Шестисоттысячная армия союзных сил человечества выступила в поход.

Не прошло и десяти дней с тех пор, как они вошли в центр Земель Демонов, а половина солдат уже погибла. Оставшаяся половина побросала луки и копья и обратилась в бегство, даже не ступив на порог замка Владыки Демонов.

С каждым шагом под сапогами хлюпали плоть и внутренности. Небеса затянуло кровавой пеленой, а крики ужаса пронзали тьму и сыпались на землю бесконечным дождем.

«Сегодня я умру здесь».

Солдаты, с которыми он бок о бок мчался сюда, сжимая поводья, теперь отступали, беспомощно размахивая пустыми руками. Однако Вален продолжал идти вперед в одиночестве, громыхая окровавленными стальными доспехами.

Всё равно жизнь — это ад, что здесь, что там. Если он не вернется с вестью о победе, его голову и голову его младшего брата выставят на пиках на городской площади.

Чем возвращаться с позором труса, сбежавшего от демонов, он предпочтет стать павшим героем. Вален Людвиг сражался за мир человечества и отдал жизнь до последнего вздоха. Он хотел лишь одного: чтобы брат вспоминал его с гордостью. И чтобы жил... Обязательно жил.

Подул ветер.

Аромат цветов, совершенно неуместный в этом хаосе, пропитанном запахом смерти, пощекотал нос.

Вален, словно завороженный, повернул голову, и к нему подлетел белый лепесток. Взгляд уперся в грушевое дерево, одиноко возвышавшееся посреди поля боя, и стоящую под ним женщину.

Она приподнялась на цыпочки, словно пытаясь сорвать цветок. Как ни посмотри, на солдата она не походила. Босая, без единого клинка, в легком платье, которое не защитило бы и от дождевой капли.

Внезапно женщина повернула голову в сторону Валена. В тот миг, когда их взгляды встретились, отовсюду исчезли истошные крики. Словно с глаз, затуманенных усталостью, спала пелена.

Вален невольно вдохнул полной грудью. Аромат грушевых цветов проник глубоко в легкие, и рука, сжимавшая меч, ослабла.

В этот момент...

— ...!

Огромный магический зверь с двенадцатью паучьими лапами, усеянными шипами, занес конечность, целясь в женщину.

— Беги!

Тело среагировало быстрее, чем разум принял решение. Поле боя — место, где победа или поражение определяются за долю секунды. Мгновенное колебание и мягкотелость — это яд. Поэтому в такой ситуации лучшей защитой и нападением было бы оттолкнуть женщину и нанести удар мечом.

Но Вален прижал её к себе. Закрыв женщину в своих объятиях, он резко развернулся, подставляя спину чудовищу.

Неужели из-за долгой войны он наконец сошел с ума? Вален не мог найти причины своему глупому поступку. И почувствовал, как смерть, что цеплялась за его пятки, наконец поползла вверх, охватывая все тело.

Он крепко зажмурился, ожидая боли, но тут... С-с-с — шлем слетел с головы. Ветер, несущий аромат грушевых цветов, вновь ударил в лицо, высушивая пот, спутавший волосы.

Вален инстинктивно почуял неладное. Медленно открыв глаза, он наткнулся на алое сияние, приковавшее его взгляд.

— Красные глаза...

Демон. Это демон! Из-за того, что не было рогов, он принял её за человека.

Инстинкт, острый как лезвие, полоснул по загривку. Вален быстро разжал руки, которыми обнимал женщину, и сделал шаг назад.

Точнее, попытался сделать. Если бы не рука, коснувшаяся его щеки.

Тук. Меч, который он не выпускал из рук с самого начала похода, упал на землю. Нужно немедленно зарубить демона перед собой, но... Проклятье, кроме глаз, он не мог пошевелить ни единым пальцем.

— Я выбираю это дитя.

Мягкий шепот коснулся ушной раковины. Бросив эту короткую фразу, женщина отстранилась от Валена и повернулась к нему спиной.

— Кха...

В следующее мгновение тупой удар обрушился на затылок. Тело беспомощно рухнуло на землю, и зрение заволокла тьма.

Чавк. Одна из шипастых паучьих лап вонзилась в землю прямо рядом с лицом Валена.

***

— ...Итак, напоследок состоится брачная клятва.

Яркий свет ударил по векам. Звук хлопков десятков, нет, сотен ладоней, ворвался в сознание Валена, пробуждая его.

— Отныне вы двое должны преодолеть границы рас и идти по одному пути. Быть вместе в горе и радости необязательно, но вы обязаны произвести потомство, чтобы гарантировать выходные дни для всего Мира Демонов.

Меня не убили, а взяли в плен?

Это худшее из всего, что можно было представить. Лучше бы я с честью погиб на поле боя. Если в мире людей узнают, что я попал в плен, мой брат будет в опасности. Нужно бежать, чего бы это ни стоило.

Вален не спешил открывать глаза. Он попробовал слегка напрячь руки и ноги, но они не двигались. Это отличалось от паралича, который наложила та женщина-демон. Он чувствовал не давление магической силы, а физические путы.

— Невеста, Архен Думи Делькарно, клянетесь ли вы не использовать жениха в качестве пищевого ингредиента, а беречь и любить его?

— Клянусь.

Этот голос... Точно тот демон, которого он видел у грушевого дерева.

Сжатая челюсть Валена напряглась. Вместе с гневом нахлынули неконтролируемое чувство унижения и стыд.

Попасться вот так, пытаясь защитить демона. Он тренировался сохранять хладнокровие в любой ситуации, но в тот миг все мыслительные процессы словно парализовало.

Судя по тому, как мгновенно помутился рассудок, эта женщина — определенно суккуб. Даже в безнадежной войне нужно было держать ухо востро.

— Невеста, Архен Думи Делькарно, пожалуйста, влейте не менее 5 кубиков свежевыжатой крови в зрачок благородного Манолиска.

— Сколько это — 5 кубиков?

— ...

— Никто не знает?

Зал мгновенно наполнился гулом.

— Хм... Думаю, одной медной чарки хватит.

— А что, если не хватит? Давайте просто рубанем по артерии! Если польется фонтаном, точно хватит, не так ли? Ха-ха-ха!

— В этом есть смысл.

Они что, всерьез обсуждают этот бред? Вален с трудом сдержался, чтобы не нахмуриться. Впрочем, прислушиваясь к разговорам, он смог выудить несколько фактов.

Во-первых, это свадебная церемония того самого суккуба, что его соблазнила. Во-вторых, здесь собралось не менее сотни демонов. В-третьих, эта женщина — высший демон.

Третий вывод напрашивался сам собой: женщина без колебаний говорила с остальными демонами свысока, да и Валена она очаровала слишком легко. Иными словами, она обладала колоссальной магической силой.

— Несите меч.

— Не слишком ли тонок этот меч? Топором бить надежнее, площадь удара больше.

— Несите топор.

...Почему они так буквально следуют этим советам?

Он ломал голову, пытаясь придумать план побега, но поток мыслей то и дело прерывался из-за долетающих до него фраз. Зачем нужен топор для 5 кубиков крови — это было выше его понимания.

А, может, это отвлекающий маневр? Пытаются выглядеть идиотами, чтобы я расслабился...

Хрясь!

Раздался звук раздробленной плоти и костей. Как наемник с детства, он не мог не узнать этот звук.

— О-о! Сработало! Манолиск отреагировал!

— Ты и впрямь умен.

— Вы мне льстите. Ха-ха-ха!

Это был не отвлекающий маневр?! Безумные твари! Рубанули топором по шее и ржут.

— Теперь очередь клятвы жениха. Эм... Имя... Как запишем?

— Пиши "Некий №38".

— Жених, человек Некий №38.

Человек?

Человек, говорят они. Ни в одной исторической хронике не записано, чтобы демон и человек вступали в брак; такого не может быть, даже если небо рухнет на землю. Здесь есть еще один человек, кроме меня? Если имя неизвестно, то, скорее всего, это кто-то, кого они не знают лично. Неужели...

Хоть он и считал это невозможным, тревога неудержимо поползла по позвоночнику.

— Некий №38, клянетесь ли вы быть верным невесте и приложить все усилия для производства наследника? Молчание будет расценено как согласие.

По виску Валена скатилась капля холодного пота.

— Да. Вы согласились. Тогда, Некий №38, также влейте не менее 5 кубиков свежевыжатой крови в зрачок благородного Манолиска.

Вален почувствовал, как вокруг него столпились несколько существ. Звук холодного металла, волочащегося по полу, натянул его нервы до предела.

Этот звук... Топор.

Зловещая тень заслонила свет, падающий на лицо. Когда он почувствовал, как с ревом взметнулась рука...

— Постой.

Донесся аромат цветов груши.

— Используй иглу.

Глава 2

Сердце Валена колотилось так яростно, что, казалось, вот-вот сломает ребра. Он едва не лишился головы от удара топора, и теперь ему приходилось призывать на помощь всё своё самообладание, чтобы не выдать охватившего его смятения.

— Какая игла? Если мы будем цедить по капле, свадьба не закончится до следующего года! Я обещал жене, что в этом году мы обязательно устроим костер на Землях Погибели.

— Хм-м.

— Пожалуйста, передумайте. Если я снова пропущу отпуск, меня точно бросит жена!

Демон с грубым голосом едва не рыдал. Вскоре всхлипывания распространились по залу, и мгновение спустя демоны, окружившие Валена, один за другим начали шмыгать носами.

— Хорошо.

Немного подумав, она приняла решение.

— Всё-таки используем топор? У нас есть и булава, и гильотина, только прикажите!

— Избегайте артерий, используйте кинжал.

— Чт-о-о?

— Мой жених — человек. Хрупкий, ломкий человек. Люди впадают в лихорадку и умирают даже от маленькой царапины.

— ...Это правда.

Холодные пальцы нежно погладили тыльную сторону руки Валена.

— Сделайте лишь небольшой надрез, как здесь. Пусть сбор крови займет время, но до следующего года ждать не придется.

— Понял!

Едва её мягкие пальцы отстранились, грубая и жесткая хватка стиснула запястье Валена. Отвращение, от которого по коже побежали мурашки, ударило в голову.

— О? Кажется, этот ублюдок хмурится... А-а-а!

Черт, заметили.

Вален резко распахнул глаза и, изо всех сил рванувшись вперед, ударил демона головой в переносицу. Меч, который сжимал демон, вылетел из рук и упал к ногам Валена. Он с силой наступил на лезвие, подбрасывая его в воздух, чтобы перехватить рукой.

— Ж-жених сбегает!

Быстрым и отточенным движением он разрезал путы, связывавшие его, и спрыгнул с того места, где лежал.

Что это, гроб? Изумление от того, что он лежал в гробу на алтаре, длилось лишь секунду. Схватив ближайшего демона с козлиной головой, он приставил нож к его горлу.

— А-а, а-а-а-а! — Если хотите, чтобы он жил, проводите меня до границы.

Демон-заложник, которого схватил Вален, издал рвотный звук и в ужасе затрясся. Но никто из демонов не двинулся с места. Они лишь с жалостью качали головами. И жалели они не Валена, а этого демона.

— Похоже, смерть одного сородича вас совсем не волнует.

Подлые твари.

Вален криво усмехнулся. Если этот никчемен как заложник, нужно выбрать другую цель. Например, ту суккуба.

Вален резко развернулся, осматриваясь по сторонам.

— Отпусти козла.

Голос, который уже отпечатался в его памяти, раздался из-за спины. Вален поспешно обернулся: женщина стояла прямо перед ним. Из её наполовину перерубленной шеи толчками хлестала кровь. Платье, которое когда-то было белым, в мгновение ока окрасилось в багровый цвет.

Несмотря на такую потерю крови, на лице женщины не было ни следа боли, лишь безразличие.

Видя этот омерзительный, гротескный облик, он проклинал себя до безумия за то, что принял её за человека.

Вален прижал лезвие к горлу заложника.

— Ты сама проводишь меня до границы.

— У козла аллергия на людей. Он уже весь покрылся сыпью.

— Хнык, ик! Л-лекарство, принесите лекарство...

Заложник заплакал, и кто-то поспешно выбежал из зала, распахнув двери.

— Несмотря на аллергию, он вел церемонию ради нас.

— Я-я в порядке... У-у-уп. Когда будет лекарство?

Скрежет. Раздался скрежет зубов Валена. Ни этот заложник, ни остальные демоны здесь не чувствовали ни малейшей опасности. Конечно, если эти твари остаются невредимыми даже после удара топором по артерии, какая им угроза от жалкого кинжала?

Но сдаваться было нельзя. Нужно найти способ, любой способ. Демоны окружили его, и с одним кинжалом прорваться невозможно. Что делать? Как быть...

В этот момент взгляд Валена упал на огромный глаз с углублением посередине. Внутри глаза плескалась кровь.

Вот оно.

Чавк. Он безжалостно вонзил кинжал в шею козлоголового демона и бросился к глазу. Зрачок, словно в ужасе, резко расширился.

— Э-э, нет!

Один из демонов в панике закричал.

Определенно, эта штука ценнее козлоголового демона...

— Кх.

В тот момент, когда кончики пальцев коснулись зрачка, внутренности скрутило от невыносимой боли. Пха. Кровь хлынула изо рта Валена, и тело беспомощно рухнуло вниз.

Бум. Щека прижалась к холодному полу. Сквозь угасающее сознание он слышал, как демоны цокают языками.

— Эх, не имея магии, пытаться трогать это голыми руками... Опасно же.

— Он не умрет?

— Если бы суждено было умереть, его тело уже разлетелось бы на куски.

— А он крепкий.

— Раз уж так вышло, давайте по-быстрому сцедим кровь.

Огромное щупальце обвило лодыжку Валена и потащило его куда-то. Это было последнее воспоминание перед тем, как его сознание поглотила тьма.

***

Лето давно прошло, но в эту ночь небо было необычно затянуто тучами.

По плану он должен был пересечь границу до рассвета. Перед долгой войной ему хотелось в последний раз взглянуть на луну в этих краях, но...

— Отложить переодевание? Насколько я знаю, до выступления еще есть время.

На вопрос Бена Вален покачал головой.

— Не нужно. Негоже главнокомандующему союзных сил собираться в спешке вместе с рядовыми солдатами.

— Моим скудным умом этого не понять. Вы всегда так перетруждаетесь... Я свалюсь без сил, просто прислуживая вам. Хоть я и вхожу в тройку самых выносливых парней в округе, но стоит вам заглянуть, как я к вечеру падаю в обморок.

Вален тихо рассмеялся.

— Я же сколько раз звал тебя на утренние тренировки.

— И утренние тренировки, и за поместьем следить? Ой, даже не говорите. Я же не вы, господин... Это всё равно что пожелать мне смерти.

Бен ловкими движениями надевал доспехи на Валена.

С каждым куском тяжелой брони Вален чувствовал, как тяжелеет и на душе. Он старался не подавать виду, глядя потухшим взглядом в темноту за окном.

— Брось дела в поместье и сосредоточься только на тренировках.

Рука Бена, застегивавшая наплечник, замерла. Хотя рабство и отменили, статус Бена оставался на самом дне общества. Ему нельзя было жениться, и, каким бы искусным он ни был, ему запрещалось брать в руки меч. Такова была судьба и роль, отведенная Бену этим миром.

Он знал, насколько шокирующим и чудесным было предложение Валена вступить в его рыцарский орден. Но Бен замахал руками, отказываясь.

— Я никогда не смогу жить как вы, господин. Мне нравится просто тихо помогать вам, как сейчас.

— Если ты так хочешь помогать мне, то в кабинете командира...

— Прошу прощения, что смею перебивать, но вы сами учили меня отказывать твердо. Я не хочу есть хлеб, пропитанный косыми взглядами, и слушать шепотки о том, что попал в орден нечестным путем.

— Это не нечестно. Я вижу твой потенциал.

— Ох. Перестаньте меня подбадривать. У меня кишка тонка, я даже в поход пойти не смогу. И дело не в том, что я боюсь демонов, я боюсь эту страну. Говорят, армия союзников — 600 тысяч? Сколько же они опять разворовали из казны поддержки... Если подумать, карманы набивает король, а страдаете вы, господин, хоть вас и называют героем. Если проиграем, король выйдет сухим из воды, а виноваты будете только вы...

— Бен.

Бен ойкнул и поспешно прикрыл рот ладонью. Каким бы великодушным ни был хозяин, есть вещи, которые говорить не следует. Не обиделся ли он? Пока Бен нервничал, Вален произнес:

— Лето идет.

Маленький господин, посреди ночи? Едва Бен успел удивиться, как дверь распахнулась. Лето, одетый в пижаму, поверх которой было напялено несколько слоев толстой верхней одежды, просунул внутрь только верхнюю часть тела. Слуга, следовавший за ним, промокнул пот с его лба платком.

Лето был на шесть лет младше Валена и отличался необычайно щуплым для своего возраста телосложением. Худенький мальчик кашлянул и замялся у порога.

— Завтра день осмотра у врача.

— Угу.

— Если снова проспишь, в этот раз я так просто это не оставлю.

Тон и слова, обращенные к брату, были жесткими и строгими, но Лето знал, что брат не сердится по-настоящему. Ведь если бы Вален ругал его всерьез, Лето бы уже рыдал навзрыд, как в детстве.

Глава 3

Лето тихо вошел в комнату, стараясь не привлекать внимания.

Кхе-кхе.

Из-за холодного воздуха у него вырвался сухой кашель. Если кашель усилится, Вален без колебаний отправит Лето обратно в спальню. Лето сжал губы и прикрыл рот тыльной стороной ладони. Он пытался подавить кашель, но тело все равно сильно сотрясалось.

— На что ты надеешься, ведя себя так глупо?

Валена было не провести такой слабой актерской игрой. Он взял тонкое запястье брата и отвел его руку ото рта. Сдерживаемый кашель безжалостно разодрал горло и вырвался наружу. Вален молча ждал, пока приступ брата пройдет.

— Я скоро пойду спать.

Едва успокоившись, Лето заговорил первым. Бен протянул ему воду, но взгляд Лето был прикован к Валену.

— Пей.

Стоило брату сказать это, как Лето тут же взял чашку и начал жадно пить. Осушив её наполовину, он вернул чашку Бену.

— Когда я проснусь, тебя уже не будет. Ты говорил, что, войдя в Земли Демонов, не знаешь, когда вернешься.

Вален приложил руку к щеке и лбу Лето.

— Опять жар.

Присмотревшись, он понял, что дело не только в жаре. Дыхание брата было опасно прерывистым, а руки, в отличие от горящего лица, были мертвенно бледными. Шея Лето уже была влажной от холодного пота.

Вален приказал ожидавшему слуге принести лекарство и мокрое полотенце.

Бен отвел Лето к креслу и усадил его. Вален накрыл ноги брата одеялом. Рука, холодная как у трупа, сжала его пальцы.

— Брат. Прости меня.

— Не говори ерунды, закрой глаза.

— И все же я горжусь тобой. Ты крутой. К тому времени, как ты вернешься, я стану таким же, как ты.

Затуманенные, готовые вот-вот закрыться глаза смотрели на него. Вален тихо и решительно стер из сознания тяжесть доспехов и сожаление о том, что не увидел луну.

— Я пойду в храм и помолюсь. Попрошу, чтобы с божьей помощью ты сразил всех демонов.

Вален молча кивнул.

— Бен, пойдем со мной.

— Мне вход в храм запрещен. Но на площади ведь есть статуя господина? Я помолюсь перед ней. Попрошу, чтобы кто-нибудь снес голову проклятому Владыке Демонов и дал нашему господину спокойно отдохнуть.

Перед восходом солнца по всей столице разнесся звук рога, возвещающий о выступлении. Повсюду развевались флаги союзных сил, а радостные крики и скандирование имени Валена гремели со всех сторон.

Вален, стоявший во главе процессии, с тихим, спокойным взглядом надел шлем.

***

Странное ощущение.

Теплый воздух окутал тело, словно весенний ветерок, который он чувствовал в родных краях в детстве. Щекочущее прикосновение, лишь слегка ворошащее волосы, без малейшего намека на угрозу. Аромат цветов перекрыл запах тошнотворной крови, въевшийся в память. Это было умиротворение, которого он не испытывал очень давно — с тех пор, как облачился в доспехи.

Что это? Огромный вопросительный знак повис в голове, но одно было ясно: само ощущение было неплохим. Осторожные прикосновения, тяжесть на нижней части живота. Мягкая, такая мягкая...

Погодите. Тяжесть?

Словно ушат ледяной воды вылили на затуманенный разум. Вален резко открыл глаза и увидел высокий потолок и демона в окровавленном платье.

Суккуб без рогов. Архен.

Мгновение — и лениво расслабленные мышцы напряглись, готовые к бою.

Архен сидела верхом на Валене, словно захватив территорию. Поза, идеальная для того, чтобы убить противника или заставить его подчиниться.

Однако в алых глазах, смотревших на Валена сверху вниз, не чувствовалось ни капли жажды убийства. Наоборот, она выглядела скучающей, как человек перед сложной старинной книгой. Даже чувствовалось некое раздражение.

— Бл*дь...!

Он попытался немедленно подняться, но это оказалось не так-то просто. Зеленые лозы, тянувшиеся с четырех сторон кровати, крепко оплетали его конечности. Проклятье! Вален напрягся, и раздался звук тр-р-рык, что-то порвалось. Но тут же выросли новые побеги и обвили то же место.

— Не трать силы попусту.

— Что ты творишь?

— Не бойся. Я не причиню тебе вреда.

— Не неси чушь. Живо слезь с меня!

Сама мысль о прикосновении к демону вызывала отвращение. Единственное прикосновение к демону, которое Вален признавал, — это тяжесть меча, вонзающегося глубоко во внутренности.

— Раны, которые мы с таким трудом залечили, могут открыться.

На правой руке Валена были следы чьего-то лечения. Значит, эти безумные твари всё-таки взяли кровь.

Зато рана на шее Архен, оставленная топором, исчезла без следа. Лишь красное пятно на её платье напоминало о ней. Чудовищная регенерация. Нет, она и есть чудовище.

Глаза Валена, пылающие гневом, уставились на шею Архен. Солдаты из последних сил разрывали плоть демонов, ломали кости, но в мгновение ока свернутые шеи вставали на место, а кровотечение останавливалось. Эта проклятая регенерация демонов подрывала боевой дух солдат. Война проиграна в тот момент, когда дух сломлен.

— Каждый раз смотрю — и мороз по коже.

— У тебя было много ран. Козел, страдая от аллергии, лечил тебя. Он способный врач.

— Не хочу принимать от грязных демонов ни лекарств, ни болезней.

Когда он выплюнул эти слова, Архен слегка нахмурилась. И опустила руку к шее Валена.

Как только ледяные кончики пальцев коснулись кожи, Вален невольно дернул плечом. Не обращая на это внимания, Архен начала расстегивать пуговицы его одежды одну за другой. Рубашка парадного костюма, которую, вероятно, на него надели, пока он был без сознания в гробу, распахнулась.

— Ч-что ты делаешь? Отпусти! Слезь с меня, говорю!

Вален яростно сопротивлялся, но Архен молча продолжала своё дело. Казалось, она впервые кого-то раздевала: её руки то и дело соскальзывали, задевая кожу Валена.

После долгой возни Архен наконец расстегнула все пуговицы рубашки. В её глазах, безжизненных, как у восковой куклы, на мгновение мелькнула искра. Она почувствовала небольшое удовлетворение от проделанной работы.

Вален же почувствовал, как нарастает дурное предчувствие. У него была хорошая интуиция, которая не раз спасала его и его людей на поле боя.

Эта женщина — высший демон и суккуб. В такой ситуации действия суккуба по отношению к врагу могли означать только одно.

Как только догадка переросла в уверенность, сопротивление Валена стало еще яростнее.

— Только тронь меня. Я потащу тебя к незатухающему вулкану и буду окунать туда снова и снова!

— Как раз на заднем дворе моих владений есть вулкан. Если поставить туда ванну из мифрила, получится отличный горячий источник. Очень расслабляет. Но человеку опасно ходить туда одному — демоническая энергия превратит его в пепел. Так что ты должен идти со мной.

— Проклятье, почему они не рвутся!

Мышцы на руках Валена вздулись так, что казалось, вот-вот лопнут, пока он тянул зеленые лозы. Рельеф мышц проступал даже сквозь белую рубашку. Но щупальца, словно бесконечно размножаясь, связывали его еще крепче и надежнее.

— Раны откроются.

— Заткнись и развяжи меня!

— Тянуть время бесполезно.

Она говорила, что диалог важен. Архен пробормотала что-то непонятное и вдруг опустила голову.

— Ыт...!

Напряженный сосок на мощной груди оказался втянут между пухлых губ Архен. Вален почувствовал вспышку перед глазами, словно в него ударила молния. Её волосы, которые он принял за весенний ветерок, рассыпались по его телу, щекоча совсем иначе. Архен неумело пошевелила губами, и слюна смочила сухую кожу соска.

— Х-х, н-нет... Уйди. А!

Мягкий язык прошелся по твердому бугорку, сгибая его. Уши Валена покраснели так, что от них, казалось, пошел пар, а изо рта вырывались ругательства вперемешку с тяжелым дыханием. Когда Архен сжала сосок губами и сильно потянула, его пронзило острое ощущение. Вален запрокинул голову так, что кадык резко выступил вперед, и простонал:

— А...! Сука, тварь... Ха-а. Ха-а...

Архен наконец отпустила его сосок. Выпрямившись, она посмотрела на Валена всё тем же сухим, безразличным взглядом. Его истерзанный сосок подрагивал от сексуального напряжения. Грудь тяжело вздымалась, дыхание сбилось, а глаза покраснели.

Глава 4

— Какой горячий.

Архен одним долгим движением провела пальцем от его шеи через солнечное сплетение и грудь до самого пупка. От этого прикосновения, острого как лезвие, Вален изогнулся.

— Ха-а, убери свои грязные руки, пока я не свернул тебе шею.

— У тебя всегда такой жар?

Несмотря на то, что в её прикосновении не было ничего особенного, тело реагировало слишком бурно. Он испытывал жгучий стыд из-за того, что поддается чарам высшего суккуба. Чтобы не уступить жару, закипающему внизу живота, он стиснул зубы.

— Думаешь, я дважды попадусь на твои дешевые уловки?

Впервые Архен проявила другую эмоцию. Её белое, чистое чело слегка нахмурилось.

— Я не соблазняла тебя.

— На меня такое вранье не действует. Я всю жизнь сражался с демонами. Я видел многих тварей, но вы, суккубы, самые мерзкие и отвратительные.

Хотя Вален говорил со злостью, Архен лишь моргнула, глядя на него пустым взглядом. А затем склонила голову набок.

— Суккуб... Ты говоришь обо мне?

— Помешанные на энергии суккубы каждый день лезли в мою палатку и спальню, но я ни разу не отдал им ни капли своей силы.

— Энергия... Для человека это может быть неприятно. Но без энергии они не могут жи...

— Не надейся зря и проваливай. Ты выбрала не того противника.

Он рявкнул свирепым тоном, но на Архен это не подействовало. Она завела свои тонкие руки назад. Едва подавленный жар снова вспыхнул, когда её пальцы начали скользить вверх по его бедрам.

— Нет, постой...!

— Я слышала, что для первого раза важен искренний разговор. Но с тобой долгие разговоры лишь портят атмосферу.

— Убери руки!

Когда маленькая мягкая ладонь приблизилась к внутренней стороне бедра, мышцы затвердели от странного напряжения. Проникнув в самое сокровенное место, где пульсировал жар, она резко схватила его достоинство. Хотя сквозь ткань её рука казалась прохладной, Валену почудилось, будто его душат раскаленной лавой.

— Кх-х, ах...

Несмотря на унижение, которое втаптывало Валена в грязь, плоть между ног налилась тяжестью. Желание разорвать этого демона на куски заполнило разум, но тело внизу каменело от похоти.

От такого жалкого соблазна...!

Он не хотел верить в реакцию своего тела. Разве только суккубы охотились за телом Валена? Начиная от нанимательниц во времена наемничества и заканчивая принцессами соседних королевств и замужними дамами — все желали его. Всю жизнь Вален сталкивался с бесчисленными искушениями, но оставался неприступным, как цветок на скале.

Он, который и бровью не вел, даже когда на него набрасывались толпы обнаженных женщин, сейчас неудержимо дрожал.

В этот момент Архен без колебаний распахнула его брюки, обнажив эрегированный член. Вален судорожно вздохнул, а Архен растерялась. Она не ожидала, что плоть размером с её предплечье будет так угрожающе подрагивать.

— ...Хм, темный и огромный. Красивым не назовешь, но я... не против.

Голос её звучал так, словно она была очень даже против.

— Ха-а, хватит оценивать... Слезь с меня, нгх... Проваливай.

— Говорят, вначале нужно говорить приятные вещи. Тебе не понравилось?

— Что за бред ты несешь с самого начала... Кх-х!

Белая рука коснулась густых волос в паху. Почувствовав угрозу, Вален попытался яростно вырваться, но от одного лишь прикосновения, обвившего его естество, забыл о сопротивлении и выгнул бедра.

— Тц...!

Пресс под ягодицами Архен дернулся. Её тело тоже слегка приподнялось и опустилось. Маленькая ладонь, не способная обхватить член целиком, медленно скользила вверх по стволу, натягивая крайнюю плоть, и каждый раз его пронзало удовольствие. Валену было невыносимо чувствовать это непрошенное наслаждение.

Он уставился на Архен, стараясь не сдаваться.

— Ты рассердился.

— Даже если умру, нгх... Я обязательно сломаю тебе шею.

— Я — Архен. А ты?

— Думаешь, у меня есть имя для грязного отродья вроде тебя?

— ...Жаль.

Казалось, она поникла, хотя до этого оставалась невозмутимой под потоком ругательств. Однако мять его член она не перестала. Она просто неумело перебирала пальцами, но от этого его возбуждение только росло.

На темно-багровой головке выступила смазка и потекла вниз. Блдь!* На лбу Валена вздулись вены.

В этот момент...

— О, о боже. Она расстроилась.

Чужой голос прорезал тишину.

Здесь была не только Архен? Вален пришел в ужас. Несколько демонов наблюдали за тем, как над ним издеваются! Стыд и жажда убийства вскипели до предела.

Однако демоны, скрывавшиеся во тьме, не проявляли к Валену ни малейшего интереса.

— Госпожа Архен. Всё хорошо! Соберитесь с силами!

— Мы болеем за вас. Мы верим!

— Имя можно узнать и позже. Ха-ха-ха!

— Верно, верно. Сейчас сосредоточьтесь только на первой брачной ночи.

— Не унывайте!

Некоторые голоса были знакомы еще по свадебной церемонии. Один точно принадлежал тому козлиному ублюдку.

— Скажи мне. Раз у тебя эрекция, могу я принять это как знак, что ты хочешь войти в меня?

— Не неси чушь. Я лучше возбужусь на свинью.

Когда он выплюнул это, Архен моргнула.

— Я могу превратиться и в свинью.

— Проклятье, мне противно само твое существование!

Хах. Вокруг послышались вздохи. Затем последовали слова поддержки в адрес Архен, а сама она с бесстрастным лицом поскребла ногтем по члену. Это не было попыткой возбудить. Казалось, она просто бессознательно теребила его от уныния.

Череда дерьмовых ситуаций. Он вот-вот будет беспомощно изнасилован, а за этим наблюдают извращенцы. Но хуже всего было то, что он сам возбуждался от прикосновений демона.

Чертов суккуб!

— ...Я не могу изменить себя.

— Ах...!

Робкая рука внезапно с силой сжала головку. Сердце сжалось, словно его вырвали, и бешено забилось. Вален запаниковал, чувствуя, что его загоняют в угол.

— Отпусти, я не дам тебе никакой энергии. Если отступишь сейчас, нгх... Я забуду о том, что ты сегодня натворила...

— Говорят, в первую ночь важнее всего атмосфера.

— Ха-а, нгх...

— Я старалась, но разочаровала тебя.

Может, стоило развесить непристойные картины, как советовал козел... Архен пробормотала это и пальцем поковыряла в отверстии на головке. Пронзительное удовольствие ударило током, и потолок перед глазами побелел и поплыл. Вален едва не потерял остатки рассудка.

— Н-нет... Угх, убери... руки...!

— Раз уж так вышло. Было бы хорошо, если бы ты сказал, что тебе нравится.

— Х-хы, ах...

— Я хочу подстроиться под тебя. Тебе нравится, когда я тру вот так?

— Как это может, нравиться... Нгх.

Пусть тело и будет поругано, но рассудок он должен сохранить чистым. Однако желание, которое он подавлял всем своим разумом, дало ростки. Нужно было растоптать его, пока оно не пустило глубокие корни, но самообладание начало рушиться. То, что она лишь водила рукой взад-вперед по тупой головке, только дразнило.

— У тебя всегда так много жидкости? Вся рука мокрая.

— Кх, заткнись...

— Так трогать гораздо легче. И тебе, похоже, приятно.

— Зат-кнись, говорю.

Никчемные прикосновения наполняли низ живота огненным возбуждением. Вален стиснул челюсти, чтобы сдержать стон.

— Но он такой большой. В мою руку весь не помещается.

— Бл*...!

Помимо воли Валена его таз дернулся вверх.

— Госпожа Архен! Вы отлично справляетесь. Кажется, Некий №38 начал возбуждаться!

Эти ублюдки...!

— Бл*дь, пошли вон... Х-х, проваливайте все!

Вален яростно сверкнул глазами и закричал. Возбуждаться на демона? Не бывать этому. Он убеждал себя, что его грудь так часто вздымается от гнева. Так и должно быть.

— Всем уйти.

Приказала Архен, не отводя взгляда от Валена.

Глава 5

— Что?!

— Госпожа Архен, это немыслимо. Мы должны помогать вам рядом...

— Убирайтесь.

Голос прозвучал спокойно, но твердо. Демоны больше не смели возражать и полностью исчезли во тьме. Даже Вален почувствовал, как присутствие вокруг кровати рассеялось.

— Я слышала, что люди очень застенчивы. Прошу прощения, что не подумала об этом.

— Ха-ах, а...!

— Без помощников мне будет неловко, но я постараюсь.

— Пожалуйста, хватит... Умп!

Два пальца проникли ему в рот. Они широко провели по языку и надавили на слизистую щек. Свободно вторгшись, они исследовали всё пространство рта.

— Умп, убери, уп.

Каждый раз, когда он пытался заговорить, язык непристойно терся о пальцы. Каждое её действие было стимуляцией. Нет, остановись. Вален яростно замотал головой, но пальцы во рту настойчиво следовали за его движениями.

Слюна потекла из уголков приоткрытых губ, а глаза под густыми бровями свирепо выражали отвращение.

Вален был не из тех, кто покорно сносит такое.

Хрясь!

— Ах.

Острые клыки Валена безжалостно впились в нежные пальцы. Архен нахмурилась и коротко простонала. Вкус её крови тут же наполнил его рот. Знакомый запах крови ударил в нос, и рассудок, который, казалось, плавился в вязком тумане, вновь прояснился.

Наконец Архен убрала пальцы.

— Какие острые зубы.

— В следующий раз я перегрызу тебе горло.

— Тебе было неприятно?

— Отвратительно, как с собакой.

— Я прикажу приготовить ароматические масла.

— Облить тебя маслом? С удовольствием подожгу.

Внезапно Архен отпустила его член. Освободившаяся плоть качнулась и шлеп — ударила Архен по ягодице.

Как только откровенная стимуляция прекратилась, Вален с облегчением выдохнул. Видя, как Архен приподнимается над ним, он решил, что она прекращает свои действия.

Но Архен задрала подол платья до талии, широко развела ноги и села. Её промежность, лишенная единого волоска, открылась прямо перед его глазами.

Архен ввела пальцы, покрытые слюной и кровью, во вход во влагалище.

— Ы-ых...

Она слегка нахмурилась и тихо простонала. Естественно, больно, если грубо пихать пальцы в не увлажненное лоно.

Неужели? Она впервые пьет человеческую энергию? Или это игра?

Вален нахмурился, но почувствовал, как к лицу приливает жар совсем иного рода, чем прежде.

Архен замерла, введя пальцы на две фаланги.

— ...Беда.

Пробормотала она, подняв опущенную голову. На её щеках расцвел круглый румянец.

— Кажется, твой туда не войдет.

***

— Ха-ах, нгх. Нгх...

Проклятье, бл*дь, сука... Грязные ругательства крутились на языке Валена. Эрегированная плоть бесстыдно подрагивала, а вены на его руках вздулись так, словно он из последних сил сдерживал что-то.

— И всё же, нгх, три пальца вошли.

Архен решительно продолжила мастурбировать. Хотя назвать это мастурбацией было бы неправильно. Она делала это не ради удовольствия, а исключительно для подготовки к соитию.

Такой неумелый суккуб. Возможно, всё это было лишь спектаклем, чтобы соблазнить Валена.

Но Вален никогда не считал, что ему нравятся неопытные женщины. Важно было то, что действия Архен были запредельно непристойными. Внутри него бушевали волны удовольствия.

Вид того, как три тонких пальца протискиваются в узкую щель и выходят обратно, впечатывался в мозг каждой деталью.

— Ха-а... Если трогать, вот так, там становится мокро.

— ...

— Смотри. Жидкость, ха-а... течет без остановки.

Архен засунула пальцы глубоко внутрь, затем согнула их крючком и вытащила. Чтобы показать Валену блестящую слизь на белой руке.

Действия были настолько неуклюжими, что казались жалкими, но Вален не мог смеяться. Её обычно спокойный, ровный голос, теперь смешанный с возбуждением, звучал невыносимо развратно.

Возбуждаться на демона!

Какой позор. Его накрыло таким сильным отвращением к себе, что захотелось оскопить свой раздувшийся член. Вален крепко зажмурился и отвернул голову.

Но когда зрение было заблокировано, слух обострился. Хлюпающие звуки трения и горячее дыхание обжигали уши.

— Я... легко намокаю.

— Умоляю, хватит...

— У тебя тоже много жидкости, так что мы благополучно проведем первую ночь.

Нельзя возбуждаться. Не сдавайся грязному, подлому демону. Убей. Оторви голову и принеси королю как трофей, а конечности сожги.

Единственные чувства к демону — это жажда убийства и гнев. Других чувств быть не может...

— Ха-а!

Глаза внезапно распахнулись. Архен направила пульсирующий столб плоти к своему входу и опустилась на него.

Хлюп. Пугающе мягкие внутренние стенки обхватили влажную головку и втянули её. Вязкая плоть болезненно сжала чувствительную верхушку, и от этого сдавливания пронзило удовольствие, граничащее с безумием.

Бедра Валена задрожали от возбуждения.

— С-слезь... Ха-ах, нет. П-прекрати... А!

Архен тяжело дышала, и с каждым сантиметром, который она поглощала, дрожь Валена усиливалась. Он запрокинул голову, и от шеи до подбородка вздулись вены. Жестокое наслаждение сотрясало весь мозг.

— Нет, бл*дь... Ха-а...

Вален забился в путах. Он не мог поверить, что возбуждается от грязного демона. Лозы, сжимавшие его конечности, натянулись до предела, а зрение затуманилось от слез бессильной ярости.

— Ха-а... Ты, почему ты всё время растешь... Подумай и обо мне.

— Не неси, херню... Нгх, кто тут растет. Нгх!

— Такими темпами мы и до следующего года не закончим...

Архен сильно прикусила нижнюю губу, принимая решение. И резко села до конца.

— Ху-у-у.

— Кха...! Н-нет...

Архен уперлась правой рукой в пресс Валена. Из-за пота — то ли его, то ли её — ладонь соскользнула вперед. Кончики её пальцев побелели от напряжения, а растянутые до предела стенки влагалища судорожно сжимались.

Валену тоже пришлось несладко. От сжатия, которое, казалось, вот-вот перекусит его, накатила дурнота. От резкого проникновения глаза на мгновение закатились. Издав сдавленный стон, словно его душили, он ощутил отчаяние и унижение от падения крепости.

— Я слышала, нужно вставить всё...

На подбородке Архен повисла капля пота. Дрожащей рукой она коснулась оставшейся части ствола. Еще половина. Это непросто.

— Больше, ха-а... Места нет.

Глаза Валена темнели от похоти. Но он еще не полностью потерял себя. Гордый брат. Единственный герой человечества. Твердый стержень едва удерживал его рассудок.

— Прекрати, это...

Архен, тяжело дыша, посмотрела на Валена сверху вниз. Нахмурившись, она опустилась до самого основания. Когда член вошел еще глубже, лицо Валена исказилось от взрывного удовольствия.

Жесткие волосы Валена потерлись о нежную кожу Архен. Подол её платья скрыл их соединенные тела. Только чувства внизу говорили о том, что они соприкасаются до самого конца.

— Ха-а, ха-а... Всё вошло.

Архен судорожно хватала воздух. Вален искренне желал, чтобы всё это оказалось кошмарным сном. Но даже когда он замотал головой, будучи крепко сжатым вязким лоном, реальность не изменилась. Удовольствие неудержимо сжигало всё тело.

Вален был не просто героем, но и выдающимся воином. Он прошел через множество битв, всегда был рядом со смертью. Он мог проиграть, но даже под жестокими пытками сохранял свои убеждения. И теперь он так жалко рухнул перед соблазном Архен.

Это было не поражение, а капитуляция.

Чудовищное бессилие, которого он никогда раньше не испытывал.

— Н-нет...

Это был страх иного рода.

— Лучше, нгх, убей!

— Постой... Немного, тяжело.

— Ха-а, кха...

Архен начала слегка двигать тазом вперед-назад, и нервные окончания Валена отреагировали с пугающей остротой. Налившийся кровью член, на котором вздулись вены, распух до предела, распирая стенки.

При каждом её движении из тесно сомкнутого соединения доносились влажные звуки. Чувствуя, как его достоинство уничтожают, Вален издал отчаянный всхлип.

P.S. Переходи на наш сайт, там больше глав (до 30 главы)! boosty.to/fableweaver

Глава 6

— Хватит, ах, а-ах...

— Я чувствую каждое подрагивание твоего члена.

— Ха-а... Н-нет. Хватит, ах...!

Всё было слишком горячим. Невероятно узкие внутренние стенки, голос Архен, её дыхание, даже воздух, который он вдыхал. Словно огромное пламя свило гнездо внутри его тела.

— Я хочу, чтобы ты кончил побыстрее.

— Кх-х... Лучше убей меня!

— Если я сделаю так, тебе будет легче кончить?

Архен приподняла ягодицы. Вален с шумом выдохнул, почувствовав, как она сжимает и гладит его член изнутри. Когда он вышел наполовину, она с влажным звуком шлеп резко опустилась обратно.

— Ах!

Волна экстаза пронзила его. Её движения, плавные как рябь на воде, ускорились, создавая грубое трение. Горячее дыхание Архен падало на его влажную грудь, а капля пота с ложбинки Валена скатилась по прессу вниз.

— Ха-ах, а! А...

Архен двигалась без остановки. Их слипшиеся гениталии расходились и соединялись снова и снова. С нарастающей скоростью ощущения усиливались, увлекая его в еще более глубокую бездну.

Каждый раз, когда влагалище выпускало член, по стволу текла жидкость — неизвестно, чья именно. Она липко смешивалась с волосами Валена, грубо стимулируя нежные места Архен.

Архен оперлась руками о его плечи и наклонилась. Серебристые волосы рассыпались по мокрому телу Валена.

— Умоляю... А, а...!

Запыхавшаяся, она выдыхала короткие вздохи один за другим. Вален уже сам не понимал, о чем именно он умоляет. Чем дольше это продолжалось, тем сильнее становилась необъяснимая жажда, а его глаза затуманились дикими, неистовыми порывами.

— Ха-а, а...

Архен, которая ритмично двигалась вверх-вниз, на мгновение замерла. Проглотив член до самого основания, она начала вращать тазом, пытаясь выровнять дыхание.

Пальцы Валена невольно дернулись. Он не знал, за что хотел ухватиться. Разум плавился, превращаясь в кашу. Нельзя... Нельзя...

— Кх-х!!

Без предупреждения она начала двигаться яростно. Тошнота, словно на него вылили нечистоты, подступила к горлу, но её тут же перекрыла еще более сильная волна удовольствия. Он пытался отвернуться, но липкое наслаждение уже пропитало каждую мысль.

— Пожалуйста, а, а! Хва, тит. Нет, нет...!

Он мотал головой, кричал, но спасения не было. Звук шлепков плоти о плоть бил по ушам. В глазах Валена лопнули капилляры, а на повязках, обматывавших руки, проступила кровь.

— Тш-ш, еще немного, еще совсем чуть-чуть...

— Я сойду, с ума, хнык. Ик, а... А!

— Не сдерживайся, выпусти всё.

— Нельзя... Нет...!

— Кончи в меня.

Мягкий голос проник сквозь тяжело дышащие губы Валена. В этот миг туго натянутая струна лопнула.

— А...!

Наконец, подобный удару молнии оргазм поразил Валена. Тело, блестящее от пота, напряглось и извергло разрушительное наслаждение.

— Ох, ик...

Зрение помутилось, таз приподнялся в воздух. Раздувшийся до предела член проник в самую глубину Архен.

Хотя удивленная Архен вздрогнула, он толчками извергал горячую жидкость. В широко распахнутых глазах Валена смешались отчаяние и экстаз. Слезы застилали взор.

Оргазм, парализовавший мозг, медленно отступал, и таз рухнул на кровать. Промокший, жалкий рассудок поднял голову.

Но Вален всё еще не закончил извержение. Столько, сколько он сдерживался, теперь заполняло нутро Архен.

— Слишком, много... Ах, перельется.

Слезы, скопившиеся в уголках глаз Валена, потекли вниз. Намочили виски и упали возле ушей.

***

Люди — единственные, кто делит мир на черное и белое.

Из-за узости взглядов? Нет. Потому что так удобнее управлять. Это укрепляет позиции власти, а для внутреннего сплочения всегда нужен общий враг.

В глазах людей демоны — абсолютное зло. Враг, не заслуживающий переосмысления, цель для уничтожения.

В далеком прошлом демоны и люди много раз воевали за территории. Но после того, как каждый вид обосновался на своих землях, поводов для столкновений не было. Конечно, озорные демоны иногда подшучивали над людьми, но по сравнению с тем, что люди творили с демонами, это были детские шалости.

Люди каждый день отправляли армии за границы демонических земель. Разрушали дома, грабили ресурсы. Из-за этого в Мире Демонов никогда не было спокойствия, всегда царило чрезвычайное положение.

— Какова ситуация в Западных землях?

Сонный голос звучал лениво. 31-й Владыка Демонов, Архен, полулежала на черном троне.

— К рассвету все нарушители были подавлены.

— Ущерб?

— Мы продолжаем расследование, но пока о погибших с нашей стороны не сообщалось, сгорело лишь несколько фермерских домов. — Проведите тщательную проверку, чтобы у населения не было трудностей.

— Слушаюсь.

— На сегодня всё.

Архен полуприкрытыми глазами просмотрела стопку отчетов перед собой. Вчера, позавчера и даже три дня назад она читала столько же, но стопка почему-то не уменьшалась.

Всё из-за войны.

Голова Архен полностью откинулась назад. Хотя приказа уйти не было, старейшины сами собрали вещи и встали. Вскоре послышался звук закрываемой двери.

— Эм, госпожа Архен.

Архен подняла голову. По какой-то причине трое старейшин всё еще не ушли.

— Да, Козел.

Демон козлиного типа, Надаль, громко откашлялся.

— Что вы планируете делать с Неким №38?

Некий, Некий...

— А.

Архен моргнула.

— Вот видишь! Я же говорил?! Я знал, что она забудет!

Зефер ударил себя кулаком в грудь и закричал. Когда он напряг живот и грубо рассмеялся, его волнистые рыжие волосы заколыхались, словно пламя ниже пояса.

Из-за навалившейся работы она совсем забыла. Хотя жених был выбран наспех, они всё же провели первую брачную ночь.

Пока Архен, не меняясь в лице, пребывала в растерянности, Фин всхлипнул.

— Этого человека... Нельзя выгнать?

— Эй, парень, чего ты ноешь из-за выбитого клыка! Я вставлю тебе новый, получше! Как насчет бивня мамонта?

— Да что ты понимаешь!

Фин взбежал по ступеням и встал перед Архен. Нагнувшись, он открыл рот, показывая десну. У него, вампира, был выбит клык.

— Это дело рук того Некого. Без клыков я просто труп с аллергией на солнце!

— Фин, я же говорю, вставлю тебе бивень!

— Заткнись! У тебя нет чувства прекрасного!

Надаль схватил Фина за талию и стащил вниз по лестнице.

— На самом деле, ущерб не ограничивается только этим.

Надаль достал из кармана белый платок и промокнул пот. Вот что он доложил.

Из здания, где был заперт Некий, день и ночь доносились крики. Некий избивал кулаками всех демонов, попадавшихся ему на глаза, а порча имущества была для него обычным делом. Бедные низшие демоны, заходившие, чтобы принести ему еду, часто выходили со свернутыми шеями.

— ...Говорят, он разорвал в клочья одеяло из перьев грифона, на которое управляющий потратил целое состояние. Бедняга так горько плакал.

— Госпожа Архен... Этот ублюдок Некий, похоже, не человек. Он слишком силен. Магии или божественной силы в нем не чувствуется, но он всё равно монстр. Монстр!

В конце концов, Фин закрыл лицо руками и разрыдался. Архен в растерянности поднялась с трона.

— Клык скоро отрастет.

— Хны-ык, госпожа Архен!

Фин тут же подпрыгнул и обнял Архен. Она позволила ему уткнуться лицом ей в плечо и поплакать.

— Мы привезли его ради мирного договора с людьми, но если бы знали, что так будет, выбрали бы кого-то с более мягким характером.

— ...

— К счастью, брачная клятва не была завершена, так что можно найти другого человека...

— Я встречусь с ним.

Фин поднял голову. Его лицо распухло и покраснело от слез и соплей.

— Э-это опасно.

— Всё в порядке. Я довольно крепкая.

Глава 7

Прошел месяц с тех пор, как его изнасиловала суккуб.

Вален не мог простить Архен, которая, тщательно выжав его тело, исчезла бесследно.

Чувство бессилия и унижения, испытанное в тот день, до сих пор живо стояло перед глазами. С течением времени гнев углублялся, а ненависть росла.

Воспоминания о том дне пожирали Валена. Герой человечества, главнокомандующий союзными силами, рыцарь-командор королевской гвардии и старший брат Лето. Всё, что он защищал, было безжалостно растоптано.

— ...

Глаза Валена блестели от ненависти.

В этот момент послышались шаги. Грязные демонические твари. Скрежет. Он заскрежетал зубами. Широко шагая на длинных ногах, Вален одной рукой схватил стул.

Щелк. Как только дверь открылась, он замахнулся стулом.

— Ты вышла встречать меня?

Нет, он собирался замахнуться. Но при виде Архен рука застыла сама собой. Бах! В итоге он так и не ударил, выронив стул на пол.

Архен скользнула взглядом по стулу, а затем снова посмотрела на Валена.

— Тебе не понравился этот стул?

— Думаешь, я ненавижу только стул?

— Говори что угодно. Я всё заменю.

Вален свирепо усмехнулся. Архен, опустившая его на самое дно, выглядела совершенно невозмутимой.

Когда Вален сделал шаг вперед, раздался лязг натягиваемой цепи. Он наклонился и прошептал ей на ухо:

— А воспоминания о том, как ты трахалась со мной, тоже можешь заменить? Это самое дерьмовое.

— Манипулировать разумом вредно. Даже одна попытка может привести к тому, что ты перестанешь отличать день от ночи.

— Лучше не отличать день от ночи. Чем жить с памятью о том, как я сношался с таким демоном, как ты, лучше вырвать себе глаза!

— Похоже, тебе не понравилось.

— Не понравилось? Думаешь, это слово всё объясняет?! Это было до безумия омерзительно. Меня тошнит от одного воспоминания, это так ужасно, что хочется размозжить себе голову.

— В следующий раз я постараюсь лучше.

— Бл*дь, прекрати этот свой высокомерный, спокойный тон!

— ...Я исправлюсь.

— ...

— Я исправлюсь.

Архен прошла мимо Валена в спальню. Там был и тренировочный зал, и большая ванная, и даже кабинет. Это место было обустроено с заботой, но Вален, разумеется, не мог этого оценить.

— За то время, что мы не виделись, ты осунулся. Ты нормально питаешься? То есть... ешь ли ты вообще?

— Какова цель моего заточения?

Архен нахмурилась. Она огляделась, что-то заметила и провела рукой по воздуху.

Дзынь. Цепь, сковывавшая лодыжку Валена, разорвалась.

— Я приказала надеть её не для того, чтобы мучить тебя. Просто ты размахивал кулаками без причины, и они испугались...

— Без причины?

Вален грубо схватил Архен и прижал её. Плюх. Архен оказалась зажатой между кроватью и Валеном, слегка нахмурившись. Огромная рука жестко сжимала её предплечье.

— Подумай еще раз. О том, что ты сделала.

— Мне жаль, что я не приходила после первой ночи. Оправдываться не буду.

— Кто вообще из-за этого...!

Его огромная рука скользнула с предплечья вверх и сдавила белую шею Архен. Вален подумал, что она слишком тонкая и хрупкая в его хватке. Казалось, её можно переломить без усилий, как сухую ветку.

Ощущение хрупкости Архен перенаправило гнев. На самого себя — того, кто был так тщательно унижен этим ничтожным демоном. Жгучее отвращение к себе хлынуло лавой, сжигая грудь.

— Госпожа Архен!!

Б-бах! С оглушительным грохотом земля содрогнулась. Целая стена рухнула, и клубы белой пыли заполнили комнату. В тот момент, когда Вален повернул голову...

— Кх-х...!

Что-то невероятно быстрое полетело, целясь ему в живот. Атака была такой стремительной, что её невозможно было уловить глазом, но за мгновение до удара Вален перехватил ногу обеими руками. Едва удивленный Фин успел пискнуть: «О», как его тело впечаталось в потолок.

Тук-тук-тук. Мелкие камни посыпались на головы Архен и Валена. Внезапно появившийся Надаль снял свой плащ и раскрыл его над головой Архен, как зонт.

— Говорил же я этому парню не лезть. Вы в порядке?

— О чем ты?

— Ваша шея. Ох, беда... Будет синяк.

Сидя на кровати, Архен потрогала свою шею. Белая кожа покраснела ровно по форме руки Валена.

Надаль с огорчением осматривал Архен, и она привычно не мешала ему.

— Лучше бы вас проткнули мечом. Рваные раны заживают быстро, а синяки, как у людей, остаются надолго.

— Не беспокойся об этом. А что это у тебя на лице?

— А, это.

На длинной морде Надаля висело что-то пушистое.

— Это шерстистая черепаха. Говорят, помогает от аллергии на людей...

— Чтобы был эффект, её нужно перетереть и выпить, но он говорит, что ему жалко, и ходит с таким дурацким видом. Ха-ха-ха!

Зефер одним прыжком перемахнул через груду камней.

— Козел слишком сентиментален.

Архен пощекотала панцирь черепахи указательным пальцем. Спрятанные голова и лапки тут же высунулись наружу. Зверек дернул острыми, как у лисицы, ушами и снова спрятался в панцирь.

— Вовсе нет. Это исключительно ради эф-эффективности. Если выпить, то всё уйдет в... отходы. А так можно использовать многократно... Смотрите! Прямо сейчас передо мной человек, а я в порядке...

Когда Надаль повернул голову, рука с чудовищной силой схватила его за лицо. Хруст, послышался звук ломающегося черепа. Вален тут же впечатал Надаля в пол.

Шанс сбежать — только сейчас.

Дверь, которую не брала никакая физическая сила, была разрушена. За месяц наблюдений он понял, что боевая мощь демонов, охраняющих его, не так уж высока. Видимо, потому что он всего лишь игрушка суккуба. Вален криво усмехнулся.

Вален выхватил посох с пояса Надаля и точно нацелился в правый глаз Зефера. Но острие посоха замерло в миллиметре от зрачка.

— ...Кх.

Конечности одеревенели, словно превратились в камень, он не мог сделать ни шагу. Это чувство он уже испытывал однажды.

— Ого, чуть больно не стало. Спасибо, госпожа Архен!

Архен, эта суккуб, опять...!

Вален напряг всё тело, пытаясь вырваться из невидимых оков. Мышцы вздулись так, что казалось, вот-вот лопнут, вены пугающе выступили наружу.

— Ого, ну и монстр! У него рука двигается?!

— Кто... Кого ты назвал монстром, грязный демон...

— О-он говорит?!

У Зефера отвисла челюсть. Он был искренне поражен, но Валену казалось, что над ним просто издеваются. Словно он был тупой дворнягой, которой хлопают за то, что она легла на пол по команде.

Он почувствовал приближение легких шагов.

Здесь я и умру?

Лучше избавиться от секс-игрушки, которая не поддается дрессировке. Учитывая всё, что натворил Вален, странно, что его до сих пор оставили в живых.

— Не бойся.

Но вопреки ожиданиям, слова, которые перевернули всё внутри Валена, прозвучали еще хуже, чем смертный приговор.

Архен остановилась перед Валеном. Она, будучи намного ниже ростом, подняла голову где-то на уровне его груди.

— Я не причиню тебе вреда.

Красные глаза.

Глаза, при встрече с которыми его учили без раздумий рубить мечом. И красные губы.

«Кончи в меня».

Проклятье. Внезапно всплывшее воспоминание полоснуло по сердцу и исчезло.

Архен накрыла своей ладонью тыльную сторону руки Валена. Тук. Посох Надаля бессильно упал на пол.

— Ни Козел, ни Зефер, ни Фин не причинят тебе вреда.

Их взгляды встретились в воздухе.

— Я была невнимательна. Я объясню всё так, чтобы ты понял.

— ...

— Тогда тебе станет легче, чем сейчас.

Архен опустила руку Валена. И...

Бам-м!

Страшный удар обрушился на затылок Валена. В глазах мгновенно потемнело, удар был такой силы, что его огромное тело повалилось вперед. Архен быстро отступила на шаг в сторону.

Бум. Вален рухнул на пол ничком. Чувствуя, как тьма поглощает зрение, он подумал:

Не причинишь вреда, говоришь. Подлые демонические твари.

P.S. Переходи на наш сайт, там больше глав (до 40 главы)! boosty.to/fableweaver

Глава 8

Какой это уже по счету обморок?

На затылке Валена была приклеена большая марлевая повязка. Он, будучи насильно привязанным к красному бархатному дивану, свирепо смотрел на Надаля.

Несмотря на удар, полученный от Валена, на Надале не было ни царапины. В то время как Фин, вслед за клыком, лишился еще и одного переднего зуба.

Рядом сидела Архен.

Вален резко повернул голову, и Архен тоже обернулась. Отпив дымящегося чая, она оторвалась от чашки. Поводив глазами, словно о чем-то раздумывая, она протянула Валену свой чай.

Лицо Валена исказилось от злости.

— Так, так. Внимание. Внимание! Самое важное начинается сейчас.

Надаль постучал по доске.

Доска была исписана грубым почерком. В основном речь шла об условиях труда в замке Владыки Демонов. Статистика отпусков за последние 100 лет, сверхурочные, командировки, уровень удовлетворенности работой и так далее. Если вкратце: работы было чертовски много.

Зачем мне это слушать? Пока Надаль с жаром вещал, лицо Валена оставалось ледяным. Но он ловил каждое слово.

Он долго сражался с демонами, но информации о них было ничтожно мало. Сколько у них солдат, какое мощное оружие, какие слабые места? Ничего нельзя было предсказать, и каждый раз он терпел поражения от новой тактики или неожиданных атак.

Демоны были слишком закрытой группой, а пленные демоны проявляли такую верность, что даже под пытками кричали: «Я ничего не знаю!» и молчали.

— Причины сверхурочной работы включают стихийные бедствия, фестивали, государственные мероприятия и многое другое!

Надаль указал тростью на часть доски.

— Но самый большой процент приходится на людей. Целых 80% от общего объема! 80%!

— ...

— У вас там живут одни маньяки битвы? Вы приводите солдат без устали, и у нас нет ни минуты покоя. Верно, госпожа Архен?

Архен кивнула.

— И их так много, каждый раз с новыми флагами. То нападают по отдельности с разных сторон, то сразу под несколькими флагами.

Надаль приложил руку к ноющему лбу.

Одновременно с этим рядом с Валеном раздался легкий звон ставящейся на блюдце чашки.

— Мы не обвиняем тебя.

Вален фыркнул от абсурдности ситуации. Боится, что я почувствую вину? Не смешите. Вопли Надаля не вызывали у него ни капли сочувствия.

В его глазах этот график показывал лишь то, сколько людей погибло от рук демонов. Почему люди берутся за мечи, рискуя жизнью... Демоны этого совершенно не понимали.

Родители, братья, сестры, дети, возлюбленные, погибшие из-за глупых шалостей демонов. Представляют ли они, сколько их было?

Горе, которое не стирает время, остается огромным шрамом, превращая каждый день в ад.

Никчемные демоны, живущие лишь ради удовольствия, никогда не поймут этого чувства.

— Демоны тоже на пределе!

Закричал Надаль.

— Мы отправили письмо с одним из человеческих солдат, вторгшихся в Земли Демонов. В нем мы искренне просили о мирном сотрудничестве. Но...

— Вернулась пятидесятитысячная армия.

Хлюп. Архен уныло покачала головой и отпила чаю.

— Козел каждый день проверял почтовый ящик, ожидая ответа.

Отправили письмо в человеческое королевство? Между двумя расами не было никаких контактов, кроме войны. Полная изоляция.

Учитывая закрытость Земель Демонов, даже малейшая информация о них будоражила весь континент. Если бы письмо действительно было отправлено, Вален, как главнокомандующий, не мог бы об этом не знать.

— Он, кажется, не верит?

— Сохранилась копия отправленного письма.

Надаль порылся в кармане и что-то достал. И с гордостью сунул это под нос Валену.

— Вот, смотри. Доказательство!

Давайте жить дружно♥

Мир Демонов

Лицо Валена застыло. Это было предложение, достойное уголка в учебнике для младших классов. Ему стало стыдно за то, что он хоть на секунду всерьез пытался вспомнить что-то, глядя на эту небрежную ложь.

— Козел даже прочел книгу о дружелюбном стиле общения людей, чтобы написать это письмо.

— Только госпожа Архен ценит мои старания.

Надаль промокнул глаза платком и бросился в объятия Архен. Терпение Валена лопнуло. Сколько еще ему смотреть на этот цирк?

— Хватит болтовни, разве вы не должны что-то объяснить?

— А. Да. Верно. Далее список странных поведений демонов из-за длительных переработок и мест, куда они хотели бы поехать в отпуск... Судя по вашему лицу, лучше это пропустить.

— Ты долго готовился. Я послушаю это позже отдельно.

— Вы так добры, госпожа Архен...

— Сколько мне еще ждать?

Надаль громко откашлялся.

— Мы, демоны, всё это время искали способ закончить войну. И мы нашли его.

— И что же это?

— Брачный союз.

Вален не поверил своим ушам. Из всего, что демоны с таким жаром объясняли, рисуя на доске, он не понял ни слова.

Демоны хотят заключить брачный союз с людьми ради мира?

Родители Валена погибли от их вторжения. Прямо сейчас по всей стране возят телеги с трупами невинно убитых людей. Это было даже не смешно.

Ладно. Допустим, им надоела война. Но брачный союз? Даже бродячий тактик с окраины предложил бы план получше.

Брачный союз имеет силу только если клятву приносят влиятельные лица высшего сословия каждой из стран.

Но демоны даже имени Валена не знали, называя его Некий №38. А Архен, хоть и была высшим демоном, была суккубом, а не королевской крови.

То есть, даже если Вален и Архен сыграют пышную свадьбу, это не окажет никакого влияния на конфликт.

— Ну как. Теперь ты понимаешь нашу печальную ситуацию?

Тут он не выдержал и рассмеялся. Ждать сочувствия от человека? Наглости им не занимать.

— Госпожа Архен! Этот ублюдок смеется!

— Возможно, это человеческий способ утешения.

— Нет же! Посмотрите на его глаза. Он считает нас полными идиотами!

— Злой глаз видит только зло. Фин, мне жаль твоего зуба, но убери неприязнь.

— Агрх! Да нет же. А? Вы видели? Он только что назвал меня мелким крысенышем. Видели, как он шевелил губами?!

Фин бил себя в грудь и бесновался. Он кричал о несправедливости, но Архен не разделяла его чувств.

Когда Архен полностью проигнорировала его обиду и встала на сторону Валена, в его груди вспыхнула жгучая ревность. Фин схватил смирно сидящего Валена за грудки.

— Говори честно. Ты не собираешься нам помогать. Госпожа Архен прощает тебя, но всему есть предел!

— Кто сказал? Что я не собираюсь помогать.

— ...Что?

Ярость в глазах Фина утихла. Неожиданный ответ вызвал на его лице глубокое замешательство.

— Убери лицо. Воняет.

— Э-этот ублюдок!

Надаль схватил за шкирку Фина, который уже готов был броситься на Валена. Фина оттащили прочь, и он даже не успел ударить.

— Ты правда решил сотрудничать?

Архен поставила чашку. Казалось, она сделала много глотков, но чая стало меньше лишь на глоток.

Поверхность чая дрогнула, отразив бесстрастное лицо Архен. Её учили скрывать эмоции? Ни радости, ни нетерпеливого желания убедить.

Даже когда она силой брала Валена, у неё было то же выражение лица. Разве что тогда она слегка хмурилась.

Глава 9

Какое дерьмовое чувство.

Но Вален изменил ход мыслей. Он уже не раз видел, к чему приводит слепая ненависть на войне. В такой ситуации злость ничего не изменит. Нужно мыслить рационально.

Однако, как бы он ни ломал голову, он не мог понять их истинных намерений. Что они хотят получить, обманывая его этой абсурдной ложью? Единственное, что можно предположить...

Всё дело в энергии?

Вален искоса взглянул на профиль Архен.

Даже среди полных сил солдат суккубы всегда выбирали именно Валена. Когда их чары не действовали, некоторые даже падали на колени и умоляли. Причина неизвестна, но ясно одно: энергия Валена — это изысканное лакомство для суккубов.

Что бы это ни было, если демоны хотят использовать его, он тоже может использовать их в ответ.

Вален оторвал взгляд от чашки и посмотрел на Архен.

— Немного. Но сколько ни думай, я остаюсь в проигрыше.

— Ты тоже освободишься от войны.

— Пф-ф. Это решается одним заявлением об отставке.

— От того, что ты напишешь заявление, мир не наступит.

— Пусть с этим разбираются те, кто наверху. Меня это не особо волнует. Если станет опасно, я просто спрячусь где-нибудь, посажу виноградную лозу. Буду делать вино и продавать. Наши с вами положения слишком разные. Понимаешь?

Архен закрыла рот и серьезно задумалась.

Наивная. В словах Валена не было ни капли правды. Герой человечества, символ справедливости, он не мог просто так бросить пост командора рыцарского ордена.

К тому же, лечение его брата Лето стоило астрономических денег, которые Вален не мог бы потянуть в одиночку, и требовало вмешательства лучших придворных врачей. В тот момент, когда поддержка короля прекратится, Лето не протянет и нескольких лет.

— Твои слова верны.

Архен согласилась.

— И правда, будь я на вашем месте, тоже не захотел бы.

Надаль поддакнул.

— Чего ты хочешь?

— Срок действия сделки. Мне нужен четкий момент окончания, независимо от того, кончится война или нет. Я не собираюсь торчать здесь, пока не превращусь в скелет.

— Это всё?

— Конечно, нет. После окончания сделки моя безопасность должна быть гарантирована, пока я не пересеку границу. И я хочу получить драгоценные камни или магические камни стоимостью в миллион лопе.

Архен приподняла одну бровь. Она вела себя так, будто готова принять любое требование, но при упоминании денег вздрогнула.

Естественно, ведь миллион лопе — это годовой бюджет Глутонии, родины Валена. Вален ни на секунду не собирался участвовать в этом смехотворном спектакле. Он планировал собирать информацию, оставаясь в замке Владыки Демонов, пока бдительность демонов не ослабнет, и при первой возможности сбежать.

Но нужно учитывать и худший вариант. Если он не сможет сбежать до окончания срока сделки...

С очень высокой вероятностью слух о том, что он был изнасилован Архен, распространится по всему миру людей. Если почитаемый герой с позором падет, на медицинскую поддержку дворца рассчитывать не придется.

Это будет нелегко, но он должен накопить достаточно денег на лекарства для Лето, чтобы продержаться до тех пор, пока не найдет новую работу. Как можно больше.

Конечно, он сам понимал, что миллион лопе — это абсурдная сумма. Но завышать цену — основа любой сделки.

