказал Циэрдэ Фэну: «Вся охрана останется на «Белом волке» и будет отвечать за безопасность, а полномочия по управлению кораблём будут переданы тебе». Циэрдэ Фэн был в шоке: «А Вы, командир?» «Пойду пудрить мозги». Чу Сы похлопал его по плечу. «Неужели люди в самом расцвете сил позволят растолстевшим людям среднего возраста нести на себе оружие? Просто честно работайте, пока не уйдёте в отставку». Сказав это, он повернулся к Шао Хэну: «Объявляй всеобщий сбор сил безопасности». «Есть!» «Роджер, подготовь все шлюзы корабля». «Есть!» Две минуты спустя он надел чёрные защитные перчатки и сел в боевое воздушное судно. За его спиной десятки управляемых им судов образовали ударное построение. Под руководством операционной системы они, после запуска, синхронно издали жужжащий звук. Внутренняя коммуникационная сеть уже была включена, и Чу Сы спокойно сказал: «Раскрыть защитный купол. Поодиночке перемещаемся в уже отмеченные точки. Зону В оставляем военному министерству – это их забота. Мы отправляемся блокировать зоны А и С». Не имеет значения, сколько войск Хэ Сювэнь и Джойс из военного министерства могут удержать, здание безопасности намерено занять две зоны. При трёхсторонней блокировке одна единственная огневая стена должна какое-то время продержаться. У Чу Сы не было безумной идеи выиграть сражение. В конце концов, как бы они ни старались, у них лишь 100-тысячная армия, в то время как их противник — это Серебряный город. Они выскочили в абсолютно невыгодные для себя условия лишь для того, чтобы выиграть как можно больше времени. Победа будет обеспечена, если они смогут продержаться 58 минут и 12 секунд. Осталось 4 минуты. «Выдвигаемся!» После приказа более сотни шлюзов корабля «Белый волк» одновременно открылись. Из них, подобно туману, появилась целая тьма летательных аппаратов боевого назначения. Всё это сопровождалось громоподобным жужжанием и напоминало самый величественный прилив на острове Мира. Огромная армия влилась в море звёзд и тут же исчезла под защитным куполом. С грохотом появившись и тихо исчезнув, словно призрак, путешествующий по бескрайним просторам космоса. Чу Сы и Шао Хэн, каждый возглавлявшие по 50 тысяч летательных аппаратов, направились прямиком в две зоны блокады. Постоянно поддерживая связь и сообщая о своём местоположении и продвижении, они при этом пристально смотрели на стремительно уменьшающееся время. Чу Сы с огромным возглавляемым им отрядом достиг зоны А, совершив 2 прыжка. Вглядываясь в стратегическую карту звёздного неба, он мимоходом взглянул на бескрайнее море звёзд через иллюминатор. В безбрежном космосе не везде темно. Существует бесчисленное множество планет, близких и далёких, испускающих свет, как яркий, так и тусклый. От случая к случаю можно узреть куда более странный пейзаж. Однако, поскольку пространство слишком обширное, люди, где бы они ни находились, инстинктивно испытывают чувство одиночества. Возможно, это из-за того, что родная планета, в которой они некогда видели опору, практически погибла. Если бы за спиной имелся хотя бы кусочек земли, куда в любое время можно вернуться, возможно, глядя на это море звёзд, в большей мере просыпались бы чувства изумления и восхищения. Оставшееся время — 1 минута. Чу Сы опустил взгляд, взял устройство связи и набрал номер канала, который когда-то был очень хорошо ему знаком. Он уже не помнил, что чувствовал, когда в прошлый раз, когда находясь на временной базе среди лесов, послал сигнал. Помнил лишь то, что сидел перед экраном и бесконечно долго ждал... Но в этот раз едва он успел отправить запрос, как на другой стороне в миг ответили, к тому же по голографической связи. Чу Сы положил устройство связи на стол и сел в кресло пилота. Шевеля пальцами, он смотрел на Цзян Ци. Немного поразмыслив, он сказал: «В прошлый раз сигнал остался без ответа, я лишь решил попытаться снова». Цзян Ци, по ту сторону экрана, уже сидел в одноместной кабине, вокруг него можно было различить смутно видневшиеся фигуры в таких же кабинах. Он улыбнулся, и в его привычном несерьёзном выражении лица промелькнула столь редко встречающаяся печаль, как в тот раз, когда они встретились в доме. «Сынок, времени мало...» «Угу». Оставшееся время — 32 секунды. «В прошлый раз, помнится мне, именно это я сказал. Но у меня не было возможности так тебя назвать, от чего я чувствовал некоторое сожаление». Цзян Ци оглядел Чу Сы с ног до головы и с улыбкой произнёс: «Малыш, который падая приземлился на моё лицо, незаметно вырос таким большим. Невообразимо. Время воистину скоротечно... Я безмерно счастлив, что смог увидеть, каким ты стал». Чу Сы до сих пор ясно помнил, какой обжигающе холодной и скользкой была металлическая балка за стеной приюта, и был ли свет фонарей в переулке тёплым или холодным. Казалось, он упал на землю, а когда снова поднялся, уже прошло несколько десятилетий. А вот Цзян Ци, тем не менее, ничуть не изменился, он будто всё так же стоял в пальто в том переулке. Казалось, вслед за улыбкой он снова будет подшучивать над ним и скажет: «Разве тебе не следует хотя бы поблагодарить меня?» Оставшееся время — 13 секунд. Чу Сы: «Когда я приземлился на твоё лицо, ты велел мне сказать тебе спасибо. Я всё ещё твой должник». Цзян Ци усмехнулся: «Ты действительно умеешь отсекать всё лишнее. Какие слова благодарности могут быть между отцом и сыном? Можешь снова меня позвать. Я так давно этого не слышал». «Я с самого начала тебя никак не называл». «Осталось всего несколько секунд, не стесняйся, сынок». Замявшись, Чу Сы всё же сказал: «Па». Цзян Ци поднял бровь и улыбнулся. Оставшееся время — 2 секунды. Экран начал мигать. В последний момент Чу Сы заметил, как Цзян Ци что-то сказал, а затем повернулся, чтобы посмотреть вокруг себя, и мягко улыбнулся. Звука не было слышно, он рассеялся на расстоянии многих световых лет, но по движениям губ Чу Сы смог прочитать. Цзян Ци сказал: «До свидания, сынок».

Глава 94. Дружба

Обратный отсчёт достиг нуля. В тот момент связь между космическим кораблём «Белый орёл» и военными Серебряного города прервалась. Стратегическая карта звёздного неба с обеих сторон начала мерцать, и вирус в миг распространился по всем данным. Военное командование Серебряного города отреагировало молниеносно и локализовало вирус, однако большой объём данных центра управления всё же был уничтожен. Время автономного восстановления — 1 минута. 1 минута — это весьма маленький промежуток времени, но его достаточно, чтобы много чего сделать. Например, взять в плен генерал-полковника, который, скрываясь за кулисами, контролирует обстановку. Или силой открыть шлюз «Белого Орла». Или, прихватив бесчисленное множество боевых воздушных судов, раствориться в бескрайнем море звёзд. Среди замаскированных боевых воздушных судов Хэ Сювэнь и Джойс направили мини-пушки на генерал-полковника Мо Дуня. Нужно было лишь легонько нажать на спусковой крючок, и генерал-полковник Мо Дунь рассеялся бы, словно дымка, от него бы даже косточки не осталось. Хэ Сювэнь толкнул Мо Дуня к Джойсу и, велев ему его связать, нажал на кнопку внутренней связи воздушного судна. Из канала связи раздался звуковой сигнал, свидетельствующий о том, что другая сторона приняла запрос. Он смотрел на зелёную точку, отделённую далёким морем звёзд, и пальцами сжал область между бровей: «Докладываю, Хэ Сювэнь, генерал среднего ранга, несколько десятков лет притворяющийся злодеем, возглавляя команду с 1382 верными солдатами, вернулся!» Джойс «пригласил» генерал-полковника Мо Дуня в камеру временного содержания под стражей. Направляясь к кабине управления, он нахмурил брови: «Докладываю, командир среднего звена Джойс, который вместе со стариной Хэ на протяжении нескольких десятков лет притворялся смертельным врагом, вернулся, возглавив 69 000 боевых воздушных судов!» По другую сторону связи все солдаты, находившиеся на межпланетном корабле среднего размера, были собраны под командованием генерал-полковника Меделы, единственного главнокомандующего высшего ранга. После двух экстренных скачков корабль приземлился на фрагменте планеты, где располагалась военная база «Белый орёл». Когда Хэ Сювэнь и Джойс отправили сообщения, Медела, у которого ещё не были отозваны полномочия, сменил снаряжение для солдат, решивших служить ему верой и правдой. Он поднял руку, нахмурил брови и невозмутимо ответил: «Вы хорошо потрудились. Командир высшего звена Медела, чья военная мощь десятилетиями была ограничена, ведёт к вам 517 солдат и 10 000 крупногабаритных огневых воздушных судов!» Между тем Чу Сы, подключившийся к внутренней сети военного министерства, сообщил Меделе и остальным: «Исполнительный командир здания безопасности, Чу Сы, во главе всех сил безопасности, привёл 100 000 боевых воздушных судов для обеспечения полной поддержки!» Бззз. В подземном пространстве форта Барни, после приказа нового s001, начался официальный перезапуск огромной установки. Всеобъемлющий звук был подобен свисту морского бриза в замкнутом пространстве. В сотнях кабин поднялся ледяной туман, вмиг окутав собой их владельцев. Шао Дунь, сидя в герметичной защитной кабине, смотрел на экран, использовавшийся для мониторинга данных приборов в режиме реального времени. Внизу экрана длинная полоса загрузки мало-помалу стала менять цвет: Загрузка диска выполнена на 1%. ... Несмотря на то, что военные, находившиеся на их стороне, получили минуту форы, тем не менее, Серебряный город, как всегда, быстро среагировал. Все войска, находившиеся за пределами линии охранения, мгновенно вышли из состояния ожидания и перешли в боевой режим, подобно зверю, внезапно обнажившему клыки. Несколько десятков тысяч боевых воздушных судов различных формирований одновременно открыли огонь. Три обширные стратегические зоны скоординировали работу, образовав ослепительную Великую стену артиллерийского огня, защищавшую бесчисленное количество фрагментов планеты в зоне спасения. Они столкнулись с противником, превосходящим их по силе, прижавшись спинами к разрушенной родной планете, готовые сражаться до последней капли крови. Это, должно быть, самое яркое зрелище за последние столетия. 13 минут, 19 секунд. Загрузка диска выполнена на 16%. Стена огня, созданная десятками тысяч бойцов, была нерушима, словно скала. За это время Серебряный город не продвинулся ни на шаг. В это же время Саэ Ян, вернувшийся с территории форта Барни, управлял поразительным количеством «Чёрных лебедей», готовых присоединиться к битве. Рассмеявшись, он передал сообщение по внутреннему общественному каналу связи: «Командир, освободи мне место». Чу Сы, услышав его голос, облегчённо выдохнул: «Ок». «Ебать! Он в одиночку управляет сотней судов!!!» Воскликнул обезумевший Шао Хэн. Саэ Ян усмехнулся: «Даже если будет ещё сотня, ситуация не изменится». Этого человека невозможно было оценивать по стандартам обычных людей. Он в полной мере пользовался возможностями «Чёрных лебедей», быстро совершая прыжки и маневрируя. Прежде чем присоединиться к основным силам, он, словно призрак, кружил над тремя основными зонами боевых действий. Управляя межзвёздной электрооптической пушкой на антиматерии и ударными снарядами, он просто взрывал всё на своём пути. Армия Серебряного города, приближавшаяся к зоне спасения, была уничтожена его неожиданным ударом. Если бы в межзвёздном пространстве была камера, способная запечатлеть всё с высоты птичьего полёта, то было бы отчётливо видно, что многочисленное войско отступает, словно отлив на море. Пока противник не успел адаптироваться к его фокусам, он привёл «Чёрных лебедей» в боевую зону Чу Сы. «Почему отправился в зону А?! Я тут так-то тоже нуждаюсь в огневой мощи!» Заорал Шао Хэн. «Не поднимай мятеж, я слежу за общей ситуацией на твоей стороне». Невозмутимо разоблачил его Чу Сы. 18 минут, 22 секунды. Загрузка диска выполнена на 31%. Прибыли основные воинские формирования, отправленные Серебряным городом. По самым скромным оценкам, их численность достигала миллиона. Подавить того, кто численностью превосходит в десятки раз – настоящая проблема. Противник был готов без колебаний пожертвовать жизнями, чтобы расчистить себе путь. Во время осады они сосредоточили все свои избыточные силы в одном месте и, словно стальная игла, начали прокладывать себе путь. «Докладываю, отряд B-13 вот-вот…» Прежде чем докладывающий боец успел договорить, по каналу связи раздался грохот взрывающегося самолёта. Голос внезапно оборвался, сменившись механическим звуком, холодно напомнившим, что огневая стена может не выстоять. Поскольку один человек управляет одновременно пятьюдесятью летательными аппаратами, то как только он будет выведен из строя, остальные аппараты, из-за нарушения синхронного управления, будут непригодны. Стратегическая карта звёздного неба отображает это весьма наглядно. Как только точка становится чёрной, за ней чёрными становятся десятки других точек. Это подобно эффекту домино. Патовая ситуация, длившаяся более десяти минут, была разрешена, а мощная оборона, в конце концов, была прорвана безрассудной и безумной атакой противника. Чу Сы увидел вмиг почерневшее поле боя и нахмурился. Откровенно говоря, хотя они и сделали вид, что у них армия из десятков тысяч воздушных судов, в действительности же это был лишь блеф. Реальное число участников боевых действий составляло всего несколько тысяч. Поначалу противника можно обмануть, но если так и дальше продолжится, то их быстро раскроют. Как раз в тот момент, когда он стал об этом беспокоиться, погасшие точки вновь загорелись. По каналу связи неожиданно раздался механический голос. «462 боевых летательных аппарата типа с182 присоединились к внутренней сети». Чу Сы остолбенел, а затем услышал, как Шао Хэн, отвечавший за зону B, так разволновался, что едва не повесился: «Ух ты, господин Ян проделал прекрасную работу!!!» Услышав эти слова, он тут же переключился на изображение зоны B и взглянул на происходивший бой. Чу Сы увидел, как отряд «Чёрных лебедей» под командованием Саэ Яна вновь бесшумно переместился из зоны A в зону B. Затем каждый из сотни «Чёрных лебедей», управляемых Саэ Яном, синхронизировался с теми бесхозными летательными аппаратами. 462! Включая сотню «Чёрных лебедей», которые были изначально, Саэ Ян одновременно управлял почти шестьюстами боевыми судами! Он бы соврал, сказав, что не был удивлён, однако не стал орать об этом по общему каналу связи, как это сделал Шао Хэн. Вместо этого Чу Сы подключился к частному каналу Саэ Яна и сказал: «Ты всегда поражаешь меня до такой степени, что я теряю дар речи». Саэ Ян тоже переключился на частный канал и включил голографическую связь. Прищурившись, он лениво пробормотал: «Не нужно ничего говорить, командир, прибереги для лучших времён». «Этим...» Улыбнувшись, он коснулся своих губ. «Сможешь выразить всё в полной мере». Чу Сы: «…» 25 минут, 46 секунд. Загрузка диска выполнена на 43%. Ситуация на стороне трёхсторонней коалиции была не слишком радужной. Оборона прорывалась слой за слоем, и бесчисленные воздушные суда превратились в ослепительно-белый фейерверк в бескрайнем море звёзд. Будучи авангардом, наибольшие потери понесли военные. Генерал-полковник Медела не жалел себя. В одиночку управляя двадцатью крупногабаритными боевыми судами, он с полной самоотдачей сражался на передовой. В это же время процесс загрузки ячеистого диска приближался к середине, и, наконец, проявился временной эффект, о котором упоминал Цзян Ци. Территория форта Барни внезапно сильно содрогнулась, и частота встряски повлияла на энергетическое поле центральной драконьей колонны. Казалось, бесчисленные сгустки хаотичной энергии сталкивались друг с другом, двигаясь в разных направлениях, и создавая временной хаос на территории форта Барни. В отдельном подземном пространстве одноместные кабины были покрыты инеем. На первый взгляд казалось, что люди, находившиеся внутри, были изолированы от боя. Лишь господин Шао, не отрывавший взгляда от биологических данных, знал, какие муки они испытывают. Будучи факторами влияния, они вмешивались в ход программы и восстановление порядка времени. И в равной степени каждый процент загрузки и каждое изменение порядка времени отражались на них. Господин Шао смотрел на экран, время от времени приближаясь, чтобы вернуть каждое отклонённое значение на место. Он замер, нерушимый, словно гора, охраняя это пристанище. На самом деле, он никогда не мог понять этих безумцев, одержимых идеей освободиться от оков времени. Только взгляните, время ведь так чудесно! Молодые люди, которые смеялись и шутили вместе на выпускном фото, позже разошлись и пошли совсем разными путями. Некоторые притворялись, что держат нейтралитет, некоторые играли роль врагов, некоторые верой и правдой служили военному министерству, некоторые работали на правительство. Кто-то был героем, кого-то называли предателями, кто-то выжил, а кто-то умер... Ныне некоторые из них сидели в одноместных кабинах неподалёку от него, а другие, на разных позициях, сражались против Серебряного города. Казалось, что он лишь на мгновение моргнул, а прошло почти сто лет. Ассоциация, которую они некогда создали, была лишь случайностью. У неё даже не было хорошего названия, лишь слоган, похожий на шутку и не имевший никакого реального смысла: «Дружба длинною в вечность». Этот слоган, совершенно не раскрывающий сути их объединения, на протяжении долгого времени использовался ими для самоиронии. Но много лет спустя, когда Шао Дунь вновь вспомнил его, то не смог придумать ничего более подходящего. Время – свидетель дружбы, бесконечной словно небо и прочной словно земля.

Глава 95. Приостановка программ

Так или иначе, некоторые рассматривают все эти неосязаемые и неоценимые вещи как сокровище, в то время как другие не удостоят их даже взглядом. У Хэ Сювэня и Джойса было не так много людей, к тому же им удалось взять в заложники лишь Мо Дуня, одного из генерал-полковников. Другой генерал-полковник, Сяо, по-прежнему командовал «Белым орлом» – кораблём военного министерства. На стратегической карте звёздного неба, корабль «Белый орёл», под управлением Сяо, уже развернулся и направился прямо к Чу Сы. Совершенно не заботясь, что его старый товарищ Мо Дунь может умереть в любой момент, он без колебаний открыл огонь по силам трёхстороннего сопротивления. Под предлогом охоты на мятежников, он, к тому же, мастерски прикрывал свои действия, обвиняя других. В бою такого масштаба, о некоторых вещах стоит умолчать, даже если они широко известны. Хотя у большинства оставшихся на «Белом орле» были кое-какие догадки, но за неимением веских доказательств они всё равно колебались. Человек всегда стремится к стабильности, а находясь в подвешенном состоянии, большинство, безусловно, решит довольствоваться тем, что есть, размышляя: «Поживём – увидим». Пока лица, принимающие решения, говорят: «Правда за нами», те, кто склонен довольствоваться сложившимся положением вещей, не будут выступать против них, ибо если они не правы, ответственность ляжет на тех, кто принимал решения. Сяо, воспользовавшись таким складом ума, действовал смело и решительно, всем своим видом показывая, что правда на их стороне, и в то же время, по зашифрованному каналу передавал информацию Серебряному городу. После ликвидации вируса, Серебряный город быстро обнаружил перемены в ходе экспериментов со временем. Изначально их атака была направлена исключительно на подавление и завоевание, поэтому они окружили противника пытаясь загнать его в угол. Но поскольку передача информации Сяо увенчалась успехом, они, очевидно, проанализировали ситуацию на основе уже имеющейся информации. В мгновение ока, подошедшее к границам многочисленное войско Серебряного города, снова перестроилось. «Почему все войска резко сконцентрировались на зоне А-18?!» Из канала связи для командования раздался голос Шао Хэна, сопровождаемый звуком непрекращающегося артиллерийского обстрела. С тех пор как Серебряный город мало-помалу приближался к внутренней линии зоны охранения, он ни разу не понизил голос и всё время выкрикивал приказы, вследствие чего охрип. Чу Сы быстро корректировал позиции, пытаясь не дать противнику прорвать оборону в зоне А-18, однако миллионные войска другой стороны были отнюдь не штукой. Ему приходилось командовать войсками и одновременно контролировать оборону и атаку воздушных судов, находящихся под его управлением. Он заманил передовые отряды противника на рубеж линии охранения и намеренно отпустил рычаг, имитируя тем самым потерю управления. Увидев такое, передовые отряды, вероятно, решили, что последний охранный рубеж тоже потерял своих командиров. Наивно полагая, что угрозы больше нет, они готовились к последнему рывку, чтобы войти в зону спасения. Чу Сы разглядел удобный момент, чтобы разделаться с противником, и начал перемещение. После начала перемещения, обратного пути уже нет, в противном случае нос переместится, а хвост останется на месте. Итог очевиден – во время скачка тебя разорвёт пополам. Яркое голубое сияние распространилось, охватив 50 летательных аппаратов, и сформировав единую сеть. Передовые войска не успели вовремя затормозить и врезались в щит, что вынудило их начать синхронный скачок. В начале процесса скачка Чу Сы принудительно прервал программу остальных 49 летательных аппаратов и тут же отключил синхронное управление. После завершения отсчёта его летательный аппарат плавно переместился. А 49 воздушных судов вместе с попавшим в ловушку передовым отрядом противника были перемолоты на просторах бескрайнего космоса. В миг взорвались почти 3 000 летательных аппаратов противника, а вызванные взрывом колебания космической материи отбросили назад следовавшие за ними суда. Если смотреть с высоты птичьего полёта, всё выглядело так, словно армию Серебряного города, готовившуюся к прорыву, отбросило волной. «Блядь! Зачем ты в одиночку отправился в сектор звезды Бета?!» Шао Хэн охреневал от происходящего. «Стратегический скачок». Невозмутимо ответил Чу Сы. Сказав это, он тут же переключился на общий канал и, начиная обратный скачок, приказал оставшимся отрядам заполнить образовавшуюся брешь. 36 минут, 10 секунд. Загрузка диска выполнена на 63%. Полоса загрузки заполнилась более чем наполовину, что было поистине захватывающе. Шао Хэн воодушевлённо кричал по общему каналу: «Почти получилось! Нам нужно было продержаться всего 58 минут! 36 уже позади!!! Осталось 22 минуты!!! Всего 22 минуты! Они пролетят в мгновение ока!» Хэ Сювэнь вторил ему: «Мы столько лет это терпели, неужели не сможем продержаться всего 22 минуты?» Затем раздался голос Чу Сы: «Серебряный город уже должен был определить, что источник находится в форте Барни. Сейчас вся их огневая мощь сосредоточена в зоне А-18. Как только они прорвут там оборону, будут недалеко от территории форта Барни». «Словно ушат ледяной воды на голову вылил!» Вздохнул охрипший Шао Хэн. «Я только вдохнул полной грудью, а ты, командир, пришёл и снова выбил у меня из лёгких весь воздух.» Голос Меделы был так же твёрд и спокоен, как и он сам: «Даже если приблизятся, то всё равно не смогут найти временную петлю. Да и на то, чтобы среагировать, понадобится время.» «Угу, однако они могут просто взять и взорвать этот фрагмент планеты. На то, чтобы среагировать понадобится 20 минут, на то, чтобы провести обстрел – 1 секунда.» Слова Чу Сы попали в яблочко. И в этот момент весь форт Барни прекратит своё существование, как на поверхности, так и под землёй. «Но это самый последний вариант.» Сказал Хэ Сювэнь. «Я знаком с ними уже несколько десятилетий и прекрасно понимаю ход их мыслей. Если бы они узнали, что нам удалось создать такую вещь, как временной излом, то не смогли бы разрушить его даже не взглянув. Однако увидев, тут же без всяких опасений уничтожили бы. В этом плане они и правда безумны.» 39 минут, 51 секунда. Полагаясь на численное преимущество и не щадя собственных солдат, армии Серебряного города удалось пробить брешь в обороне боевого участка А-18. Войска, возглавляемые Меделой, потеряли больше половины людей. Изначально боевая мощь правительства уступала двум другим сторонам, и их потери достигли 73%. Ситуация на стороне Чу Сы тоже была не слишком-то оптимистичной. Точки, обозначающие 100 000 летательных аппаратов, по-прежнему ярко горели, но всё это было лишь иллюзией. Когда колебания, вызванные саморегуляцией времени, достигли зоны спасения, Саэ Ян как раз возвращал потерявшие управление воздушные суда. Неизвестно, в который уже раз он повторял это действие, известно лишь то, что за пилотируемым им «Чёрным лебедем» синхронно летели более 90 таких же судов, а вслед за ними тянулось бесчисленное множество других беспилотных летательных аппаратов. Он был подобен дереву с пышными ветвями, гордо растущему среди бескрайнего моря звёзд. Поначалу Шао Хэн беспрестанно охал, и в конце концов ему ничего не оставалось, кроме как тяжело дышать. Казалось, выносливость этого человека была безгранична. «Сколько ещё...» Когда Чу Сы разговаривал с Саэ Яном, в его сторону развернулась электромагнитная пушка, стреляющая на сверхдальние дистанции. Несмотря на это, он быстро отреагировал, повернув рычаг управления и описав круг прямо по краю артиллерийского огня. Проворно уклоняясь от атаки, он к тому же успел прихватить несколько десятков воздушных судов. Тем не менее поток ветра, созданный электромагнитной пушкой, ударил его летательный аппарат в бок, заставив тем самым несколько раз перевернуться. Даже несмотря на то, что в кресле пилота имеется предохранительный механизм, позволяющий оставаться на месте, но такая безумная тряска всё равно вызывает сильный физический дискомфорт. Чу Сы удержался за панель управления и стабилизировал центр, после чего продолжил: «Сколько ещё ты можешь связать?» Едва он успел договорить, как в него выстрелили ещё три сверхдальнобойные электромагнитные пушки. Зрачки Чу Сы сузились. Инерция от предыдущего кувырка ещё не прошла. Как бы искусен он ни был, ему бы всё равно не удалось уклониться от электромагнитных пушек, атакующих сразу с трёх направлений. Бум... Внезапно среди бескрайнего моря звёзд раздался мощный взрыв, а яркий свет, хлынувший в иллюминатор, заставил Чу Сы прищуриться. Он почувствовал, как активировалось аварийно-спасательное устройство, которое вот-вот выбросит его вместе с креслом пилота в открытый космос. Но внезапно грандиозная армия прошла сбоку от него, словно длинный меч, преградив путь артиллерийскому огню. В тот же миг по каналу связи раздался голос Саэ Яна: «Всякий раз лишь ты, дорогой командир, заставляешь моё сердце биться быстрее. Ты воистину потрясающий». «Почту за честь, но я не специально». Чу Сы, воспользовавшись возможностью, немедленно потянул за рычаг управления, чтобы развернуть летательный аппарат в безопасную зону. «Значит специально. Не занимайся софистикой». Армия летательных аппаратов под управлением Саэ Яна была настолько огромной и внушительной, что казалось, ей не будет конца. «Ты так и не ответил. Сколько ещё сможешь связать?» Снова спросил Чу Сы. Саэ Ян усмехнулся: «Если ты хотя бы нарисуешь мне послевоенную награду, я смогу управлять хоть целым межпланетным легионом». Межпланетный легион начинается с 50 000. «Хорошо». 45 минут, 23 секунды. Загрузка диска выполнена на 77%. Численность боевых судов с опознавательными знаками сил безопасности, казалось, стабилизировалась. Не имело значения, сколько точек угасало, через десяток секунд они загорались вновь. Со стороны Саэ Яна снова и снова раздавался электронный голос системы: «Воздушное судно боевого назначения c12-11 уже подсоединено и синхронизировано с внутренней сетью». «Воздушное судно боевого назначения c12-81 уже подсоединено и синхронизировано с внутренней сетью». «Воздушное судно боевого назначения c12-192 уже подсоединено и синхронизировано с внутренней сетью». «Воздушное судно боевого назначения c12-261 уже подсоединено и синхронизировано с внутренней сетью». ... Он сдержал слово. Чу Сы экстренно экспортировал с корабля «Белый орёл» 50 000 беспилотных летательных аппаратов боевого назначения. Интегрировав их в свою внутреннюю сеть, он в одиночку закрыл брешь в зоне А-18. Однако две минуты спустя, пока многомиллионная армия противостояла трёхсторонней коалиции, Серебряный город, полагаясь на огромную численность своих войск, незаметно отправил группу солдат-призраков, выскользнувшую с края зоны боевых действий C-03. Использованное ими воздушное судно было с военного корабля «Белый орёл». Хорошенько замаскировавшись, им удалось проникнуть в зону спасения. Чу Сы и другие бросились им наперерез, но было слишком поздно. 49 минут, 16 секунд. Замаскированный отряд нагло проник в зону рядом с фортом Барни. «У меня есть идея!» Сказал Саэ Ян. Чу Сы: «Пространственно-временной излом?» Саэ Ян рассмеялся: «Кажется, мы на одной волне». «Что?» Раздался чей-то крик в канале связи. Саэ Ян напомнил ему: «Забыл? За исключением Чёрных лебедей, любое другое судно в пространственно-временном изломе просто разорвёт». Все сразу же поняли их намерение. Раз остановить их было невозможно, они решили заманить всех представителей Серебряного города в пространственно-временной излом. «Вот только... Как нам их туда заманить, не вызывая при этом подозрений?» Спросил Шао Хэн. 49 минут, 25 секунд. Чу Сы взял коммуникатор и подключился к каналу связи. На голографическом экране появился Карлос Блэк: «Что случилось?» Чу Сы перешёл сразу к делу: «Дружище, мне нужна помощь». В этот раз он не стал вести никаких фальшивых бесед о сотрудничестве и взаимной выгоде, не предлагал заманчивых материальных благ в качестве приманки, и тем более не прибегал к помощи большой армии для давления на своего собеседника. А сказал простое: «Дружище, мне нужна помощь». Бывший король бродяг не был трёхлетним ребёнком, готовым плыть через кипяток и ступать по огню ради конфетки, но эти слова нашли отклик в его сердце. П/п: 赴汤蹈火 fùtāng dǎohuǒплыть через кипяток, ступать по огню (обр. в знач.: а) идти на любые жертвы; вынести любые страдания, не останавливаться ни перед чем; б) находиться в крайней опасности, на краю гибели. В жизни каждого человека случается что-то удивительное, и Карлос Блэк не исключение. В молодости, хоть он и был известен как Король бродяг, отнюдь не был непобедим. Он сталкивался с засадами и опасностями, выбраться из которых было практически невозможно. Самая смертельно опасная ситуация произошла на окраине звёздного сектора Альфа. В тот раз он по каким-то причинам оторвался от коллектива и был окружён тремя другими отрядами бродяг-наёмников. Как раз в этот момент он проходил мимо разрозненной армии, принадлежность которой была неизвестна. Молодой Король бродяг был весьма предприимчив, поэтому он влез в канал связи этой армии и выкрикнул: «Дружище, мне нужна помощь!» Изначально он лишь надеялся на удачу, но никак не ожидал, что другая сторона действительно поможет ему и прогонит три группы бродяг. Спасши ему жизнь, они безмолвно удалились. Чу Сы невероятно повезло. Услышав эти слова, Карлос Блэк вспомнил свою неожиданную встречу. Таким образом, к уже стареющему Королю бродяг вернулся прежний задор. Он рассмеялся и, выслушав детали, повернулся к своим товарищам. «Пойдём! Повеселимся!» 50 минут ровно. Отряд бродяг под предводительством Карлоса Блэка, следуя указанию Чу Сы, остался у пространственно-временного излома близ форта Барни, организованно патрулируя местность. На первый взгляд казалось, что они уже давно несут караул. Армия Серебряного города заметила это загодя и, вмиг выяснив местонахождение охраняемого объекта, без колебаний двинулась туда. В это же время слева кружил Чу Сы, управляя флотом беспилотных воздушных судов боевого назначения, а справа – Саэ Ян с 50 000 летательных аппаратов. 50 минут, 22 секунды. Когда войска Серебряного города подошли ближе к пространственно-временному излому, то стали разделяться, собираясь организовать 3 раздельные группы. Саэ Ян и Чу Сы вмиг атаковали с обеих сторон, заставив почти разделившуюся армию снова собраться. 50 минут, 32 секунды. Безнадёжно запутанная армия бросилась к пространственно-временному излому. Бродяги, изначально притворявшиеся часовыми, молниеносно рассредоточились, открыв вход в пространственно-временной излом. Это было похоже на улыбку Бога смерти. Саэ Ян на голографическом экране тоже улыбнулся и обратился к Чу Сы: «Командир, приготовься, 3…» 2… 1… «Прыгай!» В тот момент, когда летательный аппарат столкнулся с огромным пространственно-временным изломом, всё вокруг озарилось ярким светом. Казалось, в бескрайнем море звёзд внезапно развернулась гигантская паутина. Чу Сы обернулся и увидел, как преследовавшая его армия Серебряного города врезалась в эту сеть, и в тот же миг всё было окутано пламенем, отовсюду доносился грохот взрывов. На такой скорости совершить экстренный разворот было невозможно, и корабль Чу Сы не стал исключением. В момент, когда его летательный аппарат разлетелся на куски, заранее подготовленная аварийная капсула окутала его вместе с креслом пилота и, отделившись от воздушного судна, потонула в чёрном звёздном небе. Однако, прежде чем он успел бросить взгляд на беспроглядную тьму, пролетающий снизу «Чёрный лебедь» уже открыл люк и подхватил его. В тот момент, когда люк закрылся, «Чёрный лебедь», охваченный огромной силой всасывания, рухнул в пространственно-временной излом. Позади них, у входа в пространственно-временной излом, многотысячная армия Серебряного города была стёрта в порошок. Гремели взрывы, повсюду вспыхивало пламя и поднимался дым. Это было похоже на самый грандиозный фейерверк в галактике. Такой переполох невозможно было игнорировать. И трёхсторонняя коалиция, и армия Серебряного города были настолько потрясены этими оглушительными взрывами, что даже забыли атаковать противника. На этот краткий миг бой прекратился. В то же время на другом конце пространственно-временного излома индикатор выполнения форматирования на экране перед батюшкой Шао неожиданно дважды мигнул. 51 минута, 2 секунды. Загрузка диска была выполнена на 87%. Когда показатель загрузки приближался к 88%, внезапно появилось красное предупреждение: «Факторы внезапности неустойчивы, загрузка ячеистого диска приостановлена!» Сердце старика Шао ухнуло вниз. Прежде чем он успел что-либо предпринять, внезапно распространились энергетические и пространственно-временные колебания, вызванные самокоррекцией времени. От резкой и мощной тряски старик впал в шоковое состояние. В следующий миг у точки входа в пространственно-временной излом вспыхнуло сияние. Подобно внезапной морской волне, оно мгновенно за какие-то доли секунды распространилось вокруг, накрыв собой сначала звёздный сектор, а затем и всё пространство. Десятки «Чёрных лебедей», находившихся в тот момент в изломе, также не смогли спастись. Саэ Ян и Чу Сы под воздействием мощнейшего удара впали в физиологический шок. ... Чу Сы показалось, что он спал слишком долго и видел множество хаотичных снов. Сны были самыми разными: причудливые и пугающе реалистичные, статичные и динамичные, спокойно проходящие и пролетающие с огромной скоростью. Ему даже приснилось, что его тело разорвало в пространственно-временном изломе. Даже когда пришло время открыть глаза, ему казалось, что его по косточке собрали заново. Всё тело ломило. Да и кресло пилота под ним стало невероятно неудобным, совершенно не походившим на мягкую искусственную кожу. На ощупь оно было скорее как грубая древесная кора. Прищурившись, он попытался размять шею... И лишь почувствовав, как ослепительно белый свет побивается сквозь прикрытые веки, он окончательно пришёл в себя и открыл глаза. От яркого света его зрачки сузились, а затем, понемногу привыкая, снова расширились. Когда картинка перед глазами постепенно прояснилась, на лице Чу Сы появилось редкое выражение растерянности. Он даже подумал, что страдает лунатизмом, в противном случае... Откуда здесь солнечный свет и тени деревьев??? Он машинально пошевелился и лишь тогда обнаружил, что сидит вовсе не в кресле пилота и не на диване в офисе на борту «Белого волка»... Тактильное восприятие в полубессознательном состоянии ничуть его не обмануло. Под ним действительно была древесная кора. Он лишь на мгновение впал в шоковое состояние и уже каким-то чудным образом обнаружил себя сидящим на суку огромного дерева. Самым позорным было то, что, пробудившись, он заметил, что его конечности онемели и скорость реакции слегка замедлилась. Одно движение, и он потерял равновесие, а к тому моменту, как осознал происходящее, то уже находился в свободном полёте. Самый молодой и перспективный исполнительный командир здания безопасности вот-вот покинет этот мир в самом расцвете сил, свалившись с дерева и ударившись затылком. Эта новость, вероятно, попадёт на первую полосу газеты в колонку развлечений. В тот момент, когда Чу Сы одеревеневшими руками инстинктивно пытался прикрыть голову, ожидаемого удара о твёрдую землю не последовало. Он угодил в чьи-то тёплые объятия. Чужой и вместе с тем до боли знакомый голос, усмехнувшись, произнёс: «Поймал».

Глава 96. Молодость скоротечна

«Саэ?» Чу Сы резко повернул голову. Это и правда был Саэ Ян — юный Саэ Ян, чей голос, в силу переходного возраста, был с хрипотцой. Он в оцепенении уставился в почти прозрачные глаза юноши. Покачав головой, Чу Сы усмехнулся: «Ну конечно же, это сон». В реальной жизни юный Саэ Ян, даже проглотив ведро крысиного яда, ни за что не стал бы так смотреть на него. Самое большее, что он сделал бы, — не стал задирать его. Чу Сы, оперевшись на его руку, твёрдо встал на ноги, но не стал сразу её отпускать. Вместо этого он, вскинув бровь, сжал его запястье и пробормотал: «На ощупь вполне реальный». Сказав это, он опустил взгляд и осмотрел себя. Его телосложение тоже было по-юношески худощавым, совсем не таким, как у взрослой версии. Как раз в тот момент, когда он собирался сказать что-то юному Саэ Яну, тот неожиданно усмехнулся, протянул руку, взял его подбородок, наклонился и укусил за губу. Чу Сы: «???» Этот негодяй и правда его укусил, причём приложив немало сил. Чу Сы шикнул от боли и нахмурился. Едва он собирался выпалить: «Чëрт возьми, что за бредовый сон?!» — как Саэ Ян отпустил его и немного отстранился. Прищурившись, он большим пальцем провёл по укушенной губе и спросил: «Больно? Маленький командир». «Ещё бы. Хочешь испытать на себе?» Раздражённо бросил Чу Сы. Саэ Ян понимающе пожал плечами: «По всей видимости, это не сон». Чу Сы: «???» Саэ Ян, не дав ему прийти в себя, наклонил голову и снова поцеловал его, на этот раз утешающе. Изогнув губы в улыбке, он прошептал: «Прошу прощения, немного увлёкся». Юные Саэ Ян и Чу Сы, знакомая тень от дерева и давно забытый солнечный свет, пробивающийся сквозь листву. Эта сцена легко могла сбить с толку... Казалось, толика сожаления и трепета, некогда канувшие в лету, проявились вновь. Создалось обманчивое впечатление, словно то была попытка наверстать всё, что было упущено в прошлом. Когда Чу Сы опомнился, то уже стоял прижавшись к шершавому стволу дерева и слегка запрокинув голову целовался с Саэ Яном. «Эта сцена кажется мне знакомой». Прошептал Чу Сы в перерывах между поцелуями. «И тот момент, когда ты меня поймал... Кажется, я его где-то уже видел.» Саэ Ян улыбнулся: «Но при этом считаешь, что это невозможно, и потому ставишь под сомнение реальность происходящего?» «Да... Как мы могли сотворить такое в то время, когда находились в санатории «Белый орёл»?» «Откровенно говоря, я испытываю те же чувства. Раньше это казалось чем-то... Невообразимым. Но сейчас всё встало на свои места». Сказал Саэ Ян. «Ощущение дежавю, потому что прежде это и правда случалось. И причина, по которой так сложилось, в том, что мы оба здесь». Внезапно в памяти Чу Сы всплыли слова Цзян Ци. Он говорил, что в ходе загрузки ячеистого диска будет происходить саморегуляция пространства и времени, которые из-за экспериментов Серебряного города долгое время находились в хаосе. «Значит, действительно произошёл пространственно-временной сбой, и мы вернулись в...» Чу Сы огляделся по сторонам. «В санаторий «Белый орёл», 40 лет назад». Ответил Саэ Ян. Спустя более чем 40 лет, прошедших с 5714 года, эти два неразрывно связанных человека, под влиянием процесса загрузки ячеистого диска, вновь вернулись в период своей юности.  Это оставило настолько глубокий след в его юношеских воспоминаниях, что даже 40 с лишним лет спустя, будь то в миг, когда Чу Сы падал с террасы виллы в чёрном кедровом лесу, или когда он видел эту сцену во сне, у него возникало ощущение дежавю... А поскольку данный эпизод был вызван нарушением пространства и времени, воспоминания были особо расплывчатыми. Как бы то ни было, под действием саморегуляции времени круг замкнулся. «Значит, когда нам было по 17-18 лет, мы уже были в столь близких отношениях?» Саэ Ян слегка отстранился и с улыбкой посмотрел на него. Чу Сы фыркнул и похлопал его по щеке: «Настоящий 17-18 летний ты, услышав такое, наверное, застрелился бы». «Прошлый я не имеет к этому никакого отношения». Саэ Ян коснулся своих губ и полушутя обратился к Чу Сы. «Дорогой командир, скорее поцелуй меня. Тополь увядает, а молодость так скоротечна». п/п: Фамилия нашего красавчика 杨 yáng – переводится как – тополь. Чу Сы: «... Господин Саэ Ян, твоя молодость пошла по второму кругу. Ты поистине бесстыден.» Несмотря на то, что слова его были резки, в душе он всё же находил эту сцену несколько... неописуемо новой и необычной. Дерево позади него, с густой, тенистой кроной, росло много лет. Вокруг них раскинулся знакомый ботанический сад санатория, а чуть дальше – оружейная – единственное место, которое когда-либо интересовало Саэ Яна. Этой дорогой он ходил бесчисленное количество раз, но когда внезапно снова оказался здесь, в юношеском обличье, стоя плечом к плечу с Саэ Яном, его стали переполнять чувства. Однако... «Нам же не придётся начинать всё сначала?» Нахмурился Чу Сы. «Неплохая идея.» Саэ Ян осмотрелся. «Но это, вероятно, будет не таким уж приятным делом.» Если бы им действительно пришлось начать всё с начала и проживать год за годом, последствия были бы непредсказуемы. «Процесс загрузки ячеистого диска занимает чуть более 58 минут. Если это лишь кратковременное нарушение, оно не должно длится дольше, чем весь процесс загрузки.» Сказал Саэ Ян. «Не забывай, когда мы столкнулись с искажением времени, прошло уже больше 51 минуты.» Услышав это напоминание, Чу Сы сразу понял: если это действительно лишь кратковременное нарушение, оно продлится не более 7 минут, а затем всё вернётся в норму. С того момента, как они открыли глаза, прошло уже больше 7 минут. Это могло означать лишь, что искажение пространства-времени было более продолжительным. Иными словами, во время загрузки диска возникла какая-то проблема, из-за которой полоса прогресса застыла в точке искажения времени и пространства, не давая возможности двигаться дальше. Что же пошло не так? «Стоя в ботаническом саду санатория «Белый Орёл», невозможно представить, что произошло под землёй в форте Барни, за тысячи ли отсюда». Как правило, когда путь становится всё более запутанным и теряется направление, стоит попробовать вернуться к началу. Очнувшись, они необъяснимым образом оказались в санатории, в совершенно непонятной ситуации. Почему бы не вернуться туда, где они впали в шоковое состояние? «Итак, что нам нужно подготовить, чтобы вернуться в пространственно-временной излом под фортом Барни?» Спросил Саэ Ян. «Давай посмотрим, что у нас есть.» Ответил Чу Сы. Он похлопал себя: «Пусто.» Саэ Ян сделал то же самое. «Гол как сокол.» «...» Супер! 2 нищеброда. Нищеброды переглянулись, и Чу Сы беспомощно произнёс: «Ладно, остальное не так уж и важно, но без «Чёрного лебедя» нам не обойтись». В противном случае путешествие к пространственно-временному излому – смертный приговор. «Итак, назрел вопрос. Где сейчас «Чёрный лебедь»?» «Сложно сказать... Кто знает, возможно, если мы покинем территорию санатория, то окажемся в совершенно другом времени и пространстве». Чу Сы поразмыслил и произнёс: «Шао Хэн упоминал, что после списания «Чёрные лебеди» были запечатаны в производственной зоне. Даже если впоследствии Фергюс и другие тайно ими воспользовались, они не стали бы нагло оставлять их у всех на виду, привлекая излишнее внимание». Значит, «Чёрный лебедь», скорее всего, по-прежнему на складе. «Военно-промышленные базы по производству таких летательных аппаратов в большинстве своём расположены в индустриальном парке на границе между городами Сиси и Вэйсы, что довольно далеко от санатория «Белый орёл», где мы сейчас находимся…» Саэ Ян сделал паузу. Пожав плечами, он продолжил: «В любом случае пешком туда не дойти». «А значит?..» Чу Сы, прищурившись, посмотрел на него. «Не припоминаешь тот удивительный случай в санатории?» Он лениво улыбнулся, подмигнул ему и продолжил: «Тот особо докучливый господин Кэмпбелл просто взял и потерял один из шаттлов, а 4 года спустя он из ниоткуда возник в окрестностях 3771 магистрали». Чу Сы смотрел на него с каменным выражением лица. «Ты предлагаешь будущему исполнительному директору здания безопасности угнать транспорт». «Мы уже угоняли воздушное судно. Не поздновато ли теперь рассуждать об этом?» Рассмеялся Саэ Ян. Чу Сы: «...» Охуенная шутка. В юности Чу Сы был ещё более отчуждённым. И вот он, с видом «я лишь сторонний наблюдатель и не стану вмешиваться», позволил Саэ Яну утащить себя на парковку, а затем... Пока Саэ Ян возился с автоматическим электронным замком, он, скрестив руки на груди и прислонившись к столбу, стоял на стрёме. 5 минут спустя они вылетели из санатория на матовом чёрном шаттле. Из-за тонированных стёкол не было видно пассажиров, сидящих внутри. Поэтому дремавший на солнце у ворот охранник, проверив карту доступа, выпустил их из санатория без дальнейших расспросов. Всё прошло на удивление гладко, но немногие сохранившиеся воспоминания говорят о том, что такой исход был предсказуем. Чу Сы сидел в пассажирском кресле, подперев одной рукой подбородок, другой он щёлкнул по фотографии Кэмпбелла на пропуске и с серьёзным видом произнёс: «От лица всего здания безопасности я приношу господину Кэмпбеллу свои глубочайшие извинения. Когда дело будет улажено, мы вам всё компенсируем». Саэ Ян, настраивающий автопилот и маршрут, взглянул на него и рассмеялся. «Командир, почему я не понял, насколько ты интересный человек, когда мне было 17-18 лет?» «Потому что был слепым». Проворчал Чу Сы. Саэ Ян поднял бровь: «Кто бы говорил». Чу Сы посмотрел в окно и тоже улыбнулся.

Глава 97

Мэнкаминфэй. Иногда получить возможность снова вернуться во времена своей юности весьма удивительно, но не слишком-то удобно. Например, когда они сталкивались с внезапной проверкой при въезде на какое-нибудь шоссе, им приходилось искать место для временной парковки и ждать, потому что любой, увидевший в машине пару 17-18 летних юнцов, непременно стал бы их допрашивать. Тем более учитывая тот факт, что у них при себе не было водительских прав. Как правило, такие проверки могли длиться по полдня, из-за чего время их пребывания там всё больше растягивалось. Отдыхать, впрочем, было довольно легко: настроив систему умного автопилота, можно было худо-бедно вздремнуть в машине. Об оплате за проезд на перекрёстках тоже не следовало беспокоиться. Она автоматически взимается с владельца, на которого зарегистрирован номерной знак автомобиля. В конце года несчастному мистеру Кэмпбеллу предстояло оплатить эти расходы. Единственной проблемой была... Еда. Почему? Потому что двое подростков были абсолютно нищими. Откровенно говоря, не то чтобы у них прям совсем не было денег. В эпоху, когда все активы привязаны к личному идентификационному счёту, чтобы расплатиться, нужно было лишь отсканировать отпечаток пальца. Пока на счёте достаточно средств, можно спокойно платить Но вскоре после выезда за пределы санатория Чу Сы и Саэ Яна настигло возмездие за угон машины. Как и предсказывал Цзян Ци, в процессе самокоррекции времени разные пространственно-временные зоны объединились. Можно было находиться в лете одного года, а сделав два шага вперёд, оказаться весной четыре года спустя. В местах, которые они проезжали, несколько раз сменялись пространственно-временные зоны: был и город Лайэнь 5650 года, и охваченный военной смутой округ Мэйс 5528 года, и даже старинная префектура Мэйгуй 5419 года — чего только не было! Но… Ни в одном из этих мест они не могли расплатиться отпечатком пальца! Потому что в те времена они даже ещё не родились, что уж говорить о счетах, привязанных к отпечаткам. Пробыв в пути почти 18 часов, чёрный шаттл проехал через южную часть острова Бабочек и, когда направлялся в северную, его внезапно тряхнуло. Чу Сы, закутанный в одеяло на пассажирском сидении, греясь на солнышке, лениво произнёс: «Снова въехали в новую пространственно-временную зону». Саэ Ян хмыкнул, приподнял голову и посмотрел на умный хронометр в машине: «Посмотрим, какой сейчас год». Чу Сы только что проснулся и всё ещё был немного сонным. В его голосе послышалась насмешка: «Уже родились?» Саэ Ян тоже усмехнулся: «Поздравляю, мы оба, похоже, уже родились». После восемнадцати часов голодания командир Чу уже не мог ясно мыслить. Услышав, что он может воспользоваться своими отпечатками пальцев, он оживился, выпрямился и выглянул в окно. Остров Бабочек находился недалеко от Изумрудной гавани, где он когда-то жил. Цзян Ци много раз привозил его туда, но они всегда очень спешили, поэтому использовали это место как перевалочный пункт, проезжая мимо и не останавливаясь надолго. Единственным объяснением, почему они проезжали именно здесь, было то, что Цзян Ци питал слабость к этому тихому городку. По удачному совпадению, улица, по которой ехал шаттл, была той же, по которой они часто проезжали прежде — бульвар Звёздной ночи. Чу Сы до глубины души был впечатлён вьющейся по обеим сторонам улицы гипсофилой. Ища глазами место для парковки, его взгляд упал на один ресторанчик. Он ошеломлённо уставился на название, а затем хлопнул Саэ Яна по руке. «Саэ, это место!» «Что?» «Мэнкаминфэй». Сказал Чу Сы, указывая на придорожный ресторанчик. Саэ Ян на мгновение опешил, но тут же вспомнил: «Ресторан, упомянутый в письме Эстер Кабэйл?» «Угу». Чу Сы кивнул и потянулся через Саэ Яна, чтобы настроить автопилот. «Помнишь, я сказал, что название кажется мне смутно знакомым? Мы с Цзян Ци были здесь проездом, но так ни разу не зашли». Саэ Ян похлопал его по пояснице и легонько, словно кот, поскрёб ногтями. «Измени на ручное управление, я сам припаркуюсь». Чу Сы едва не ударил его локтем в лицо. К счастью, Саэ Ян быстро среагировал. Он интуитивно наклонил голову и, весьма точно увернувшись от удара, расхохотался: «У обычных людей есть коленный рефлекс, а у тебя, маленький командир, уникальная способность, называемая локтевым рефлексом?» «Ты что, вошёл во вкус?» Чу Сы пытался говорить серьёзно, но всё равно не мог не улыбнуться. С тех пор как Саэ Ян обнаружил рядом с его талией особо чувствительное место, подобное поведение вошло у него в привычку. Теперь, едва Саэ Яну предоставлялся удобный случай, он тут же не гнушался им воспользоваться. К счастью, этот автомобиль большую часть времени пилотировался автопилотом, иначе они бы уже бесчисленное количество раз столкнулись с чем-нибудь. Переключившись на ручное управление, Саэ Ян, как ни странно, успокоился и аккуратно припарковался. Приведя себя в порядок, они с Чу Сы вышли из машины и направились в ресторан под названием «Мэнкаминфэй». Ресторанчик был небольшой, а обстановка внутри весьма... Академичной. Будь то светильники или другие предметы интерьера – всё напоминало звёздную систему. В тёмно-синий потолок были инкрустированы мелкие разрозненные светильники, которые даже днём, отражая солнечный свет, мерцали искорками, издалека напоминая Млечный Путь. Чу Сы: «…» Саэ Ян: «…» Это действительно похоже на место, которое может понравиться исследователям. Дизайнер, тем не менее, всё отлично продумал. Цвета декораций, по большей части, были чистыми и чёткими. В сочетании с музыкой в заведении и солнечным светом за панорамным окном создавалось своеобразное, трудно поддающееся объяснению ощущение уюта. А если бы вечером загорелись все эти символизирующие звёзды огни, возможно, всё выглядело бы ещё более великолепно. В одном электронном письме Эстер Кабэйл написала: «Если бы мы и правда смогли дождаться того дня, когда всё вернётся на правильный путь, то смогли бы отправиться в Мэнкаминфэй и насладиться ужином. Очень уж мне там нравится, естественно, кроме тебя об этом никто не знает. По правде говоря, у него есть ещё одно название, но слишком уж оно длинное. Сомневаюсь, что кто-то вообще его знает, и ты тоже». Возможно, эти слова произвели на него глубокое впечатление, но едва переступив порог, Чу Сы спросил: «Если бы у этого ресторана было другое имя, то какое?» «Кто ж знает. Спросим у владельца». Ответил Саэ Ян. В это время посетителей было не так много, однако самое дальнее место у окна уже было занято. Поэтому они выбрали столик перед ним, тоже у окна. Между двумя столиками стояла полупрозрачная резная перегородка. С угла обзора Чу Сы, сидящего напротив Саэ Яна, сквозь эту перегородку можно было лишь смутно разглядеть затылок находившегося за ней человека, что обеспечивало некоторую приватность. Они оба полагали, что Эстер Кабэйл нравилось это место по большей части из-за его интерьера. Что же касается кухни… Они не ожидали от неё слишком многого. Хорошо хоть меню не было таким же «академичным», как оформление. В нём честно и просто перечислялись названия блюд. «Креветки под соусом ганьманьи, копчённый угорь со свёклой, слоёный фруктовый пирог...» Чу Сы никогда здесь не ел, поэтому заказал несколько блюд наугад. После восемнадцати часов голодовки он мог съесть практически всё что угодно. Что до Саэ Яна, то ему и подавно было всё равно, ведь он мог проглотить даже горелую треску. Возможно, из-за небольшого количества посетителей, им не пришлось долго ждать, и еду подали весьма быстро. Еда оказалась на удивление вкусной. Они так быстро её уплетали, что голод постепенно утих лишь к последнему куску пирога. Они непринуждённо болтали, в основном обсуждая загрузку диска, а учитывая, что за ними сидел другой человек, говорить старались завуалировано. Чу Сы разделил последний кусок пирога и отдал половину Саэ Яну. Он как раз собирался поддеть его вилкой, как вдруг вспомнил: «Погодика-ка, какой сейчас год?» «Эм?» Саэ Ян на мгновение задумался и ответил: «Кажется, 5655». И тут его осенило. Чу Сы: «...» Саэ Ян: «...» «В 5655 году мне было 2 года. Если не ошибаюсь, а тебе было максимум 2,5». С каменным выражением лица Чу Сы спросил: «Уважаемый господин Ян, скажи-ка, сколько денег было на твоём банковском счёте, когда тебе было 2,5 года? У меня вот, например, не было ни копейки». Саэ Ян поднёс руку к кончику носа и кашлянул. «Теоретически, примерно столько же, сколько и у тебя». «Отлично, значит, и у тебя нет ни копейки». Чу Сы скрестил руки на груди и откинулся на спинку диванчика. Великолепно! Всё ещё 2 голодранца... Случайно пообедавшие, будучи не в состоянии заплатить по счёту. «И что будем делать?» Саэ Ян непринуждённо откинулся на спинку дивана и с полуулыбкой сказал: «Как насчёт того, чтобы договориться с владельцем о долговой расписке? И подписать её как будущий исполнительный командир здания безопасности? Просто скажем, что лет через 50 мы всё вернём». Командир Чу, наслаждаясь своим первым халявным обедом, пошевелил губами: «... Я заметил, что с тех пор, как встретил тебя, сбился с пути». «Для меня это большая честь». «...» Пока эти двое беспокоились, сидевший позади них позвонил в колокольчик и встал. Через перегородку можно было смутно различить высокого черноволосого мужчину. Он был одет в простую рубашку дымчато-синего цвета и брюки. Некоторое время он стоял спиной к ним, слегка приподняв голову, казалось, рассматривая украшения или картины на стене напротив. Когда официант подошёл к его столику, мужчина опустил голову и сказал ему несколько слов, а затем оплатил счёт отпечатком пальца. В его тихом голосе слышалась усталость. Возможно, яркий солнечный свет и тишина немного разленили его. Чу Сы переживал об оплате собственного счёта, поэтому не обратил внимания и не расслышал, о чём они говорили. Через мгновение высокий мужчина вышел через заднюю дверь, находившуюся рядом с его столиком. Официант, принимавший счёт, подошёл к ним и мягко сказал: «Этот господин только что заплатил за вас. Когда закончите есть, не забудьте забрать свои вещи». Чу Сы потерял дар речи: «Зачем?» «Он сказал, что случайно подслушал ваш разговор, из-за чего чувствует себя крайне виноватым, поэтому, в качестве извинения, оплатил счёт». Ответил официант. Чу Сы и Саэ Ян переглянулись. Они вспомнили, что, когда Саэ Ян упомянул о долговой расписке, то откинулся на спинку дивана, оказавшись довольно близко к мужчине, и тот, вероятно, услышал его слова. Мужчина не только любезно оплатил их счёт, но и придумал вразумительное оправдание. «Жди здесь, я напишу расписку». Сказал Чу Сы Саэ Яну и помчался к задней двери. Но уже было слишком поздно. Он лишь мельком увидел, как мужчина зашёл за угол и исчез. Но… Эта спина… Чу Сы нахмурился и развернулся в сторону ресторанчика. «Что с лицом?» Спросил Саэ Ян, взглянув на выражение его лица. «Мне почему-то показалось, что силуэт этого человека немного похож на...» Чу Сы помедлил, а затем повернулся к официанту и спросил: «Какая фамилия у человека, оплатившего счёт?» Обычно при оплате отпечатком пальца отображается часть личной информации, но она размыта, поэтому показывается только фамилия. Официант, даже не взглянув на сканер отпечатков пальцев, улыбнулся и сказал: «Его фамилия Цзян. Господин Цзян — наш постоянный гость. Он обедает здесь почти каждый день последние полгода, и всегда за одним и тем же столиком. Но только что, оплачивая счёт, господин Цзян сказал, что, возможно, больше не сможет прийти». Услышав фамилию, Саэ Ян на миг остолбенел. «Совпадение?» Но, поразмыслив над словами официанта, это перестало казаться совпадением, ведь он приходил почти каждый день. Чу Сы вдруг понял, кто получатель письма от Эстер Кабэйл: его приёмный отец, Цзян Ци. 5655 год был годом, когда после смерти Эстер Кабэйл в военном министерстве начались масштабные зачистки. В то время в министерстве царил хаос, люди, занимавшиеся временными экспериментами, были поглощены собственными проблемами и, вероятно, не могли следить за маленьким ресторанчиком, упомянутым в письме. А причина, по которой Цзян Ци сказал, что, возможно, больше не сможет приходить, заключалась в том, что масштабная зачистка почти закончилась, и если бы он продолжал приходить, это могло бы привести к разоблачению целого ряда связанных с ним людей. Пока Чу Сы молчал, Саэ Ян внезапно спросил официанта: «Что означает «Мэнкаминфэй»? Я слышал, у этого ресторана есть и другое название?» «Другое название?» Официант помолчал, а затем улыбнулся, словно что-то вспомнив. «Многие украшения в нашем ресторане были сделаны по дизайну гостей. Одна леди решила добавить некую фразу. Хозяин посчитал это очень интересным, поэтому добавил фразу в аннотацию к названию заведения». Он протянул руку в приглашающем жесте и провёл Чу Сы и Саэ Яна к тому самому столику, указав на стену, которую так долго рассматривал Цзян Ци: «Вот здесь. Довольно забавно, что та леди тоже всегда любила сидеть именно на этом месте, но она давно не приходила…» Чу Сы посмотрел на стену. Она была украшена точно такими же крошечными сверкающими светильниками, как и потолок, и даже без солнечного света сияла так ярко, словно звёздное небо летней ночью. Над ней красовалось название ресторана – Мэнкаминфэй. Официант объяснил: «Это древнее изречение, пришедшее к нам с острова Бабочек. В переводе означает «вечность».» Прямо под словом «вечность» небольшая строка, написанная особенно мягким почерком, гласила: «Млечный путь – яркий, солнечный свет – ясный. Среди всего прекрасного в этом мире, будь то в жизни или в смерти, я неизменно буду любить тебя.»

Глава 98. Преследование

После того, как они покинули Мэнкаминфэй, Чу Сы и Саэ Яну внезапно стала сопутствовать удача, словно ресторанчик, символизирующий вечность, наполненный сиянием Млечного пути, даровал им благословение. Их путешествие оказалось на удивление гладким. Каждая пространственно-временная зона, которую они проезжали, была идеальным вариантом. Им не приходилось беспокоиться о деньгах или еде, у транспорта был хороший запас энергии, и они редко встречали контрольно-пропускные пункты. Добравшись до границы между городами Сиси и Вэйс, они попали в 5662 год. 5662 год, поздняя осень, вечер. Промышленный парк находился в отдалённом месте, поэтому там бесчинствовал осенний ветер. Они в бессилии наблюдали, как он переломил пополам едва окрепшее тонкое деревце. Сидевшие в машине в летней одежде Чу Сы и Саэ Ян: «...» На улице было ещё светло, и безрассудное вторжение в промышленную зону в это время суток - означало навлечь на себя смерть. А у них даже не было подходящего оружия. Они хотели бы его раздобыть, но в 17-18 лет, даже при наличии денег, это был бы долгий путь, требующий обращения на чёрный рынок или за помощью к бродягам. Тогда пришлось бы сделать огромный крюк, поэтому лучше просто похитить парочку неудачливых охранников в промзоне. «Почему мы до сих пор выглядим вот так?..» Недовольно проворчал Чу Сы, подперев подбородок. На его переносице болтались очки Мосс, купленные по дороге. В них сочетались функции защиты глаз, пуленепробиваемость, телескопическое и микроскопическое увеличение. Хотя на первый взгляд они ничем не отличались от обычных. Очки были настроены на режим телескопа. Из укромного места, в котором они припарковали машину, можно было отчётливо разглядеть даже волосы на голове охранника у западных ворот промзоны. «Кто ж знает? Бог любит такие фокусы». Саэ Ян тоже подпёр подбородок, но он больше смотрел на Чу Сы, нежели на охранника. Из-за этого Чу Сы то и дело приходилось брать его за подбородок и отворачивать его голову: «Ты что, скормил собакам всё то, чему тебя научили в военном училище? Кто учил тебя делать два дела одновременно?» Саэ Ян, подыгрывая ему, позволял Чу Сы делать всё, что тому заблагорассудится. Он послушно отворачивался, но вскоре снова смотрел на него, лениво и расслабленно, словно большой кот, растянувшийся рядом. «Если ты не выполняешь свою работу, то хотя бы не мешай делать другим свою». Сказал Чу Сы. Саэ Ян усмехнулся: «На самом деле, не обязательно так пристально следить. В этой промзоне около восьми вечера будет сменятся караул, и охранники будут возвращаться на внутреннюю базу. Путь займёт около пяти минут, вот тогда и можно будет поймать парочку». Чу Сы: «...» Он немного помолчал и с каменным выражением лица развернулся: «Откуда такие познания?» «Моё первое задание после выпуска из тренировочного лагеря было где-то здесь. У меня довольно хорошая память». Сказал Саэ Ян. «Позволь спросить, почему ты не рассказал мне об этом раньше?» «Потому что нахожу тебя, командир, в этих очках и с отстранённым выражением лица весьма привлекательным. Вот и решил ещё немного полюбоваться». «…Я могу сейчас с таким же выражением швырнуть эти очки тебе в лицо. Хочешь полюбоваться?» Раздражённо спросил Чу Сы. Пока они препирались, у ворот прежде безмолвной промзоны вдруг появилось несколько человек. Чу Сы снова повернул голову и подрегулировал линзы очков. Изначально слегка размытые силуэты стали отчётливее... То был пожилой мужчина с серо-голубыми глазами, крючковатым носом и глубокими носогубными складками. Его короткие седые волосы были аккуратно зачёсаны назад. На нём была серая рубашка в полоску и брюки, а поверх – белый лабораторный халат, типичная одежда для промзоны. С боку на груди крепился бейдж. Это... «Маундер Холлс». Чу Сы похлопал человека, находившегося рядом, и указал пальцем в сторону ворот. «Саэ. Создатель драконьей колонны – Маундер Холлс». На самом деле, присутствие Маундера Холлса в этой индустриальной зоне не было неожиданностью. В конце концов, он был самым важным военным исследователем и конструктором, а этот промышленный парк специализировался на производстве самого технологически продвинутого военного оборудования. Видеть его здесь было совершенно нормально. Если бы он руководил каким-либо военным проектом, то вполне мог провести здесь несколько лет. Но такова уж природа людей. Узнав, что кто-то замешан в заговоре, неосознанно предполагаешь, что в каждом шаге этого человека имеется скрытый мотив. И Чу Сы, откровенно говоря, не был исключением. А потому сейчас, глядя на этого некогда влиятельного человека, от одного слова которого дрожали все, он не мог отделаться от ощущения, что тот что-то замышляет. Саэ Ян снял очки с Чу Сы, взглянул в них и, опустив голову, тут же завёл автомобиль. «Что?» «Старик, похоже, собрался уходить. В любом случае до пересменки ещё больше трёх часов. Не будем терять время и проследим за ним». Ответил Саэ Ян. Услышав это, Чу Сы снова надел очки. Действительно, Маундер Холлс перекинулся парой слов с охранниками у ворот, и в этот же момент автомобиль бесшумно подъехал к парадному входу. Он махнул охранникам рукой, нырнул в машину, и она быстро помчалась по главной дороге, проходящей перед промзоной. «Что ещё он сказал?» Саэ Ян быстро отрегулировал параметры управления, и автомобиль выехал так же бесшумно. Они быстро набрали высокую скорость и поехали по дороге, которая шла параллельно главной. Чу Сы успел прочитать по губам Холлса: «Он сказал, что едет в соседний город Сиси, на Центральную площадь Ланьхуа, чтобы купить букет бегоний на годовщину смерти жены». Саэ Ян всё понял и тут же прибавил скорость. Он не стал следовать за машиной Холлса, а выбрал другой маршрут и направился прямиком в город Сиси. Такие люди, как Маундер Холлс, годами скрывающие свою истинную сущность и избегающие разоблачения, действуют чрезвычайно осторожно. Даже если он действительно хотел воспользоваться возможностью покинуть промышленный парк, чтобы что-то предпринять, он прикрылся бы благородным предлогом. Поэтому, если он сказал, что едет на Центральную площадь Ланьхуа, значит, обязательно туда отправится. Хотя в названии «Центральная площадь Ланьхуа» и было слово «центральная», фактически же она располагалась в очень отдалённом месте, на северной окраине города Сиси. Это было излюбленное место для работников промзоны, поэтому приезд Маундера Холлса сюда был вполне обычным делом. Саэ Ян управлял наземным транспортом так, словно пилотировал звездолёт. Несмотря на то, что они сделали крюк, всё равно умудрились прибыть в Сиси раньше Маундера Холлса. Он припарковался на наземной парковке в зоне 2 на площади Ланьхуа, выбрав самое крайнее место. С этого места Чу Сы, через очки, мог видеть главную улицу, ведущую к городу Сиси, а вот толпу, проходящую мимо входа на центральную площадь, мог различить даже без них. Для таких тренированных людей, как они, быстро находить лучшую точку обзора в незнакомой обстановке стало сродни рефлексу. Прождав в машине меньше трёх минут, Чу Сы указал подбородком в сторону въезда. «Приехали». Серебристо-серый автомобиль Маундера Холлса вскоре въехал в город и, как и ожидалось, свернул к въезду на Центральную площадь Ланьхуа. «Пошли». Чу Сы отрегулировал очки и поторопил Сэ Яна. К 5662 году Чу Сы уже жил со своим приёмным отцом. Он знал, что Цзян Ци регулярно переводит крупные суммы на его личный счёт, но так как редко выходил один, то тратил мало и даже не знал, какой остаток на его счёте. Но сколько бы денег ни было, им с Саэ Яном определённо хватит, чтобы прошвырнуться по площади. Чу Сы и Саэ Ян неспешно зашли в лавку с горячими напитками и заказали две чашки горячего шоколада. Краем глаза они заметили Маундера Холлса, направлявшегося в ближайший цветочный магазин, в сопровождении пары телохранителей. Вообще говоря, подростки в возрасте 14 лет, подобно молодым планетам, очень быстро взрослеют. К 17-18 годам их внешность и рост почти такие же, как и у взрослых. В течение следующего десятилетия изменения практически незаметны. В основном меняются их психологические данные и темперамент, а голос меняется медленнее всего. Такие люди, как Чу Сы и Саэ Ян, внешне молодые, но при этом со сдержанным и спокойным характером, особенно радуют глаз. Поэтому, пока они и стояли у лавки с горячими напитками, наблюдая за людьми, и ждали свой горячий шоколад, девушка за кассой не заметила ничего необычного в их действиях, поскольку всё её внимание было приковано к их лицам. «Я тут заметил кое-кого интересного». Прошептал Саэ Ян, указав подбородком в сторону террасы соседнего кафе. Через очки Чу Сы мог прекрасно видеть мужчину средних лет, сидевшего на террасе и не отрывавшего глаз от цветочного магазина. Только после того, как Маундер Холлс вошёл внутрь, он на мгновение отвёл взгляд и покрутил кофейную чашку. Но удивило его отнюдь не это. Удивило его то, что он знал этого мужчину. Он нахмурил брови и, наконец-то поняв в чём дело, обратился к Саэ Яну. «Я уверен, что эти двое в одной шайке». «Э?» «Я его знаю, это заместитель директора приюта города Сиси, он выполняет исключительно поручения директора, этакий хорошо обученный прихвостень». Чу Сы вспомнил приют, в котором когда-то жил, и на его лице появилось холодное выражение, с лёгким оттенком отвращения. Когда он только пришёл в здание безопасности, то инициировал расследование в отношении детского дома города Сиси. Однако из-за иного распределения обязанностей, расследование в конечном итоге попало в юрисдикцию правительства. В финальном выданном ему отчёте говорилось, что приют имел отношение к нескольким неправомерным действиям, в том числе к хищению гуманитарной помощи и жестокому обращению с детьми. Те, кто заслуживал ареста, были задержаны, те, кто заслуживал штрафов, были оштрафованы. После наведения порядка приюту разрешили возобновить работу. В то время он понятия не имел об экспериментах со временем, поэтому не стал подвергать сомнению этот вывод. Но теперь, оглядываясь назад, он понял, что всё сложнее, чем казалось на самом деле, или, возможно, слишком очевидно — приют тоже был замешан в экспериментах со временем. Чу Сы и Саэ Ян потягивая горячий шоколад продолжали наблюдать за прохожими. Благодаря углу обзора и очкам, Чу Сы отчётливо видел, как Маундер Холлс выбрал в магазине букет бегоний, попросил продавца их упаковать, а затем протянул руку, чтобы взять цветы. С невозмутимым видом он вышел из магазина вместе с двумя телохранителями и направился к парковке. Вскоре серебристо-серый автомобиль свернул на главную дорогу, ведущую в город, и вернулся тем же путём. Казалось, он действительно вышел лишь для того, чтобы купить цветы. «Догоним?» Спросил Саэ Ян. «Что думаешь?» Чу Сы спокойно указал подбородком в сторону заместителя директора приюта, сидевшего в кофейне. Как и ожидалось, заместитель директора мгновение помедлил, допил последний глоток кофе, поправил одежду и неспешно вошёл в цветочный магазин. «Полагаю, что тот старикан что-то оставил для него». Ответил Саэ Ян. Чу Сы на секунду задумался и махнул ему рукой: «Пошли, посмотрим». «Вот так просто войдём?» Саэ Ян приподнял бровь. «Купим что-нибудь. В чём проблема?» Ответил Чу Сы и похлопал Саэ Яна по щеке. «Немного погодя, будь так добр, сделай удивлённое лицо и, желательно, слегка разозлись». Через несколько секунд флорист, подбиравший цветы для склонного к полноте заместителя директора средних лет, поднял глаза и увидел, как в магазин вошли два высоких, длинноногих, красивых молодых парня. Первый выглядел интеллигентно, однако обладал природной отчуждённостью, а второй, шедший позади, недовольно хмурился. В его взгляде читалось высокомерие с толикой нетерпения. То были Чу Сы и Саэ Ян, которому пришлось изобразить кислую мину. Продавец вздрогнул, быстро взглянул на заместителя директора и улыбнулся новым покупателям. «Чем могу помочь?» «Эм-м?» Чу Сы окинул взглядом цветы и растения в магазине и ответил: «У вас здесь есть что-нибудь вроде кошачьей мяты? Чтобы разок лизнуть — и тут же успокоиться». Его тон был резким, от чего продавец немного растерялся и машинально спросил: «Для кота?» Чу Сы холодно взглянул на Саэ Яна и ответил: «Нет, для моего парня».

Глава 99. Создать проблем

Продавец: «...» Заместитель директора: «...» Саэ Ян: «...» Все трое застыли в оцепенении. На краткий миг выражение лица Саэ Яна изменилось, а затем... Он решил пустить всё на самотёк. Этот человек, полагаясь на свои широкие плечи и высокий рост, развернулся спиной к продавцу и заместителю директора, быстро подмигнул Чу Сы и усмехнулся, словно опасался разоблачения. Чу Сы: «…» Рассмеявшись, он снова обернулся и взглянул на растерянных мужчин. Как только его взгляд оторвался от лица Чу Сы, то тут же стал пренебрежительным. Саэ Ян мимолётом взглянул на них, будто даже не заметив. Лёгкий намёк на улыбку всё ещё играл на уголках его губ, но в совокупности с этим пренебрежительным взглядом она превратилась в презрительную усмешку. Стороннему наблюдателю, такому как продавец, показалось, что запрос Чу Сы «Найти кошачью траву, чтобы накормить своего парня» в присутствии незнакомца лишь подлил масла в огонь, ещё больше ухудшив настроение этого угрюмого человека. Он даже презрительно усмехнулся. Молодёжь 17-18 лет частенько имеет дурной нрав и очень легко выходит из себя, но тем не менее заботится о своей репутации. Поэтому при посторонних молодые люди старательно делают вид, что всё в порядке. В общем, когда Саэ Ян бросил саркастичное: «Тогда не торопись с выбором», а затем, отстранив мешающих продавца и заместителя директора, с каменным выражением лица покинул магазин, ни в чём не повинные мужчины ухватились за стойку для цветов. За исключением не самого приятного выражения лица, они ничего не заметили. Чу Сы, весьма кстати, сделал сконфуженный вид. Сказал продавцу: «Прошу прощения, ошибся», и беспомощно удалился. Едва он ступил за порог цветочного магазина, покорное выражение исчезло с его лица. Саэ Ян, стоявший вдали, жестом поманил его, и они, не теряя времени даром, направились прямиком к автомобилю. Как только они выехали с парковки, продавец и заместитель директора выбежали из цветочного магазина, оглядываясь по сторонам. Они явно кого-то высматривали. «Выражения на их лицах хороши?» Поинтересовался Саэ Ян, молниеносно настраивая параметры. «Весьма недурны». Чу Сы поправил очки и в режиме реального времени описал сцену у цветочного магазина. «Всего за несколько секунд он выругался раз пять. При этом настолько громко, что продавец остолбенел». Прежде чем мужчины успели среагировать, автомобиль влился в поток транспорта, затем быстро повернул налево, выехал на главную дорогу, ведущую в город, и умчался со скоростью межпланетного корабля. «Но это не самое главное». Чу Сы снял очки и отложил их в сторону. Повернувшись к Саэ Яну, он сказал: «Меня больше интересует не то, что они сказали, а то, что тебе удалось раздобыть. Давай распределять наживу». Будучи исполнительным командиром здания безопасности, он сговорился с преступником, нарушив тем самым почти все законы в уголовном кодексе планеты. Режим вождения снова переключился на интеллектуальный. Саэ Ян повернулся боком и показал Чу Сы то, что держал в руке. В пальцах его левой руки был зажат диск, напоминающий древнюю металлическую монету. При беглом взгляде не было заметно ядра, расположенного в самом сердце этой штучки. Саэ Ян сказал: «Это было спрятано в букете, который принёс продавец. Жаль, что было плохо спрятано». Нет нужды говорить, раз уж диск был спрятан в букете, а букет предназначался заместителю директора, это, должно быть, то, что Маундер Холлс незаметно оставил ранее. Сказав это, Саэ Ян потряс предметом в своей правой руке. «А насчёт этого, всё очевидно — устройство связи. Я вытащил его из кармана того толстяка». Изначально Чу Сы надеялся, что, воспользовавшись ситуацией, они смогут стащить то, что оставил Маундер Холлс, но неожиданно стал тем, кому посчастливилось поучаствовать в акции «купи один — получи второй бесплатно». В этой ситуации господин Саэ Ян оказался поистине... Чересчур внимателен! С маленьким диском, конечно, придётся повозиться, но с коммуникатором проблем возникнуть не должно. Чу Сы потянулся за ним. «Дай-ка посмотрю, есть ли какие-нибудь контакты между заместителем директора и Маундером Холлсом». Вместо того, чтобы отдать ему коммуникатор, Саэ Ян поднял руку и подмигнул. «Разве не следует сначала поблагодарить своего парня? В конце концов, согласно сценарию, я всё ещё должен быть в плохом настроении. Где твоя кошачья мята, командир?» Он даже выделил слово «парень». Так по-детски… Чу Сы: «…» Он безэмоционально взглянул на Саэ Яна: «Не забывай, у меня нет денег, чтобы её купить. Я никогда не держался за людей, ты прекрасно должен это знать.» Саэ Ян: «Кажется, мне срочно нужно вырастить кошачьей мяты, и когда ты в очередной раз будешь упрямиться – скормить её тебе.» Чу Сы: «…» Он несколько секунд спокойно смотрел на Саэ Яна, затем похлопал его по плечу и сказал: «Если подумать логически, записи о каких-либо контактах между ним и Маундером Холлсом должны быть стёрты. И вероятнее всего, их невозможно восстановить обычными способами. Полагаю, заботу об этих двоих лучше доверить тебе, мой бойфренд. Я не буду смотреть». Саэ Ян: «…» Ничья. Впоследствии, находясь в дороге, они вместе тщательно прошманали устройство связи, и, как ожидалось, ничего не нашли. Всё было абсолютно чисто. В автомобиле не было никаких полезных инструментов, а навыки Саэ Яна оказались бесполезны. В этот момент им обоим в голову пришло «Око небес». Хоть всякий раз эта штука и напрашивается на взбучку, всё равно весьма полезное «интеллектуальное устройство». Но какой смысл сожалеть. Им осталось только отказаться от мыслей докопаться до сути, потому что за ним с включёнными сиренами неслась полицейская машина города Сиси. Очевидно, что их противник обладал поразительной решимостью. Им ничего не оставалось, кроме как отказаться от своего изначального плана вернуться в промышленный парк, и просто мчать вперёд по дороге. Они не позволяли полицейской машине преградить им путь, но и оторваться от неё не могли. На третьей развилке Саэ Ян наугад выбрал направление, и как только он выехал на эту дорогу, автомобиль внезапно дёрнулся. Пейзаж стал расплываться, а затем снова прояснился. Полицейская машина, отчаянно гнавшаяся за ними, исчезла без следа. Они попали в новую пространственно-временную зону. «5674 год». Чу Сы взглянул на хроноскоп. «Ровно через четыре года после исчезновения шаттла несчастного господина Кэмпбелла». Саэ Ян просматривал карту, выбирая подходящий маршрут в обход индустриального парка. Услышав слова Чу Сы, он щёлкнул по экрану. «Какое совпадение! 3771-я магистраль — ближе всего к индустриальному парку». «Поехали, пора вернуть транспорт». Они припарковались поближе, наклеили противоударную плёнку на машину несчастного мистера Кэмпбелла и добросовестно заперли её. К счастью, время совпало идеально, словно специально для них. До восьми оставалось меньше двадцати минут, что избавляло от необходимости ждать смены охраны. К несчастью, была зима... Ночь, в пригороде, без крыши над головой. Едва они успели выйти из автомобиля, как завывающий северный ветер ударил им в лица, а они, ко всему прочему, были в летней одежде. «Воистину умеем выбирать время.» Изо рта Саэ Яна шёл пар. «Холодно?» «А сам как думаешь?» «Если станет невыносимо, обними меня». «…Смогут ли две сосульки согреться друг о друга?» Выйдя из машины, Чу Сы дважды обошёл пустынную дорогу, осматривая местность. Кратчайший путь действительно пролегал по прямой. От той точки, где они находились на 3771 магистрали, до бокового входа в промышленный парк можно было дойти всего за пару минут. Вот только эти две точки разделяли глубокий овраг и небольшой холм. «Местность весьма благоприятна. Как раз согреемся, пока будем взбираться на холм». Чу Сы кивнул Саэ Яну. «Пойдём, разомнёмся». Они спустились в овраг и достигли вершины холма примерно за пять минут. С вершины открывался прекрасный вид на промышленный парк. Прикинув маршрут, они спустились по склону вдоль парка. На мгновение им даже показалось, что они снова в тренировочном лагере, вместе выполняют задание. Всё казалось знакомым и привычным. От отрыва от слежки до проникновения в парк – каждое движение было чётким, они понимали друг друга без слов. Даже бесшумное устранение двух замыкающих охранников было идеально скоординированным. В тот момент, когда Саэ Ян скрутил охранников по рукам и ногам, Чу Сы уже забрал всё оружие. Когда один из охранников собирался закричать, Чу Сы схватил его за запястье и зажал ему рот его же кулаком. Саэ Ян нанёс сокрушительный удар сзади, сбив мужчину с ног. Они благополучно сорвали с охраны куртку, брюки и взрывозащитные шлемы и надели эти комплекты на себя. Хоть они по-прежнему выглядели довольно молодо, плотная зимняя форма это скрывала. На первый взгляд они выглядели просто как два высоких охранника. Мужчины хорошо подготовились к операции. По крайней мере, по их предыдущим наблюдениям, им уже удалось определить местонахождение склада, на котором находился «Чёрный лебедь». Саэ Ян подал знак, и двое мужчин разделились, двинувшись в противоположных направлениях. Саэ Ян направился к западному складу. Ведь он был экспертом по манипулированию различными системами искусственного интеллекта, что делало его идеальным взломщиком дверей и вором оборудования. Чу Сы же отправился на восток, чтобы обеспечить ему прикрытие. Согласно изначальному соглашению, Чу Сы нужно было лишь активировать сигнализацию в определённом месте на восточной стороне и привлечь тем самым внимание большинства людей. Затем он должен был проскользнуть обратно на западную сторону и дождаться, пока Саэ Ян заберёт «Чёрного лебедя» и воссоединится с ним. Сначала Чу Сы следовал заранее оговорённому плану и тихо пробрался в Восточную зону №1. В пределах досягаемости охранников он выбрал безлюдное место и выстрелил из пушки. У этого оружия были свои преимущества и недостатки. Оно было исключительно свирепым и жестоким против людей: один выстрел мгновенно превращал человека в пыль. Недостатком же было то, что, помимо ужасающего грохота, от неё не было другой практической пользы. Её сила атаки и дальность были крайне ограничены. Выстрелив один раз, Чу Сы повернулся и скрылся, оставляя за собой лишь клубы дыма. Внезапно раздался пронзительный вой сирены, и по всей Восточной зоне №1 замигали красные сигнальные огни. Было мобилизовано большое количество охранников, из-за чего создавался хаос. На всё это хватило одной минуты. Пока первая Восточная зона была охвачена хаосом, Чу Сы спокойно стоял на вершине стены второй Восточной зоны. Умело разряжая магазин и перезаряжая «Разрушителя миров», он осматривал территорию сверху. Вообще, он мог бы воссоединиться с Саэ Яном прямо сейчас, но, по приблизительным подсчётам, этого короткого промежутка времени хватило бы лишь на то, чтобы Саэ Ян успел отключить сигнализацию на Западном складе. Поэтому Чу Сы принял решение ещё немного поотвлекать охрану. С этими мыслями Чу Сы спрыгнул со стены, легкомысленно пренебрегая мерами предосторожности, несколько раз попал под инфракрасные лучи, взорвал ещё два устройства наблюдения и активировал сигнализацию во втором Восточном складе. Посеяв хаос в двух восточных зонах, он неторопливо прогуливался среди фонового шума, а затем направился в главную комнату наблюдения Восточного склада. Держа палец на спусковом крючке «Разрушителя миров», он отсчитывал секунды, засекая время. В тот же миг он проскользнул через несколько слепых зон и упёрся в стену главной комнаты наблюдения. Одним выстрелом он разнёс дверь, а затем сбил пятерых дежурных наблюдателей. Высокая, стройная фигура прошла через комнату наблюдения и активировала все системы сигнализации в Восточном крыле, заставив тем самым сработать все датчики дыма. В огромном Восточном крыле, где находились многочисленные секретные проекты, оглушительно завыла сигнализация. Датчики дыма лихорадочно распыляли воду, орошая территорию. Красные сигнальные огни во всех одиннадцати зонах освещали небо, создавая иллюзию полыхающего пожара. Он в одиночку создал столь грандиозный эффект, а затем, бросив холодный, равнодушный взгляд на свой шедевр, направился в сторону Западного крыла. Он примерно рассчитал и обнаружил, что весь процесс занял около семи минут, на три минуты меньше десяти, о которых они с Саэ Яном договорились ранее. Но он также знал, что если успел сделать это раньше, Саэ Ян тоже управился бы. Вероятно, он уже какое-то время ждёт его в «Чёрном лебеде». Однако, остановившись у условленного выхода со склада, Чу Сы не обнаружил там Саэ Яна. Семь минут, а «Чёрного лебедя» всё нет! Это не в его стиле. Неужели... Что-то случилось?.. Охраны поблизости не было, сигнализация молчала. Очевидно, что всё шло по плану, и не произошло ничего непредвиденного. Тем не менее, Чу Сы нахмурился и быстро перезарядил «разрушителя миров». Как раз когда он собирался проникнуть на склад, чтобы проверить, что происходит, выход тихо открылся, и оттуда, в шумоизолирующем кожухе, выскользнул «Чёрный лебедь». Чу Сы облегчённо вздохнул и уже собирался приблизиться, но увидел второго «Чёрного лебедя», следовавшего за ним. Затем последовал третий, четвёртый, пятый... Чу Сы: «...» Несмотря на то, что благодаря шумоизолирующему кожуху не было слышно рёва двигателей, ветер, поднятый этими «Чёрными лебедями», был достаточно внушительным. Прежде чем Чу Сы успел прийти в себя, «Чёрный лебедь», стоящий во главе строя, планируя на высокой скорости, открыл люк. Изнутри вытянулась рука, приблизившаяся в мгновение ока. Чу Сы машинально улыбнулся, пристегнул «разрушителя миров» к поясу и побежал. Как только рука настигла его, он подпрыгнул и, используя силу рук, ловко запрыгнул на рампу перед люком. Рука подтянула его, и он оказался в кабине «Чёрного лебедя». Потрясения всегда возбуждают нервную систему. В тот момент, когда Чу Сы втащили в кабину, Саэ Ян прижал его к металлической стене и начал целовать и покусывать. Бззз... «Режим невидимости активирован. Двигатели переведены в режим работы на большой высоте. Топливный бак № 2 готов к активации...» Когда тяжёлый люк закрылся, электронный голос из кабины передал данные. «Чёрный лебедь» задрожал, достигнув максимально возможной на земле скорости, а затем с рёвом оторвался от земли, увлекая за собой воющий ветер и сотню «Чёрных лебедей», исчезая в бескрайнем чёрном небе.

Глава 100. Пространственно-временной излом

Когда планета распалась на части, то площадь её поверхности стала чрезвычайно мала, и, посмотрев вверх, можно было увидеть огромную галактику. Защита, образованная драконьими колоннами, была максимально примитивной и разительно отличалась от естественной атмосферы. В связи с этим процесс взлёта воздушного судна стал гораздо проще, и оно могло быстро вылететь в открытый космос. Однако сейчас они находятся на ещё нетронутой планете, и им требуется некоторое время, чтобы оторваться от земли, выйти на космическую орбиту, добраться до форта Барни и войти в пространственно-временной излом. Этот способ перемещения по околопланетным орбитам требует учёта множества факторов и не столь свободен и удобен, как межгалактические путешествия. Когда Саэ Ян ступил на борт «Чёрного лебедя», то обнаружил, что топливные баки готовы к использованию, и предположил, что Цзян Ци и его люди, должно быть, уже не раз прибегали к помощи этих воздушных судов. Возможно, потому, что судно не единожды использовалось прежде, как только пункт назначения зафиксировался, система «Чёрного лебедя» тут же рассчитала режим полёта и необходимое время — 82 минуты. Почти полтора часа. Полутора часов вполне достаточно, чтобы переделать уйму дел и даже немного поспать. Но сон был бы пустой тратой времени. Тем более, что после такого крупного дела он был крайне возбуждён. Как тут вообще можно заснуть? Поэтому Саэ Ян втянул Чу Сы в кабину управления, намереваясь немного пошалить. Изначально он хотел лишь немного поразвлечься. Форма охранника обтягивала талию Чу Сы, а стройные ноги в высоких сапогах придавали его фигуре изящность. Чем плотнее и тщательнее что-то было запаковано, тем больше ему хотелось привести это в беспорядок. Это равносильно тому, чтобы надеть белые ботинки и расхаживать перед ним. С его характером он бы не упустил возможности, чтобы не оставить на них свой след. Он поцеловал Чу Сы в лоб, уголки глаз, кончик носа, губы и подбородок, одной рукой вытащив аккуратно заправленный за пояс край рубашки. «Я велел тебе добыть один аппарат, а ты без моего ведома прибавил единице ещё пару нулей...» Чу Сы схватил его руку, тянувшуюся под подол, и, прищурившись, спросил: «Или переживаешь, что мы недостаточно нашумели? Со склада пропала целая сотня товаров. Думаешь, охрана слепая?» «Не волнуйся, на складе как минимум 10 000 «Чёрных лебедей». Отсутствие сотни никто не заметит. Тем более я немного изменил расположение, чтобы создать обман зрения». Саэ Ян поддразнивающе его поцеловал, а затем, сменив позу, улыбаясь задал встречный вопрос: «Прежде чем спрашивать с меня, почему бы тебе не переосмыслить свои действия? По-моему, ты устроил переполох в сто крат громче, чем мы договаривались». Чу Сы задумался, но не смог опровергнуть, и лишь пробормотал в ответ между страстными поцелуями: «Ладно, у нас ничья». Кабина «Чёрного лебедя» была гораздо ниже, чем у обычного воздушного судна, Чу Сы и Саэ Ян не могли выпрямиться там в полный рост. Помимо этого, во время запуска, выхода на орбиту и смены орбиты наблюдались толчки и тряска. Чу Сы пришлось поднять руки и ухватиться за перекладину под крышей кабины, чтобы стабилизировать положение тела в условиях всё более частых поцелуев. Тела молодых людей невольно отреагировали, и между ними разгорелось пламя. Да и обстановка вокруг... Эта тряска и темень создают иллюзию опасности, что у гражданского может вызвать панику и замешательство... Вот только эти двое далеки от обычных гражданских... На них такая атмосфера подействовала возбуждающе. Саэ Ян укусил Чу Сы за шею и принялся жаловаться: «Кто бы мог подумать, что на «Чёрном лебеде» не будет жилых помещений...» Чу Сы хотел сказать, что «Чёрный лебедь» был боевым судном, неужели ему тут ещё и ванную должны были организовать? Но в этот момент он не мог раскрыть рта, его пальцы крепко сжимали перекладину, а на тыльной стороне ладони отчётливо выступили вены. «К счастью, во внутренней каюте есть диван». Одной рукой он отцепил от перекладины крепко сжатые пальцы Чу Сы, а другой рукой залез ему под брюки. Переплетаясь друг с другом, они ввалились в каюту и плюхнулись на единственный диван. Тряска, периодические сигналы тревоги и тяжёлое дыхание двух людей создавали атмосферу хаоса, которая ещё сильнее будоражила чувства. Саэ Ян просто до безумия любил наводить беспорядок. В следствии чего, тщательно подобранная форма охранника, надетая на Чу Сы, оказалась в тотальном хаосе, а сам Саэ Ян по-прежнему выглядел весьма аккуратно. Грубая, плотная ткань тёрлась о кожу, заставляя Чу Сы жмуриться. Его ресницы, то ли от пота, то ли от слез, были влажными и казались ещё темнее и длиннее. «Ты сильно вспотел...» Саэ Ян внезапно остановился и принялся покусывать Чу Сы вдоль позвоночника. Он кусал во все места, в которых можно было вызвать щекотку, лишь бы заставить его издать хоть малейший звук. В конце концов, он укусил Чу Сы за поясницу — его самое чувствительное место. Чу Сы вздрогнул, а Саэ Ян, прижав его, спросил: «Командир, я могу продолжить?» Задавая этот вопрос, он закрыл Чу Сы рот, не давая тому возможности ответить. Естественно, это было сделано намеренно. По мере продолжения, глаза Чу Сы застилал туман, а его взгляд блуждал. После такого напора он наконец не выдержал, укусил Саэ Яна за палец и, тяжело дыша, тихо застонал... Этот негодяй, господин Ян, наконец был полностью удовлетворён. Когда эти двое закончили, электронный голос в кабине «Чёрного лебедя» проинформировал их о смене направления. Саэ Ян взял марлевую салфетку из аптечки в каюте и, смочив её тёплой водой, обтёр себя и Чу Сы. Он принёс два стакана воды и сел на диван, обняв Чу Сы. «Сколько раз менялась орбита?» Саэ Ян слушал длинную череду ответов, чувствуя, что всё это несколько отличается от ожидаемого маршрута полёта. Выражение лица Чу Сы вернулось к привычному безразличию, хотя в глазах по-прежнему оставался намёк на некую расслабленность. Он облокотился на Саэ Яна, как на большую подушку. Устроившись поудобней, он молча пил воду. Сделав несколько глотков, Чу Сы ответил: «Не знаю, не считал». Кто, блядь, в такой ситуации вообще будет что-либо считать?! Не успел он договорить, как навигационная система снова подала голос, на этот раз слова были ещё более странными… «Перепланировка маршрута». «Маршрут подтверждён». «Защитный купол готовится к активации». «Защитный купол активирован». «Приготовьтесь к скачку». Этот «Чёрный лебедь» был манёвреннее любого боевого судна. Едва прозвучало объявление о подготовке к скачку, а двое пассажиров во внутренней кабине уже почувствовали давление в груди и шум в голове. Они почувствовали недомогание, прежде чем успели отреагировать. Электронный голос снова объявил: «Скачок завершён». Даже обратного отсчёта не последовало. Вот что значит «Чёрный лебедь». Двое в кабине, держа в руках стаканы, тупо смотрели друг на друга. Саэ Ян: «Приблизились к околоземной орбите… И переместились?» Чу Сы был озадачен ещё больше: «Разве не ты запланировал этот маршрут?» «Так разве система только что не предупредила, что он был перепланирован?» Снова спросил Саэ Ян. Чу Сы томно ответил: «Вероятно. Я не слишком-то раздумывал. Из-за этого скачка мозги совсем не соображают. Перемещения «Чёрного лебедя» хоть и быстрые, но в сравнении с рядовыми судами очень уж некомфортные.» «Когда я перемещал сотню судов, такого ощущения не возникало.» Сказал Саэ Ян. «Хотя, когда был рядом с твоим приёмным отцом и его командой, испытывал нечто подобное.» Чу Сы повернулся и посмотрел на него. Саэ Ян ответил: «Это чем-то напоминало реакцию, которую мне довелось испытать во время первых экспериментов, но я привык и больше ничего подобного не чувствовал». Чу Сы нахмурился и произнёс: «А может быть, это потому, что теперь мы являемся продуктом пространственно-временного хаоса? И поэтому во время скачка реакция организма стала более отчётливой?» Саэ Ян: «Вполне возможно». Как правило, в ходе перемещения действительно могут создаваться пространственно-временные разломы, но поскольку их появления и исчезновения происходят слишком быстро, то можно не придавать этому особого значения. Однако если человек внутри кабины является порождением пространственно-временного хаоса, как они с Саэ Яном на данный момент, или же Цзян Ци с его товарищами ранее, то это может оказать значительное воздействие, резко увеличив вероятность создания пространственно-временных разломов. Он также вспомнил о «Чёрном лебеде», которого затащили на «Белого волка», и всё больше стал убеждаться, что такая вероятность очень высока. Реальная скорость скачка «Чёрного лебедя» оказалась гораздо выше, чем они могли предположить. При такой скорости результат принудительного замедления Саэ Яном, вероятно, должен был привести к разрыву пространства-времени. Группа людей внутри разлома, включая Цзян Ци, была продуктом «воскрешения». Временной хаос в их клетках столкнулся с временным разломом, что подлило масла в огонь и привело к полному исчезновению этих людей. Чу Сы вспомнил блокнот, чашку кофе и сигареты, оставленные на «Чёрном лебеде»... Неизвестно, предвидели ли те люди такой исход — исчезновение с лица земли без какого-либо предупреждения? Вероятно, предвидели, ведь они и так уже были мертвы. Вполне возможно, что с того момента, как открыли глаза, они были готовы к такому исходу. А может... Они и ожидали именно такого результата? В конце концов, эти люди, в какой-то степени, действительно находились за гранью жизни и смерти. С того самого момента, как Элинея отправилась в Серебряный город, как Эстер Кабейл, несмотря на риски, сознательно решила оставить чертежи ячеистого диска, как Цзян Ци построил убежище под фортом Барни, несмотря на давление со стороны военных, и с того самого момента, как эти люди безрассудно попытались вернуть время в правильное русло... Они, вероятно, даже не задумывались о том, что смогут выжить.

Глава 101. Сбиться с пути

А если бы со мной случилось что-то подобное? Чу Сы, облокотившись на Саэ Яна, вертел стакан и рассеянно смотрел на звёздное небо за иллюминатором. Если бы с ним случилось то же самое, смог бы он справиться? Смог ли без колебаний двигаться вперёд, зная, что может исчезнуть навсегда… Однако подобные вопросы бессмысленны. Поскольку он не делал этот выбор, любые его мысли на этот счёт — лишь гипотезы. Чу Сы отвёл взгляд, допил остатки воды и, не оборачиваясь, потянулся назад. Почесав Саэ Яну подбородок, он сказал: «Пойдём в кабину управления, посмотрим, что там». Саэ Ян промычал в знак согласия, а затем, усмехнувшись, спросил: «Командир, я справляюсь с ролью живой подушки?» «Так себе. Мои мышцы слишком напрягаются, мне некомфортно». Вставая, ответил Чу Сы. «Но буквально минут десять назад тебе явно понравилось». Чу Сы: «...» По обыкновению серьёзный командир Чу несколько секунд смотрел на него с каменным выражением лица. Затем сунул ему в руки пустой стакан и отправился в кабину управления. Когда Саэ Ян закинул стаканы в стерилизатор и вернулся в кабину управления, командир Чу уже сидел на единственном месте пилота, лихорадочно нажимал на кнопки и просматривал предыдущие данные и уведомления. Саэ Ян сел на подлокотник с левой стороны. «Дорогой, я заметил, что ты всегда стараешься избегать подобных разговоров». Чу Сы взглянул на него. «Я просто разделяю личную жизнь и работу. Как только личные дела заканчиваются, я переключаюсь на рабочие задачи. Ещё вопросы?» Говоря это, он протянул руку и коснулся нижней части экрана: «Планируя маршрут, ты рассчитал время? Здесь говорится, что мы уже 113 минут в пути. Если не ошибаюсь, для такого воздушного судна, как «Чёрный лебедь», время, необходимое для того, чтобы покинуть поверхность нетронутой планеты, выйти на орбиту и пролететь большую часть пути, обычно составляет от 70 до 90 минут. А тут 113, не многовато ли?» Да что уж там «многовато», на целых полчаса больше! Затем Чу Сы указал на информацию на экране: «Я только что всё просмотрел. Траектория движения менялась в общей сложности восемь раз. Проблема в том, что в середине пути было две одинаковых записи». Саэ Ян наклонился вперёд, постучал по экрану, просматривая информацию. И действительно, где-то посередине они сделали крюк. Судя по всему, они перешли с орбиты А на орбиту В, затем на орбиту С, но вскоре после этого снова перешли на орбиту А. Маршрут выглядел так, словно его составлял умственно отсталый. Чу Сы цокнул языком, постучал по панели управления и деликатно поинтересовался: «Эта интеллектуальная система была установлена тайными агентами Серебряного города?» Саэ Ян улыбнулся. Словно в подтверждение слов Чу Сы, интеллектуальная система в кабине снова подала голос, ровным тоном произнеся: «Перепланировка маршрута». «Перепланировка маршрута завершена». «Подготовка к прыжку». Чу Сы: «...» Чу Сы указал на информацию на экране: «Я только что проверил, он менял орбиту в общей сложности 8 раз». Саркастично заметил он. «Этот глупый лебедь, вероятно, только и умеет, что перемещаться. Это его единственный навык». Едва он закончил говорить, как всё вокруг задрожало, а электронный голос объявил: «Прыжок завершён». То, что должно было быть простым маршрутом, превратилось в какой-то лабиринт. Восемь смен орбиты и два перемещения — всё выглядело так, словно они заплутали. «Я понял...» Они заговорили одновременно. Чу Сы и Саэ Ян переглянулись, и на экране тот же час высветилась карта звёздного неба. Она не обновлялась в режиме реального времени, а выбирала несколько временных точек из имеющейся звёздной карты. Несколько снимков были извлечены и выведены вместе для сравнения. На звёздной карте, где время полёта составляло 22 минуты, появилась нетронутая разрушением планета Гамма созвездия Орла, «Чёрный лебедь» также находился на ожидаемой орбите. На звёздной карте, где время полёта составляло 39 минут, точка, изначально представлявшая Гамму в созвездии Орла, внезапно исчезла. Вместо неё на ранее пустых участках звёздной карты появилось несколько маленьких точек. Это означало, что «Чёрный лебедь» изменил орбиту в первый раз. На звёздной карте, где время полёта составляло 41 минуту, положение этих маленьких точек изменилось, и вот «Чёрный лебедь» снова сменил орбиту. ... Всего было 11 звёздных карт. Взглянув на них, Чу Сы пробормотал: «Как и следовало ожидать». Саморегуляция времени не ограничивалась лишь планетой Гамма в созвездии Орла, а охватила весь звёздный сектор, находящийся под влиянием Серебряного города, вплоть до бескрайнего звёздного моря. В том пространственно-временном отрезке, где время полёта составляло 22 минуты, планета Гамма всё ещё была цела, таким образом «Чёрный лебедь» мог долететь до места назначения по заранее заданной орбите. А вот там, где время полёта составляло 39 минут, был другой пространственно-временной отрезок, в котором Гамма уже развалилась на части, и фрагменты форта Барни были рассеяны по бескрайнему морю звёзд. Таким образом, пункт назначения внезапно изменился, и «Чёрному лебедю» пришлось перепланировать свой маршрут. ... После нескольких таких случаев, автопилот стал бесполезен. В этой ситуации не понятно, толи смеяться, толи плакать. Воспользовавшись архивными данными и звёздной картой, Саэ Ян построил новую модель. Быстро стуча пальцами по клавишам, и оценив результат, он обратился к Чу Сы: «Есть хорошая новость и плохая. Какую хочешь услышать первой?» «Без разницы, давай по порядку». Спокойно ответил Чу Сы. Откровенно говоря, с тех пор, как открыл глаза и вышел из криокапсулы, он слышит столько плохих новостей, что уже привык. Так что нет ничего, с чем бы он не смог смириться. Саэ Ян кивнул: «Хорошая новость в том, что, хоть наш глупый лебедь и перемещается хаотично, общая тенденция такова, что мы всё ближе и ближе к форту Барни, так что в конечном итоге неизбежно достигнем своей цели. А плохая… Не знаю, хватит ли оставшегося топлива». Чу Сы: «...» Головная боль вернулась. Он потёр переносицу, повернулся к Саэ Яну и с серьёзным выражением лица спросил: «Мне сейчас следует тебя похвалить?» Саэ Ян: «Э?» «Ты без разрешения, вместо одного «Чёрного лебедя» угнал целую сотню». Сказав это, Чу Сы вальяжно встал и приглашающим жестом указал на место пилота. «Вперёд, не стесняйся. Это твой шанс воспользоваться своими превосходными навыками синхронного пилотирования. Объедини других лебедей в пары и перейди в режим экономии топлива. Таким образом, у нас будет более девяноста топливных баков». Саэ Ян приподнял бровь, хрустнул пальцами и сел за штурвал. «Отлично, командир. А ты весьма сообразителен». Длинная процессия из сотни «Чёрных лебедей» внезапно изменила своё построение, рассыпавшись по бескрайнему морю звёзд. Стыковочные порты с гулом выдвигались из боков и задних частей их фюзеляжей. В мгновение ока «Чёрные лебеди», которые, казалось, были хаотично разбросаны по небу, быстро собрались воедино. Раздались щелчки соединяющихся портов. Один тянул за собой двоих, два тянули четверых... Хаотичный, на первый взгляд, строй быстро собрался и выстроился в единую структуру. Сотня изначально разрозненных «Чёрных лебедей» в мгновение ока объединилась, образовав единое целое. Затем все остальные «Чёрные лебеди», за исключением ведущего, внезапно приглушили свои сигнальные огни и перешли в режим пониженного энергопотребления. «Более девяноста топливных баков…» Саэ Ян быстро взглянул на заполненность каждого топливного бака и сказал: «Хватит, чтобы этот глупый лебедь летал ещё как минимум полгода». Чу Сы: «...» К счастью, у Саэ Яна не вороний клюв. Они были готовы к «затяжной войне», но «Чёрный лебедь» действительно доставил их к форту Барни всего за два часа. За это время они 17 раз сменили орбиту и совершили 9 прыжков. Изначально они планировали напрямую пройти через пространственно-временной разлом, но кто ж знал, что как только они достигнут входа, «Чёрный лебедь», который целых 3 часа издевался над ними, покажет свой дурной нрав. Внезапно раздался электронный голос интеллектуальной системы: «Система перемещений вошла в режим временной гибернации, система защиты вошла в режим временной гибернации. Автоматический перезапуск состоится через два часа». «...» Вот же блядь умеет выбирать время! В момент входа в пространственно-временной разлом система перемещений и система защиты должны работать одновременно. Даже «Чёрный лебедь» не может просто так влететь внутрь. Это всё равно приведёт к разрушению аппарата и гибели людей. Когда пространственно-временной разлом оказался почти перед их носом, Саэ Ян молниеносно отреагировал, дёрнув рычаг управления и одновременно снизив скорость до минимума. Огромная стая «Чёрных лебедей» слегка коснулась края входа в пространственно-временной разлом, внезапно наклонилась в сторону, подняла голову и описала поразительную дугу, обойдя тем самым пространственно-временной разлом. Сделав два больших круга, они, наконец, снизились и медленно приземлились в районе форта Барни. Отделались лёгким испугом. Саэ Ян отпустил рычаг управления, откинулся на спинку сиденья и усмехнулся: «У этой штуки довольно дурной нрав». Чу Сы отпустил перекладину, выглянул в иллюминатор, на мгновение задумался и сказал: «У нас целых два часа. Давай просто подождём в форте Барни и посмотрим, что нам удалось прихватить по пути». Воспользовавшись удобствами и оборудованием форта Барни, они могли попытаться восстановить информацию с устройства связи заместителя директора и, возможно, даже выяснить, что представлял собой металлический диск, оставленный ему Маундером Холлсом.

Глава 102. Источник сигнала

В том пространственно-временном отрезке, в котором они приземлились, планета уже раскололась на части, и форт Барни дрейфовал среди её обломков. Стая из сотни «Чёрных лебедей» врезалась в защитное поле, созданное «Столпом дракона», спровоцировав сильную вибрацию, однако вокруг по-прежнему было тихо. Всё это наводило на мысль, что в это время команда Тана и Ле Пен, вероятно, ещё спала в старых криокапсулах, спрятанных в глубинах форта Барни. Саэ Ян отделился от эскадрильи «Чёрных лебедей» и вместе с Чу Сы повёл воздушное судно через дремучий лес. Они приземлились на взлётно-посадочной площадке, совсем рядом с входом в Восточную башню. «Может, для начала взорвём дверь?» Спросил он у Чу Сы, а его палец уже двинулся по направлению к кнопке управления огневой мощью. Сначала он «позаимствовал» ракетную установку Чу Сы, чтобы вручную взорвать дверь, а теперь, когда появилась легкодоступная огневая мощь летательного аппарата, он вдруг решил, что может ею воспользоваться. «Погоди-ка!» Чу Сы схватил его за палец. «Огневая мощь воздушного судна по своей силе значительно превосходит ракетную установку». Всё же Эстер Кабэйл и Цзинь по-прежнему нуждаются в форте Барни, к тому же внешние устройства связаны с теми, что находятся под землёй. Можно было бы всё взорвать, используя огневую мощь летательного аппарата, но если случайно повредить детали и сделать их непригодными для использования, это превратится в реальную проблему. «Тогда, может, сходить в оружейный отсек и поискать ещё пару ракетных установок?» Саэ Яна не слишком заботила тяжёлая артиллерия или лёгкая, его целью было открыть дверь. «А как насчёт меня?» Спросил Чу Сы, прислонившись к открытому люку и скрестив руки. Саэ Ян бросил ему небольшое взрывное устройство. На первый взгляд оно выглядело как чёрная перчатка с обрезанными пальцами, которая тянулась по запястью и доходила до середины предплечья. На тыльной стороне располагалась пусковая установка, стреляющая иглообразными бомбами. Очень тонкие штучки изумительной мощи, их отличительной особенностью было то, что радиус поражения можно было сократить вплоть до сантиметра. «Что за дискриминация?» Небрежно спросил Чу Сы, держа оружие. «На всякий случай возьмём и то, и другое». Сказал Саэ Ян. Когда они вышли из «Чёрного лебедя», Чу Сы серьёзно добавил: «Не взрывай дверь сразу». «Что? Прежде чем взорвать, её нужно приласкать?» Пошутил Саэ Ян, спускаясь по трапу. С лёгкостью закинув ракетную установку на плечо, он пристегнул оптический прицел. В его взгляде читались непокорность и высокомерие. Спускаясь по трапу, Чу Сы окинул Саэ Яна взглядом и нашёл это довольно забавным. На первых порах, при каждой встрече с Саэ Яном, ему казалось, что слово «провокация» буквально написано у него на лбу, и это невозможно было игнорировать. Но теперь, глядя на него, ему на ум приходили лишь положительные слова. Эти слова скорее даже обрадовали бы Саэ Яна. Однако... Чу Сы взглянул на его ракетную установку, затем на небольшое взрывное устройство в своей руке и решил не произносить ни слова похвалы. «Дело не в том, чтобы приласкать её, прежде чем взорвать». Сказал он, подходя к Саэ Яну. «Я просто внезапно кое-что вспомнил и захотел проверить, возможно ли вообще это провернуть». «Что именно?» Они направились прямиком к тяжёлой, плотно закрытой металлической двери с восточной стороны. Чу Сы открыл сканирующее устройство для идентификации личности и увидел, что крошечный огонёк размером с рисовое зёрнышко, обозначающий источник энергии, всё ещё горит. Саэ Ян приподнял бровь. «Хочешь попытаться войти, вмешавшись в процесс сканирования личности? Единственное, что у нас сейчас имеется из действительно полезного, — это коммуникатор. Но процесс слишком долгий. Проще взорвать». Чу Сы кивнул. «Это имеет смысл, вот только...» Он спокойно положил руку на сканер, и красный свет проскользнул по его ладони. Саэ Яну казалось, что он где-то уже это видел. После того как красный свет несколько раз прошёл туда-обратно, раздался чёткий электронный голос: «Проверка личности пройдена, вход разрешён». Саэ Ян: «...» «Фергюс сказал, что причина, по которой форт Барни автоматически посылал команду s001, в том, что они её предварительно установили. К тому же, на всякий случай, добавили в систему проверки личности ДНК своих преемников, таких как я». Чу Сы убрал руку и добавил: «Значит, я не ошибся, полагая, что если в прошлый раз смог активировать платформу телепортации в форте Барни, то, возможно, смогу и открыть дверь». Сказав это, Чу Сы похлопал Саэ Яна по плечу и сказал: «Бери свою тяжёлую ракетную установку и следуй за мной, господин Ян». Саэ Ян: «...» Таймеры, установленные Фергюсом и его командой, ещё не активировались, так что команда S001 их не преследовала. Они свободно перемещались по форту Барни, неспеша вошли на платформу для телепортации, а затем плавно спустились в подземную часть Центральной башни. Это резко контрастировало с прошлой ситуацией, напоминающей борьбу за выживание, и вызывало сложные, но в то же время забавные чувства. От ракетной установки в форте Барни толку было мало. Чу Сы удовлетворённо наблюдал, как Саэ Ян разрядил оружие, отложил его в сторону и снял оптический прицел. Цокнув языком, он шутливо произнёс: «Дорогой, ты действительно злопамятный». Саэ Ян устроился поудобнее и начал активировать оборудование. Вскоре экраны один за другим стали загораться. В целом, проверить историю коммуникаторов несложно. Благодаря чётко организованной системе, разработанной правительством, записи общения любого человека на планете могут быть проверены. Что для официальной организации не составит большого труда. Коммуникатор заместителя директора был несколько иным. Во-первых, учитывая ограниченность ресурсов, его исследование потребовало бы определённых технических знаний. Во-вторых, Маундер Холлс и заместитель директора, безусловно, знали о масштабах слежки, поэтому, когда они что-то замышляли, уровень секретности информации был гораздо выше, чем у простых обывателей. Получить доступ к информации такого уровня секретности весьма проблематично. Ведь, как говорится, «дьявол всегда на шаг впереди. И на любое действие всегда есть противодействие». Если задумал что-то сделать, всегда найдётся лазейка. Но, как ни странно, пока устройство связи находится в руках Саэ Яна, у Чу Сы даже мыслей не возникло: «А что, если не получится ничего узнать?» Саэ Ян оправдал все ожидания и менее чем за полчаса, воспользовавшись оборудованием в форте Барни, восстановил записи, стёртые из коммуникатора. Естественно, поверх всех записей на большом экране постоянно отображались характеристики коммуникатора: Модель: su2833 Режим канала: Без ограничений Дата введения в эксплуатацию: 12 августа 5633 г. Эта модель когда-то пользовалась большой популярностью на чёрном рынке. Выглядит точно так же, как обычный, но в него вмонтирован взламывающий чип. Его не требуется регистрировать под настоящим именем, он не будет отображаться в официальной системе во время использования. Короче говоря, он был специально разработан для несанкционированного общения. В прочем, всё как и ожидалось, ничего особенного. А вот что действительно было необычным, так это строчка, отображавшаяся ниже: Источник сигнала: 86206-018 «Этот источник сигнала кажется знакомым». Чу Сы уставился на цифры. Он дважды повторил их про себя, и выражение его лица в миг изменилось. «Саэ, этот сигнал!» «А?» Саэ Ян всё ещё печатал на клавиатуре и проверял информацию. Он поднял взгляд, на мгновение замер, а затем многозначительно произнёс: «А... 86206-018, это тот сигнал, что выдаёт себя за тебя! Дай-ка подумать, самый ранний след, который мы нашли, был в 5633, верно?». 5633 год, город Сиси, зона А, проспект Утун, строение №7, детский дом. Ранее оборванный сигнал снова появился здесь.

Глава 103. Детский дом

На экране устройства связи, извлечённые и восстановленные Саэ Яном записи, отображались одна за другой, в чётком хронологическом порядке. Сообщения, отправляемые заместителем директора, были весьма конкретными Иногда они касались конкретных учреждений, а иногда даже конкретного человека. Однако сообщения, которые он получал, были крайне лаконичными, а иногда вообще содержали лишь знак препинания, показывающий, что сообщение прочитано. На протяжении всей переписки заместитель директора ни разу не обратился к собеседнику по имени, а по полученным сообщениям было трудно определить личность отвечающего. Если бы Чу Сы и Саэ Ян не стали свидетелями появления Маундера Холлса в цветочном магазине, они, вероятно, вообще не смогли бы провести параллель с человеком, который вёл с ним переписку. Благодаря болтливому заместителю директора, они, на основе этих обрывочных сообщений, смогли восстановить общую картину происходящего. Поздней осенью 5633 года Маундер Холлс, представляющий подразделение группы, проводившей эксперименты со временем, при поддержке директора и его заместителя, а также власть имущих Серебряного города, начал секретный проект в сиротском приюте города Сиси. Причина выбора именно этого приюта заключалась в том, что город Сиси был известен как «Око преисподней», и одновременно сочетал в себе процветание и хаос того времени. Какое-либо расследование было бы довольно затруднительным, поскольку всё было слишком запутанно. Содержание и цель этого секретного проекта весьма банальны; он, конечно же, служил их экспериментам со временем — то есть, подготовке подходящих подопытных для этих экспериментов. Крайне низкий процент успеха в экспериментах со временем означал, что им нужно подготовить большое количество испытуемых. Основными подопытными были маленькие дети, не имевшие связей с миром и сравнительно слабые. Детские дома, несомненно, были лучшим выбором. Все связи этих детей с обществом контролировались детским домом. Их появление или исчезновение оставалось незамеченными, что делало их идеальными подопытными. Однако, по мнению этих безумцев, не каждый ребёнок подходил для проведения таких грандиозных экспериментов. Им нужны лишь «высококачественные» испытуемые, способные выдержать больше, чем обычные дети. Поэтому они разработали набор качеств, отвечающих различным аспектам, включая физиологию и психологию. Процесс отбора занял около десяти лет, и к 5643 году критериям соответствовало лишь очень ограниченное число детей — менее 50 человек. Этого было слишком мало, и значительно замедлило ход эксперимента. В итоге исследовательская группа нашла другое решение: они начали искусственно создавать детей, отвечающих их стандартам. Используя определённые методы, они принудительно модифицировали детей, изначально обладавших средними качествами, поднимая их до уровня, соответствующего стандартам. С тех пор каждому ребёнку, поступавшему в детский дом, имплантировали чип для обучения. Микрочип вводили в мозг, чтобы одновременно записывать все данные о процессе роста ребёнка и стимулировать мозг для дальнейшего развития под цели экспериментов. Благодаря этому вмешательству количество детей, отвечающим стандартам, значительно увеличилось. В последующие 5 лет, группа проводившая эксперименты, пожинает плоды — поскольку им удалось произвести из этих детей свой первый «полуфабрикат». Хотя то был всего лишь «полуфабрикат», он имел для них огромное значение. Он стал надеждой на успех, ещё больше их воодушевив. Безумие этих людей перешло все границы. Движимые своим безумием, они начали выходить за рамки обычного улучшения качества экспериментальных образцов. Они стали извлекать определённые фрагменты из экспериментов со временем и, используя микрочипы, начали применять их ко всем детям в детском доме. Это, пожалуй, можно сравнить с запасными войсками военного министерства «Белый орёл». Вопрос не только в выборе людей, но и в том, чтобы для начала правильно их обучить. Но важно понимать - их методы были крайне болезненными, о чём свидетельствует то, что в последствии пережил Саэ Ян. Даже несколько мгновений для этих маленьких детей были сущим адом. С тех пор у всех детей детского дома города Сиси развились головные боли. Это были необратимые повреждения, вызванные проводимыми над ними экспериментами. В то время к детям применялись так называемые фрагменты экспериментов. Проще говоря, на них испытывали максимально возможное сжатие времени за чрезвычайно короткий период. Поскольку интервал времени сжатия очень короткий, им можно пренебречь, и нет необходимости в сложной экспериментальной камере и приборах. Таким образом, использования чипа было вполне достаточно, и даже если эксперимент не удастся, ущерб не будет таким ужасающим, и до разорванных в клочья тел не дойдёт. Чипы будут периодически выполнять крошечные растяжения и сокращения в соответствии с заданной частотой. Нормальный человеческий организм, естественно, будет реагировать на эти растяжения и сокращения реакцией отторжения. Однако величина и интенсивность этой реакции могут указывать на потенциальную склонность ребёнка к более длительным экспериментам. После того как происходит реакция отторжения, чип передаёт результаты в базу данных в штаб-квартире эксперимента для анализа. У тех, у кого реакция отторжения проявлялась сильнее всего, чипы извлекали и считали «отработанным» материалом. А за теми детьми, у которых реакция отторжения была помягче, продолжали наблюдать. Время от времени это незначительное растяжение корректировалось, слегка удлиняясь — например, с 0,0001 секунды до 0,0003 секунды — и после реакции отторжения в штаб-квартиру передавались новые данные. ... На основе этих откликов они могли ещё лучше отбирать детей, обладающих потенциалом. Благодаря многократному отбору к пяти годам чипы, в большинстве своём, извлекались из мозга детей, поскольку оптимальный экспериментальный период составлял от рождения до пяти лет. Таким образом экспериментальной группе удалось создать несколько «полуфабрикатов». Прогресс укреплял их уверенность, что появление «готового продукта» не за горами. И действительно, в 5653 году появился ребёнок, имеющий потенциал стать «готовым продуктом». Вот только появился он не в детском доме города Сиси, а в Серебряном городе. Поговаривают, что дитя родилось в подземной тюрьме на острове Бат, что находилась под юрисдикцией Серебряного города. Мать была секретным агентом, захваченным во время расследования. О её беременности стало известно лишь после ареста, и поэтому изначально планируемая тайная казнь была отложена до тех пор, пока ребёнок не родится. Женщину официально казнили, а ребёнок, после того как его жизненные показатели стабилизировались, был отправлен на базу команды, проводившей временные эксперименты. Спустя несколько лет этот ребёнок действительно стал единственным «готовым продуктом». Долгое время общение заместителя директора и Маундера Холлса вращалось вокруг этого «готового продукта». Время от времени проскальзывали разговоры о том, чтобы запихнуть в тюрьму несколько вышедших из-под контроля «полуфабрикатов», и параллельно расставить на кое-какие должности своих людей. Позже, из-за рейда, совершённого на группу, проводившую эксперименты со временем, и их штаб-квартиру, а также из-за начала зачистки на стороне военных, связь между ними прервалась на несколько лет. Затем они восстановили своё общение из-за крайне важного вопроса. Заместитель директора рассказал Маундеру Холлсу, что спустя полвека, во время зачистки данных в детском доме они обнаружили некую проблему, которую ранее упустили из виду. При подсчёте количества чипов они внезапно поняли, что количество имплантированных и удалённых чипов не совпадает; одного не хватало. Проще говоря, один чип так и не был извлечён. Если хорошенько над этим поразмыслить – всё просто ужасно... Чип так и не был удалён, и команда, проводившая эксперименты, даже не заметила. Этому есть лишь одно объяснение — ребёнок, которому был имплантирован чип, не испытывал реакции отторжения! Поскольку реакции отторжения не последовало, данные не были переданы команде, проводившей эксперимент. А об обнаружении каких-либо аномалий и речи не шло.

Глава 104. Самозванец

Из-за недостатка данных ни детский дом, ни экспериментальная группа не смогли определить ребёнка, всё ещё носившего чип. Как ни крути, а обнаружили это они спустя десятилетия. За эти годы многие дети умерли, многие были усыновлены, а ещё больше были принесены в жертву команде безумных экспериментаторов. Кроме того, из-за вмешательства других сил, база группы проводившей эксперименты со временем, была захвачена, и большая часть данных оказалась утеряна. Искать этого ребёнка было равносильно тому, что искать иголку в стоге сена. Судя по переписке между заместителем директора и Маундером Холлсом, обе стороны были спокойны, поскольку не верили, что кто-то вообще может не испытывать реакцию отторжения. Ведь даже единственный человек, успешно прошедший эксперимент, бесчисленное количество раз оказывался на грани жизни и смерти. Единственное, что их чрезвычайно волновало, – это то, какие ощущения испытывало дитя. Их не интересовало, жив ребёнок или мёртв, но если всё таки ему каким-то чудным образом удалось выжить, они хотели на него взглянуть. Конечно, исходя из их разговоров, можно было уловить, что они склонны полагать, что ребёнок, скорее всего, мёртв. Такой случай можно сравнить с небольшой группой людей, которые практически не болеют, но если вдруг заболевают, то болезнь протекает в исключительно тяжёлой форме. Они считали, что ребёнок просто на несколько лет отставал в развитии, а не то что действительно мог остаться невосприимчив к реакции отторжения. И накопленное за столько лет напряжение, внезапно выплеснувшись наружу, окажется настолько невыносимым, что неизбежно приведёт к смерти. Поэтому они тратили огромное количество времени, чтобы осмотреть каждого умершего сироту. Но даже после осмотра последнего им всё равно не удалось найти того ребёнка. В конце концов они поняли, что ребёнок, не проявивший никакой реакции, действительно жив! Судя по переписке последних нескольких месяцев, команда экспериментаторов, хоть и с опозданием, но всё же погрузилась в доселе невиданное состояние волнения и безумия. Ведь если этот ребёнок действительно жив, он мог бы быть единственным человеком в мире, обладающим врождённой высокой устойчивостью к сжатию времени. Иными словами, в глазах этой группы безумных учённых он — самое совершенное существо. Если бы он мог стать подопытным, то превзошёл бы любой «полуфабрикат», ибо каждый этап его развития с момента рождения был тесно связан с постоянно растягивающимся и сокращающимся временем. Он и сам, возможно, не осознавал этого. «Если время – это дерево, в таком случае дети – лозы, вырастающие из корней и обвивающие его ствол. Имеется в виду что-то такое?» «Время – часть его самого. Для других эта часть имеет совершенно иное значение. Проще говоря, он также является частью времени.» «Боже! Если всё действительно так, разве это не превосходит даже изначальный замысел «проекта Дьявол»?» «Смысл абсолютно противоположный. Если мы действительно сможем найти этого ребёнка и использовать его в качестве подопытного, то, думаю, первоначальное название придётся изменить. Полагаю, «Проект Бог» будет наиболее подходящим. «Есть какая-то принципиальная разница?» «Дьявол стремится к бессмертию, в то время как Бог и так бессмертен. Конечно, это всего лишь метафора и не означает, что ребёнок обрёл бессмертие, но, думаю, он бы не отказался от такой возможности, если бы её предоставили… В конце концов, кто бы не хотел?» «А что, если... Что, если он действительно этого не хочет?» «Ему следует поразмыслить над этим. В противном случае он станет самым большим препятствием на пути эксперимента.» «Почему?» «Потому что мы играем со временем, а он — часть этого времени, самая неожиданная и изменчивая часть. Если у нас не получится его контролировать, игра не сможет продолжаться». Это немногие длинные предложения от Маундера Холлса, которые ребята смогли найти в переписке. Тон его сообщений был на удивление спокойным, но именно это спокойствие делало скрытое в нём безумие ещё более осязаемым. Последние несколько сообщений касались небольшого металлического диска, который Маундер Холлс пытался передать заместителю директора. На первый взгляд, устройство ничем не примечательно — маленькое и тонкое, однако Маундеру Холлсу потребовалось немало времени на его разработку и создание. Этот небольшой диск обладает высокой чувствительностью и способен обнаруживать остаточные колебания энергии от экспериментов со временем. Маундер Холлс и его команда потратили два года на то, чтобы смоделировать колебания энергии, которые могли бы произойти, если бы фрагменты эксперимента со временем оказали воздействие на ребёнка, предполагая, ко всему прочему, отсутствие реакции с его стороны. Они записывали эти колебания и значения их погрешностей на этот металлический диск в качестве контрольного образца. Заместителю директора было достаточно просто обойти детский дом с этим металлическим диском, и команда учёных могла бы получить данные об энергетических колебаниях в его окрестностях за последние пять лет. И если обнаружилось совпадение, край диска должен был загореться. Проще говоря, с помощью этого диска детский дом мог бы собрать данные о местоположении ребёнка — где он чаще всего бывал, в какой комнате жил, на какой кровати спал. Благодаря этой информации найти ребёнка было бы намного проще. Однако в самом конце Маундер Холлс предостерёг: так как колебания энергии быстро затухали, это был последний шанс идентифицировать ребёнка. Возможно, через год или даже полгода от них не останется ни следа. Если этот шанс будет упущен, поиски ребёнка могут занять пять, десять лет или даже больше… Саэ Ян вынул диск и бросил его на панель управления. «Судя по последующим событиям, похоже, мы сделали доброе дело. Вероятно, они не нашли того несчастного чертёнка. Кажется, на это ушло больше пяти и даже десяти лет». Он лениво растягивал слова, в его голосе слышались нотки веселья и явного злорадства. Если бы перед ним стоял Маундер Холл, они, вероятно, подрались бы. Взгляд Чу Сы был прикован к экрану. Он всё ещё стоял словно громом поражённый, и лишь едва слышно пробормотал «угу». «Вот только сейчас это стало нашей проблемой». Продолжил Саэ Ян. «Что?» Чу Сы наконец-таки взглянул на него. Саэ Ян дистанционно нажал на кнопку, и на мониторе высветилась фраза: «Он — часть этого времени, самая неожиданная и изменчивая часть. Если у нас не получится его контролировать, игра не сможет продолжаться». Чу Сы тут же понял, что Саэ Ян имел в виду. Их нынешняя способность путешествовать во времени была связана с проблемой в программе Цзян Ци и его команды. Ранее их единственной целью было как можно скорее вернуться в подземелья форта Барни, чтобы выяснить причину неисправности. Но теперь, прочитав это предложение, они внезапно поняли реальную причину произошедшего сбоя. Цзян Ци говорил, что они с командой – это «непредвиденные события», возникшие в результате эксперимента со временем, которые могли помешать процессу форматирования диска, и их необходимо изолировать. А текущая проблема с форматированием диска, скорее всего, вызвана помехами от других неизолированных «непредвиденных событий». «Тоже верно... И в сравнении с Цзян Ци и его командой, это ещё большая неожиданность...» Чу Сы взглянул на диск и задумался: «В настоящий момент этот ребёнок наиболее подходящий кандидат». Саэ Ян встал, размял шею и мгновение поколебавшись произнёс: «В таком случае, разве мне тоже не следует отправиться в изоляцию?» Чу Сы потерял дар речи, но прежде чем успел вымолвить хоть слово, Саэ Ян добавил: «И этим двенадцати так называемым «полуфабрикатам» тоже». «Таким образом, нынешняя ситуация вроде бы и облегчилась, но в то же время и усложнилась.» Подводя итог, Чу Сы продолжил: «Изначально нам нужно было выявить неисправность, а затем придумать решение. Теперь же всё ясно и просто. Нам всего на всего нужно найти эти «непредвиденные события». Проблема в том, где нам их искать?» Он сделал паузу, затем взглянул на Саэ Яна: «Ранее ты упоминал, что некоторые заключённые в космической тюрьме участвуют в эксперименте. По крайней мере, доподлинно известно, что «Золотой Ворон» — один из «полуфабрикатов».» «Верно.» Судя по переписке между Маундером Холлсом и заместителем директора, группа учёных пытается собрать разбросанные по всей галактике «готовые продукты» и «полуфабрикаты». А если смотреть на ваш с «Золотым вороном» опыт, они выбрали тюрьму. К тому же в переписке упоминается, что они пытаются внедрить туда своих людей.» Проанализировал Чу Сы. «С другой же стороны, Фергюс обмолвился, что генерал Медела и его команда использовали свои связи, чтобы тайно попытаться защитить нас, младшее поколение. Поскольку ты тоже относишься к этому поколению, логично предположить, что и другие «полуфабрикаты» туда входят.» Группа учёных, проводившая эксперименты, следила за Саэ Яном и остальными, потому что не хотела, чтобы результаты эксперимента вышли из-под их контроля. Медела и его команда также наблюдали за подопытными, отчасти для того, чтобы предотвратить дальнейший вред, который могли причинить им экспериментаторы, а отчасти для того, чтобы не дать им подчиниться этой кучке учёных и предотвратить вред, который они, в этом случае, могли бы причинить другим. У обеих сторон были совершенно разные цели, однако они пришли к одному и тому же выводу: собрать «готовые продукты» и «полуфабрикаты» в доступном для них месте. Несомненно, космическая тюрьма была самым подходящим выбором. «Если бы я был Меделой, то, прознав об их намерениях, я бы ни в коем случае не пытался вступить с ними в открытую конфронтацию. Это легко привело бы к конфликту и моему дальнейшему разоблачению. Вместо этого я бы разместил вокруг своих людей после того, как они соберут вас всех вместе». Сказал Чу Сы. Это позволило бы достичь цели с минимальными потерями – беспроигрышная ситуация. Саэ Ян приподнял бровь и ответил: «Судя по увиденному мной за эти годы в тюрьме, полагаю, генерал выбрал тот же путь». «Чего? Неужели это разграничение действительно было так заметно?» «Не столь очевидно, но правда заметно». Ответил Саэ Ян. «Большинство охранников принадлежали одной стороне, а небольшая часть — другой, и заключённые тоже. Думаю, не все из них были настоящими заключёнными, например, в камере № 1. Полагаю…» «Полагаешь что?» Саэ Ян взглянул на Чу Сы и ни с того ни с сего усмехнулся. «Вместо того, чтобы гадать о распределении власти, почему бы не дать им самим проявить себя? Мы в любом случае отыщем эти «полуфабрикаты». Но допрашивать их по одному слишком времязатратно. Лучше всего дать им возможность самим определиться, к какой фракции они принадлежат. Дорогой, отгадай-ка, в какой ситуации это сработает на рефлекторном уровне?» «Естественно, во время конфликтов и хаоса». Пока Чу Сы отвечал, выражение его лица становилось всё более загадочным. Он почти разгадал намерения Саэ Яна. А точнее говоря, он понимал, что сделал бы то же самое... Саэ Ян нажал на несколько кнопок на устройстве связи, что держал в руках, затем ткнул кнопку «подтвердить» и тут же повернулся к Чу Сы: «Давай, дорогой командир, твой выход. Я помог тебе с маскировкой. Теперь ты отдаёшь команды не под номером 86206-018, а под 50001 — твоим собственным официальным сигналом». Произнося эти слова, он небрежно постукивал по дате, отображаемой внизу экрана. 28 декабря 5713 года, следующий день после взрыва планеты. По словам «Золотого ворона», именно в этот день космическая тюрьма получила указания от источника сигнала 50001. Чу Сы и подумать не мог, что пройдя долгий и извилистый путь, обнаружит, что он и был тем самым самозванцем. Со сложным выражением лица Чу Сы незамедлительно послал приказ интеллектуальной системе космической тюрьмы, велев «Оку небес» открыть первую камеру. В тот момент, когда приказ был успешно отправлен, Чу Сы бесстрастно посмотрел на Саэ Яна и сказал: «Я тут заметил, что когда мы вместе, жизнь становится слишком странной. Проблема в тебе или во мне?» «Понятия не имею...» Саэ Ян лениво коснулся большим пальцем уголка своего рта и, растягивая слова, произнёс: «Знаю лишь то, что могу начать фиксировать долги с более раннего срока. Судя по этой ситуации, человеком, отдавшим приказ, из-за которого эта умственно-отсталая система вышвырнула меня в открытый космос, был именно ты». Чу Сы: «...»

Глава 105. Любить не только дом, но и ворон на его крыше

п/п: 爱屋及乌 àiwū jíwū Идиома дословно переводится: любить не только дом, а даже ворон на его крыше; Значение: любя человека, любить всё, что с ним связано. Когда «Око небес» выкинуло Саэ Яна, Чу Сы всерьёз опасался, что его спокойные дни сочтены. Он не то чтобы прям боялся, но некое напряжение определённо присутствовало. Однако сейчас Саэ Ян, лично сказавший, что будет вести учёт долгов, не представляет никакой угрозы. Чу Сы помолчал немного, затем спокойно претворился глухим и сменил тему: «Будь так добр, определи точное местоположение космической тюрьмы, и давай готовиться к вылету, нельзя терять ни минуты». Саэ Ян откинулся на спинку кресла и спокойно слушал его попытку выкрутиться из сложившейся ситуации. В конце концов он нехотя выпрямился и покорно принялся вычислять положение космической тюрьмы, не забывая при этом сетовать: «И почему я такой бесхребетный, когда дело касается этого командира?..» «... При всём уважении... Эти слова звучат несуразно из уст 17-18-летнего подростка». Сказал Чу Сы. Саэ Ян, намеренно подражая его тону, ответил: «При всём уважении, но внешность 17-18-летнего подростка мало чем отличается от внешности взрослого». «Так или иначе, когда тебе было 17-18 лет, ты бесился, просто глядя на меня». Раздражённо сказал Чу Сы. Саэ Ян рассмеялся: «Мой любимый командир, надеюсь, ты от случая к случаю будешь говорить хоть толику правды. Ведь очевидно, что это ты, лишь взглянув на меня, начинал беситься. Не понимаю, почему ты считаешь, что я нарочно тебя провоцирую». «Предлагаю спросить любого, кто был с нами в санатории. Тогда и проверим, чьё восприятие ошибочно, твоё или моё.» «Не думаю. В их глазах мы оба выглядим как провокаторы.» «...» Раз уж разговор зашёл так далеко, Чу Сы, мимолётно улыбнувшись, спросил: «Так почему же, среди такого огромного количества людей вокруг, ты недолюбливал именно меня?» Саэ Ян, вопреки ожиданиям, серьёзно задумался. «Откровенно говоря, всё не так. Когда я впервые тебя увидел, подумал, что ты очень сильно выделяешься из толпы. Среди огромного количества людей, находящихся вместе, я, лишь окинув всех взглядом, обратил внимание именно на тебя.» «Погоди-ка, разве в первый раз ты увидел меня не в ботаническом саду?» Чу Сы немного растерялся. «То была наша первая встреча.» Ответил Саэ Ян. «А вот увидел я тебя, когда ты только-только попал в санаторий. Кажется, это был первый день твоего пребывания там. Честно говоря, твоя внешность показалась мне на удивление приятной». С этими словами он, слегка улыбнувшись, взглянул на Чу Сы и продолжил свою работу. «Это показалось мне весьма странным, поскольку обычно я не обращаю особого внимания на внешность других.» «А…» Едва слышно произнёс Чу Сы и кивнул. «Неплохое начало, а в результате мы столько лет провоцируем друг друга». «Мгм, похоже на то.» Чу Сы поразмыслил и цокнул языком: «Неудивительно, что обоих заперли в санатории.» Саэ Ян рассмеялся. Он быстро определил местонахождение космической тюрьмы, побродил по форту Барни, выбрал несколько портативных приборов, взял кое-какие кабели, подключил их к основному блоку, а затем синхронизировал некоторые настройки и данные. «Что это?» спросил Чу Сы. «Это для того, чтобы ты мог продолжать притворяться собой даже после того, как мы покинем форт Барни.» Саэ Ян взял в руки нечто напоминающее коробку и подбородком указал в сторону. «Вот и всё. Пойдём, дорогой.» Покидая форт Барни, они намеревались оставить дверь открытой, чтобы в будущем им не пришлось снова всё взрывать. Однако не успели они выйти, как металлическая дверь с громким хлопком закрылась, не оставив и зазора. Словно форту не терпелось избавиться от этих двух нарушителей спокойствия. «Забей, видимо, эта дверь — мазохистка, предпочитающая быть взорванной.» Усмехнулся Саэ Ян. Покинув центральную башню, они вернулись к «Чёрному лебедю». Саэ Ян открыл принесённый с собой прибор, натянул паутину из кабелей рядом с главным устройством в кабине управления, подключил различные порты, добавив тем самым дополнительный интерфейс к системе пилотирования «Чёрного лебедя». Перенастроил устройство связи заместителя директора на поддельный сигнал 50001 и вывел на экран карту с местоположением космической тюрьмы. На карте маленькая точка, обозначающая космическую тюрьму, бесшумно двигалась, не выдавая никаких признаков борьбы между двумя противоборствующими лагерями, происходившей внутри. Без лишних слов они привели в движение более девяти сотен связанных друг с другом «Чёрных лебедей», и в тот момент, когда вновь слились с морем звёзд, они начали перемещение, направляясь прямо к месту расположения космической тюрьмы. Прыжок занял меньше секунды, и после того, как тряска утихла, «Чёрный лебедь» прибыл в пункт назначения. Всё шло, казалось, как по маслу, однако они упустили одну вещь... В этом конкретном море звёзд пространство и время по-прежнему находились в хаосе, и теоретически догнать космическую тюрьму не значило, что они фактически смогут это сделать. Точка, обозначающая космическую тюрьму на звёздной карте, внезапно исчезла, появившись совершенно в другом углу, показывая, что их пункт назначения изменился прямо у них под носом. И теперь перед Чу Сы и Саэ Яном предстало ни что иное, как целая, окутанная атмосферой планета Гамма в созвездии Орла. «Прекрасно. Очередная смена пространства-времени». Чу Сы уже тошнило от постоянных перемещений во времени. «Ещё мгновение назад она была разорвана на части, а теперь снова превратилась в единое целое. Какой сейчас год?» Саэ Ян не сразу ответил, так как «Чёрный лебедь» двигался слишком быстро. В мгновение ока он прорвался сквозь атмосферу и направился прямо к земле. Кабина сильно тряслась. Чу Сы подумал, что если они продолжат двигаться в таком темпе, то любой незначительный внешний дефект приведёт к немедленному возгоранию. Если они не остановятся, через несколько минут они рухнут прямиком на какой-нибудь несчастный город. «Активируй систему мгновенной заморозки!» Чу Сы быстро настроил параметры мгновенной заморозки, в то время как пальцы Саэ Яна, стремительно скользя по клавиатуре, в течение пары минут заморозили оставшиеся девяносто с лишним «Чёрных лебедей». В тот момент, когда они смогли разглядеть даже дома и дороги, освещённые жёлтыми и белыми огнями, мгновенная заморозка распространилась на всех «Чёрных лебедей», и они едва смогли удержаться в воздухе. Однако это всё равно вызвало сильный порыв ветра. К счастью, был активирован режим невидимости... К счастью, они быстро среагировали и отделались лёгким испугом... В противном случае это стало бы сенсацией. «Сотня давно списанных воздушных судов «Чёрный лебедь» потерпели крушение, вызвав цепную реакцию взрывов в отсеках с вооружением и топливом, что привело к многочисленным разрушениям». Чу Сы взглянул на карту местности, затем попытался посмотреть в иллюминатор. «Давай-ка поглядим, какому несчастному городу удалось избежать смерти…» Так и не успев договорить, он обратил внимание на знаковое сооружение: «город Ланьсун». Вот только потерять дар речи заставил его не сам город, а его географическое расположение. Ланьсун находился по соседству с Изумрудной гаванью, где когда-то он жил с Цзян Ци. По сравнению с Изумрудной гаванью, в которой кипела жизнь, территория города Ланьсун была больше, в нём располагалось больше промышленных баз и пригородов, лесных массивов тоже было больше, а вот людей – меньше. Пока Чу Сы гадал, почему они постоянно натыкаются на эту местность, как бы ни старались обойти её стороной, неподалёку от них раздался взрыв, и прямо в небо взметнулся столб пламени. «Один из «Чёрных лебедей» во что-то врезался?» Чу Сы опешил, подумав, что какой-то «Чёрный лебедь» потерял управление, либо врезался во что-то, либо случайно выпустил артиллерийский снаряд. Саэ Ян, проверяя систему синхронного пилотирования, услышав это, взглянул в иллюминатор: «Вряд ли, но из-за резкого ускорения и слишком большой разницы скоростей система дала сбой». К счастью, в городе Ланьсун было много открытого пространства. Они выбрали ближайшее место для посадки, и Саэ Ян начал устранять неполадки в системе. Чу Сы взглянул на далёкие огни, затем, немного подумав, надел свою портативную пушку, достал флакончик с лекарством экстренной помощи и открыл люк. «Пойду осмотрюсь и перепроверю». «Не уходи слишком далеко». Ответил Саэ Ян. Чу Сы на мгновение замер, почувствовав странность ситуации, ведь с тех пор, как он в последний раз слышал эти слова, прошло уже много лет. Тем не менее он не мог не признать, что ощущения весьма неплохи. После мимолётного оцепенения он улыбнулся и, указывая на трап, сказал: «Знаю, скоро вернусь». Место взрыва находилось менее чем в километре от места их остановки. Чу Сы даже не нужно было идти к месту самого взрыва, ему лишь нужно было убедиться, что «Чёрные лебеди», находящиеся поодаль, не имеют к этому взрыву никакого отношения. Конечно, при необходимости он мог бы протянуть руку помощи. Однако лишь мельком взглянув на карту местности, он увидел, что взрыв произошёл на берегу реки, на одном из концов моста, соединяющего два берега. Имеет место предположение, что пламя от крупного взрыва и последующих более мелких, вызванных цепной реакцией, прервёт связь по обе стороны моста, лишив людей возможности перейти реку. Это напоминает тактику создания препятствий, чтобы отделаться от преследователей и облегчить побег. Это первая мысль, пришедшая в голову Чу Сы, к тому же он прекрасно понимал, что «Чёрные лебеди» не имели к этому никакого отношения. Однако интуиция подсказывала ему, что стоит спуститься и проверить. На протяжении всего пути Чу Сы чувствовал, что выбрал невероятно удачное время. Он не знал, была ли это просто удача или идеальное стечение обстоятельств, но им с Саэ Яном всегда удавалось либо воплотить какие-то планы, либо предотвратить нежелательное развитие событий. Несмотря на многочисленное количество моментов, где им приходилось напрасно тратить силы, а иногда идти окольными путями, в целом им невероятно везло. Настолько везло, что ребята не могли понять, действовали ли они на перегонки со временем, либо же время им благоволило. Однако, поразмыслив, он понял, что всё вполне закономерно. Ежедневно везде разворачивается бесчисленное множество событий. Эти события связаны между собой в огромную сеть. Независимо от того, когда и куда они вернутся, всегда будут сталкиваться с событиями, происходящими внутри этой сети, и будут тем или иным образом влиять на свои прошлые «я». В некотором смысле это было неизбежно. Руководствуясь интуицией и осознанием неизбежности, он двинулся по пологому открытому склону к месту взрыва. Едва он обогнул рощу тополей, то увидел маленькую фигурку, стоящую на краю рощи и смотрящую на возвышающееся пламя. Небольшие взрывы, последовавшие за самым мощным, продолжались, время от времени выбрасывая искры и клубы дыма, заслонявшие собой далёкий город на другом берегу реки, делая пейзаж несколько пугающим и добавляя нотку таинственности и… Знакомости маленькой фигурке. Чу Сы нахмурился и, молча ускорив шаг, приблизился к фигурке сзади. То был ребёнок лет четырёх-пяти, одетый в свободную одежду светлых тонов. На первый взгляд, она напоминала пижаму, но при ближайшем рассмотрении оказалась больничной рубашкой или, возможно… Лабораторным халатом? Однако лабораторный халат выглядел грязным. Он был покрыт какими-то пятнами. Из-за тусклого света пятна казались мутными и нечёткими, будто на халат пролили грязную воду. Лишь подойдя ближе, Чу Сы понял, что эти пятна — вовсе не грязь и не вода, а кровь. Ребёнок, от которого исходил сильный запах крови, едва доходивший Чу Сы до пояса, стоял, безвольно свесив тонкие ручки, и безмолвно наблюдал за взрывом вдалеке. Через мгновение он опустил голову, сжал одежду и принялся разглядывать пятна крови на себе. Отблески пламени вдалеке контрастировали со звёздным небом над головой, что ещё больше усиливало чувство одиночества. Чу Сы подошёл к нему сзади и, не удержавшись, легонько похлопал его по голове. Он уже собирался спросить: «Чего это ты здесь делаешь так поздно ночью, маленький проказник? И как так вышло, что весь в крови?» Но прежде чем эти слова успели сорваться с его губ, он, будучи выше и находясь в более выгодном положении, успел заметить раны, покрывающие руку мальчонки. Поэтому, раскрыв рот, произнёс совершенно другое: «Болит?» Маленький чертёнок, похоже, никак не ожидал, что в этом безлюдном месте, да ещё и посреди ночи, кто-нибудь окажется. Поэтому пребывал в состоянии шока. Рука Чу Сы всё ещё лежала у него на голове, благодаря чему он отчётливо чувствовал напряжение малыша. Когда он снова взглянул на взрыв вдалеке, то почувствовал, что это как-то связано с этим сорванцом. Хотя догадка и была несколько абсурдной, Чу Сы стал подозревать, что именно этот ребёнок был виновником произошедшего. Придя в себя, мальчонка обернулся и посмотрел на Чу Сы с выражением лица, совершенно не свойственным его возрасту. В нём присутствовало не свойственное обычным людям безразличие, едва уловимое сопротивление и толика мягкости. В этот момент Чу Сы потерял дар речи. Если память ему не изменяла, это был тот чертёнок, который обманул его в переулке. Притворившись, что плачет, он стащил взрывчатку. Хотя в тот момент он не смог как следует разглядеть ребёнка, его взгляд и темперамент были настолько нетипичны, что Чу Сы смог сразу его узнать даже с короткой стрижкой и в другой одежде. Он, пристально глядя на мальчика, присел на корточки, указал подбородком в сторону зарева от пожара и спросил: «Твоих рук дело?» Чертёнок тоже взглянул в ту сторону, отблески пламени скрывали истинный цвет его глаз, а выражение лица было по-прежнему безразличным. Он взглянул на рану, а затем отвёл взгляд, не намереваясь отвечать Чу Сы. Полная противоположность его прежним притворным рыданиям. Чу Сы поднял его руку и принялся осматривать раны. Мальчишка принял жалкие попытки сопротивления, пытаясь выдернуть руку из его хватки, вот только не смог победить Чу Сы в силе, и его протест провалился. К счастью, с собой был порошок для оказания первой помощи. Подумал Чу Сы. Он достал его, открыл и посыпал на кровоточащую рану сорванца. Едва закончив, он сразу почувствовал резкий запах этого порошка. Лекарство было создано для оказания первой помощи и обычно выдавалось солдатам. Порошок сильно- и быстродействующий. Процесс, безусловно, не из приятных и, конечно же, весьма болезненный. Но несмотря на это, маленький сорванец не издал ни звука. Чу Сы невольно взглянул на него и увидел, что мальчонка, слегка нахмурившись, смотрит на него взглядом, не поддающимся описанию. На мгновение у него возникло чувство дежавю, но прежде чем он успел что-либо понять, ход его мыслей прервался. Ребёнок явно не хотел больше с ним контактировать. Едва он закончил посыпать рану, тот отдёрнул руку и отступил на шаг назад, проявляя настороженность. Чу Сы встал, собираясь что-то сказать, как вдруг услышал звук, доносящийся из тополиной рощи. «Кто там?» Он настороженно повернул голову и увидел высокую фигуру, идущую к нему через тополиную рощу. Хотя фигура находилась в тени деревьев, а лица было не разглядеть, Чу Сы узнал человека по походке — это был Саэ Ян. «Это я. Дорогой, проблема решена. Можем идти.» Чу Сы кивнул и сказал: «Я тут натолкнулся на старого знакомого. Ты...» Он собирался спросить, не хочет ли тот тоже с ним повидаться, но, обернувшись, увидел, что, пока они разговаривали, этот поганец уже убежал на западную сторону склона. Этот чертёнок обладал прирождёнными навыками контрразведки и был асом в умении избежать преследования, бесшумно передвигался, к тому же был крайне везучим. В тот момент, когда Чу Сы собирался броситься в погоню, маленькая фигурка наткнулась на границу между временных зон на краю пологого склона и исчезла прямо у них на глазах. Чу Сы попытался нащупать границу рукой, но почувствовал разрывающую боль. Он повернулся к Саэ Яну и беспомощно сказал: «Ещё пара шагов, и для нас это будет другая пространственно-временная зона, но вот мальчишку, кажется, это не касается. Теперь нам точно его не догнать.» Пока он говорил, Саэ Ян не последовал за ним. А остался стоял там, где стоял тот маленький чертёнок. Некоторое время он наблюдал за вспышками пламени от взрыва, а затем поднял взгляд на тёмное звёздное небо. «Что такое?» Спросил Чу Сы, подойдя ближе. Саэ Ян посмотрел на него. «О каком знакомом ты говорил? О том сопляке, который сбежал?» «Угу.» Раздражённо произнёс Чу Сы. «Помнишь? Тот, который рыдая прижимался ко мне, а потом стащил одну из моих взрывчаток и сбежал. Непонятно, чем он занимался в такой поздний час и куда сбежал. Тц...» Саэ Ян нахмурился, выражение его лица стало сложным. В тот же миг Чу Сы замер. Он вдруг вспомнил, почему возникло чувство дежавю, когда мальчуган нахмурился. В воздушном судне Карлоса Блэка, когда Чу Сы силой затащил Саэ Яна в медицинскую капсулу, перед тем как очнуться, он точно так же хмурился. «Саэ…» Чу Сы повернулся, чтобы посмотреть туда, где исчез этот чертёнок, а затем снова повернулся к Саэ Яну. Немного поколебавшись, он сказал: «Этот мальчишка не может…» «…Я смутно припоминаю это место». Саэ Ян переминался с ноги на ногу, а затем спросил: «Что ты ему сказал?» Командир Чу Сы почувствовал столь редкую для него неловкость: «Всего лишь пару предложений.» «Хм?» «Болит?» и «Твоих рук дело?» Чу Сы указал подбородком в сторону пожара и произнёс: «Подозреваю, что это он устроил взрыв, и меня крайне беспокоит, что мог использовать для этого мою взрывчатку». Едва он закончил говорить, как Саэ Ян схватил его за подбородок, повернул к себе и поцеловал. Этот поцелуй отличался от обычного, в нём одновременно чувствовались сильная страсть и безграничная нежность. Такие всепоглощающие, необузданные эмоции были для Саэ Яна огромной редкостью, но Чу Сы прекрасно прочувствовал их смысл. «Это правда ты?» С сомнением спросил Чу Сы. Саэ Ян не ответил, лишь ещё интенсивнее принялся его целовать. Отблески пламени, звёздное небо и эта безлюдная пустошь бесчисленное количество раз всплывали в памяти Саэ Яна, но вот голос и облик человека, подошедшего сзади и похлопавшего его по макушке, заволокло туманом. Однако он всегда чувствовал, что не мог забыть, как выглядит тот человек, и что, возможно, однажды, когда они снова встретятся, то почувствует это и узнает его. Как оказалось, он переоценил свою память и недооценил чудеса этого мира. Он узнал его гораздо позже, чем ожидал, но это стало приятным сюрпризом. Ему внезапно стал нравиться этот, казалось бы, жестокий и скучный мир, тем не менее умеющий удивлять от случая к случаю. Ведь сейчас перед ним находится человек, который ему нравится. Вероятно, это была наивысшая степень любви, которую он когда-либо испытывал в своей жизни.

Глава 106. Взлом и проникновение

Они уже успели вернуться на «Чёрного лебедя» и заново его завести, а Чу Сы всё ещё не мог поверить случившемуся. Безусловно, всё это было весьма трогательно, вот только... «Кто бы мог подумать, что ты ещё и плакать умеешь?..» Чу Сы вдруг вспомнил того маленького проказника Саэ Яна и почувствовал себя весьма... Противоречиво. «...» «Если память мне не изменяет, этот маленький сорванец, цепляясь за меня, выглядел таким жалким и так сильно ревел, что едва не лишился чувств». Чу Сы вспоминал эту сцену, и ему по-прежнему казалось, что всё это какая-то шутка. «...» Однако было очевидно, что Саэ Яну принять это было ещё сложнее, чем ему. Облокотившись о капитанский мостик, он долго вздыхал, а Саэ Ян, весьма правдоподобно притворяясь глухим, молча повернул рычаг управления. На самом деле, он всё ещё помнил слова, сказанные Саэ Яном ранее. Он говорил, что в детстве, переживая очень сильные эмоции, не мог их полностью осмыслить и пережить, из-за чего так и не научился понимать нормальных человеческих чувств и может лишь имитировать их. В то время эмоции для него были лишь инструментом. Встреча в переулке как нельзя лучше иллюстрировала его слова. Чтобы усыпить бдительность и обмануть, он заплакал, но как только взрывчатка оказалась в его руках, смена настроения произошла быстрее, чем перелистывание страниц книги. Он всегда помнил взгляд, который был у мальчишки у входа в подземку. Такой же холодный и бесстрастный, как у робота. Теперь же, воскрешая в памяти те события, Чу Сы понимал, если бы тот ребёнок, точно с таким же выражением лица, улыбнулся, то действительно был бы точной копией Саэ Яна. Однако сейчас Чу Сы хотелось лишь подразнить Саэ Яна, и он нарочно проигнорировал все эти причины. Он пнул Саэ Яна по ноге и с полуулыбкой произнёс: «Хватит играть в молчанку. Неужели ты совсем ничего не почувствовал, встретившись со своим рыдающим «я» из прошлого?» Саэ Ян, управляя сотней «Чёрных лебедей», облетел место взрыва и, не обнаружив преследователей, решил больше не терять времени. Он потянул на себя рычаг управления и начал подниматься выше. Закончив эти действия, он вальяжно откинулся на спинку стула, положил руки на подлокотники и, сжав их пальцами, посмотрел на Чу Сы. В своей привычной хамоватой манере Саэ Ян произнёс: «Сейчас мой рот не слишком-то хочет говорить. Единственное, чего ему хотелось бы, целовать тебя. Если хочешь узнать, каково чувствовать, когда твои губы распухли, то продолжай. Я буду только рад, мой любимый командир». Чу Сы: «...» Как бы он ни пытался одержать верх над Саэ Яном, у него так и получилось. Они всё больше отдалялись от города и степей. Чу Сы долго размышлял, а затем серьёзно спросил: «По всей видимости, мы стали свидетелями твоего первого побега?» Саэ Ян рассмеялся: «Ты только и делаешь, что злорадствуешь. Однако, несмотря на отсутствие помощи, я ведь как-то умудрился выжить. К тому же, несмотря на то, что моя первая попытка к бегству провалилась, я всё-таки встретил тебя, так что нельзя считать это полным провалом». Чу Сы: «Говоришь так, словно хорошо помнишь нашу встречу». Саэ Ян: «...» Но если говорить серьёзно, Саэ Ян, похоже, не собирался помогать прошлому себе. В мгновение ока он увеличил скорость и настроил режим межпланетного полёта. Космическая тюрьма на карте снова переместилась. На этот раз они были научены горьким опытом. После каждого перемещения они мгновенно замедляли скорость, затем на некоторое время останавливались и снова ускорялись. Хотя они продолжали перемещаться в пространстве-времени между неповреждённой планетой Гамма и её обломками, они больше не теряли управление и не находились на грани крушения, вынужденные совершить экстренную посадку. Вот только чувство, что всё складывается как нельзя лучше, не означает, что получится быстро достичь своей цели. В этот раз они потратили на поиски форта Барни в два раза больше времени. На экране отображалось время полёта: 06:13:42. Они совершили очередной прыжок, Саэ Ян выглядел измотанным, его рука всё ещё была обмотана противовоспалительной повязкой. Во время двух предыдущих перемещений тряска была слишком сильной, в попытках удержать Чу Сы он двинулся слишком резко, ударившись об острый металлический край, получив тем самым длинный порез, который сильно кровоточил. Изначально он поленился перевязывать рану, но через несколько минут, когда она так и не зажила, Чу Сы запихнул его в каюту и наложил лекарство. «Два часа прошло». Сказал Саэ Ян, указывая на свою руку. «Можно уже снять?» В голосе Чу Сы слышалось раздражение: «Ты спросил меня уже пять раз за эти два часа». «С перевязанной рукой неудобно». Основная проблема заключалась в том, что после его травмы Чу Сы взял управление на себя. Честно говоря, синхронное пилотирование чрезвычайно сложно. Оно требует исключительного зрения и огромной энергии. Глаза Чу Сы уже некогда были травмированы, и, конечно же, это оставило последствия. Длительное напряжение определённо было неприятным. Поэтому Саэ Ян всё это время стремился вернуть контроль над управлением. Не обнаружив никаких следов космической тюрьмы, Чу Сы перевёл систему в режим автономного полёта, отпустил рычаг управления, приподнял край марли и взглянул. «Уже лучше. Подождём ещё часок». Он на мгновение замолчал, а затем спросил: «Саэ, что-то не так с твоими способностями к самоисцелению?» Саэ Ян скривил рот, не слишком-то заботясь об этом. «Откровенно говоря, после взрыва планеты такое иногда случается. Вероятно, каким-то образом связано с последствиями экспериментов, проводившихся с течением времени». Если бы он сказал о таком раньше, Чу Сы, вероятно, не смог бы этого понять, но с информацией, которой они владеют сейчас, всё встало на свои места. Саэ Ян, будучи готовым продуктом экспериментов со временем, был неразрывно с ним связан, однако то была не односторонняя связь, где готовый продукт полностью доминировал над временем, как предполагали эти сумасшедшие учёные. Если говорить точнее, то был механический контроль, добавленный к влиянию времени. После того, как Серебряный город перенёс катастрофические последствия экспериментов на другую планету, случился энергетический хаос космического масштаба, что привело к появлению пространственно-временных искажений. Подобно тому, как изменения физических свойств воды влияют на рыб, а качество воздуха — на птиц, так и организм Саэ Яна подвергся изменениям. Вплоть до того, что у него резко могло возникнуть некоторое нестабильное состояние. Вот только Саэ Ян, не привыкший заботиться о себе, нисколько не придавал этому значения. Как раз в тот момент, когда Чу Сы, нахмурившись, собирался что-то сказать, они, сами того не подозревая, прошли через другую пространственно-временную зону в бескрайнем море звёзд. Едва они успели прибыть в другую пространственно-временную зону, поверх отмеченных на карте точек внезапно выскочило напоминание. Приехали! Космическая тюрьма, шесть часов игравшая с ними в прятки, на этот раз потерпела неудачу и попала под обстрел. Эта точка находилась очень близко к их местоположению, они едва ли не столкнулись лицом к лицу. Саэ Ян тут же, молча, ухватился за рычаг управления. Контролируемая им система управления немедленно отдала команду сотне синхронизированных «Чёрных лебедей», они в миг разлетелись по разным сторонам. В мгновение ока они полностью окружили космическую тюрьму, словно створки моллюска, удерживающего жемчужину. Бесчисленные серебристые верёвки потянулись прямо к центру, создавая среди моря звёзд причудливый узор. Для космической тюрьмы это сродни тому, как если бы человека внезапно застали врасплох и связали, пока он куда-то идёт. Вероятно, кроме шока, никакой другой реакции не последовало бы. К тому моменту, когда они попытались отреагировать, их уже пригвоздили к месту, и они ничего не могли сделать. Всё произошло настолько быстро, что Чу Сы не заметил слишком очевидных следов поломки металлического шарнира в хвостовой части, до тех пор, пока космическая тюрьма не оказалась под его полным контролем. Стало ясно, что не хватало одной детали. А вот по какой причине в совершенно исправном изделии отсутствовала деталь, придётся спросить виновника сего торжества, господина Саэ Яна. «Видишь эту брешь?» Чу Сы увеличил изображение космической тюрьмы на экране и указал на её хвостовую часть. «В нашей пространственно-временной линии этот диск уже должен был стать сувениром». Это значит, что чёрный кедровый лес и вилла Чу Сы уже были атакованы. Саэ Ян ответил: «Люди генерал-полковника Меделы не стали бы наносить внезапный удар по твоей вилле. По всей видимости, мы всё-таки опоздали, и в сложившемся хаосе команда экспериментаторов таки одержала верх». Так... Зачем же они прибыли в чёрный кедровый лес? Прежде чем он успел об этом подумать, из космической тюрьмы поступил запрос на связь. Чу Сы поразмыслил, зашёл в каюту и нашёл какой-то плед. Накинув его на камеру, он принял запрос. На экране тут же отобразился центральный зал зоны управления космической тюрьмы. Перед камерой стояли начальник и группа охранников, и с недовольным видом наблюдали за происходящим. Вот только… перед ними предстал огромный чёрный экран. Оппоненты: «...» Поскольку Саэ Ян ещё не свернул маскировочный щит «Чёрного лебедя», на борту космической тюрьмы не могли сразу определить тип и количество космических кораблей, из-за чего невозможно было установить и личности прибывших. Начальник тюрьмы мгновение пялился на чёрный экран, схватил своё удостоверение личности, поднёс его к экрану и официальным тоном произнёс: «Это центр управления космической тюрьмой планеты Гамма созвездия Орла. Я — начальник тюрьмы Коттон Смит. Согласно межпланетному соглашению, космическая тюрьма является продолжением территории планеты Гамма созвездия Орла. Нападение на нас равносильно развязыванию межпланетной войны». Чу Сы, стоявший по другую сторону экрана, пересчитывал людей. Находившиеся в центре управления были теми, кто перехватил инициативу после хаоса, теми, кто контролировал космическую тюрьму и напал на виллу в Чёрном кедровом лесу. Сколько бы их ни было, все они повстанцы, с которыми нужно разобраться. Заметив, что Чу Сы совершенно не проявляет интереса к другой стороне, Саэ Ян снисходительно произнёс: «А кто сказал, что это не военные действия? Вы полностью окружены и находитесь под прицелами боевых судов. Рекомендую тебе и твоим подчинённым открыть люк, сложить руки за голову и лечь лицом вниз. Если сдадитесь добровольно, будет просто прекрасно, в противном случае одно нажатие кнопки — и можете попрощаться с этим бренным миром». Начальник тюрьмы: «...» Когда он услышал тон Саэ Яна, его лицо на мгновение исказилось, однако он быстро обрёл самообладание, в выражении лица появилось некоторое сомнение. В конце концов, под тяжестью угроз он заставил себя открыть рот: «Кто ты? Тон очень похож на одного из наших сбежавших заключённых, вот только голос хрипловат…» За короткий миг он проанализировал ситуацию, затем, словно что-то вспомнив, немного успокоился. «Даже если ты и есть сбежавший заключённый, это не имеет никакого значения. Пока контроллер из чёрного железа активен, мы сможем найти на тебя управу». Саэ Ян хмыкнул и обратился к оппоненту: «Принимая во внимание твои сомнения, предлагаю сделать так: вы все подойдите поближе к экрану, и я вам кое-что покажу». Начальник тюрьмы нахмурился и, неосознанно наклонившись к экрану, положил руки на металлическую панель управления. Саэ Ян протянул руку и нажал на кнопку бесшумной атаки. В тот же миг сотня «Чёрных лебедей» одновременно начала атаку на космическую тюрьму. Каждый удар вызывал реакцию металла, из которого были сделаны каюты в космической тюрьме, это было похоже на электрические разряды. Каждый, кто соприкасался с металлом, мгновенно вздрагивал. Затем последовала вторая волна, третья, четвёртая… Сотни беззвучных ударов наносились без перерыва. К моменту окончания атаки начальник тюрьмы и охранники были совершенно измотаны. Затем Саэ Ян сказал: «Ещё разок подойдите поближе, помогу вам немного». Начальник тюрьмы: «...» Если бы у него не онемели губы, он, вероятно, обматерил бы Саэ Яна. Однако Саэ Ян продолжил: «Хватит валяться, будь так любезен, открой люк». Начальник тюрьмы, еле ворочая языком, произнёс: «Мечтай дальше!» Саэ Ян нанёс ещё одну волну бесшумных атак, с большим сожалением сказав: «Тогда нам самим придётся его открыть». Среди непрекращающихся, мучительных пыток начальник тюрьмы всё же смог выдавить из себя холодный смешок: «Думаешь, люки и двери космической тюрьмы сделаны из железных прутьев…?! Это самые передовые технологии изготовления люков во всём космосе. Тебе жизни не хватит, чтобы их открыть!» Саэ Ян отключился и похлопал Чу Сы по плечу: «Возьми оборудование из внутренней каюты». Благодаря скрупулёзности Цзян Ци и его команды, в каждом «Чёрном лебеде» хранился защитный костюм. Изначально он предназначался для входа в пространственно-временной разлом, однако оказался полезным и сейчас. Статическое электричество на внешней оболочке судна, генерируемое сотнями бесшумных ударов, было не шуткой; любой контакт, очевидно, был бы неприятен. В центре управления космической тюрьмой начальник тюрьмы с мрачным видом сказал: «Не волнуйтесь, они не смогут проникнуть внутрь! По крайней мере, пока. А к тому времени, как они войдут, мы почти полностью оправимся». В этот момент, стоя у тюремного люка, Чу Сы положил руку на кнопку рядом. Красный свет сканера пробежал по всему телу, считывая информацию о его ДНК. Не прошло и пяти минут, как появилось два предложения. Эти два предложения, произнесённые электронным голосом, разнеслись по всему центру управления: «Аутентификация прошла успешно, разрешение получено! Люк готов к открытию!» «???» Все в центре управления на пару секунд оцепенели, прежде чем поняли смысл этих двух предложений. Их чуть не начало рвать кровью прямо на месте.

Страница книги Черное небо в интернете

Table of Contents

Том I. «Пыль»

Глава 1 - Непрочитанное сообщение

Глава 2 - Угроза безопасности

Глава 3 - Незваный гость

Глава 4 - Приветственный подарок

Глава 5 - Островной кит

Глава 6 - Стая кашалотов

Глава 7 - Причудливая комбинация

Глава 8 - Космическая Тюрьма

Глава 9 - Маленькая шутка

Глава 10 - Вышел прогуляться

Глава 11 - Заикающаяся система

Глава 12 - Старый форт Барни

Глава 13 - Таинственные цифры

Глава 14 - Полуночная тревога

Глава 15 - Ликвидация заключённых

Глава 16 - Опасная посадка

Глава 17 - Разработка плана

Глава 18 - Лесная база

Глава 19 - Инцидент в восточной башне

Глава 20 - Незваный гость

Глава 21 - Для меня большая честь познакомиться с вами

Глава 22 - Спасаясь от смерти

Глава 23 - Враги встречаются

Глава 24 - Полуночный побег

Глава 25 - Мальчик у стены

Глава 26 - Звёздный атлас

Глава 27 - Два столпа

Глава 28 - Побочные эффекты

Глава 29 - Воздушный змей

Глава 30 - Аварийная сигнализация

Глава 31 - Бродяги

Глава 32 - Убежище

Глава 33 - Галактические прыжки

Глава 34. Старый знакомый

Глава 35. Разница во времени

Глава 36. Причина

Глава 37. Старые связи

Глава 38. Квартира

Глава 39. Неверленд

Том II. «Демоны и Боги»

Глава 40. Предметы первой необходимости

Глава 41. Шпион

Глава 42. Сорванец

Глава 43. Неожиданность

Глава 44. Старый дом

Глава 45. Исследовательская работа

Глава 46. Стая воробьёв

Глава 47. Петля времени

Глава 48. Военные трофеи

Глава 49. Залечить раны

Глава 50. Пощёчина

Глава 51. Да пошёл ты

Глава 52. Лечебная капсула

Глава 53. Неверное суждение

Глава 54. Хорошие новости

Глава 55. Компаньон

Глава 56. Чёрный лебедь

Глава 57. Сигнал тревоги

Глава 58. Обосноваться

Глава 59. Электронная ДНК

Глава 60. Вынужденное признание

Глава 61. Похищение

Глава 62. Мудрый правитель

Глава 63. Похититель

Глава 64. Спасение

Глава 65. Военный госпиталь

Глава 66. Привести в движение

Глава 67. Извлечение памяти

Глава 68. Пробуждение

Глава 69. Смена облика

Глава 70. Промывка мозгов

Глава 71. Мотивационные методы

Глава 72. Старый друг

Глава 73. Былое

Глава 74. Детские воспоминания

Глава 75. Прошлое

Глава 76. Возвращение

Глава 77. Список наследования

Глава 78. Демоны и Боги

Том III. «Мир людей»

Глава 79. Откровение

Глава 80. Неизвестный сигнал

Глава 81. Дополнительные подарки

Глава 82. Секретное письмо

Глава 83. Старое видео

Глава 84. Отряд преследования

Глава 85. Раскрытие личности*

Глава 86. Упущенная информация

Глава 87. Маленькая швабра

Глава 88. Подготовка к бою

Глава 89. Секретное хранилище

Глава 90. Разъяснение

Глава 91. Драконья колонна

Глава 92. Лицом к лицу

Глава 93. Старшее поколение

Глава 94. Дружба

Глава 95. Приостановка программ

Глава 96. Молодость скоротечна

Глава 97

Глава 98. Преследование

Глава 99. Создать проблем

Глава 100. Пространственно-временной излом

Глава 101. Сбиться с пути

Глава 102. Источник сигнала

Глава 103. Детский дом

Глава 104. Самозванец

Глава 105. Любить не только дом, но и ворон на его крыше

Глава 106. Взлом и проникновение

О книге