Лето.

Совон пробудился как проводник.

Его желанием было стать проводником А класса, что составлял всего 3% от всех проводников.

Сразу после пробуждения в качестве проводника Совон, что был ещё молод, незрел и невежественен, был отвлечён из-за преимуществ, которые предоставляла страна проводникам.

Он ничего не делал, но деньги поступали на его счет. Ему не нужно было готовиться к работе. Ему не нужно было служить в армии, которую он упорно откладывал.

Совон не сомневался, что он будет сопоставлен с идеальным эспером*.

[п/п: *эспер ㅡ человек, обладающий сверхъестественными атакующими способностями. как страж. я пока не понял различие.]

ㅡ Ты сопоставлен с эспером S класса Кан Тэ У.

Однако в тот день, когда его уведомили о результатах соответствия, все рухнуло.

Эспер S класса Кан Тэ У.

Имея ужасный побочный эффект из-за отсутствия направления, покрытый красными кровеносными сосудами, он был одним из трех эсперов S класса в Корее.

В соответствии с прозвищем “Монстр”, способность Тэ У имела тип укрепляющей тело. Он был человеком, что с невероятной силой сражался голыми руками, имеющими стальную твердость.

Кан Тэ У добился впечатляющего результата – соответствия в менее чем 5%-ов со всеми проводниками с тех пор, как он пробудился эспером в возрасте 10 лет. Он всегда жил только с машинным направлением, так что он являлся эспером, похожим на тикающую бомбу. Никто не знал, когда он взорвется.

Однажды по ошибке он чуть не убил человека, потому что не мог контролировать свою силу.

Этот монстр и Совон впервые достигли показателя соответствия в 65%.

Как только появился результат сопоставления, Совон пошел в ответственное отделение, плакал, просил и умолял сменить эспера.

[п/п: ответственное (за дела такого типа) отделение.]

Сотрудник грустно посмотрел на Совона, но все, что он мог сказать, это то, что тот должен быть проводником Кан Тэ У в соответствии с системой обязанностей проводника.

С тех пор жизнь Совон стала ужасной.

При первой встрече с Кан Тэ У оказалось, что у последнего более страшная внешность, чем из фото в Интернете.

2 метра ростом, с крупным телом, и, что самое страшное, с темно-красными кровеносными венами, которые покрывали все тело.

Выступающие вены, иногда, казалось, извивались, заставляя его испытывать чувство, будто он смотрит фильм ужасов.

Как только Совон встретился со смотрящими на него звериными глазами Тэ У, он чуть не упал в обморок.

Его тело неконтролируемо дрожало.

Персоналу удалось не дать ему упасть из-за подкосившихся ног.

Посмотрев на него, Тэ У спокойно повернул голову.

Согласно системе обязанностей гида, Совон жил с Кан Тэ У в одном доме, но Совон был занят тем, что убегал, дрожа всякий раз при встрече с ним.

Совон полностью отказался от еды и питья, заперевшись в своей комнате, иногда бегая в дом своих родителей, чтобы спрятаться там, но каждый раз ему приходилось возвращаться в дом Тэ У из-за предупреждения Ассоциации Эсперов.

Совон страдал от депрессии и беспокоился из-за человека, живущего с ним.

Тэ У стало жаль Совона.

Его эмоции были притуплены и тяжелы, поэтому он ничего не чувствовал, но знал, что он монстр и пугает маленького и хрупкого Совона.

Тэ У прекрасно понимал это.

Он наконец-то встретил своего проводника, но избегал контакта с ним из уважения к Совону. Тэ У получал минимум направлений, выживая благодаря машинному направлению, как и раньше.

Так прошло восемь лет.

Совон всё ещё чувствовал, что Тэ У всё так же ужасен и страшен, но он думал, что мог бы немного привыкнуть к этому.

Тем не менее, его жизнь по-прежнему тяжела, поэтому он не встречался с Тэ У, кроме как во время для прописанного контракте направления.

Тэ У и Совон не разговаривали в течение восьми лет.

Состояние эспера, конечно, становилось всё хуже и хуже.

Вены вокруг глаз теперь распространились по всему лицу, а количество направляющих машин в доме увеличилось до пяти.

Совон начал чувствовать себя всё более и более виноватым перед эспером, но это не означало, что он направлял того чаще.

Когда Совон видел Тэ У, он всё ещё не мог пошевелиться, потому что его тело словно оледеневало, и Тэ У, при встрече с ним, избегал его.

Эти двое становились всё дальше и дальше друг от друга.

В тот день в Инчхоне посреди ночи открылись ворота.

Вся Корейская республика занервничала, когда в центре Инчхона внезапно, без предупреждения*, открылись ворота.

[п/п: *без предупреждения ㅡ ничего не предвещало беды, не было никаких признаков для открытия врат. прошу прощения за корявую формулировку.]

Правительство объявило чрезвычайное положение, и более сильные, чем обычно, монстры выскочили сразу все, вызвав хаос возле ворот.

Уровень сложности, который спрогнозировало правительство, соответствует уровню S.

Это были самые большие ворота в истории Кореи.

Прошло несколько часов с тех пор, как три эспера S класса из Южной Кореи, включая Кан Тэ У, собрались и направились к воротам.

Совон, который был у ворот в соответствии с системой обязанностей проводника, ждал у здания Ассоциации Эсперов, находившейся возле ворот, чтобы направить Кан Тэ У.

Совон уже несколько часов ждал закрытия ворот в зале ожидания вместе с проводниками эсперов, что были отправлены к воротам Инчхона.

К тому времени, когда он одеревенел от слишком долгого сидения, Совон услышал из телевизора на стене Ассоциации, что ворота едва удалось закрыт. Послышалось, как несколько проводников, сидящих в зале ожидания, вздохнули с облегчением.

Совон завидовал им, они могли беспокоиться о своих сопоставленных эсперах.

Тот факт, что ворота были закрыты, означал, что он должен был направлять Тэ У. Совон боялся встретиться с Тэ У, который был не в лучшей форме, использовав свои способности.

ㅡ Проводник Ли Совон?

Сотрудник, который поспешно подбежал к нему, тяжело дыша, нашел Совона, дрожащего от страха среди нескольких проводников.

ㅡ Эспер Кан Тэ У находится в чрезвычайной ситуации. Пожалуйста, пойдемте со мной....

Выражение лица сотрудника было серьезным.

Однако, даже когда Совон увидел его [серьёзное] лицо, он не беспокоился о состоянии Тэ У.

Он просто боялся встречи с Тэ У.

Персонал, который сопровождал Совона к месту назначения, спешил.

С каждым его шагом запах крови усиливался.

Совон начал необъяснимо нервно дрожать.

Местом, куда сотрудник привел Совона, являлась операционная.

Совон, который открыл дверь и вошел, был удивлен запахом крови, хлынувшей ему в нос.

Вскоре стало очевидной невероятность ситуации.

На кровати в операционной лежало что-то большое, и врачи стояли неподвижно, не в силах ничего сделать, окружив это.

Что-то большое было красным, мокрым и раненым, поэтому было трудно распознать, что это Тэ У.

Кровь капала под кровать.

Когда Совон опустил взгляд, кровь уже собралась у его ног.

Это всё из тела Тэ У? Невозможно.

Состояние эспера, подтвердившееся с опозданием, было серьезным.

Крепкая кожа, которую, как говорили, никогда не сломить, казалось, была пробита огромным рогом, и кровь постоянно вытекала из большого отверстия в животе.

Кровь постоянно текла из больших и маленьких незаживающих ран.

Состояние Тэ У было настолько серьезным, что трудно было поверить, что он вообще жив.

В то время как врачи даже не могли понять, как соединить полностью изуродованное тело, Совон сидел на залитом кровью полу и дрожащими руками держал Тэ У за руку.

Она была холодной.

Она была такой холодным и твердой, что не походила на человеческую руку.

Тэ У, который вызвал Совона, подняв шум, был гораздо более позитивным, чем обычно.

Только тогда Совон мало-помалу осознал, что эта ситуация была реальна.

В то время как все чувства Тэ У медленно исчезали, он всё ещё мог почувствовать тепло в одной руке.

Почувствовав, что пришел его проводник, он открыл глаза и посмотрел на Совона.

Проводник, который не мог вымолвить и слова при виде его, непонимающе смотрел и плакал.

Совон сильно похудел по сравнению с тем, каким он был восемь лет назад. Тэ У всегда находил пухлые щеки и круглые глаза Совона милыми.

Невинный проводник был недоволен встречей с ним.

Он сделал человека, который был бы счастлив без него, несчастным, потому что он ужасный монстр.

Тэ У удалось сказать то, о чем он думал все это время, но не мог произнести.

ㅡ Мне очень жаль.

Его голос впервые надломился и стал слабым.

Сердце Совона с глухим стуком упало на пол, когда он услышал, как жалобно звучал тихий голос.

Чувство вины тяжким грузом придавило Совона к полу.

Он ничего не мог поделать. Совон только рыдал, держа Тэ У за руку.

При сильном кашле эспера вырвало темно-красной кровью.

Появившаяся кровь страшно залила его лицо. Глаза Тэ У, казалось, смотрели в воздух без фокуса.

Совон испугался, ему показалось, что он вот-вот умрет.

ㅡ Мне жаль, мне очень жаль. Не умирай.... Пожалуйста, прости... ㅡ он поспешно открыл рот, но всё, что вышло из его рта, было простое извинение, повторяющиеся множество раз.

Не так.

Эспер S класса, монстр, стальная кожа, которую ничто не может пробить.

Он никогда не думал, что Тэ У, у которого было такое прозвище, умрет.

Он страдал и обижался на него за жизнь, которую он проведет, привязанный к нему, но что случилось на самом деле? Совон никогда даже не направлял его должным образом, смотрел на него как на монстра и даже не обращался с ним как с человеком.

С другой стороны, вместо того, чтобы заставлять Совона направлять, Тэ У терпел боль, которая сводила его с ума, и тихо покидал свое место, когда сталкивался с замирающим Совоном.

Совон понял.

На самом деле, худшим человеком был сам Совон.

Настоящим монстром был он.

ㅡ С этого момента я буду делать всё хорошо, я буду направлять тебя, я буду очень стараться. Не умирай, пожалуйста...

Теперь Совон умолял его, но Тэ У медленно умирал.

Ливший слёзы Совон, поняв это, заплакал ещё громче.

Тэ У никак не реагировал, даже окруженный неразличимыми криками Совона.

Дыхание Тэ У ослабевало, и длина его волны, ощущаемая под руками Совона, становилась слабее.

Он действительно при смерти.

Совон отчаянно держал Тэ У за руку, как будто это была его жизнь.

ㅡ Будь счастлив.

Неожиданные слова остановили плач Совона.

Совон удивленно посмотрел на Тэ У.

Глаза эспера медленно закрылись.

Би-ип.

Звук машины эхом отдавался в нескольких отделениях шумом в ушах.

В то же время тонкую длину волны Тэ У, которая ощущалась в руках, словно отрезали ножницами.

Всё вокруг резко потемнело.

Глаза Совона медленно открылись.

Затуманенное зрение прояснилось, став четче и ярче.

Он некоторое время безучастно лежал и осматривался.

Место, где находился Совон, было отделением неотложной помощи.

С запахом больницы люди деловито ходили туда-сюда.

Когда его разум прояснился, первое, что пришло на ум, смерть Тэ У.

‘Кан Тэ У.’

Как только Совон подумал о нём, слезы потекли из его глаз.

Начавшись с капли, слезы полились, как вода из-под крана, смачивая пушистую подушку под его головой.

‘Тэ У мертв?’

‘Должно быть, он мертв.’

Истекающий кровью Тэ У, что беспомощно лежал с нерегенерующей раной, появился перед Совоном.

Разрыв длины волны ощущался до тех пор, пока он не сошел с ума, а высокий и резкий звук машины звучал как эхо в ушах.

“Будь счастлив.”

Совон вспомнил последние слова Тэ У.

Совон не обращался с ним достаточно хорошо, чтобы получить его благословление.

Он предпочел бы, чтобы его прокляли, но у него не было причин говорить ему это.

Совон предпочел бы, чтобы Тэ У ругался на него, потому что он не выполнил свой долг проводника.

Когда он видел лицо Тэ У в последний раз, темно-красные вены, которые, казалось, пожирали его, были расширены.

Вены распространились не только по лицу, но и по всему телу, такое проклятье было побочным эффектом Тэ У, которого не направляли в течение многих лет.

Если бы Совон исправно направил его, Тэ У мог бы, по крайней мере, умереть с чистым лицом.

Чувство вины сжало сердце Совона.

Совон страдал от боли. Боли, которую он никогда не испытывал в своей жизни.

Он чувствовал себя так, словно его снова и снова били ножом.

Он тонул в сожалении.

Совон начал всхлипывать и громко заплакал.

ㅡ Ли Совон, Вам плохо?

Проходившая мимо медсестра удивилась, когда увидела, что он плачет.

Совон не ответил.

‘Больно. Мое сердце болело так сильно, словно я умирал. Тэ У умер, и я был причиной его смерти.’

Совон ненавидел себя, молодого и невежественного.

Он тоже человек.

[п/п: это про тэ у.]

Он хотел закричать на себя, чтобы он в прошлом не смотрел на него как на монстра.

Медсестра чувствовала, что Совон, который только тихо плакал, был ненормален, и вызвала врача.

ㅡ Ли Совон, поздравляю Вас с пробуждением в качестве проводника А класса. Что-нибудь болит?

Врач подошел и осмотрел тело Совона.

Пациент явно рыдал, словно наступил конец света, но, казалось, с его телом все в порядке.

Сбитый с толку врач посмотрел на Совона.

Пациент пробудился в качестве проводника А класса, упал в обморок из-за боли и показал такую реакцию, как только проснулся.

Это первый такой случай на его практике.

Врач беспокоился, что у драгоценного проводника А класса будут осложнения, и он подвергнется критике со стороны общественности.

ㅡ Сестра, пожалуйста, позвоните в Ассоциацию Проводников.

В конце концов врач решил передать его дальше.

Совон плакал, но потерял дар речи, когда услышал, как доктор поздравляет его с пробуждением. Прошло уже восемь лет с тех пор, как он пробудился.

Даже сейчас он находился в состоянии шока, потому что Тэ У мертв. Совон посмотрел на врача со слезами на глазах. Он потерял дар речи, почувствовав себя ошеломленным, когда увидел название больницы, написанное на бейджике с именем доктора.

По-видимому, Совон находился в Ассоциации Эсперов в Инчхоне, которая была университетской больницей в центре Сеула.

Он подумал об этом, потому что ему было знакомо это название. Это больница, в которую он попал, когда пробудился в возрасте 22 лет.

Подумав, что это странно, Совон перестал плакать и оглядел больницу со слезами на глазах.

Внезапно он заметил цифровые часы, висящие сбоку.

Полночь, лето восемь лет назад.

‘Часы сломаны? Нет, это, должно быть, сон.’

Место было странным, доктор был странным, и часы были странными.

Это явно сон.

ㅡ Эм, это сон, верно? Тэ У, он мертв?

Медсестра и врач обменялись странными взглядами.

ㅡ Это не сон. Вы пробудились как проводник А класса. У Вас болит голова?

Услышав, что это не сон, Совон ошеломленно моргнул.

Ну, он ни за что не сказал бы, что это сон, во сне.

‘Если это сон, я хотел бы увидеть Тэ У, которого может не быть рядом, когда я проснусь‘.

Когда Совон думал о нём, слезы появлялись на его глазах.

ㅡ Пожалуйста, позвоните Кан Тэ У для меня.... Кан Тэ У, эспер S класса, пожалуйста...

Совон снова заплакал.

Врач испугался и позвонил и в Ассоциацию Проводников, и в Ассоциацию Эсперов.

Совон только как ребенок плакал, называя имя Тэ У.

Пара, что спешила в отделение неотложной помощи, услышала знакомый голос и подбежала к Совону.

Они очень удивились, увидев, что Совон так горестно плачет.

ㅡ Ох, Совон! Тебе плохо? Почему ты плачешь? Доктор, Совон поранился? Всё очень плохо? Он так сильно плачет!

Это мама Совона.

Он повернул голову на знакомый голос.

Его молодые родители смотрели на него с беспокойством в глазах.

Слишком подробно для сна.

Однако в его голове остался только Тэ У, что умер в луже крови.

ㅡ Пациент пробудился как проводник А класса. В организме нет никаких отклонений, мы не знаем причины. Я связался с Ассоциацией Проводников...

ㅡ Что? Проводник?

ㅡ Кан Тэ У… Тэ У...

Плач.

Рыдание Совона привело в замешательство всё отделение неотложной помощи.

Даже те, кого привезли с легкими симптомами, смотрели туда, где находился Совон.

Он чувствовал пристальный взгляд, но, несмотря ни на что, продолжал рыдать, называя имя Тэ У.

Совон долго выкрикивал имя Кан Тэ У, пока не перестал плакать, а доктор и родители Совона разговаривали с серьезными лицами, отмечая, что состояние Совона было странным.

Шум продолжался до тех пор, пока не пришёл врач из Ассоциации Проводников, не увидел Совона и не сказал, что всё в порядке.

Он заснул после плача или проснулся ото сна?

Совон изо всех сил пытался открыть глаза, выбираясь из своих обрывочных воспоминаний.

Он огляделся, обнаружив, что лежал один в одноместной больничной палате.

‘Это был сон? Я хотел встретиться с Тэ У во сне и извиниться.’

Слезы текли из глаз Совона, что в итоге не смог встретиться с Тэ У во сне.

Его глаза щипало из-за того, что он так много плакал.

ㅡ Ох, Совон, почему ты снова плачешь? Ты болен? Доктор сказал, что проблем нет...

Дверь больничной палаты открылась, и вошла мать Совона.

ㅡ Мама… Тэ У мертв?

ㅡ Кто такой Тэ У? Ты искал его со вчерашнего дня.... Он тебе снился? Ты уже такой взрослый, но всё ещё плачешь из-за сна.

Совон был удивлен, потому что его мать не знала Тэ У.

Прошлой ночью он видел свою молодую мать, выглядевшую как мечта.

Совон не мог говорить, потому что был взволнован.

‘Я всё ещё сплю?’

ㅡ Мама, какой сейчас год?

ㅡ Сейчас 2022 год. Совон, ты болен? Должна ли я вызвать врача и попросить его проверить тебя ещё раз?

Совон всё ещё пытался убедить себя, что всё это сон, слегка ущипнув свое тело под одеялом.

Больно.

‘Это также не похоже на сон.’

ㅡ Так ты говоришь, что последние восемь лет - это всё сон?

ㅡ Совон, они сказали, что ты пробудился проводником А класса. Ты всегда говоришь о том, что не хочешь устраиваться на работу. Ты, должно быть, счастлив, что тебе не нужно готовиться к работе. Верно?

‘Но последние восемь лет были такими яркими. Это был ужасный ад, и каждый день был слишком длинным.’

Совон вспомнил прошлое.

Перед его глазами появился облик умирающего Тэ У.

Он всё ещё чувствует запах крови.

Совон подумал, что даже мысль о том, что он вернулся в прошлое ㅡ звучит нереально.

Даже мобильный телефон рядом с Совоном был той моделью, которую он использовал в прошлом.

Совон с силой нажал на свой телефон.

Вскоре экран посветлел и показал дату ㅡ восемь лет назад.

Через день после того, как Совон пробудился как проводник.

Возможно, обеспокоенная тем, что Совон не отвечает, женщина снова вышла, сказав, что позовет медсестру.

Глядя на цифры, Совон внезапно подумал, что ему следует поискать имя Тэ У.

‘Кан Тэ У.’

Когда он набрал три иероглифа, появилось множество статей о профиле без лица Тэ У.

К счастью, сообщений о его смерти не поступало.

ㅡ Хa…

Облегчение было настолько сильным, что он даже тяжело выдохнул.

Совон, вытянув руки и ноги, лежал на своей кровати.

За окном он мог видеть чистое небо без единого облачка.

Он испробовал все виды странных фантазий, глядя на мирное небо, но ничего не произошло.

Как и ожидалось, это не похоже на сон.

Если так, то он вернулся в прошлое?

ㅡㅡㅡ

уголок люца:

п/а: Здравствуйте, извините, я не знал, что я должен придерживаться только одного POV, так как некоторые из корейских новелл, что я читал, переключались с 1-го POVа на третий. Я сделаю 3-й POV в будущих главах.

(речь о первом и третьем лице повествования. ранее некоторые моменты были с «я» от лица совона, я поменял их, зная эту поправку, просто будьте в курсе)

Иногда мне неприятно читать плохие отзывы о моих переводах, технически я просто делюсь своей работой бесплатно и не прошу вас, ребята, ни за что платить. Я знаю, что мой перевод не идеален, и, честно говоря, одна из причин, по которой я начал переводить, заключается в том, что я хочу совершенствоваться.

Конструктивная критика - это хорошо, но сарказм и грубость - нет.

Людям не казалось странным, что врата все время были открыты, оттуда выскакивали неизвестные монстры, а сами они находились в мире, где некоторые могут использовать сверхспособности.

‘Если это регрессия, то я...’

Дверь открылась, и вошла медсестра.

Совон быстро оторвался от своих мыслей и посмотрел на медсестру.

ㅡ Поздравляю с пробуждением в качестве проводника А класса, пациент Ли Совон.

Будь то регрессия или сон, Совон по-прежнему был проводником А класса.

ㅡ Я подумала, что вы плохо себя чувствуете, поэтому ночью вас переместили в Ассоциацию Проводников для обследования. Серьезных отклонений не найдено. Есть ли какие-то неудобства? Вы можете покинуть больницу прямо сейчас, но поскольку вы здесь, в Ассоциации Проводников, вам будет удобно пройти тест на длину волны. Хотели бы вы пойти домой после обследования?

ㅡ Да.

Совон последовал за медсестрой в кабинет для теста на длину волны, ничего не сказав.

Совон делал этот тест 8 лет назад, поэтому он смутно помнит процедуру.

Когда он прибыл в лабораторию, увидев большие машины и исследователей, Совон почувствовал, что память возвращается.

Когда он лег на машину под руководством работника, машина пришла в движение, начав проверку.

Совон почувствовал холодный металл на своем теле, затем исследователи прикрепили к нему что-то.

Проведя тест на длину волны, он попытался оживить некоторые воспоминания из прошлого.

Пробуждение Совона в качестве проводника в возрасте 22 лет было довольно поздним по сравнению с обычным пробуждением проводников в подростковом возрасте.

Проводники А класса очень редки, потому что они составляют всего 3% из нескольких проводников.

При пробуждении в качестве проводника, после проведения теста на длину волны, который он сделал сейчас, будет проверен коэффициент совпадения с эсперами в базе данных, чтобы решить, с кем он может создать пару.

Совон был сопоставлен с Кан Тэ У, эспером S класса, но большинство проводников сопоставляются с эсперами того же класса.

Совпадет ли он с Тэ У снова?

Совон спокойно думал.

Восемь лет назад у него и Тэ У показатель соответствия составлял 65%.

Совон считает, что на этот раз может быть другой результат.

Если Тэ У и он не совпадут…

Он думал, что должен был бы быть счастлив.

“Будь счастлив.”

Совон удивился прозвучавшему как галлюцинация голосу.

Как только он вспоминает последние слова Тэ У, чувство вины давит на Совона.

В памяти всплыли вид операционной, холодные руки, мерцающие глаза и собственный плач в луже крови.

Совон, что на мгновение задумался о будущем без Тэ У, просто бесконечно стыдился своего уродливого сердца.

Тэ У умирал, его тело холодело, а Совон лишь наблюдал. Совон начал чувствовать огромную вину, он так сожалел....

Совон хочет спрятаться где-нибудь, потому что на самом деле он так уродливо эгоистичен.

Совон хочет извиниться перед Тэ У.

Даже если тот его не помнит.

‘Разве я регрессировал не для этого?’

Тест на длину волны закончился со звуком машины.

Исследователи сказали, что они снимут аппарат с тела Совона, и тогда он может вернуться домой.

ㅡ Кан Тэ У.

Совон плотно закрыл глаза.

Теперь он может признать, что ответственность за смерть Тэ У всецело лежала на нем. Теперь пришло время взять на себя ответственность за него.

Наконец, решительный Совон открыл рот:

ㅡ Я бы хотел проверить показатель соответствия для конкретного эспера.

ㅡ О, ты знаешь кого-то из эсперов? Если это так, мы можем проверить соответствие с ним в первую очередь после взаимного согласия.

ㅡ Пожалуйста, уточните показатель соответствия с Кан Тэ У, эспером S класса.

ㅡ Что? Кан Тэ У? ㅡ с большим удивлением переспросил исследователь. ㅡ Эспер S класса Кан Тэ У, ты собираешься подать заявку на соответствие с таким монстром?

В любом случае, исследователь должен был проверить уровень соответствия с Кан Тэ У, у которого ещё не было проводника.

Однако, хотя им всё ещё нужно сделать тест на случай, если он подойдет ему, они никогда не могли представить, не говоря уже о том, чтобы слышать, что кто-то хочет сначала пройти тест на соответствие с Кан Тэ У.

Исследователь осмотрел проводника перед ним.

Несмотря на то, что он был взрослым, парень выглядел молодым, с круглыми, добрыми и невинными глазами, исследователю казалось, что проводника съедят сразу же, как только тот встанет перед монстром.

Посмотрев в сомневающиеся глаза исследователя, Совон кивнул.

Он также ожидал этой реакции.

Однако, Совон не мог сидеть на месте и ждать неделю до получения результатов.

Кан Тэ У, должно быть, всё ещё страдает, он должен помочь ему избавиться от боли как можно скорее.

Совон принял решение.

Он будет относиться к нему не как к монстру, а как к человеку.

Он не будет избегать его и сделает всё возможное, чтобы направлять его.

Даже если он умрет, Тэ У сможет умереть с чистым лицом, а не в состоянии, когда похожие на проклятие темно-красные вены покрывают всё его тело.

ㅡ Прежде всего, я свяжусь с эспером Кан Тэ У, и, если он согласится, я сообщу вам о результатах проведения теста на соответствие первоочередно.

Исследователь неохотно согласился с твердой позицией Совона, но, после того как он произнес это, исследователь не был уверен, правильно ли он поступает.

Исследователь просто склонил голову и посмотрел на маленького проводника, выходящего из комнаты для проведения тестов.

После обследования Совон вернулся в дом со своей семьей.

Дом, в который он вернулся спустя долгое время, был таким же, как дом в его памяти восемь лет назад.

Каждая деталь была настолько идентична, что он снова подтвердил ㅡ это не сон.

Он проводил всё время, глядя на пустое пространство в огромном доме Кан Тэ У, но, глядя на маленький, полный хлама домик, он почувствовал себя очень комфортно.

Вечеринка-сюрприз вечером была настолько похожа на воспоминания Совона, что захватывало дух.

Аппетитный шоколадный торт, суп из морских водорослей¹ и громкие хлопушки.

Это было совершенно неуместно, такое странное сочетание может заставить некоторых улыбнуться.

Совон провел вечер со своей семьей, громко болтая и смеясь.

Как и восемь лет назад, когда он не знал, что будет сопоставлен с Кан Тэ У.

После суматошного дня, сдерживая сон, Совон моргнул, лежа на маленькой кровати в комнате с выключенным светом.

Совон боялся, что если он закроет глаза и откроет их, он вернется в день смерти Тэ У.

Казалось, когда он закрывает глаза, то всё ещё может видеть операционную, залитую кровью.

Окровавленный Тэ У и слабое ощущение длины волны, которая, кажется, может оборваться в любой момент, беспокоили Совона.

Когда будет готов результат теста на соответствие?

Он знает, что должно пройти много времени.

В прошлый раз это заняло неделю.

Потребовалось довольно много времени, чтобы сопоставить его со всеми эсперами А класса, но в итоге он был сопоставлен с Кан Тэ У.

На этот раз они сначала проверят его соответствие с Кан Тэ У, так что не займет ли это самое меньшее два дня?

Совон внезапно забеспокоился.

Даже если он видел Тэ У на протяжении восьми лет и в какой-то степени привык к нему, Совон всё ещё дрожит, когда сталкивается с Тэ У.

Он не был уверен, что не будет нервничать при первой встрече с Тэ У.

Что подумает Тэ У, когда видит его?

Совон никогда не разговаривал с ним, поэтому он не может представить его мысли.

Тэ У появился в его сне той ночью.

Он умирал, но тело Совона было настолько окоченевшим, что он не мог двигаться.

Глубокие темные глаза Тэ У пристально смотрели на Совона.

Когда Совон закрыл глаза, в ушах раздался высокий звук машины.

Шум в ушах от машины вскоре превратился в звон телефона.

Глаза Совона широко раскрылись. Он нахмурился.

Во сне он долго тонул в глубокой и темной воде. Ощущение, что он проснулся, казалось не реальным с таким же звуком звонка.

ㅡ Алло?

“Вы проводник Ли Совон?”

ㅡ Да.

“Стали известны ваши результаты теста на соответствие с эспером Кан Тэ У.”

Как только прозвучало имя Кан Тэ У, Совон вскочил на колени, сев на кровати.

ㅡ Нет, уже?

Только вчера днем был проведен тест на длину волны, а сегодня уже стали известны результаты, он не ожидал, что они появятся на следующее утро.

‘65%, 65%, 65%’

Совон хотел, чтобы он соответствовал Кан Тэ У по крайней мере на 65%.

Что, если он не соответствует? Беспокойство охватило разум Совона.

“Показатель соответствия составляет 100%. Мы впервые видим 100%… Я все перепроверил, но результат тот же.... На всякий случай, я думаю, вам следует прийти в Ассоциацию и пройти тест направления эспера Кан Тэ У?”

Глаза Совон расширились.

100% вместо 65? 100% было невозможным числом, даже если не считать разницы в результатах по сравнению с прошлым.

Самый высокий показатель соответствия до сих пор был у эспера и проводника B класса в Соединенных Штатах, но даже он не превысил 95%.

Кроме того, уровень совпадения не может быть высоким из-за разницы в классах.

Возможно, в тесте была ошибка.

Несколько убежденный Совон успокоил себя.

ㅡ Когда и куда мне следует обратиться?

“Эспер Кан Тэ У всегда находится в штаб-квартире, поэтому вы можете прийти в Ассоциацию Эсперов независимо от времени.”

ㅡ Спасибо.

Он всё равно рад.

Совон очень рад результату, потому что некоторое время он беспокоился о том, что было бы, если бы он не соответствовал Тэ У.

Закончив разговор, Совон проверил время.

10 часов утра.

Чтобы добраться до Ассоциации Эсперов, потребуется не менее 20 минут, даже если он воспользуется самым быстрым общественным транспортом.

Совон начал собираться, чтобы прибыть до обеда.

ㅡㅡㅡ

уголок люца:

¹миёк-гук ㅡ суп из морских водорослей.

п-приятного аппетита… я честно искал симпатичную картинку… но видно её не существует.

Стараясь как можно быстрее собраться: умыться и выбрать одежду, Совон открыл шкаф и тут же застыл в ошеломлении.

Совон разочаровался в себе, потому что молодой он носил только дешевую одежду до того, как стал проводником.

Модный дизайн юношеской одежды восьмилетней давности приветствовал Совона.

Однако, когда он нашел свободную одежду и надел ее, прошло уже много времени.

Восемь лет назад, лето.

Как только он вышел из дома, пот потек ручьем.

ㅡ О нет...

Совон тихо вздохнул.

Он уделил много внимания тому, чтобы создать хорошее первое впечатление о себе, но, похоже, всё будет бесполезно.

Совон невольно ускорил шаг, когда в поле зрения появилась Ассоциация Эсперов.

Последнее здание, большее, чем большинство правительственных учреждений, приближалось по мере его продвижения.

ㅡ Кан Тэ У, Тэ У.

Совон тихо пробормотал имя Тэ У.

Тэ У не помнит Совона.

Поэтому Совон должен сделать первый шаг правильно.

Прохладный воздух внутри Ассоциации Эсперов поприветствовал Совона.

Совон тяжело дышал, прежде чем осознал это.

Вид многоэтажки с живописной структурой, кажется, проникает в самое сердце, привлекая внимание прохожих.

Тяжело дыша, Совон подошел к стойке информации. Когда он переводил дыхание, человек на ресепшене спросил:

ㅡ Что привело вас сюда?

ㅡ У меня назначен тест направления Кан Тэ У, я Ли Совон.

ㅡ Ох.... Вы можете пройти в кабинет для осмотра проводников на 7-м этаже. ㅡ ответил администратор.

Совон выдохнул, закончив разговор, поклонился и бросился к лифту.

Теперь он несколько успокоился.

Первый этаж, второй этаж.... Количество этажей быстро росло.

Совон внезапно задался вопросом, как отреагировал бы Тэ У, услышав результаты теста на соответствие.

‘Был бы он счастлив? Скорее всего он был бы спокоен из-за побочного эффекта отсутствия направления в виде безэмоциональности.’

Сердце Совона забилось сильнее.

Чувство вины, из-за того, что он стал причиной смерти Тэ У, страх встретиться с ним, лицом, которого он боялся, и небольшое желание увидеть Тэ У издали объединились.

Лифт остановился, и дверь медленно открылась.

Совон осмотрел большой коридор в поисках комнаты для осмотра.

Восемь лет назад они были сопоставлены сразу же, без проведения теста направления.

Кажется, прошлое изменилось из-за его просьбы конкретного соответствия.

Совон ожидал, что после проведения теста направления уровень соответствия, вероятно, снизится до первоначальных 65%.

ㅡ О, нашел.

Комната для осмотра проводников. Совон постучал, беспокоясь, что он, возможно, пришел не в то место, потому что внутри было очень тихо.

К счастью, исследователь внутри поприветствовал Совона сразу после того, как последний приоткрыл дверь.

Трое исследователей ждали Совона в кабинете для проведения осмотров проводников.

Когда Совон зашел в комнату, оказалось, что за стеклом есть ещё одно помещение.

Внутри расположена пара больших, сложных на вид машин и кресел.

Вероятно, там он должен сесть, чтобы провести обследование.

Пока Совон долго исследовал смотровую, тяжелый звук шагов снаружи становился всё ближе и ближе.

Совон вздрогнул, когда услышал шаги.

Он мог интуитивно понять, что за дверью Тэ У.

Тело Совона напряглось.

Он уже почувствовал волну Тэ У.

Дверь без стука открылась.

Неподготовленное тело Совона жалобно задрожало.

Тело Совона не слушалось его, омрачая его решимость не дрожать.

ㅡ

Поздней ночью Тэ У, что недавно был в вратах, в одиночестве лежал с тремя направляющими машинами, прикрепленными ко всему его телу, в отдельной* комнате Ассоциации Эсперов.

[п/п: *отдельной ㅡ личной, приватной комнатой, которую ему предоставила ассоциация.]

Пребывая в агонии, тяжело дыша от боли, как будто всё его тело избито.

Так всегда бывает, когда Тэ У возвращается из врат.

Тэ У чувствовал себя так, словно всё его тело вот-вот взорвется, но на деле это просто жар и боль.

Он давным-давно забыл, зачем живет. Жизнь всегда была болезненной, поэтому он просто следовал тому, что ему говорили.

Было душно. Ему казалось, будто он вот-вот рассыплется в пыль, испытывая бесконечную жажду.

Направляющая машина могла налить только немного направляющего вещества в сухого Тэ У.

Затем Тэ У боролся с растущей жаждой сам.

Проводник.

Инстинкт Тэ У призывал найти проводника.

‘Хочу прикоснуться к проводнику, избавиться от этой сильной боли.’

Но у него не было проводника.

Вместо проводника всё, что он может сделать, это выпить крепкий напиток, который на некоторое время затуманит его разум.

Рядом с Тэ У валялось несколько пустых бутылок из-под крепкого виски, а его личная комната была наполнена запахом алкоголя, что заставлял чувствовать себя пьяным, просто вдохнув его.

Бззз, бззз, бззз.

Телефон на краю кровати завибрировал.

Звонок от Ассоциации Эсперов.

‘Экстренный вызов?’

Тэ У, что и так находился в плохой форме, ответил на звонок, нахмурившись.

Тэ У отвечает на телефонные звонки, но не разговаривает.

[п/п: отвлеченный комментарий ㅡ мне так жаль тэ у. ему приходится приспосабливаться к обществу, чтобы хоть как-то жить в нем, но люди все равно боятся его. он перестал много (и в целом) говорить только потому, что люди боялись его, его голоса.]

Однако звонящий уже кажется очень напуганным, судя по дрожащему дыханию по телефону.

“Ох, здравствуйте, эспер Кан Тэ У.” ㅡ Тэ У не ответил, а человек по телефону продолжал: ㅡ “Проводник по имени Ли Совон ищет эспера Кан Тэ У в отделении неотложной помощи университетской больницы, должно быть, он проводник эспера Кан Тэ У?”

Смартфон в руке Тэ У разлетелся вдребезги с таким хрустом, словно кто-то раздавил чипсы.

‘Проводник?’

У Тэ У, что всю жизнь жил один, как монстр, никогда не было проводника.

Разливающаяся по всему телу боль потрясла Тэ У, но он даже не разозлился.

Рука Тэ У, с помощью которой он едва удерживал рассудок, набрала силу.

Боль, от которой он страдал всю ночь, утихла только на следующее утро.

К счастью, на этот раз он не стал буйствовать*.

[п/п: * ㅡ не сошел с ума, не впал в беспамятство, а именно что не стал крушить комнату.]

Тэ У дотронулся до своего сдавленного горла.

Вместо грубой плоти Тэ У почувствовал кончиками пальцев гладкий металл.

То, что представляли собой черные толстые полосы, обернутые вокруг шеи Тэ У, было бомбой.

Из-за отсутствия направления он нестабилен, но эсперов S класса удобно использовать, так что правительством была принята такая мера.

Если Тэ У начнет бесчинствовать, бомба на его шее немедленно безжалостно взорвется.

Сам Тэ У не мог гарантировать, что бомба сможет повредить его прочную кожу, но, если настанет тот день, он только надеется, что умрет от неё, чтобы избавиться от этой боли.

Его состояние немного стабилизировалось, но он всё ещё находился в плохом состоянии.

Тэ У лежал неподвижно, окруженный машинами.

Ему удалось встать только во второй половине дня.

ㅡ Эспер Кан Тэ У?

Молодой исследователь осторожно попытался войти в личную комнату, но его глаза встретились с Тэ У. Исследователь задрожал.

Молодой человек захотел упасть в обморок, смотря на ужасный вид прикрепленных к телу направляющих машин, как будто у них были щупальца, и глаза, что были искажены из-за плохого состояния.

ㅡ Н-назначенное соответствие, з-заявка, п-поступила…

ㅡ Поступайте, как хотите.

[п/п: вежливая версия «делай, что хочешь», из серии «поступай, как знаешь» или «делай, как считаешь нужным».]

Исследователь даже не смог войти в комнату, дрожа перед дверью, и убежал, не сказав всего, что собирался.

‘Что он имел в виду под назначенным соответствием?’

Настроение Тэ У снова ухудшилось.

Среди тестов на соответствие до сих пор нет ни одного показателя, превышающего 5%.

Со вчерашнего дня произошло много вещей, связанных с проводником, дразнящим Тэ У.

Даже если бы он был назначен, было очевидно, что назначенный проводник убежал бы, испугавшись ужасной внешности Тэ У.

Тэ У будет в порядке, даже если это произойдет, потому что он слишком хорошо знал, что все боятся его, монстра.

На следующий день утром пришел ещё один человек.

На этот раз это был врач Тэ У, которого он хорошо знает.

У него не было его обычного каменного выражения лица, Тэ У нахмурил брови, потому что тот выглядел очень взволнованным.

Доктор, которому были не рады, продолжал приходить в отдельную комнату Тэ У.

ㅡ ЭСПЕР КАН ТЭ У! Ха-а, это, посмотри на это.

Доктор, что вошел в комнату без стука, не дрожал, как обычно, а подошел к Тэ У и вручил ему пачку бумаг.

Когда Тэ У принял их, машины, висевшие на его руках, столкнулись друг с другом, издав характерный звук.

Документ, полученный Тэ У, представлял собой таблицу результатов сопоставления.

ㅡ Появился проводник, имеющий 100%-е соответствие! Проводник со 100%-м показателем соответствия!

Доктор Тэ У кричал от волнения, как ребенок, что был ещё недостаточно зрел, чтобы сдержать свое волнение.

Обычно он заставил бы его убежать, просто нахмурившись, но Тэ У, смутившись, просто уставился на бумагу.

Тэ У был спокоен.

Он думал, что будет удивлен или счастлив. Взволнованный врач медленно пришел в себя, потому что это была неожиданная реакция.

ㅡ Это… Мы не могли в это поверить, поэтому мы проверили тест несколько раз, и результаты на 100% верны. На всякий случай я попросил провести ещё один тест, но результаты, вероятно, будут такими же. ㅡ итак, доктор посмотрел на Тэ У и сказал: ㅡ 100,0%. Все многочисленные листы бумаги, переданные ответственным лицом, были отчетами о результатах теста на соответствие. На каждом листе бумаги написано одно и то же число.

Чем больше Тэ У проверял число, тем холоднее становилось у него на сердце.

‘В то же время, ни один проводник не превысил 5% от нормы соответствия со мной. Но теперь всё так. 100%? Для начала число 100 между эспером и проводником невозможно. Не могу поверить, что это 100% со мной. Очевидно, что обследование было неправильным.’

Тэ У уставился в отчет на бумаге.

Если бы у бумаги было сердце, оно бы лопнуло.

Врач, что видел холодное лицо Тэ У, тяжело сглотнул.

В глазах Тэ У мелькнуло знакомое имя, и он нахмурился.

[Проводник, Ли Совон.]

Это было знакомое имя, но Тэ У, не задумываясь, вернул бумагу врачу.

Доктор, с дрожью получив бумагу, вышел из комнаты, как будто убегая.

Тэ У только подумал, что стало немного тише, как вскоре после этого кое-кто вернулся к нему.

На этот раз доктор, который стучал раньше, снова пришел.

Глаза Тэ У сверкнули.

Его голова болела, и он был раздражен.

ㅡ Эспер Кан Тэ У, проводник Ли Совон здесь.

Глаза доктора дрожат от страха, но в них таилось ожидание, которое невозможно скрыть.

Тэ У поднялся, прижав руки к пульсирующей голове.

Мысли об этом вызывают только головную боль.

Тэ У решил просто как обычно следовать тому, что говорит доктор.

Он оторвал машины, прикрепленные к его телу.

Некоторые из них время от времени сгибались и ломались, потому что он не мог контролировать свою силу, но Тэ У это не волновало.

Тэ У пошел за врачом.

Выражения лиц сотрудников, которые столкнулись с Тэ У, проходившим мимо на небольшом расстоянии, были окрашены страхом.

Тэ У даже не потрудился обратить на них внимание.

Он впервые был в комнате для обследования проводников, хотя он жил в Ассоциации Эсперов более десяти лет.

Он никогда не приходил сюда и думал, что никогда не придет.

Дверь с щелчком открылась.

Совону показалось, что через приоткрытую дверную щель подул теплый ветер.

Вскоре дверь между Совоном и Тэ У полностью открылась.

Тэ У почувствовал себя странно.

Словно он прикрепил пять или десять направляющих машин.

Кажется, что его мягко окутало что-то уютное.

Смущенный Тэ У смотрел на маленького мальчика, стоя в дверях.

Его лицо выглядело так, будто он только что стал взрослым: круглые глаза, белая кожа, раскрасневшиеся щеки и жалкая, дрожащая рука.

ㅡ Проводник. ㅡ пробормотал Тэ У.

Не было ни единого места соприкосновения, но Тэ У сразу понял, что мальчик перед ним его проводник.

Сердце Тэ У забилось быстрее.

Между тем, Совон наконец пришел в себя, после того, как открылась дверь.

Его тело всё ещё трясло, но он не был так напуган, как раньше.

Пока не увидел его лицо.

Как только дверь открылась, свирепые глаза, с которыми столкнулся Совон, уже выглядели ужасными.

Совон замер, как только его глаза встретились с глазами Тэ У.

Он уже чувствовал, как сильные волны Тэ У пронзают его, как будто Тэ У находится в довольно плохом состоянии.

Совон всегда боялся этого.

Он думал, что острая волна поглотит его.

Совон всегда чувствовал эту волну, когда был рядом с Тэ У, но она кажется сильнее, чем обычно, возможно из-за чувств Совона.

К счастью, в отличие от того, что будет через восемь лет, когда всё его лицо покрыли темно-красные вены, сейчас вены выступали только до глаз.

Они выглядели черными и отвратительными, вокруг глаз словно образовалась тень, крупные и мелкие кровеносные сосуды простирались во всех направлениях.

Коротко подстриженные волосы Тэ У были такими же, как и раньше.

По сравнению с тем, что будет через восемь лет, он был немного менее страшным, но страх Совона не утих.

Тэ У запоздало понял, что Совон его боится.

Только тогда Тэ У начал беспокоится из-за своей внешности монстра, о которой он никогда не заботился.

Тэ У впервые подумал, что ему хочется закрыть лицо.

Подумав так, он отвернул голову, попытавшись хоть немного спрятать свое лицо от своего проводника.

ㅡ Привет. ㅡ Совон поприветствовал Тэ У.

Совон заставил себя открыть рот, но это было очень тяжело.

Он хотел спокойно поздороваться, но его голос неконтролируемо дрожал.

Совон подумал, что совершил ошибку, но он также считал важным первым поздороваться с Тэ У.

В прошлом такого приветствия во время их первой встречи не было.

По причине того, что Совон, увидев Тэ У наяву, дрожал и смотрел на него, как на монстра, услышав голос Тэ У, который мягко приветствовал его.

Восемь лет назад это был их первый и последний разговор.

Тэ У не думал, что Совон поздоровается первым, и был немного удивлен.

Голос маленького и мягкого проводника был четким, как будто катилась бусина.

ㅡ Доброе утро. ㅡ спокойно ответил Тэ У.

Сдерживая дрожь, Совон чуть не заплакал, когда услышал голос Тэ У.

Это был не спокойный голос того дня, когда он умер от рвоты кровью, а приятный слуху низкий голос.

Он был счастлив снова слышать его, хотя сердце Совона разрывалось от чувства вины.

Совон склонил голову, чтобы скрыть покрасневшие глаза.

Врач Тэ У, что с удовлетворением наблюдал за происходящим, затолкнул Тэ У и Совона в смотровую, говоря, что они начинают обследование.

Двое исследователей подошли к ним, когда они сели на стулья в комнате.

ㅡ Прежде чем мы начнем проверку направления, сначала мы подключим аппараты. ㅡ сказал исследователь.

К Совону и Тэ У подошли по одному человеку, прикрепляя к их телам машины.

Аппараты были прикреплены к лицу, рукам, ногам и туловищу Совона один за другим.

Всякий раз, когда его касался холодный металл, Совон слегка сжимался, как будто нервничая.

Вскоре после этого подключение Совона к аппарату закончилось, но к Тэ У была подключена только половина.

Рука исследователя, прикреплявшая аппарат к телу Тэ У, очевидно дрожала.

Исследователь задрал верх Тэ У с длинными рукавами даже летом и чуть не упал в обморок, увидев отвратительные вены.

Исследователь плотно закрыл глаза, как будто собравшись убежать, а затем неизбежно открыл глаза, чтобы подключить аппараты.

Он дрожащими руками осторожно прикрепил аппарат, стараясь не испортить настроение Тэ У и не касаться его отвратительного тела.

Это первый случай за время осмотров, когда рука, всё ещё лежащая на подлокотнике, казалась такой страшной.

Под сочувствующими взглядами окружающих исследователю удалось прикрепить последнюю машину к телу Тэ У.

Когда сидевший за стеклом врач Тэ У послал знак "ок", исследователи быстро покинули комнату.

Совон почувствовал жалость и единодушие, видя, как исследователи спешат к выходу, пока их ноги дрожали без причины.

<Давайте начнем.>

Но Совон находился не в том положении, чтобы беспокоиться о них.

Когда все исследователи ушли, Тэ У и Совон остались одни в закрытом пространстве.

Тяжелая атмосфера давила на Совона.

Он сидел в кресле и нервничал, чувствуя давление на живот.

Машины включились.

Проверка началась в тот же момент.

‘Какие тесты мы проводим? Поскольку это тест направления, должен ли я направлять?’

Даже Совон знал, что существует много видов методов направления, хотя он мало что знал о направлении. Самый простой способ ㅡ это легкий контакт, такой, как держание за руки, и чем больше место соприкосновения, тем больше эффект от направления.

Совон также немного знает, что есть проводники, которые вступают в сексуальный контакт с противоположным полом.

<Проводник, пожалуйста, подержите эспера Кан Тэ У за руку.>

Как и ожидалось, Совон, похоже, должен направлять.

На этот раз, не удивляясь, а наоборот, предполагая такую команду, Совон посмотрел на руку Тэ У, что уверенно лежала на подлокотнике.

Одежда, которая всегда прикрывала руки, была приподнята, поэтому виднелись отвратительные темно-красные кровеносные вены.

Совон сглотнул слюну.

В отличие от легкости принятия решений Совона, его тело не могло двигаться так же легко. Рука Совона дернулась в попытке протянуться вперед.

На лицах наблюдавших исследователей появилось беспокойство.

Между тем, Тэ У находился в самом комфортном состоянии с момента пробуждения в возрасте 10 лет.

Несмотря на то, что он не контактировал с Совоном, его словно уже направляли.

Тэ У внезапно вспомнил число в таблице результатов сопоставления.

‘100%.’

Тэ У просто подумал, что это сбой машины, но, возможно, показатель их соответствия действительно составляет 100%.

Это так много, просто быть рядом с ним, но Тэ У любопытно, каково это ㅡ иметь настоящего проводника.

Каково это, когда маленькая белая рука Совона касается его отвратительного тела?

Тэ У посмотрел на Совона с такой мыслью, полный предвкушения.

Однако, когда белое лицо появилось в глазах Тэ У, растущая маленькая надежда исчезла.

“Твой проводник, должно быть, будет несчастлив.”

[п/п: несчастлив также можно перевести как «недоволен».]

Он вспомнил саркастический тон эспера S класса, которого он встретил у врат.

Тогда Тэ У было всё равно, но причина, по которой он подумал об этих словах, когда посмотрел на дрожащего Совона, заключается в том, что даже сам Тэ У знает это.

Сердце Тэ У похолодело.

Другой эспер S класса был прав. Этот бедный маленький проводник будет недоволен, став его проводником.

Он посмотрел на свою руку, которую больше не прикрывала одежда.

Темно-красные вены сильно выступали, как будто они вот-вот выскочат, спускаясь к кисти вдоль всей руки.

Тэ У хорошо понимает, насколько это было ужасно в глазах Совона, что встретил его впервые, в отличие от него самого, привыкшего к этому за всю свою жизнь.

С того момента, как он увидел испуганное лицо Совона, Тэ У перестал надеяться на проводника.

Просто он стал жаден. Если его проводник напугался, можно не направлять, если бы он просто остался рядом, было бы хорошо.

Но даже это было бы ужасно для проводника, и Тэ У прекрасно понимал, что это был его эгоизм.

Он не должен переусердствовать.

Неожиданно Тэ У почувствовал сожаление.

Никто в том же пространстве этого не заметил, но Тэ У забеспокоился, что кто-то мог услышать его уродливое сердце.

Он не имел опыта общения с проводниками, и всё же он хотел, чтобы его направлял проводник, что не может даже пошевелиться, потому что был напуган.

‘Я слишком жадный. Меня заслуженно* называют монстром’ ㅡ подумал Тэ У.

[п/п: * ㅡ в данном контексте: заслуженно = справедливо.]

Совон посмотрел на руку Тэ У и вспомнил ужасные восемь лет, проведенные с ним.

Рука Совона может сломаться, когда он будет направлять.

‘Что, если она сломается и будет раздавлена? Что, если это отвратительное проклятие распространится на меня?’

Мысли, которые преследовали Совона до того, как он взял Тэ У за руку в прошлом, вернулись.

“Тэ У, мне жаль, мне очень жаль.... Не умирай”

Прикосновение пропитанной кровью, холодной твердой руки в операционной казалось живым.

Спокойный голос Тэ У разбудил запаниковавшего Совона.

Прежде чем Совон осознал это, он обнаружил, что дрожит.

Руки Совона были белыми.

Он мог сказать, на что похоже его лицо, не глядя в зеркало.

Совон посмотрел на Тэ У.

Тэ У, что смотрел на Совона, отвернул голову, чтобы избежать зрительного контакта с ним.

Острый взгляд, похоже, пронзил его сердце, поэтому у Совона защемило в груди.

День, когда Тэ У умер в операционной, а он очнулся в отделении неотложной помощи, был мрачен.

Только Совон сказал, что возьмет ответственность за смерть Тэ У, как снова посмотрел на Тэ У, как на монстра, боясь его так сильно, что едва мог прикоснуться к нему.

Что бы подумал Тэ У, чья жизнь оборвалась в операционной, если бы он увидел сейчас его грязные мысли и сердце, более уродливое, чем темно-красное проклятие, покрывающее всё его тело?

Совон пошевелил рукой, размышляя о себе, за которого должно быть бесконечно стыдно.

Рука Совона мягко легла на тыльную сторону руки Тэ У, что всё ещё лежала на подлокотнике.

С жарким теплом Тэ У он почувствовал жгучую волну, как будто поднимается сильное статическое электричество.

Волна вдруг остро поднялась.

Длина волны Тэ У бешено колебалась и прорывалась сквозь Совона.

Тело Совона, поглотившее сильную волну, быстро онемело, как будто его парализовало.

Направлять Тэ У всё ещё болезненно.

Однако коснувшись его, Совон почувствовал тепло и сильную волну.

Это не так сложно, так почему же он до самой смерти думал, что направлять Тэ У трудно?

На сердце Совона снова стало тяжело, когда он подумал о Тэ У, что закрыл глаза в последний раз в одиночестве.

Совон внезапно задался вопросом, какое выражение лица было бы у Тэ У.

Был ли он удивлен, впервые получив направление?

‘Может, он был бы счастлив.’

Однако обе картинки нелегко представить, потому что выражение лица Тэ У не изменилось даже в момент смерти.

Прикованный к руке Тэ У взгляд Совона переместился.

Вопреки всем ожиданиям, Тэ У с закрытыми глазами медленно падал.

ㅡ Т-Тэ У!

Совон был удивлен и неосознанно вскочил со своего места, успев подойти и обнять верхнюю часть тела Тэ У, что была готова упасть.

Исследователи, наблюдавшие за ситуацией, также были удивлены, поспешив в смотровую.

Совон и исследователи объединили усилия, чтобы уложить Тэ У на койку скорой помощи, и ответственный врач осмотрел состояние Тэ У.

Совон побледнел, когда увидел Тэ У с закрытыми глазами, как будто он был мертв.

Тэ У, лежащий на койке, и окровавленный Тэ У в операционной накладывались друг на друга.

Совон даже не мог дышать, как будто кто-то душил его.

Перестав чувствовать тело, он потерял сознание.

Затем Совон очнулся.

Его уши потеряли свою функцию, Совон слышал только звон.

Ответственный врач, только что закончивший обследование Совона, собирался сказать, что он только что потерял сознание, но остановился, когда увидел состояние Совона.

Совон смотрел на Тэ У, как сумасшедший.

ㅡ Проводник Ли Совон. ㅡ обратился к Совону врач.

Когда ответственный врач позвал его, ушедшая душа Совона словно вернулась: пустые глаза Совона снова наполнились жизненной силой.

Он слегка повернул голову и посмотрел на доктора.

Цвет его лица был бледнее, чем когда он недавно прибыл в комнату для осмотра.

ㅡ Эспер Кан Тэ У, похоже, на некоторое время потерял сознание, так как это был первый раз, когда он получил направление. Он не надолго уснул, так что, вероятно, скоро проснется. ㅡ пояснил врач.

Доктор подумал, что Совон испугался, потому что увидел ужасный вид Тэ У, когда тот упал в обморок, поэтому объяснил его состояние голосом, который, казалось, успокаивал Совона.

Совон, которому удалось прийти в себя, поблагодарил врача, а затем снова посмотрел на Тэ У.

Несомненно, лицо Тэ У румянее, чем в день его смерти.

Совон протянул руки к Тэ У.

Было легко восстановить контакт с Тэ У, чтобы осмотреть его, потому что Совон проводник.

Даже после того, как белые пальцы Совон проверили состояние Тэ У, слыша от врача, что с тем всё в порядке, Совон беспокоился, что Тэ У умрет.

‘Тэ У плохо себя чувствовал в это время? Независимо от того, насколько плохо было Тэ У, он никогда не падал в обморок после получения направления.’

Беспокойство Совона усилилось.

Совон не отпускал руку Тэ У, в то время пока Тэ У лежал в кровати, а половина его ног висела, потому что кроватка была слишком маленькой для кого-то вроде Тэ У.

ㅡ Тест направления может быть продолжен. Вы обнялись на секунду, но… Вам нужно быть в контакте ещё немного. Пожалуйста, подойдите к кровати и обнимите эспера на некоторое время. ㅡ сказал исследователь.

‘Даже если Тэ У потерял сознание, тест, кажется, может быть продолжен. Обнять Тэ У...?’

Глаза Совона дрожали, потому что он думал, что тест закончится на том, что он подержится за руки с Тэ У.

‘Конечно, это то, что я должен когда-нибудь сделать, чтобы стать проводником, но я не думал, что сделаю это так внезапно, без достаточной подготовки.’ подумал Совон.

<Давайте начнем сначала.>

Раздался голос из динамика.

Совон установил зрительный контакт с исследователями, наблюдавшими за ним из-за стекла.

Они быстро избежали взгляда Совона.

Однако они не успели, Совон уже увидел слова ‘Ты действительно собираешься это сделать?’, написанные на лицах исследователей.

К счастью, Тэ У ещё не пришел в себя.

Если бы Совону пришлось обнимать Тэ У, пока его черные глаза смотрели на него, Совон мог бы отказаться от направления.

Осознав ситуацию, Совон подумал, что он должен закончить это быстро, пока Тэ У не проснулся.

Крупное тело Тэ У занимало всю кроватку, так что места оставалось мало.

Сомневающийся Совон был вынужден лечь на живот Тэ У, так, что они почти накрывали друг друга.

Когда Совон надавил ногой, кровать издала странный звук, что он стал колебаться, выдержит ли кроватка нагрузку.

Совон осторожно лег на узкое пространство, оставленное рядом с Тэ У.

Он положил руку на грудь Тэ У и осторожно опустил свое лицо рядом с ней.

Когда он почувствовал сильную и мягкую грудь Тэ У, и так нервничающий Совон напрягся.

Он чувствовал волну Тэ У по всему телу.

Тело Тэ У пахло знакомо.

До своего возвращения Совон не понимал, но теперь он знал, чего ему не хватает.

Запаха тела Тэ У, слабого запаха пустого дома Тэ У.

Тэ У заходил не так часто, но Совон думал, что это дом Тэ У.

Совон тихо удивился.

Потому что он на мгновение почувствовал ностальгию.

Это было потрясающе.

Совон не нервничал, скорее, напряжение спало.

Теплое прикосновение, что чувствуют кончики пальцев, и медленный стук в ушах успокоили его разум.

Кто знал, что Совон, который трясся от одной мысли о Тэ У, просто глядя на него издалека, найдет стабильность в Тэ У.

Совон закрыл глаза и получше прислушивался к постоянному стуку сердца Тэ У.

Совон просто хотел слышать один и тот же звук снова и снова.

Он понял, что слишком сильно налёг на Тэ У.

С такой скоростью Тэ У, что чувствовал вес Совона, мог бы открыть глаза, но Совон не хотел уходить.

Подождите.

Ещё немного.

Совон хотел чувствовать, что он жив.

Врач, что смотрел на стремительно растущие цифры и графики, имел такой вид, словно готов заплакать.

Прошло 17 лет с тех пор, как он стал врачом Тэ У.

По мере того, как тело Кан Тэ У день ото дня ухудшалось, трудности, связанные с его свирепыми глазами, казалось, улетучились.

Это счастье внезапно появилось несколько дней назад.

Благодаря пробудившемуся проводнику.

Сначала, когда другой исследователь пришел к нему с таблицей результатов теста на соответствие, он не поверил цифре в документе.

Что вы имеете в виду под 100%? Его партнером же был Кан Тэ У.

Он не может поверить, что его коэффициент совпадения с Кан Тэ У составляет 100%.

Как исследователь Ассоциации Эсперов, он убеждал своих младших сотрудников не верить в странные результаты, но результаты теста, проведенного им самим, были такими же.

Он не мог поверить, что проводник подал заявку на соответствие с Кан Тэ У.

В отличие от хорошего лица, было ясно, что с ним что-то не так.

Однако полученные результаты взволновали врача.

100%.

Вероятность соответствия составляет 100%.

Это глобальное открытие.

Как завидовали корейские исследователи, включая его самого, когда в Соединенных Штатах появилась пара эспер-проводник с показателем соответствия 93%, но они получили пару сверх этого, 100%!

Было ясно, что эти двое превзошли судьбу и привели к чему-то ещё большему.

Если они изучат это, ясно, что каждая страна потянется к ним.

Доктор воображал, что его имя известно во всем мире.

Только мысль об этом заставила врача услышать звук взмывания ввысь.

Его беспокоит только одно.

Проводник, подавший заявку на соответствие, кажется сумасшедшим. Он должен был в страхе убежать, когда увидел уродливую внешность Кан Тэ У.

Это должно было произойти с высокой вероятностью, но вопреки тому, что думал врач, проводник не сумасшедший.

Он просто ангел.

В качестве доказательства, Совон обнимал Кан Тэ У, что в ужасном состоянии лежал на кровати, даже когда их тела были наложены друг на друга.

Ответственный врач почувствовал, что у него текут слезы. Пальцем он вытер глаза.

График на мониторе достиг высочайшего уровня.

Стремительная линия, стремящаяся выйти из монитора, заставила исследователей почувствовать себя тронутыми тем, что они разделяют исторический момент.

Послушайте, разве исследователи, которые трепетали при виде Кан Тэ У, теперь не смотрят на них с лицами, словно, кажется, собираются им поклоняться?

Проводник Ли Совон, он стал лучом света для Корейской Ассоциации Эсперов.

<Мы закончили. Ли Совон, вы можете встать.>

Его сонный разум проснулся в одно мгновение.

Сонный из-за высокой температуры тела Тэ У Совон вскочил, когда из динамика раздался голос исследователя.

Кровать издала жалобный звук.

Совон растерялся.

Он дрожал, не в силах даже держать Тэ У за руку до недавнего времени, но после того, как тот потерял сознание, Совон лежал на теле Тэ У и слушал его сердцебиение, нюхая его, словно извращенец.

Совон чувствовал себя странно, находя стабильность в руках Тэ У.

Словно в него вселился демон.

ㅡ Проводник Ли Совон, немного поздно для приветствий, но я доктор эспера Кан Тэ У.

Ответственный врач зашел в комнату для направления и поприветствовал Совона, протягивая руку для рукопожатия.

Совон взял протянутую ему руку в оцепенении.

Сжатые руки слегка встряхнули пару раз.

Неудивительно, что его лицо показалось знакомым. Совон чувствовал, что видел лицо доктора несколько раз за то время, когда он был проводником Тэ У в течение 8 лет.

ㅡ Что случилось с показателем соответствия?

Совон задал вопрос, что сдерживал долгое время.

‘Вероятно, он снова снизился до 65%. Если быть немного жадным, было бы неплохо увеличить уровень совпадения, чтобы помочь Тэ У. Тем не менее, я никогда не слышал об изменении установленного показателя соответствия.’

Врач спокойно улыбнулся, когда услышал вопрос Совона.

ㅡ 100%. ㅡ ответил доктор.

ㅡ Что? ㅡ переспросил Совон с широко открытыми глазами, как будто не расслышал врача.

Доктор передал ещё теплую после печати бумагу, что сразу же взял Совон.

[Отчет о результатах теста направления]

[Эспер Кан Тэ У, проводник Ли Совон, коэффициент соответствия составляет 100.000%.]

Читая документ, Совон увидел цифру и онемел от шока.

Он даже медленно просмотрел документы вверх и вниз, возможно, он прочитал неправильно.

Он действительно хотел, чтобы показатель немного увеличился, но он не хотел, чтобы тот повысился так сильно. Совон был озадачен.

Если подумать, когда он направлял Тэ У, всё немного отличалось от обычного. Последствия, по-видимому, ощущались более детально, и поступившее количество направления, по-видимому, было большим. Теперь, когда он подумал об этом, причина, по которой Тэ У упал в обморок, казалось, имела какое-то отношение к увеличению показателя соответствия. Однако причина его увеличения непонятна, независимо от того, сколько Совон думал об этом.

ㅡ Высокий уровень соответствия не навредит. Это хорошая новость для эспера Кан Тэ У, и это также хорошо для проводника Ли Совона. Может быть... ㅡ сказал доктор с улыбкой, проглотив конец.

Врач не лгал.

Очевидно, что «хорошо» было верно и для Ли Совона.

Поскольку процент совпадения с эспером S класса настолько высок, даже если он проводник А класса, к нему можно относиться как к проводнику S класса.

Плюс всеобщее внимание.

Однако это всего лишь история, которая может произойти, если Совон сможет выдержать монстра Кан Тэ У.

Совон, казалось, некоторое время думал, после чего пробормотал:

ㅡ Вот как...

Врач энергично кивнул.

Даже после получения определенного ответа, Совон выглядел озадаченным.

Совона направили в реестр проводников, а Тэ У увезли в его отдельную комнату: он все ещё не мог проснуться.

Совон вытащил билет с номером, подождал некоторое время и посмотрел на документы в своей руке.

После отправки этого отчета и подписания соглашения о направлении Совон должен будет жить как проводник Тэ У до конца своей жизни.

‘Я сожалел о его смерти и страдал от чувства вины, но когда этот момент приблизился, я захотел убежать. Если убегу сейчас, смогу даже немного отложить роль его проводника.’ подумал Совон.

Нерешительного Совона разбудил голос, называющий его номер.

Совон не двигался.

Его сердце забилось, как у ребенка, что совершил ошибку и был пойман с поличным.

Сотрудник снова назвал его номер.

Только тогда Совон спокойно поднялся со своего места, как будто до этого он не расслышал, что его номер называли.

Потому что голос Тэ У в тот же момент прозвучал в его голове как галлюцинация.

Совон подошел к столу и протянул бумагу, которую дал ему врач.

Сотрудник, получивший документ с улыбкой, опустил взгляд на имя Кан Тэ У и 100%-ный показатель соответствия, и выражение его лица ненадолго стало дезорганизованным.

Однако вскоре он вернулся к своему первоначальному деловому виду и предоставил форму согласия, чтобы Совон мог записать свои личные данные.

Совон молча заполнил пробелы один за другим.

Когда здесь он узнал, что его эспером является Кан Тэ У, он не смог принять реальность и пришел в ярость. Только после того, как он встретил Тэ У после подписания документа наполовину принудительно, он нашел это более ужасным, чем думал. Когда Совон вспомнил то время, он немного смутился и почувствовал жалость.

Он погрузился в размышления, вспоминая прошлое.

Когда Совон передал уже заполненную форму согласия, сотрудник проверил содержимое и открыл рот.

ㅡ Проводник А класса Ли Совон имеет 100%-ный показатель соответствия с эспером S класса Кан Тэ У. Поскольку у Кан Тэ У в настоящее время нет проводника, а уровень совпадения высокий в соответствии с системой обязательств проводников, пока не появится другой проводник, нам нужно предоставить проводника Ли Совона Кан Тэ У. ㅡ сотрудник говорил в соответствии с инструкцией и время от времени смотрел на Совона. ㅡ Согласно системе обязательств проводников, проводники, соответствующие эсперам выше А класса, должны жить с эсперами и давать направление. Вы можете договориться о проживании друг у друга или вы можете использовать безопасное место, предоставляемое государством. Кроме этого, вы можете прочитать «Обязательное руководство Проводника» и следовать ему. ㅡ продолжил сотрудник.

Вместе…

К дому Тэ У Совон привык, прожив в нем восемь лет, но он всё ещё не чувствовал себя счастливым, возвращаясь в место, где у него остались только плохие воспоминания, хотя с этим ничего не поделаешь.

Это также было обязательством, и было лучше иметь возможность легко встречаться с Тэ У, если Совон хотел часто направлять его. К тому же, Тэ У всё равно почти не приходил домой.

Существует также вариант безопасного дома, но Совон ненавидел его, потому что везде было установлено видеонаблюдение.

В прошлом он бы выбрал безопасный дом, пока он автоматически не будет определен как дом проводника и эспера.

Они должны начать жить вместе как можно скорее, Совон собирался перевезти свой багаж быстрее, чем через месяц.

‘Не хочу возвращаться в дом, но хочу вернуться, чтобы увидеть его. Если вернусь туда, то почувствую, что смерти Тэ У никогда не было.’

Сотрудник передал последние документы.

Документ о согласии стать контрактным специальным проводником для эспера Кан Тэ У.

Совон без колебаний вписал свое имя в колонку подписи.

Теперь Совон официально стал проводником Кан Тэ У.

Он почувствовал горечь и облегчение.

С момента встречи с Тэ У восемь лет назад он впервые по какой-то причине почувствовал себя беззаботным. Видя его живым, дышащим и теплым, прошлое казалось сном.

Тем не менее, вид операционной всё ещё ярко предстает перед Совоном каждый раз, когда он закрывает глаза.

Было бы неплохо, если бы то был сон, а всё происходящее сейчас ㅡ реальностью.

Совон некоторое время отдыхал в вестибюле Ассоциации Эсперов на пустом стуле, который он увидел, когда вошел.

Когда Совон почувствовал, что закончил все свои дела, напряжение сразу же спало, и его тело опустошилось.

‘Я жалею, что снова стал его проводником, но и не жалею. Такое смутное ощущение. Тэ У должен находиться где-то в этом же здании. Он будет счастлив в этой жизни. Получит направление, станет хорошей знаменитостью.’

ㅡ Сынок, результат теста уже известен? ㅡ спросила мама Совона.

Он вздрогнул.

Как только Совон вернулся домой, его мать поприветствовала его другим голосом, нежели обычно.

Причиной проблемы было то, что Совон поспешил утром уйти из их дома, говоря, что торопиться, потому что пришли результаты теста.

Даже отец Совона, которому нужно было идти на работу, улыбался на диване в гостиной.

У Совона были большие проблемы. Как он должен сказать, кто его эспер, пока его родители смотрят на него с радостным лицом?

Родители Совона также знали, каким ужасным был Кан Тэ У.

Он является одним из трех S уровней в Корее и монстром, что получил ужасные побочные эффекты, потому что его слишком долго не направляли.

Ясно, что его родители будут плакать, когда услышат, что Совон выбран в качестве пары Кан Тэ У.

Однако ложь или невнятность не соответствовали Совону.

Даже если бы он поспешил солгать, его родители вскоре обнаружили бы что-то странное.

Совон открыл рот, оглядываясь по сторонам.

ㅡ Я сопоставлен с эспером Кан Тэ У.

Мать Совона, что пыталась приготовить прохладный напиток для своего сына, проводника А класса, вышедшего в жаркую погоду на улицу, уронила чашку.

Удивленный резким звуком, Совон поспешно посмотрел на свою мать.

К счастью, чашка не разбилась, так что, похоже, обошлось без травм.

Она просто выглядела изумленной.

ㅡ Что? Как эспер S класса может соответствовать проводнику A класса? Ассоциация Эсперов сошла с ума?

ㅡ Нет, уровень совпадения очень высокий. Это точно. ㅡ после нескольких попыток сказать, насколько высоким был показатель соответствия, Совон закрыл рот.

Было ясно, что если бы Совон назвал своим родителям нереальную цифру, они бы не поверили и подумали, что машина была сломана.

Естественно, родители Совона были категорически против того, чтобы Совон стал проводником Кан Тэ У.

Это было совсем не так, как в тот день, когда они устроили вечеринку, чтобы с улыбкой отпраздновать пробуждение проводника А класса Ли Совона.

Ему было тяжело смотреть на своих родителей, что были так расстроены и сердиты.

ㅡ Я уже подал заявку на то, чтобы стать контрактным проводником для Кан Тэ У. Я не планирую забирать её. ㅡ спокойно сказал Совон, глядя на своих родителей.

Сколько бы он ни скулил и ни злился, ничего не изменится.

Когда восемь лет назад Совон встретился с монстром Кан Тэ У, даже при том, что он очень старался аннулировать сопоставление, ничего нельзя было изменить.

Кан Тэ У.

Эти три иероглифа оказали на него огромное влияние.

Мать Совона, не сдержалась и заплакала из-за упрямой воли сына, а отец вздохнул, надавливая на свой висок.

Яркая и жизнерадостная атмосфера, царившая ранее, полностью исчезла.

Сердце Совона болело, потому что он чувствовал, что был несправедлив к своим родителям, но всё, что он мог сделать ㅡ попросить прощения.

Всего несколько дней назад Тэ У умер раньше, чем его родители.

Из-за этого Совон даже не мог закрыть глаза.

В теле Тэ У зияла дыра. Все было в крови. Кровь лилась прямо перед Совоном, а он мог только наблюдать, как холодеет Тэ У, умирая.

Выражение лица Совона помрачнело.

Ему было жаль своих родителей, но на этот раз он должен взять на себя ответственность за смерть Тэ У.

В конце концов, Совон не выдержал тяжелой атмосферы и убежал в свою комнату.

Он осел на пол после того, как дверь с тихим скрипом закрылась.

Совон ожидал, что это вызовет серьезное сопротивление его родителей, но он должен был их как-то убедить.

Из-за системы обязательств проводников, Совон должен был быть проводником Кан Тэ У. Совон не может изменить результат.

Неизвестно когда снаружи стало темно.

Совон лежал в постели, пытаясь забить в поиск имя Тэ У, но, прежде чем он даже успел набрать его имя, имя Тэ У появилось в режиме поиска в реальном времени.

[п/п: байду, аналог гугла, предоставляет недавние запросы других пользователей, прежде чем вы напечатаете букву.]

Совон наклонил голову и тыкнул по имени Тэ У в поисковой строке.

Вскоре загрузившийся экран показал множество новых статей, которых ещё вчера не было.

[Даже коэффициент соответствия чудовища Кан Тэ У чудовищный.]

Совон нахмурился, увидев название статьи.

Чудовище, монстр.

Конечно, Совон и сам так думал, но когда все называли его монстром ㅡ это было слишком.

Подумав о нём, ему стало жаль Тэ У, с которым всегда обращались как с монстром.

Совон в прошлом, его единственный проводник, тоже обращался с Тэ У, как с монстром.

На этот раз так не будет.

Совон поклялся относиться к Тэ У как к человеку, а не монстру.

‘Однако… они потрясающи.’

Прошло совсем немного времени с тех пор, как были опубликованы результаты, но статьи уже появились. Новости действительно распространялись быстро.

Совон нажал на статью вверху и прочитал её. В ней говорилось о том, что Тэ У имел беспрецедентный показатель соответствия 100% с проводником.

Не было никакой информации о проводнике Тэ У, похоже, они ещё не установили его личность.

Он выбрал ещё несколько статей и прочитал их, но большинство из них были похожи.

Совон выключил экран телефона и лег, глядя в потолок.

Несколько дней спустя всё по-прежнему казалось нереальным. Может быть, у него был сон длиной в восемь лет? Должен ли он был запомнить номера лотереи?

Последовали глупые мысли Совона.

‘Если бы я знал, что это произойдет, присмотрелся бы повнимательнее.’

Он жил в комнате, ничего не делая в течение последних восьми лет, поэтому даже не знал о крупных событиях.

После того, как Совон стал проводником Тэ У, у него не осталось воспоминаний о ни о чем, кроме последних из восьми лет.

Он помнил только то, что Тэ У долгое время не возвращался домой, а ещё самый последний инцидент у ворот Инчхона.

Казалось, что единственный способ, которым Совон мог помочь Тэ У, ㅡ это направлять.

Совон глубоко вздохнул.

В следующие мгновение он открыл глаза с холодным лицом.

Каждую ночь перед сном Совон закрывает глаза.

Но спать в мягкой постели было трудно каждую ночь. Он боялся, что закрыв глаза, откроет их в операционной, вернувшись назад.

После того, как Совону удавалось успокоиться и на некоторое время закрыть глаза, он видел образы умирающего Тэ У, отхаркивающего кровь.

Запах крови и холодные руки Тэ У заставляли Совона дрожать.

Когда он засыпал, ему всегда снился кошмар.

Каждую ночь.

ㅡ Хa…

Совон, которому снова приснился кошмар, проснулся ранним утром.

Очевидно, что он заснул далеко за полночь, но проснулся ещё до восхода солнца.

Совон подумал, что в эти дни мог бы сосчитать часы сна по пальцам.

Его одеяло, должно быть, упало на пол после того, как он боролся во сне.

Его одежда была влажной от холодного пота по всему телу. Даже когда он открыл свои глаза, он мог живо вспомнить сцену из своего сна.

Руки Совона дрожали.

Он всегда ищет имя Тэ У после кошмара.

Совон может снова почувствовать себя живым только после того, как убедится, что статей о его смерти не существует.

Он оставался дома всю неделю.

Прошло уже семь дней с момента теста направления, но с тех пор он не встречался с Тэ У.

Сначала Совон пытался связаться с ним, но возникла проблема.

Он даже не знал номер Тэ У, потому что не связывался с ним ни разу за последние восемь лет.

Совон не сдался и позвонил в Ассоциацию Эсперов, чтобы попытаться связаться с Тэ У.

“Извините, я не могу дать вам номер телефона эспера, чтобы защитить его конфиденциальность, даже если вы проводник.”

Совон был смущен, услышав ответ.

Тем не менее, он был убежден, что это правила, поэтому он попросил соединить его с Тэ У.

“Эспер Кан Тэ У не принимает звонки от посторонних.”

Это ответ, прописанный в инструктаже, казалось, был дан, чтобы высмеять Совона.

В конечном итоге он просто повесил трубку, ничего не получив.

Была только одна вещь, которую Совон знал о Тэ У.

Адрес дома.

Однако дом Тэ У никогда не был открыт для публики, поэтому ясно, что если Совон внезапно посетит его, Тэ У подумает, что он странный.

Следовательно, даже единственное, что знал Совон, было бесполезно.

Тем не менее, это не означает, что за эту неделю ничего не произошло.

Совону, наконец, удалось убедить своих родителей и бросить университет.

В отличие от прошлого, на этот раз он думал о поступлении в колледж, но подал заявление об отпуске, подумав, что это поспособствует лечению Тэ У направлением.

К этому времени у него всё ещё было несколько близких друзей в университете, но с точки зрения нынешнего Совона они не общались в течение восьми лет.

Даже некачественная и детская одежда была полностью заменена на костюмы, соответствующие вкусу 30-летнего Совона.

У него не было много денег на банковском счете из-за регрессии. Тем не менее, ему удалось купить одежду, потому что сразу после того, как он стал эксклюзивным контрактным проводником Кан Тэ У, на его карту поступило много денег.

Из-за исчезнувшего способа общения с Тэ У Совон стал вялым.

Было спокойно, как будто он вернулся в те дни, когда ещё не стал проводником Тэ У. Всё кажется кошмаром.

Сегодня Совон собирался полежать в постели под прохладным кондиционером.

Если бы не письмо, что пришло утром от Ассоциации Проводников.

Совон открыл конверт и достал содержимое. Это была маленькая белая карточка ㅡ регистрационная карта проводника, которую также можно назвать идентификатором проводника.

В маленькую головку Совона пришла блестящая идея. Он попеременно смотрел то на свое лицо на карточке, то на имя эспера Кан Тэ У, за которого он отвечает.

Тэ У практически жил в своей отдельной комнате в Ассоциации. Ещё до того, как они стали жить вместе, Тэ У покинул хороший дом и остался в Ассоциации Эсперов, что позволило Совону немного легче дышать в душном доме. Очевидно, что Тэ У находился бы сегодня в своей отдельной комнате, если не особые обстоятельства.

Совон восхищался собой за свой интеллект.

[п/п: восхищайтесь совоном.]

Вестибюль Ассоциации Эсперов сразу после обеда был переполнен по сравнению с тем разом, когда Совон приходил сюда.

Чувствуя напряжение от встречи с Кан Тэ У, Совон сглотнул, прежде чем храбро направиться к стойке информации.

ㅡ Чем я могу вам помочь?

ㅡ Где находится отдельная комната эспера Кан Тэ У? ㅡ спросил Совон.

ㅡ Мне очень жаль. Мы не можем информировать посторонних о личной комнате эспера. ㅡ ответил сотрудник Ассоциации.

‘Это был ожидаемый ответ.’

[п/п: но что ты скажешь на это?! /гордый кот выставляет вперед карточку с именем тэ у/

п/р: хи-хи, выкусите, я пришел к своему мужу!]

Совон достал из кармана регистрационную карточку проводника и передал её сотруднику.

Работник, подтвердивший имя Тэ У на карте проводника, которую с гордостью вручил Совон, посмотрел на него. Сотрудник два или три раза с недоверием переводил взгляд с регистрационной карточки на Совона.

В конце концов, работник не мог в это поверить и ввел регистрационный номер проводника Совона в компьютерную систему.

Это правда.

Сотрудник хотел верить, что это ошибка системы, но фотографии Совона и Кан Тэ У находились рядом на экране компьютера.

Работник, столкнувшийся с ужасной внешностью Кан Тэ У, сказал:

ㅡ Я не хотел приближаться к этому месту, но у меня нет выбора, кроме как показать вам путь. Поскольку вы не посторонний, а зарегистрированный проводник, я проведу...

Шаги сотрудника были тяжелыми.

Следовавший за работником в лифт Совон посмотрел на номер этажа, который он нажал.

[10 этаж]

Совон должен запомнить номер, может быть, это пригодится ему позже.

Этаж был тише, чем где-либо ещё.

По коридору никто не ходил, к каждой комнате не был прикреплен номер, а количество комнат значительно меньше, чем в большом здании.

В тихом коридоре только слышались шаги сотрудника, направляющего Совона.

Очень тихо ㅡ довольно странно.

ㅡ Это она.

Прежде чем Совон понял, работник остановился и указал на плотно закрытую дверь.

Когда Совон кивнул, сотрудник в спешке покинул этаж.

Совон оглянулся на быстро исчезающего работника.

Отдельная комната Тэ У находилась в конце коридора.

Поблизости не было другой комнаты, и внутри было тихо.

Совон не почувствовал никакого движения.

Что, если Тэ У здесь нет? Несмотря на отсутствие направления, его часто отправляли на места происшествий, потому что он эспер S класса.

По сравнению с другими эсперами S класса, Тэ У чаще всего участвовал в атаках на ворота, потому что он следовал инструкциям сверху.

Большинство врат в Корее были ниже C уровня по сложности, поэтому часто команда атаковала и возвращалась через день. Иногда это занимало несколько дней, если сложность была уровня A и B, но для Тэ У это не проблема.

Совон все ещё очень боялся оставаться наедине с эспером.

Хотя он первым взял Тэ У за руку и даже обнял его во время теста, это было возможно, потому что другие смотрели.

Совон тяжело вздохнул.

Он все ещё боялся Тэ У, но последний не казался таким страшным, как раньше. Совон немного нервничал, но разве он не поздоровался первым? Плюс он не плакал из-за внешности эспера.

Маленькая и смелая рука дважды постучала в дверь.

Когда по коридору раздался чистый звук, изнутри донесся спокойный голос:

ㅡ Заходите.

К счастью, Тэ У был внутри.

Проводник осторожно подтолкнул дверь, чувствуя облегчение.

Совон, приоткрыв дверь, заглянул внутрь и встретился взглядом со свирепыми глазами.

Тэ У не выглядел очень счастливым.

Совон быстро опустил взгляд.

Тэ У мог видеть его дрожащие ноги. Проводника даже охватило желание закрыть дверь.

Эспер удивился неожиданному гостю.

Как только рука Совона коснулась его во время теста, Тэ У потерял сознание. Его одолело чувство, как будто кто-то ударил его по голове.

В тот вечер он проснулся один в своей отдельной комнате. Никого не было рядом. Тэ У ощущал дискомфорт и разочарование, потому что ничего не мог вспомнить, но он чувствовал себя легче, чем обычно.

Тэ У даже не мог вспомнить ощущения от своего первого направления.

Он посмотрел на тыльную сторону своей ладони, которая некоторое время касалась руки Совона.

Вскоре после входа во врата, обычно он определенно бы почувствовал себя нехорошо, но даже боль, всегда сопровождавшая его, исчезла. Его направляли не так долго, но он почувствовал себя странно, когда боль, мучившая его всю оставшуюся жизнь, исчезла.

Однако на следующий день она вернулась.

Его тело боролось с давящей болью и продолжало искать проводника.

Теплая энергия, которую он почувствовал, хотя даже не прикасался к парню, странное чувство снятия напряжения во всем теле, когда он прикоснулся к нему, и появление Совона, смотрящего на Тэ У с легким румянцем.

Тэ У мог подавить свое желание, только вспоминая, как проводник жалобно трясся после того, как увидел его.

После теста ответственный за него врач часто посещал отдельную комнату Тэ У.

Как обычно, он не пришел ни для чего другого, кроме осмотра. Когда доктор столкнулся с Тэ У, то сразу подошел к нему, хотя обычно был занят. Врач хвалил его проводника до такой степени, что, казалось, он будет страдать от невроза.

В конце концов Тэ У больше не мог сдерживаться. Он нахмурил брови и уставился на доктора. Врач тут же убежал, но через некоторое время вернулся.

Тук-тук.

Тэ У услышал легкий стук.

Эспер вздохнул и вытер мокрое лицо.

Казалось, что доктор пришел снова. Он думал, что взорвется у врат, но, похоже, он сойдет с ума в Ассоциации Эсперов, в самом центре Сеула.

ㅡ Заходите.

Скрип.

Дверь осторожно открылась.

Громкого голоса не последовало.

Тэ У посмотрел на дверь, так как доктор вел себя не так, как обычно.

Но перед его глазами предстало высунутая из-за двери голова с милым личиком.

Гость, склонивший голову, как только их взгляды встретились, был проводником Тэ У.

Тэ У понял, что хмурится, не осознавая этого. Он быстро смягчил выражение лица, но уже после того, как Совон успел испугаться.

Глядя на проводника, который не мог поднять голову, Тэ У мог винить только себя.

Совон хотел убежать.

Однако он чувствовал пристальный взгляд, поэтому не мог сдвинуться ни на шаг.

После того, как дверь открылась, уверенность Совона испарилась при виде свирепого взгляда Тэ У.

Понятно, почему: он внезапно вторгся в личное пространство эспера и заставил его чувствовать себя некомфортно.

Совон не мог уйти, его глаза все ещё были как у встревоженного щенка, но в конце концов он смог беспомощно пробормотать:

ㅡ Я… Я не знал, как с тобой связаться, поэтому пришел сюда. Мне жаль, если я побеспокоил тебя. ㅡ извинился он.

[п/п: совон уважительно обращается к тэ у: более близко, чем «вы», но формальнее, чем «ты».]

Голос, казалось, появился, прежде, чем даже проводник успел осознать.

Не то.... Совон крепко закрыл глаза.

До того, как открыть дверь, он не боялся.

Услышав слова Совона, Тэ У понял, что потерял сознание в первый же день и не сказал проводнику, как с ним связаться. В голове прозвучали слова врача, который несколько раз рассказывал ему о разговоре с Совоном, состоявшемся после окончания теста.

‘Нужно дать ему мой номер.’ подумал Тэ У.

Ему показалось, что он услышал мягкий смех своего доктора.

ㅡ Все в порядке. Заходи.

Совон, стоявший в дверях, не имея возможности войти, посмотрел на Тэ У.

Выражение лица последнего немного смягчилось, возможно, потому, что он почувствовал, что Совон извинялся искренне.

Совон зашел в комнату с огромным облегчением в сердце.

Звук закрывающейся двери был необычно громким.

Проводник обвел взглядом помещение.

Он был поражен, впервые увидев отдельную комнату Тэ У.

Она больше походила на большую студию, чем на простую комнату.

Солнце светило в окно, занимавшее одну из стен.

Прямо перед окном стояла большая, опрятная кровать, а рядом с ней – прочная направляющая машина.

В центре комнаты рядом со столом был установлен диван на троих человек лицом к входящим гостям, и Тэ У сидел на нем, глядя на проводника.

ㅡ Ли Совон.

[п/п: очень уважительное обращение, можно провести параллель с мистер/сэр/господин.]

ㅡ Да?

Совон, расслабившийся на некоторое время, ответил с удивлением.

ㅡ Может быть, хочешь чего-нибудь попить?

ㅡ О... ㅡ Совон осмотрел комнату и нашел пакетики зеленого чая на кулере*. ㅡ Я бы хотел зеленый чай, пожалуйста.

[п/п: * ㅡ умные люди называют его пурифайером или очистителем воды.]

ㅡ Хорошо. Пожалуйста, садись.

Совон чувствовал себя неловко, разговаривая с Тэ У, потому что они никогда не разговаривали.

Низкий голос эспера тоже был незнакомым.

Совон присел на высокий диван и взглянул на Тэ У, направлявшегося к пурифайеру.

Короткие черные волосы без каштанового отлива в сочетании с крупным телосложением. Тело, одетое в черную одежду с длинными рукавами, даже несмотря на то, что сейчас лето, было большим, поэтому одежда облегала и показывала линии Тэ У.

На коже, не прикрытой одеждой, например, на лице и руках, виднелись темно-красные вены, а шею, к дополнению, обхватывало толстое черное кольцо неизвестного назначения.

Взгляд Совона с дивана вскоре был захвачен спиной Тэ У.

‘Во снах там всегда большая дыра.’

Совон все ещё видит дыру в спине Тэ У, как наяву. Он представил, как потечет кровь в тот момент, когда он задерет чёрную рубашку с длинными рукавами другого.

Рука Совона слегка задрожала, когда он снова вспомнил смерть Тэ У.

Проводник крепко сжал руки, чтобы согреть свои холодные ладони и унять тряску.

Тэ У положил пакетик зеленого чая в бумажный стаканчик с тёплой водой и передал его Совону.

ㅡ Благодарю.

Как только Совон получил стаканчик, у него пересохло во рту. Он сделал глоток зеленого чая.

Тэ У сел напротив проводника и посмотрел на него.

Эспер почти подумал, что Совон его не боится. Поведение последнего кажется естественным, когда сталкиваешься с ним лицом к лицу, но из-за маленьких дрожащих рук и уклончивых глаз у Тэ У не было выбора, кроме как признать, что это была иллюзия.

Во время того, как Совон пил чай, он почувствовал пристальный взгляд. Кажется, у него будет расстройство желудка. Под тяжелым взглядом половина чая в стаканчике исчезла.

Совон поставил бумажный стаканчик на стол.

ㅡ Могу я пока дать тебе свои контакты? ㅡ спросил Тэ У.

Совон, совершенно забывший о цели прихода, пришел в себя от слов Тэ У.

ㅡ Да, спасибо. ㅡ Совон кивнул, без причины чувствуя стыд.

Тэ У снова поднялся со своего места, взял что-то со стола и передал это.

Когда Совон взял маленькую карточку, первым, что он увидел, было фото Кан Тэ У и три иероглифа.

ㅡ Все это время, визитка... ㅡ пробормотал Совон себе под нос.

В течение восьми лет в качестве проводника Тэ У он даже не знал номера его телефона или визитной карточки.

Совон держал в руках бумажку, не в силах оторвать от неё глаз.

Он смотрел на цифры с намерением запомнить их, но, побоявшись, что может потерять визитку, сразу же схватил свой телефон, сохраняя номер.

Тонкие пальцы Совона деловито двигались, чтобы ввести номер эспера.

Тэ У молча смотрел на него.

Как и ожидалось, всякий раз, когда Совон был поблизости, тело Тэ У пребывало в хорошем состоянии, как будто он прикрепил направляющую машину прямо к телу.

Теплая энергия казалась мягкой, была странной, но не неприятной.

ㅡ Я, и...

Круглые глаза Совона посмотрели на Тэ У, прямо в глаза напротив.

Проводник не решался начать говорить, его маленькие руки подергивались.

ㅡ Из-за системы обязательств проводников нам придется жить вместе. Есть дом, финансируемый государством, но мне он не нравится.

‘Было ли такое положение?’

Если подумать, другие S классы, казалось, живут со своими проводниками.

Жизнь с Совоном на мгновение предстала в голове Тэ У.

Контрактный проводник, что приветствует его, когда он заходит в дом, и направление, которое он может чувствовать без необходимости прикреплять направляющую машину.

“Твой проводник, должно быть, будет несчастлив.”

Тэ У вспомнил, что однажды сказал ему другой эспер.

Но почему слова другого пришли на ум?

В то же время он подумал о жизни проводника в одном доме с ним, о том, как тот станет несчастным.

В тот день, когда он вернется от врат, Тэ У войдет в дом, выглядя ужаснее, чем всегда.

После использования способности кровеносные сосуды, покрывающие тело, извиваются и становятся в несколько раз чувствительнее, чем обычно.

Если он случайно коснется Совона в ситуации, когда не может должным образом контролировать свою силу, его проводник может быть серьезно ранен.

Сможет ли этот проводник выдержать пребывание в одном месте с монстром?

Когда выражение лица Тэ У потемнело, Совон стал ещё более осторожен, продолжая:

ㅡ Могу ли я жить в доме Тэ У?

Его всегда называли «эспер Кан Тэ У», и когда он впервые услышал, как его проводник называет его по имени, чувство чего-то незнакомого охватило эспера.

Прежде чем Тэ У осознал, мрачные мысли, наполнявшие его голову, исчезли.

Совон, истолковавший молчание эспера как признак проблем, поспешно начал оправдываться:

ㅡ Говорят, что в домах, спонсируемых государством, повсюду установлено видеонаблюдение. Если ты будешь жить в подобном месте...

‘Я буду плохо себя чувствовать.’

Во время своей речи Совон обнаружил камеры видеонаблюдения на потолке и закрыл рот.

‘Здесь тоже есть камеры...’ подумал он.

Совон был рад, что быстро закрыл рот.

Иначе он бы косвенно оскорбил комнату Тэ У только из-за камер видеонаблюдения.

Если бы слова, что крутились в мыслях, были высказаны, как на духу, затронув настроение Тэ У, ему пришлось бы видеть эспера со сморщенным лбом, как раньше.

Тэ У посчитал выбор Совона неожиданным.

Конечно, если вы живете вместе, безопасное жилье, финансируемое государством, было бы лучше.

Фактически, когда эспер и проводник впервые живут вместе, они часто выбирали использовать государственное учреждение, за которыми по соображениям безопасности следили 24 часа в сутки.

Проводник похож на обычного бессильного человека, а эспер был бомбой замедленного действия, которая могла взорваться в любое время и в любом месте.

Даже в случае с Тэ У, спонсируемое государством место жительства более безопасно.

Кроме того, дом Тэ У расположен за пределами Сеула, в тихом районе. Если что-то случится, он не сможет немедленно обратиться за помощью.

ㅡ ...Я дам тебе свой адрес.

Тэ У принял решение после долгих размышлений.

В любом случае, он редко оставался дома.

В те дни, когда Тэ У был в плохом состоянии, ему приходилось подключать несколько направляющих машин. В его доме есть только одна направляющая машина, поэтому он проводил большую часть своего времени в отдельной комнате Ассоциации Эсперов.

Совон не хотел останавливаться в доме, финансируемом государством, а он в будущем будет жить в отдельной комнате. Даже если бы проводник жил в его доме, Совон не чувствовал бы себя слишком некомфортно.

Выражение лица проводника просветлело после согласия Тэ У.

Совон почувствовал, что наконец-то выполнил одно из дел, которые он должен сделать.

Он точно хотел о многом спросить, но после завершения самого важного вопроса ничего не приходило в голову.

‘Я должен уйти сейчас? Но не прошло и получаса с тех пор, как я пришел.’

Совон открыл рот после долгих размышлений:

ㅡ Хочешь, я проведу направление? Пожалуйста.

ㅡ Хорошо. ㅡ Тэ У не стал отказываться.

Совон задал вопрос, зная, что эспер не откажет.

Он не удивился, когда Тэ У ответил, но не мог не нервничать.

Проводник встал и пересел на сиденье рядом с эспером.

Совон взглянул на Тэ У, осознав, насколько последний большой.

Это ощущалось так, словно рядом с проводником сидел большой черный бык.

Совон не был маленьким, но когда он сидел рядом с Тэ У, он чувствовал себя маленькой зверушкой.

Он посмотрел на большую руку эспера, спокойно лежащую рядом с ним.

Тыльная сторона ладони с выступающими темно-красными кровеносными сосудами все ещё пугающая и грубая.

‘Но я должен быть храбрым.’

Совон аккуратно положил свою руку на тыльную сторону ладони Тэ У.

Эспер почувствовал покалывание и жжение.

Он устал также, как в прошлый раз, но, к счастью, не упал в обморок снова.

Совон почувствовал себя непринужденно, ощущая теплые руки, совершенно не похожие на холод из его сна.

Он все ещё боялся Тэ У, но не до такой степени, как раньше, чтобы не быть в состоянии нормально стоять.

Совон чувствовал, что то, как он смотрел на эспера, мало-помалу менялось за несколько дней.

Смерть Тэ У, монстра, о котором все думали: ‘‘Он не умрет до конца моей жизни’’, была довольно травмирующей.

Руки эспера очень большие.

Совон не мог прикрыть кулаки Тэ У своими широко раскрытыми ладонями.

По какой-то причине он выглядел больным.

Тэ У повернул голову, посмотрев на Совона, а затем тихо закрыл глаза, продолжая сидеть.

Вокруг закрытых глаз крупные и мелкие линии распространились подобно кровеносным сосудам, отчего область вокруг глаз выглядит особенно черной.

Через восемь лет эти вены покроют все тело Тэ У, словно пожирая.

Лицо станет более истощенным, а глаза западут глубже.

В таком состоянии Тэ У встретил свой жалкий конец.

Выражение лица Совона потемнело, а эспер не подавал никаких признаков того, что собирается открыть глаза, поэтому проводник внимательно осматривал лицо Тэ У.

Густые брови, проницательный разрез глаз и высокий нос ㅡ красивы, словно их аккуратно вырезал скульптор.

Щеки и изогнутая линия подбородка ㅡ Совон хочет провести по ним кончиками пальцев.

Аккуратно побритый, на лице не было никаких следов и пятен*, за исключением кровеносных сосудов вокруг глаз.

[п/п: * ㅡ изъянов.]

Тэ У выглядит чище, чем думал Совон, но последний не замечал этого из-за распространившихся черных линий.

Проводник попытался представить чистое лицо Тэ У без побочного эффекта отсутствия направления, но не смог.

Совон смотрел на лицо Тэ У с закрытыми глазами, и его самого начинало клонить в сон.

В эти дни проводник недосыпал из-за ночных кошмаров, приходивших всякий раз, когда он закрывал глаза.

Однако, держа Тэ У за руку, Совон был уверен, что не увидит кошмаров, если заснет сейчас.

Тихое дыхание эспера звучало подобно колыбельной.

Глаза Совона мягко закрылись.

Когда Тэ У открыл глаза, которые он на некоторое время закрыл, эспер почувствовал легкое постукивание и прикосновение на своей руке.

Посмотрев в сторону, Тэ У увидел заснувшего проводника, что прислонил голову к его руке.

Опустив голову, эспер услышал звук ровного дыхания рядом с собой.

Это первый раз, когда он видел, чтобы кто-то спал так близко рядом с ним.

Сердце Тэ У было потрясено беззащитной внешностью и легким весом, ощущавшимся на руке.

Его рука накрыта одеждой, но даже так, голова Совон коснулась её, вызывая чувство, что его направляют.

Область направления имела только размер маленькой головы, но Тэ У ощущал, что состояние его тела улучшается.

Было бы неплохо, если бы голова проводника чуть больше касалась руки эспера.

‘Ещё лучше стало бы, если бы он коснулся моей обнаженной кожи, открытых рук, а не рукавов.’ подумал Тэ У.

Сначала он удивился, но скоро его посетило сожаление.

Когда Тэ У посмотрел на Совона, грязная жадность снова всплыла в его голове.

Эспер кусал губы и ругал себя.

Он посмотрел на голову, опирающуюся на его руку.

Тэ У думал, что цвет волос Совона такой же, как у него, но они даже были немного коричневее, чем его одежда.

Слегка вьющиеся тонкие волосы вызвали желание погладить их хотя бы раз.

Просто думая об этом, эспер чувствовал нежное прикосновение.

В отличие от Тэ У, у Совона чистая белая кожа. Для него проводник был как другое существо.

Пухлые, как у кролика, щечки и круглые глаза выглядели мило и невинно.

‘Ли Совон.’ вспомнил Тэ У.

За несколько дней до того, как Совон был сопоставлен с ним в качестве проводника, имя проводника, искавшего его в отделении неотложной помощи, также имело иероглиф ‘Совон’.

По словам лечащего врача, в тот день Совон пробудился в качестве проводника.

Тэ У держал пари, что тот проводник и есть Совон, что крепко спит рядом с ним.

Эспер не знал, откуда Совон его знал и почему искал его.

Главный вопрос в том, что на следующий день Совон попросил сопоставить их.

Результат соответствия оказался на удивление 100%.

Как будто Совон заранее знал, что он подойдет Тэ У.

Если это так, то почему проводник сначала обратился за назначенным сопоставлением с Тэ У, избегаемым всеми, не отказавшись проверить длину волны и не убегая?

Эспер помнит, как трясло Совона в тот момент, когда Тэ У столкнулся с ним в комнате для проведения теста.

Когда проводник сел в смотровую, его лицо побледнело, он не мог пошевелиться.

Совон так испугался Тэ У тогда. Почему сегодня он пришел в его отдельную комнату? Эспер был не в силах понять.

‘Сожалеет ли Ли Совон о своем выборе?’

Тэ У хотел знать, но и не хотел одновременно.

Он посмотрел на маленькую ладонь проводника на тыльной стороне своей грубой ладони.

Дружелюбная энергия текла из области, где они соприкасались.

Ощущая эту энергию, Тэ У чувствовал себя непринужденно по какой-то причине.

Он хотел верить, что Совон будет немного отличаться от других.

Не пытаясь прикоснуться или разбудить проводника, Тэ У позволил времени пройти.

Прошло более двух часов, когда Совон открыл глаза.

Медленно придя в себя, он заметил, что его тело слегка наклонено, словно он на что-то опирался.

Не потребовалось много времени, чтобы выяснить, что это была рука Тэ У.

ㅡ Ах!

Совон с визгом отскочил от эспера.

Тэ У заметил, что проводник проснулся. Он почувствовал чувство потери, когда легкий вес, ощущавшийся на его руке, исчез.

Взгляды Совона и Тэ У встретились.

Хотя сон был коротким, усталость исчезла с лица проводника после времени без кошмаров.

ㅡ Мне жаль. Должно быть, я задремал. ㅡ сказал Совон, проверяя время.

Прошло почти три часа.

Он не задремал, он заснул.

ㅡ Ты, должно быть, устал. ㅡ ответил Тэ У.

Лицо Совона покраснело.

Казалось, Тэ У смотрел на него с жалостью.

Да, он точно смотрел на него с жалостью, что подтверждалось в голове Совона спокойным и низким тоном эспера.

Все получилось не так, как хотел Тэ У, намеревавшийся облегчить состояние проводника, взгляд Совона обеспокоенно забегал.

ㅡ Я сожалею.... В следующий раз я буду направлять тебя должным образом.

Совон не был уверен, правильно ли он направлял Тэ У, потому что заснул вскоре после того, как начал.

ㅡ Я запомню. ㅡ произнес эспер.

Беспокойство выросло, не успела краснота на лице Совон спасть.

Проводник не мог нормально смотреть в лицо Тэ У.

Он хотел спрятаться в мышиной норе.

Поэтому он решил сбежать.

ㅡ Я… Я пойду.

ㅡ Ли Совон.

Тэ У схватил Совона, что неловко попытался поспешно уйти. Действия проводника походили на сломанного робота.

Когда Совон подорвался, как будто желая убежать, Тэ У сказал:

ㅡ Я отвезу тебя домой.

ㅡ Что? ㅡ Совон был очень удивлен.

Лицо проводника цвета красной свеклы в миг побелело.

Тэ У уже начал следовать за парнем, прежде чем услышал ответ Совона.

‘С такой импульсивной решительностью он действительно может отвезти меня домой.’

Проводник почувствовал срочность и открыл рот:

ㅡ Разве сейчас не рабочее время?

ㅡ Я могу пойти домой сейчас.

Ответ был дан немедленно.

Совон, не зная обычного расписания Тэ У, не имел возможности подтвердить, является ли правдой данное утверждение.

Рот проводника снова закрылся, не найдя ничего, что можно было бы опровергнуть.

В конце концов, они вместе вышли из отдельной комнаты.

Тяжелые шаги Тэ У и легкие шаги Совона звучали необычно в тихом коридоре.

Проводник старался не смотреть на другого человека, что шел рядом с ним.

Однако он не мог игнорировать Тэ У рядом из-за волны, ощущавшейся снова и снова.

В неловком молчании Совон ждал лифта, который двигался медленнее черепахи.

В лифте, что прибыл на 10-й этаж, никого не было.

Когда Тэ У вошел, лифт, казавшийся широким, оказался узким.

Совон сделал шаг вперёд к эсперу, словно идя на расстрел.

Лицо проводника выглядело довольно трагично, когда двери медленно закрылись. Теперь они остались в лифте один на один.

Если бы Совон знал, что заснет, опираясь на Тэ У, то изо всех сил постарался бы не делать этого.

Проводник спрятался за широкой спиной эспера и потянул себя за волосы.

Когда Совон посмотрел на руку Тэ У, которая продолжала мелькать в поле зрения, он вспомнил, что положил голову на эту самую руку.

‘Стоит рассматривать эту ситуацию как искупление, да.’

Лифт, спускавшийся к подземной парковке, остановился посередине.

Совон обрадовался мысли, что кто-то поедет с ними.

Было бы неплохо, если в лифте будет несколько других людей, и он не находился наедине с Тэ У.

Совон, полностью закрытый телом эспера, высунул голову с нетерпеливым видом.

Когда дверь открылась, они увидели человека, который, по-видимому, являлся сотрудником Ассоциации.

Вопреки ожиданиям, это всего один человек, но Совон все равно был счастлив.

Человек, смотревший в телефон, вошел в лифт с опущенной головой.

Во время отправки текстового сообщения у сотрудника внезапно появились мурашки по коже.

Ощущение холода возникло от ног, ступивших на пол лифта.

Сотрудник оторвал свой пристальный взгляд, прикованный к смартфону, и поднял голову вверх.

Огромный монстр смотрел на него сверху вниз.

ㅡ Хии!

Сотрудник в страхе отступил назад.

Его лицо посинело.

Одна нога уже вошла в лифт, но он был так напуган ужасным видом Тэ У, что начал отступать.

Сотрудник видел.

Сцена, где Тэ У на грани потери рассудка нападает на людей.

Эспер, которому нужно всего лишь один раз взмахнуть рукой, чтобы одолеть множество людей. Вид крови и лопнувших вен.

После многих перипетий команда реагирования сумасшествий эсперов успокоила Тэ У и оттащила его в центр, но поздно. В округе уже были раненые и пролитая ими кровь.

Это произошло давно, но сцена все ещё ярко всплывала в памяти сотрудника.

Его глаза дрожали от страха.

Сотрудник выглядел так, как будто вот-вот упадет в обморок с пеной у рта.

В конце концов, никто не вошел, и дверь медленно закрылась.

После этого лифт ещё пару раз останавливался на полпути.

Однако когда дверь открывалась, чем больше Совон смотрел на лица других, стоящих перед Тэ У, тем меньше становилось тоски в его глазах.

Люди, которым было наплевать на Тэ У до того, как они увидели его, демонстрировали смесь страха и отвращения, не скрывая своих выражений.

Дверь открывалась снова и снова во время спуска на парковку, но никто не пытался войти.

Реакция была пугающе одинаковой.

ㅡ …….

Совон ничего не смог сказать.

Он чувствовал, что понял, как жил Тэ У всё время.

Монстр.

Он был ходячим монстром.

Даже если темно-красное проклятие окутывает все тело, в тот момент, когда открываются опасные врата, он отправляется первым, именно Он должен защищать безопасность людей днем и ночью.

Даже несмотря на то, что именно Тэ У борется за их жизни с настоящими монстрами за вратами.

Никогда не видевшие Тэ У люди боялись его. Каждый человек, с которым он сталкивался, вел себя так, как будто эспер ㅡ ужасный монстр.

СМИ были заняты тем, что проклинали Тэ У, называя его монстром, пока вся страна оставалась в стороне.

Даже его единственный проводник ничем не отличался от них.

Совон не мог стоять с поднятой головой, когда думал, что он такой же, как эти люди.

Эпизоды его общения с Тэ У приходили на ум один за другим, подводя проводника к пропасти.

Чувство вины, о котором забыл Совон, схватило его за лодыжку и мало-помалу поднималось.

Совон почувствовал тяжесть.

Он не хотел открывать глаза. Лучше закрыть их навсегда.

Совон подумал, что это место ㅡ ад.

Адом было и пребывание Тэ У с ним самим в одном месте. То, как он убил Тэ У было чертовски ужасно.

Только спустившись на пустынную парковку, проводник смог немного легче дышать.

Даже зная, что они смотрели на Тэ У, Совон чувствовал удушье, потому что взгляды, казалось, были направлены на него.

Его сердце забилось сильнее, подумав о эспере, который всю свою жизнь получал такие пристальные взгляды.

Несмотря на то, что ему* нужно было выдержать только пристальные взгляды, казалось, сердце Совона упало ему под ноги и стало нервно колотится.

[п/п: * ㅡ речь может идти как о Тэ У, так и о Совоне.]

Тело Совона дрожало.

Казалось, в его ногах не было силы, и его походка стала странной.

Проводник последовал за Тэ У со смешанными чувствами, вспоминая о прошлом.

Знакомый автомобиль приветствовал Совона.

Иногда, когда эспер возвращался домой, во дворе парковалась черный автомобиль.

Машины Тэ У часто менялись.

Регулярного графика не существовало, но каждый измененный дизайн, казалось, соответствовал его вкусу. Совон всегда запоминал марку и название модели.

Глубокого черного цвета, который, вероятно, был тщательно нанесен и отполирован, автомобиль хорошо сочетается с Тэ У.

Это первая машина на памяти Совона.

ㅡ Залезай. ㅡ сказал Тэ У.

От ощущения открытия двери Совон почувствовал себя немного довольным. Иномарка, которая может похвастаться высокой ценой, действительно большая.

Совон усадил свое слабое тело на сиденье, и теперь чувствовал, что можно жить дальше.

Тэ У проверил состояние проводника во время запуска двигателя.

Он боялся, что Совон, казалось потерявший силы после направления, не доберётся до дома один. Тэ У очень хотел сопроводить проводника, поэтому заставил его разрешить отправить его домой. Ему было грустно видеть бледность Совона.

Глядя на дрожащие от страха руки, внутри Тэ У был счастлив, потому что Совон рядом с ним.

‘Я действительно мерзкий.’

ㅡ Пожалуйста, скажи мне твой адрес. ㅡ сказал Тэ У.

ㅡ Ты можешь ехать в будущие апартаменты недалеко от Щиндорима*. Я действительно могу пойти один....

[п/п: * ㅡ станция сеульского метро.]

ㅡ Поехали.

Тэ У не дал Совону времени выйти из машины.

Автомобиль спешно отъехал.

На самом деле, ему повезло, что Тэ У повел себя так, словно не слышал Совона.

Совон запоздало осознал, что его расслабленные ноги не двигаются.

ㅡ Да... ㅡ ответил с небольшим опозданием Совон.

Он даже не знал, услышан ли его тихий бормочущий голос. Совон просто продолжал нервно сидеть на пассажирском сиденье рядом с ним.

Внешний пейзаж ровно проносился мимо, тряски от вращения колес и дроги не ощущалась.

Мягкая обивка салона создавала уют, как будто Совон был плотно укутан.

По мере того, как его телу становилось комфортнее, непрекращавшаяся дрожь постепенно начала исчезать.

Тем не менее, Совон чувствовал себя не очень хорошо.

Он все ещё не мог забыть глаза людей, которые смотрели на Тэ У.

Если бы это был он сам?

‘Несмотря на то, что Тэ У привык к такому обращению, с ним всё в порядке?’

Совон хотел спросить эспера о его самочувствии.

Однако у него даже не было права беспокоиться о Тэ У.

Не так давно Совон был таким же, как и они.

Он все ещё четко помнил, какие выражения кривил и какие слова произносил, всякий раз, когда сталкивался с эспером.

Совон из прошлого выглядел хуже, чем те, кто дрожал при виде Тэ У, полные отвращения и страха, как будто смотрели на монстра, которого не желали видеть.

В мире, где все считали его монстром, Тэ У ни на мгновение не мог быть человеком даже перед своим собственным проводником.

Чувство вины снова нахлынуло.

Совон почувствовал тяжесть, словно он ㅡ вата, пропитанная водой.

ㅡ Мне жаль, Тэ У. ㅡ тихо пробормотал проводник.

На этот раз звук действительно достаточно тихий, чтобы никто не услышал.

Для людей ещё немного рано заканчивать работу.

Благодаря этому на дорогах не было пробок, поэтому Совон смог быстро добраться до своего дома.

Черная машина Тэ У остановилась возле дома.

ㅡ Я быстро дам тебе знать дату переезда.

ㅡ Хорошо.

Совон не вышел из машины сразу после открытия двери.

Взгляд Тэ У обратился к сомневающемуся проводнику.

ㅡ Спасибо за то, что отвез меня сюда.

Совон неловко улыбнулся.

Он всё ещё немного дрожал.

Но с этого момента Совон хотел понемногу меняться.

ㅡ Возвращайся домой в целости и сохранности. ㅡ сказал Совон.

Темно-красные кровеносные сосуды, которые, казалось, могли прийти в движение в любой момент, и его невыразительное лицо казались сегодня душераздирающими.

Той ночью Совону снова приснился кошмар.

Обстановка операционной снова появилась в его сне. Он думал, что все будет хорошо, потому что ему не приснился кошмар, когда он ненадолго вздремнул в отдельной комнате Тэ У.

В конце концов, Совон открыл глаза вскоре после того, как заснул.

Тогда проводник подумал о Тэ У, о спокойном сне в отдельной комнате, когда он опирался на руку эспера, и стал менее напуганным.

Тем не менее, тот факт, что Тэ У все ещё умирал в его снах, казалось, имел более фундаментальную проблему, чем простой страх перед ним.

Это из-за чувства вины за его смерть? Или из-за смутного страха, словно он может вернуться в день смерти Тэ У в любое время так же, как он вернулся в прошлое?

Совон думал о своих снах.

Он предполагал, что с Тэ У ему не будут сниться кошмары.

Неизвестное беспокойство, казалось, исчезло, когда подтверждалось, что эспер дышит, когда он бережно держал его руку в течение дня.

Тепло той руки продолжало греть Совона.

Проводник пошарил в темноте и нашел сотовый телефон, спрятанный под одеялом.

Яркий свет, появившийся при нажатии на экран, немного стабилизировал его зрение.

Совон нашел контакт Тэ У в телефонной книге и нажал на него.

Когда он нажал кнопку вызова, раздался знакомый звук соединения.

Только тогда Совон заметил время на экране.

ㅡ Ах...

4 утра. Независимо от того, насколько усерден человек, сейчас, должно быть, трудно оставаться бодрым.

Совон запоздало пришел в себя, но гудки уже пошли.

Он поспешно попытался повесить трубку, потому что боялся, что телефон разбудит Тэ У, но звуки прервались.

Совон подумал, что отключился, но при проверке экрана, оказалось, что звонок не был отклонен.

Время разговора постепенно увеличивалось.

Совон смутился и прижал смартфон к уху.

Не было слышно ничего, кроме тишины.

ㅡ Алло? Я дозвонился? ㅡ осторожно заговорил проводник.

“Ли Совон?” ㅡ послышался низкий голос Тэ У, который, казалось, маловероятно, что ответит.

Совон почувствовал бóльшее облегчение от голоса эспера, чем от того факта, что последний ответил на звонок.

Несмотря на то, что он был встревожен после кошмара, проводник смог быстро успокоиться, просто подтвердив, что Тэ У жив.

После того, как Совон пришел в себя, сожаление накатило на него огромной волной из-за звонка посреди ночи.

ㅡ Да, это Ли Совон… Прости, что звоню тебе в такой поздний час. Ты спал?

“Нет. Я не спал.” ㅡ это казалось правдой, потому что его голос не был хриплым.

[п/п: «я не спал» точнее можно перевести как «я был на ногах» на наш манер.]

Однако голос Совона был вялым из-за сонливости.

Проводник втайне смутился и повысил голос.

[п/п: здесь анлейтором видимо была упущена реплика. к сожалению, похоже мы никогда не узнаем, что сказал совон :(]

“Что-то случилось?” ㅡ спросил Тэ У.

Кое-что действительно случилось.

Совону приснился кошмар, в котором Тэ У умер.

Проводник позвонил эсперу, чтобы убедиться, что смерть Тэ У произошла во сне, но Совон не мог рассказать о такой причине звонка.

Совон решил опустить причину и сказать только заключение.

ㅡ Могу ли я переехать сегодня?

“Сегодня… Ты имеешь в виду…”

ㅡ Я не могу...?

Тэ У не смог договорить, чувствуя беспокойство, потому что ему было жаль Совона.

Однако сам проводник хотел как можно скорее отправиться в дом Тэ У.

Совон думал, что если он вернется в дом, в котором прожил 8 лет, то кошмары, беспокоящие его, больше не будут сниться.

Он не мог перестать перебирать пальцами, ожидая ответа Тэ У.

“Нет, все в порядке. Тогда я приготовлю комнату.” ㅡ сказал Тэ У.

ㅡ Правда? ㅡ выражение лица Совона мгновенно прояснилось.

Он стал ещё счастливее, потому что вспомнил плотный график эспера, из-за которого казалось естественным отказаться заниматься этим прямо сейчас.

После незамеченной улыбки на Совона накатил стыд за звонок в 4 утра и просьбу о необоснованном одолжении.

Пальцы проводника, ранее счастливо постукивающие, сейчас стали путаться.

ㅡ Что ж… Прости, что звоню тебе так рано. В следующий раз я буду осторожен.

Повисло долгое молчание.

Кажется, было неправильно причинять неудобства.

Если бы он проверил время ранее, этого бы не произошло.

Совон винил себя.

“Все в порядке.” ㅡ ответил Тэ У.

И снова наступило долгое молчание.

Настала очередь Совона отвечать.

Он очень старался, но не смог придумать, что сказать.

Поскольку молчание больше нельзя было затягивать, Совон в конце концов решил завершить разговор:

ㅡ Я свяжусь с тобой снова, когда наступит время. Спокойной ночи, Тэ У.

Было слишком поздно произносить, чтобы «спокойной ночи», но проводник и эспер обменялись пожеланиями на ночь.

Совон повесил трубку сразу после того, как услышал ответ Тэ У.

Наступила спокойная тишина.

Проводник запоздало пожалел о завершения разговора.

Совон все ещё чувствовал страх в темноте, где он не мог слышать голос эспера.

Он не спал всю ночь.

Только имя Тэ У в списке вызовов доказывало, что последний все ещё жив.

Совон не смог сдержать свое обещание.

На сборы ушло довольно много времени, и в тот день ни одна компания не могла выехать для перевозки.

Проводник посмотрел на багаж, собранный лишь наполовину спустя несколько часов, и, к сожалению, связался с Тэ У, чтобы отложить переезд на несколько дней.

ㅡ Сынок, тебе уже нужно уезжать? Ты сказал, что тебе нужно переехать только в течение месяца. Прошла всего неделя...

Совон посмотрел на свою мать измученным взглядом, потому что устал упаковывать свой багаж.

Хотя он убедил своих родителей, проводник не мог облегчить их беспокойство, из-за этого Совон слышал беспокойные фразы от своих родителей каждый день.

ㅡ Несмотря на его внешний вид, Тэ У неплохой человек.

ㅡ Даже если он неплохой человек, что, если он случайно ударит тебя и что-нибудь повредит? ㅡ спросила мать Совона.

ㅡ Ммм... ㅡ проводник не смог ответить.

Тэ У достаточно беспокоился о Совоне.

Эспер не мог хорошо контролировать свою силу, потому что его долгое время никто не направлял. Однажды даже произошел случай, который позже стал известной историей о том, что на мероприятии он сломал кому-то руку во время рукопожатия.

Некоторые говорят, что рука была не сломана, а раздавлена.

Поэтому Совон так же боялся направлять Тэ У.

Он боялся, что эспер по ошибке причинит ему боль.

За последние восемь лет Тэ У ни разу не причинил вреда Совону, но последний не мог не волноваться.

ㅡ Уф...

Когда Совон не смог ответить, беспокойство его матери усилилось.

Внезапно её сын пробудился проводником и заплакал так, как будто в отделении неотложной помощи наступил конец света, и поступок ㅡ твердое заявление, что он станет проводником Кан Тэ У ㅡ был так непохож на него.

Она знала своего сына как хорошего, невинного, но робкого ребенка.

Мать Совона очень беспокоилась, что такой ребёнок станет проводником Кан Тэ У, которого люди называют монстром. Она боялась о том, что произойдет, если её сын будет жить в одном доме с этим эспером.

Как только Совон был назначен проводником Кан Тэ У, цвет лица Совона ухудшался день ото дня.

ㅡ

Очевидно, если Совон заснет, ему приснится ещё один кошмар.

Не то чтобы ему не хотелось спать, наоборот, проводник не спал всю ночь.

Возможно, из-за этого его лицо выглядело немного потрепанным, но разум Совона был довольно ясным, потому что он не видел кошмары.

Проводник твердо верил, что ему не будут сниться кошмары, когда он вернется в дом Тэ У.

Так что было нормально не спать день или около того.

После отправки всего багажа утром комната Совона стала пустой.

Проводник сидел на полу в своей комнате, где ничего не было, и тупо смотрел в окно.

Совон не хотел идти в дом Тэ У.

Все воспоминания, оставшиеся у него от пребывания в доме в течение восьми лет, были плохими воспоминаниями.

Совон сможет спать, но.... Он боялся, что депрессия, которую проводник с трудом преодолел, после возвращения в это место вернется.

ㅡ Сынок, если что-нибудь случится, ты должен связаться со мной. ㅡ сказала ему мать.

Совон пообедал со своей семьей и попрощался.

Увидев слёзы в глазах своих родителей, он тоже ненадолго заплакал.

Словно Совон прощался с семьёй, которую он никогда больше не увидит, если уедет сегодня.

На самом деле, дом Тэ У находится не так уж далеко от квартиры, где живет проводник.

Дом эспера находился в тихом месте за пределами Сеула, поэтому станет трудно передвигаться без машины, но строение находилось всего в часе езды от дома Совона.

Совон мог возвращаться домой, когда захочет.

В прошлом он использовал это, чтобы часто убегать из дома Тэ У.

Проводник отказался провожать своих родителей и поехал на такси к дому эспера.

Когда густонаселенное высотное здание исчезло, а деревья и тихий пейзаж, казалось, напоминали сельскую местность, они подъехали к дому Тэ У.

ㅡ Мы на месте.

ㅡ Благодарю вас.

Когда Совон вышел из такси, его взгляд привлек очень большой дом.

Дом Тэ У снаружи выглядит громадным, но всё из-за толстых стен, поэтому внутри он не такой просторный.

Для Совона это был дом, в который он вернулся всего через неделю.

В прошлом проводник убегал на месяцы, поэтому он не видел это место в течение длительного времени.

Глава 13

Окинув взглядом большой дом, Со-вон вспомнил историю, на которую однажды наткнулся в интернете. Тхэ-во не жил здесь, поскольку боялся, что может случайно обвалить его.

Хотя он никогда сам не спрашивал у него напрямую, так ли это, Со-вон помнил кое-что из новостей. Когда монстр сбежал из Ворот, открывшихся в городе, Тхэ-во обрушил на него многоэтажку одним ударом… Тот сюжет даже показывали в эфире, и вся страна его видела.

Несмотря на то, что здание заранее эвакуировали, из-за его разрушения на Тхэ-во обрушилась критика. Казалось, никого не волновало, что, если бы монстр сбежал и впал в неистовство, ущерб был бы несравнимо больше. Его просто осудили. За «преступление». Спасение людей.

Стоя перед дверью, Со-вон глубоко вздохнул и нажал на звонок. Хотя Тхэ-во и дал ему код от входной двери, он решил, что в первый раз будет вежливо позвонить. После недолгого ожидания дверь распахнулась, и Тхэ-во появился со своим обычным безэмоциональным выражением на лице.

«Добрый день.»

Встретившись взглядом, Со-вон быстро поклонился под видом приветствия. Он всё еще боялся Тхэ-во, всё ещё недостаточно привык, чтобы оставаться невозмутимым, когда видел его вблизи. Тем не менее, он уже не замирал рядом с ним настолько, что не мог двигаться, как это было раньше.

Это было облегчением. Понемногу он всё заметнее преодолевал свой страх перед Тхэ-во.

«Я покажу вам вашу комнату.»

*Когда они зашли в дом, Со-вона встретил знакомый интерьер. Сдержанная чёрно‑бело‑серая гамма в сочетании с минимальным количеством мебели и без декора, создавала ощущение просторности. Сама атмосфера этого места, в которой витало едва уловимое присутствие Тхэ-во, как будто тепло приветствовала Со-вона.

Со-вон последовал за Тхэ-во на второй этаж. Ранее его комната находилась слева от лестницы, и, поднявшись, он по привычке повернул туда. Однако сейчас его повели в противоположную сторону. Со-вон растерянно огляделся.

«Вы будете жить здесь.»

Комната, куда Тхэ-во привел Со-вона, находилась прямо напротив его собственной. Со-вону не оставалось ничего иного, кроме как принять это, но на его лице читалось замешательство. Когда дверь открылась, Со-вон увидел аккуратно расставленные коробки со своими вещами, отправленными утром.

Память его подводила?

Ранее его и Тхэ-во комнаты находились в разных концах дома. Но сейчас они оказались ближе всего друг к другу. Сбитый с толку, Со-вон наконец спросил:

«А где ваша, господин Тхэ-во?»

«Напротив.»

Тхэ-во небрежно махнул в сторону другой двери. Со-вон был ошеломлён. Сколько бы он ни думал, он не мог понять, почему у него теперь была другая комната.

«Вам что-то не нравится?»

«Нет! Всё хорошо!»

Тхэ-во спросил, увидев не очень довольную реакцию. Со-вон настолько решительно помотал головой, что это могло показаться преувеличением. Глядя на его ответ, даже ребёнок сказал бы, что это ложь.

Что же… жить с монстром не может быть чем-то приятным. Тхэ-во решил удалиться, чтобы Со-вон мог немного расслабиться.

«Отдыхайте.»

Тхэ-во развернулся и ушёл к себе. Как только дверь за ним закрылась, Со-вон огляделся. Размер и форма этой комнаты были такими же, но окна и двери были расположены иначе и от этого было немного странно. Более того, осознание, что Тхэ-во находился прямо напротив, заставляло его быть осторожным во всех своих действиях.

В условное время Со-вон спустился на первый этаж на обед. Свежая горячая еда уже ждала его на кухне. Здесь повар приходил по расписанию, готовил и уходил, и в прошлом они ели порознь каждый в своё время.

На накрытом столе стояла одна порция. Со-вон почувствовал облегчение. К счастью, казалось, они и сейчас не будут есть вместе. Со-вону до сих пор не хватало смелости видеть лицо Тхэ-во, пока он ел. Разумеется, он бы потерял аппетит, если бы видел эти багровые вены во время еды.

Пока Со-вон ел блюда со знакомым вкусом, он вспомнил первые дни в доме Тхэ-во. Тогда он сидел взаперти в своей комнате, не съев ни крошки. Но однажды перед его дверью был оставлен сэндвич.

Даже по прошествии восьми лет Со-вон время от времени вспоминал о нём. Свежий хлеб, ни горячий, ни холодный, с салатом, помидором и кисло-сладким соусом. Ингредиенты были очень простыми, но это был самый вкусный сэндвич, который Со-вон когда-либо ел в своей жизни. Однако, поскольку все доставляемые блюда были корейскими, сэндвичи после этого больше никогда не появлялись.

Со-вон невольно сглотнул, когда спустя долгое время вспомнил об этом. Приезд в дом Тхэ-во вновь заставил его мечтать о нём.

Со-вон доел, думая о том сэндвиче. Даже если его сейчас и не было, все блюда были ему по вкусу. После ужина Со-вон наспех убрал за собой и по привычке открыл холодильник, чтобы достать бутылку с водой. За восемь лет здесь ничего не изменилось. Благодаря этому, хоть он и вернулся в прошлое, но точно знал, что где находится.

Покачивая бутылку с водой в руке, Со-вон направился в свою комнату. Шаги его были легки. Всё было хорошо. То, о чём он волновался до переезда к Тхэ-ву, казалось беспочвенным. Болезненные воспоминания не мучили его, и он не чувствовал себя подавленным. Только непонятно почему сменившаяся комната и то, что Тхэ-во находился под боком, немного беспокоили.

Зайдя к себе в комнату, он нечаянно сильно хлопнул дверью. Получилось слишком громко, но Со-вон не придал большого значения. Ему нравился дом Тхэ-во ещё и из-за хорошей звукоизоляции: звуки почти не проникали ни с улицы, ни из других комнат.

Впрочем, у этого была и обратная сторона. Тихий дом, как будто покинутый всем миром, легко затягивал в мрачные мысли. И ещё здесь невозможно было услышать, что Тхэ-во вернулся. Порой Со-вон бродил по дому, что-то бормоча себе под нос, и вдруг сталкивался с ним. Тхэ-во стоял рядом и смотрел на него сверху вниз. Со-вон в ужасе отскакивал и мчался к себе. А Тхэ-во, как всегда, тихо исчезал.

Страх тех дней всё еще жил в нем. Но сейчас он лишь чувствовал горькое сожаление. Ему казалось, что он сам лишил Тхэ-во того, что должно было быть его святилищем.

Как он вообще жил эти восемь лет, пока Со-вон был его гидом? Даже в Ассоциации, где у него была личная комната, он оставался монстром, которому никто не был рад. А дома… дома Со-вон отнял у него последнее убежище. Может, поэтому он и рвался в Ворота снова и снова. Монстры должны быть с монстрами. Наверное, такими были его мысли.

*

Пока Со-вон разбирал вещи, он внезапно осознал, сколько времени прошло. Почти полночь.

‘Я разобрал только половину…’

Вещи, вытащенные из коробок, лежали по всему полу. Оглядев этот беспорядок, он покачал головой. Уже очень поздно. Разумнее всего было бы помыться и закончить всё завтра.

Не обращая внимания на бардак, Со-вон отправился в ванную в коридоре. Там было так безупречно чисто, что она больше напоминала гостиничную.

Со-вон наполнил водой большую ванну напротив двери. Будто сделанная под габариты Тхэ-во, она была вдвое больше и глубже обычной. Со-вон любил сидеть в ней, полностью погрузившись в воду, и это было его самым любимым местом. В прошлом, немного обвыкнув, он каждый раз набирал её и расслаблялся, когда Тхэ-во не было дома.

«Ах…»

Со-вон блаженно выдохнул, опускаясь в тёплую воду. Он столько ночей подряд не давал себе уснуть, лишь бы не видеть кошмары, что теперь веки начали тяжелеть. Его наконец отпустило. Казалось, сегодня он сможет выспаться без страшных снов.

Когда его ладони и ступни сморщились, Со-вон слил воду. Он нехотя поднялся, с сожалением глядя, как уходит вода, прежде наполнявшая ванну до краёв.

Пока Со-вон вытирался белым пушистым полотенцем, он встретился взглядом со своим отражением в зеркале. После ванны его лицо выглядело так, будто кто-то в нём включил свет. Он уже приготовился к столь долгожданному крепкому сну. А после хорошего ужина его щёчки стали даже круглее, чем обычно.

Со-вон довольно улыбнулся. Ему действительное казалось, что сегодня он сможет поспать спокойно.

Вернувшись к себе в комнату, он нырнул под мягкое одеяло. Кожа уже обсохла, и в теле разлилась приятная лёгкость. Его окутывал тонкий аромат дорогого лосьона для тела. Одеяло нежно обнимало, а прохладный воздух из кондиционера под потолком делал атмосферу еще комфортнее. Всё было идеально для хорошего сна.

Со-вон закрыл глаза.

Не прошло и минуты, как он снова распахнул их. Веки должны были всё заслонять, и вокруг должна была быть кромешная тьма. Почему-то ему казалось, будто он что-то видит. Он тревожно заморгал. Потом снова закрыл глаза, подумав, что это разыгралось воображение. Но потом вновь их открыл.

Со-вон долго ворочался. Но всё не мог заснуть. Он надеялся, стоит перебраться сюда, и станет легче, но это оказалось иллюзией. Момент смерти Тхэ-во, залитая кровью операционная преследовали его.

*От переводчика: дорогие читатели, как вы заметили, переводчик сменился. Я прочитала эту книгу на английском и всем сердцем полюбила героев и эту восхитительную по своей доброте историю. Мне очень захотелось, чтобы она стала доступна и для тех, кто читает на русском.

Возможно, вам будет немного неудобно, что сменилось написание имен. Прошу простить за это. Но именно эта транслитериция является наиболее близкой к оригинальному произношению.

Также будет изменено обращение героев друг к другу. Я бы не стала это менять, но в одной из будущих глав это будет одним из важных моментов в демонстрации динамики отношений между героями. Если не внести изменения сейчас, там будет непонятно, о чем они говорят.

Спасибо, что разделяете со мной любовь к этой истории. Приятного чтения!

Глава 14

Со-вон укутался с головой в одеяло, не решаясь ни полностью закрыть глаза, ни открыть. Его руки и ноги похолодели, а по телу пробежала дрожь. Прохладный воздух, который раньше казался освежающим, теперь пронизывал холодом, как в операционной.

Со-вон не мог понять, то ли он лежал в той самой операционной, где умер Тхе-во, то ли в его доме, который когда-то казался тюрьмой. Выглянув из-под одеяла, он ясно увидел знакомую комнату, заваленную вещами, но ему чудился запах крови, доносившийся неизвестно откуда.

Он посмотрел в сторону комнаты Тхе-во. Ему казалось, что, если открыть эту дверь, он увидит его бездыханное тело с огромной дырой в животе. Неужели запах шёл оттуда? Или это была иллюзия, а на самом деле Со-вон всё еще находится в той операционной и держит руку мёртвого Тхе-во?

Вспомнив о холодной, окоченевшей руке, он услышал звон в ушах, как будто барабанные перепонки разрывались. Со-вон зажал их трясущимися руками. Но острая звуковая галлюцинация продолжала мучить его. В темной комнате Со-вон в одиночестве дрожал от ужаса. С полными страха глазами, он свернулся калачиком под одеялом.

Чтобы обуздать свои чувства, он стал вспоминать недавние счастливые моменты. Праздничная вечеринка с родителями, визит в Ассоциацию Эсперов с трепетом в сердце, первая встреча с Тхэ-во. Его дыхание успокаивалось.

Со-вон вспомнил, как заснул, пока гидировал Тхэ-во в его комнате. Как ни странно, тогда ему не приснились кошмары. Сидя рядом с ним с закрытыми глазами, он безмятежно спал.

Со-вон понял!

Гидирование! Ему нужно гидирование!

Это было нужно не Тхэ-ву, а Со-вону. Нелепая мысль: не эспер, а гид нуждался в гидировании! Похоже, только яростные волны Тхэ-во могли изгнать его кошмары. Плотнее завернувшись в одеяло, он поёрзал, чтобы посмотреть время. Час ночи. Поздновато идти к нему.

Интересно, он сейчас спит?

Со-вон тихонько приоткрыл дверь и посмотрел в сторону комнаты Тхэ-во. Сквозь дверную щель не пробивался свет. Значит, там было темно. Он помрачнел. Что бы он ни думал, скорее всего Тхэ-во спал. Но вспомнив, что тот ответил на его звонок в 4 утра, Со-вон не терял надежды.

Он вышел из своей комнаты и помедлил перед дверью Тхэ-во. Со-вон постоял там некоторое время, но из комнаты не доносилось ни звука, царила лишь тишина. По всей видимости, благодаря хорошей звукоизоляции. Даже если бы внутри раздавались какие-то звуки, снаружи они не были бы слышны. В конце концов Со-вон решил постучать. Он постучит очень тихо, и, если ответа не последует, он откажется от своей затеи.

Со-вон поднял свою тонкую руку. Тук-тук. Это был едва слышный звук, больше походивший на то, как маленькая птичка случайно коснулась окна, чем на стук. Он был таким слабый, что даже тот, кто не спал, мог бы его не услышать. Но Тхэ-во услышал.

«Войдите.»

Услышав низкий голос из-за двери, Со-вон просиял. Тон его голоса был обычным, а значит, он не спал. Со-вон открыл дверь. Хотя свет был выключен, фигура Тхэ-во была ясно видна благодаря лунному свету, проникающему из окна.

Он сидел на постели и смотрел на Со-вона. Смятое одеяло красноречиво говорило о том, что на нём только что лежали. Как будто свидетельствуя, что Со-вон побеспокоил его, когда Тхэ-во только собирался заснуть. Со-вон почувствовал себя виноватым.

«Что-то случилось?»

«Я… пришёл гидировать.»

Он замолчал, смутившись. Прозвучало так, как будто он делал одолжение Тхэ-во, когда на самом деле Со-вон сам нуждался в гидировании. Пока он ждал его ответа и внимательно наблюдал за реакцией, он заметил одежду, которая отличалась от обычной. Сейчас руки Тхэ-во были открыты. Со-вон впервые видел его в чем-то с короткими рукавами. Уже этого было достаточно, чтобы шокировать, но гидирующий аппарат, прикрепленный к его обнаженной коже, привел Со-вона в ещё большее замешательство.

Со-вон нервничал. Он не мог отделаться от мысли, что Тхэ-во мог развернуть его, пришедшего к нему ночью, и сказать, что получит гидирование от машины. Если это случится, ему не останется ничего иного, кроме как вернуться в свою комнату и снова страдать от ночных кошмаров. Со-вон, заметно помрачнев, взглянул на оборудование, прикрепленное к телу Тхэ-во.

Только тогда Тхэ-во осознал, что сейчас получает гидирование от аппарата. Когда дверь открылась, он забыл об этом, почувствовав гидирование от Со-вона, которое было несравнимо лучше машинного. Тхэ-во быстро сгреб многочисленные провода, прикреплённые к его телу, и одним махом убрал их.

«Да, пожалуйста.»

«Ох, не вставайте!»

Когда Тхэ-во попытался подняться, Со-вон охнул и быстро остановил его. Он не мог позволить, чтобы Тхэ-во куда-то шел, после того как сам пришёл посреди ночи и нарушил его покой.

«Кажется, вы отдыхали… Я проведу гидирование на кровати.»

Со-вон шагнул в комнату. Здесь запах Тхэ-во ощущался сильнее, чем где-либо еще. Уже это одно заставило Со-вона успокоиться. Даже не начав гидирование, он уже чувствовал сонливость.

Кровать Тхэ-во была очень большой. Со-вон не обращал внимания, когда Тхэ-во лежал на ней один, но приблизившись к ней сейчас, ясно увидел, что она заметно отличалась размером от обычной. Однако вспомнив рост Тхэ-во, достигавший почти двух метров, он все понял и забрался на кровать. Матрас мягко просел, упруго поддерживая тело Со-вона. Прикосновение нежного постельного белье его коже наполнило сердце мягкостью и уютом.

Со-вон погладил роскошное постельное бельё, но, почувствовав взгляд Тхэ-во, отдёрнул руку. Делая вид, что устраивается, он оглядел комнату.

Перед ним была большая комната. Впервые оказавшись здесь, он с любопытством осмотрелся, но глазу не за что было зацепиться. Просторное помещение почти пустовало. Только большая кровать да аппарат для гидирования. Были ещё две двери, видимо, гардеробная и ванная комната, но что внутри, было не видно.

В целом комната Тхэ-во казалась скорее пустой, чем просто чистой. Со-вон быстро потерял интерес и прислонился к изголовью кровати. Глядя на голые стены, можно было представить, какими аскетичными могут быть гардеробная и ванная. Так было не только здесь. За исключением спальни Со-вона, которую он успел привести в беспорядок, весь дом выглядел одинаково. Пусто и безжизненно, как будто здесь никто не жил.

Закончив оглядывать комнату, Со-вон повернулся, чтобы начать гидирование. Лицо Тхэ-во всё ещё было скрыто в тени, но Со-вон чувствовал на себе его взгляд.

«Хм… тогда я начну.»

Смутившись от того, что слишком откровенно его разглядывал, Со-вон первым протянул руку. Для Тхэ-во это была маленькая белая ладонь, которая выглядела до боли хрупкой. Тхэ-во помедлил. Он молча смотрел на нее, прежде чем медленно просунул свою руку под его ладонь. Это было бесконечно осторожное движение.

Теперь она была отчётливо видна. В отличие от белой и чистой руки Со-вона, мощная рука Тхэ-во была покрыта бесчисленными венами, что выглядело не просто пугающе, но и отталкивающе. Тёмные выступающие кровеносные сосуды казались особенно заметными. Он подумал, не переодеться ли ему, чтобы прикрыть свои руки, но потом впомнил момент, как голова Со-вона коснулась его, когда они были в его личной комнате в Ассоциации. Припомнив о своём сожалении в тот день, Тхэ-во решил позволить себе немного эгоизма. Хотя бы сегодня. Один раз.

Их руки мягко соприкоснулись.

Привычные яростные волны моментально хлынули в тело Со-вона, словно пытаясь его поглотить. Хотя это причиняло боль, Со-вон взял себя в руки. Это были совсем не те слабые волны, как когда он умирал. Они были свирепыми, полными жизни. Это было именно то гидирование, которого Со-вон так отчаянно желал.

Со-вон наконец-то почувствовал умиротворение. По мере того, как напряжение рассеивалось, на него начала накатывать сонливость. Кошмары, мучившие его всего несколько мгновений назад, больше не занимали его мысли. Даже Тхэ-во, который сидел прямо рядом с ним, больше не казался страшным. То ли он его уже не боялся, то ли его сонный разум забыл о страхе, — Со-вон не знал. Но сейчас ему было просто спокойно.

Их руки, встретившиеся в воздухе, теперь лежали на кровати. Со-вон почувствовал тепло под своей ладонью, а затем украдкой взглянул на обнаженную руку Тхэ-во. Непривычное зрелище. Вместо чёрного рукава он видел кожу, полностью покрытую багровыми кровеносными сосудами. Это был впервые, когда он как следует рассмотрел руку, до этого всегда скрытую под одеждой.

Как и подобало эсперу формы физического усиления*, рука Тхэ-во была очень мускулистой. Похожая на массивную колонну, она больше вызывала любопытство, чем отвращение. Со-вону стало интересно, если до нее дотронуться, она будет ли она жесткой, или скорее упругой, как мышцы на его груди, которой он касался, пока проводил гидирование во время тестирования.

«Господин Тхэ-во, могу я потрогать ее?»

«Потрогать что?»

«Вашу руку…»

Задав вопрос, Со-вон смутился. Потрогать руку означало бы прикоснуться и к сосудам, покрывающим её. Он подумал, что Тхэ-во будет неприятно. Ведь именно из-за них его и прозвали «монстр». Люди говорили, что его внешность, с выступающими венами, ужасает.

* Эсперы делятся на классы и формы.

Классы означают уровень силы (или боевой мощи). Классы, это E, D, C, B, A, S, где Е самый слабый, а S (special) – самый сильный. В некоторый книгах есть и SS, но это уже за гранью разумного.

Формы ранжируются по способностям. Стихийные – управляют стихиями: огонь, вода, воздух, земля, молнии или электричество. Псионические – воздействуют на предметы силой мысли: телекинез, телепортация. Ментальные – могут воздействовать и контролировать сознание другого человека (или животного). Эсперы физического усиления – сверхсила, скорость, регенерация, выносливость. Другое название эсперов формы физического усиления – физики.

Список неполный. Я его привожу для того, чтобы у читателей, еще незнакомых миров гидов и эсперов, сложилась примерная картина.

Глава 15

Услышав просьбу, с которой к нему раньше никто никогда не обращался, Тхэ-во медлил с ответом. Он не был против прикосновения, но боялся, что, если Со-вон дотронется до его руки, неприятные ощущения могут напугать его и он будет бояться Тхэ-во ещё больше. Однако, увидев ожидание в глазах гида и заметив, как тот нервничал, не зная, какова будет реакция, его собственные тревоги рассеялись.

«Вы можете потрогать её.»

Хотя подобная просьба могла показаться бестактной, к счастью, Тхэ-во не счел это неприятным. Получив разрешение, Со-вон посмотрел на руку, сверху донизу покрытую выступающими венами. В прошлом из-за страха и отвращения он ни за что не осмелился бы это сделать, но сейчас он чувствовал, что сможет.

Со-вон поднял руку и осторожно прикоснулся к ней. Сосуды под плотной кожей были мягкими. До этого ему казалось, что они твёрдые, поэтому ощущение было неожиданным и захватывающим. Он не смог удержаться и погладил руку Тхэ-во ещё раз. Она была крепкой, но при этом бугристой и нежной.

«Вам не больно?»

Он давно хотел спросить об этом. Выступающие кровеносные сосуды выглядели как серьёзное заболевание и казались болезненными. Побочный эффект того, что он давно не получал гидирования. Через восемь лет эти сосуды, которые оплетут тело Тхэ-во полностью, не будут ли мучить его ещё сильнее?

«Сейчас всё хорошо.»

Сейчас. Со-вон притворился, что не услышал это короткое слово. Ему казалось, если он будет думать об этом снова и снова и поймет, что Тхэ-во страдал от боли всегда, мучительное чувство вины полностью поглотит его.

Со-вон не решился трогать его руку и дальше. Он накрыл кисть Тхэ-во своей ладонью, надавил и, не двигаясь, продолжал гидировать. Со-вон не хотел, чтобы тот понял, что его терзают угрызения совести.

*

Тхэ-во молча ощущал осторожное прикосновение Со-вона, пока он исследовал его руку. Тёплое ощущение разливалось вслед за движением тонких пальцев, оставляя лёгкую щекотку. Ему понравилось это незнакомое чувство. Однако, коснувшись его два раза, Со-вон убрал свою руку.

В полной тишине долгое время ничего не происходило. Почувствовав, как постепенно увеличивается тяжесть ладони, покоившейся на его руке, Тхэ-во посмотрел на него. Со-вон низко опустил голову.

«Господин Ли Со-вон?»

Тхэ-во осторожно позвал его. Но ответа не последовало.

«Вы спите?»

Хотя он не мог увидеть его лица из-за склонённой головы, судя по ровному дыханию и спокойному биению сердца, Тхэ-во понял, что он заснул. Голова Со-вона время от времени слабо кивала, поднимаясь и опускаясь вниз.

Должно быть, он устал из-за суеты в течение дня. Со-вон закрыл глаза и задремал, время от времени покачивая головой. Пока он кивал, было немного жаль, что его маленькая голова так и не коснулась руки Тхэ-во. Мягкие волосы трепетали вслед за движением, дразня Тхэ-во.

Он потянулся было уложить Со-вона, который спал сидя, чтобы ему было удобнее, но быстро отдёрнул руку. Он боялся, что из-за своей проблемы с контролем силы может причинить ему боль. Тхэ-во чувствовал, что, если он причинит ему хотя бы малейшую боль, из-за чувства вины больше никогда в жизни не сможет поднять голову. Была мысль разбудить Со-вона, но потом он решил оставить, как есть. Вместо этого он спокойно закрыл глаза, сидя рядом с ним.

*

Тхэ-во уснул позже Со-вона и проснулся раньше. Сидя в той же позе, что и заснул, он открыл глаза и опустил голову, чтобы понять, что это лежало на его животе.  Со-вон, свернувшись рядом калачиком и прижавшись к нему, обнимал его за талию. Гидирование исправно продолжалось в том месте, где тот к нему прикасался.

Почему-то, в отличие от обычного состояния, его тело ощущалось таким лёгким, словно могло взлететь. Глядя на Со-вона, который спал так крепко, что не заметил бы, даже если бы его унесли, Тхэ-во почувствовал желание снова уснуть рядом с ним.

В лучах солнца кожа Со-вона казалась сияющей и прозрачной. Его мягко прикрытые веки подрагивали, словно жалуясь на яркий свет. Щёки, раскрасневшиеся со сна, отливали розовым. Его пухлые, приоткрытые губы были ещё краснее.

«Ммм…»

Когда Тхэ-во осторожно высвободился и поднялся с кровати. Со-вон, потеряв его, издал тихий стон. Он заворочался, словно собирался проснуться, но затем снова крепко заснул, тихо посапывая. Убедившись в этом, Тхэ-во накрыл его одеялом, которое тот сбросил во сне.

Он вспомнил, как Со-вон выглядел, когда вчера зашел к нему в комнату. Тот помедлил немного перед дверью, а когда вошёл, его лицо было бледным. И хотя Со-вон мог бы держаться в стороне, раз ему было страшно, он всё же пришёл к Тхэ-во, слегка дрожа, чтобы провести гидирование.

Тихо, чтобы не разбудить его, Тхэ-во покинул комнату. Он планировал не возвращаться сюда какое-то время. Со-вону нужно было освоиться. Хотя тестирование их совместимости было проведено по запросу и желанию Со-вона, казалось, что он всё ещё чувствовал растерянность от того, что стал его гидом. Пусть добросердечный Со-вон этого и не показывал, но, возможно, он сожалел об их совместимости, найдя Тхэ-во более пугающим, чем думал до этого.

На какое-то время Со-вону нужно было побыть одному, чтобы привыкнуть к этому дому. А для этого монстроподобному Тхэ-во лучше удалиться. Тхэ-во считал, что только в случае, если его не будет видно, Со-вон сможет по-настоящему расслабиться.

Завтра он должен отправиться в Ворота. Хотя с момента последнего вхождения прошло мало времени, вчера он получил срочный вызов из диспетчерской. Время отдыха было короче обычного. Тхэ-во догадывался о причине. Сейчас, когда у него был гид, руководство хотело выжать из него побольше.

Выйдя из дома, Тхэ-во прислушался к своему самочувствию. Тело не ломило, как это было обычно, и он чувствовал лёгкость. И всё это благодаря тому, что Со-вон обнимал его всю ночь. Возможно, начальство было право. Ему казалось, что в таком состоянии он будет в порядке даже после завтрашнего вхождения в Ворота.

*

Солнце было высоко в небе.

Солнечные лучи, медленно двигаясь, наконец достигли глаз Со-вона. Яркий свет, проникающий сквозь окно, стал мучительным и заставил его проснуться. Веки Со-вона дрогнули несколько раз, словно не желая размыкаться, но в конце концов он медленно их открыл. Его ясные карие глаза были полны сонливости.

Впервые за долгое время он хорошо поспал, без кошмаров. Хотя Со-вон проснулся только к полудню, его тело было лёгким без всякой скованности. Едва приоткрыв глаза, он наслаждался сладкой утренней дремотой, нежась на белоснежном постельном белье. Но тут он внезапно осознал, что одеяло, пахнущее Тхэ-во, нежнее и мягче его собственного. Запоздало вспомнив прошлую ночь, Со-вон резко сел.

Он старался не спать, но, похоже, всё равно уснул. Со-вон поспешно осмотрелся, но Тхэ-во нигде не было. Убедившись, что в комнате его нет, он заметил аккуратно убранное место рядом с собой. Постель была холодной, без малейшего следа тепла, словно Тхэ-во ушёл уже давно. Почувствовав необъяснимую опустошённость, он снова откинулся на кровать.

Со-вон заснул, пока гидировал Тхэ-во в его личной комнате в Ассоциации, а теперь и у него дома. А ведь он обещал, что будет гидировать как полагается. Если Тхэ-во подумает, что он никудышный гид, ему нечем будет оправдаться.

«Господин Тхэ-во?»

Со-вон вышел из комнаты и позвал его. Когда никто не ответил, он позвал громче, но Тхэ-во не отозвался. Со-вон выглянул в коридор и, склонившись над перилами, оглядел первый этаж. Там тоже было пусто. Со-вон обошёл дом, заглядывая в каждый угол, но нигде не нашёл и следа присутствия Тхэ-во. Лишь тогда он проверил время: было уже за полдень.

«Ах…»

Со-вон тихо вздохнул. В это время Тхэ-во обычно не бывало дома. Даже когда он возвращался после долгого отсутствия, на следующий день он уходил на рассвете. Поэтому в дни, когда Тхэ-во возвращался, Со-вон ложился спать рано, а вставал поздно. Раньше он искренне радовался, проснувшись и не застав Тхэ-во дома. Но сейчас не мог понять, почему чувствует такое разочарование.

Когда Со-вон прекратил свои суетливые поиски, пустой дом стал ещё тише. Он вернулся в свою комнату. Тишина была гнетущей. Из-за идеальной звукоизоляции даже ветра за стенами не было слышно. Со-вон остался совсем один посреди царившего в комнате беспорядка.

После нескольких шумных дней у родителей дом Тхэ-во, где он прожил восемь лет, казался чужим. Внезапно он почувствовал щемящее одиночество. Он не хотел быть один. Раз Тхэ-во всё равно не было дома, может, стоит немного прогуляться? Пока он раздумывал, куда бы пойти, он осознал, что раз он вернулся в прошлое, его машины тоже нет.

Со-вон тяжко вздохнул. Это был отдаленный район: такси сюда приезжало редко, даже по вызову, а до остановки нужно было идти пешком минут пятнадцать. Автобусы ходили с такими огромными интервалами, что с трудом верилось, что это всё ещё Сеул. И хотя он примерно знал расписание, ему совершенно не хотелось тащиться пятнадцать минут по такой жаре.

В конце концов Со-вон отказался от мысли о прогулке и продолжил разбирать коробки с вещами, которые не закончил вчера. Ожидая возвращения Тхэ-во, он решил, что извинится за то, что уснул вчера, и твёрдо пообещал себе на этот раз провести гидирование как следует.

Однако Тхэ-во так и не вернулся.

Тхэ-во не появлялся дома уже три дня.

Разбор вещей, которому, казалось, не будет конца, уже давно завершился. Дни Со-вона тянулись однообразно и рутинно. Он ел блюда, которые кто-то готовил по расписанию, подолгу сидел, глядя во двор, чтобы унять скуку, а после заката набирал воду в ванну и отдыхал.

Со-вон, праздно валявшийся на диване в гостиной, начал судорожно искать телефон, когда он зазвонил. На экране высветилось имя, и он испытал горькое разочарование оттого, что это был не Тхэ-во. За восемь лет он ни разу не получал от него звонков и сейчас почувствовал себя жалким от осознания, что всё равно его ждал.

— Да… мам…

— Что у тебя с голосом? Со-вон, что-то случилось?

— Нет, просто приснился кошмар.

Со-вона всё ещё мучили страшные сны. Только однажды он спал спокойно, это было в первую ночь в доме Тхэ-во, когда он уснул рядом с ним. После его исчезновения кошмары вновь стали преследовать Со-вона. Он неизменно трясся от страха с наступлением ночи. Каждый раз, стоило ему закрыть глаза, перед ним вставали картины умирающего Тхэ-во. Долгими ночами, свернувшись калачиком под одеялом, он дрожал в одиночестве.

— Ты уверен, что ничего не случилось? Почему ты не звонишь? Ты заставляешь меня волноваться.

— Уверяю тебя, ничего не случилось. В любом случае Тхэ-во редко бывает дома.

Со-вон ответил с горькой усмешкой, глядя на пустой дом. Восемь лет назад Тхэ-во тоже нечасто возвращался. Со-вон думал, что так будет и сейчас, но, когда он так же, как и тогда, не вернулся и даже не позвонил ему, на душе было тяжело. В голову невольно закрадывалась мысль: не бойся он Тхэ-во так сильно, тот, возможно, вернулся бы немного раньше.

Он задумался о своих действиях. Несмотря на возвращение в прошлое, всё было точно так же, как и восемь лет назад. Он похвалил себя за то, что не дрожал при виде Тхэ-во, что поприветствовал его и потом сам пошел искать его. Но каждый раз Со-вон боялся его. Что должен был подумать Тхэ-во, глядя на своего гида, который трясется от одного его вида? Со-вон очень старался не воспринимать его как монстра, но в глазах Тхэ-во он, скорее всего, выглядел, как и все остальные. Как человек, который видит в нём чудовище.

Неудивительно, что он не возвращался. Когда его голос помрачнел, мама в тревоге спросила:

— Может, просто вернешься домой? Разве нельзя просто делать вид, что ты живёшь там?

— Нет, мам. Честно, всё хорошо.

— Эх… ладно. Ну хотя бы позвони папе. Обязательно дай нам знать, если что-то случится.

Со-вон выслушал обеспокоенные ворчания и наставления и повесил трубку. А затем вновь рухнул на диван.

Со-вон выглядел измождённым из-за того, что сегодня ему снова приснился страшный сон. Сейчас даже тихий дом казался пугающим, поэтому телевизор был включён, чтобы наполнить тишину звуками человеческих голосов. Несколько часов назад он, казалось, включил какую-то шумную передачу, но экран переключился на новости. За столом сидел опрятный диктор. Со-вон хотел было переключить канал на что-то более оживлённое, но, прислушавшись к спокойному, ровному голосу ведущего, решил, что это не так уж и плохо, и оставил всё как есть.

Со-вон лежал на диване, глядя в высокий потолок. Он не спал несколько дней, и его сознание было затуманено. Будь сейчас ночь, он бы дрожал от страха, даже со спутанным сознанием, но при свете дня он просто чувствовал сонливость и заторможенность. Однако даже если бы он уснул сейчас, ему бы всё равно привиделся кошмар. Поэтому он не мог позволить себе беспечно провалиться в сон. Его страшила мысль о приближающейся ночи.

‘Вчера… Кан Тхэ-во…’

Со-вон пропускал голос диктора мимо ушей, словно белый шум, но вдруг уловил имя Тхэ-во.

— Тхэ-во?

Со-вон резко сел. Внезапно кровь прилила к голове, и он почувствовал головокружение. Зажмурившись, Со-вон пошатнулся. Когда перед глазами прояснилось, он в спешке вновь уставился в телевизор.

Но к тому времени, когда он взглянул на экран, было уже поздно. Новости, в которых вскользь упомянули о Тхэ-во, уже перешли к другой теме. Со-вон быстро нашёл свой телефон. Стоило ему вбить в поиск имя Тхэ-во, как перед ним появились десятки новых статей.

Со-вон попытался найти хоть одну публикацию без эпитета «монстр», но, увидев, что это слово есть абсолютно везде, просто кликнул на первую попавшуюся ссылку. В тексте говорилось, что Тхэ-во зачистил Ворота В-класса, открывшиеся в Канвон-до. По всей вероятности, пока Со-вон мучился от ночных кошмаров из-за того, что Тхэ-во не было дома, тот отправился в Ворота.

На душе у него стало на удивление паршиво. Вообще-то, когда эсперы шли в Ворота, было принято предупреждать своих гидов о рейде. Отчасти это было связано с обязательным требованием к гидам дежурить возле входа, в зависимости от класса Ворот, в которые направляли эспера. Но даже если этого не требовалось, гида могли экстренно вызвать, если эсперу вдруг понадобится гидирование. Конечно, в прошлом Тхэ-во никогда не сообщал Со-вону о своих рейдах. Но сейчас Со-вон всё равно чувствовал обиду, хоть и понимал, что обижаться не на что.

После этого Со-вон прочитал ещё несколько статей, но не нашёл никакой полезной информации. Везде было одно и то же: Монстр Кан Тхэ-во зачистил Ворота В-класса в Канвон-до и вернулся прошлой ночью. Ни в одной из статей не было ни слова о его состоянии после выхода из Ворот.

Со-вон перебрал в памяти старые воспоминания. Ему вспомнился единственный случай, когда Тхэ-во был ранен: день его смерти, когда он вернулся из Ворот в Инчхоне. Со-вон был уверен, что сегодня Тхэ-во тоже вернулся невредимым. Однако даже в этом случае после использования своих способностей он нуждался в гидировании. Со-вон тихо сидел и тревога начала терзать его.

Судя по тому, что из Ассоциации Эсперов не звонили, состояние Тхэ-во не было серьёзным. Если он будет ждать, как сейчас, молчаливый Тхэ-во рано или поздно вернётся домой. Тем не менее, для Со-вона это был первый рейд Тхэ-во с тех пор, как он вернулся из будущего, где видел его смерть восемь лет спустя. Хотя он знал, что тот сегодня не умрёт, он ничего не мог поделать со своим волнением.

Поджав ноги, Со-вон посидел немного в раздумье. В конце концов, он решил позвонить ему и спросить, не нуждается ли он в гидировании. Он собрался с духом и попытался позвонить. После долгих гудков включилась голосовая почта. С мрачным выражением лица он опустил глаза.

«Я видел в новостях, что вы были в Воротах. Пожалуйста, свяжитесь со мной, если вам нужно гидирование.»

Со-вон несколько раз переписал своё сообщение, точь-в-точь как навязчивый бывший, прежде чем отправить его. После этого он долгое время неподвижно смотрел на экран смартфона. Телефон молчал. Несмотря на долгое ожидание, Тхэ-во так и не ответил. Лишь когда яркое солнце сменилось луной, льющей свой слабый свет, Со-вон наконец отложил телефон.

Он не отвечал, потому что не нуждался в гидировании, или намеренно игнорировал сообщение? Разные мысли лезли в голову. Аппетита не было, поэтому он пропустил ужин. Его руки дрожали при одной лишь мысли, что ему придется провести ещё одну бессонную ночь, полную кошмаров.

В конце концов, Со-вон решил сам разыскать Тхэ-во. Просто сидеть и ждать звонка, который может так и не поступить — верный способ обречь себя на ещё одну мучительную ночь. Тхэ-во может и не обрадуется ему, но Со-вон не думал, что тот прогонит его, если он придёт в Ассоциацию, чтобы провести гидирование. Со-вон поднялся с дивана.

Он быстро собрался и глянул на часы. Несмотря на то, что было не очень поздно, из-за ужасного расписания последний автобус уже ушёл. Со-вон открыл приложение такси. Приложение восьмилетней давности выглядело неудобным, но вполне годилось для использования. Повозившись некоторое время со смартфоном, он с трудом поймал машину, и его лицо просияло.

Стоило ему выйти из дома, как к нему подъехал автомобиль. В отличие от царящих на улице жары и влажности, внутри такси было прохладно. Поездка не обещала быть комфортной, но, поскольку своей машины у него сейчас не было, приходилось терпеть.

— В штаб-квартиру Ассоциации Эсперов, пожалуйста.

Со-вон был уверен, что Тхэ-во находится там. Неважно, вернулся он из Ворот или нет, если Тхэ-во не было дома, он всегда оставался в своей комнате в Ассоциации. Даже в последнее время, когда он перестал ночевать дома перед отправкой в Ворота, он находился именно там. Сегодняшний день не должен был стать исключением.

Пейзаж за окном быстро менялся. По мере приближения к Ассоциации Эсперов вокруг становилось всё более оживлённо. Даже на широкой дороге, которая до этого была совершенно пустой, стали попадаться другие автомобили. После стольких дней изоляции вид людей, идущих по улицам, помог чувству одиночества немного отступить. Вместе с ним исчез и страх. Но затем Со-вон погрузился в новые тревожные мысли.

«Может, я приехал зря?»

Вряд ли Тхэ-во обрадуется Со-вону, который боялся его так же, как и все остальные. Если он внезапно заявится к нему, предлагая гидирование, это может даже расстроить его. А если Тхэ-во из-за этого нахмурится, Со-вон вновь напугается до дрожи в ногах. И тогда, само собой, мнение о Со-воне испортится ещё сильнее.

Со-вон начал жалеть о своём опрометчивом решении приехать. Он боялся, что Тхэ-во, уединившийся в своей комнате, будет совсем не рад его появлению.

Глава 17

В конце концов, разве не стоило хотя бы спросить перед тем, как выехать? Может, попросить водителя развернуться прямо сейчас? Пока в его голове путались эти мысли, он уже почти подъехал к Ассоциации. Поездка на такси заняла немало времени, но для Со-вона она пролетела как одно мгновение. В итоге он так и застыл перед зданием, не приняв какого-либо решения.

Со-вон поднял взгляд на огромное здание Ассоциации Эсперов. Большинство окон были тёмными, но кое-где, словно ёлочные украшения, горели огни — видимо, кто-то работал сверхурочно. Со-вон медленно пересчитал этажи. Первый, второй... десятый. Он был погружён в кромешную тьму, света нигде не было. Со-вон пересчитал их снова. И опять, десятый этаж, где находилась личная комната Тхэ-во, был тёмен, как ночное небо.

Может, всё-таки стоит вернуться? Раз свет в окне не горит, Тхэ-во может там и не быть. Или же он, вымотанный после возвращения из Ворот, уже спит. Однако, вопреки мыслям, ноги сами понесли его в Ассоциацию. Ему ничего не оставалось, кроме как подчиниться собственному телу.

Внутри штаб-квартиры было тихо и пустынно. Лишь несколько человек ждали у информационной стойки. И всё же здесь было не так безмолвно, как в доме Тхэ-во. По крайней мере тут были люди и звуки жизни. Со-вон пересёк пустующий холл, направляясь к личной комнате Тхэ-во. Он был рад, что запомнил её расположение с прошлого раза.

Дойдя до двери, он резко остановился. Со-вон проделал весь этот путь, но теперь, когда цель была достигнута, в голове стало пусто. Он совершенно не представлял, что сказать в первую очередь, когда увидит Тхэ-во. Со-вон подготовил несколько фраз. Вначале он извинится за то, что пришёл без предупреждения. Затем объяснит: он подумал, что тому нужно гидирование… Нет, ни одна из них не выглядела убедительно.

Со-вон решил постучать, не имея никакого плана. Тхэ-во мог и не выйти, но, если он всё же откроет, Со-вон верил, что его отчаявшийся мозг сможет выдавить из себя какое-нибудь сносное извинение. Сделав глубокий вдох, он поднял свою тонкую руку. Его кулак на мгновение замер в воздухе, а затем тихо постучал в дверь. В коридоре стояла такая тишина, что любой звук изнутри был бы слышен сразу.

Со-вон внимательно прислушался.

Снаружи доносился гул ветра. Судя по шуму тяжёлых капель, начался сильный дождь. Но из-за двери не доносилось ни единого звука.

Со-вон удручённо усмехнулся. Он приехал сюда поздно ночью лишь для того, чтобы уйти ни с чем. Более того, из-за разбушевавшегося ливня ему теперь придётся в жалком виде возвращаться домой под дождем. От одной только мысли, что он снова будет вынужден провести мрачную и промозглую ночь в одиночестве, дрожа от страха и слушая звуки дождя, Со-вон содрогнулся. Может, поехать сегодня к родителям? Он был благодарен судьбе за то, что у него есть куда пойти, помимо дома Тхэ-во.

Со-вон развернулся, собираясь уходить. Едва он сделал неуверенный шаг, как ему показалось, будто он уловил какой-то слабый звук. Со-вон замер и прислушался, но был слышен лишь шум дождя снаружи. Он склонил голову.

Тхэ-во внутри?

Возможно, просто послышалось. Со-вон постучал еще раз. Звук стука слился с шумом капель, барабанивших по окну, словно попадая в ритм дождя. Однако и на этот раз изнутри не донеслось ни звука.

Что же, разумеется. С горькой улыбкой Со-вон мысленно корил себя за то, что питал напрасные надежды. Затем он повернул дверную ручку. Это было сделано абсолютно неосознанно, но стоило ручке повернуться, как дверь поддалась. Со-вон, совершенно не ожидавший, что было не заперто, застыл в растерянности, глядя, как она бесшумно приоткрывается.

Насколько можно было судить сквозь образовавшуюся щель, внутри и впрямь было темно. Со-вону стало неловко, он почувствовал себя вором, пробравшимся в пустой дом. Сожалея, что открыл дверь без спроса, он мысленно извинился перед Тхэ-во.

Со-вон собирался тут же её закрыть. Однако звук, который он до этого счёл игрой воображения, раздался снова. Это было похоже на тяжёлое дыхание или полный боли стон, который теперь явственно доносился изнутри. Стоило Со-вону придвинуться чуть ближе к щели, как оттуда потянуло слабым запахом алкоголя.

«Тебе не стоит её открывать», — предупредил внутренний голос Со-вона.

Однако до руки эта команда дошла с небольшим опозданием. В итоге, как только его пальцы случайно коснулись двери, она медленно отворилась до конца, полностью открывая вид на то, что находилось внутри.

— Это…

Сложно было поверить, что это всё та же комната, которую он видел какое-то время назад.

Прямо под ногами Со-вона валялся разломанный диван. Тот самый, на котором он когда-то заснул, прислонившись к руке Тхэ-во. В углу в одной куче валялись опрокинутые стол и полка, а по полу в беспорядке были рассыпаны какие-то непонятные обломки. Даже на прочной бетонной стене виднелись глубокие вмятины, словно от ударов тяжёлым тупым предметом. В этом царящем хаосе сложно было найти хоть одно нетронутое место.

Взгляд Со-вона метнулся к кровати около окна. Что-то огромное и тёмное лежало на ней. И именно оттуда доносился звук, похожий на тяжёлый стон зверя или монстра.

— Господин Тхэ-во?.. — голос Со-вона дрогнул.

Со-вон с усилием заставил свои ватные ноги шагнуть внутрь. Осколки стекла, усыпавшие пол, издавали резкий хруст, когда он наступал на них. Пройдя немного вглубь, он почувствовал, как резкий запах алкоголя ударил ему в нос. Со-вон нахмурился и прикрыл рот и нос рукой. Отвлечённый им, он не заметил, как потянувший откуда-то сквозняк бесшумно прикрыл за ним дверь.

Она закрылась, не издав ни звука. Когда лившийся снаружи свет исчез, стало так темно, словно на глаза опустилась черная повязка. Испугавшись внезапно наступившей темноты, Со-вон резко обернулся, но не смог ничего разглядеть.

Ему вдруг стало по-настоящему страшно. Даже тихий стук дождевых капель, бьющих в окно, пугал его. Со-вон съёживался всё сильнее, стоя на одном месте и дрожа. Но плотно закрытая дверь так и не открылась.

Со временем его глаза постепенно привыкли к темноте. Хоть Со-вона всё ещё била мелкая дрожь, он начал смутно различать предметы вокруг себя. Нервно оглядываясь по сторонам, будто боясь что-то упустить из виду, он заметил выключатель около двери и потянулся к нему. Однако, будучи неуверенным, сможет ли он удержаться и не сбежать, если увидит комнату при освещении, он замешкался и в итоге опустил руку.

Со-вон затаил дыхание и сделал еще один шаг вперед. По мере приближения к стоявшей в глубине комнаты кровати, очертания гидирующих аппаратов и лежащего на постели человека становились всё более чёткими. Тёмной фигурой, которая казалась огромной, оказался Тхэ-во, с головы до ног опутанный проводами.

Тхэ-во был почти обнажённым, но гидирующие аппараты так плотно покрывали его тело, что он вовсе не казался раздетым. Подойдя к нему ещё немного ближе, Со-вон почувствовал, как сквозь резкий запах алкоголя пробивается что-то ещё. Пахло кровью… или чем-то другим, до тошноты мерзким.

Вновь раздался странный звук. То, что Со-вон слышал до этого, исходило из горла Тхэ-во. Его дыхание было тяжёлым, словно он испытывал сильную боль. Прерывистые хрипы, как у зверя, не прекращались. Даже Со-вон физически ощущал огромную боль, скрытую в них. Эти звуки пугали его, и в то же время он безумно волновался за Тхэ-во.

«Он ранен?..»

Его сердце болезненно сжалось, когда в памяти всплыл образ Тхэ-во, истекающего кровью. Со-вон поспешно принялся осматривать его.

Из-за гидирующих машин, прикреплённых по всему телу, было сложно увидеть раны. В темноте, сгорая от беспокойства, Со-вон тщательно обследовал его, как вдруг заметил кое-что странное. Кожа Тхэ-во была темнее обычного. Она как будто почернела, словно её вымазали углём. То ли из-за окружающей темноты, то ли из-за чёрных проводов, окутавших тело Тхэ-во.

Вскоре Со-вон понял, что это.

Грянул гром, и дождь усилился. Сердце Со-вона бешено заколотилось, а тело оцепенело. Шум проливного дождя наводил страх. Когда капли громко забарабанили по стеклу, тревога Со-вона возросла, и он плотно сжал губы. Резкий ветер протяжно завывал, издавая жуткие звуки.

В темноте что-то шевелилось. Но двигался не Тхэ-во. Он просто неподвижно лежал на кровати, издавая болезненные стоны. Однако, как ни странно, казалось, будто его тело извивается само по себе. Со-вон знал, что это такое.

Это были его кровеносные сосуды.

Со-вон почувствовал, как кровь стынет у него в жилах. Столкнувшись с этой ужасающей сценой воочию, он содрогнулся от шока, но в то же время был совершенно сбит с толку. За прошедшие восемь лет он, которого насильно притаскивали в Ассоциацию Эсперов всякий раз, когда Тхэ-во становилось плохо, ни разу не видел его в таком состоянии. Даже если раньше из-за паники он ничего не замечал вокруг, настолько тяжёлое состояние эспера он заметил бы сразу.

Веки Тхэ-во дёрнулись и задрожали.

— Ли Со-вон?..

Тхэ-во, потерявший сознание от невыносимой боли, внезапно понял, что боль ушла, и очнулся от забытья. Пытка, терзавшая его тело, отступила. Вместо неё он ощутил тёплую энергию. Невероятно знакомое ощущение. Хоть это и было невозможно, но казалось, будто Со-вон находится где-то рядом.

Но этого просто не могло быть.

Когда он мучительно приоткрыл глаза, то увидел залитое слезами лицо Со-вона. В его взгляде читалась такая боль и сострадание, каких Тхэ-во не видел ни разу в жизни.

Кто-то плакал о нём.

И это маленькое лицо несомненно принадлежало его гиду. Тхэ-во подумал, что это иллюзия. Всего лишь галлюцинация его измученного тела, требующего гида. Но она казалась слишком реальной.

Глава 18

Голос Тхэ-во звучал болезненно хрипло. Когда Со-вон услышал, как тот произносит его имя, из глаз брызнули слёзы. Ноги подкосились, и он устоял лишь чудом, вцепившись в край кровати. А затем, словно прорвало невидимую плотину, слёзы хлынули безостановочным потоком.

Со-вон зарыдал.

— Прости меня… пожалуйста, прости меня…

Со-вон вновь с ужасом осознал, как чудовищно он обходился с Тхэ-во все восемь прошедших лет. Он медленно огляделся по сторонам. Рядом с Тхэ-во, чьё тело всё ещё хранило следы мучительных судорог, стояли три гидирующих аппарата, а по полу были разбросаны осколки бутылок из-под соджу. Всё это время Тхэ-во   терпел эту пытку в одиночестве, полагаясь лишь на эти жалкие средства, и никого не было рядом. С самого начала и до сегодняшнего дня. И так продолжалось бы и дальше. Восемь лет этого кошмара.

— Тхэ-во… прости меня…

Он всхлипывал, заходился рыданиями и снова всхлипывал. Чем больше он смотрел на разгромленную комнату, чем яснее видел, в каком жалком состоянии находился Тхэ-во, тем безжалостнее чувство вины сжимало его сердце тисками. От этой щемящей боли, судорожного дыхания и всепоглощающего раскаяния ему просто не хватало воздуха.

Со-вон хотел спросить Тхэ-во, больно ли ему где-нибудь. Хотел узнать, мучают ли его эти пугающе вздувшиеся кровеносные сосуды, не зияет ли рана у него в животе. Но непослушные губы, кривящиеся от плача, могли выдавить лишь нечленораздельные звуки. И тем не менее Со-вон упрямо продолжал задавать вопросы. И без конца просил прощения.

— Это моя вина… это всё моя вина… Всё из-за меня, Тхэ-во…

Он хотел выкрикнуть это. Сказать: «Это я тебя убил! Из-за того, что я не гидировал тебя, ты умер в таких мучениях!» Со-вон хотел полностью исповедаться в своих грехах и молить о прощении Тхэ-во, который лежал сейчас перед ним и даже не подозревал о своей собственной трагической гибели.

Но он не смог произнести ни слова. Трусливому Со-вону не хватило смелости даже на это.

Подобно бесконечному ливню за окном, его слёзы лились непрестанно, тяжёлыми каплями разбиваясь о пол. Взгляд Со-вона упал на безвольно лежащую руку Тхэ-во. Стоило ему прикоснуться к этой большой, сильной ладони, как в памяти всплыло прикосновение к ней в момент смерти эспера. В отличие от того раза, она не была жёсткой и закоченевшей. Однако это живое тепло, ощутимое на кончиках пальцев, заставило сердце Со-вона ещё сильнее сжаться от тоски.

Волны Тхэ-во хлынули через их соприкоснувшиеся руки. Эта яростная энергия жестоко хлестала Со-вона, словно зная о его вине. Сегодня волны Тхэ-во были самыми мощными за всё время их гидирования. Настолько мощными, что, столкнись с ним прежний, наивный Со-вон, он бы точно сбежал в ужасе.

Должно быть, именно в этом крылась причина. Причина, по которой Со-вон никогда не видел Тхэ-во в таком состоянии. Тот намеренно скрывал это, боясь, что, увидев его таким, Со-вон испугается ещё сильнее. Поэтому он молча сносил невыносимую пытку в самые тяжёлые моменты и звал своего гида только тогда, когда ему становилось хоть чуточку легче. А Со-вон, не зная ничего из этого, с отвращением отталкивал его, называя монстром.

— Прости меня, Тхэ-во… Прости меня…

Он молил о прощении того Тхэ-во, чья жизнь уже оборвалась.

В груди всё горело. Казалось, все ринувшиеся в его тело волны скапливались прямо у него в сердце. Боль была такой обжигающей, что Со-вон зашелся новыми, ещё более горькими рыданиями.

— Как вы здесь оказались?

Только увидев плачущего навзрыд Со-вона, Тхэ-во окончательно поверил, что перед ним не иллюзия, его гид действительно здесь. Он поспешно сел. От этого порывистого движения один из слабо державшихся гидирующих аппаратов сорвался с его тела. Падая, он потянул за собой следующий. Переплетённые между собой провода машин начали отваливаться один за другим.

Аппараты, служившие Тхэ-во хоть каким-то прикрытием, отвалились. Теперь его ужасающее состояние предстало перед взором. Тело распухло от расширившихся кровеносных сосудов, вены жутко извивались, а кожа была мокрой от пота после долгих мучений. Оглядев себя, выставленного напоказ в полумраке комнаты, Тхэ-во не мог скрыть смущения.

Словно желая укрыть его, Со-вон отчаянно обвил Тхэ-во обеими руками. Тело Тхэ-во полностью заполнило его объятья. Со-вон необычайно чётко ощущал эту грубую кожу, эти уплотнившиеся и затвердевшие кровеносные сосуды. От Тхэ-во исходил такой жар, что можно было обжечься. Но чем невыносимее становился этот жар, тем сильнее Со-вон вжимался в него. Он почувствовал, как Тхэ-во буквально окаменел под его руками.

— Господин Ли Со-вон, это опасно, — предупредил Тхэ-во.

Тёплая энергия, наполнявшая его тело, грозила разрушить те жалкие остатки самоконтроля, за которые он едва держался. Ещё мгновение, и он мог сорваться. Даже понимая всю неправильность своих мыслей, Тхэ-во до одури хотел сжать Со-вона в объятиях, сплестись с ним так тесно, чтобы не осталось и миллиметра расстояния между ними, и навсегда запереть это воплощение доброты в своих руках.

— Это опасно… господин Ли Со-вон.

Пробормотал Тхэ-во, пряча лицо на груди своего гида. Его низкий, свирепый голос звучал так, будто скрёб по горлу изнутри, изо всех сил пытаясь сдержать себя. Со-вон почувствовал, как по коже побежали мурашки. Но он не отстранился. Вместо этого он прижал Тхэ-во к себе с ещё большей силой.

Тхэ-во протянул руки. Мощная сила подхватила Со-вона. Если мгновение назад он слабо стоял, обессиленно прижимаясь к эсперу, то сейчас эта мощь резко притянула его к себе. Почувствовав, что земля уходит из-под ног, Со-вон крепко зажмурился.

Он ожидал болезненного удара, но вместо этого ощутил лишь обжигающий жар, окутавший всё его тело. Со-вон осторожно приоткрыл глаза. Придя в себя, он обнаружил, что сидит у Тхэ-во на коленях. Но гид не успел даже осознать происходящее, как рука эспера закрыла ему обзор.

Его стиснули в объятиях с такой силой, будто собирались раздавить. Но ему не было больно. Тхэ-во глухо бормотал его имя. Низкий голос, звучавший прямо над ухом, казался таким же раскалённым, как и тело эспера. Тхэ-во окутал Со-вона собой, будто намереваясь поглотить его без остатка. Мышцы на руках, обнимающих гида, дрожали от невероятного напряжения.

Со-вон ничего не видел, утопая в объятиях Тхэ-во. Постепенно его сердце успокаивалось. Со-вон обнял его в ответ, зарываясь лицом в широкую грудь.

Это была долгая ночь.

*

«Как же жарко…»

Было действительно жарко.

Ощущение было таким, будто посреди лета его накрыли толстым одеялом. Со-вон ворочался, пытаясь вырваться из чего-то горячего, что полностью окутывало его. Но его тело не могло сдвинуться ни на дюйм. Он ещё пару раз попытался пошевелиться с большей силой, но почувствовал лишь скованность, словно его во что-то завернули.

Со-вону не оставалось ничего другого, кроме как открыть глаза. Первое, на что упал его заспанный взгляд — широкая грудь Тхэ-во. Вздрогнув, Со-вон резко вдохнул и опустил взгляд вдоль его тела. Тхэ-во крепко обнимал Со-вона за талию, пока тот лежал сверху прямо на нём.

«Точно, прошлая ночь…»

В памяти Со-вона всплыли события вчерашней ночи.

Он долго лил слезы в объятьях Тхэ-во. Боясь, что тот исчезнет, стоит лишь разжать обнимающие его руки, Со-вон крепко вцепился в него и не отпускал. Даже когда его рыдания немного утихли, он ещё какое-то время продолжал прижиматься к Тхэ-во.

В какой-то момент, почувствовав, как чужое тело отяжелело, Со-вон поднял взгляд и увидел, что Тхэ-во закрыл глаза. Он уснул, всё так же сжимая Со-вона в объятиях, и сколько бы гид ни пытался его разбудить, тот не приходил в себя. Со-вону кое-как удалось уложить Тхэ-во на кровать, однако тот намертво вцепился в него и не отпускал.

Со-вон ёрзал и ворочался долгое время, прежде чем наконец-то заснуть в неудобной позе, слушая дыхание Тхэ-во. Обнаружив поутру, что за ночь ничего не изменилось, он обречённо прикрыл глаза. Похоже, Тхэ-во так и продержал его в плену своих рук всю ночь напролёт.

Так или иначе, ему было ужасно жарко.

Проснувшись окончательно, Со-вон почувствовал сильный дискомфорт во всём теле, которое затекло от неподвижности. Он начал усердно ёрзать, пытаясь выскользнуть из объятий Тхэ-во. Однако крепкие руки эспера и не думали разжиматься, словно приклеились к талии Со-вона.

Со-вон какое-то время пыхтел, безуспешно сражаясь с объятьями Тхэ-во, пока наконец не решил его разбудить.

— Тхэ-во… Тхэ-во…

Голос прозвучал хрипло и сдавленно. Со-вон мягко покачал Тхэ-во. Веки эспера дрогнули, затрепетали, и он медленно открыл глаза. За окном по-прежнему было мрачно и шёл дождь. В комнате царил полумрак, но света вполне хватало, чтобы чётко разглядеть лицо Тхэ-во.

Вздувшиеся накануне вены снова приняли свой обычный вид. Кажется, тот факт, что их тела были прижаты друг к другу всю ночь, дал свой эффект: цвет лица Тхэ-во казался на удивление хорошим

— Со-вон…?

Сквозь сон он ощутил в своих руках нечто невероятно тёплое и мягкое. Ещё толком не проснувшись, Тхэ-во бессознательно прижал эту ношу к себе ещё крепче.

— Ох…

В то же время болезненный стон сорвался с губ Со-вона. Мгновенно придя в себя, Тхэ-во торопливо разжал руки, обхватывавшие талию гида.

— Вы не пострадали?

Тхэ-во лихорадочно осмотрел Со-вона. К счастью, он ему ничего не сломал. Эспер облегчённо выдохнул. Но уже в следующее мгновение его с головой накрыло чувство вины за то, что он причинил Со-вону боль.

— Простите меня. Думаю, на всякий случай вам стоит показаться врачу...

— Нет, я в порядке.

Со-вон помотал головой, потирая ноющую поясницу. Он уже было решил, что кости сломаны, но, к счастью, всё оказалось цело. Судя по тому, что он мог нормально шевелиться, ничего страшного не произошло.

Тхэ-во с помрачневшим лицом сел на кровати. Со-вон, увидев перед собой его мощную грудь, наконец смог оценить состояние эспера, которое вчера не успел рассмотреть подробно. В верхней части тела кровеносных сосудов проступало больше, чем где-либо ещё. Вены, становящиеся толще ближе к сердцу, были такими тёмными, что казались просто чёрными. Именно так выглядело лицо Тхэ-во восемь лет спустя. Лицо, из-за густой сетки сосудов ставшее чёрным, а не телесным.

Нынешнее состояние тела Тхэ-во сложно было назвать хорошим, но это было несравнимо лучше, чем вчера. Кровеносные сосуды, которые ещё недавно были толщиной с палец, сдулись до прежних размеров. Исчезла и жуткая пульсация под кожей. Тело просто вернулось к своему нормальному состоянию. И сейчас, после вчерашних ужасов, вид этих вен больше не вызывал у Со-вона отвращения. Наоборот, он чувствовал огромное облегчение.

Глава 19

— Первым делом… думаю, вам нужно принять душ.

Тхэ-во окинул взглядом фигуру Со-вона. Тот проследил за его глазами и посмотрел на себя. Его белая футболка была измазана чем-то странным. Пятна казались чёрными, но с зеленоватым отливом, и, возможно, с примесью красного. Пострадала не только одежда: грязные следы виднелись тут и там на его руках и ногах.

— Что это? — Со-вон озадаченно склонил голову.

— Кровь монстра.

Эти слова заставили Со-вона побледнеть. А ведь если подумать, тело Тхэ-во тоже было сплошь покрыто этой липкой субстанцией. Вчера в темноте гид принял её за испарину, но, судя по всему, он жестоко ошибся. Осознав, чем именно так пахло накануне, Со-вон почувствовал тошноту. Ощутив себя омерзительно грязным, он захотел сию же секунду забраться в душ.

— Она токсична, поэтому может быть опасна. Пожалуйста, помойтесь вон там, в ванной.

Тхэ-во указал на дверь ванной комнаты. Со-вон понимающе кивнул.

— Я пока подготовлю вам сменную одежду.

— Эм… А как же вы, господин Тхэ-во?

Со-вон внимательно посмотрел на эспера. В отличие от него самого, Тхэ-во был с ног до головы перепачкан кровью убитых тварей. Судя по их виду, первым в душ нужно было отправляться именно Тхэ-во, а не Со-вону.

— Со мной всё нормально. Идите первым.

Со-вон обеспокоенно оглядел его, но нехотя кивнул. Едва собравшись слезть с кровати, он увидел усеявшие пол осколки стекла и начал искать взглядом свою обувь. Вчера он совершенно точно забирался в постель прямо в ней. Но, видимо, во сне он разулся и куда-то её закинул, потому что сейчас на нём были только белые носочки.

Оглядываясь по сторонам, Со-вон наконец обратил внимание на состояние комнаты, которого вчера толком не разглядел. При дневном свете её вид был весьма плачевен. Мебель была разбросана, а пол и стены испещряли вмятины и трещины. Вокруг кровати валялись разбитые бутылки соджу и… Со-вон подумал, как же хорошо, что вчера он так и не включил свет.

Тхэ-во совершенно спокойно расхаживал по комнате босиком. Даже когда он наступал на осколки стекла, по нему не было видно, что ему больно. У Со-вона просто вылетело из головы, что перед ним эспер физического усиления. И хотя в тот роковой день Тхэ-во погиб из-за ранения в живот, вообще-то он славился абсолютно непробиваемой кожей. Поэтому токсичная кровь тварей не могла нанести ему ни малейшего вреда.

Со-вон поймал себя на том, что внимательно разглядывает тело Тхэ-во. Он почувствовал себя извращенцем. Смутившись, он прочистил горло и отвернулся.

Найдя обувь, затерявшуюся среди гидирующих аппаратов, Со-вон надел её и направился в ванную. Это была чистая комната средних размеров. Он поспешно скинул с себя измазанную одежду и шагнул в душевую. Стоило тёплой воде омыть его тело, как вместе с пятнами крови ушло и липкое чувство омерзения.

Густой пар медленно поднимался, затуманивая мысли. Стоя под струями воды, Со-вон закрыл глаза. Стоило ему отгородиться от внешнего мира, как перед мысленным взором предстал вчерашний измученный вид Тхэ-во. Восемь лет таких мук, даже после того, как у него появился гид. Нет, это он заставил его терпеть эту боль все восемь лет. На сердце стало невыносимо тяжело.

Со-вон слишком хорошо осознавал, что не может повернуть время вспять и вычеркнуть эти годы. Как не может он стереть и ту боль, через которую довелось пройти Тхэ-во. Именно поэтому сейчас ему было до безумия жаль его, а раскаяние за собственные поступки становилось лишь острее.

И всё же он ничуть не сожалел о том, что пришёл вчера. Он был искренне рад, что узнал о его состоянии после зачистки Ворот, пусть это и произошло лишь сейчас. Узнай Со-вон правду хоть немного позже, Тхэ-во пришлось бы страдать в одиночестве гораздо дольше. Подобное больше не должно повториться. Даже если в той, другой жизни Тхэ-во влачил такое жалкое существование, в этой жизни он должен жить в комфорте.

Со-вон помылся как можно быстрее, зная, что Тхэ-во ждёт своей очереди. Обернув полотенце вокруг талии, он чуть-чуть приоткрыл дверь.

— Господин Тхэ-во? — позвал он сквозь образовавшуюся щель. Но никто не ответил.

«Неужели он ушёл?»

Со-вон высунул голову, чтобы проверить. Тхэ-во не было видно, зато рядом с дверью ванной лежала аккуратно сложенная одежда. Со-вон подхватил её и скрылся за дверью. Когда он поспешно развернул вещи, даже на глаз стало понятно, насколько они большие. Судя по всему, одежда принадлежала Тхэ-во. Но поскольку свою, перепачканную кровью, он надеть уже не мог, Со-вон решил натянуть то, что дали, пусть оно и было ему не по размеру.

Одевшись, Со-вон вышел из ванной, но Тхэ-во по-прежнему нигде не было видно. Вместо эспера он увидел комнату, которая, в отличие от прежнего состояния, была более-менее прибрана. Вмятины на стенах и полу остались как есть, видимо, от них было уже никуда не деться. Зато ни осколков, ни сломанной мебели больше не было видно. Исчез даже диван. Со-вон присел на кровать, с которой сняли постельное бельё, и огляделся. Мрачная погода за окном и абсолютно пустая комната... На него вдруг нахлынули звенящая тишина и чувство необъяснимого одиночества.

Разглядывая комнату, Со-вон чувствовал, как в нём просыпается любопытство к самым разным мелочам. Интересно, что Тхэ-во мог писать в записной книжке, которая лежала на столе? И как мог бы выглядеть его почерк? А что ещё скрывалось в выдвижном ящике, откуда он тогда достал визитку? Но, несмотря на интерес, Со-вон так ни к чему из этого и не притронулся.

Спустя какое-то время, пока он разглядывал комнату, раздался тяжёлый стук. Со-вон обернулся. Дверь приоткрылась, и на пороге появился Тхэ-во. По-видимому, он принял душ где-то в другом месте, поскольку был чист и одет в вещи, похожие на те, что сейчас были на Со-воне.

Войдя, Тхэ-во увидел Со-вона и замер. Лишь в этот миг Со-вон вспомнил о своём нелепом виде и смущённо отвернулся. Похоже, даже самому Тхэ-во бросилось в глаза, насколько эти вещи были ему велики.

— А нет ли чего-то поменьше?..

Хотя он был ниже Тхэ-во всего на двадцать пять сантиметров, его одежда смотрелась на Со-воне совершенно иначе. Если с верхней частью ещё как-то можно было смириться, то брюки решительно не подходили. Штанины пришлось подворачивать несколько раз, а в талии они были настолько огромными, что Со-вону приходилось держать их руками, чтобы они не свалились.

— …Я поищу что-нибудь.

В итоге Тхэ-во вышел из комнаты, едва успев войти.

Одежда, которую принёс Тхэ-во, брюки и топ, была светло-зелёного цвета. Со-вону уже доводилось время от времени надевать подобную форму во время обследований в центре. Он сменил только брюки, потому что в полном комплекте чувствовал себя как пациент. В отличие от штанов Тхэ-во эти подошли ему идеально.

Переодевшись, он ощутил укол вины, гадая, как далеко пришлось идти Тхэ-во, чтобы раздобыть их. Со-вон с тревогой подумал о том, не встретил ли тот кого-нибудь по пути и не пришлось ли ему вновь сносить презрительные взгляды окружающих.

— Я отвезу вас домой.

Но по его всегда бесстрастному лицу совершенно ничего нельзя было прочесть.

Возможно, потому что это было утро выходного дня и в Ассоциации было малолюдно, по пути на парковку они никого не встретили. Благодаря этому Со-вон, который чувствовал некоторое напряжение, помня их поездку в лифте несколько дней назад, смог спуститься вниз со спокойной душой. Как только они сели в знакомый чёрный седан, припаркованный в углу стоянки, машина плавно тронулась с места.

Дождь всё ещё лил, и тяжёлые серые тучи затянули небо. Ветер заметно усилился по сравнению со вчерашним днем. Глядя на то, как за окном гнутся ветви деревьев, невольно начинало казаться, будто и сердце трепещет на ветру.

— Кажется, надвигается тайфун.

— Похоже на то.

Дворники без устали смахивали тяжёлые капли дождя с лобового стекла. Машина остановилась на светофоре. Стоило движению прекратиться, как звук бьющих по капоту капель и мерное жужжание дворников сразу зазвучали громче. Сжимая руль, Тхэ-во неотрывно смотрел вперёд. Со-вон же расслабленно откинулся на спинку сиденья, аккуратно сложив руки на коленях, и молча глядел в окно.

— Как вы себя чувствуете?

— Благодаря вам гораздо лучше, господин Ли Со-вон.

Со-вон первым нарушил тишину. Хотя и немного запоздало, он поинтересовался самочувствием Тхэ-во. Затем он посмотрел на мрачные тучи. Дождь полил ещё сильнее.

— Что вы сегодня собираетесь делать?

— У меня нет никаких особых планов.

Это было как нельзя кстати. Со-вон вспомнил, о чём он размышлял в пустом доме Тхэ-во. По возвращении он собирался отнестись к гидированию со всей серьёзностью. Хоть они и проспали всю ночь в обнимку, памятуя о том, как эспер выглядел вчера, этого явно было мало, даже с учётом того, что сейчас ему заметно полегчало.

— Тогда, когда мы вернёмся домой, я проведу для вас дополнительное гидирование.

Сегодня он совсем не чувствовал усталости, а потому был уверен, что не повторит своей прошлой ошибки. Пока эта мысль не вылетела из головы, Со-вон решил озвучить свои намерения заранее. Так у него уже не будет повода откладывать гидирование, когда они приедут домой.

Тхэ-во промолчал.

— Но…

Выглянув в окно, Со-вон почувствовал, что что-то не так, и перевёл взгляд на Тхэ-во.

— Разве мы не в другую сторону едем?

Направление, в котором они двигались, явно вело к дому Со-вона, а не Тхэ-во.

Выражение лица Тхэ-во застыло. Они и в самом деле ехали к дому Со-вона. Он и правда думал, что отвезёт гида к его родителям. Тхэ-во понятия не имел, что у Со-вона были совершенно иные планы.

— Прошу прощения.

После долгого молчания Тхэ-во развернул машину.

Глава 20

Хотя Со-вон чуть не вернулся к своим родителям, даже сам не зная, почему, сквозь проливной дождь он благополучно добрался домой, к Тхэ-во.

Поскольку он до нитки промок, сделав всего несколько шагов от машины до двери, по возвращении прямиком направился в ванную. Ранее в комнате Тхэ-во в Ассоциации он принял душ лишь на скорую руку, поэтому в этот раз задержался подольше, чтобы вымыться со всей тщательностью.

После ванной он почувствовал, что проголодался. До прихода того, кто обычно готовил, оставалось ещё довольно много времени, да и из-за сильного дождя было неизвестно, сможет ли он прийти вообще. Со-вон пошарил по кухне, отыскал в холодильнике кое-какую еду, разогрел её и поел. После этого, чувствуя сытость, немного повалялся без дела, так что время пролетело совершенно незаметно.

Он планировал провести гидирование сразу по возвращении, но раз за разом оно откладывалось по разным причинам. А ведь он искренне не хотел тянуть время… Со-вон смущённо улыбнулся перед комнатой Тхэ-во, затем придал своему лицу серьёзное выражение и постучал.

— Господин Тхэ-во, я могу войти?

— Входите.

Как только Со-вон услышал ответ, он без промедления открыл дверь. Стоявший у окна Тхэ-во обернулся и посмотрел на него.

Промокшую под дождём одежду Тхэ-во уже сменил на домашнюю. Судя по всему, за это время он тоже принял душ ещё раз, поскольку в комнате витал слабый запах такого же геля для душа, которым пользовался Со-вон.

— Чем вы занимались?

— Просто смотрел в окно, как идёт дождь.

— Тогда могу я начать гидирование прямо сейчас?

— Да, прошу вас.

Со-вон привычно забрался на кровать Тхэ-во. Только после того, как он удобно уселся, до него дошло, что он не спросил разрешения. На мгновение Со-вон нервно взглянул на Тхэ-во, но тут же расслабился, увидев, что тот молча сел рядом с ним.

Когда Со-вон протянул руку, Тхэ-во осторожно подставил под неё тыльную сторону своей ладони, в точности как в прошлый раз. Внутрь тут же хлынули знакомые волны. Должно быть, потому что его состояние ухудшилось после возвращения из Ворот, в этих волнах не было ни намёка на покой.

— Я прошу прощения, что вчера пришёл к вам без предупреждения. Я пытался дозвониться, но никто не ответил.

— Нет, всё в порядке. Благодаря вам мне уже намного лучше. Я очень сожалею, что вы увидели меня в таком неприглядном виде.

Со-вон помолчал какое-то время.

Он не мог понять, почему Тхэ-во описывал своё тяжелейшее состояние как всего лишь «неприглядное». Он всеми силами сдержался, чтобы не воскликнуть: «Вы называете это неприглядным? Да вы же были на грани смерти!» Вместо этого он кое-как совладал с собой и спросил:

— Это всегда так после возвращения из Ворот?

— Бывают дни, когда всё хорошо.

Тхэ-во ответил так, как будто оправдывался. Если Ворота низкого класса, он мог зачистить их, даже не используя свои способности к физическому усилению. После возвращения его тело болело чуть сильнее, но в целом состояние не ухудшалось. И вчерашний случай был не так уж плох по сравнению с обычным. Это были довольно мягкие симптомы, которые успокоились бы вскоре, если подключить гидирующие аппараты и не двигаться два-три дня.

— Господин Со-вон…

Тхэ-во замялся, как будто сомневаясь, стоит ли говорить дальше или нет.

— Вы меня не боитесь?

«Какой глупый вопрос», — тут же подумал Тхэ-во.

В мире не было никого, кто не испытывал бы страха перед тем, кто в любой момент может обезуметь и потерять контроль над собой. Более того, вчера, вернувшись из Ворот, он предстал перед ним в поистине ужасающем состоянии. Обычные люди к этому времени уже давно бы сбежали, поэтому он и спрашивал Со-вона, оставшегося рядом с ним, и этот вопрос случайно сорвался с его губ.

Увидев, что Со-вон медлит с ответом, Тхэ-во пожалел о том, что спросил. Но забрать сказанные слова уже было невозможно.

— Извините. Вы не обязаны отвечать мне.

Его глаза, глубокие и спокойные, как ночное небо, устало скользнули в сторону. Со-вон смотрел на Тхэ-во. На его теле ясно проступали тёмно-красные кровеносные сосуды. Жуткие? Нет, просто вздувшиеся вены.

«С каких же пор?» — подумал Со-вон.

Он не боялся. В какой-то момент его страх испарился окончательно.

Крупные и мелкие сосуды, расползающиеся вокруг глаз, толстый металлический ошейник непонятного назначения на шее, бугристые темно-красные вены на коже там, где её не скрывала одежда. Ничто из этого больше не внушало ужаса.

Несомненно, вчера, когда он пошёл увидеться с Тхэ-во, страх ещё жил в нём. Но сейчас его не было. Со-вон не чувствовал даже того привычного напряжения, которое всегда охватывало его в присутствии эспера. Просто не верилось, что он перестал его бояться, особенно увидев его накануне в столь ужасающем состоянии.

«Если уж я сам в это с трудом верю, то как поверит он?»

Со-вон не мог ответить на вопрос Тхэ-во.

*

Тхэ-во, проснувшись рано утром, смотрел на прижавшегося к нему гида. И вчера, и днем ранее Со-вон приходил к нему, говоря, что будет гидировать, но вскоре засыпал. Тхэ-во не будил его. Наоборот, он просто тихо закрывал глаза, лёжа рядом с ним.

А когда он открывал их по утрам, оказывалось, что Со-вон неизменно обнимал его, как большую куклу. Каждое утро Тхэ-во старался ускользнуть из постели до пробуждения Со-вона, чтобы не смутить его, и прикладывал немало усилий, стараясь высвободиться из объятий и не разбудит.

И сегодня Тхэ-во тоже удалось высвободиться, не потревожив Со-вона. Когда Тхэ-во выскользнул, Со-вон почувствовал пустоту и начал беспокойно ворочаться, но мгновенно успокоился, когда обнял большую подушку, подсунутую ему взамен. Тхэ-во немного посмотрел на эту картину, после чего беззвучно вышел из спальни.

Понедельник. Обычно, проснувшись, он сразу отправлялся в Ассоциацию Эсперов, чтобы написать отчёт о Воротах, которые зачистил на прошлой неделе. Но сегодня он этого не сделал. Тхэ-во просто сидел в гостиной, ожидая, когда проснётся Со-вон.

Прошло две недели с тех пор, как Со-вон стал его гидом. Тхэ-во вспомнил слова своего наблюдающего врача, которые тот за это время повторял до тошноты во время каждого визита: «Промежуточное обследование».

Сегодня был как раз тот самый день. Они с Со-воном должны были подойти к врачу к десяти утра. Однако дом Тхэ-во, расположенный на окраине Сеула, находился далеко от Ассоциации. Даже на личном автомобиле дорога заняла бы не менее сорока минут, а у Со-вона, похоже, машины не было. С общественным транспортом дела обстояли тоже неважно, так что самостоятельная поездка стала бы для гида настоящим испытанием. При таком раскладе наилучшим выходом было взять Со-вона с собой, даже если тот почувствует себя неловко.

Время, когда им уже пора было выходить, неумолимо приближалось, а Со-вон, судя по всему, даже не думал просыпаться. Тхэ-во ждал до последнего, но в итоге всё же пошёл в спальню, чтобы разбудить своего гида.

Со-вон сладко спал, обнимая подушку, которую дал ему Тхэ-во. Видя его счастливое лицо, словно ему снилось что-то очень хорошее, Тхэ-во почувствовал укол совести из-за того, что сейчас придётся прервать его сон.

— Господин Со-вон, господин Ли Со-вон.

Боясь причинить боль хрупкому Со-вону, Тхэ-во не мог заставить себя потормошить его, и только продолжал звать по имени.

— М-м-м-м…

После долгих и безуспешных попыток Со-вон наконец-то подал голос. Его ресницы дрогнули, и он вяло моргнул. Весь его вид говорил о том, как тяжело ему просыпаться.

— Дайте мне поспать ещё чуть-чуть…

А в следующую секунду его глаза снова сомкнулись. Не зная, как дальше быть, Тхэ-во предпринял еще одну попытку:

— Вам нужно вставать.

Со-вон недовольно нахмурился и причмокнул губами во сне, словно наотрез отказываясь вылезать из тёплой постели. Тхэ-во окончательно растерялся. С озадаченным видом он уставился на Со-вона, который просто повернулся к нему спиной и зарылся в одеяло.

Глядя на неподвижного гида, Тхэ-во ненадолго задумался. Хоть наблюдающий врач и придавал этому такое огромное значение, пропуск одного промежуточного обследования не приведёт ни к какой катастрофе. Мысль о том, что придется отвечать на звонки из профильного отдела и от самого врача, немного раздражала, но Тхэ-во принял решение позволить Со-вону поспать подольше.

— Поспите ещё немного. Я поеду.

Услышав слова эспера, Со-вон в ту же секунду распахнул глаза, хотя мгновение назад казалось, что разбудить его невозможно.

— Куда вы уезжаете?

Со-вон резко сел в постели и уставился на Тхэ-во, который уже стоял на пороге. Увидев, что эспер одет в уличную одежду, словно и впрямь собирается уходить, Со-вон хотел убедиться, что услышал всё верно.

— Сегодня день промежуточного обследования, но вы можете поспать подольше. Я отложу его на несколько дней.

— Ах… да…

Лишь в этот момент до Со-вона дошло, что сегодня понедельник, день для обследования. Он с запозданием посмотрел на часы. Тхэ-во должен был выехать уже давно. Судя по всему, всё утро тот ждал его, вместо того чтобы уехать одному.

Он вскочил с кровати с виноватым выражением лица. Хоть он и заставил Тхэ-во ждать, к счастью, время ещё терпело.

— Нет, всё нормально. Я мигом соберусь.

Со-вон побежал в свою комнату.

Без зазрения совести он и вчера заснул в комнате Тхэ-во. Но у него были веские причины. В день, когда они вернулись из Ассоциации, он честно попытался спать один, но на улице бушевал ужасный тайфун, и как только он закрывал глаза, в голову лезли страшные мысли. Он не мог заснуть без Тхэ-во рядом с ним.

Под предлогом гидирования он уже два дня спал под его боком. Со-вон чувствовал себя немного неловко из-за этого… но ничего не мог с собой поделать. Тем не менее теперь, когда за выходные тайфун окончательно утих, и вернулась ясная летняя погода, всё может наладиться.

Глава 21

Наскоро собравшись, Со-вон отправился в Ассоциацию Эсперов на машине, за рулём которой сидел Тхэ-во. Несмотря на утренний час пик, дороги оказались на удивление свободными, однако из-за того, что гид проспал, они приехали впритык. Оба прямиком направились в исследовательскую лабораторию наблюдающего врача.

Для Со-вона это промежуточное обследование тоже было первым. По-хорошему, ему следовало пройти его ещё восемь лет назад, но тогда это оказалось невозможным из-за его бегства. Не зная, как это всё устроено, он начал понемногу нервничать.

Всё ещё не освоившись в бесконечных коридорах Ассоциации, Со-вон шёл по пятам за Тхэ-во до самой исследовательской лаборатории. Наблюдающий доктор, изучивший результаты прошлого гидирования буквально вдоль и поперёк, встретил их, уже держа наготове распечатки.

— Гид Ли Со-вон, как поживаете?

С ошеломительно радостной улыбкой на лице доктор протянул ему руку. Со-вон пожал её в ответ, неловко улыбнувшись.

— Гид Ли Со-вон, подождите, пожалуйста, здесь минуточку. Первым делом мы проведём плановое обследование нашего эспера.

Со-вон послушно сел, как ему было сказано, и Тхэ-во вместе с доктором вышел из лаборатории. Полагая, что вся эта процедура займёт довольно долгое время, Со-вон задумчиво вертел в руках телефон, размышляя, позвонить ли родителям. Пока его палец нерешительно завис над кнопкой вызова, эти двое вернулись раньше, чем он ожидал, и вошли в лабораторию.

Тхэ-во подошёл и сел рядом со своим гидом. Как только эспер, одетый во всё чёрное, появился в поле его зрения, взгляд Со-вона сам собой то и дело скользил к его фигуре. Чувствуя, что его глаза невольно так и тянутся к нему, Со-вон усилием воли заставил себя смотреть прямо перед собой.

Сидящий напротив них наблюдающий доктор поглядел на монитор, пару раз кликнул мышкой и многозначительно откашлялся, готовясь начать разговор.

— Я приступлю к промежуточному обследованию после того, как изучу результаты планового осмотра нашего эспера. Они будут готовы буквально через пару минут, а пока я бы хотел задать вам несколько вопросов.

— Да.

Со-вон выпрямил спину и уставился на доктора так, словно очутился на строгом собеседовании. Его лицо выдавало явное напряжение.

— Во-первых, стопроцентный уровень совместимости не вызывает никаких сомнений. Вскоре мы собираемся официально объявить об этом в академических кругах, но хочу вас заверить, что личная информация гида Ли Со-вона останется абсолютно конфиденциальной.

Прекрасно зная, что за этим последует, Со-вон просто кивнул.

Даже если Ассоциация будет держать всё в секрете, то, что Со-вон является гидом Тхэ-во, скоро станет известно общественности. Хотя статей с его именем не выходило, информация о нём гуляла по интернету. И поскольку в этот раз его слишком часто видели в компании эспера, люди догадаются об их связи немного быстрее, чем раньше.

— Кроме того, в результатах прошлого тестирования есть один весьма любопытный момент... Волны гидирования фиксировались даже при полном отсутствии контакта. Эспер Кан Тхэ-во, вы ощущаете эффект гидирования даже тогда, когда физически не контактируете со своим гидом?

— Да.

Тхэ-во невозмутимо ответил на вопрос наблюдающего врача. Со-вон, услышав об этом впервые, удивлённо уставился на Тхэ-во. Доктор, чьё лицо просияло так, словно вокруг него вот-вот закружатся цветочные лепестки, с воодушевлением продолжил:

— Как и ожидалось! Потрясающе! Это тот самый редчайший феномен дистанционного гидирования, который возникает исключительно в парах с совместимостью выше девяноста процентов. Нам просто невероятно повезло! Мои поздравления!

Со-вон, неожиданно получивший поздравление от наблюдающего врача, был совершенно озадачен. В прошлом, когда уровень их совместимости составлял шестьдесят пять процентов, ничего такого не происходило.

Бесконтактное гидирование. Со-вона задумался. Хотя он и чувствовал жалящие волны, ощущения гидирования, когда он не прикасался к Тхэ-во, не было.

— Господин Тхэ-во, вы чувствуете гидирование даже сейчас?

— Да. Я не пытался скрыть это… Я думал, что мне кажется.

— Ничего себе…

В глубине души Со-вон искренне обрадовался. Подумать только, одно лишь его присутствие уже обеспечивало гидирование! Значит, он может помогать ему, просто будучи рядом. Счастливая улыбка сама собой расцвела на его губах. Светясь от радости, Со-вон посмотрел на Тхэ-во, а тот не мог отвести взгляд от его сияющего лица.

Наблюдающий врач тепло улыбнулся, глядя на то, как чудесно ладят эти двое. Как раз в этот момент на мониторе высветились результаты обследования Тхэ-во. «Что ж, давайте проверим, насколько улучшилось его состояние за эти две недели». С нескрываемым воодушевлением он погрузился в изучение цифр.

Доктор перепроверил данные.

— Нет, здесь…

Его лицо напряглось. Состояние эспера ничуть не изменилось по сравнению с тем, что было две недели назад. Цифры показали какую-то жалкую, едва уловимую толику улучшений, но точно такой же эффект достигался, когда Тхэ-во просто брал пару выходных и не ходил во Ворота. Да даже если бы они просто сидели и весь день держались за ручки, показатели не были бы такими низкими! В чем дело?

Доктор серьёзно спросил:

— Вы… проводите гидирование как следует?

Опешив от столь сурового тона, Со-вон смущённо пробормотал:

— Ну… мы держались за руки… иногда обнимались…

Со-вон залился краской, упомянув про объятия. Ему вспомнилось, как он отчаянно рыдал на руках у Тхэ-во в его личной комнате.

Доктор был шокирован. Этот гид что, на самом деле истязатель, а никакой не ангел?! Всего лишь подержаться за ручки несколько раз и обнять эспера, который не получал гидирования больше десяти лет. Да это же самая настоящая пытка! Более того, они бездарно упустили шанс проверить, насколько сильный прогресс покажет эспер в критическом состоянии при контакте с гидом со стопроцентной совместимостью. Настроение, взлетевшее до небес от предвкушения, в один миг рухнуло на землю.

Но Кан Тхэ-во шокировал его ничуть не меньше. Одно лишь прикосновение… да что там, простое нахождение рядом! — уже заставляло его чувствовать эффект гидирования. Эспер, должно быть, просто сходил с ума от жажды, находясь так близко, но всё равно терпел. Это было не человеческое терпение. Это было терпение гребаного монстра.

Нет, вы серьёзно?!

Сколько бы доктор об этом ни размышлял, в голове это просто не укладывалось. В ситуации, когда он должен был уже давно соблазнить этого невинного на вид гида и получить интенсивное гидирование десятки раз (и даже этого было бы мало!), они ограничиваются лишь тем, что держатся за ручки и обнимаются?!

— Погодите, только не говорите мне, что, когда здание трясло несколько дней назад, было так же…

Это снова из-за эспера Кан Тхэ-во?

Доктор побледнел. Он вспомнил, как Ассоциацию потряхивало в течение всего дня, словно во время землетрясения. Обычно такое происходило, когда эспер Кан Тхэ-во возвращался из Ворот. Периодически раздававшиеся громкие звуки, должно быть, исходили от крошащихся стен, когда тот в агонии бил по ним, пытаясь вытерпеть боль, или от вещей, которые он крушил во время потери контроля над своей силой.

На сей раз доктор свято верил, что Тхэ-во здесь совершенно ни при чём, ведь теперь у него появился гид...

Пребывая в глубочайшем шоке, наблюдающий доктор не мог вымолвить ни слова, лишь во все глаза глядя на Со-вона, чьё лицо всё ещё пылало от смущения. И тут его осенила одна догадка.

Безотказный характер Со-вона, который согласился стать гидом даже после того, как узнал о стопроцентной совместимости с «монстром» Кан Тхэ-во. Эта поразительная невинность, из-за которой он заливается краской, когда просто говорит, что они держались за руки и обнимались. И, в конце концов, это лицо, которое выглядело бесконечно наивным и непорочным…

Будучи настолько невинным, он, судя по всему, даже не догадывался, что интенсивное гидирование возможно и между людьми одного пола.

Доктор в отчаянии хлопнул себя по лбу. Вот в чём главная беда их системы образования! Когда уроки гидирования, подходящие разве что для младшеклассников в духе «просто подержаться за ручки — это уже гидирование», на полном серьёзе преподают в старшей школе, вот к чему это приводит! И сколько раз он уже умолял департамент образования ввести адекватную программу полового... то есть гидирующего просвещения?! Чувствуя, как от стресса у него подскочило давление, наблюдающий доктор схватился за затылок.

При таком раскладе, даже проведи они промежуточное обследование прямо сейчас, толку от этого не будет никакого. Пока весь научный мир сгорал от любопытства, желая изучить каждую длину волны этой уникальной пары, ему попросту нечего было исследовать.

Наблюдающий врач впал в глубокое уныние. Осознавать собственное бессилие, когда прямо перед тобой сидят двое со стопроцентной совместимостью — это просто невыносимо! Он и так ежедневно утопал в запросах о результатах исследований, летящих со всех концов земного шара. От одной лишь мысли о том, что ему придётся всем отвечать, что он не выяснил ровным счетом ничего, у него уже начинала кружиться голова.

Доктор уже набрал в грудь побольше воздуха, собираясь дать Со-вону один крайне серьёзный совет. О том, что эсперу Кан Тхэ-во жизненно необходимо гидирование через сексуальный контакт. Очень, очень сильно необходимо. С лицом, полным непреклонной решимости, он уже приготовился сбросить эту шокирующую бомбу на невинно хлопающего глазами гида. Однако Тхэ-во опередил его своим испепеляющим взглядом.

Наблюдающий доктор всем нутром почувствовал жажду убийства в глазах Тхэ-во. Он ощутил, как слова, которые собирался сказать Со-вону, замерли на кончике языка, а затем поспешно проскользнули обратно в горло.

«Эспер Кан Тхэ-во, если вы не скажете об этом сейчас, ситуация только осложнится…» — он посмотрел на него полными ужаса и мольбы глазами, но убийственный взгляд Тхэ-во оставался непреклонен. В итоге бедный доктор так и не нашёл в себе сил раскрыть Со-вону эту самую главную тайну. Вместо этого он наскреб остатки своей несуществующей храбрости и выдавил из себя ничего не значащий совет.

— В данный момент эспер Кан Тхэ-во испытывает сильный, просто колоссальный дефицит гидирования. Ему требуется чуть более мощное гидирование.

Со-вон был шокирован. Даже несмотря на то, что он засыпал каждый раз при гидировании, даже при том, что гидирование шло само по себе от одного лишь нахождения рядом, этого всё равно было недостаточно? Его взгляд болезненно дрогнул.

И в самом деле, состояние Тхэ-во, казалось, ничуть не улучшилось. Ни его физическое здоровье, ни длина волн, абсолютно ничего не поменялось. На Со-вона накатило горькое уныние. Если бы он пришёл к Тхэ-во раньше, сразу после подтверждения совместимости, и обеспечил ему регулярное гидирование, его состояние могло бы стать хоть немного лучше… Он живо вспомнил, как он впустую прохлаждался дома, выдумывая нелепые отговорки о том, почему не может связаться с Тхэ-во.

В груди тяжёлым комом поднялось чувство вины, и лицо Со-вона потемнело.

— Простите меня…

— Господин Ли Со-вон... Со мной всё хорошо…

Доктор смотрел на них со смешанным чувством, не зная, то ли радоваться, то ли негодовать, видя, как Тхэ-во моментально смягчился, утешая Со-вона.

Глава 22

Промежуточная проверка не представляла собой ничего особенного. Датчики крупных приборов, прикреплённых к гиду и эсперу, фиксировали данные, пока те проводили простое гидирование. Точь-в-точь как во время их первого тестирования. Услышав, что никаких отклонений нет, они завершили процедуру. Всё про всё заняло буквально пару мгновений, что даже немного расстраивало.

— Эспер Кан Тхэ-во пройдёт ещё одно обследование, — сказал доктор и увёл его.

Оставшись один, Со-вон погрузился в печаль. Нехватка гидирования. Он искренне полагал, что возросшего процента совместимости и более частых сеансов, по сравнению с тем, что было восемь лет назад, будет вполне достаточно.

Гидирование происходило даже без физического контакта, а с недавних пор они и вовсе стали засыпать вместе после сеансов. Но этого всё равно было мало. Им что, нужно проводить весь день в обнимку? Или они использовали какой-то неправильный метод? Со-вону, которому отчаянно не хватало элементарных знаний о гидировании, оставалось лишь теряться в догадках, в чём же кроется проблема.

«Знал бы, что всё так обернётся, слушал бы в школе повнимательнее».

В его школьные годы занятия, посвящённые эсперам и гидам, проводились так же часто, как и уроки полового воспитания. Со-вону и в голову не приходило, что он когда-нибудь станет гидом, поэтому на этих занятиях он всегда крепко засыпал, положив голову на парту. В те беззаботные дни он был вполне счастлив, а вот теперь горько сожалел.

Он был уверен, что в последние дни его гидирование помогало Тхэ-во, но сейчас почувствовал себя обузой, лишь досадной помехой в его жизни.

Вскоре после того, как эспер вышел из лаборатории, дверь с шумом распахнулась. Уже всё закончилось? Со-вон вскинул взгляд, чтобы посмотреть, кто вошёл. Эспера нигде не было, показался лишь запыхавшийся лечащий врач. Со-вон вытянул шею, пытаясь разглядеть Тхэ-во, но в коридоре было пусто.

Доктор торопливо приблизился к гиду и что-то сунул ему в руки. Он выглядел очень встревоженным, будто кто-то за ним гнался.

— Вот! Обязательно! Обязательно прочитайте это. Обязательно!

Со-вон машинально взял протянутый предмет и обескураженно опустил взгляд, чтобы проверить, что же ему только что всучили.

Буклет?

Поначалу не понимая, что это такое, он заметил надпись «Для взрослых». Его глаза в шоке расширились, и он поспешно сложил брошюру пополам.

— Категорически! Категорически не показывайте это эсперу Кан Тхэ-во. Даже не упоминайте об этом!

Глядя на отчаянное лицо доктора, Со-вон энергично закивал. Затем, словно боясь, что их могут застукать, сложил буклет как можно компактнее и быстро запихнул в карман. Из-за этой нервозности со стороны казалось, будто ему только что передали огромную взятку, хотя на деле это был всего лишь ничем не примечательный буклет.

Наблюдающий врач кивнул, не сводя глаз с Со-вона. Почему-то этот перепуганный взгляд гида вызывал у него абсолютное доверие.

*

Доктор завёл ничего не подозревающего Кан Тхэ-во в кабинет для осмотра и принялся искать коробку, которую когда-то затолкал в дальний угол.

— Нашёл!

В руках врача оказалась инструкция по гидированию. Несмотря на то, что это был важнейший базовый справочник, из-за излишне детальных иллюстраций он получил рейтинг «только для взрослых». Брошюра превратилась в некое подобие «непутёвого дитяти», которое стыдно показать людям. Так она и лежала в кладовке, покрываясь пылью. И какое счастье, что её не выкинули, учитывая, как редко в ней вообще возникала необходимость.

Доктор порылся в коробке и обнаружил то, что искал. Опасаясь, что Тхэ-во, оставшийся в процедурной, может его застукать, врач в спешке сунул буклет за пазуху и кинулся в свою лабораторию, где сидел Со-вон. Он понятия не имел, почему эспер Кан Тхэ-во вёл себя так странно, но знал одно: если тот выяснит, что именно он дал его гиду, ему явно не поздоровится.

Всучив брошюру Со-вону, он торопливо помчался обратно к эсперу.

К счастью, доктор успел вернуться до того, как обследование Тхэ-во закончилось. Став жертвой его уловки, эспер прошёл плановую проверку ещё раз, и, ничего не подозревая, вернулся с доктором в лабораторию.

— Господин Ли Со-вон?

— Да, да?

Пока они выходили из лаборатории, Со-вон усердно избегал взгляда Тхэ-во и украдкой переглянулся с доктором. Услышав своё имя, он вздрогнул и быстро отозвался. Ответ прозвучал неловко, но Тхэ-во, не заметив ничего странного, продолжил:

— Вернёмся домой?

— А вы, господин Тхэ-во?

— У меня ещё есть работа. Я думал отвезти вас, а потом вернуться обратно в Ассоциацию.

Со-вон на мгновение замялся. Он чувствовал, что ему следует остаться с Тхэ-во, которому так не хватало гидирования, и помочь ему ещё хоть немного. Но в этот момент буклет, сложенный в несколько раз и оттого ставший жёстким, ткнул его в бедро, словно напоминая о себе.

У Со-вона не было возможности проверить его содержимое, поскольку Тхэ-во вернулся вскоре после того, как доктор в спешке покинул его. Буклет всё ещё покоился в его брюках. Со-вон опустил глаза и посмотрел на свой карман. Несмотря на все попытки сложить его как можно сильнее, из-за плотной бумаги и толщины, уголок всё равно выглядывал.

Долг гида перед Тхэ-во схлестнулся со жгучей потребностью немедленно заглянуть в буклет. В идеале, конечно, было бы совместить изучение брошюры с гидированием, но врач так серьёзно просил держать это в тайне от Тхэ-во, что достать её при нём было немыслимо.

— Тогда я вернусь домой.

И хотя Со-вон искренне сочувствовал Тхэ-во, в данный момент желание прочесть то, что лежало у него в кармане, пересилило желание остаться и помочь.

*

Со-вон прикрыл карман рукой и посмотрел в окно. Высокие здания исчезли, уступив место деревьям и горам. Знакомые пейзажи подсказывали, что они приближаются к дому Тхэ-во.

— Мы приехали.

— Да, спасибо.

Тхэ-во припарковал машину перед домом. Со-вон вежливо склонил голову и уже собирался выйти, но вдруг, словно что-то вспомнив, обернулся к эсперу.

— Вы ведь… вернётесь сегодня домой, верно?

В голосе Со-вона прозвучала откровенная тревога. Уехав, Тхэ-во редко возвращался. В прошлые выходные эспер, по всей видимости, никуда не поехал из-за сильного тайфуна, но обычно он никогда не задерживался здесь дольше одного дня. Впервые за те восемь лет, что Со-вон был его гидом, Тхэ-во провёл рядом так много времени.

Со-вон слишком хорошо знал, что без Тхэ-во его снова начнут мучить ночные кошмары. Одну ночь без сна он бы ещё продержался, но выдержать несколько дней подряд, как в прошлый раз, будет уже невыносимо.

Тхэ-во в нерешительности сжал руль. Вообще-то он собирался уехать, оставив дом в полном распоряжении Со-вона: тот наверняка вымотался за выходные из-за гидирования и обследований. Но то ли это было игрой воображения, то ли глаза Со-вона и впрямь умоляли его вернуться.

— Я буду дома к вечеру.

Лицо гида просияло, подтверждая, что Тхэ-во принял верное решение. Не удовлетворившись простым ответом, Со-вон заставил его пообещать, что тот точно вернётся, прежде чем позволил ему уехать. От машины Со-вон отходил чуть ли не вприпрыжку. Тхэ-во развернулся и уехал лишь после того, как убедился, что гид благополучно вошёл в дом, нигде по пути не упав. По дороге в Ассоциацию он немного торопился. Ему предстояло закончить всю скопившуюся за выходные работу, чтобы успеть вернуться к вечеру.

Едва переступив порог, Со-вон тут же вытащил буклет из кармана.

— И что же там такое…

Он развернул брошюрку. На ней остались глубокие заломы от того, что её складывали несколько раз, но это ничуть не мешало чтению. Со-вон сгорал от нетерпения узнать, что внутри. Он гадал, что же такого в ней было, если доктор передал её с такими предостережениями и строго-настрого наказал прятать от Тхэ-во?

Со-вон открыл буклет наугад. Как только он это сделал, в глаза ему тут же бросилось обилие обнажённой кожи самых разных оттенков. Со-вон в панике захлопнул книжку.

«Что это было?»

«Может, там дальше будет что-то нормальное?»

Похоже, курирующий доктор по ошибке всучил ему что-то совершенно непотребное. Со-вон проверил название. На небесно-голубом фоне обложки были изображены два белых мужских силуэта, держащиеся за руки. Заголовок гласил:

[Практические СОВЕТЫ: Однополое гидирование (Мужчина-Мужчина) – ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ]

Неудивительно, что надпись «Для взрослых» заставила его так смутиться. Он никак не ожидал увидеть столь откровенные иллюстрации в обычной брошюре. До Со-вона стало понемногу доходить, почему доктор велел держать её в секрете от Тхэ-во. Достань он эту книжку прямо при нём, между ними явно возникла бы ещё большая неловкость. Со-вон с облегчением выдохнул, радуясь, что успел аккуратно сложить брошюру и спрятать в карман так, чтобы Тхэ-во ничего не заметил.

Даже зная, что поблизости никого нет, Со-вон то и дело ловил себя на том, что тревожно озирается по сторонам. Он ещё раз проверил, точно ли машина Тхэ-во отъехала. Лишь окончательно убедившись, что остался в доме один, Со-вон шмыгнул к себе в комнату и плотно закрыл дверь.

С чувством облегчения Со-вон открыл первую страницу брошюры.

Начальная часть оказалась довольно познавательной. Она содержала базовые объяснения гидирования: как проводить его наиболее эффективно, почему процесс проходит лучше при более глубоком контакте с телом, особенно при прикосновениях к определённым участкам, и множество других нюансов. Даже те факты, с которыми Со-вон уже был знаком, будучи так структурно изложенными, помогли ему освежить позабытые знания.

Он также открыл для себя факты, о которых раньше даже не подозревал. Гидирование не обязательно становится эффективнее только из-за большой площади соприкосновения. Даже при меньшем контакте результат может быть лучше или хуже в зависимости от эмоционального состояния. Значит, позитивные эмоции важны, хм. Со-вон кивнул и перевернул страницу.

Наконец, он добрался до самого сложного. Со-вон сделал глубокий вдох. Перед ним была страница, с которой начинались куда более откровенные объяснения процесса гидирования. Он сглотнул вставший в горле ком, и его кадык заметно дёрнулся от волнения.

Стоило ему перевернуть ещё одну страницу, как прямо на его руках разверзся совершенно новый мир. Под благопристойной обложкой руководства скрывалось абсолютно неожиданное содержимое.

Глава 23

Со-вон полагал, что официальная инструкция, подготовленная при поддержке Ассоциации и правительства, вряд ли будет слишком откровенной, даже несмотря на пометку «18+». Как выяснилось, он сильно недооценил государственные стандарты. Мастерство иллюстратора, безусловно, вызывало восхищение, вот только само содержимое заставляло скорее охнуть, чем ахнуть.

Разглядывая изображения, Со-вон почувствовал, как у него кружится голова, и на какое-то время просто уставился в потолок.

Решив пока не думать об этом, он быстро пробежался по тексту, читая пояснения отсутствующим взглядом. Но стоило ему перейти к следующей главе, как его мозг был готов объявить забастовку.

«Что… подгото… растя… растянуть пальцами и ввести?»

Чем больше он вчитывался в текст и всматривался в эти странные картинки, тем сильнее у него отвисала челюсть. Изначально ясные карие глаза потеряли свой блеск и нервно задрожали. В какой-то момент он едва ли не уткнулся носом в страницы, пытаясь понять, действительно ли там нарисовано то, что ему кажется. Мастерски исполненные иллюстрации, прорисованные до мельчайших деталей, щедро одарили Со-вона знаниями, которыми он никогда не желал бы обладать.

Шокированный Со-вон не нашёл в себе смелости прочитать пояснения и поспешно перевернул лист. Наконец он добрался до последней страницы. Со-вон перевёл дух и посмотрел на текст, однако стоило ему увидеть заголовок, его глаза снова широко распахнулись. «Рекомендуемые позы для эффективного гидирования».

Со-вон судорожно захлопнул руководство.

«Что я сейчас увидел?»

Заниматься этим с Тхэ-во?

Он не мог в это поверить. Со-вон ещё раз открыл последнюю страницу. Изображения на ней не были столь детальными, поскольку на один лист попытались впихнуть сразу несколько картинок. Но общая идея всё равно была ясна. Со-вон снова захлопнул буклет.

«…»

Не в силах вымолвить ни слова, Со-вон уставился на невинную обложку, чтобы хоть как-то прийти в себя. В отличие от него, нарисованные мужчины мирно шли под руку и выглядели абсолютно спокойными, словно пытались его утешить. Со-вону до одури захотелось втиснуться прямо между ними и забыть всё то, что он только что лицезрел, но новообретённые знания заставили его почувствовать себя бесконечно далёким от этой идиллии.

Когда он немного пришёл в себя, его потрясённый мозг снова начал медленно соображать. Он знал, что между гидом и эспером разного пола гидирование требует более тесного контакта, чем обычно, но и не подозревал, что у однополых пар всё происходит точно так же. Только подумать, что они занимаются подобным ради гидирования. Это было далеко за гранью того, что Со-вон мог принять. Тем не менее, помимо своей воли, он вдруг представил себе Тхэ-во.

«О чём я вообще думаю…»

Как только он представил своего эспера, его тут же накрыло волной отвращения к самому себе.

Со-вон отложил брошюру. Она была настолько откровенной, что он задавался вопросом: а нормально ли, что государство вообще поддержало её выпуск? Содержимое было просто напичкано непристойностями. Судя по полностью цветной печати даже на внутренних страницах, в создание этого буклета вложили массу денег и усилий. Но такое абсолютно точно нельзя было показывать широкой публике.

Со смешанными чувствами Со-вон опустил взгляд на буклет.

Может, просто от него избавиться?

От мысли оставить книжку у себя ему было очень некомфортно. Но выкинуть её в этом доме было бы весьма неосмотрительно. Не оберёшься проблем, если Тхэ-во случайно её найдёт, или если уборщики решат в неё заглянуть. Со-вон даже подумывал выйти на улицу и сжечь этот буклет, но, испугавшись случайного пожара, в конце концов решил отказаться от идеи избавиться от него. В конечном счете злополучная инструкция для гидов была похоронена в самом дальнем углу комнаты Со-вона.

Всё ещё со следами шока на лице, Со-вон безучастно лежал на постели. Когда время возвращения Тхэ-во стало приближаться, он спустился на первый этаж, чтобы подождать его там. Ему казалось, что, оставшись в комнате, он может застрять в этом шоковом состоянии и даже не заметить, как Тхэ-во вернётся.

Тайфун миновал, но лето всё ещё было в разгаре, и дни стояли долгие. Несмотря на окончание рабочего дня, на улице по-прежнему ярко светило солнце. Пока Со-вон без дела сидел на диване в ожидании Тхэ-во, назойливые мысли о содержании буклета мучительно кружили в его голове.

В его воображении их с Тхэ-во фигуры наложились на безликие иллюстрации, повторяя их действия. Со-вон побледнел; ему хотелось закричать, но он вовремя пришёл в себя и отчаянно затряс головой, пытаясь сбросить наваждение. Но, однажды начав свой бег, эта карусель мыслей уже не желала останавливаться.

Калейдоскоп образов, которые он успел увидеть лишь мельком, проносился у него перед глазами, и теперь они с эспером были в главных ролях. Чем больше он старался перестать думать, тем явственнее становилось тело Тхэ-во. Вообразить его не составляло труда, поскольку до этого в личной комнате он имел возможность отчётливо его разглядеть. Знай он, чем всё это обернётся, ни за что не стал бы тогда так пристально на него пялиться.

— Господин Тхэ-во, простите меня…

Чувство вины и омерзение к себе захлестнули его. Он сгорал от стыда из-за того, что посмел думать в таком ключе о человеке, принявшем столь ужасную смерть. Он просто не представлял, как сможет посмотреть Тхэ-во в глаза, когда тот вернётся.

За окном вечернее небо окрасилось в алый цвет. Оно выглядело так, словно кто-то щедро развёл в воде ярко-красную краску и широкими мазками прошёлся по небосводу. Со-вон лежал на диване, провожая взглядом медленно плывущие облака и пытаясь успокоить свой разум. И ровно в тот момент, когда бесстыжие мысли о них с Тхэ-во наконец-то улеглись, со стороны входа послышался звук набора кода на входной двери. Со-вон резко сел. Тхэ-во вернулся.

— Вы вернулись?

Открыв дверь, Тхэ-во столкнулся лицом к лицу с Со-воном, вышедшим его встретить. На мгновение слова замерли у него на языке. В своих самых смелых мечтах он представлял, как Со-вон будет встречать его по возвращении домой, но не смел и надеяться, что это когда-нибудь произойдёт на самом деле. Ведь ещё пару дней назад было невозможно даже представить, что кто-то станет с радостью приветствовать такого монстра, как он.

— Да. Надеюсь, вы хорошо отдохнули.

Это не было неприятным чувством. Тхэ-во не мог этого отрицать. Однако и просто наслаждаться им он не мог. С тех пор как он встретил Со-вона, в уголке его сердца начало расти и клубиться грязное желание. Он поймал себя на мысли, что стоит исполниться одной мечте, как он тут же начинает жаждать большего, совершенно забывая о своём истинном месте. То же самое происходило и сейчас. Со-вон встретил его у двери всего один раз, а Тхэ-во уже до одури хотелось, чтобы эта сцена повторилась и завтра.

Тхэ-во последовал за своим гидом. Он молча слушал без умолку болтающего Со-вона. В этих стенах, что всегда оставались холодными и безмолвными, вдруг разлилось тепло. Стоило лишь добавить к этому звонкий голосок Со-вона, и место стало походить на настоящий дом, где живут «люди», а не на то безликое жилое помещение, в котором Тхэ-во обитал всё это время. Была ли здесь когда-нибудь такая же жизнь раньше? Тхэ-во задумался, но мог лишь признать, что такое действительно происходит впервые.

Но эта оживлённость оказалась не так уж и плоха. Тхэ-во всегда считал, что любит тишину, но, видимо, ошибался. В отличие от голосов других людей, которые казались ему просто назойливым шумом, мягкая манера речи Со-вона ласкала слух. Спокойный, но светлый и жизнерадостный голос. В те моменты, когда этот уверенный, лишённый всякого страха голос обращался к нему, Тхэ-во чувствовал себя так, словно и сам становился человеком.

Со дня их встречи он жил обычной повседневной жизнью, которой он никогда прежде не знал. Каждое утро, проснувшись, он ощущал в теле незнакомую доселе лёгкость и мог позволить себе неспешно наслаждаться завтраком. С Со-воном под боком он наконец-то мог по-настоящему хорошо спать, а не просто лежать всю ночь с закрытыми глазами, да так крепко, что наутро ему даже не хотелось просыпаться. В последнее время он стал лучше контролировать свою силу, благодаря чему количество случаев, когда он случайно что-то ломал, значительно сократилось.

С Со-воном он мог дышать. Дошло до того, что он уже не мог вспомнить, как дышал раньше, чувствуя лишь, как воздух свободно поступает в тело, когда Со-вон находится рядом. И Тхэ-во никак не мог понять: было ли так из-за самого гидирования, или потому, что его гидом был Со-вон.

— Давайте сегодня начнём немного пораньше...

Со-вон, который до этого без умолку болтал рядом с ним, внезапно замолчал, как будто что-то вспомнил.

— Ох…

Он залился краской. Его лицо, покрасневшее так стремительно, что, казалось, вот-вот взорвется, выглядело, словно от него в любой момент пойдёт пар. Тхэ-во посмотрел на неожиданно притихшего Со-вона. Тот, с красным лицом, бросил на Тхэ-во взгляд, испуганно вздрогнул, когда их глаза встретились, и тут же отвернулся.

— Нет, ничего…

Его голос становился всё тише и тише. В этот момент Тхэ-во осознал, что тот просто пересиливал себя.

*

Со-вон поужинал и принял ванну. И хотя подготовка ко сну была завершена, он никак не решался зайти в комнату Тхэ-во. На его лице отразилось смущение: встречая Тхэ-во, он снова вспомнил о буклете, о котором только-только успел забыть. Как говорится, на воре и шапка горит, и это идеально описывало нынешнее положение Со-вона. Он поднялся, надеясь, что Тхэ-во спишет красноту его лица на отблески заходящего солнца.

Что бы ни случилось, ему нужно было спать, а для этого он должен был гидировать Тхэ-во. Со-вон тяжело вздохнул и направился в комнату эспера. Рука, которую он поднял, чтобы постучать, казалось, весила целую тонну.

— Господин Тхэ-во, я захожу.

Едва открыв дверь, он увидел сидящего на постели эспера. С заметной неловкостью Со-вон забрался на кровать. Как только он прислонился к спинке и медленно проскользнул под одеяло, то почувствовал себя немного лучше. Но не успел он в полной мере насладиться этим облегчением, как волны Тхэ-во пронзили его, намекая, что следует поторопиться и уже начать гидирование. Со-вон вспомнил, как сильно его эспер нуждается в этом, и поспешно приступил, тут же ощутив жалящие волны Тхэ-во, как будто они ждали его.

Со-вон растерянно посмотрел на руку Тхэ-во, прежде чем заговорить:

— Я не знал, что гидирования недостаточно. Простите меня, господин Тхэ-во.

— Всё хорошо. Теперь его достаточно.

Несмотря на слова Тхэ-во, характер его волн почти не отличался от того, каким он был при их первой встрече. Как и говорил наблюдающий врач, было очевидно, что гидирование на таком уровне никак не помогает эсперу, чьё состояние оставляет желать лучшего.

Со-вон вспомнил об интенсивном гидировании, которое упомянул доктор, и о буклете, который тот тайно передал ему. Как бы ему ни хотелось это признавать, но Тхэ-во действительно нуждался в помощи более высокого уровня.

Глава 24

Однако одно дело — нуждаться в гидировании высокого уровня, и совсем другое — проводить его.

Мало того, что Со-вон, как и Тхэ-во, был мужчиной, так он ещё и был начисто лишён какой-либо сексуальной привлекательности. И точно так же, как он сам испытывал неприязнь к этой идее, он был уверен, что и Тхэ-во не захочет проводить с ним что-то подобное. После долгих раздумий Со-вон решил, что, возможно, получится обойтись стадией, предшествующей самому высокому уровню интенсивности.

Но как только он представил себе определённые сцены, то тут же тряхнул головой. Он просто не сможет попросить того, кто однажды умер, совершить нечто столь отвратительное. К тому же, если Тхэ-во не совладает с силой и причинит ему вред, это обернётся худшим кошмаром в его новой жизни. Кошмаром, который он не сможет забыть уже никогда.

Если дело дойдёт до этого, единственным выходом останется сделать всё самому. В буклете также оговаривалось, что будет более эффективно, если гид сам возьмёт инициативу на себя. Со-вон украдкой взглянул на тело Тхэ-во. Сквозь одежду выступало массивное очертание. Он быстро отвернулся, зажмурив глаза. Это было невозможно. Это было абсолютно невозможно.

Содержание книжки и выступающая часть тела Тхэ-во терзали его поочерёдно. Со-вон закрыл глаза и попытался уснуть, в надежде забыть и то, и другое. И хотя он ничего не видел, всё равно кожей чувствовал на себе взгляд Тхэ-во. Со-вон долго ворочался, но в конце концов усталость взяла своё.

Место, куда он сбежал от реальности, оказалось его худшим кошмаром — операционной из того самого дня. На хирургическом столе лежал Тхэ-во из будущего с лицом, которое поглотила чёрная паутина вен. Он смотрел прямо на него. Со-вон не мог отвернуться ни от Тхэ-во, который, казалось, вот-вот закроет свои глаза навсегда, ни от всей этой залитой кровью сцены. Он был не в силах оторваться от этого слабого, затухающего взгляда.

Сегодня он почти сразу осознал, что это сон. Со-вон знал, что, стоит лишь открыть глаза, Тхэ-во будет с ним рядом. Ему безумно хотелось поскорее проснуться. Он был уверен, нужно только позвать Тхэ-во, и тот разбудит его. Изо всех сил он старался выкрикнуть его имя. Однако губы отказывались размыкаться, как будто были накрепко сшиты вместе.

Со-вон отчаянно сопротивлялся. Даже зная, что бороться во сне бесполезно, он размахивал руками и ногами, задыхаясь в тщетной попытке позвать Тхэ-во.

Сколько прошло в этой борьбе? Минуты, часы, а может, дни? Наконец он смог разомкнуть губы.

— Тхэ-во!!!

Собственный крик вырвал его из кошмара, заставив распахнуть глаза. Он весь взмок от холодного пота, а из глаз текли слёзы. Сердце бешено колотилось в тревоге. Тяжело и прерывисто дыша, он проверил место рядом с собой. Тхэ-во нигде не было.

— Господин Тхэ-во?

За окном едва светало, по небу расползалась утренняя дымка.

На дрожащих ногах Со-вон подошёл к окну. Из комнаты Тхэ-во был виден двор, где эспер всегда парковал машину.

— Уже уехал на работу, — понуро пробормотал Со-вон, глядя на пустой двор.

Он прижал ладонь ко лбу, пытаясь унять головную боль, накатившую после кошмара.  Ему казалось, что достаточно того, что Тхэ-во просто находится рядом, когда он засыпает, но, видимо, этого было мало. Глядя на рассвет, Со-вон заставил себя прийти в чувство, а затем направился в ванную в коридоре. Несмотря на усталость, он слишком хорошо знал: стоит ему снова уснуть, и кошмары вернутся. Со-вон умылся ледяной водой, чтобы согнать остатки сна.

[Во сколько вы сегодня вернётесь?]

Вернувшись в свою комнату, Со-вон отправил сообщение Тхэ-во. Он не рассчитывал на немедленный ответ, но тот пришёл на удивление быстро.

[Думаю, буду немного поздно.]

— Насколько поздно? — пробормотал Со-вон, глядя на ответ Тхэ-во. Но больше сообщений не было.

Ближе к полудню смартфон снова коротко завибрировал. Со-вон торопливо схватил его, думая, что это Тхэ-во, но, увидев имя отправителя, мгновенно охладел.

Это было сообщение от Ассоциации Гидов, анонс учебной программы для новичков. Заинтересовавшись, Со-вон перешёл на их сайт по указанной ссылке и обнаружил множество различных курсов. В голове промелькнуло: «Почему раньше ничего подобного не присылали?». Но тут же вспомнил, что сам заблокировал все контакты от обеих организаций — и Гидов, и Эсперов. Сама мысль о них была ему невыносима. Осознав это, Со-вон с досадой покачал головой.

Обучение не было обязательным. Прежний Со-вон поленился бы даже взглянуть на него, но сейчас он всерьёз рассматривал этот базовый курс для гидов. Правда, пометка о целевой аудитории — «ученики средней и старшей школы» — заставила его засомневаться, но содержание программы выглядело полезным. Как раз кстати, занятия начинались уже на следующий день, и в утренней группе было ещё достаточно свободных мест.

Со-вон помедлил, но всё же нажал кнопку «подать заявку». Почти сразу же пришло подтверждение.

Тхэ-во вернулся поздно ночью.

Выйдя из машины, эспер взглянул на залитый светом дом. Окна сияли так ярко, будто Со-вон перед сном забыл погасить лампы. Тхэ-во переступил порог, уверенный, что гид уже давно спит. Однако, как и вчера, тот вышел его встречать.

По его измученному лицу Тхэ-во сразу понял, что он ждал, и виновато склонил голову.

— Простите. Я задержался, было много работы.

— Ничего страшного. Мне просто не спалось.

Со-вон солгал, не подозревая, что на его лице отразились все следы борьбы со сном в ожидании Тхэ-во. Впрочем, учитывая, что он действительно не мог спать из-за кошмаров, это была не совсем ложь. Скорее, полуправда.

«Он говорил, что опоздает немного», — небольшое недовольство промелькнуло за его улыбкой.

Ему совсем не нравилось, что Тхэ-во вернулся далеко за полночь, но, измученный кошмарными видениями, он почувствовал, как при одном виде эспера у него за спиной радостно вильнул несуществующий хвостик. Пытаясь не выдать своих эмоций, Со-вон обратился к нему:

— Господин Тхэ-во, я хотел бы попросить вас об одолжении.

— Да, конечно.

— Вы не могли бы какое-то время брать меня с собой, когда едете на работу?

Образовательный курс, на который Со-вон записался днём, проводился в главном здании Ассоциации Гидов. Оно располагалось рядом с Ассоциацией Эсперов, где работал Тхэ-во. Хоть это и было далеко от дома, сами здания находились менее чем в пяти минутах ходьбы друг от друга. Если бы Тхэ-во согласился подвозить Со-вона, добираться на занятия было бы гораздо удобнее.

— Могу я узнать причину?

— Я записался на образовательный курс для гидов в Ассоциации. Он начинается завтра и продлится неделю.

— Понял.

Тхэ-во тут же согласился без дальнейших расспросов. Услышав его ответ, Со-вон не смог сдержать улыбку, уголки его губ сами поползли вверх.

Но была и другая причина, по которой Со-вон записался на этот курс. Возможно, он ещё не осознавал этого, но с сегодняшнего дня Тхэ-во придётся возвращаться домой каждый день вместе с Со-воном. Более того, он больше не сможет тихо уйти из дома, пока Со-вон спит, как сделал это сегодня.

Теперь Со-вону не придётся весь день терзаться вопросом, вернётся ли Тхэ-во. Это было его самым большим беспокойством с того момента, как они начали жить вместе, и он не ожидал, что всё решится так просто. Как же он был рад, что не проигнорировал то сообщение от Ассоциации Гидов. На душе мгновенно полегчало. Пусть даже придётся вставать ни свет ни заря, чтобы успеть за Тхэ-во, уезжающим на рассвете, это было несравненно лучше, чем ночные кошмары.

Он уже присмотрел себе несколько новых лекций на время после окончания базового курса. Идущий следом курс, потом месячный интенсив и так далее. Со-вон планировал и дальше привязывать Тхэ-во к себе под предлогом того, что будет посещать разные занятия, пока не прекратятся кошмары. Благодаря разнообразию программ он мог ездить с Тхэ-во как минимум несколько месяцев.

После решения этого вопроса он почувствовал, как сонливость овладевает им. Поднимаясь по лестнице вслед за Тхэ-во, Со-вон широко зевнул. Дойдя до спален, расположенных друг напротив друга, не заходя к себе, он последовал за эспером. Тхэ-во заметил это и молча придержал дверь, пропуская его внутрь.

*

Этот курс для гидов давал самые азы. Но, к своему стыду, Со-вон понимал, что это именно его уровень.

Материалы, подготовленные Ассоциацией, были содержательными и хорошо организованными. В них было изложено всё, что нужно знать гиду: от сути гидирования и служебных обязанностей до специфики работы эспера, который станет его партнёром. Курс предназначался для новичков, поэтому всё излагалось в самых общих чертах. Но для Со-вона, чьи познания в этой области сводились к нулю, это был идеальный способ усвоить большой объём информации за короткое время.

Однако начать обучение после восьмилетнего перерыва было нелегко. Со-вон то и дело отвлекался на посторонние мысли, поэтому, когда лекцию объявили оконченной, лишь растерянно посмотрел на людей, покидающих класс. Почему-то ему непросто было спокойно усидеть на месте, хотя лекции длились всего три часа. Он честно слушал, но в голове не отложилось абсолютно ничего.

И пусть в посещении этих занятий не было абсолютно никакого толка, Со-вон всё равно поднялся с места с лёгким сердцем. Вернувшись домой, он вполне сможет самостоятельно разобраться в материалах, выданных Ассоциацией. Со-вон не торопясь побрёл домой. Зная, что Тхэ-во вернётся рано или поздно, он больше не боялся, что ему придётся томиться в его ожидании. Главная тревога исчезла, и он наконец-то расслабился.

— Простите. Боюсь, что я не смогу подвезти вас завтра.

— Что?

Был вечер четверга, прошло всего два дня с начала обучения.

Глава 25

Чувствуя вину, Со-вон смущённо притих. Два дня подряд он бессовестно просыпал. Несмотря на то, что перед сном он устанавливал будильник на несколько повторов, обещая себе, что уж завтра точно-преточно встанет рано, на деле он просто игнорировал все звонки и продолжал спать. Из-за этого бедный Тхэ-во с самого утра страдал от нескончаемого трезвона.

Изначально Со-вон планировал, что по приезде они будут заходить в личную комнату Тхэ-во для короткого гидирования, а оттуда он уже побежит на свои занятия. Однако по какому-то странному стечению обстоятельств каждый раз, когда они выезжали из дома, времени едва хватало, чтобы успеть на занятия, не говоря уже о каком-либо гидировании. Особенно в первый день, когда из-за жутких пробок они оба сильно опоздали. Со-вон осознавал свою вину, и у него не хватило совести спросить о причине.

— Неожиданно назначили рейд в Ворота.

— Ах…

Слава богу, дело было не в том, что он такой соня. Со-вон выдохнул с облегчением, но затем с недоумением спросил:

— Разве вы не зачищали Ворота совсем недавно?

— Мне очень жаль.

— Да нет. Тут уж ничего не поделаешь.

С последнего рейда Тхэ-во прошло немногим больше недели. Мало того что, в отличие от остальных, кто ходил в Ворота раз в две недели, его отправляли туда еженедельно, так ещё и состояние эспера до конца не восстановилось. Учитывая нехватку гидирования, было очевидно: если он пойдёт на зачистку сейчас, то вернётся в таком же ужасающем виде, как и в прошлый раз, а то и хуже.

Со-вон с тревогой посмотрел на своего эспера. Перед глазами всё ещё живо стояла картина мечущегося в агонии Тхэ-во, чьё тело после прошлого рейда сплошь покрывали жутко воспалённые вены. Но сам Тхэ-во казался абсолютно невозмутимым, словно перспектива вновь пережить эту адскую боль его совершенно не пугала. По сравнению с его бесстрастной реакцией Со-вон чувствовал, будто раздувает из мухи слона, и это при том, что даже не ему предстояло идти в Ворота.

— Раз вызвали так внезапно… Открылись какие-то опасные Ворота?

Судя по всему, они были как минимум А-ранга, раз Ассоциация так срочно выдёргивала Тхэ-во, закрывая глаза на его тяжёлое состояние. Ощущая жгучие, хаотичные волны энергии, бившиеся прямо под его ладонью, Со-вон задумался, не стоит ли провести интенсивное гидирование перед тем, как эспер отправится в рейд.

— Это не Ворота высокого ранга, но сказали, что у них нехватка людей, так что иду я.

Ответ Тхэ-во был совершенно неожиданным. Вызывать эспера S-класса, недавно ходившего в рейд, ради Ворот какого-то низкого уровня? И к тому же просто на замену? Со-вон слегка нахмурился, не в силах понять логику.

— Это будет зачистка?

— Да.

У рейдов было три стадии. Первая — расчистка входа, вторая — разведка и патрулирование вплоть до середины, и, наконец, финальная зачистка — полное уничтожение всех монстров внутри. Как правило, если Ворота не были слишком опасными, а чудовища не лезли изо всех щелей, операция проходила строго по этим трём этапам.

Со-вон слышал, что эсперы не любят рейды финальной зачистки. Чем глубже в Ворота, тем сильнее монстры, а токсичность там в несколько раз выше, чем на входе, из-за чего раны с трудом поддаются лечению. При серьёзных травмах даже эсперы с высокой способностью к регенерации могут на всю жизнь остаться с осложнениями. Кроме того, именно на финальных этапах зачистки фиксировался самый высокий уровень смертности.

Однако Ассоциация Эсперов не была уж настолько ограничена в ресурсах, чтобы возникла острая необходимость в Тхэ-во, который ещё даже толком не отдохнул! Со-вон всё не мог избавиться от сомнений, но, видя, что Тхэ-во определённо намерен поехать, попытался убедить себя, что на то есть веская причина.

— Вы же всё ещё нуждаетесь в гидировании... Как вы себя чувствуете?

— Со мной всё хорошо.

Но даже этот ответ не смог развеять тревогу Со-вона. Да, уровень Ворот был невысок, но зачистка есть зачистка. Поскольку Тхэ-во был эспером физического типа, ему приходилось сходиться с монстрами в ближнем бою на самой глубине, что само по себе сильно выматывало. Пускай прошлые Ворота В-ранга и были посложнее, но тогда Тхэ-во вернулся оттуда в настолько жутком состоянии, что Со-вон всерьёз боялся увидеть его таким же и сейчас.

— Тогда можно мне поехать с вами?

Пока что обучение гидов сводилось лишь к лекциям, так что пропуск одного дня не стал бы большой потерей. Вместо посещения занятий, которые он всё равно слушал вполуха, поехать вместе и провести гидирование в дороге казалось куда лучшим решением. И раз уж гидирование можно было осуществлять бесконтактно, он ничуть не помешает Тхэ-во вести машину.

— Мы должны будем отправиться в другой регион. Будет лучше, если вы отдохнёте дома...

— Ничего страшного! — поспешно ответил Со-вон, не дав Тхэ-во договорить.

Он с самого начала и не думал, что это будет где-то поблизости от Сеула. Наоборот, чем дальше им придётся ехать, тем дольше продлится гидирование, а это лишь дополнительный повод поехать вместе с Тхэ-во.

— Вам придётся долго ждать.

— Я могу подождать в Ассоциации поблизости или в Центре.

Если ранги Ворот и эспера совпадали, гиды обязаны были дежурить рядом. Специально для этого Ассоциации и Центры оборудовали выделенные комнаты ожидания. Со-вон был в такой всего один раз во время инцидента с Воротами в Инчхоне и вспоминал, как его приятно удивили условия. Более того, как гид эспера S-ранга Кан Тхэ-во, он мог пользоваться персональной комнатой вместо общей. Пребывание могло быть тоскливым, но зато в комфортных условиях.

— …

Тхэ-во молчал, не зная, что решить. Воспользовавшись долгой паузой, Со-вон спросил ещё раз:

— Я могу поехать с вами?

— Ладно.

Тхэ-во нехотя кивнул. Со-вон удовлетворённо улыбнулся, получив желанный ответ, и снова сосредоточился на гидировании.

*

День начался отлично.

Сегодня утром он проснулся вовремя, и волосы удалось аккуратно уложить. Со-вон сел в машину с ощущением, будто отправляется на пикник. Хотя он и понимал, что это не так, но поездка в другой регион казалась запоздалым отпуском.

— Кстати, а куда мы едем?

— В Чхунбук.

Со-вон втайне надеялся на поездку к морю, поэтому его ожидания слегка не оправдались. Чхунбук? Что там есть в этом Чхунбуке? Так ничего и не вспомнив, он почувствовал, как его воодушевление немного угасло.

И всё же погода была восхитительной. Он решил, что, в сущности, не имеет значения, куда они направляются, если он всё равно останется в комнате ожидания. Глядя на проплывающий за окном пейзаж, Со-вон наслаждался давно забытым чувством умиротворения. Чистое небо и яркое солнце за окном – казалось, будто они просто выехали покататься в погожий денёк. Даже жгучие волны Тхэ-во сейчас ощущались как приятное пощипывание.

За окном мелькали дороги и горы. Всю дорогу они не проронили ни слова, но это затянувшееся молчание не казалось тягостным. Со-вон связался с родителями впервые за долгое время, отправив сообщение, что он сейчас едет в Чхунбук. В отличие от Тхэ-во, они не ответили сразу, поэтому, подождав немного, он отложил смартфон.

Восторженное любование пейзажем за окном примерно через час сменилось скукой. Однообразный вид состоял только из дорог и гор и некоторое время спустя уже не привлекал внимания. Потеряв интерес, Со-вон отвернулся от окна.

Он не собирался смотреть на Тхэ-во, но, повернув голову, увидел его, сосредоточенного на дороге. Тот и сегодня был одет в чёрный лонгслив, закрывающий запястья, и багровые вены всё так же проступали на тыльной стороне кисти. Хотя вчера Со-вон провёл гидирование довольно долго, увидев вздувшиеся кровеносные сосуды, он почувствовал, что нужно повторить его. Возможно, процесс шёл даже сейчас, но, в отличие от Тхэ-во, без физического контакта Со-вон ничего не чувствовал, поэтому ему было сложно в это поверить.

Пока Со-вон украдкой рассматривал Тхэ-во за рулём, он вспомнил, как что-то краем уха слышал на курсах для гидов. Он не мог поручиться за точность, но, насколько помнил, гидирование, проведённое непосредственно перед входом в Ворота, очень помогает эсперам успокоить напряжённый разум и дольше сохранять стабильность во время зачистки.

Теперь мысль о том, что нужно его провести, переросла в твёрдую уверенность. Он чувствовал, что если не сделает этого до того, как Тхэ-во уйдёт, то потом будет изводить себя тем, что не может оказать поддержку, пока тот находится в Воротах. Ему хотелось хотя бы просто взять его за руку, но, видя, что Тхэ-во полностью сосредоточен на дороге, решил, что сейчас совершенно неподходящий момент.

Ах, почему он не подумал об этом чуть раньше?

На его лице явно читалось сожаление. Времени оставалось в обрез. Машина уже съехала с шоссе и теперь петляла между зданиями. Вдали показался Центр гидов — место, куда нужно было отвезти Со-вона.

В конце концов Со-вон осторожно высказал свою просьбу только по приезде в Центр.

— Вы сейчас сразу идёте в Ворота?

— Да.

— Я бы хотел провести вам небольшое гидирование… Вы не могли бы немного задержаться?

Увидев, что Со-вон нерешительно замолчал, Тхэ-во посмотрел на часы.

— Думаю, минут десять у меня есть.

Тхэ-во не стал отказываться. У него ещё оставалось немного времени в запасе, а раз Со-вон сам просил о гидировании, причин для отказа не было. Тхэ-во подумал, что это ему следует быть признательным за такое предложение, но вместо него благодарность высказал гид и первым протянул руку.

Тхэ-во попытался подставить тыльную сторону ладони, как обычно, но Со-вон бережно перехватил протянутую ему руку. Его светлые пальцы обхватили большую ладонь эспера. Лишь когда Со-вон удостоверился, что руки плотно прижаты друг к другу без малейшего просвета, он опустил переплетённые кисти на свободное место у коробки передач.

Глава 26

— Хм…

Со-вон молча прислушивался к волнам Тхэ-во, склонив голову. Привычная жгучая энергия непрерывным потоком устремилась в его ладонь, но казалось, что гидирование не идёт как следует. Словно канал был слишком узким, чтобы пропустить такую мощь разом. Обнажённая тыльная сторона руки Тхэ-во почему-то казалась совсем беззащитной. Немного подумав, Со-вон накрыл ее второй ладонью.

Когда он обхватил руку Тхэ-во сверху и снизу, волны хлынули с удвоенной силой. Яростные и хаотичные, они разделились на два русла, и казалось, что застопорившееся гидирование наконец-то заработало в полную силу.

— Вот так-то лучше.

Обе ладони покалывало, но охватило удовлетворение – такого он никогда раньше не испытывал во время гидирования. Было бы прекрасно, если бы вены исчезли к моменту, когда он отпустит его, но тёмно-красные сосуды, проглядывающие между его пальцами, пока оставались неизменными.

Десять минут пролетели незаметно. Со-вон постоянно следил за временем и отпустил руку Тхэ-во ровно в тот момент, когда десять минут прошли. Ему хотелось продлить гидирование ещё немного, но задерживать эспера больше было нельзя. Со-вон уже собрался выйти из машины, но понял, что забыл про ремень безопасности, и с запозданием отстегнулся. Привычное давление на грудь исчезло.

— Я скоро вернусь.

— Только, пожалуйста, не перенапрягайтесь, даже если рейд затянется.

Тхэ-во предложил проводить Со-вона до комнаты ожидания, но тот отказался. Внушительная фигура эспера во всём чёрном слишком бросалась в глаза, а Со-вон не хотел видеть, как люди в страхе шарахаются от одного его вида. К тому же он не желал становиться обузой для того, кто и без того находился в стрессе из-за предстоящей битвы с монстрами.

Со-вон попрощался, велев Тхэ-во беречь себя, и вышел из машины. Он вежливо поклонился вслед автомобилю, хоть эспера и не было видно. Ему было искренне жаль, что всё, что он мог сделать — это держать его за руку до самого последнего момента.

Направляясь к Центру Гидов, Со-вон пересёк парковку. Здание было меньше, чем то, в котором он жил в Инчхоне, но, судя по его ухоженному внешнему виду, комната ожидания тоже должна быть очень даже неплохой. Чем бы заняться, пока Тхэ-во не вернётся? Если предстоит полная зачистка, ждать придётся как минимум полдня, а Со-вон уже начал изнывать от скуки.

— Господин Ли Со-вон?

Со-вон прогулочным шагом брёл по территории, разглядывая незнакомую местность. Услышав раздавшийся позади голос Тхэ-во, он вздрогнул и обернулся. Тот стоял прямо за его спиной. Со-вон быстро осмотрелся, чтобы проверить, нет ли поблизости людей. К счастью, пока никого не было видно, но казалось, что в любой момент кто-нибудь может появиться либо из дверей Центра, либо со стороны парковки.

— Вы оставили вот это.

Тхэ-во протянул ему что-то. И только увидев в руке эспера знакомый смартфон, Со-вон понял, что его карман пуст.

— Ох… Спасибо.

Должно быть, он случайно обронил его, когда выходил из машины. Со-вон взял телефон с виноватым видом. И только он собрался окончательно попрощаться с Тхэ-во, пока здесь не появились люди, как вдруг почувствовал, что кто-то приближается. По мере того как чужие шаги становились всё громче, Со-вон напрягся, внутренне готовясь к испуганному возгласу, который вот-вот должен был раздаться.

— Надо же, кого мы видим! Эспер Кан Тхэ-во, я не ошибся?

Вопреки ожиданиям, раздавшийся голос звучал совершенно спокойно. Со-вон поразился тому, что в этой реакции не было ни капли страха перед Тхэ-во, а затем удивился вновь: незнакомец, судя по тону, явно его знал. Со-вон повернул голову, чтобы взглянуть на говорящего.

Ослепительно светлые волосы и красивые черты лица. Первая мысль была, что это какая-то знаменитость, но Со-вон тут же поправил себя — Чхве Си-хёк. Как и Тхэ-во, он был эспером S-класса Южной Кореи, но с телекинетическими способностями. Си-хёк славился не только своей силой, но и карьерой модели и актёра. В новостях шоу-бизнеса он появлялся куда чаще, чем в репортажах о зачистке Ворот, из-за чего воспринимался скорее как звезда, а не как эспер.

— Здравствуйте.

— Давно не виделись. Какими судьбами? Не далековато ли это место от дома эспера Кан Тхэ-во?

— Я здесь ненадолго, из-за Ворот.

Как и большинство селебрити, в реальности Си-хёк оказался куда красивее, чем на фото. Со-вон на мгновение был поражён его внешностью, хоть и сам был мужчиной. Лицо, которое, казалось, излучало сияние, яркое обаяние, неизменная улыбка — эспер, о котором ходила лишь хорошая молва. Во многом он был полной противоположностью Тхэ-во.

Возможно, поскольку Си-хёк тоже был эспером S-класса, он оставался совершенно невозмутимым даже при близкой встрече с Тхэ-во. Он катил инвалидное кресло, в котором сидела женщина. Со-вону показалось довольно любопытным, что даже она, на первый взгляд самый обычный человек, не выказала ни малейшего страха перед Тхэ-во.

— О!

Си-хёк воскликнул, словно что-то вспомнил.

— Это случайно не по поводу зачистки Ворот, которые тут открылись?

— Да.

— Вообще-то, это было моё задание.

Си-хёк усмехнулся и продолжил:

— Сегодня пятница, мне вдруг стало лень, вот я и отказался. Думал, руководство спихнёт это на кого-нибудь рангом пониже, но, кажется, в итоге я только доставил вам хлопот.

Си-хёк произнёс это со смехом, словно всё это было отличной шуткой, и на его лице не читалось ни капли раскаяния. Со-вон не верил своим ушам. Если бы Си-хёк на этом умолк, Со-вон подумал бы, что ослышался, и не придал бы его словам значения, но тот продолжил.

— Вы ведь, вроде, недавно уже были на зачистке? Я слышал, у вас появился гид. Жизнь, кажется, налаживается, да?

Тхэ-во не ответил. На первый взгляд, если судить по их приветствию, могло сложиться впечатление, что они близки, но этот разговор в формате одностороннего вещания оставлял странное чувство. Со-вон перевёл взгляд с одного эспера на другого и встретился глазами с Си-хёком. Увидев его красивое лицо, Со-вон вмиг растерял все признаки интеллекта на своём собственном.

— Но вам не следует так разгуливать. Посмотрите, вы напугали человека.

Си-хёк кивнул в сторону Со-вона. Тот занервничал, как только внимание переключилось на него, и взглянул на Тхэ-во.

Поймав взгляд Со-вона, Тхэ-во задумался. Общаться с Си-хёком всегда было тяжело. Временами они пересекались на рейдах, но разговоры с ним никогда не складывались. Тхэ-во знал, что лучшим выходом было бы притвориться, что Со-вон просто случайный прохожий, и вообще ничего не отвечать на этот выпад. Однако, пусть даже только в этот раз, он не хотел так обходиться с Со-воном.

— Это мой гид.

— Что?

Тхэ-во представил Со-вона в своей типичной краткой манере. Си-хёк удивлённо распахнул глаза и принялся переводить взгляд с гида на эспера. Наблюдая за этим внезапным интересом, Тхэ-во почувствовал, как в нём растёт смутное беспокойство.

— А я всё думал, что за монстр этот гид со стопроцентным совпадением с Кан Тхэ-во… — тихо пробормотал Си-хёк, оценивающе оглядывая Со-вона с ног до головы, явно сбитый с толку тем, что увидел.

Он с любопытством рассматривал молодого человека, которого Кан Тхэ-во лично представил как своего гида. Слишком миловидная для мужчины внешность и юное лицо, заставлявшее усомниться в том, что он действительно совершеннолетний. Выражение, выдававшее мягкую и безобидную натуру, было настолько напряжённым при виде Си-хёка, что последнего это откровенно забавляло, едва не заставляя рассмеяться.

Бог, который игнорировал Тхэ-во десять с лишним лет, казалось, наконец-то смилостивился и решил спасти его, послав гида будто ниоткуда. Да ещё и с несуразным стопроцентным совпадением.

Глаза Си-хёка сузились, но за мгновенно вспыхнувшей на его лице улыбкой этого никто не заметил.

— Я эспер S-класса Чхве Си-хёк. Приятно познакомиться.

Си-хёк просиял и протянул Со-вону руку. Со-вону не слишком хотелось отвечать на этот жест, но это широкое, дружелюбное выражение буквально заворожило его. Когда Со-вон пришёл в себя, то обнаружил, что уже пожимает протянутую ладонь и представляется в ответ:

— Здравствуйте… Я гид А-класса Ли Со-вон.

Как только их руки соприкоснулись, хлынуло незнакомое ощущение. Оно было таким спокойным, что не шло ни в какое сравнение с Тхэ-во. Сначала он подумал, что это тепло чужой ладони, но по мере того как мягкая волна стала подниматься вверх по его руке, до него постепенно дошло.

Волны. Это были волны Си-хёка.

Впервые в жизни он ощущал ещё чьи-то волны, помимо Тхэ-во. В отличие от его хаотичного и свирепого потока, энергия Си-хёка была мягкой, как тёплая морская вода. Однако эти незнакомые, нежные ощущения не вызвали у Со-вона восхищения, вместо этого он почувствовал растерянность.

Способность чувствовать волны другого человека могла означать лишь одно.

— Быть гидом Кан Тхэ-во, должно быть, сложно. Но…

Казалось, Си-хёк тоже это заметил, крепче сжав руку Со-вона.

— Кажется, наша совместимость весьма высока?

— Ох!

Со-вон почувствовал, что его руку резко потянули. Не успев среагировать, он подался вперёд. Си-хёк навис над потерявшим равновесие Со-воном, оказавшись лицом к лицу. Его бесцеремонный, липкий взгляд скользнул по лицу гида.

Волны другого человека можно было почувствовать, только если уровень совпадения превышал определённый процент. Это относилось к минимальным требованиям совместимости по правилам Ассоциации. Проще говоря, если оба, эспер и гид, чувствовали волны друг друга, это означало, что они определённо подходили для совместной работы.

Стоило взгляду Со-вона пересечься с глазами, отливающими голубым, как по его телу побежали мурашки.. Си-хёк чуть изогнул губы в улыбке, словно это его забавляло. Со-вон, запоздало придя в себя, попытался вырвать свою руку из хватки Си-хёка, но сколько бы сил он ни прилагал, рука, словно зажатая в тиски, не сдвинулась ни на миллиметр.

Глава 27

Ситуация складывалась скверная. Чхве Си-хёк тоже был эспером S-класса.

На лице Со-вона отразилась растерянность. Даже если он не был «физиком», как Тхэ-во, от природы всё равно был куда сильнее простых людей. Чем выше класс, тем ощутимее разница. И пока сам Си-хёк не решит разжать его руку, Со-вон, как обычный человек, был перед ним бессилен. Однако во взгляде, с любопытством устремлённом на гида, не читалось и намёка на такое намерение.

— Уровень, должно быть, около сорока... нет, пятидесяти процентов. Кажется, вы сказали, вас зовут гид Ли Со-вон? Не хотите пройти со мной тест на совместимость?

— Э-э, нет, я уже…

Расстояние между ними постепенно сокращалось. Со-вон плотно сжал губы, глядя, как Си-хёк медленно надвигается на него. Он ощутил внезапный страх перед этим зловещим взглядом, но из-за зажатой в чужой хватке руки не мог отступить.

Си-хёк подался вперёд, намереваясь подойти ещё ближе. Но в этот момент между ними выросла большая тёмная фигура, заслонив Со-вона.

— Пожалуйста, отпустите, — прозвучал низкий голос.

Со-вон поднял глаза и увидел неизменно бесстрастное лицо Тхэ-во.

— Т-Тхэ-во.

Один лишь его вид заставил тревожно бьющееся сердце Со-вона успокоиться. Он почувствовал огромное облегчение от того, что его эспер был рядом.

Пришедший в себя Со-вон наконец смог оценить ситуацию. Тхэ-во удерживал Си-хёка, крепко перехватив его запястье, в то время как тот всё ещё не отпускал руку гида. Чёрная рука Тхэ-во с выступающими на ней венами резко диссонировала на фоне белой кожи Со-вона и Си-хёка.

— Ой-ой-ой, — преувеличенно заойкал Си-хёк, всем видом показывая, как ему невероятно больно. Однако выражение его лица говорило об обратном.

— Он же не сотрётся от того, что я немного до него дотронусь. Ты слишком остро реагируешь…

Си-хёк хитро улыбнулся. В тот же миг хватка Тхэ-во стала ещё сильнее. Послышался жуткий звук, словно сминалась плоть.

— Угх! Сейчас сломаешь, сейчас сломаешь!

На этот раз он скривился так, будто ему действительно было больно, и наконец отпустил гида. Со-вон быстро прижал к себе высвобождённую руку и отступил назад, прячась за спиной Тхэ-во. Кисть, которую сжимал Си-хёк, пульсировала болью. Оставшиеся на ней красные отметины, казалось, ещё не скоро пройдут.

Только после того, как Со-вон, потирая руку, спрятался за его спиной, Тхэ-во отпустил Си-хёка. Отпечаток большой ладони, оставшийся на его запястье, выглядел таким жутким, что казалось, будто кожа омертвела. Но буквально несколько мгновений спустя он растаял, как мираж.

— Как нелюбезно.

Си-хёк подвигал рукой, сжал и разжал кисть несколько раз, словно проверяя её состояние. Рука, которую только что едва не раздробили, двигалась без малейших проблем. Однако эспер недовольно нахмурился и брезгливо отряхнул то место, которого касался Тхэ-во, будто счищая невидимую грязь. Этот жест был настолько красноречив, что по лицу Со-вона тут же можно было прочитать, как ему неприятно это видеть.

— Судя по тому, что все эти вены всё ещё на месте, полноценного гидирования вы не получаете?

От этих слов Со-вон опустил глаза, почувствовав себя уязвлённым.

— Конечно, при такой внешности кто захочет этим заниматься, это омерзительно…

Слова били в цель. Буквально секунду назад Со-вон поймал себя на мысли, что искренне сожалеет, что не обеспечивает гидирование на должном уровне.

Во время промежуточного обследования он понял, что Тхэ-во остро нуждается в этом, однако так и не продвинулся дальше невинных касаний рук. И хотя их курирующий врач дал ему буклет, ему не хватало решимости, и он продолжал избегать этого.

И ведь нельзя сказать, что он не знал о других способах гидирования. Он безответственно откладывал этот шаг лишь потому, что его слишком смущала мысль о подобной близости между двумя мужчинами.

— Как же не повезло твоему гиду. Работать с подобным монстром, — произнёс Си-хёк с издёвкой.

Взгляды эсперов скрестились в воздухе. Несмотря на провоцирующие высказывания, Тхэ-во никак не отреагировал.

Как и говорил Си-хёк, Тхэ-во искренне считал, что Со-вон не будет счастлив, если останется его гидом. Со-вону приходилось жить под одной крышей с тем, кто мало чем отличается от монстра, и каждый день проводить гидирование, а из-за своего доброго сердца просто не мог от него отвернуться. Если бы Со-вон стал гидом другого эспера, он, несомненно, был бы гораздо счастливее.

Например, кого-то вроде Чхве Си-хёка.

Увидев, как лицо Тхэ-во омрачилось, Си-хёк наконец довольно улыбнулся. Он продолжал ухмыляться, глядя на эспера, но вскоре затянувшееся молчание показалось ему скучным, и он с притворной беспечностью проверил время.

— Что ж, я, пожалуй, пойду. Разберитесь с Воротами за меня. Гид Ли Со-вон, моё предложение остаётся в силе. Свяжитесь со мной по этому номеру.

Со-вон, который стоял с опущенной головой, поймал внезапно брошенную ему визитку и поднял глаза. Си-хёк одарил его идеальной, словно нарисованной улыбкой, и двинулся прочь, покатив инвалидное кресло.

Со-вон растерянно посмотрел ему вслед, как вдруг поймал взгляд сидящей в нем женщины. Она молчала всё это время, пока шёл неприятный разговор, и сейчас, когда Со-вон взглянул на неё, склонила голову в лёгком приветственном поклоне. Прежде чем Со-вон успел ответить, кресло с ней уже проехало мимо.

Глядя вслед удаляющемуся Си-хёку, он не мог вымолвить ни слова. Тхэ-во был в таком же состоянии. Некоторое время они просто стояли на месте в полном молчании.

Тхэ-во первым пришёл в себя.

Услышав приближающихся издалека людей, он понял, что пора идти. Если он не уйдёт до того, как кто-то здесь появится, это может привести к хаосу в одно мгновение. А это навредит не только Со-вону, но и тем, кто сейчас получает медицинскую помощь или восстанавливает силы в Центре.

Со-вон как в оцепенении глядел в сторону, где скрылся Си-хёк. Взгляд Тхэ-во опустился на руку гида. Красные следы, оставшиеся на коже, напомнили ему о том, как Со-вон потирал её, словно пытаясь унять боль. Сердце Тхэ-во сжалось от тревоги, что эта маленькая и нежная рука могла быть травмирована. Он не мог отвести от неё взгляд.

Он хотел спросить, как тот себя чувствует, но имя Си-хёка на визитке, которую крепко держал Со-вон, привлекло его внимание.

Гид, которому не повезло.

Брошенные недавно слова снова эхом прозвучали в голове. Глядя на покрасневшую кисть Со-вона, Тхэ-во так и не открыл рта. Это всё была его вина — он не сумел остановить Си-хёка. Разве эспер, который не в состоянии защитить своего единственного гида, заслуживает того, чтобы он у него был? Тхэ-во захлёстывало чувство вины от одного лишь взгляда на Со-вона, и он отвернулся.

— Я пойду.

— Да, хорошо…

Голос Со-вона постепенно стих. Тхэ-во слегка кивнул, прежде чем уйти. Отдаляясь, он ещё долго чувствовал на себе взгляд своего гида, но так и не нашёл в себе сил оглянуться.

Покинув Центр, где остался Со-вон, Тхэ-во сразу направился к Воротам. Обычно он прибывал заранее и ждал, но сегодня время поджимало из-за встречи с Си-хёком.

По прибытии к Воротам Тхэ-во не дали ни минуты передышки. Выйдя из машины, он тут же доложил о своём прибытии сотруднику Ассоциации, ожидавшему во временной палатке, и прошёл быстрый осмотр. Не успел он переодеться в боевую форму, как прозвучал сигнал сбора.

Когда он подошёл к группе людей, собравшихся у Ворот, один из эсперов, заметивших его издали, нахмурился. Привыкший к такому, Тхэ-во спокойно встретил этот взгляд, наполненный не страхом, а отвращением, и с невозмутимым лицом встал рядом.

Обычные люди и эсперы при виде Тхэ-во реагировали немного по-разному. Любой человек вздрагивал, когда впервые встречался взглядами с ним, но если обычные люди боялись его и избегали, то эсперы, напротив, демонстрировали отвращение. Некоторые из них хмурились или даже плевались, когда он проходил мимо. До драк дело не доходило, но открыто оскорблять его прямо в лицо было для них в порядке вещей, так что Тхэ-во к этому уже привык.

Удостоверившись, что все эсперы в сборе, включая подошедшего последним Тхэ-во, сотрудник службы рейдов начал говорить, стараясь на него не смотреть.

— Теперь, когда все подошли, перед отправкой я ещё раз дам краткие пояснения по Воротам и напомню правила безопасности.

Его голос немного дрожал, но он всё же сумел взять себя в руки. Даже если для него это была не первая встреча с Каном Тхэ-во, он всё равно не мог привыкнуть к его внешности. Он вызвался добровольцем, выдержав большую конкуренцию, поскольку предполагалось, что в рейде будет участвовать Чхве Си-хёк. Однако буквально накануне того внезапно заменили на Кана Тхэ-во. Удача явно не благоволила ему.

Он собирался начать пояснения, внутренне оплакивая свою участь.

— Эй, а где Чхве Си-хёк? И почему этот монстр здесь?

Один из эсперов, который лишь сейчас заметил Тхэ-во, произнёс это с явным недовольством, хмурясь, словно увидел нечто непотребное. После этих слов начался хаос.

— Кан Тхэ-во?

— Что? Здесь этот монстр?

— Что происходит? Где эспер Чхве Си-хёк?

Все зашумели. Пока Тхэ-во, главная причина негодования, оставался невозмутимым, сотрудник всё больше впадал в панику. Ропот нарастал, и то, как бедняга нервничал и суетился, выглядело жалко, однако волнение в толпе не утихало.

— В связи с непредвиденными обстоятельствами у эспера Чхве Си-хёка… На замену ему прислан эспер Кан Тхэ-во! Приношу свои извинения, что вас не предупредили заранее!

Сотрудник торопливо старался всех успокоить, боясь, что они могут ненароком спровоцировать Кана Тхэ-во, однако его слова вызвали лишь новый взрыв возмущения.

Глава 28

— Баланс нарушен! И вы хотите, чтобы мы вошли в Ворота в таком составе?

Говорящий был прав — комбинация эсперов была совершенно неправильной. Почти все они относились к защитному типу: их единственной задачей было прикрывать Чхве Си-хёка, который мог в одиночку разом смести монстров, используя телекинез. Оставшуюся часть группы составляли эсперы дальнобойной поддержки. Лишь Си-хёк мог позволить себе войти в Ворота с такой специфической командой. Поэтому Тхэ-во, чьи способности в корне отличались от сил предшественника, вряд ли мог стать ему полноценной заменой.

Более того, людей катастрофически не хватало. Тхэ-во прикинул количество собравшихся. Около двадцати человек — ничтожно мало для рейда. Его лицо помрачнело.

— Что же… тогда…

Даже сотрудник, прекрасно осведомлённый о ситуации, не находил, что на это ответить. Весь этот хаос возник из-за внезапного отказа Чхве Си-хёка. Вместо того чтобы возиться с переносом графика или заменой персонала, его начальник, явно не желая задерживаться на сверхурочные, без особых раздумий просто поставил Кана Тхэ-во на место Си-хёка. И это при том, что через пару дней Тхэ-во должен был отправиться в другие Ворота, но начальник лишь пробормотал, что теперь всё будет нормально, ведь у эспера появился гид, и это стало дополнительным «бонусом» ко всему происходящему. Сотруднику искренне хотелось притащить сюда своего руководителя, заварившего эту кашу, и заставить его объясняться вместо него.

Из толпы то и дело доносились слова «ублюдочный монстр», отчего служащий Ассоциации потел всё сильнее. Он бросил взгляд на Кана Тхэ-во. Выражение его лица оставалось таким же неизменным, как и всегда, но почему-то он казался рассерженным, из-за чего у сотрудника подкашивались колени от одного только взгляда на него.

— Вот же подстава…

Все вокруг не переставали возмущаться, но зачистки избежать было нельзя. Если они пропустят этот рейд, в следующий раз их могут принудительно отправить в Ворота более высокого ранга или в какую-нибудь смертельную дыру, куда никто в здравом уме не пойдёт.

К тому же, кем был этот Кан Тхэ-во? Бессмертным монстром, сильнейшим эспером. Да, в бою против толпы он не так эффективен, как Чхве Си-хёк, но какая разница? Можно просто согнать монстров в кучу, направить их на Тхэ-во, и пусть он разбирается сам.

— Итак, для начала — краткий инструктаж по Воротам…

Сотрудник поспешно заговорил, воспользовавшись короткой тишиной. Эсперы, продолжая недовольно переговариваться, стали слушать объяснения, чтобы подготовиться к зачистке.

В самом центре гигантской воронки, оставшейся словно от падения метеорита, зиял вход в Ворота. Спуск вёл в пещеру, своды которой состояли из сплошного камня, а не из привычного грунта. Обширное пространство, тусклое свечение, исходящее от стен, и совершенно чужеродная архитектура — всё это в очередной раз напоминало: они находятся не на Земле, а внутри Ворот, ведущих в иное измерение.

Достигнув нижних уровней и вступив в свой первый бой, отряд начал отчаянно сражаться.

Как и показала предварительная разведка, монстры здесь оказались довольно медлительными, но при этом невероятно живучими. Время от времени появлялись летучие твари, а также монстры, предпочитавшие атаковать прямо с высоких отвесных стен, не спускаясь на землю. Впрочем, их было слишком мало, чтобы доставить серьезные неприятности.

Учитывая нехватку людей и откровенно провальный состав группы, не было ничего удивительного в том, что зачистка шла так медленно. Поскольку основную массу составляли эсперы защиты ближнего боя, поначалу строй держался сплочённо. Однако из-за острого дефицита атакующей мощи и того факта, что все немногочисленные бойцы дальнего боя были исключительно поддержкой, битва изматывающе затянулась. Эсперы постепенно выдыхались, и с течением времени начали появляться первые тяжелораненые.

Оценив ситуацию, Тхэ-во стал использовать свои возможности, не жалея себя, чтобы уничтожить монстров. С момента встречи с Со-воном в его теле появилась лёгкость. Нагрузка от использования способностей снизилась, что позволяло ему дольше оставаться в нормальном состоянии. И всё же, если он продолжит выжигать свои силы в таком темпе, никто не мог ручаться за то, во что он превратится всего через пару часов.

«Надеюсь, сегодня я смогу благополучно вернуться».

Он лишь надеялся не предстать в ужасном состоянии, как в прошлый раз. Раз за разом сокрушая прущих на него чудовищ, Тхэ-во мысленно цеплялся за образ Со-вона, который сейчас ждал его в Центре.

Пока Тхэ-во в одиночку разделывался с монстрами на первой линии, остальные обеспечивали зачистку по периметру и поддерживали его с тыла. Впрочем, толку от этой поддержки почти не было: эсперы только и делали, что без конца жаловались, что, если бы это был Чхве Си-хёк, они бы закончили зачистку в два счёта без единого раненого.

— Похоже, это последний сектор.

Как только они дошли до места, со всех сторон окружённого стенами, в наушнике прозвучал голос эспера, быстро оценившего обстановку.

Наконец, спустя долгое время, они достигли самого конца Ворот. Перед ними раскинулся огромный зал с потолком, уходящим в невидимую высь. И лишь звенящая пустота вокруг.

Повисла гнетущая тишина, заставившая всех невольно напрячься. То, что Ворота не схлопнулись, означало только одно — их хозяин всё ещё жив. Никто не знал, откуда он появится, почуяв незваных гостей: выпрыгнет ли внезапно из-под земли, прорвётся сквозь стену или материализуется прямо из воздуха.

Тхэ-во оставался начеку, сканируя взглядом периметр. Уже какое-то время до них доносилось едва уловимое шуршание, но из-за гуляющего по пещере эха было крайне трудно определить источник звука.

Внезапно Тхэ-во вскинул голову и устремил взгляд на потолок. Там, в непроглядной вышине, казавшейся почти небом, что-то виднелось. Сощурившись и сфокусировав зрение, он заметил копошащееся движение.

— Сверху!

После его слов все эсперы подняли головы.

Поняв, что их местоположение раскрыто, монстры тут же пришли в движение. Шум крыльев сотен, тысяч, возможно, десятка тысяч тварей отозвался громким эхом. Когда вся эта масса одновременно ринулась вниз, казалось, будто рушится сам потолок. Их белые, светящиеся во тьме глаза напоминали россыпь звёзд на ночном небе, однако в этом яростном, смертоносном пикировании не было ни капли красоты.

— Отступаем! Назад, живо! — заорал кто-то.

Расклад сил оказался катастрофическим. Для группы, где преобладали бойцы ближнего боя, летающие твари были худшим из возможных кошмаров. В особенности, когда эта стая брала не размером, а подавляющим числом.

Хищники размером около одного метра были не только быстрыми — их крылья, похожие на крылья летучих мышей, были покрыты парализующим порошком, который рассыпался пылью при каждом взмахе. Смердящий порошок непрерывным дождём осыпал отряд. Движения эсперов со слабыми защитными свойствами ощутимо замедлились.

Они торопились покинуть это место. Однако не успели они добежать до выхода, как стена над ним обрушилась, блокируя им путь. Вскинув головы, эсперы увидели монстров, которые намеренно крушили камни над порталом.

— Твари!

Эспер дальнего боя моментально смел их, но проход уже исчез под завалами.

— Проклятье… — пробормотал кто-то, но его голос мгновенно потонул в нарастающем гуле хлопающих крыльев.

*

— Я пойду.

— Да, хорошо…

Тхэ-во покинул Со-вона, и тот остался совсем один. Силуэт эспера окончательно растворился вдали.

Со-вон безмолвно смотрел ему вслед. Было ощущение, будто только что прокатился шторм. Воцарилась мирная атмосфера, словно жизнь вернулась в привычное русло, но внутри у Со-вона так и засело тягостное чувство.

Оставшись один, Со-вон развернулся и зашёл в Центр. На него навалилась внезапная усталость. Теперь все его мысли сводились лишь к желанию отдохнуть в каком-нибудь тихом месте. К счастью, он был именно там, где нужно.

Подойдя к информационной стойке, Со-вон достал удостоверение гида ещё до того, как служащий поприветствовал его.

— Я бы хотел воспользоваться отдельной комнатой ожидания.

— Ох, она только что освободилась, и прямо сейчас в ней проводят уборку. Вы не могли бы немного подождать в общей комнате? Я проведу вас туда, как только она будет готова.

— Что ж…

Сегодня всё шло наперекосяк. Со-вон вздохнул и побрёл в общий зал.

Вопреки его ожиданиям, там было довольно пусто. В лёгком недоумении Со-вон опустился на ближайшее ко входу свободное место.

Он огляделся ещё раз. Гиды рассредоточились по просторной комнате, каждый был занят своим делом, но людей было откровенно мало. Это было единственное место около Ворот, где они могли провести время в ожидании, но количество присутствующих едва ли доходило до тридцати, даже если пересчитать их всех. И пусть здесь собрались далеко не все гиды, цифра выходила совсем скромной.

Со-вон попытался отогнать дурное предчувствие, предположив, что гиды либо ещё не приехали, либо ненадолго покинули свои места. Однако, хотя он долго не сводил глаз со входа, никто новый так и не появился.

Чхве Си-хёк.

Стоило ему вспомнить человека, с которым он столкнулся перед зданием Центра, как всё сразу встало на свои места.

Возможности Чхве Си-хёка были поистине безграничны. Создать вокруг себя непробиваемый телекинетический щит, смести всё на огромной территории или уничтожить противника одним лишь взглядом — это была лишь малая часть того, на что он был способен. Поэтому Си-хёк предпочитал работать с небольшим количеством людей, а чаще всего – в одиночку, заявляя, что остальные эсперы только мешают.

Глядя на количество людей в зале, Со-вон мог представить, в какой спешке принималось решение об отправке в Ворота Тхэ-во днём ранее. Видимо, когда Си-хёк отменил свой рейд, поскольку ему это показалось скучным, провести зачистку силами тех немногих людей, которых поставили с ним в группу, стало невозможно. Найти ему замену всего за день было затруднительно, а перенос даты повлек бы за собой сложные бюрократические процедуры. Вот почему Тхэ-во бросили на зачистку в приказном порядке.

Глава 29

Опустив голову, Со-вон увидел визитку Си-хёка, которую всё ещё неосознанно держал в руках.

Волны эспера были стабильными. Они были спокойными настолько, что Со-вон понял: вот как ощущаются волны при хорошем гидировании. У Тхэ-во всё было иначе. Всего несколько дней назад после рейда его состояние ухудшилось до такой степени, что у него вздулись вены, и ему пришлось подключиться сразу к трём гидирующим аппаратам. Сегодня Тхэ-во вошёл в Ворота с недостаточным количеством людей, и было совершенно ясно, что его тело снова подвергнется колоссальной перегрузке.

«Если бы я обеспечил гидирование на должном уровне, он бы с лёгкостью зачистил эти Ворота!» — Со-вон закусил губу.

Скривившись от досады, Со-вон уже порывался скомкать визитку, но в итоге обречённо сунул её в карман. Пусть Си-хёк и оказался не таким идеальным человеком, как воспевали его слухи, было бы неплохо сохранить его контакты на случай, если Тхэ-во понадобится помощь. Как бы Со-вону ни претило это признавать, Чхве Си-хёк был одним из всего лишь трёх эсперов S-ранга на всю Южную Корею.

— Гид Ли Со-вон, я провожу вас в персональную комнату ожидания.

Со-вон поднялся, словно только этого и ожидал. Ему казалось, будто он просидел тут целую вечность, но, взглянув на часы, обнаружил, что прошло всего несколько минут.

Покидая зал вслед за сотрудником, он кожей чувствовал направленные на него завистливые взгляды. Со-вон ускорил шаг и вышел из комнаты, никак не в силах отделаться от ощущения, что эти глаза упрекают его в чём-то.

— Прошу, нам сюда.

Помещение находилось в тихом углу Центра, где мало кто появлялся. Когда дверь, ничем не отличающаяся от больничной, открылась, перед взором Со-вона предстала тщательно прибранная комната, похожая на гостиничный номер. Хотя она казалась меньше той, в которой он останавливался в Инчхоне, Со-вону понравилась эта уютная атмосфера.

— Приятного отдыха.

— Спасибо.

Наконец-то оставшись совершенно один, Со-вон повалился на кровать с белоснежными простынями и глубоко вздохнул.

— Тхэ-во, надеюсь, с вами всё хорошо… — пробормотал Со-вон, открыв глаза, которые до этого ненадолго прикрыл.

К этому моменту Тхэ-во уже должен был прибыть к Воротам и наверняка тоже заметил острую нехватку эсперов.

Тревога не отпускала Со-вона с той самой секунды, как они расстались. Он задавался вопросом, не слишком ли был настойчив в своём желании приехать сюда вместе с ним. Вероятно, Тхэ-во было бы куда комфортнее приехать одному, но Со-вон, как дурак, выронил телефон, из-за чего им пришлось столкнуться с Чхве Си-хёком. И после всего этого он лишь немного подержал его за руку для гидирования. Уж лучше бы вообще сюда не приезжал!

Ему стало ещё тяжелее на душе, когда он вспомнил, как пренебрежительно Си-хёк, такой же эспер S-ранга, отнёсся к Тхэ-во. Да, Си-хёк не испытывал перед ним страха, как другие люди, но Со-вон не мог забыть того брезгливого взгляда, которым тот одарил Тхэ-во, обращаясь с ним как с грязным монстром.

Он посмотрел на руку, которую схватил эспер, вспомнив его слова. Ноющая боль в кисти всё ещё беспокоила его.

Внезапно он вспомнил лицо, которое увидел, когда Си-хёк уходил. Женщина в инвалидном кресле выглядела бледной, как будто была больна. Должно быть, они были достаточно близки, раз Си-хёк толкал коляску сам. Со-вон никогда не видел его гида, но ему подумалось, что это была именно она.

«Наверное, он просто меня дразнил».

Зачем Си-хёку, у которого уже есть собственный гид, предлагать ему тест на совместимость? В этом не было ни капли смысла. Очевидно, что он бросил эти слова лишь для того, чтобы вывести Тхэ-во из себя. Хотя последний и не придал этому никакого значения.

Со-вон лежал, ощущая на душе какую-то необъяснимую горечь. Он осмотрелся. В комнате было всё необходимое для недолгого пребывания. Заметив в углу кофемашину, он приготовил себе чашку эспрессо. Горький вкус первого глотка помог прояснить разум, давящая тоска слегка отступила.

Время тянулось медленно. С момента ухода Тхэ-во прошла, казалось, целая вечность, а небо за окном уже успело потемнеть.

Чувствуя, что Тхэ-во уже пора было бы вернуться из Ворот, он не выпускал телефон из рук, гипнотизируя экран. Мучительно долгий день превратился в стремительно летящие минуты, пока он сидел со смартфоном в руках, предвкушая звонок.

Стрелки часов приближались к полуночи, но телефон по-прежнему хранил молчание. Со-вон убеждал себя, что Тхэ-во задерживается из-за острой нехватки эсперов, однако тревога внутри лишь разрасталась. Сколько бы он ни ждал, вестей не было, и едва утихшие страхи вновь начали подниматься из глубин души.

«Его самочувствие… ему очень плохо сейчас?»

Да, Со-вон точно знал: сегодня Тхэ-во не умрёт. Но это было единственное, в чём он мог быть уверен. Он не знал, до какого состояния тот мог дойти, с какими ужасами тому придётся столкнуться внутри, и когда он вообще выберется из Ворот. Он также не подозревал, что изначально на этот рейд был назначен Чхве Си-хёк, и именно поэтому Тхэ-во бросили на зачистку практически без поддержки.

Впервые за долгое время сгустившаяся за окном ночная тьма начала вселять в него первобытный ужас. Со-вон отчаянно пытался игнорировать дрожь, сотрясающую тело. Но когда перед глазами всплыла картина смерти Тхэ-во, паника накрыла его с головой, и бороться с ней стало уже невозможно.

С тревогой в глазах вглядываясь в окно, Со-вон вздрогнул от вибрации. Встрепенувшись, он в спешке принял вызов и прижал трубку к уху, но услышал лишь тишину на другом конце линии.

— Алло?

— Это Кан Тхэ-во.

Даже точно зная, кто именно ему звонит, Со-вон не удержался и ещё раз взглянул на высветившееся на экране имя. Голос не был таким хриплым, как в прошлый раз: кажется, он успешно завершил зачистку и благополучно вернулся. К его огромному облегчению, эспер был далеко не в таком ужасном состоянии, как успел накрутить себя Со-вон.

— Я на парковке. Выходите не спеша, я подожду.

— Нет! Я уже бегу!

Он ждал, что Тхэ-во позвонит ему сразу, как выйдет из Ворот, поэтому его сердце бешено забилось, когда оказалось, что тот звонит, уже приехав в Центр. Не желая задерживать его ни на секунду, Со-вон стремглав выскочил из комнаты, едва повесив трубку. Поскольку у него не было багажа и он не оставил после себя беспорядок, он смог выписаться без промедления.

Стоило Со-вону выйти из здания, как его обдало прохладой ночного воздуха.

Он собирался броситься прямиком к Тхэ-во, но его внимание привлекла суматоха вокруг. Он остановился и посмотрел в сторону, откуда раздавались встревоженные голоса.

— Тяжёлое ранение!

— Срочно в операционную! Быстро позовите гида!

В просветах между людьми, катившими носилки, Со-вон мельком увидел боевую форму, в которой эсперы отправлялись в Ворота. Мысли тут же метнулись к Тхэ-во. Со-вон смотрел на это, не в силах отвести глаз, пока его взгляд не зацепился за тяжёлые капли крови, падающие прямо на асфальт. Он застыл, парализованный ужасом.

На носилках был эспер, который находился в тех же Воротах, что и Тхэ-во. Земля вокруг уже была залита лужами крови — очевидно, сюда доставили далеко не одного раненого. Когда люди скрылись в Центре, болезненные стоны постепенно стихли.

Конечно, Со-вон и не думал, что зачистка пройдёт легко, но, увидев весь этот ужас своими глазами, почувствовал, как сердце сжимается от тяжести. Его вновь накрыла тревога при мысли о том, что Тхэ-во тоже мог пострадать. Со-вон с трудом отогнал это волнение, лишь вспомнив спокойный голос своего эспера.

Со-вон обвёл взглядом тёмную парковку. Вскоре он заметил неподалёку машину Тхэ-во. Хотя в темноте ночи было сложно разглядеть чёрный автомобиль, импортная машина стоимостью несколько сотен миллионов вон резко выделялась на фоне всех остальных.

Со-вон быстро подошёл и нырнул на пассажирское сиденье. Колючие волны эспера сразу же накрыли его.

— Вам сегодня пришлось нелегко.

— Простите, что задержался.

— Нет, я же сам настоял, чтобы приехать. Как вы себя чувствуете?

— Я в порядке.

Едва сев в машину, Со-вон сразу же попытался оценить состояние Тхэ-во. Но внутри было слишком темно, чтобы хоть что-то разглядеть. Судя по голосу, эспер был в порядке, вот только недавняя картина с чужой кровью стояла перед глазами, и Со-вон просто не мог заставить себя перестать волноваться.

Волны, которые исходили от сидящего рядом Тхэ-во, не сильно отличались от обычных. Со-вон был бы счастлив успокоить себя этим, но он прекрасно понимал, что без физического контакта точно оценить состояние эспера невозможно. Чувствуя, что изведёт себя по дороге домой, если не убедится лично, Со-вон осторожно спросил:

— Я могу проверить?

— Хорошо…

Получив разрешение, Со-вон протянул руку. В тот момент, когда его пальцы коснулись руки Тхэ-во, он вздрогнул.

Он почувствовал обжигающую боль. Поверив словам Тхэ-во о том, что всё хорошо, Со-вон немного расслабился, поэтому резкий, агрессивный выброс энергии застал его врасплох, заставив поспешно отдёрнуть руку. Он замер в растерянности и поднял взгляд. Лицо Тхэ-во, скрытое в ночном мраке, казалось сейчас пугающе тёмным.

— Я включу свет ненадолго…

Пошарив пару секунд в темноте, он нащупал выключатель и нажал на кнопку. Раздался щелчок, и салон озарился светом. Теперь он мог ясно его разглядеть.

Тхэ-во выглядел скверно. Хотя выражение лица оставалось всё таким же бесстрастным, что-то в нём неуловимо изменилось. Всмотревшись пристальнее, Со-вон с ужасом осознал, что сеть кровеносных сосудов вокруг глаз разрослась ещё сильнее. Сами вены тоже потемнели, отчего кожа приобрела болезненно-чёрный оттенок.

Со-вон опустил взгляд на руки Тхэ-во. К счастью, вены не вздулись. Но стоило ему накрыть их своей ладонью, как он тут же почувствовал, что под кожей сосуды стали неестественно твёрдыми.

— …

Со-вон на мгновение замолчал.

Тхэ-во уверял, что он в порядке, но с точки зрения Со-вона это было далеко от истины. Безусловно, его состояние было гораздо лучше, чем в прошлый раз, но это не значило, что сейчас можно было успокоиться.

Глава 30

— Господин Тхэ-во, может, мы немного отдохнём в Центре? Уже поздно, было бы здорово остаться здесь на ночь и провести гидирование.

И хотя предложение Со-вона прозвучало от чистого сердца, Тхэ-во лишь покачал головой.

— Нет. Я отвезу вас домой. Вам нужно нормально отдохнуть.

— Но…

— Со мной всё хорошо. Давайте поедем, — спокойно ответил Тхэ-во и завел машину.

Со-вон, всё это время с беспокойством смотревший на него, поспешно воскликнул:

— Погодите! Я поведу!

Тхэ-во замешкался. Со-вон, успевший остановить его до того, как они тронулись с места, с облегчением выдохнул.

— Вы… умеете водить?

Эта реакция, выдававшая абсолютное неведение, болезненно кольнула Со-вона прямо в сердце. В такие моменты жестокая реальность ощущалась острее всего: тот Кан Тхэ-во был мёртв, а сам он вернулся в прошлое.

Даже увидев права своего гида, Тхэ-во долго сомневался и не спешил уступать место за рулём. Только после того, как Со-вон первым вышел из машины, открыл дверь с водительской стороны и настоял на своём, тот неохотно покинул своё место.

— Ух…

Едва ступив на землю, Тхэ-во сильно пошатнулся. Вздрогнув от неожиданности, Со-вон поспешно бросился к эсперу и подхватил его.

— Господин Тхэ-во, с вами всё хорошо?

— Извините. Теперь всё в порядке.

Тхэ-во быстро восстановил равновесие, будто слабость накатила всего на мгновение. Видя, с каким трудом Со-вон удерживает его массивное тело, он попытался отстраниться, однако его гид упрямо вцепился в него и бережно довёл до пассажирского кресла.

Сев за руль, Со-вон вдруг почувствовал на себе пристальный взгляд. Обернувшись, он встретился глазами с Тхэ-во.

Тот всё ещё выглядел неважно. После того как Тхэ-во едва не упал, Со-вон мечтал лишь об одном: поскорее добраться до дома и начать нормальное гидирование. Но до этого он хотел кое в чём убедиться.

— Господин Тхэ-во, вы сейчас чувствуете гидирование?

— Да.

Со-вон, конечно, знал о бесконтактном гидировании, но и не подозревал, что оно может быть настолько эффективным. Тот факт, что их уровень совместимости значительно вырос, снова его порадовал.

Машина неслась по ночной автостраде.

После полуночи трасса в сторону Сеула была свободной. Всю дорогу Со-вон то и дело поглядывал на Тхэ-во, который с непроницаемым лицом смотрел прямо перед собой, проверяя его состояние. Хоть гидирование явно работало, у Со-вона всё равно душа была не на месте, что мешало сосредоточиться на дороге.

Поскольку они ехали быстро, до дома удалось добраться раньше ожидаемого. То ли помогло гидирование в пути, то ли короткая передышка, но в этот раз Тхэ-во выбрался из машины уверенно, даже не пошатнувшись.

— Не хотите сначала сходить в душ? А потом я проведу нормальное гидирование.

Со-вон собирался приступить к гидированию немедленно, но передумал, заметив на теле эспера следы крови монстра. Тхэ-во кивнул и направился к себе в комнату. Со-вон убедился, что тот благополучно зашёл к себе, и после этого отправился в ванную в коридоре.

Увидев огромную ванну, он поймал себя на мысли, что хотел бы понежиться в ней. Но потом решительно мотнул головой и просто наскоро ополоснулся под душем. Сейчас не время расслабляться.

Сегодня он планировал попробовать другой способ гидирования. Со-вон принял это решение, пока ждал Тхэ-во в Центре.

Эспер, чьё состояние по возвращении с зачистки сильно ухудшилось, действительно нуждался в гидировании более высокого уровня, как и сказал его наблюдающий доктор. Однако ни Тхэ-во, ни сам Со-вон ещё не были к этому готовы. Но контакт «кожа к коже» был вполне допустим.

По сравнению с содержимым того буклета, о котором Со-вон вспоминал каждый день, теперь просто прижаться друг к другу обнажёнными телами казалось сущим пустяком.

— Господин Тхэ-во, я вхожу.

Быстро приняв душ, Со-вон пришёл в спальню эспера. Однако в комнате никого не оказалось. Возможно, он всё ещё мылся.

Он улёгся на кровать в ожидании Тхэ-во и прислушался к звукам, доносящимся из ванной. Несмотря на то что это было всего лишь гидирование, он уже нервничал, поскольку собирался провести его не так, как они привыкли.

Пока Со-вон старался успокоиться, делая глубокие вдохи, Тхэ-во наконец вышел. Вся кровь монстра была смыта с его тела. Но выглядел он ненамного лучше, поскольку разбушевавшиеся волны невозможно было смыть так же легко.

Со-вон сел. Он хотел слезть с кровати, но замер на полпути в немного нелепой позе. Из-за сильного волнения он этого даже не заметил.

— Господин Тхэ-во… На обучении для гидов… я слышал…

Со-вон запнулся. В горле почему-то пересохло. Ему хотелось сделать хотя бы маленький глоточек тёплой воды, но пить в комнате было нечего. Откашлявшись, он заставил себя продолжить.

— Когда проводишь гидирование через объятия, контакт «кожа к коже» работает лучше всего. Нам рассказывали, что эффект возрастёт, если быть без одежды… Поскольку сегодня у вас был рейд в Ворота, я подумал, что нам стоит попробовать этот метод. Ну и… хм…

Сбивчивая речь Со-вона звучала так, словно он оправдывался, и постепенно его голос становился всё тише.

— Если вы согласитесь… могли бы мы провести гидирование без одежды?

И хотя в его словах не было ни капли лжи, договорив, Со-вон почему-то почувствовал себя так, словно делал непристойное предложение. Он смущённо улыбнулся.

После недолгого молчания Тхэ-во переспросил:

— Без… одежды…?

— К-конечно, я не имел в виду, что мы будем абсолютно голыми! — поспешно добавил Со-вон.

Он беспокоился, что его слова могут прозвучать странно, но, к счастью, кажется, его поняли правильно.

Тхэ-во вспомнил, как выглядело его тело, пока он мылся. Хоть он и использовал свои способности в Воротах, оно находилось в довольно хорошем состоянии, без вздувшихся кровеносных сосудов. Причина была очевидна: всё это благодаря гидированию Со-вона.

Благодаря тому, что Со-вон проводил гидирование вплоть до самого вхождения в Ворота, Тхэ-во смог вернуться в такой хорошей форме. Даже потемневшие кровеносные сосуды со временем сами пришли бы в норму. Но если он согласится на предложение Со-вона, чернота, несомненно, сойдёт гораздо быстрее.

— Простите.

Однако он не мог принять это предложение.

— Что? Почему нет?

— Моё самочувствие не настолько плохое, чтобы нуждаться в гидировании такого уровня. Вам совершенно незачем заставлять себя ради меня.

Тхэ-во посмотрел на тыльную сторону своей потемневшей руки и незаметно спрятал её за спину. Он прекрасно понимал, что рука кажется нормальной лишь по его собственным меркам, а Со-вону на такое лучше не смотреть.

Подобное уже произошло прежде. Первые Ворота, после того как Со-вон стал его гидом. Тогда состояние Тхэ-во было куда хуже, и Со-вон, увидев его, казался глубоко потрясённым. Прижиматься к такому отвратительному телу, должно быть, было ужасным испытанием. Он уже вынудил Со-вона пройти через это и не мог допустить подобного снова.

Если их отношения продолжатся в том же духе, Со-вон будет несчастлив. Как и сказал Си-хёк.

— Однако… в прошлый раз ваш врач сказал, что гидирования недостаточно…

— Он преувеличивает, вам не нужно об этом беспокоиться.

— Но…

Со-вон замолчал. Тхэ-во уверял, что с ним всё хорошо, вот только его слова совершенно не походили на правду.

— Господин Тхэ-во… вы говорите это, потому что беспокоитесь, что я напугаюсь?

Со-вон вспомнил волны Си-хёка, которые он почувствовал сегодня днём. Вспомнив ту спокойную и нежную, похожую на цветочный аромат энергию, даже Со-вон, который не так уж много знал о гидировании, мог с уверенностью сказать, насколько серьёзным было состояние Тхэ-во. Более того, сейчас, по возвращении из Ворот, его волны стали ещё более жгучими, чем обычно.

— …

Видя, как его эспер замешкался, Со-вон убедился в правдивости своего предположения.

Восемь лет назад Тхэ-во часто отказывался от гидирования, видя, как Со-вон дрожит от ужаса рядом с ним. И только сейчас Со-вон понял, что всё это время тот просто оберегал его, потому что гид до смерти его боялся.

— Господин Ли Со-вон, со мной действительно всё хорошо.

Проблема была в том, что даже после возвращения в Со-вон продолжал вести себя подобным образом. Хотя сейчас, глядя на своего эспера, он больше не дрожал и не выглядел испуганным, Тхэ-во наверняка всё ещё думал, что Со-вон его боится.

— Хм…

Со-вон на мгновение задумался, отведя взгляд. В первую очередь он должен был сказать Тхэ-во, что больше его не боится.

— Господин Тхэ-во… Я… Поначалу я немного дрожал в вашем присутствии, но теперь я совершенно вас не боюсь.

Он очень сожалел, вспоминая тот парализующий озноб, который он испытал при виде эспера в первый день их тестирования. Если бы он не испугался его с самого начала, Тхэ-во, возможно, не вёл бы себя так сейчас. Но теперь уже ничего не поделаешь.

— И в последний раз, когда я видел ваше тело, меня это совершенно не шокировало. Только кровь монстра немного напугала меня.

Даже когда он увидел Тхэ-во в тяжёлом состоянии в той комнате, он был ошеломлен лишь в первое мгновение, когда осознал, насколько всё плохо. На следующее утро его совершенно не волновало, как выглядело тело эспера. И лишь узнав, что то, в чём оно было измазано, оказалось кровью монстра, он испугался.

Внезапно вспомнив свою реакцию и то, как надел огромные вещи Тхэ-во, Со-вон улыбнулся.

— Ах, простите. Я просто вспомнил, что произошло в то утро…

Неожиданно рассмеявшись прямо посреди фразы, он поспешно извинился. Лицо эспера по-прежнему ничего не выражало, но Со-вону показалось, что тот над чем-то глубоко задумался.

— В любом случае, я просто хотел сказать, что не заставляю себя.

— …я понял. Будет достаточно снять только верх?

Страница книги Проводник исправляет свои сожаления в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16

1 - 17

1 - 18

1 - 19

1 - 20

1 - 21

1 - 22

1 - 23

1 - 24

1 - 25

1 - 26

1 - 27

1 - 28

1 - 29

1 - 30

О книге