Архен молчала, сколько бы он ни ждал. Другие демоны, которые болтали без умолку, тоже притихли. В отличие от того, что они показывали раньше, они переглядывались и отводили глаза. Сумма оказалась слишком велика для них? Вален уже собирался скорректировать цену.

— ...Насколько большой мешок нужно приготовить?

— Что?

Архен спросила это с серьезным, окаменевшим лицом.

— Разве не лучше, чтобы было больше, чем меньше?! У нас же есть телеги, которые таскают огры. Нагрузим туда, и дело с концом. Ха-ха-ха!

— Пожалуй.

Какое к черту "пожалуй"! Если это магические камни высшего качества, хватит и полмешка из-под риса. К тому же, огры — это гиганты ростом более 7 метров. Вален не смог бы в одиночку тащить телегу, которую тянут такие монстры.

Вален почувствовал дежавю от этого идиотского разговора. Это те же самые твари, что собирались рубить голову топором ради 5 кубиков крови на свадьбе.

Неужели они не знают, что королевство использует единую валюту континента, унаследованную от древней империи?

Вален был ошеломлен их глупостью, но всё же его мозг лихорадочно работал, подозревая, не является ли это сложной психологической игрой. В стратегии часто бывает так: притворяются, что используют очевидную тактику, а затем наносят внезапный удар. Но чтобы они путались в таких элементарных вещах... с таким он сталкивался впервые.

— Хорошо. Я принимаю.

Для Архен это был довольно бодрый ответ. Если бы руки Валена были свободны, он бы невольно приложил ладонь ко лбу.

— Столько я даже унести не смогу. Просто...

Вален огляделся. Ничего подходящего для сравнения не нашлось. Тогда он кивнул подбородком на Архен.

— Насыпь магических камней высшего качества столько, сколько весишь ты.

— Чего-о?! Разве этого хватит? Вес нашей госпожи Архен — это же сущие пустяки!

Зефер возмущенно закричал. Разница между телегой огра и весом Архен была слишком велика. В конце концов, Зефер подхватил Архен на руки и начал качать её из стороны в сторону, словно колыбель с ребенком.

— Смотри! Всего-то столько! С таким весом даже не покачаешься!

Вален был в шоке. Какими бы неформальными ни были отношения, она всё же их начальник. Вален всегда жил в строгой иерархии, где звание было абсолютнее закона. Даже если в детстве они были близкими друзьями, он верил, что с момента разделения по рангам нужно соблюдать соответствующие приличия.

Но это выглядело так, будто дядя играет с племянницей. За такое можно было бы и голову отрубить, но лицо Архен оставалось таким же бесстрастным, как и всегда. Она выглядела не просто привыкшей, а даже расслабленной.

Не может сказать ни слова против такого отношения. Видимо, её ни во что не ставят как начальника.

Но как бы ни жили демоны, Валену это поведение крайне не нравилось.

— Может, поставишь её на место?

Зефер осторожно усадил Архен на диван, и та поднесла чашку к губам, как ни в чем не бывало.

— Ты, смотри потом не ной, что сумма маленькая.

Зефер строго предупредил его, но взгляд Валена был прикован к профилю Архен. Опять только губы мочит. Зачем тогда вообще чай пьет?

Внезапно Архен повернула голову. Их взгляды встретились в воздухе, и сердце Валена ёкнуло. Он только сейчас осознал, что пялился на неё. Это была слежка.

— Раз мы договорились заплатить столько, сколько ты хочешь, момент окончания определю я.

Как только речь зашла о сделке, минутное волнение сменилось холодным расчетом.

— ...

— ...

Он хотел выслушать, что они предложат, но Архен медлила с решением. На её белом лбу пролегла вертикальная морщинка, словно что-то её беспокоило. Что она делает?

— Тебе нужно больше времени подумать?

— Нет. Я уже всё решила.

— Тогда говори быс...

Внезапно Архен наклонилась к Валену. Аромат грушевых цветов накрыл его лицо, а её волосы пощекотали его бедро.

Что она опять творит?

Вален нахмурился.

Белая, хрупкая рука потянулась ему за спину. Ощущая странное прикосновение, скользящее вниз по позвоночнику, Вален молча стиснул зубы.

— Пока я не забеременею.

Мягкий голос прозвучал где-то под плечом Валена.

Что?

Архен бросила бомбу и равнодушно отстранилась. Вален даже не заметил, что его руки, связанные за спиной, освободились. Слова Архен обладали такой разрушительной силой, что парализовали его мозг.

Видя, что он застыл в позе «смирно», Архен положила веревку ему на бедро. Только тогда Вален понял, что его руки свободны. Но это было неважно.

— Ты хоть понимаешь, что сейчас сказала?

— Твоя сперма встретится с моей яйцеклеткой и оплодотво...

— Я не об этом спрашивал!

— Ты беспокоишься? В любом случае, наша конечная цель — не одноразовый брак, а рождение ребенка от человека и демона. Я уже готова к этому. И наши тела не такие слабые, как у людей.

— Это же бред...

— Как только главный врач подтвердит беременность, ты сможешь забрать магические камни и вернуться в мир людей.

P.S. Переходи на наш сайт, там больше глав (до 50 главы)! boosty.to/fableweaver

Глава 10

— Ах да, не стоит жалеть ребенка из-за того, что он будет расти без отца. У него будет множество дядей, готовых заменить тебя. Ребенок не будет страдать от дискриминации и одиночества.

Ребенок с кровью демонов. Пусть даже в нем течет и его кровь, это отвратительно до тошноты. О какой-либо отцовской любви не могло быть и речи. Но если Архен действительно забеременеет и этот факт станет известен в королевстве, весь человеческий мир перевернется с ног на голову.

Вален тихо рассмеялся.

— Почему ты смеешься?

— Потому что всё это дерьмо собачье.

— ...

Вален откинул со лба упавшую прядь. Его взгляд вонзился в лицо Архен, словно гарпун. В нем читались отвращение, презрение и явная жажда убийства.

Злой рок всегда настигал Валена с силой, превосходящей его ожидания. Жизнь, где каждый шаг грозил ядовитыми шипами. Когда человека загоняют в угол, его охватывает полубезумный позитивизм.

Сбежать из замка Владыки Демонов до того, как всё случится...

«Или получить кучу денег за то, что обрюхатил тебя».

В любом случае, ни один из вариантов не вел к смерти.

— Если захочешь увидеть ребенка, я позволю вам встретиться в любое время.

— Вряд ли такое случится.

Опасно потемневшие глаза скользнули по телу Архен. Миновав тонкую длинную шею и умеренно высокую грудь, взгляд остановился на плоском животе.

— Лучше держи обещание.

***

Тихая ночь, освещенная красными звездами. Белые лепестки груши, кружась, прилипали к окну. Белый палец легонько коснулся холодного стекла, и лепесток плавно спланировал вниз.

Вокруг царила тишина, но всё остальное было пропитано суетой. Особенно из-за двух демонов, которые поднимали шум за спиной Архен.

— В итоге мы так и не узнали имя Некого №38.

Надаль со вздохом начал стирать с доски плотно исписанный текст. Разноцветная меловая пыль поднялась облаком, и он натянул черепаху с плеча себе на лицо.

— Госпожа Архен. Как ни крути, мы выбрали не того человека. У этого ублюдка даже взгляд такой, что кровь стынет в жилах. Он выслушал нашу душераздирающую историю и даже слезинки не проронил... Он, наверное, злее самих ангелов.

Фин схватил Архен за руку и закачался, словно капризный ребенок. Архен, молча слушавшая его, тихо покачала головой.

— Мы должны первыми войти в положение Некого. Он заперт здесь, не может вернуться домой... Понятно, почему он так враждебен. Но я постараюсь.

— Судя по его характеру, он точно не назовет своего имени до следующего года.

— Ничего страшного. Немного жаль, конечно, но мне нужно лишь зачать ребенка с Неким.

— Я уже говорил, но мне всё еще не нравится, что госпожа Архен должна забеременеть...

— Этот разговор окончен.

Архен решительно оборвала его. Фин больше не мог возражать и лишь надул губы с обиженным видом.

— Забеременеть в этом году будет непросто.

На этот раз вмешался Надаль. Его лицо было полно тревоги. Рука, стиравшая доску, замедлилась, и он тяжело вздохнул.

Ситуация действительно была плохой.

Была еще одна скрытая причина, кроме отпусков, по которой они похитили человека и пытались любой ценой вернуть мир. Причина, о которой они не рассказали Валену и вряд ли расскажут...

— Если до конца года не будет результатов, курфюрсты созовут совет.

Надаль потер переносицу, словно у него болела голова.

— Старикашки, сидели бы смирно на своих землях, так нет же, им не терпится помучить госпожу Архен!

Бах! Дверь распахнулась, и вошел Зефер с бутылкой в руке. Он с силой, полной гнева, опустил бутылку на стол, и та с треском разбилась. Осколки стекла разлетелись во все стороны с громким звоном. Фин инстинктивно закрыл лицо Архен рукой, а Надаль лишь мельком взглянул, будто привык к такому.

— Они сказали, что я бракованная.

Архен повернула голову к окну. В темном стекле, как в зеркале, отразилось её бесстрастное лицо. Спокойные, как ночь, глаза посмотрели на её макушку, а затем медленно перевелись на головы трех старейшин. Там были рога, которых у неё не было.

Титул Владыки Демонов передается по наследству. И роль курфюрстов — подтвердить это. Но после смерти родителей Архен, предыдущих королей, они отвернулись от неё. Было несколько попыток сменить династию, но из-за отсутствия веских причин они так и не были осуществлены.

Зверь без крыльев — не птица, цветок без запаха — не цветок. У Архен не было рогов, которые должны быть у любого демона. Курфюрсты, занимавшие свои посты почти 1000 лет, ценили традиции и чистоту крови, поэтому им очень не нравилось, что безрогая Архен сидит на троне.

Поэтому, используя бесконечную войну с людьми как предлог, они ставили под сомнение качества короля и пытались сменить династию.

— Нет, кто бы говорил о браке?! Этим выжившим из ума старикашкам стоило бы проверить свои гнилые мозги!

Фин запрыгал от ярости, крича. Зефер яростно закивал, соглашаясь.

— Настроение ни к черту, давайте выпьем!

— Ты всё разбил, что тут пить? Неси тряпку и вытирай. И не лупи бутылками как варвар. Чуть лицо госпоже Архен не поранил!

— Я в порядке.

— Госпожа Архен, не будьте так добры к этому ублюдку Зеферу. У него мозги из мышц, он думает, что всё действительно нормально.

— Всё действительно нормально.

— Будьте добры только ко мне. Ну? Ну?

Надаль схватил Фина за шкирку и швырнул его назад. Бах! С громким звуком Фин впечатался в стену, и на него посыпалась каменная крошка.

Однако он поднялся без малейших признаков боли и раздраженно крикнул: «Надаль!» Надаль сморщился, словно его сейчас стошнит.

— Ты, вроде старейшина, а ведешь себя как ребенок, сколько можно ныть?

— Всю жизнь! И даже после смерти! Госпожа Архен сказала, что всё нормально?!

— У неё и так много забот, не веди себя как дитя.

— Кто ты такой, чтобы указывать мне?

— С тех пор как появился Некий, ты ведешь себя еще более незрело. Госпожа Архен терпит тебя, но всему есть предел.

— Тряпки нет. Надаль, можно я возьму твою черепаху?

Мгновенно поднялся шум. Надаль и Фин, не собираясь уступать, яростно спорили, брызжа слюной. А Зефер тем временем был занят поиском тряпки. Он сорвал штору и попытался вытереть ею, но она плохо впитывала, так что он начал рвать на себе одежду.

В этом хаосе только Архен оставалась спокойной. Губы её были плотно сжаты, но в голове стоял такой шум от тревог, что голоса старейшин казались на этом фоне тихими.

Народ, живущий в страхе перед постоянной угрозой вторжения людей; демоны замка, измученные тяжелым трудом; курфюрсты; и Некий №38.

Может, потому что у неё нет рогов? Тяжесть короны казалась невыносимой. Настолько, что голова готова была сломаться под её весом.

Архен привычным движением помассировала виски и направилась к выходу. Когда она спокойно проходила мимо старейшин, Фин спросил: «Госпожа Архен, вы куда?»

— Иду стараться.

— Стараться в чем...

— Во всем.

Выйдя из комнаты, Архен в одиночестве пошла по пустому коридору. Нельзя было оставлять его одного целый месяц. Даже если она была занята государственными делами, стоило проверить, как он там. В момент, когда помощь Некого нужна как никогда, она просто бросила его. Это была ошибка.

Поэтому Архен решила с этого момента проявить к нему максимум внимания и усилий.

«Надеюсь, еще не слишком поздно».

***

Что это за новая уловка?

Утренняя синева только-только сошла с неба. Вален холодным взглядом смотрел на стол, ломившийся от еды так, что ножки гнулись, но ложку не поднимал.

С тех пор как он услышал бред про брачный союз и прочее, такие застолья продолжались уже неделю. Не только три раза в день, но и постоянные перекусы. Он что, школьник, вернувшийся с уроков? К черту перекусы.

Но даже при виде этой горы еды у Валена совершенно не было аппетита. Наоборот, закрадывалось подозрение, не новый ли это вид пытки.

Глава 11

— Они что, приготовили это из дерьма?

Это было чисто интуитивное впечатление, но более честной оценки быть не могло. Валену никогда не доводилось пробовать экскременты, но их зловоние он, конечно, знал прекрасно. От еды исходил похожий запах, да и вкус был мерзкий. Горло яростно отказывалось принимать пищу, вызывая постоянные позывы к рвоте.

Времена, когда ему просто давали сырые картошку или яблоки, были куда лучше.

Это было совершенно несъедобно для человека. Но была причина, по которой подозрение в том, что это пытка, не перерастало в уверенность...

— Не стоит стесняться.

Ням. Архен сидела за тем же столом и ела ту же еду.

В её движениях вилкой не было ни капли колебаний. Она накалывала и отправляла в рот нечто, что по запаху напоминало навоз и, будь у запаха цвет, было бы темно-зеленым. Прямо перед тем, как проглотить, она издала слабый звук ук, но лишь на мгновение. Она всегда дочиста опустошала свою тарелку с основным блюдом.

— Может, хотя бы попробуешь?

Вален же, напротив, даже не притронулся к еде, лишь жевал яблоко.

— Ты серьезно?

— Шеф-повар расстроится.

Тихо пробормотала Архен себе под нос.

Он думал, что это пищевая пытка, но раз Архен мучилась так же, видимо, нет... Но называть это обычной трапезой было бы слишком безнадежно.

Как только Архен вытерла рот и встала, ожидавшие слуги бросились к столу и начали сгребать тарелки в огромную ротанговую корзину. Дзынь, дзынь! Раздался резкий звук бьющейся посуды. Хотя он наблюдал эту сцену уже неделю, Вален всё еще не мог к ней привыкнуть.

Блдь, точно дерьмо.* Разве так убирают остатки еды? Любому было бы ясно, что они просто выбрасывают мусор.

Ей что, всё равно? Слуги буквально кормят её дерьмом, а она невозмутима.

Впрочем, не его дело. Он поспешно закончил трапезу и вышел из банкетного зала.

— Тебе неприятно есть со мной?

Спросила Архен, идя на шаг впереди Валена.

Она даже не думает, что проблема во вкусе.

Однако Валена беспокоило кое-что поважнее еды.

Архен.

После сделки, по условиям которой он должен был её оплодотворить, она искала встречи с ним при любой возможности. Распахивала дверь его комнаты без стука с раннего утра, ела с ним каждую трапезу, а иногда даже пыталась устроить нелепые чаепития. Конечно, он ни разу не согласился.

Вален хотел собрать как можно больше информации перед возвращением в королевство, поэтому Архен, которая липла к нему, словно надзиратель, чертовски раздражала.

Держала его взаперти целый месяц, а теперь вдруг сменила отношение на 180 градусов. Это было странно.

— Почему молчишь?

Пора подзарядиться энергией?

Вален криво усмехнулся.

— Разве может быть комфортно с насильником, который тебя изнасиловал?

— ...

Она мгновенно замолчала, словно воды в рот набрала. Но на её бледном лице не промелькнуло ни тени вины.

Чтобы добраться до спальни Валена, нужно было долго идти от банкетного зала. Раньше он ел прямо в спальне, но с тех пор как вмешалась Архен, ему приходилось тащиться в столовую. Сама ходьба его не особо напрягала. Но...

— Отдыхай.

Раздражало то, что он не мог войти в комнату, пока Архен не вернется и не откроет ему дверь. Ему было неприятно, что без её помощи он не может открыть даже одну створку, и что после окончания "дел" его, словно собаку, загоняют обратно в будку.

Типичный Мир Демонов. Все предметы здесь работали только от магии. Даже открыть окно в одиночку для Валена было невозможно.

Смириться с положением существа, которое смирно сидит взаперти и поставляет энергию, словно живой вибратор, было невозможно.

Архен не видела застывшего лица Валена за своей спиной.

— С этого момента я не буду присутствовать на твоих трапезах.

— Лучшая новость за всё время.

— Думаю, через четыре дня вечером у меня будет время, так что давай прогуляемся в сад на заднем дворе. Свежий воздух и вид зелени помогут тебе хоть ненадолго успокоиться. А когда обретешь душевный покой, может, и захочешь назвать своё имя.

Имя.

Так и знал, что ей нужно что-то еще. Месяц носа не показывала, а теперь каждый день наведывается. На губах Валена мелькнула и тут же исчезла насмешливая ухмылка.

Архен ждала перед дверью спальни, пока он войдет. Но Вален не двигался, лишь стоял, сунув одну руку в карман, и смотрел на Архен. Из-за разницы в росте ей приходилось сильно запрокидывать голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Повисла короткая тишина.

— Еще не хочешь заходить?

Когда Архен склонила голову и спросила, лицо Валена заметно похолодело. Она думала, что проявляет заботу и любезность, но для Валена это прозвучало как оскорбление, от которого внутри всё перевернулось.

Бах. Он вытянул длинную руку и уперся в стену позади Архен. Красные глаза скользнули по его руке. Её глаза были настолько ясными по сравнению с другими демонами, что направление взгляда читалось слишком явно.

— Я заключил сделку. А не стал твоей собачонкой. Следи за своим поведением.

— Мое поведение тебя оскорбило?

— Меня переполняет жажда убийства, даже когда ты просто дышишь передо мной. А ты еще и мельтешишь перед носом у того, кто из последних сил сдерживается. Это что, демонстрация «убей меня, если сможешь»? Твои жалкие попытки изображать избранность выглядят просто лицемерно.

— Я не хотела тебя обидеть. Я лишь хотела сделать для тебя всё возможное.

— Всё возможное, говоришь. Похищение, заточение, изнасилование, а теперь еще и угрозы.

Хотя он и решил подыгрывать планам Архен, пока не найдет способ сбежать, это не значило, что он собирался быть покорным. Прошло больше месяца с их первой ночи, но при виде её лица внутри всё еще клокотало жгучее чувство унижения.

— Веди себя соответственно своей природе.

— ...

— Ясно же, чего ты от меня хочешь. Говоришь, свободна с вечера?

Мощная рука обвила талию Архен. Он не прикладывал особых усилий, но её тело пошатнулось и наклонилось.

Архен рефлекторно уперлась обеими руками ему в грудь. Вален одной рукой сжал её бок, такой же тонкий, как и шея. Видимо, ей было больно, потому что на бесстрастном лбу пролегла тонкая морщинка. Вален жадно впитывал каждое изменение её выражения лица.

— Давай бросим эти игры в дочки-матери и займемся делом. Так мне будет проще.

— Я хочу дать тебе время смириться с этим.

— Я должен отдать не только тело, но и душу? От этого моя жизненная сила станет мощнее, что ли?

— Жизненная сила...?

— Зови меня или приходи сама, решай как знаешь.

— ...

— Потому что я выложусь на полную, чтобы оплодотворить тебя.

***

Валену, которому с детства приходилось заботиться о больном брате вместо умерших родителей, не выпадало ни одного выходного дня в году. Даже до того, как он прославился как охотник на демонов, он спал в среднем по четыре часа в сутки, а не спать три дня подряд было для него обычным делом.

Из-за такой жизни он и сейчас спал меньше других. Он предпочитал изнурять себя тренировками на свежем воздухе до предела, а не сидеть без дела, поэтому нынешняя ситуация была для него крайне непривычной и неудобной.

После завтрака с Архен Вален был вынужден бесцельно торчать в комнате.

Проклятье. Это было для него настоящей пыткой. Мир и покой, от которого тошнит.

Под безоблачным ярко-синим небом порхали белоснежные голуби, а огромное грушевое дерево, которое он когда-то видел, колыхалось, словно волосы женщины.

Он бесчисленное количество раз ступал на земли демонов, но такое спокойствие ощущал впервые. Неужели здесь всегда так было? От этого ощущения чужеродности, которое шло вразрез с его предубеждениями, Вален нахмурился.

Некомфортно. Кровь и крики под красной луной были бы куда лучше.

Скука ползала по коже, как насекомые. Пытаясь её игнорировать, он то и дело вращал руками и хрустел шеей. Он отжимался на одной руке, бегал на месте, подтягивался — делал все упражнения, доступные в помещении, но это не решало основной проблемы. К тому же, его выносливость была не такой, чтобы её можно было исчерпать одними лишь упражнениями с собственным весом.

Глава 12

Вален сидел перед пустым столом, скрестив руки и свирепо вращая глазами. Мышцы на его руках вздулись так, что казалось, рукава вот-вот лопнут, выдавая его гнев.

— Ничего мне тут не нравится.

Всё, начиная от непривычного спокойствия, которое он ощущал здесь, и заканчивая нынешней ситуацией, когда без магии он не мог даже открыть дверь. Он и не ждал особого отношения к человеку, но, столкнувшись с этим на практике, раздражение закипало.

При этом он продолжал размышлять об усилении отрядов магов. Нужны не просто маги поддержки, а боевые маги, которые пойдут в авангарде при штурме замка Владыки Демонов.

Это была информация, которую он никогда бы не узнал, если бы не оказался заперт в замке. Раз уж так вышло, вместо того чтобы целый день торчать в этой спальне, лучше было бы побродить где угодно, это было бы полезнее...

— Зря я её прогнал.

Её лицемерный вид так бесил, что он оттолкнул Архен... А ведь стоило использовать её как ключ. Нужно было немного потерпеть, даже если противно.

По натуре он был вспыльчив, но под грузом ответственности научился сдерживать свой нрав. Почему же перед Архен он не мог рассуждать здраво? Если подумать, с самой первой встречи всё пошло наперекосяк.

— Надо пересмотреть уровень опасности высших суккубов.

Он считал их просто тварями, которые умеют лишь приходить по ночам и раздеваться, но высший демон уровня Архен мог мгновенно пошатнуть человеческий рассудок. Если даже он, обладая сильной волей, так отреагировал, то обычные солдаты поддадутся еще легче. Один её взгляд может развалить стотысячную армию.

Тук-тук.

Дверь открылась, хотя Вален не ответил. Незнакомый слуга склонил голову, но в этом жесте не чувствовалось почтения. Когда он поднял лицо, Вален немного удивился. Черты лица напоминали Лето. Но увидев, как глаза слуги изогнулись в хитрой и липкой улыбке, он тут же отбросил эту мысль.

Сравнивать демона с Лето. Я точно рехнулся. И что это еще за выражение лица?

— Госпожа Архен зовет вас.

***

Говорила же, что освободится только к вечеру.

Он слышал, что в небе Мира Демонов нет солнца. Но сквозь огромные окна в коридоре лился теплый солнечный свет.

— ...Я думал, здесь солнце не всходит.

— Ой, да солнце в Мире Демонов появилось уже давным-давно! Конечно, оно не настоящее, а созданное, так что может немного отличаться от солнца в мире людей. Наверное, Некий №38, вы чувствуете эту искусственность... Что ж, среда действительно создана искусственно, тут уж ничего не поделаешь. В мире людей день и ночь контролируют боги, а Мир Демонов — это зона, куда божье благословение не доходит, так что мы регулируем всё сами.

Вален ухватился за небрежно брошенные слова слуги. Тот объяснял с воодушевлением, подняв указательный палец.

— Вы регулируете погоду?

— С помощью магии, да. Еще несколько тысяч лет назад в Мире Демонов была вечная ночь. Без света растения не росли, и все существа здесь были плотоядными. Демоны в старых записях выглядели ужасно именно из-за отсутствия света.

Сейчас появились даже демоны-веганы, да и животные стали выглядеть милее...

Болтовня слуги лилась бесконечно, дойдя до истории о стоматите у его носорога. Но Вален больше не слушал.

— Если вы можете управлять восходом и закатом, значит, и дождь с ветром вам подвластны?

— Конечно! Через два месяца в деревне Кловен будет большой фестиваль фейерверков. Тогда ночь наступит раньше. Раз уж вы в Мире Демонов, обязательно сходите посмотреть! У меня через три дня отпуск, первый за 20 лет. Я планирую уехать далеко, так что пропущу фестиваль в этом году. Жаль.

Чем громче становился голос слуги, тем больше ошеломляло Валена то, что происходило у него в голове. Кончики пальцев похолодели. Они могут управлять погодой по своему желанию. Это была колоссальная военная мощь.

Для людей погода была областью богов и решающим фактором победы или поражения в битве. Если они могут управлять небом, уничтожить армию для них — раз плюнуть. Но за всё время сражений с демонами погода ни разу не менялась странным образом.

Имея на руках такой козырь, почему они его не использовали?

Огромный вопрос заполнил его мысли.

— Мы пришли.

Слуга, так же как и в случае с Валеном, легонько постучал и распахнул дверь. Видна была спина Архен, стоявшей у окна. В этот момент локоть слуги ткнул Валена в бок.

— Слышал, вы буянили, потому что хотели секса? Слухи уже по всему замку.

— ...Что?

— Видимо, первая ночь была потрясающей. Развлекайтесь по полной!

Толчок. Слуга толкнул его в спину, и дверь тут же захлопнулась.

Кому там было хорошо! Только сейчас он понял значение той ухмылки, которой одарил его слуга. За кого он меня принимает, за похотливого кобеля? Ему до смерти хотелось опровергнуть это, но дверь уже закрылась, а у Валена не было магии.

— Ху-у.

Он яростно взъерошил волосы на затылке, и тут услышал легкий стук по полу. Архен прошла от одного края огромного панорамного окна до другого, задергивая шторы. В спальню не проникало ни луча света, стало темно как ночью.

Когда воцарилась тишина, Вален потер шею и опустил руку. Причин для напряжения не было, но тело стало чувствительным и горячим.

— Это твоя спальня? Для высшего демона как-то убого.

Здесь не было предметов роскоши, только необходимая мебель. Если уж на то пошло, это вполне соответствовало вкусу Валена. Никаких кричащих украшений, от которых устают глаза, только уют.

— Впредь мы будем проводить ночи здесь вместе. Я обставлю спальню, как ты захочешь, так что, если тебе что-то нужно, скажи.

— Несколько раз вставил, вынул, кончил — вот и всё, зачем разводить тут романтику.

Не подходит тебе.

Вален хмыкнул и двинулся вперед. Привыкший к темноте, он без колебаний направился к Архен. Подойдя к ней широкими шагами настолько близко, что слышал её дыхание, он остановился.

— Несколько раз... Звучит так, будто ты можешь кончить быстро. В прошлый раз ты кончал дольше, чем я ожидала, и это было довольно утомительно.

— Теперь ты считаешь, что у меня проблемы с эякуляцией?

Он не хотел вспоминать первое изнасилование. Он был на грани несколько раз, но сдерживался сверхчеловеческим усилием воли. Хотя в итоге всё равно кончил.

Постой, а какой тогда была Архен?

На лбу Валена пролегла глубокая складка.

— Сегодня кончи побыстрее.

Тонкие пальцы коснулись груди Валена. Подняв влажно блестящие алые глаза, она пристально посмотрела на него снизу вверх.

...Эта суккуб.

Жар, которого раньше не было, хлынул в низ живота. Опять хочешь поиграть со мной. Вален стиснул зубы так, что челюсть свело. На этот раз это будет не изнасилование, он сам возьмет инициативу в свои руки.

Он схватил её запястье, лежащее на его груди, и с силой потянул на себя. Тело, беспомощно пошатнувшееся, словно лист на ветру, упало на кровать, и Вален втиснулся между её разведенных ног.

Серебристые волосы разметались волнами. Вален, опираясь руками по обе стороны от её головы, наклонился.

— Боюсь, быстро кончить не получится.

— Почему?

— Глядя на твое лицо, у меня даже встает с трудом.

— Если отсосу, встанет?

На её лице не было и следа обиды. Он язвил, пытаясь хоть как-то задеть Архен, но атака вернулась бумерангом. Ведет себя как ребенок, жалко смотреть. Вален приподнял бровь.

— Если я вставлю свой, у тебя и рот, и глотка порвутся.

Для использования в качестве отверстия он слишком мал. Вален засунул два пальца ей в рот. Растягивая нежную плоть щек, он надавил на язык, заставляя её шире открыть рот.

Несмотря на грубое вторжение, Архен оставалась невозмутимой, словно не чувствовала боли, и ни на секунду не отводила глаз от Валена. Слюна медленно стекала с её приоткрытых губ.

Он хотел унизить её, но кровь странным образом приливала к паху. Вид Архен, беспомощной под его рукой, был довольно зрелищным. В таком темпе я и правда могу быстро кончить.

— Я не против.

Сказала Архен, пока слюна текла по её подбородку. Не против, даже если рот и горло порвутся? Было бы интересно посмотреть, как она будет давиться, пытаясь проглотить его целиком. Но всё же давать ей в рот не хотелось.

Глава 13

— Соси давай. Губы собери, зубами не касайся.

— М-м...

— Ха.

Уголки губ Валена дрогнули. Ишь ты. Архен обхватила его запястье двумя руками и двигала головой вперед-назад. Он думал, она только причмокивать будет, как ребенок, а она старается.

Однако из-за маленького рта она не могла проглотить даже пальцы целиком.

— Угх...!

Вален, не обращая внимания, проталкивал пальцы до самой перепонки между ними, касаясь её губ. Зрачки Архен расширились, и у неё начался сильный кашель и рвотные позывы. Но Вален безжалостно давил на заднюю стенку горла.

— Даже с пальцами едва справляешься, а как член глотать собралась? А?

— Кхе-кхе, угх, я мог...

Если засунуть член в этот маленький ротик до самого основания, плоть изогнется, повторяя форму горла. Каждый раз, когда будет стекать слюна, он почувствует, как сжимается горло, а если кончить глубоко внутри, ей придется всё проглотить.

Если она попытается выплюнуть или её стошнит после того, как он вытащит член, он зажмет ей рот. Глотай всё. Если он скажет это твердо, скажет ли она и тогда, что всё в порядке?

Любопытство и садистское возбуждение нарастали.

— Кха-а, кхе, ук...

Архен, скривившись так, будто умирает, грубо вцепилась в его руку. Почувствовав, как впиваются её круглые ногти, Вален моргнул.

...О чем я только думаю.

Когда Вален убрал руку, Архен начала кашлять во всю силу, тяжело дыша.

— Сплюнь.

Он подставил ладонь под её подбородок. Когда она открыла рот, вязкая слюна тягуче потекла на его ладонь.

— Р-рука, кхе-кхе, на ладони рана... Будет больно.

Хриплый голос вытекал так же тягуче, как слюна. Вален, глядя на страдающую Архен, с ужасом осознал, что его плоть набухла.

Низменная похоть. Садистские наклонности.

Эти слова были бесконечно далеки от него. Но что это за реакция тела? Неужели суккуб снова применила магию? Но если она может возбуждать магией, зачем так мучиться?

В этом хаосе похоть не утихала, а лишь разрасталась. И ответ, который нашел Вален, был прост: «Потому что это Архен». Это не постель влюбленных. Это месть за гнев от изнасилования, часть сделки, похожей на шантаж. Раз он не может рубить мечом, жестокость нашла другой выход.

Значит, можно делать что угодно.

Придя к этому выводу, Вален вытер слюну с ладони и откинул волосы назад.

— Нельзя сдаваться так быстро.

— ...

— Учитывая, что ты со мной сделала.

***

— Ах, а... А!

Он не собирался заходить так далеко.

— Постой, ик...! Сколько еще... ах, будешь только сосать... А!

Перед тем как войти в спальню, нет, даже до того, как Архен задернула шторы, он не собирался касаться её тела языком. Это был чистый импульс. Чертов импульс. Желание отплатить той же монетой захлестнуло его, и он грубо стянул с неё одежду. Белая грудь, отчетливо видная даже в темноте, заставила всё поплыть перед глазами.

Слишком развратно.

В глазах, пристально смотревших на Валена, читалась пустота, словно бездонная пропасть, которую ничем не заполнить. Выражение лица было таким равнодушным, словно она родилась кастратом и никогда ничего не желала.

И при этом её кожа выглядела такой нежной, что даже у священников бы встал. Может, из-за этого диссонанса с выражением лица? Лицо, на котором не было и следа возбуждения, казалось странно эротичным.

Эротичным?

Эта мысль, влившаяся в сознание так естественно, словно вода, заставила сердце Валена сжаться. Какая к черту эротика.

«Это просто мерзкий демон».

Вален тихо пробормотал это и склонил голову. Когда он целиком взял грудь в рот, он почувствовал, как испуганное тело затрепетало.

Ха. Значит, не совсем бревно.

Стоило прикоснуться губами, как руки задвигались сами собой, а запах её тела неудержимо хлынул в ноздри. Огромное мускулистое тело терлось о маленькое, задыхающееся женское тело, давя на него.

Его рука уже задрала юбку и шарила между ног. Ха, блдь, всё такое мягкое. Она вообще тренируется?* Когда Вален прикусил сосок, её ноги дернулись, сжимаясь.

Вален высунул язык и размял набухший сосок. Подняв глаза, он жадно впитывал каждое выражение лица Архен.

Белье, зацепившееся за пальцы, раздражало, и он стянул его, тут же коснувшись сокровенного места.

«Ах...»

Слегка дрожащие плечи, приоткрытые губы и влажность внизу. В тот момент, когда липкая жидкость обвила пальцы, по венам Валена прокатилось огромное пламя. Она возбуждалась от ласк Валена. Яркий восторг заполнил его глаза.

...Вот же извращенец.

С этого момента он начал исступленно мять тело Архен. Он даже не слышал её мольбы остановиться.

Чмок. Хлюп. Её грудь стала мокрой от слюны, а внизу всё промокло настолько, что хлюпающие звуки разлетались во все стороны.

— Больно... Ы, щиплет, хватит...

— Заткнись. Ты даже от топора в шею не померла, чего ноешь?

Вален с силой вогнал четыре пальца во влагалище. Хрусть, он отчетливо почувствовал, как насильно раздвигаются стенки. Следом пришло чувство завоевания, словно он прокладывал путь в невероятно узком месте. Сам того не замечая, он удовлетворенно усмехнулся.

Архен же застыла, судорожно глотая воздух.

Ее белая грудь была покрыта следами зубов, а жидкость капала по ложбинке между ягодиц.

— Б-больно...

— Где? Соски?

Ресницы Архен задрожали. Когда она кивнула, Вален снова легонько коснулся соска кончиком языка.

— О. Набухли-то как. Если тебе это так нравится, зачем строила из себя скромницу? В первую ночь небось тоже вся дрожала, мечтая, чтобы тебе пососали соски.

— Лучше, ы... Я сама, а-а... Я сама, сделаю.

— Ты, кажется, не поняла. Ты и пальцем меня не тронешь.

— Ха-ах...!

— Просто чувствуй то же, что чувствовал я.

Не вынимая четырех пальцев, он придавил клитор большим пальцем. Стоило ему покрутить им, как из рта Архен вырвался тонкий стон.

— Не так... Постой, руки, ах-х, странно. Ах!

Вален не останавливался и грубо двигал рукой. Внутренние стенки, исторгая жидкость, сжимались, пытаясь проглотить пальцы, а запах возбуждения окутывал эрегированный член. Красная, распухшая головка, истекая смазкой, дергалась.

Вален терзал её нутро так грубо, что на предплечье вздулись вены. Шлеп-шлеп. Звуки ударов плоти звучали угрожающе, хотя он даже не вставил член. Из-за долгих лет владения мечом его ладони были покрыты жесткими мозолями. Клитор беспорядочно терся о шершавые пальцы, а растянутые до боли стенки безжалостно сминались.

— Ха-а... Если тебе это не нравится, может, вставить член?

— М-м...! Лучше это, лучше. Член, давай его, а!

— Истинный суккуб, с ума сходишь по членам. Не можешь вытерпеть укусы сосков, а как собиралась сосать мой член?

— Всё будет, хорошо... Сделаю. Я сделаю, ах!!

В тот момент, когда он вогнал пальцы до предела... Чвак, едва они вошли, рот Архен приоткрылся. Всхлипывания прекратились, а сияющие глаза затуманились. Пальцы ног напряглись, а руки судорожно сжали простыню. Казалось, из согнутых суставов вот-вот выступит бледно-розовая кровь.

Ее ноги жалко задрожали. Спустя некоторое время напряжение спало, и тело обмякло. Вален полностью вытащил руку.

— Кончила?

В уголках глаз Архен стояли слезы. Она подняла дрожащие веки и посмотрела на Валена взглядом, в котором еще читалось эхо оргазма.

Вален не смог отвести взгляд.

— Ощущение... было довольно приятным.

— Что?

— Чувство, будто взлетаешь и падаешь... Кажется, я могу пристраститься.

Слова, вырвавшиеся вместе с прерывистым дыханием, были просто нечто. В этот миг разум, на мгновение очарованный её глазами, прояснился.

Одной фразой Архен швырнула настроение Валена на самое дно. Он хотел вернуть ей унижение, которое испытал сам, но вопреки намерениям, лишь послужил её удовольствию.

— Тц...!

Вален схватил оба запястья Архен и прижал их над её головой.

— Говорила, хочешь пососать член?

— Если ты хочешь...

— Я дам тебе пососать. Так что старайся, вылизывай каждую складку.

Не ртом, а тем, что снизу.

Глава 14

— А-ах... Слишком большой, немного помедленнее. Х-хватит...!

Архен, стоя на коленях, прогнула спину, подняв ягодицы. Смятая комбинация сбилась на талии, а одна из ягодиц, на которой остались следы от шлепков, покраснела.

— Расслабься... Если сломаешь мне член, подумай хорошенько, кому будет хуже.

— Тебе, конечно, ведь это ты станешь евнухом... А-а!!

Член, который входил лишь наполовину, одним движением вонзился до самого корня. Внутренние стенки сжались так сильно, словно выжимали его, и Вален едва не кончил сразу же. От головокружительного наслаждения, от которого глаза готовы были закатиться, он тяжело выдохнул.

Архен, которая до этого брыкалась, вдруг замерла. Сквозь рассыпавшиеся волосы было видно, как покраснела её шея. Её кожа была настолько белой, что даже легкий румянец выделялся ярко.

— Есть время отдохнуть? Видимо, тебе слишком легко?

Он немного отстранился и шлеп — снова вонзил член. Архен издала короткий, тяжелый стон, а её нутро судорожно сжалось. Блдь, с ума сойти.* По виску Валена скатилась капля пота.

Наслаждение, парализующее разум, застилало взор туманом. Вален инстинктивно начал медленно вращать бедрами, и Архен в панике потянулась назад рукой. Тук. Маленькие пальцы коснулись его пресса. Глаза Валена, потемневшие от возбуждения, посмотрели на её жалобно дрожащую руку.

— Я дал тебе пососать то, что ты любишь. В чем проблема?

— М-меня сейчас стошнит... Если бы ты немного... вытащил, я была бы благодарна.

— Кто бы говорил про тошноту. Мне тоже противно.

Неверно поняв слова Архен, Вален начал двигаться грубо. Опершись обеими руками о кровать, он прижался пахом вплотную к ней. Жесткие волосы болезненно терлись о мягкие ягодицы.

Используя только силу поясницы, Вален безжалостно вбивал себя в неё. Чвак, чвак. При каждом глубоком проникновении и шлепке плоти о плоть к дыханию Архен примешивались стоны.

— А-ах, а! А...! Медлен... нее... Ты, успокойся немного, нгх! Хы-ык!

Вален опустил голову и укусил её за ухо. Хрусть. Ощущение плоти на зубах разожгло похоть еще сильнее. Садистские наклонности, низменное желание. Нет, это месть. Отчаянный гнев того, кого изнасиловали.

— Для той, кому противно, ты слишком крепко держишь мой член, не так ли?

— Нет, хнык... Не противно. А!

— Ты же сказала, что тебя сейчас стошнит. Ха-а, так что это был за бред?

Удовольствие, обжигающее как раскаленное масло, охватило всё ниже пояса. Он осознавал, что трахает её как животное, но не мог остановиться. А зачем останавливаться? Ведь это она притащила его сюда ради этого.

Кусая её раскрасневшуюся шею и уши, он продолжал вбиваться в неё. Каждый раз, когда он грубо прокладывал путь внутри, какая-то жажда вспыхивала, стирая сознание, и он чувствовал, как самоконтроль рассыпается в прах.

Он тихо выругался и прикусил губу. Прижав рукой её потную шею, он вошел до самой глубины, и бедра Архен задрожали. Она сжала подушку так, что побелели костяшки пальцев, пытаясь выдержать напор, но её тело беспомощно качалось. Поза, в которой она была полностью поглощена его огромным мускулистым телом, казалась ей непосильной.

В конце концов, Архен с трудом ухватилась за руку Валена.

— А-ах, а, не противно, а... Ха-а, нгх. Ты, слишком большой...

— ...

— Твоим... Я заполнена до отказа.

Архен задыхалась, словно вот-вот потеряет сознание, и терлась щекой о подушку. Её влажные глаза и шепот заставили пресс Валена судорожно сжаться. Жар, скопившийся на макушке, побелел, и прежде чем он успел сдержаться, что-то прорвалось. Экстаз без предупреждения достиг пика и взорвался, словно разрушая всё вокруг.

Стыдно сказать, но спермы выплеснулось невероятно много. Спина удивленной Архен изогнулась.

— Хы-ык... А-а. Слишком, много...

— Ха-а, ха-а...

Капля пота с подбородка Валена упала ей на щеку. Ягодицы Архен жалко дрогнули, а внутренние стенки судорожно сжались. Из-за этого глубоко вонзенный член даже после эякуляции оставался твердым. Всё из-за Архен.

— Хватит, теперь вытащи... Ыт! Ммф!

Вален опустил руку и сжал её грудь. Когда он надавил на чувствительно набухший сосок, сжатие внутри усилилось, и её голова запрокинулась.

— Ха-а, а! Руку... Хватит, перестань, а!

Архен забилась, яростно сопротивляясь. Она попыталась оторвать руку Валена своими потными ладонями, но волна оргазма накрыла её раньше. Архен уткнулась лицом в подушку, издавая прерывистые всхлипы.

Казалось, внутренние стенки безжалостно кусают сверхчувствительный член. Вален чувствовал, что его мозг плавится от наслаждения настолько сильного, что умереть прямо сейчас было бы не жалко. Глаза закатились, губы приоткрылись, как у наркомана. Всё тело тонуло в экстазе, но в уголке сознания сыпались проклятия.

Чертов суккуб. Нельзя же так превращать человека в калеку. Ха-а, хорошо. Хорошо...

— Ы-ыт!

Вален схватил её за талию и перевернул. Когда он перевернул её на пол-оборота, не вынимая твердого члена, верхняя часть тела Архен подпрыгнула.

— Посмотри на свое лицо. Тебе же нравится до смерти, да? Говори честно. Брачный союз — это отговорка, ты просто хотела, чтобы я тебя трахнул?

— Н-нет, хнык! Нет...

— Да что ты говоришь. Из всех твоих дырок течет как из ведра.

— А-ах, опять? Хватит, я больше не могу. Пожалуйста...

— Демонам же трудно забеременеть. Должна спасибо сказать, что я даю тебе столько спермы. Или брачный союз всё-таки был отговоркой?

— Не отговорка, хнык... А!

Архен инстинктивно свела ноги, и бровь Валена недовольно дернулась. Своими огромными руками он развел её бедра еще шире, чем раньше. Затем он отстранился так, что осталась только головка, и снова глубоко пронзил её. Архен издала короткий, предсмертный крик и изо всех сил обняла его за шею.

Звуки ударов плоти были жестокими. Сильно, быстро и без намека на отступление он загнал Архен в угол, заставив её потерять рассудок и жаждать только оргазма. Она мотала головой, роняя слезы, а одежда Валена была безнадежно измята.

— Ха-а, залью тебя так, что тошнить будет. Терпи.

— Ы-ы, ы! Быстрее. Кончи быстрее. Еще, еще...

— Ху-ух... Хорошо, кх-х...

Вален проглотил грубый стон и сжал её тело так, что казалось, кости захрустят. Одновременно он вонзил член до самой глубины, и пальцы на ногах Архен растопырились веером.

Против резко сжавшихся стенок устоять было невозможно. Сперма хлынула, не дав и секунды на передышку. Внутренности Архен были насквозь пропитаны семенем Валена.

— Ха-ах, а...

Достигнув пика, Архен в изнеможении обмякла. Тук. Не было места на её лице или руках, которое не покраснело бы.

Вален тяжело дышал, испытывая величайшее удовлетворение, доступное человеку. Он медленно вытащил член, затем снова толкнул его внутрь, и Архен, нахмурившись, простонала: «Ых».

— Хочешь... еще?

— ...Конечно, нет.

— Тогда вытащи эту штуку. Немного тяжело.

— Эту штуку? Это?

Вален намеренно медленно повращал бедрами. Архен кивнула, страдальчески зажмурившись. Всего один раз покувыркались, а она уже без сил. И с такой выносливостью она собралась рожать? Вален цокнул языком и медленно отстранился.

Наконец освободившись, Архен не смогла удержать тяжелые веки и полностью закрыла глаза.

Хотя член Валена всё еще подрагивал у неё на животе, она поддалась накатившей сонливости.

Глава 15

С тех пор как Вален был наемником, и до нынешних дней, когда он носил титул командора рыцарского ордена и охотника на демонов, он прошел через множество войн и не раз видел отвратительную подноготную человечества. Он шел по кровавой дороге, вымощенной сгустками всевозможных желаний.

Особенно сексуальное желание — оно само по себе вызывает сильный импульс, но на войне к нему примешивались жажда убийства и желание доминировать. Солдаты, насильно призванные на поле боя, сношались друг с другом или со скотом, чтобы заглушить кипящую тревогу и страх.

Но это еще считалось относительно приличным. Большинство из них насиловали людей, превращаясь в мародеров. Это никогда не было чем-то тайным. Неважно, светило солнце или нет, неважно, какое это было место и в каком состоянии гигиена. Посреди дороги, где пылали груды трупов, они насиловали, предаваясь случке, более низкой, чем у зверей.

Это был акт покорения одного человека другим. Чудовищный и унизительный. Это было так же низко, как жрать сырое мясо, с которого капает кровь.

Вален видел такое бесчисленное количество раз и протирал окровавленный меч посреди стонов группового изнасилования.

Когда он получил звание командира дивизии и право командовать, он запретил изнасилования, по крайней мере, своим солдатам. Как внутри отряда, так и на вражеской территории, ставшей их трофеем.

Он запретил эту жестокость не из-за моральных ценностей, этики или человеческого достоинства.

Просто это выглядело омерзительно и грязно.

Поле боя — это место, где нужно каждое мгновение держать все пять чувств в напряжении и принимать рациональные решения.

Даже если товарищ, с которым ты вчера смеялся и болтал, бьется в конвульсиях с оторванными конечностями, ты не должен колебаться. Даже если смерть со всех сторон целится тебе в горло острыми клинками, ты должен подавить страх. Это место, где нужно преодолевать бесконечные физические пределы и бесчисленные кризисы.

Поэтому Вален запер себя в клетку строгого рационального контроля. В его жизни лень была где-то за горизонтом, и он никогда с ней не встречался, а желание предаваться примитивным удовольствиям не могло сбить его с пути.

Для такого Валена изнасилование казалось лишь низким и уродливым. Подчиненные, ослепленные жаждой доминирования и похотью, задыхающиеся как звери, должны были держать мечи рядом с ним. Вален ни за что не мог этого принять.

Однако мысли его солдат были иными.

На поле боя, где не действовали законы, изнасилование было для уставших солдат долгожданным развлечением, актом, в котором чувство вины было парализовано настолько, что они хвастались им, как подвигами.

— А-ах... Черт. Столько баб вокруг, а приходится дрочить рукой, это вообще нормально?

— Посмотри на глаза этого ублюдка. Сегодня он точно что-то вытворит втайне от командира. И хорошо. Чем умереть на поле боя бесславно, лучше уж стать легендарным существом из мифов.

— Ага. Мой хрен, конечно, огромный и твердый, как у мифического зверя.

— Между твоих ног это просто грязный, вонючий кусок мяса. Не видел того парня, которого на прошлой неделе поймали за изнасилованием пленной? Командир отрубил ему хер и прилепил на лоб. Умереть единорогом — это же благородная смерть, благородная.

— Бл*дь, тьфу. Не повезло с командиром, вот и страдаем. Если хотел строить из себя святошу, не надо было вылезать из дворца. На всех его портретах он с голым торсом, а на поле боя строит из себя недотрогу.

— Перед командиром даже в глаза ему посмотреть не можешь, а тут расхрабрился...

Однако подчиненные лишь жаловались между собой, когда Валена не было рядом, но сопротивляться не смели. В армии иерархия была важнее, чем в любой другой группе, и они знали свое место. Особенно потому, что Вален был командиром, строгим к дисциплине в отряде, и не вникал в личные обстоятельства каждого.

Вален провел ночь без сна в спальне, где стоял густой запах спермы. То, как он набросился на Архен словно безумец, постепенно начинало перерастать в сожаление. Совершить по собственной воле поступок, который он так презирал. Он не мог поверить. Похоть, опьяненная жаждой доминирования. Желание, которое он не смог сдержать, словно был околдован.

Если бы он спланировал это хладнокровно, он бы не чувствовал такого стыда. Как это было вчера? Изначально он собирался возбудиться рукой, как при мастурбации, быстро кончить и уйти из этой комнаты. Но весь план пошел прахом.

Оставив в стороне неприязнь к Архен, ему было трудно принять тот факт, что он не смог контролировать свое желание.

— Если бы можно было хотя бы уйти отсюда.

Соп-соп. Из-за спины доносилось ровное дыхание крепко спящего. Без магии он не мог открыть даже окно. Вален всё это время был заперт в этой спальне. Он хотел смыть с себя сперму, которая непрерывно текла из промежности Архен, но дверь в ванную тоже была плотно закрыта.

Здесь Вален не мог сделать ничего. Только мучиться от отвращения к себе.

— Когда же она проснется?

Прошло уже не меньше десяти часов. Солнце давно взошло, но веки Архен даже не дрогнули. Она спала глубоко, не ворочаясь, сохраняя одну позу. Демоны что, всегда так много спят? Если бы не дыхание, он бы заподозрил, что она умерла.

Нужно, чтобы Архен проснулась, тогда он сможет выйти из этой чертовой спальни или сделать хоть что-то.

Разбудить её?

Подумав об этом, он тут же потряс Архен за плечо.

— Вставай.

Реакции не последовало. Она что, умерла во сне? Как было в рыцарском ордене Валена? Стоило солдатам услышать его шаги, как они вскакивали на рассвете и убирали постели. Да и сам Вален спал очень чутко.

Он впервые видел кого-то, кто не просыпался, даже когда его так открыто звали. Возникло легкое замешательство.

Вален вздохнул и позвал Архен еще несколько раз. Но она была не из тех, кто просыпается от небрежного тормошения.

Если бы спала не Архен, а солдат ордена, он бы уже пнул его ногой. Нет, разве это нормально — быть с этим демоном осторожнее, чем с прямым подчиненным? Вален мотнул головой, приводя мысли в порядок.

Но пнуть её он всё же не смог и вместо этого громко щелкнул пальцами у самого её уха.

От резкого звука, ударившего прямо в барабанную перепонку, ресницы Архен наконец затрепетали.

— Эй.

Наконец затуманенные глаза увидели лицо Валена. Сколько времени прошло с тех пор, как их взгляды встречались? Вален почувствовал даже странную радость. Наконец-то он сможет выбраться отсюда.

Ровный лоб и маленький нос Архен выглядели мягкими и пушистыми, как свежесваренный картофель. У неё было расслабленное выражение лица, словно она утолила все свои желания.

— ...Некий?

— Раз проснулась, открывай быстрее дверь.

— Дверь, дверь...

Архен, хоть и открыла глаза, еще не пришла в себя и глупо повторяла одно и то же. К счастью, в этом полусонном состоянии она не заснула снова.

Когда она приподнялась, её обнаженная грудь открылась взору. Следы зубов, оставленные его жестокими укусами и поцелуями, и болезненно распухшие соски выглядели как следы насилия.

Растерзал как безумный.

Валена передернуло, хотя это сделал он сам. Но сама Архен, казалось, ничего не замечала. Не ведая стыда, она с открытой грудью поползла с кровати.

В итоге Вален схватил её за руку и натянул одежду. Архен посмотрела на Валена расфокусированным взглядом.

— Чего уставилась. Открывай дверь.

— Так ты всё это время был здесь?

— Благодаря кому-то я смирно сидел взаперти.

— Я не собиралась тебя запирать. Ты можешь свободно ходить где угодно в замке Владыки Демонов.

Архен продолжила говорить, протирая глаза. Она и так говорила не быстро, но по утрам её медлительность переходила все границы. Валену этот голос, щекочущий как солнечный свет, был лишь неприятен.

— У тебя хобби давать пустые обещания? Я понял это еще тогда, когда ты рыдала и просила остановиться, хотя сама говорила, что тебе нужна моя сперма.

Казалось, на её сонном лице вдруг зажегся свет. Её мутные глаза быстро сфокусировались. Архен закрыла рот и на мгновение задумалась.

— ...Просто это отличалось от того, что я знала, вот я и растерялась.

Она разволновалась, что было ей несвойственно. Видимо, вчерашняя ночь стала для неё немалым шоком. Сначала связывает человека и насилует, а теперь строит из себя невинность. Вален, уперев одну руку в бок, ждал продолжения.

Архен по привычке теребила мочку уха. Именно там, где остался глубокий след от зубов Валена. Казалось, она совершенно не осознавала, в каком состоянии её тело.

✨ P.S. Переходи на наш сайт! У нас уже готово 60 глав к прочтению!  ➡️ Fableweaver

Глава 16

— Я думала, всё закончится минут за тридцать. Не ожидала, что ты будешь кусать мою грудь, и уж тем более не предвидела, что ты кончишь больше двух раз. Не думала, что человеческий секс такой утомительный...

Архен замолчала на полуслове и отвернулась. О чем она думала — неизвестно, но было видно, как её белая шея залилась краской. Реакция была предсказуемой.

— ...В следующий раз я подготовлюсь лучше.

Ведет себя так, будто я её первый мужчина.

На самом деле, он смутно догадывался. Ни капли опыта, гиперчувствительная реакция на малейшее прикосновение — всё указывало на это.

Но это ведь суккуб, соблазнившая Валена, а не кто-то другой. Чтобы высший демон ни разу не пробовал человеческой энергии — это не укладывалось в голове. Логика и опыт противоречили друг другу. Это тоже игра? Уверенности не было.

— И то, что ты можешь свободно ходить, тоже не ложь.

— Твоей глупости нет предела. Ты забыла, что я человек?

— Как я могла забыть. Именно потому, что ты человек, я и провожу с тобой ночи.

Значит, подойдет любой человек. Он не ждал от демона чистой любви, но слышать это так откровенно было неприятно.

Вален схватил Архен за предплечье и потянул за собой. Она покорно последовала за ним, и они встали перед дверью.

— Смогу я открыть эту дверь или нет?

Глаза Архен забегали. Она искоса взглянула вверх. Вален склонил голову набок и приподнял бровь.

— ...У тебя нет магии.

— Спасибо, что хоть сейчас заметила.

— Значит, причина, по которой ты не выходил из спальни не только сегодня, но и всё это время...

— Догадайся.

— ...Я невольно держала тебя в заточении.

На лице Архен мелькнуло смущение. Но с её растрепанными волосами и следами от подушки на щеке даже серьезное выражение лица не вызывало напряжения. Впрочем, сама Архен была серьезна.

— Я была невнимательна к тебе.

Сначала перестань обращаться со мной как с собакой.

— Я буду заботиться о тебе лучше.

Архен произнесла это твердо, словно приняла решение. Ему было всё равно. Вален просто хотел убраться из этой спальни, пропахшей сексом.

***

Не стоило так легкомысленно относиться к обещанию Архен.

— Выходи, Некий №38.

Архен вызвала его, словно надзиратель заключенного. Вален, чувствуя, как дергается щека, продолжал сидеть. Тогда Архен сама вошла в комнату и потянула его за руку.

— Пойдем дочитаем книгу, которую начали вчера.

После второй ночи Архен приходила к Валену при любой возможности. Она таскала его по всему замку Владыки Демонов без разбора.

Поначалу Вален даже радовался её визитам. Во-первых, он был рад выбраться из надоевшей комнаты, а во-вторых, это давало шанс собрать информацию о демонах. Но радость была недолгой.

Последние несколько дней они ходили только в библиотеку. Целых девять дней подряд.

Библиотека в замке Владыки Демонов была огромной, как королевский дворец небольшого государства. Внутри даже был большой фонтан, а столы украшали цветы и деревья, словно это был сад под крышей. Денег сюда вбухали немерено.

Он надеялся найти книги по военному делу, полезные для стратегии, но... кругом были только бесполезные книги по саморазвитию, детские сонеты и сборники глупых пьес.

Книг по истории или войне не было совсем. Ни одной. Вчера, на девятый день, он обошел все отделы библиотеки, но не нашел ни одной нужной книги.

И вот сегодня, на десятый день, Архен снова звала его в библиотеку.

— У меня сегодня мало времени. Вставай быстрее.

— Не пойду.

Вален отмахнулся от руки Архен. Она удивленно моргнула. Её веки всё еще были припухшими от вчерашних слез, пролитых под ним.

— Хочешь отдохнуть?

— Это я должен спрашивать. Мы ходим в библиотеку каждый день. Хочешь, чтобы я умер, погребенный под буквами?

— ...Ты же любишь читать.

— С чего ты взяла, бл*дь.

— Козел сказал. Что среди человеческих солдат полно тех, кто хочет учиться грамоте, но не может. Поэтому, если дать им читать всё, что они хотят, в библиотеке, им это понравится... И Фин согласился.

— Что?

— Они настоятельно просили, сказали, что раз у тебя скверный характер, тебе нужны тексты, которые смягчат твою душу.

— Чушь собачья.

Вален криво усмехнулся. Эти демоны смеют обращаться с человеком как с мусором.

Архен пристально смотрела на Валена с непроницаемым лицом. Наверняка лихорадочно думала, что с ним делать. Она всегда терялась, когда Вален не следовал её плану. Как и сейчас.

— Тогда пойдем в другое место.

— Куда.

— В аквариум с шерстистыми черепахами, которых разводит Козел...

— Ты издеваешься?

Вален раздраженно почесал затылок. Он молчал, чтобы не вызывать лишних подозрений, но теперь решил сказать прямо. Веди меня туда, где есть прямая связь с войной: в казармы или стратегический зал.

Но прежде чем он успел открыть рот, раздался стук в дверь. Служанка вкатила тележку с обедом.

— ...А, точно. Как насчет кухни?

От этого предложения Вален отказаться не смог.

***

Проклятый повар. Наконец-то мы встретимся. Тот ублюдок, что лепит красивое разноцветное дерьмо. Вален хрустнул шеей и последовал за Архен.

— Эй, мы же шли на кухню?

— Мы идем правильно. Я хорошо запоминаю дороги. Не волнуйся.

— А почему тут так много крыс?

Крыса с длинным хвостом быстро перебежала коридор. Чем дальше они шли, тем сильнее воняло гнилью, а на стенах виднелись пятна крови. Это больше похоже на пыточную, чем на кухню. Пока он размышлял над этим дежавю...

Хрясь!

Что-то прилетело и точно вонзилось Архен в лоб.

— О боже, госпожа Архен! Вы в порядке?

Мужчина, закутанный в черное, в панике выбежал к ним.

— Я в порядке.

— В порядке?! У тебя тесак для разделки мяса торчит между глаз!

Архен с невозмутимым лицом выдернула нож, и кровь хлынула водопадом. Мужчина в ужасе прижал руки к её лбу. Её голова запрокинулась назад, и даже верхняя часть тела опасно изогнулась.

Что эти твари творят? Пантомиму?

Не выдержав, Вален цокнул языком и крепко поддержал Архен за плечи. А затем оттолкнул мужчину, стоявшего перед ней.

— Эй, у тебя, кажется, череп видно.

— Помажу слюной — заживет.

Архен убрала руку Валена со своего плеча.

— Прошу прощения. Разминал плечи, рука соскользнула.

— Как надо разминать плечи, чтобы метнуть нож... Ты что, повар?

Глаза Валена сверкнули. Мужчина, почувствовав неладное, хотел было кивнуть, но передумал.

— По-похоже на то. А что?

Нашел.

На мужчине были очки больше его лица. Волосы были всклокочены, а под подбородком росла жидкая, грязная бороденка, похожая на рыбьи кости, что выглядело крайне негигиенично. Если съесть стряпню этого ублюдка, девять из десяти слягут с пищевым отравлением.

— Угх, кха...!

Вален без предупреждения схватил его за горло и поднял в воздух. Мужчина пускал пену изо рта и брыкался, но Валену было всё равно. Этот ублюдок повар? Это преступление против человечества. Лучше ему сдохнуть.

— Кх, п-почему, почему вы...

— Не знаешь почему?

Его выражение лица, полное непонимания и обиды, вывело Валена из себя. Демон, заслуживающий смерти. Никакого чувства вины. Только ярость от того, что он почти два месяца ел еду, приготовленную этим типом.

— Тебе не понравилась еда.

Мягкая рука накрыла предплечье Валена. Воспользовавшись заминкой Валена, повар пнул его в живот. Но Вален оказался быстрее. Он швырнул повара на пол прежде, чем тот успел нанести удар.

Ба-бах! Повар врезался лбом прямо в пол. Удар был такой силы, что пол слегка задрожал. Побарахтавшись немного лицом в пол, он вскочил, как монстр. Кровь фонтаном била из его головы.

Глава 17

— Хоть вам и не нравится еда, но с-сразу бить при первой встрече — это слишком!

— Хочешь, я тебе еще одну дырку в голове сделаю?

— Хи-ик! Госпожа Архен!

Повар спрятался за спину Архен. Вален, игнорируя это, хотел сделать шаг вперед, но Архен протянула руку и остановила его.

— Если у тебя есть рецепты блюд, которые ты хочешь, передай их ему. Может, навыки Энрита и не идеальны, но он старательный мальчик, так что быстро научится.

Так эту дерьмоделку зовут Энрит. В отличие от его стряпни, имя довольно приличное.

— Д-да, верно. Если что-то хотите, только скажите!

— Видишь. У него есть желание учиться.

Вален разжал кулак. И не потому, что поддался уговорам Архен. Просто он не мог больше выносить вид двух демонов с разбитыми головами, хлещущих кровью. Вся кровь, которой они брызгали, как из водяных пистолетов, попадала ему на одежду и лицо.

— ...Для начала зашейте свои разбитые головы.

***

<Тыквенно-сырный пирог, который сможет приготовить каждый! (Для самых начинающих)>

Шаг первый. Насыпьте 10 ложек муки.

Энрит порылся в контейнере с кучей кухонной утвари. Затем взял половник и зачерпнул десять ложек.

Шаг второй. Добавьте 300 мл молока!

— Госпожа Архен, вы знаете, сколько это — 300 мл? А, неважно. Не говорите. Я угадаю, полагаясь на чутье повара.

Шаг третий. Смажьте сковороду маслом!

— С-с-с... Масла нет...

Взгляд Энрита упал на жир, прилипший к сковороде после вчерашней жарки стейка. Если использовать его повторно, это поможет бюджету Мира Демонов и будет полезно для окружающей среды — одним выстрелом трех зайцев.

Шаг четвертый. Посолите тыкву.

Какой из этих мешков с солью? В морозилке вроде были сардины. Они живут в море, значит, соленые. Энрит швырнул туда сардины.

— Сдохни уже, а.

— А-а-а! Госпожа Архен, госпожа Архен!!

Раздались звуки крушащейся кухонной утвари. Выражение лица Валена было настолько свирепым, что даже Архен не решилась вмешаться и тихо закрыла глаза. Она просто смирно ждала, пока этот хаос утихнет.

Спустя некоторое время наступило затишье. Суставы рук и ног Энрита были вывернуты в обратную сторону. Вален сделал это с глубоким смыслом: чтобы тот больше никогда не брался за сковороду.

Но, к сожалению, противник был демоном. Не прошло и часа, как с хрустом суставы встали на место.

Энрит шмыгал носом, держась за разбитые очки. Вален, всё еще не остывший от гнева, сверлил его макушку яростным взглядом.

В этот момент его взгляд упал на стену, увешанную наградами. Этот тип еще и награды имеет? За что...

[Золотой приз на конкурсе сочинений "Встреча весны"]

[Золотой приз на осенней научной конференции "Море и жизнь"]

[Гран-при литературной премии Владыки Демонов]

[Приз Ассоциации писателей Мира Демонов]

...Что это за хрень? Список наград не имел никакого отношения к кулинарии. Вален не мог понять, зачем их вообще вставили в рамки и повесили на стену.

— Что это?

— А, заметили. Ничего особенного.

Энрит, несмотря на слезы в глазах, смущенно потер затылок.

— Зачем повару вешать такое?

— Поэзия и кулинария — это ведь почти одно и то же. С этим согласны все в замке Владыки Демонов.

Вален посмотрел на Архен, надеясь, что это шутка. Архен, скрестив руки на груди, кивнула.

— Благодаря Энриту еда в замке стала разнообразной. Мы пробуем вкусы, о которых раньше и не подозревали. Это очень интересный опыт.

— Это "разнообразие" заключается в том, чтобы кидать сардины вместо соли?

Энрит уверенно поднял большой палец вверх.

— Это поэтическая вольность в кулинарии.

— Ты сам-то ел, что готовишь?

— Я так надышался запахами во время готовки, что аппетит пропал. Знаете, это профессиональная болезнь всех поваров. Ха-ха-ха. Я перекусываю полуфабрикатами из местного магазина.

Этот ублюдок просто злодей. Вален молча подошел и сломал ему правое запястье.

***

— О-о-о...

Какого черта я это делаю?

Перед ревущим огнем Вален ловко орудовал воком. Белый лук взлетал вверх волной и падал обратно. Архен и Энрит с широко раскрытыми глазами наблюдали за этим чудом.

Вален влил томатный соус, который приготовил чуть ранее, протушил его, а затем добавил говядину, морковь, картофель и другие овощи. Наконец, когда он выложил блюдо на тарелку, кухню наполнил богатый аромат.

— Ну как?

— ...

Ответом был лишь непрерывный стук вилок. Архен вытерла рот, полностью опустошив тарелку.

— ...Оказывается, можно есть, не испытывая рвотных позывов.

Энрит вскочил и крепко обнял Валена за талию. Этот псих...! Почувствовав, как по всему телу побежали мурашки, Вален тут же оттолкнул Энрита.

— Учитель!

— Кто тебе учитель.

— Как вы добились такого вкуса?

Можно ли считать удачей то, что он спрашивает с таким энтузиазмом?.. Как и говорила Архен, желание учиться у него, похоже, было.

Вален дал краткий и ясный ответ.

— Следуй рецепту.

Никакой поэтической вольности и прочей чуши, делай всё точно так, как написано, ни на букву не отступая. Услышав это, Энрит недовольно выпятил губы, словно совет ему не понравился.

— Это же скучно. Если следовать рецепту, заранее знаешь, что получится... Я люблю эксперименты, мне нравится делать ставку на неизвестность.

За время службы в рыцарском ордене Вален кое-что понял. Результаты достигаются гораздо быстрее, если объяснять подчиненным кулаками, а не словами. На кухне, видимо, то же самое.

Вален с силой схватил Энрита за грудки, и тот в панике замахал руками.

— Понял! Я буду готовить без поэтической вольности!

В его торопливом тоне явно читалось желание просто замять ситуацию. Доверия он не внушал. Валену хотелось бы остаться и проследить за ним, чтобы успокоиться, но кто-то искал Архен.

— Оставайся здесь подольше, а потом возвращайся. Я скоро пришлю кого-нибудь, чтобы открыть тебе дверь.

— Забудь.

Как только Архен сказала, что уходит, энтузиазм пропал. Он и так потратил на кухню Владыки Демонов слишком много сил. К тому же, после хорошей взбучки любое разумное существо должно было понять суть.

Однако в тот же вечер Вален с тарелкой в руках ворвался на кухню. Раздались глухие удары, напоминающие звуки замешивания теста, и вместо томатного соуса во все стороны полетела кровь Энрита.

— Открой рот.

— Угх, кха...!

Несмотря на слабую надежду на перемены, принесли всё тот же мусор. Даже пробовать не надо было. Вонючий запах безжалостно ударил в нос.

— В этот раз я правда делал всё по рецепту!

Кричал Энрит, барахтаясь под Валеном. Вален схватил горсть еды, упавшей рядом, и запихнул ему в рот.

Но почему же так воняет гнилью? Он вдруг поднял голову. И легко нашел ответ. Рецепт — это второе дело, сначала нужно было решить фундаментальную проблему.

Чистота на кухне.

Из кухни, которая была грязнее помойки, и поднимался тот запах, который он почувствовал в еде.

***

В спальне Валена появилась железная дубинка. Когда служанка приносила еду, он привычно брал дубинку и клал её рядом. Сначала он осматривал еду, затем нюхал, и, наконец, пробовал. После этой процедуры Вален брал железную дубинку и шел на кухню.

Бах, бах!

Прошла неделя, как он начал "воспитание" Энрита беспощадными ударами. Наконец-то на столе появилась еда, похожая на еду.

Хотя Вален избивал Энрита как собаку ради собственного языка и желудка, демоны тоже получили от этого выгоду. Те, кто всегда носил с собой еду из дома, начали стекаться в столовую, и в результате нагрузка на Энрита возросла.

Энрит, привыкший неторопливо использовать кухню, напоминавшую огромную свалку, теперь был завален работой и не имел ни минуты отдыха, поэтому качество еды, естественно, упало.

В итоге железная дубинка Валена, которая некоторое время молчала, снова заговорила.

— Угх, кха! У-учитель, заказов, заказов слишком много... А-а-а!!

Бах. Вален в последний раз ударил Энрита по голове и со стуком уронил дубинку. В раковине громоздилась гора тарелок, а на столе лежала толстая стопка заказов. Даже Вален видел, что одному с этим не справиться.

Глава 18

Когда Вален обернулся, он увидел Архен, наклонившуюся за очками. Вся её шея сзади была покрыта засосами. Выпрямившись, она держала в руках сломанные очки Энрита.

— Эй, тебе ничего в голову не приходит, глядя на это?

Архен покрутила в руках дужку очков. Её тихие, но ясные глаза пристально посмотрели на руки Валена, на которых вздулись вены.

— А у тебя тяжелая рука, несмотря на красивую внешность.

— Кто тебя просил оценивать?

— Если есть ответ, который ты хочешь услышать, говори.

— Ха-а. Я спрашиваю, не приходит ли тебе в голову, что на кухне нужны еще руки?

Только тогда Архен заметила горы грязной посуды и стопки заказов. И без возражений кивнула. Скорость, с которой она решала вопросы, поражала: не успел наступить вечер, как на кухне уже был новый персонал.

Вален отправился на кухню, чтобы проверить новичков. Но что-то было не так. Они не сговаривались, но выглядели точь-в-точь как Энрит. С нехорошим предчувствием Вален спросил:

— Вы тоже поэты?

— Да!

На этот раз Вален, не растерявшись, взял железную дубинку. И для начала от души их отлупил. Кухня была забрызгана кровью и плотью, и убирали это избитые новые повара.

Так или иначе, пополнение персонала дало эффект. Чистота на кухне стала заметно лучше, чем когда работал один человек. На стене, блестящей так, что муха бы поскользнулась, висела окровавленная железная дубинка.

Каждый раз, когда дисциплина новых поваров начинала хромать, они смотрели на эту дубинку и приходили в чувство. Время от времени Вален устраивал внезапные проверки на кухне, и если находил хоть малейший недостаток, пятен крови на дубинке становилось больше.

Кухня замка Владыки Демонов удивительно быстро прогрессировала и теперь каждый день выдавала шедевры кулинарии.

Звяк. Вален положил ложку. Закончив поистине сытный обед, он вытер рот салфеткой. В этот момент дверь открылась. Ему даже не нужно было поворачивать голову, чтобы узнать гостя.

— Пойдем.

Услышав этот естественный тон, Вален поднялся. И вдруг в голову закралась мысль: «Почему я так послушно следую за ней?» К тому же...

— В банкетном зале теперь полно демонов. Многие благодарны тебе за это.

Блдь, что?*

На его лбу вздулась вена.

За свою жизнь он получал бесчисленные благодарности, но никогда это не было так неприятно. Лучше бы его проклинали и желали мучительной смерти — это принесло бы больше удовлетворения. Потому что те, кто был ему благодарен, были не кем иным, как демонами.

Он делал это только ради того, чтобы нормально питаться три раза в день, а в итоге демоны получили выгоду. И всё благодаря усилиям Валена. Его накрыло чудовищное чувство стыда, и он мгновенно отвлекся от мыслей о кухне.

— С тех пор как ты пришел в замок, качество еды стало превосход...

— Заткнись. Меня это бесит.

— Тебе приснился кошмар?

Получить благодарность от демона. Уж лучше бы это был кошмар. Вален потер ноющие виски.

Беспокойство о реальности, которое он на время забыл, мгновенно захватило его мысли. Он не мог не думать о том времени, когда благополучно вернется в мир людей. Демоны могли не заплатить обещанное, а даже если и заплатят, если правда о том, что с ним случилось в Мире Демонов, всплывет наружу, его, скорее всего, ждет позорная отставка.

В отличие от Валена, его брат был очень чувствителен к взглядам окружающих. В него будут тыкать пальцем только за то, что он родной брат Валена... Он сомневался, что больной Лето сможет это вынести.

В худшем случае придется покинуть королевство. Но нигде не было такой хорошей медицины, как там. Он должен вернуться с максимальным количеством информации, чтобы королевство его не бросило. Он должен показать конкретный результат.

— Сегодня я на кухню не пойду.

— Хочешь отдохнуть?

Какой там отдых. Вален обнял Архен за талию и вывел из спальни. Он почувствовал её взгляд на своей челюсти.

Стараясь игнорировать этот взгляд, Вален бесцельно пошел по длинному коридору. И бросил как бы невзначай:

— Хочу посмотреть на казармы замка Владыки Демонов.

Архен, которая послушно шла за ним, остановилась. Неужели раскусила? Впервые за долгое время он почувствовал напряжение в спине.

Днем или ночью, стоило Валену попросить, она никогда не отказывала, говоря: «Хорошо», «Ладно», «Делай как хочешь», поэтому он думал, что и сейчас будет так же. Но, видимо, казармы были и для неё чувствительной темой. Странно было бы менять своё отношение только сейчас. Скрежет. Он стиснул зубы, размышляя.

В этот момент белая рука, резко контрастирующая с рукой Валена, дернула его за одежду.

— Не туда, в другую сторону.

***

— Ого-о! Кто это? Разве это не госпожа Архен!

Мускулистые демоны с обнаженными торсами сгрудились вокруг. Он ожидал запаха пота в тренировочном зале, но вместо этого пахло крепкими цветочными духами. И повсюду, даже на стойках для оружия, висели зеркала в полный рост. Зачем, черт возьми, в тренировочном зале зеркала в полный рост?

Он бывал во многих странах и землях, но такого расслабленного тренировочного зала еще не видел.

Один солдат подхватил Архен на руки и начал качать её, как ребенка в люльке. Архен с невозмутимым лицом не выказывала недовольства, но Вален вспылил. Эти демоны совсем не знают субординации.

Он схватил солдата за плечо, и тот вскрикнул: «Ай!»

— Разве можно отвлекаться во время тренировки? Твоему командиру это точно понравится.

— Я и есть командир.

Солдат сбросил руку Валена и ответил с безразличием. Вален на мгновение потерял дар речи.

— Это Сейнрих Герман, командир элитных рыцарей замка Владыки Демонов. Прозвище — Сери.

Архен представила командира рыцарей Сейнриха своим обычным бесстрастным тоном.

Вздувающиеся мышцы и два угрожающих рога. Ладони размером с крышку котла — казалось, он мог бы раздавить голову Архен, как яблоко. А Архен легонько ущипнула этого монстра за щеку, словно он был милым зверьком.

— Сери. Опусти меня.

— Слушаюсь. Кстати, госпожа Архен, у вас на шее много синяков. Похоже, вас покусал ядовитый жук. Может, мне зайти сегодня вечером и прихлопнуть его?

— Не стоит.

Кого это он назвал жуком? Сам ты жук. Вален буквально вырвал Архен из рук Сейнриха и поставил её на пол. Затем выхватил меч со стойки с оружием. Посторонний взял оружие, но никто даже не попытался его остановить.

— Давно я не держал меч, может, разомнемся в спарринге?

Спросил Вален, умело взмахнув мечом. Невозможно отказаться от вызова, брошенного на глазах у подчиненных. Рыцари — это те, кто живет и умирает ради чести.

— Ох, какая жалость. Время уходить с работы.

Но Сейнрих неловко почесал щеку и рассмеялся. Вален опустил меч и поднял голову. Хоть солнце и было искусственным, судя по времени, было еще утро.

К тому же, это рыцарский орден. В нынешние времена, когда войны вспыхивают повсюду, разве существует понятие "конец рабочего дня"? Ладно бы они выполнили норму тренировок и ушли, но так...

Пока Вален стоял в оцепенении, не в силах скрыть своего шока, солдаты начали расходиться один за другим.

Архен подошла к Валену и естественно забрала у него меч. Звяк. Как только она вернула оружие на место, демон, ответственный за инвентарь, поклонился и пулей вылетел из зала. Бросив напоследок что-то про свидание с девушкой.

— Жаль. Я забыла, что сегодня тренировка только утром.

А ведь ему было так любопытно взглянуть на казармы врага... Вален вернулся в спальню, неся на плечах груз шока совершенно иного рода.

На следующий день Вален снова пришел в тренировочный зал в самый разгар времени для тренировок. Его впечатление от наблюдения за ними всё утро можно было выразить одной фразой:

«Хочу домой».

Подавив воспоминания о первом дне в тренировочном зале, он надеялся получить хоть какую-то другую информацию.

Но то, что они делали, было не больше и не меньше, чем физкультура для подростков. Никакой яростной страсти или отчаянной борьбы за выживание. Они бегали ровно столько, чтобы слегка вспотеть, много болтали и были расхлябанными.

Глава 19

Я пришел не для того, чтобы смотреть на эти игры.

Однако, как только перевалило за полдень, улыбки исчезли с лиц демонов, и они стали довольно серьезными.

Вален, сидевший под тентом рядом с Архен, почувствовал эту странную перемену в атмосфере. Опершись локтями на колени, он потер подбородок.

В чем дело? Почему эти парни, веселые, как мальчишки на пикнике с мамиными бутербродами, вдруг так изменились? Неужели армия людей подошла к самому замку Владыки Демонов?

Нет. Масштабная битва была всего два месяца назад. Времени было мало даже для того, чтобы оправиться от потерь, не говоря уже о перегруппировке. Собираются начать настоящие учения? Как-никак, это армия замка Владыки Демонов, не могут же они всё время вести себя как дети на каникулах. Вален медленно поднялся, и Архен встала следом.

— Хватит ходить за мной хвостиком, ты не цыпленок.

Вален нажал ей на плечо, усаживая обратно. Если Архен подойдет ближе, эти идиоты снова начнут сюсюкать с ней, как с любимой младшей сестренкой, и поднимут шум. Он не мог позволить, чтобы из-за этого он пропустил важный разговор и снова наблюдал это жалкое зрелище.

Вален в одиночку, стараясь не шуметь, приблизился к солдатам.

— ...Ситуация плохая.

— Если так пойдет и дальше, нам конец. Думайте же, парни. Неужели нет другого хорошего способа?

Обрывки разговора звучали тревожно. Лица у всех окаменели, а на веках лежала тяжелая тень забот.

Что случилось? Словно вишневое дерево в полном цвету, беззаботно роняющее лепестки, вдруг ударил жестокий мороз. Если не люди, то вторжение другой расы?

Мысли текли плавно, как вода, возвращаясь к прошлому. В его воспоминаниях демоны никогда не выказывали страха даже перед лицом битвы. Будь перед ними один человеческий солдат или десять тысяч, они всегда отражали атаки с ледяным спокойствием.

Но что сейчас? Их лица были омрачены глубокой тревогой, словно залиты чернилами. Единственная раса, способная заставить демонов нервничать, — это Небожители.

Но, насколько знал Вален, отношения между Небожителями и демонами были не такими уж плохими. Из-за несовместимости они никогда не могли сосуществовать, но именно благодаря этому между двумя расами сохранялся мир.

Небожители ненавидели земли, пропитанные демонической энергией, и демоны отвечали тем же. На землях, полных божественной силы, они зажимали носы, жалуясь на запах тухлых яиц. Поскольку их цели были разными, им не нужно было делить территории. В отличие от Небожителей, желавших править людьми, демоны предпочитали крайне замкнутый образ жизни.

Если не люди и не Небожители, то кто же...

— Сердце паука — потемки, никогда не поймешь.

...Паука?

Кто-то пробормотал это с тяжелым вздохом, от которого, казалось, земля провалится, и Сейнрих согласился.

— Это ведь не кто-нибудь, а госпожа Арахна.

— Слышал, она отправила господину Фину букет из паутины...

— Тс-с. Совсем такта нет? Он и так расстроен, зачем ты об этом напоминаешь?

Вален, стоявший прямо у них за спиной, развернулся с глазами холоднее зимнего инея. Ну конечно. Он был жалок сам себе за то, что надеялся что-то разузнать.

Какая там война. Это были пустые разговоры о любви. Кто вообще обсуждает любовные проблемы посреди тренировки? Будь это его подчиненные, он бы устроил им такую муштру, что душа в пятки ушла бы, и вправил бы мозги.

— О? Некий №38.

Но прежде чем Вален успел уйти, Сейнрих заметил его. Множество взглядов вонзились ему в спину, как стрелы. Вален интуитивно понял, что если отреагирует сейчас, ввяжется во что-то утомительное. Он попытался проигнорировать их, но Сейнрих преградил ему путь.

— Чего надо. Свали.

— Если подумать, ты ведь единственный женатый среди нас!

Вокруг раздались возгласы «О-о». Можно ли назвать браком то, что тебя похитили и заставили пройти церемонию? К тому же, из-за того, что Вален не назвал своего имени, брачная клятва не была заключена должным образом.

Но демонов, похоже, такие мелочи не волновали.

— Кто тут женатый.

— Может, потому что ты молод, ты такой стеснительный. Перед нами не нужно стесняться.

— Я понял, что вы рехнулись, но хватит нести чушь...

Постой. Вдруг в голове Валена промелькнуло праздное любопытство. Он слышал, что продолжительность жизни демонов в десять раз больше человеческой. В их глазах двадцативосьмилетний Вален, должно быть, просто младенец.

Но как насчет Архен? Он проводил с ней ночь раз в три дня, и каждый раз она проливала слезы, принимая его член. Это были отношения ради сделки, но если говорить о том, кто сверху, то это был Вален.

К тому же, из-за того, что он выглядел более зрелым, ему и в голову не приходило, что Архен может быть старше. Раз она взрослый демон, то с большой вероятностью она старше его.

Сколько же ей лет?

— Госпожа Архен? В этом году она отпраздновала свой 301-й день рождения.

Триста лет и еще один год? От такой чудовищной разницы в возрасте Валену стало даже не по себе.

Разумеется, мудрость не обязательно накапливается только чтением книг. С годами приходит опыт, который позволяет мыслить шире. Это примитивная арифметика, но по этой логике Архен должна быть в десять раз мудрее его. Однако, судя по её порой до смешного простодушному поведению, можно было поверить, что она родилась вчера.

Похожа ли Архен на его незрелого младшего брата? Если спросить об этом, Валену тоже будет трудно ответить. Может, потому что её обычный тон, которым она обращалась к нему, был таким ласковым, словно она успокаивала рассерженного ребенка?

Недовольный взгляд Валена сверлил Архен насквозь.

— Госпожа Архен, конечно, очаровательна. Даже мы это видим, а уж ты, как её муж, наверное, вообще без ума от неё.

Среди слов, которые изрыгали демоны, не было ни одного, достойного внимания. Но если выбирать самое абсурдное, Вален без колебаний выбрал бы то, что сейчас нес Сейнрих.

Очаровательна? Муж? Без ума? Между ним и Архен не могло быть таких слащавых слов.

— Погоди. Я разве спрашивал тебя о её возрасте?

— Иногда взгляд говорит яснее слов. Я утолил твое любопытство, теперь и ты нам...

— Нет.

Он холодно оборвал его. Но Сейнрих не стушевался. Вален думал, что он командир рыцарей только по названию, но профессиональное упрямство и настойчивость были присущи и ему.

— Ну не будь таким. Ты же среди нас лучше всех разбираешься в женщинах.

Вален не поверил своим ушам. Вся его жизнь была дорогой, усеянной шипами. Каждое мгновение было борьбой за выживание, он провел на полях сражений больше половины жизни. У него не было времени на такую роскошь, как свидания. Бесчисленные соблазны цеплялись за его руки и лодыжки, но он не оглядывался. Да и интереса особого не было.

В то время как солдаты в каждой деревне заводили интрижки, словно ставя галочки, и гордо болтали об этом. В их глазах Вален был до возмущения бесчувственным мужчиной. Если собираешься пропадать с таким лицом и телом, отдай их кому-нибудь другому.

Открывались ли губы Валена когда-нибудь, чтобы позвать женщину по имени? Сколько бы он ни рылся в старых воспоминаниях, не мог найти даже следа.

Человек, стоящий посреди суровой истории, и просьба помочь с любовными делами. Они обратились совсем не по адресу. Но глаза Сейнриха сияли надеждой и уверенностью.

— Прошу тебя!

— Найди кого-нибудь другого.

— Говорю же, нет никого опытнее тебя.

Сейнрих придвинулся ближе и осторожно прошептал:

— Говорят, когда ты проводишь ночь в спальне госпожи Архен, непристойные звуки слышны даже за дверью.

— ...Что?

— Служанки, охраняющие главные покои, жаловались. А когда я увидел госпожу Архен, понял, что это не преувеличение. Посмотри сам.

Кожа выглядит так, будто у неё чума.

Вален опустил взгляд на её открытую белую шею. Она была сплошь покрыта пятнистыми кровоподтеками, так что живого места не осталось. Как только следы укусов и засосов начинали исчезать, он ставил новые, снова и снова впиваясь зубами. Хоть он и не спал с Архен каждый день, он видел её лицо постоянно. Из-за этого он привык к виду её истерзанной кожи и даже не задумывался, что это странно.

...Я не помню, чтобы был настолько жесток.

Это всё из-за слабой плоти Архен. Словно у неё вообще не было мышц: стоило лишь прикоснуться, как на мягкой, как тесто, коже оставались следы. Вот почему она в таком состоянии.

Глава 20

Тело Архен с головы до ног было покрыто следами страсти, словно она рекламировала то, что случилось прошлой ночью. Это выглядело до безобразия развратно.

— И лицо у вас осунулось. Вы и так были худенькой, но в последнее время удивительно, как вы еще не упали в обморок. Раз вы таскаете его повсюду с собой, несмотря на усталость, значит, он вам очень понравился.

Слова, которыми о человеке говорили как о вещи, вызвали у него вспышку гнева. Но он не мог этого отрицать. Архен, которую он видел сейчас, действительно выглядела как ходячий труп.

Ей так нравится получать сперму? Каждый раз, когда он вонзал кончик члена в её мокрое нутро, она задыхалась, будто это было впервые.

Но позже она умоляла его кончить внутрь, просила двигаться быстрее, крепко обнимая за шею. Чувствуя сильное отвращение к её развратным движениям, Вален в то же время жадно пожирал Архен. Он помнил, как в какой-то момент, когда она потеряла сознание, он продолжал двигаться внутри неё, словно мастурбировал.

С каждым днем, когда их тела соприкасались, он обнаруживал, что привыкает к ней. Нужно признать очевидное. Их тела на удивление хорошо подходили друг другу.

Наверное, не потому, что это Архен, а потому, что она суккуб. Существо, получающее силу из энергии, должно быть развито в этом плане. Но признание физического удовольствия не означало, что его презрение к ней исчезло.

Вален отвернулся от Архен, словно игнорируя её.

— Если хочешь совета по любви, найди кого-нибудь другого.

— Я же говорил. Здесь нет никого, кто был бы опытнее тебя!

Слушая Сейнриха, Вален почувствовал когнитивный диссонанс. Здесь у Валена была только Архен... А они говорят об опыте, имея в виду всего одну партнершу.

В мире людей многие солдаты проводили ночь с двумя и более женщинами за раз. Это армия, полная мужчин, а не какая-то другая группа. Место, где естественно выплескивать грязную похоть, не оглядываясь по сторонам.

Там все были одинаковые, так что никто не упрекал друг друга в вульгарности. Все они просто не могли сдержать энергию, переполнявшую их больше, чем обычных людей.

А что здесь? Они выглядели неловкими, как мальчишки, ни разу не державшие девушку за руку. Да даже подростки в пубертате разбирались в женщинах лучше них.

— А, кстати, ты ведь уже знаком с госпожой Арахной? Той самой, что покорила сердце нашего младшенького.

Вален нахмурился, не понимая, о чем речь.

— Неужели не помнишь? Это тот демон-паук, что притащил тебя в замок Владыки Демонов.

— А...

Когда он впервые встретил Архен посреди поля боя, огромный монстр ударил его по затылку. У монстров тоже есть пол? Он усмехнулся от абсурдности. Вален слегка повернул голову и осмотрел младшего солдата, стоявшего за Сейнрихом.

Если не считать рогов на голове, он выглядел почти как человек. Кожа не такая белая, как у Архен, но тоже бледная, словно он никогда не видел солнца, а волосы золотистые и пушистые, как щенячья шерсть. В любом случае, он наверняка старше Валена.

И такой парень влюблен в гигантского паука?

Перед Арахной он будет выглядеть не как любовник, а как зубочистка. Он был высоким, но худощавым, так что даже на еду вряд ли сгодился бы.

— Младшенький страдает от любовной тоски, не ест и не спит. Тебе его не жалко?

Ситуация, когда демон просит у него сочувствия, была просто нелепой. Сейнрих, похоже, собирался преследовать его, пока Вален не даст совет. Командир рыцарей, вместо того чтобы проводить тренировку, занимается такой ерундой. Вален, всем своим видом показывая, как ему это надоело, бросил:

— Ну, побрей ей ноги, что ли.

Перед тем как потерять сознание после удара по затылку, он запомнил мохнатую лапу Арахны, вонзившуюся в землю рядом с его лицом. Она была покрыта жесткими волосками, характерными для членистоногих.

Сбрить волосы, чтобы завоевать сердце любимой? Это скорее способ нарваться на хорошую оплеуху, а не завоевать сердце. Но реакция демонов была иной.

— О-о! Вот что значит опыт. Предлагает способ, о котором мы и не думали!

— Эй, малой. Сегодня же иди к пещере госпожи Арахны и договорись о встрече. Лучше сходить до начала карательной экспедиции, чтобы на душе было спокойно, а?

— Да, да-да. Я так и сделаю!

Младший весь сиял от надежды и решимости.

С тех пор как он попал в замок Владыки Демонов, каждый день рушились какие-то устои здравого смысла. У Валена и самого не было опыта в отношениях, так что даже если бы он задумался всерьез, сказать ему было бы нечего. Но видя такой энтузиазм, Вален начал сомневаться в себе.

Оставив ликующих демонов позади, Вален покинул тренировочный зал раньше времени из-за расписания Архен. Перед тем как войти в спальню, он вдруг обернулся к ней.

— Как бы ты отреагировала, если бы кто-то предложил побрить тебе ноги?

Непроницаемое лицо медленно опустилось вниз. Взгляд Валена последовал за её взглядом к ногам.

Подол платья Архен слегка приподнялся над щиколотками. Плечи Валена невольно дрогнули. Её гладкие ноги полностью открылись взору. Там не было волос, которые можно было бы сбрить. Зато на икрах, словно печати, остались следы от зубов Валена, а на тонких щиколотках всё еще были видны отпечатки его пальцев, которыми он её сжимал.

Воспоминания о прошлой ночи, как по команде, нахлынули в голову. Почувствовав напряжение внизу живота, Вален резко отвернулся.

В этот момент юбка опустилась, скрыв ноги и прервав поток похоти. Архен молча повернулась к нему спиной.

— Даже не скажешь заходить?

Видимо, даже для Архен, помешанной на энергии, предложение побрить ноги звучало как что-то, отбивающее всякое желание. Ну конечно. Это не с Валеном что-то не так, это у тех солдат мозги набекрень.

***

— Огромное спасибо, господин Некий №38! Как мне отблагодарить вас за эту милость...

На следующий день.

Здравый смысл, в который Вален верил всю жизнь без тени сомнения, был разбит вдребезги. У него даже не было времени почувствовать раздражение от того, что младший тряс его руку. Потому что все его знания и представления о мире валялись на полу.

— Вчера я всю ночь брил ей ноги, и госпожа Арахна первой пригласила меня на ужин.

— Наверное, в качестве главного блюда.

— Ха-ха, ну вы и шутник!

Так и должно было быть. По всем законам логики, завтра на этом плацу должны объявить о его смерти.

Но мир снова жестоко обманул ожидания Валена. С утра действительно было шумно. Но не из-за некролога. А потому что Арахна и младший стали парой.

Вален сидел под темным тентом рядом с Архен, прижав руку ко лбу, и смеялся как безумный. Куда ни глянь, ни одного нормального ублюдка. Кроме Архен, сидящей рядом. Среди всех этих психов она казалась относительно нормальной.

Тяжелое чувство стыда давило на плечи. Испытывать положительные эмоции к демону — разве это нормально? Но он не мог этого отрицать. Если бы его партнером по сделке была не Архен, а другой демон, он бы предпочел смерть.

— Некий №38!

Сейнрих бежал к нему, поднимая пыль, с сияющей улыбкой на лице. Для Валена, погруженного во тьму под тентом, эта яркость была невыносимой. Расстояние было приличным, но Сейнрих преодолел его в мгновение ока и, ничуть не запыхавшись, положил руку на плечо Валена.

— Отвали.

— Благодетель нашего младшего — наш благодетель. Через неделю мы устраиваем грандиозный банкет в честь этого, и я хотел бы, чтобы ты пришел.

— Боюсь, через неделю у меня будет дерьмовое настроение, так что не смогу.

— Вот как. Что же делать. Из-за расписания карательной экспедиции дату перенести будет сложно...

Потухшие глаза Валена вновь загорелись острым интересом. Эти парни, которые на тренировках только в игры играли, собираются в карательную экспедицию? Интерес, который, казалось, угас, снова вспыхнул в его сердце.

✨ P.S. Переходи на наш сайт! У нас уже готово 70 глав к прочтению!  ➡️ Fableweaver

Глава 21

— Тебе интересна карательная экспедиция?

Архен, чутко уловив перемену в его настроении, спросила тихим голосом.

— Должно быть весело.

Если он присоединится к отряду, то сможет увидеть всё своими глазами: какую тактику они используют, как расставляют войска. Однако Архен, которая обычно соглашалась на любые просьбы Валена, кроме возвращения в мир людей, на этот раз заколебалась.

— Почему. Есть что-то, что мне нельзя видеть?

Он не стал ходить вокруг да около и спросил прямо. Вален, опершись локтем о колено, повернул голову и пристально посмотрел на профиль Архен.

— Я думаю, что этот поход может быть опасен для тебя.

Вопреки ожиданиям, Архен беспокоилась не об утечке секретов, а о безопасности Валена. Он думал, что его уже ничем не удивить, но это была какая-то новая чушь.

Вален привык защищать других — брата, нанимателей, мирных жителей — и всегда стоял в авангарде битвы. Поэтому, когда ситуация перевернулась, его мозг на мгновение завис. Он просто не знал, как реагировать.

К счастью, даже в замешательстве его цель оставалась ясной.

— Ты уже забыла, где меня подобрала?

— Но...

— Брось эти бесполезные переживания. Мне ни капли не приятно. Ты говорила, что я могу идти куда угодно, кроме как за пределы Мира Демонов. Так держи свое слово.

Архен обменялась взглядами с Сейнрихом. Тот смущенно почесал щеку, а Архен, немного подумав, кивнула.

— Я сдержу обещание.

***

Прошло больше двух месяцев с тех пор, как Вален был похищен в Мир Демонов, и он начал кое-что понимать.

Здесь он никогда не увидит того, к чему привык.

Они называли себя карательным отрядом, но вышли в поход без единого меча и доспеха, буквально с пустыми руками. Ах да, не совсем с пустыми. У них в руках были мешочки с обедом, украшенные чертовски милыми цветочными узорами.

Он присоединился к отряду с большими ожиданиями... и что это за цирк? Из-за череды разочарований и шоков Вален дошел до того, что теперь любые абсурдные события воспринимал с равнодушием.

— Ну, осталось только перебраться здесь, поднажмите!

В отличие от бодрого старта, путь оказался нелегким. Им пришлось карабкаться по крутым горным тропам снова и снова. Когда казалось, что всё позади, перед конечной точкой пути возникла огромная отвесная скала. Ладно он сам, но она...

— Держитесь крепче, госпожа Архен!

— Не перенапрягайся.

Сейнрих посадил Архен на спину и, подобно Арахне, начал взбираться на скалу с пугающей скоростью. Вален, закрепив на поясе меч, который он прихватил из тренировочного зала, ухватился за первый выступ.

***

— Ха-ах, ха...

С подбородка Валена ручьем тек пот. Сейнрих, начавший так бодро, к концу подъема тоже выдохся: вены на его руках вздулись и дрожали. С Архен на спине он опасно пошатывался. К счастью, Вален, взобравшийся первым, подхватил Архен под мышки и втянул наверх. Иначе они бы точно сорвались.

За крутым обрывом открылось бескрайнее плато.

Небо казалось таким близким, что можно дотронуться рукой, а прохладный ветер проникал до самых костей, смывая усталость.

Может, из-за высоты температура была низкой? Скалы и трава были покрыты тонким слоем снега. Сверкающий на солнце снег делал всё вокруг еще ярче. Жар, исходящий от разгоряченных солдат, уравновешивал холод, идущий от земли.

Так вот зачем они взяли с собой обеды.

Было тяжело, но не так уж плохо. Тот факт, что он впервые за долгое время нагрузил мышцы до предела, приносил удовлетворение, словно неожиданный бонус.

Если подумать, он давно не любовался снежным пейзажем в ясный день. Десять лет? Или еще больше? Для Валена снег давно стал лишь опасной помехой в бою. Но иногда, как украшение пейзажа, он был неплох.

Когда он небрежно откинул мокрые от пота волосы...

Перед ним вдруг что-то появилось. Сэндвич с толстыми кусками колбасы. Вален перевел взгляд и увидел, как Архен откусывает от сэндвича в другой руке. Тот был в два раза меньше того, что она протягивала ему.

— Что это.

— Фин встал на рассвете и приготовил это для нас.

— Это мне? Кажется, ты перепутала.

По логике, большой кусок должна была есть Архен, которая была худой как щепка. Вален приподнял бровь, но она решительно покачала головой.

— Они оба мои.

— А.

— Но я плотно позавтракала, так что этот отдам тебе.

Архен ткнула сэндвичем ему в губы. Из-за того, что она буквально терла им о его рот, Валену пришлось взять еду.

Солдаты расселись группами, достали свои ланч-боксы и начали трапезу. Вален и Архен нашли относительно плоский камень, уселись и принялись за еду, любуясь далекими пейзажами Мира Демонов.

Разговора не было. Но не было и неловкости. Он постепенно привыкал к повседневной жизни с Архен. Вален, стараясь не терять бдительности из-за этого ощущения, отправил в рот последний кусок.

Тук.

Что-то скатилось с камня. Это был почти нетронутый сэндвич. Выбросила? Зная характер Архен, она вряд ли стала бы пренебрегать стараниями Фина. Она была из тех негибких демонов, кто съел бы всё до крошки, даже если бы живот лопнул.

В тот момент, когда он собирался повернуть голову... Легкая, как пушинка, тяжесть легла ему на плечо.

— Ну ты даешь.

Повернув голову, он увидел аккуратный пробор на макушке. Грудь Архен, прислонившейся к нему, ритмично вздымалась. Она крепко спала, даже не заметив, что уронила сэндвич, а её рука застыла в таком положении, словно она всё еще держала его. От этого нелепого зрелища у него невольно вырвался смешок.

Хоть она и демон, Архен всего лишь суккуб, а не солдат. Путь был утомительным. Он понимал это, но быть её живой подушкой не собирался.

Вален осторожно, как с цыпленком, потряс её за плечо.

— Вставай.

— ...

— Если нужна подушка, найди кого-нибудь другого.

Когда он тряхнул её посильнее, Архен с трудом приоткрыла тяжелые веки. Раньше он не замечал, но теперь видел, что она выглядит до жалости уставшей.

Едва открыв глаза, Архен снова закрыла их и попыталась прижаться головой обратно. Вален подставил ладонь к её виску и оттолкнул её лицо.

— Спи в спальне.

— Ах...

— Кстати, сегодня ведь день сбора спермы? Тебе, похоже, не до сна будет.

Он прошептал это тоном хулигана, и Архен тяжело вздохнула.

Ишь ты.

Он думал, она проигнорирует это, но сейчас, возможно из-за сонливости, лицо Архен омрачилось страданием. Посторонний мог бы подумать, что это Вален, как похотливое животное, не может дождаться секса. А ведь это она обычно ноет, чтобы он кончил побыстрее.

— Появился!!

Кто-то срочно закричал с края плато. Солдаты, мирно жевавшие обед, резко подняли головы к небу. Вален тоже запрокинул голову. Безоблачное синее небо. Но ветер, касавшийся кожи, стал заметно сильнее.

Пока все смотрели в небо, Архен, обхватив колени, смотрела вниз, под обрыв. Казалось, она разглядывает сэндвич, приготовленный Фином. Думает, если смотреть, он сам придет обратно?

Вален схватил её за предплечье и насильно поднял на ноги.

— Что-то появится, да?

— Тебе не о чем беспокоиться. Солдаты сами разберутся.

Земля задрожала, а затем раздался оглушительный взрыв. Птицы, дремавшие неподалеку, с шумом взлетели и разлетелись во все стороны. Шквалистый ветер с пылью дул с запада. Это было нечто серьезное.

Но солдаты были заняты тем, что собирали рассыпавшуюся еду, и в авангарде по-прежнему одиноко стояли только Вален и Архен.

Глава 22

Если оставаться здесь без защиты, нападение — лишь вопрос времени. Вален перекинул Архен через плечо, словно мешок с бельем. Он меньше всего хотел спасать её снова, но без неё сделка рухнет. Он не хотел, чтобы все те ночи, когда он терпел отвращение, пропали даром.

Вален рванул в заросли, и волосы Архен развевались, как волны. Внезапно над головой нависла тень. Рефлекторно запрокинув голову, Вален застыл на месте.

— Бл*дь, что это такое.

То, что закрыло небо, было...

— Кошка.

— ...

— Длинношерстная.

Ответила Архен, подняв голову за его спиной. Вален видел это глазами и слышал ушами, но сомневался, можно ли называть это кошкой. Существо было размером с упитанного слона, а на спине у него трепетали четыре пары крыльев, тонких, как у стрекозы.

При каждом медленном взмахе крыльев серая и белая шерсть сыпалась дождем, словно пух одуванчика. Отовсюду доносился кашель солдат.

Когда говорят о карательной экспедиции, обычно представляют драконов с чешуей, как у змей, или демонов вроде Балрогов с огненными бичами.

Но вопреки ожиданиям, появился кот с маленьким носиком и изумрудными глазами. Он развалился в воздухе, как на кровати, и катался, подставляя пухлое брюшко.

Постойте. С точки зрения демонов, драконы и Балроги не были врагами. Они сражались на стороне демонов против людей.

...Опять расслабился. Слишком по-человечески мыслил.

Наверное, логичнее, что врагом для них является что-то милое. Но кроме внушительных размеров, от этого существа не исходило никакой угрозы. Впрочем, и любоваться им, как проплывающим облаком, тоже было нельзя.

Падающая шерсть была проблемой, но была проблема и похуже...

Бум! Бабах!

Из милой задницы раздался грохот, и вниз полетели взрывчатые экскременты темного цвета. На поляне, где они еще недавно спокойно ели, образовались воронки и вспыхнул огонь.

К счастью, из-за снега огонь не распространился сильно. Но если бомбардировка продолжится, здесь останутся одни руины.

Лезть на скалу сейчас было бы самоубийством — они окажутся в ловушке. Спуск займет не меньше трех часов, и нет гарантии, что за это время на них не упадет очередная бомба. Лучше умереть в бою на мечах, чем погибнуть от кошачьего дерьма во время бегства. Это позор.

Нужно прогнать эту тварь или убить, но...

Никто из солдат не обнажил мечи. Ах да, естественно. Они же пришли с одними коробками для завтрака, откуда у них оружие. К тому же, командир Сейнрих...

— Апчхи! Кха, кха!

Похоже, у него была аллергия на кошачью шерсть, и он не мог прийти в себя от кашля. Если командир в таком состоянии, неудивительно, что и солдаты растерялись.

В этот момент комок взрывчатого дерьма стремительно падал прямо на то место, где стоял Вален. Он заметил его рано, но человеческие ноги не могли унести его из зоны взрыва достаточно быстро.

Инстинктивно он прижал Архен к себе и сгруппировался, чтобы максимально уменьшить площадь поражения. Огненная струя, длинная, как язык змеи, хлестнула его по правому предплечью, словно кнут. Рукав сгорел, а кожа мгновенно расплавилась.

Не успел он почувствовать боль, как рядом прогремел еще один взрыв. Если оставаться здесь, они точно погибнут.

Нельзя просто ждать, пока безоружные и паникующие демоны разберутся с этим. Само по себе надеяться на спасение от демонов было унизительно. Вален опустил Архен под глицинию.

— Некий?

Её обычно ровный голос впервые дрогнул от недоумения. Но Вален, не тратя времени на объяснения, срубил мечом лиану глицинии. Закинув тяжелую лиану на плечо, он определил положение кота.

— Ты держишь меч левой рукой.

— Знаю.

Кот парил в небе, но местность здесь была высокой, и как раз под рукой оказался удобный выступ для прыжка. Расчет был сделан, колебаниям места не осталось. Вален с силой оттолкнулся от земли и рванул вперед.

— Пчхи... Угх!

Он наступил на колено Сейнриха, который был занят сморканием, а затем ловким движением оттолкнулся от его плеча и взмыл в воздух. Взрывчатое дерьмо, смешанное с шерстью, летело прямо ему в лицо. Разрубить его пополам не составило труда.

Проблемой было размахнуться лианой правой рукой. Из-за недавней раны сила удара была слабее обычного.

Но Вален, стиснув зубы так, что на скулах вздулись желваки, взмахнул лианой. Тяжелая лиана со свистом рассекла воздух и обвила лапу кота. Рывок. Огромное тело накренилось, и хвост кота в испуге распушился.

Игнорируя боль, Вален потянул изо всех сил, так, что мышцы готовы были лопнуть. Но направление силы оказалось странным. Вопреки ожиданиям, что они потягаются силой, тварь полетела прямо на Валена.

Из-за инерции тело Валена беспомощно откинуло назад. Он потерял равновесие в воздухе, опереться было не на что.

Падая, он выхватил меч, но тут последовала еще одна неожиданная атака. Пасть кота раскрылась так широко, что могла бы проглотить лицо Валена целиком, и оттуда высунулся язык с шипами.

Кот ударил языком точно по правой руке Валена, которая и без того горела от ожога. Хрусть. Раздался зловещий звук ломающейся кости, и Вален рухнул на землю.

За мгновение до удара о неровную землю Вален успел проявить сноровку и перекатиться. Едва удержав равновесие, он проскользил ногами по земле, оставив длинный след. Шею он не сломал, но правая рука онемела.

Проверять было некогда. Кот несся на него с бешеной скоростью.

Где меч? Черт, единственное оружие откатилось далеко в сторону.

Смертельная опасность была прямо перед носом. Проклятье. Вален, стиснув зубы, уставился на кота.

Пф-ф-ф. Словно лопнул воздушный шар, вокруг кота расползлось розовое облако дыма. Огромная туша, закрывавшая обзор, исчезла, и на землю шлепнулся котенок размером с ладонь Валена. Сейнрих подхватил котенка обеими руками и ухмыльнулся.

— Спасибо. Если бы не ты, у нас были бы большие проблемы... Апчхи!!

Сейнрих сунул котенка младшему солдату. Комок шерсти выпустил острые коготки, но теперь он не представлял никакой угрозы.

Сейнрих протянул руку Валену, предлагая помощь.

— Это была непростая экспедиция, но благодаря тебе всё закончилось благополучно. Если бы ты в конце не разобрался с тем дерьмом в шерсти, мы бы упустили момент.

Вален проигнорировал протянутую руку и поднялся сам. Его лицо, когда он проходил мимо Сейнриха, было ледяным. Младший, бежавший к ним с котенком на руках и махавший рукой, замер, увидев лицо Валена. Вален не мог избавиться от чувства, что выставил себя полным идиотом.

«Тебе не о чем беспокоиться. Солдаты сами разберутся».

Была причина, по которой они пошли в карательную экспедицию без оружия. Не потому что они были беспечны, а потому что оружие им было попросту не нужно. Им не нужно было рисковать жизнью и махать мечами, как Валену; они могли подавить врага одним движением руки.

Не зная этого, он полез в бой, вообразив себя героем. От осознания этой пропасти в силе во рту стало горько.

— Рана стала глубже.

Архен, незаметно подошедшая к нему, осторожно взяла его за два пальца. Вален раздраженно выдернул руку и пошел вперед, глядя только перед собой. Он слышал торопливые шаги за спиной, но не обернулся.

Глава 23

— С такой рукой тебе будет трудно спуститься с обрыва.

Только когда Вален остановился перед крутым обрывом, Архен подошла и встала рядом.

— У тебя хобби выводить людей из себя? Я и сам знаю, так что помолчи. Не вороши то, что я едва сдерживаю.

— Я беспокоюсь. Способность людей к самоисцелению не сможет остановить ухудшение раны.

— Лучше потерять руку, чем жить как монстр.

Он прорычал это низким голосом, глядя на Архен сверху вниз. Острая, как лезвие, враждебность вонзилась в её алые глаза. Его лицо было полно агрессии, словно он вот-вот ударит.

— ...Ты потеряешь руку?

Сам Вален не волновался о том, отвалится у него рука или нет. В его голове была только мысль о колоссальной разнице в силе между ним и демонами. Он был поглощен чувством, похожим на ярость.

А вот на бесстрастном лице Архен появилась глубокая трещина. Она побледнела от шока, и её дыхание стало прерывистым.

— Ты... станешь одноруким?

— Мне не хер отрезают, так что не парься.

— Это же инвалидность, как можно быть таким спокойным?

Вален схватил Архен за лицо одной рукой, сжав щеки и подбородок.

— Кого ты пытаешься обмануть? Главное, чтобы я мог нормально кончать сперму, разве нет? А, боишься, что я расстроюсь и у меня не встанет? Если засунешь мне в рот и попрыгаешь, встанет как миленький, так что прекрати это жалкое лицемерие.

Архен, не выказывая страха, молча слушала ядовитые слова Валена.

— Кх...

И вдруг резко протянула руку и сильно нажала на его рану. Правая рука Валена дернулась в спазме, а лицо исказилось от боли.

— Смотри. Больно же.

— Бл*дь, и что ты можешь сделать?

— ...Надо было взять с собой Козла. Пусть он и не может вылечить аллергию на людей, но врач он, безусловно, способный.

Но пока они доберутся до замка Владыки Демонов, где находится Надаль, нервы Валена сгниют. Пока Архен стояла с серьезным и озадаченным видом, солдаты, как по команде, столпились вокруг.

Сейнрих, узнав о ситуации, посмотрел на рану Валена с тревогой.

— ...Это случилось, когда ты защищал меня.

Защищал, как же. Он просто пытался разобраться сам и глупо попался. Вален скривил губы в горькой усмешке. В этой ситуации, когда все, кроме него, были серьезны.

— Я сделаю всё, чтобы вылечить тебя.

— Зона нагноения заметно расширяется. Если так пойдет и дальше, все нервы отомрут.

— Неужели никто не изучал медицину?!

— Врач — непопулярная профессия... Да и женщинам она не особо нравится. Даже если получишь лицензию, применить её негде...

— Что же делать.

Чем дольше длился разговор, тем сильнее становилась боль Валена. Когда атмосфера стала безнадежно мрачной, Архен вдруг издала звук «А», словно что-то придумала.

— Заморозим.

— Что?

— Энрит говорил, что внутри льда время останавливается. Если перевезти его замороженным, руку можно будет не отрезать.

— Точно! Вы так мудры, госпожа Архен!

Мудры, как же. Он не кусок мяса, зачем замораживать живого человека? Но демоны уже решили заморозить его.

— Кто владеет магией льда?

— Я могу! Как раз тут есть снег, с его помощью я легко превращу такую тушу, как Некий, в замороженного тунца!

Постойте.

Сама идея заморозки была безумной, но они хотят заморозить его целиком, а не частично? Леча ожог, он умрет от обморожения всего тела.

Вален свирепо сверкнул глазами и предупредил демонов:

— Только троньте меня. Убью всех.

Демоны на мгновение отпрянули от его угрожающей ауры. Но желание спасти Валена от инвалидности оказалось сильнее страха получить пару ударов.

Младший солдат прошептал: «Простите», всхлипнул и ударил его по затылку. Глаза Валена закатились, и он рухнул, словно перерезали все сухожилия.

Сколько раз я уже терял сознание? Чувствуя, как холод поднимается от кончиков пальцев, Вален закрыл глаза.

— Потерпи немного. Когда откроешь глаза, всё будет лучше.

***

Улица провоняла гнилым мясом. Жирные мухи откладывали яйца на коже бродячих собак и бездомных, валяющихся на дороге. Глаза, будь то людей или животных, потеряли блеск и помертвели.

Вален поднял за шкирку щенка, упавшего у его ног. Шкура безвольно обвисла, но щенок слабо тявкнул в знак сопротивления. Вален с бесстрастным лицом сунул щенка в старую дорожную сумку.

Те, кто валялся здесь, всё еще дышали. Но никто не радовался тому, что они живы. Если бы они были мертвы, их можно было бы погрузить на телегу и сжечь, а так эти полуживые существа были лишь бесполезной помехой, перегораживающей дорогу.

Перед старой гильдией наемников было шумно. Стоило толкнуть ветхую деревянную дверь, как уши наполнил гул, словно на оживленном рынке.

— Сказано же, не пить внутри!

— Тот ублюдок курит как паровоз, почему пить нельзя? Дискриминация?!

— Потому что ты нажрался и буянишь. Как сейчас! Еще раз достанешь бутылку — больше ни одного заказа не получишь!

— Тьфу, брезгуют...

Потолок внутри был высоким, как в башне. Но освещение было только у стола посредника, поэтому даже днем здесь было темно.

— Заработали столько денег, повесьте уже лампы!

— Мы специально всё убрали, чтобы не видеть ваши рожи. Проклятье. Если собираешься нести чушь, проваливай!

В одном углу торговцы продавали запрещенку, прячась от управляющего, в другом — здоровяки сцепились в драке. Были и те, кто просто спускал штаны, чтобы удовлетворить похоть.

Это было неподходящее место для шестнадцатилетнего Валена, но юноша был не просто невозмутим — он привык к этому.

Вален ловко лавировал в толпе. Жур-жур. Он наполнил пустую флягу у крана, где текла тонкая струйка воды, а затем набрал воды в ладони. Хлюп. Щенок высунул голову и начал жадно лакать с ладони.

После того как Вален напоил его несколько раз, щенок, утолив жажду, снова спрятался в сумку.

Сквозь щели в старой кирпичной кладке пробивались лучи солнца. Этот свет казался слишком чистым для места, полного табачного дыма и ругани. Вален стоял в темном углу, пытаясь поймать луч рукой.

Костяшки на тыльной стороне ладони были сбиты в кровь, а ладонь покрыта мозолями. Место, где оторвался ноготь большого пальца, почернело, словно сгнило. Лето испугается и заплачет, если увидит. А что с лицом? Он так давно не смотрелся в зеркало, что не знал, на кого похож.

...Может, зайти в магазин одежды?

В этом году Лето исполнится десять. Образ брата, которого он видел перед уходом из дома, тяжелым грузом висел на сердце. Лето донашивал одежду Валена, поэтому всегда выглядел так, будто закутался в одеяло. Лето улыбался и говорил, что ему нравится всё, что носил брат, но от этого становилось только грустнее.

Надо зайти в магазин одежды.

Посмотрюсь в зеркало, куплю перчатку, чтобы скрыть руку, и заранее приготовлю осеннюю одежду для Лето.

К счастью, плата за этот заказ была довольно солидной. Учитывая, сколько раз он был на волосок от смерти, это казалось ничтожным, но, как бы то ни было, это была самая большая сумма, которую он получил с тех пор, как стал наемником.

— Наемник номер 103! Подойдите за расчетом!

Юноша с тонким голосом кричал так, что вены на шее вздулись. Вален, глубоко натянув капюшон, заранее достал удостоверение наемника и поднялся на третий этаж.

— Ого... Думал, ты сдохнешь, а ты вернулся живым?

— ...

— Какой молчун. Ты случайно не немой?

Вместо ответа Вален протянул удостоверение. Посредник недовольно цокнул языком и достал из-под стола увесистый мешок. В тот момент, когда Вален собирался взять мешок, грубая рука перехватила его запястье. Не успел он опомниться, как с него сдернули капюшон. Солнечный свет залил лицо юноши.

Глава 24

— Сразу видно, что сосунок.

Несовершеннолетним нельзя брать заказы в гильдии наемников. Если вскроется факт найма ребенка, гильдию закроют без права обжалования.

Гильдия не собиралась так рисковать. Сюда и так стекались отчаявшиеся люди, готовые продать жизнь за гроши, а дерзкие юнцы, не знающие жизни, только всё портили.

Даже если такой талантливый подросток, как Вален, идеально выполнит заказ, никто не гарантировал ему ни монеты.

Вален отдернул руку и снова накинул капюшон.

— Главное, чтобы работа была сделана, разве нет?

— Хо-о... Прячешь такое лицо и голос.

Посредник, чьи глаза тонули в жировых складках, внимательно оглядел Валена. Несмотря на невыгодное положение, в глазах парня не было страха, только свирепость.

А он хорош, хорош. Этот человек просидел на своем месте больше 30 лет. Его змеиная жадность тут же учуяла наживу.

— И всё же, я не могу платить несовершеннолетнему.

Когда посредник спрятал мешок с деньгами под стол, в глазах Валена впервые мелькнуло беспокойство.

— Два года я брался за заказы, от которых отказались другие. Никто не узнает, и уж тем более не донесет.

— Значит, ты дурил меня два года.

— Никакого злого умысла. Мне просто нужны были деньги.

— Здесь все помешаны на деньгах.

— Чего ты хочешь.

— Мне нравится твоя догадливость.

Валену хотелось срезать эту ухмылку с лица посредника. Он знал, что эта жирная пасть готова проглотить его целиком, но сопротивляться не мог. У него ничего не было, а те, за кого он был в ответе, ждали его помощи. Придется что-то делать.

— Есть много заказов, которые нельзя выставлять открыто. Такие ребята, как ты, которым есть что скрывать, берут их на себя. Мы тоже не просто так сидим и деньги гребем. Весь риск, если что-то всплывет, ложится на нас. А такие букашки, как вы, сдохнут — и ладно. Так что комиссия будет высокой...

— Ближе к делу.

— 10%. Ты получаешь 10% от суммы заказа.

Валена трясло от злости. Вот же ублюдки. Но сироте из бедной страны не на кого было опереться. Какая там работа, даже органы продают за копейки. Посредник знал, что это несправедливое предложение — единственный шанс Валена получить хоть какие-то деньги.

***

Как и ожидалось, посыпались незаконные заказы.

Среди них посредник особенно настойчиво предлагал стать «игрушкой» для знати. От полудня до самого совершеннолетия. Работа непыльная, но гарантий выживания никаких.

Вален даже не спрашивал подробностей. Всё, что ему предстояло, в любом случае было опасным и мерзким. Он не хотел выбирать роль игрушки только для того, чтобы потешить низменные желания посредника.

«Тц. Не умеешь ты деньги делать. Не хочешь — как хочешь. Но потом не ной. Ты сам отказался».

Посредник вел себя так, будто стать игрушкой аристократа — это великая честь. Но Вален уже повидал достаточно, чтобы не вестись на дешевые манипуляции.

Валена часто отправляли на войны в чужие страны, он полгода охранял торговые суда в открытом море. Отбиваться от пиратов приходилось и днем, и ночью, ни минуты покоя. За этот заказ ему, кстати, не заплатили. В общем, он думал, что хуже уже не будет, какой бы заказ ему ни подсунули.

Но получив заказ, Вален надолго потерял дар речи.

Убирать за аристократами, ослепленными запретной черной магией? Всё было слишком туманно. Что за запретная магия, и что именно нужно убирать?

Голова была полна вопросов, но он всё равно отправился на место. Отказаться он уже не мог.

И как только Вален прибыл в особняк, он понял, что ему предстоит.

— А-а-а-а!

Порыв ветра, пропитанный густым запахом крови, ударил в лицо. Из молельни особняка выбегали полуголые люди в панике. Вален выхватил меч с пояса и вошел в открытые двери.

— ...

Бесчисленные трупы, внутренности, вывалившиеся из разорванной плоти, кровь, хлещущая до потолка. Вален привык спать и есть среди трупов, но вид этой бойни заставил его содрогнуться. Белый дым поднимался от свечей, валявшихся на полу.

Внезапно удушливая жара летней ночи исчезла, и наступил лютый холод — изо рта вырывался пар. Рука, сжимавшая меч, мелко дрожала — то ли от холода, то ли от страха. Странное место убийства. Живыми здесь были только Вален и тот, кто рылся в трупах... Нет, не человек. Монстр.

Ветра не было, но его седые волосы развевались. Тощее тело копошилось в горе трупов. Это точно монстр. Он был похож на тех, что убили родителей Валена, но не совсем. Этот не ел людей.

Тук. Вален невольно сделал полшага назад и наткнулся пяткой на что-то твердое. Труп с оторванной половиной головы.

На этот тихий звук монстр резко поднял голову. Прежде чем Вален успел принять боевую стойку, тварь метнулась к нему. Рука монстра, скрученная в острие, устремилась прямо в лицо Валену.

— Кх-х...!

Он едва успел увернуться, чтобы не пробило голову, но правая ладонь была пронзена насквозь. Адская боль обожгла нервы и ударила в мозг. Вален со всей силы пнул монстра в живот. С воплем тварь отлетела назад, изрыгая кровь.

Вален, держась за изодранную руку, перехватил меч.

***

— О-он точно сдох?

— Посмотри на него, его так разнесло, что не поймешь, где руки, где ноги. Как он выживет? Свари из него рагу на ужин.

— Не шути так. Этому ублюдку скармливали по десять живых людей в день. Бр-р. Надо было сразу наемников звать.

Четверо пожилых рабочих убирали трупы в молельне. Видимо, не в первый раз — работали слаженно, без лишних команд.

— А с этим что делать?

— Чего спрашиваешь? Сожги вместе с остальными.

Вален сидел, прислонившись к стене. Голова упала на грудь, из раны толчками текла кровь. Кто-то тыкал его палкой в плечо и живот, но сил реагировать не было.

Рабочий присел на корточки и уставился на лицо Валена.

— Здоровенный, а лицо-то еще детское, молоком пахнет. Неужели этот пацан завалил демона?

— А кто еще, ты, что ли? Не трать время попусту, работай!

— Постой. Он живой?! Дышит!

— Если будешь бездельничать, отойди! Я сам его выкину. Всё равно с такими руками он калека, даже чашку не удержит.

В тот момент, когда другой рабочий потянулся к лодыжке Валена...

— Гав!

Из грязной сумки, валявшейся на полу, выскочил чумазый щенок и вцепился зубами в руку рабочего.

— Ах ты, сукин сын!

— Ха-ха-ха! Так тебе и надо.

В глазах Валена стояла кровавая пелена. Всё вокруг расплывалось в красном тумане. Пока рабочие препирались, внутри него шла ожесточенная борьба. Вставай, надо встать. Жизнь, где тебя выбрасывают, как только ты становишься бесполезным. Если он не встанет на ноги сейчас, все страдания будут напрасны, и он не получит ни гроша.

Вален с трудом сосредоточился и сделал долгий, тонкий выдох. Затем, собрав остатки сил так, что на переносице собрались морщины, он напрягся.

Пошатываясь, он всё же поднялся на ноги. Рабочие с удивлением посмотрели на него снизу вверх. Они что-то говорили, но он не слышал.

Глава 25

В прошлом Валена не было ни единого момента, который он хотел бы вспоминать. Если бы он в одночасье потерял память, жалеть было бы не о чем. Тосковать было не по чему, а даже хорошие воспоминания давно выцвели, став серыми.

Поэтому он был совсем не рад, когда эти воспоминания приходили к нему во сне. Картинки менялись, но чувства оставались прежними.

Но если переживать это снова и снова, словно дубить кожу, на мозгу тоже появляются мозоли, а нервы надежно отмирают. По сравнению с тем временем, когда он просыпался в холодном поту, сейчас он стал гораздо спокойнее. И прошлое больше не затягивало его.

Открыв глаза, он обнаружил себя в мастерской Надаля, где были сложены стога сена. Это место служило также единственным лазаретом в замке Владыки Демонов.

— Если что-то не так, сразу говори.

Под густыми бровями Валена скопилась мрачная энергия. С окаменевшим лицом, напоминавшим то, с которым он впервые попробовал еду Энрита, он повращал правой рукой. Кроме легкого покалывания кожи, боли не было. Ради эксперимента он поднял тяжелый мраморный стол, напрягая мышцы, но рука была в порядке.

Это было невероятно. Если судить только по его ощущениям, он был готов к ампутации. Неужели этот безумный метод «замороженного тунца» действительно сработал?

— Проблема не в руке, а в голове. Впредь лучше использовать другой способ, чтобы вырубить тебя.

Каждый раз он получал удар в одно и то же место, и каждый раз его лечили. Удивительно, что череп еще не проломили. Вален раздраженно сорвал пластырь с затылка.

— Эй, зачем так грубо! Рана откроется!

— Демон волнуется по пустякам.

— Госпожа Архен расстроится, если ты поранишься. Иди сюда. Надо приклеить новый.

— От такого трепетного отношения к поставщику спермы я сейчас расплачусь.

— Не будь таким. Госпоже Архен тоже нелегко держать тебя здесь. Ей нужна твоя помощь, и она постоянно переживает, как бы ты не пострадал.

— Я, жертва, должен входить в положение своего мучителя?

— Нет, но...

Выбрасывая марлю, он заметил, что его правая рука туго забинтована. Повязка была такой тугой, что кровь не поступала к кончикам пальцев, и они покраснели. Разве я повредил кисть?

— Это госпожа Архен перевязала. Видимо, ей не понравился шрам на твоей руке.

— Это лечение или попытка пережать вены?

— ...Она просто неопытна. Впервые держала бинт в руках. Эй-эй, не снимай, оставь как есть. Знаешь, сколько раз она перевязывала?

Как только Вален начал отклеивать пластырь, фиксирующий бинт, Надаль решительно прилепил его обратно. Шлеп.

— Подожди. Я приклею новый пластырь на голову...

Пока Надаль доставал чистую марлю, Вален вышел из лазарета. Он слышал, как его зовут, но если бы он собирался обернуться, то не ушел бы. Его цель была ясна.

Сегодня день, когда он должен дать Архен энергию, которой она так жаждет.

Подойдя к её спальне, он постучал. Но прежде чем он услышал ответ, кто-то подошел к нему. Надаль.

— Ха-а, ха... Почему ты так быстро ходишь.

В руках он держал ту самую чистую марлю. Настойчивый.

— Давай сюда. Я сам.

— Ты же не видишь затылок.

— Сделаю на ощупь.

Вален выхватил марлю прежде, чем Надаль успел ответить, и сунул её в карман. Затем кивнул на дверь спальни.

— Открывай.

— А, точно, у Некого №38 нет магии.

Щелк. Дверь, которая не поддавалась Валену, легко открылась под рукой Надаля. Вален, прислонившись к косяку, прищурился.

— Один вопрос. Некий — это понятно, но почему №38?

— Потому что ты тридцать восьмой человек, похищенный в замок Владыки Демонов.

Я так и думал.

Цифра 38 всё это время не давала ему покоя. Но каждый раз в постели Архен была неумелой и неопытной. Сказать, что она уложила в постель тридцать семь мужчин, было бы абсурдом.

Но нельзя сказать, что она медленно училась. Чем больше раз они спали, тем лучше Архен приспосабливалась к его телу, и больше не плакала от растерянности, как раньше. Хотя принимать его целиком ей всё еще было тяжело.

В глубине души он надеялся, что число 38 имеет другое значение. Но когда подтвердилось, что это просто порядковый номер, шея напряглась.

— Кстати, ты первый, с кем была церемония и первая брачная ночь. Предыдущим тридцати семи стерли память и вернули в мир людей.

— Почему?

— Они не понравились госпоже Архен. Говорю заранее, чтобы ты не понял неправильно и не мучил нашу госпожу Архен зря.

— Мне-то какое дело. Неважно, какой я по счету.

Напряжение в руках спало. Вален медленно провел рукой по губам и вошел в спальню.

Несмотря на его шумные шаги, в спальне было тихо. Надаль зажег лампу, и темная комната наполнилась тусклым светом.

— Она спит.

Выражение «похоронена в одеялах» подходило идеально. Архен с головой укуталась в толстое одеяло, наружу торчало только её бледное лицо. Сквозь слегка приоткрытые губы вырывалось ровное дыхание.

Сегодня точно день сбора энергии.

Вален подсчитал дни в уме. Прошло ровно три дня с последней ночи. Он часто видел, как Архен вырубалась во время секса, но впервые видел её спящей так мирно, не покрытой биологическими жидкостями.

Разбудить её? Пока он колебался, Надаль выставил руку, преграждая ему путь. Брови Валена недовольно сдвинулись.

— Чего тебе.

— Дай ей поспать сегодня. Она не думала, что ты придешь трахаться с проломленной головой и расплавленной кожей. Она заснула рано впервые за долгое время, так что пусть отдыхает.

— Твой рот, может, и забит шерстью той черепахи, но выбирай выражения. Кто услышит — подумает, что я озабоченный.

Надаль присел на край кровати и потянул одеяло вниз. Белая нога, торчавшая на холоде, спряталась в тепло.

— Ты не представляешь, как госпожа Архен заботится о тебе. Она чувствует вину. Несмотря на то, что она занята государственными делами так, что головы поднять некогда, она находит время для тебя, не показывая усталости. Ей нужно спать минимум четырнадцать часов в сутки, а в последнее время она едва спит по часу.

— ...Четырнадцать часов?

— Да.

Надаль с жалостью смотрел на лицо Архен. Для Валена спать по четырнадцать часов было чем-то из ряда вон выходящим. Спать один час казалось куда более нормальным.

— Я не знаю, насколько ты жесток в постели, но после ночи с тобой госпожа Архен с трудом ходит. Каждый раз, когда я вижу, как она входит в зал совещаний на дрожащих ногах, у меня сердце разрывается. Так что имей совесть.

А знает ли он, что его бедная начальница в конце умоляет со стонами и развратным лицом? Вален не стал рассказывать подробности того, что происходило в постели. Спорить с демоном было лень.

Надаль похлопал Архен по плечу, как младшую сестренку. Но Архен, не оценив заботы, натянула одеяло до макушки, словно прикосновение ей мешало.

Конечно, ей неприятно, когда её трогают такими жуткими когтями. Надаль неловко кашлянул и встал.

— Иди к себе.

Надаль вышел из спальни первым, но Вален остался стоять на месте.

— Надо было выходить вместе.

Он просто не хотел идти по длинному коридору вместе с козлоголовым демоном, поэтому решил выждать паузу. Но он забыл, что не может открыть закрытую дверь в одиночку. Глупая ошибка.

Ему пришлось невольно провести ночь без сна в спальне Архен.

✨ P.S. Переходи на наш сайт! У нас уже готово 80 глав к прочтению!  ➡️ Fableweaver

Глава 26

Он мог бы разбудить Архен и потребовать открыть дверь, мог бы дать ей свою энергию, как и договаривались, но Вален не стал делать ничего из этого. Причины не было. Просто не хотелось.

Вместо этого он грубо стянул с неё одеяло. Шурх. Серебристые волосы потерлись о ткань, создавая статическое электричество. Они поднялись дыбом, словно в них ударила молния, и это выглядело смешно.

— Даже если украдут, не проснется.

Он и раньше это замечал, но Архен, уснув, спала как убитая. Он засунул руку под одеяло и помял её талию, но она даже не шелохнулась.

Вален попробовал действовать смелее. Медленно погладил плоский живот, а затем провел рукой по ребрам и груди — веки не дрогнули. Он поскреб ногтями по её ключице. Видимо, стало щекотно, потому что она во сне почесала это место.

Если так спишь, надо хотя бы дверь запирать.

Если бы тот козлоголовый, вампир или тупой демон задумали что-то плохое, Архен бы даже не пикнула. Если действовать аккуратно, чтобы не разбудить, можно было бы делать с ней всё что угодно. Эта бесчувственная женщина проснулась бы вся в сперме с ног до головы и с недоумевающим лицом пошла бы в ванную. Даже не подозревая, что эти три демона ждут ночи с похотливыми глазами.

— ...

Необъяснимо, но это странно раздражало. Вален приподнял бровь и ущипнул её за щеку. Мягкое прикосновение было не так уж неприятно. Но присмотревшись, он заметил синеву под её глазами. Раньше он этого не видел.

— Значит, правда, что спит по часу в день.

Раз она приходила к Валену каждый день без пропусков, он думал, что у неё куча свободного времени. Но оказалось, что она, обладая телом с чудовищно низкой эффективностью, требующим четырнадцать часов сна, жертвовала драгоценным отдыхом ради него.

— Смехотворное чувство вины.

Уж лучше бы она, как истинный демон, относилась к Валену просто как к поставщику спермы.

...Демон.

Рука, гладившая её лицо, медленно спустилась вниз и обхватила белую шею. Тонкая и хрупкая, как у ребенка, казалось, она сломается от малейшего усилия.

Архен была без сознания, а Вален был сверху. Если захочет, он может свернуть ей шею в одно мгновение. Привычная жажда убийства кричала, что это идеальный шанс, но кое-что привлекло его внимание.

Бинт на его руке раздражал, как заусенец. Зачем она сделала эту глупость? Эта тряпка не могла стереть след того дня, когда его ладонь пронзили насквозь. Глупости должен быть предел.

Вален не смог сжать руку на её шее. Причина колебаний была ясна: это иррационально. Как только Архен умрет, сделка будет расторгнута, и Валену придется в одиночку противостоять её верным слугам.

Так что пока... отложим сворачивание шеи.

***

— Я не понимаю. Я тебе не нужна?

Яблоко, подброшенное высоко в воздух, Архен поймала за миг до того, как оно упало ей в ладонь. Вален выхватил его у неё и с хрустом откусил большой кусок.

— Я буду приходить в твою спальню каждые три дня, как по расписанию, так что не делай такое лицо.

— Если у тебя есть претензии ко мне, говори.

Вален поднял указательный палец руки, в которой держал яблоко. Коснулся макушки Архен и медленно провел линию до самых пят.

— Ко всему.

— А...

— Я нашел одного бездельника, так что буду использовать его как ключ.

— Кто это...

В этот момент новый «ключ» весело помахал рукой издалека. С развевающимися, как пламя, рыжими волосами он бежал к ним.

— Зефер.

Пробормотала Архен с явным недоумением. Вален искоса взглянул на её ошарашенное лицо и снова откусил яблоко.

«Ей нужно спать четырнадцать часов в сутки...»

Слова Надаля, сказанные вчера, не выходили из головы. Образ Архен, клюющей носом, как больная курица, всплывал в памяти и раздражал.

Из-за недосыпа она падает в обморок, даже толком не потрахавшись. Демонам и так трудно забеременеть.

К тому же Вален был человеком. Разве можно забеременеть от другой расы, если даже не можешь сосредоточиться на сексе? Вален сможет получить деньги и сбежать из этого проклятого Мира Демонов только тогда, когда Архен забеременеет.

Поэтому Вален принял решение. Найти другой «ключ». И тут он увидел Зефера, носящегося за окном, и назначил его на эту роль.

— Будем видеться раз в три дня.

Он похлопал Архен по плечу и направился к Зеферу. Звука удаляющихся или преследующих шагов не последовало.

***

— Так это ты перевернул кухню вверх дном, Некий? Я работаю в замке Владыки Демонов 200 лет, но такой вкусной еды еще не было. Ха-ха-ха! Даже Фин стал обедать в банкетном зале. Я думал, у меня аллергия на маш, свинину, курицу, яйца, капусту, картошку, рыбу и кукурузу. Каждый раз, когда я ел блюда с ними в банкетном зале, у меня живот болел. Так что 200 лет я не ел маш, свинину, курицу, яйца...

Вален стоял под тентом на тренировочном поле, скрестив руки и глядя прямо перед собой. Пока Зефер болтал так, что уши вяли, Вален ни разу не отреагировал. Но Зефер не унывал и продолжал чесать языком без умолку.

Блдь... С выбором ключа я ошибся, и сильно.*

Он потер ноющие виски. Даже называть его заменой Архен не хотелось. Разница в уровне удовлетворения была колоссальной. Настолько, что он даже начал скучать по её отсутствию. Испытывать такое чувство к демону было унизительно, но такова была реальность.

Болтовня Зефера не имела конца. Слушать этот бред, заставляющий сомневаться в наличии у него мозга, было чревато нервным срывом. Если бы мог, Вален отрезал бы ему язык. Тот отрос бы меньше чем за полдня, но хоть ненадолго наступила бы тишина.

Архен, которой, казалось, нет дела до мирской суеты и у которой не было широкого спектра эмоций, на самом деле говорила немало. Но её голос звучал в умеренном тоне и иногда напоминал мягкую мелодию, так что слушать её было не так уж плохо.

Конечно, она тоже иногда несла чушь. Но не до такой степени, как Зефер, которого хотелось запихнуть в измельчитель. Можно было просто вздохнуть: «Она в своем уме?» и пропустить мимо ушей.

В итоге Вален выскочил из-под тента. Рядом с этим типом невозможно сосредоточиться на наблюдении за солдатами. Уж лучше потренироваться.

— Посторонитесь.

Он растолкал демонов и выхватил меч. Когда он начал размахивать мечом посреди плаца, выполняя безупречные движения, отовсюду послышались восхищенные вздохи.

— Ого... Форма просто отпад.

— Как вы это сделали? Научите меня!

В отличие от Валена, взявшегося за меч ради выживания, целью демонов было лишь выглядеть круто. Их предки махали мечами по пустякам, так что нормальному фехтованию их никто не учил.

Увидев настоящее мастерство после ежедневного созерцания неуклюжих поз, глаза солдат загорелись.

Острое лезвие со свистом рассекло воздух и опустилось к земле.

Давно я не разминался.

Спарринг полезнее, чем махать мечом в одиночку 100 раз. К тому же, вокруг полно монстров, которые не умрут, даже если их порубить. Если подумать, идеальнее тренировочного поля не найти. Вален криво ухмыльнулся, и собравшиеся солдаты вздрогнули.

— Чего встали? Я вас научу, берите мечи.

***

На тренировочном поле, где обычно пахло цветами, подул несвоевременный кровавый ветер. И это не метафора.

— П-пощадите!

— Не нойте, вы же не сдохнете.

— А-а-а!! Монстр!

— В зеркало смотрел?

Чавкающий звук. Блестящий меч был покрыт сгустками красной плоти, а плац наполнился криками. Вален начал настоящую боевую тренировку против демонов, не давая им поблажек.

Глава 27

Благодаря тому, что демоны учились фехтованию, буквально протыкая друг друга, их навыки росли не по дням, а по часам. Хотя они и обладали чудовищной регенерацией, получать удары и порезы им всё равно было больно. Очень больно.

Им так не нравилась боль, что они изо всех сил старались предугадать движения меча Валена. Вместо «красивой позы», которая была их изначальной целью, они теперь махали мечами с отчаянной яростью.

Безжалостные тренировки продолжались три дня. Дошло до того, что солдаты, которые раньше болтали о любви, едва завидев Валена, начинали потеть от напряжения.

Командир Сейнрих не был исключением. Тем не менее, он был благодарен Валену. Хотя солдаты в глубине души, может, и жалели, Сейнрих был переполнен радостью от того, что впервые с момента создания рыцарского ордена (существовавшего только на бумаге) проводились настоящие тренировки.

Правда, сам Сейнрих после первого дня в них не участвовал...

В любом случае, сегодня он снова с гордостью взирал на тренировочный плац, где летели брызги крови и куски плоти, и раскрыл над головой зонт. Вчера, когда он мыл голову, он обнаружил прилипшую к волосам чью-то кишку и сильно испугался.

Из-за того, что тренировка затянулась допоздна, Сейнрих даже испек хлеб для ночного перекуса. В термосе с магией сохранения тепла был горячий чай с молоком, так что сегодня ночью проблем не будет.

— Хватит притворяться мертвыми, вставайте.

Сказал Вален, бросив меч на землю с лязгом. Демоны, валявшиеся с выпущенными кишками и полуотрубленными головами, приоткрыли по одному глазу. Только увидев, что Вален моет руки у крана, они начали поспешно запихивать внутренности обратно и подниматься.

— Неужели уже всё?

Сейнрих даже не успел открыть корзинку с закусками. Он хотел плотно поесть и хорошенько посмотреть на тренировку... Обед, приготовленный с рассвета, оказался бесполезным.

— У него какие-то срочные дела?

Сейнрих пробормотал это, с сожалением глядя на корзину. Огромная рука грубо залезла внутрь. Это был Зефер.

— Сегодня же третий день.

— Ну да. Даже Некому №38 нужно отдыхать раз в три дня.

— Нет. Дело не в отдыхе. Сегодня день, когда он проводит ночь с госпожой Архен.

— ...

Зефер беспорядочно поглощал с таким трудом приготовленную еду, но Сейнрих застыл, залившись краской.

Человек, которого он видел каждый день, занимается такими делами с госпожой Архен. Для девственника Сейнриха это было крайне странно и смущающе. В голове всплывали всякие образы. Он энергично замотал головой, отгоняя мысли, и тоже начал собираться.

— Она снова придет вся в красных синяках.

***

Всё его тело было покрыто потом и пылью. Для Валена это было так же привычно, как собственная кожа, но Архен, наверное, чувствовала бы иначе.

С помощью слуги Вален открыл дверь и наполнил ванну. Быстро помывшись, он небрежно высушил волосы. Всё равно скоро снова промокнет, так что сушить до конца не было смысла.

Направляясь в спальню Архен, Вален отослал слугу на полпути. Пункт назначения был ясен, так что ключ ему был не нужен.

Тук-тук. На стук дверь открылась.

— Прошло три дня.

Увидев Архен, стоявшую перед ним, словно встречая его, Вален на мгновение почувствовал, как сердце екнуло. Может, потому что Зефер его достал? Он почувствовал даже слабую радость.

Его скучающий взгляд скользнул по лицу Архен, словно облизывая его. На её маленьких белых щеках играл румянец. Губы тоже были необычно красными. Она всегда красилась так ярко? Вален потер солнечное сплетение ладонью и вошел внутрь.

— У тебя, кажется, жар?

— Есть такое чувство.

Архен не стала отрицать. Лицо Валена исказилось от неожиданности. Он дал ей отдохнуть, чтобы она набралась сил, а она заболела?

— Демоны тоже болеют простудой?

— Любое существо с легкими не застраховано от микробов. И это не простуда.

— Тогда что.

Вален невольно потянулся, чтобы потрогать её лоб. Архен слегка отстранилась, уклоняясь от его руки. Рука Валена застыла в воздухе.

— Я хочу тебе кое-что показать.

— ...

Архен без колебаний повернулась к нему спиной и пошла к кровати. Вален молча посмотрел на свою руку, потерявшую цель. Затем, повинуясь её зову, инстинктивно пошел следом.

— Если не простуда, то почему жар.

— Это из-за лекарства. Оно вызывает изменения в организме, поэтому повышение температуры — побочный эффект. Но это не страшно, не волнуйся.

— Кто волнуется.

— Сядь. Я же сказала, что хочу тебе кое-что показать.

Она потянула Валена за руку. Когда он хотел прикоснуться, она уклонялась, а когда ей нужно — хватает как ни в чем не бывало. Это странно раздражало, но он промолчал. Спрашивать в лоб: «Почему ты избегаешь моей руки?» было бы странно.

К тому же, любопытство пересиливало: что же она приготовила? Из-за румянца на щеках она выглядела более возбужденной, чем обычно.

Когда Вален присел на край кровати, Архен закинула обе ноги ему на бедра.

— Что ты делаешь?

— Я приготовила это, потому что думала, что тебе понравится.

Словно разрывая подарочную упаковку, Архен резко задрала юбку. Обнажились две ноги, густо покрытые черными волосами. Волос было столько, что даже белой кожи под ними не было видно.

С тех пор как он попал в плен в замок Владыки Демонов, случилось много всего, но этот момент был самым шокирующим и абсурдным. От чрезмерного замешательства даже ругательства застряли в горле. Он просто застыл, словно во сне.

— Тебе нравится?

Вален с трудом повернул скрипнувшую шею и посмотрел на неё. На губах Архен играла редкая застенчивая улыбка. Лицо было красивым, но ситуация... совершенно не красивой. Слова о том, что она подготовила это для него, перевернули всё внутри.

— Значит, сейчас... Лекарство, которое ты приняла, — это средство для роста волос на ногах?

— Да. У меня от природы тонкие волосы на теле, поэтому я не могла отрастить такие волосы на ногах, которые бы тебя удовлетворили.

— Я... люблю волосы на ногах? Какой ублюдок тебе это сказал?

— Ты, ублюдок.

— Когда я...!

Вдруг забытое воспоминание промелькнуло в голове. Младший солдат просил совета, как добиться взаимности от своей любви, и Вален ляпнул первое, что пришло в голову, но эффект оказался поразительным. Это была настолько непонятная реакция, что он даже вскользь спросил об этом у Архен...

Не думал, что она воспримет это так. У неё вообще нет никаких предрассудков? Что ни скажи, верит безоговорочно. Родись она человеком, стала бы легкой добычей для мошенников.

Из груди вырвался глубокий вздох. Вален опустил её юбку, прикрыв ноги. С таким количеством шерсти ей вряд ли холодно, но просто... хотелось закрыть это.

— Теперь вспомнил? Ты же хотел побрить ноги. Я даже бритву приготовила.

— Какой псих захочет брить кому-то ноги.

— Разве нет? Но ты же ясно сказал...

— Это было про Арахну, про того гигантского паука.

— ...

Лицо Архен окаменело. Повисла тяжелая тишина, в которой не было слышно даже дыхания. Уверенное выражение лица исчезло без следа, сменившись опустошением, словно её предали.

Она опустила голову, избегая взгляда Валена. Шурх. Когда она попыталась убрать ноги, которые так смело выставила, Вален схватил её за лодыжку.

— Куда собралась.

— Честно говоря, я думала, что это немного странно. Но мир велик, а ты человек... Я подумала, что среди людей бритье ног может быть романтическим жестом.

— Сильно ошиблась. Впредь лучше не думай вообще. Твои размышления, похоже, не приносят пользы.

— ...Но ты тоже виноват.

Ишь ты. От неожиданного обвинения его брови поползли вверх. Архен по-прежнему сидела, низко опустив голову. Вся её видимая кожа покраснела. Того и гляди пар из ушей повалит.

Глава 28

— В чем я виноват?

— Разве ты не вел себя так, будто я тебе надоела?

— ...

— Я старалась изо всех сил, чтобы тебе было хорошо. Может, тебе этого было мало... Но если бы ты сказал, чего тебе не хватает, я бы приняла всё, что угодно. Но ты не оценил моих стараний.

— Ты что, делаешь это из-за того, что я позвал Зефера вместо тебя?

— Я не хочу повторять ошибку дважды. Я снова пожалела, что думала только о себе. Поэтому я подумала о том, что тебе нравится, и...

Отрастила волосы на ногах, которым позавидовал бы даже снежный человек?

Вален слегка приподнял её юбку. Если присмотреться, это было похоже на пушистую шерсть щенка. Но почему волосы на голове серебряные, а на ногах черные? Когда он спросил, она ответила: «Осталось только черное зелье».

На белом лице Архен читалось глубокое разочарование. Тот факт, что Вален позвал Зефера, видимо, стал для неё большим ударом — тени под глазами стали еще темнее. Она не спала?

Вся эта ситуация была абсурдной, но не вызывала раздражения. Наоборот, даже забавляла. Видимо, терпение, которое он воспитал в себе в Мире Демонов, переросло в своеобразное милосердие.

«Неужели то, что я ходил с Зефером, так сильно её задело?»

Смешок вырвался наружу, и уголки губ расплылись в улыбке. Вален цокнул языком и взял бритву с тумбочки.

— Раз уж приготовила, давай побрею.

— Не надо. Не нужно.

— Сиди смирно.

— Можно просто отрезать. Они всё равно отрастут.

— Прекрати нести чушь.

Живешь-живешь... и чего только не увидишь. Кто бы мог подумать, что он будет брить ноги суккубу.

— Почему ты из-за странного недопонимания создаешь людям проблемы?

— Я думала, это будет сюрприз.

— Какой псих такое полюбит?

— ...Я никогда не считала тебя психом.

Пробормотала Архен, отвернувшись.

— Считала.

Она не отрицала, только отводила взгляд, и щека Валена дернулась. Вот же нелепость. В замке Владыки Демонов ни одного нормального нет, а психом считают его. Вален забыл о том, что сам творил в этом замке.

В итоге и в этот день он не выполнил роль поставщика спермы. Всю ночь он провел, сбривая густую шерсть с её ног. Архен сидела, прислонившись к спинке кровати, низко опустив голову, словно душа покинула её тело.

***

Демоны — закрытое общество. В мире людей каждый день выходят книги о демонах, но все они основаны лишь на фантазиях.

Три месяца заточения в замке Владыки Демонов.

Вален наконец понял. Нет, точнее будет сказать, признал то, что всё это время отрицал.

Причина, по которой он раз за разом терпел неудачу, пытаясь добыть военную информацию о демонах, жертвуя десятками тысяч людей.

Это было потому, что...

— Доброе утро, господин Некий №38! Сегодня тренировки не будет, мы заняты подготовкой к вечеринке.

У этих ребят просто не было никакой информации.

Море без соли, сухой колодец. Демоны не скрывали информацию тщательно и скрупулезно — её просто не существовало. Это был лучший способ сохранить секрет, а с точки зрения людей — глупая трата сил.

Стратегия? Тактика?

Откуда это у тех, кто ходит в карательные походы с ланч-боксами вместо мечей.

В мире людей призыв совершеннолетних мужчин в армию был обычным делом, но здесь строго соблюдали рабочие дни. Было даже понятие отпуска, и если подать заявку до 12 часов дня перед войной, можно было не идти в бой. Война для них — шутка?

Однако последние 30 лет, после объявления тотальной войны с людьми, отпуска и выходные пришлось отменить. Неудивительно, что недовольство этих ребят, привыкших жить в цветочном саду, достигло небес.

Вален мрачно смотрел на пустой тренировочный плац. Вью-у. Подул теплый полуденный ветер, и по земле покатилась обертка от сэндвича, которую кто-то бросил. Бровь Валена дернулась, а на лбу вздулась вена. Будь это его отряд, он бы немедленно созвал солдат и устроил им «воспитательный час» до самого рассвета. Какой идиот бросает мусор?

Даже стойки для оружия были в беспорядке. Там, где должны висеть луки, висели два мокрых носка, а мечи были свалены в кучу без разбора.

И против этих разгильдяев он строил такие сложные планы?

Демон-солдат, не подозревая о мыслях Валена, спокойно посмотрел на часы.

— Вы останетесь здесь? Мне пора идти готовиться к вечеринке.

— Почему солдаты сами готовятся к вечеринке? Где слуги?

— Конечно, они помогают. Но это вечеринка в честь первой любви нашего младшенького, и она не была запланирована, так что...

Вален нахмурился, не сразу поняв слова солдата. Слушая его, казалось, что солдат учитывает положение простых слуг.

Разве слуги не низшее сословие? Те, кто прибегает по зову даже на рассвете, те, кого тащат на поле боя как живой щит, даже если они ни разу не держали палку. Считаться говорящим скотом для них должно быть нормой.

Если подумать, все слуги, которых он встречал в замке, были болтливыми. То, что они могли чесать языком, не оглядываясь по сторонам, уже было огромной привилегией. Единственные, кто ходил притихшим в замке, были ребята с кухни, которых Вален приструнил.

— Мне правда пора. Господин Некий, вы же придете на вечеринку? Приходите в таверну в подвале восточного крыла.

— ...В подвал, а не в зал?

— Да. Там много хорошего алкоголя, обязательно приходите выпить. Ах да. Кстати, вы в последнее время не ходите с госпожой Архен? Она занята работой... Слышал, она тоже не придет на вечеринку.

Он этого не знал. Они провели вместе всю прошлую ночь, почему она ни словом не обмолвилась о вечеринке? Внутри всё сжалось от необъяснимого чувства. Кто, спрашивается, всю ночь брил ей эти чертовы волосатые ноги?

Архен хотела сделать это сама и взяла бритву, но вместо волос срезала кожу. Кровать вот-вот должна была залиться кровью. В итоге Вален, не выдержав, отобрал бритву.

— Говорят, муж и жена — одна сатана, но если даже господин Некий не придет, многие расстроятся. Вы же благодетель, соединивший младшего и госпожу Арахну.

Мы связаны только контрактом, какие еще муж и жена. Слушать дальше не было смысла. Вален холодно развернулся и покинул плац.

— ...Вдруг такое страшное лицо.

Солдат потер предплечья, по которым побежали мурашки, и направился в восточное крыло.

***

— Это новое меню, над которым я не спал неделю! Называется «Жареные морские ушки страстной любви»!

На белой тарелке лежали мелко нарезанные морские ушки, выложенные в форме сердца. Украшенные ростками зелени и желтыми съедобными цветами. Вален без энтузиазма посмотрел на предложенное блюдо. Энрит же, сложив руки на груди, ждал оценки.

— Это меню будет впервые представлено на вечеринке. Как вам?

Вален огляделся. Заранее приметив что-то, чем можно заменить дубинку, он взял вилку. Положил кусочек в рот — вкус был неплох. Тошнотворная вонь исчезла уже давно, и хотя иногда случались моменты ярости от вкуса «что это за херня», сейчас было не так.

Когда Вален кивнул, Энрит заметно расслабился.

— Слава богу. Я сейчас расплачусь.

— Из-за одного солдата, который завел роман, столько шума.

— Это, конечно, поздравление, но еще и потому, что вечеринок давно не было. Все просто рады поводу. А, слышал, госпожа Архен не придет.

Вален со стуком положил вилку. Почему все знают, что Архен не придет? Настроение испортилось по непонятной причине. Энрит, не догадываясь о чувствах Валена, сиял от того, что его меню одобрили.

— Господин Некий, вы же придете? Говорят, муж и жена — одна сатана, но если вы не придете, многие демоны расстроятся. И мне будет неловко.

Почему они все твердят одно и то же, слово в слово? Даже не смешно. С чего бы ему идти на вечеринку, заботясь о чувствах демонов?

✨ P.S. Переходи на наш сайт! У нас уже готово 90 глав к прочтению!  ➡️ Fableweaver

Глава 29

Вален встал, не ответив. Энрит, расстроившись, окликнул его: «Уже уходите?», но не смог его остановить.

— ...Открой дверь.

Валена остановила закрытая дверь.

***

— Выпьем за скрытого героя сегодняшней вечеринки, за Некого №38!

Сейнрих прокричал тост во весь голос. Демоны с радостными криками подняли бокалы, и таверну наполнила веселая музыка. Кто-то, опьянев от веселья, забрался на стол и запел дрожащим голосом.

Вален, сидя за одиночным столиком, прижал руку ко лбу.

— Бл*дь. Голова раскалывается.

Он просто хотел тихо выпить. Но он не ожидал, что вечеринка, проходящая в замке, будет такой разнузданной.

Какими были королевские банкеты, которые он посещал раньше? Танцы под величественную музыку оркестра, где все держались с достоинством, в руках — изящные бокалы для шампанского или вина, а не огромные пивные кружки.

Но здесь о манерах, похоже, забыли напрочь: все смеялись и болтали, не оглядываясь друг на друга. Один тип, решив показать трюк, открыл горло и вливал в себя алкоголь целиком. Это был Энрит.

Если он продолжит так пить, то завтра не встанет с похмелья. Пусть только попробует хоть немного снизить качество еды. Он снова достанет дубинку...

— Почему меня вообще это волнует.

Он ведь не начальник Энрита. Внезапно его накрыло чувство стыда.

— Ого. Уже всё выпил. Сейчас я тебе снова налью.

Демон, похожий на бегемота, щедро плеснул красного вина. Кажется, это была управляющая таверной. Как её звали? Лайла?

Вален залпом осушил наполненный бокал. Лайла, глядя на его постоянно двигающийся кадык, присвистнула.

— Хорошо пьешь!

Лайла громко похвалила его и снова наполнила бокал.

Почему они все такие дружелюбные, ласковые и без иерархии? Его предубеждения, в которые он верил как в истину, разбились вдребезги.

Глядя на слуг замка Владыки Демонов, которые могли отстаивать свои права, он вспомнил Бена из своего поместья. И не мог не сравнить человеческих солдат, которых тащили на бойню, с местными солдатами.

Вален снова и снова опустошал бокал.

Всё, чего он достиг как командующий союзными силами и герой, казалось напрасным. В мире людей ночами не спали, разрабатывая тактику против демонов, а здесь об этом даже не задумывались. И всё же люди раз за разом терпели поражение из-за колоссальной разницы в силе.

Их просто давили силой, как мух. Изначально... это была битва без шансов. Только сегодня Вален по-настоящему ощутил чувство поражения, которого не испытывал во время бесчисленных битв с демонами.

Люди никогда не смогут победить демонов.

— Не слишком ли ты налегаешь на выпивку?

Зефер, от которого разило перегаром, плюхнулся рядом с Валеном. Лайла налила ему полный бокал и со стуком поставила перед ним. Зефер подмигнул и отпил глоток.

— Отвали.

— Скажешь, когда соберешься уходить. Госпожа Архен сегодня рано легла спать, так что я вместо неё открою тебе дверь в спальню или в туалет.

Опять, опять Архен...

— Даже всякая шваль знает расписание Архен.

Кроме меня.

Вален пробормотал это едва слышно. Зефер, невольно подслушавший его мысли, раскатисто расхохотался.

— Я знаю о госпоже Архен всё. Я даже менял ей подгузники, когда она была младенцем.

На лбу Валена вздулась вена. Конченый извращенец. Он видел маленькую Архен голой? Бл*дь, знает ли Архен, что её подчиненный — вульгарный тип, у которого мозги пропитаны спермой? Конечно, не знает. Разве она не доверяла ему свое тело с невинным лицом, даже когда он поднимал её с похотливыми мыслями? Вален криво усмехнулся и покачал головой.

— Ха-ха! Тебе, Некий, не понять. Знаешь, с каким милым, дьявольским личиком засыпает госпожа Архен? Она спит, сжав маленькие ручки в кулачки, вот так, вот так. Смотри. Ну посмотри же?

— Уйди, вкус алкоголя портишь.

— Мы с Козлом и Фином по очереди засовывали пальцы в её сжатые кулачки, но она ни разу не проснулась. Если она уснет, то не заметит, даже если замок рухнет.

— Всякую херню творите со спящей.

— А?

— Я тоже знаю, что она крепко спит, так что заткнись.

— Да-а? А это ты знаешь?

Зефер, пьяный в стельку, весело начал рассказывать. Вален пил, не оборачиваясь к нему. Он пытался игнорировать его, но голос Зефера, громкий, как паровозный гудок, бил прямо по барабанным перепонкам.

— Если у госпожи Архен нет расписания или её никто не разбудит, она может проспать целый день, пропустив еду! Ха-ха-ха!

— Она и проснувшись не сразу приходит в себя, ходит как в тумане. Хотя солнце уже давно встало.

— А, ты знаешь, что у госпожи Архен веки на правом и левом глазу немного разные? В детстве она упала с лестницы. Это было в период, когда регенерация замедлена, так что остался шрам.

— Когда она хмурится, правый глаз закрывается чуть сильнее. Видимо, из-за шрама.

— О, правда? Я этого не знал.

Вален усмехнулся и постучал по столу. Лайла принесла целую бутылку и поставила перед ним.

— Закусывай, когда пьешь.

Вален молча налил себе еще.

— Мне она редко показывает хмурое лицо.

Дзынь.

— Ты пьян? Куда льешь-то. Ну ты даешь.

Лайла забрала у него бутылку и, выдернув кучу салфеток, вложила ему в руку.

Почувствовав, как затекла шея, Вален повернул голову. Зефер с серьезным лицом пытался что-то вспомнить.

— Хмурое лицо... Вообще не могу представить. А вот улыбающееся лицо могу нарисовать хоть сейчас, так оно ярко в памяти.

— Да неужели?

— Ты, может, не знаешь, но госпожа Архен хоть и кажется равнодушной, на самом деле очень добрая.

Раздражает.

Вален с силой потер шею. Если бы его спросили, что именно его раздражает, он бы ответил: «Всё». Но если выбирать одно... Да, та часть, где он промямлил: «Ты, может, не знаешь».

Какое мне дело до характера демона, который меня изнасиловал.

— Она самоотверженная до глупости.

— Насчет самоотверженности не знаю, а вот насчет глупости — согласен. Раз она выпила зелье для роста волос на ногах, решив, что мне это понравится.

— ...Госпожа Архен выпила зелье?

— Ты же делал вид, что всё знаешь, а этого не знал?

Зефер, который до этого весело болтал, впервые растерялся. А уголки губ Валена, наоборот, расслабились.

— Госпожа Архен родилась без рогов. Людям, может, не понять, но для нас рога — это часть тела. Как если бы не было руки — неудобно, так и с рогами.

— И какую роль играют рога?

— Рога очень важны. Они создают иммунитет к демонической энергии. Во всем, где используется магия, есть примесь демонической энергии. Если есть рога, то магические атаки или зелья не проблема. Но госпоже Архен тяжело, потому что она не может нейтрализовать демоническую энергию. И выпить зелье только ради волос на ногах...

Теперь понятно, почему она не пришла на вечеринку. Зефер пробормотал это с жалостью. Вален медленно потер губы.

Неожиданно он узнал информацию о рогах демонов. Но кое-что беспокоило его сильнее. Поведение Архен.

— Значит, она выпила зелье, зная о побочных эффектах...

— Я же говорил. Госпожа Архен самоотверженная...

— Не то.

— А? Что не то?

Вален опустил голову, словно что-то понял. А затем поднял правую руку и протянул её Зеферу.

— Красивая. Хочешь, чтобы я подержал?

Когда Зефер схватил его руку, Вален резко выдернул её и поднял лицо.

— Увидев шрам на руке, которую уже не вылечить, твоя драгоценная Архен наложила повязку.

— ...И что?

— Это не всё. Я не 36-й и не 37-й, а целых 38-й. Она выбрала меня, отсеяв тридцать семь предыдущих.

— М-м... Ну да?

— Этот ленивый демон, который так любит спать, жертвовал сном, чтобы проводить время со мной.

— ...Что ты хочешь сказать?

Кто знает. Не знаю. От постоянных разговоров об Архен казалось, что голова забита только ею. Одно предположение начало пускать корни в его сознании.

Глава 30

А может... Архен нужна была не энергия, а сам Вален, он как личность?

Если подумать так, все действия Архен становились понятны. Она любила его. Настолько сильно, что похитила и заставила быть с ней.

Ха. От внезапного осознания у него вырвался ошеломленный смешок. Тяжелый вздох вырвался из груди, и лицо внезапно обдало жаром. Может, из-за крепкого алкоголя? Кожа горела. Кровь не просто бурлила, а начала приливать к внушительному куску плоти внизу живота.

Кстати, когда мы в последний раз это делали?

Несмотря на головокружение, мозг отчаянно пытался подсчитать дни. Вчера пропустили из-за волос на ногах, до этого она спала. Прошло уже больше недели.

Лицо Валена исказилось.

Разве это не нарушение контракта?

Он освободится из этого проклятого замка Владыки Демонов, только если Архен забеременеет его ребенком как можно скорее.

Бам. Вставая, Вален опрокинул кружку с пивом. Но в шумной таверне этого никто не заметил.

— Уже уходишь?

Зефер встал следом, собираясь открыть дверь в спальню Валена. Но Вален с силой толкнул его в грудь. Зефер пошатнулся, едва удержав равновесие.

— Иду к твоей хозяйке.

— Хозяйке... А, к госпоже Архен? Но сегодня разве день соития?

Он начал считать дни по пальцам, склонив голову. Всё-то они хотят знать. Вален с ледяным выражением лица посмотрел на пальцы Зефера и развернулся. Неважно, по расписанию сегодня или нет. Они пропустили уже два раза, так что всё уже пошло наперекосяк.

Вален свирепо выдохнул и вышел из таверны. Зефер, проводив его взглядом, снова сел за стол.

— Лайла, я тут подумал. А человеку вообще можно пить демонический алкоголь целыми ящиками?

— От демонической энергии у него в теле поднимется такой жар, что он, наверное, умрет.

— ...

Взгляды Лайлы и Зефера встретились в воздухе. Демоны на мгновение замолчали, глядя друг на друга.

— Но он же ушел на своих двоих.

— ...Он монстр? Я беспокоюсь за вкус госпожи Архен к мужчинам. В следующий раз мужа ей буду выбирать я, лично.

— Даже если он не взорвался сразу, побочный эффект будет другим.

— Побочный эффект? Какой?

Лайла многозначительно опустила взгляд. Её глаза скользнули по телу Зефера и остановились между ног. Поняв намек, Зефер почесал затылок и переспросил:

— Типа... как виагра?

Лайла пожала плечами.

— ...Госпожа Архен выживет?

***

Бах-бах-бах!!

Вален, низко опустив голову, яростно колотил в дверь. Именно сегодня ни одного слуги не было видно. Все ушли в таверну, что ли...

Какие же они беспечные и расхлябанные. Если нападут в такой момент, кто будет защищать замок? Есть тут хоть кто-то в здравом уме? Чертовы демоны... никакого чувства опасности. Чем больше он узнавал о демонах, тем более жалким себя чувствовал.

Вален снова ударил в дверь. Она опасно зашаталась, готовая сломаться. В этот момент изнутри послышались тихие шаги. И, как и ожидалось, Архен, шатаясь, вышла и, протирая глаза, встретила Валена.

— Вечеринка уже закончилась?

На лице Архен читалось недоумение: почему Вален стоит перед её спальней? Видимо, она только что легла спать, потому что от неё пахло уютным теплом одеяла.

В тот момент, когда Вален увидел сонное лицо Архен, все посторонние мысли рассеялись, как дым. Ту-дум. Жар внутри тела хлестнул его, как острый кнут.

— Некий?

Его расплавленный, тягучий взгляд был прикован к Архен. Сквозь слегка приоткрытые губы вырывалось прерывистое дыхание. В голове был хаос. Горло пересохло от жажды, а в животе всё скрутило от желания. Горячо, горячо...

Нити разума в голове спутались в клубок.

— Ты пьян?

— ...

Архен положила руку ему на щеку. Когда прохлада коснулась его пылающего тела, жар не спал, а наоборот, разум испарился окончательно, словно вспыхнуло пламя. Синее пламя расплавило терпение до основания.

— Ты горячий. Видимо, из-за демонической энерг... Ммф, уф!

Вален накрыл её губы своими. Грубо обхватив её за талию, он прижал её к себе изо всех сил.

Горячо... Ощущение её кожи и прохладная температура тела были желанны. Казалось, только Архен сможет унять этот жар, бушующий в его теле.

Вален жадно прильнул к ней, посасывая губы Архен. Тело, сжатое в объятиях так, что могло переломиться, пошатнулось.

— Ха-а, ха-а.

Архен отвернула голову, уклоняясь от его поцелуя. Вязкая слюна, соединявшая их губы, натянулась паутинкой и порвалась. Её зрачки дрожали от растерянности. Кончики ушей покраснели, дыхание сбилось.

— Подожди, с-сегодня не день для ночи вместе. Ты, кажется, перепутал...

— Знаю.

Чертовски низкий голос пощекотал покрасневшее ухо Архен. Её маленькие плечи вздрогнули. Вален прижался губами к её опущенным от смущения векам, словно ставя печать.

— И что с того.

Он поднял её за подбородок и снова накрыл губы поцелуем. Под его напором она пятилась назад, ноги запутались, и они рухнули на кровать. Усадив Архен на матрас, Вален навис над ней и, скрестив руки, рывком стянул с себя верхнюю одежду. Его внушительное тело с широким костяком и мощными мышцами, охваченное пламенем страсти, тяжело вздымалось.

— Почему ты так... м-м... спешишь...

— Ха-а, ха-а.

Потеряв самообладание, он отчаянно терся губами о каждый открытый участок её кожи. Воспользовавшись моментом, когда Архен застонала, он протолкнул внутрь свой влажный язык. Архен пришлось поспешно принять его, внезапно вторгшегося в рот. Языки сплелись, и слышны были только звуки жадного поглощения слюны друг друга.

Иногда сквозь поцелуи прорывались жалобные, сдавленные стоны. Но Вален, казалось, не собирался давать ей пощады, грубо продолжая напор.

— Продолжай, стони. Не останавливайся, обнимай меня.

— Хы-ы... Постой, ах, а, мм...

Архен нахмурилась от давления, с которым он кусал и сосал её нижнюю губу.

Вален, не отрываясь от её губ, торопливо провел рукой вверх по внутренней стороне бедра. Тонкая сорочка мягко скользнула по тыльной стороне ладони.

Перед тем как стянуть белье, он потер промежность — она еще не была влажной. Его член был готов взорваться, а Архен, похоже, всё еще была в замешательстве от ситуации.

И всё же она не отталкивала Валена окончательно. Даже в растерянности она принимала это огромное тело, липнущее к ней, как у животного во время гона. Почему? Он ведь уже знал причину. Архен испытывала к нему особые чувства.

Вален стянул с неё трусики. Затем попытался снять сорочку, но не стал возиться и просто разорвал её силой. Когда разум сгорел в пламени, контроль был полностью утрачен. Вален беспорядочно и грубо терся о её обнаженную кожу, словно делал это впервые, неуклюже и поспешно.

Каждое прикосновение к её нежной коже вызывало вспышки жара. Вален раздвинул её ноги и накрыл своим телом. Он извивался, стараясь увеличить площадь соприкосновения. Архен, поняв, что словами его не успокоить, в конце концов обняла его широкую спину обеими руками.

— Хмф, уф...

Слившись в единый комок, они липко переплетались и непрерывно терлись друг о друга. Каждый раз, когда угол поцелуя менялся, горячее дыхание вырывалось толчками.

На её глаза тоже наплыла пелена наслаждения. В затуманенных зрачках стояли слезы, дыхание стало влажным, перемежаясь со стонами. Вален был готов поглотить Архен целиком. Не в силах вынести такой напор, Архен застучала кулачками по его спине.

Вален прижал её руки и оторвался от губ.

— Ха-а, ха-а...!

Воспользовавшись паузой, она повернула голову в сторону и жадно вдохнула воздух. Вален чувствовал кожей, как сильно вздымается её маленькая грудная клетка.

Каждое её движение воспринималось как стимул. Потому что она суккуб? Даже то, как она дышала, казалось безумно развратным.

Глава 31

Даже просто наблюдая, как она дышит с губами, измазанными его слюной, он, казалось, мог бы кончить три раза подряд.

Раз ей нравится сперма, то и это, наверное, понравится. Но это позже, сейчас важнее было остудить жар, охвативший его тело.

Вален, словно у него в голове сломался предохранитель, ни на секунду не мог оставить Архен в покое. Он грубо терся губами о её щеку, то впиваясь зубами, то нежно скользя вверх и посасывая мочку уха. Раскаленный Вален не мог контролировать дыхание и тяжело сопел.

— Ах... Хы-ыт!

— Нравится? Ха-а, поплачь еще. Я собираюсь накормить тебя членом, который ты так обожаешь. Чего ты отталкиваешь?

— Ы-ы, ы, странно... Ще-щекотно.

— Скажи, что нравится. Ты же этого хочешь. Хватит ломаться, стони.

Он осыпал её горячим дыханием, а затем засосал ухо в еще более горячий рот. Оставив глубокий след от зубов, словно метку, он спустился по линии шеи к груди, облизывая кожу.

Его похоть напоминала зверский аппетит. Казалось, он готов пережевать и проглотить всю нежную плоть Архен.

— А-ах, а...!

Вален набрал в рот полную грудь белой плоти. Он глубоко вобрал в себя возбужденно торчащий сосок и ареолу, сжимая горло. Втягивая щеки, он сосал снова и снова. Звуки чмок, чвак раздавались непрерывно.

Грудь Архен вздымалась. Голова запрокинулась, и слезы возбуждения разлетелись в стороны. Когда Вален прикусил сосок, её спина выгнулась дугой, словно от удара током. В образовавшуюся под поясницей щель тут же скользнула его рука. Он еще сильнее притянул тело Архен к себе.

— А-ах! А, хы-ыт...! Хватит, там уже, хватит. Ах!

Он сосал и мял сосок так сильно, что у неё вырвался стон боли. Архен мотала головой, хватаясь за его волосы, но Вален упрямо не отпускал, продолжая терзать плоть.

— Пожалуйста, ы... М-м!

Тонкая талия дергалась и подпрыгивала. Архен, утопая в наслаждении, бессмысленно смотрела в потолок, а потом крепко зажмурилась. Слезы полились ручьем, и она открыла рот.

— Ха-а, ы... Хорошо...

Только услышав этот стон удовлетворения, он отпустил её. Кожа, мокрая от слюны, выглядела до неприличия развратно. Повсюду были следы зубов и кровоподтеки от жадных поцелуев. Архен дрожащими руками толкнула его в плечо.

— Больно... Успокойся, помедленнее...

Но Вален, казалось, ничего не слышал. Глаза зверя, лишенного разума, не выражали ничего, кроме похоти. Темным, тяжелым взглядом он жадно облизывал обнаженное тело Архен. Даже видя, что оно покрыто его метками, он чувствовал, что этого мало.

— Ха-ах, а!

Он набрасывался на неё снова и снова, не зная отдыха, словно захватчик. Везде, где проходили его губы, на белой коже расцветали красные пятна.

Вален проглатывал не только слезы Архен, но и любую жидкость, исходящую от неё. Если бы мог, он бы сгрыз её вместе с костями. Каждый раз, когда то, что она исторгала, проходило по его пищеводу, жажда хлестала его еще сильнее.

— Ха-а, бл*дь...

Он еще не овладел её телом полностью, было столько мест, которые нужно прочувствовать, но низ живота болезненно пульсировал. Эрегированный до предела член дергался, не зная терпения, как и его хозяин.

Вален, скорчив гримасу боли, торопливо стянул штаны. Руки дрожали, он выругался и откинул волосы назад.

Как только он содрал с себя одежду, огромный член вырвался на свободу. Вален взял её руку и заставил обхватить его плоть. Двигая её рукой вверх-вниз, он заставил её почувствовать каждую вздувшуюся вену и насильно потер головку о ладонь.

Вален сглотнул подступившее желание кончить. Его кадык дернулся.

— Ха-а, если твои подчиненные набросятся на тебя, ты их тоже примешь?

— Это... О чем ты вдруг?

— Если они обнимут — дашь обнять, если поднимут — дашь поднять. Ты даже не сопротивляешься. Если они разденутся и будут вести себя как я, ты тоже будешь смирно лежать?

— Они не разденутся и не набросятся...

— Отвечай на вопрос.

Архен сжала маленькие губы и тихо сглотнула. Её лицо с кулачок стало серьезным, словно она о чем-то задумалась, а затем она ответила успокаивающим тоном:

— Если тебе это неприятно, я не буду.

— Правильно мыслишь.

В голове Валена был полный бардак. Он и сам не понимал, почему вдруг ляпнул это. Это его беспокоило всё время? Почему? Мозг плавился от жара.

Архен — командир, а они — подчиненные... Наверное, поэтому. Ему просто противно видеть нарушение субординации, даже если это демоны. Да, точно. А, блдь. Какая разница.*

Вален решил бросить думать и отдаться экстазу.

Он с силой развел её колени и устроился между ними. Тупая головка, с которой капала смазка, угрожающе дернулась. Обхватив член рукой, он начал тереться им о её узкий вход.

— А, постой... Нет, слишком, а-а. Быстро... А, а!

Торопливые всхлипы Архен действовали на Валена как афродизиак. Ничто не могло его остановить.

Вален ткнул головкой во вход и покрутил, размазывая смазку. А затем, с силой подавшись бедрами вперед, чвак, вошел внутрь. Грудь и подбородок Архен взметнулись вверх.

— Ах!

— Кх-х...!

Когда он вонзил свой центр тяжести в низ живота Архен, его тело замерло. Мышцы спины, покрытые потом, напряглись. Вален, едва удерживая закатывающиеся глаза, надавил еще. Хрясь. Вогнав член до самого корня одним движением, он крепко обнял её.

Желание кончить ударило в голову. Но он с трудом сдержался, чувствуя, как её тело мелко дрожит. На лбу Валена вздулись вены, лицо покраснело.

— Ха-а, узко. А... Член сейчас оторвется.

Пробормотал Вален с безумным лицом, медленно вращая бедрами.

— А, а, хнык, ик... А-ах!

От ощущения насильно раздвигаемых стенок всё тело Архен долго дрожало. Но оцепенение, словно её пронзили гарпуном, длилось недолго. Вслед за тяжелой болью стремительно накатило возбуждение. Её необычайно белая кожа покраснела.

— Медлен... ы, ы, а...

— Хорошо. Ху-у... Ыт, хорошо, хорошо...

Вален, крепко обнимая её одной рукой, двигал только бедрами, шлеп, шлеп, вгоняя член. Он бил сильно, не допуская ни малейшего зазора между плотью и стенками. Мышцы на его руке, упирающейся в кровать рядом с её головой, угрожающе вздулись.

Архен билась под ним. Её лицо и грудь блестели от пота, а на бледных щеках горел румянец.

— Ха-а, ха-а...

Вот что значит потерять рассудок. Вален понял, как сильно он хотел вот так вонзить в неё, в нутро Архен, свой член, как сильно жаждал этого обжигающего наслаждения.

Шлеп, шлеп. Его движения стали грубыми в одно мгновение. Стоны и плач Архен с каждым его вдохом проникали в легкие, заполняя их.

Наслаждение поглотило всё тело. Каждый раз, когда Архен, раздавленная им, пыталась вырваться, его сердце вспыхивало собственническим огнем. Он хотел запереть её так, чтобы даже волосок не вырвался.

Вален сжал Архен мускулистыми руками так, что казалось, сломает, и мощно работал бедрами. Целуя её и вбиваясь в неё, он в конце концов не выдержал и кончил. Вздувшиеся мышцы окаменели, и он утонул в экстазе. Её хлюпающее влажное нутро безжалостно сжало головку, раздувшуюся как детский кулак.

— Ха-ах, а... Ха-а...

Глаза Валена зажмурились. Он оторвал губы и жадно хватал воздух. Грудь ходила ходуном.

✨ P.S. Переходи на наш сайт! У нас уже готово 100 глав к прочтению!  ➡️ Fableweaver

Глава 32

— Ха-а, ха-а, ха-а...

Архен, полностью промокшая от спермы Валена, смотрела на него глазами, пьяными от остаточного экстаза.

Едва он встретился с ней взглядом, его член, несмотря на то что он только что изверг огромное количество семени, снова затвердел. Вален без колебаний вогнал его в неё. От сильного толчка губы Архен приоткрылись.

— Ах... Угх!

Архен простонала так, словно её душили. Член Валена был бессовестно велик для неё. Он проталкивался внутрь, не оставляя ни малейшего зазора, и безжалостно терзал её нутро. Каждый раз зрение у неё то мутнело, то прояснялось.

— А-ах, а... Пожалуйста, нгх... Хорошо, а!

— Хочешь пожестче? Не закатывай глаза, смотри. Кто заливает в тебя сперму.

— М-м, ы... А, еще, еще... Нгх!

Они отчаянно обнимали друг друга. Рука Архен соскользнула с его потной спины и вцепилась в простыню. Из-за накатившей лавины удовольствия Архен снова испытала оргазм.

От ощущения, что его член сжимают, как в тисках, пресс Валена судорожно дернулся. Это было до безумия хорошо, до боли в сердце.

— А-ах, п-подожди, ты... Хы-ыт, еще... Я еще кончаю, нгх! А!!

— Хорошо... Ху-у, ыт, кх-х...

Не давая Архен передышки, Вален снова начал вбиваться в неё. Шлеп, шлеп. Раздавались звуки ударов плоти, а её промежность покраснела и припухла.

Манеры Валена в постели и раньше не отличались джентльменством. Он загонял Архен до предела, изливал всё, что накопил, и оставлял следы так, чтобы она ни о чем другом не могла думать. Но по сравнению с нынешним моментом те ночи были образцом сдержанности и контроля.

— Пожалуйста, м-м, я больше, не могу. Дай отдохнуть минутку...

Архен закричала, задохнулась и потеряла сознание. Видя, как её голова безвольно упала набок, Вален всё равно не мог остановиться. Он утолял свою жажду снова и снова. Капли пота, стекавшие с его шеи и груди, впитывались в тело Архен.

— Ха-а, кх-х...

Он изверг горячую жидкость глубоко в неё. Её отверстие было таким же узким, как и рот, и не могло принять всю сперму. Она вытекала, пузырясь.

Когда он отстранился, жидкость хлынула, словно прорвало плотину. Вален собрал её рукой и затолкал обратно внутрь. Затем подхватил упавшую Архен под мышки и поднял.

Прижав её безвольно повисшую голову к своей груди, он снова вонзил член. Архен, даже находясь без сознания, вздрогнула.

— Мало.

— ...

— Нужно, нужно заполнить больше.

Вален схватил её за бедра и встряхнул. Огромными руками он отчаянно обнял её и вонзил свою плоть.

— Кх-х, ыт... А, а...

Вален стонал, безумно чувствуя её. Кусал её потное тело, изливал сперму, но жажда не утихала. Он владел ею полностью, но хотел еще, еще.

Тихо выругавшись, Вален прильнул к губам Архен. Он пожирал её мягкую слизистую и язык, с чавканьем жадно всасывая слюну. Этот яростный и настойчивый поцелуй был больше похож на хищничество, чем на ласку. Звуки шлепков мокрой плоти разносились по спальне.

***

Вален был зверем, сорвавшимся с цепи. Остались лишь голые инстинкты, с которыми он пожирал её. Кровать была насквозь пропитана жидкостями, а от Архен с головы до ног пахло его спермой. Ему даже казалось, что её белый худой живот слегка вздулся от того количества семени, которое он в неё влил.

— Хы-ы, а... А...

Архен, которая то теряла сознание, то приходила в себя, теперь просто лежала в его объятиях с открытыми глазами, без сил. На её коже не осталось живого места, всё было покрыто следами. Посторонний мог бы подумать, что её долго и жестоко пытали.

Вален поднял её за бессильные бедра. По её позвоночнику ручьем тек пот.

Бах! Он вытащил головку почти полностью, а затем вонзил член до самых яиц, и её голова запрокинулась. Вален не упустил момента, схватил её за подбородок и накрыл губы поцелуем. При этом его бедра не прекращали яростно двигаться.

— Ы-ыт... А, а...

Архен беспомощно качалась. От долгих рыданий её лицо распухло, словно его вымачивали в воде. В этот момент послышался скрип открываемой двери. Вален выругался отборным матом и натянул одеяло на Архен.

С какого момента это началось? После восьмого? Или девятого раза? Стук в дверь был настойчивым, но он игнорировал его. В конце концов, незваный гость не выдержал и открыл дверь.

Блдь, почему замка нет?* Вален грубо откинул волосы назад и вылез из постели. Накинул халат, который висел рядом.

— Говори, что надо.

— Госпожа Архен... Она жива?

Это был Надаль. Запах биологических жидкостей, исходящий от Валена, пробился сквозь его черепаху и ударил в нос. Надаль не выдержал и скривился от отвращения.

— Разве демоны дохнут от пары палок?

— Ты хоть знаешь, что занимаешься этим двое суток подряд? Мерзость... Я понимаю, ты возбудился от демонической энергии, но к этому времени она уже должна была выветриться. Наша бедная госпожа Архен... Она даже не ела. Я не позволю тебе больше мучить её...

Вален уже собирался отвернуться, не желая слушать, как Надаль поспешно схватил его за запястье. Прежде чем Вален успел грубо сбросить руку, раздался щелчок, и холодный металл сомкнулся на его руке.

Вален с ледяной яростью уставился на свое запястье.

— Что ты творишь?

— Это магический браслет. Госпожа Архен приказала сделать его. Сказала, что тебе понадобится. Его закончили вчера, но ты никак не мог остановиться, творя это безумие... Ха-а, ладно. Раз уж так вышло, пожалуйста, отдохни. Искупай госпожу Архен, покорми её...

Вален захлопнул дверь, не желая больше слушать. Дверь, которая раньше не поддавалась никаким усилиям, теперь открылась и закрылась так легко. Ха. Подумаешь, магия.

Сняв халат, он подошел к кровати. Его тело, лишенное жира и состоящее из одних мышц, блестело от пота. Вжик. Он откинул одеяло, и открылось обнаженное, насквозь мокрое тело Архен. Теперь он видел, что оно действительно в ужасном состоянии.

...Это я её так?

Хоть он и потерял рассудок, это было чересчур. Хорошо, что она демон, иначе не выдержала бы... Между её закрытыми глазами пролегла глубокая вертикальная морщина. Даже во сне она дышала тяжело, словно мучилась.

Еще более шокирующим было то, что даже при виде истерзанной Архен его член дергался. Вален глубоко вздохнул и поднял её на руки.

***

— О боже, что это... Мы сами сделаем.

Неужели этот труп, завернутый в одеяло, — наша госпожа Архен? Слуги, не скрывая ужаса, протянули руки. Но Вален проигнорировал их всех и сам открыл дверь в ванную.

— Только перенесите, а искупаем мы...

Бах!

Еще чего. Он решительно закрыл дверь. Если бы это были слуги королевского дворца, он бы доверил им это, но этим он не доверял.

Во-первых, ему не нравился их пол. Парни с такими же штуками, как у Валена, собираются мыть кого-то?

Нет, они демоны, так что, может, у них и не такие же. Может, с шипами, или по две-три штуки висит. От мысли, что эти твари будут стоять с эрекцией рядом с ней, кровь закипала.

И еще одно раздражало: им нужно просто молча мыть, а они наверняка будут болтать всякую чушь.

Как сейчас.

— Бедная наша госпожа Архен...

— Она выбрала слишком жестокого парня. У госпожи Архен всё хорошо, кроме вкуса на мужчин.

— Может, попросить господина Надаля выгнать его сейчас же...

Вален зачерпнул воды из наполняющейся ванны и плеснул наружу. Слуги с визгом разбежались от двери ванной.

Глава 33

Вокруг шумели, но веки Архен даже не дрогнули. Она спала глубоким сном, словно покоилась в колыбели из облаков. Её тело было покрыто следами укусов и засосов, но лицо оставалось невинным.

От этого чудовищного контраста Вален с силой потер виски. Воспоминания о недавних бесчинствах проносились перед глазами, и у него вырвался стон. Сожаление пришло, и это было естественно.

— И ведь не раз и не два я сталкивался с афродизиаками.

Многие охотились за Валеном. За его жизнью, за его телом. Было обычным делом, когда на банкетах афродизиак подсыпали только в его еду, и несколько раз ему приходилось есть, зная об этом. Желание сжимало горло, кипело в животе, но он ни разу не провел ночь с кем-то, опьяненный минутным действием зелья.

Но вчера он не смог сдержаться.

Его статус, ситуация, цели, отношения с Архен... Все ограничения расплавились, соприкоснувшись с кожей Архен. Полностью, не оставив даже следа.

Результат потери разума был ужасен. Хоть она и демон, но наброситься так безрассудно... Если никто не разбудит её насильно, казалось, она проспит целую неделю.

Кроме того, что он вел себя как животное во время гона, было еще одно, о чем он жалел:

— Почему я не заподозрил...

Он пил алкоголь, предложенный демонами, не задумываясь.

Мало того, что пил? Он буквально вливал его в себя. Усилия людей, пытающихся победить демонов, казались напрасными. Тратить все силы на борьбу с этими глупыми созданиями... Опустошение и чувство поражения от этого осознания было трудно принять без помощи алкоголя.

Но всё же, это вражеская территория. Вален, который сомневался в каждом бокале даже от человеческих аристократов... Непонятно, почему он так расслабился.

— Три месяца прошло?

Всего за три месяца замок Владыки Демонов стал слишком привычным.

— М-м...

Архен, прислонившаяся к краю ванны, которая была шире кровати, заворочалась. Струи воды, бьющие с разных сторон, уже доходили ей до груди.

Вален снял халат и сел в ванну. Прислонив спину Архен к своей груди, он осторожно смыл сперму между её ног. Каждый раз, когда его пальцы касались нежной плоти, её плечи вздрагивали.

Он почувствовал, как лицо заливает жаром, и сглотнул вязкую слюну.

Ты вообще человек? Сделал с ней такое и хочешь снова?

Одной рукой обняв Архен за талию, другой он уперся в край ванны. Дышал глубоко, так что грудь ходуном ходила. Смывать сперму, которую он так обильно излил, и при этом хотеть кончить снова — это нормально? Вален дышал, пока его твердый член не успокоился. Долго.

***

— Госпожа Архен! Не ходите пешком.

Фин сел перед Архен, подставив спину. Хлоп-хлоп. Похлопал по пояснице, предлагая себя в качестве кареты. Архен по привычке хотела забраться, но замерла. Взглянув на Валена, стоявшего рядом, она покачала головой.

Вален удивленно приподнял бровь. Он нес всякую чушь в припадке страсти, а Архен запомнила.

— Я в порядке.

— Что?! Вы видели себя в зеркало?.. Ох, в общем, нельзя. Если хотите идти сами, то не сделаете ни шагу!

Фин раскинул руки, преграждая ей путь. Архен растерянно моргнула.

— Вот и отлично.

Вмешался ленивый голос Валена.

— Не гоняйте её туда-сюда, сами приходите.

Комнат свободных полно. Вокруг спальни Архен всё пустовало. Демонов и так мало, а замок в несколько раз больше королевского дворца. У этих ребят не хватало мозгов эффективно использовать пространство, так что пустующие комнаты были нормой.

Вален открыл первую попавшуюся дверь, и оттуда вырвалось облако пыли.

— Бл*дь, серьезно?

Он резко развернулся, и слуги, стоявшие позади, вздрогнули и отвели глаза.

— Вы крепкие ребята?

***

Началась внеплановая генеральная уборка замка Владыки Демонов.

Слуги, которые где-то прохлаждались, сбежались и начали приводить в порядок пустующие комнаты вокруг спальни. Под присмотром Валена они мели, мыли и срывали старые шторы.

Даже Фин, который ворчал, зачем это нужно, замолчал, видя, как заброшенные комнаты превращаются в пригодные для жилья.

В это время Архен спала сладким сном.

Она клевала носом, как птенец, и вскоре уютно устроилась под одеялом. Сквозь открытое окно влетел ветерок, наполненный солнечным светом, и нежно погладил её серебристые волосы.

Вален, раздав указания слугам, вернулся в спальню. Увидев, что она снова спит, проспав сутки напролет, он усмехнулся.

— Не четырнадцать, а все двадцать часов проспит.

Вален походил по комнате и присел на край кровати. Старался не смотреть, но взгляд сам тянулся к ней. На длинной шее Архен пестрели оставленные им засосы. Говорят, порезы заживают быстро, а вот синяки сходят медленно.

Лицо, которое и так было безумно сексуальным, теперь, с этими следами, вызывающими непристойные фантазии, выглядело донельзя развратно.

— ...Суккуб.

Вдруг в голову пришла мысль. Он слышал, что у суккубов остается метка на животе, когда они поглощают энергию.

А как было у Архен? Он не помнил, чтобы разглядывал её живот во время секса. В первый раз она была в платье, да и потом никогда не была полностью обнажена. Полностью голой она была только два дня назад, когда он сорвался из-за алкоголя.

Вален нахмурился, пытаясь вспомнить. Помнил, как кусал её мягкий живот, но была ли там метка — не уверен. Он был слишком поглощен желанием обладать ею.

— ...

Он посмотрел на мирно спящую Архен. Осторожно откинул одеяло и задрал рубашку. Кожа была вся в пятнах, но той самой метки не было. Она появляется только в момент эякуляции?

Пока он гадал, дверь распахнулась.

— Мы закончили...

Слуга застыл с выражением ужаса на лице. Его лицо исказилось, словно он увидел что-то кощунственное.

— Это недоразумение.

Спокойно добавил Вален, но слуга, похоже, не поверил. И неудивительно, учитывая состояние Архен. Он не выпускал её из постели полтора дня. Пошли слухи, что люди — ненасытные сексуальные маньяки.

Слуга, нахмурившись, поклонился и закрыл дверь. Как только раздался стук, снаружи поднялся шум.

Извращенец, мозги спермой заплыли, похоть в глазах — такие слухи поползли по замку. Валену было обидно, но возразить было нечего.

— ...

Он молча поправил её одежду и вышел из спальни.

***

Давным-давно.

Еще до того, как родители Валена были убиты демонами.

Хоть они и были дворянами, владеющими землей, их жизнь не отличалась от жизни бедняков. Единственным доходом семьи был сбор пошлины за проход, как у уличных бандитов.

Земли семьи Людвиг располагались между равниной и горами. Используя это преимущество, они едва сводили концы с концами, собирая плату с торговцев и путников. Особенно это было важно для покупки лекарств Лето, который родился с неизлечимой болезнью.

Когда Валену исполнилось десять, он собирал пошлину вместо деда. Сгорбленная старуха с тяжелым узлом за спиной медленно брела по дороге.

Пока дойдет, солнце сядет.

Вален подбежал к ней и забрал узел.

— 5 ротионов.

И протянул маленькую ладошку. Но старуха даже не потянулась к карману, а лишь улыбнулась, сморщив лицо. Лицо Валена, наоборот, скривилось.

— Не заплатишь — не пройдешь.

Это была ничтожная сумма, на которую едва можно было купить кусок дешевого хлеба.

— В соседней деревне требуют 3000 ропеонов. Вы слишком скромны.

— Что? Вот же грабители.

Хоть они и занимались одним делом, Вален возмутился, словно столкнулся с несправедливостью.

Глава 34

Пошлина, взимаемая семьей Людвиг, варьировалась в зависимости от путника, но в целом была невысокой. С тех, кто ехал в роскошных каретах, брали минимум 100 ропеонов, а с простолюдинов — 50.

Сумма, которую он потребовал у старухи, была практически равна нулю. Мелочь, не имеющая ценности. Но ради справедливости он назвал самую маленькую сумму. Отец бы его отругал, если бы узнал.

Вален пошевелил пальцами, требуя оплаты, но старуха, похоже, не собиралась доставать деньги. В итоге Вален сдался. Всё равно никто не видел, так что можно пропустить одного человека. Дальше шла крутая горная дорога. Если она потратит все силы на спор с ним, кто потом будет убирать её труп?

— Проходите так.

— Нельзя просто так пройти. Мои навыки скромны, но вместо платы я погадаю вам.

Старуха развязала узел, достала стеклянный шар и положила на него руку Валена. Как только холодное стекло коснулось его ладони, прозрачный шар почернел, словно его залили чернилами, а затем из него вырвались золотые лучи света.

Старуха долго молчала. В её глазах, казалось, видящих всё на свете, впервые мелькнуло волнение.

— Впервые вижу такую горячую и яркую звезду... Но сосуд плоти слишком мал. Жар, который вы излучаете, мог бы поглотить весь мир, но вы не можете его удержать. Если бы не было выдающейся личности, было бы проще, но это...

Старуха покачала головой, словно жалея его.

— Как пчелы слетаются на ароматный цветок, так и к вам, обладающему энергией больше, чем у солнца, будут тянуться все, куда бы вы ни пошли. Из-за этого штормы не прекратятся. Страдания будут преследовать вас до самой смерти. На вас будет лежать много ответственности, и вам суждено прожить жизнь в жертвах и умереть молодым. Ц-ц-ц.

Он думал, она скажет что-то приятное, а тут одни проклятия. Вален не верил в гадания, но слышать в лицо, что умрешь молодым, было неприятно.

— Хватит нести чушь, иди своей дорогой.

— Вокруг вас всегда будет кипеть интерес, но вам суждено прожить жизнь в одиночестве. Среди тех, кто будет толпиться вокруг, появится тот, кто пленят ваше сердце. Теплый и чистый... Но вы должны оттолкнуть его. Запомните мои слова. Вы несете в себе звезду размером с вселенную. Никто не выдержит этого жара. И вы, и тот, кого вы полюбите, в конце концов встретите гибель.

— Что за безумная старуха несет бред?!

Подоспевший Бен замахнулся кочергой, как мечом. Старуха поспешно спрятала шар в узел и перешла мост.

— Тьфу, чтоб тебя!

Бен смачно плюнул. А затем вытер ухо маленького Валена полой своей одежды. Наказывал не слушать этот бред. Вален с раздражением отмахнулся от руки Бена. Вдали показалась вереница карет.

***

— Господин Некий №38! Сегодня утром я закончил уборку кухни!

— Я выучил те движения мечом, что вы показали, не могли бы вы взглянуть?

— Я не бездельничаю. Я, я собирался стирать.

Стоило пройти по коридору, как каждый встречный демон пытался заговорить с ним. В мире людей он тоже устал от этого. Если не закрывать лицо, толпа собиралась такая, что по улице было не пройти.

Вален впервые за долгое время вспомнил слова той безумной гадалки из детства. Суждено привлекать внимание, куда бы ни пошел? Он не верил в гадания, но, похоже, это единственное, что сбылось.

— Почему ты в последнее время не ходишь на тренировочное поле? Слышала, младшенький особенно расстроен.

Архен говорила тихо, но он почти не слушал. Вален смотрел на сбившийся воротник Архен.

В последнее время его взгляд часто останавливался на ней. Началось всё с метки суккуба. Как только он понял, что никогда внимательно не рассматривал её живот, он начал наблюдать за всем. И спустя два дня наблюдений вывод был прост.

Она живет кое-как.

И слуги, которые ей прислуживают, тоже живут кое-как. Даже одеяла они складывали неаккуратно, что было полной противоположностью Валену, который любил идеальный порядок.

Один сбившийся воротник резал глаз, и теперь всё остальное тоже раздражало.

Почему она не стряхнет крошки с губ? Неужели не видит, что к одежде прилип волос? ...Почему рукава такие мятые?

В конце концов, Вален не выдержал и остановился. Если он продолжит просто смотреть, то умрет от разрыва сердца. Других он бы отлупил палкой, чтобы исправить, но к Архен этот метод применять не хотелось.

— Стой и не двигайся.

Архен удивленно посмотрела на него, но послушно замерла. Вален, хоть и был дворянином только по названию, привел одежду Архен в порядок быстрее и тщательнее любого слуги. Везде, где проходили его руки, неряшливый вид удивительным образом превращался в аккуратный и опрятный.

Вален вытряхнул руки в окно коридора, стряхивая пыль и волосы. Архен выглядела так, словно и не подозревала, что всё это было на ней.

— Ты творишь магию руками даже без маны.

— ...Чего?

Она сказала это с искренним восхищением. Вален почувствовал щекотку в горле, словно от простуды, и неловко кашлянул.

— Ты правда не пойдешь на тренировочное поле?

— Да. Бросил это дело.

Зачем тратить время, чтобы смотреть, как безмозглые демоны валяют дурака?

Кстати, почему Архен постучала в его спальню с самого утра? Он же ясно сказал, что они будут видеться раз в три дня, только для секса.

Конечно, первым нарушил обещание Вален. Но тогда это была непреодолимая сила. Он был не в себе из-за демонического алкоголя.

— А ты что здесь делаешь?

— Пришла увидеть тебя.

Архен сказала это честно, без тени смущения. Говорившая была спокойна, а вот щеки Валена почему-то загорелись.

Всё равно ведь ночью он придет к ней в спальню, не могла подождать?

— Тебе настолько нечем заняться?

— Козёл ждет меня. Мне пора идти.

Он и не собирался её удерживать, но, услышав, что она уходит без сожалений, почувствовал странное разочарование. Архен бросила короткое: «Увидимся позже», легко развернулась и ушла. Глядя на её удаляющуюся спину, Вален нахмурился.

— ...Почему так сухо?

Если расстаешься с тем, кому отдал сердце, должно же быть хоть немного грусти, нежности, тоски. Эх, демоны. Никакой романтики.

Вален цокнул языком и пошел бродить по замку Владыки Демонов. Благодаря браслету от Надаля ограничений в передвижении не было, что очень помогало.

В конце восточного крыла есть мост, ведущий к реке.

Он убедился, что у демонов нет никакой особой системы тренировок или стратегии. Но отсутствие военной информации не означало, что Вален будет просто спать. Он занялся сбором другой информации. Он собирался максимально подробно задокументировать планировку замка Владыки Демонов, насколько это возможно.

Но замок был слишком огромным. Хотя это и замок Владыки Демонов, он даже не знал, где живет сам Владыка.

Радиус действий Валена ограничивался восточным крылом, где жила Архен. Да и "восточное крыло" — это целый комплекс высоких зданий. На картографирование только восточной зоны уйдет не меньше месяца.

— На сегодня хватит.

Сумерки за окном уже коснулись его ботинок. Он проголодался, да и Архен скоро закончит работу и будет ужинать.

Когда Вален возвращался в свою комнату, навстречу ему шли Надаль и Архен. Разве банкетный зал не в другой стороне?

— Некий №38!

Надаль помахал рукой, приветствуя его. Дел у них не было, можно было пройти мимо, но почему-то Вален остановился прямо перед двумя демонами. Тело среагировало быстрее, чем мозг отдал команду. Но это не было чем-то из ряда вон выходящим, так что Вален не придал этому значения.

— Куда идете?

Спросил Вален, не сводя глаз с Архен.

— Идем проверять, наступила ли беременность.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver

Глава 35

— ...Что?

То, что он остановился без причины, еще можно было проигнорировать. Но на ответ Архен у него невольно вырвался громкий голос.

— Есть симптомы?

Спросил Вален, но Архен покачала головой.

— Беременность демонов отличается от человеческой. Я не знаю, какие симптомы ты имеешь в виду.

— Тошнота, сонливость...

— Спать действительно хочется больше.

Глаза Архен засияли, и она посмотрела на Надаля. Надаль улыбнулся, как добрый дядюшка.

— Госпожа Архен. Если вы будете спать еще больше, чем сейчас, это будет уже смерть.

— Вот как.

— Что "вот как".

Вален как ни в чем не бывало встал рядом с Архен. Когда два демона посмотрели на него с вопросом, Вален кивнул вперед.

— Не идете?

— Хочешь пойти с нами?

— Думали, я буду просто махать вам вслед ручкой?

— Разве нет?

Услышав, как Архен пробормотала это себе под нос, он обнял её за плечи, подгоняя.

— Раньше ты никогда не ходил с нами.

Надаль сказал это с недоумением, но пошел следом.

Значит, это не первая проверка. Вален не знал, что Архен регулярно проверяется на беременность. Ему было плевать. Растет в ней его ребенок или нет. Само существование этого ребенка вызывало отвращение. Никаких отцовских чувств он не испытывал.

Единственное, что интересовало Валена, — это освобождение из замка Владыки Демонов.

— Не надейся слишком сильно.

Сумерки уже коснулись макушки Архен. В полумраке её спокойный голос прозвучал особенно гулко.

— Я и не надеюсь.

***

Вален с изумлением смотрел на открывшуюся картину.

— И здесь можно узнать о беременности?

Это было место с глубоким синим озером, похожим на ночное небо. Несмотря на ранний вечер, вокруг было темно, как глубокой ночью, и хотя ветра не было, поверхность воды рябила. Вокруг летали белые огоньки, похожие на светлячков, а на озере, волны которого шли в одну сторону, переплетались и мерцали тысячи цветов, словно нити.

Я думал, это будет в помещении.

Берег озера был наполнен лирическим покоем и красотой. Это место было поистине чудесным и таинственным... нет, ни черта подобного.

Первая мысль, которая пришла в голову: «Какая лажа». Неужели все демоны приходят сюда, чтобы узнать о беременности? Вален с кислым лицом посмотрел на Надаля.

— Это точно здесь? Мы не сбились с пути?

Демоны вполне могли это сделать, учитывая их спонтанность. Но Надаль покачал головой.

— Смотри внимательно.

Надаль прошептал заклинание, и по озеру пошла рябь. Из темноты вырвалась синяя вспышка, и в небе мгновенно расцвела прекрасная шестиугольная печать, похожая на снежинку. Словно птица расправила крылья, печать раскрылась и полетела к Архен.

По траектории света падали сияющие искры, и вокруг распространился ледяной холод. Свет поглотил Архен и, словно возвращаясь домой, нырнул в озеро вместе с ней.

— Ну как, красиво?

...Красиво, как же.

Кроме мысли о том, что их медицина — полное дерьмо, в голову ничего не лезло. Чтобы узнать о беременности, каждый раз нужно устраивать этот цирк?

Ему хотелось купить в мире людей медицинский справочник и швырнуть им в лицо. Беременная должна спокойно лежать в своей постели, пока врач её осматривает и говорит: «Поздравляю», а не вот это всё с блестками и нырянием.

Вален упер руки в бока и с раздражением смотрел на воду, куда затянуло Архен.

— Сколько ждать?

— Она только что вошла, так что часа два.

— ...Сколько, два часа?!

— Садись, выпьем чаю.

Надаль достал из-за пазухи термос и две чашки. Зачем он вообще таскает это с собой? Он сел на плоский камень, скромно сдвинув ноги, как девица. И с журчанием налил горячий лимонный чай.

— Пей. Озеро Жизни круглый год источает холод, так что нужно согреться изнутри.

— Ради того, чтобы узнать о беременности, нужно идти на такие жертвы? А если ребенок задохнется и умрет?

— «Ради того»? Этого желает не только госпожа Архен, но и весь Мир Демонов.

— Ради ваших отпусков. Так ведь?

Вален съязвил, но Надаль не обиделся, а лишь с шумом отхлебнул чай.

— Ни один демон не погиб, упав в Озеро Жизни. Были те, кто бросался туда в последней надежде на исцеление и, к сожалению, не выжил, но само по себе озеро безопасно. Это корень Мира Демонов, место, похожее на утробу матери.

— А врачи чем занимаются? Ты же тоже врач?

— Я травматолог, тут я бессилен. К тому же, демоны обычно сами восстанавливаются благодаря регенерации, так что моя помощь особо не нужна.

Чай Валена остыл, а чашка Надаля опустела.

— Но другие врачи отлично лечат аллергии.

— А что это у тебя на лице?

— Информации об аллергии на людей пока нет... В замке Владыки Демонов ведь редко встретишь человека, верно?

Надаль вытряхнул остатки чая в рот и сунул чашку во внутренний карман. Интересно, он ее помоет потом?

В этот момент вода снова зарябила, и наконец показалась Архен. В отличие от того, как она вошла, вышла она своими ногами. Несмотря на то что она была под водой, ни один волосок не намок.

Когда Архен уже собиралась ступить на землю, Вален крепко перехватил её за запястье, помогая удержать равновесие. Надаль, запоздало вскочив, подбежал к ней.

— Ну как? Могу я уже готовиться к роли богатого, веселого дядюшки-друга?

Вален тоже посмотрел на её губы.

— Пока нет.

Ответ прозвучал сухо. Вален почувствовал, как силы покидают его. Побег из замка Владыки Демонов откладывается.

Вален принял результат без особых эмоций, а Надаль заметно поник. Архен похлопала его по спине, утешая.

— Перестань покупать детскую одежду. Похоже, это будет нелегко.

— Не-е-ет. В следующий раз точно получится. Я чувствую.

Архен редко смеялась, но тут издала легкий смешок.

— Кажется, в прошлый раз ты говорил то же самое.

— Правда, правда!

Вален почувствовал неприятное скручивание в животе. Сперму даю я, а почему они щебечут между собой?

Вален вклинился между Архен и Надалем. Его массивное тело полностью закрыло Архен, и Надаль потерял её из виду.

— Ой...

Вален подхватил Архен и закинул на плечо, как мешок. Она повисла на его широком плече, как белье на веревке.

Каждый раз, поднимая её, он удивлялся, насколько она легкая. Вален даже посмотрел вниз, чтобы убедиться, что он её вообще держит. Ноги Архен болтались в воздухе. Разве человек может быть таким легким?

А, она же не человек.

Вален тут же принял это и зашагал широкими шагами.

— Куда мы?

Спросила Архен, послушно вися на плече.

— Ты же не беременна. Буду заливать, пока не забеременеешь.

Как раз был третий день. Синяки на теле Архен еще не сошли, но дело делать надо.

— ...Перед этим я бы хотела наполнить кое-что другое.

От её бормотания скверный характер Валена дал о себе знать. Что? Рука, сжимавшая её бедро, напряглась.

Хочет сперму этого козла? Потому что от моей не беременеет? Если ей всё равно, кто в неё кончает, зачем было похищать меня? Значит, все разговоры о мирном соглашении с людьми были ложью?

Жар, ударивший в голову, заставил глаза полыхнуть. Вален почувствовал, как внутри накапливается грязное чувство, похожее на черную сажу. На тыльной стороне ладони вздулись вены. Он уже собирался разжать стиснутые зубы и высказать всё...

Ур-р-р.

От её живота, прижатого к его плечу, раздалось громкое урчание. Трудно было поверить, что такое маленькое тело может издавать такие громкие звуки.

— Я голодна.

Тихо пробормотала Архен.

От одной этой фразы жар, скопившийся в голове, мгновенно рассеялся.

— А.

Смущенный Вален молча направился в банкетный зал.

Глава 36

— А-а, ы-ы, ах...

— Ха-а, ха-а...

Кончики пальцев, вцепившиеся в оконное стекло, побелели. Тонкие руки задрожали и, не выдержав натиска сзади, соскользнули.

Скрип. Со звуком трения её руки проскользили вниз по стеклу. Когда её потная спина резко прогнулась вперед, мускулистая рука обхватила живот и грудь Архен, поддерживая её.

Ноги Архен, едва стоящие на носочках, жалко дрожали. Жидкость, которую он обильно в неё излил, выплеснулась от одного движения бедер и потекла по её бедрам несколькими струйками.

Дыхание Архен согревало холодное стекло. Тяжелое дыхание затуманивало его, а затем туман исчезал, и так снова и снова.

Вален прижался к её ягодицам и вбивался в неё, потеряв рассудок. Она уже несколько раз достигала пика и теперь вздрагивала от малейшего прикосновения, чувствуя безумное наслаждение.

Пока Архен задыхалась от удовольствия, Вален прикусил её ухо.

— Хы-ы, н-нг... Хорошо, хорошо...

— Хочешь кончить?

Его вульгарный голос словно облизывал ушную раковину Архен. Архен потерлась заплаканной щекой о стекло и кивнула.

Казалось, она вот-вот потеряет сознание. Это был их первый секс после того случая, когда он был пьян, и хотя Вален старался сдерживаться, Архен с трудом держалась.

Он не хотел снова трахать её без сознания, как в прошлый раз. Вален схватил Архен за подбородок и прошептал с угрозой:

— Ха-а, открой глаза. Смотри на меня.

— А-а, хы-ы, ы-ы...

— Приди в себя. Если снова отключишься, я буду делать что хочу. Не знаю, что я налью в тебя. Если хочешь только сперму, не отключайся.

— Быстрее, нгх... Быстрее, кончи...

Вален стиснул челюсти и вонзил член в неё до самого предела, так что дальше было некуда. Стенки влагалища, мокрые от спермы, сжались вокруг его плоти. Звуки шлепков мокрой кожи били по ушам.

— Ы-ыт!

Лицо Архен, мокрое от пота и слез, застыло. Она даже выдохнуть не могла и просто перестала дышать. Он тоже замер. Его трясло от мощного наслаждения, прокатившегося по всему телу.

— Ха-а, ха-а, ха-а...

Его член запульсировал, извергая семя. Архен билась в конвульсиях, принимая всё, что он в неё вливал. Вален, чьи глаза всё еще горели страстью, смотрел на её покрасневшее круглое плечо, на спину, по которой рассыпались длинные волосы, и на ухо.

Сердце Валена билось ненормально быстро, возбуждение не спадало. Ему хотелось встряхнуть её тело еще раз, но Архен выглядела так, будто её сейчас стошнит от перенапряжения.

Она же демон, почему выносливость такая жалкая? Если подумать, за всё время в замке он ни разу не видел, чтобы Архен хоть как-то тренировалась. Поглаживая её мягкий, лишенный мышц живот, Вален отстранился.

— Хы-ы-ы...

Когда раздувшаяся головка вышла наружу, из неё хлынула жидкость, словно только этого и ждала. Архен содрогнулась от этого ощущения, и её ноги подогнулись. Прежде чем она упала, Вален подхватил её.

Как и в прошлый раз, он завернул её в одеяло с головой, чтобы даже пальца не было видно, а сам надел халат.

Небрежно запахнув халат, он легко поднял закутанную Архен. Приказав ожидавшим слугам убрать в спальне, он направился в ванную.

— Я могу помыться сама.

Сказала Архен, высунув голову из одеяла.

— Я видел, как у тебя руки и ноги трясутся.

На это Архен не нашла, что ответить, и лишь слабо вздохнула. Вален осторожно опустил её в ванну. Она даже не пыталась удержать свое обмякшее тело, позволяя Валену делать с ней всё, что он хочет.

Слишком уж она беззащитна.

Эта мысль пришла ему в голову, когда он мыл её лицо. Если вспомнить, не только он, но и другие демоны трогали её, поднимали, трясли, а она всегда безвольно висела в их руках.

А если какой-нибудь безумный демон задумает что-то плохое? Если похотливо потрогает талию или коснется колен, Архен даже не поймет, что к ней пристают. Точно, не поймет.

— Ты очень добрый.

Вдруг сказала Архен, прижавшись головой к груди Валена. Его рука, скользившая глубоко по внутренней стороне её бедра, замерла.

— Впервые слышу такое.

— Ты ведь тоже устал, но сначала заботишься обо мне. Каким бы крепким ты ни был, я взрослая женщина. Мыть взрослого человека нелегко.

— Не обольщайся. Просто мне проще сделать это самому, чем смотреть, как твои слуги моют тебя кое-как. Мне всё равно придется видеть твое лицо и спать с тобой, даже если мне это до смерти противно. Так что лучше для обоих, если партнер чистый, разве нет?

— Ты, видимо, не можешь признать, но ты добрый. Даже после ночи вместе ты не будишь меня и не выгоняешь, а даешь спать одной в кровати.

— Просто ты выглядела так, будто умрешь от усталости, вот я и оставил. И зачем нам спать в одной кровати, если мы не трахаемся?

Маленькая рука вынырнула из воды, как рыба за воздухом. Она схватила Валена за предплечье довольно крепко. Хотя вряд ли останется даже след.

— Если подумать... Я ни разу не видела, как ты спишь.

— С таким удивленным лицом это говорить странно.

— Ты вообще спишь?

— Не твое дело.

— Может, кровать неудобная? Я никому не скажу, так что скажи причину. Боишься спать один?

Раз продолжает нести чушь, значит, ей полегчало. Может, стоило всё-таки еще разок. Вален с сожалением потер бровь, а потом опомнился. О чем я думаю.

Слова Архен были бессмысленными, но не раздражали. Наоборот, её голос, звучащий в умеренном тоне, приятно ложился на слух. Если бы можно было забрать из замка Владыки Демонов что-то кроме магических камней, он бы даже подумал записать её голос в магический артефакт... Неплохо.

Вален положил руку на край ванны и ухмыльнулся.

— Хочешь меня усыпить?

— Почему бы и нет.

— Доверять кошке рыбу. Ты скорее сама уснешь, пока будешь меня укладывать.

— Такого точно не случится.

Сказала Архен с несвойственной ей серьезностью. Лицо было наполнено решимостью, совершенно неуместной. Может, потому что она монстр, который спит по 14 часов? Видимо, то, что Вален спит меньше среднего, воспринималось ею как тяжелая болезнь или катастрофа.

Ее внезапный энтузиазм пробудил в нем интерес.

— Поспорим?

— Я не хочу играть с тобой в игры.

Вален медленно провел рукой от её колена вверх по бедру. Вода плескалась от каждого его движения. Архен не отрывала взгляда от лица Валена. Ей было всё равно, как он трогает её тело.

— Что плохого в играх? Появляется азарт.

— ...В этом есть смысл.

— Тот, кто уснет первым, выполняет желание победителя. Идет?

— Я могу исполнить любое твое желание и без спора.

— Выпусти меня отсюда.

— ...Кроме этого.

Вален замолчал и просто посмотрел на неё сверху вниз. Архен, смутившись тем, что взяла свои слова обратно меньше чем через 10 секунд, отвела взгляд.

— Будешь спорить?

Архен неохотно кивнула. Только желание выйти из замка Владыки Демонов было под запретом.

Глава 37

После ванны Вален окинул спальню проницательным взглядом. Слуги, стоявшие за дверью, даже почувствовали его ауру. В страхе, что он может с ледяным лицом схватиться за дубинку, они задрожали, как оленята.

Но благодаря тому, что последние несколько дней здесь творилось черт знает что, проветривание было идеальным. Порядок был наведен безупречно, даже чересчур. Настолько, что это раздражало.

— Дети нарвали живых цветов и рассыпали их. Посмотри.

Вален поднял с кровати один лепесток розы.

— Это... лебедь?

Два лебедя, свернутых из полотенец, соприкасались головами. Щека Валена дернулась. Я же сказал просто убраться. Во-первых, ему не нравилась эта дешевая сентиментальность с живыми цветами и лебедями. А во-вторых, сворачивать полотенца таким образом, самонадеянно полагая, что это понравится Валену и Архен, было просто нелепо.

Но Вален не взялся за дубинку.

Его ждало пари поважнее, чем воспитание слуг. И в любом случае, Архен, похоже, была довольна этим убогим декором. Если подумать, хозяин слуг не Вален, так что на этот раз можно и пропустить.

Вален мягко обнял Архен за талию сзади. Архен подняла голову, и ей открылся вид на его угловатый подбородок.

— В Мире Демонов есть лебеди?

Это был вопрос, но тон был таким, будто ему не особо интересно. Пока Архен отвечала, Вален выхватил полотенце из её рук и отшвырнул назад.

— Они не часто встречаются, но их можно увидеть. На южной окраине живет много разных птиц.

— И ты видела их вживую?

Вален поднял одеяло и с силой встряхнул его, издав громкий хлопок. Цветочная пыльца посыпалась дождем. В отличие от Валена, который отмахивался рукой, Архен стояла смирно под цветочным дождем.

— Лебедей я не видела, но видела ребенка, похожего на лебедя. Ребенка со спокойными и прекрасными глазами, который отчаянно боролся за каждый день.

Архен задвигала руками, имитируя собачье плавание. Видимо, изображала, как лебедь усердно гребет лапками под водой. Вален усмехнулся и ответил равнодушно:

— А-а, понятно.

Разгладив сбитое одеяло, он нажал на плечи Архен, усаживая её. Его большие руки с умеренной силой размяли её круглые плечи, а затем скользнули вниз, обхватив предплечье. Прикосновение было ловким и мягким. В тишине слышалось только их дыхание, и глаза Архен тревожно забегали.

— Честно говоря... Я не очень люблю купаться.

Она сказала это поспешно, словно пытаясь остановить его. Это был иносказательный способ сказать, что она не хочет заниматься сексом дважды в день. Вален прекрасно понял её намек.

Говорила, что исполнит всё, что я захочу. Видимо, ложь у демонов в крови. Может, потому что он уже перестал разочаровываться, эта поспешная отговорка не испортила ему настроения.

— Не будем.

Ее тело расслабилось, и она с облегчением выдохнула.

— ...

А вот это немного задевает. Видя, как она заметно расслабилась, он почувствовал озорной порыв.

Вален просунул руки ей под мышки, резко поднял и прижал к себе. Он лег на спину, глядя в потолок, и Архен накрыла его тело, как одеяло. Удивленная Архен резко подняла голову, но Вален нажал ей на затылок, возвращая обратно.

— Не дергайся, лежи смирно.

— Н-но я не могу уснуть на камне.

— Преувеличиваешь. Какой камень? Галька?

— Скорее, та скала, на которой мы сидели и ели сэндвичи во время похода...?

— Мечтать не вредно.

Вален положил одну руку на спину Архен, а другую закинул за голову. Судя по времени, пора было спать, но, возможно из-за Архен, сна не было ни в одном глазу.

Он собирался подождать, пока она, стараясь усыпить его, выбьется из сил и уснет первой, а потом вернуться в свою спальню. Но...

— Чтобы уснуть, нужно чувствовать себя комфортно в этом пространстве.

— Да вы доктор сомнологии.

Вален быстро прокрутил в голове свою жизнь. Сон в комфортном месте. И днем, и ночью было полно тех, кто хотел убить или похитить его из ревности или похоти. Он всегда был начеку, не зная, что случится в следующий миг, поэтому ему было спокойнее спать под открытым небом во время войны.

Вален небрежно кивнул.

— Место, где ничто не потревожит твой сон. Место, где так уютно, что можно спать, выставив живот, как щенок.

— Первое условие уже нарушено.

— ...Я хочу, чтобы ты считал это место убежищем, где можно перевести дух. Для этого мне нужно постараться.

— Заткнись и продолжай лекцию по сну.

— Если пространство не дает комфорта, тот, кто рядом, может восполнить этот недостаток.

— И это ты?

Архен убрала руку Валена со своей спины. Медленно переплела свои пальцы с его. В отличие от Валена, она сжала его руку с силой.

— Вот так держись за руки и делись теплом. Прижмись телом, почувствуй дыхание друг друга. Сон придет незаметно.

Как и ожидалось, это были лишь беспочвенные, нелепые слова. И всё же он не оттолкнул Архен, потому что заметил, как изменилось её дыхание. Обещала усыпить его, а в итоге засыпала сама.

Вален решил подождать, пока Архен уснет окончательно. Пари было предложено импульсивно, но раз уж начал, надо выиграть.

Что попросить?

Если попросить карту всего замка Владыки Демонов, даст ли она? Даже для Валена это была слишком рискованная информация, чтобы отдавать её врагу.

Может, лучше самому всё проверить, бродя по замку, чем вызывать лишние подозрения?

Мысли цеплялись одна за другую, выстраиваясь в длинную цепочку. Но конечная станция, к которой он медленно пришел, находилась за черными веками. Он погрузился в глубокую тьму, которую не могло закрасить сознание.

***

Он открыл глаза.

Увидел потолок, окрашенный желтым вечерним светом. Ветер проникал сквозь полуоткрытое окно, и тонкие занавески деликатно колыхались. Что-то сидело на подоконнике, а потом с шумом крыльев улетело.

Где я на этот раз? Просыпаться в незнакомых местах стало настолько привычным, что он даже не удивился. Попытавшись встать, он поморщился от пронзившей плечо боли.

Правое плечо было неумело перевязано бинтом, пропитанным кровью. Чья это работа? Толку от такой повязки никакого.

Не раздумывая, он размотал бинт и нащупал рану с обнаженной плотью. Его задело когтями демона, но не настолько же сильно.

Видимо, кто-то тащил его без сознания как попало, и рана открылась. Вален упал в обморок, увидев, как раненый демон убегает. Уж лучше бы его оставили там, он бы сам очнулся и ушел.

Он не чувствовал ни капли благодарности за то, что его притащили сюда. Как только он собрался встать с кровати, дверь распахнулась, и ему в лицо швырнули что-то белое. Он инстинктивно поймал это. Одежда. Дорогая ткань, мягкая и без единого изъяна.

— Эй, переодевайся.

Сказал мужчина с впалыми щеками и выступающими скулами, грубо постучав в дверь. Тон был такой, словно надзиратель торопит заключенного.

— Где моя одежда.

Вален откинул одеяло и встал в полный рост. Его высокая фигура, казалось, заполнила комнату. Мышцы и шрамы на теле говорили о его нелегкой жизни. В его свирепых глазах стоял холод. Он выглядел одиноким, словно нес на плечах весь мир.

Сразу было видно, что этот парень опасен. Мужчина отпрянул под его подавляющей аурой, но тут же громко высморкался, подавляя страх.

Всё равно это бродяга с улицы. Каким бы мастером меча и силачом он ни был, за ним никого нет.

— Твои лохмотья? Выкинули. От них разило трупами. Надевай что дали. Есть человек, который хочет тебя видеть.

Мужчина достал карманные часы и щелкнул крышкой. Щурясь от старческой дальнозоркости, он проверил время.

— Вернусь через 15 минут, приведи себя в порядок. Вон там на тумбочке вода для умывания.

Выплюнув слова как помои, мужчина вышел. Вален бросил одежду на кровать и толкнул окно.

Глава 38

Высота — четвертый этаж. Внизу простирался широкий сад. Слуги особняка, не разгибая спин, непрерывно пололи траву. Не будет преувеличением сказать, что они занимались этим с самого утра.

Слуги не представляли для него большой угрозы. Эти ребята не смогут догнать его, даже если он пройдет мимо них открыто.

Проблема заключалась в солдатах, охранявших главные ворота... Уже по тому, как они держали копья, было видно отличие. В отличие от пугал в шлемах, эти явно прошли суровую подготовку. Судя по масштабам особняка, здесь было не меньше нескольких тысяч гостей и слуг, а численность личной гвардии могла соперничать с небольшой армией.

Пытаться сбежать с ранением было бы безрассудством. Надеть одежду, которую принес мужчина, было правильным решением. К тому же, он только что отправил все деньги на лекарства Лето, так что в кармане не было ни гроша даже на кусок хлеба.

Если аристократ с таким богатством хочет встретиться с ним, на то должна быть причина. Вален поднял рубашку, которую небрежно бросил на кровать.

Может, удастся получить дорогой заказ.

***

Лестница вилась спиралью через центр здания, достигая самого верха. С того этажа, где находился Вален, был виден весь холл первого этажа. Слуги в капюшонах суетились внизу, и откуда-то доносилась тихая классическая музыка.

Вален спустился по винтовой лестнице. Перила были украшени крупными драгоценными камнями и резьбой по мотивам известных картин.

Кем бы ни был хозяин особняка, он точно идиот. Лестница не выглядела красивой и была крайне неэффективной. Видимо, архитектор наплел ему с три короба, чтобы выманить деньги.

— ...Выглядишь сносно. За мной.

Стоило Валену ступить на последнюю ступеньку, как к нему подошел тот самый тощий мужчина. Он оглядел Валена с ног до головы, словно заводчик, выбирающий породистого жеребца. Этот взгляд был Валену знаком, и он давно перестал злиться по таким пустякам.

Мужчина привел Валена в столовую, расположенную в центральном зале. Музыка становилась громче, и как только двери открылись, он увидел оркестр. Такого количества музыкантов хватило бы на большой банкет, но право наслаждаться музыкой принадлежало лишь одному человеку.

Вален хорошо знал это лицо.

Перима Холтон. Жена сэра Холтона, командующего рыцарским орденом королевства.

Дольше, чем госпожой Холтон, она была известна как Перима Лионе. История семьи Лионе тесно переплеталась с историей королевства, и их имя звучало во все времена взлетов и падений страны.

Проиграв младшему брату в борьбе за власть в семье, она выбрала брак как способ бегства. Все насмехались над ней, называя «срубленным деревом», но она сделала мужа своей марионеткой и вышла на политическую арену. В итоге она возвела Деми Холтона в ранг командующего рыцарями и прибрала к рукам армию — ядро государственной власти.

Из-за её свирепости, подобной львиному рыку, и безжалостности, не прощающей ни единой ошибки, ходили слухи, что солдаты мочатся в штаны при одном упоминании её имени.

Ее лицо каждый день печатали в газетах, так что не было в королевстве человека, который не знал бы госпожу Периму.

Он догадывался, что заказчик — крупная фигура, но не ожидал, что настолько. Разбогатевшие выскочки, помешанные на роскоши, были желанными клиентами, но семья Холтон, и особенно госпожа Перима... от таких Вален предпочитал держаться подальше. Свяжешься с ними — проблем не оберешься.

Скрывая свои мысли, Вален слегка поклонился.

— Рад встрече.

— Без формальностей, сэр Людвиг.

Служанка отодвинула стул напротив госпожи Перимы. Как только Вален сел, перед ним тут же поставили приборы и еду.

Вален не обращал внимания на угощение, пристально глядя на Периму.

— Когда такой красавец смотрит так горячо, у меня даже мочки ушей краснеют.

— Откуда вы меня знаете?

— Оглянитесь вокруг.

Звяк. Госпожа Перима положила вилку. Вален уже успел осмотреть комнату, как только вошел. Было ясно, что она хотела показать. Не роскошь интерьера, а чучела. Стены и потолок были увешаны рогами, крыльями и трупами демонов.

Дурной вкус.

Деньги порождают жажду власти, власть — желание обладать людьми. А когда и это наскучивает, пустоту в душе заполняют извращенными хобби.

Типичная картина, ничего удивительного.

— С каждым годом бесчинства демонов становятся всё хуже. Убийства родителей и детей стали обыденностью. Как это случилось с родителями сэра Людвига.

— К чему вы клоните.

— Армия нашего королевства — это бесполезный антиквариат. Если Херитрис из-за моря или Делайон, с которым мы граничим, нападут с новым оружием, нам придется отдать трон без боя.

Госпожа Перима подняла руку, и три служанки подошли к ней синхронно, как единое целое. Убрали салфетку с её колен, вытерли уголки рта. Одна из служанок держала мешочек, завернутый в бархат.

Госпожа Перима взяла его и подошла к Валену. Чем ближе она подходила, тем сильнее бил в нос запах резких духов. Служанки бесшумно выскользнули из столовой.

Музыка оркестра близилась к кульминации.

— Чтобы наше королевство сохранило суверенитет, мы должны отвлечь внимание великих держав. Как раз кстати, что у нас есть общий враг, который так активен.

— Вы ждете от меня патриотизма?

— Вовсе нет. Я хочу воспользоваться вашим отчаянием.

Что бы она ни предложила, это явно не сулило ничего хорошего. Учитывая пропасть в их статусе, он понимал, что с момента, как его привели сюда, отказ не принимается.

Но даже если забыть о статусе, Вален не смог бы отказать. Потому что госпожа Перима затронула именно его отчаяние.

— Я слышала, ваш брат болен.

— ...

— Мышцы рук, ног и спины твердеют, дыхание часто останавливается... Неизлечимая болезнь. Какая жалость.

Несмотря на слова, в её тоне не было ни капли сочувствия. Болезнь брата была слабостью Валена, и госпожа Перима просто использовала её.

Она знала о Валене всё. Сколько он тратит на лекарства брата каждый месяц, сколько он стал зарабатывать, сменив работу наемника на охотника на демонов.

Если смотреть только на доход, Вален зарабатывал немало. Это было сопоставимо с годовым оборотом небольшой торговой гильдии.

Но он не мог выбраться из нищеты, потому что на поддержание жизни брата требовались астрономические суммы. Это было как лить воду в разбитый кувшин — сколько ни лей, всё вытекает. Если не найдут лекарство, он будет заниматься этим до самой смерти.

— Вы, должно быть, знаете, что уровень медицины в нашем королевстве значительно выше, чем в других странах.

— Не прошло и десяти лет с тех пор, как вскрылось, что они более ста лет проводили эксперименты на людях. Вся страна осудила это, так что неудивительно, что медицина продвинулась.

— Я познакомлю вас с врачом куда более компетентным, чем тот, которому сэр Людвиг отдает все деньги. Лечащий врач Его Величества займется Лето Людвигом.

Конечно, за лечение придется платить.

Вален впервые посмотрел прямо в глаза госпоже Периме. Неважно, сколько это будет стоить. Деньги можно заработать. Если его брата осмотрит королевский врач, он готов на всё.

Заметив перемену в Валене, госпожа Перима тихо рассмеялась.

— Вы так молоды.

Даже когда её рука скользнула по его подбородку, Вален не успел почувствовать отвращения.

— Я сделаю всё что угодно.

— Мне нравится, что мы быстро договорились.

Так в королевстве был создан новый рыцарский орден. За названием «Орден Белых Рыцарей» скрывалось описание: карательный отряд по борьбе с демонами. Командующий королевской гвардией Деми Холтон стал по совместительству главой Ордена Белых Рыцарей, а Вален вступил в него без экзаменов.

В любой группе Вален становился центром внимания, и за ним тянулся шлейф сплетен. Слух о том, что Вален — тайный любовник госпожи Перимы, стал почти официальной версией, поэтому неудивительно, что Деми Холтон считал его занозой в глазу. Из-за страха перед Перимой он не мог открыто выражать неприязнь, но тихо дискриминировал его, поручая самые опасные миссии во время войны.

Глава 39

Несмотря на гнусные и подлые методы Деми Холтона, от которых он страдал раз за разом, Вален хранил молчание. Он мог бы намекнуть госпоже Периме о том, что творится в отряде, но не стал. Он не хотел иметь с ней ничего общего.

Он знал, что под маской благородства, с которой она смотрела на других свысока, скрывалась жадность. Что бы она ни хотела получить, его это не касалось. Проблема была в том, что взгляд Перимы упал на Валена.

— Этот псих, представляешь, вернулся живым! Он что, совсем тупой?

— Эй, тебе что больше не нравится: что демоны убивают мирных жителей, или что Вален копит достижения?

— Противно же. Посмотри, как он важничает, подставляя зад госпоже Холтон.

— Завидуешь, что госпожа Холтон на тебя даже не смотрит? Всё видно, парень. Да и в спарринге его никто победить не может.

— Бл*дь, как победишь того, кто учится фехтованию за закрытыми дверями? А?

— Правда? У кого?

Слухи, которые он игнорировал из-за лени, разрослись как снежный ком, и вскоре Вален прослыл развратником, охотящимся на богатых дам. Но шепотки смолкали перед его успехами. Большинство солдат, насмехавшихся над ним, погибли на поле боя или ушли в отставку калеками, а Вален стал героем человечества.

Люди, любившие болтать, начали приписывать Валену мифические черты. У него не было божественной силы, чтобы противостоять демонам, и он не был рожден особенным, но люди верили в то, во что хотели верить.

Популярность Валена перешагнула границы королевства и распространилась по всему континенту. Король и госпожа Перима использовали его в политических целях.

— Зачем нужны мои фотографии и портрет в письме для королевства Делайон?

— Разве ты не лицо нашего королевства? Королева очень заинтересована в тебе. Военная помощь пойдет на пользу и тебе, и твоим людям, и нашему народу.

Пухлая рука короля похлопала Валена по воротнику. Перед Валеном уже выстроились лучшие художники и фотографы.

Множество пар глаз сканировали разодетого Валена с головы до ног. Король любовался им, как коллекционным предметом, но что-то ему не понравилось, и он снова потянулся к одежде.

Щелк, щелк. Он расстегнул еще две пуговицы, хотя это нарушало этикет. Обнажились очертания его крепкой груди. Когда Вален раздраженно скривился, камера вспыхнула со звуком пуф. Потянуло едким запахом гари.

— Это фото тоже отправьте королеве.

В маленькое, ничем не примечательное королевство хлынули туристы. Алкоголь и хлеб, названные в честь Валена, стали местными сувенирами, о нем писали пьесы.

Можно сказать, что став героем, Вален работал каждую секунду бодрствования. Куда бы он ни пошел, он должен был светить лицом перед королевскими особами и аристократами, а в остальное время отдавал всего себя войне с Миром Демонов.

Даже видя, как жестоко умирают его товарищи и подчиненные, он не имел времени на скорбь — нужно было переодеваться в неудобные наряды и играть роль породистого скакуна среди элегантно смеющейся знати. Когда их минутный интерес угасал, его снова вызывали на поле боя. Бесконечная череда дней, когда его использовали и выбрасывали... снова и снова...

Если ад существует, то это здесь.

Взгляды и ответственность, как цепи, опутывали Валена. Жизнь, где он ничего не решал сам. Это было жалко, но приходилось подчиняться. Всё, чему он научился здесь, — это чувство предательства и отчаяние, но это было единственное место, где он мог стоять на ногах.

Сомнения, которые иногда посещали его, исчезли еще до совершеннолетия. Отступать было некуда. Убивая демонов, погубивших его родителей и товарищей, он верил, что однажды это закончится. Однажды.

Это была несбыточная мечта, но без этой надежды ноги отказывались идти. Вален цеплялся за призрачную надежду, как за спасательный круг, веря, что конец будет.

Убивать, убивать и в конце концов убить их всех...

***

Вален, который вел себя так, будто никогда не уснет, отключился меньше чем через 10 минут.

Архен, которая твердо решила бороться со сном, почувствовала даже некоторое разочарование. Подумав, что он может притворяться, она прошептала ему на ухо смешную историю, которую слышала от Надаля.

О том, как Фин пошел в магазин за ножницами, но чтобы открыть упаковку с ножницами, ему нужны были ножницы.

В тот день Архен не могла сосредоточиться на делах, трясясь от смеха.

Но даже когда она рассказала, как Фин бесился, Вален не шелохнулся. Она осторожно и медленно ткнула пальцем в его гладкую мужественную щеку. Тишина.

Зефер, Фин и Надаль спали очень беспокойно. После внезапной смерти родителей Архен, прежних королей, трое старейшин стали её няньками. Они всю ночь укачивали Архен, которая не могла уснуть одна, и часто засыпали вместе с ней, сплетаясь в клубок. Каждый раз их тяжелые руки и ноги давили на неё, а храп, похожий на взрывы, терзал уши.

Поэтому видеть кого-то, кто спит так тихо, что даже дыхания не слышно, было в новинку.

— Во сне выглядит таким смирным.

Если бы это услышал другой демон, он бы не просто удивился, а закричал от ужаса. Архен осторожно, чтобы не разбудить его, скатилась с его тела на бок. Придвинув лампу ближе к его лицу, она осветила его теплым, дрожащим светом.

Она впервые видела Валена спящим, и взгляд сам притягивался к нему. Впечатление сильно отличалось от того, когда он бодрствовал. Черты лица были красивыми и правильными, но суровая жизнь наложила отпечаток грубости. Если бы он рос в любви, не зная забот, это было бы лицо надменного аристократа, который смотрит на всех свысока.

Архен провела кончиками пальцев по его красивым глазам и густым прямым бровям. Глубокие глазницы, где залегли тени, острый, высокий нос и четко очерченные губы. Красив, чертовски красив.

Даже старейшины, которые были против брака Архен, увидев лицо Валена, тут же сменили гнев на милость и спросили: «С чего начнем раздевать?»

«Ну и красавец, просто сокровище!» «А? Какое сокровище?» «Государственное. Такая красота, что на налогах сэкономим». «Великолепно».

Слушая болтовню старейшин, Архен согласно кивнула.

Вален не часто улыбался, но если повезет, можно было увидеть. Когда он был очень зол или ошарашен, он по привычке улыбался во весь рот. Подчиненные в один голос твердили, что улыбка Валена — самое страшное зрелище, но Архен не могла с этим согласиться.

После череды мысленных комплиментов естественно пришло чувство вины.

— Плачу злом за добро.

Вален и Архен встретились не в Мире Демонов. Вален не помнил, но Архен узнала его с первого взгляда. Даже под грубым шлемом и доспехами, скрывающими всё тело, она почувствовала. Что он тот самый человеческий ребенок, который спас ей жизнь.

Выбор Валена был импульсивным.

Разговоры о брачной политике и беременности велись постоянно. Старейшины похитили тридцать семь мужчин, но ни одного не смогли продержать и недели — возвращали обратно.

«А, а брачная ночь будет? У меня специфические вкусы...»

Все они думали не о браке, а о том, как бы переспать. Старейшины, видя этих типов, которые пускали слюни на Архен с эрекцией, решили, что это не дело, хоть сами их и притащили.

Архен с каждым днем всё больше давило чувство вины и ответственности правителя. И тут она нашла Валена. Хоть он и был №38, Вален стал первым человеком, которого выбрала сама Архен.

Она знала, что поступает ужасно со своим спасителем. Знала, что их первая ночь была не брачной ночью, а изнасилованием. После того как она взяла его, ей было трудно смотреть ему в глаза. День, два... Она избегала его неделю, а потом...

— Забыла.

Просто напрочь забыла. Как раз тогда нахлынула армия людей, и дел было невпроворот. Но всё это отговорки. Это была полностью её вина.

Глава 40

Архен провела время в глубоком самоанализе и поклялась себе, что отныне Вален будет для неё превыше всего. Она решила сделать для него всё, чего бы он ни захотел. Ей казалось, что он хочет добыть военную информацию для людей, и она потихоньку старалась ему в этом помочь, но он каждый раз лишь разочаровывался.

Какая же информация ему нужна?

Уж лучше бы он попросил прямо.

Она была уверена, что даже если люди узнают о демонах что-то новое, ситуация не изменится. Скорость развития человечества поражала, но с точки зрения демонов они были лишь злобными бойцовыми собаками. Даже с мечом и магией собака остается собакой.

Если Архен сама предложит: «Хочешь, покажу пути снабжения?», Вален не обрадуется, а лишь холодно посмотрит. Наверняка подумает, что она над ним издевается.

А ведь она не издевается, а заботится.

Она хотела, чтобы в тот день, когда Вален вернется к людям, он не был опозорен из-за связи с ней. Чтобы его помнили как того, кто отчаянно сражался даже в Мире Демонов ради людей. Чтобы он жил как почетный герой в своей стране, рядом с семьей.

Вдруг вырвался зевок. Любоваться его лицом всю ночь — даже для этого есть предел. Глубокая тьма отступала, близился рассвет. В тот момент, когда Архен залезла под одеяло и повернулась к нему спиной...

— Угх...

Ее тело, которое она только что уложила, снова поднялось.

Вален лежал с закрытыми глазами, обливаясь холодным потом и тяжело, прерывисто дыша. От его мощного тела исходила угрожающая аура, но Архен не боялась. Наоборот, она выглядела обеспокоенной. В её глазах Вален сейчас был похож на замученного зверька, который стонет от боли.

— ...Ты в порядке?

Едва она потянулась к его плечу, Вален грубо перехватил её запястье. В мгновение ока она оказалась под ним, ощущая его тяжелое дыхание и капли пота, падающие на лицо. Его огромная рука сжалась на её горле.

— Ха-ах, ха-а, ха-а...

Лицо Валена было мертвенно-бледным. Архен оставалась спокойной, а он застыл, широко раскрыв глаза от ужаса.

— Кошмар приснился?

Архен протянула руку и нежно коснулась его щеки. Он моргнул, и пелена безумия в его глазах начала спадать. Похоже, он медленно приходил в себя.

— ...

Их взгляды встретились — один ледяной, другой теплый. В комнате повисла тишина. Его рука на её горле выглядела так, словно вот-вот сломает шею.

Но Архен и не думала вырываться или убегать. В его хватке не было силы. Рука лежала на шее, как теплый шарф. Зато на предплечье другой руки, которой он упирался в кровать рядом с её головой, угрожающе вздулись вены.

— Эй.

Тихий голос достиг сознания Валена. Он вздрогнул, и остатки сна окончательно рассеялись.

Он поспешно убрал руку. Приподнявшись на мощных руках, Вален откинул волосы назад и завалился на бок. Сквозь расстегнутую рубашку было видно, как вздымается его грудь. Пот стекал с шеи в ложбинку на груди.

Архен приподнялась, чтобы принести полотенце, но Вален дернул её за руку, и она снова упала на кровать. Архен повернула голову и посмотрела на профиль Валена, который слегка нахмурился.

— Куда.

— Хотела намочить полотенце. Ты сильно вспотел.

— Не надо. Я сам помоюсь, так что не суетись и лежи смирно.

Не суетись...

Она мысленно перелистала весь свой словарный запас, но не могла понять смысла.

А, может, он имел в виду «не суйся»? Или это как «суета» и «суматоха»? В общем, «не суетись» — это, наверное, значит не вести себя беспокойно.

Но контекст был странный. Не веди себя беспокойно и лежи смирно? Какая связь между полотенцем и беспокойством? Архен с серьезным видом покачала головой.

А, может, он имел в виду, что она суетится как курица-наседка? Нет, это тоже не то. Точно! «Не суетись» — значит, не делай лишних движений, как больной или раненый!

— У меня ничего не болит.

Архен ответила так, как поняла, и Вален повернул голову, глядя ей в глаза.

В его зрачках мелькнуло замешательство, даже большее, чем когда он только проснулся.

— Забудь. Разговаривая с вами, демонами, я чувствую, как мой интеллект падает.

...Видимо, ошиблась.

Если бы рядом был Надаль, он бы подсказал, но если она сейчас пойдет в спальню Надаля, Вален, скорее всего, сильно обидится.

После этого странного диалога дыхание Валена вернулось в норму. Архен смотрела на капли пота на его груди и бессознательно ткнула в одну пальцем. А потом быстро вытерла палец об его одежду.

— Что делаешь?

— ...Проверяю, не жарко ли тебе.

— Я пойду помоюсь.

Вален, немного отдохнув, встал. Она не хотела его выгонять. Архен растерянно привстала следом.

— Можешь отдохнуть здесь.

Вален, уже собиравшийся уходить, обернулся. Выражение его лица было странным. Он приподнял бровь и спросил с вызовом:

— Почему?

Вопрос казался риторическим, но, к сожалению, Архен не могла понять, какой ответ он хочет услышать. Она молчала несколько секунд. Лицо оставалось спокойным, но в голове крутились шестеренки.

После глубоких раздумий она выдала:

— Ты же проиграл пари.

— ...

Она знала, что это не тот ответ. Но Архен не хотела отпускать его одного.

— Будь со мной, пока солнце не встанет полностью. Ты обещал исполнить любое желание.

— Тратить желание на такую ерунду?

— Тогда останешься в моей спальне без всякого пари?

— ...Ну, это не сложно.

Он ответил небрежно и окончательно встал. Прежде чем он сделал шаг, Архен поспешно схватила его за руку. Вален обернулся, посмотрел на их сцепленные руки, а затем медленно поднял взгляд на лицо Архен.

— Ты же сказал, что не уйдешь.

— Я мыться.

— Всё равно испачкаешься, помоешься потом.

— Всё равно умрем, зачем жить.

— ...Честно говоря, я не хочу оставлять тебя одного сейчас.

— Почему, я тебе так нрав...

— Тебе приснился кошмар.

Они заговорили одновременно. В отличие от серьезной Архен, лицо Валена застыло.

Он замер, словно его мысли остановились, а затем кивнул, неожиданно послушно соглашаясь с ней. Казалось, он был немного сбит с толку, словно получил удар по затылку, откуда не ждал. Архен слегка потянула его за руку, и он безвольно последовал за ней.

Фух. Она задула лампу, и наступила кромешная тьма. Архен лежала, чувствуя тепло рядом, и смотрела в потолок. Едва сдержала тяжелый вздох, готовый вырваться наружу.

— Мне кажется, я совершаю одни ошибки по отношению к тебе.

— Опять ты начинаешь.

— Я знаю, что замок Владыки Демонов не останется в твоей памяти как хорошее место. Но я хотела, чтобы хотя бы здесь ты мог отдохнуть. Видимо, это была моя жадность. В итоге тебе снятся только плохие сны.

— Не придавай значения ерунде.

Буркнул Вален, закидывая руку за голову. Архен повернулась к нему.

— Можно спросить, что тебе приснилось?

— Ты уже спросила.

— Во сне кто-то ругал тебя, спрашивал, учили ли тебя морали в детстве?

— ...

— Или говорил, что тебя надо зажарить целиком, оставив только шкуру?

— Такое чувство, что это ты меня ругаешь.

Архен прикусила язык. Сама того не желая, она повторила слова старейшин, которыми они поливали Валена за спиной.

— ...Это не совсем ругань. Жареное всё вкуснее, даже подошва... Так что это комплимент. Так что если услышишь что-то подобное в коридорах замка, не злись.

— Ты хоть понимаешь, что несешь?

В ожидании утра они вели такой бессвязный разговор. Архен так хотела спать, что на глазах выступали слезы, но она терпела, впиваясь ногтями в ладонь. Однако внезапный зевок сдержать не удалось.

В конце концов, Вален велел ей перестать болтать и спать, обхватив Архен руками, словно запирая её в клетку своих объятий.

Когда их тела с разной температурой соприкоснулись, тепло медленно выровнялось. Голова Архен удобно легла на его руку. Сон пришел мгновенно.

Когда она снова открыла глаза, спальня была залита теплым полуденным солнцем.

Когда это я успела укутаться с головой?

Архен потерла тяжелые веки и стянула одеяло. Вален сидел на кровати, скрежеща зубами и выругавшись. Его уши пылали красным, а дверь спальни была распахнута настежь. Кто-то явно заходил.

Опять кошмар приснился?

Архен похлопала Валена по бедру, но непреодолимый сон снова навалился на неё, и она закрыла глаза.

***

— А говорили, что не нравится, что противно.

Энрит, ставя перед Валеном еду, хихикал. Когда на него устремился ледяной взгляд, он прикрыл рот рукой. Но ненадолго — вскоре снова прыснул со смеху, словно дразнясь.

По всему замку Владыки Демонов разлетелась весть о том, что Вален и Архен спали в обнимку под одним одеялом. Это была демонстрация привязанности, качественно отличающаяся от секса по расчету. Да, привязанности.

Архен, которая ни разу не была влюблена, и Вален, который всю жизнь таскал с собой только окровавленную дубинку. Щекочущий роман двух людей, далеких от любви. Замок Владыки Демонов перевернулся вверх дном. На первой полосе ежедневной газеты замка красовался рисунок их нежных объятий.

Даже когда Вален рычал «Заткнись», все отвечали «Есть!», но за спиной шептались: «Смотри, стесняется», краснея от умиления.

— Ой, надо принести горячей воды.

— Зачем вдруг вода?

— Из глаз господина Некого мед капает, надо собрать. Хо-хо-хо!

— Если так посмотреть, господин Некий тоже немного милый. Теперь понятно, почему госпожа Архен его похитила.

Причиной этой «розовой катастрофы» был сам Вален.

Уснуть посреди вражеской территории, да еще и рядом с суккубом, существом высшей степени опасности. Дважды! Видимо, из-за того, что все демоны здесь с придурью, он тоже начал сходить с ума. Он даже не почувствовал, как Надаль открыл дверь и вошел, чтобы разбудить Архен.

Увидев их спящими в обнимку, сплетя руки и ноги, Надаль на цыпочках вышел и привел всех демонов, каких только мог найти.

Когда Вален открыл глаза, спальня уже была набита демонами.

«Цирк приехал? А ну пошли вон!»

Когда он швырнул в них подушку, демоны с невинным визгом «Кья-а!», словно бегая по цветочному полю, высыпали наружу.

Блдь, они точно совершеннолетние?*

Они были старше двадцативосьмилетнего Валена минимум на 100 лет. Но вели себя как первокурсники академии.

Вален потер ноющие виски.

Впредь после купания Архен он будет пулей возвращаться в свою спальню. Ввязался в ерунду, и вот результат.

Беру свои слова назад, что причиной катастрофы был я. Если разобраться, это всё из-за голоса Архен. Она шептала своим приятным голосом, вот я и послушал весь этот бред.

Её глаза, сияющие как звезды, тоже проблема. И шея, почему она такая белая и гладкая? Глядя на следы, которые он оставил на ней, он чувствовал странное удовлетворение. А еще её кожа такая мягкая, что к ней постоянно хочется прикасаться...

В общем, Архен — сплошная проблема.

Пока он с раздражением смотрел перед собой, Энрит рядом ахнул.

— Невеста господина Некого идет.

— Неси дубинку.

— Надеюсь, еда вам понравилась. Чувствую присутствие госпожи Архен, так что я удаляюсь.

Как только Энрит открыл дверь, перед ней действительно стояла Архен. Вален невольно отвел взгляд. И тут же пожалел об этом.

В битве с врагом важно подавить его дух. Он, ни разу не проигравший в психологической дуэли, отступил так легко, как свеча на ветру. Почему?

— Нашел тебя, ворюга!!

Фин, непонятно откуда взявшийся, ворвался в спальню раньше Архен. Он с грохотом ударил обеими руками по столу Валена, так что посуда подпрыгнула. Взгляд Валена стал холоднее льда на снежной вершине.

— Что ты творишь.

— Я не признаю этого. Как такой, как ты, посмел... с нашей госпожой Архен...!

Белки глаз Фина заволокла тьма, словно чернильный дым. Красные зрачки сверкнули, как лезвия, а клыки удлинились, как у зверя. Почувствовав жажду убийства, Вален схватил нож и уже собирался вонзить его в десну Фина.

— Фин, нельзя мешать трапезе.

Раздался мягкий голос. Это не был строгий приказ, но угрожающая аура Фина мгновенно спряталась в темный угол, как испуганная мышь. Глаза Фина снова стали белыми, а брови жалобно опустились.

— Госпожа Архен, но...

Когда Архен легонько похлопала Фина по плечу, в груди Валена что-то тяжело ухнуло. Объяснить это было трудно, но чувство было неприятным.

— Я не хотела мешать тебе есть.

Рука Архен мягко накрыла руку Валена, сжимавшую нож. Огонь, бушевавший в солнечном сплетении, мгновенно утих. Сила покинула руку Валена, и он смирно ощущал тепло её ладони.

— Зачем пришла с утра пораньше?

Хотя он успокоился, как прирученный зверь, тон оставался холодным.

— Говорят, у них есть к тебе разговор.

— Не у тебя?

Архен отошла в сторону. За ней стояли Фин, всё еще бьющий себя в грудь от ярости, Зефер и Надаль. Назойливые типы прицепились. Им что, заняться нечем?

Надаль оттолкнул Фина назад и с торжественным видом поправил свою черепаху на голове. Черепаха, жевавшая огурец на завтрак, раздраженно ударила его хвостом по щеке. Удар был сильным, но Надаль оставался серьезным.

— Все узнали, что у тебя с госпожой Архен такие отношения.

— Если пришел нести чушь, проваливай.

— Шок был меньше, чем я думал. Честно говоря, это был ожидаемый результат. Есть много зафиксированных случаев, когда супруги по контракту влюбляются друг в друга.

— Что это за страна такая, где каждая собака заключает брак по контракту?

— Был даже случай, настолько похожий на ваш, что можно подумать, ты сам это написал.

Надаль порылся во внутреннем кармане и что-то достал. С тяжелым вздохом он бросил это на стол.

Вален скосил глаза, чтобы посмотреть на этот «похожий случай». Книга в бархатной обложке темно-красного цвета. Название, написанное витиеватым шрифтом, словно пьяной рукой...

— «Я никогда не полюблю такого, как ты».

Блдь, что это.* Лицо Валена стало свирепым.

— Пол другой, но персонаж по имени Серена очень похож на тебя. Нет, не просто похож, это длинноволосый Некий №38.

— А госпожа Архен — вылитый мужчина по имени Максимум!

Зефер, слушавший со скрещенными руками, поспешно вмешался.

— Особенно вот что. Он кажется равнодушным, но на самом деле добрый — точно как госпожа Архен. Верно, Надаль?

— Согласно множеству данных, которые мы нашли, если мужчина и женщина, испытывающие неприязнь при первой встрече, заключают фиктивный брак, вероятность того, что они влюбятся, составляет 70%. А поскольку ты, Некий, заявил: «Я никогда не полюблю такого, как ты!», вероятность выросла еще на 20%. И вы даже спали под одним одеялом в обнимку?

— Всё кончено.

— Точно кончено.

— Что кончено?!

Вален нахмурился и возразил, но старейшины уже были уверены. Удивительно, как они верят в романтические бредни из романов, принимая их за проверенные факты.

— Некий №38, который говорит: «Я никогда не полюблю такого, как ты»!

Надаль вытянул указательный палец и ткнул им в Валена.

— Госпожа Архен, которой на это плевать!

Затем он указал на Архен. Тыкать пальцем в начальника? Надо бы провести воспитательную работу.

— Но Некий постепенно привыкает к доброте госпожи Архен. Сначала они спят в разных комнатах, но потом проводят всё больше времени в спальнях друг друга. И начинают постоянно касаться друг друга так сладко, что зубы сводит!

Надаль указал на руки Валена и Архен, которые всё еще соприкасались.

Вален, который собирался игнорировать Надаля, что бы тот ни делал, на мгновение вздрогнул. Архен первой отдернула руку.

— Все показатели указывают на то, что вам суждено полюбить друг друга!

— Кто в такую чушь поверит...

— Но я не признаю этого!!

Надаль крикнул это с твердой решимостью, как лидер революционной армии. Вален, до этого выглядевший уставшим, приподнял бровь.

— Я... нет, мы... не можем принять тебя, Некий, как возлюбленного госпожи Архен.

Рядом Архен тихо вздохнула. Можно было представить, как эти придурочные демоны донимали её с самого утра.

Вален откинулся на спинку стула. Его длинное, крепкое тело расслабилось. Лицо, до этого искаженное раздражением, теперь не выражало никаких эмоций.

— Я тоже не собираюсь заводить с демонами романтические сопли, от которых тошнит.

Но...

— Кто вы такие, чтобы что-то признавать или нет? Наглецы.

Валена больше всего выводило из себя то, что его игнорируют демоны с интеллектом дошкольников. Они должны умолять его спасти Архен хоть раз, а они смеют рассуждать о «признании»?

— И почему вы не признаете?

— Твоя жестокость! Демоны на кухне до сих пор жалуются, что у них спины болят от твоих побоев. Им по 200 лет, самый расцвет регенерации. А ты их избил до полусмерти... Тебе их не жалко?!

Валену двадцать восемь.

— И это еще не всё!

Вмешался Фин. Он порылся в карманах и достал свиток. Резко развернув скрученную бумагу, он отпустил её, и она покатилась по полу, остановившись прямо у ботинок Архен.

— Я писал это с первого дня, как госпожа Архен привезла этого типа. Знал, что когда-нибудь представится шанс это показать. Слушай внимательно и вымой уши. Значит так... А-а-а!!

Вален поджег конец бумаги от свечи на столе. Мысли Фина, которые он старательно записывал более трех месяцев, мгновенно исчезли в пламени.

Фин сгреб пепел в руки и впал в отчаяние. Надаль похлопал его по плечу.

— Некий. Внешность у тебя сносная, но наша госпожа Архен не может всю жизнь питаться только твоим лицом. Среди нас, демонов, тоже есть немало красавцев, включая меня. Твоя главная проблема — это характер.

— А.

Это было ожидаемо, так что слова Надаля не удивили.

— Сколько ни смотри, в тебе нет ни капли доброты. Наша госпожа Архен росла как драгоценность... Для такого черствого и грубого типа, как ты, она слишком хороша!

— Эй, ты это будешь есть?

Зефер кивнул на стейк, который Вален не доел. Не дожидаясь ответа, он подцепил кусок вилкой и отправил в рот. У Валена и так пропал аппетит из-за незваных гостей.

— Но если ты покажешь нам свою волю, что не можешь жить без госпожи Архен ни секунды, может, мы и передумаем.

Надаль сказал это с видом великого благодетеля.

Но вот незадача. Они выбрали не ту цель. Как говорится, кто хочет пить, тот и колодец копает. Человек, который хочет развить отношения сверх контракта, — это не Вален. Копать колодец должна Архен.

«Это ваша хозяйка должна из кожи вон лезть, чтобы соблазнить меня».

Вален, сделав вид, что подпер подбородок рукой, взглянул на Архен. Её и без того бледное лицо побелело еще больше. Она то и дело вздыхала и прикладывала руку ко лбу, хотя обычно за голову хватался только Вален.

Видя, как Архен нервничает, ситуация, которая раньше только раздражала, стала немного интересной. Вален с озорным блеском в глазах постучал пальцами по столу.

— И что мне нужно сделать?

— Как что, проявить самопожертвование!

— Какое самопожертвование и как?

— Знаешь, что самое важное из веры, надежды и любви? Обреченная любовь. Обреченная. (прим: в оригинале игра слов с «сеткой» и «обреченной любовью»)

Пальцы, отбивавшие ритм, замерли.

— Хочешь, чтобы я надел одежду в сеточку?

Вален слегка нахмурился. Но оскорбленным почувствовал себя не он, а Надаль, который взвился на месте.

— Что за извращенные речи...! У госпожи Архен нет таких странных вкусов!

— Ты же сам сказал про сетку.

— Это сокращение от «обреченная любовь»! Глупый человек...! Учись, читай книги! Если не будешь развиваться, отстанешь от жизни!

— Вау, ну вы даете... Достали, сил нет.

Было бесчисленное множество моментов, когда он поражался уровню интеллекта демонов... Но слышать от них поучения об учебе — это вызывало пульсирующую боль в затылке. Вален хрустнул шеей.

Фин стряхнул пепел с рук и встал.

— Вершина романтики, плод самопожертвования. Обреченная любовь. Я тоже категорически согласен с этим мнением. Докажи свои чувства к госпоже Архен своей смертью. Тогда она развеет твой прах где-нибудь на севере или юге, а часть соберет в медальон и будет хранить память о тебе.

— Плевать вам на романтику, вы просто хотите, чтобы я сдох.

Демоны несли всякую чушь, но вывод был один. Сделай дело и проваливай от Архен.

Да он и сам уйдет, не оглядываясь, даже если будут умолять остаться. Чего они так суетятся?

— Покажи самопожертвование!

— Да. Сделай так, чтобы мы могли тебе поверить. Давай!

Демоны сжали кулаки и закричали. Но Вален не тот человек, который поведется на такие детские провокации. Заставить их перевернуться кверху брюхом от злости проще простого. Просто оставить Архен в своей спальне, а остальных выгнать.

В этот момент Архен, стоя спиной к демонам, посмотрела на Валена. Их взгляды встретились. Архен беззвучно пошевелила губами.

«Желание».

...Она серьезно?

Архен закусила губу, глядя на Валена. Понятно, ей стыдно за своих подчиненных, которые устроили цирк, не зная ситуации. Но для Архен, обычно скупой на эмоции, она выглядела слишком обеспокоенной.

Стыд — это мгновение. Можно просто проигнорировать, зачем тратить на это желание, которое она с таким трудом выиграла?

Вален с бесстрастным лицом смотрел на Архен. А затем...

— Пошли вон, все.

Он схватил Архен за запястье и выгнал всех остальных.

***

Как и ожидал Вален, снаружи поднялся шум. Они лаяли, спрашивая, зачем им оставаться в спальне наедине.

Вален сел на диван и расстегнул пуговицу рубашки, чтобы было удобнее. Архен естественно села рядом, словно это было её законное место.

— Я не помню, как мы выглядели сегодня утром. Я просыпаюсь медленнее других.

— Тебе и не нужно помнить.

— Я-то в порядке, а вот Козёл и остальные — нет. Они устроили допрос, что случилось прошлой ночью.

Подняли такой шум из-за того, что они просто обнялись. Разве уж так вышло, может, стоит обниматься каждое утро? Если это заставит демонов биться в припадке, оно того стоит.

Вален бессознательно осмотрел Архен с головы до ног: от аккуратно сложенных ступней до колен, стройного тела и мягкого пушка на коже.

Придумал со злости, но идея показалась неплохой.

— Я не хочу доставлять тебе неудобства. Но я бы хотела, чтобы на этот раз ты сделал так, как говорит Козёл.

— Не проси. Ты выиграла пари.

Но была одна проблема. «Самопожертвование», о котором говорили демоны, означало смерть. Оставить немного праха для медальона и исчезнуть от Архен навсегда.

Исчезнуть навсегда — это Вален с радостью, но оставить прах невозможно. Хотя эти идиоты поверят, даже если сунуть им горсть муки и сказать «это мои кости»...

— Ты не умрешь.

Архен угадала его мысли и продолжила. Да, интеллектом она не блещет, но среди демонов она, пожалуй, самая умная. Ставить Архен в один ряд с Надалем, Фином и Зефером было бы оскорблением.

— Тогда что мне делать?

— Просто подыграй им немного.

— Притвориться мертвым?

Архен медленно покачала головой. Уголки её глаз, обычно приподнятые как у кошки, сейчас опустились, как у озабоченного старика. Волосы тоже, казалось, поникли под тяжестью настроения.

Каждый раз, когда Архен поворачивала голову, что-то покачивалось у неё на груди и привлекало внимание.

Вален бессознательно потянулся и начал перебирать кончики её волос.

— Они знают меру, так что, скорее всего, заставят делать что-то другое. Но если это будет опасно, я их остановлю, не волнуйся.

Стоило Валену замолчать, как снаружи раздались вопли демонов. Они требовали, чтобы госпожа Архен немедленно вышла, но Вален не чувствовал спешки. Наслаждаясь ощущением волос на пальцах, он коснулся её предплечья, а затем обхватил круглое плечо.

Но эта ситуация... Кажется знакомой.

Когда он работал наемником и охранял аристократов, часто приходилось бывать в оперном театре. Некоторые популярные постановки, на которые билеты раскупались ежедневно, шли круглый год, и Вален видел одну и ту же оперу раз шесть. К тому времени он уже мог про себя подпевать арии главного героя без единой ошибки.

И сейчас сцена, которую он видел только в опере, разыгрывалась в этом замке Владыки Демонов, и он был в роли злодея.

Злые золовки, наивный и мягкосердечный юный муж и хитрая, коварная невестка. Здесь золовки — это три демона, муж — Архен, а Вален — коварная невестка.

В опере золовки думали, что невестка вышла замуж за юного мужа только из-за денег. Чтобы доказать свою любовь, невестка пела нежные, приторные серенады...

Но Вален не мог петь серенады любви в замке Владыки Демонов. И не хотел.

К тому же, для Валена женщины делились на два типа: те, кто дает деньги, и те, кто не дает. Мужчин он классифицировал немного иначе: те, кто дает деньги, но их хочется ударить, и те, кого просто хочется ударить.

Жизнь была борьбой, и времени на такую роскошь, как любовь, не оставалось, да и ни к кому он не испытывал романтического влечения. Однако по количеству «любовников» он превзошел бы любого известного жиголо континента. Бывали времена, когда у него было девятнадцать любовниц одновременно.

Он выполнял множество заказов на роль фиктивного любовника без интимной близости, а некоторые женщины и вовсе не платили, но трубили всем, что Вален — их любовник.

Вален, привыкший всю жизнь быть у всех на устах, не опровергал слухи. Но, возможно, стоило бы активно защищаться. Потому что два-три раза в день к нему приходили незнакомые женщины, чтобы дать пощечину или упасть на колени в слезах.

Слухи, которые раньше были смутными, обрели форму и дошли до ушей заказчиков. Заказы Валена резко сократились, и его доход упал вдвое.

С тех пор Вален решил, что роль фиктивного любовника — это высокорискованная работа с нестабильным доходом и частыми переменами настроения клиентов, и больше не брался за такие заказы.

Впрочем... В то время, получая пощечины, он кое-чему научился. Он головой и телом усвоил, как нужно вести себя с возлюбленной. Он был уверен, что сможет сыграть роль так идеально, что эти три демона больше никогда не заикнутся о «признании».

Ужин в хорошем ресторане, внимание к мелочам и привычкам партнера, подарки, которые стоят не слишком дешево, но и показывают старание. И еще, по мнению Валена, любовник был чем-то вроде слуги. Обуть её, внимательно слушать, уместно реагировать и следить за настроением.

Гордость страдала от мысли, что придется так стараться ради демона, но если рассматривать это как заказ, то вполне терпимо. К тому же, потратить желание на такую мелочь было выгодно для Валена. Будь он на месте Архен, он бы попросил назвать имя.

Вален притянул её к себе и прижался губами к её макушке.

— Сделаю всё, что угодно.

***

— Чего стоишь? Бери скорее. Рука уже отваливается.

Вален ясно видел, что ему протягивают, но сомневался снова и снова. Надаль протягивал лопату. Обычную лопату. Рядом Архен пробормотала: «Слава богу».

— Чему ты радуешься?

— Я боялась, что они заставят тебя прыгнуть со скалы, выкрикивая мое имя.

— Какие романы вы вообще читаете?

— «Я никогда не полюблю такого, как ты».

— Забудь, что спросил.

Говорили о доказательстве любви, квалификации любовника, а дают рабочие перчатки и лопату? Архен похлопала Валена по руке, призывая взять инструмент. Вален растерянно взял лопату.

— Итак. Ты ведь не забыл это место? Это судьбоносное место, где госпожа Архен подобрала тебя!

Как такое забудешь. Вновь всплыл момент, когда он предчувствовал поражение и был готов к смерти. Он был раздавлен этими демонами, даже не успев помериться силами.

Равнина, которая была окутана кровью и тьмой, теперь была залита ярким солнечным светом. Трава, которую они топтали и давили, снова прорастала. Утренняя роса еще не высохла, и капли на листьях сверкали на солнце.

Посреди обширной равнины одиноко стояло грушевое дерево.

— Докажи свою обреченную любовь... то есть, самопожертвование, пересадив это дерево к Озеру Жизни!

— Тяжелый физический труд — это способ выражения любви у демонов?

— Вовсе нет.

— Вы издеваетесь?

Ни на одном свидании, которые устраивал Вален, ему не приходилось пересаживать вековое дерево лопатой. Даже когда он просил руки у родителей заказчицы, в него, как в мелкого дворянина, кидали водой, вином и даже сыром, но никто не заставлял пересаживать деревья.

Демоны есть демоны. Злобные твари.

Три демона и Архен вручили Валену лопату и столпились вокруг дерева. Четыре затылка в ряд выглядели серьезно озадаченными.

— Не надо было сажать дерево перед замком Владыки Демонов с самого начала.

— Кто же знал, что человеческая армия будет нападать так часто.

Надаль обернулся и поманил Валена рукой. Валену совсем не хотелось вмешиваться в проблемы демонов. Он стоял на месте как вкопанный, но в итоге Надаль зашел ему за спину и подтолкнул к дереву.

— Этому дереву всего около 300 лет, но половина цветов уже опала. Оно не получает достаточно питательных веществ из почвы. Если оставить всё как есть, оно не протянет и 10 лет, сгниет с корней.

— И что.

— Что значит «и что»! Ты не знаешь, как госпожа Архен дорожит этим деревом? Она каждый день приходит проверять его состояние.

Даже во время войны, когда летели огненные стрелы. Если она собирается постоянно его проверять, то дерево в безопасности внутри замка — это разумно.

Постойте.

Вдруг его осенило. Значит, три месяца назад, когда они столкнулись здесь, Архен не планировала специально соблазнить его? Она просто пришла проверить дерево, а Вален сам попался?

— Эй, ты вдруг покраснел. Ты в порядке?

Из глубины души поднялось чувство стыда. Как мышь, которая сама залезла в мышеловку, где даже сыра не было.

Если бы в тот день... он прошел мимо, увидев Архен, его бы не изнасиловали, не заперли в Мире Демонов, и не заставили бы с утра пораньше махать лопатой.

Я был бы мертв.

Вален закрыл лицо рукой и опустил голову. Зефер наклонился к нему, заглядывая в лицо: «Ты чего вдруг?», «Плачешь?».

Прошло уже три месяца, но в голове проносились разные варианты. Если бы Архен не пришла к дереву в тот день, если бы дата выступления была на день раньше, если бы он выбрал другую дорогу из множества путей... Всё, что он не выбрал тогда, навалилось волной сожаления.

Рука, сжимавшая лопату, напряглась.

Да. Во всем виновато это дерево. Если бы оно с самого начала росло в замке, ничего бы не случилось. Вален с силой вонзил лопату в землю со звуком хрясь, и Надаль коротко восхитился.

— О. Наконец-то решился?

Вален, не отвечая, закатал рукава рубашки до локтей. Сегодня он вырвет это дерево с корнем и швырнет его внутрь замка Владыки Демонов.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver

Зефер восхищенно воскликнул, что впервые видит столь прекрасное зрелище, а Надаль, вернувшийся после раннего ужина, с несогласным видом плюхнулся рядом.

Терраса замка Владыки Демонов. Четверо демонов сидели в ряд на шезлонгах, наблюдая за Валеном. Вокруг него уже выросла гора выкопанной земли. Рубашка, промокшая от пота и грязи, валялась на земле, а по мускулистому торсу струился пот. Волосы были полностью убраны со лба, открывая его выразительные черты лица.

— Человеческое упорство, страсть, старание! Что может быть прекраснее этого!

Зефер расхохотался и энергично захлопал в ладоши.

— Упрямец. Ужасный упрямец...

Надаль неодобрительно покачал головой, а Фин закивал так, что чуть не сломал себе шею.

Вален копал уже больше десяти часов, только изредка прерываясь на глоток воды. Что такое Мир Демонов? Это место, где отдых и досуг ценятся превыше всего, а интенсивность труда не составляет и четверти от человеческой.

В глазах демонов Вален был монстром.

Изначально они думали посмотреть, как он попотеет часок-другой, и отпустить. Но когда кто-то подходил, чтобы сказать ему остановиться, он смотрел таким взглядом, словно готов убить демона. Подавленные его аурой, они могли лишь налить ему холодной воды и уйти.

Фин, который поначалу хихикал: «Посмотрите, как этот Некий мучается!», теперь был в ужасе от его упорства.

Это пугающе навязчивое поведение уже потеряло свой изначальный смысл. Доказательство любви? Самопожертвование? Плевать на это. Вален двигался только на одном упрямстве — вырвать это дерево.

То, что он раскопал столько земли только силой человеческих мышц, без магии, было чудом. В Мире Демонов было полно тех, кто мог бы заменить труд даже без магии. Сколько огров бездельничает.

— Этот ублюдок точно прирожденный солдат.

Демоны не знали ни имени, ни возраста Некого. Но его профессию можно было угадать.

— Какой солдат в мире будет так копать лопатой, как сумасшедший?

— Мир Демонов и мир людей отличаются. В мире людей говорили, что лопата важнее меча и доспехов. Я читал это в словаре военных терминов. Говорят, они выскакивают копать даже на рассвете, если начальство прикажет.

— ...Разве это не повод заявить в комитет по правам человека?

— Говорю же, миры разные.

Хлюп. Надаль отхлебнул коктейль с лаймом.

Заставили его копать они сами, но из-за того, что Вален отнесся к этому слишком серьезно, это стало минусом в его оценке.

Было ясно, что Вален относится к Архен иначе, чем к другим демонам, но было много неясного, чтобы с уверенностью назвать это любовью. Три старейшины это понимали.

Однако любовь начинается с этой особенности.

«Забавный тип».

«Раздражает».

«Неисправим».

Старейшины стояли на распутье: сосредоточиться на обороне, чтобы его чувства не выросли или он их не осознал, или оставить всё как есть.

Увидев, как он копает, Зефер был тронут, а двое других — нет.

Мужчина должен уметь вовремя сдаться и быть гибким, а это упрямство пугает. Если этот интерес переключится на Архен... Даже представлять не хочется.

Разве не он доводит Архен до полусмерти даже во время отношений ради мирного соглашения? Ни в коем случае.

Надаль скосил глаза и посмотрел на лицо Архен.

Ладно Вален, но её мысли вообще невозможно прочитать.

«Она такая добрая...»

Даже если Вален вел себя как последний мерзавец, Архен ни разу не показала, что ей это неприятно. Понятно, что перед ним она держит лицо, раз уж он ей помогает, но зачем скрывать чувства перед старейшинами?

Впрочем, она и на провокации курфюрстов никогда не реагировала гневом. С таким характером ей нужен добрый и зрелый мужчина, который не заставит её страдать.

— Мужик он упертый, но совсем не милый. Госпожа Архен, вам ведь нравятся остроумные и послушные, верно?

— Верно! Человек — это никуда не годится. И живут они мало. Знаете про синдром утраты дракона? Говорят, многие демоны впадают в депрессию, когда их дракон умирает. А человек живет еще меньше, чем дракон.

— Во многом он не подходит, чтобы быть рядом. Правда, госпожа Архен?

Когда Архен обернулась, её выражение лица было таким же, как обычно. Спокойным, как гладь озера.

Прохладный вечерний ветер растрепал её серебристые волосы. В её глазах отразился мир, окрашенный в закатные краски. Южный край бескрайней равнины упирался в высокие горные пики. Вокруг солнца, уходящего за хребет, набегали темно-синие волны, словно сажа после жаркого огня.

Демоны закончили работу и покинули замок. Проходя мимо, они с ужасом смотрели на Валена и долго не могли уйти. Некоторые, не поняв атмосферы, пытались его подбодрить и получали лопатой по лицу.

Вален наконец погрузил дерево на огромную телегу. Лицо Фина побледнело.

— Этот псих...

— Когда контракт закончится, я попрощаюсь с Неким №38. Он останется в памяти как связь с прошлым, но я никогда не думала о будущем с ним.

— Правда?

Архен кивнула.

Она знала, что старейшины недолюбливают Валена. Поэтому физический контакт, не имеющий отношения к контракту, их шокировал.

К тому же, сейчас старейшины были особенно чувствительны ко всему, что касалось Архен. Приближалась годовщина смерти прежних королей Делькарно.

Верные старейшины, в одночасье потерявшие своих королей, относились к осиротевшей Архен как к родной дочери. Они, никогда не растившие даже щенка, старались изо всех сил из чувства вины и долга.

Воспитание не могло быть легким для тех, у кого не было ни опыта, ни знаний. Они подбрасывали младенца до облаков, «играя» с ним, давали куски мяса ребенку, у которого еще не выросли зубы. К счастью, у Архен был спокойный характер, обычный ребенок от такого давно бы впал в истерику.

Несмотря на критику и сдерживание со стороны курфюрстов, старейшины возвели Архен на трон Владыки Демонов. Архен лучше всех знала, через что они прошли. Они посвятили ей всю свою жизнь, даже не вступив в брак.

Как друзья, как отцы, как дяди... В последнее время больше похожи на младших братьев. В общем, хоть они и не одной крови, для Архен старейшины были семьей.

С приближением годовщины их опека становилась чрезмерной. Неудивительно, что они не смогли пропустить утренний инцидент. Архен позволяла им делать что хотят в этот период.

Но то, что в это был втянут Вален, стало неожиданностью. Она не хотела доставлять ему лишних хлопот, но старейшины нацелились на него всерьез.

Она не могла остановить старейшин, но и просить Валена о чем-то сложном не хотела... И тут, в момент беспокойства, она вспомнила о вчерашнем пари.

Тем временем Вален, таща телегу, прошел через ворота восточного крыла замка.

«Мог бы просто притвориться...»

Как только Вален исчез из виду, Архен встала. На оклики она обернулась и указала на дверь.

— Пойдете за ним?

— Надо хотя бы пот вытереть.

Архен быстро сбежала по лестнице. Пробежала по длинному коридору, пересекла внутренний двор и помчалась по извилистой дорожке. Белоснежные двери, которые всегда были закрыты, были распахнуты настежь. Посредине стоял Вален.

— Просто кинуть в воду?

Спросил он, уперев одну руку в бок. Едва увидев Валена, Архен поняла свою ошибку.

Нет носового платка.

Её глаза забегали от растерянности. К счастью, Вален смотрел на озеро. Единственная ткань, которая у неё была, — это платье, надетое на ней. Но материал был скользким и вряд ли впитает пот.

Архен то сжимала, то разжимала подол платья. И когда она подняла подол, доходивший до лодыжек, выше бедер, Вален обернулся.

— Приспичило?

Спросил он, нахмурившись.

— Что?

— Чем делать это здесь... Ладно, может, лучше брошу тебя в озеро.

Видимо, увидев, как она задирает юбку, он решил, что она собирается справить нужду прямо здесь.

Архен закусила губу и покачала головой. Она что, похожа на дикого демона, который справляет нужду где попало, а не в туалете? Тем более в священном Озере Жизни. Это осквернение.

Вален посмотрел на её обнаженные бедра странным взглядом с опущенными веками.

— Тогда тебе срочно нужно что-то другое.

— ...

В его низком голосе звучал явный сексуальный подтекст. Архен поспешно опустила юбку. Вален, видимо, тоже не горел желанием заниматься сексом, будучи потным и грязным, и быстро отвел взгляд.

Архен поднесла подол платья ко рту, хрусть, сделала надрыв зубами, а потом р-р-раз — оторвала кусок ткани. Подойдя к Валену, она встала на цыпочки и начала вытирать его лицо.

— Что ты делаешь.

— Ты много работал, вытираю пот.

— Впредь даже не думай прислуживать кому-либо.

Твердо сказал Вален, собираясь опустить её руку, но замер. Его рука, покрытая грязью, дрогнула и бессильно упала.

Но Архен быстро перехватила его руку. Осторожно вытерла длинный шрам на ладони. Она почувствовала его взгляд на своем лбу.

— Ты сама взяла. Не жалуйся, если испачкаешься.

— Я никогда не считала тебя грязным. И впредь не буду.

— ...

Вален нервно выдохнул. Кажется, даже выругался. Но руку не отдернул, стоял смирно. Архен похлопала его по ладони и сказала с облегчением: «Готово».

Вален тупо посмотрел на свою руку, а затем отряхнул её. Грязь посыпалась на землю.

— Повторяю, даже не думай никому прислуживать.

Миссия Валена еще не закончилась. Дерево выкопано, теперь его нужно посадить на новом месте. Поколебавшись, он, видимо, принял решение и подошел к дереву.

— Просто бросить его в воду как попало?

— Дальше я сама.

— Твоя рука не толще этой ветки.

— ...Каким ты меня видишь?

Она была худой, но не настолько же. Однако Вален говорил серьезно, без тени насмешки.

Архен опустилась на одно колено. Положив испачканные землей ладони на землю и закрыв глаза, она активировала магию. Вспых. Круглая, сложная магическая печать завращалась, как колесо, охватывая всё дерево. Белый свет, похожий на цвет её волос, сверкнул, и дерево поднялось в воздух.

Издавая низкий гул, парящее дерево медленно опустилось на воду. Когда корни, покрытые землей, коснулись поверхности, по воде пошла разноцветная рябь. Казалось, вода помутнеет от грязи, но она мгновенно очистилась. Посреди озера расцвело грушевое дерево.

Закончив магию, Архен обернулась. Вален смотрел на озеро, словно зачарованный.

— Бл*дь, это можно было перенести так легко?

— ...Тонкую работу по извлечению корней из земли магия сделать не может. Дерево бы пострадало.

— А мне дали эту чертову телегу. Где этот мелкий нетопырь.

Вален со свирепым лицом искал глазами Фина. То, как он сжал лопату, брошенную в углу телеги, не предвещало ничего хорошего. Казалось, он сейчас выкопает этой лопатой что-то другое. Архен схватила Валена, спасая жизнь демона.

— Это было мое желание.

— ...

В его взгляде, устремленном на Архен, смешалось множество эмоций. Он колебался мгновение, но в итоге бросил лопату. Дзынь. Звук удара металла о землю был резким.

— Кстати, что это за дерево?

Он поднял с земли свою измятую рубашку. Хлоп. Стряхнул пыль. Просовывая голову в ворот, он спросил.

— Мое Древо Рождения.

— Древо Рождения такое же, как ты.

— Слышала, мои родители часто говорили то же самое.

Заметив странность в её словах, Вален не стал расспрашивать. Он лишь понял, что её родители, как и его, умерли, когда она была маленькой.

— Солнце в Мире Демонов создали мои родители. Говорят, они посадили мое Древо Рождения снаружи замка, чтобы оно росло под солнечным светом.

— Хорошо выросло. Огромное. Ветвей много, и белые цветы цветут пышно.

— Мне жаль, что Надаль и остальные проявили неуважение сегодня. Любовник, самопожертвование... Тебе не нужно ничего доказывать.

— А... Так вот зачем всё это было. Забудь. Не извиняйся.

— Они просто беспокоятся обо мне, у них нет к тебе зла.

— И не защищай их передо мной.

Бросил Вален и прошел мимо неё. Но прежде чем он вышел за ворота, она схватила его за руку.

— Я хочу показать тебе одно место.

Выпалив это, Архен потянула Валена за собой. Силы в ней было немного, но почему-то он безропотно последовал за ней. За Озером Жизни была выложена каменная стена. Пройдя вдоль неё, они нашли маленькую дверь, в которую едва мог протиснуться один человек.

— Это мое тайное место. В детстве я часто пряталась здесь, играя в прятки.

Щелк. Дверь открылась, и под ноги хлынула тьма. Архен без колебаний вошла первой и поманила Валена. Только тогда он шагнул внутрь.

Вален слегка приоткрыл рот от увиденного. Миллиарды звезд украшали потолок. Некоторые сияли особенно ярко, словно вот-вот упадут, другие проносились падающими звездами, расчерчивая ночное небо.

Вокруг была сплошная чернота, так что размер помещения невозможно было определить. Привыкнув к темноте, он заметил разбросанные на полу игрушки, которыми, видимо, играла Архен в детстве. Маленькая детская палатка, деревянный ящик, альбом для рисования — всё осталось нетронутым...

— Твои слуги чем занимаются, почему не убирают?

— Сюда могу входить только я.

На её небрежный ответ Вален ошарашенно переспросил:

— ...А я тогда кто.

— Ты — это ты. Иди сюда, садись. Тут есть кресло-качалка...

Она потянула его за руку и усадила. Но как только его зад коснулся сиденья, раздался треск кряк, и кресло развалилось.

Одно из детских воспоминаний Архен было уничтожено.

— Это же для детей.

— ...Месяц назад, когда я садилась, всё было нормально.

— У вас нет магии восстановления или чего-то такого?

— Есть специальный отдел. Но там всегда очередь, так что ждать придется месяц... Ничего страшного. Я всё равно собиралась его выбросить.

Архен дрожащими руками подняла обломки. Хоть она и говорила так, было видно, что она расстроена. Вален коротко цокнул языком.

— Инструменты есть?

— Наверное... У Зефера должны быть.

— Всё равно мне делать нечего, пока я тут заперт. Будет время — починю.

— Я постоянно доставляю тебе хлопоты.

— Я же сломал.

— А я насильно усадила.

— Значит, виноваты оба.

Архен так и не смогла кивнуть. Как ни крути, это была её вина.

То, что она привела Валена сюда, было чистым импульсом. Импульсом, рожденным желанием стать ближе, забыв о контракте. Бесстыдным желанием, чтобы это место осталось в его памяти как хорошее воспоминание.

— Ты всё еще ненавидишь нас?

— Что за вопрос.

Ответ, вылетевший без колебаний, ранил. Ей казалось, они стали немного ближе. Видимо, показалось.

Вален плюхнулся прямо на пол. Он положил подушку, которая была на кресле, рядом с собой, и Архен, поняв, что это место для неё, тут же села.

— Прошлого не вернуть, но... Если я буду стараться, наступит ли день, когда тебе будет спокойно со мной?

— Теперь-то что уж.

— Я хочу остаться в памяти как грушевое дерево, а ты — как бабочка, которая отдохнула на нем и улетела... Хочу, чтобы мы запомнили друг друга так.

Одна звезда на потолке упала, оставив длинный след. Вален молчал.

«Похож на недосягаемую луну».

Приближаешься — отдаляется, останавливаешься — остается на месте.

Архен встала. Надаль говорил, что если искренне дорожить кем-то, чувства обязательно достигнут его сердца. Она открыла дверцу шкафа, и там оказалось зеркало, в котором отражалась только верхняя часть тела.

— Это подарок родителей на мой день рождения. Теперь он стал памятью о них.

— Зеркало.

— Это зеркало, которое показывает то, что ты желаешь. Оно одноразовое, поэтому я его берегу. Открою дверцу шкафа, когда у меня появится кто-то, по кому я буду скучать. Лет через 100... Вдруг я захочу увидеть тебя.

— Хочешь, дам тебе прах? Сделаешь ожерелье.

Архен всерьез задумалась. Ожерелье из праха Валена... Если она будет носить такое в замке Владыки Демонов, жалоб будет не оберешься. Она уже представляла лица демонов, вопящих, что пришел злой дух с дубинкой и его надо сжечь. Архен вежливо отказалась.

— Я не собирался давать всерьез, но когда ты отказалась, стало как-то неприятно.

Он усмехнулся и встал. Щелк. Закрыл дверцу шкафа вместо нее и развернулся.

Архен не стала удерживать Валена, покидающего комнату без сожалений. Он ушел, не оглядываясь, удаляясь от неё.

***

Расставшись с Архен, Вален поспешил в ванную. Даже ледяная вода, вылитая на голову, не помогала унять эрекцию. Мокрая головка лишь свирепо дергалась.

Что с моим телом? Это ненормально. Его охватило незнакомое чувство опасности.

— Ха-а, кх-х, ыт...

Рука со вздувшимися венами грубо терла напряженный член. Хватка была такой сильной, что кожа покраснела. Но сексуальное желание, кипящее внизу живота, никак не утихало.

— Бл*дь, ха-а. А!

Образ Архен застыл на сетчатке и не исчезал. От бедер, показавшихся, когда она подняла юбку, до красивых коленей, голеней и лодыжек. Ему хотелось целовать всё, что он видел. Она неумело вытирала его лицо, хватала его грязные руки...

Она даже не догадывалась, что он едва сдерживается, и продолжала вертеться перед ним...

Чуть не дошло до того, что он уговорил бы её раздеться низкими и нелогичными словами. Архен бы с невинным лицом сказала «Ладно» и спустила одежду. Она бы терпела боль, даже если бы Вален грубо сжимал её грудь, и лишь нахмурилась бы, если бы он вошел в нее насухую. Свирепая похоть была готова сжечь мозг дотла.

«Я никогда не считала тебя грязным. И впредь не буду».

Пламя страсти, готовое взорваться, начало колебать сердце в другом направлении.

Запах цветов груши всё еще стоял в носу. И не только. Казалось, он облизал пищевод, осел в животе и добрался до вставшей плоти. Всё его тело было пропитано Архен. Даже в период первых поллюций у него не было эрекции так часто и некстати, как сейчас.

— Ха-а, ха-а, ха-а...

Стоило закрыть глаза, всплывали ночи, проведенные с Архен. Стоило услышать её голос, член начинал болеть. Стоило представить её легкие шаги, похожие на его собственные, и пушистые волосы, казалось, он мог кончить. Ему хотелось обнять её прямо сейчас, до безумия.

С другой стороны, этот неконтролируемый импульс вызывал страх. Похоже, тело сломалось из-за того, что суккуб постоянно забирал энергию. Неужели он пал жертвой похоти, которую считал низменной и грязной? Даже когда всё разрешится и он вернется в мир людей, даже в будущем, он, вероятно, часто, а может и очень часто, будет вспоминать Архен.

Челюсти Валена сжались. Он знал, что нужно сдерживаться, но её голос, налипший на барабанные перепонки, не исчезал.

Бесконечно сдержанная и опрятная Архен, стоило её поцеловать, краснела до шеи и развратно стонала. Если он набрасывался на неё грубо, почти жестоко, она задыхалась и мучилась, но так и не могла отказать Валену. Терпеливо закрывала глаза или послушно открывала рот и раздвигала ноги, неумело двигая языком.

То, что она не отталкивала его, даже страдая, удовлетворяло его низменное чувство обладания.

Это не было частью сделки, не было принуждения, но он яростно тряс членом, думая об Архен. В горле пересохло. Из-за дикой жажды он постоянно сглатывал слюну.

Но проглотить он хотел не свою слюну, а мягкий язык Архен. Если засосать его так сильно, что горло сузится, она застынет в растерянности. Хотелось схватить её за маленький затылок одной рукой и укусить за язык.

— М-м, уф...

За неимением лучшего, Вален сунул два пальца себе между зубов. Его глаза затуманились, блуждая в иллюзиях. Он старательно лизал и сосал, но это было невкусно. Мозоли от меча и толстые суставы пальцев — совсем не то.

Когда он вынул пальцы, за ними потянулась ниточка горячей слюны. Язык толкнул нижнюю губу сквозь приоткрытые зубы. Вален, тяжело дыша ха, ха, сжимал и тряс свою плоть.

Он сходил с ума от ощущения, что находится на грани, но никак не может её переступить. Ладонь стала липкой от предсемени, сцепление с кожей усилилось. Он тер красную распухшую головку ладонью, тер ствол так, что мышцы предплечья готовы были лопнуть, но жар не выходил.

На глаза попался кусок ткани, который оторвала Архен. Он заметил его не сейчас. Он всё время мозолил глаза, просто Вален старался не обращать внимания. Но сейчас было не до гордости.

Вален инстинктивно схватил то, что бросил вместе с одеждой, и туго перевязал основание головки. Ощущение сильного сжатия напомнило то, как он входил в её нутро.

— Ха-ах, ыт... Угх, а...!

Смутно он понимал, что творит безумие, но остановиться не мог. Его голова запрокидывалась всё дальше назад, на толстой шее вздулись вены. Кадык опасно дергался, а волосы, отброшенные со лба, тряслись в такт скорости его руки.

Низ живота раскалился, в голове стало пусто и бело. Наконец, Вален со стоном зверя изверг сперму на холодную стену. Потный пресс судорожно дернулся. Мышцы спины между лопатками извивались под слоем пота. Вален выдохнул с хрипом.

— Ха-а, ха-а...

Только когда дрожь, сотрясавшая всё тело, утихла, Вален посмотрел вниз на свой член, который всё еще был красным и готовым лопнуть. С куска ткани, который дала Архен, капала сперма. Кап, кап. Внезапно его плоть снова дернулась вверх.

— Ха, бл*дь...

В итоге Валену пришлось, уперевшись лбом в холодную стену, теребить себя еще несколько раз.

***

— Что с господином Неким в последнее время?

— Уже десять дней так.

— Он и раньше нормальным не был. Не обращай внимания, лучше не встречайся с ним взглядом.

Посреди заднего сада, под палящим солнцем. Игнорируя нормальную скамейку и чайный столик, Вален сидел на траве, сбросив обувь. Скрестив ноги в позе лотоса и прикрыв глаза, он слушал вопли демонических птиц: «Хы-о-он! Хы-о-он!».

Горы есть горы, а зов плоти есть зов плоти.

Унизительно, но... пришлось принять тот факт, что его приручило тело Архен. Она принадлежала к расе, специализирующейся на соблазнении всего живого, а человек легко адаптируется к любой ситуации. Он заработал смертельную болезнь — неспособность даже подрочить без помощи Архен, но, если подумать, это закономерно.

Таков был вывод, к которому пришел Вален на рассвете, промучившись всю ночь от чувства вины после того случая в ванной. Непреодолимая сила.

Плотские желания низменны, и поддаться им легко. Главное — не отдать убеждения, даже если душа околдована. В этом смысле Вален неплохо держится против чудовищного соблазна Архен.

...Но воздержание всё же необходимо.

Сегодня утром он чуть не выломал дверь в её спальню. Хорошо, что его рука, чувствительная к опасности, вовремя остановила его, ударив по голове (метафорически).

Вален глубоко вдохнул носом и медленно выдохнул ртом все мысли, порожденные похотью. Благодаря глубокому дыханию хаос внутри немного улегся.

Метод, который он использовал, чтобы терпеть пытки. Работает отлично. Хотя, это ведь тоже своего рода пытка?

Вален встал с более ясным лицом. Хлоп-хлоп. Отряхнул пыль и подцепил ботинки пальцем.

Кто-то тут страдает, как собака, а что делает Архен? Спит себе безмятежно? Он пошел босиком по холодной земле заднего двора.

Специально сделал крюк через банкетный зал, но знакомых лиц там не было. Обычно, если видно трех демонов, то и Архен где-то рядом.

✨ P.S. Переходи на наш сайт! У нас уже готово 142 главы к прочтению!  ➡️ Fableweaver

Приняв ванну, Вален бесцельно бродил по коридорам замка Владыки Демонов. Он заглядывал в разные уголки, словно кого-то искал.

Предчувствие было нехорошим. Ладно бы только Архен не было видно, но сегодня в замке было странно тихо. Обычно вокруг него крутились один-два демона, пытаясь заговорить.

Бам-м-м!

Неподалеку раздался оглушительный взрыв. Грубый звук, похожий на пушечный выстрел, и вибрация, сотрясшая мозг, прокатились повсюду.

Где это? Едва Вален повернулся на звук, прогремел еще один взрыв. На этот раз дело не ограничилось звуком. Налетел ветер, посыпались осколки. Куски стекла, подхваченные вихрем, оцарапали щеку и шею Валена. Холодный и влажный ветер пронесся по коридору замка.

Восточные ворота? Вален перепрыгнул через разбитое окно и побежал через сад. Еще издали он увидел собравшихся демонов.

Обычно ворота охраняли десять-двенадцать рыцарей, но сейчас там сбилась в кучу толпа, превышающая это число вдвое.

Когда Вален приблизился, один демон преградил ему путь.

— Вам лучше не подходить.

Бровь Валена изогнулась. Значит, что-то все-таки случилось. Он давно чувствовал, что атмосфера не такая, как обычно. Эти ребята любят поболтать, как сороки. Обычно, стоит встретиться взглядом, они вываливают кучу ненужной информации.

Но сейчас они с необычно мрачными лицами смотрели в одну точку. Вален оттолкнул демона и пошел туда, куда были устремлены все взгляды.

— Кх-х, хы-ы...

Между двумя скрещенными копьями стоял на коленях черноволосый демон, связанный веревками. Он непрерывно харкал кровью. Вален уже видел это лицо раньше.

«...Через три дня у меня отпуск, впервые за 20 лет. Собираюсь уехать далеко, так что в этом году пропущу фестиваль фейерверков. Жаль».

От его беспечной веселости не осталось и следа, глаза почернели и потухли. Это был тот самый демон, которого знал Вален. Вдруг тот медленно поднял глаза и посмотрел прямо на Валена. Неприятный ветер ударил в лицо, окутывая всё тело.

— Брат...

Сердце ухнуло вниз.

«...Лето?»

Этот голос не мог звучать здесь. В расширенных зрачках Валена отразился кровавый свет. Окружающий мир окрасился в красный и был полностью поглощен им. Звук ветра стих, и возникло ощущение, что он тонет в глубоком море.

И...

— Брат... Мне больно...

Лето, задыхаясь от боли, отчаянно звал Валена. То, что харкало кровью на земле, выглядело не как демон, а как его больной брат.

Почему Лето в замке Владыки Демонов? Сейчас его должен лечить врач, присланный из королевского дворца.

К тому же он похудел еще больше с тех пор, как Вален видел его перед отъездом. Глазницы ввалились, скулы выступали пугающе остро. Рука, обтянутая лишь кожей, тянулась к Валену, словно моля о спасении.

Он знал, что это невозможно, но мысли путались, словно в тумане. Только тревога и страх леденили кровь.

— Брат... Мне больно. Я умираю. Что ты там делаешь? Разве ты не хотел защитить меня?

— Лето.

— Ты не тот брат, которого я знал... Посмотри вокруг. Здесь полно тех, кто убил наших родителей. Не время хихикать и развлекаться, надо убивать их, одного за другим! Пока ты развлекаешься с бабой, посмотри, как я жил. Посмотри на меня!

Лето затрясся всем телом и разрыдался. Он кричал на Валена с яростью. Его налитые кровью глаза, казалось, вот-вот вылезут из орбит, а отчаянный взгляд царапал Валена, как когти.

— Нет. Я не забыл тебя...

— Врешь.

Крупные слезы смешивались с кровью на губах. Кап. Вален ошеломленно смотрел, как они падают с подбородка.

Вален, волоча ноги, пошел к Лето по грязной земле. Ответственность, о которой он на миг забыл, навалилась на плечи тяжестью чугуна. Казалось, кости и внутренности вот-вот лопнут от этого давления.

— Ты ведь весь день думал только о той женщине.

— ...Это не так.

— Ты такой же, как все. В конце концов, я тебе в тягость. Я, родившийся калекой, не умеющий даже держать меч, раздражаю тебя, вызываю отвращение. Если бы не деньги на мое лечение... Нет, если бы меня не было, тебе не пришлось бы становиться наемником. Тебе не пришлось бы терпеть сплетни и домогательства, не пришлось бы терпеть унижения. Верно? Верно же! Моя смерть — вот конец твоего несчастья.

Вален покачал головой с лицом человека, готового сломаться. Иногда он думал, почему жизнь так жестока, но никогда не позволял этому поглотить себя. И уж точно никогда не считал брата причиной своих несчастий.

— Будь честен. Разве тебе не стало легче дышать здесь?

Правда?

Нужно было убедить брата, смотрящего на него налитыми кровью глазами. Но губы Валена предательски онемели. Словно кто-то сжал горло, слова не шли.

— Брат!!

Лето выкрикнул это, изливая всё, что накопилось. Из самой глубины, где кипело и бурлило, всё вырвалось наружу со звоном разбитого стекла. На длинные черные ресницы Валена брызнула липкая кровь.

Вален принял на себя весь взрыв эмоций брата. В голове потемнело, он больше не мог ни о чем думать.

Придя в себя, Вален обнаружил, что выхватывает меч у стоящего рядом демона.

— Некий, очнись! Не поддавайся демонической энергии!

Кто-то кричал на него, но смысл слов не доходил. В этот момент ледяная рука схватила его за запястье.

— ...!

Он хотел грубо отбросить руку, но взгляд зацепился за красные глаза, видневшиеся сквозь сияющие, как лунный свет, волосы. Прямой, пронзительный взгляд пробил пелену. Туман в голове рассеялся, фокус вернулся.

Дзынь.

Вален выронил меч. Он почувствовал, как всё тело покрывается холодным потом.

— Всё в порядке. Это просто галлюцинация от демонической энергии. Вернись и поспи, всё пройдет.

Архен крепко держала Валена за запястье. Так крепко, что костяшки побелели. Эмоции, скакавшие от тревоги, медленно успокаивались, но слова Лето из галлюцинации всё еще эхом звучали в голове.

Тот, кого он считал братом, снова превратился в демона. Он яростно вытаращил глаза и сверлил Валена взглядом. Вдруг челюсть демона широко раскрылась, и толстый язык выстрелил, как щупальце. Вален инстинктивно закрыл собой Архен, и в этот момент раздался глухой звук чвак, словно что-то лопнуло.

Перед Валеном валялся оторванный язык, а вокруг в беспорядке были разбросаны куски плоти, внутренности, волосы и мозг. Раздробленный череп и безвольно обвисшее тело. Из безжизненного глаза скатилась слеза и упала на землю. Кап.

Демон с изуродованным телом тупо смотрел на Валена. Это был пустой взгляд мертвеца.

Ужасное зрелище.

На войне часто случалось, что товарищ, с которым ты ел холодную кашу утром, умирал не прожив и часа.

Вален видел это десятки, сотни раз, но почему-то не мог отвести глаз от этого демона. В груди стоял горячий ком, и мысли исчезли.

Зефер забрал Архен из объятий Валена. Лицо Архен было искажено, словно она сдерживала боль. На её запястье остались багровые следы от пальцев. Видимо, он сжал её слишком сильно, сам того не осознавая.

— Ты убил его?

Тихо спросил Вален. Зефер снял плащ и накрыл им оторванную голову демона.

— Буйство началось уже давно. Спасти его было уже нельзя. Я покончил с этим одним ударом, так что боли он не почувствовал. Наверное.

— Буйство?

— У демонов есть сосуд, вмещающий ману. Если маны мало — это не страшно, но если она переполняет сосуд, разум пожирается. С какого-то момента стали появляться случаи, когда мана значительно превышала предел. Разум полностью уничтожается, остаются только животные инстинкты: голод, похоть, жажда убийства...

Если с момента начала буйства прошло менее полдня, говорят, что ману можно насильно подавить и взять под контроль. Но когда внешний облик уже изменился до неузнаваемости, как сейчас, единственным лекарством оставалась смерть.

Вален наглухо запер свои чувства, чтобы смятение и боль не просочились наружу. Ему не было жаль мертвого демона. Они обменялись всего парой фраз, он даже имени его не знал.

Но его охватило чувство, похожее на то, что он испытал, впервые выйдя на поле боя.

***

— Юный господин! Не бегайте. Вы упадете!

Полная няня бежала, подобрав юбки. Всю ночь шел дождь, и земля была мокрой. Несмотря на её почти умоляющий голос, Лето лишь быстрее перебирал ногами, не думая останавливаться.

В этот момент чья-то рука внезапно вынырнула и перехватила Лето за талию.

— Я же говорил, не мучить няню.

— Брат!

Лето повис на шее Валена, который только что вернулся из академии. Подоспевшая няня, упершись руками в колени, тяжело дышала. Вален достал из заднего кармана носовой платок и протянул ей.

— Ох, спасибо... Давайте сюда сумку.

До экзаменов оставалась неделя. Сумка Валена, набитая учебниками, была тяжелее обычного.

Он не то чтобы любил учиться, но его дух соперничества был настолько силен, что он не мог успокоиться, пока не станет лучшим. Он был умен от природы — узнав одно, мог применить это к десяти другим вещам, а с его упорством первое место было ему гарантировано.

Но это не значило, что он только и делал, что сидел за столом с ручкой. Фехтование, верховая езда, шахматы и карточные игры, требующие стратегии, — везде он был безусловным лидером. Профессора даже спорили за выпивкой, кто из них возьмет Валена в ученики.

Однако Вален не расслаблялся, потому что его оценки по музыке были ужасными. Особенно по танцам — он едва избежал провала.

Когда он исполнял танец с мечом, его движения были великолепны и безупречны, словно он парил. Но стоило появиться партнерше, как он превращался в бревно. Учитель танцев даже вызвал его на серьезный разговор.

«Скажи честно. Тебе не нравится мой метод обучения?»

Учитель, похоже, не мог поверить, что Вален чего-то не умеет.

«Я не знаю, как себя вести, когда танцую с девушкой. Она такая маленькая...»

«Не переживай. Многие девочки хотят танцевать с тобой, даже если потеряют баллы».

«Пожалуйста... Можно я буду сдавать экзамен один?»

«Это против правил».

На экзамене после этого разговора Вален и его партнерша получили низший балл, и ему пришлось встречаться с ней неделю, чтобы загладить вину за испорченную оценку.

Чтобы компенсировать провал по музыке, ему нужно было получить высшие баллы по всем остальным предметам. За месяц до экзаменов Вален начал заниматься в библиотеке академии допоздна, а если что-то не понимал, стучал в двери профессоров.

Из-за этого Лето, оставаясь один, постоянно вытягивал шею, глядя на главные ворота замка. Ближайшая академия находилась в двух часах езды на карете, и чтобы успеть к началу занятий, Валену приходилось вставать гораздо раньше других студентов.

Для больного Лето это было как пытка.

Лето ненавидел период экзаменов. Ему до смерти не нравилось, что Вален, его единственный брат и друг, задерживается. Поэтому, завидев карету Валена, он махал хвостом и бежал навстречу, как щенок, увидевший первый снег.

И Вален, и няня понимали чувства Лето, поэтому не могли его сильно ругать.

Вален на мгновение задумался, глядя на руку няни, протянутую за сумкой. Учебы была гора, но он не мог игнорировать брата, который висел у него на шее и счастливо улыбался.

— Я сам понесу.

— Но она же тяжелая.

— Пахнет дождем, думаю, будет приятно позаниматься на скамейке.

— Я могу принести её позже.

— Жалко терять время на ожидание.

— Ох, ладно... Хорошо. Тогда я протру скамейку до блеска, чтобы вы могли сесть.

Вален кивнул. Лето попытался выхватить сумку у брата, но Вален остановил его.

— Тяжело.

— Я могу поднять такой вес!

— Не можешь. Тебе нужно набрать мышечную массу.

Он безжалостно обрубил детскую гордость Лето. Для Лето Вален не был просто добрым и ласковым старшим братом.

Вокруг Валена было множество линий. Он четко проводил границы во всем: в отношениях с людьми, в допустимой лени, во всех делах, с которыми сталкивался.

И чем ближе к нему была проблема, тем строже он её оценивал. Вален был самым суровым судьей для самого себя, и Лето тоже не был свободен от его правил.

Пока он соблюдал границы, Вален был лучшим братом на свете, но стоило хоть немного переступить черту, как он становился страшнее тигра. Лето знал, насколько строг Вален, поэтому даже не попытался капризничать и отпустил ремень сумки.

— Придется увеличить нагрузку.

— Пока рано. Тебе нужно набрать вес.

— Это нельзя, то нельзя. Почему мне ничего нельзя?

Лето опустил уголки глаз и сказал унылым голосом. Но ответ был...

— Ты занимался математикой?

Сухой, даже холодный. Лето слышал это много раз, но каждый раз удивлялся. Как можно быть таким бесчеловечным?

В глазах Лето брат был идеален. Красивый, высокий, с крепким костяком. Врач не уставал хвалить его, говоря, что он будет расти как на дрожжах. Он был хорош и в боевых искусствах, и в учебе, но с таким характером... действительно, никакой человечности.

Но это ему и нравилось. Ему нравилось, что брат не интересуется свиданиями и ничего не знает о девушках. Если брат приведет кого-то и скажет: «Это моя девушка», Лето не был уверен, что сможет принять это с добрым сердцем. Он хотел быть для брата всем.

Лето разжал руки, обнимавшие шею Валена, и небрежно попятился.

— Может, прогуляемся?

— Куда собрался. Иди сюда.

Вален встал в расслабленную позу и поманил пальцем. Лето опустил плечи и попытался улыбнуться как можно жалобнее.

— Но у меня голова болела.

— Ты ноешь, что голова болит, как только видишь цифры. Кому нравится учиться? Все делают это из чувства ответственности. Решишь одну задачу, вторую — и почувствуешь удовлетворение, станет интересно.

— Мне не интересно! Только сложно.

— Нельзя сдаваться заранее. В жизни есть вещи посложнее математических задач. Если не можешь найти ответ даже на это, как будешь решать остальное?

— Будущий я разберется! Разве математика и жизнь — одно и то же? Что ты знаешь, брат? Что ты знаешь!

Лето закричал, закрывая уши. Вален тихо вздохнул. Он мог бы заставить его учиться силой, но передумал. Ему было жаль, что из-за экзаменов он мало играл с братом.

— После ужина приходи ко мне в комнату. Я буду готовиться к экзаменам, а ты будешь решать пропущенные задачи по математике рядом со мной.

— Э-э. Ладно!

Главное, что не сейчас. Лето энергично закивал.

После этого он играл в то, что хотел Лето. Это была ролевая игра: Вален и Лето сражались на мечах за одну девушку, или разыгрывали сцену встречи предавшего друга. А сейчас Вален был врагом, убившим родителей Лето.

— Умри, убийца моих родителей!

Так. Вален легонько ударил деревянным мечом по запястью Лето. Меч, который Лето держал неумело, упал и покатился по земле. В мгновение ока острие меча Валена оказалось у шеи удивленного Лето. Лицо Лето скривилось, словно он вот-вот заплачет.

— А, брат! Здесь я должен был выиграть!

Вален снял повязку с глаз и осмотрел запястье Лето. Осталось лишь небольшое покраснение, серьезной травмы не было. Пройдет само.

— Я завязал глаза и взял меч в левую руку, чтобы ты выиграл. Ты выбрал себе лучший меч, а мне дал гнилую палку, и всё равно не можешь победить. Это твоя вина.

— Не мог поддаться?

— Куда уж больше.

— Встань на одну ногу.

Лето собрался с духом и схватил деревянный меч обеими руками. Широко раскрыв глаза, которые до этого зажмуривал, он снова закричал и бросился в атаку.

— Пришло время. Убийца моих родителей!!

Так.

И на этот раз деревянный меч Лето жалобно покатился по земле.

Лето топал ногами и бил себя в грудь, возмущаясь. Вален чувствовал себя немного несправедливо обвиненным.

— Если завязываешь глаза, надо двигаться тихо и атаковать внезапно. А ты кричишь во всё горло и топаешь так, что земля дрожит, я не мог не заметить. Нужно использовать свой легкий вес. У тебя центр тяжести слишком низко. Я слышу каждый твой шаг.

— А, брат!

После этого они еще несколько раз разыгрывали сцены с поединками, но Вален в роли злодея всегда побеждал. В конце концов, Лето захныкал: «Справедливость не торжествует, бога нет...»

Но Лето был не из тех, кто сдается. До ужина оставалось еще немного времени. Сгустились сумерки, воздух стал холодным, но это не охладило пыл Лето.

— Хватит играть в роли, давай в прятки.

— Нельзя. Поздно уже.

— Ну один разок. А? А? Ты же завтра опять поздно придешь.

— ...Только один раз. И не вылезай раньше времени, если найду слишком быстро. Капризы не принимаются.

— Ладно. Ладно.

Вален закрыл глаза и отвернулся. Своим приятным голосом он начал обратный отсчет с 30. Напряженный Лето сглотнул слюну.

Надо спрятаться так, чтобы брат умолял меня выйти...

На дерево лезть долго — заметит. Под скамейкой или за камнем — слишком очевидно. Глаза Лето лихорадочно бегали по сторонам.

Взгляд упал на берег озера. Ветер усилился, раскачивая траву и листья. Под прикрытием шума ветра Лето быстро побежал к озеру.

«Нужно использовать свой легкий вес. У тебя центр тяжести слишком низко. Я слышу каждый твой шаг».

Лето тихонько снял обувь. Нельзя шуметь...

— Восемь, семь, шесть...

Когда он успел так быстро досчитать? Испуганный Лето закричал.

— Брат, дай еще 30 секунд. Пожалуйста. Пожалуйста...!

— ...Только один раз.

Вален снова начал отсчет с 30. Лето ухмыльнулся и опустил ногу в воду. От ледяного холода он чуть не вскрикнул. Свернув рубашку и засунув её в рот, он вошел в озеро по пояс. Ветер снова подул, взъерошив сад еще сильнее.

Но была одна проблема, которую он не учел.

Из-за вчерашнего дождя уровень воды сильно поднялся. Обычно здесь было мелко, но сколько бы он ни тянул ногу, дна не было.

От паники он открыл рот. Ледяная вода хлынула в горло, конечности окоченели от холода. Черные волосы Лето расплылись, как плавники, и его начало затягивать в глубину озера.

— ...Два, один. Я иду искать.

Вален обернулся. Вокруг было тихо. Убрав со лба волосы, которые щекотал ветер, он медленно двинулся вперед. Места, где прятался Лето, были предсказуемы. Под скамейкой или за статуей.

Если и здесь нет... Может, зашел внутрь? Нет, времени не хватило бы.

В этот момент что-то попалось ему на глаза. Обувь Лето, небрежно брошенная на берегу.

Не может быть...

Вален бросился к озеру. Не раздумывая ни секунды, он прыгнул в воду. В свете заката он увидел Лето, медленно опускающегося на дно. Вален быстро подплыл и вытащил его на поверхность.

— О боже, юный господин!!

Няня, пришедшая звать братьев, увидела их в воде. Она в ужасе подбежала и помогла вытащить Лето на берег.

Губы Лето посинели, и без того белая кожа стала мертвенно-бледной. Нигде в его теле не чувствовалось тепла.

***

Раздался звонкий шлепок. Няня ахнула и прикрыла рот руками.

Вален, получивший пощечину, молчал. Он не выглядел ни обиженным, ни раскаивающимся. Только опустошенным.

— Из-за тебя Лето чуть не умер! Не можешь присмотреть за братом? Сколько еще ты будешь нас разочаровывать, сколько!

Хелена Людвиг, мать Валена, разрыдалась, выплескивая горе. Она трясла Валена за одежду, едва держась на ногах.

Лето не приходил в сознание уже неделю. Врачу платили огромные деньги за круглосуточное наблюдение, но он лишь повторял, что нужно подождать.

Хелена тоже не спала, боясь, что с младшим что-то случится. Джейден Людвиг, ее муж и лорд замка, пытался успокоить её, говоря, что она тоже свалится, но она не отходила от Лето ни на шаг.

Глубокое чувство вины и любви к ребенку. Хелена чувствовала, что болезнь Лето — это её вина. Естественно, что она больше переживала за слабого Лето, чем за одаренного Валена.

Супруги Людвиг, несмотря на скромный достаток, готовы были влезть в долги ради лечения Лето.

Может, их молитвы были услышаны. Лето начал понемногу набираться сил. И вот, когда в пучине отчаяния появилась тонкая нить надежды, случилось это.

Едва поднявшись, они снова рухнули в бездну.

Хелена жила в страхе, что Лето так и не проснется, и становилась всё более истеричной. В глазах матери, готовой потерять ребенка, не было места ни для кого другого. Даже для Валена.

Виновником всего был Вален. Хотя об этом не говорили вслух, все в замке были уверены, что это вина Валена.

Вален думал так же. Он не чувствовал несправедливости. Потому что это была правда.

Лето был младше его на шесть лет, любил играть и, как и положено брату, не любил проигрывать. Он не смог до конца понять чувства Лето и предвидеть его действия.

Это его вина. Поэтому он готов стерпеть сколько угодно пощечин. Если бы это помогло всё исправить, он бы стерпел всё.

— Госпожа. Юный господин очнулся.

В этот момент пришел помощник врача с вестью. Хелена бросилась к двери, наступила на подол и чуть не упала. Вален подхватил её, но она грубо оттолкнула его руку.

— Лето, Лето!

Лето, исхудавший так, что скулы выступали, а щеки ввалились, с трудом открыл глаза.

— Брат...

Это было первое слово, слетевшее с его пересохших губ. Брат. Хелена, не чувствуя обиды, закивала сквозь слезы.

— Да, да... Твой брат тоже здесь.

Хелена уткнулась лицом в грудь Лето и разрыдалась, выкрикивая имя бога, которому молилась каждый день.

Вален, вошедший следом за матерью, осторожно встал у кровати. Тогда худые пальцы Лето слабо сжали руку Валена.

Она была холодной.

Холод, пробирающий до костей, пронзил кожу. Вместе с облегчением на него обрушилось неописуемое чувство вины, как цунами.

К счастью, он очнулся, но, как и опасались, здоровье Лето ухудшилось. Иммунитет сильно упал, появились осложнения, зрение то улучшалось, то ухудшалось. Ему было трудно даже глотать пищу, а иногда он кашлял кровью так сильно, что промокала одежда.

С ухудшением состояния росли и счета за лечение. Чтобы сократить расходы, супруги Людвиг уволили почти всех слуг. В их число попала и няня, которая растила Валена и Лето с пеленок.

— Ох... Бедные мои мальчики, что же делать.

Лето обмотал голову и уши няни толстым шарфом. Няня не переставала плакать. Ее выгоняли, не дав времени подумать о будущем, а она до последнего беспокоилась о братьях.

Пока Лето прощался с няней, Вален незаметно положил в её сумку кошелек из фиолетового шелка. Это были все деньги, которые у него были.

Он сделал это не из жалости. Кто он такой, чтобы жалеть кого-то.

Уж лучше няня, которая может уйти куда угодно, чем они. Обладая титулом, они были обречены вечно жить в оковах нищеты.

Вален тяжело переживал свою ответственность как будущий владелец замка. Из-за его ошибки жизнь всех обитателей замка была разрушена. Он чувствовал горькое разочарование в себе из-за того, что не имел ни сил, ни возможности исправить это.

Хозяин дома выгоняет слуг, словно бросает их на произвол судьбы... Он скрежетал зубами от собственной беспомощности. Всё, что он мог сделать, — это тайно сунуть им кошелек с деньгами. Это было лишь жалкое самоутешение: мол, я старался позаботиться о вас до конца. Он знал это, но не мог иначе, иначе презрение к себе стало бы невыносимым.

Слуги собрали вещи и покинули замок с первыми лучами солнца.

Небо начало светлеть, становясь синим. Его черные волосы намокли от холодного рассвета. Вален смотрел из окна своей комнаты на вереницу уходящих людей.

Тук-тук.

— Юный господин.

— Войдите.

Дверь осторожно открылась. Бен стоял с виноватым видом.

— Госпожа сказала, что сегодня позавтракает у себя.

Зачем говорить об этом с утра пораньше? Вален молча ждал продолжения. И тут он вспомнил процессию, которую видел только что.

— А.

— Все повара ушли...

— ...

— Я мог бы попробовать что-то приготовить, но не могу же я подать такую еду госпоже...

Вален встал.

— Разве мы в том положении, чтобы привередничать?

— Вы сами будете готовить?

— У меня есть две руки, язык и нос на месте. С сегодняшнего дня кухней занимаемся мы с тобой.

Вален подал заявление об уходе из академии.

Это вызвало бурю обсуждений в школе. Профессора и однокурсники пытались его отговорить. Те, кто смутно догадывался о финансовом положении семьи, предлагали помочь со стипендией, но Вален наотрез отказался.

Валену нужны были не только деньги. Ему нужно было время, чтобы их зарабатывать. Персонал замка сильно сократился, и кто-то должен был заполнить пустоту. Естественно, вся их работа легла на плечи Валена. Утром и ночью он должен был охранять дорогу и собирать пошлину, делая всё, что приносило хоть какие-то деньги.

Он думал, что хуже уже не будет, но тьма под ногами оказалась бездонной.

Курицу, которую он выменял на учебники, он тщательно разделал. Скупщик пытался сбить цену, увидев юного Валена, но Вален заранее узнал цены на подержанные книги. Скупщик, сбитый с толку логичными аргументами Валена, в итоге заплатил даже больше рыночной цены. Благодаря этому Вален смог купить достаточно мяса.

Он разделил мясо так, чтобы хватило на пять дней экономного питания. Один кусок он засолил и завернул в бумагу, чтобы съесть позже на ужин.

Обрезки мяса и внутренности, оставшиеся на разделочной доске, он сварил и разбросал вокруг замка. Он видел бродячую собаку с большим животом, бродившую поблизости. Если повезет, она найдет и съест, а если нет — отберут другие.

Ха-а. Он глубоко выдохнул, выпуская облачко пара. С каждым днем становилось всё холоднее.

Вернувшись в замок, он вымыл руки ледяной водой и надел меховые наушники. Приоткрыв дверь в комнату Лето, он увидел, что тот всё еще свернулся калачиком под одеялом, хотя солнце уже давно взошло.

— А еще ныл, что хочет пойти со мной.

Лето был недоволен тем, что все в доме, кроме него, ходили собирать пошлину. Понятно, что он хотел помочь семье, но на улице было слишком холодно. Простуда, которая для других была пустяком, для Лето могла стать смертельной, поэтому нужно было быть предельно осторожным.

Вчера он так жалобно плакал и умолял, что Вален уже думал взять его ненадолго.

— Сам виноват, что не проснулся.

Щелк. Он осторожно закрыл дверь и обернулся.

— Вален.

Мать шла к нему.

— Мой малыш. Хорошо спал?

Хелена потерла щеку Валена. Еще в прошлом году её руки были мягкими и теплыми, словно пропитанные солнцем. Сейчас и прикосновение, и голос были сухими и шершавыми. Вален поднял голову, посмотрел на неё и коротко ответил:

— Да.

Хелена не была строгой матерью. Скорее, она была из тех, кто слепо кивает на всё, что говорят дети, не разбирая, правильно это или нет. То, что она ударила Валена после того, как Лето очнулся, глубоко ранило её саму и засело в сердце чувством вины.

Вален знал, что она переживает, но не стал говорить об этом. Он не обижался. Он заслужил тот удар.

— Отдохни сегодня утром. Мы с папой пойдем вместо тебя.

— Еще холодно.

— Мы уже сходили на рынок с утра. Мне даже приятно прогуляться с папой, как на свидании. Поиграй с братом. Он будет рад даже просто позавтракать с тобой.

При упоминании Лето Вален замолчал. Ему было жаль брата, который целыми днями сидел один и смотрел в окно.

— Тогда только сегодня, пожалуйста.

— Я бы хотела, чтобы ты просил нас об этом чаще.

— А, мама. Постойте.

Вален остановил Хелену, которая проходила мимо. Встав на цыпочки, он развязал её перекрученный шарф. Белый шарф был слишком тонким для такого холода.

Но, учитывая, что они продали почти всё, это, наверное, был её последний шарф. Вален молча повязал шарф ей на шею заново.

Хелена улыбнулась и поцеловала Валена в щеку. Маленькое пятнышко тепла долго оставалось на щеке, замерзшей от утреннего холода.

***

Лето проснулся только когда солнце было в зените. Вален пообедал с братом, а затем закатал рукава и принялся за уборку в комнате Лето. Он заставил ноющего «давай потом» брата убирать свои вещи, подгоняя его словами. Выбивать пыль и подметать пол — всю физическую работу делал Вален.

Лето быстро устал, просто разобрав свои вещи. Он забрался под одеяло, пахнущее солнцем, и тут же уснул.

Закончив дела, Вален проверил время и вышел из замка. Для смены было еще рано, но дел всё равно не было.

Но что-то было не так.

Он проходил этой дорогой по несколько раз в день, но сейчас странное чувство чужеродности коснулось его затылка. Причина была неизвестна, но смутная тревога скапливалась под ногами. Шаги становились всё быстрее, и в конце концов он побежал. Пробежав какое-то время как безумный, он понял причину этой странности.

Тишина.

Это место, где всегда шумели торговцы, было тихим, как могила. С каждым шагом вперед ветер приносил густой запах крови. Это было дурное предзнаменование.

Обогнув склон и выйдя к началу дороги, Вален застыл. На земле, как тряпки, валялись десятки трупов. Перевернутые повозки, внутренности людей и лошадей, разбросанные так, что невозможно было отличить одни от других.

Кровь, вытекшая из ужасно изуродованных тел с отрубленными конечностями, промочила подошвы его ботинок. Зловещая тишина, где не было слышно даже стонов, словно здесь прошла сама смерть. Всё, что он видел, казалось нереальным, как кошмар.

Вален, который никогда не терял самообладания, впервые задрожал. Он зажмурился и снова открыл глаза, но ужасная картина не исчезла.

— М-мама...

Ему хотелось немедленно сбежать из этого ада, но Вален пошел вперед, переступая через плоть и внутренности.

В этот момент он заметил движение за огромной, как дом, каретой. Обойдя карету, он увидел, как белый шарф, словно на крыльях ветра, летит к нему. Он накрыл его лицо белой пеленой, а когда она спала, он увидел...

Монстра с двумя черными рогами, торчащими из головы.

Четыре пары крыльев, как у летучей мыши, хлопали, а морда была вытянута, как у собаки. В широко раскрытой пасти виднелись острые, как пилы, зубы. Монстр, с которого капала кровь, жевал человеческую плоть, зажатую в руке.

Ледяной ветер оцарапал щеку Валена. Он знал, что нужно немедленно бежать от этого чудовища, но ноги не двигались.

Потому что в когтях этого чудовища были родители Валена.

Тела, пропитанные кровью и безвольно валяющиеся. Жестоко растерзанные лохмотья. Пальцы Валена дрожали так, словно готовы были сломаться. В месте, где живыми были только монстр и он, прозрачная слеза намочила ресницы и упала.

Монстр был слишком занят, пожирая трупы родителей, и не обращал ни на что внимания. Вален поспешно зажал рот обеими руками, боясь, что наружу вырвется звук тяжелого, хриплого дыхания. Воспользовавшись тем, что тварь увлеченно жевала плоть его родных, он сумел сбежать.

Отдалившись на безопасное расстояние, он побежал так, словно лишился рассудка.

Он остановился лишь перед главными воротами замка. Его согнуло пополам, и изнутри хлынул поток рвоты.

Кха, кха.

Вместе с горячим кашлем из глаз ручьем полились слезы. Он выблевал всё, что подступало к горлу, до последней капли.

Пока он стоял, уперевшись руками в колени и тихо стонал, какой-то пес с раздутым брюхом, принюхиваясь, покрутился вокруг Валена и убежал прочь. Мясо, разбросанное утром, уже давно сожрали другие звери.

***

Теперь у Лето остался только Вален.

Брат потерял здоровье, потерял жизненную силу, потерял няню и родителей. И тем, кто отнял у него всё это, был он — Вален.

Если бы он не поменялся сменами с Хеленой, Лето не стал бы сиротой.

Карма настигла его, словно болт, выпущенный из арбалета, изрешетив тело бесчисленными дырами. У Валена не было времени даже на то, чтобы спокойно предаться горю. Он стал владельцем опустевшего замка и был обязан взять на себя ответственность за больного брата.

Вскоре Вален узнал, что чудовище, сожравшее его родителей, было демоном. Похожие нападения случались по всему континенту, и в конце концов Вален выследил эту тварь и убил. Он разорвал конечности демона на куски и бросил их диким зверям.

— Я поймал его.

— И что ты сделал?

— Убил.

— Жестоко? Больно? Он кричал перед смертью?

— Да.

Лето, пребывавший в глубочайшей депрессии с момента похорон, впервые улыбнулся.

Работая наемником и берясь только за тайные миссии по устранению демонов, Вален со временем заработал репутацию «Охотника на демонов».

Каждый раз, когда Вален заезжал в замок, Лето расспрашивал его об охоте. Чем подробнее был рассказ, тем больше ему нравилось. Для брата, которому из-за депрессии и болезни нечасто выпадал повод улыбнуться, истории об убийстве демонов были как дождь в засуху. Вален специально запоминал детали, чтобы привезти их Лето, словно мешок с подарками.

Вален был всем для Лето, но и Лето был всем для Валена. Если бы не брат, неизвестно, какой выбор сделал бы Вален после похорон родителей.

Вален посвящал всего себя единственному выжившему родственнику. Не из-за какого-то великого решения или возвышенных убеждений. Просто так сложилась жизнь, и это стало той движущей силой, что заставляла его идти вперед.

— Лето...

Снова началась бессонница. Стоило закрыть глаза, как всплывало лицо Лето, безжалостно кромсая совесть Валена.

После того как он увидел демона, жестоко убитого у ворот замка, внутри Валена произошла огромная перемена. Рассудок вернулся на место.

Что я здесь вообще делаю?

Он обезумел от похоти, резвился как хотел, и, не чувствуя на себе следящих глаз, ощутил вкус свободы.

На словах он твердил: «ужасно», «мерзко», «оскорбительно», но на деле всё было иначе. Тело и разум расслабились, словно он ушел в долгий отпуск, а отсутствие тревог о завтрашнем дне позволяло спать глубоким сном.

Полностью забыв о Лето, оставшемся в мире людей.

Скрип.

Челюсти Валена сжались. Его единственный брат, Лето, терпит мучительное лечение, надеясь лишь на него, свою единственную опору.

А он, под предлогом того, что был похищен демонами и ничего не может сделать, наслаждался подлым комфортом. Отрицать это было невозможно.

Даже когда демоны, которых он так ненавидел, вторглись в его повседневную жизнь, он не чувствовал ни дискомфорта, ни желания убивать. Наоборот, он привык. Возможность вести себя как вздумается, вдали от тех, кто вечно оценивал его и пытался использовать, давала ощущение, будто ему перекрыли кислород, а теперь он снова может дышать.

Сам того не замечая, он позволил своим предубеждениям дать трещину, затем расколоться и, наконец, рассыпаться в прах. Глупые до одури, трусливые и простые существа. Но они были демонами. Они без колебаний убивали своих же соратников.

Разве не говорят, что люди видят то, что хотят видеть? Подсознательно он начал думать, что демоны, возможно, искренне хотят мира.

Забыв о том, что именно эти твари разорвали его родителей на куски.

Как можно было забыть, став свидетелем того, как они безжалостно вырезали бесчисленное множество людей? Он понял, что нельзя расслабляться, позволяя себе такое халатное поведение. Запоздалая тревога пробудила его сознание.

Палящее солнце осветило его лицо, лишенное эмоций, словно у статуи. Лучи коснулись прямых бровей, задержались на переносице, а затем ярко сверкнули, отразившись от браслета на его запястье.

Щелк.

Раздался звук отпираемого замка, и дверь открылась. Это был Надаль.

— Амугэ. Ты в порядке?

Вален не ответил. Он выпрямился и посмотрел на Надаля. Уголок глаза демона дернулся.

— ...С того дня ты не приходил в спальню Архен.

Губы Валена искривились в насмешке. Контракт. Ах да, он же существовал.

— Хочешь, чтобы я пошел и раздвинул перед ней ноги прямо сейчас?

Оковы, удерживающие Валена. Когда он поднялся, огромная тень растянулась по полу, словно потягиваясь.

— Дело не в этом... Архен беспокоится о тебе.

— Передай, что я польщен до глубины души. И заодно подставлю задницу.

Он собрался выйти из спальни, но Надаль остановил его, упершись рукой в грудь.

— Её всё равно сейчас нет. Человеческая армия вторглась на границу. 200 тысяч солдат, но проблема в том, что детей...

Надаль осекся. Казалось, он на мгновение задумался, но затем снова заговорил:

— Битва предстоит сложная, поэтому Архен лично возглавила поход. Я, Фин и Зефер тоже выдвигаемся сегодня ночью в арьергарде. Мы не оставим Замок Владыки Демонов надолго, но ты ешь как следует.

Надаль утешающе похлопал Валена по груди и вышел из спальни.

Бах.

С тех пор как закрылась дверь, прошло уже много времени, но Вален всё так же стоял неподвижно.

Замок Владыки Демонов останется пустым.

Значит, самая большая угроза — Архен и трое её старейшин — покидают замок?

Более того, на руке у Валена был браслет, позволяющий свободно управлять механизмами замка.

Это всё равно что заключенный, получивший ключи от тюрьмы, пока надзиратель отлучился.

Сердце Валена начало бешено колотиться. Это шанс. Шанс вернуться к Лето. Он не мог вечно сидеть здесь и ждать, пока демоны соизволят его отпустить.

***

Он ждал, пока сгустится тьма. Когда опустились сумерки и белый ворон издал протяжный крик, солдаты начали организованный марш. Их было меньше десяти тысяч. Говорили, что армия людей насчитывает 200 тысяч, так что это войско не составляло и четверти от сил противника.

Но даже этих сил хватит, чтобы нанести человеческой армии сокрушительное поражение.

Тем временем Вален собирал вещи.

Он упаковал недорисованную карту внутренних помещений Замка Владыки Демонов, одну теплую накидку на случай внезапного похолодания, сушеное мясо и различные инструменты, которые могли сойти за оружие.

Наконец, заткнув кинжал за пояс, он заметил кое-что. Кусок ткани, оторванный от юбки Архен. Вален задержал на нем взгляд, а затем затянул лямки рюкзака.

Подготовка к побегу была завершена, но оставалась одна проблема.

Он не знал дороги в мир людей. Хотя он хорошо ориентировался на местности, запомнить путь, занявший два месяца, было сложно. Дорога не была прямой, и по пути встречалось множество мест, куда лучше не соваться, вроде лесов, пропитанных маной, или гнезд троллей, откуда живым не выбраться.

Если бы только была карта, ведущая за пределы границы... Но вряд ли здесь найдутся столь полезные материалы.

Пока он размышлял, в голове внезапно всплыло воспоминание.

«Это зеркало показывает то, что ты желаешь. Его можно использовать лишь один раз, поэтому я берегу его. Когда у меня появится тот, по кому я буду тосковать, я открою дверцу шкафа. Может быть, лет через 100... Вдруг Я захочу увидеть тебя».

Оно сможет указать путь. Но на душе было неспокойно. Вален провел рукой по лицу, пытаясь стереть смятение.

Нет никаких причин для колебаний, так почему же ноги налились свинцом? Это вражеская территория, и нужно бежать как можно скорее, чтобы сообщить Лето, что он жив. Пока Лето не случилось что-то страшное от горя.

Вален мысленно отхлестал себя и поднялся.

Тайная комната юной Архен. Всю дорогу туда перед глазами стояло лицо Архен, расшатывая его решимость. Притворяться, что он не замечает, как замедляется его шаг, было невыносимо. Вален специально прокручивал в голове сцены резни, учиненной демонами. Те самые, о которых он старался не думать.

Стараясь не обращать внимания на холодеющие кончики пальцев, он с силой распахнул дверцу шкафа.

Щелк.

Старые петли издали скрип, и взору открылось серебряное зеркало. Вален не мог заставить себя посмотреть прямо на свое отражение. Скользнув взглядом по скромно украшенной раме, он заговорил так, словно прыгал с огромной высоты:

— Покажи мне безопасный и короткий путь до границы.

Вспыхнул гигантский магический круг. Разноцветные лучи света выстрелили вверх, пронзая магический рисунок и рассыпаясь, подобно фонтану.

Следом раздался оглушительный грохот. Пол под ногами задрожал, лучи света сталкивались, меняя направления. Каждый раз, когда свет касался кожи, казалось, что её режут острым лезвием, а тяжелый гул ветра бил по ушам.

Свет, метавшийся по всем углам комнаты, внезапно собрался в одной точке. И затем…

Бах!

Магический круг разлетелся вдребезги, словно стекло. С ужасающим треском взметнулась черная масса. Она с яростной скоростью устремилась к Валену, широко распахнула черную пасть и проглотила его целиком.

— Угх!..

Только тогда Вален понял, что что-то пошло не так. Окутавший его черный, ледяной ветер превратился в неистовый вихрь. Ковер рвался в клочья, шторы взлетали вверх. Пространство Архен искажалось, превращаясь в хаос, а доносившийся откуда-то вой, похожий на крик, казалось, вот-вот разорвет барабанные перепонки.

— А-агх!..

Мощная демоническая энергия пыталась поглотить Валена целиком. Его ноги скользили назад с противным скрежетом, и, в конце концов, колени подогнулись.

— Кха!

Изо рта хлынула жидкая кровь. Казалось, клыки зверя вгрызаются в спину, перемалывая тело. От чудовищной боли он даже не мог закричать, чувствуя, как жизнь утекает с каждой секундой.

Вален схватился одной рукой за сердце, а другой уперся в пол. Его охватило жуткое, мучительное чувство жжения.

Смерть, от которой невозможно убежать, как ни старайся, нависла над головой. Перед лицом этой колоссальной мощи Вален был ничтожнее муравья, раздавленного пальцем. Он изо всех сил старался не сломаться под натиском боли, но всё было тщетно.

В этот момент рюкзак Валена лопнул с глухим звуком, и его содержимое вывалилось наружу, словно внутренности.

— ...

Когда смерть была уже перед глазами, лоскут ткани от юбки Архен взмыл в воздух, источая белое сияние. Холодный и ослепительный свет, напоминающий её волосы, мягко разлился вокруг, начав оттеснять черную ману. Боль, давившая на Валена, постепенно утихла.

Два света столкнулись, словно меряясь силой. Вскоре бушующая тьма, поджав хвост перед мягкой, но непреклонной силой, отступила. Словно время повернулось вспять: разлетевшийся черный свет стремительно собрался в одну точку и исчез без следа.

Вален лежал ничком, тяжело дыша. Пол был залит кровью, которую он выблевал, а изо рта текла липкая слюна вперемешку с кровью. Вдруг белая рука приподняла его лицо.

— ...Архен.

Она смотрела на Валена сверху вниз с непроницаемым выражением лица. Дрожит ли она от предательства или насмехается? Даже если бы она сейчас отрубила ему голову, ему нечего было бы возразить.

Но Архен своей маленькой ладонью мягко закрыла ему веки.

— Ни о чем не думай, поспи и просыпайся. Но не спи слишком долго.

Обязательно запомни мои слова.

Тело Валена окончательно обмякло. Сознание провалилось в бездонную тьму.

***

Зал Совета в Замке Владыки Демонов.

Потолок был настолько высоким, что казалось, он пронзает небо. На ярусах плотными рядами сидели демоны, устремив взгляды в одну точку. Туда, где под светом всех ламп и вниманием всех глаз восседала Архен.

— Чиновники мира демонов и благородные стражи, внимайте моим словам!

Громогласный мужской голос эхом разнесся по залу.

— Владыка в одиночку отступила во время войны с подлыми людьми, что прикрывались детьми! Солдаты. Впредь не рискуйте жизнью ради такого правителя и не храните верность. Молю, не будьте храбрыми, будьте хитрыми. Ибо даже если вы поднимете меч, чтобы защитить Владыку, она не запомнит вашей преданности.

Посыпались резкие и откровенные обвинения. Едва курфюрст закончил речь, как отовсюду поднялся шум. Половина голосов защищала Архен, другая половина соглашалась с обвинениями. Архен по-прежнему хранила молчание.

— Владыка. Мы — дерзкие подданные. Но мы также те, кто хранит верность и преданность миру демонов. То, что курфюрсты единогласно высказались, должно заставить вас усомниться, действительно ли ваше правление мудро. Сомневайтесь и еще раз сомневайтесь.

Архен, чье лицо всё это время оставалось бесстрастным, моргнула. Всё из-за нагромождения сложных слов. Она слегка повернула голову, взглянув на второй этаж, и встретилась глазами с Надалем. Надаль, Фин и Зефер, которые еще недавно яростно брызгали слюной от гнева, сейчас тоже притихли и закрыли рты. Спросить было не у кого.

— Благородные родичи. Знаете ли вы, почему Владыка вернулась в замок, бросив своих солдат? Из-за человеческого мужчины. Из-за представителя той самой расы, что без конца развязывает войны и лишает наш народ сна.

Стоило одному курфюрсту закончить, как другой тут же подхватывал, словно только этого и ждал.

— С момента восшествия Владыки на трон бесчисленное количество раз вспыхивали войны с людьми. Несмотря на то, что это низшая раса, отсутствие жесткого ответа привело к тому, что весь ущерб лег на плечи нас, демонов.

— Спрашиваю Владыку. Неужели один глупый человеческий мужчина важнее народа? Если это не так, молю казнить его на площади на глазах у всех.

***

— Тьфу, бл*дь! Чертовы старикашки. Нет слов, которых они не посмели бы сказать в лицо Архен!

— Делаешь хорошо — критикуют, делаешь плохо — критикуют. Говорят, раньше курфюрсты даже приставили нож к горлу предыдущего Владыки, требуя самоубийства.

— Созывать совет десять дней подряд — это беспрецедентно. Эти ублюдки всерьез решили свергнуть Архен с трона. О, но не волнуйтесь, Архен, старейшины не согласятся.

— Стыдно, что, будучи вашим господином, Я должна полагаться на вас.

— Ничего подобного. Мы хотим, чтобы Архен полагалась на нас всю жизнь, верила нам и любила... Чтобы мы были вам гораздо ближе, чем этот Амугэ.

Фин, взяв её под руку, потерся лицом о её плечо. Лицо Архен всё это время было омрачено тревогой. То, что курфюрсты начали использовать Валена как повод для нападок, было довольно проблематично. Если не выставить его голову на площади, этот раздор, похоже, не утихнет.

— Кстати... Что вы будете делать с Амугэ? Оставите его при себе?.. Казнить его нам тоже не по себе. Тайком вернуть обратно — может случиться беда похуже...

Надаль почесал переносицу.

— Хоть мы и привязались к нему, но если он угрожает трону, я считаю, его нужно убрать.

Фин, всё так же прижимаясь к Архен, прошептал ей на ухо. Из-за частых стычек с Валеном у них возникла своего рода привязанность через неприязнь, но не более того. Если Архен придется пожертвовать троном ради всего лишь одного человека, правильнее будет избавиться от него.

— Кто знает...

— Он пытался использовать реликвию, оставленную предыдущим Владыкой. Это предательство Архен. Вот же дурак.

Если бы Вален услышал, что его называют дураком, он бы закатил глаза и разозлился. Но его поступок действительно заслуживал именно этого слова.

Разве предыдущий Владыка оставил бы единственной дочери какой попало подарок? Это зеркало можно было активировать только маной Архен. Если бы кто-то другой попытался его использовать, немедленно сработало бы смертельное проклятие.

— Я полагаю, у Амугэ были свои причины.

— Не слишком ли вы с ним носитесь?

— Если бы у него совсем не было чувств ко Мне, он бы не взял с собой лоскут Моей юбки.

Архен почувствовала его с того момента, как Вален открыл дверь в её тайную комнату. Это место было наполнено её маной, поэтому она не могла не заметить вторжения чужака.

Поначалу она не придала этому значения. Он был человеком, чьи мысли читались как открытая книга, даже если он что-то замышлял. И если он чего-то хотел, она была готова дать ему это. Так было до тех пор, пока он не открыл дверцу шкафа.

В тот момент, когда она почувствовала активацию зеркала, в голове всё померкло.

Амугэ умирает.

От удушающей тревоги сердце забилось неровно. Она не могла позволить умереть в мире демонов тому, кого притащили сюда из-за алчности этого самого мира.

Архен развернулась, взмахнув белым подолом. Изумленные старейшины последовали за ней, окликая, но она не слышала ни звука. В голове пульсировала лишь одна мысль: нужно спасти Валена.

Еще не поздно.

Нужно прервать действие проклятия до того, как оно проникнет глубоко в тело. К счастью, Вален находился там, где обитала мана Архен. Это означало, что проводников для перемещения в пространстве было предостаточно.

Архен закрыла глаза и сосредоточилась на магии. Белые лепестки закружились, окутывая её тело. Еще до того, как переместиться самой, она направила поток маны, словно пытаясь потушить срочный пожар. Через вещь Архен, которая была ближе всего к Валену...

Она почувствула то, о чем даже не подозревала. Лоскут её юбки, который она оторвала, чтобы вытереть пот Валена. Зачем он хранит этот мусор? Вопрос мелькнул в сознании, но времени на размышления не было.

Спасенный с таким трудом Вален не приходил в себя уже десять дней. Какие сны он видит?..

— Архен, вы совсем не злитесь? — с досадой спросил Фин.

— А почему Я должна злиться?

Его лицо исказилось от разочарования. Из-за привязанности к ней ему было еще больнее.

— Причин много! Вы должны злиться на то, что курфюрсты вцепились в это, считая себя правыми! И должны злиться на то, что этот ублюдок Амугэ предал вас!

— Предал... Между Мной и Неким №38 такие чувства неуместны. Не забывай, что Амугэ притащили сюда силой.

— Но всё же! Сначала было немного... ладно, признаю, было плохо, но ведь за то время, что мы жили вместе, возникла привязанность.

— Должно быть, он тосковал по дому. Там осталась его семья, его жизнь.

— Почему вы всегда только на его стороне?

Фин произнес это раздраженным тоном и пнул камень под ногами. Камень подлетел неожиданно высоко для такого удара, долго катился и с плеском упал в пруд.

— Я не на его стороне. Я лишь констатирую факты.

— Но это правда, что к этому ублюдку Амугэ вы особенно мягки. Всё ему позволяете... Относитесь к нему по-особенному.

Архен обернулась и посмотрела на Фина с недоумением. Её взгляд словно спрашивал: «Я?». Да, она уделяла Валену больше внимания, чем другим, но никогда не считала это особым отношением. Просто чаще навещала и прислушивалась к его словам.

— Вы знаете, что из-за Амугэ вы становитесь странной? Как тот, кто должен служить Архен, я не могу этого принять. Я подыщу других людей, так что давайте выбросим этого Амугэ.

— Фин. Следи за языком.

— Архен!

— Я никогда не брошу Амугэ.

— Даже если я против?

— Твое мнение не имеет значения для Моего решения.

Фин, казалось, растерялся от реакции Архен, хотел что-то добавить, но закрыл рот. С уязвленной гордостью он закусил нижнюю губу и быстро зашагал прочь. Архен безучастно смотрела ему в спину.

— Ведет себя как ребенок. Не обращайте внимания. Через пару дней остынет, — сказал Надаль, потягиваясь.

Из-за того, что курфюрсты изводили их и днём, и ночью, он не мог нормально спать уже больше недели. Казалось, если бы только было куда приклонить голову, он бы уснул мертвым сном даже посреди поля боя.

Но ныть о том, как ему тяжело, он не мог. По сравнению с тем, что взвалила на себя Архен, его недосып был сущим пустяком.

Именно Архен принимала на себя прямой удар от курфюрстов, да еще и должна была заботиться о территориях, разоренных людьми. Кроме того, безрассудный побег Валена едва не привел к разрушению Замка Владыки Демонов. Для восстановления тоже требовалась сила Архен, а она ко всему прочему взяла на себя уход за Валеном.

О том, что он тронул реликвию предыдущего Владыки, не знал никто, кроме Архен и старейшин. Архен строго приказала молчать об этом.

Фин, которому вечно не хватало любви именно от Архен, обиделся именно на это. Мало того, что она не дрожит от ярости из-за предательства, так еще и защищает виновного, рискуя попасть под шквал критики. Слова про особое отношение не были преувеличением. Хотя Архен, похоже, совершенно этого не осознавала.

— Хм... — Надаль внимательно посмотрел на лицо Архен.

Она из тех, кто никогда не показывает, как ей тяжело, так что, если спросить, устала ли она, она лишь будет повторять «всё в порядке». Надаль сел к Архен спиной.

— Залезайте мне на спину. Я хочу стать ногами для Архен.

Но сколько бы он ни ждал, спины касался лишь холодный воздух, легкой, как пушинка, тяжести Архен не чувствовалось. Озадаченный Надаль украдкой оглянулся. Она просто стояла и безучастно смотрела на его спину.

— Архен?

— Не нужно.

— Нет, почему...

Архен прошла мимо Надаля, и он еще долго не мог сдвинуться с места от шока.

***

Вернувшись в замок, Архен сразу же проверила состояние Валена. Старейшины переодевали его не меньше трех раз в день, но одежда мгновенно пропитывалась потом. Его четко очерченные губы были слегка приоткрыты, выпуская тяжелое дыхание, а глаза, всегда полные силы и ярости, сейчас были плотно закрыты.

Иногда он хмурился, словно видел ужасный кошмар. Каждый раз, когда она клала руку ему на глаза, гримаса боли ненадолго отступала.

Челка была мокрой от холодного пота, а губы, наоборот, пересохли. Его правая рука, от кончиков пальцев до локтя, почернела и сгнила, напоминая обугленную деревяшку. Это было проклятие. Хоть она и действовала максимально быстро, полностью остановить распространение проклятия не удалось.

Сердце Архен было тяжелым, ей казалось, что во всём виновата она.

Мозоли на ладонях Валена были своего рода медалью, которую никогда не получить лентяю. Даже не видя этого своими глазами, можно было понять, насколько жестоко он истязал себя тренировками, чтобы овладеть мечом. Если не удастся полностью извлечь проклятие, возможно, он больше никогда не сможет держать меч правой рукой.

Она каждый день вкладывала все силы в магию очищения, но улучшения были незначительными. Проклятие, наложенное на реликвию, несло верную смерть, поэтому способа его снять изначально не существовало. Архен, по сути, пыталась лечить невозможное.

Надаль, единственный врач в Замке Владыки Демонов, вытер пот, стекающий по подбородку Архен.

— Попасть под такое проклятие и отделаться одной рукой — это уже чудо.

— Если он очнется и узнает, что не может держать меч, жизнь станет для него адом. Бывают жизни, которые мучительнее смерти.

— Я просто боюсь, что, спасая Амугэ, вы сляжете сами, Архен.

— Со Мной всё будет в порядке.

— ...Сначала отдышитесь, потом говорите.

Свет, струящийся из-под её ладоней, устремился к правой руке Валена. Однако невидимый барьер жестко блокировал проникновение света. Две силы столкнулись, издавая треск, похожий на искры, а затем свет рассеялся с глухим хлопком.

От отдачи верхнюю часть тела Архен отбросило назад. Надаль привычно подхватил её под спину рукой.

— Похоже, раз проклятие наложил сам предыдущий Владыка, магией его снять трудно.

Архен нахмурилась и долго смотрела на руку Валена.

«На сегодня она закончит».

Надаль уже начал прибираться, когда это случилось. Архен внезапно наклонилась и прижалась губами к руке Валена. Точнее, она высасывала ртом место, куда проникло проклятие.

— Архен!!

Перепуганный Надаль с грохотом бросил то, что держал в руках, и схватил её за плечи, оттаскивая. Грубым движением он сжал ей щеки, заставив открыть рот, и вытащил всё, что там было. Вязкая черная жидкость потекла наружу.

Побледневший Надаль наклонил её голову вниз. Это было непочтительное действие, продиктованное желанием не допустить, чтобы хоть капля попала внутрь. Он запихнул ей в рот чистую ткань, которую еще не использовал, и напоследок тщательно вытер язык.

— Вы хотите, чтобы я умер от разрыва сердца, делая такое?!

Из-за того, что Надаль силой открыл ей рот и тянул за язык и губы, рот Архен распух.

— Кажется, это единственный способ.

— А если и вы, Архен, попадете под проклятие, что тогда?! У Амугэ — рука, а у вас оно пойдет через пищевод!

— Главное — не глотать.

— А ну-ка попробуйте подержать это во рту!

Надаль протянул стакан с водой. Архен с уверенным видом, мол, что тут сложного, взяла стакан и залпом выпила воду. Выпив всё до последней капли, она даже с облегчением выдохнула: «Фух...». И только потом, словно спохватившись: «Ой», — подняла глаза.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению!  ➡️ Fableweaver

— Выпила.

— Вот видите! Я же говорил, что можете проглотить неосознанно!!

— Перестань кричать. Уши болят.

— Вы сами заставляете меня кричать, Архен!

Надаль грубо выхватил чашку из рук Архен и закричал.

— Козёл слишком много беспокоится.

— Прошу вас... Берегите себя хотя бы вполовину так сильно, как я беспокоюсь о вас.

Надаль приложил руку ко лбу, словно у него разболелась голова. Он понимал, что сколько бы он ни говорил, Архен не перестанет высасывать проклятие, пока оно полностью не исчезнет из тела Валена.

Архен кажется бесконечно мягкой, готовой выполнить любую безрассудную просьбу... Но так говорят лишь те, кто её не знает. Архен — упрямица.

Если она что-то решила, то будет добиваться этого с невероятным упорством. Даже её родители, предыдущие Владыки, не могли справиться с упрямством Архен, так что уж говорить о старейшинах.

Если проклятие нужно высасывать ртом, то уж лучше...

— Я сделаю это.

— Что?

Надаль снял свою черепаховую шапку, его глаза решительно сверкнули. Уж лучше с ним что-то случится, чем Архен подвергнется опасности. Так он не будет стыдиться перед предыдущим Владыкой, когда его похоронят в Землях Вечности.

Он глубоко выдохнул и резко схватил Валена за руку. Тут же Архен схватила руку Надаля.

— Архен?

Архен покачала головой, останавливая его.

— Козёл, тебе нельзя.

Глаза Надаля дрогнули.

«Она беспокоится обо мне?»

От этих слов, четко проводящих черту, он не почувствовал обиды, наоборот, в груди разлилось тепло. Фин дулся, говоря, что Архен относится к Валену по-особенному, но он просто ничего не понимает. Посмотри. Она так сильно заботится о старейшинах, что ты несёшь, наглец Фин...

Архен считала, что лучше пострадает её тело, чем Надаль подвергнется опасности. В горизонтальных зрачках козла навернулись слезы.

Если господин так дорожит своим вассалом, то нет причин, по которым вассал не должен пожертвовать жизнью! Надаль резко вдохнул, проглатывая слезы и сопли.

— Нет! Не беспокойтесь обо мне. Даже если я умру, высасывая яд из Амугэ, и меня похоронят в Землях Вечности, я обязательно спасу этого парня!

Ради Архен!!

Надаль, как воин, готовый к смерти, уже собирался прикоснуться губами к руке Валена, когда рука Архен вынырнула и шлепнула его по лбу.

— Отпустите! Я в порядке!

— Козёл, у тебя слишком длинная морда, не получится.

— ...А?

Надаль с глупым выражением лица медленно выпрямился. Архен подставила ладонь к его длинной морде.

— Попробуй засосать.

Лизь, лизь, лизь, лизь, лизь.

Вместо того чтобы собрать губы и втянуть воздух, его длинный язык вывалился наружу и просто елозил по ладони вверх-вниз.

Черт!!

Из-за вытянутой морды и рта, разрезанного до ушей, он физически не мог всасывать.

Если подумать, Надаль даже вино пил, либо широко разевая пасть и опрокидывая всё сразу, либо через длинную соломинку. Вспомнилось, как Фин каждый раз хихикал: «Архен! Надаль либо дикий зверь, либо зверёныш, впавший в детство!»

— ...

Он думал, Архен останавливает его из беспокойства... А она остановила его просто потому, что он упрямо пытался сделать то, что физически не мог. Зрачки Надаля, осознавшего тщетность своих порывов, потускнели.

«Нет... Это тоже своего рода внимание и любовь».

Но прежде чем умиление по отношению к Архен успело остыть, в голову пришла другая мысль. Это значит, она думала о физиологии Надаля больше, чем сам Надаль.

— Если я не могу, прикажите Фину!

— У Фина слишком острые зубы, нельзя.

— ...И правда, может специально откусить. А! Как насчет Зефера?

— ...

Архен молча посмотрела на Надаля. В этом мире были вещи, которые понимали без слов. Зефер был из тех, кто при десяти попытках отсосать яд проглотил бы его одиннадцать раз. И умирая, сказал бы: «Ха-ха! Обязательно спойте поздравительную песню на моих похоронах, Архен!»

— Козёл. Какая музыка сейчас в моде?

— На похоронах не поют поздравительных песен.

— ...Ты заглянул Мне в голову?

— Я поймал букет.

В своем воображении. Надаль постучал себя по голове.

В комнате повисла торжественная тишина.

— Я найду другого демона, чтобы высосать проклятие. Наверняка есть кто-то со способностями к этому.

— Не нужно. Это случилось из-за Меня, Я и буду нести ответственность.

— Архен!

— Я не хочу с тобой спорить. На сегодня можешь идти.

Надаль был шокирован приказом Архен уйти. К тому же, она назвала его не ласковым «Козёл», а сухим «ты». В это невозможно было поверить. Руки Надаля задрожали.

Если он продолжит настаивать, Архен с ледяным выражением лица может сказать: «Ты утомляешь Меня», и окончательно отстраниться.

Он уже знал, что её упрямство не сломить. Надаль глубоко вздохнул.

— ...Простите за дерзость. Позвольте мне быть рядом, когда вы будете извлекать проклятие. Поймите и мое беспокойство хоть немного.

— Хорошо.

***

— Угх, буэ-э...

— Плюйте! Немедленно плюйте!

— Зефер, не стой столбом, щетку! Неси щетку! Три сильнее, сильнее!

Дважды в день в спальне Валена поднимался переполох.

Каждый раз, когда Архен высасывала проклятие, Зефер и Надаль поднимали суматоху, вычищая ей рот и язык. Один раз щетка залезла так глубоко в горло Архен, что её вырвало всем ужином.

Надаль, силой раскрыв ей рот, тщательно всё проверил. Только убедившись, что зубы сверкают чистотой и следов проклятия нет, он вытер холодный пот: «Фух».

— Сегодня тоже было нелегко.

Губы Архен распухли, словно она поела острой пищи. Она вытерла рукавом потекшие сопли.

— Сегодня Я кое-что поняла.

— Да, говорите.

— Это мучительно.

Над головами двух старейшин словно ударила молния. Курфюрсты заседали в совете почти месяц, и Архен из-за перегрузки спала не больше двух часов в сутки. Архен, которая никогда не жаловалась на усталость, впервые сказала «мучительно».

— Н-неужели... Вы проглотили проклятие?

— Нет.

— Даже если не проклятие, вам есть от чего устать. Опять с рассвета идти в зал совета и слушать абсурдные требования курфюрстов...

— Дело не в этом.

— Скажите же. Если мы можем чем-то помочь, мы сделаем всё.

Архен, казалось, колебалась, затем отвела взгляд. Её взгляд упал на разбросанные по полу щетки, тряпки и еще теплую рвоту.

Поняв намек, Надаль взорвался криком:

— Нельзя! Даже если немного мучительно, вы должны терпеть!

— Ты же сказал, что сделаешь всё.

— Н-но только не это!!

Надаль упал на пол, крича, что лучше пусть ему вырвут рога. В итоге, пока правая рука Валена не вернула свой естественный цвет, Архен пришлось страдать от рвотных позывов.

***

Красная луна повисла на склоне горы. Она тянула за собой темно-синее небо и в мгновение ока накрыла мир. Архен прижала пальцы к глазам, а затем убрала руки. Внезапно навалилась усталость.

Она хотела открыть окно, чтобы впустить немного холода, но передумала. Тело Валена дрожало, словно его знобило. Воздух снаружи остыл, но не настолько, чтобы вызвать такой озноб.

К тому же, Вален, то ли потому что человек, то ли от природы, всегда был горячим. Когда они касались друг друга, его жар передавался её коже.

— Козёл, скажи Мне. Проклятие полностью извлечено, почему Амугэ не открывает глаза?

Надаль вошел с охапкой толстых одеял. Он закрыл дверь ногой и сразу же расстелил одеяла поверх Валена. Это были одеяла с впечатляющим узором из роскошных роз.

— Человеческое тело и разум хрупки, в отличие от демонов. Это раса, которая может схватиться за сердце только от того, что гость на свадьбе пришел в белом.

— Правда?

— Этот парень Амугэ, хоть я и не знаю наверняка... Видимо, у него было много переживаний.

— Иногда слышно, как он стонет, значит, точно видит кошмары, но никаких признаков пробуждения нет. Может, реальность мучительнее кошмаров?.. Такие мысли приходят мне в голову. Раз разум нестабилен, то и тело, естественно, заболевает.

Вален был похож на принцессу из сказки, уколовшую палец веретеном. Его красивые черты лица застыли, словно восковые, и не двигались. Она думала, что всё решится, стоит лишь снять проклятие. Но человеческое тело оказалось таким хрупким и капризным.

Что же мучает тебя так сильно, что ты не можешь открыть глаза?

— ...Нужно принести еще одеял.

Архен вышла и вернулась спустя довольно долгое время. Услышав грохот шагов, Надаль открыл дверь и увидел гору одеял, возвышающуюся над головой Архен. Ошарашенный, он поспешно забрал больше половины ноши.

— Нет, как вы вообще донесли столько всего?!

— Накрывай.

Архен сбросила кипу одеял прямо на живот Валена. Из уст спящего вырвался сдавленный стон: «Угх». Но Архен не остановилась: она начала расправлять одеяла, которые забрал Надаль, и укладывать их слоями одно на другое.

— Думаю, этого хватит.

— Не уверен, что это правильно.

— В таком и в снежных горах будет тепло.

— Он уже не просто красный, он бледнеет. Кажется, кровь перестала циркулировать.

— ...

Она некоторое время смотрела на Валена. Лишь когда его лицо начало приобретать фиолетовый оттенок, Архен и Надаль почувствовали неладное и в панике отшвырнули одеяла.

— Ха-а, ха...

Голова Валена, лежавшего ровно на спине и смотревшего в потолок, безвольно скатилась набок.

— Амугэ!!

Надаль закричал.

— Всё в порядке. Он еще дышит.

— Букет... Я думал, я поймаю букет!

— Амугэ — это не Зефер.

Она никогда ни за кем не ухаживала, поэтому всё, что она делала, выходило боком. Но она не могла бросить Валена, который постоянно стонал и обливался холодным потом, поэтому при любой возможности направлялась в его спальню.

Она проводила у постели Валена гораздо больше времени, чем в собственной спальне. Дошло до того, что старейшины, ища Архен, уже по привычке стучали в дверь комнаты Валена. Иногда, когда Архен приходилось отлучаться по государственным делам, приходили Надаль и Зефер.

Когда Вален, который три месяца держал Замок Владыки Демонов в напряжении, перестал появляться, среди демонов поползли слухи.

— Говорят, господин Амугэ заболел.

— Свалился с высоким давлением? Кто на этот раз провинился, кухня?

— Я знаю одного высшего демона, он сказал, что госпожа Архен заперла его. Говорят, из-за этого даже в совете много шума.

— Эй, разве господин Амугэ из тех, кого можно запереть? Это точно болезнь от гнева. Точно она.

У демонов не было понятия «навестить больного». Если кто-то заболевал, считалось естественным восстановиться благодаря собственной регенерации, а не с помощью врача или чьего-то ухода.

Из-за того, что Вален не выходил из спальни больше месяца, они осознали, насколько ничтожна способность людей к самоисцелению. И в то же время снова поразились скверному характеру Валена.

— Так когда он бил нас дубинкой до полусмерти, он реально хотел нас убить?..

— Мы выжили только потому, что демоны. Будь мы людьми...

Вален, который и так считался пугающим существом среди демонов, сам того не зная, получил титул «еще более пугающего существа».

Но было много демонов, которые скучали по Валену. Без него чистота и вкус еды на кухне начали понемногу портиться, а в коридорах, которые раньше сияли без единой пылинки, теперь катались комки пыли. Даже на тренировочной площадке были те, кто ждал Валена ради советов по любовным делам.

В конце концов демоны начали бродить вокруг его спальни, желая ему выздоровления, а после того как кто-то пустил слух, что «люди дарят цветы, когда навещают больных», перед дверью выросла гора букетов. Жаль только, что самыми популярными цветами в мире демонов сейчас были хризантемы.

Архен занесла цветы с порога и разложила их у кровати Валена.

— Что будет с Амугэ, если он так и не проснется?

— Умрет, наверное.

— ...Если он сбежал в сон, потому что реальность ему ненавистна, я подумала, что можно позволить ему сбежать ненадолго. Но концом не должна стать смерть.

Лучше бы он и правда укололся веретеном и уснул. Он запер свое сознание в клетку, которую создал сам, и снаружи не было способа открыть эту дверь.

Архен наклонилась и положила руку ему на грудь. Когда она приблизилась, её волосы рассыпались по щеке Валена, и их горячее дыхание смешалось. Их лица были так близко, что кончики носов почти соприкасались.

Его ресницы, похожие на полумесяцы, густо окаймляли глаза. Красивая переносица была нахмурена, словно от боли. Архен взглядом очертила лицо Валена.

Раз уж ты сбежал, заставив Меня переживать, то хотя бы там тебе должно быть спокойно.

Говорят, принцесса, уколовшаяся веретеном, проснулась от вечного сна после поцелуя того, кто её любил. Если ты откроешь глаза, можешь крутить веретено сколько угодно. Что угодно, всё в порядке.

— Здесь много тех, кто готов тебя поцеловать.

— Оу. Только не я.

Надаль скривился от отвращения.

***

Ветер влетел через открытое окно. Архен положила на лицо документы, которые долго изучала, откинув голову назад. Перед закрытыми веками плясали и извивались всевозможные буквы. Слишком увлеклась?

Вшух. Очередной порыв ветра сдул бумаги, и они, порхая, упали к её ногам. Наклонившись, чтобы поднять их, она выглянула наружу. Граница между небом и землей уже стерлась во тьме. Глядя на пейзаж, слившийся в один огромный коридор, она невольно вспомнила Валена. Видит ли он то же небо в своих снах?

Когда Архен отодвинула стул и встала, Зефер, храпевший рядом, вздрогнул и проснулся. На его лице лежала тяжелая печать сонливости. Он выглядел до жалости утомленным.

Каждый день поступали петиции от курфюрстов и провинциальной знати. Петиции с требованием казнить Валена и тем самым доказать свою пригодность как правителя.

«Мои вассалы страдают из-за непутевого короля».

Архен сняла свою накидку и укрыла колени Зефера. Вообще-то она хотела накинуть её ему на плечи, но куцый кусок ткани не смог полностью укрыть его спину и соскользнул на пол.

— Не вставай, отдыхай.

— Да-а...

Голова Зефера снова упала на стол. Архен тихо открыла дверь, вышла и перешла мост, ведущий к спальне Валена. Глядя на небо, она вспомнила о Валене, но это не значило, что она хотела его видеть. Ноги сами принесли её сюда. Впрочем, и возвращаться причин не было.

Архен осторожно взялась за дверную ручку. И вдруг почувствовала странность в своих действиях. Она хочет, чтобы Вален проснулся, так правильно ли красться, чтобы не разбудить его?

— ...

Архен с силой распахнула дверь.

— ...Архен?

Её глаза округлились, став размером с блюдца. В спальне Валена уже был нежданный гость.

— Фин.

Хотя называть его гостем было бы неправильно. Клыки Фина удлинились, готовые вот-вот разорвать плоть Валена, а его руки сжимали горло человека.

Стоило Архен слегка нахмуриться, как мощный порыв ветра ударил спереди и отшвырнул Фина. Не успев даже сопротивляться, он беспомощно отлетел и впечатался в стену.

Фин не издал ни звука боли, лишь растерянно смотрел на Архен снизу вверх. Но когда она подошла к кровати Валена, выражение его лица мгновенно изменилось. Он поднялся с лицом, полным не просто недовольства, а нервного напряжения.

— Я не буду тебя наказывать, так что прекрати.

Архен заговорила прежде, чем он успел сделать шаг. В её голосе не чувствовалось ни капли гнева. Лишь присущая ей ленивая усталость. Эта обыденность заставила Фина почувствовать себя еще более жалким.

— Почему вы ничего не спрашиваете?

Дрожащий голос упал на пол.

— Если Я спрошу, тебе станет легче?

Она спрашивала не с сарказмом, а из искреннего любопытства. Если ты хочешь, Я спрошу. Если от вопроса тебе станет легче. Раньше нежность Архен была только сладкой. Настолько хорошей, что хотелось держать её во рту весь день.

Но что сейчас? То, что он принимал за нежность, оказалось не более и не менее чем удушающим безразличием.

Если бы вместо этого человека лежал Фин, проявила бы Архен такой же интерес? Честно говоря, он не знал.

Взгляд, устремленный прямо на Фина, был холодным. От пронизывающего холода глаза, наоборот, обожгло жаром.

— Сегодня я собирался убить Амугэ и свалить всё на вас, Архен. Я хотел доложить, что по вашему приказу лишил человека жизни.

— Из-за курфюрстов?

— Нет. Из-за вас, Архен. Я совершенно не понимаю вас в последнее время. Вы уделяете этому человеку, которого знаете всего несколько месяцев, больше внимания, чем нужно. Вы привели его, чтобы не давать повода курфюрстам, но разве вы не видите, что именно из-за него всё пошло наперекосяк?! Это не та Архен, которую я знал. Этот ублюдок портит вас!

Жар, скопившийся в глазах, выплеснулся на щеки вместе с криком. Фин лучше всех знал, что концентрация привязанности, которую она дарит ему, невелика. Это было меньше половины того, чего он желал, но он мог терпеть, потому что это была Архен.

Если чувства Фина были подобны водопаду, то чувства Архен были росой на травинке. Едва одна капля, упавшая на рассвете. Но он знал, что эта капля — всё, что она бережно собрала за ночь, — вся её сущность.

Архен не была скупа на выражение чувств. Просто её сосуд был меньше и скромнее, чем у других. Пусть другие сочли бы это незначительным, он знал, что для неё это была искренность на пределе возможностей.

И хотя казалось, что Архен ко всем относится одинаково, она всё же выделяла Фина, Надаля и Зефера, относясь к ним чуть более по-особенному.

Жажду, глубокую, как колодец, утолить было невозможно, но эта единственная капля была настолько драгоценна, что помогала держаться. Но сейчас всё было иначе.

Внимание, которое раньше едва капало на них по одной-две капли, теперь полностью изливалось на Валена. А Вален, которому и целого ливня было бы мало, просто позволял этому вниманию утекать сквозь пальцы.

Уродливое чувство неполноценности и гнев, смешавшись в безумный коктейль, свернулись узлом в животе Фина.

Вдобавок к этому, когда Архен попыталась защитить Валена, даже рискуя троном, эти уродливые эмоции взорвались.

Он думал, что налетевший ветер лишь встряхнет листву, но он вырывал дерево с корнем. Он больше не мог смотреть, как Архен ломает крылья из-за одного-единственного человека.

— Я не понимаю, почему вы так слабы именно перед этим человеком. В моих глазах этот ублюдок ничем не отличается от тридцати семи людей, что побывали в мире демонов до него. Ничтожные, жадные, с черными душами. Раз он попал в немилость к курфюрстам, он больше не имеет никакой ценности. Давайте просто уберем его!

— Нет.

Но ответ Архен был твердым. Эта решимость, в которой не чувствовалось ни капли сомнения, была жестокой.

— Почему? Неужели вы привязались к этому ублюдку?

— ...

— Я спрашиваю, он вам нравится?

Слова, вертевшиеся на языке, наконец вырвались наружу.

— Нравится.

Прозвучал ответ, которого он боялся. Фин слегка прикусил губу, его глаза наполнились болью.

Из-за своего безразличного поведения и холодного вида Архен часто вызывала недопонимание у окружающих, но он знал, что она теплее, чем кто-либо. Он был счастлив и рад, что именно он знает её настоящую. Он не хотел делиться этим образом со всеми и давать им равное право знать её, он хотел знать и любить это в одиночку, хотел обладать этим единолично.

Эгоизм, бесконечно расцветающий в сердце Фина, был иным видом любви. Но любви, которую Архен не позволяла.

Тихие слезы прочертили дорожки на его застывшем лице. Если бы только не этот Амугэ. Если бы он не появился, Фин бы не чувствовал себя брошенным.

Он обижался на Архен, она казалась ему жестокой. Обида огненным комом подступила к горлу и вырвалась наружу.

— Когда Я смотрела на небо, Мне вдруг захотелось прийти сюда. Кажется, не из-за Амугэ, а из-за тебя, Фин.

— ...

Слезы затуманили зрение. Мир вокруг расплывался и искажался, но лицо Архен оставалось четким. Знакомое, так любимое им бесстрастное лицо приближалось к нему.

Когда холодная рука коснулась щеки Фина, он неосознанно прижался к ней лицом. Хоть он и обижался на Архен, хоть и злился, прикосновение её кожи было желанным. Оно утешало его самооценку, упавшую на самое дно.

— Ты с детства был ревнивым.

Сквозь зубы Фина вырвалось прерывистое дыхание. В такт биению сердца.

— Не то чтобы Я не понимала твоих чувств. Но ты будешь рядом со Мной всю жизнь, а Амугэ — человек, который вернется на свое место, когда закончится контракт. До тех пор Я намерена делать для Амугэ всё возможное.

Острые углы, что торчали наружу, немного сгладились от одной фразы Архен. «Ты будешь рядом со Мной всю жизнь».

Фин моргнул, и ярость в его глазах, полных обиды, поутихла. Однако детская ревность, которую можно было назвать и страхом, всё еще пульсировала, готовая вырваться наружу в любой момент.

— Я... я всё равно не могу этого принять. Вы же привели этого человека, чтобы защитить мир демонов. Почему вы придаете ему больше значения? Чем этот ублюдок так хорош?

— Я когда-то убивала людей.

— Не может быть... Не говорите, что это из-за искупления. Я лишил жизни гораздо больше людей, чем вы, Архен. Эти ублюдки первыми пересекли границу, и мы лишь защищали нашу землю...

— Это были гражданские.

— ...

— Люди, у которых в руках не было никакого оружия, которые лишь сложили руки в молитве к небу.

Архен говорила тихо и спокойно, словно читала сказку, хотя это была её история. Давно похороненная исповедь звучала сухо.

Для Фина, слушавшего этот рассказ, всё казалось нереальным. Разве не он знал всё, что касалось Архен? В детстве он даже брал на себя вину, когда Архен мочилась в постель. Он был уверен, что знает каждую мелочь, и теперь чувствовал себя так, словно его ударили по затылку.

— Вы... лжете?

— Был период, когда Я потеряла память.

Глаза Фина широко раскрылись. Потрясенный, он схватил Архен за плечи.

— Память о том времени вернулась?

Архен кивнула.

***

12 лет назад. Годовщина смерти предыдущих Владыки и его супруги. Как всегда, курфюрсты прицепились к рогам Архен, дойдя до заявлений, что внезапная смерть предыдущей четы могла быть не убийством.

Архен была вынуждена молчать, несмотря на поток оскорблений, льющийся ей в лицо. Власть курфюрстов была слишком сильна, и она знала, что они только и ждут, чтобы она вспылила. Она своими глазами видела, как тяжело пришлось старейшинам, чтобы возвести её на трон Владыки. Это место не было завоевано ею в одиночку, поэтому она не могла просто так его бросить.

Но в тот день было особенно тяжело.

Как только она начала осознавать это, она почувствовала, как твердый стержень, который она с таким трудом сохраняла, с треском переломился пополам. Она вышла из усыпальницы предыдущего Владыки и пошла куда глаза глядят. Просто шла. Казалось, ей хотелось сбежать туда, где никто её не знает.

Она взошла на трон лишь потому, что в ней текла королевская кровь, но чувствовала себя на нём неловко и неуютно, словно в чужой одежде. Король без рогов. Каждый раз, когда они кричали, что это позор и пятно на репутации демонов, старейшины утешали её, говоря не обращать внимания, но ведь у них самих рога были.

Поэтому даже старейшины, так сильно любившие Архен, не могли полностью понять её чувства. Даже если бы они сочувствовали, понять до конца они не могли. Слова курфюрстов острыми ножами вонзались в сердце неполноценной, безрогой Архен.

Она шла и шла, не разбирая дороги.

Множество людей проходило мимо Архен, некоторые даже заговаривали с ней. Когда она пришла в себя, то поняла, что пересекла границу. Вокруг было полно существ без рогов.

В тот день Архен впервые в жизни увидела людей. Никто не косился на Архен, никто не шептался, глядя на её голову.

Всё, что она видела, было новым. Никто не смотрел на Архен как на обезьяну в зоопарке. Архен почувствовала успокоение от одного только факта, что она принадлежит к категории «обычных».

Она собиралась задержаться лишь ненадолго. Несмотря на то, что это место приносило душевный покой, у Архен было место, куда она должна была вернуться. Но в какой-то момент рассудок затуманился.

На самом деле, воспоминания о том дне, когда она вышла за пределы границы, до сих пор не были полными. Стоило попытаться вспомнить, как возникала боль, словно острый птичий клюв клевал мозг. Может, потому что атмосфера мира людей отличалась от мира демонов? Осталось лишь отчетливое ощущение, что она всё время была в полубреду, словно её одолела неизвестная болезнь.

Из-за сильных снегопадов, что шли в мире людей несколько дней, на улицах было уныло и холодно. Повсюду встречались ледяные корки, которые таяли в полдень и снова замерзали на рассвете.

Архен была босиком. Кожа, открытая во время долгого пути, полностью замерзла. Кончик носа покраснел, словно от обморожения, и даже обоняние притупилось.

Мимо Архен проходило много людей, кажется, она даже перекидывалась с кем-то парой слов. Кто-то удивлялся, кто-то смеялся.

Яркое солнце ударило по глазам, которые всё это время были затуманены. В этот момент рассудок, расплывшийся, как дым, начал обретать форму, и нахлынул чудовищный голод.

Мысли, проникшие в подсознание, мгновенно рассеялись и испарились. Качества короля, ответственность, рога, сожаление о побеге из мира демонов, чувство стыда — всё, что она несла на своих плечах на каждом шагу, отпало. Когда она стояла под солнечным светом, осталось лишь одно желание.

«...Есть хочу».

Вспыхнул огонь, готовый сжечь грудь целиком. Стало тесно дышать, дыхание участилось.

Архен крепко зажмурилась и открыла глаза.

На этот раз перед глазами в непроглядной тьме покачивались маленькие лампы. Она молча смотрела на них. Вшух. Пугающе холодный ветер налетел на Архен, и огни ламп начали удаляться один за другим.

Странное дело. Когда свет исчез, мир, наоборот, обрел четкие очертания. То, что свернулось клубком в животе Архен, медленно начало подниматься. Словно ударили кремнем о кресало, вспыхнула искра, и дыхание стало тяжелым, со свистом. Это был звук, исходящий от неё самой.

У неё не было времени понять, что происходит не так. Голод, скручивающий внутренности, завладел рассудком, и ей хотелось затолкать в желудок всё что угодно.

Бах!

Кто-то уронил лампу. На этом звуке разбитого стекла память Архен оборвалась.

***

Она думала, что находится на холодной улице, но, осмотревшись, поняла, что лежит на алтаре. Сложенный из кирпичей алтарь был прохладным, а пол был уставлен бесчисленным множеством свечей. В изящных статуях, расставленных повсюду, и на страницах книг, написанных на неизвестном языке, смутно ощущалась чья-то одержимость.

Чудовищный голод разъедал рассудок Архен. Из-за мучительной, похожей на пытку, жажды еды все нервы были на пределе, а тело дрожало от запредельной ярости.

Кто-то протягивал ингредиенты Архен, которая при жизни никогда не готовила. Она попробовала жевать прямо с кожурой, но это было невкусно, и она выплюнула.

Но она не сдавалась. Пытаясь хоть как-то утолить голод, она попробовала разделать то, что ей дали. Сдирала кожу, отрывала куски, но съедобного там было мало. В итоге она разбросала всё по полу, так и не проглотив ни кусочка.

Отовсюду несло гниющими продуктами. Вонь била в нос, но голод не утихал. Когда она уже думала, что умрет от истощения, дверь распахнулась, и хлынул свет. Снова принесли еду.

В отличие от тех, что убегали в разные стороны, этот на мгновение замер, а затем пошел прямо к Архен.

«На этот раз охота будет легкой».

С этой мыслью она широко размахнулась рукой.

Но этот юркий экземпляр уворачивался от атак, и с каждой минутой его движения становились всё более умелыми. Сначала лезвие лишь царапало кожу Архен, но позже ему удалось нанести довольно серьезные удары. Будь она представителем другой расы, а не демоном, она бы уже погибла.

«Что я делаю?»

Поесть оказалось слишком сложно. Раздражение начало подниматься волной, когда холодный металл пронзил её солнечное сплетение насквозь.

— Кха...

Изо рта хлынула жидкая кровь. В то же время затуманенный взор сфокусировался. Голубые глаза, смотревшие прямо на Архен, вонзились в неё острее, чем клинок в груди. Туман, застилавший сознание, мгновенно рассеялся, и остановившиеся было чувства вернулись на место.

Ч-что я сейчас делала?

Мальчик одним движением выдернул меч, вонзенный в солнечное сплетение Архен. От отдачи Архен пошатнулась, и её нога ударилась о голову мертвеца. Спина коснулась твердой стены. Архен сползла вниз и села.

Ее руки стали бугристыми, а серебряные волосы, сиявшие так ярко, превратились в тускло-серые патлы. Ни одна часть тела, которую она видела, не принадлежала настоящей Архен.

Почему, почему так... Что это?

Чудовищный шок ударил в голову. Это был момент, когда она, понимавшая слово «страх» лишь теоретически, впервые познала его на самом деле.

Вокруг всё было усеяно истерзанными трупами. Перед лицом этой ужасной сцены Архен полностью застыла, не в силах ни закрыть глаза, ни отвернуться. Приоткрытые губы пересохли, а из обезвоженного тела не могли вытечь даже слезы.

Её руки мелко дрожали.

В этот момент грубые ботинки остановились перед ногами Архен. Это был тот, кто вонзил меч в её тело. Хоть он и был юным мальчиком, в его глазах, глубоких, как бездна, читались следы суровой жизни. Его тело было изранено не меньше, чем у Архен. Он тяжело дышал и шатался, не в силах твердо стоять на ногах.

Особенно страшной была рана на правой ладони. Она была настолько глубокой, что виднелась белая кость.

— П-прости...

Архен с трудом выдавила слова из пересохшего горла. Мальчик поморщился, словно услышал то, чего не должен был слышать.

— Больно, наверное.

Ответа от мальчика не последовало. Неважно. Она и не ждала ответа.

Какую бы жизнь ни прожил мальчик перед её глазами, он оставался человеческим ребенком. Даже в таком состоянии, если бы она захотела, она могла бы убить его в любой момент.

Но Архен даже не подумала об этом, она просто сидела в оцепенении. Она погрузилась в бесконечное бессилие. Если мальчик замахнется мечом, она просто примет удар, будь то сто раз или тысяча.

Мальчик поднял руку. Его лишенные света красноватые зрачки (отсвет?) безучастно смотрели в пустоту. Однако то, что он достал, был не окровавленный клинок, а потертая фляга с водой.

Мальчик жадно напился, а остатки бросил к ногам Архен. Затем он схватил пучок её волос и без колебаний отрезал их ножом.

Архен с недоумением посмотрела на флягу у своих ног. Она чувствовала, что весь рот пересох, как пустыня, но желания пить не возникало. Однако, вспомнив лицо мальчика, который только что с наслаждением пил, её рука сама потянулась к фляге.

Пока она пила воду, мальчик собрал разбросанные по полу конечности и искромсал их. Вокруг них он разбросал волосы Архен.

— Забудь.

Мальчик коротко бросил, стоя спиной к Архен. Голос был совершенно мальчишеским, но в этих коротких словах чувствовалась властность. Архен перелезла через окно, которое открыл мальчик. В голове звучал только голос, приказывающий забыть.

Она бежала не помня себя, и стоило ей пересечь границу, как её облик начал возвращаться. Скелет с жутким хрустом уменьшился, а грубо обрезанные волосы снова стали серебряными и густыми. Последним, что она видела перед тем, как потерять сознание, были бегущие к ней трое старейшин.

***

Фин встретил лучи утреннего солнца лицом к лицу. Рядом с ним всё так же лежал Вален с закрытыми глазами.

Архен, закончив свой рассказ, не задержалась надолго и вернулась в кабинет. Изначально она собиралась лишь мельком взглянуть, в порядке ли Вален, а её ждала гора незаконченных дел.

Слушая историю, которую Архен хранила в тайне, рассудок Фина, ослепленный ревностью, начал проясняться.

— Жалкий ублюдок, кретин, сопляк...

Фин с силой бил себя по голове, бормоча самоуничижительные ругательства. Вместо того чтобы стать для Архен опорой, он превратился в еще одну обузу. А ведь у неё и так на душе неспокойно из-за курфюрстов.

Мало того, что он расстроил Архен своей детской ревностью, так еще и заставил её говорить о том, о чем она хотела бы забыть. Фин вцепился в свои волосы, словно пытаясь их вырвать, и простонал. Он мучительно сожалел о своем глупом поведении, но в то же время чувствовал безнадежное облегчение.

Она не хотела делать Амугэ своим возлюбленным. Она не влюбилась в представителя короткоживущей расы с дурным характером, который даже не умеет ценить Архен. Этого было достаточно.

Сам того не замечая, он расплылся в улыбке. Как только Фин это осознал, он с громким шлепком ударил себя по губам.

Приди в себя, умоляю.

В этот момент дверь распахнулась, и вошел Зефер.

— О? А ты что здесь делаешь?

— А что? Мне нельзя навестить больного?

Зефер почесал живот, глядя на него с недоумением.

— Больше похоже на то, что ты пришел тайком придушить Амугэ, а потом соврать, что это приказ Архен.

— Зефер, ты... Ты же только притворяешься простым, да?

— Правда?

— Ты изменился. Теперь ты не такой.

Амугэ ему по-прежнему не нравился, но за то, что он спас Архен в прошлом, следовало благодарить его сотню раз.

С того дня Фин тоже активно подключился к операции «Разбудить Амугэ». Даже заваленный работой, он не забывал открывать дверь спальни и проверять его состояние. Но лицо Амугэ лишь худело, а признаков пробуждения не было видно.

Трое старейшин и Архен встали вокруг кровати Валена. Надаль заговорил первым:

— Как по мне, вытирать холодный пот и вливать воду в рот — это бесполезно.

— Тогда что нам делать?

— ...Может, побить его? Наложить на ладонь магию усиления тела и врезать...

— Голова Амугэ улетит.

— ...Если не использовать магию усиления, он не почувствует острой боли. Судя по тому, как он жил, он необычайно крепкий.

Снова повисла тяжелая тишина. Фину было особенно трудно долго оставаться в одной позе. Он ёрзал, словно у него шило в заднице, и в конце концов плюхнулся на кровать.

— Говорят же, что он не просыпается из-за проблем с психикой.

— Верно.

— Он не просыпается, потому что ему стыдно, что его поймали на краже. Если мы будем постоянно внушать ему, что нам плевать на его клептоманию, может, он проснется?

Зефер широко раскрыл глаза и захлопал в ладоши: «О!». Воодушевленный реакцией Зефера, Фин тут же приступил к исполнению своего плана.

Он подошел к кровати Валена и наклонился к его лицу.

— А-а! Сегодня впустую сходил. Говорил же, носи с собой побольше денег, тц. Козлы вечно такие скряги.

Фин подал знак Надалю. Тот растерялся от неожиданности, и Фин, нахмурившись, кивнул ему: «Иди сюда!».

Прочитав по губам Фина, Надаль подбежал и, запинаясь, начал:

— П-прости... С завтрашнего дня буду носить много денег.

— Вот именно. Надо же думать о демонах, которые живут воровством.

Два демона еще долго обменивались бессвязными репликами. Но на лице Валена не дрогнул ни один мускул. В конце концов к ним присоединился Зефер.

— А ты сегодня ничего не украл?

— Я украл женские сердца. Барменши Лайлы, Конен, Шаре...

— Да не это!

Зефер порылся в заднем кармане и что-то протянул.

— Фин, это зубная щетка специально для твоих клыков. Я пробовал, классная вещь.

— Эй, ты что, реально украл? У тебя клептомания?

— Нет! Просто нашел на полу, поднял и не вернул!

— Это одно и то же, придурок!

В спальне поднялся шум. План притвориться, что клептомания — это обычное дело, чтобы облегчить чувство вины Валена, провалился. Но совсем безрезультатным это не было. Идея, которую Фин ляпнул не подумав, показалась довольно правдоподобной, и три старейшины решили её доработать.

Так родился новый план. Создать такую обстановку, в которой Вален просто не сможет не вернуться.

Лежать целыми днями в одной и той же спальне скучно, поэтому они вывозили кровать Валена на прогулки, давали подышать утренним воздухом. Для поднятия настроения даже надевали ему на голову венок из цветов.

Четверо демонов таскали украшенную кровать Валена по всему Замку Владыки Демонов. По чисто убранной кухне, по тренировочной площадке, где звенели мечи, и даже за стену, где слуги Восточного крыла тайком курили табак.

— Смотрите, Архен. Кажется, к нему возвращается румянец, не так ли?

— Возможно.

— Значит, работает!

Фину казалось, что лицо Валена стало еще более осунувшимся, чем раньше. Но он не мог остановить Зефера, который был полон уверенности.

Все обитатели Замка Владыки Демонов по очереди, три раза в день, выгуливали Валена. Никто не ленился, все наперебой кричали, что хотят толкать кровать.

Большинство искренне желало ему выздоровления, но у некоторых глаза мрачно блестели. Многие видели, как демоны с кухни, оттащив кровать Валена в укромное место, выговаривали ему всё, что накопилось.

— Не слишком ли это — бить в одно и то же место? То, что у нас быстрая регенерация, не значит, что нам не больно, ясно?

— Где это видано — ломать запястье только за то, что я облизал пальцы в соусе? Господин Амугэ, вы что, никогда пальцы не облизывали? А?! Ну скажите хоть что-нибудь. Молчите, потому что рыльце в пушку!

Сложилась атмосфера, в которой каждый мог высказать Валену всё, что не мог сказать раньше. Демоны наперебой рвались на прогулку с Валеном, и вскоре у его спальни выстроилась бесконечная очередь. Глядя на это, Архен с облегчением думала: «Амугэ любят».

А со временем жалобы начали трансформироваться, и многие стали доверять Валену секреты, которые не могли рассказать никому другому. Вален превратился в «бамбуковую рощу» мира демонов (место для сброса тайн). И снова, сам того не желая, оказался полезен демонам.

***

Перед глазами Валена расстилалось золотое поле.

Это было место, где никогда не заходило солнце. Кое-где виднелись большие пруды, и солнечные лучи разбивались о водную гладь, сверкая, как звезды.

Вален огляделся. Под каждым деревом, в каждой щели между камнями — повсюду густо росли сорняки. Это был не искусственно созданный ландшафт, а природа в её первозданном виде.

В этот момент сзади послышался шум.

Не успел он обернуться, как на него нахлынула толпа. Тишина вокруг мгновенно сменилась гомоном рыночной площади.

— Так-так! Не останавливайтесь, продолжайте двигаться, двигайтесь!!

— Не стойте. Просто идите по дороге!

Среди суматохи выделялся особенно звонкий голос. Сразу было понятно, что он принадлежит ребенку. Они вели толпу в одном направлении, словно опытные проводники.

Фвии-и-ить! Пронзительный свист разорвал воздух, ударив по ушам.

— Эй там! Высокий человек! Сказано же не останавливаться?

Девочка в белоснежной мантии указала на Валена напряженным указательным пальцем. Десять лет? Нет, даже меньше. Маленький ребенок, ростом меньше половины Валена. Девочка с заплетенными набок каштановыми волосами, подняв густые, как у гусеницы, брови, подошла к Валену.

— Шевелись, шевелись!

Девочка схватила Валена за руку и резко дернула вперед.

Уогх!

Сила была такой, что он, сплошь состоящий из мышц, пошатнулся. Взгляды девочки и Валена скрестились в воздухе. Невидимый ток пронзил пространство, и они оба насторожились, думая: «Что это за ублюдок?».

— Я собиралась тебя отшвырнуть... Ты дракон под полиморфом? Нет, здесь невозможно использовать магию.

Девочка всерьез задумалась о сущности Валена. При этом она продолжала тащить его за руку вперед. Останавливаться было нельзя.

— Здесь? Что это за место?

Стоило Валену спросить, как девочка коротко вздохнула. На её лице отразилась усталость, словно таких спрашивающих было пруд пруди.

— Разве есть другое место, куда отправляются мертвецы? Кстати, советую не питать пустых надежд. Мы не в первый раз видим тех, кто отрицает смерть. Хоть катайся по земле и бей ногами — не поможет. Если не хочешь, чтобы с тобой обошлись грубо, иди.

Девочка говорила без запинки, словно зачитывала заученный текст.

— ...Я умер?

Значит, это Царство Мертвых. А вся эта огромная процессия — сплошь покойники. Честно говоря, Вален считал смерть самым счастливым финалом, который он мог встретить. Возможно, умереть вот так, естественно, было самой большой удачей в его жизни. Но...

— ...Позорище какое.

Он никогда не боялся смерти. Он держал меч с мыслью, что может умереть в любой момент. Но он никогда не представлял себе такой жалкий конец. Погибнуть на задании, быть пронзенным вражеским мечом на поле боя или испустить дух после жестоких пыток, сопротивляясь до конца...

Вариантов было много, но умереть от магической отдачи при попытке украсть реликвию — о таком он даже не думал. Левая щека Валена дернулась.

— Какое может быть достоинство перед лицом смерти? Всё одно и то же.

Девочка, услышавшая бормотание Валена, заговорила тоном восьмидесятилетней старухи. Пока Вален в муках закрывал лицо рукой, шедшая впереди девочка остановилась.

— Так, жди своей очереди здесь.

Вален не мог умереть так глупо. Позор позором, но оставались проблемы, которые нужно было решить.

Особенно он не мог оставить Лето одного. Пусть рядом с Лето был Бен, но с их низшим статусом он не мог защитить ни себя, ни Лето. Вален хотел уйти, по крайней мере, заложив основу для их выживания.

И...

«Не спи слишком долго».

Голос, который он слышал прямо перед тем, как закрыть глаза. Голос Архен застрял в голове и никак не хотел уходить.

Будет ли она винить его? Будет ли осыпать проклятиями, называя предателем, и смотреть на него глазами, полными боли и гнева?

В конце концов, Архен и он были врагами. Даже то, что они жили вместе, было по принуждению, а контракт был заключен исключительно ради взаимной выгоды.

Ему не стоило беспокоиться о том, как Архен его оценит. Враждебность была естественна для их отношений. Просто из-за того, что всё странно запуталось, он наделал кучу глупостей.

Теперь всё просто встанет на свои места.

Однако ощущение было таким, словно острый камень катался в груди. Вален решил не пытаться понять это чувство и не задаваться вопросами, а просто оставить всё как есть. Казалось, стоит только осознать это, и пути назад уже не будет.

Сейчас нужно думать только о Лето.

Вален огляделся. Присмотревшись, он понял, что здесь были не только люди. Были существа с головами ящериц, собаки и кошки, бегающие туда-сюда. Медлительных цыплят дети в белых мантиях несли в мягких цветочных корзинах. Звонкое чириканье вплеталось в общий шум.

— Эй, ты.

— Не «ты», а «Лестер». Я главный проводник Царства Мертвых. А-а. Не напрягайся так из-за того, что тобой занялся администратор высшего ранга. Я терпеть не могу всякие формальности.

Девочка отмахнулась с таким видом, словно больше всего на свете любила почести и была одержима этикетом.

— Лестер. Я слышал, что душа должна пройти суд, чтобы попасть в загробный мир. Эта очередь на суд?

— Верно мыслишь. Ха... Вот же головная боль. Почему информация из Царства Мертвых постоянно утекает в мир живых?

— Значит, это место между миром мертвых и миром живых. Тогда, должно быть, есть способ вернуться.

Лицо девочки исказилось. Она несколько раз вздохнула и похлопала Валена по предплечью.

— Давай не будем тратить силы попусту. Я таких, как ты, видела не раз и не два, понимаешь?

— Я не могу умереть вот так...

— Я не могу умереть вот так!! Ублюдки!! Отпустите! Отпустите!!

Огромный мужчина с тучным телом устроил дебош. Он яростно размахивал тяжелыми руками и кричал, брызгая слюной. Присмотревшись, Вален узнал его.

Это был посредник гильдии наемников, который втянул юного Валена в охоту на демонов. Слишком ранняя смерть для того, кто с таким упорством мечтал купаться в золоте.

Проводник схватил посредника за волосы. И со всей силы швырнул его.

Вжух — он рассек воздух и полетел, как стрела. Откуда-то высунулся длинный язык и обвился вокруг туловища посредника. В конце очереди стояла гигантская зеленая жаба. Она проглотила посредника одним махом и начала жевать.

Вален с ужасом наблюдал за тем, как посредника пожирают.

Жаба испражнилась, и наружу вывалилась зеленая слизь. Ребенок в маске ворона подошел с совком, собрал это и унес.

— Видел? Думаешь, ты тут один такой, кто не хочет умирать?

Лицо Валена побледнело. Теперь смерть была уже второй проблемой. Он не мог поверить в то, что только что увидел собственными глазами.

— ...Неужели это и есть суд?

— Ага. Тот, у кого много грехов, становится дерьмом и отправляется в ад, а тот, у кого много добродетели, становится светом и ждет перерождения. Естественно, твоё нынешнее тело и память исчезнут.

Вален подумал, что надо сжечь все книги в королевской библиотеке. Кто говорил о благородном, священном и величественном ритуале? О милосердных богинях, взвешивающих души на золотых весах правосудия? Бл*дь, всё это чушь собачья. Стать жабьим дерьмом!

Вален знал, что даже если отбросить совесть, в рай ему путь заказан. Без всякой надежды — прямиком в ад.

Но! Стать липким зеленым дерьмом, как тот посредник, он категорически отказывался.

— Я возвращаюсь.

— Э-э. Сказано же, нельзя. Стой смирно и жди своей очереди.

Вален уже собирался развернуться. Золотистый свет подлетел к нему и окутал тело, словно веревками. А затем его ноги оторвались от земли, и он поплыл по воздуху.

Валена потащили, ему даже не нужно было идти самому. Бесчисленные головы перед Валеном исчезали одна за другой, и наконец настала его очередь.

— Отпусти, развяжи это!

Крики ничего не меняли. Лестер широко зевнула и, встретившись взглядом с Валеном, помахала ему рукой — видимо, из последней вежливости.

Вален встал перед Жабой Суда. Жаба широко разинула пасть, и стало видно, что она усеяна пилообразными зубами. Какое там величие... Это же просто чудовище.

Он знал, что отступать больше некуда. Он напряг глаза и уставился на тварь, когда внезапно жаба захлопнула пасть. А потом резко отвернула голову, словно обиделась.

Прошло много времени, но жаба так и не собиралась есть Валена. Испуганные проводники подбежали к жабе.

— Что такое? Где застряло? Сзади места нет. Надо быстрее продвигаться!

— Н-нет... Господин Часгуто отказался судить. Такое впервые...

— Что?!

Быстро оценив ситуацию, проводник на этот раз затрубил в огромный золотой рог. Буу-у-ум! Широкое поле задрожало от звука, даже листья на деревьях затряслись.

— Суд временно приостановлен! Души, переместитесь в Приют Покоя и ждите!

Проводники, которые выполняли свою работу как машины, впервые растерялись и заметались в панике. Ситуация с отказом от суда была редкой.

Поднялся небольшой шум, но толпа повалила в сторону приюта. Вскоре на широком поле остались только жаба Часгуто, Вален, Лестер и двое проводников-помощников.

Лестер провела рукой по воздуху. Сверкнул белый свет, и появился блокнот. Увидев блокнот, который сама же и вызвала, она вздрогнула.

— ...Почему Книга Жизни выглядит вот так?

С каждой перевернутой страницей лицо Лестер бледнело всё больше. Наконец, проверив всё до последней страницы, она посмотрела на Валена. Взгляд был таким, словно она смотрела на жуткого монстра.

— Ты должен был умереть уже раз сто... Как ты вообще до сих пор держался?

— Говори понятнее.

— Книга Жизни — это документ, где записаны твои жизнь и смерть. Обычно всё заканчивается на одной странице. Но посмотри на это.

Лестер пролистала блокнот перед глазами Валена. Фр-р-р.

— В тебе смертей на 100 человек.

— Не неси чушь. Я не ел траву бессмертия, как я мог выжить 100 раз?

— Потому что каждый раз, когда смерть настигала тебя, ты умудрялся выживать. Это не вина Царства Мертвых. Мы управляем жизнью и смертью, но не планируем твою судьбу. Это значит, что твоя изворотливость превзошла саму смерть.

Лестер щелкнула пальцами, и блокнот исчез во вспышке света.

— Значит, если постоянно выживать в смертельных ситуациях, можно жить вечно?

— Нет. У каждой души есть отведенный срок жизни. Например... У людей — 80 лет, у демонов — 1000 лет. В этих пределах они могут несколько раз проходить через жизнь и смерть. Иногда, как ты, встречаются настоящие монстры, которые избегают мелких смертей, но в итоге всё равно умирают, когда им исполняется 80.

Зрачки Валена расширились. Книга, в которой записан срок жизни. Значит, там должно быть написано, сколько осталось Лето.

— А можно узнать срок жизни кого-то другого, кроме меня?..

— Исключено. Я даже твой срок тебе не скажу. Если Книга Жизни станет известна другим, в тот же день наши головы...

Лестер провела ребром ладони по горлу.

— Вжик. Все полетят. Слышал про коллективную ответственность? Так что даже не мечтай, давай лучше разберемся с этой ситуацией.

Лестер уперла руки в бока, словно перед важным делом. Затем она обернулась и посмотрела на Часгуто. Жаба всё так же отворачивалась, всем видом показывая, что видеть Валена ей противно.

Двое других проводников стояли по обе стороны от Часгуто и осыпали его лестью.

— Господин Часгуто, вам нехорошо? Может, принести средство для пищеварения?

— Вы же говорили, что закончите диету вчера. К тому же сегодня вы съели всего 10 тысяч душ... От такого не растолстеешь.

— Может, тот человек, которого вы съели чуть ранее, испортил вам аппетит? Прополоскать язык? Откройте рот. Сейчас же приготовим щетку.

Проводники умоляли и пресмыкались, но Часгуто делал вид, что не слышит. Они посмотрели на Лестер и покачали головами.

— Ничего не поделаешь.

Сказав это с решительным видом, Лестер посмотрела на Валена. Вален почувствовал необъяснимую угрозу в её взгляде.

— Что вы творите! Отпустите! Отпустите, говорю!

— Угх!.. Откуда такая сила!..

Двое проводников набросились на Валена, пытаясь раздеть его. Хоть они и выглядели как дети, Валену было с ними труднее, чем с любыми противниками, с которыми он мерился силой до сих пор. В конце концов натянутая одежда с треском лопнула. Мгновенно обнажилось его голое тело.

Они не упустили момент и продолжили действовать. На этот раз на его голову вылили шоколад. Ш-ш-шух. Его окатили так обильно, что невозможно было определить настоящий цвет кожи. В завершение Лестер посыпала его мелко раскрошенными леденцами.

— Мы добавили топпинги, которые вы любите, господин Часгуто. Не упрямьтесь, съешьте его. Ну же?

Часгуто лишь скосил глаза на Валена. Его пасть слегка приоткрылась, и робко высунулся язык. Он лизнул Валена снизу вверх, от ног до головы. Щека Валена смялась под давлением языка и потянулась вверх.

Часгуто лишь причмокнул и снова отвернулся. Это значило, что есть он не будет.

— Он ведь не болен, почему он так себя ведет?

Немного подумав, Лестер велела привести другую душу. Когда её поднесли к Часгуто, он проглотил её в один миг даже без шоколада. Душа превратилась в свет и улетела.

— Проблема не в господине Часгуто, а в тебе, Вален Людвиг.

Остановленный суд возобновился, и Валена перенесли в другое пространство. Это было место, где текла река, широкая, как море.

Изумрудная поверхность воды бурлила. Вален чувствовал себя ужасно мерзко из-за шоколада и слюны Часгуто, покрывавших всё его тело. Он, ковыляя, подошел к реке и уже собирался опустить в неё руки, как грубая сила схватила его за руку и дернула назад.

Затем на лицо ему плеснули холодной водой. Вален, в одночасье ставший мокрой курицей, вытер воду с лица ладонью.

Лестер перевернула пустое ведро вверх дном и плюхнулась на него.

— Это река, соединяющая мир живых и Царство Мертвых. Если упадешь слишком глубоко, умрешь без возможности перерождения. Само твое существование исчезнет без следа. Ты сотрешься из памяти всех, кто тебя знал.

Вален смотрел вдаль, на бесконечную реку.

— Как можно перебраться через эту реку?

— Нужно сесть в лодку, которой управляет паромщик. Как раз плывет.

Лестер вскочила с ведра.

Один мужчина с трудом гнал по течению реки ветхую лодчонку. Руки, сжимавшие весло, дрожали так, что на это было жалко смотреть. Он был кожа да кости, а лицо выражало такую усталость, словно он был готов в любую минуту броситься в воду. Волосы, собранные в хвост, спутались так сильно, что неизвестно, когда их в последний раз расчесывали.

— У меня с ним глубокая связь. Я лично его обучала. Знаешь, кого он уважает больше всего? Представь себе, меня. Хотя во мне ничего особенного... Ой. Эй! Сюда! Харзан!

Лестер высоко подняла свои короткие руки и замахала ими. Паромщик Харзан явно встретился с ней взглядом, но сделал вид, что не заметил, и уставился в небо. Весло направило лодку в сторону, прочь от Лестер.

— Опять заблудился и блуждает. Уже больше 100 лет держит весло, а всё еще есть чему учиться.

— Он же тебя избегает.

— Харзан! Пришла твоя зарплата за этот месяц!

Направление весла резко изменилось. И он начал грести к Лестер с бешеной скоростью. Движения были настолько яростными, что казалось, от его головы сейчас пойдет пар, как от паровоза.

— Ха-а, ха... Кха, кха...

Харзан рухнул на колени, тяжело дыша, словно его сейчас вырвет. Выбившиеся пряди волос уродливо прилипли к лицу.

— Зарплата, где зарплата?

— Конечно, это шутка, друг. До зарплаты тебе ждать еще 8 лет!

Лестер залилась смехом, словно не могла вынести, какая же смешная у неё шутка, а лицо Харзана потемнело до жути. Вален увидел в его лице бездну.

— Я пошел. Занят.

Харзан поднялся, дрожа как осиновый лист. Трудно было понять, от усталости или от гнева.

— Перед тем как уйти, забери этого парня.

Лестер толкнула Валена в спину. Лицо Харзана исказилось от злости сильнее прежнего.

— Отвезти в мир живых того, кто уже ступил в Царство Мертвых?

— Ты новенький, поэтому, видимо, не знаешь. Я объясню, так что открой уши и слушай внимательно. Это случается нечасто, раз в 300-400 лет. Те, у кого связь с миром живых чертовски крепка. Когда Творец дарует жизнь, он возлагает на каждого ту или иную миссию. Видимо, миссия, которую несет этот парень, довольно важна. Это видно уже по тому, что господин Часгуто отказался его судить.

Харзан, который мысленно изрыгал проклятия, впервые выглядел удивленным.

— Господин Часгуто... не проглотил его?

— Да. К тому же душа отказывается покидать тело, и энергия тех, кто жаждет его возвращения, просто огромна. Ему придется вернуться.

На этот раз удивился Вален. Лестер пожала плечами, словно предвидела такую реакцию.

— Странно, ведь он не из тех, кто накопил много добродетели. Видимо, недавно завел новых друзей?

Она спросила с игривой усмешкой, и Вален невольно вспомнил мир демонов. Друзья. Какое нелепое слово.

— Не можем же мы вечно держать его на скамье подсудимых, так что правильно будет отправить его обратно. Случай исключительный, так что и плата будет щедрой, потрудись немного.

Услышав о щедрой плате, Харзан вдруг начал отряхивать пыль с лодки. А затем свободной рукой жестом пригласил Валена.

— Садитесь. Доставлю в целости и сохранности.

Вален уже занес ногу, чтобы ступить в лодку. Как вдруг нос лодки резко накренился. Вода хлынула внутрь, и крен стал настолько опасным, что казалось, лодка вот-вот перевернется. Харзан в панике засуетился.

Лестер поспешно оттащила Валена назад.

— Ч-что это еще такое?!

— Ха, вот же головная боль...

Лестер нажала пальцами на виски.

— Лодка не выдерживает тяжести его кармы.

— ...Что? Она же легко вмещает и 1000 человек.

— Значит, кармы больше, чем это.

Харзан в ужасе замахал руками.

— Т-тогда, может, не стоит возвращать его в мир живых? Это же злодей из злодеев!

— Верно. Но это человек, которого господин Часгуто решил вернуть в мир живых. Должно быть что-то, чего нам, ничтожным существам, не понять.

— ...Даже если это воля господина Часгуто, как его вернуть, если лодка не выдерживает?

— Придется смыть карму.

— Смыть карму.

Уверенно заявив это, Лестер принесла лопату.

— Не думал, что даже в Царстве мертвых придется работать лопатой.

Вален почувствовал неприятное дежавю. Однако пальцы привычно, почти как что-то родное, сжали черенок.

— Так! Тебе нужно почтить память тех, кого ты убил. Выкопай яму в этой земле, закопай один свой волосок и извинись.

— Чертовски хлопотно.

— Эй!

Лестер подпрыгнула и с разворота врезала Валену голенью в спину.

— Кхе!

Вален пошатнулся и накренился вперед.

— Если будешь искренне чтить душу каждого убитого, глядишь, исчезнет хоть один кармический долг. А может, и нет. Ты что, не хочешь вернуться в мир живых? Собираешься вечно торчать тут со мной?

Сказав это, Лестер окинула Валена оценивающим взглядом с ног до головы, словно эта идея была не так уж плоха. «Если воспитать его как подчиненного, может, будет толк?» — читалось в её глазах. Заметив эту странную жадность, Вален поспешно начал копать.

Солнце в Царстве мертвых не заходило. Более того, здесь не ощущалось ни голода, ни сонливости. Вален просто копал, утратив счет времени.

— Джен Ховард.

— Лестер, болтая ногами, назвала имя с ветки дерева.

— Чен Ховард. Прости, что убил тебя, живи там хорошо.

— Не Чен, а Джен! Ты что, не можешь нормально делать?

Тук.

На макушку Валена упал ботинок. Он с силой сжал обувь, словно желая расплющить, а затем с размаху швырнул в небо. Лестер легко поймала ботинок одной рукой и натянула на правую ногу.

Так продолжалось до тех пор, пока число могил, в которых вместо тел покоились волосы, не перевалило за сотню. Вален с силой воткнул лопату в землю. Так и облысеть недолго. Рыть землю, не зная, сколько еще раз придется это повторить, было невыносимо. И еще…

— Спрошу только одно.

— Что?

— Сколько времени прошло в мире живых?

— Дай-ка посмотрю... Шестьдесят восемь дней. Чудо, что твое тело всё еще живо.

Ему казалось, прошло всего два или три дня. Времени утекло гораздо больше, чем он ожидал. Вален занервничал. Как и сказала Лестер, то, что тело продержалось два месяца без еды и воды, уже было чудом.

К тому же он не знал, сколько еще могил предстоит выкопать. Учитывая разницу в течении времени, это могло занять минимум два года по меркам мира живых. И это — по самым скромным подсчетам.

Сейчас, отбросив мысли о миссии и прочем, шанс вернуться существовал только потому, что в теле Валена теплилась жизнь. Если тело умрет, все страдания потеряют смысл. Но Лестер выглядела расслабленной, словно её это совершенно не волновало. Она и правда собирается сделать его своим подчиненным?

Вален должен был принять решение.

— Лестер.

— Почему ты всё время болтаешь? За это время мог бы выкопать еще одну яму. Ц-ц-ц. Нынешняя молодежь.

— Душа исчезает, если просто упадет в реку?

— Нет. Если не заблудишься в потоке, то всё в порядке. Иногда проводники, желая похвастаться мастерством, ныряют и плещутся там. Бесстрашные, правда? Я ловила нескольких и лично наказывала — так они рыдали навзрыд, пуская пузыри из носа. А ведь уже взрослые. Я же не такой уж страшный начальник.

Вот оно что.

Вален отшвырнул лопату и рванул с места изо всех сил. Сидевшая на дереве Лестер даже не успела среагировать. Он гибко изогнулся, словно дельфин, и прыгнул в реку.

Плюх!

Брызги разлетелись во все стороны, попав на ошарашенного Харзана.

— Псих!..

Тело Валена рассекало воду, мощно продвигаясь вперед. Харзан с ошеломленным видом смотрел ему вслед.

— Тц.

Лестер, спустившаяся с дерева секундой позже, встала у кромки воды, провожая беглеца взглядом. Вспышка света ознаменовала появление Книги Жизни. Из-за того, что действия Валена повлияли на Книгу, фолиант окружил магический круг, блокируя страницы. Пока оставалось неизвестным, что будет записано внутри: жизнь или полное исчезновение.

— Хоть кармы у него и много, она не от злодеяний. Он жил, жертвуя собой ради других, поэтому мне стало жаль его, и я хотела забрать парня к себе. А он взял и оттолкнул удачу.

— ...Вы серьезно?

— Этот парень... Даже если ему повезет и он сейчас выживет, пройдет немного времени, и он снова окажется здесь.

— ...

— Он не продержится и года.

Лестер выглядела искренне расстроенной, словно упустила ценный кадр. Хоть их встреча была короткой, Вален ей явно приглянулся.

Наблюдавший за ней Харзан подумал: «Возможно... исчезнуть было бы лучшим выходом».

***

Ледяная вода пробирала до костей, безжалостно заливаясь в нос и рот. Вален продолжал плыть против течения, но конца реке не было видно. Он не знал, сколько времени уже борется с потоком. Лишь по сигналам тела, кричащего от смертельной усталости, можно было догадываться о том, как долго это длится.

— Ха-а, ха...

Видимо, из-за мистической природы реки вода действовала странно. По мере того как Вален продвигался вперед, сознание мутилось, а перед глазами начало разворачиваться прошлое. От самых ранних воспоминаний до момента рождения брата, падения Лето в озеро, гибели родителей... Картины, от которых не было никакой пользы, всплывали с пугающей ясностью.

Не было ничего, что хотелось бы вспоминать с радостью. Вален жил не ради себя, а ради тех, за кого нес ответственность. Ему нужно было срочно вернуться: в мире живых ждала гора дел. Он должен был снова окунуться в ту суматошную жизнь, где его вечно что-то преследовало.

Но, оглядываясь назад, он чувствовал, как перехватывает дыхание. Что изменится, если он откроет глаза? За этими сценами последуют лишь новые, точно такие же. Он даже представить не мог, насколько утомительной и жестокой будет оставшаяся жизнь.

Взгляд мучительно дрогнул. Рассудок начал предательски колебаться. Даже просто грести против течения казалось невыносимо тяжелым.

Зубы стучали от холода, кожа онемела. Движения рук и ног становились всё более вялыми. Стужа словно разрывала тело на куски. Пришла уверенность: если он просто пойдет ко дну, всё станет легко и спокойно.

В тот момент, когда ноги Валена почти остановились, донеслись голоса.

«Попасть под такое проклятие и отделаться одной рукой — это уже чудо».

«Если он очнется и узнает, что не может держать меч, жизнь станет для него адом. Бывают судьбы мучительнее смерти».

«Я просто боюсь, что, спасая Амугэ, вы сляжете сами, Архен».

«Со мной всё будет в порядке».

«...Сначала отдышитесь, потом говорите».

Вода начала показывать то, что происходило с телом Валена в реальности.

Это не были яркие визуальные образы, как в воспоминаниях о прошлом. Но по обрывкам фраз он мог восстановить картину. Он жадно вслушивался в разговоры о том, как Архен высасывала проклятие, чтобы спасти его правую руку, или как демоны с кухни ругали его. Особенно он ждал слов Архен. Но из-за нечеткости звука лишь сгорал от нетерпения.

Разве она не знает, что Вален пытался украсть реликвию её родителей? Иначе она не стала бы заботиться о нём с такой самоотверженностью.

Вален всегда был тем, кого использовали и выбрасывали. Он привык к такому обращению и даже сам на себя махнул рукой. Потерять руку? Пф-ф. Напьется в тот же день до беспамятства и забудет. Но Архен не отнеслась к этому легкомысленно.

Почему? Зачем? Кто я такой?

Её тепло хлынуло в сердце. Это чувство было обременительным, потому что он никогда его не знал. Но оно оказалось таким желанным, что захотелось удержать его в руках. Он знал, что не должен так думать, но не мог унять жадность, расцветающую в душе. Сейчас было неважно, демон Архен или нет.

Валену нужно было тепло, которое она давала. Он хотел снова услышать её спокойный голос: «Всё в порядке», «Делай как хочешь». Он почувствовал, как застывшая кровь снова начала циркулировать до самых кончиков пальцев.

В этот миг тепло, о котором он только думал, ощутилось кожей. Это не было жалкой предсмертной иллюзией. Это было реально.

Тепло тянулось вдоль широкой реки, словно луч света. Вален использовал его как компас и снова поплыл. К истоку реки. Дальше, дальше.

И когда он наконец увидел место, где всё было залито ослепительно белым сиянием, то смог вздохнуть с облегчением.

«Я возвращаюсь».

Шагнув в этот свет, он потеряет все воспоминания о Царстве мертвых.

Вален резко открыл глаза. Казалось, именно так это и должно было случиться.

С трудом подняв тяжелые веки, он увидел черное ночное небо. Бесчисленные звезды, готовые вот-вот пролиться дождем, прохладный воздух и луна. Луна, цветом напоминавшая волосы Архен. Точно такая же, как в мире людей.

Вален завороженно смотрел в вышину.

Та самая луна, которую он так жаждал увидеть перед отправкой в мир демонов, теперь висела перед ним, словно мираж. Были времена, когда он думал, что больше никогда её не увидит. Но сейчас она светила мягким светом, величественно плывя среди звезд.

Сон ли это? Снилось ли ему когда-нибудь что-то столь прекрасное?

Вскоре Вален почувствовал тепло тела, прижавшегося к боку. Не сон — реальность. Как только пришло осознание, воспоминания о том, как он открыл шкаф Архен, нахлынули подобно цунами. Вместе с раскалывающей головной болью всплыл и голос Архен, который он слышал урывками.

Архен.

Вален поспешно повернул голову к источнику тепла. Это она. Она разбудила его...

— ...Амугэ? Кха!

Козлиная морда нависла так низко, словно собиралась поцеловать Валена в губы. От испуга он рефлекторно выбросил кулак. Надаль, получив внезапный удар, с болезненным стоном скатился с кровати.

Бах!

На шум сбежались демоны.

— О, господин Амугэ очнулся!

Чей-то выкрик стал сигналом, и демоны загалдели, толпясь вокруг. Мелькающие лица заслонили ночное небо. Перед глазами всё поплыло, голова заболела так, словно её сейчас раздавят. Стоило Валену нахмуриться, как Архен легко махнула белой рукой.

— Я знаю, что вам многое хочется сказать, но сегодня воздержитесь.

Вален повернул голову к Архен. Это было не осознанное действие, а естественное движение, подобное тому, как цветок поворачивается к солнцу.

В мыслях царил хаос. Он отчетливо помнил: попытка сбежать из Замка Владыки демонов с треском провалилась, он потерял сознание. В тот миг, когда он подумал: «Умираю жалкой смертью», белый свет вырвал его из лап небытия.

Он прекрасно понимал, что этим светом была Архен.

Боль раскалывала череп пополам, но всё внимание Валена было приковано к её лицу.

Сильно ли она злится? Должно быть, чувствует себя преданной. Даже если она сейчас отрубит ему голову, возразить будет нечего. Ведь контракт первым нарушил именно он.

Однако, вопреки ожиданиям, на лице Архен не было ни тени гнева. Впрочем, и радости от пробуждения Валена, в отличие от остальных демонов, она не выказывала. Она оставалась спокойной и непоколебимой, как то огромное дерево, которое Вален когда-то пересаживал.

— Пока не напрягайся. Твое тело сильно ослабло.

Мягкий голос опустился на него, словно успокаивающее похлопывание.

— Ты... зная, что я сделал...

— Об этом поговорим позже, — с мягкой решимостью пресекла она.

Вален некоторое время смотрел на неё, слегка хмурясь, а затем отвернулся. Голова всё еще гудела. Мышцы ныли от любого резкого движения после долгого бездействия.

— Ах ты ублюдок! Как можно махать кулаками сразу, едва открыв глаза?!

Надаль со слезами на глазах держался за нос.

Вален почувствовал, как накатывает раздражение. Так вот кому принадлежало то тепло, которое он чувствовал во сне, — этой козлиной морде.

Твою мать, когда к тебе прижимается кто-то с горизонтальными зрачками, кулак вылетает сам собой. Вален считал, что проявил невероятное благородство, не вырвав Надалю рога.

— Только попробуй еще раз прислонить ко мне свою тушу. В следующий раз сломанным носом не отделаешься.

— Т-ты, т-ты!..

Надаль, пораженный такой черной неблагодарностью, задохнулся от возмущения:

— Амугэ, ты дрожал всем телом даже под одеялами, поэтому я грел тебя! Думаешь, здесь есть кто-то с мехом теплее моего?!

Лекаря чуть удар не хватил от скачка давления, но Валену было плевать. Уделять внимание какому-то козлу сейчас хотелось меньше всего.

На самом деле его состояние было настолько паршивым, что он чудом сидел с прямой спиной. По вискам тек холодный пот. Вален собирал последние крохи сил, чтобы следить за настроением Архен. Если бы мог, вскрыл бы ей череп, чтобы заглянуть в мысли.

Поймав пристальный взгляд Валена, Архен склонила голову набок. Казалось, она искренне не понимала, почему он так хмурится.

Вскоре она протянула к нему руку. Вален едва заметно вздрогнул, но уклоняться не стал.

Архен похлопала его по груди, словно утешая, и беззвучно, одними губами произнесла: «Ложись».

Выражение её лица даже с натяжкой нельзя было назвать ласковым — всё то же привычное безразличие. Но движения маленьких губ, осторожно роняющих слова, хватило, чтобы растопить напряжение в сердце Валена.

Как только она дала разрешение, тело мгновенно обмякло. Вален снова опустился на подушку, и Архен укрыла его одеялом до подбородка. Вален, который во время войны с пробитым бедром и боком прорывался сквозь ад битвы, отвергая помощь, сейчас полностью доверил себя этому демону.

Он медленно вдохнул. Холодный воздух лунной ночи проник глубоко в легкие. Только теперь он почувствовал, что жив. Он был уверен, что у него нет привязанности к жизни, но, глядя на раскинувшееся небо, понял: это не так уж и плохо.

— Ты спал три месяца. Какой же сон тебе снился, что ты так задержался?

— ...Не помню.

***

С того момента, как он очнулся, прошла неделя.

Говорили, что он спал долго, но большая часть воспоминаний была отрезана, словно ножницами. Остался лишь голос Архен, который он слышал сквозь забытье. Её характерный мягкий тон, гладивший израненные осколки его души.

Вален с силой сжал и разжал правую руку. Пальцы слушались, хотя былой мощи в хвате пока не чувствовалось. Со временем восстановится.

Так или иначе, побег провалился.

Вален скрестил руки и одним движением стянул рубашку. Обнажилось твердое, как камень, тело без грамма жира. Оно не было безупречным, как у античной статуи: кожу испещряли следы уколов, порезов и ожогов. Другие бы поморщились при виде этих шрамов, но для Валена они были естественной частью жизни.

Странным ему казалось другое — тело Архен. Чистое, без единой царапины. Почему оно такое гладкое и мягкое? Именно поэтому он так часто бесцельно сминал её плоть во время близости.

Вален критически осмотрел себя. Из-за долгой комы мышцы не спешили возвращаться в тонус. Благодаря годам тренировок рельеф остался глубоким и четким, но объемы груди и бедер заметно ушли.

Взгляд снова упал на правую руку. В памяти всплыл разговор Архен и Надаля, услышанный в полубреду.

В эти дни, глядя на свою руку — совершенно чистую, без следов гниения, — Вален испытывал странное чувство. Словно он ступил на землю с текстурой, которую никогда раньше не ощущал. Равновесие опасно колебалось, и он не мог понять, хорошо это или плохо. Возможно, его просто сбивала с толку непривычность происходящего.

Но превыше этого чувства стоял вопрос: почему? Понять, что у Архен на уме, было невероятно сложно.

Вален отвел взгляд от руки и надел свежую рубашку. До завтрака оставалось время, он планировал немного размяться на тренировочной площадке.

Не успел он подойти к выходу, как дверь распахнулась без стука. На пороге стоял Надаль.

Вален невольно скосил глаза за плечо демона. Архен не было. Он почувствовал, как силы покидают его, навалились неконтролируемое раздражение и лень.

— Чего тебе?

Надаль всё еще дулся за удар в нос. Похоже, он ожидал слезных объятий или сцены, где Вален глубоко раскаивается и красиво молит о прощении.

— Я каждый час заходил в спальню, переворачивал тебя то так, то эдак, чтобы пролежней не было! А ты мне душу переворачиваешь?!

— Прямо поэт. Зачем в рифму говоришь? Тоже на кухню работать собрался?

— Не пропускай мимо ушей! Я серьезно!

— А где твой начальник? Почему один пришел? — бросил Вален.

— Начальник? А, если ты про Архен, то сегодня даже не надейся её увидеть.

Надаль по-хозяйски прошел в спальню и плюхнулся на диван.

— Чего стоишь? Садись. Даже если ты неблагодарная тварь с черными волосами, осмотр провести надо.

— Зачем?

— Такова благородная миссия и профессиональный долг врача...

— Почему мне не стоит надеяться её увидеть? — перебил Вален, не сдвинувшись от двери.

— К госпоже Архен кое-кто пришел. Старые пердуны, упертые и болтливые до ужаса. Наверное, продержат её весь день...

Надаль, открывавший свой чемоданчик, вдруг поднял голову.

Валена в спальне уже не было.

Вален направился не на тренировочную площадку, а к спальне Архен.

С момента его пробуждения прошла неделя, но по-настоящему поговорить им удалось всего пару раз. Чем она так занята? Архен ненадолго заходила к нему утром или в обед, перекидывалась парой фраз и исчезала куда-то вместе со старейшинами.

Близость, случавшаяся прежде каждые три дня, после его пробуждения прекратилась. Разве суккубы не умирают, если долго не получают энергию?

Кстати, а как она питалась те три месяца, пока он был в коме? Неужели нашла замену? Или другие демоны...

— ...

Вален, широким шагом меривший коридор замка, резко замер. При мысли о том, что Архен могла кувыркаться с другими, неконтролируемое раздражение ударило в голову. Внутри всё скрутило от злости.

С пугающе холодным взглядом он уставился в конец коридора, где находилась её спальня. Чувствуя, как в груди разгорается пламя, он откинул волосы назад.

— Смешно.

С губ сорвался короткий смешок. Разве это не противоречие? Если Архен выбрала донором кого-то другого, это же к лучшему.

К тому же первым нарушил контракт именно он. У него не было ни причин, ни права злиться, но обуздать эмоции не удавалось.

Он почувствовал отвращение к самому себе.

Вален провел языком по внутренней стороне щеки и глубоко вздохнул. Словно силой запихивая уродливые чувства обратно вглубь, он снова зашагал вперед.

Даже если она суккуб, может, она сумела продержаться три месяца без подпитки? На теле Архен не было видно следов любовных утех. А ведь еще три месяца назад она ходила в синяках и засосах.

Черт. Он не понимал, зачем вообще анализирует следы на теле демона. Мозг работал так же лихорадочно, как при разработке стратегии перед большой войной, но он сам чувствовал абсурдность ситуации.

И не менее нелепым было то, что именно он, предатель, теперь сходил с ума от невозможности встретиться с ней.

— Разве это не вы должны требовать от меня объяснений?

Ему надоело ломать голову над её прохладной реакцией. Сегодня он добьется ответа: как она собирается поступить с ним.

Приняв решение, он ускорил шаг. Но сегодня что-то было не так. В отличие от обычных дней, в замке стоял шум. Демоны, как правило, просыпались поздно, и в это время, за исключением кухни, везде царила мертвая тишина.

Чем ближе он подходил к спальне Архен, тем отчетливее слышал голоса.

— Вы хоть представляете, какой хаос сейчас царит в мире демонов?!

— Достаточно было казнить всего одного человека! Почему вы так с ним носитесь?..

— Вы хотите сказать, что встанете на сторону человека, а не нас, демонов? Может, из-за отсутствия рогов вы с ними так хорошо ладите?

Из-за массивной двери доносились крики — кого-то явно загоняли в угол. Голоса были незнакомы. Вален интуитивно понял: это те самые старикашки, о которых говорил Надаль. И нетрудно было догадаться, что человек, которого они обсуждают, — это он сам.

Значит, все эти оскорбления сыплются на Архен. Но как он ни прислушивался, её ответа не было слышно. Он легко представил, что происходит внутри.

Архен не должна выслушивать этот бред. Сначала ей нужно разобраться с ним.

Одного взгляда на ситуацию хватило, чтобы всё понять. Эти так называемые старейшины — закостенелые и авторитарные типы. Вален умел обращаться с такими проще простого.

Он сунул руку в карман и постучал ногой. Открывать дверь даже не пришлось — он просто повысил голос:

— Господа! В особняк пришел какой-то пацан и устроил скандал, требуя позвать вас.

За дверью повисла тишина. Поток оскорблений оборвался. Вскоре створка распахнулась. Первыми высыпали несколько побледневших демонов; остальные, раздраженно вздыхая, неохотно поплелись следом.

Вален проводил взглядом выходящую толпу и скользнул внутрь.

Щелк.

Он запер дверь на замок.

— ...Ты?

Архен сидела в центре длинного дивана. На столе не было даже чашки чая; она держалась напряженно, не откидываясь на спинку. Лицо выглядело изможденным. Вален сел рядом, словно это было его законное место.

Удивленный взгляд Архен прикипел к нему. Вален повернул голову и встретился с ней глазами.

— Чего уставилась?

— ...Мне показалось, я слышала твой голос. Думала, галлюцинация. Но зачем ты это сделал?

— Не хотел уступать тебя другим. Я хочу о многом спросить.

— Ты специально соврал, чтобы выгнать их? А если бы тебя раскусили? Зачем так рисковать?

— Этого бы не случилось. Чем выше такие типы задирают нос и чем безупречнее притворяются, тем больше у них грязных секретов.

Вален легонько коснулся кончика носа Архен указательным пальцем. Она вздрогнула и моргнула.

— Грязных секретов?..

— Кто-то тайком от жены встречается с ребенком, у кого-то внебрачные связи. Причин может быть много.

Архен кивнула с видом «вот оно что»:

— Понятно. Мне тоже стоит как-нибудь попробовать это использовать.

— Нет. Тебе — ни в коем случае.

Почувствовав необъяснимую тревогу, Вален твердо запретил ей это. Архен поджала губы, выражая недовольство, но возражать не стала.

Некоторое время они молчали. Повисла странная, но не тягостная неловкость. Наконец Архен заговорила первой:

— О чем ты хотел спросить?

Она вела себя так, словно готова выложить всё как на духу. Эта покорность пришлась ему не по душе.

Вален полностью развернулся к ней, закинул ногу на диван, а руку небрежно положил на спинку. Поза была развязной, далекой от позы внимательного слушателя.

Но взгляд оставался бесконечно серьезным. Вален изучал лицо Архен спокойнее и тщательнее, чем когда-либо.

— Твои истинные чувства.

— ...

— Что ты хочешь сделать со мной после того, как я украл реликвию твоих родителей и пытался сбежать? Что ты чувствуешь? Почему спасла меня? Почему, зная об опасности, высосала проклятие из моей руки?..

— По... подожди. Слишком много вопросов.

— Почему ты не рассказала другим, что я вор? Почему защищаешь меня, даже терпя оскорбления от этих грязных старикашек? Чего ты в конечном итоге от меня хочешь?

Вопросы лились потоком, ровно и без запинки. Архен, пытаясь обдумать каждое слово, растерялась. Похоже, ей было трудно угнаться за его темпом.

Валену становилось всё более не по себе, когда он озвучивал свои сомнения. Всё это было слишком странно. Зачем она так жертвует собой ради него? Ради энергии? Он догадывался, что его сила привлекательна для суккубов, но не настолько же, чтобы рисковать жизнью.

Может, дело в интеллекте? Она не знает, когда нужно проявить жесткость, и, зациклившись на мирном соглашении, не видит ничего вокруг?

Иначе объяснить её самоотверженность было невозможно.

— Потому что я хочу беречь тебя.

— ...

— Других причин нет. Это всё.

Ответ, сорвавшийся с губ Архен, был таким, какого Вален не слышал ни разу в жизни. Голова, готовая взорваться от мыслей, мгновенно опустела.

Он забыл, как моргать, и просто тупо смотрел на неё. Неведомое чувство растекалось внутри холодом, пробирающим до костей. Он не мог пошевелить даже пальцем.

— Ты в порядке?

Все мыслительные процессы остановились. Вален, который находил выход из любой ловушки, сейчас застыл, как идиот. Как реагировать? Что сказать? Как себя вести?.. Он не знал.

Видя, как Вален, всегда остро парировавший её слова, замер соляным столбом, Архен растерялась. Затем складка между её бровями стала глубже, и она в испуге округлила глаза:

— Дыши. Ну же, дыши!

✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению!  ➡️ Fableweaver

Валена словно ударило огромным огненным шаром прямо в грудь. От шока, похожего на внезапную катастрофу, перед глазами всё поплыло.

Нет, точнее, все краски мира померкли, оставив лишь Архен. Казалось, она вобрала в себя всё существующее разнообразие цветов.

Твою мать, что с глазами?

Вален крепко зажмурился и снова посмотрел на неё.

— Ты в порядке?

Её лицо было прямо перед ним. Белый, сияющий лоб, маленький нос и губы, напоминающие спелую вишню. Она была так близко, что это невыносимо давило, мешая прийти в себя.

Маленькая ладонь Архен лежала на его плече, а от соприкосновения их ног, казалось, вот-вот вспыхнет пламя. Все чувства Валена сосредоточились в этих точках контакта.

Он смотрел на неё сверху вниз растерянным взглядом. В этот момент она медленно моргнула.

— Кровь из носа.

— ...

— Из обеих ноздрей.

Когда Архен потянулась рукавом, чтобы вытереть его лицо, испуганный Вален отшатнулся и поспешно вскочил с дивана.

Кап-кап.

От резкого движения алые капли брызнули ему на грудь.

— Ты заболел? Это чума?

Её обеспокоенный голос эхом отдавался в голове. Он поспешно зажал нос тыльной стороной ладони.

Да, это болезнь. Должно быть, остаточные последствия проклятия. Иначе такая нелепая реакция организма невозможна.

— Ты теряешь слишком много крови.

— Не подходи.

Когда Архен попыталась встать следом, он выставил руку, останавливая её.

— Говори оттуда.

— Почему? Почему мне нельзя подходить к тебе? Я не понимаю.

В её голосе звучало искреннее недоумение. А затем она переплела свои пальцы с пальцами его вытянутой руки. Мягкая, нежная ладонь без единой мозоли накрыла его грубую кисть.

Сердце Валена забилось опасно быстро. Даже после спринта на вершину горы оно не колотилось бы так бешено.

Лицо вспыхнуло, словно готовое взорваться. Если он останется здесь еще хоть на минуту, то точно сойдет с ума. Чертово, чертово проклятие!

Вален резко вырвал руку и, словно спасаясь бегством, вылетел из спальни.

Не в силах справиться с бурей эмоций, он просто шел куда глаза глядят. В коридор один за другим начали выходить демоны в пижамах.

— Господин Амугэ, доброе утро...

Вален шагал, глядя строго перед собой, игнорируя приветствия. Демоны, привыкшие к его холоду, лишь неловко чесали затылки. Но, заметив кровавый след за его спиной, они замерли.

— ...Разве он не выздоровел?

***

— Лечи меня. Немедленно.

Вален ворвался в кабинет Надаля.

Лекарь, с особой тщательностью вышивавший узор на одежде для своей черепахи, подпрыгнул от громкого голоса. А увидев состояние Валена, перепугался еще больше.

— Амугэ, на кого ты похож!..

Рот Валена был залит кровью, которую он небрежно размазал рукой. Лицо, обычно холодное до дрожи, пылало нездоровым румянцем.

Он грубо схватил Надаля за грудки и притянул к себе.

— Угх, ты чего?!

— Проклятие или что там было... Оно точно полностью вышло из моего тела?

— Я не чувствую в тебе никакой энергии проклятия.

— Тогда почему моё тело ведет себя так? Может, ты просто шарлатан-козёл и не заметил?

— Ш-шарлатан?!

Надаль взвился от оскорбления. Но возражать слишком яростно не стал: состояние Валена и правда было странным. Тот, кто еще утром был здоров как бык, вдруг вернулся залитый кровью — непонятно почему.

Мелькнула мысль, не побил ли его кто-то, а Валену стыдно признаться, вот и сваливает всё на проклятие. Но Надаль быстро отбросил эту идею. Какой сумасшедший демон рискнет поднять руку на Валена?

Лекарь аккуратно отцепил пальцы пациента от своей одежды.

— Я осмотрю тебя снова, но сначала вытри кровь как следует.

Вален нервно огляделся, схватил со стола первую попавшуюся тряпку и вытер лицо.

— Этим нельзя вытирать!..

Поздно. Вален, не обращая внимания на вопли, отшвырнул тряпку в угол.

Это был костюмчик для черепахи, над которым Надаль корпел целый месяц. Оставалось только вышить инициалы... Теперь шедевр, перепачканный кровью Валена, жалко валялся на полу.

Пока Надаль, прижимая к груди испорченную вещь, стенал от отчаяния, Вален думал только об Архен.

«Потому что я хочу беречь тебя».

Её спокойный голос проносился внутри с разрушительной силой.

Кап.

Стоило вспомнить лицо Архен, как остановившаяся было кровь снова хлынула из носа. Вален раздраженно поморщился и схватился за грудь.

Тошнит.

Ему хотелось выблевать весь тот хаос, что внезапно затопил его душу.

***

Вален прошел обследование добросовестнее, чем когда-либо.

Результат был предсказуем: мышцы восстановились, выносливость вернулась с удивительной скоростью. Никаких патологий. Но странные симптомы никуда не делись.

— Почему ты не смотришь мне в лицо?

Когда он встречался взглядом с Архен, в груди что-то раздувалось до невероятных размеров. Ощущение распирало нутро так плотно, что к горлу подкатывала тошнота. Это было чуждо, странно и пугающе.

— Почему, когда я делаю шаг к тебе, ты отступаешь на десять?

— На девять.

— Нет. Я точно посчитала.

Вален сделал ровно один шаг к Архен, сокращая дистанцию. Пожал плечами — мол, «теперь девять, верно?», — но тут же провалился в бездну самоуничижения.

Детский сад, твою мать.

Он совершенно серьезно занимался глупостями, которых прежний Вален никогда бы не допустил.

Это проблема. Действительно серьезная проблема.

А этот козёл-шарлатан продолжал ставить ложные диагнозы: «Я же говорю, с твоим телом нет никаких проблем! Ты здоров! Давление, пульс — хоть в космос! Даже кариеса нет!»

Вален нервничал. Может, из-за долгой комы его дух ослаб? От беспокойства он удвоил и без того жесткие тренировки. Выходил на площадку с рассветом и, питаясь одной водой, истязал себя до полуночи. Рыцари-демоны, лишившиеся места для занятий, были подавлены его ужасающей аурой и жались по углам.

— Может, нам тоже потренироваться с господином Амугэ? А то кажется, мы только бездельничаем.

— Посмотри на это лицо. Если подойдешь, он нарежет тебя кубиками.

— ...Пойду лучше мандаринку съем.

Из-за проклятых симптомов разговор с Архен откладывался день за днём. Если бы в прошлую встречу у него внезапно не хлынула кровь носом, он бы уже решил вопрос с их временно приостановленным контрактом.

Побег из Замка Владыки демонов провалился, но это не означало, что он обязан жить здесь вечно. У Валена было место, куда нужно вернуться.

К Лето. К брату, который ждал его.

Если сбежать трудно, нужно хотя бы выполнить условия контракта и уйти легально. Нельзя тратить время впустую, как сейчас.

Он знал, что не время расслабляться. Знал, но...

— ...

Вален, не зажигая света в спальне, напряженно смотрел на дверь. Щелчок замка прозвучал как выстрел. Лежавший на кровати Вален поспешно откинулся на подушку и закрыл глаза.

— Ты спишь?

— ...

Дверь отворилась, полоса света из коридора разрезала темноту. Вален, как альпинист, встретивший медведя, притворился мертвым — нет, спящим. В надежде, что опасность минует.

Но вопреки надеждам, легкие шаги становились всё громче. Они приблизились и затихли у самой кровати.

Он почувствовал на себе взгляд сверху вниз. В носу предательски запульсировало. Если сейчас пойдет кровь, его нелепое притворство будет раскрыто. Вален призвал на помощь всё свое самообладание.

— ...!

Он едва не заорал самым позорным образом. Архен откинула одеяло и забралась к нему между ног.

Ч-что она делает?

Архен на этом не остановилась и потянула вниз его штаны. Жар стремительно ударил в пах.

Не вставай. Псих, не смей вставать.

Он жестоко хлестал себя мысленно, но его тело, не ведая стыда хозяина, предательски отреагировало — член уверенно налился твердостью, уперевшись в живот. Мягкая рука скользнула по напряженному стволу вверх.

— ...Хмпф.

Дрожь удовольствия пронзила позвоночник до самой макушки. Вален с трудом подавил стон, стиснув зубы. Поскольку он не сопротивлялся, прикосновения становились всё смелее.

Архен с трудом обхватила рукой ствол, который не помещался полностью в её ладони, и, сжав, провела вверх. Вид того, как красноватая кожа натягивается под её белыми пальцами, был опасно возбуждающим.

Грудь Валена тяжело вздымалась. Он никак не мог осознать, что происходит.

...Ей нужна энергия?

Суккубы питаются силой разумных существ. Если Архен не подпитывалась, пока Вален был без сознания, значит, она голодала целых три месяца. Может, голод перешел критическую черту? И поэтому она набросилась на него, спящего.

Но у любого события должны быть предвестники. Какой Архен была в последнее время? Спокойной, даже безразличной, как всегда. Их редкие встречи у двери ограничивались парой фраз.

Она не выглядела изголодавшейся. Но сейчас это было единственное разумное объяснение. Если бы Архен попросила прямо, Вален дал бы ей энергию без лишних слов. Он не понимал, почему она, обычно не знающая стыда и говорящая всё, что взбредет в голову, сейчас занимается этим тайком.

— Ах!..

Из-за стимуляции мысли путались. Архен, опираясь на твердые, как камень, мышцы его бедер, провела языком вверх по прессу. Когда влажный, горячий язык с нажимом прошелся по жилам внизу живота, по каждой вене пробежала дрожь удовольствия.

Она приоткрыла рот и словно пробовала его на вкус. Влажный жар разливался в паху, когда она касалась кожей его кожи.

— Ха-а...

Член налился кровью так, что казалось, вот-вот лопнет, и дергался, требуя разрядки.

Волосы Валена намокли от пота. Его терпению пришел конец.

В тот момент, когда губы Архен коснулись головки, острая волна наслаждения пронзила его до самой макушки.

— Кх-х!..

Вален, выругавшись, приподнялся на локтях.

— Эй, ты... Ах!

Архен обхватила обеими руками основание. Ей было трудно взять его целиком, поэтому она лишь дразнила языком, а затем, плотно сжав губы, втянула в себя. Бедра Валена дернулись, рука невольно сжала её затылок. Он хотел оттолкнуть её, но в пальцах предательски не было силы.

Тяжелое дыхание срывалось с губ хрипами. Глаза Архен полузакрылись, по подбородку текла слюна.

— П-перестань... Ха-а, перестань...

Он с трудом выдавил эти слова. Но вместо того, чтобы отстраниться, Архен с усилием открыла рот шире и протолкнула головку внутрь.

— Ха-ах!

Каждый раз, когда горячая влага касалась чувствительной плоти, в нём вспыхивал дикий, почти звериный импульс. Архен жадно, глубоко заглатывала то, что, казалось, невозможно вместить. Когда она широко распластала горячий язык вокруг ствола, голова Валена откинулась назад.

— Кх-х, ах!..

Кадык дернулся. Горячие капли пота стекали по шее, вены на предплечьях вздулись.

Взгляд Валена потемнел, затуманившись от вязкой похоти. Он небрежно откинул мокрые волосы одной рукой, а другой надавил ей на макушку.

— Угх, угх...

— Ха-а, ха-а...

Когда он проник глубже в горло, Архен издала сдавленный звук, но продолжила поглаживать рукой ту часть, которую не смогла вобрать.

— Г-глубже... Глотай. Я кончу тебе в горло.

— Угх, угу... Ик...

Вален прикрыл глаза. Архен, стоя на коленях, смотрела на него снизу вверх. Её взгляд был расфокусированным и влажным, а щеки и шея, обычно белые, залились румянцем.

Она задыхалась, не зная, куда деться, но Вален не ослаблял хватку на её затылке. Разве это не было слишком завораживающе, чтобы отказаться из жалости: видеть, как она давится, принимая его глубже, видеть слёзы в уголках её глаз?

Вален чувствовал, как его низменные желания удовлетворяются уже от того, что Архен, уткнувшись лицом в его пах, покорно стонет.

— Ха-а... если бы я знал, что тебе так нравится сосать, я бы давно дал тебе в рот.

— Угх, ик, ух...

— У тебя губы порвались.

Вален провел большим пальцем по уголку её рта.

Наслаждение резко возросло. Когда он толкнул бедрами вверх, она крепко вцепилась в его ноги. Если он продолжит в том же темпе, у неё в горле останутся синяки. Мысль о том, что он оставляет следы внутри её тела, приносила странное, темное удовлетворение.

— Угх... Кх, ах!..

Он двигался так резко, что Архен не успевала подстраиваться, но не уклонялась, а наоборот, прижималась ближе. То, чего она хотела, было ясно. Его семя.

— Ха-ах, а, ха-а... Твою мать, ах!

Валену стоило огромных усилий контролировать себя. Если он начнет двигаться в полную силу, он просто сломает её.

Не отрывая взгляда от лица Архен, он сделал несколько мощных толчков и, наконец, с грубым ругательством излился. Рука, сжимавшая её волосы, напряглась до предела.

Член пульсировал у неё во рту, но Архен оставалась неподвижной, покорно глотая всё до капли. Когда она наконец отстранилась, её губы блестели от слюны.

— Угх... Ах.

Вид того, как она кончиком языка слизывает остатки спермы, окончательно снес Валену крышу. Он подхватил её и опрокинул на кровать.

Словно умирающий от жажды, он лихорадочно срывал с неё одежду. Пуговицы разлетелись в разные стороны, ткань затрещала. Он припал ртом к её груди, а рукой скользнул вниз, по бедру, к самому сокровенному месту, ожидая ощутить влагу...

— ...

Там было сухо.

На Валена, раскаленного до предела, словно вылили ушат ледяной воды. Он замер и снова провел пальцами, пытаясь найти отклик. Всё так же сухо и туго.

— Ты... почему...

Слова застряли в горле. Архен, неподвижно лежавшая под ним, медленно моргнула, глядя прямо на него. Лицо, только что горевшее страстью, исчезло без следа, сменившись её обычным, до обидного безразличным выражением.

— Амугэ. Твой член мерзкий и невкусный.

Бабах.

Молния ударила прямо в макушку.

— Ха-а, бл*дь!..

Вален вскочил, словно в припадке. Тело было насквозь мокрым от холодного пота. Сердце колотилось, готовое проломить ребра, лицо побледнело.

С широко раскрытыми глазами он огляделся.

Архен не было.

Никаких следов её присутствия. Осознав это, Вален почувствовал неприятную влажность в паху.

Он закрыл лицо рукой и низко опустил голову.

Это был всего лишь сон. Поллюция.

***

— Кхе-кх, угх!.. От... отпусти и говори!

Железная хватка сжимала воротник лекаря. Надаль был пойман прежде, чем успел надеть свою любимую шапку. Он хрипел, задыхаясь, но Валену было плевать.

— Я с каждым днём становлюсь всё большим дебилом!

— П-понял! Понял! Я осмотрю тебя снова!

Вален с растерянным видом отпустил Надаля. Освобожденный лекарь согнулся пополам, заходясь кашлем, а затем, игнорируя чашку, схватил бутылку и начал жадно пить прямо из горла.

Пока Надаль, отдышавшись, поправлял свою черепаховую шапку, Вален никак не мог скрыть замешательства.

— Сколько ни думаю, Архен ошиблась, приведя сюда человека. Твой выбор — это катастрофа для мира демонов.

— Я всё слышу.

— Я и говорю, чтобы ты слышал!

Надаль заорал, смахивая скупую слезу.

— Ты знаешь, сколько сейчас времени? Восемь утра! Я мог бы спать еще два часа, а из-за тебя торчу здесь в таком виде! Хнык-хнык.

Пока Надаль изливал обиду, Вален, пропуская его нытье мимо ушей, опустился на диван. Голова была забита мыслями о собственной болезни. Раз недуг возник из-за проклятия, нужно вылечиться здесь, прежде чем возвращаться. Если он вернется в таком состоянии, то до самой смерти будет дрочить, думая об Архен.

Надаль неохотно открыл медицинскую сумку.

— Так, посмотри на меня.

Лекарь делал это через силу, только потому что Вален принудил его. На лице читалось полное непонимание: зачем ни свет ни заря осматривать парня, который выглядит здоровее быка? Он небрежно проверил глаза Валена, заглянул в рот, пощупал пульс.

Диагноз в любом случае не изменился бы. Но если он снова скажет, что всё в порядке, Вален опять просверлит его убийственным взглядом. И взглядом дело не ограничится — велика вероятность, что его изобьют до полусмерти.

«Этот сумасшедший ублюдок. Ему к психиатру надо, а он ко мне пристал. Псих».

Надаль, которого Вален изводил последние несколько дней, наконец понял: ставить точный диагноз — занятие бесполезное. Страдания закончатся лишь тогда, когда он скажет то, что пациент хочет услышать.

Надаль напустил на себя серьезный вид и скорбно скривился.

— О боже, ты скоро умрешь.

— Что?

— В тебе слишком много гнева, ты сгоришь молодым. Способ вылечиться только один: будь добр к окружающим демонам. Как бы ни было тяжело, сдерживай кулаки и смотри на мир позитивно. Особенно почитай демона, похожего на козла. Этот демон — твой благодетель... Угх!

Вален схватил огромный рог Надаля и сжал. Лекарь подпрыгнул, словно его ударили в самое уязвимое место, и засуетился.

— Эй, отпусти! Отпусти это!..

— Шутить вздумал? Делай нормально.

Тут уже у Надаля от обиды навернулись слезы. Он не понимал, почему с утра пораньше должен терпеть унижения от какого-то человека. Он как врач сделал всё возможное и добросовестно лечил пациента. Мало того что спасибо не сказали, так еще и издеваются!

Не выдержав, Надаль взорвался:

— Амугэ, ты, ублюдок, это уже слишком! Твое тело в норме, в норме! Я не шарлатан, это ты здоров как лось! Собери здесь хоть сто лучших врачей из мира людей, они скажут то же самое! Я больше не хочу лечить таких, как ты. Иди к человеческому лекарю! И пусть тебе попадется психопат, который сделает из тебя чучело!

Надаль грубо отбросил руку Валена, уткнулся лицом в колени и захныкал. Вален не разобрал и половины того, что тот бормотал сквозь слезы, но зрелище взрослого демона, который плачет и капризничает, выглядело жалко.

Однако он понял: даже если давить на козла, болезнь это не вылечит. Надаль был единственным врачом в Замке Владыки демонов, знающим анатомию людей. Хоть сомнений было много, но если этот тип уйдет в отказ, проиграет Вален. Придется немного отступить.

Приняв решение, он повернулся к Надалю и тут же встретился с ним взглядом. Лекарь, издавая горестные звуки, на самом деле хитро подглядывал за реакцией.

Ну и цирк.

Вален глубоко вздохнул.

— Ладно, понял.

— ...Что ты понял?

— Бить не буду.

— А ругаться?

— В меру.

Надаль спустил ноги с дивана, достал платок и промокнул глаза. Похоже, обида немного утихла.

Только что орал про чучело, а теперь так быстро успокоился? Может, из-за низкого интеллекта он такой отходчивый?

— Хорошо, Амугэ. Я тоже извиняюсь, что просто твердил, что ты здоров. Врач должен прислушиваться к пациенту, а я относился к тебе не как к больному, а как к сумасшедшему.

Щека Валена дернулась, но он сдержался. Если сейчас снова сорвется, начнется бесполезная перепалка.

— Расскажи мне подробно о своих симптомах.

И сдержаться было верным решением. Надаль искренне приготовился слушать. Он даже достал блокнот и ручку.

Но когда пришло время описывать состояние, слова застряли в горле. Казалось, признаться в импотенции было бы менее стыдно. В груди защекотало, по рукам побежали мурашки. Но лгать врачу — глупо.

— Это... Ха, один человек не выходит у меня из головы. Голос постоянно звучит в ушах, сердце сжимается. Вдруг бросает в жар, идет кровь из носа, и даже во снах вижу.

Надаль, начавший было записывать, замер и постучал кончиком ручки по странице. Он задумчиво смотрел на свои каракули. Вален впервые с момента прибытия в мир демонов видел у него такое серьезное лицо. Он напряженно следил за губами лекаря.

— Хм.

— Что, понял?

Надаль со стуком положил блокнот и кивнул.

— Как по мне...

— ...

— В тебя вселился призрак. Единственный способ — экзорцизм... А-а-а! Ай! Рог, мой рог!

Вален сжал рог так, словно хотел раздавить его в порошок. Голова Надаля мотнулась, и он снова заскулил.

Я идиот, что надеялся на этого типа.

Тратить время на такую низкопробную диагностику было жаль. Вален отпустил рог и откинулся на спинку дивана, раздраженно проведя ладонью по лицу.

— Я серьезно думал над этим, чего ты злишься?!

— Тебе лучше вообще никогда не быть серьезным.

— Как ни посмотри, это симптомы одержимости... Но если в твоем теле действительно нет второй души, остается подозревать семейный анамнез. Генетику нельзя игнорировать. Есть ли кто-то больной среди твоих родственников?

При слове «семья» в памяти мгновенно всплыло одно лицо.

Лето.

Он никогда не думал, что болезнь брата может проявиться и у него. Вален родился крепким, словно забрал себе здоровье за двоих.

Заметив заминку, Надаль удивленно вскинул брови.

— Значит, есть кто-то. Дедушка с бабушкой? Дядя, тетя? Говори как есть.

Симптомы Валена были ничем по сравнению с тем, через что проходил брат. Лето балансировал на грани жизни и смерти. Лечение, дающее крохотный шанс, приносило чудовищную боль, а в дни без процедур боль всё равно не отступала.

— Младший брат страдает неизлечимой болезнью.

Рука Надаля дрогнула.

— Болезнь, при которой тело медленно каменеет, начиная с кончиков пальцев. Челюстные мышцы слабые, он не может нормально жевать и глотать.

— ...И? Рассказывай подробнее.

— Осложнения после несчастного случая в детстве. Часто бывает одышка. Стоит температуре немного подняться, органы начинают отказывать.

— А лечение? Как его лечат?

— Еле поддерживают жизнь силами придворного лекаря. Но если деньги закончатся, то и жизнь закончится.

Вален говорил о возможной смерти брата спокойно. Не от безразличия. Просто каждый раз, когда Лето оказывался на пороге гибели, Вален прокручивал в голове худший сценарий, чтобы быть готовым.

— Придворный врач — это дорого. Кто платит? Родители?

Вален криво усмехнулся.

— У твоего начальника тоже нет родителей. Не думай, что у меня они обязательно должны быть.

Тук.

Ручка выпала из пальцев Надаля и покатилась по полу.

Вален наступил на неё носком ботинка, остановив движение. Поднял, положил на стол и встал.

Похоже, сегодня нормального осмотра не будет.

Надаль, ублюдок. Зачем спросил такую ерунду?

Вален не думал, что его симптомы связаны с болезнью Лето. Просто лекарь случайно задел больное место, и Вален сам не заметил, как выложил всё начистоту.

Стоило произнести это вслух, как на душе стало невыносимо тяжело.

«Он, наверное, думает, что я умер».

Прошло уже полгода с тех пор, как он застрял в Замке Владыки.

Вален был единственной опорой для брата. Он всерьез тревожился: родители убиты, а теперь и брат исчез на войне с демонами. Сможет ли Лето принять эту жестокую реальность? Когда слабеет дух, сдается и тело. Вален тяжело вздохнул.

После долгих бесцельных блужданий по замку он пришел к Озеру Жизни. Грушевое дерево, символизирующее Архен, было в полном цвету.

Он некоторое время смотрел на крону снизу вверх, а затем опустился на землю. Прислонившись спиной к стене и согнув одно колено, он просто молча смотрел на белые лепестки.

Если Лето войдет в Озеро Жизни, сможет ли он расцвести так же, как это дерево?

В этот момент дверь открылась.

Кто-то сел рядом, поджав колени.

— Нашла.

Это была Архен.

Вален вздрогнул от нахлынувшего смущения. Всего лишь прошлой ночью у него была поллюция с участием Архен. Когда образ того, как она с трудом принимает его член глубоко в горло, попытался наложиться на реальность, он поспешно тряхнул головой.

— Слышала, ты утром виделся с Надалем.

Она сидела рядом, удобно вытянув ноги, и смотрела на него снизу вверх. Вален почему-то не знал, куда деть глаза. Чертов сон. Её глаза, губы, колени... Не было ни одного места, которое не вызывало бы возбуждения. Даже от одного её запаха кровь приливала к низу живота.

Вален потер затылок своей огромной ладонью и резко отвернулся, глядя перед собой.

— Ага.

— Тебе всё еще плохо? Надаль сказал, что в тебя вселился призрак.

— Не слушай этот бред.

— Скажи мне честно. Я понимаю, что я не врач и могу не вызывать доверия, но если я могу чем-то помочь, я хочу сделать всё возможное. Среди моих знакомых из расы ангелов есть один с сильной святой силой, можно попросить его провести экзорцизм.

— Никакой призрак в меня не вселялся, так что, пожалуйста, даже не говори об этом. Нет, даже не думай. Обольюсь пару раз холодной водой, и всё пройдет.

Хотелось бы верить, что жар действительно спадет после пары ведер ледяной воды, но, к сожалению, этот метод был опробован много раз и с треском провалился. Но Архен не стоило беспокоиться о его странных симптомах.

Когда Вален ответил твердо, она молча кивнула.

— Раз ты так говоришь, значит, так и есть.

Вдруг Архен протянула к нему руку. От вида маленькой женской фигуры, которая была едва ли в половину его собственной, Вален вздрогнул. Вскоре в его ладонь легло что-то прохладное. Это был круглый, ярко-желтый, спелый мандарин.

Вален на мгновение погрузился в воспоминания, глядя на фрукт, который не видел очень давно. Архен, наблюдавшая за его профилем, вложила ему в руку еще один мандарин, предназначавшийся ей, и спросила:

— Это выращено на летней вилле Сейнриха. Ты пробовал такие?

— В детстве. Чтобы добраться до города, торговцы обязательно должны были перейти мост, принадлежащий нашей семье. Иначе им пришлось бы переваливать через крутые горы, поэтому они платили пошлину и переходили мост, даже если не хотели. Это был основной доход нашей семьи.

Архен выглядела немного удивленной: видимо, не ожидала, что Вален заговорит о себе. Она тут же придвинулась ближе, внимательно слушая его спокойный рассказ.

— Когда я собирал плату за проход, мне часто давали мандарины. Они не были такими красивыми, часто побитыми, но вкусными.

Получив фрукты от торговцев, Вален не ел их на месте, а прятал в карман. Ради брата.

На закате, сменившись с Беном и вернувшись в замок, он отдавал их Лето. Чистить мандарины было легче, чем апельсины, мякоть была нежной, а размер — удобным для еды, поэтому Лето каждую зиму ждал гостинцев от брата.

Вален привычным движением очистил плод. Как он делал для маленького Лето, разломил его пополам, поднес к губам Архен, но затем остановился. Подумав, что кусок всё еще великоват, он отделил одну дольку и вложил ей в рот.

Архен без колебаний приоткрыла губы. В тот момент, когда она коснулась кончиков пальцев Валена, по позвоночнику до самой макушки пробежал электрический разряд.

Ч-что я наделал?

У Архен есть руки, зачем я её кормлю?

Вален привык заботиться, а Архен привыкла, чтобы о ней заботились, поэтому всё произошло естественно, как течение воды.

Пока Архен жевала, лицо Валена вспыхнуло. Забытый было сон прошлой ночи снова проник в щель сознания и захватил мысли. Не верилось, что он... запихивал свой член в этот маленький ротик. Даже ему самому это казалось безумием.

— ...С ума сойти.

— О чем ты?

— Не обращай внимания. Кстати, зачем ты пришла?

— Потому что соскучилась по тебе.

Чвяк.

Вален, сам того не осознавая, со всей силы сжал мандарин в кулаке. От чудовищной хватки фрукт превратился в кашу, сок потек по пальцам. Архен посмотрела на его руку, а затем подняла взгляд.

— Не нужно было ломать его так мелко, чтобы дать мне.

Она, естественно, подумала, что это месиво предназначалось ей.

...Она росла в роскоши или нет?

Привыкла, что её кормят, но при этом готова есть еду, превращенную в мусор. Странная.

— Я тебе это не дам.

Вален положил ей на колени другой, к счастью, еще целый мандарин. Архен опустила голову и послушно начала чистить его.

— Фин просил передать.

— Этот парень?

— Он настоятельно советовал есть их только после того, как почистишь зубы. Сказал, так полезнее для здоровья.

Не может быть, чтобы этот тип беспокоился о его здоровье.

— Скажи ему, пусть сначала сделает это у меня на глазах.

— Фин, вопреки своему поведению, очень глубокий и душевный. Надаль тоже. Слышала, ты сегодня схватил Надаля за рог?

Вален внутренне напрягся, но виду не подал. Мелкий козел. Уже успел наябедничать.

— Для демонов рога — очень интимная зона. Даже легкое прикосновение вызывает сильное возбуждение, и они чувствительнее к боли, чем любая другая часть тела. Есть даже наказание для особо тяжких преступников — заставлять их ходить по площади с собственными отрубленными рогами в руках.

— ...

— Многие не выдерживают и кончают жизнь самоубийством. Они считают это настолько позорным, что лучше бы выступали голыми в цирке. Трогать рога или пристально смотреть на них — грубость. Если переводить на человеческий... Хм, да. Это как половые органы.

Архен указала на пах Валена. Лицо мужчины мгновенно перекосило от отвращения.

— Значит, я держал этого козла за хер?

Его чуть не вырвало вчерашним ужином. Архен, редко видевшая такую бурную реакцию, растерялась.

— Это просто сравнение.

— Бл*дь...

Он поднял правую руку, липкую от мандаринового сока. При воспоминании о том, как он сжимал рог Надаля, ругательства вырвались сами собой.

— ...На самом деле, я тоже точно не знаю.

Внезапно Архен призналась, словно на исповеди.

— У меня никогда не было рогов. Моё сравнение могло быть неуместным. Так что лучше считай, что я ничего не говорила.

Это было похоже на то, как ребенок, никогда не видевший медведя, пересказывает книжку как свой собственный опыт. Архен, видимо, устыдившись того, что строила из себя всезнайку, покраснела до ушей.

— Стыдишься такой ерунды? Мы же видели друг друга голыми.

— ...

— И ты, и я — мы оба безрогие, так что не тушуйся передо мной. Всё равно, что ты говоришь, что этот козел — всё звучит как сказки с другой планеты.

Вален взял её за запястье и наклонил голову. Положил ладонь Архен себе на макушку и заставил погладить.

— Смотри. У меня нет рогов, и я знаю меньше, чем ты, прожившая в мире демонов всю жизнь. Так что не оглядывайся на меня.

Даже когда Вален отпустил её руку, Архен еще некоторое время гладила его. С чего вдруг обращение как с собакой... Но Вален не отстранился.

— Ты очень теплый. Ты так добр даже ко мне, значит, к своей семье ты еще лучше. Я знаю, что твоя семья очень скучает по тебе. И ты по ним.

— ...Чего это ты вдруг.

Вален смутился от внезапного потока комплиментов. Такую похвалу он слышал впервые в жизни.

Через некоторое время, когда Архен убрала руку, Вален выпрямился.

— Мне неловко говорить это, удерживая тебя здесь, но ты вернешься домой.

— ...

— Сейчас за тобой следят. Я не могу опрометчиво отправить тебя в мир людей. К тому же беременности пока нет.

Под «следящими глазами» она явно имела в виду тех авторитарных старикашек.

— Думай так: ты прилетел как бабочка, немного отдохнул на мне и улетел. Я обязательно верну тебя обратно.

Её мягкий голос растекся в груди теплом. От щекочущего чувства хотелось яростно почесать ребра.

— Почему ты всё время называешь меня бабочкой?

— Если не нравится «бабочка», скажешь свое имя?

Так и знал. И не надейся. Чтобы я женился на демоне?

Вален ухмыльнулся и отвернулся, а Архен поднесла к его рту целый мандарин. Застигнутый врасплох, он открыл рот, и ей удалось без колебаний затолкать туда фрукт целиком. Ему пришлось приложить усилия, чтобы удержать его.

— Сначала пойдем помоем тебе руки.

Архен резко поднялась. Вален, с трудом прожевав и проглотив мандарин, встал следом, не понимая, зачем ей сопровождать его в ванную.

— Зачем?

— Нужно написать письмо семье. Написать, что скоро вернешься, чтобы не волновались. Так и бабочка сможет отдохнуть спокойно.

«Лето, это твой брат.

До того как я покинул особняк, каштаны в саду были полны плодов, а сейчас, наверное, все они опали, и осталась лишь зелень. Хоть я и часто надолго уезжал, но, кажется, это первый раз, когда я не смог отправить тебе ни одного письма.

Я хотел бы вернуться домой до того, как драгоценные каштаны этого года сгниют, но не могу ничего обещать. Но не волнуйся. Я в порядке.

Ты справляешься с жестоким лечением, полным боли, и борешься с болезнью. Я знаю, что твоя битва куда ожесточеннее, чем мои сражения на поле боя. Так что отбрось мелкие тревоги и сосредоточься на своей борьбе.

Только, даже если меня не будет рядом в этом году, сорви, пожалуйста, цветок и положи его на могилу родителей...»

Ч-жи-и-ик...

Письмо, написанное Валеном, медленно разорвали пополам. На этом экзекуция не закончилась. Сложив половинки вместе, их порвали еще раз.

Ррр-а-ак.

— Слишком грустно!

Виновником, превратившим послание в клочья, был Фин. Кусочки бумаги падали вниз, словно крупные хлопья снега. Архен машинально протянула руку и поймала несколько обрывков.

— Надо было идти в мой кабинет, — сказала она, словно утешая сидящего рядом Валена.

Но ему было всё равно. Вален, глубоко откинувшись на спинку дивана, лишь усталым взглядом провожал падающий бумажный снег. Это был уже шестой раз, когда его письмо уничтожали.

А ведь обещали, что дадут отправить весточку брату.

От одного вида трех демонов, сидящих напротив, раздражение закипало внутри, и он в конце концов отвернулся.

В открытое окно лился солнечный свет. Повсюду валялась недовязанная одежда. Медицинский чемоданчик, который Вален видел до тошноты часто, тоже стоял открытым, демонстрируя свое содержимое.

Это был кабинет Надаля.

Внезапно три демона заявили, что должны проверить содержание письма: они опасались, что из-за прошлой попытки побега он может попросить помощи у человеческой армии.

Но в какой-то момент суть проверки исказилась.

Бах!

Фин с силой ударил по столу.

— Ты что, умирать собрался?! Почему пишешь так, словно скоро исчезнешь?! Нельзя написать что-то обнадеживающее, что-то хорошее?!

Фин кричал с влажными от слез глазами, а Надаль с Зефером, сидевшие рядом, выглядели так, словно полностью с ним согласны.

— Я не хочу заставлять его ждать без надежды.

— Кто тебе сказал сидеть здесь вечно? Сказали же: отпустим!! Отпустим! Так почему ты просишь его идти на могилу родителей одному? Хочешь, чтобы брат тебя совсем забыл?!

— Лучше забыть, чем тосковать.

Вален говорил с лицом, на котором не было ни следа обиды или сожаления. Он жил суровой жизнью только ради брата, но сейчас вел себя так отстраненно, словно ему ничего не было нужно.

— Жестокий, ох какой жестокий. Ты холоднее снежной горы зимой.

Архен провела рукой по воздуху, словно что-то чертила. Разорванные кусочки, повинуясь невидимому магниту, собрались вместе и приняли первоначальную форму.

— Отправишь это? — спросила Архен, держа в руках ставший жестким лист бумаги.

— Ага.

На лице Валена всё еще читалось недоверие. Возможность сообщить Лето, что он жив, уже облегчала тяжесть на душе. Но кто сможет доставить это письмо?

— Разве в мире демонов есть почтальоны?

— У нас есть отличная птица-посланник.

Архен подала знак Надалю, и тот, всё еще недовольный содержанием письма, свистнул. Ветер, влетавший в окно, начал усиливаться. Вещи из медицинского чемоданчика покатились по полу, бумаги взлетели в воздух.

То, что ворвалось с ужасающей силой, было не чем иным, как огромным торнадо. Стихийное бедствие, готовое поглотить кабинет, замерло прямо перед окном.

— Угх, неужели эта хрень — курьер?!

Мощный порыв ветра растрепал волосы Архен. Вален инстинктивно прижал её к себе, закрывая собой.

— Чтобы избежать человеческих глаз, безопаснее всего передвигаться в форме природного явления.

Если подумать, для своих размеров ветер был довольно смирным.

Архен вложила письмо в конверт с адресом и отпустила его. Бумагу засосало в вихрь, словно её схватила невидимая рука. Торнадо, словно обладая разумом, начало удаляться — дело было сделано.

— Не слишком ли оно огромное, чтобы прятаться от глаз?

Вален ошарашенно смотрел на улицу, где всё стихло. Снаружи ярко светило солнце, словно никакой бури и не было.

— Это умное дитя, оно выберет подходящую погоду для передвижения.

— Этому точно можно доверять? Кажется, оно доставит письмо куда попало.

— Я ни разу не слышала, чтобы оно ошиблось адресом. Давай подождем. Когда птица-посланник закончит доставку, она вернется к кабинету Надаля.

— ...А ответ можно получить?

— К сожалению, это сложно. Обычные люди не обладают маной, а даже если кто-то рождается с даром, по сравнению с демонами это капля в море. Этого слишком мало, чтобы управлять птицей-посланником. Прости.

— Не извиняйся. Я просто спросил...

Вален не договорил. Он вдруг почувствовал, что вокруг стало слишком тихо. Ощутив неладное, он повернул голову и увидел, что три демона смотрят на него и Архен с шокированными лицами.

Только тогда Вален понял, как это выглядит со стороны. Торнадо давно улетело, а он всё еще сжимал Архен в объятиях так, словно хотел вплавить её в себя.

— ...

Вален, как и демоны, замер. Его лицо окаменело. Не один раз, а каждый раз, когда случалось что-то неожиданное, он инстинктивно закрывал собой Архен. Со стороны это выглядело так, словно он дорожит ею больше жизни.

Более того, он не чувствовал ни капли той враждебности или отвращения, что раньше. Наоборот, тепло её тела было таким удобным, таким желанным...

— Не может быть...

Тихо пробормотал Вален, погружаясь в хаос. Но даже сейчас он не разжимал рук.

Фин с грохотом вскочил и выбежал вон, Надаль неловко почесал затылок. Только Зефер всё еще сидел с отсутствующим видом.

***

Снова поллюция.

Проклятье. На этот раз всё не закончилось выбросом во сне — он еще трижды кончил в ванной.

Вален смотрел на свои руки, и чувствовал глубокое отвращение к себе. Голова и тело — всё шло наперекосяк.

Желание внутри него становилось всё отчетливее. Оно разрослось до чудовищных размеров, так что отрицать его было уже невозможно.

Встречаться с Архен только во снах было недостаточно. Он хотел касаться её наяву, чувствовать её, проникать в самую глубину. Мозг пропитался похотью: даже то, как она дышала или моргала, становилось сводящим с ума стимулом.

— Птица-посланник вернулась!

Хотелось облизать её глаза, сиявшие радостью, когда она вошла в его спальню без стука с этой новостью. Образ её маленьких губ, сжимающих его член, всё еще стоял перед мысленным взором.

— Сказали, что письмо принял мужчина, на ладонь ниже тебя ростом, с короткими каштановыми волосами. Он открыл его и разрыдался прямо на месте. Если каштановые волосы, то это не твой брат... Наверное, кто-то близкий?

— Бен. Слуга, работающий в особняке. Он присматривает за братом.

— Слава богу.

Глядя на Архен, которая радовалась так, словно это касалось её самой, Вален наконец признал очевидное.

Он больше не ненавидел её.

Демон, который похитил его и принудил к связи... Но, несмотря на это, ему было приятно, когда она с ним заговаривала. И прикосновение её руки, когда она первой тянулась к нему, больше не вызывало отторжения.

Сообщив брату, что он жив, и приняв свои чувства к Архен, он почувствовал, как хаос в голове начал утихать.

Его сердце, которое металось, не зная, куда податься, наконец нашло путь. Пока он в мире демонов... Только на это время, он будет делать то, что велит желание.

Вален притянул Архен за талию и усадил к себе на колени, раздвинув ей ноги.

— Раз ты мне помогла, я тоже хочу что-то для тебя сделать, — прошептал он, касаясь губами раковины её уха.

— Не нужно. Я сделала это не ради того, чтобы получить что-то взамен.

— Нельзя просто так это оставить. Ты ведь даже высосала проклятие из моей руки ртом.

— Это пустяки.

Ничего себе пустяки. Рука с выступающими венами скользнула между бедер Архен. Он откровенно ласкал её, но она никак не реагировала — ни сопротивления, ни поощрения.

— Единственное, что я могу дать, — это тело.

Вален ощутимо прикусил мочку её уха. Плечи Архен вздрогнули, и уголки его губ удовлетворенно поползли вверх.

— ...

— Есть планы на потом?

Он видел, как вспыхнуло её ухо и шея под волосами. В тот момент, когда она, поколебавшись, собиралась что-то ответить, Вален сжал её щеки ладонью и повернул к себе.

И, словно пресекая любые слова, накрыл её губы своими. Его язык властно ворвался в её рот, исследуя каждый уголок.

Архен не могла прийти в себя. Она лежала, широко раскинув ноги и глядя в потолок невидящим взглядом, её грудь тяжело вздымалась. Мускулистый зверь, уткнувшийся лицом ей в промежность, не отпускал. Он даже не вошел в неё, но она уже потеряла счет оргазмам.

Вален жадно исследовал её, словно путник, нашедший оазис в пустыне после долгой жажды.

— Угх... Пожалуйста, хватит...

Ноги Архен, закинутые ему на плечи, мелко дрожали от слабости. Внутренняя сторона бедер была покрыта алеющими следами укусов и засосов, а на нежной коже остались красные отпечатки его больших ладоней.

— Ах-х!!

Его губы бесстыдно раздвинули её плоть и захватили чувствительную жемчужину. Он с силой втянул её в рот и начал дразнить языком. Голова Архен откинулась назад. От наслаждения, пронзившего её с ног до головы, она крепко зажмурилась. Слезы, скопившиеся в уголках глаз, потекли к вискам, рот беспомощно приоткрылся.

— Угх, ы... З-зачем ты всё время лезешь туда ртом, ах-х!

Язык скользнул глубже. Она отчетливо чувствовала, как он двигается внутри, широко и властно, словно пытаясь растянуть узкие стенки.

Возбуждение, балансировавшее на грани, мгновенно достигло пика. Пальцы на ногах поджались, перед глазами всё побелело. Архен, содрогаясь, с силой вцепилась в его волосы.

— Угх, ах...

Из горла вырывались отрывистые, высокие стоны. Только когда взрыв в голове начал утихать, хватка её пальцев ослабла.

Архен, жадно глотая воздух, приподнялась на локтях. И встретилась взглядом с Валеном, который наконец оторвался от неё.

— Больно.

Вопреки словам, на его лице не было и следа боли — он говорил игриво, почти дразняще. Архен поспешно разжала пальцы, выпустив пряди его волос.

— ...П-поэтому прекрати это. Я не хочу причинять тебе боль.

Голос Архен дрожал. Вален слегка приподнял бровь. Его лицо, с крупными, мужественными чертами, блестело от влаги.

При мысли о том, что именно она намочила лицо Амугэ, щеки вспыхнули от стыда.

— Я хочу принять ванну.

— Почему? Противно, что парень, неизвестно где валявшийся, лижет тебя там?

— Я не это имела в виду. Зачем ты так говоришь... Ах-х!

Вален демонстративно провел длинным языком снизу вверх, прямо по её чувствительной плоти. От пронизывающего удовольствия мышцы сжались. Её пятка ударила по блестящей от пота спине Амугэ, но он, не обращая внимания, лишь слегка прикусил её бедро.

— Ха-а-а, п-подожди!..

Что, черт возьми, с ним происходит? Еще несколько дней назад он избегал её. