В тихую больничную палату беспрепятственно проникали лучи полуденного солнца, заливая всё вокруг тёплым светом. На кровати лежало слегка приподнятое одеяло, из-под него выглядывали светло-каштановые волосы.

Джингём, который некоторое время ворочался под одеялом, наконец проснулся, едва разлепив сонные глаза. Его влажные глаза безучастно смотрели в потолок. Вместо потолка, усыпанного светящимися в темноте звездами, он увидел странный квадратный узор с пятнами, от которого у него часто заслезились глаза. Несмотря на то, что он яростно протёр глаза тыльной стороной ладони, картина не менялась.

– Хм...

Джингём глубоко вдохнул через нос и сел. Всё еще не до конца придя в себя, он не мог понять, что происходит. Одно было ясно: это была не его комната. Повернув голову, он увидел капельницу. Шприц был подсоединён прямо к его запястью. Только тогда он понял, где находится. Корейская больница. На нем была не пижама, а больничная одежда с логотипом корейской больницы.

Джингём вспомнил, что прошлой ночью лежал на кровати и читал веб-роман на телефоне, пока не уснул.

Но больница?

Не в силах осознать происходящее, Джингём сидел и смотрел в пустоту, пока не услышал, как открывается дверь.

Он повернулся на звук и не смог сдержать возгласа: – ... Вау!

В комнату вошёл поразительно красивый мужчина с иссиня-черными волосами. Даже в простой чёрной футболке с коротким рукавом и джинсах он выглядел как известная фотомодель. Его внешность завораживала. Несмотря на расстояние, Джингём разглядел, что он высокий и мускулистый, с пропорциональным лицом и идеально гармоничными чертами.

Джингём никогда раньше не видел такого красивого мужчину и смотрел на него, поджав губы.

Джинву, заметив его взгляд, замешкался прежде, чем закрыть дверь.

– Что с тобой? – когда Джингём не ответил, Джинву подошёл к кровати. – Всё ещё плохо себя чувствуешь? Анализы ничего не показали.

Джинву обеспокоенно нахмурился

Зная, что Джингём не любит, когда к нему прикасаются, Джинву осмотрел его, не прикасаясь. Ни холодного пота, ни нахмуренных бровей. Он не выглядел больным, но это было лишь на первый взгляд.

– Если тебе больно, вызови медсестру. Может, вызвать её прямо сейчас?

– Кто вы такой?

Бегающий взгляд Джинву и его рука, потянувшаяся к кнопке вызова, застыли. Голова Джинву механически повернулась, чтобы встретиться взглядом с Джингёмом. Его светло-карие глаза с золотистым отливом не дрогнули. Казалось, он действительно его не узнал.

Губы Джинву дрожали, когда он произнес дрожащим голосом: – Это из-за того, что я опоздал?

–  Эм... Кажется, вы ошиблись палатой.

Их взгляды на мгновение встретились.

Джинву, заметив непреклонный взгляд Джингёма, вздохнул. Похоже, ему не было больно, просто у него было плохое настроение. Капризность была неотъемлемой частью жизни Бэк Джингёма. Но сегодня это казалось искренним, пусть и всего на мгновение. Его актерское мастерство улучшалось с каждым днем.

С облегчением вздохнув, Джинву слегка приподнял пакет в руке: – Я принес жареный рис. Ты так и будешь дуться?

Он ловко придвинул столик к кровати и поставил на него еду.

Джингём по-прежнему не мог отвести взгляд от Джинву.

Кто этот человек, который заботится о его питании?

Может быть, кто-то, кого он не помнит?

Когда комнату наполнил аппетитный аромат, Джингём проследил взглядом за руками Джинву, разворачивающими еду. Увидев это, Джинву слегка улыбнулся. Хотя есть вне дома было не очень хорошо, у него не было выбора, ведь Джингём отказывался от больничной еды.

– Выглядит аппетитно, да?

Вместо ответа Джингём кивнул и посмотрел в сторону. Увидев веселую улыбку Джинву, он спросил: – Почему?

– Ты очень хороший.

– Что ты хочешь на этот раз?

– Мне ничего не нужно... – Джингём перевел взгляд на еду. – Это для меня?

От игривого тона Джингёма Джинву стало не по себе

– Да?

– Прости, что опоздал. Там было много народу.

Они разговаривали, но разговор не клеился.

Джинву не возражал, если Джингём раздражался или жаловался. Но притворство того, что он не знает Джинву, было сложно игнорировать. Бэк Джингём знал об этом и никогда так не делал. Но сегодня он продолжал вести себя с ним как с незнакомцем, и Джинву стало не по себе.

Не подозревая о чувствах Джинву, Джингём наклонился, чтобы посмотреть на еду, и с сожалением произнес: – Значит, эта еда для кого-то другого. А я думал, она для меня! Убери ее, пока я не захотел её ещё сильнее!

Он не был голоден, но еда выглядела аппетитно. У него потекли слюнки, но он сдержался и закрыл крышку. Запах все еще витал в комнате, маня его. Когда он стал убирать еду обратно в пакет, Джинву его остановил.

– Ты и раньше не ел. Тебе это не нравится? Может, принести что-нибудь другое?

– Нет, дело не в этом.

– В последнее время ты плохо питаешься, поэтому у тебя нет сил. Не знаю, почему ты на меня злишься, но... давай поедим, ладно?

Джингём закатил глаза, услышав почти отчаянный тон Джинву. Может, этот человек принял его за кого-то другого? Было странно, насколько дружелюбным он был. Решив прояснить ситуацию, Джингём заговорил:

– Я Бэк Джингём. Бэк Джингём. Может, вам стоит проверить, в ту комнату вы зашли?

– Хён... – взгляд Джинву дрогнул. При виде невинного лица Джингёма у него сжалось сердце.

– Человек, который, судя по всему, твой хён, действительно очень похож на меня, – Джингём отдёрнул руку и завязал верёвку на обёртке. – Но что, если ты не сможешь распознать своего брата? Вот, возьми,

Пока Джингём проверял, надежно ли затянут узел, Джинву смотрел на него, прикрыв глаза рукой, а затем провёл рукой по лицу. Всякий раз, когда он так делал, пытаясь оттолкнуть Джунву, у того замирало сердце. То, что он продолжал это делать, хотя знал, что Джинву это не нравится, означало, что его что-то беспокоит. Что бы это ни было, Джинву чувствовал, что не может просто так взять и уйти.

Джинву присел на кровать и встретился взглядом с Джингёмом.

– Ты не обязан рассказывать мне, почему расстроен... но давай поедим? Если еда остынет, будет невкусно, – он старался говорить как можно спокойнее, но его голос дрожал

Джингём склонил голову набок.

Несмотря на отказ, Джинву продолжал говорить, и Джингём начал подозревать, что у него не все в порядке с головой.

– Твой хён тоже в больнице?

– Хён?

– Эй, я же сказал, что я тебе не хён.

Наконец Джинву понял, что что-то не так, и нахмурился. Обычно он бы уже пожаловался и попросил новую обувь или одежду. Несмотря на его ворчание, если бы он получил желаемое, всё прошло бы гладко. Более того, его широкая улыбка не была похожа на ту, с которой он обычно смотрел на Джинву. Джингём всегда встречал его с недовольным видом.

Джинву прищурился и уставился на Джингёма.

– Бэк Джингём.

– А? Твоего брата тоже зовут Бэк Джингём?

Джину медленно кивнул.

С того момента, как Джинву вошёл в палату и заговорил с Джингёном, Джинву почувствовал тревогу,

Глаза Джингёма расширились от удивления при виде такого совпадения.

– Ух ты... Если у нас одинаковые имена и внешность, то я понимаю, почему нас можно было перепутать.

Тем не менее он протянул коробку с едой Джинву, велев ему передать её владельцу.

Поняв, что это не шутка, Джинву достал из кармана телефон и позвонил Хунилу из списка последних вызовов. Он старался сохранять спокойствие, но его пальцы слегка дрожали.

– Доктор, Джингём ведёт себя странно... он меня не узнает.

Джингём тоже начал беспокоиться из-за поведения Джинву. Это казалось слишком подозрительным, чтобы списать на простую ошибку. Он начал задаваться вопросом, не связался ли он с опасным человеком

– Простите…

– Да, идите скорее.

Джингём нервно оглядел больничную палату, краем глаза глядя на Джинву. Его большие глаза забегали, прежде чем он осторожно встал с кровати.

– Мне нужно в туалет.

Когда Джингём встал с кровати, Джинву тоже поднялся. Увидев испуганное лицо Джингёма, Джинву коротко вздохнул и взял капельницу. Поскольку капельница была подключена, любое движение могло привести к травме

– Я помогу тебе двигать её.

– Я сам! – Джингём крепко обхватил стойку обеими руками и быстро направился к двери, в которую вошёл Джинву.

– Ванная рядом, – сказал Джинву.

Джингём, который уже собирался открыть дверь, неловко рассмеялся, услышав голос позади себя, и открыл дверь в ванную. Он поспешил войти и с грохотом захлопнул дверь. Почувствовав спиной дверь, он вздохнул с облегчением.

– Он ведь не пойдет за мной сюда, правда?»

Джингём зашел сюда, чтобы спрятаться, но ему также нужно было в туалет. Закончив, он подошел к раковине, чтобы вымыть руки.

– ...А?

Отражение в зеркале было странным. Знакомого лица, которое он привык видеть, нигде не было. Перед ним стоял незнакомец. Когда он повернул голову влево, мужчина в зеркале сделал то же самое. Когда он повернул голову вправо, мужчина в зеркале повторил его движение. Когда он широко открыл рот, отражение сделало то же самое. Движения были идентичными.

Если его собственное отражение казалось ему незнакомым, то у кого он мог спросить об этом?

Был ли этот сумасшедший в отражении на самом деле им?

Или ему это приснилось?

Может, он попал в аварию, сам того не зная, и ему сделали пластическую операцию всего тела?

Даже пытаясь найти ответы, он не мог оторвать взгляд от красивого лица мужчины в зеркале.

«Ух ты... он красавчик».

Лицо было таким выразительным, что казалось, будто его обладатель живёт в своём собственном мире. Если бы он встретил такого человека на улице, то наверняка обернулся бы, чтобы посмотреть ему вслед.

Он видел много людей с большими глазами, но никогда не встречал таких влажных глаз, которые, казалось, вот-вот заплачут, как у тех, что отражались в зеркале. Они были похожи на глаза оленя, нет, коровы. Виднелись все ресницы на верхнем и нижнем веках, а кожа была такой бледной, словно он никогда не видел солнца. Он медленно поднял руку, чтобы коснуться щеки.

– Ай!

Он сильно ущипнул себя, и боль была настоящей. Более того, на шеке остался красный след. Он осторожно потер след ладонью, чтобы унять боль, но человек в зеркале двигался вместе с ним.

«...Это правда я?»

С ним происходило что-то невероятное.

Может быть, у него развилось какое-то заболевание, из-за которого его лицо меняется во время сна. Он понимал, что это бред. Он не любил придавать значение мелочам, но ситуация была слишком серьёзной, чтобы её игнорировать. Это была необъяснимая ситуация.

Он поднял руки и осмотрел их. Они были такими худыми, что просвечивали кости. Каждый раз, когда он двигал руками, под кожей проступали вены, а пальцы были очень тонкими. Он широко растопырил пальцы, как ребенок, играющий в «ку-ку», а потом снова их сжал.

Сжав губы, он повертел головой из стороны в сторону, а затем посмотрел на своё тело. Даже пальцы на ногах, выглядывающие из тапочек, шевелились, когда он ими двигал. Ощущения были очень яркими.

«Это я.. это действительно я?»

Он определенно двигался по собственной воле. Но его тело и лицо ему не принадлежали.

«Что происходит?..»

Голова болела, возможно, от чрезмерных размышлений. Он прижал пальцы к вискам и помассировал их. Головная боль была такой сильной, что его левый глаз непроизвольно прищурился. Он протянул руку, чтобы ухватиться за раковину, инстинктивно понимая, что может серьезно пострадать, если упадет, он двигался осторожно. Постепенно ему стало лучше. Он сделал глубокий вдох и поднял голову, но незнакомое лицо никуда не делось.

– Что ж, ты и правда хорошенький.

Стоя рядом с раковиной, он поворачивал голову то в одну сторону, то в другую, внимательно рассматривая своё отражение в зеркале. Раз уж его внешность изменилась, он подумал, что, возможно, ему понравится жить с этим лицом до конца своих дней. Он был невысокого роста и выглядел хрупким, но лицо его, казалось компенсировало этот недостаток. Особенно выделялись его красные губы на фоне светлой кожи. Глядя на свое отражение, он чувствовал себя странно.

Ситуация явно была серьезной, так почему же он совсем не волновался?

Он определенно почувствовал боль, когда ущипнул себя за щеку. Это означало, что это был не сон. Бывают осознанные сновидения, в которых можно двигаться по своему желанию, но он никогда не слышал, чтобы в таких снах можно было чувствовать боль. Кроме того, головная боль, от которой казалось, что в голову вот-вот вонзятся иголки, тоже была настоящей.

Он прочитал немало романов. Обычно в подобных ситуациях...

– Ни за что, – он покачал головой, подумав, что это нелепо. Похоже, он начитался романов.

Проведя здесь довольно много времени, он уже собирался уходить, когда услышал, как открылась дверь в палату. Испугавшись, Джингём широко раскрыл глаза и уставился на дверь в ванную. Он боялся, что кто-нибудь откроет дверь и зайдёт.

К счастью, шаги стали громче, а потом затихли, и он понял, что кто-то уходит.

– Ох...

Сдерживая внезапно участившееся сердцебиение, Джингём осторожно двинулся вперёд, делая глубокие вдохи, чтобы справиться с головокружением, которое прошло, когда утихла головная боль. Он прижался ухом к двери. Несмотря на то, что ему все еще было больно, он в первую очередь сосредоточился на том, чтобы разобраться в ситуации.

В больничную палату пришел Хуниль, с которым связался Джинву.

– Извините. У меня был пациент по записи, – он оглядел больничную палату. Джингёма нигде не было видно, на кровати сидел только Джинву. Более того, Джинву непривычно ссутулился. – Где Джингём?

– В ванной, – слабо ответил Джинву.

Хуниль посмотрел на ванную. Из-за плотно закрытой двери не доносилось ни звука. Подумав, что Джингём скоро выйдет, он подошёл к Джинву.

– Он тебя не узнал? Ты шутишь или ты серьёзно?

– Да... Честно говоря, я не уверен, – Джинву выглядел растерянным. Он редко проявлял беспокойство, поэтому Хvниль тоже забеспокоился. – Я думал, это шутка... Но это была не... не шутка, – сцепив пальцы, Джинву с трудом выдавил из себя слова.

Перед его глазами всплыл образ Джингём, крепко сжимающего стойку для капельницы. Он никогда не пугал его, но сейчас тот казался таким маленьким и хрупким.

– Он правда меня не узнал. Как такое возможно? – глаза Джинву задрожали, когда он поднял голову.

Хуниль пришел в радостном настроении, но ситуация оказалась серьёзной. Когда ему позвонил Джинву, он подумал, что Бэк Джингём снова капризничает. Но, похоже, дело было не в этом. Это было странно. Сколько бы Бэк Джингём ни капризничал, Джинву никогда не просил его о помощи. Иногда Джинву в панике звонил ему, когда Джингём притворялся больным, но только потому, что ему нужна была медицинская помощь.

Когда Джинву сказал по телефону, что Джингём его не узнаёт, Хуниль подумал, что это странный способ привлечь к себе внимание.

– Джинву…

– Они сказали, что результаты анализов в норме. Тогда почему?.. – лицо Джинву исказилось, словно он вот-вот заплачет.

Не в силах смотреть на это, Хуниль на мгновение зажмурился.

Хуниль всегда старался сохранять спокойствие, считая, что расстраиваться сильнее пациента неправильно. Единственным человеком, который мог ослабить Бэк Джинву, был Бэк Джингём. Бэк Джингём знал об этом и умело этим пользовался. Джинву всегда был тем, кем пользовались. Бэк Джингём был дорог ему, но и Бэк Джинву тоже. Он не хотел, чтобы кто-то из них пострадал.

Хуниль положил руку на дрожащее плечо Джинву.

– Если бы что-то было не так, я бы сразу тебе сказал. Клапан работал нормально, никаких посторонних звуков не было. Его иммунная система была немного ослаблена, но в остальном всё было в порядке.

Сегодняшний осмотр, который проходил Джингём, был плановым и проводился раз в полгода. В последнее время он плохо питался, что немного ослабило его иммунитет, но в остальном все было в порядке. Если бы были какие-то проблемы, Хуниль первым бы сообщил об этом Джинву.

Джинву тоже это знал. Но после того, как он увидел поведение Джингёма, в его сердце закралось беспокойство. Хуниль крепче сжал плечо Джину, и от этого прикосновения его дрожь утихла.

– Не бойся того, чего не знаешь. Я поговорю с Джингёмом, когда он выйдет.

Слушая их разговор, Джингём часто моргал.

Красивый мужчина в больничной палате, похоже, и был тем самым «Джинву», но его голос звучал так неуверенно и жалобно, что Джингём едва сдерживал эмоции. Судя по их разговору, вошедший был врачом. А у «Бэк Джингёма», о котором они говорили, похоже, слабое здоровье.

«Джинву?»

Имя показалось ему знакомым. Он крепко зажмурился, пытаясь вспомнить.

«...А».

Глаза Джингёма расширились. Ему показалось, что он где-то слышал это имя.

«Разве это не имя персонажа из "Грея"?»

Роман «Грей» был популярной BL-трагедией с высоким рейтингом. Он был одним из его самых преданных читателей. Старшего брата главного героя звали так же, как и его.

Бэк Джингём родился со слабым здоровьем и часто падал в обморок, доставляя неудобства главному герою Бэк Джинву. Затем он встречает главного героя Так Вонбома и влюбляется в него. Он не был особо симпатичным персонажем, но, поскольку речь шла не о нём, ему нравилось читать эту книгу.

«...Да ну, не может быть»

Должно быть, это совпадение

Это имя было не самым распространённым, но и не настолько редким, чтобы не встречаться в других произведениях. Он попытался отмахнуться от этой мысли, но в голове всплыла сцена из романа: Бэк Джингём умирает. Сцена, которую он вчера читал, была сценой его смерти. Так Вонбом прикажет своим людям похоронить его!

Конечно, он был не тем самым Бэк Джингёмом из романа, но его пробрал озноб, и он нервно почесал руку.

«Не может быть».

Джингём вертел головой, желая остаться подольше, но чувствовал, что пора выходить. Он осторожно открыл дверь, стараясь не шуметь.

Неожиданно дверь в палату открылась.

– ..А? – испуганный Джингём поднял голову.

Он увидел двух крупных мужчин. Оба были такими высокими, что ему пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть на них. В одно мгновение его взгляд встретился со взглядом мужчины стоявшего перед ним

«Ух ты... какой красавчик!»

У него был проницательный взгляд человека, перед которым хочется поклониться и извиниться, если вы случайно столкнетесь с ним на улице, в сочетании с очень крепким телосложением. Он был на голову выше Джингёма и излучал опасную ауру, которая ясно давала понять, что с ним лучше не связываться. Джингём смотрел на него, приоткрыв рот, и мужчина нахмурился. От холодного взгляда его глаз Джингём инстинктивно поёжился. Мужчина ничего не делал, только хмурился, но Джингём чувствовал себя травоядным, оказавшимся лицом к лицу с хищником. Неосознанно он сделал шаг назад и быстро перевел взгляд на другого мужчину, стоявшего позади «хищника».

Этот мужчина излучал свет и свежесть, как распускающиеся весной цветы. Несмотря на его мягкий нрав, в нем чувствовалась странная опасность. Он приподнял бровь и улыбнулся — улыбка, казалось, приглашала улыбнуться в ответ, но у Джингёма от нее по спине побежали мурашки. Он был такого же роста, как и первый мужчина, так что Джингёму тоже пришлось задрать голову. Они оба были пленительно красивы. У каждого была внешность, которую трудно было не заметить.

Что, черт возьми, это за место?

Короткое молчание нарушил Хуниль.

– Почему ты снова здесь?

В отличие от того, когда он разговаривал с Джинву, тон Хуниля был резким. Сухёк, который пристально смотрел на Джингёма, повернул голову.

– Мистер Так предложил поехать поэтому я сыграл роль шофера.

– Тебе приходится нелегко, Сухёк. У тебя куча денег, почему бы тебе просто не взять такси? Почему он продолжает тебя использовать?

– Я живу за его счет. Мне нужно как-то зарабатывать на жизнь.

Вскоре встал и Джинву.

– Директор...

В ушах Джингёма зазвучали знакомые имена.

Вонбом.

Сухек.

И Джинву, о котором он слышал раньше.

Наконец он понял, в какой ситуации оказался. Это казалось невозможным, но...

«Я что, переселился?»

Джингём недоверчиво моргнул, не веря своим глазам, а затем снова посмотрел на стоящего перед ним человека.

Если это действительно было в «Грее»…

Мужчина, который, казалось, мог убить одним взглядом, должно быть, и есть Так Вонбом, бесчувственный главный герой, который доводит Бэк Джинву до предела и в конце концов оставляет его при себе.

«Он действительно красив... но такой пугающий!»

Чувствуя, что продолжать смотреть на него опасно, Джингём быстро отвел взгляд.

«Значит, этот человек...»

Упоминание Хунилем его имени дало понять, кто это. Сон Сухёк. Он был единственным другом Так Вонбома, который, скрывая свои истинные намерения, пытался сблизиться с Бэк Джинву, но в итоге сам оказался жертвой безответной любви. В рассказе внешность Сон Сухёка подробно не описывалась. Говорилось лишь, что у него дружелюбная манера поведения. При личной встрече он произвёл довольно приятное впечатление: у него были добрые глаза и улыбка. Невольно завороженный, Джингём смотрел на него, пока Сухёк снова не улыбнулся, и его глаза весело прищурились. Поняв, что слишком долго пялился, Джингём вздрогнул и отвернулся.

«Ах... я испугался», – Джингём коротко выдохнул и приложил руку к груди. Затем он посмотрел на Джинву, который был в больничной палате.

Двуяйцовый брат-близнец Джингёма и главный герой романа «Грей».

Несмотря на то, что он познакомился с Так Вонбомом, путь к их союзу был очень тернистым. Более того, даже в последних главах не раскрывается почему он жил только ради Бэк Джингёма. Он пожертвовал всем ради Бэк Джингёма и жил так преданно, что все, кто знал их обоих, задавались вопросом, зачем он это делал. Бэк Джинву, который был бесконечно добр к Бэк Джингёму, становился агрессивным, если к нему приближались плохие люди. Для Бэк Джинву Бэк Джингём был тем, кого он должен был защищать. Эта беззаветная преданность закончилась предательством...

Более того, было неясно, будет ли у него счастливый конец.

И вот он оказался в теле Бэк Джингёма, слабого и больного злодея, родившегося с врождённым пороком сердца.

«...Почему я?»

Он никак не ожидал, что окажется в чужом теле без какой-либо подготовки.

После различных экспериментов в ванной он понял, что это не сон.

Более того, «Грей» — трагическая история, и Бэк Джингёму суждено было погибнуть от руки Так Вонбома, так что эта трансмиграция изначально была обречена на провал.

Взгляд Вонбома был таким холодным, что у Джингёма по спине побежали мурашки. Он невольно ссутулился и съежился. Джинву, наблюдавший за нерешительностью Джингёма перед дверью в ванную, прищурился. Ему не понравилось, что Джингём так боится Вонбома. Неприятно было видеть, как он робеет перед Так Вонбомом. Джинву подошел и встал так, чтобы Вонбом не мог видеть Джингёма.

– Что привело тебя сюда?

– Я пришел навестить пациента, которого спонсирую.

Джинву нахмурился, но потом расслабился. Джингём действительно мог находиться в этой роскошной отдельной палате благодаря поддержке Вонбома. Он также оплачивал счета за лечение.

Джинву хотел что-то сказать, но почувствовал, как кто-то тянет его за руку. Оглянувшись, он увидел, как маленькая рука Джингёма сжимает его футболку и слегка отодвигается, чтобы спрятаться за его спиной. Увидев это, Джинву почувствовал странное волнение. Обычно Джингём не протягивал руку первым. Еще минуту назад он вел себя как чужой, но теперь, казалось, стал полагаться на Джинву. Джинву невольно расправил плечи.

– Если вы насмотрелись... пожалуйста уходите.

Джинву взял стойку для капельницы и мягко подтолкнул Джингёма к кровати. Джингём сел на кровать и осторожно поднял глаза. Все четверо в комнате смотрели на него, и у него перехватило дыхание.

Чувствуя одновременно смущение и страх, Джингём перевёл взгляд на Хуниля. Он был единственным человеком в этой комнате, чью личность он ещё не определил. Судя по разговору с Джинву, он предположил, что он врач, и белый халат подтвердил его догадку. Однако в романе не было никаких подробностей о докторе. Даже если они и были, Джингём их не помнил. И все же он подумал, что лучше уж так, чем быть лицом к лицу с совершенно незнакомыми людьми, ведь он врач.

Хуниль, который подошел незаметно для Джингёма, протянул руку к нему.

–...Джингём?

Джингём, увернувшись от руки Хуниля, забрался на кровать и настороженно уставился на него. Несмотря на то, что он думал, что все будет в порядке, потому что он врач, его внезапное движение показалось ему подозрительным.

– Это просто обычный осмотр.

– ...Почему?

– Ну... потому что это больница.

–...А?

Осмотр в больнице был чем-то само собой разумеющимся.

При этих словах Джингём несколько раз моргнул, а затем выпрямился, думая: «Так вот оно что?»

Увидев это, Джинву и Хуниль переглянулись. Это было странно. Если бы он просто дурачился, то уже давно бы остановился. Перед другими Джингём всегда притворялся добрым и болезненным.

Хуниль осмотрел уже успокоившегося Джингёма. Его сердце билось учащенно, вероятно, от неожиданности, но ничего серьезного не было. Капельницу тоже сняли, когда раствор закончился.

Тем временем Вонбом и Сvхёк подошли к кровати.

– Я думал, всё серьезно, раз ты взял выходной... – взгляд Вонбома остановился на Джингёме. – Кажется, с тобой всё в порядке

Взгляд Джингёма метнулся в угол, когда он услышал этот холодный голос. Вонбом не сделал ничего особенного, но почему он такой страшный? Должно быть, дело во вчерашней сцене смерти Бэк Джингёма.

Джингём, почувствовав резкую боль в боку, осторожно потянулся и схватил Джинву за рукав. Это было инстинктивное движение: он подумал, что Джинву единственный, кому здесь можно доверять.

Когда Джинву подошел ближе, Вонбом оказался скрыт из виду. Зная, что это не скроет его полностью, Джингём все же почувствовал себя немного спокойнее.

Сердце Джинву бешено колотилось, пока Джингём продолжал опираться на него, как и в прошлый раз. Если Джингём притворялся, что ничего не помнит, то и сейчас он мог бы так же себя вести. Но его мимика и жесты не были наигранными. Джинву начал думать, что у Джингёма действительно проблемы с памятью. В противном случае эти действия были бы необъяснимы. Это было неописуемое чувство.

Джину собрался с мыслями и посмотрел на Вонбома.

– А как же компания?

– Секретаря нет. Что я могу сделать в одиночку? Ты мне нужен. Ты в порядке, так что завтра придешь на работу, верно?

Джинву поджал губы. Объем документов, которые он вчера подготовил, был значительным, а значит, и утвердить нужно было немало. Кроме того, руководитель никогда не сидит без дела. Должно быть, директор Так специально приехал в больницу, чтобы сказать это в рабочее время. И хотя он сказал, что приехал как водитель, директор Сон, наверное, последовал за ним, потому что ему стало любопытно

Джинву невольно вздохнул. Но даже несмотря на это, он не собирался идти на работу.

– Я беру еще один выходной на завтра. Ты сам подписал заявление.

На заявлении об отпуске действительно стояла подпись Вонбома. Вонбом подписал его, думая, что это просто выходной. Теперь, даже если он заявит, что это была ошибка, Джинву будет настаивать на том, что подписанный документ имеет юридическую силу. Понимая, что просить Джинву прийти на работу завтра было бы неразумно, Вонбом искал подходящее оправдание, но тут увидел за спиной Джинву Джингёма. Запястья и лодыжки Джингёма, выглядывавшие из-под одежды, были слишком худыми. Он явно отличался от Джинву. Среди здоровяков он казался совсем маленьким, а в больничной одежде выглядел еще более хрупким.

Тем не менее не внешность привлекла его внимание.

Джингём вечно вился вокруг него, откровенно пытаясь соблазнить. Ему всегда хотелось оттолкнуть его. Лучше держаться на расстоянии, как сейчас. Даже приятно было избавиться от этой назойливости.

Не обращая больше внимания на Джингёма, Вонбом снова повернулся к Джинву. Не найдя веской причины требовать его присутствия завтра, он сказал правду: – Приходи на работу. Без тебя скучно.

– Компания — это не детская площадка.

– Я никогда не играл. Просто без тебя скучно.

Джингём слушал их разговор, и его глаза блестели. Взгляд Вонбома пугал, но разговор между главными героями завораживал. Это был роман, который ему нравился, и то, что все главные герои собрались здесь, пробудило в нем любопытство. Однако открытое наблюдение могло привести к зрительному контакту с Вонбомом, а это было страшно.

Хуниль, заметив поведение Джингёма, встретился с ним взглядом,

– Джингём, у тебя что-то болит?

–...Нет.

–Ты меня узнаёшь?

Это был неожиданный, но важный вопрос. С этими словами все трое снова посмотрели на Джингёма.

Джингём, хоть и настороженно, покачал головой.

–...Нет.

Хуниль глубоко вздохнул.

Когда он разговаривал с Джинву в больничной палате, то думал, что ситуация серьезнее, чем он ожидал, но не предполагал, что у парня могут быть проблемы с памятью. Он поспешно указал на Джинву:

– Ты помнишь Джину? Разве ты его не узнаешь?

Взгляд Джингёма проследил за пальцем Хуниля. В его светло-карих глазах отразилось встревоженное лицо Джинву. В отличие от того, что было раньше Джинву выглядел так, будто вот-вот расплачется. Но поскольку он действительно был незнакомцем, Джингём молча кивнул.

–...Ох, – Хуниль глубоко вздохнул. Это было похоже на серьезный кризис в его медицинской карьере. Он спокойно указал на Вонбома и Сухёка. – Их тоже?

– Да, – ответ был дан без колебаний, как будто это была самая естественная вещь.

– Это тяжело.

Хуниль несколько раз усмехнулся. Было непостижимо, что внезапные проблемы с памятью возникли без каких-либо особых происшествий

– Тогда, что ты помнишь? Даже незначительные вещи будут хороши.

Джингём медленно отвёл глаза, глядя на сосредоточенные лица вокруг. Даже если бы он сказал, что он не настоящий Бэк Джингём, а попаданец, они бы ему не поверили. Они бы не успокоились, если бы его не отправили в психушку. Кроме того, ему было жаль Джинву, который видел только Бэк Джингёма. Он не знал, почему испытывает такие чувства, но ему было жаль. Возможно, он слишком погрузился в роман.

Больше всего он боялся, что Так Вонбом воспользуется этой неразберихой, чтобы избавиться от него. Даже сейчас его взгляд был слишком пронзительным.

Смерть Бэк Джингёма описана во вчерашней серии, а «Грей» находится на стадии второй половины романа. Не зная, в какой именно момент сюжета происходит действие, он не хотел привлекать к себе внимание странными поступками. В таких случаях лучше всего использовать клише, которое работает независимо от контекста.

– Я помню только свое имя. Бэк Джингём.

Это был очень жизнерадостный ответ.

– Это правда, у него диссоциативная амнезия.

– Неужели это могло произойти так внезапно? Он был в порядке, пока не сделали анализы. У него не было никаких травм головы... Возможно ли, что у Джингёма за такой короткий промежуток времени, пока за ним никто не присматривал, развилась потеря памяти?

Хуниль не смог скрыть своего недоверия к словам коллеги – Юн Китэка.

Диссоциативная амнезия может развиться в результате определенных событий. Однако обычно это происходит из-за травмы головного мозга, затрагивающей центры памяти, или из-за серьезных психологических проблем. Из-за этого ситуация с Джингёмом казалась еще более странной. Развиться амнезия во время внутривенного введения препаратов и сна – это что-то из ряда вон выходящее.

Хуниль грубо потер лицо ладонью и глубоко вздохнул.

– Это слишком неожиданно.

– Такие вещи обычно случаются внезапно. Но он не всё забыл. Он по- прежнему может нормально функционировать.

Китэк просмотрел записи о своей консультации с Джингёмом. После обследований выяснилось, что пострадали только некоторые участки его памяти, в том числе связанные с людьми. В остальном проблем не было.

– Он испытывал сильную боль. Это указывает на высокий уровень стресса. Непосредственной опасности нет. После отдыха и психотерапии его память должна восстановиться естественным образом.

– Но, может быть, он никогда не вернется.

– Не говори так. Мы должны с оптимизмом относиться даже к самым незначительным шансам.

Хуниль медленно кивнул. Он не мог отделаться от ощущения, что, возможно, что-то упустил во время осмотра. Не его ли ошибка привела к этому? Ему казалось, что это его вина.

Китэк резко хлопнул Хуниля по руке, вырвав его из задумчивости Вздрогнув, Хуниль поднял глаза.

– Не переживай так сильно. Он уже не ребенок. С ним Джинву. Если ты будешь изображать беспокойство, он еще больше забеспокоится. Он во многом на тебя полагается.

– Ты прав. Я не могу так себя вести. Я пойду за детьми.

Взяв себя в руки, Хуниль нарочито бодро встал и позвал Джингёма и Джинву, которые ждали снаружи,

Китэк постарался как можно мягче объяснить ситуацию, чтобы не напугать их.

– В остальном все в порядке. Он психологически стабилен, и уровень стресса у него не высокий. Просто... у него небольшие проблемы с памятью.

Джингём, сидевший в кабинете для консультаций, знал, какой будет диагноз. Он спокойно выслушал его, но Джинву слегка пошатнулся, словно силы покинули его. Заметив это, Джингём протянул руку и схватил Джинву за предплечье.

– Хочешь присесть?

Джинву не мог скрыть дрожь в глазах. Перемены в нем были заметны. Обычно он не обращал на него внимания и не смотрел на него так пристально. Джинву почувствовал неладное еще в больничной палате. Услышав о проблемах с памятью, Джинву стал лучше понимать поведение Джингёма, хотя это все равно было шокирующим. Осознание серьёзности ситуации немного смягчило его удивление.

– Нет, со мной все в порядке.

Джинву, качая головой, сосредоточенно вслушивался в слова Китэка, в то время как Джингём выглядел безучастным. Китэк постучал по столу, чтобы привлечь внимание Джингёма. Наконец тот посмотрел на него.

– Это диссоциативная амнезия.

– Амнезия?

Китэк кивнул в подтверждение, и Джинву крепко зажмурился. Джинём, который с детства был болезненным, всю жизнь провел рядом с больницами и не собирался менять место. В последнее время он плохо ел и плохо спал. Джинву притащил его сюда, несмотря на протесты, что он не хочет проходить обследование. А теперь еще и диссоциативная амнезия. Джинву почувствовал укол вины, его сердце бешено заколотилось, а дыхание участилось.

Джингём нежно взял дрожащую правую руку Джинву, словно говоря, что с ним все в порядке.

Китэк коротко вздохнул и продолжил.

– Он утратил воспоминания, которые накапливались у него годами, но знания остались, так что с повседневными делами у него проблем не будет. Память может вернуться неожиданно, а может и нет. Нам нужно будет внимательно за ним наблюдать.

– То есть... он может прожить всю жизнь, так и не вспомнив ничего из прошлого?

– К сожалению, мы не можем исключать такую возможность. Сейчас он, конечно, в шоке, так что дайте ему немного времени. Мы начнем психотерапию, когда ему станет лучше.

Несмотря на то, что существуют различные методы лечения амнезии Китэк предложил психотерапию. Он был знаком с Бэк Джингёмом, поэтому решил, что психотерапия –лучший способ ему помочь.

–  Поможет ли ему психотерапия восстановиться?

– Я не могу этого гарантировать. Память — деликатная тема. Решающее значение имеет воля самого пациента.

Китэк взглянул на Джингёма. Несмотря на то, что разговор шёл о нем, он не проявлял никакого интереса и просто оглядывал кабинет. Китэк несколько раз видел Бэк Джингёма, когда тот приходил в больницу, и даже обедал с ним и Хунилем. Будучи психиатром с большим опытом, Китаек считал, что Джингём нуждается в психиатрическом лечении. Он уже говорил об этом Хунилю, но тот всегда отказывался. Джингём казался психологически нестабильным, но и он сам, и его опекуны сопротивлялись любому лечению, поэтому Китэк мог только наблюдать. Теперь, когда диагноз подтвердился, Китэк снова предложил обратиться к психиатру.

– Не нужно принимать решение прямо сейчас. Не торопитесь, подумайте.

***

Выйдя из кабинета, Джингём и Джунву направились в палату вместе с Хунилем.

– Хён, иди в палату и отдохни. Мне нужно немного поговорить, а потом я к вам присоединюсь.

Не спрашивая, в чем дело, Джингём кивнул и открыл дверь, но потом замешкался и отступил назад

Похоже, Вонбом и Сухек, которые не ушли во время осмотра, сидели на больничном диване, и атмосфера вокруг них была напряженной. Джингём съежился под их пронзительными взглядами, закрыл дверь и обернулся. Из-за угла показались Джинву и Хёниль.

Пока Джингём колебался, не решаясь войти в палату и подумывая о том, чтобы последовать за этими двумя, дверь палаты открылась.

Сухёк с улыбкой окликнул его: – Куда ты собрался?

–  А?..

– Заходи. Нам тоже было любопытно, и мы тебя ждали. Где секретарь Бэк?

– Он... сказал, что ему нужно кое-что обсудить с врачом.

– А, понятно.

Сvхёк отошел в сторону и кивнул, приглашая его войти.

Джингём заглянул внутрь. Он не хотел заходить, в основном из-за Вонбома, который, казалось, сверлил его взглядом. На самом деле Вонбом не сверлил его взглядом, просто у него были такие пронзительные глаза, что создавалось именно такое впечатление. Но Джингём воспринял это иначе.

Пока Джингём колебался, Сухёк протянул руку, обнял его за плечи и затащил внутрь, а потом закрыл дверь.

– Если ты будешь стоять там, на тебя все будут пялиться.

– Они и так пялятся, – Джингём тихо прошептал, прикрываясь Сухёком, как щитом.

Он не мог понять, почему Вонбом так на него смотрит. Судя по его профилю, он мог убить человека одним взглядом, и теперь Джингём чувствовал себя мишенью. Дрожа от страха, Джингём прижалась к Сухёку.

– Что это такое? – Сухёк приподнял бровь.

Бэк Джингём всегда был помешан на Так Вонбоме. Он видел, как Джингём вытворял всякие странности, чтобы привлечь внимание Вонбома, но видеть его напуганным было в новинку. Происходило что-то забавное. С легкой ухмылкой Сухёк повернулся к Вонбомv и насмешливо сказал:

– Директор Так, не могли бы вы не сверлить его взглядом? Он говорит, что ему страшно.

– Я не говорил, что мне страшно! – вздрогнув, Джингём потянул себя за одежду и прошептал как можно тише. Ему действительно было страшно, но он не хотел усугублять ситуацию признаваясь в этом

Сухёк равнодушно пожал плечами,

Джингём, почувствовав напряжённую атмосферу, робко пробрался к кровати. Даже несмотря на то, что он двигался медленно, Вонбом и Сухёк не сводили с него глаз. Джингём быстро забрался под одеяло. Он знал, каким бессердечным может быть Вонбом, и хотел спрятаться от него. Сухёк усмехнулся, глядя на закутавшегося в одеяло Джингёма, похожего на извивающуюся гусеницу, и сел на диван. Он повернул голову в сторону кровати.

– Что сказал врач? Это действительно амнезия? Они поняли, что ты лгал?

Джингём, выглядывая из-под одеяла, сверкнул глазами на Сухёка,

– Я не лгал.

Его ворчливый тон заставил Сvхёка ухмыльнуться.

– Тогда что?

– Они сказали, что это диссоциативная амнезия.

– Ты правда потерял память?

– Если так сказал врач, то, наверное, да.

Он ответил угрюмо, явно расстроенный тем, что его заподозрили во лжи.

Сухёк повернулся к Вонбому и одними губами произнес: «Кажется, это по-настоящему».

Вонбом лишь нахмурился, не предпринимая никаких действий

Убедившись в этом, Сухёк не собирался уходить. Он раздумывал, не оставить ли Джингёма здесь, но потом повернулся к нему.

– Каково это – ничего не помнить?

– Э-э...

Джингём ослабил хватку и заерзал. На этот вопрос было непросто ответить. Несмотря на то, что он не терял память, он испытывал нечто подобное. После осмотра врач задавал ему разные вопросы, но, как ни странно, он ничего не мог вспомнить. Вопросы о его семье вызывали в воображении образ уютного дома, но лица членов его семьи словно скрывались за густым туманом. Он помнил, что у них была собака, но знал только, что она была коричневой.

В тот момент он подумал, что это, возможно, побочный эффект переселения душ.

Раз уж так вышло, Джингём решил, что лучше сначала приспособиться к этому месту. Ещё не поздно подумать о том, что будет дальше. Хоть это и казалось безрассудным, но в сложившейся ситуации он ничего не мог поделать, поэтому решил смириться с реальностью. Как ни странно, у него даже не возникло желания вернуться.

Джингём, погруженный в свои мысли, сел прямо.

– Я просто... чувствую, что у меня нет никаких воспоминаний.

– Ты не волнуешься?

– А должен?

– Нет, лучше не волноваться, – с улыбкой сказала Сухёк. Он с интересом наблюдал за Джингёном, который смотрел прямо на него, не отводя взгляда. Хотя врач сказал, что это амнезия, он не мог в это поверить.

Что за хитрую уловку он пытается провернуть на этот раз?

Хотя он нечасто встречался с Бэк Джингёмом, было очевидно, что при каждой встрече он притворяется, что ничего не произошло. Ему казалось, что он имеет дело с наивным юнцом, который думал, что скрывает свои истинные чувства, но сегодня он больше походил на котёнка. Котенок, который из любопытства высовывается из-за угла, но в испуге убегает, когда к нему подходят.

– Наверное, это неприятно, – с этими словами Сухёк отвернулся и снова замолчал.

Джингём крепко сжимал одеяло, глядя на них. Когда они впервые вошли в палату, казалось, что они беспокоятся за него, но теперь, похоже, им было все равно. Благодаря этому он мог наблюдать за ними сколько угодно

***

Двое мужчин, пришедших в кабинет Хуниля, обсуждали состояние Джингёма. Было трудно поверить, что у него амнезия. Когда Джинву поник, Хуниль почесал в затылке.

– Это просто проблемы с памятью, ничего серьёзного.

– Но в этом-то и проблема.

– Ну да, ты прав.

Его попытка утешить друга не увенчалась успехом. Джинву глубоко вдохнул, отчего его грудь раздулась, выдохнул и провёл рукой по лицу. Он выглядел немного спокойнее, чем раньше.

– Джингём... у него ведь не будет серьезных проблем, правда?

– Нет, не будет.

– Это хорошо, но мне кажется, что вся эта ситуация – моя вина.

– О чем ты? Даже настоящие родственники не сделали бы столько, сколько ты.

– Хм.

– Вместо того чтобы впадать в уныние, лучше подумай о том, что делать дальше. Сейчас, наверное, больше всех растерян Джингём, так что, Джинву, нужно взять себя в руки.

Джинву задал Хунилю тот же вопрос что и Китэку ранее: – К нему вернётся память?

– Ну... я бы хотел ответить утвердительно, но не могу этого гарантировать... Джинву.

Джинву поднял взгляд, который до этого был устремлён вниз.

– Давайте начнем с психологической терапии. Для Джингёма это может сработать. Даже если у него не было депрессии, он был психологически нестабилен.

– Вернёт ли ему память психотерапия?

– Это лучше, чем ничего не делать. Если бы он был здоров, я бы сказал, что пока нужно просто наблюдать и ждать, – Хуниль порылся на своей книжной полке и протянул конверт. Это был большой конверт с логотипом Корейской больницы. – Я не говорил об этом раньше, чтобы не напугать Джингёма, но он забыл, что уже болен. Ты же знаешь, что будет, если он не будет должным образом заботиться о своём и без того слабом организме?

Джинву взял конверт и провёл рукой по его поверхности. Внутри были инструкции по мерам предосторожности, которые необходимо соблюдать после операции по замене сердечного клапана. Больше всего его беспокоило то, что скоро Джингёму предстояла еще одна операция. Именно поэтому Хуниль предложил ему пройти курс психологической терапии. И дело было не только в слабом сердце. Бэк Джингём, который с рождения был слаб здоровьем, в детстве перенес тяжелый грипп, который привел к пневмонии и серьёзному заболеванию. У него начиналась пневмония, как только он уставал, или иммунная система снижалась. Самое главное, что из-за слабого сердца пневмония могла быть по-настоящему опасной.

– Я позабочусь о нем.

– Хорошо.

***

Даже направляясь в больничную палату, Джинву не мог избавиться от мрачного выражения лица. Он не знал, что произошло за то время, пока он выходил из комнаты, но амнезия... Это. конечно, было неожиданно. Если бы Джингём был здоров, как и говорил Хуниль, он бы так не переживал.

«По крайней мере, он, похоже, не испытывал к этому ненавист».

Обычно люди с амнезией с опаской относятся к незнакомому окружению. Но Джингём не проявлял никаких подобных признаков.

Должен ли он считать это облегчением?

Вздох. Джинву глубоко вздохнул и открыл дверь в больничную палату, затем нахмурился.

–  Вы все еще здесь?

Он совершенно забыл, что в комнате были ещё два человека.

–  Похоже, они собираются уйти на работу отсюда.

Услышав ответ Сухёка, Джинву коротко вздохнул. Уйти из компании на полдня не проблема. Если случится что-то срочное, секретарь Ян свяжется с ним или приедет прямо в больницу. Но это не значит, что он может отсутствовать так долго. Работы накопилось очень много.

«Секретарь Ян снова будет на меня ругаться...»

Секретарь Ян всегда выступал за то, чтобы «уволить директора Така». Он часто говорил, что каждый офисный работник должен носить в сердце заявление об увольнении. Наверное, и сегодня он без умолку ругался, разбираясь с делами, оставленными директором Таком. И хотя не Джинву должен был сочувствовать секретарю Яну, он чувствовал себя виноватым.

«Надо будет в следующий раз угостить его кофе».

Джинву цокнул языком, и Джингём снова окинул взглядом собравшихся.

«Было бы здорово, если бы они все стали айдолами.»

Он знал, что они не смогут дебютировать из-за возраста, но мысль об этом была забавной. Обычно в айдол-группах есть участник, который отвечает за внешний вид, но в случае с этими тремя было бы неважно, кто занял бы центральное место, ведь у всех были подходящие лица. Более того, все они были по-своему красивы. Их уникальные черты были настолько очевидны, что привлекали самых разных поклонников.

Несмотря на свое положение, он совсем не волновался. Напротив, ему было даже весело. Когда еще ему представится возможность испытать что-то подобное?

Джингём улыбнулся, когда Джинву подошел ближе.

–  Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит?

–  Я прекрасно себя чувствую, ничего не болит.

–  Это приятно слышать, – Джинву, сидевший на краю кровати, осторожно заговорил, глядя во влажные глаза Джингёма. – Тебя могут выписать завтра. Но я бы хотел, чтобы ты подольше побыл в больнице.

–  Почему?

–  Если ты вернёшься домой, то будешь там один.

Увидев, что Джингём смотрит на него с недоумением, словно не понимая, почему это проблема, Джинву горько улыбнулся.

– Честно говоря, я волнуюсь. Сможешь ли ты сам себя прокормить, не случится ли что-нибудь, пока ты один.

–  Я уже не ребенок...

Джингём надулся от того, что с ним обращаются как с ребенком. Джинву на мгновение потерял дар речи. Хоть и говорили, что у него амнезия, но в это все равно было трудно поверить. Но то, что Джингём вёл себя не так, как обычно, постепенно убеждало его. Джингём, заметив, что Джинву безучастно смотрит на него, схватил его за руку. Когда Джинву вздрогнул и попытался вырваться, Джингём сжал его руку еще крепче. На мозолистой ладони были видны следы многолетних лишений.

Джингём улыбнулся, обращаясь к Джину, у которого задрожали глаза.

– Это из-за того, что я потерял память?

–  А?

– Ты выглядишь грустным. Но я не виноват...

Джинву покачал головой, пока Джингём осторожно подбирал слова

– Я знаю. Ты не виноват, – Джинву выдавил из себя улыбку, но было видно, что он вот-вот заплачет. Джингём должен был быть ещё более растерянным. Вместо того, чтобы предложить утешение, Джинву получил утешение сам. Его сердце затрепетало без всякой причины.

Когда они были маленькими, они часто играли вместе, делили одно одеяло и засыпали, хихикая и шутя. Но в какой-то момент между ними образовалась стена, которая привела к их нынешним отдаленным отношениям. Рука Джинву дрогнула. Взгляд Джингёма остановился на его руке, а затем переместился в сторону.

– Да. Это не моя вина.

–  Точно... Хочешь сходить на психотерапию?

Джингём постучал пальцами по руке Джинву. Похоже, он не решался это сказать.

– А если я скажу, что не хочу?

– Тогда мы не пойдем.

– Тогда я не хочу.

В конце концов, он не терял память. Он не хотел тратить время и деньги на психологическую помощь. Бэк Джинву уже пожертвовал всей своей жизнью, оплачивая больничные счета и роскошную жизнь Бэк Джингёма, а также долг, оставшийся после их отца. Единственная причина, по которой он с трудом справлялся с суровой реальностью, была связана с Бэк Джингёмом. Он прожил такую тяжёлую жизнь, но в итоге стал марионеткой в руках Так Вонбома.

Более того, даже второстепенный персонаж, Сон Сухёк, был далёк от идеала. Даже если Сон Сухёк не преследовал Джинву напрямую, он сыграл важную роль в его изоляции.

Джингём сочувствовал Джинву ещё во время чтения романа. Он испытывал те же чувства, когда сопереживал персонажу, но, когда он увидел его вживую, это чувство стало еще сильнее. Он не хотел обременять Джинву, который и так был сбит с толку амнезией своего брата-близнеца, финансовыми проблемами.

– Ничего, если я не пойду?

– Да. Давай не пойдем.

Джинву посмотрел на маленькую белую ручку, лежащую поверх его собственной. Он не мог вспомнить, когда в последний раз просто так держал эту руку. Внутри у него всё сжалось. Ему казалось, что если он не остановится, то расплачется.

– Ты что. забыл, что я вообще здесь?

Погруженный в свои мысли, Джинву обернулся на звук голоса позади себя. Джингём моргнул и посмотрел на Вонбома.

– Не может быть. Ты такой большой.

– Тогда почему я вижу только спину секретаря Бэка?

– Не надо меня об этом спрашивать. Ты единственный на него смотришь.

Джингём взглянул на разговаривающих людей

– Ты, наверное, занят. Разве ты не уходишь?

– Ещё не время уходить.

Вонбом, похоже, и не собирался уходить. Он не сводил глаз с рук Джинву и Джингёма, которые были сцеплены. Он никогда раньше не видел их так близко... Ему тут же захотелось их разъединить. Это его по-настоящему беспокоило.

Вонбом долго и недовольно смотрел на них.

Джинву, почувствовав его взгляд, сделал вид, что ничего не заметил. Он не хотел отпускать руку Джингёма. Однако он подумал, что Джингём сможет отдохнуть с большим комфортом, если эти двое уйдут, и неохотно разжал его руку.

– Здесь пациент. Давай поговорим снаружи.

– Xopoшo.

Вонбом, поднявшись с дивана, последовал за Джинву. Когда Сухёк не двинулся, Джинву повернул голову.

– Директор Сан. Ты не идешь?

– А мне обязательно?

– Да.

– А я не могу остаться здесь?

– Нет, ты не можешь.

Сухёк пожал одним плечом в ответ на твёрдый отказ. Это был игривый жест. Уходя, Сухёк помахал рукой Джингёму, который радостно помахал в ответ, глядя, как они уходят втроём.

Не только Джинву было сложно приспособиться к стремительно меняющемуся характеру Сухёка, Вонбом, ожидавший, когда Сухёк выйдет, чувствовал то же самое. Вонбом проводил взглядом Джингёма, который всё ещё махал рукой. Похоже, он пытается привлечь к себе внимание. Если это была его цель, то он почти добился успеха. Это действительно вызвало некоторый интерес из-за изменившейся личности. Однако интерес был не совсем позитивным. Ему было любопытно, сколько времени продлится этот образ.

Джинву, вышедший из платы в коридор, шёл впереди, как будто знал, куда направляется. Дойдя до входа в больницу, он остановился,

– Спасибо, что навестили. До свидания.

Он сказал, что им нужно поговорить на улице, но затем поклонился, развернулся и, не колеблясь, ушёл.

Оставшиеся двое могли лишь в недоумении смотреть на удаляющуюся фигуру Джинву.

Сухёк, первым пришедший в себя, начал посмеиваться, тряся плечами.

– Ха-ха! – его смех становился все громче, привлекая внимание прохожих. – Ты нашел действительно хорошего секретаря. Где он был все это время? Ты действительно вляпался. Ого.. Стоило посмотреть на твоё ошарашенное лицо. Я рад, что сегодня пришёл.

Сухёк продолжал смеяться, и Вонбом тоже издал короткий смешок. Вот почему он не мог отпустить Бэк Джинву.

Улыбка не сходила с лица Сухёка даже по дороге на парковку. Она оставалась на его лице и по дороге домой. Когда они остановились на красный свет, Сvхёк покосился на Вонбома, который смотрел в окно.

– Ты правда думаешь, что у него амнезия?

– Нет.

– А? Почему ты так уверен? А что, если это правда?

Вонбом повернулся к нему лицом: – Я не думал, что ты купишься на такую дешевую уловку.

– Ну... Мне кажется, это правда. Злоба в его глазах исчезла.

– Скорее всего, это просто уловка чтобы привлечь внимание.

Даже если бы это было правдой, Вонбом бы не поверил. Он и так был уверен, что это ложь, так что спорить дальше не имело смысла.

Сухёк слегка кивнул в ответ. Бэк Джингём никогда его не интересовал, но тот, кого он увидел сегодня, пробудил в нем любопытство. Он подумал, что если будет продолжать наблюдать, то, возможно, снова увидит что-нибудь интересное как сегодня.

А помахать на прощание было довольно мило.

– Бэк Джингём... Интересно, – на улыбающемся лице Сухёка читалась угроза.

Джингём, глядя на дверь, через которую вышли эти трое, повернулся и посмотрел на улицу. С верхнего этажа открывался панорамный вид. Сквозь прозрачное стекло виднелось небо, усеянное облаками, словно акварельными мазками. Он безучастно смотрел в окно, когда громкий урчащий звук в животе заставил его опустить взгляд. Он был так поглощён своими мыслями, что забыл про голод.

– Я голоден.

От этих слов ему захотелось есть ещё сильнее. В животе продолжало урчать. Когда он потянулся, чтобы погладить живот, его больничная рубашка задралась. Он знал, что худой, но у него не было жировых отложений на животе. Живот был не мягким, а плоским.

Несколько раз проведя рукой по лицу, он огляделся в поисках чего-нибудь съестного. Он вспомнил про жареный рис, который недавно положили в холодильник.

«Можно ли его есть?»

Раз он был куплен для Бэк Джингёма, то можно.

Оглядевшись, Джингём медленно встал с кровати и достал из холодильника жареный рис. Он совсем остыл. В комнате не было микроволновки, поэтому он вернулся на кровать. Джингём знал, что нужно накрыть на стол, но ему было лень. Он мог есть прямо из контейнера, поэтому взял ложку, которую отложил заранее. Рис затвердел, и ложка с трудом проникала в него. Как раз в тот момент, когда он собирался зачерпнуть немного риса, дверь открылась, и вошёл Джинву.

– Хён?

– А... – Джингём, моргая, медленно закрыл широко раскрытый рот. Ну почему он вошеё именно в тот момент, когда у него был открыт рот? Время было выбрано идеально.

Пока он с сожалением причмокивал, Джинву с улыбкой подошёл к нему и забрал у него из рук жареный рис и ложку. Джингём смотрел на Джинву широко раскрытыми глазами, как ребенок, у которого отобрали конфету. Ему казалось, что он должен немедленно вернуть еду.

Джинву поспешно заговорил: – Он холодный. Я принесу тебе тёплый.

– Ничего страшного...

– Он невкусный. Просто подожди немного...

Рррр. Звук был таким громким, что эхом разнёсся по комнате.

Джингём обхватил живот руками и подтянул колени к груди. Его белые пальцы на ногах зашевелились. Он посмотрел на Джинву и неловко улыбнулся. Вид Джингёма с широко открытым ртом уже смущал, но громкое урчание в животе заставляло его чувствовать себя ещё более неловко.

Джинву с трудом сдерживал смех прикусив нижнюю губу. Он повернул голову в противоположную сторону, чтобы не встречаться с ним взглядом, иначе точно расхохотался бы. Однако от непрекращающегося рычания он не выдержал и расхохотался в голос.

Когда плечи Джинву затряслись от смеха, Джингём надул губы.

– Это не так уж и смешно. Это был просто звук.

– Хм... Ну да.

Когда начинается смех, его трудно остановить. Дело было не в урчании чужого желудка, а в том, что оно исходило от Джингёма. Джинву наконец удалось подавить смех, но в его голосе все еще слышались нотки веселья.

– Я пойду разогрею еду, – едва сдерживая смех, Джинву поспешил выйти из палаты, опасаясь, что в любой момент снова расхохочется.

Увидев, что дверь захлопнулась, Джингём медленно протянул руку и схватился за одеяло, уткнувшись в него лицом.

«Как неловко!»

Сначала он пытался не обращать внимания на урчание в животе, но после нескольких раз его уши покраснели от смущения. Лицо и шея тоже горели. Лёжа лицом вниз, Джингём махал ногами, стуча ими по кровати.

Тем временем Джинву стоял за дверью, прислонившись к ней, и так сильно сдерживал смех, что у него перехватило дыхание. Его лицо постепенно становилось сдержанным.

За дверью определенно был Бэк Джингём.

Веки Джинву дрогнули и медленно опустились. Он почувствовал, как его решимость улетучивается. Смеясь перед Джингёмом, он снова почувствовал себя ребёнком. Вернулся в то время, когда они ничего не знали и заботились друг о друге.

Джинву коротко выдохнул и открыл глаза. Увидев в руке жареный рис, он вспомнил смущённое лицо Джингёма и снова улыбнулся.

Он быстро шагнул, понимая, что Джингём, должно быть, проголодался.

***

Джингём ел разогретый жареный рис, прикрыв глаза. Взгляд Джинву, который уже некоторое время был прикован к нему, был слишком нежным. Даже зная, что за ним наблюдают, Джингём продолжал есть, потому что был голоден... Но это все равно заставляло его смущаться.

– Ты не собираешься есть?

Надо было спросить до того, как он начал, но от восхитительного запаха жареного риса он на мгновение потерял голову.

– Да. Я поем позже. Не беспокойся.

– Как я могу не беспокоиться? Я тут один ем...

– Серьезно, не переживай. Я поем, когда проголодаюсь, – даже отвечая, Джинву с трудом сдерживал улыбку. Обычно, когда он смеялся, Джингём просил его перестать, но на этот раз улыбка Джингёма только мешала Джинву сохранять невозмутимый вид.

Сегодняшний день был полон самых разных эмоций. Когда Джингём не узнал его, Джинву показалось, что его мир рушится. Но теперь он не мог перестать улыбаться. Он так давно не смеялся. И так давно Джингём не заботился о его приёме пищи.

– Ты знаешь, как меня зовут? – Джинву осторожно заговорил, опустив глаза.

– Да. Бэк Джинву, верно?

– Верно, – он посмотрел на Джингёма, который широко улыбался. С тех пор, как Джингём потерял память, он постоянно улыбался.

Что делало его таким счастливым?

Почему он так широко улыбался, хотя раньше никогда не улыбался?

Джинву протянул руку и взял Джингёма за руку, которая всё ещё лежала на столе. Он раскрыл ладонь Джингёма и указательным пальцем медленно написал своё имя.

Джингём поёжился от щекотки, но не убрал руку.

– Бэк Джинву, – Джинву чётко произносил каждый слог, как будто хотел убедиться, чтобы оно никогда не забылось. – Зови меня Джинву.

– Хорошо, Джинву.

Джингём почесал щеку, стесняясь произносить это имя. Он попытался вернуться к еде, но Джинву всё ещё держал его за руку.

– Не используй официальные выражения. Мы одного возраста. Я называю тебя хён, потому что мы с тобой близнецы. Ты родился на три минуты раньше меня.

Хотя Джингём уже знал это, он кивнул, словно услышал впервые.

Только после этого Джинву отпустил его руку, и Джингём продолжил есть жареный рис. Он съел совсем немного, но, как ни странно, почувствовал себя сытым. А ведь думал, что съест всю тарелку.

Заметив, что он ест медленно, Джинву улыбнулся и спросил: –Наелся?

– Да.

– Ты никогда не ел много. А острой еды и того меньше...

Поняв, что это нормально, Джингём медленно отложил ложку. Джинву закрыл крышку и тщательно вытер стол влажной салфеткой.

Кровать стала просторнее, и Джингём вытянул ноги. Пока он потирал слегка выпирающий живот, Джинву, закончивший уборку, сел рядом с кроватью с больничным конвертом в руках.

–  Хён.

– А? А, да?

– Я хочу тебе кое-что сказать.

Джингём выжидающе посмотрел на него. Джинву на мгновение замялся, а потом положил конверт на колени Джингёма.

–  Возможно, ты не помнишь... но твоё тело довольно слабое. Тебе нужно быть осторожным во многих вещах. Но не переживай слишком сильно, всё не так серьёзно, – Джинву говорил быстро, пытаясь его успокоить. Однако без должного ухода любая болезнь может перейти в тяжелую форму, особенно у такого хрупкого человека, как Бэк Джингём. – О! Может, сначала я расскажу тебе о нас? Так будет лучше.

– Звучит неплохо!

Джингём смотрел на него с нетерпением, как ребенок, ожидающий любимую сказку. Мысль о том, что он узнает об их прошлом, будоражила его.

– Как я уже говорил, мы с тобой близнецы. Правда, мы разнояйцевые, так что у нас много различий. И телосложением мы тоже сильно отличаемся. Ты с рождения был слабым. Сейчас ты не в лучшей форме, но уже намного лучше, так что можешь жить нормально.

Джингём кивнул, не сводя глаз с Джинву.

— Нас только двое. Мы полагаемся друг на друга. Я работаю секретарём, а тот, кого ты видел раньше, оплачивает твои медицинские расходы... Он добрый человек, – несмотря на слова, Джинву на мгновение помрачнел. Джингём сделал вид, что ничего не заметил, и улыбнулся. – Мы родились третьего декабря. В тот день шёл сильный снег. В детстве мы были неразлучны, что доставляло немало хлопот нашим воспитателям.

До наступления ночи Джинву рассказывал множество историй. В основном о совместном детстве, и создавалось впечатление, что Джингём заглянул в неизвестное прошлое главного героя. Но он говорил только о счастливых временах. Он не упоминал прошлое, о котором знал Джингём.

О прошлом Джинву вскользь упоминается в «Грее». В детстве он получал меньше внимания от родителей, его затмевал больной старший брат, и ему приходилось подрабатывать, чтобы помочь семье расплатиться с долгами ещё до того, как он стал взрослым. Несмотря на упорный труд, жизнь никогда не давала Джинву покоя. Со стороны он мог показаться несчастным, но сам Джинву так не считал. Джингём знал об этом и не спрашивал, хотя ему было любопытно, и он с удовольствием слушал истории, которыми делился Джинву.

По мере того, как Джинву говорил, улыбка постепенно сходила с его лица. Джингём тоже медленно опустил уголки губ.

– Хён заболел пневмонией, когда мы учились в начальной школе. Тогда ты очень сильно болел.

Примерно в то время, когда они оба пошли в начальную школу, Бэк Джингём впервые потерял сознание. У него диагностировали врожденный порок сердца. До этого никаких проблем не было, но внезапная болезнь выявила заболевание. С того дня жизнь Бэк Джингёма полностью изменилась. После школы ему приходилось сразу идти домой, и он даже не мог думать о том, чтобы поиграть на улице. Он находился под строгим присмотром родителей.

Джинву не был исключением. Но по сравнению с Бэк Джингёмом, он был более свободным. Даже когда Бэк Джингём просил его поиграть вместе, Джинву предпочитал играть один. С этого момента между двумя детьми начала расти пропасть.

Во время вспышки гриппа Джинву тяжело заболел. Бэк Джингём, который жил с ним в одном доме, тоже заразился, и из-за слабого иммунитета у него развилась пневмония. Из-за слабого сердца он оказался в критическом состоянии, и операцию на сердце, которую откладывали, провели раньше, чтобы спасти его.

Вспоминая об этом, Джинву крепко сжал кулаки.

– Тебе... сделали операцию.

Джинву не мог отделаться от мысли, что, если бы он не подхватил грипп, у Бэк Джингёма не развилась бы пневмония. В ушах до сих пор звучали голоса родителей, обвинявших его в случившемся. У него перехватило дыхание, но он заставил себя произнести самое важное.

– Это была операция на сердце.

– А... операция на сердце.

– Да. Так что тебе нужно быть осторожной. Это не то, что можно полностью вылечить...

Джингём подтянул колени к груди. Он уже знал эту информацию, так что она не имела значения. Но, видя, как тяжело Джинву даётся этот разговор, он понял, как сильно Джинву заботится о Бэк Джингёме. В этот момент Бэк Джинву, который никогда никого не боялся, показался бесконечно маленьким. Джингём медленно протянул руку и нежно коснулся головы Джинву кончиками пальцев. Джинву, который до этого смотрел в пол, поднял глаза.

– У тебя короткие руки…

Джингём неловко рассмеялась и наклонилась вперёд, чтобы нежно погладить Джинву по голове.

– Если я просто буду заботиться о себе и оставаться здоровым, этого будет достаточно, верно?

– Да.

Увидев ясные глаза Джингёма, губы Джинву задрожали. Внезапно он подумал, что как только к Джингёму вернётся память, он больше никогда не увидит этой улыбки.

Бэк Джингём часто говорил, что в его слабом теле виноват Джинву. Что Джинву забирал все питательные вещества, пока они были в утробе, из-за чего его организм ослаб. Что он подхватил грипп, который привёл к пневмонии и ускорил необходимость операции на сердце. Он говорил, что все его несчастья из-за Джинву.

Опасаясь снова услышать эти слова, Джинву не смог заставить себя сказать всю правду. Нет, не смог.

«...Гём», – так он тысячи раз мысленно называл Бэк Джингёма. Ему хотелось бы называть его так, глядя ему в глаза и улыбаясь, как раньше.

Джинву крепче сжал дрожащие руки, чтобы скрыть свои эмоции, и натянуто улыбнулся.

– Здесь перечислены вещи, с которыми нужно быть осторожным. Я буду рядом и помогу тебе, но я подумал, что тебе будет лучше прочитать это, поэтому и принёс.

Джингём слегка кивнул. Конверт был большим, и он подумал, что в нём книга, но там оказалось всего несколько листов бумаги.

– Стеноз аортального клапана?

Это был совершенно незнакомый ему медицинский термин. Джингём знал, что у него больное сердце и слабое тело, но в оригинальной истории не было подробностей. Он думал, что все проблемы с сердцем – это просто сердечные заболевания, но, увидев в инструкции точный медицинский термин, осознал всю серьёзность ситуации.

Поджав губы, Джингём прочитал список мер предосторожности и отложил бумаги в сторону. Теперь, когда это было его тело, он не мог не беспокоиться из-за болезни. В этот момент его решимость жить здесь хорошо слегка пошатнулась. Он чувствовал, что его обмануло собственное красивое лицо, хотя на самом деле никто его не обманывал.

– Пока я буду следовать тому, что здесь написано, всё будет в порядке верно?

– Это не должно быть сложно. У тебя пока неплохо получается...

– Это ерунда.

Диета заключалась в том, чтобы просто не есть продукты, перечисленные в списке, а физическая активность — в том, чтобы ходить пешком по 30 минут в день. Это казалось вполне выполнимым. Были и другие вещи, о которых стоило позаботиться, но это его не беспокоило. Если бы он проявлял осторожность в некоторых вопросах, то ничем бы не отличался от обычного человека.

Джингём положил бумаги обратно в конверт и похлопал по нему. Когда он поднял глаза, Джинву, казалось, хотел что-то сказать, его губы слегка шевелились.

– Что-то не так?

– На самом деле операция не за горами.

– Что?

Джингём не мог вымолвить ни слова только открывал и закрывал рот. Увидев его растерянное лицо, Джинву слегка смутился. Если бы ситуация не была такой срочной, он бы хотел сообщить об этом Джингёму постепенно, чтобы тот успел привыкнуть, но сейчас он не мог этого сделать.

– Через месяц, – Джинву говорил тихим, сдавленным голосом.

–… А.

В какой момент в оригинальной истории это произошло, что до операции оставался всего месяц?

Неужели Бэк Джингём сбежал, испугавшись операции, и именно тогда он переместился в это тело?

Джингём разочарованно поджал губы, не в силах понять, что происходит.

Неужели он не мог переродиться в здоровом теле? Как в тех историях, где смертельно больной человек оказывается здоровым. Хоть он и знал, что это невозможно, он не мог не представлять себе такую картину. Сначала он не воспринимал ситуацию всерьёз, но теперь она казалась ему серьёзной.

Джингём крепко сжал конверт.

– Я должен сохранить конверт, и тогда здоровье не будет утрачено.

– Я позабочусь об этом тоже.

– Да. Спасибо.

Когда Джинву взял конверт, Джингём медленно повернул голову и посмотрел в окно. В отличие от того, что было раньше, снаружи теперь царила темнота. Из-за яркого освещения больничной палаты снаружи было почти ничего не видно, зато хорошо просматривалось внутреннее пространство. Он увидел себя сидящим на кровати, а Джинву — стоящим у шкафа. Несмотря на растерянность, Джинву выглядел на удивление спокойным, и Джингём восхищался им за это.

И собой тоже.

Ещё минуту назад ему было не по себе из-за операции, но теперь Джингём снова чувствую себя спокойным. Может быть, он воспринимал это как сон или фантазию.

Джингём перевёл взгляд на приближающегося Джинву.

– Мы останемся здесь на ночь?

– Да. Тебя выпишут утром, так что потерпи немного.

Поскольку он не чувствовал особого дискомфорта, Джингём покачал головой и ответил, что все в порядке.

***

Тихую больничную палату наполнила нежная фортепианная мелодия. Проснувшись от знакомого звука, Джинву пошарил рукой по кровати, чтобы найти телефон. С трудом разлепив глаза, он отключил громкий будильник. Он забыл его выключить, хотя и был в отгуле. Он сел, его тело затекло от вчерашнего напряжения. Немного пошевелившись, он встал с кровати и уставился на спящего Джингёма.

Джингём лежал с приоткрытым ртом и шумно дышал, как обычно.

Вчерашние события всё ещё казались ему сном. Джинву гадал, вернётся ли всё на круги своя, когда Джингём проснется. Он отчаянно хотел, чтобы к Джингёму вернулась память, но, если он больше никогда не увидит его таким, он будет чувствовать себя… одиноким.

Яркая улыбка Джингёма и то, что он первым протянул ему руку, — эти моменты он никогда не забудет.

Хоть это был всего один день, это короткое время было невероятно ценным и наполнило его радостью. Настолько, что он невольно улыбнулся.

Он понимал, что это эгоистично, но хотя бы на мгновение... неужели всё может остаться так?

Пока Джинву смотрел на него, глаза Джингёма медленно открылись.

– Доброе утро.

Несмотря на то, что он только что проснулся и ещё не до конца пришёл в себя, он поздоровался с улыбкой. У Джинву свело в груди. Он нахмурился и невольно опустил брови. Его дрожащие глаза сузились, и казалось, что он вот-вот заплачет.

– Почему ты плачешь?

– Я не плачу.

– Но ты...

Все ещё полусонный Джингём потянулся к Джинву. Когда Джинву взял его за руку, он притянул его к себе, заставив резко наклониться. Удовлетворившись тем, что они на одном уровне, Джингём положил руку на щёку Джинву.

– Не плачь.

– Хорошо, не буду.

Веки Джингёма постепенно опустились и сомкнулись. Джинву хотел закрыть глаза, чтобы сдержать слёзы, но не мог отвести взгляд от спокойного лица Джингёма, которого так давно не видел. Он прижал маленькую худенькую ладошку Джингёма к своей щеке, не желая отпускать её.

***

Джингём проснулся, когда принесли завтрак. Джинву, который хотел дать ему поспать подольше, пришлось его разбудить. Полусонный Джингём отложил ложку.

– Я ем один?

– Больничную еду выдают только пациенту.

– А что ест опекун?

– Либо покупает еду в магазине, либо приносит с собой ланч-бокс.

Джингём некоторое время смотрел на свою еду, а потом палочками переложил часть на крышку миски с рисом. Затем он встал с кровати.

— Зачем? Тебе что-то нужно?

— Нет, просто хочу в туалет.

С палочками в руках он направился в ванную. Он тщательно вымыл палочки в раковине, внимательно осмотрев их на предмет загрязнений. Убедившись, что они чистые, он кивнул. Сидя на кровати, Джинву с озадаченным видом наблюдал, как Джингём выходит из ванной. Джингём широко улыбнулся и протянул Джинву палочки. Джинву моргнул, глядя на мокрые палочки для еды

– Давай поедим вместе.

–… Что?

Бэк Джингём так не любил есть в одиночестве, что всегда хотел, чтобы во время еды кто-то находился у него на виду, даже если этот кто-то не ел вместе с ним.

Сегодня Джинву наблюдал по привычке, не ожидая приглашения поесть вместе.

Пока Джинву разглядывал палочки для еды, Джингём взял ложку и сказал:

– Они говорят, чтобы я ел меньше, и я подумал, что тебе этого количества может оказаться недостаточно... но это лучше, чем тратить еду впустую! – он понизил голос, взглянув в сторону двери. – Но эта еда невкусная.

Больничная еда была слабо приправлена, поэтому, скорее всего, не приходилась по вкусу Джингёму. Он часто жаловался на вкус и просил принести что-нибудь из дома, оставляя Джинву доедать больничную еду. Несмотря на то, что Джингём не любил остатки, он редко приглашал кого-то поесть вместе с ним. Джинву была приятна такая перемена, но в то же время она его беспокоила. Кто знает, когда к нему вернется память, и всё снова изменится?

Увидев, что Джингём пытается очистить для него палочки для еды, Джинву слегка улыбнулся.

– Ты не любишь остатки еды? – осторожно заговорил Джингём, заметив нерешительность Джинву.

– А? Нет, я не против.

– Поскольку я, скорее всего, не съем всё, давай поедим вместе. Нехорошо выбрасывать еду.

Джинву крепко сжал палочки для еды и медленно кивнул. Джингём потерявший память, стал другим во всех отношениях. Даже его слова о том, что еду нельзя выбрасывать. Прежний Джингём сказал бы: «Кому какое дело, если я выброшу еду, за которую заплатил?»

Джинву не знал, когда к нему вернётся память, но ему нравилось это временное соглашение. Несмотря на беспокойство по поводу того, что однажды к Джингёму вернётся память, Джинву не хотел зацикливаться на этом и наслаждался добротой Джингёма.

Джинву сел поудобнее и взял палочки для еды.

– Я положу гарнир на твою ложку.

– А? Нет, я сам. Смотри, – Джингём зачерпнул гарнир ложкой и быстро съел, улыбаясь во время жевания, чем рассмешил Джинву.

Порция была меньше, чем обычно, но они наелись до отвала. Вскоре после того, как они закончили есть, у Джинву зазвонил телефон. Это был секретарь Ян. Джинву замешкался, но ответил, когда звонок уже собирался прерваться.

– Алло?

– Секретарь Бэк! Помогите мне, пожалуйста!

Как только звонок был принят, из динамика раздался громкий голос секретаря Яна. От его настойчивой просьбы глаза Джингёма округлились от удивления.

Джинву ободряюще улыбнулся и отвернулся.

– Что случилось?

– Господин Так отказывается идти на совещание без вас. Сегодня очень важное совещание для руководства...

– Вы же знаете, что у меня сегодня выходной, верно?

– Конечно, знаю.

В голосе секретаря Яна слышалось раздражение по отношению к мистеру Таку, смешанное с чувством вины.

Зная, что это не вина секретаря Яна, а необоснованное требование господина Така, Джинву не мог его винить. Не имело значения, присутствовал ли господин Так на совещании или нет. Пропуск одного совещания не поставил бы под угрозу его положение. Проблема была в том, что если причиной отсутствия было «отсутствие секретаря», то разбираться с последствиями приходилось секретарям.

Джинву посмотрел на часы и спросил: – Совещание будет в два, верно?

– Да, в два!

– Я буду на месте к 13:30. Пожалуйста, подготовьтесь.

– Вы серьёзно? Я правда скажу им, что приедет секретарь Бэк?

– Да.

Несмотря на то, что разговор шёл не по громкой связи, в тихой больничной палате все было слышно. Джинву глубоко вздохнул, а Джингём с решительным выражением лица похлопал его по руке.

– Может, стоит сообщить об этом в Министерство занятости и труда?

– Что?

– Это травля на рабочем месте! Тебе нужен полноценный выходной!

– О...

Пока Джинву стоял с открытым ртом, Джингём искал номер телефона Министерства занятости и труда, говоря, что ему нужно немедленно с ними связаться.

Джинву взял отпуск, чтобы навестить Бэк Джингёма в больнице. За всё время работы он ни разу не брал отпуск для личного отдыха, всегда посвящая его Джингёму.

Вчерашняя реакция была такой же, но сегодняшняя реакция Джингёма оказалась неожиданно свежей. Казалось, будто под личиной Бэк Джингёма скрывается совсем другой человек.

И всё же... ему это не мешало.

Большая рука накрыла только что найденный им номер телефона.

– Всё в порядке. Это не в первый и не во второй раз... – Джинву, пытавшийся выразить свою благодарность, осекся, увидев угрюмое выражение лица Джингёма, Он поспешно убрал руку, подумав, что задел экран телефона. – Прости.

– За что?

– За то, что задел телефон.

Увидев, что Джинву искренне извиняется, Джингём стал ещё более угрюмым. Джинву нервно заерзал, его пальцы дрожали. Джингём странно посмотрел на Джинву. Несмотря на то, что Джинву жил под гнётом Бэк Джингёма, его реакция была чрезмерной и явно демонстрировала покорность. Если бы он продолжал вести себя подобным образом, Бэк Джингём, возможно, и сам стал бы относиться к нему пренебрежительно. Но это не оправдывает поведение Бэк Джингёма. Даже если другой человек демонстрирует покорность, смотреть на него свысока неправильно,

Чтобы Джинву не нарывался на неприятности, Джингём продолжил:

– Дело не в том, что ты закрыл экран. Меня возмущает фраза «не в первый и не во второй раз». Даже секретарь заслуживает отдыха в свой выходной. В современном мире нельзя просто так заставлять сотрудников работать сверхурочно!

Джингём, разволновавшись, ударил пе одеялу сжатым кулаком. Одеяло смялось от слабого удара. Сделав еще несколько ударов, он смутился и тихо убрал руку.

Чувствуя себя неловко, он откашлялся и взглянул на Джинву, у которого дрогнула левая губа.

–  Что?

– Я счастлив.

На лице Джинву появилась едва заметная улыбка, и он выглядел необычайно довольным. Он не улыбался широко, но его едва заметная улыбка говорила о том, что он по-настоящему счастлив. Увидев улыбку Джинву, Джингём тоже широко улыбнулся и напомнил ему, что, если дела пойдут совсем плохо, нужно будет сообщить об этом в Министерство занятости и труда.

Сообщать не о чем, но Джинву кивнул.

Со вчерашнего дня, как только Джингём разблокировал телефон, он был занят тем, что изучал его. Обмануть блокировку по отпечатку пальца было несложно. Он проверил установленные приложения и сообщения, которыми обменивался с другими пользователями. Джингём был занят.

Джинву смотрел на него тёплым взглядом, таким же теплым, как весеннее солнце.

Слова, которые Джингём произнёс во сне, умоляя его не плакать, всё ещё звучали в его голове. Даже если к нему вернётся память, и он снова станет прежним Бэк Джингёмом, Джинву никогда не забудет сегодняшний день.

Осознание того, что Джингём не злится на него, а переживает за него, согрело его сердце, словно Джинву получил подарок. Несмотря на суровость Бэк Джингёма, его редкие проявления доброты были подобны освежающему дождю, и Джинву жил ради этих моментов.

***

Закончив утренний обход, Хуниль зашёл в палату. Он ещё раз осмотрел Джингёма и сказал, что его можно выписывать. Джингём настоял на выписке, сказав, что сможет навещать его, даже если останется в больнице, и Хуниль неохотно согласился.

Джингём направился в ванную, чтобы переодеться. Несмотря на то, что они оба были мужчинами, он чувствовал себя неловко, возможно, потому что это было не его собственное тело. Войдя в ванную, Джингём остановился, заметив шрам, когда снимал больничную рубашку. Когда он наклонил голову, стал виден длинный шрам. Посмотрев в зеркало над раковиной, он увидел худое тело. В центре груди виднелся длинный красный рубец.

«...Шрам от операции».

Он вспомнил, как Джинву рассказывал об операции. Тогда он не придал этому значения, но, увидев шрам вживую, почувствовал себя странно.

Единственная красная отметина на его бледном теле. А теперь предстоит еще одна операция.

Джингём нахмурился.

— Это должно быть больно...

Бэк Джингём действительно был злодеем, но он не заслуживал страданий.

Операцию сделали, когда он был маленьким. Даже взрослые чувствуют боль. Каково же было ребёнку? Говорили, что он избегал носить одежду с глубоким вырезом, чтобы скрыть шрам. Поэтому большая часть его одежды закрывала шею, что доставляло ему дискомфорт. Одежда, в которую он собирался переодеться, была точно такой же. Футболка с круглым вырезом плотно облегала шею, как и тонкий жилет.

Джингём осторожно погладил шрам. Бугристая кожа казалась непривычной наощупь. Глаза Джингёма в зеркале были влажными.

Глядя на телефон, на котором было множество случайных приложений для общения и сообщений, он кое-что понял. Должно быть, ему было одиноко.

Видя, каким здоровым и непохожим на него стал Джинву, он, возможно, испытывал сильную ревность и чувство неполноценности, из-за чего мучил Джинву ещё больше. Несмотря на то, что Джинву был его единственным родственником и оплачивал все его медицинские расходы и расходы на проживание. Возможно, он считал, что это оправданно... хотя это было не так.

Думая о том, каким блестящим мог бы стать Джинву, Джингём погружался в меланхолию. Испугавшись, что может утонуть в пучине эмоций, если продолжит смотреть в зеркало, он поспешно переоделся.

***

Пока Джингём переодевался, Хуниль вытащил Джинву в коридор.

– Что вы решили делать?

– Что?

– Насчет психотерапии! Вы уже говорили об этом?

– Говорили. Джингём сказал, что не хочет.

Отказ от лечения – плохой знак, но Джинву сказал это с улыбкой, и Хуниль нахмурился. Это показалось ему странной мыслью, но... Джинву выглядел необычайно счастливым. В этом не было смысла. Хуниль быстро отогнал эту мысль и переспросил:

– Какой у вас план?

– Сначала посмотрим, что будет.

– Если передумаешь, дай мне знать. Я запишу на консультацию. И.. постарайся его уговорить, если сможешь.

– Я не буду заставлять Джингёма, если он сам этого не хочет. Если он согласится, мы сделаем это.

Хуниль, хоть и чувствовал себя неловко, не стал настаивать, поскольку Джингём уже отказался.

Прошёл всего день. Джинву легонько похлопал Джингёма по плечу, решив, что тот справится сам, и ушёл.

Джинву коротко вздохнул, стоя перед дверью. Если бы Джингём хотел лечиться, он бы сделал всё, чтобы ему помочь. Но Джингём отказался, и Джинву его не уговаривал.

Решительность во взгляде Джинву ненадолго вспыхнула, а затем исчезла.

Когда он открыл дверь в палату, Джингём, переодевшийся в повседневную одежду, сидел на кровати.

– Хён, поехали домой, – с улыбкой сказал Джинву.

***

Всю дорогу в такси Джингём не мог оторвать глаз от окна. Несмотря на то, что он переместился в другой мир, ничего не изменилось. Все было так же, как раньше.

Джинву слегка улыбнулся Джингёму, который не сводил глаз с окна. Раньше между ними никогда не было такой непринуждённости. Прошёл всего один день, но ему казалось, что он смеялся целый месяц.

Даже после того, как они вышли на нужной остановке, Джингём не переставал любоваться видами. Это было место, застроенное многоквартирными домами и новыми офисными зданиями. Дома стояли так близко друг к другу, что можно было через открытое окно посмотреть в глаза человеку, живущему через дорогу.

– Хён.

Джингём обернулся на звук своего имени.

– Сюда, – Джинву открыл ворота, приглашая его войти.

Проржавевшие ворота зловеще скрипнули. Краска облуплялась от малейшего прикосновения, что придавало воротам какой-то зловещий вид. Они поднялись на верх многоквартирного дома, где их ждала небольшая комната. Это был дом Бэк Джинву и Бэк Джингёма.

—Ух ты...

Несмотря на то, что в такси ему показалось, что дорога в гору довольно крутая, на самом деле она была еще круче. Дома вокруг стояли на такой же высоте, но окрестности внизу были хорошо видны.

Пока Джингём продолжал удивляться, выражение лица Джинву слегка изменилось. Джингём, который всегда жаловался, что это место даже домом не назовешь, теперь был единственным, кому нравился этот вид. Несмотря на то, что он потерял память, было ясно, что это тот же самый человек.

Чувствуя себя прекрасно, Джингём стоял рядом с Джинву и широко улыбался.

– Почему ты не открываешь дверь?

– Я просто смотрел, как ты осматриваешься.

– Разве тебе не нужно на работу?

– А, – с губ Джинву сорвался долгий вздох.

Завтрак в больнице в утром был очень приятным. А поскольку он взял выходной, то планировал провести весь день с Джингёмом.

Так бы и было, если бы утром ему не позвонили.

Выдавив из себя улыбку, несмотря на подавленное настроение, Джинву достал из кармана ключи. Джингём заметил старую связку ключей. Это был акриловый брелок с четырёхлистным клевером внутри, который когда-то был очень популярен, но теперь потрескался и поцарапался настолько, что его стоило бы заменить.

Джинву отошёл в сторону, пропуская Джингёма. По внешнему виду дома было понятно, что он в плачевном состоянии, но для братьев это был единственный дом. Джинву вошёл в дом вслед за Джингёмом. Вход был таким узким, что его не хватило бы, даже если бы шесть пар обуви стояли аккуратно. Там была старая вешалка для обуви, но и она была забита до отказа, вокруг валялись туфли и коробки. В этом маленьком доме, где жили всего два человека, было удивительно много обуви. За исключением нескольких пар, большинство туфель были маленькими и явно принадлежали одному человеку.

Бэк Джингём.

Похоже, Джинву принадлежали только поношенные кроссовки и две пары классических туфель

Пока Джингём разглядывал кучу обуви, Джинву с любопытством спросил:

– Ты не войдёшь?

– Это всё моё?

– Да. А что?

– Я вижу только несколько твоих пар обуви. Я что, продаю обувь?

Джинву рассмеялся, показав зубы, в ответ на неожиданный вопрос. Джинву, который обычно только улыбался, громко расхохотался, заставив Джингёма уставиться на него широко раскрытыми глазами.

– Что такого смешного?

Джинву быстро взял себя в руки и ответил.

–Нет. Это просто хобби.

– Хобби? Довольно дорогое.

Если бы у них было много денег, может, и так. Но, зная их финансовое положение, такая жизнь казалась совершенно безответственной. Джингём тихонько цокнул языком. И снял обувь. Не зная, куда её поставить, он положил её поверх кучи, решив разобраться с ней позже.

В доме было чисто. Поскольку это была комната на верхнем этаже, он ожидал увидеть плесень, но её не было. Даже вокруг раковины было чисто. Было видно, что кто-то приложил немало усилий, чтобы поддерживать порядок.

– Где моя комната?

– Вон та комната – твоя.

– Моя комната?

Квартира, похоже, был разделена на гостиную и комнату раздвижной стеклянной дверью. В комнате, которую можно было разглядеть через приоткрытую дверь, царил беспорядок, и он решил, что это кладовка. Когда он приоткрыл слегка скрипнувшую дверь, за ней обнаружилось пространство, заваленное вещами, с чистой постелью наверху.

– Это комната... Кажется, я ненавидел убираться.

– Это потому, что вещей много. На самом деле здесь всё хорошо организовано, – поспешно объяснил Джинву, но Джингём думал иначе.

Что тут может быть хорошо организовано?

Джингём надул губы, оглядывая комнату, и вдруг заметил кое-что странное.

– Мы будем спать здесь вместе?

Как бы он ни выглядел, единственное место, где можно было спать, – это кровать.

Даже в романе упоминалось, что Джинву возвращался домой, но подробных описаний не было. Большинство событий происходило в компании и было связано со столкновениями с Так Вонбомом, а также с эпизодическими появлениями Сон Сухёка и Бэк Джингёма. Значит, он не знал, как живет Джинву. Возможно, он читал, что тот живет в комнате на верхнем этаже, но это не отложилось у него в памяти.

– Я сплю здесь, – Джинву ответил, как ни в чем не бывало.

– Где?

– Здесь.

Прямо там, где он стоял. Крошечная гостиная-кухня была еще и комнатой Джинву.

Там был складной столик, постельное белье, а также книги и тетради, сложенные в стопку без книжной полки. Сверху на стопке книг лежала старая деревянная подставка для карандашей. Такой маленький дом. Должно быть, Джинву действительно делал всё для Джингёма. Джингём поклялся, что больше не потерпит такой несправедливости.

В этом доме Джинву, несомненно, глава семьи. Это место должно было стать его убежищем, но Джинву не мог обрести покой ни дома, ни за его пределами.

Джингём посмотрел на часы.

12:20.

Хотя уходить было необязательно, он хотел поскорее проводить Джинву и сделать так, чтобы ему было комфортно.

С решительным выражением лица Джингём посмотрел на Джинву.

– Ты собираешься на работу?

– Что?

Джингём вошёл в комнату и осмотрел двухъярусную вешалку. Среди яркой одежды не было видно костюма. Более того, вся одежда явно принадлежала Бэк Джингёму.

– Джинву, где твоя одежда?

– Ты хочешь сменить одежду? Всё это твоё.

– Нет, не я. Тебе нужен костюм для работы.

С решительным видом Джингём принялся быстро перебирать одежду.

Джинву, который стоял с отсутствующим видом, бросил взгляд на пластиковый складной шкаф в углу гостиной. Он раздумывал, стоит ли ему рассказывать, но не успел он принять решение, как Джингём высунул голову из комнаты, ничего не найдя внутри.

– Это там?

– Да.

Открыв шкаф, он увидел одежду Джинву. По сравнению со шкафом Бэк Джингёма, здесь было довольно пусто. Вешалка в комнате была забита до отказа, и многие вещи так и остались висеть на ней. В отличие от нее, пластиковый шкаф в гостиной был почти пуст. Джинву вполне можно было назвать человеком одного костюма.

Джингём прищурился и неодобрительно цокнул языком.

Наблюдая за происходящим со стороны, Джинву сжимал и разжимал кулаки. Он видел недовольство на лице Джингём, пока тот осматривал дом. В голове Джинву проносились бесчисленные мысли: «Что, если Джингём скажет, что не хочет здесь жить? Может, мне забронировать отель?»

Пока Джинву всё больше волновался Джингём, закончив осмотр, спросил:

– Вся одежда здесь принадлежит Бэк Джингёму?

– Да, это твоё.

В какой-то момент вместо «мой» вырвалось «Бэк Джингём».

Джингём закатил глаза, достал костюм и развернулся.

Улыбка, которая появилась на лице Джинву, когда он вошёл в дом, снова померкла.

Джингём протянул Джинву костюм.

– Переоденься в это.

– Но мне не нужно сейчас идти...

– Всегда лучше подготовиться заранее. Мне зайти в комнату? Нет, Джинву, ты зайди, переоденься и выходи.

Вынужденный переодеваться, Джинву даже пришлось надеть галстук.

Увидев его в костюме после того, как Джингём привык к его футболке и джинсам, он почувствовал, что Джинву стал другим человеком. Говорят, что лицо завершает образ, и Джинву действительно хорошо смотрелся в костюме. Несмотря на обстоятельства, костюм сидел идеально – не слишком плотно и не слишком свободно.

Пока Джингём кружил вокруг него, восхищаясь, Джинву застыл на месте, не шевелясь, и только смотрел на него. Он был рад такому вниманию, но чувствовал себя неловко и напряженно.

– Тебе очень идет. Повседневный стиль – это хорошо, но, вау... Джинву, ты, должно быть, очень популярен.

– Не совсем.

– Должно быть, ты строишь из себя недотрогу. Я уверен, что многие на работе присматриваются к тебе. Возможно, они втайне тобой восхищаются. Если бы я работал с тобой, я бы тоже не сводил с тебя глаз.

Благодаря высокому росту, широким плечам и развитой мускулатуре костюм подчеркивал его стройную фигуру. Стоя прямо, он был похож на модель. Даже в романе его несколько раз называют довольно симпатичным парнем, и это правда.

Если Джингём был просто красив, то Джинву был красив по-своему, не так как Так Вонбом и Сон Сухёк.

Джингём, очнувшись, вздрогнул и схватил Джинву за руку.

– Хорошего дня на работе.

– Нет, правда, мне сейчас не нужно уходить...

– Нет, тебе нужно идти. Я сам справлюсь с обедом. Ты поешь на работе. Там разве нет бесплатного кафетерия? Или ты платишь? В любом случае иди поешь там. А теперь иди!

Он подтолкнул Джинву к двери. Сначала Джинву сопротивлялся, но в конце концов пошёл сам. В такой маленькой квартире путь занял всего несколько шагов.

– Ты уверен, что справишься один?

– Всё будет хорошо. Я уже не ребенок. Думаешь, я не справлюсь с домом?

– Еда...

– Я буду хорошо питаться. Я даже умею готовить рамен.

Приготовить рамен не так уж сложно, но он сказал это, чтобы показать, что может справиться сам. Он хотел показать, что может есть в одиночестве.

Джинву, вынужденный идти на работу, никак не мог избавиться от тревожного выражения лица. Даже идя по переулку, он то и дело оглядывался. Джингём махал ему с крыши, пока Джинву не скрылся из виду.

Вернувшись в дом, Джингём огляделся. В гостиной было слишком чисто, чтобы что-то менять. А вот шкаф для обуви и комната требовали срочного ремонта.

– Бэк Джингём, ты ужасный человек...

Несмотря на то, что он был самим собой, Бэк Джингём действительно был ужасен.

Ранее он заметил, что обувь Джинву была изношена. В то же время шкаф был забит новой обувью Бэк Джингёма. Он знал, что склонен к расточительству, но то, что он увидел своими глазами, было уже слишком. Решив продать всё, что можно, Джингём разложил обувь в гостиной и перебрал новые туфли. Больше половины из них ни разу не были надеты. Если бы он потратил эти деньги на погашение долгов, они бы уже давно переехали. Он знал, что получил больше подарков, чем купил, и это его расстраивало.

Несмотря на ворчание, Джингём продолжал хлопотать. Он так увлёкся уборкой, что даже не заметил, как проголодался и что уже давно не обедал.

Разобрав обувной шкаф и сложив вещи, которые можно продать, в стопку, он перешёл в комнату. Он планировал избавиться от большей части вещей, чтобы освободить место для отдыха Джинву, будь то в гостиной или на улице. Кровать была односпальной, на двоих не хватало места, так что он решил хотя бы освободить пол.

Внезапно его осенило, и он сел на пол.

«А что, если Бэк Джингём вернётся позже?

Некоторые переселенцы вернулись в свои родные миры, но большинство остались. Отчасти это было связано с тем, что у них там остались воспоминания, а отчасти с тем, что они не знали, как вернуться,

Он не знал, кем ему суждено стать – первым или вторым, – но если бы Бэк Джингём вернулся...

– Может, стоит написать письмо заранее? Сказать, что это был не Джинву, а я, который какое-то время жил здесь?

Если бы случился тот кошмарный сценарий, которого он так боялась, было очевидно, кого обвинит Бэк Джингём. У Джинву были бы проблемы, и он даже не понял бы, в чем дело. Ему не хотелось этого видеть. Более того, он уже понял, как Бэк Джингём относился к людям, судя по сообщениям, которые он отправлял.

Бэк Джингём был сумасшедшим и плохим человеком.

Он хотел отгородиться от всего, но они были всего лишь несчастными рыбками, попавшими в сети Бэк Джингёма. Поскольку он не был уверен, что смог встретиться с ними и поговорить напрямую, он решил разослать всем сообщение позже.

После этого он перезагрузил телефон, чтобы он снова стал чистым. Несмотря на то, что Джингём поставил его на беззвучный режим, из-за постоянных уведомлений ему даже не хотелось на него смотреть.

Он решил написать письмо Бэк Джингёму после того, как закончит убираться в комнате, и вернулся к работе.

На уборку ушло четыре часа.

Измученный Джингём сел на кровать, и в животе у него заурчало. Он был так сосредоточен, что не заметил, как проголодался. Урчание эхом разнеслось по тихому дому, и Джингём недовольно цокнул языком. Этот желудок, похоже, совсем не знает стыда. Почему он всегда так громко урчит?

Выйдя в гостиную, Джингём на мгновение замешкался, не зная, куда ступить.

Он думал, что всё разложил по местам, но после того, как он перенёс вещи из комнаты в гостиную, там воцарился хаос. Видимо, он не силён в уборке.

– Что мне делать?

Оглядевшись, он увидел, что свободного места хватило бы только для того, чтобы Джинву мог лечь, а все остальное было завалено вещами. Он думал, что хорошо всё разложил. Но, оказывается, тут был полный бардак.

– Джинву поможет.

Хоть Джингём и сделал это ради Джинву, в итоге он всё равно должен помогать. Обычно, когда человек не может справиться с чем-то в одиночку, ему следует обратиться за помощью к другим. В конце концов, люди социальные существа. Лучше всего делать то, что можешь. Подумав об этом, Джингём открыл холодильник. Там было полно гарниров. В рисоварке не было риса. Джинву не готовил, потому что был в больнице.

Немного поразмыслив, Джингём пошёл на кухню, чтобы посмотреть, есть ли там что-нибудь съестное. Поскольку он нечасто ел фастфуд, у них дома не было даже пачки рамена. Был рис, но Джингём не знал, как его готовить, и снова его закрыл. Потирая живот, Джингём взял кошелёк, который нашёл во время уборки. Внутри было несколько купюр по десять тысяч вон и удостоверение личности. Ещё там была чековая карта на имя Джинву.

– Всё ли будет хорошо, если я воспользуюсь ею?

Размышляя, купить ли рис быстрого приготовления или что-то другое, Джингём взял ключи, висевшие у двери. Выйдя на улицу, он запер дверь. Он несколько раз дернул дверную ручку, чтобы убедиться, что дверь заперта.

Было уже пять часов.

Джингём хотел вернуться до того, как Джинву придёт с работы, и поспешил к дому, но в этот момент услышал шаги на металлической лестнице.

Обернувшись, Джингём увидел тёмные волосы.

Это был Джинву.

Его лицо было напряженным, как будто он был не в духе, но, увидев на улице Джингёма, он расслабился. Перемена была настолько резкой, что Джингём сначала ничего не заметил.

Подошедший Джинву склонил голову набок, недоумевая, почему Джингём вышел на улицу. Затем он заметил в руках у Джингёма кошелёк и ключ от дома.

– Хён, куда ты собрался?

– Купить риса быстрого приготовления... Подожди. Ты уже закончил работу? – Джингём, всё ещё озадаченный, уставился на Джинву широко открытыми глазами. Большинство офисных работников заканчивают в шесть, поэтому его возвращение домой в пять было одновременно и неожиданным, и радостным.

Ощущение, что он дома один, было таким странным, что он то и дело оглядывалась по сторонам, пока наводил порядок. Когда Джингём был с Джинву в больничной палате, всё было нормально, но он чувствовала себя странно, оставшись в одиночестве в незнакомом месте. Втайне он надеялась, что Джинву скоро вернётся.

Обрадованный Джингём подбежал к нему. Хоть ему и пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть на Джинву, это было приятно.

– Ты сегодня рано ушёл из-за семинара?

– Да, я только что вернулся с совещания. Почему рис быстрого приготовления? Ах... наверное, дома не было варёного риса.

Только тогда он вспомнил, что ни в мультиварке, ни в холодильнике не было риса. Обычно Джинву готовил рис на шесть порции, раскладывал его по стеклянным контейнерым и убирал в холодильник. Так что Джингём мог разогреть порцию в микроволновке, когда проголодается. Джинву тихо вздохнул, осознав, что не подумал об этом заранее. Это означало, что Джингём не обедал.

– Ты, наверное, голоден.

– Немного. Я собирался в магазин. Хочешь пойти со мной?

– Да. Но сначала... нам нужно кое-что уладить. Давай сделаем это, а потом пойдем.

Он хотел сразу же накормить голодного Джингёма, но не смог.

Из-за незваных гостей.

– Сюда вообще неудобно приходить. Здесь никогда нет парковки. Они должны переехать.

– Он сказал "нет".

– Заставь его переехать силой.

– Ты сказал, что придешь сегодня. Заткнись, ты назойливый.

До ушей Джингёма донеслись знакомые голоса. С лестницы один за другим появились двое крупных мужчин. Джингём недоумевал, зачем они здесь, но потом решил, что они, должно быть, последовали за Джинву. Было странно видеть всех главных героев снова собранными в одном месте, и Джингём задавался вопросом, что будет дальше.

Подумав о том, что сегодня он снова сможет все это увидеть, он слегка улыбнулся и посмотрел на Вонбома и Сухёка сияющими глазами.

На заднем плане виднелось голубое небо. Было лето, и в пять часов вечера было светло. Вчера небо было пасмурным, а сегодня оно было затянуто пушистыми белыми облаками. Трое мужчин, стоявших на фоне мягких белых облаков, напоминали картину.

Поскольку они находились на крыше, там не было тени, и на них светило жаркое летнее солнце.

Трое мужчин в костюмах слегка нахмурились.

Сухёк помахал рукой Джингёму, который смотрел на него.

–  Вот мы снова увиделись.

– Привет, – Джингём слегка наклонил голову. Затем он посмотрел на Вонбома, съёжился и спрятался за спиной Джинву.

Вонбом нахмурился, увидев, как Джингём, едва его заметив, тут же съёжился и спрятался. Хотя Вонбом ничего не сделал, Джингём со вчерашнего дня был напуган. Вчера это было понятно, но сегодня его поведение вызывало недоумение. Хотя другие боялись его не в первый раз, Бэк Джингём, который раньше вёл себя иначе, реагировал теперь по-другому.

Его раздражало, что он спряталась за Джинву, как только увидел Вонбома, хотя и поприветствовал Сухёка с широкой улыбкой. Ещё больше его беспокоило то, что он испытываю подобные чувства.

Джинву выпрямил спину, чтобы полностью скрыть Джингёма. Только белая рука, держащаяся за край пиджака, и ноги внизу показывали, что Джингём был там.

– Он потерял память, так почему он меня боится? – Вонбом говорил раздражённым тоном.

Ответ пришёл от Сухёка:

– Потому что ты выглядишь устрашающе. Ты бы не испугался, если бы кто-нибудь хмурился, как только увидел тебя?

Поскольку то, что сказал Сухёк, было правдой, Вонбом коротко кивнул в знак понимания. Действительно, все отшатывались, когда вставали перед ним. Для Джинву было обычно не чувствовать себя подавленным или испуганным.

Когда Вонбом изменился в лице Джинву инстинктивно протянул руку и схватил Джингёма. Он почувствовал тонкую руку Джингёма в своей ладони. Похоже, после потери памяти Джингём стал ещё более пугливым.

Прежде, чем погрузиться в свои мысли, ему нужно было избавиться от этих двоих.

Сухёк, пришедший незадолго до окончания работы, сказал, что хочет узнать, всё ли в порядке с Джингёмом. Он делал вид, что ему действительно не всё равно, но это было неискренне. Не желая создавать проблем, он уже собирался отказаться и уйти, но Вонбом, только что вышедший из офиса, тоже выразил желание составить ему компанию

Он резко оборвал их, не обращая внимания на их любопытство, но ему пришлось замолчать, когда Вонбом сказал следующее:

– Разве я не могу увидеть пациента, которого спонсирую? Я не успокоюсь, пока не удостоверюсь, что с ним все в порядке.

Ему это совсем не нравилось, но из-за спонсорства ему ничего не оставалось, кроме как взять их с собой.

– Теперь, когда ты его увидел, может, уйдёте?

– Ты со вчерашнего дня стремился от нас избавиться.

Вонбом, который смотрел на Джингёма с бесстрастным выражением лица, перевёл взгляд на Джинву.

Бэк Джинву был не слишком приветлив. Он был мягок только с Бэк Джингёмом. С остальными он был холоден и резок. Джинву был одинаково груб со всеми. Независимо от того, насколько высокопоставленными были незваные гости дома, они не получали от него приятных слов.

– Может, предложить тебе холодной воды? – саркастично спросил Джинву.

– Это было бы здорово.

– Ты действительно собираешься пить это?

– Да. Я люблю холодную воду, – Вонбом закончил говорить и встал у двери, жестом показывая Джинву, чтобы тот открыл её.

Джинву, не ожидавший, что тот попросит воды, замешкался. Затем подошёл Сухёк и встал у двери. С двумя высокими мужчинами у двери дом казался меньше.

Джингём, который подслушивал, навострив уши, стоя за спиной у Джинву, посмотрел на них и потянул Джинву за одежду.

– Но дома нет воды.

– А... Хён не любит холодное, поэтому мы всегда держим воду на улице. Разве ты не видел её на полке рядом с дверью в ванную?

Джингём кивнул, и Джинву нахмурился.

– Ты ел что-нибудь после того, как я ушёл?

–... Нет.

В том, что он не ел, не было его вины, но было ощущение, что его ругают. Джингём поджал губы и постепенно опустил голову. Он собирался пойти купить что-нибудь... Джинву коротко вздохнул, услышав его бормотание, и посмотрел на двух мужчин.

– В следующий раз я принесу тебе холодной воды.

– Если ты ещё не ужинал, присоединяйся к нам.

– Нет, спасибо.

Вонбом подумал, что это неплохая идея. Но ему резко ответили отказом. Затем его взгляд упал на Джингёма.

– Он, кажется, голоден.

Все делали вид, что ничего не замечали, но у Джингёма уже несколько раз урчало в животе. Джингём, смущенный тем, что его живот урчит, уткнулся лицом в спину Джинву.

«Как неловко».

Джинву тоже это услышал и решил поскорее отправить их, чтобы приготовить ужин.

– Может, будет удобнее поесть по-отдельности?

– Я куплю тебе мяса. Ты ведь любишь мясо, да?

На слова Вонбома отреагировал только Джингём. Он быстро поднял голову и посмотрел на Вонбома блестящими глазами. У Вонбома дёрнулся правый глаз. Сvхёк, наблюдавший за происходящим со стороны, невольно хихикнул.

Джингём, не обращая внимания, сфокусировался на слове «мясо» из уст Вонбома и спросил, действительно ли тот купит его для него.

И вчера, и сегодня, стоило Джингёму встретиться с ним взглядом, он тут же отворачивался. Теперь же он смотрел на Вонбома влажными глазами, и тот невольно улыбнулся.

Он собирался уговорить Джинву, но случилось кое-что неожиданное. Впрочем, было бы неплохо, если бы он поехали с нами.

– Поехали.

***

Поскольку у Вонбома не было машины, за руль сел Сухёк, Вонбом устроился на пассажирском сиденье, а Джинву и возбужденный Джингём — на заднем. Всю дорогу в машине играла музыка. Никто не заговаривал первым. В этой неловкой и напряжённой обстановке они добрались до ресторана Sky Lounge.

Было ещё не время ужина, поэтому там было немноголюдно, но большинство столиков были заняты.

Несмотря на то, что у них не было брони, менеджер, узнавший Сухёка, любезно проводил их внутрь.

Джингём, думая, что они пришли в барбекю-ресторан, держался рядом с Джинву. Джинву вёл Джингёма, который держался за него, и шёл впереди.

Когда их проводили в отдельную комнату, Джингём с решительным видом сел за стол и разложил перед собой меню.

«Здесь так дорого...»

В барбекю-ресторане 20 000 вон на человека – это уже дорого, но здесь цены в несколько раз выше. Не зная, что выбрать, он огляделся и заметил, что Вонбом и Сухёк даже не смотрят в меню. Джинву, которого Вонбом несколько раз приводил сюда, просто наблюдал, как Джингём изучает меню.

Внезапно оказавшись в центре внимания всех троих, Джингём аккуратно отложил меню в сторону. Он хотел мяса, но не такого дорогого. Вся эта атмосфера была ему незнакома. Он на мгновение забыл, что эти двое –руководители компаний и конгломератов. Наличие денег не означало, что они не будут есть свиную грудинку, но прийти в такое дорогое место, чтобы поесть мяса...

– Что бы ты хотел съесть? – мягко спросил Сухёк. Когда Джингём не ответил, он спросил снова. – Ты ничего не хочешь? Раньше ты так хотел есть.

– Что будешь ты, аджосси?

– Что? – Сухёк подумал, что ослышался, и переспросил.

– Что будете заказывать?

– Нет, до этого. Ты назвал меня аджосси? Я что, похож на аджосси? С таким лицом? – Сухёк говорил слегка дрожащими губами и выглядел по-настоящему смущённым.

Вонбом отвернулся, но уголок его рта слегка приподнялся.

Джинву тоже поджал губы, пытаясь сдержать смех.

Только Джингём не понимал, что происходит. Он читал «Грея» и знал, сколько лет главным героям. Он подумал, что «Аджосси» – подходящее обращение, учитывая разницу в возрасте.

– Тогда как мне к тебе обращаться?

– Зачем ты используешь «аджосси», когда есть такое прекрасное слово, как «хён»?

— Но разница в возрасте между нами...

Сухёк изо всех сил старался сохранять самообладание, но не смог сдержать беспомощного смешка в ответ на невозмутимое заявление Джингёма.

Вонбом давно не видел Сухёка, обычно такого сдержанного, таким растерянным. Для парня, которого всегда окружали лестью, было удивительно услышать от Джингёма такие слова.

Сухёк, который обычно не обращал внимания на грубые слова, отреагировал так, будто увидел что-то новое. Он не поверил в историю с амнезией, но постепенно начал склоняться к этой мысли

– Что не так с нашей разницей в возрасте? Восемь лет – это не так уж много.

– Не так уж много? Это довольно много. Когда я родился, ты уже учился в начальной школе.

– Ну, если так посмотреть, то разница есть...

– Когда ты стал совершеннолетним, я ещё учился в начальной школе, –Джингём сказал это с невинным видом, но для Сухёка это был последний удар.

Вонбом тоже почувствовал неловкость. До этого момента он не слишком задумывался о разнице в возрасте с Джинву, но внезапно его словно ударило обухом по голове.

Внезапно оба мужчины превратились в «аджосси» и замолчали.

Подошёл менеджер, чтобы принять заказ, и неловкое молчание было нарушено. Сухёк взял себя в руки и заказал блюдо, рекомендованное шеф-поваром. Поскольку меню было одно и то же, было приятно попробовать что-то новое по рекомендации. После ухода менеджера в комнате снова воцарилась тишина.

Несмотря на неловкую обстановку Джингём поднял глаза, поочередно глядя на всех троих.

Сухёк сидел напротив него, Вонбом смотрел на Джинву, а тот слегка повернулся к нему.

Атмосфера в ресторане была совсем не такой, как в больнице.

Когда еду принесли и поставили перед ними, Джингём с жадностью подцепил кусочек вилкой и отправил в рот. Хотя мясо ещё не принесли, блюд, которые уже стояли на столе, было достаточно, чтобы он наелся.

При виде того, с каким аппетитом ест Джингёмв, у Джинву дёрнулись губы. Ему не стоит так наедаться.

Джинву предпочитал сам готовить, чтобы следить за питанием брата. После визита в больницу Джингём выглядел подавленным, а учитывая его амнезию, Джинву хотел подбодрить его вкусной едой.

При упоминании о мясе глаза Джингёма заблестели, и Джинву не смог устоять. Учитывая предстоящую повторную операцию, Джинву ни за что не позволил бы ему так наедаться.

– Вкусно?

– Да! Тебе тоже надо поесть, – щёки Джингёма очаровательно надулись, когда он улыбнулся, и он стал таким милым. Для Джинву это было в новинку. Видя, как Джингём счастлив, он не мог заставить себя сказать ему, чтобы тот перестал есть.

– Ты хорошо себя чувствуешь?

– А?

– Ты не наелся? Сейчас принесут ещё, так что ешь медленно.

Джингём издал тихий звук, осознав, что у него маленький желудок. Хотя немного еды ещё оставалось, он решил оставить место для стейка. Он подумал, всегда ли у него был такой аппетит. Он любил мясо, но не помнил, чтобы ему так нравилось есть. Сейчас всё было таким вкусным. Очевидно, голод – лучшая приправа.

Такие же блюда были поставлены перед остальными тремя, но они почти ничего не съели. Особенно почти нетронутой выглядела тарелка Джинву. Он не сводил глаз с Джингёма.

После выписки из больницы все были начеку.

Вонбом ковырялся в еде, а Сухёк ел, но без особого удовольствия. Казалось, он жует машинально.

Почувствовав покалывание в затылке, Джингём слегка приподнял голову. Его взгляд встретился со взглядом Сухёка, сидевшего напротив. Их взгляды ненадолго скрестились. Джингём быстро отвел взгляд в сторону.

– Ик! – встретившись взглядом с Вонбомом, Джингём вздрогнул и икнул. Он удивлённо прикрыл рот рукой.

У Вонбома дёрнулся правый глаз. От одного зрительного контакта у него началась икота.

Джинву быстро протянул Джингёму стакан воды.

– Ты в порядке?

Джингём ещё несколько раз икнул, его тело содрогнулось. Он кивнул показывая, что с ним всё в порядке. Он похлопал себя по груди и выпил воды. От вкусной еды в желудке вдруг стало тяжело. Он вытер рот салфеткой, которую дал ему Джинву. Джинву нежно похлопал Джингёма по спине. Икота вскоре прекратилась, и тело перестало вздрагивать. Это было облегчением, но Джинву беспокоился, что это может навредить его здоровью.

– Где твои часы?

– А? Ох… – Джингём посмотрел на пустое левое запястье, потом на правое. Оба были без часов. Он вспомнил, что снял их, когда наводил порядок, потому что они мешали.

Утром, перед отъездом из больницы, Джунву надел часы на левое запястье Джингёма, настояв на том, чтобы тот не снимал их и следил за пульсом.

– Наверное, я их снял и забыл надеть обратно.

– Хён... тебе нужно носить часы. Если у тебя участится пульс или закружится голова... нет, если ты почувствуешь хоть малейшее недомогание немедленно сообщи мне. Понял?

– Сейчас я в порядке. Просто испугался.

– Ты уверен? Сердце не колотится, голова не кружится?

– Да, всё в порядке.

Джинву подозрительно прищурился, не в силах скрыть беспокойство.

Если бы Джингём не потерял память, то сам бы о себе позаботился, и никому не пришлось бы волноваться. Но теперь он забыл даже о том, что болен, поэтому ему приходилось быть осторожным даже в мелочах.

Сухёк, который спокойно наблюдал за происходящим, опёрся подбородком о руку на столе и беспечно заговорил:

– Разве изначально не предполагалось, что он старший брат, а ты младший?

Его слова звучали так, словно он предполагал, что из-за путаницы в больнице они поменялись местами. Даже внешне Джинву казался старшим братом. Его действия тоже отражали это.

– Это завораживает. Даже без его воспоминаний его тело помнит. Кажется, он действительно привык что о нем заботятся.

В этом была доля правды. Джинву всегда был таким, это было в его характере. Но даже для человека, потерявшего память, Джингём, похоже, привык к тому, что Джинву о нём заботится. Сухёк обратил внимание на эту деталь.

Однако нельзя сказать, что Джингём за одну ночь восстановил память. Он все еще был немного растерянным, как и вчера. Сухёк заметил небольшую заминку в движениях Джинву, когда тот отреагировал на его замечание. Он внимательно посмотрел на Джинву, а затем ухмыльнулся, как будто его осенило.

– Так ты знал, да? – Он озвучил то, что мог бы оставить при себе.

Джинву повернул голову в сторону Сухёка. Он ничего не ответил, потому что Сухёк был прав. Даже Джинву пришлось признать, что изменился не только память Джингёма, но и его характер. Он перестал быть вечно недовольным человеком, каким был раньше. Он стал более жизнерадостным и, по крайней мере в присутствии Вонбома, гораздо более робким.

Оживлённый голос нарушил тишину, воцарившуюся в комнате.

– Джинву действительно хорошо обо мне заботится, – Джингём гордо кивнул. Это был не совсем комплимент, но широкая улыбка Джингёма не позволяла сказать ничего другого. – Но... разве вы все не собираетесь есть? – в отличие от его тарелки, на которой остались следы еды, тарелки остальных троих почти были не тронуты.

– Я никогда не понимал, что значит фраза «Я сыт, просто наблюдая, как едят другие», но теперь понял. Наверное, в этом всё дело, – сказал Сухёк.

– Как можно насытиться, ничего не съев? Это просто пустой желудок. Пустой желудок!

– Пустой желудок?

– Это значит, что на самом деле желудок не наполнен. Чтобы почувствовать сытость, нужно что-то съесть.

Сухёк усмехнулся, глядя на то, как Джингём качает головой, говоря, что это плохая идея. Его слова звучали энергично, и Сухёка это очень забавляло.

Вонбом, который молча слушал разговор Сухёка и Джингёма, ткнул вилкой в хорошо прожаренный гриб на своей тарелке и съел его. Комнату наполнил тихий звук жевания.

Через некоторое время принесли стейки. Пока Джингём нарезал свой стейк, Джинву нарезал свой на небольшие кусочки и поменял их тарелками, соскребая соус ножом.

– Не клади слишком много соуса. Ты сегодня и так объелся острой едой.

Джингём медленно моргнул, смущённый тем, насколько аккуратно нарезаны ломтики по сравнению с его беспорядочными нарезками. Он думал, что неплохо справился, но разница была слишком разительной.

Зная, что ему нужно следить за питанием, он молча кивнул и отвёл взгляд.

Стейки Сухёка и Вонбома остались нетронутыми. Похоже, они не собирались есть. Они не притронулись и к предыдущим блюдам, так зачем же они пришли?

Тем не менее Джингём был доволен ведь его желудок уже наполнился.

– Не заставляй себя есть, если уже сыт.

– Хорошо.

Несмотря на то, что он был сыт, при мысли о том, чтобы оставить стейк, Джингём почувствовал укол совести. Он попросил приготовить его с кровью, и мясо получилось невероятно нежным. Он не смог сдержать радостной улыбки. Он медленно жевал, и стейк таял во рту. Он взял ещё один кусочек и отправил его в рот. Мясо было идеально приправленным даже без соуса. Стейк был так хорошо прожарен, что сок потек, когда он его откусывал.

Он все еще чувствовал на себе их взгляды, но ему было все равно. Он должен был съесть стейк, пока он не остыл.

Возможно, ему следовало есть меньше, как и предлагал Джинву. Он не съел и половины, но его желудок уже протестовал. Когда его темп замедлился, Джинву усмехнулся. Взгляд Джингёма, устремлённый на стейк, был полон сожаления.

– Хён.

– ... Да, – поняв, что хотел сказать Джинву, Джингём с неохотой отложил вилку.

На лице Сухёка отразилось любопытство.

– Почему? Разве ты не собираешься доесть?

– Я сыт, – Джингём угрюмо ответил, глядя на недоеденный стейк на своей тарелке.

– От этого?

Несмотря на то, что это был полноценный обед, его было недостаточно, чтобы насытить взрослого мужчину. Более того, порция на тарелке Джингём почти не уменьшилась.

– Я и так не могу много есть.

Он был в этом теле всего два дня и ещё не понял, на что способен. Но, вспомнив, как он объедался, съев лишь половину порции в больнице, он понял, что его аппетит действительно невелик.

– Давай закажем десерт, пока ты не объелся.

Несмотря на то, что они не доели, они заказали десерт.

Сухёк склонил голову набок.

Для братьев и сестер, у которых хорошие отношения, забота друг о друге – обычное дело. Учитывая хрупкое телосложение Джингёма, было вполне естественно, что относительно здоровый Джинву заботился о нём. Многие семьи не так близки, как чужие люди. Но, судя по тому, что Сухёк видел, их отношения были неоднозначными. Судя по поведению Джингёма, они не были близки. Но в случае с Джинву это было не так. Это были односторонние отношения.

Хотя такое случается нередко, за этим было интересно наблюдать со стороны.

Кроме того, присутствие Вонбома, чьи мысли было сложно разгадать добавляло интриги, что делало эти ситуацию идеальным сценарием для привлечения внимания Сухёка.

Когда при мысли о десерте настроение Джингёма улучшилось, зазвонил телефон Джинву.

Увидев, кто звонит, Джинву тут же помрачнел.

Когда Джингём посмотрел на него, словно спрашивая, в чём дело, Джинву слабо улыбнулся.

– Я просто отвечу на этот звонок. Пожалуйста, продолжай есть, – Джинву быстро извинился и в спешке ушел, попросив разрешения у Джингёма и остальных.

Вонбом догадался, откуда поступил звонок, по напряженному выражению лица Джинву. У него всегда было такое лицо, когда звонил этот человек.

Вскоре после ухода Джинву принесли десерт. Это была маленькая ложечка персикового щербета.

Глаза Джингёма заблестели при виде щербета. Зная, что много ему не съесть, он осторожно зачерпнул немного. Когда он аккуратно отправил щербет в рот, холодный щербет медленно растаял в его тёплом рту. Глаза Джингёма расширились. У щербета был терпкий вкус, возможно, из-за лимонной нотки, а сладкий аромат персика чувствовался, когда во рту таяли маленькие кусочки фруктов. Мелко нарезанные фрукты быстро таяли вместе с щербетом, стекая по его горлу. Джингём невольно сжал кулаки и вздрогнул от холода и терпкости, а затем широко улыбнулся. Это было так вкусно.

Пока он ел, его щёки раскраснелись, и Сухёк не смог сдержать улыбку. Он никогда раньше не видел Джингёма таким и почему-то не мог отвести от него взгляд.

Неужели этот человек так сильно изменился?

Как и Джинву, Джингём стал довольно интересным собеседником.

Сухёк пододвинул к Джингёму свой щербет.

– Ешь больше.

– Спасибо!

Затем Вонбом тоже подвинул свой щербет к Джингёму.

–  Ешь.

–... Спасибо.

Джингём, чувствуя на себе их взгляды, поставил перед собой все тарелки со щербетом.

Он надеялся, что Джинву скоро придёт, потому что тот десерт, что предназначался для Джинву, таял. Щербет нужно есть, пока он холодный и не потерял текстуру.

Даже после того, как Джингём доел свой шербет, Джинву всё не возвращался. Похоже, этот звонок занимал много времени.

Джингём отодвинул пустую миску в сторону и поставил перед собой новую.

Вскоре он начал чесать руку. Сначала он почёсывался легонько, но постепенно движения становились всё более энергичными. Звуки его почёсываний донеслись до Вонбома и Сухёка. Хмурясь и почесываясь, Джингём продолжал есть тающий щербет. Вонбом не сводил глаз с Джингёма, который продолжал чесаться. Заметив красные пятна и небольшие бугорки на коже Джингёма, Вонбом прищурился.

Увидев это, Сухёк подпёр подбородок рукой и спросил:

– У тебя аллергия?

– У меня?

– А... точно. Ты не помнишь. Ты слышал что-нибудь? Ты всё время чешешься.

Только тогда Джингём понял, что что-то не так, и перестал чесаться. Но зуд не проходил, и он снова начал чесаться, ещё сильнее.

Вонбом, который спокойно наблюдал за происходящим, поднялся со своего места. Сухёк и Джингём проследили за ним взглядом. Вонбом подошёл к Джингёму и схватил его за тонкое запястье.

– Чешись в меру.

Поражённый Джингём поднял на него глаза, ничего не сказав. Он удивлялся, почему Вонбом схватил его за запястье вместо того, чтобы просто сказать это.

Глаза Сухёка заблестели от интереса, когда он наблюдал за Вонбомом. Хотя Вонбом не был против физического контакта с другими людьми, он обычно старался не прикасаться к Бэк Джингёму.

Несмотря на зуд, который Джингём не мог терпеть, он не мог почесаться, потому что его руку держали. Сначала было просто неприятно, но постепенно стало трудно дышать. Когда дыхание стало совсем прерывистым, Сухёк понял, насколько серьёзна ситуация, и встал, чтобы проверить, как там Джингём.

– Похоже, у него действительно аллергия.

– Ха... ха... – дышать становилось всё труднее. Он чувствовал, как опухает горло, мешая дышать. Джингём извивался, словно вот-вот задохнётся. Вонбом крепко держал его, пока тот слабо сопротивлялся. – Больно!..

– ...

– Ух...

Состояние Джингёма стремительно ухудшалось. Они оба видели, как дрожат его ресницы, и как он запрокидывает голову. Из его открытого рта вырывались хриплые вздохи. Он был в тяжёлом состоянии. Зная о проблемах с сердцем, они не могли просто оставить его здесь.

Сухёк поспешно схватил ключи от машины и опустился на колени рядом с Джингёмом.

– Я понесу его.

Вонбом помог переложить бьющегося в конвульсиях Джингёма на спину Сухёка. Из-за того, что Джингём постоянно дёргался, казалось, что он вот-вот упадёт, поэтому Вонбом крепко прижимал его к себе.

Когда они уже собирались уходить, вошёл Джинву. Он задержался, чтобы прийти в себя после разговора по телефону.

– Хëн? – взгляд Джинву тревожно метался. Он бросился к Джингёму, который лежал на спине Сухёка. Увидев открытые участки кожи Джингёма, Джинву не смог заставить себя прикоснуться к нему и лишь пробормотал: –Что ты делаешь? Вставай. Почему... Почему он такой? – его голос дрожал от страха. Он и раньше видел, как Джингёму больно, но сейчас все было по-другому.

– Не знаю. Кажется, это из-за десерта. У него аллергия?

Сухёк быстро направился к лифту, а Джинву, который, казалось, вот-вот расплачется, подхватил Джингёма чтобы тот не упал, и побежал рядом с ними.

— Персик...

Голос у него был тихий, но Сухёк отчетливо его услышал.

– Надо было предупредить нас заранее, чтобы он был осторожнее!

– Он ел персик?

Лицо Джинву исказилось от беспокойства.

Джингём, лежавший на спине Сухёка, уже потерял сознание. Раньше он ещё мог двигаться, но теперь обмяк. Его одолевали зуд, дискомфорт и страх смерти.

От резкого окрика Джинву глаза Джингёма закатились, и он потерял сознание.

***

Хуниль, которого предупредили, ждал. Зная об аллергии Джингёма на персики, он смог быстро отреагировать. Хотя проходить повторные обследования не очень хотелось, выбора не было.

В ожидании результатов Джинву не мог успокоиться. Он понимал, что ничего не может сделать, но не мог оставить Джингёма одного.

В руку Джингёма вставили ещё одну толстую иглу для внутривенного введения. После введения жидкости и успокоительных препаратов отёк в горле и сильная кожная реакция постепенно прошли. К счастью, его сердце, за которое они больше всего переживали, билось нормально. Пульс был слабым, но не опасным.

Джинву, бледный как полотно, сидел рядом с Джингёмом, которого перевели в больничную палату, крепко сжимая его дрожащие руки. Он боялся, что с Джингёмом что-то случится. Даже сейчас его сердце бешено колотилось.

После того как его переодели в больничную одежду и закатали рукав, под которым была капельница, на его коже стали видны следы, свидетельствующие о серьёзности аллергии.

Внутривенная игла казалась непривычно большой на худой руке Джингёма.

– Ох... – Джинву сжал руки так сильно, что на тыльной стороне ладоней выступили вены, он дрожал от беспокойства и страха.

Надо было рассказать им о проблемах с сердцем у Джингёма и его аллергии на персики.

«Тогда я не упомянул об этом, потому что мы говорили о другом. Я думал, что мне не придётся беспокоиться о персиках, ведь я буду рядом с ним».

Более того, хотя у него и была аллергия, она не была такой сильной. Иногда у него появлялась сыпь, но она быстро проходила после приёма антигистаминных препаратов.

Пока Джинву оставался рядом с Джингёмом, его поддерживали и другие. Вонбом и Сухёк.

Сухёк даже донёс Джингёма до машины и сразу же поехал в больницу, где был Хуниль. Он никогда в жизни не водил так агрессивно, то вдавливая педаль в пол, то резко тормозя. В час пик дороги были забиты. Он каким-то чудом протиснулся между машинами, которые не оставляли даже небольшого просвета. Обычно он не водил так безрассудно. Он не думал о возможности аварии, а хотел только поскорее добраться до больницы.

Больница, в которой работал Хуниль, хорошо знавший состояние Бэк Джингёма, находилась недалеко, поэтому они без колебаний поехали туда.

Джинву разговаривал с Хунилем по телефону, массируя тело Джингёма на заднем сиденье, но Сухёк ничего этого не помнил.

Сухёк толкнул Вонбома локтём.

– У тебя галстук криво повязан.

– ...

Вонбом, уставившийся на кровать, несколько раз поправил галстук, даже не взглянув на него. Сухёк ухмыльнулся, глядя на обычно безупречно одетого Вонбома, который теперь выглядел растрёпанным.

Что же в нем такого? Просто удивительно, как он очаровывает столько людей.

Сухёк подошёл к дивану и плюхнулся на него. Он был измотан напряжением. Он откинулся на спинку и повернул голову в сторону.

Джинву сидел на кровати, сцепив руки. Он дрожал и никак не мог успокоиться.

Было странно видеть Джинву, который обычно грубо разговаривал с господином Таком и редко проявлял покорность, в таком подавленном состоянии. Его постоянное беспокойство раздражало. Было непонятно, о ком он думает – о Джинву или о Джингёме. Просто всякий раз, когда он смотрел на этих двух братьев, его охватывали такие чувства.

Когда Вонбом сидел на диване, в больничной палате было тихо, слышался только шум аппаратов. Время от времени воздух наполнялся сдавленными всхлипами Джинву.

Тишину нарушил вошедший в палату Хуниль. Он пришёл, потому что хотел кое-что объяснить

– Джинву.

– Дa, – он выглядел так же, как и вчера. После двух дней, в течение которых Джинву был в таком ослабленном состоянии, Хуниль протянул руку и коснулся его плеча.

– У него была слабая иммунная система, поэтому аллергическая реакция была очень сильной. Больше всего я переживал за его сердце, но с ним всё в порядке. Ему просто нужно хорошо отдохнуть.

– …

– Ты выглядишь как пациент. Иди приляг.

Джинву покачал головой. Он не мог отвести взгляд от бледного лица Джингёма.

Вчера, когда Джинву ненадолго отошёл, что-то произошло. Сегодня было то же самое. Пока он разговаривал по телефону, случился инцидент. Если бы он был рядом, этого могло бы не случиться. Если бы он заметил в меню персиковый щербет, то смог бы остановить Джингёма прежде, чем тот его съест. Он не мог отделаться от мысли, что во всем, что произошло вчера и сегодня виноват он.

Джинву медленно протянул руку и нежно погладил покрасневшее запястье Джингёма в том месте, где его схватил Вонбом. Обычно он бы накричал на Вонбома, но на этот раз, зная, что тот схватил его, чтобы остановить царапанье, он просто терпел боль в сердце.

Кожа Джингёма была такой чувствительной, что даже от лёгкой царапины оставались красные полосы и припухлости. Они быстро проходили, но на их месте легко появлялись новые.

– Я сегодня на дежурстве. Дайте мне знать, как только Джингём проснётся.

– Хорошо. Спасибо, хён.

– Если ты благодарен, лучше заботься о нём. Моё сердцебиение учащается каждый раз, когда его срочно доставляют в больницу, – Хуниль драматично постучал себя по груди, заставив Джинву горько улыбнуться. Затем он грубо встряхнул голову Джинву, словно стряхивая пыль с его волос. – Ему потребуется некоторое время, чтобы очнуться. Если ты не хочешь отходить от него ни на шаг, хотя бы отдохни в таком состоянии.

Когда Джинву кивнул, Хуниль убрал руку и отвернулся.

В присутствии двух здоровяков, сидевших на диване, атмосфера изменилась. Сзади разыгрывалась душераздирающая семейная драма, а спереди – нуар.

– Вы, ребята, тоже хорошо поработали. Но почему вы были вместе?

– Мы ужинали.

– О... так вот почему он съел персик?

Сухёк слегка кивнул в ответ. Несмотря на то, что в больничной палате было прохладно благодаря кондиционеру, ему было жарко. Он ослабил галстук и расстегнул несколько пуговиц на рубашке. Стало немного прохладнее.

– Почему вы ужинали?

– Разве мы не можем поужинать вместе?

– Да.

Услышав немедленный ответ, Сухёк склонил голову набок.

–  Не подходи к этим двум братьям. Вы, ребята, просто зло какое-то.

– Ты что, в последнее время много фильмов смотришь?

– Нет. Читаю фэнтези. Сейчас читаю про экзорцизм, и демоны там совсем как вы. Такие же отвратительные.

– Не проектируй странные вещи на нас.

Хуниль скрестил указательные пальцы, изображая крест, и Сухёк нахмурился. Неужели он сошёл с ума от того, что слишком много думает? Что ж, Ким Хуниль всегда был таким. В нём было что-то странное. Перед этими братьями он притворялся нормальным, но Сухёк, который знал его давно, видел его насквозь.

– Я ухожу. Если вы, ребята, останетесь, присмотрите за Джинву. Боюсь, он может пролежать так весь день.

Сухёк махнул рукой, и Хуниль с недовольным видом вышел из комнаты.

***

Джингём открыл глаза спустя долгое время. Глаза опухли от аллергии, и ему было трудно их открыть. Открыв глаза, он безучастно уставился на знакомый потолок.

Когда он слегка пошевелил пальцем, давая понять, что очнулся, Джинву резко поднял голову.

– Хён?

– ...

– Ты в сознании? Ты меня видишь? – Джинву встал и приблизил своё лицо к лицу Джингёма, глядя ему в глаза.

Джингём с трудом моргнул и слегка пошевелил губами. Казалось, он хотел что-то сказать, но не смог издать ни звука.

– Не заставляй себя говорить. У тебя опухло горло, будет больно.

Джингём ответил, моргнув один раз. Глядя на Джинву, он почувствовал, что должен его успокоить. Во влажных глазах Джингёма отражалась его тревога. Но он не мог вымолвить ни слова. У него болело горло, и он чувствовал себя ужасно.

Раньше ему казалось, что он вот-вот умрёт. Он никогда раньше не испытывал такой боли. Он понял, что даже сильный зуд может привести к летальному исходу. Более того, у него начало опухать горло, стало трудно дышать, а руки были скованы, и он чувствовал себя совершенно беспомощным.

В тот момент всё казалось негативным.

«Больно, – ему всё ещё было больно. Горло, руки, всё тело кричало от боли. – Персики опасны».

Аллергия на персики – довольно распространенное явление. Она встречается у многих, и среди них наверняка есть те, кто страдает от неё сильнее других, но он никогда не думал, что окажется в их числе.

Не было никаких сведений о том, что у Бэк Джингёма аллергия на персики. Может быть, это потому, что он был всего лишь второстепенным злодеем...

Пока Джингём приходил в себя, Джинву позвал Хуниля. Тот поспешил проверить, как там Джингём.

Несмотря на то, что его глаза были открыты, он, похоже, не до конца осознавал происходящее. Но, по крайней мере, он мог моргать, чтобы подать знак, так что им не составляло труда понимать друг друга.

Немного успокоившись, Хуниль жестом показал Джинву, чтобы тот вышел. Ему нужно было кое-что сказать о состоянии Джингёма. Он мог бы сказать это при нём, но сейчас Джингёму больше всего нужен был отдых.

– Хён, подожди минутку.

Джинву нежно погладил Джингёма по волосам и вышел вместе с Хунилем. Джинву шёл медленно, постоянно оглядываясь, опасаясь, что за время его отсутствия что-то случится.

Вонбом, который молчал с тех пор, как они приехали в больницу, встал со своего места.

– Куда ты? – спросил Сухёк, и Вонбом подбородком указал на дверь. – Я останусь здесь и буду следить за ним.

На самом деле в этом не было необходимости, но Сухёк сказал это громко, чтобы Джингём услышал.

Когда Вонбом вышел, в палате снова стало тихо.

Джингём, чувствуя слабость, попытался пошевелиться, но вскоре сдался и обмяк.

Сухёк, прислонившись к спинке дивана и смотревший на кровать Джингёма, встал и подошёл к нему. Когда он посмотрел на Джингёма, их взгляды встретились.

– Ты похож на лягушку

– ...

– Сфотографировать тебя?

– …

– Секундочку.

Не дожидаясь ответа, он направил камеру на лицо Джингёма и сделал снимок. Затем он показал Джингёму экран. На экране глаза Джингёма были полузакрыты и слегка опухли. Тем не менее его милое личико не выглядело слишком жалким.

Сухёк усмехнулся, глядя на экран телефона. Джингём хотел попросить его удалить фото, но не мог говорить, поэтому лишь недовольно сверкнул на него глазами.

Сухёк положил телефон в карман, стёр улыбку с лица и спросил:

– Ты так аппетитно ел. Ты правда не знал, что у тебя аллергия на персики?

Съел бы он его, если бы знал?

Джингём хотел бы ответить, если бы мог говорить. Он чувствовал себя обиженным и расстроенным, хотя понимал, что вопрос Сухёка был провокационным. Он понимал, что Сухёк не верит в его амнезию, но кто бы стал рисковать жизнью ради такого?

Конечно, Сухёк мог подумать, что Бэк Джингём способен на такое. Но это был не настоящий Бэк Джингём.

Из-за опухших глаз Джингём даже не мог как следует нахмуриться. Когда его брови дрогнули, Сухёк снова улыбнулся, как будто только что не был настроен серьёзно.

– А...

– Не заставляй себя говорить. Ты можешь сорвать голос.

Джингём сморщил нос. Тот, кто начал разговор, сам же и запретил ему говорить. Он отвернулся, показывая, что не хочет продолжать разговор.

Сухёк сел на стул рядом с кроватью. Стул был теплым от того, что на нем долго сидел Джинву. С этого ракурса лицо Джингёма казалось очень худым. Его щёки ввалились, как будто он плохо питался. Он, конечно, был худым. Когда Сухёк нёс его на руках, он казался скорее ребёнком, чем взрослым мужчиной. Хотя это было всего лишь сравнение, он всё же был худым. Он никогда раньше никого не носил на спине. Сегодня был первый раз. Тем более того, кого он обычно не замечал.

– Ты не собираешься меня благодарить? – Сухёк ткнул Джингёма указательным пальцем в щёку. Джингём резко повернул голову и уставился на него. Но из-за опухших глаз это было незаметно.

– С-спасибо.

– А, забудь. Не говори этого, – когда Сухёк с ухмылкой произнёс эти слова, Джингём разинул рот от удивления. Сухёк хотел, чтобы он поблагодарил его, но тот не позволил ему этого сделать.

Чего ему следовало придерживаться? Что за...!

Но через некоторое время его голос начал понемногу проявляться.

Когда Джингём попытался сесть, Сухёк надавил ему на плечо.

– Лежи. Из-за спазмов у тебя будут болеть мышцы, как при крепатуре.

Джингём перестал пытаться сесть и удобно устроился на кровати. Неудивительно, что всё его тело болело, как после побоев.

Сухёк прислонился к кровати и подпёр подбородок рукой, внимательно глядя на Джингёма. За свою жизнь он встречал много людей, но Бэк Джингём, несомненно, был самым красивым из них. Для мужчины это не всегда комплимент, но Бэк Джингёму это шло.

Он лениво подумал, что, если использовать его в качестве музы, можно создать много эскизов. Судя по тому, как он вёл себя с Джинву, у него были острые углы в характере, но внешность, вероятно, сглаживала эти недостатки.

Если бы он умел пользоваться своей внешностью, то мог бы стать знаменитостью или добиться успеха в других сферах. Он вдруг задумался, почему живёт так, как живёт.

Сухёк не смог сдержать любопытства.

– Почему ты так живешь?

– Ч-что? – его голос был грубым и хриплым. Джингём удивлённо расширил глаза, услышав свой хриплый голос.

– Мне просто было любопытно. Почему ты так живешь?

Он примерно догадывался, что Джингём потерял память, с того самого дня, когда увидел его не озлобленный взгляд. Но до сих пор он не был в этом уверен. Этот случай всё подтвердил. Бэк Джингём определенно потерял память.

Он не считал себя невнимательным, но не мог прочесть мысли этого страдающего амнезией Джингёма.

Казалось, он что-то скрывает, но при этом выглядел невинным с его дурацкими улыбками.

Сухёк пошевелил пальцами, поддерживающими его подбородок. Он постучал указательным пальцем по щеке и наклонил голову. С какой стороны ни посмотри, Бэк Джингём всё равно оставался Бэк Джингёмом. Это почему-то раздражало.

Ему было любопытно, что могло так встревожить секретаря Бэка.

Джингём уставился на Сухёка, который пристально смотрел на него. Его глаза были чёрными с голубоватым оттенком, словно в них отражались окружающие предметы. Это завораживало.

Затем слова Сухёка вернули Джингёма в реальность.

– Почему тебя заботит то, как я живу?

– Точно. Зачем я вообще задал этот вопрос? Забудь.

Сухёк задал вопрос и сам от него отказался. Джингём разочарованно надул губы. Он хотел, чтобы Джинву поскорее пришел.

Когда они оба замолчали, в больничной палате воцарилась тишина.

Джингём ворочался с боку на бок пытаясь унять боль. Зуд прошёл, но рука, которую он слишком сильно расчесал, горела от трения об одеяло. Он попытался принять удобное положение, чтобы не чувствовать боль, и расслабился. Затем ему в голову пришёл вопрос, и он обратился к Сухёку:

– Ты не уходишь?

– Ты хочешь, чтобы я ушёл?

– Я не это имел в виду...

– Тогда что ты имел в виду?

– А?

– Что ты имел в виду?

В словах Джингёма не было скрытого смысла. Он действительно удивился, почему Сухёк не уходит, ведь уже поздно. Он ответил без колебаний:

– Я имел в виду это в прямом смысле. Уже поздно, и я подумал, не собираешься ли ты уходить.

От долгой речи у него першило в горле. Он все еще не привык к своему хриплому голосу.

«Если подумать, мои голос похож на голос Бэк Джингёма».

Редко кто обращает внимание на свои голос. Говорят, голос стареет одним из последних. В период полового созревания голос меняется, но его уникальная особенность сохраняется с возрастом. Джингём понял это совершенно неожиданно.

Когда он договорил, Джингём широко зевнул и медленно моргнул. От лежания на кровати его клонило в сон. Он понимал, что не должен засыпать, но веки тяжелели.

Сухёк посмотрел на его полузакрытые глаза и спросил: – Ты переживаешь за меня?

– Что?

Разговор был странным. Джингём изо всех сил старался держать глаза открытыми, но веки становились всё тяжелее.

– Ничего.  На самом деле, даже если бы я хотел уйти, я не могу.

– Почему?

– Мне нужно отвезти господина Така домой.

– О...

Сухёк признался, что оказался здесь не по своей воле. Он ждал Вонбома, который ушёл с Джинву.

Поняв это, Джингём больше ни о чём не спрашивал. На самом деле, с закрытыми глазами и блуждающим разумом, он не смог бы ничего спросить, даже если бы захотел.

Вскоре после этого Джингём снова заснул.

Закончив разговор, троица вернулась в палату и увидела, что Сухёк сидит у кровати.

Джинву сжал пальцы и быстро подошёл к нему. Перед уходом он видел, что Джингём проснулся, но теперь тот снова спал.

– Зачем ты здесь?

– Есть ли причина, по которой я не должен быть здесь?

– Вон там стоит широкий диван.

Сухёк ничего не сделал, но, зная его характер, Джинву почувствовал себя неловко. Он понимал, что привлекать внимание Сухёка было плохой идеей. Он считал так не только о директоре Соне. Господин Так, стоявший за спиной Джинву, ощущался так же. Эти люди были не из тех, кто беспокоится, когда кто-то падает в обморок, даже если это кто-то из их знакомых.

Хотя из-за суматохи он не заметил этого раньше, оба директор были в шоке, когда Джингём потерял сознание.

Директор Сон, который ехал в больницу, и господин Так, который, не отрывая взгляда от дороги, смотрел на заднее сиденье, были в таком же состоянии.

Неужели они подорвались на мине?

Для Джинву встреча с господином Таком стала одновременно и благословением, и проклятием. Благодаря тому, что он заинтересовал господина Така, он получил работу секретаря и помощь с оплатой медицинских счетов для Джингёма. Но он знал, что эта поддержка не была оказана исключительно из добрых побуждений. Джинву нежно погладил Джингёма по волосам.

«Не стоит подходить слишком близко...»

Ему и так хватило того, что он попался в их ловушку,

Пока Джинву размышлял, к нему подошёл Хуниль.

– Он уже заснул? Прошло всего 10 минут с тех пор, как мы разговаривали.

Поскольку он уже проинформировал Джинву о состоянии Джингёма, он мог передать информацию, когда Джингём очнётся.

– Позвони мне, если возникнут какие-то проблемы.

– Хорошо... извини.

– Я врач. Я просто делал свою работу. Он очнулся, так что тебе тоже следует отдохнуть. Ты не можешь упасть в обморок.

– Хорошо.

– Вы, ребята, разве не уходите? – Хуниль обратился к Сухёку, который всё ещё сидел в кресле, и Вонбому, стоявшему у кровати. С появлением этих крупных мужчин в костюмах, окруживших кровать, атмосфера в комнате изменилась. – Выглядит так... Джингём выглядит как хрупкий молодой господин, а вы, ребята, как его телохранители.

– Значит, я тот, кто влюбляется в хрупкого молодого господина?

– Нет, ты просто второстепенный персонаж. Ты будешь тосковать по безответной любви.

В ответ на слова Сухёка Хуниль резко отвернулся.

С того момента, как Вонбом вошел в комнату, было ясно, что его взгляд прикован к одному месту.

Хуниль знал, что Вонбом неравнодушен к Джинву. Поэтому он помогал оплачивать медицинские расходы Джингёма. Он не знал, о какой сделке они договорились, но с точки зрения врача это было неплохое предложение. Многие люди не могли получить лечение из-за нехватки средств, особенно учитывая финансовое положение семьи Джинву и Джингёма. Без страховки медицинские счета были огромными. Джинву пытался оформить страховку, когда начал зарабатывать, но это было невозможно из-за диагностированного у Джингёма заболевания.

Самой большой проблемой был долг ростовщику, который, казалось, никогда не уменьшится, сколько бы они ни выплатили.

Вонбом знал об этом, но никогда не упоминал. Он просто наблюдал.

– Главный герой – он, – услышав слова Хуниля, Сухёк перевёл взгляд на Вонбома. – Люди часто испытывают чувства к тем, кто спасает их в трудную минуту. Они могут влюбиться с первого взгляда.

– Тогда разве не я должен быть главным героем? Я привел его сюда.

– Нет. Ты не подходишь. Да и он тоже, – решительно заявил Хуниль, решительно качая головой и ухмыляясь. – Мы не можем отдать наших ангелов таким дьяволам, как вы.

– Тебе нужно перестать читать романы.

Сухёк, который собирался возразить, вздрогнул, и по его телу побежали мурашки.

Даже в этот момент Вонбом не сводил с него глаз. Джинву тоже продолжал смотреть на Джингёма.

Глаза Хуниля озорно блеснули. Он был единственным в комнате, кто не смотрел на Джингёма. Что же такого произошло, что Вонбом так резко переключился? Внезапно заинтригованный, Хулиль зажёгся любопытством.

Даже после ухода Хуниля разговор не клеился. Сухёк и Вонбом перебрались на диван. Прошёл час в тишине, прежде чем Джинву, который до этого сидел, опустив голову, выпрямился и повернулся к ним.

– Спасибо вам за сегодняшний день.

Хотя его голос был слабым, он был достаточно громким, чтобы они услышали.

– Я услышу это непосредственно от вовлеченного лица, – Сухёк улыбнулся, говоря это.

Джинву не был настолько наивен, чтобы не уловить смысл сказанного. Это подразумевало, что позже он снова встретится с Джингёмом. Как секретарь мистера Така, он неизбежно столкнулся бы с директором Соном. В конце концов они работали в одной компании.

Но Джингём был другим. У него не было причин связываться с боссом своего брата.

Джинву бесстрастно посмотрел на Сухёка.

– Такого дня, как сегодня, больше не будет.

– Никогда не знаешь наверняка.

– Директор Сон.

Сухёк пожал плечами в ответ на суровый взгляд Джинву. Взгляд Джинву никак не мог заставить Сухёка передумать.

Только после этого Вонбом, погруженный в свои мысли, медленно повернул голову.

– Я тоже послушаю отдельно.

– Директор? – Джинву в замешательстве часто заморгал, когда Вонбом повторил слова Сухёка.

Для Вонбома, который старался как можно реже встречаться с другими людьми, было странно прийти в дом, и еще более странным было пойти куда-то ужинать вместе.

Хотя Вонбом иногда работал над разными проектами вместе с ним, они всегда были вдвоём. Даже когда к ним присоединялся Сухёк, Вонбом редко разрешал ему участвовать. Джингём несколько раз пытался вмешаться, но Вонбом его не пускал.

То, что Вонбом произнёс такие слова, задело Джинву за живое. Это было похоже на постоянное предупреждение об опасности. Джинву прищурился. Вонбом, заметив это, сделал вид, что ничего не произошло, и встал.

– Пойдём?

– Да, – Сухёк убрал телефон в карман, заметив, что батарея почти разрядилась. – До завтра, секретарь Бэк.

Не дожидаясь ответа Джинву, Вонбом открыл дверь больничной палаты и остановился, глядя на кровать.

После того, как они ушли, в палате снова воцарилась тишина. Это было привычное одиночество, Джингём, который уже должен был проснуться, лежал неподвижно, ровно дыша, без каких-либо признаков движения. Он лежал неподвижно, его дыхание было таким поверхностным, что казалось почти незаметным, если не считать едва заметных подъёмов и опусканий его груди.

Джинву осторожно протянул руку, взял маленькую бледную ладошку в свою и прижался к ней лбом.

Он не мог отделаться от ощущения, что во всём виноват он сам.

– Прости меня, Гём.

Его слова, которые Джингём не слышал, растворились в воздухе

На рассвете Джингём, почувствовав боль в руке, оглянулся. Он увидел, что Джинву спит, едва не падая с кровати. В другом конце комнаты стояла кровать для сиделки, но Джинву спал неудобно рядом с ним. Не желая его будить, Джингём медленно повернулся. Несмотря на его движения, Джинву не проснулся – вероятно, он слишком устал.

Учитывая, что последние пару дней Джинву проводил ночи в больничной палате, и ему пришлось пережить много тревожных моментов, это было вполне объяснимо.

Джингём смотрел на Джинву пустым взглядом, словно не до конца проснулся.

Он протянул руку и нежно погладил Джинву по голове. Он думал, что это его разбудит, но Джинву лишь слегка пошевелился.

Вскоре после этого Джингём снова уснул.

Знакомый звук будильника в виде пианино одновременно разбудил Джинву и Джингёма.

Джинву не хотел идти на работу.

Несмотря на хорошие результаты анализов, из-за неопределённости с состоянием брата, он хотел остаться рядом с Джингёмом, даже если для этого пришлось бы взять полдня или целый день отгула.

Но Джингём был непреклонен.

Их спор продолжался до тех пор, пока они не вышли из палаты.

– Ты не знаешь, как вести себя при выписке.

– Я спрошу у врача.

– Ты не знаешь дорогу домой.

– Напиши мне. Я возьму такси.

– Ты болен, хён.

– Я не болен. Ты опоздаешь на работу! Если ты хочешь пойти домой и переодеться, тебе нужно идти прямо сейчас!

Учитывая, во сколько они вчера вернулись домой, им нужно было торопиться.

В час пик на дорогах будет ещё хуже.

Джингём решительно потянул упирающегося Джинву за руку.

– Поговорим потом. Поторопись, ладно?

– Ладно. Никуда не уходи, сразу иди домой. Я пришлю адрес, возьми такси. Мой кошелёк в кармане. Там есть чек. Возьми его, хорошо?

– Не волнуйся. Я тоже взрослый!

Несмотря на то, что он утверждал, что уже взрослый, выглядел он совсем не по-взрослому.

Джинву, охваченный беспокойством, с трудом заставил себя уйти.

Проводив Джинву, Джингём позавтракал в больничной столовой и с помощью Хуниля благополучно выписался.

Хуниль, провожавший его до выхода, смотрел на него неодобрительно. Он этого не скрывал.

– В следующий раз я буду осторожнее...

– Кроме персиков, у тебя ни на что нет аллергии, так что ешь нормально. Избегай слишком острого. Никакого кофеина.

– Да. Я запомню.

– Тебе стоило подольше побыть в больнице. Господин Так всё равно всё оплатил.

Джинву тоже хотел, чтобы он остался, но Джингём, чувствуя себя не в своей тарелке, покачал головой.

Раньше он никогда не чувствовал себя неуютно в больнице, но постоянное пребывание там вызывало у него странное ощущение.

К тому же хорошая погода так и манила на прогулку.

– Мой номер сохранён в твоём телефоне. Если тебе станет плохо, не медли, не раздумывай и не ищи информацию в Интернете! Немедленно позвони мне. Если ситуация серьёзная, сразу приезжай в больницу.

– Хорошо.

Решив, что на этом всё, Хуниль начал перечислять, на что ему следует обратить внимание. Когда коллеги здоровались с ним, проходя мимо, он просто махал им в ответ и продолжал сыпать тревожными словами.

Джингём пытался слушать вполуха, но теперь он сосредоточился на мыслях о собственном теле.

Проникновенная и полная заботы речь Хуниля, наконец, закончилась, когда ему позвонили. У Джингёма был включён беззвучный режим, потому что ему часто звонили и писали, но Джинву посоветовал включить звук и блокировать звонки по мере поступления.

– Алло?

– Хён, тебя выписали?

– Да. Я сейчас у главного входа. Я с доктором.

Джингём взглянул на Хуниля, пока тот говорил.

– Я отправил тебе адрес через сообщение. Возьми такси. Мне вызвать такси в больницу для тебя?

– Всё в порядке. Я проверил адрес, и я могу найти дорогу домой. Перед больницей полно такси.

– Удобнее вызвать такси.

Хуниль, который слушал рядом с ним, усмехнулся.

Утром Джинву также оставил сообщение с просьбой к Хунилю хорошо заботиться о Джингёме, а теперь делал это по телефону. Всё было не так, как раньше. Конечно, возможно, дело было в том, что Джингём потерял память, но он чувствовал, что атмосфера изменилась.

– Здесь стоят такси, так что я могу сразу взять машину.

– Хорошо. Там должна быть информация о такси. Сфотографируй её и отправь мне. Если я не отвечу, хотя бы оставь сообщение. Позвони мне, когда выйдешь из машины и когда приедешь домой.

Чувствуя себя так, будто с ним обращаются как с ребенком, оставленным у кромки воды, Джингём в лёгком раздражении почесал грудь и живот.

– Так было и раньше?

Взглянув на телефон, он увидел сообщения, которыми обменивался с Джинву. Все они состояли из односторонних приказов от Бэк Джингёма. «Я хочу это, купи. Я хочу то, принеси мне. У меня закончились деньги, пришли ещё».

Он никогда не отвечал на тревожные сообщения Джинву.

Было очевидно, что Джинву всегда переживал за их отношения.

Из-за этого Джингёму захотелось относиться к Джинву лучше.

На вопрос Джингёма на другом конце провода последовала секундная тишина.

– Джинву?»

– Нет. Но... ты сейчас ничего не помнишь, хён. Я волнуюсь.

– Да, ничего сложного. Ты же работаешь, да? Возвращайся к работе. Я буду писать, а не звонить.

– Хорошо. Береги себя.

Завершив разговор, Джингём улыбнулся Хунилю, который смотрел на него с забавным выражением лица. Хуниль протянул руку и пригладил всё ещё влажные волосы Джингёма.

– Раз Джинву волнуется, просто возьми такси.

Джингём кивнул и ответил: – Хорошо.

Попрощавшись с Хунилем, Джингём вышел на улицу и проверил полученное ранее сообщение.

Дом находился довольно далеко от больницы. Согласно навигационному приложению, ему нужно было дважды пересесть на автобус. Поскольку он мог доехать на местном автобусе, не поднимаясь в гору, он решил поехать этим маршрутом.

Он знал примерное направление и чувствовал себя хорошо, поэтому не хотел тратить деньги на такси.

Пока он стоял на автобусной остановке в ожидании автобуса, в зоне, где парковка запрещена, остановилась машина.

Люди на остановке смотрели на машину, но Джингём, не проявляя к ней интереса, сверился с электронным табло и увидел, что автобус прибудет через 7 минут.

– Бэк Джингём!

Услышав, как кто-то окликает его по имени, он огляделся, но не увидел знакомых лиц. Подумав, что ослышался, он уже собирался проигнорировать оклик, но услышал его снова.

– Эй, Бэк Джингём!

Он быстро повернул голову и увидел, что все смотрят на машину. Он перевёл взгляд на машину, у которой было опушено стекло со стороны пассажира, и увидел знакомый силуэт.

«Не может быть...»

Джингём слегка наклонился, чтобы получше рассмотреть, и увидел Сухёка, который жестом пригласил его сесть в машину.

– Если мы останемся здесь, нас оштрафуют.

– …?

– Садись уже.

– Э-э... ладно.

Не понимая, зачем здесь Сухёк, но не в силах оставить машину на парковке, Джингём быстро сел на пассажирское сиденье. Как только он это сделал, машина тронулась с места.

– Пристегнись.

Пристегнув ремень безопасности, Джингём повернулся и уставился на Сухёка.

– Когда я приехал в больницу, мне сказали, что тебя уже выписали. Я подумал, что зря потратил время.

– Зачем ты сегодня приехал?

– А что? Мне нельзя приходить? Вчера я отвёз тебя в больницу, а теперь ты так холоден со мной.

– Если тебе так показалось, прости, мне просто было любопытно.

– Когда ты сразу извиняешься, я выгляжу плохим парнем. Мне тоже было любопытно.

На светофоре Сухёк повернулся и посмотрел на Джингёма, который смотрел на него в ответ.

– После того как я вчера вернулся домой, я не мог перестать думать о тебе.

«С чего бы ему думать обо мне? Разве ему обычно не было дела до других? Может, это из-за того, что я упал в обморок...» – на мгновение мысли Джингёма смешались. Лучше спросить напрямую, чем строить догадки.

– Обо мне?

Джингём не скрывал своего замешательства. Сухёк, не отрывая взгляда от дороги, мельком взглянул на него.

– Да. В последнее время ничего интересного не происходило, но с твоим внезапным появлением всё стало по-другому. Я пришёл это проверить.

– Что тебе нужно проверить?

– Ты в курсе, что уже давно задаёшь вопросы?

– О...

– Я не против. Продолжай. Я раньше не замечал, но у тебя приятный голос.

Не зная, что сказать, Джингём поджал губы.

Через некоторое время машина снова тронулась, и Джингём снова заговорил. Навигатор показывал маршрут, но конечный пункт назначения был другим.

– Эм... куда мы едем?

– В торговый центр.

– Зачем?

– Зачем кому-то идти в торговый центр?

– Чтобы что-то купить?

– Именно.

Он это понял, но не мог взять в толк, зачем ему идти с Сухёком в торговый центр. На лице Джингёма отразилось недоумение. Задумавшись, он поджал губы и нахмурил брови.

Увидев это, Сухёк усмехнулся.

Сейчас Джингём совсем не походил на вчерашнего измученного и задыхающегося парня. Так он выглядел лучше.

Похоже, он ел очень мало, поэтому и не набирал вес. На нём была та же одежда, что и вчера, но на открытых участках рук всё ещё были видны аллергические реакции. Красные пятна выделялись на его бледной коже.

Сухёк хотел дать ему время подумать, но из-за того, как он опустил голову, казалось, что он вот-вот врежется в окно.

Ухмыльнувшись, Сухёк объяснил: – Я не люблю холить по магазинам в одиночку, поэтому хотел, чтобы ты составил мне компанию.

– У тебя совсем нет друзей?

– Ого. Ты умеешь задеть за живое.

– У тебя их нет? Прости! Я думал, у тебя много друзей...

–  Ударь меня дважды.

– А...

Смущённый Джингём не знал, как исправить ситуацию, и чувствовал себя в тупике. Если бы он сказал что-то ещё, его бы ударили в третий раз. Он не хотел никого обидеть....

Сухёк ухмыльнулся.

– Если тебе жаль, давай сходим вместе за покупками. Ты хорошо одеваешься, знаешь ли. Даже если ты не помнишь, давай проверим, осталось ли у тебя это чувство.

На эти слова Джингём ничего не ответил.

Он молча последовал за Сухёком в торговый центр, припарковавшись у входа и пробормотал себе под нос, что, хоть люди и меняются, возможно, это чувство никуда не исчезло.

Но, как ни странно, у него был неплохой вкус.

Пока они ходили по магазинам оказалось, что вещи, которые он выбрал по отдельности, неплохо смотрятся вместе.

Джингём задумался, не открыл ли он новый талант. Хотя, рассуждал он, то, что он несколько раз подобрал одежду, вряд ли можно назвать талантом.

Честно говоря, что бы он ни выбрал, на Сухёке всё смотрелось хорошо. Его лицо было ключевым элементом, благодаря которому всё смотрелось идеально. Даже когда он примерял розовую рубашку в стиле инди, она выглядела так хорошо, что становилось почти страшно. Сухёк обладал той внешностью, которая могла превратить лохмотья в модную одежду. К тому же он был высоким, а его накачанные мышцы добавляли ему шарма.

«Если бы только его характер не был таким скверным...»

Он мог бы стать очень популярным второстепенным персонажем.

Джингём покачал головой, представляя себе эту картину, и повесил обратно рубашку, которую держал в руках.

– Почему? Разве она мне не подходит?

– Нет, он тебе слишком хорошо подходит.

– Тогда почему ты покачал головой?

– Я просто любовался ею.

Испугавшись, что Сухёк догадается, о чём он думает, Джингём быстро выбрал другой костюм.

Костюм, который был на Сухёке, был тёмно-синим. Это был один из тех цветов, которые могли носить офисные работники, не привлекая к себе лишнего внимания. Мышцы его бёдер напрягались под плотной тканью костюма.

Джингём почувствовал жару, просто стоя на солнце у входа в больницу. Тем не менее Сухёк надел пиджак поверх костюма. Это было впечатляюще. Каким бы хорошим ни был кондиционер в торговом центре, ему наверняка было жарко.

В наше время большинство офисных работников летом носят рубашки с коротким рукавом...

Если подумать, костюм, который Джингём вчера подобрал для Джинву, тоже был с длинными рукавами. Может быть, Джинву надел его только потому, что Джингём сам его выбрал? Но он не видел вариантов с коротким рукавом.

«Пока я здесь, хочу купить что-нибудь для Джинву...»

В магазине было много костюмов, которые подошли бы Джинву. Если бы у него были деньги, он бы их купил, и это разочаровывало. Он знал, что не сможет купить их, не зная размера, но всё равно расстроился.

Джингём протянул Сухёку бежевый костюм. Он подумал, что светлый цвет ему подойдёт. Когда он показал костюм Сухёку, тот действительно выглядел хорошо. Бежевый цвет не затмевал его внешность.

– Тебе всё к лицу.

– Правда?

– С твоим лицом всё смотрится. Джинву выглядел бы так же...

У Сухёка дёрнулся левый глаз. Он бесчисленное количество раз слышал, что ему всё к лицу. Кто-то говорил это искренне, а кто-то – неискренне, чтобы продать одежду. Отличить одно от другого было несложно. Это выдавали их лица или голоса.

В словах Джингёма была искренность. Он выражал свои искренние мысли без притворства. Однако, сказав это, он отвёл взгляд и упомянул имя секретаря Бэка.

Не то чтобы Сухёк чувствовал себя неловко, но раз уж они были вместе, ему хотелось, чтобы Джингём сосредоточился только на нём.

Сухёк, который смотрел на костюм, который держал Джингём, позвал кого-то из персонала.

– У вас есть такой же 95-го размера?

– Да. Какого размера брюки вы бы хотели?

– 26.

– Хорошо, подождите, пожалуйста, минутку.

Сухёк кивнул, и сотрудник магазина зашёл внутрь и вынес костюм. Сухёк взял костюм и подошла к Джингёму, который рассматривал другой костюм.

– Примерь это.

– Я?

– Да. Если тебе пойдёт, я его куплю.

Джингём, неожиданно получивший костюм, в замешательстве склонил голову набок.

Разве не стоит покупать вещь, если она хорошо сидит на тебе, а не на ком-то другом?

Какая разница, примеряет её кто-то другой или нет?

– Поторопись.

Джингёму, которого подталкивал Сухёк, ничего не оставалось, кроме как зайти в примерочную. Даже переодеваясь в тесной примерочной, он не мог отделаться от мысли: «Почему я?»

Но он старательно натянул костюм. Он как следует расправил костюм и аккуратно застегнул его. В примерочной не было зеркала, так что он не мог себя увидеть, но по его милому лицу было понятно, что на нём всё будет смотреться хорошо.

– Эй... – Джингём окликнул Сухёка, который пристально смотрел на него, когда тот выходил из примерочной. С того момента, как Джингём вышел, Сухёк не сводил с него глаз, даже не моргая. Может быть, он не отвечал, потому что был слишком сосредоточен? – Директор?

– ...

– Директор!

– A? A... – Сухёк прикрыл рот рукой и слегка отвернулся.

«Он выглядит слишком хорошо. Может быть, из-за того, что у него такая светлая кожа?»

Хотя он и ожидал этого, всё было почти до раздражения идеально. Костюм выглядел так, будто был сшит специально для Джингёма.

Каждый раз при встрече Сухёк не мог не восхищаться его чувством стиля.

Бэк Джингём был, несомненно, красив. Но такое он чувствовал впервые.

Он отвернулся, потому что не мог больше смотреть. Если он продолжит смотреть, то может неосознанно потянуться к нему.

«Не слишком ли это опасно?»

Сухёк крепко зажмурился, а потом снова открыл глаза.

Внезапно он почувствовал, что это неуместно.

«В последнее время я воздерживался, и теперь мой разум блуждает».

Из-за того, что он жил в доме господина Така, ему приходилось сдерживать себя, и это не могло не сказаться на его организме.

Увидев, что Сухёк повернул голову, Джингём забеспокоился, что что-то не так, поэтому обернулся и посмотрел в зеркало на двери примерочной. Всё было так, как он и ожидал. Выглядело очень хорошо.

Несмотря на то, что на нём была одежда, он должен был смотреть на костюм, но Джингём задрал подбородок и вертел головой из стороны в сторону. Он почти не смотрел на своё лицо, разве что во время умывания, но каждый раз невольно улыбался. Он был очень доволен своим новым телом.

В зеркале Сухёк увидел своё отражение и понял, что все ещё прикрывает рот.

– Тебе не нравится?

– ...

– Наверное, не нравится… – когда Сухёк ничего не ответил, Джингём, который был в приподнятом настроении из-за того, что костюм ему очень шёл, тут же помрачнел. – Я переоденусь.

Переодевшись, он отдал костюм сотруднику. Затем он подошёл к Сухёку, который сидел на диване перед примерочной.

– Если тебе не понравилось, зачем ты заставил меня его примерить? – он сам не заметил, что его голос прозвучал немного раздражённо.

– Дело не в этом. Я просто удивился, насколько хорошо он сидит.

– Правда хорошо? По твоему лицу этого не скажешь...

Джингём подумал, что Сухёк отвернулся, потому что ему не понравилось то, что он увидел.

После этого они продолжили шопинг.

Сухёк, который сказал, что покупает для себя, всё время просил Джингёма примерить вещи. Сначала Джингёма это раздражало, но каждый раз, когда он примерял новую одежду и смотрел в зеркало, он не мог сдержать улыбку, глядя на своё красивое отражение. Кроме того, вспомнив, что у Сухёка нет друзей, он с готовностью примерял одежду.

Так их руки постепенно наполнялись пакетами с покупками. Они закончили шопинг только после того, как купили всё, от макушки до пят.

Шопинг доставил им удовольствие. Ещё вчера, раскладывая обувь по стопкам, он незаметно отложил те пары, которые ему действительно понравились.

«О... Нужно выложить это на Carrot Market».

Джингёму нужно загрузить в приложение целую гору обуви. Кроме того, поскольку большинство из них брендовые, ему нужно проверить и узнать их розничные цены. Ему казалось, что на это нет времени. Было приятно пройтись по магазинам вместе с Сухёком, у которого не было друзей, но теперь у него были дела и для себя.

Он больше не был праздным бездельником. Конечно, всё это с трудом собрал Бэк Джингём, но пока он здесь, он решил не думать о последствиях.

Джингём гадал, когда же он сможет вернуться домой, и плёлся за Сухёком, когда почувствовал голод. Он почти ничего не съел на завтрак, потому что больничная еда была невкусной, а от ходьбы есть захотелось ещё сильнее.

Когда Джингём погладил себя по животу, зазвонил телефон, который он положил в карман.

– Алло.

– Хён, ты где? Я сказал прислать фото, когда поймаешь такси. Ты уже дома?

От настойчивого голоса Джинву у Джингёма приоткрылся рот, но он тут же закрыл его. Он совсем забыл связаться с ним после того, как его так внезапно затащили в торговый центр.

Джингём прикрыл телефон рукой, слегка поклонился Сухёку и отошёл в укромное место.

– Хён?

– Ой, прости. Я забыл тебе позвонить.

– Хах... Где ты сейчас? Дома?

– Нет. В торговом центре.

Когда Джинву внезапно замолчал, Джингём окликнул его.

– Джинву?

– Да...

– Извини, что не выходил на связь. Меня внезапно выдернули сюда, так что я немного растерялся.

– Кто тебя выдернул? Хён, с кем ты сейчас?

Он уже собирался сказать, что с Сухёком.

– Я с ним.

–  Что?

– Я накормлю его обедом и отвезу домой в целости и сохранности. Не волнуйся, просто сосредоточься на разговоре с господином Таком. Если он узнает, что ты звонил в рабочее время, он взбесится, – Сухёк, незаметно подошедший к нему, выхватил телефон и сбросил вызов, договорив свою реплику.

Джингём озадаченно посмотрел на Сухёка.

– Что ты делаешь? Верни телефон!

– Верну. Позже.

Когда телефон снова зазвонил, Сухёк отклонил вызов, выключил его и положил в карман пиджака. Джингём в замешательстве потянулся, чтобы забрать его, но Сухёк схватил его за руку и потащил за собой. Обе руки Джингёма были заняты пакетами, и он не мог как следует сопротивляться, поэтому его тащили за собой, а он хмурился и напрягал ноги. Но это не помогло ему остановиться. В таком состоянии он и проехал по блестящему полу торгового центра.

– Я его не краду. Что мне делать с таким телефоном? Я проголодался после долгой прогулки. Верну его после того, как мы поедим.

– …

– Я серьёзно. Я верну его после того, как мы поедим. Мне не с кем есть, и, если ты уйдёшь после того, как я верну его, мне придётся есть в одиночестве.

– Я поем с тобой, так что дай мне телефон. Джинву будет волноваться если ты вот так повесишь трубку.

Когда Джингём упомянул о том, что Джинву будет волноваться, Сухёк тихо рассмеялся и остановился.

Действительно, его сегодняшние действия были импульсивными.

То, что он увидел вчера, не давало ему покоя всю ночь. Ему было любопытно.

Он заехал в больницу, чтобы проверить, как там дела, и, раз уж Джингёма собирались выписывать, под предлогом похода по магазинам приехал сюда.

Бэк Джинву, который вывел из себя бесчувственного Так Вонбома. И его брат Бэк Джингём. Казалось, они привнесли немного жизни в его унылое существование, поэтому он не хотел их отпускать. Так что он не планировал давать Джингёму уходить сейчас. Он хотел ещё немного повеселиться.

После долгого перерыва он наконец нашёл что-то интересное и не хотел с этим расставаться.

Бэк Джингём, которого помнил Сухёк, был жалким человеком. Несмотря на то, что они нечасто виделись, он мог это понять. Он преследовал человека, который симпатизировал его собственному брату. Хотя на самом деле Вонбем ему не нравился. Это было очевидно, и Вонбом тоже это ненавидел.

Оценка Джингёма была довольно суровой.

Если бы они не называли друг друга братьями, между ними не было бы ничего общего. Даже если бы они были однояйцевыми близнецами, их характеры слишком сильно различались. Для Бэк Джинву Бэк Джингём был как бельмо на глазу. Не то чтобы Сухёк относился к Джингёму только негативно.

Пока что он планировал держать его рядом для собственного развлечения.

Если бы это был прежний Бэк Джингём, он бы решил, что сказанное им – это не просто лицемерие, а обман.

Он бы точно так подумал...

Джингём почувствовал что-то странное во взгляде Сухёка, когда тот уставился на него, и отступил на шаг. Хотя они виделись всего несколько дней, в Сухёке было что-то опасное.

Когда он увидел Сухёка в больничной палате, ему вспомнилось одно существо. Рыба-удильщик. Существо из морских глубин. Несмотря на то, что внешне они совершенно разные, оба используют наживку, чтобы заманить и поглотить свою жертву. Он был опасным человеком, который не отпустил бы тебя, если бы поймал. По крайней мере, таким был образ Сухёка в романе. Но сейчас взгляд Сухёка был слишком зловещим.

Джингём постепенно сжимался от страха. Взгляд Вонбома был пронзительным и пугающим, но взгляд Сухёка пугал по-другому. Он так сильно отличался от человека, который только что вместе с ним выбирал одежду.

– Почему ты так на меня смотришь?

Увидев жалобный взгляд Джингёма, словно у настороженного котёнка, Сухёк слегка улыбнулся.

– Раз он знает, что ты со мной, он не будет волноваться.

– ...

– Серьёзно... Ты мне не веришь?

– Я тебе верю. Но ты правда должен вернуть телефон после того, как мы поедим!

– Хорошо. Пойдём, – Сухёк взял пакеты из рук Джингёма и подтолкнул его к выходу.

Джингём не мог отделаться от ощущения, что с тех пор, как он вышел из больницы и сел в машину, он был во власти Сухёка.

Вместо того, чтобы пойти в ресторан в торговом центре, они направились на парковку.

– Я угощу тебя чем-нибудь вкусным. Ты любишь мясо?

Он знал ответ, судя по вчерашней реакции, но всё же спросил.

Джингём, который шёл за ним, ссутулившись, встрепенулся.

– Я люблю его! – его глаза заблестели, как будто страха и не было.

Сухёк впервые осознал, насколько возбуждающим может быть слово «мясо». Глядя на сияющее, улыбающееся лице Джингёма, Сухёк почему-то счёл его милым. Он машинально протянул руку и погладил Джингёма по голове. Джингём, погружённый в мысли о мясе, даже не заметил этого и просто посмотрел поверх него.

Несмотря на то, что вчера он упал в обморок после того, как съел персиковый щербет, когда они ходили за мясом, он, похоже, уже забыл об этом.

Сухёк усмехнулся, отчего Джингём обрадовался ещё больше.

– Хорошо. Давай корейскую говядину. Сорт 1++.

При упоминании «Ханву» глаза Джингёма заблестели ещё ярче. К тому же это был сорт 1++. От одной мысли об этом у него потекли слюнки.

Обычно в качестве угощения подают только свинину... но это был Ханву. Отказаться было бы глупо.

Пока Джингём пускал слюни при мысли о Ханву, Сухёк загружал пакеты с покупками на заднее сиденье. Он уже собирался сесть в машину, когда заметил, что Джингём всё ещё причмокивает.

– Так у тебя слюнки потекут. Садись.

– Да! – поспешно ответил он.

Неужели Ханву действительно так хорош?

Было забавно наблюдать, как человек, который всегда был таким осторожным, вдруг расслабился при упоминании о том, что его угостят Ханву в ресторане. Даже когда они выезжали со стоянки, пристегнувшись ремнями безопасности, мысли Джингёма были заняты Ханву.

Мысль о том, что «можно ли есть вне дома, если вчерашняя еда вызвала проблемы?», промелькнула у него в голове лишь на мгновение.

К тому же у него был маленький желудок. Было немыслимо прийти в ресторан, где подавали Ханву, не будучи в состоянии съесть столько, сколько хотелось.

Джингём твёрдо решил съесть столько, сколько сможет.

Машина проехала по оживлённым улицам и остановилась у ресторана, оформленного в стиле традиционного корейского дома.

Сухёк аккуратно припарковал машину и уже собирался сказать, что они приехали, но встретился взглядом с Джингёмом, который пристально смотрел на него.

– Что?

– Я кое-что заметил.

– Что?

– Ты очень хорошо водишь.

– О? Ну, спасибо.

– Не нужно меня благодарить. Я просто констатирую факт.

Пока Сухёк колебался, не зная, что ответить, Джингём отстегнул ремень безопасности и открыл дверцу машины. Он уже был одной ногой за дверцей, когда заметил, что позади него нет никакого движения. Он повернул голову.

– Ты что, не выходишь? Разве это не то место?

– Да, это оно. Пошли.

Их провели в отдельную комнату.

Сняв обувь и устроившись за столом, Сухёк спросил официанта, делая заказ: – Здесь есть что-нибудь с персиками?

– Персики?

– Да. У меня аллергия.

К счастью, ничего не содержало персиков.

Если только это не было в приправе, Ханву был безопасен, поскольку подавался сырым.

Джингём, тронутый этим жестом, посмотрел на Сухёка влажными глазами, и тот слегка улыбнулся. Не было ни гарниров, ни меню, в которых явно упоминались бы персики. Он упомянул об этом отчасти из любопытства, но ему действительно было интересно, как отреагирует Джингём. То, что он был так растроган, не могло не радовать.

Сухёк клал кусочки мяса на тарелку Джингёма, призывая его есть побольше.

Мысль о том, чтобы позвонить Джинву с полученного телефона, отошла на второй план. Сейчас главным приоритетом был Ханву.

Мясо таяло во рту, приготовленное поварами на гриле. Оно исчезало после нескольких укусов. Джингём ел до отвала, не отказывая себе даже в десерте. Сладкий прозрачный напиток идеально дополнил потенциально жирное блюдо. Он хотел добавки, но уже был сыт. Тем не менее он съел столько, сколько смог. Ханву набил ему желудок до отказа, так что было трудно глотать.

Пока Джингём пытался встать со стула, Сухёк, потягивавший десертный напиток напротив него, расхохотался.

Несмотря на то, что одежда на нём не была тесной, выпирающий живот создавал небольшую выпуклость. Он был таким милым.

– Ты съел столько, сколько хотел?

– Для этого мне нужно было бы съесть ещё…

– Может, заказать ещё? – спросил Сухёк, прекрасно зная, что Джингём больше не съест. Если бы это было так, им бы требовались не столько мясо, сколько средства для улучшения пищеварения.

Джингём с сожалением покачал головой. Что бы он ни делал, места больше не было. Даже сейчас от малейшего движения у него болел живот. Он боялся, что не сможет добраться до дома в таком состоянии.

«Я что, объелся?..»

Не стоило, но вчерашний стейк не порадовал его, что он не сдержался.

– Ты можешь встать? – спросил Сухёк, поставив пустой стакан и поднявшись. Джингём решительно кивнул, но встать ему было трудно.

Сухёк протянул ему руку. Джингём взялся за руку, и Сухёк рывком поднял его. Несмотря на то, что он потянул его за руку, Джингём резко вскочил, потерял равновесие и упал вперёд.

Угольный гриль убрали, но на столе всё ещё стояли тарелки, что делало это опасным местом.

Сухёк быстро схватил Джингёма за руку и другой рукой придержал его, чтобы тот не упал. Джингём упал прямо на Сухёка. От удара у него заболел нос, но ещё больше его напугало то, что он чуть не упал, и он тяжело задышал.

– Ох…

Когда человек напуган, его сердце начинает биться чаше. Джингём почувствовал, как бешено колотится его сердце. Если бы у него были часы, они бы показали, что пульс превышает 100 ударов в минуту. Это было неприятное ощущение.

Сухёк тоже был напуган. Джингём только что вышел из больницы, и от него должно было пахнуть лекарствами. Но вместо этого Сухёк почувствовал сладкий, но в то же время горьковатый аромат. Он контрастировал с витавшим в воздухе стойким запахом мяса. Сухёк инстинктивно придвинулся ближе и уткнулся носом в шею Джингёма. Глубокий вдох снова наполнил его обоняние этим ароматом. Он очищал его чувства, привыкшие к запаху угля и мяса. Сухёк нахмурился. Он никогда раньше не чувствовал такого запаха от Бэк Джингёма.

Джингём был слишком сосредоточен на своём бешено колотящемся сердце, чтобы заметить, что Сухёк стоит так близко.

Сухёк нежно погладил его напряжённую спину и медленно выпрямился.

– Дыши медленно. Вдыхай спокойно… Вот так. Медленно выдохни.

Джингём последовал указаниям Сухёка, его дыхание постепенно выровнялось, хотя сердце всё ещё бешено колотилось.

Обеспокоенный возможной проблемой, Джингём поднял на Сухёка взгляд, нахмурив брови. Он знал, что Сухёк ничего не может сделать, но кроме него рядом никого не было.

Увидев заплаканные глаза Джингёма, Сухёк резко вздохнул. К нему вернулся аромат, который он только что почувствовал.

«Чёрт возьми».

В его голове всплыл образ Джингёма в костюме из торгового центра, глупо улыбающегося. Он определенно сходит с ума.

Пока Сухёк пытался собраться с мыслями, до него донесся дрожащий голос Джингёма.

– Со мной всё в порядке?

– Почему ты у меня спрашиваешь? Если бы что-то было не так, ты бы знал.

Джингём крепко прижал руку к груди. Он чувствовал, как сильно бьётся его сердце, как пульсирует жизнь. Дыхание было прерывистым, голова кружилась.

– Я отвезу тебя в больницу.

– Я хочу домой.

– А что, если ты упадёшь в обморок один?

– Я хочу домой, – Джингём с печальным видом коснулся языком своих губ и протянул ему телефон. – Позвони секретарю Бэку и объясни ситуацию.

Машина Сухёка направлялась не в больницу, а к дому Джингёма.

Дом, к которому они подъехали, поднявшись по крутому склону, был таким старым и обветшалым, что не переставал его удивлять.

– Ты уверен, что тебе не нужно в больницу?

– Да, со мной всё в порядке!

До того, как он сел в машину, его лицо было бледным, но теперь, кажется, к нему вернулся румянец. Его кожа всё ещё была бледной, но выглядела лучше, чем раньше.

Когда Сухёк позвонил Джинву, тот непривычно взволнованный накричал на него. Он злился на Сухёка, а не на Джингёма.

Когда он сказал, что у него колотится сердце и кружится голова, Джинву пришлось настаивать на том, чтобы он поехал в больницу, пока разговор не закончился. Однако Джингём не хотел ложиться в больницу три дня подряд. Он настаивал на том, что будет отдыхать дома, пока Джинву не сказал ему, что нужно позаботиться о себе и отдохнуть.

Сухёк, который слушал разговор, тоже согласился с Джинву. Лучше поехать в больницу, чем домой. Но раз он не хотел ехать, Сухёк не собирался его заставлять. Не было смысла ехать так далеко. Поэтому он приехал в это место, которое было сохранено в навигаторе.

– Спасибо, что довёз меня до дома. И за мясо тоже спасибо! – Джингём дважды поблагодарил Сухёка за две услуги.

Когда он вышел из машины, Сухёк последовал за ним.

Джингём стоял у ворот, ожидая, когда он сядет в машину и уедет. Пока он безучастно наблюдал, Сухёк забрал с заднего сиденья большую часть пакетов с покупками. Сухёк прошёл мимо Джингёма и толкнул ворота ногой. Железные ворота со скрипом открылись.

– Ты не идешь?

– Я иду... А ты не уходишь?

– Я просто занесу это и уйду.

Он хотел просто отдать пакеты Джингёму и уйти, но его беспокоила боль, которую он почувствовал ранее и то, насколько тонкой была его рука. Он заметил это, когда вчера нёс его на руках, – Джингём был слишком худым. То ли он мало ел, то ли это последствия болезни? В любом случае он предпочел сам нести сумки, а не заставлять его мучиться с ними.

Когда Сухёк начал подниматься по лестнице, Джингём поспешил за ним.

– Зачем ты это берёшь?

– Это твоё.

Джингём в замешательстве моргнул.

Он примерял одежду, рассматривал сумки и проверял кошельки, отпуская комментарии в присутствии Сухёка, чтобы персонал не слышал. Каждый раз, когда он спрашивал о предпочтениях Джингёма, тот отвечал, что это просто для справки. Но теперь ему сказали, что это его вещи.

– Почему они мои? – это было скорее бормотание, чем вопрос.

Сухёк уверенно поднимался по металлической лестнице.

Было странно, что такой хрупкий человек, как Джингём, живёт в комнате на крыше. Вид был хороший, потому что вокруг не было высоких зданий. Это место совсем не походило на дом Вонбома.

Он поставил пакеты с покупками у двери. Джингём сам занесёт их в дом.

Когда Сухёк уже собирался уходить, Джингём схватил его за руку.

– Ты правда собираешься оставить это здесь?

– Я же сказал, что это твоё.

– Но... почему это моё?

С тех пор, как Джингём стал его сопровождать, он лучше всех знал цены на товары в этих пакетах. Они были слишком дорогими, чтобы он мог даже подумать о покупке. Он был в шоке, когда увидел ценники.

Увидев растерянное выражение лица Джингёма, Сухёк добавил:

– Это подарок за то, что ты провёл со мной день.

– Не думаю, что я провёл с тобой достаточно времени, чтобы заслужить это.

Джингём взял пакеты с покупками, собираясь отнести их обратно. Но Сухёк не взял их. Несмотря на явное намерение Джингёма вернуть их, Сухёк просто спустился по лестнице. Джингём попытался последовать за ним, но ему мешали пакеты, и он не успевал. Когда спустился, Сухёк уже был в машине. Он нетерпеливо постучал в окно, и Сухёк опустил стекло ровно настолько, чтобы их взгляды встретились.

Сухёк улыбнулся, и его глаза изогнулись в форме полумесяца.

– Надень это, когда мы встретимся в следующий раз.

– Мы ещё встретимся?

– Да, и не раз, а часто. О, и ещё кое-что.

Джингём с любопытством наблюдал, как Сухёк подзывает его к себе.

– В следующий раз зови меня хён. Ты не работаешь в нашей компании, так почему ты называешь меня директором?

– Ты же говорил, что тебе не нравится, когда тебя называют аджосси.

– Тогда зови меня хён. Я ухожу.

Джингём безучастно смотрел, как поднимается стекло, и машина уезжает.

Тяжесть пакетов тянула его руку вниз. Ручки впивались в ладонь.

Джингём склонил голову набок, не понимая, что делает Сухёк.

«Почему он такой?..»

Пытался ли он использовать его, чтобы сблизиться с Джинву?

При этой мысли лицо Джингёма исказилось. Его беспокоила не мысль о том, что его используют, а мысль о том, что Сухёк пытается сблизиться с Джинву. Он этого не допустит. Отныне Сухёку запрещено приближаться к его дому и к Джинву.

Решив, что так и будет, Джингём решительно сжал губы.

Он оглядел гостиную, его взгляд метался по комнате, не в силах сфокусироваться. Должно быть, Джинву видел этот беспорядок утром, но ничего не сказал. Может быть, он был слишком занят, но Джингём почувствовал себя виноватым и начал наводить порядок.

Когда он добавил к этому пакеты из магазина, освободившееся пространство исчезло.

Он подумал, что нужно поскорее их продать, чтобы заработать денег и привести дом в порядок.

«Что мне с этим делать?..»

Если бы он был настоящим Бэк Джингёмом, то, возможно, обрадовался бы, но он не был им. Это казалось обременительным. Если бы он знал, что это для него, то не стал бы советовать столько всего в магазине. К тому же большой логотип на сумке для покупок был слишком заметным. Это был бренд премиум-класса, который узнавали даже те, кто не разбирался в роскоши.

Особенно сумка-слинг, которую он тщательно выбирал, потому что Джингём сказал, что ему нужна сумка. Он был в шоке, когда узнал, что одна только сумка стоит больше трёх миллионов вон. Поскольку это были не его деньги, а деньги Сухёка, он особо не раздумывал и выбрал эту сумку. Сумка не должна была подойти под костюм Сухёка, но она отлично смотрелась бы с повседневной одеждой.

Это была не просто сумка. Там была одежда, обувь, кошельки и другие вещи. Даже если считать только их общая стоимость превышала десять миллионов вон.

Это напомнило ему о том, в каких разных мирах они живут.

Но подумать только, что всё это станет его...

Если бы это было что-то стоимостью в несколько десятков тысяч вон, он бы просто поблагодарил его и принял подарок. Но этого было слишком много.

Он размышлял, как вернуть деньги, и гадал, не в том ли дело, что он в гневе проглотил Ханву целиком.

Или дело в шоке, который он испытал, чуть не упав? Его затошнило.

Он был уверен, что ему станет легче, если его сейчас вырвет, но не мог заставить себя это сделать, потому что не хотел портить то, что съел.

Он забрался на чистую кровать, на которой не было никаких вещей. Вытянув руки и ноги, он безучастно уставился в потолок, и его веки то и дело опускались.

Не то чтобы он не выспался, но почему его так клонило в сон?

Может, он слишком много съел?

Или мясо было слишком нежным?

Даже мысли его путались от сонливости.

Джингём зевнул так широко, что чуть не порвал рот, потом повернулся на бок и лёг. Он слышал, что после еды лучше ложиться на левый бок. Он вытер слезы, выступившие из-за зевоты, и, стараясь не обращать внимания на урчание в животе, заснул.

Сколько он проспал прежде, чем Джингём проснулся от шума? Он вернулся домой раньше и включил свет, но тот снова погас.

Джингём медленно моргнул, глядя на свет, проникающий из гостиной, и сел на кровати.

Шорох продолжался.

– Джинву?

– Ты не спишь?

– Почему ты не включил свет или что-то ещё?

– Я боялся, что ты проснёшься, поэтому не стал включать.

От этих слов у Джингёма сжалось сердце.

Что же такого натворил Бэк Джингём, что Джинву даже не мог включить свет в доме, куда вернулся после работы?

Нахмурившись, Джингём встал с кровати, включил все выключатели и залил дом светом.

– С этого момента я буду включать свет, даже если собираюсь спать. Если всё время сидеть в темноте, это навредит твоим глазам.

– Хорошо, – Джинву нерешительно ответил, и Джингём усмехнулся, заметив пакет в руке Джинву.

– Что ты делаешь?

– О... Я нашёл кое-что, чего раньше не видел.

Джинву пришёл сразу после работы домой и обнаружил Джингёма, спящим на кровати. Его дыхание было ровным, и не было никаких признаков потения или стонов от боли.

Когда он услышал ранее, что его сердце учащенно бьётся, ему захотелось немедленно броситься к нему. Особенно после вчерашнего, когда он так и не смог рассказать Джингёму о том, что произошло, пока он спал.

Когда они гуляли с Хунилем, он упомянул, что в нынешнем состоянии Джингёма не стоит делать операцию. Его иммунная система слишком слаба, поэтому, даже если операция пройдёт успешно, восстановление будет медленным, и могут возникнуть осложнения.

Хотя срок службы тканевого клапана подходил к концу, операция не требовалась в срочном порядке.

Хуниль несколько раз подчеркнул, что здоровье Джингёма важнее, чем поиск его воспоминаний. С этим Джинву не мог поспорить и промолчал.

В любом случае Джинву считал, что Джингём съел персик по собственной неосторожности.

Поэтому, когда Джингём сказал, что у него болит сердце, Джинву почувствовал, как его собственное сердце сжалось.

К счастью, увидев его в таком состоянии, он понял, что с ним всё в порядке. Он молча посмотрел на спящего Джингём, укрыл его одеялом, выключил свет в спальне и вышел в гостиную.

Он включил лампу в углу и погасил свет в гостиной.

Жизнь в темноте была ему привычна.

И тут он заметил на столе сумку для покупок, которую раньше не видел. Все они были от брендов, которых он раньше не видел... Несмотря на то, что Джингём потерял память, похоже, он не смог отказаться от своей истинной сущности.

Поскольку Джинву не получал никаких сообщений об использовании карты, он подумал, что, возможно, её купил для него директор Сон. Однако у него не было причин отдавать вещи Джингёму.

Когда он открыл пакет с самым знакомым логотипом, внутри оказался аккуратно упакованный свёрток. Пока он доставал его, проснулся Джингём и вышел из комнаты. Джинву положил свёрток обратно в сумку для покупок и коротко выдохнул.

– Это был подарок от директора Сона?

– Да, – Джингём медленно произнёс это, затем громко зевнул, подошёл к Джинву и сел рядом с ним, ссутулившись. Он всё ещё выглядел сонным. – Джинву...

Джинву повернул голову, перекладывая сумку с покупками.

–  Что-то странное с желудком...

В животе, груди и горле всё ещё ощущалась тяжесть. Он явно переел. Он немного подвигался, а потом лёг спать, но, может быть, он лёг слишком рано.

– Где болит? Почему у тебя не работают часы?

– Я уснул сразу после возвращения.

Встав, Джинву надел часы, лежавшие на полке, на левую руку Джингёма. Аккумулятор часов, который не заряжали, почти разрядился.

На лице Джингёма читалась усталость.

Когда Джинву протянул руку и приложил её ко лбу Джингёма, он был тёплым.

– Где именно болит?

Вот почему Бэк Джингём использовал слово «болит» как оружие.

Джинву неустанно старался уберечь Бэк Джингёма от отчаяния. Он отдавал ему всё, делал то, что он хотел, и старался обеспечить ему комфортную жизнь.

Слово «больно», слетевшее с губ Бэк Джингёма, вонзилось в сердце Джинву, как острый нож. Это было то место, которое невозможно было закалить. Но он не мог по-настоящему прочувствовать эту боль. Все чувства Джинву были сосредоточены на Бэк Джингёме.

Джингём почесал живот и большими глазами посмотрел на Джинву.

– Мне не больно, просто я слишком много съел! – быстро сказал он.

Внезапно он понял, что не стоит произносить слово «больно». Когда он звонил Джинву, в его голосе было столько эмоций. Сказать, что ему больно, –значит задеть его за живое. Джингём подумал, что нужно быть осторожнее, и улыбнулся.

– Кажется, я просто перенапрягся. Больше ничего, всё в порядке. Посмотри. У меня нормальный пульс.

Показывая на экран часов, он активно подчёркивал, что с ним всё в порядке.

– Кажется, у меня ещё осталось какое-то лекарство для пищеварения с прошлого раза.

Джинву убрал руку со лба и встал. Несмотря на то, что Джингём говорил, что с ним всё в порядке, его напряженное выражение лица не изменилось.

Джингём наблюдал за спиной Джинву, пока тот искал лекарство для улучшения пищеварения, крепко сжимая его между большим и указательным пальцами.

Он был уверен, что ему нужно изменить отношение Джинву к Бэк Джингёму, пусть даже немного.

Между ними никогда не могло быть хороших отношений.

В ситуации, когда он знал Бэк Джингёма только как злодея и знал сюжет романа в общих чертах, это было невероятным везением, что кто-то о нём позаботился. Тем не менее это казалось неправильным.

Тогда как же ему наладить эти отношения?

Джингём вытянул губы трубочкой и подвигал ими влево-вправо.

Во-первых, он хотел сказать Джинву, чтобы тот не слишком о нём заботился и не переутомлялся ради него.

А сейчас ему было неловко из-за того, что он включил старую лампу, которая давала слабый свет, вместо того чтобы включить основной свет.

Несмотря на то, что он сказал это сразу, он понимал, что для решения проблемы потребуется ещё несколько попыток.

То, что повторяется в течение длительного времени, становится привычкой. Зная, что он не сможет изменить ситуацию за короткий срок, он должен был менять её постепенно, как если бы учился.

– Хён, съешь это.

Пока Джингём размышлял, Джинву протянул ему стаканчик с лекарством для улучшения пищеварения и водой. Взглянув на таблетку, Джингём округлил глаза, его рот наполнился слюной, а щёки раздулись. Он подцепил таблетку губами и проглотил. Проглотив, он высунул язык и с отвращением посмотрел на застрявшую в горле таблетку. Джингём со слезами на глазах смотрел на воду в чашке, крепко зажмурился, заставил себя сглотнуть и снова проглотил воду со слезами на глазах. На этот раз таблетка прошла через горло, но горечь, которая осталась во рту, была такой сильной, что стало трудно дышать.

– Уф..

Его не тошнило, но после того, как Джингём залпом проглотил воду и горькую таблетку, этот звук вырвался непроизвольно.

Джинву взял с полки шоколадку и развернул её. Шелест обертки привлёк внимание Джингёма.

– Ах! – Джингём широко раскрыл рот, словно умоляя Джинву дать ему шоколадку. Но вместо того, чтобы оказаться во рту Джингёма, соблазнительная шоколадка оказалась во рту Джинву. – Что это такое?!

– Что?!

– Я думал, ты мне её отдашь!

Нахмуренный вид Джингёма наконец заставил Джинву улыбнуться.

Бледность Джингёма из-за проблем с желудком была не такой серьёзной как казалось, и Джинву знал об этом с самого начала. Более того, Джингём так естественно открыл рот, что Джинву и представить себе не мог. Джинву языком переместил шоколадку в другую сторону. Он почувствовал горько-сладкий вкус, которого давно не ощущал, ведь обычно он не наслаждался сладким.

– Точно, это вкусно.

Этот шоколад лежал у них довольно давно. Джинву не дал его съесть, потому что в нём был кофеин.

Джингём, встав со своего места, оглядел полку, с которой Джинву взял шоколад. Он покрутил головой, но ничего не нашёл.

– Больше ничего нет? Это была последняя?

– Да. Она была последней.

– Вкусно?

Услышав, что это последняя плитка, Джингём взглянул на Джинву, явно желая получить немного шоколада. Губы Джинву растянулись в улыбке.

– Однако там есть конфеты.

– Могу я взять немного? Я не буду много есть, только одну. Ладно? У меня во рту так горько...

Он выглядел таким жалким, когда говорил, сложив руки вместе, что Джинву не смог сдержать смех. Его настроение, которое немного улучшилось, когда он нашёл пакет с покупками, резко ухудшилось при упоминании о том, что ему больно. Но когда он увидел, как Джингём смотрит на него снизу вверх и просит всего одну конфету, всё остальное показалось ему таким незначительным.

Он просто хотел, чтобы Джингём был здоров и всегда был рядом.

Джингём лёг на кровать, а Джинву расстелил одеяло на полу и устроился там. Джинву, похоже, было неуютно спать в комнате, и он постоянно ворочался.

– Раз уж мы спим на кровати...

– Я могу спать на полу, а вот ты – нет. Если ты будешь спать на полу, а не на кровати, на следующий день у тебя всё будет болеть.

– Когда мы переедем, купим кровать побольше. ... Нет, к тому времени у каждого из нас будут свои комнаты.

Джингём предложил купить одинаковые дверные таблички и поставить в гостиной большой диван и телевизор. Он также предложил поставить на кухне обеденный стол и сделать место для хранения закусок.

На лице Джинву, который до этого смотрел в потолок, появилась лёгкая, но довольная улыбка.

– Давай купим стиральную машину с барабаном и сушилку. Тогда мы сможем сразу сушить одежду.

– Это было бы удобно

– Да? И ещё нам нужен стайлер... О, может, нам стоит снять квартиру с тремя комнатами? Один для шкафа, чтобы развесить всю твою одежду.

– А разве у тебя не больше одежды, чем у меня?

Джингём, который лежал на боку и смотрел на Джинву, уткнулся лицом в подушку и зажмурился. У Джинву действительно могло быть больше одежды, чем у него, поэтому он ничего не ответил. Несколько раз надув губы, он снова заговорил.

– Когда мы гуляли по торговому центру, там было столько вещей, которые отлично смотрелись бы на тебе. Но у меня не хватило денег, чтобы их купить.

– Надо было купить то, что ты хотел. Я же говорил тебе пользоваться картой.

Джинву, который лежал на спине, повернулся на бок. Его взгляд встретился со взглядом Джингёма, который лежал на кровати.

Несмотря на выключенный свет, уличные фонари за окном слабо освещали комнату. Было достаточно светло, чтобы видеть лица друг друга.

– Я тоже хотел их купить. Но, не зная размер, запомнил магазин, чтобы вернуться позже.

Магазин, в котором они выбрали костюмы. Несмотря на высокую цену, они были очень элегантными. И ткань приятная наощупь. Там было много вещей, которые хорошо подошли бы Джинву.

Если он продаст то, что у него есть, денег точно хватит на костюмы. Завтра Джингём планирует узнать полную стоимость в интернете и выставить товар на продажу в Carrot Market. На эти деньги он собирался купить Джинву мяса, одежды и обуви. Он также подумывал о том, чтобы вместе с ним выплатить долг. Он решил не торопиться и сначала разобраться, что можно сделать с его нынешним телом.

Впервые за долгое время Джингём спал дома. После двух ночей в больнице пробуждение в домашней обстановке было таким приятным.

Прошлой ночью они уснули, болтая о разных вещах.

Он смутно помнил, как утром проснулся от звонка будильника, а потом Джинву погладил его по голове, и Джингём снова уснул.

Когда он посмотрел на часы, было уже 10 утра.

Джингём нахмурился и потянулся, лёжа на кровати.

– Уф.. Ай! – он нарочно пошумел, ворочаясь, прежде чем встать. Затылок у него затек от неудобной позы. Рассеянно моргнув, он выпрямился. – Ну ладно!

Он заранее спланировал, что будет делать сегодня, поэтому ему нужно было поторопиться.

Несмотря на то, что он был занят сборами на работу, Джинву успел приготовить еду и оставить её на столе. Там были и рагу, и гарниры. Джингём не был голоден, так как только что проснулся. Кроме того, он принял лекарство для улучшения пищеварения, но вчерашняя еда еще не переварилась.

Он посмотрел на обеденный стол и решил поесть позже. Сначала он тщательно вымылся, выяснив, как включить бойлер несмотря на то, что дрожал от холода.

Обернув голову полотенцем, он широко распахнул дверь. Небо было невероятно чистым, без малейшего следа пыли.

Хотя он и упомянул о вчерашнем переезде, он чувствовал, что было бы жаль больше не видеть открывающийся вид.

Джингём улыбнулся и, держа в руках газету, которую он нашёл во время уборки в прошлый раз, вышел на улицу.

Он решил, что лучше фотографировать на улице, а не в помещении.

Поскольку фоном не могли служить газеты, он расстелил достаточно бумаги, чтобы хватило места для предметов, и аккуратно всё расставил.

Наконец-то еда, которая не переварилась вчера, пошла на пользу. Джингём отрыгнул. После этого ему стало немного легче.

Джингём аккуратно сложил пыльную коробку, стоявшую в углу на крыше, и накрыл её дешёвой на вид золотистой тканью. С какой стороны ни посмотри, это явно была упаковочная ткань из набора для праздничных подарков.

– Xм.

Джингём сделал несколько снимков, проверяя их один за другим. Просматривая фотографии...

– Ух ты. Я неплохо справился. У меня талант к этому.

Снимки получились довольно хорошими. Если бы фон был получше, из них получились бы отличные продающие фотографии.

Довольный собой, Джингём слегка кивнул.

К тому времени, как Джингём закончил фотографировать, уже наступил обед, и он с удовольствием поел то, что приготовил Джинву. Учитывая, сколько он съел, Джинву, похоже приготовил ровно столько, сколько нужно. Он был занят с самого утра и съел всё до последней крошки.

Сделав все фотографии, Джингём убрал вещи обратно в дом.

«...Наверное, мне не нужно тренироваться?»

Даже просто ходить туда-сюда от входа было утомительно. К тому же от долгого пребывания на солнце у него кружилась голова.

Перетащив все вещи, Джингём добрёл до кровати и рухнул на неё.

«Слабое тело! Неужели главное – это красота?»

Джингём замолотил кулаками и ногами в воздухе, а потом обмяк.

– О... поиск.

Джингём поспешно подключил телефон к зарядке. Если бы у него был компьютер или ноутбук, искать было бы проще, но здесь ничего такого не было. Поэтому ему пришлось искать цены в телефоне. Пока Джингём искал названия товаров, которые записал, делая фотографии, он внимательно изучал цены как на новые, так и на подержанные вещи.

Вместо того, чтобы завышать цену и не продать товар, он снизил её, надеясь, что он быстро уйдёт с рук. Вскоре он начала получать сообщения.

Как только приходило одно сообщение, за ним следовало другое. Некоторые сообщения касались одного и того же товара. Он отвечал тем, кто хотел заключить сделку без торга.

Поскольку Джингём мог взять с собой только ограниченное количество денег, он договорился о встрече с теми, кто мог купить сегодня.

Внизу, у подножия холма, был большой рынок. Джингём договорился о встрече там и сложил обувь, которую собирался продать, в хозяйственную сумку.

Чтобы не запутаться, он пометил каждый товар стикером с названием и ценой.

«Погода хорошая».

Воздух был свежим, а небо – ясным. Вспомнив, как у него кружилась голова, он надел кепку. Осторожность не помешает.

Что бы Джингём не думал об этом, его тело казалось не просто больным, но и изначально слабым.

Когда Джингём стоял возле рынка и ждал назначенного времени, к нему кто-то подошел.

«Школьник?»

Почему студент в униформе пришёл на рынок в такое время?

Увидев его недоумение, школьник неловко почесал затылок.

– Я просто ненадолго вышел, мне нужно поскорее вернуться.

– A... ну ладно.

Они проверили товар на месте, и Джингём получил наличные. Поскольку он не знал ни номера своего счёта, ни пароля, он настоял на том, чтобы расплатиться наличными. Так в его кошельке появилось 90 000 вон.

– Береги себя, – Джингём улыбнулся на прощание, и ученик слегка поклонился прежде, чем убежать.

После этого он совершила ещё четыре сделки.

Большинство его вещей стоили дорого, так что его кошелек быстро пополнился. Однако заработок на продаже вещей имеет свои пределы.

Кроме того, он испытывал лёгкое чувство вины, ведь это были подарки от рыбок из пруда Бэк Джингёма.

И всё же это были практически первые деньги, которые он заработал. Хоть это и был не самый лучший способ...

– Мясо, мясо. Самгёпсаль, – тихо напевая, Джингём зашёл в магазин, чтобы купить самгёпсаль и листовые овощи.

Сегодня на ужин будет самгёпсаль.

Джингём выбрал это блюдо, потому что слышал, что Джинву любит мясо. Конечно, он тоже хотел его попробовать.

Вернувшись домой и разложив продукты по местам, он сложил всё, что собирался продать завтра, в одном месте. Затем он лёг на кровать и открыл приложение для поиска работы.

Судя по всему, в этом возрасте у него ещё не было подработки, потому что у него даже не было аккаунта на сайте с вакансиями.

К счастью, у Джингёма была при себе регистрация по месту жительства, так что зарегистрироваться было несложно. В какой-то момент он не знал свой номер телефона, поэтому пришлось проверить данные в телефоне.

«Я ничего не знаю».

Ему нужно было написать резюме, но писать было нечего. У него даже не было фотографии.

Джингём не знал, какую школу окончил, и почти не помнил о своем происхождении. Он помнил, что его мама сбежала, когда он был маленьким, и он жил с отцом. Из-за больничных счетов Бэк Джингёма его отец начал брать деньги в долг и в конце концов пристрастился к азартным играм, чтобы расплатиться с кредиторами, а потом и вовсе исчез.

Только благодаря Бэк Джинву они могли хоть как-то сводить концы с концами.

Более того, долг, который взял на себя их отец, перешёл к детям, и им снова пришлось брать в долг, чтобы оплатить счета за лечение Бэк Джингёма прежде, чем они погасили предыдущий долг.

«Долг порождает долг, который порождает ещё больший долг, и в конце концов – ещё больше долгов!»

Лежа на кровати и глядя на экран с резюме, Джингём заполнил только имя, возраст, номер телефона и адрес. Даже если бы он написал что-то ещё, раздел о карьере остался бы пустым.

«Ничего страшного. Меня возьмут на работу из-за моей внешности».

Это была безосновательная уверенность.

«Когда вернётся Джинву?»

Джингём собирался поджарить самгёпсаль, когда Джинву вернётся домой, но не спросил, во сколько он вернётся. К тому же у него был ненормированный рабочий день.

Такие условия работы явно нарушали трудовое законодательство. Должно быть, всё дело в том, что его работодателем был Так Вонбом.

Пока он думал о Джинву, в голове всплыл вопрос, который не давал ему покоя.

Был ли Бэк Джинву счастлив после того, как исчез Бэк Джингём, его единственное слабое место, которое он должен был защищать?

Действительно ли Так Вонбом искренне любил Бэк Джинву?

Были ли они счастливы в своих концовках?

Он не дочитала «Грея», поэтому не знал ответов.

«Ну... теперь это не важно!»

Ему было любопытно, но это не самое главное. Он надеялась, что «настоящее» Джинву будет счастливым.

«Всю жизнь его кто-то направлял. Жить, не имея опоры, было бы ужасно».

Хоть он и не был настоящим Бэк Джингёмом, он надеялась, что Джинву будет счастлив и забудет о болезненных моментах.

Немного полежав, Джингём встал, чтобы сделать фотографию на удостоверение личности. Такие вещи лучше делать, когда есть мотивация. Если откладывать, это начинает раздражать.

Когда он вышел на улицу, солнце светило ещё ярче. Щурясь от яркого света, он как следует запер входную дверь. Это хрупкий дом с редкой для наших дней стеклянной дверью, через которую ворам легко проникнуть внутрь.

«Действительно... какой бы красивый вид ни открывался, мне нужно переезжать».

Если бы у него было здоровое тело, ему было бы всё равно, где жить. Но это тело было слишком хрупким. После обеда он подавился водой и закашлялась, на собственном опыте убедившись, что от кашля можно умереть. Когда простужаешься, при кашле кажется, что легкие сдавливает. Вот так и было.

Вчера было еще хуже.

«Для чрезмерной опеки была причина...»

Должно быть, всё происходило по замыслу Бэк Джингёма, но наличие такого слабого члена семьи, конечно, требовало чрезмерной опеки.

Проверив постоянные сообщения от Carrot Marcet, он нашёл фотостудию и сделал фотографию на удостоверение личности. Джингём думал, что печать займёт больше времени, но всё произошло быстро, так что он сел и стал ждать, оглядываясь по сторонам.

«Возможно, я мог бы стать моделью».

Несмотря на невысокий рост, он мог бы стать моделью для рекламы или интернет-магазинов, а не для подиума.

Пока он размышлял, какая работа ему подошла бы, ему вдруг пришла в голову одна профессия. Секретарь. Та же работа, что сейчас у Джинву.

«Сертификация...»

Наличие соответствующего сертификата, безусловно, было бы преимуществом. Конечно, он не знал, есть ли у него какие-либо сертификаты и какое у него образование, поэтому быстро отказался от этой идеи.

Вскоре он получил распечатанную фотографию на удостоверение личности.

«...На самом деле в этом нет ничего постыдного».

Джингём поблагодарил фотографа, расплатился и вышел на улицу. По дороге домой он достал фотографию на удостоверение личности и сфотографировал её на фоне неба. Затем он отправил сообщение Джинву.

16:2З

Я: Фото.

Бэк Джинву: Ты сделал фото на паспорт.

16:24

Я: Как я выгляжу? Симпатично, правда?

Бэк Джину: Да. Ты очень красивый.

16:24

Я: Смайлик с эмоцией радости.

16:24

Я: В какое время ты вернёшься?

Бэк Джину: В шесть. Что мне взять с собой?

16:24

Увидев ответ, он слегка приподнял уголки губ.

16:26

Я: У меня есть самгёпсаль! Приезжай прямо сейчас.

Бэк Джину: Понял. Сейчас буду.

16.26

Я: Смайлик с широкой улыбкой.

Джингём то и дело переключался между этим сообщением и тем, которое только что отправил. Настроение было совсем другим.

В предыдущем сообщении тон Бэк Джингёма был командным, а тон Бэк Джинву – обеспокоенным, но в то же время несколько формальным. В сообщении даже стояла точка, которая редко встречалась в их переписке. Казалось, она идеально отражает характер Джинву.

Он очень хотел, чтобы Джинву поскорее приехал, и они вместе приготовили самгёпсаль.

Он совсем забыл о том, как однажды потерял сознание из-за аллергии или проблем с пищеварением после того, как съел слишком много Ханву.

***

Джинву давно так крепко не спал. В последнее время он ворочался с боку на бок из-за беспокойства за Джингёма. И хотя бессонницей это не назовёшь, обычно он спал чутко. Но сегодня он спал крепко.

Он проснулся по привычному будильнику и первым делом проверил, не проснулся ли Джингём.

Несмотря на то, что ему долго не удавалось заснуть после того, как он засыпал, сон его был крепким, и обычно он не просыпался от будильника.

Но, возможно, из-за того, что вчера он долго спал, Джингём ворочался.

– Спи ещё.

– ...Правда?

– Да. Я приготовлю завтрак. Обязательно поешь.

– Хорошо.

Джингём, не в силах открыть глаза, пробормотал что-то и снова уснул. Джинву аккуратно укрыл его тонким одеялом и вышел из комнаты. С тех пор, как они переехали сюда, он редко спал в этой комнате.

Сначала они спали вместе, но по мере того, как их вещей становилось всё больше, его вытеснили в гостиную.

Было довольно странно лежать на кровати, укрывшись одеялом. И всё же он не мог сдержать улыбку.

Джинву продолжал улыбаться, пока готовил завтрак.

Он приготовил токпокки, которое так любил Джингём, а также поджарил немного ветчины. Чтобы не переборщить с солью, он взял ветчину с низким содержанием натрия и отрезал всего несколько кусочков.

Перед тем, как уйти, он приоткрыл дверь, чтобы заглянуть внутрь.

– Я ухожу, – так он обычно прощался со спящим Бэк Джингёмом.

Обычно он говорил это с нейтральным выражением лица, но сегодня всё было по-другому. С его губ не сходила улыбка.

Джинву перекинул пиджак через руку и собрал все пакеты с покупками, которые он сложил в углу перед сном. Их Джингёму дал директор Сон.

Накануне вечером Джинву предложил Джингёму вернуть их.

Очевидно, что это были дорогие вещи, и он предложил их на случай, если что-то случится. Поразмыслив, Джингём коротко кивнул. Он сказал, что вернёт их сам, но Джинву настоял на том, чтобы на следующий день отвезти их в офис.

Джингём не выказал особого энтузиазма. Конечно, причина была не в том, о чём подумал Джинву. Джинву решил, что Джингём не хочет расставаться с вещами, но на самом деле тот переживал, что Джинву снова поссорится с Сухёком.

Поэтому в то утро Джинву отправился на работу с пакетами из магазина, привлекая всеобщее внимание. В автобусе и метро пакеты сдавливало в толпе, но, к счастью, они не порвались.

– Что это такое?

Джинву обернулся на звук позади себя. Это был директор Так.

Взгляд Вонбома был прикован к пакетам с логотипами люксовых брендов в руках Джинву.

Джинву слегка поклонился, крепко сжимая смятые пакеты.

– Здравствуйте, директор Так.

– Что это такое? Я не помню, чтобы дарил тебе что-то подобное.

Пакеты были слишком дорогими, чтобы утверждать, что Джинву купил их сам.

Также маловероятно, что его секретарь выполнял чьи-то поручения. Значит...

– Это вещи Бэк Джингёма? – с угрозой в голосе спросил Вонбом. Если нет, то зачем Джинву такие сумки? Ему не нравилось, что Джинву до сих пор цепляется за Бэк Джингёма несмотря на то, что тот помыкал им всю жизнь.

Несмотря на то, что после потери памяти он изменился, никто не мог сказать, когда он вернётся к своим прежним привычкам.

От его тона любой бы вздрогнул или попятился, но Джинву спокойно ответил: – Нет, это от директора Сона.

– Я не ослышался? Почему ты говоришь о директоре Соне?

Его крупная фигура заслонила Джинву.

Такой разговор или такое поведение не должны были происходить в оживленном вестибюле в час пик.

Тем более между директором и его личным секретарём.

Остальные сотрудники изо всех сил старались делать вид, что ничего не замечают. Чувствуя на себе взгляды коллег, Джинву не хотел вступать в бессмысленные споры.

– Я объясню наверху. Сначала мне нужно оставить это директору Сону.

Джинву зашёл в лифт. И нажал на кнопку открытия лифта, жестом приглашая Така войти.

Сотрудники не хотели ехать в одном лифте с директором Таком, поэтому подождали, пока они поднимутся.

Поскольку кабинеты директора Така и директора Сона находились на разных этажах, Джинву вышел первым.

– Увидимся позже.

Вонбом всё ещё выглядел недовольным, но пока решил промолчать.

В кабинете, который ещё не успел принять своего хозяина, находился секретарь.

Хотя Джинву тоже был секретарем, его лично нанял директор Так, поэтому он не был близок с секретарями, работавшими в компании по найму. Напротив, они смотрели на Джинву свысока, считая его выскочкой, и недолюбливали его.

Секретарь отнёс вещи, которые принёс Джинву, прямо в кабинет директора.

Всё было в порядке, пока Сухёк только что вошедший в кабинет, не поднял брови при виде них. Но тут возникла проблема.

Сухёк взял все сумки и направился в кабинет Вонбома.

– Директор! – секретарь Ян попытался остановить директора Сона, который ворвался в кабинет, даже никого не предупредив. Но тот был слишком быстр. Секретарь Ян, едва не столкнувшийся с ним, смущённо оглядел кабинет.

Вонбом отложил ручку, которую держал в руках, и взглядом дал понять секретарю Яну, чтобы тот уходил. Рядом с ним стоял Джинву.

Сухёк бросил на стол многочисленные пакеты с покупками.

– Вернув их в таком виде, ты заставляешь меня чувствовать себя немного разочарованным. Они предназначены не для секретаря Бэка. Они предназначены для Бэк Джингёма. Секретарю Бэку не нужно было приносить их.

Хотя он улыбался, это было явное предупреждение.

Ему не нравилось, что Джинву вмешивается в его дела.

Джинву, под его холодным взглядом, ответил, не теряя самообладания.

–  Мой брат сказал мне принести их. Я всегда прислушиваюсь к своему брату.

– Я знаю. Бэк Джинву слушается Бэк Джингёма, как преданный щенок. Если Джингём сказал тебе принести их, я ничего не могу с собой поделать, – Сухёк подобрал брошенные им сумки.

Когда он уже собирался уходить, Джинву спросил его:

– Ты интересуешься моим братом?

– Да, очень. В последнее время он довольно забавный.

– Мой брат не игрушка.

Джинву провёл год рядом с директором Таком. В это время он также наблюдал за Сухёком. Он был не из тех, кто по-настоящему интересуется кем-то вроде его брата. Он встречался и с мужчинами, и с женщинами, но Джинву ни разу не видел его в серьёзных, долгосрочных отношениях.

Люди стремились заполучить Сухёка, потому что он был неуловимым и его трудно было поймать, несмотря на его неразборчивость в связях.

Поскольку всем его поступкам двигал интерес, поначалу он проявлял интерес и к Джинву. Но этот интерес быстро угас, возможно, из-за того, что рядом с ним теперь был другой человек.

То же самое произошло с Бэк Джингёмом. Поначалу ему было любопытно, но вскоре его интерес угаснет.

Но теперь он заявил, что ему интересно и весело? Как на это реагировать Джинву?

Это действительно было странно.

Несмотря на то, что Сухёк общался с Вонбомом, он ни разу не был ни у них дома, ни в больнице.

Но в тот день он поехал с ними в больницу.

Что же произошло в тот день?

Внезапно Джинву подумал, что, возможно, случилось что-то, о чём он не знает.

Должно быть, его брат сделал что-то, что привлекло внимание этого человека.

Конечно, он понятия не имел, что именно.

«Как мне от него избавиться?»

Джингём потерял память.

Раньше он возводил вокруг себя непроницаемый барьер или подпускал к себе людей настолько близко, чтобы воспользоваться ситуацией, но теперь Джинву не мог предугадать его реакцию.

Даже вчера они вместе ходили в торговый центр, обедали и купили столько всего, но Джингём без колебаний кивнул, когда Джинву предложил вернуть покупки.

Джингём действительно изменился. Это было неоспоримо.

Неужели это так заинтересовало Сухёка?

Джинву прищурился и внимательно посмотрел на Сухёка. Тот, который до этого смотрел в сторону, слегка повернул голову, чтобы показать свой профиль.

– Точно. Он не игрушка. В этом и интерес. Никогда не знаешь, что он сделает в следующий раз.

***

Как только Джинву вернулся с работы, он усадил Джингёма и показал ему кучу видео. Большинство из них были посвящены самообороне. Он даже ввёл в поисковую строку слово «самооборона». Это было лучшее, что он смог найти по дороге домой.

[Как вырваться, если кто-то схватил вас сзади!]

[Эффективные приёмы из реальной жизни!]

[Столкнулись с грабителем? Это повысит ваши шансы на спасение на 200%!]

[Вас схватили за шиворот? Вот как вырваться за 5 секунд]

Названия были простыми и серьёзными, с какой стороны ни посмотри.

Лицо Джингёма было угрюмым, пока он смотрел видео с инструкциями о том, как вести себя при встрече с извращенцами. Пока он смотрел это видео, поедая свиную грудинку на гриле, он не переставал жаловаться.

Поскольку на крыше не было скамейки, они расстелили на улице коврик, поставили сковороду на газовую плиту и пожарили мясо. Шипение свиной грудинки должно было бы вызывать аппетит, но его заглушал шум телефона, из-за чего казалось, что это просто брызги масла.

Джингём, который собирался сам накрыть на стол и поджарить свиную грудинку к приходу Джинву, в итоге просто сидел и смотрел в экран телефона.

Несмотря на то, что Джингём ворчал, Джинву продолжал жарить мясо и настаивал, чтобы тот досмотрел до конца, включая следующее видео. Джингём неохотно смотрел, пока Джинву кормил его мясными рулетами.

– В будущем, если кто-то приблизится к тебе… нет, любой человек, ударь его по голени.

– А что, если я стану преступником?

– Я отправлюсь в тюрьму вместе с тобой.

Джингём опешил от такого быстрого ответа и, широко раскрыв глаза, посмотрел на Джинву.

– Нет, мы должны сделать так, чтобы ты не стал преступником. Идея отправиться в тюрьму вместе...

Обычно он не такой безрассудный...

Щёки Джингёма раздулись, во рту у него был кусок еды. Джинву усмехнулся и быстро перевернул мясо.

Затем он протянул руку и схватил Джингёма за бедро. Его большая рука почти полностью обхватила бедро Джингёма.

– Не думай об этом. Просто делай то, что видишь на видео. Если не можешь использовать руки, используй ноги. Если не можешь использовать ноги, согни руку в кулак и бей под подбородок. Понятно?

– Почему ты так говоришь?

Взгляд Джинву, прикованный к Джингёму, был полон решимости и серьёзности.

– Потому что мир слишком жесток.

Джинву стиснул зубы. Поведение директора Сона в компании сегодня заставило его ещё больше встревожиться.

Если бы он не был начальником, Джинву швырнул бы ему в лицо пакеты с покупками. К счастью, поскольку они работали в одной компании, он ограничился тем, что принес их в офис.

Он совершенно не мог смириться с тем, что директор Сон обращается к Джингёму просто из любопытства.

Когда Джингём ответил, что ходил в торговый центр с директором Соном, потому что у него «нет друзей», и что они поели вместе, потому что он «купил мяса», Джинву захотелось ударить по лбу. Конечно, по своему собственному лбу, а не по лбу Джингёма.

Услышав это, он понял, что больше не может относиться к Джингёму как к обычному Джингёму.

Джинву снова заскрежетал зубами, вспомнив вчерашние события.

Казалось, он забыл о своей настороженности по отношению к людям вместе с воспоминаниями.

Несмотря на это, он аккуратно поджарил мясо, чтобы оно не подгорело, и сделал ролл с рисом, ссамджаном и различными овощами, чтобы угостить Джингёма.

Джингём жевал большую булочку, от чего его щеки раздувались, и работал обеими челюстями.

– Сколько мне ещё это смотреть?

– Смотри, пока не ляжешь спать. Если будешь продолжать смотреть, это останется с тобой даже неосознанно.

Джингём ворчал, как будто не хотел смотреть, но Джинву был непреклонен.

Только убедившись, что Джингём просмотрел выбранные видео по самообороне, Джинву наконец отложил телефон в сторону. К тому времени свиная грудинка уже исчезла.

Джинву мыл посуду. Джингём вызвался помочь, но ему велели продолжать смотреть видео.

Даже когда Джингём ел фрукты, которые Джинву купил на десерт, ему приходилось смотреть видео.

К счастью, опасения Джинву по поводу визита Сухёка не оправдались.

С помощью Джинву Джингём смог заполнить резюме.

Поскольку приближалась повторная операция, он сосредоточилась на поиске краткосрочных подработок. Помимо того, что он продавал обувь в Carrot Marcet, Джингём начал приводить в порядок одежду на вешалках.

Джингём думал, что наличие фотографии в резюме поможет ему получить работу по внешности, но мир не так прост. Ему часто отказывали в приёме на работу просто потому, что у него не было опыта работы на неполную ставку. Какого опыта они могли ожидать от 24-летнего парня?

Сегодня Джингём тупо смотрел на свой телефон, на который никто не звонил, и просматривал недавно опубликованные объявления о вакансиях.

Несмотря на то, что было много вакансий с частичной занятостью в сфере блогинга с возможностью удалённой работы, ему пришлось их пропустить из-за отсутствия ноутбука.

Были также вакансии офис-менеджеров, но он не мог подать заявку, потому что у него не было необходимых навыков.

Пролистывая дальше, Джингём увидел заголовок, который привлёк его внимание:

Распространение флаеров/ почасовая оплата 15 000 вон/ возможен краткосрочный контракт / приветствуются новички / оплата в день получения.

Здесь было всё, что хотел Джингём. Не раздумывая, он нажал на объявление.

Первое, что бросилось ему в глаза, – отсутствие ограничений по полу возрасту или уровню образования.

Ниже он увидел очень простое описание вакансии:

работа на неполную ставку по распространению рекламных листовок с 13:00 до 16:00 (3 часа в день);

почасовая оплата 15 000 вон.

Временных подработок на неполный день оказалось не так много, как он надеялся, а поскольку Джинву настоял на том, чтобы он не переутомлялся ради своего здоровья, ему пришлось искать несложную работу.

Найти что-то подходящее оказалось сложнее, чем он ожидал, поэтому, когда он увидел объявление «без ограничений», он понял, что это его шанс.

Это было недалеко от дома, и даже без учёта транспортных расходов 45 000 вон в день были неплохим заработком.

Джингём, словно завороженный, нажал на кнопку онлайн-заявки.

Раздавать листовки было несложно, так что он решил, что и Джинву тоже не будет против.

Вскоре после подачи заявки он получил сообщение с просьбой прийти на следующий день.

Джингём тут же ответил: «До завтра!»

Он подумал, не слишком ли быстро отправил ответ, но махнул рукой и замурлыкал какую-то мелодию, стоя перед вешалками и решая, что надеть.

Хотя он уже снял одежду, которую собирался продать, у него ещё оставалось много вещей.

«Что мне надеть?»

Поскольку ему предстояло стоять на улице, нужно было выбрать что-то удобное. Одежда Джингёма была в основном тёмной или с узорами, и простых вариантов было немного. Он выбрал несколько белых рубашек и хлопковые брюки цвета слоновой кости. Для распространения листовок важно было произвести хорошее первое впечатление.

В тот же вечер Джингём сразу же поделился радостной новостью с Джинву.

Джинву, дегустировавший рагу, от удивления выронил ложку.

– Как называется компания?

– Daeshin Flyer Service!

– Распространение флаеров... Разве ты не хотел подрабатывать в круглосуточном магазине или кафе?

– На вакансии с частичной занятостью, на которые я откликался, никто не отвечал. Эта вакансия была доступна всего один день, поэтому я подал заявку, и мне предложили приступить к работе завтра.

Джинву выключил газовую плиту и сел рядом с Джингёмом, который смотрел в телефон. Затем он схватил Джингёма за руку и потянул вниз.

Несмотря на то, что ему велели ничего не делать из-за слабости, Джинву вчера упрямо настаивал на том, чтобы помочь ему с резюме.

Но найти работу так быстро…

– Что это за место?

– Они просто раздают листовки.

– Покажи мне объявление с вакансией.

– Объявление о вакансии? Вот оно, – Джингём открыл приложение и показал объявление о вакансии.

Судя по всему, оно было от довольно крупной компании, поскольку рядом с названием было указано кредитное рейтинговое агентство. Знак кредитного рейтинга присваивается компании после проверки её регистрации и статуса в кредитном рейтинговом агентстве. Другими словами, это знак, подтверждающий, что компания является легальным предприятием.

– Почасовая оплата – 15 000 вон? В большинстве мест платят 10 000 вон, но здесь на 5000 вон больше.

– Разве это не значит, что работа сложнее?

– Не знаю. Но это не на всю жизнь, всего три часа в день. Не так уж плохо. Если через несколько дней станет совсем тяжело, я уйду.

– Ты правда хочешь работать? Это обязательно?

– Я уже говорил тебе вчера. Мне надоело все время сидеть дома... я тоже хочу немного подзаработать.

Джинву коротко вздохнул.

Вчера ему не удалось его переубедить. Было ясно, что дальнейшие споры приведут лишь к еще большему обидам.

Но вздох Джинву, похоже, подействовал на Джингёма иначе.

Увидев нахмуренные брови Джингёма, Джинву слегка вздрогнул. Поняв, что, возможно, перегнул палку, он отпустил руку Джингёма и отодвинулся. От этого Джингём нахмурился ещё сильнее. Когда Джинву отодвинулся ещё дальше, Джингём придвинулся ближе, и их колени соприкоснулись.

– Я не слишком напрягаюсь.

– Я знаю... Я просто волнуюсь.

– Я понимаю, что тебя беспокоит. Если что-то покажется странным, я сразу уйду. Я не буду перегибать палку!

Джинву, который говорил так уверенно, неохотно кивнул. Но ему всё равно было не по себе от мысли о том, что он отправляет Джингёма в неизвестность.

– Пришли мне точный адрес, куда ты направляешься. Свяжись со мной сразу после работы. Если что-то пойдёт не так, можешь не брать деньги, просто остановись. С этим проблем быть не должно, верно?

Джингём слегка кивнул, признавая, что это в его силах.

***

Подработка по раздаче листовок пришлась Джингёму по душе. Как только он пришёл, он улыбнулся в ответ на лучезарную улыбку босса.

Он ожидал, что будет жарко, ведь сейчас лето, но всё было в порядке, потому что он мог укрыться в тени деревьев.

С ним работал ещё один человек, но он устроился чуть дальше.

Пока он стоял на месте и раздавал листовки, несколько человек попросили его номер телефона. Джингём постоянно улыбался и решительно отказывался, говоря, что у него нет телефона.

Поскольку это была почасовая оплата, ему пришлось работать 3 часа, но менее чем за час все листовки исчезли.

Когда он стоял с пустыми руками, к нему подошел мужчина из соседнего места.

– Ты уже раздал их все?

–Да, – Джингём кивнул и ответил.

Мужчина, глядя на листовку, которую держал в руках, сложил её пополам и протянул Джингёму.

– На вот, возьми. Мы не успеем раздать их все, если будем торопиться.

– А...

Джингём взял листовку, и на его лице отразилось понимание.

Он не подумал об этом и раздавал листовки без разбора.

Он почти закончил работу на день, заработав всего 15 000 вон за час. Он не забыл поблагодарить мужчину.

Медленно раздавая листовки, он закончил работу, отдал последнюю листовку и вернулся в магазин вместе с мужчиной.

«Daeshin Flyer Service» – компания по распространению листовок, которая занимается их созданием и распространением среди близлежащих предприятий.

Так что работа не закончилась в этот день и, похоже, продолжится.

Менеджер выдал Джингёму деньги за сегодняшнюю работу и спросил, может ли он продолжать. Джингём и мужчина ответили, что могут.

– Спасибо за усердную работу. До завтра.

Когда Джингём попрощался с мужчиной, тот слегка кивнул и тихо сказал: – Да, хорошо поработали, – после чего ушёл.

Выйдя из магазина, Джингём аккуратно положил в кошелёк заработанные сегодня 45 000 вон. Это было гораздо меньше, чем он мог бы заработать, продавая товары в Carrot Marcet, но эти деньги он получил за свои труд.

Зарабатывать физическим трудом было непривычно. Что ещё важнее работа оказалась не такой тяжелой, как он ожидал, так что он решил, что сможет продержаться ещё около месяца.

После этого Джингём продолжал упорно трудиться.

Примерно через неделю он познакомился с Санхуном поближе.

Между ними даже завязалась дружба: после работы они вместе отдыхали и болтали в кафе.

– Джингём, ты сегодня опять работаешь по три часа?

– Да. Всё остальное слишком сложно...

Если бы сейчас была весна или осень, он мог бы работать дольше, но сейчас лето, и от долгого пребывания на улице у него кружилась голова, поэтому он решил не рисковать.

С наступлением летней жары даже в тени его обдувал влажный ветерок. От асфальта исходил сильный жар. Стоило ему замереть на месте, как он тут же потел.

Прижав к себе листовку, он достал из холщовой сумки, перекинутой через плечо, носовой платок.

На белоснежном хлопковом платке был вышит жёлтый цыпленок. Джинву подарил ему его вчера вечером. Когда он спросил, откуда в доме двух взрослых мужчин такой милый платочек, Джинву ответил, что это из коллекции бесплатных вещей. Помимо жёлтого цыпленка, там было ещё три платка с вышивкой в виде животных.

Джингём взял платок, вытер пот со лба и шеи и обмотал его вокруг своей тонкой шеи. Затем он снова полез в сумку, достал бутылку с водой и приложил к лицу. Бутылка со льдом наполовину растаяла.

– Как жарко...

Он решил, что на сегодня хватит. Прошло всего два часа, но его тело предупреждало, что если он продолжит, то может упасть в обморок.

Крепко сжимая листовку, чтобы не уронить, он подошёл к Санхуну, который работал вместе с ним.

– Хён, я сегодня пораньше уйду.

– Почему? Ты же сказал, что будешь работать три часа.

– У меня голова кружится…

Санхун, явно удивлённый, поддразнил его, спросив, не закружилась ли у него голова после двух часов на улице.

Тем не менее он подошёл ближе и проверил, в порядке ли Джингём.

– Давай сходим вместе. Они не будут против, если ты проработаешь меньше часа, ведь в последнее время ты работаешь каждый день.

– Тебе не обязательно приходить только из-за меня.

– Мне тоже жарко. Ты знал, что сегодня объявлено предупреждение о жаре?

Джингём кивнул, показывая, что в курсе. Утром Джинву настоял, чтобы он остался в тени. Бутылку с ледяной водой тоже заморозил и дал с собой Джинву. Хотя Джинву предлагал остаться дома и включить кондиционер, он решил, что в этом нет необходимости, и вышел на улицу.

«Надо было остаться дома...»

Было очевидно, что, следуя советам Джинву, он обычно добивался лучших результатов. Он пришёл к этому осознанию, пусть и не сразу.

– Пойдём.

Санхун взял листовку, которую держал в руках Джингём, и положил её в сумку.

Затем он обнял Джингёма за плечи и повёл его прочь.

Поскольку начальник знал, что сегодня будет жарко, он не стал возражать против того, чтобы закончить работу на час раньше.

Пока Джингём раскладывал полученные листовки, у него закружилась голова от кондиционера, и ему захотелось поскорее уйти домой.

– Я пойду первым, – Джингём поклонился и попрощался, а Санхун быстро последовал за ним.

– Ты тоже сегодня сразу домой?

– Да. Я собираюсь немного отдохнуть.

– О... ты сказал, что у тебя кружится голова, верно? – Санхун, у которого, казалось, было что-то на уме, осторожно открыл рот, наблюдая за реакцией Джингёма. – Ты упоминал, что тебе нужны деньги, верно? Тебе нужно много?

– Всегда лучше иметь больше денег.

– Тогда почему ты работаешь неполный рабочий день c флаерами? Есть и другие варианты.

– Есть обстоятельства, из-за которых мне сложно работать на долгосрочную перспективу. Поэтому я выбрал то, чем могу заниматься недолго. А вы как?

По дороге к автобусной остановке они непринужденно болтали. Обычно они расходились у торгового центра, но сегодня Санхун пошёл за Джингёмом.

– У меня похожая ситуация. Обычно я занимаюсь другой работой, но начал подрабатывать здесь, потому что это было возможно.... Джингём, ты мне как младший брат, так что я тебе кое-что расскажу…

Санхун придвинулся ближе. Джингём, почувствовав жар, попытался отстраниться, но не смог из-за шума вокруг и тихого шёпота Санхуна.

Санхун огляделся по сторонам словно раскрывая тайну, и заговорил вполголоса:

– Недавно я открыл довольно прибыльный бизнес. Это стартап, и с небольшим стартовым капиталом можно добиться успеха. Я занимаюсь этим уже около двух месяцев... В этом месяце я вернул стартовый капитал и заработал ещё 400 000 вон.

– Ого...

– Я даже самым близким друзьям об этом не рассказывал...

– Ты правда можешь поделиться этим со мной?

– Конечно. Мой младший брат служит в армии, он твоего возраста. Я думал о нём и заметил, что тебе тоже не помешали бы деньги, так что я решил тебе рассказать.

При упоминании брата Джингём с тоской посмотрел на Санхуна.

Хоть Джинву и не был ему настоящим братом, Джингём не хотел, чтобы тот страдал, и решил работать. Он хотел по возможности работать на постоянной основе, но из-за приближающейся повторной операции ему ничего не оставалось кроме, как соглашаться на краткосрочную подработку.

Хотя 45 000 вон в день было недостаточно, чтобы расплатиться с долгами или обеспечить Джинву роскошную жизнь, на эти деньги он мог позволить себе хороший ужин. Пока что его это устраивало.

Он упорно откладывал деньги, которые зарабатывал в Carrot Market.

Теперь, когда у него было банковское приложение, он мог использовать свой счёт для транзакций, что позволяло ему продавать больше обуви и одежды. В итоге на его счету скопилась приличная сумма. Он планировал отдать большую часть Джинву, оставив себе лишь небольшую часть.

– Как это работает? Можно мне тоже так сделать?

– Конечно. Хотя для этого нужен начальный капитал, ты сможешь окупить его за месяц-другой и получать дополнительный доход, как я. Я не буду объяснять, просто скажу, что меня с этим познакомили. Хочешь послушать лекцию этого человека?

– Лекция?

– Да. Бизнес-лекция. Давай сходим вместе завтра после работы.

Джингём улыбнулся Санхуну, который ухмылялся в ответ, и кивнул в знак согласия.

***

Обычно Джингём держался на расстоянии от Санхуна и раздавал листовки, но сегодня они были вместе.

В течение трёх часов Санхун без умолку рассказывал о преимуществах своего бизнеса. Он говорил о том, что собственный бизнес прививает чувство ответственности, и уверял, что его ждёт успех, потому что перспективы отличные.

Джингём, который никогда не задумывался о том, чтобы открыть своё дело, был сосредоточен на другом.

На офисных работниках.

Судя по дорамам и фильмам, которые он смотрел, вид офисных работников в костюмах, в том числе Джинву, который каждый день ходил на работу, производил на него неизгладимое впечатление.

Джингём медленно прогуливался мимо высоких зданий.

Несмотря на то, что время обеда уже прошло, на улицах было много офисных работников.

Если бы он сегодня прошёл собеседование, то, возможно, вскоре стал бы одним из тех офисных работников в костюмах, с бейджем на шее и стаканчиком для кофе, который они называли «живительной водой».

«Неужели я тоже скоро стану офисным работником!»

С волнением в сердце он быстро посмотрел на часы.

Возможно, это было психологическое воздействие, но пульс у него был в норме.

– Вон то здание, – Санхун указал на ряд похожих зданий. Это был комплекс, в котором располагалось несколько компаний.

Если бы он пришёл один, то мог бы растеряться, но он шёл за Санхуном.

Поскольку сегодня ему предстояло выслушать деловую презентацию, он перед выходом из дома утолил голод кашей с тунцом и овощами из магазина, где продают каши, надеясь, что во время встречи его желудок не будет урчать.

Он был сыт, а благодаря легкому ветерку день выдался очень приятным.

– Меня привёл сюда директор. Он всё хорошо объяснит.

По какой-то причине Санхун был взволнован больше, чем Джингём.

Более того, он только что отправил скриншот своего резюме из приложения для поиска работы, когда ему сказали, что резюме необходимо. Он сомневался, что его примут, но ему ответили, что всё в порядке, и он отправил его как есть.

Санхун нажал кнопку 18-го этажа.

Джингём крепко прижал к себе холщовую сумку, висевшую на плече, а потом отпустил её.

Несмотря на то, что это была лекция, он всё равно нервничал, думая, что это своего рода собеседование.

На двери висела табличка с надписью «НМТМ Marketing».

– Вот оно.

Осторожно открыв дверь, они увидели, что внутри работает довольно много людей. Большинство из них были в наушниках и разговаривали, глядя на мониторы. Это было логично, ведь телефонные звонки неотъемлемая часть работы.

Санхун, который бывал здесь несколько раз, подвёл Джингёма к одному из сотрудников.

– Директор, мы пришли.

– О, входите. Тот друг, о котором мы вчера говорили?

– Да. Вы ведь видели резюме, верно?

– Да, видел.

Мужчина открыто оглядел Джингёма с головы до ног. Его взгляд был оценивающим.

Но нервничающий Джингём мог лишь тяжело дышать.

– Здравствуйте, я Бэк Джингём.

Когда Джингём поклонился и поздоровался с ним, мужчина ответил с улыбкой.

– Приятно познакомиться. Проводите его в переговорную. Я скоро к вам присоединюсь.

– Да. Джингём, идём сюда, – Санхун провёл Джингёма в переговорную, расположенную в офисе.

В комнате с длинным столом почти никого не было.

Джингём впервые оказался в переговорной и с любопытством оглядывался по сторонам.

Сотрудники, которые разговаривали по телефону или занимались офисной работой, переглянулись. Как только вошли Джингём и Санхун, они начали перешептываться, словно ждали их.

– Разве сегодня к нам не должен был прийти мужчина?

– Да, это был мужчина...

– Он довольно симпатичный, правда? Ого…

К счастью, шёпот не долетел до переговорной.

Мужчина взял с полки резюме и папку с подробным описанием компании. Затем он приложил палец к губам, призывая к тишине.

– Всем тихо.

Мужчина, войдя в конференц-зал, закрыл дверь, сел за стол и положил на него документы, которые держал в руках.

– Вам действительно 24 года?

– Да.

– Вы выглядите совсем молодо. Я бы поверил, если бы вы сказали, что вы студент.

Джингём не знал, что ответить, поэтому взглянул на Санхуна и просто улыбнулся.

Мужчина улыбнулся в ответ и подвинул к себе принесённую распечатку.

– Мне нужно кое-что объяснить, не возражаешь, если я сяду поближе?

– Да, конечно.

Несмотря на то, что рядом с ними было много свободного места, Джингёму показалось странным, что его об этом спросили, но он всё же отодвинул свой стул в сторону. Интервьюер с улыбкой пересел на стул рядом с Джингёмом. Санхун тоже придвинул свой стул ближе. Казалось, они втиснулись в тесное пространство.

– Возможно, вы слышал от Санхуна, но... Я такой человек.

Мужчина протянул Джингёму свою визитку. На плотной белой карточке было выгравировано: [директор по маркетингу и продажам НМТМ Им Гипё].

Им Гипё развернул распечатку так, чтобы Джингём мог хорошо её видеть, и взял красный карандаш, словно собираясь нарисовать очень аккуратный круг.

– Ты ведь знаешь, чем занимается наша компания?

– Да, я слышал, что это компания сетевого маркетинга.

– Верно, – он посмотрел на Джингёма так, словно был учителем, который только что услышал правильный ответ от ученика. С улыбкой на лице он обвёл кружком надпись «НMТМ Marketing» на первой странице распечатки. – Наш основной бизнес – маркетинг, то есть продажи.

Джингём кивнул. Им Гипё улыбнулся ещё шире.

– Так какие же продажи мы осуществляем?

На распечатке появилась схема, напоминающая генеалогическое древо.

– Смотри, это ты, Джингём.

– Я?

– Да. Ты в центре. Над тобой Санхун.

– Санхун-хён?

– Да. А под тобой, видишь, ещё люди? Это те, кто будут подчиняться тебе.

Когда была проведена красная линия, взгляд Джингёма последовал за ней.

– Если ты будешь продавать здесь, и люди будут тебе доверять и пользоваться продукцией нашей компании, ты получишь 10% от этого дохода в качестве бонуса, – Им Гипё продолжал объяснять самым доброжелательным тоном, на который был способен, наблюдая за сосредоточенным выражением лица Джингёма.

– Значит, эти люди тоже будут продавать, верно? Тогда 4% от их дохода пойдут вам.

– Ух ты…

– Наша работа проста. У нас есть сайт компании, на котором мы продаём товары. Конечно, тебе также придется консультировать людей, которые покупают товары оптом, и договариваться о ценах. Это несложно, верно?

Джингём кивнул, словно завороженный.

– Более того, все продажи осуществляются онлайн, так что вам не придётся встречаться с клиентами лично.

– То есть, если люди, которым я помогаю продавать товары на сайте, купят их, я получу 10%?

– Верно. Ты быстро схватываешь.

– Раз уж Санхун-хён привёл меня сюда...

– Тогда 4% от продаж проданных тобой товаров пойдут Санхуну.

Им Гипё перевернул страницу распечатки и показал список товаров, выставленных на продажу. В основном это были товары первой необходимости, а также косметика и БАДы. Выбор был довольно разнообразным.

– Возможно, вы видели подобные товары в магазинах. Они хорошо продаются.

– Э-э... – Джингём не сумел сразу ответить из-за того, что некоторые термины были ему незнакомы.

Им Гипё поспешно перевернул страницу распечатки, где была подробно описана структура прибыли.

– Тогда я объясню подробнее, – Им Гипё снова развернул часть, на которой была изображена структура прибыли. – В двадцать четыре года ты уже взрослый, верно? Это значит, что ты достаточно взрослый, чтобы вести собственный бизнес.

– Точно.

– Прежде, чем попасть к потребителю, товары проходят множество этапов. Есть оптовики, розничные продавцы и реклама, а значит, есть и расходы на рекламу. Таким образом, товар, производство которого обходится в 1 вон, в итоге стоит 10 вон. В итоге потребители платят больше. Мы сокращаем расходы на дистрибуцию и рекламу, чтобы продавать товары потребителям по более низкой цене.

Увидев, что Джингём кивает, словно всё понял, Им Гипё улыбнулся ещё шире.

– А ты, Джингём, получишь часть прибыли. Потребитель выигрывает от снижения цены, а ты – от прибыли.

– О...

В этот момент Джингём понял, почему его будут поощрять за продажу товаров.

Увидев, что Джингём сосредоточился, Им Гипё снова показал ему список товаров.

– Значит, если ты собираешься продавать товары, они у тебя должны быть, верно? В основном они будут продаваться через сайт.

Джингём кивнул, как прилежный ученик.

– Тогда тебе стоит попробовать эти продукты самостоятельно, верно? А ещё дай их попробовать окружающим. Если им понравится, они купят их снова. Это увеличит продажи, и ты сохранишь прибыль.

– О...

– Есть ли кто-то, кто не пользуется зубной пастой? Все ею пользуются. Косметикой? Конечно, люди пользуются и ею. Вложения не такие уж большие. За первый месяц можно заработать несколько миллионов вон.

В этот момент глаза Джингёма округлились. Несколько миллионов за первый месяц? Он подумал, что Санхун познакомил его с чем-то невероятным.

– А что, если я не смогу их продать?

– Этого не произойдёт. Наша продукция сертифицирована, её легко найти в интернете, поэтому процент повторных покупок очень высок. В наши дни реклама в социальных сетях естественным образом приводит к покупкам, которые совершаются всего в несколько кликов. Если людям понравится продукт, они обязательно купят его снова.

Им Гипё развернул обратную сторону распечатки, которую раньше не показывал. Там мелким шрифтом были перечислены полученные сертификаты.

Джингём не понял, что это такое, и продолжил листать.

– Каковы первоначальные затраты?

Он не знал самого главного, хотя Санхун и велел ему прийти сюда, чтобы узнать об этом.

– О, я об этом не упомянул. Мы используем так называемый «пробег», или РV. Когда вы покупаете товары нашей компании, вы накапливаете «пробег». Набрав 350 РV, вы перейдёте на серебряный уровень.

Им Гипё продолжил объяснения, снова развернув распечатанную схему структуры прибыли.

Уровни увеличиваются на 500 единиц РV: серебряный, золотой, сапфировый, рубиновый и, наконец, бриллиантовый.

Он отметил, что руководители команд бриллиантового уровня зарабатывают более 20 миллионов вон в месяц.

Джингём слегка наклонил голову. Он никогда раньше не занимался бизнесом, но впервые услышал о разных уровнях.

– Сколько нужно, чтобы достичь 350 PV?

– 3,5 миллиона вон. Серебро – самый низкий уровень, так что это относительно недорого.

– 3,5 миллиона вон?

Голос Джингёма зазвучал громче. Учитывая, что это бизнес, он предполагал, что первоначальные затраты будут высокими.

Увидев явные признаки нерешительности на его лице, Им Гипё и Санхун переглянулись.

–  Раз уж ты сегодня пришёл и даже получил рекомендацию от Санхуна... Я сделаю тебе специальное предложение –100 РV. Всего за 2,5 миллиона вон ты можешь начать свой бизнес. По мере роста твоего рейтинга процент, который ты будешь получать, будет увеличиваться.

Мысль о том, что он может начать свой бизнес всего с 2,5 миллиона вон, казалась очень заманчивой.

Однако Джингём колебался, нервно постукивая пальцами по коленям.

У него действительно были деньги на счету, но он не хотел их тратить. Эти деньги предназначались для Джинву.

И всё же он не хотел упускать такую возможность. Это было бы огромной тратой.

– Если ты не примешь это предложение сегодня, то не получишь 100 PV. Обычно я не делаю таких предложений, но тебе делаю. Это действительно хорошая возможность, понимаешь?

– Ах...

– Если ты не сделаешь это сейчас, другого шанса может и не представиться. Ты что, собираешься упустить возможность начать свой бизнес с 2,5 миллиона вон?

Им Гипё одобрительно поднял брови, когда Санхун отодвинулся от него.

Но в глубине души его что-то беспокоило.

Им Гипё отложил красный карандаш, который держал в руках. Если бы он надавил ещё сильнее, Джингём точно бы достал деньги, но что-то его беспокоило.

«Это из-за его лица?»

Дело было не в молодом и наивном лице Джингёма, которое выглядело так, будто он ничего не понимал. Таких, как он, обычно легче обмануть. Но тревога не уходила, и он отложил бумагу в сторону.

Ему казалось, что не стоит игнорировать эту интуицию.

– Тогда как насчёт того, чтобы купить что-то, чем вы сможете пользоваться уже сегодня? Обычно я бы не предлагал такое, но послезавтра у нас лекция. Не хотите прийти и послушать? Если придёте, я дам вам 100 PV, – последнюю фразу он прошептал, как будто это был секрет, который не стоит никому раскрывать.

Поэтому Джингём отдал Им Гипё 300 000 вон наличными, которые получил утром за сделку с Carrot Market. Он проводил его с доброй улыбкой.

Выходя из здания, Джингём держал в руках коробку с тюбиками зубной пасты. Он выглядел очень довольным, как будто коробка была совсем не тяжёлой.

Санхун, стоявший рядом, не мог скрыть своего разочарования.

– Ты правда приедешь послезавтра?

– Да. Я приеду!

– Не рассказывай об этом ни родным, ни друзьям. Если станет известно, что это стартап, все бросятся в бой, и будет только хуже. Ты же не хочешь, чтобы у тебя было слишком много конкурентов?

– Даже моей семье?

Он не хотел делать ничего такого, о чём не смог бы рассказать Джинву. Учитывая, что он и так скрывал, что он не Бэк Джингём, он не хотел больше лгать.

Но, видя решительный настрой Санхуна, он неохотно кивнул.

– Если спросят, откуда коробка у тебя просто скажи, что получил его от знакомого.

– Ладно, я понял.

Он должен был понять, насколько это странно, но, похоже, Джингём не видел ничего необычного. Поскольку у него не было опыта, он не знал, что может показаться странным.

И, как и следовало ожидать, ему пришлось выслушать множество упрёков от Джинву. Когда Джинву увидел коробку с зубной пастой и спросил, что это такое, Джингём был вынужден сказать правду, потому что не умел врать.

Джинву грубо зачесал волосы назад и принялся расхаживать взад-вперед по узкой гостиной.

Джингём сидел в углу и настороженно наблюдал за ним. Он нервно теребил пальцы, заметив, что Джинву ведёт себя странно. Обычно добродушный Джинву показывал себя с другой стороны, и Джингём нервно переминался с ноги на ногу.

– 300 000 вон?

Когда Джинву повторил свой вопрос Джингём опустил глаза и медленно кивнул. Увидев, в каком подавленном состоянии находится Джингём, Джинву глубоко вздохнул и присел перед ним на корточки.

– Хён.

– ...

– Хён.

– ...Да.

– Посмотри на меня.

Только тогда Джингём медленно поднял на него взгляд. Джинву нежно убрал прядь волос с лица Джингёма. Глаза, смотревшие на него, были такими влажными, что он не мог подобрать слов.

Он был удивлён и горд, когда Джингём, который никогда ничего не делал сам, сказал, что хочет работать. Это вызвало у него переполняющие чувства, которые невозможно выразить словами.

Сейчас он возражал только потому, что Джингёму нужно было быть в отличной форме. Если бы он действительно этого хотел, то, несмотря на свои опасения, позволил бы Джингёму делать то, что тот хочет.

С этой ситуацией было то же самое. Хоть ему это и не нравилось, он присматривал за работой, потому что она была несложной и, похоже, нравилась Джингёму.

Но потом Джингём отправился на собеседование по рекомендации и вернулся с коробкой зубной пасты. Судя по его рассказу, это была финансовая пирамида.

Джингём производил впечатление человека, который в первую очередь думает о своих интересах, но при этом он был на удивление наивен. Более того, он был довольно чувствительным. Хотя и не в том смысле, в каком...

– Давай я завтра схожу в компанию и возьму отгул на полдня. А послезавтра сходим вместе.

–  Туда?

– Да. 300 000 вон – немалая сумма, и у тебя наверняка есть информация об этом. Ты же говорил, что отправил резюме.

–...

– Ты хочешь там работать?

– Нет!

Джинву уже подробно рассказал о финансовых пирамидах. Он рассказал Джингёму о прошлых инцидентах, связанных с подобными схемами, и дал понять, насколько они опасны, поэтому Джингём не хотел в это ввязываться.

Оглядываясь назад, трудно понять, почему его так легко обманули, заставив поверить в эту чушь о собственном бизнесе и больших деньгах. Казалось, его разум был парализован пустой мечтой о богатстве.

Джингём решительно покачал головой словно давая понять, что больше никогда не попадется на удочку финансовых пирамид.

Джинву, изо всех сил стараясь сдержать очередной вздох, выдохнул. Услышав это, Джингём снова поднял голову и попятился.

– Нет... Мне сказали, что я могу вести свой собственный бизнес…

– Хён. Мир не так прост. Нет простого способа зарабатывать деньги.

Когда Джинву собирался заговорить снова, Джингём серьёзно кивнул и положил руку на колено Джинву.

– Я никогда, никогда больше не попадусь на что-то подобное.... Так что, пожалуйста, расслабься, ладно?

– Хаx. Хорошо. Ты голоден?

Услышав всю историю, Джинву перестал есть на середине. Тушеное мясо и рис уже остыли. Когда Джинву попыталась разогреть их, Джингём сказал, что всё в порядке, и взял ложку.

Сегодняшним блюдом был суп из ростков фасоли. Он был не очень приправленным, поэтому вкус ростков фасоли сильно ощущался.

Даже если ему пришлось придерживаться диеты с низким содержанием натрия, разве он не должен был наслаждаться едой?

Но он не жаловался.

В этом весь Джингём.

Вонбом молча смотрел на заявление на ежегодный отпуск в папке.

Джинву не сердился на него за то, что тот заставил его ждать после звонка.

Даже сам Джинву понимал, что подавать заявление на отпуск не имеет смысла. Поэтому он попросил отгул на полдня. Если ему откажут, он планировал отгулять хотя бы то время, которое потратил на совещание во время предыдущего отпуска.

Поскольку завтра не было важных совещаний, достаточно было присутствия только секретаря Яна. Посчитав, что он успеет быстро съездить туда и обратно, если совместит поездку с обедом, он собрался в путь.

Джинву старался не смотреть на Вонбома, сосредоточив взгляд на столе.

– Личные причины.

– Какие личные причины?

– Я не могу их раскрывать, потому что это личное.

Он не мог написать в графе «Причина», что Джингём попался на удочку многоуровневого маркетинга и купил зубную пасту, а он собирался с ними разобраться. Это было нелепо, даже когда он снова об этом подумал.

Более того, после вчерашнего разговора с Джингёмом, тот выглядел подавленным, и Джинву хотел поскорее всё уладить.

Прежде всего, он не хотел оставлять в покое человека, который обманул Джингёма, Санхуна и компанию многоуровневого маркетинга.

Он просто хотел, чтобы Джингём чувствовал себя комфортно дома, но, поскольку это не совсем зависело от него, он на время отложил свои чувства в сторону.

Папка закрылась и легла на стол: подписи не было.

– Мне интересно, что это за личные причины. Ты думал, я подпишу только потому, что ты сразу же взял отпуск? У тебя должна быть какая-то причина. Бэк Джингём. Что на этот раз не так?

– Ничего не случилось. Это действительно личное.

– Тогда я не подпишу его по личным причинам.

Это было просто отговоркой.

Джинву нахмурился и коротко вздохнул. Зная об упрямстве Вонбома, он размышлял, стоит ли придумывать оправдание, пусть даже ложное.

В любой компании требуется указать причину. Однако если причина указана как личная, они редко задают уточняющие вопросы. Есть компании, которые всё же задают вопросы, но с ними обычно возникают проблемы, как с директором Таком.

Джинву, естественно, не умел врать. Вонбом, наблюдавший за Джинву, тоже это знал.

– Дело не в том, что я заболел, но это как-то связано с этим.

– Что именно?

– Если я вам расскажу, дадите ли вы мне ежегодный отпуск вместо отпуска на полдня?

– Давай я послушаю.

– Вообще-то…

У Вонбома слегка дрогнули губы, когда он услышал эту историю. Он перестал стучать пальцами по столу и сжал кулак. Он на мгновение закрыл глаза, а затем открыл их и пристально посмотрел на Джинву, стоявшего перед ним.

По его лицу нельзя было сказать, что он лжёт. Более того, он не мог скрыть недоверия даже во время разговора. В его голосе слышались нотки волнения.

Вонбом поднёс руку, лежавшую на столе, ко рту. Его большая ладонь закрыла половину лица. Губы были слегка приоткрыты.

– Ты просто хочешь получить 300000 вон?

– «Просто» 300000 вон? Он принёс зубную пасту! Эта коробка, я!.. – обычно спокойный голос Джинву зазвучал громче.

Он был добр и мягок только с Бэк Джингёмом, но на самом деле был вспыльчивым. После того, как ему пришлось иметь дело с коллекторами, его было не так-то просто запугать, даже в юном возрасте.

– Зубная паста?

Он лишь упомянул, что Джингёма обманули в многоуровневой маркетинговой схеме, и он потерял деньги. Джинву неловко признался, что тот потратил 300000 вон на зубную пасту.

Вонбом, который прикрывал рот, слегка опустил голову. Его плечи слегка подрагивали, словно он пытался сдержать смех.

– Итак, вы даёте мне отпуск на завтра?

Вонбом опустил руку и передал папку с документами Джинву.

– Отметь это как внешнюю командировку. Я поеду с вами.

Джинву колебался.

– Простите?

– Я сказал, что поеду с вами.

Голова Джинву слегка склонилась набок при словах Вонбома. Это было так, как будто он не знал, какое выражение лица у него было.

Джинву выпрямился и прерывисто вздохнул. Он взял папку и сунул её под мышку. Ему было трудно понять смысл того, что только что сказал директор Так. Если бы это был директор Сон, он бы сказал, что это было «потому что выглядело интересно». Но директор Так не был из тех, кто действует из любопытства.

– Хён... разве вам он не нравится?

– Не особо.

– То есть ты не ненавидишь его?

– Да.

Глаза Джинву сузились. Директору Таку всегда было неприятно даже упоминание Бэк Джингёма. Но теперь его реакция была другой.

Он не то, чтобы ненавидел его, просто ему он не нравился.

Другие могли не заметить разницы, но Джинву быстро реагировал на малейшие изменения.

То, как директор Так обращался с ним, а теперь и с Джингёмом, было похоже на одно и то же. Это могло означать только одно.

Ему он не нравился, но был любопытен.

«Это случилось тоже?»

Директор Сон и так доставлял немало хлопот, а теперь ещё и директор Так ввязался в это дело. Впервые за долгое время Джинву почувствовал, что у него начинает болеть голова.

Его голова и так была забита мыслями о Джингёме, а теперь, похоже, добавились ещё и другие раздражающие проблемы.

Но сейчас приоритетом была компания многоуровневого маркетинга. Кроме того, такие компании часто связаны с ростовщиками. Они дают деньги в долг тем, у кого нет средств, и наживаются на процентах.

Джинву, который на мгновение задумался, едва заметно улыбнулся.

Возможно, поездка с директором Таком не так уж плоха. Если там что-то случится...

«Лучше иметь при себе щит».

Он был уверен, что не проиграет, если только на него не нападет группа взрослых мужчин.

Но он понимал, что с директором Таком ему будет гораздо проще справиться с последствиями.

– Понял. Я планирую выехать завтра в 11 утра. Вас это устраивает?

–Да. Ты знаешь, где это?

– Да. Вчера я получил визитку.

– Дай мне посмотреть.

– Что?

– Дай мне визитку.

Не понимая, зачем его об этом просят, Джинву достал из сумки визитку и протянул Вонбому.

Вонбом взглянул на карту и вернул её.

– Сегодня я закончу все срочные платежи и уйду с работы. Так что, секретарь Бэк, не опаздывай. Сходи за зубной пастой... – Вонбом ненадолго замолчал, прежде чем продолжить. – Проверь, на месте ли зубная паста, которую вы купили за 300000 вон.

– Понял.

***

Джингём держался как можно ближе к кровати и неохотно встал, когда прозвенел будильник в восемь утра. Он вышел в гостиную, съел то, что приготовил Джинву перед уходом на работу, помыл посуду и принялся за уборку. Он подмёл и протёр пол, и, поскольку дом был маленьким, уборка не заняла много времени.

Сидя на полу в гостиной, Джингём безучастно смотрел в потолок. Он злился на Санхуна за то, что тот знал о схеме многоуровневого маркетинга, но не стал сразу же с ним связываться.

Суть многоуровневого маркетинга заключалась в том, чтобы заманивать людей и заставлять их объединяться, а не продавать товары.

Он не знал, в каких условиях оказался Санхун, но, возможно, его самого обманули и втянули в эту схему.

Сегодня ему предложили подработку по раздаче листовок, но он не мог заставить себя спокойно смотреть в глаза Санхуну, поэтому связался с менеджером и сказал, что не сможет прийти.

Когда вчера он услышал объяснение, то подумал, что это революционная бизнес-идея. Товары повседневного спроса – это то, что нужно людям, поэтому продажи будут стабильными, а его банковский счёт будет неуклонно пополняться прибылью. Казалось, это настоящая сенсация.

Но как только он услышал объяснение Джинву, то подумал: «И как я только попался на такую простую уловку?»

Он вспомнил график с ярко-красными отметками, о котором ему так любезно рассказали, и надул губы.

Джингём хотел поскорее расплатиться с долгами и купить Джинву новую одежду и обувь. Несмотря на то, что Вонбом оплачивал его пребывание в больнице, ежемесячные расходы на жизнь были немаленькими. Проценты по кредиту тоже были немаленькими. Он не знал точную сумму, а Джинву даже не сказал ему о долге. Так что он не был уверен, но было ясно, что он не сможет расплатиться с ним в ближайшее время.

Может, он просто слишком торопился?

Джингём поник.

Он лежал на боку, прижавшись щекой к холодному полу.

Часы на его руке показывали частоту сердечных сокращений, фиксируя каждое движение.

В тот день, когда Джинву показал ему приёмы самообороны, он установил на свой телефон приложение для ведения дневника. Позже он записал всё, что произошло до этого момента, для Бэк Джингёма, который рано или поздно должен был вернуться.

Он хотел было не упоминать историю с многоуровневым маркетингом, но передумал, потому что Джинву знал об этом. Ему пришлось записать это довольно неловкое событие своими руками. Он добавил оправдательную ремарку о том, что представитель многоуровневого маркетинга слишком хорошо говорил, но умолчал о том, что его просто-напросто обманули.

Прошло две недели с тех пор, как он стал Бэк Джингёмом из «Грея».

Он притворялся, что у него амнезия, но на самом деле чувствовал себя так, будто у него действительно амнезия. Это было так странно. Он не мог вспомнить, сколько ему лет, где он жил и чем занимался.

Распространённый побочный эффект переселения душ – со временем утрата воспоминаний. Неужели и с ним такое случилось?

Поначалу он смутно помнил такие мелочи, как семья, домашние животные или потолок в своей комнате. Но теперь, даже пытаясь вспомнить, он задавался вопросом: «А была ли у меня собака?»

Всё было в тумане.

Не то чтобы он сильно переживал.

Просто он думал: «Я правда не могу вспомнить», и на этом всё.

Так было и в тот раз, когда он впервые открыл глаза в больнице.

То же самое произошло, когда он понял, что попал в мир «Грея».

Джингём оторвал голову от пола. Его плечи, которые были опущены, снова расправились.

Засопев, он вставил в телефон зарядное устройство. Затем сразу же включил интернет и начал искать информацию о многоуровневых маркетинговых схемах.

Несмотря на то, что Джинву предложил пойти с ним, Джингём переживал, что может случиться, если они отправятся в путь неподготовленными и их поймают на мошенничестве.

В интернете было много сообщений о подобных случаях. Он узнал, насколько опасным может быть многоуровневый маркетинг, и как часто он приводит к долгам и банкротству, а не к заработку.

Всё было так, как вчера сказал Джинву.

С решительным выражением лица Джингём продолжил поиски. Он записывал важную информацию в блокнот и, чтобы подготовиться к любой возможной ситуации, искал на YouTube ролики по самообороне.

– Их так много...

Джинву показал ему ролики с большим количеством просмотров. Выйдя на улицу, Джингём начал повторять неуклюжие движения и жесты из роликов по самообороне. Его дряблые, слабые руки едва двигались, лишь безвольно размахивали в воздухе.

– Ха! – несмотря на то, что во время движения он издавал тихие возгласы, лицо Джингёма оставалось предельно серьёзным.

Джингём пришёл в компанию Джинву в назначенное время, одетый точно так же, как накануне, в той же одежде и с той же сумкой.

Утром Джинву забрал зубную пасту.

Вчера вечером, когда Джинву нёс коробку, он упомянул, что у Джингёма могут болеть мышцы. И его предположение оказалось верным. Как и говорил Джинву, руки Джингёма тряслись, когда он проснулся сегодня утром.

Коробка с зубной пастой стоимостью 300000 вон была довольно тяжёлой. Даже когда он вчера нёс её домой, она была такой тяжёлой, что ему приходилось то опускать её, то снова поднимать.

– Ох...

Джингём массировал руки, и по ним побежало покалывание, отчего они онемели.

Вдобавок ко всему он услышал, что к ним присоединится господин Так, и это ещё больше его нервировало и усиливало дискомфорт.

Он был в восторге от персикового сорбета, который ему подали в ресторане в прошлый раз, но боль от хвата за запястье была невыносимой. Хотя боль быстро прошла из-за других неприятных ощущений, но воспоминание осталось.

Более того, он не хотел слишком сильно вовлекаться в происходящее. Тот был связан с Джинву, особенно как начальник и секретарь, но ему ничего не оставалось кроме, как смириться.

– Где же он...

Они должны были встретиться перед зданием компании в 11 утра, но Джинву не пришёл.

От стояния в переполненном метро и автобусе у него тоже болели ноги.

«Надо было взять панамку».

По прогнозу обещали облачность, поэтому Джингём вышел без зонта, но небо было ясным, без единого облачка. Джингём стоял неподвижно, стараясь укрыться от палящего солнца и наслаждаясь лёгким прохладным ветерком.

Прождав ещё немного, к нему наконец подбежал Джинву. Увидев Джингёма, он вытер пот с его лица и заслонил его от солнца рукой.

– Заходи и подожди.

– Я загорал.

– Здесь слишком жарко.

Джингём ухмыльнулся, глядя на Джинву, и увидел, что к ним подходит Вонбом. Некоторые сотрудники узнали его и поздоровались, но Вонбом проигнорировал их всех и подошёл к ним.

– Привет.

Поскольку Вонбом ехал вместе с ними, Джингём решил, что нужно вежливо поздороваться с ним, и почтительно поклонился. Вонбом слегка прищурился и окинул Джингёма взглядом с головы до ног.

– Кажется, теперь у тебя всё в порядке.

– А? – в замешательстве спросил Джингём, но Вонбом уже отвернулся. Джингём озадаченно посмотрел на Джинву и поднял брови. Джинву лишь слегка улыбнулся и повёл его в тень.

– Я пойду за машиной. Хён, подожди здесь немного.

– А? Давай пойдём вместе. Она на подземной парковке, верно?

– Тогда нужно спуститься на лифте, а там внизу душно. Просто оставайся здесь. Не выходи на солнце, держись в тени. Понял? Я скоро вернусь.

Джинву немного беспокоился, оставляя их наедине, но, поскольку Вонбом вызвался пойти с ними первым, он решил, что это скорее поможет, чем помешает, и поспешил за машиной.

Оставшись один, Джингём почувствовал себя немного неловко и заёрзал, сложив руки перед собой.

В отличие от Джингёма, который стоял в тени, Вонбом уверенно держался на солнце. Более того, сегодня он был в чёрном костюме и излучал почти неприступную ауру.

Джингём взглянул на Вонбома. Тот смотрел куда-то вдаль, не обращая на него внимания. Поразмыслив, Джингём осторожно подошёл к Вонбому и остановился на таком расстоянии, что ему пришлось широко расставить ноги, чтобы приблизиться.

– Эм...

– ...

– Спасибо тебе за то, что ты сделал в ресторане.

– Зa что?

Джингём вздрогнул от его тихого голоса и выпрямился, медленно поднял взгляд. Он встретился взглядом с Вонбомом, который, казалось, смотрел прямо на него. Когда Джингём вдохнул, брови Вонбома слегка нахмурились.

Вонбом до сих пор не понимал, почему Джингём так его боится. Хотя Сухёк сказал, что дело в его устрашающей внешности, Вонбом подозревал, что причина не только в этом. Даже если он ничего не помнил, Вонбому казалось, что его действия по отношению к Джингёму могли неосознанно повлиять на него. Он никогда не угрожал ему напрямую и не оскорблял его словесно, просто делал вид, что для Вонбома его не существует.

Вонбом молча ждал, пока Джингём заговорит.

– Тогда, в ресторане. Когда ты взял меня за руку и не дал чесаться. Я хотел тебя за это поблагодарить. Я слышал, что если бы я продолжал чесаться, то мог бы повредить кожу, и остались бы шрамы...

Вот что сказал ему Хуниль.

Схватив Джингём за запястье и не дав ему расчесать кожу, Вонбом предотвратил появление серьёзных шрамов. Красные пятна держались несколько дней, но потом исчезли.

Джингём искренне выразил свою благодарность. Одно дело – бояться, и совсем другое – быть благодарным.

Джингём пристально смотрел на Вонбома, и его лицо исказилось от его ответа.

– Ты пробовал зубную пасту?

– ...

– Если она такая хорошая, почему ты мне не дал? Учитывая количество сотрудников в нашей компании, я мог бы легко улучшить твои показатели.

– Я этого не сделаю!

Джингём предполагал, что Вонбом может знать о зубной пасте, но не ожидал, что тот так прямо об этом заявит. Джингём раздражённо сморщил нос, а губы Вонбома едва заметно дрогнули в улыбке.

Он никогда не ассоциировал человека с чем-то другим. Даже Бэк Джинву, который ненадолго привлёк его внимание, в его глазах так и остался просто Бэк Джинву. Но человек, стоявший перед ним, был совсем другим. Его попытка выглядеть устрашающе, сморщив нос, скорее забавляла, чем наводила ужас. Джингём был похож на маленького зверька, который упадёт, если его толкнуть.

Как ему вести себя с этим маленьким существом, которое то и дело заставляло его улыбаться?

Решив не сдаваться, Джингём распрямил плечи и решительно вздёрнул подбородок.

Вонбом насмешливо склонил голову набок, и на его фоне Джингём казался совсем маленьким.

– Так что там с зубной пастой? Она ведь стоит 300000 вон, верно?

– Это!.. Это…

Он хотел что-то сказать, но факт оставался фактом: он купил зубную пасту на 300000 вон. Он не собирался это отрицать. Просто дразнящий тон Вонбома немного взволновал его. Джингём решительно закрыл рот и резко отвернулся. Он отступил в тень, угрюмо глядя на Вонбома.

Внезапно Вонбом почувствовал нечто непонятное. Хоть они и не были близки, было ясно, что он сам на себя не похож. Он до сих пор помнит тот взгляд, которым они обменялись в больничной палате. В тот момент он так сильно ссутулился. Если бы он продолжал в том же духе, его плечевые мышцы напряглись бы, и какое-то время это доставляло бы ему неудобства.

Кроме того, улыбающееся лицо Вонбома, на котором обычно не было никаких эмоций – хотя это была насмешливая улыбка – попадалось на глаза слишком часто. Это было очень странно.

Вонбом молча смотрел на Джингёма, который отошёл в тень. Солнечный свет пробивался сквозь листву над Джингёмом, который стоял в тени дерева перед входом в компанию.

До недавнего времени Вонбом ни разу не обращал внимания на Бэк Джингёма. Но недавно, сам того не осознавая...

Вонбом подошёл к Джингёму.

Всего один шаг. Расстояние.

– Я тебе больше не интересен?

Когда Вонбом подошёл ближе, Джингём почувствовал едва уловимый аромат. Это был прохладный запах, напоминающий о чистом голубом небе, освежающий и почему-то подходящий Вонбому, хотя и казался неуместным. Бессознательно вдыхая аромат, Джингём моргнул. Он был слишком близко.

– Я думал, что стало лучше, чем раньше... но всё же не лучше.

– Что?

Большая рука с мозолями и шрамами потянулась к макушке Джингёма. Бледно-карие глаза с золотистым отливом следили за движением руки. Рука, застывшая в воздухе, заслонила свет, который танцевал на лице Джингёма, пока качались листья. Взгляд Джингёма, прикованный к большой руке, медленно переместился на Вонбома.

Всё было не так, как раньше. Он должен был испугаться, глядя прямо в эти глаза, но, как ни странно, ничего не чувствовал. Это было всё равно что смотреть в глаза обычного человека.

Когда Джингём поднял глаза, Вонбом медленно склонил голову набок.

– С какой стороны ни посмотри, это Бэк Джингём.

– ...

– Странно.

Рука исчезла, убрав тень.

Джингём не мог понять, что только что произошло, и его взгляд лихорадочно метался. Вонбом подошёл к нему и, если он не ошибся, просто повторил действия Джинву, которые тот совершил ранее.

Как ему это следует понимать?

Джингём погрузился в раздумья, но его вывел из этого состояния Джинву. Джинву подъехал на служебном автомобиле, который он взял с собой для выездных работы. Изначально автомобиль был только для выездных работ. Хотя это не было связано с официальной деятельностью компании, Джинву без колебаний воспользовался этой возможностью, сказав, что это действительно рабочая поездка, раз он едет с Вонбомом.

Пока Джингём стоял в оцепенении, Вонбом, естественно, подошёл к машине и сел на заднее сиденье.

– Хён, поехали.

Джинву схватил Джингёма за руку, которая обмякла от шока, и потянул его за собой. Рука, которая раньше была бы грубо отброшена в сторону, теперь была нежной.

***

Всю дорогу Джингём молча сидел на пассажирском сиденье. Если бы они ехали вдвоём с Джинву, он бы что-нибудь говорил, но в присутствии Вонбома он не мог заставить себя заговорить.

Поигрывая с ремнём на бедре, он оглянулся. Джинву сосредоточенно вёл машину, глядя прямо перед собой. Его младший брат был очень красив. Когда Джингём не смог сдержать улыбку, Джинву, почувствовав его взгляд, покосился на него.

– Что такое?

– Ты очень хорошо водишь.

– Правда?

Неожиданный комплимент поднял Джинву настроение, и уголки его губ слегка приподнялись.

– Даже Хёк-хён хорошо водит.

– Хёк-хён?

– Да. Помнишь? В торговом центре. Хён тогда был за рулём.

– Я знаю. Но почему ты называешь его «хён»?

Джинву крепче сжал руль, и на тыльной стороне его ладони выступили вены. Он невольно напряг ноги и на мгновение слишком сильно нажал на педаль газа, но тут же сбросил скорость.

– Он велел мне называть его хёном. Я даже не сотрудник компании, так почему я должен называть его директором?

– А как насчет «аджусси»? Ты так называл его в прошлый раз.

– Хёк-хёну не нравится, когда я называю его аджусси.

– Хён. Можешь называть его «аджусси», если хочешь. Называть его «хён» ещё страннее. Если не хочешь называть его «аджусси», просто зови его директором Соном. Так будет проще для вас обоих, – Джинву говорил по-доброму, но от его слов по спине Джингёма пробежала дрожь.

Джингём потер руки, подумав, что кондиционер в машине слишком сильный, и придвинул сумку поближе к себе.

– Ничего страшного? Я всё равно так и не привык называть его «хён», – Джингём, стараясь говорить непринужденно, снова посмотрел вперёд.

Джинву не сводил глаз с дороги, но при этом наблюдал за Джингёмом, а через зеркало заднего вида поглядывал на директора Така, сидящего сзади. Когда бы они ни садились в машину, директор Так в основном смотрел в окно. Если ему нужно было заняться бумагами, он этим и занимался. Сейчас Вонбом явно смотрел в окно, но раньше, когда говорил Джингём, он смотрел прямо перед собой.

Джинву пришлось признать, что его внутренние датчики, которые срабатывали со вчерашнего дня, не подвели. Директор Так начал проявлять интерес к Джингёму. Нет, он уже заинтересовался.

Именно в этот момент Джинву понял, что после сегодняшнего дня он не должен позволять Джингёму снова встречаться с этими двумя.

Прежде, чем въехать на подземную парковку офисного комплекса, куда указывал навигатор, Джинву высадил их. Воздух на подземной парковке был спёртым, поэтому он старался по возможности не брать с собой Джингёма.

Однако он не мог просто оставить Вонбома одного, поэтому пришлось пойти на компромисс. Как бы ему ни хотелось этого избежать, выбора не было.

Джинву быстро припарковался и поспешил наверх, прихватив с собой коробку с зубной пастой, которую оставил в багажнике.

Джингём подошёл к нему с широкой улыбкой, но его лицо помрачнело, когда он увидел коробку в руках Джинву.

Если бы не это, он бы сюда больше не вернулся.

Несмотря на то, что это была нелепая мысль, ему казалось, что Вонбом каким-то образом насмехается над ним. Поэтому он, не оглядываясь, встал рядом с Джинву.

Он не сказал Санхуну, что собирается сюда. Санхун просил его прийти послезавтра, так что он не нагрянул без предупреждения.

– Восемнадцатый этаж, верно?

Когда Джинву, который тем временем сверился с планом этажей, задал этот вопрос, Джингём кивнул в знак согласия. Лифт, в котором они ехали втроём начал подниматься на 18-й этаж.

Как только они вышли из лифта, Джингём достал из сумки солнцезащитные очки и надел их. Затем он достал ещё две пары. Он выбрал полностью чёрные очки из тех, что лежали у него дома.

– Зачем тебе солнцезащитные очки?

– Ты должен выглядеть устрашающе, когда просишь вернуть деньги.

С чего он взял, что ему понадобятся солнцезащитные очки? Вчера он ничего такого не говорил.

Джинву взглянул на Вонбома. Он сам был не против их надеть, но Вонбом ни за что бы не согласился. Чтобы не разочаровывать Джингёма, который так старался их подготовить, Джинву наклонился.

– У меня нет свободных рук. Надень их на меня.

Когда Джинву пригнулся на нужную высоту, Джингём решительно надел на него квадратные солнцезащитные очки. Конечно, Джинву всё шло, и солнцезащитные очки смотрелись на нём отлично. Когда ему привели в порядок волосы,  которые выбились из-под очков, Джинву выпрямился. Губы Джингёма также изогнулись красивой дугой в ответ на лучезарную улыбку Джинву.

– Они тебе отлично подходят!

– Они тебе тоже отлично подходят, хён.

– Я хорошо выгляжу во всём.

Джингём пожал плечами, зная, как, вероятно, сейчас выглядит его лицо.

Он добавил солнцезащитные очки в свой список покупок для Джинву.

Оставшаяся пара солнцезащитных очков была очками-авиаторами. Он взял их с собой, думая, что Вонбом к ним присоединится, но не смог заставить себя предложить их ему. Пока Джингём колебался, Вонбом подошёл и присел рядом с Джинву.

– У меня тоже нет рук.

– Директор? – Джинву недоверчиво окликнул его.

Руки Вонбома были в карманах брюк, из-за чего и без того тесный костюм стал ещё теснее.

Джинву никак не мог привыкнуть к тому, что этот человек, который терпеть не мог, когда к нему прикасаются, ведёт себя подобным образом. Он ожидал чего-то подобного, когда Вонбом настоял на том, чтобы пойти с ними.

«Неужели всё серьёзнее, чем я думал?»

Джинву был уверен в интересе Вонбома, но считал, что тот не так уж серьёзен. Но чем больше он узнавал, тем сильнее была его тревога.

Джингём, не замечая, как дрожат глаза Джинву за солнцезащитными очками, мило поджал губы. Он быстро надел солнцезащитные очки на Вонбома и отошёл.

Глядя на их отражение в лифте, Джингём нарочито поднял брови.

Солнцезащитные очки придали ему необъяснимую уверенность. Он вздёрнул подбородок и распрямил спину.

– Ну что, пошли!

Джингём, идущий впереди, широко распахнул плотно закрытую дверь, в отличие от вчерашнего дня, когда он шёл за Санхуном. Все сотрудники внутри разом обернулись на них. До полудня оставалось всего пять минут, и никто не был рад посетителям перед обедом.

Перед ними стоял директор Им Гипё, с которым они познакомились

позавчера.

– Откуда вы... О?

Взгляд Им Гипё переместился на коробку, которую держал Джинву. Он медленно обвёл взглядом троих мужчин. Двое здоровяков и один худощавый. Он сразу узнал Джингёма по его предыдущему визиту. Догадавшись, зачем они пришли, Им Гипё ухмыльнулся и подал знак стоявшим позади него сотрудникам.

– Добро пожаловать. Что привело тебя сюда?

Джингём сделал шаг вперёд и слегка приспустил солнцезащитные очки, чтобы встретиться взглядом с Им Гипё.

– Ты ведь знаешь, кто я, верно?

– Конечно. Джингём. Ты был здесь позавчера. Сегодня привёл новых друзей? Так быстро.

– Нет. Вообще-то... – в ответ на дерзкое поведение Им Гипё Джингём указательным пальцем приподнял свои солнцезащитные очки, распрямил ноги и выпрямился во весь рост. – Мы пришли за возвратом денег!

Джинву тепло посмотрел на Джингёма, словно говоря: «Вот мой мальчик». Конечно, в его темных очках это было не видно.

Вонбом, молча стоявший позади Джингёма, оказывал ему поддержку по-своему.

– Возврат… денег? Давайте зайдём и поговорим, хорошо?

Мужчина не переставал улыбаться, ведь ему уже не раз приходилось сталкиваться с подобными ситуациями.

Джинву быстро оглядел офис. В тёмных очках он мог спокойно смотреть по сторонам, не привлекая к себе внимания. Обстановка была довольно правдоподобной, и непосвящённому человеку могло показаться, что это обычная компания. Кроме того, с одной стороны сидели люди в наушниках, возможно, команда ТМ. Он чувствовал, как их проницательные взгляды ощупывают его с головы до ног.

Вчера, изучая компанию, Джинву выяснил, что это довольно крупная компания. Однако тип бизнеса не был многоуровневым маркетингом. Его основным бизнесом был маркетинг, а схема многоуровневого маркетинга, направленная на привлечение свежих участников, ищущих лёгкие и быстрые деньги, была отдельной структурой.

– Пожалуйста, сюда, – Им Гипё провёл троих людей внутрь. Это был тот же конференц-зал, который Джингём посетил накануне.

Джингём уверенно шагал впереди. Возможно, его успокаивало присутствие позади него Джинву и Вонбома, и он шёл, расправив плечи.

Войдя в конференц-зал, Вонбом огляделся. Здесь не было окон, только одна дверь. Поскольку он видел, как Им Гипё ранее подал знак, что нужно пройти в заднюю часть зала, значит, они точно что-то задумали.

Им Гипё стоял у двери и жестом приглашал их устраиваться поудобнее.

– Хотите кофе или зелёный чай?

– Нет. Давайте сразу к делу, – решительно ответил Джингём.

Джинву поставил коробку на стол, не утруждая себя тем, чтобы поставить ровно. Зубная паста оказалась на удивление тяжёлой, но он и виду не подал, что ему тяжело.

Воном, вошедший в комнату, подтолкнул мыском ботинка груду простых коробок в углу. Казалось, они вот-вот рассыплются если их потревожить, и он быстро потерял к ним интерес, сел и закинул ногу на ногу. Увидев это, Им Гипе слегка приподнял брови.

«Похоже, с ним не стоит связываться».

За время работы здесь Им Гипё повидал столько людей, что мог составить о человеке примерное представление даже после нескольких разговоров.

Неопытный ребёнок.

Если бы не Санхун, который привёл его сюда, он бы с подозрением отнёсся к тому, как человек с таким лицом вообще здесь оказался. Сначала он засомневался, когда увидел резюме, а когда тот согласился прийти, подумал: «Что это за тип?» Увидев фотографию, он подумал: «Если мы возьмём его в команду, он, наверное, сможет привлечь больше участников».

Поскольку с помощью фотошопа можно изменить внешность, он спросил Санхуна, и тот ответил, что в реальной жизни парень выглядит ещё лучше. На самом деле Джингём был не просто хорош собой, а невероятно хорош. Им Гипё не мог избавиться от чувства тревоги. Учитывая его внешность, могло возникнуть много проблем из-за того, что вокруг него будет слишком много людей.

Поэтому он решил продать зубную пасту всего за 300000 вон, а не раздувать из этого скандал. Он думал, что ничего страшного не случится, если он не продаст всю партию, но она разошлась так быстро, что он был удивлён. Хотя Джингём и сказал, что приедет послезавтра, Им Гипё сомневался, что он вообще придёт.

Даже если бы он попросил его никому не говорить, было очевидно, что это произойдёт. Если бы это было так, то, естественно, пошли бы разговоры о многоуровневом маркетинге, и люди поняли бы, что их обманули. Если он пришёл бы один, никому ничего не сказав, и вёл бы себя так же невинно, как в прошлый раз, он постарается их обмануть. Хотя он понимал, что шансы невелики.

Более того, даже если люди понимали, что это многоуровневый маркетинг, сумма редко оказывалась достаточно крупной, чтобы побудить их к действию. Часто всё заканчивалось осознанием того, что их обманули. Поскольку все расчёты производились наличными, никаких доказательств не оставалось.

Другими словами, если бы он притворился, что ничего не понимает, на этом бы всё и закончилось.

«Почему Чхве Санхун занимается такими вещами?»

Даже сейчас его внешний вид казался нелепым. Несмотря на то, что он чувствовал опасность и хотел покончить со всем с помощью зубной пасты, его опасения подтвердились: с ним кто-то был.

«Но что это за солнцезащитные очки?»

Двое хорошо сложенных мужчин, пришедших с Джингёмом, были одеты в костюмы и солнцезащитные очки. Они не походили на случайных людей.

Особенно мужчина, сидевший в кресле. Он выглядел совсем не обычно.

Им Гипё сохранял улыбку, мысленно перебирая разные варианты, и спросил: – Вы упомянули возврат... о каком возврате вы говорите?

Джингём открыл коробку с зубной пастой.

– Верните деньги за зубную пасту!

– Ты.. купил эту зубную пасту здесь?

Когда Джингём кивнул, словно не понимая, почему Им Гипё притворяется, что ничего не знает, губы Им Гипё слегка дрогнули.

– У тебя есть чек?

– Квитанция об оплате?

– Да. Если бы ты купил это здесь, то мы выписали бы квитанцию об оплате. Она должна быть у тебя, и у нас тоже должна быть.

Голова Джингёма закипела, как сломанная машина. Он покосился на Джинву и покачал головой. Это означало, что у него не было квитанции об оплате. Они не обменивались такими вещами. В наши дни люди часто выбрасывают чеки, не сохраняя их, поэтому он даже не подумал о том, что ему может понадобиться чек.

Увидев, что Джингём быстро отступает, Им Гипё добавил:

– Позавчера я разговаривал с Джингёмом. Мы никогда не продавали зубную пасту. Ты уверен, что не перепутал нас с кем-то другим? Иногда, когда за день проходишь несколько собеседовании, можно перепутать.

Его тон был таким естественным и спокойным, что трудно было поверить, что он лжёт. Если бы он побывал в нескольких местах, то по выражению лица Им Гипё, которое не изменилось ни на йоту, можно было бы усомниться в своих глазах и подумать: «Может, я ошибся?»

Действительно, без кассового чека не было чётких доказательств того, что он купил товар здесь. Более того, обычная коробка, которую можно найти где угодно, тоже не была доказательством.

Джингём знал, что вернуть деньги будет непросто, но не ожидал, что его поймают на чеке о транзакции. Он знал, что для возврата денег ему нужен чек. Однако он считал это инвестицией в бизнес, а не покупкой товара, поэтому не обратил на это внимания.

Джинву и Вонбому пришлось пойти с ним, но теперь Джингём задумался, не лучше ли им просто уйти, и его плечи поникли.

Когда Им Гипё заговорил, Джинву, который до этого хранил молчание поднял брови. Он увидел, как Джингём съёжился от его резких слов. Ему это не понравилось. Он не хотел видеть, как Джингём съёживается в любой ситуации.

В этот момент Им Гипё нанёс решающий удар.

– Джингём, я был о тебе хорошего мнения... Я не ожидал, что ты так поступишь с нами, солгав и ударив в спину. И ты даже привёл с собой своих друзей...

Увидев, что он пытается обвинить Джингёма, Джинву сжал кулаки. На тыльной стороне его крепко сжатых ладоней вздулись синие вены. Ему хотелось вытащить зубную пасту из тюбика и швырнуть её прямо в лицо этому человеку. Ему даже не нравилось слышать имя Джингёма из этих уст, а обвиняющий тон его крайне раздражал.

Но прежде, чем Джинву успел вмешаться, Джингём ударил кулаком по столу. Громкий звук эхом разнёсся по конференц-залу, привлекая всеобщее внимание.

Джингём закричал с недобрым выражением лица:

– Ложь! Я был здесь позавчера с Санхуном-хёном, так что позовите его, и мы поговорим! У вас тут есть камеры видеонаблюдения, верно? Камеры докажут, что я пришёл с пустыми руками, а ушёл с коробкой!

Им Гипё, хоть и считал, что ему пришла в голову хорошая идея, лишь слегка приподнял брови. В его выражении лица даже мелькнуло высокомерие.

– Санхун? Конечно, позвони ему. К сожалению, камеры видеонаблюдения на ремонте.

Когда Джингём в недоумении открыл рот, Вонбом тихо произнёс:

– Камер нет? Это удобно. О, и... Мне интересно, что это за компания.

От небрежного замечания Вонбома по спине мужчины пробежал холодок, а волосы на руках встали дыбом.

Джингём, который собирался связаться с Санхуном, удивлённо обернулся. Они пришли за возвратом денег, но теперь ему вдруг стало любопытно, что это за компания.

Джинву тоже прищурился, гадая, что имел в виду Вонбом, говоря это.

– Почему вас так интересует наша компания?

– Просто любопытно.

Им Гипё оглянулся кругом.

Вошедшие здоровяки уже распугали персонал, который задержался на работе после обеда.

Хотя в переговорной не было окон, Вонбом и Джинву могли примерно догадываться, что происходит снаружи. Они чувствовали, что там кипит работа. Только Джингём ничего не подозревал.

Им Гипё, который до этого смотрел на дверь, повернулся к Вонбому.

– Джингём вам что-то рассказал?

– Маркетинговая стратегия очень интересная. Должно быть, она принесла немало денег, – Вонбом пожал плечами, а Им Гипё нахмурился.

Понимая, что на это потребуется время, Джинву отодвинул стул рядом с Вонбомом. Затем он усадил туда Джингёма. Хотя он и не хотел сажать его слишком близко, он был готов к любым неожиданностям. В случае чего он мог отправить его назад.

Джингём в замешательстве посмотрел на Джинву, а затем перевёл взгляд на Вонбома. Тот сидел, подперев подбородок кулаком и положив локти на стол. В чёрном костюме и солнцезащитных очках, со скрещенными ногами, он выглядел как человек, перед которым следовало бы преклонить колени. Стряхнув с себя это наваждение, Джингём покачал головой. Он не знал, что задумали эти двое, но решил не вмешиваться, полагая, что у них есть план.

Им Гипё пытался понять, что замышляют эти ребята. Судя по его опыту, они не из тех, кто легко отступает. Сожалея, что впустил их, он взглянул на дверь и закрыл её. Закрытая дверь отделяла переговорную от внешнего мира. Им Гипё сел на ближайшее к двери кресло.

– Вы только что вломились сюда... И теперь вам интересно, что за компания? Вы ищете работу?

– Не работу, а инвестиции.

При слове «инвестиции» выражение лица Им Гипё слегка изменилось.

Вонбом достал из кармана визитку и бросил её на стол. Чёрная карточка закружилась и остановилась прямо перед Им Гипё.

Джингём, наблюдавший за полётом карты, удивленно повернулся и прошептал.

– Инвестиции? Зачем? Разве мы здесь не для того, чтобы вернуть деньги?

– Ты получишь деньги обратно. Я послушаю и решу, стоит ли вкладывать в это деньги.

– Что? – слегка приоткрытые алые губы Джингёма дрогнули от недоверия. На его лице читалось сомнение.

Было ясно, что Вонбом в курсе происходящего, поэтому Джингём не мог понять, почему он говорит об инвестициях.

Так Вонбом был исключительно талантливым бизнесменом. Быстрый рост кредитной компании, в которую он несколько лет назад вложил средства, во многом был обусловлен его усилиями. Как только он занял должность директора, он эффективно наладил работу кредитной компании и начал активно развивать другие направления бизнеса. Теперь компания была представлена во всех отраслях. Несмотря на то, что он занимал должность директора всего несколько лет, его уже называли следующим председателем совета директоров.

Вонбом потянулся и придвинул к себе подлокотник кресла, в котором сидел Джингём. Джингём вздрогнул, когда кресло резко отодвинули, развернув его лицом к Вонбому. Холщовая сумка, которую он держал в руках, смялась.

Когда Джингём невольно сглотнул, губы Вонбома слегка дрогнули в ухмылке. Он определенно отличался от Бэк Джинву. Его реакция была настолько очевидной, что Вонбому почему-то захотелось ещё больше его провоцировать.

Когда Джинву потянулся к спинке стула, чтобы отодвинуть его, Вонбом крепче сжал кресло. На мгновение взгляды Вонбома и Джинву встретились. Несмотря на то, что оба были в солнцезащитных очках, было очевидно, что их взгляды скрестились. Вонбом, не сводя глаз с Джинву, наклонился и прошептал на ухо Джингёму:

– Смотри внимательно.

– Что смотреть?

– Всё, что будет происходить с этого момента.

Джинву не понял, к кому обращены эти слова – к нему или к Джингёму. Из-за его стремления к определенности его реакция казалась расплывчатой и неясной.

Закончив говорить, Вонбом выпрямился. Затем он легонько постучал указательным пальцем по щеке Джингёма. Немного помедлив, он убрал руку и посмотрел на неё.

«Мне нужно его отпустить».

Сухёк, который остановился в отеле в Корее, вернулся домой и жаловался на скуку. Рядом с Джингёмом Вонбом вдруг почувствовал, что его действия начинают напоминать поведение Сухёка. Обычно он так не поступал.

– Не трогай бездумно.

Когда Вонбом убрал руку, Джинву зарычал и притянул к себе стул Джингёма, развернув его так, чтобы Вонбом не видел.

Джингём лишь отвёл глаза от непривычного ощущения – голоса в ухе и прикосновения к щеке. Если бы это сделал Джинву, он бы широко улыбнулся, но в присутствии Вонбома он чувствовал себя не в своей тарелке. Даже до того, как они приехали сюда, Вонбом вёл себя странно.

«Он что, болен?», – Джингём решил, что здравомыслящий Вонбом не стал бы так к нему приближаться.

– Больно.

Его щека горела от того, что Вонбом так сильно её тёр. Джинву вытирал щёку, которой касался Вонбом, рукавом пиджака.

– Терпи.

Солнцезащитные очки Джингёма зазвенели, а щёки покраснели, но Джинву и не думал останавливаться.

Им Гипё нахмурился, глядя на поведение этих троих, и взял лежавшую перед ним визитку.

«Директор по продажам НАМ Electronics?», – он решил, что визитка принадлежит кому-то высокопоставленному, раз её так уверенно протянули, но оказалось, что это директор по продажам.

Недоверчиво усмехнувшись, Вонбом снова заговорил.

– Я слышал, что помимо зубной пасты у вас есть много других товаров. А ещё много рекламных подарков для покупателей... Если я куплю у вас товары, то тоже получу прибыль. Вы зарабатываете на продаже большого количества товаров, а я – на дополнительных деньгах.

Предложение было подозрительным, но неплохим.

На самом деле сетевой маркетинг или, точнее, многоуровневый маркетинг, был больше похож на рынок, где людей заманивали тратить деньги, а не получать прибыль от продажи товаров.

Однако у такого подхода были свои ограничения.

В наши дни многие знают о структуре многоуровневого маркетинга, поэтому убедить их не так-то просто. Поэтому продажа товаров также является одним из способов получения дополнительного дохода.

Вспомнив о своем недавнем провале, Им Гипё ненадолго задумался.

– Пожалуйста, подождите минутку.

Чувствуя себя неловко, он встал. Несмотря на то, что ему было не по себе, он решил, что стоит обсудить этот вопрос, раз уж он не торопится заключать сделку. Выходя из переговорной, он не забыл закрыть дверь. Похоже, его приучили тщательно запирать все на замок.

Вскоре вернулся Им Гипё. Он принёс распечатку, которую показывал два дня назад, и папку со списком товаров, выставленных на продажу. В отличие от того, как он сидел у входа, теперь он устроился прямо напротив Вонбома. Затем он повторил те же объяснения, что давал Джингёму.

Джингём, который молча слушал, подумал, что слова те же, что и раньше, но теперь, когда он знал, что это многоуровневая маркетинговая схема, они казались ему абсурдными. Идея о снижении наценки на дистрибуцию и передаче сэкономленных средств ему казалась заманчивой, но интерес к ней угас, как только зашла речь о рангах.

Пока Джингём дулся, Вонбом склонил голову и посмотрел на распечатку, а затем протянул руку. Он взял распечатку у Им Гипё и сам пролистал ее.

– Высший ранг – это... бриллиант? Сколько нужно, чтобы его получить?

Им Гипё почувствовал себя неловко, хотя мог просто ответить. Он испытывал необъяснимый дискомфорт, когда смотрел на Джингёма, а теперь то же самое происходило с двумя людьми, стоявшими перед ним. Больше всего его раздражало поведение Вонбома. Особенно то, как он обрывал фразы на полуслове. Давненько он не сталкивался с таким грубияном.

Не в силах скрыть свои подозрения, Им Гипё спросил:

– Вы действительно директор по продажам?

– А что? Я на него не похож?

– Не совсем. Может быть, потому что вы говорите так коротко?

– Если вам не нравится, можете говорить так же коротко. Я не против.

– Нет, всё в порядке.

Им Гипё пришлось подавить раздражение, пока Вонбом невозмутимо отвечал на вопрос. Несмотря на то, что это была небольшая компания, лучше было не затягивать с заключением сделки, поэтому он ответил на вопрос без лишних возражений.

– Для «Бриллианта» вам нужно 2500 фотонов.

– Двадцать пять миллионов вон? Это дешёво. Можно купить ранг повыше за пятьдесят миллионов вон?

– Нет. «Бриллиант» – это самый высокий ранг. Вы упомянули, что дарите много подарков клиентам... У вас большая компания?

– Вы что, не знаете о HAM Electronics? – у Вонбома дёрнулись брови. Он словно не мог поверить, что кто-то не знает o HAM Electronics.

Им Гипё выдавил из себя улыбку. Он был знаком только с крупными корпорациями и известными малыми и средними компаниями электронной промышленности. О компании HAM Electronics он никогда раньше не слышал.

Раньше, когда он выходил, то искал эту компанию. Но её не было ни на одном интернет-портале. Он подумал, что, может быть, это бумажная компания, созданная конгломератом для отмывания денег.

Учитывая, что была визитка директора по продажам, это могли быть «спящие» фонды. Он хотел спросить, что это за компания, но промолчал, услышав слова Вонбома.

– Она хорошо известна за рубежом, поэтому люди доверяют продукции HAM Electronics и покупают её, – Вонбом слегка опустил глаза и постучал пальцем по распечатке. – Вы не следите за новостями?

– О, теперь, когда я об этом думаю, я слышал о ней.

– Правда? Я так и думал. Вы просто не могли не знать.

Им Гипё ответил улыбкой. Он чувствовал, что Вонбом смотрит на него свысока с тех самых пор, как он вошел в комнату. От одной мысли о том, чтобы признаться в своей неосведомленности, ему представлялось, какой высокомерной станет эта ухмылка, и это раздражало его ещё больше. Вонбом опустил руку на стол.

– Какие подарки нравятся покупателям?

– Чаще всего дарят портативные салфетки или влажные салфетки. Если вас устроит что-то подороже, можно предложить косметику или красный женьшень.

– Не самые распространенные подарки. Те, что подороже.

– Тогда это подойдет, – Им Гипё открыл папку со списком товаров. Услышав, что дорогие вещи тоже подойдут, он с готовностью продолжил объяснять, указывая на каждый товар рукой. Он намеренно перевёл разговор на продукцию своей компании, а не на известные товары, продающиеся на рынке. Так было лучше для компании, и он объяснял это с ещё большим энтузиазмом.

Вонбом слушал вполуха, время от времени кивая.

Тем временем Джингём теребил в руках холщовую сумку. У него не было ни желания, ни необходимости участвовать в разговоре.

То же самое можно сказать и о Джинву. Джинву до сих пор не понимал, зачем директор Так тратит на это время. Он был знаком со всеми филиалами, находившимися в ведении директора Така. Среди них не было компании НАМ Electronics. Несмотря на то, что они расширялись в различных направлениях, электроника в их число не входила. Это было связано с тем, что технологии крупных корпораций и малых и средних предприятий уже были достаточно развиты, и было выгоднее приобрести малое или среднее предприятие, чем начинать с нуля.

Джингём повернулся к Джинву, чтобы оказаться к нему поближе, и прошептал как можно тише.

– Ты правда собираешься позволить ему инвестировать?

Сколько бы у тебя ни было денег инвестировать в многоуровневый маркетинг – это неправильно. Осознание того, что сумма инвестиций Вонбома будет намного больше, чем у него самого, ещё больше его встревожило.

– Ну…

– Может, стоит его остановить? Что, если он на самом деле купит всё это?

– Если это произойдет, он просто потеряет деньги.

Несмотря на то, что это дело его начальника, Джинву не проявлял никаких признаков желания вмешиваться.

Среди людей в конференц-зале Джингём был единственным, кто волновался. И это беспокойство стало реальностью.

Контракт был подписан.

Продаваемые товары были дорогими, особенно такие, как наборы красного женьшеня и косметические наборы, всё собственного производства компании.

Им Гипё поспешно достал контракт, опасаясь, что Вонбом передумает.

– Мы тоже немного торопимся. Нам нужно получить их в течение трех дней. О, может, мне стоит связаться с фабрикой?

– Не волнуйтесь. Мы позаботимся о том, чтобы всё было готово!

***

В отличие от тихого помещения, снаружи было шумно: слышался шум машин и разговоры людей. Стояла невыносимая летняя жара.

Джинву взглянул на Джингёма. Тот не проронил ни слова с тех пор, как они вышли из здания. Он хотел вернуть деньги и получил обратно 300000 вон, так что ему должно было стать легче, но он даже не посмотрел на чек.

Из-за солнцезащитных очков было трудно понять, какое у него выражение лица, но было ясно, что он не в духе. Об этом свидетельствовали его плотно сжатые губы.

Джингём, который до этого шевелил губами, словно решаясь на что-то, поднял голову. Его взгляд упал на одетую во всё чёрное фигуру Вонбома.

– Ты действительно собираешься заключать сделку?

– Разве ты не видел, как я подписывал контракт?

– Да! Мне вот что интересно... зачем ты это подписал? Это же многоуровневый маркетинг. Структура получения прибыли запутанная, так что, сколько бы ты ни вложил, это бессмысленно!

– Ты тоже вложился в такое место.

– Это...

Даже если представить, что он вложил деньги, не зная о схеме, Вонбом был другим. Более того, разница в суммах была колоссальной. В конверте, который Джингём держал в руках, было шесть купюр по 50 000 вон, полученных в качестве возврата. Но в контракте, подписанном Вонбомом, была указана совсем другая сумма. Более того, обычно вносился только первоначальный взнос, но, увидев, что Им Гипё потребовал полную оплату за быструю доставку, он потерял дар речи. Подписать договор и сразу же произвести оплату? Конечно, для Вонбома 50 миллионов вон – это деньги, которые он может потратить сразу, но Джингём не мог не переживать, что он принимает поспешное решение.

Джингём понимал, что в этом вопросе он не может просто вмешаться и диктовать, что делать. Даже Джинву, секретарь, хранил молчание.

Белая рука теребила конверт.

– Ты правда собираешься ввязаться в какой-то многоуровневый маркетинг? – в его голосе слышалось настойчивое желание убедить, но Вонбом лишь ухмыльнулся.

– Меня устраивает мой нынешний бизнес. Я просто хочу немного развлечься.

– Развлечься? – Джингём уставился на Вонбома, который говорил что-то непонятное. Ему было интересно, о чём он думает, но учитывая то, что он пережил, Джингёму было неловко оставлять всё как есть. Джингём переживал, что Вонбом мог потратить деньги впустую только потому, что последовал его совету.

Джингём, чувствуя досаду, толкнул Джинву локтем, призывая его

подтвердить свои слова. Джинву, почувствовав толчок, не ответил и отвернулся. Увидев реакцию Джинву, Джингём разочарованно ссутулился.

Вонбом, засунув руки в карманы, повернулся к Джингёму.

– Ты переживаешь за меня? Или за мои деньги?

– Конечно, дело в деньгах!

Губы Вонбома растянулись в ухмылке от такого быстрого ответа. Было ясно, что его беспокоят деньги, но то, что он не колебался ни секунды, удивляло.

– Не беспокойся обо мне. Просто следи за своими деньгами, – с этими словами Вонбом развернулся и ушел.

Джингём недоверчиво уставился на него.

– Даже если я волнуюсь, он просто отмахивается от моих слов!

– Не волнуйся, у него с деньгами все в порядке.

Джинву закинул конверт, который держал Джингём, в карман сумки. Он боялся, что конверт потеряется, если он будет держать его в руках.

– Я сейчас вернусь. Я за машиной.

– Хорошо.

Несмотря на то, что Джингёму не удалось переубедить Вонбома, ему всё равно было не по себе.

Фигура Вонбома, стоящего на раскаленном асфальте, странным образом напоминала тень, хотя тень была под ним. Почему-то этот образ казался необъяснимо одиноким.

***

Машина, в которой они ехали втроем, направлялась к традиционному корейскому ресторану. Это было довольно далеко от их текущего местоположения.

Изначально они направлялись в офис, но Вонбом изменил маршрут.

Когда они пришли в ресторан и собирались сделать заказ, никто не проронил ни слова. Вонбом обычно был молчалив, и Джинву был таким же. Только Джингём то и дело поглядывал на них, гадая, стоит ли попросить Вонбома снять солнцезащитные очки, которые тот так и не снял.

Джинву собирался в одно и то же место, так что ничего страшного, если он не снимет их. А вот Вонбом – совсем другое дело. Хотя солнцезащитные очки ему очень шли, они всё-таки принадлежали Джингёму. Хотя казалось маловероятным, что он попросит забрать их.

Всё же было как-то странно надевать их, отправляясь на ужин.

Джингём снял солнцезащитные очки, как только сел в машину, и положил их в чехол в сумке. Он предложил Джинву тоже снять очки, но тот сказал, что они ем нужны, потому что за рулем очень яркий свет, и Джингём согласился.

В тот момент Джингём не мог заставить себя попросить Вонбома снять солнцезащитные очки, а он так и не снял их.

Конечно, Вонбом знал, что на нем очки.

Страница книги История трансмиграции болезненного злодея в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16

1 - 17

1 - 18

1 - 19

1 - 20

1 - 21

1 - 22

1 - 23

1 - 24

1 - 25

1 - 26

1 - 27

1 - 28

1 - 29

1 - 30

О книге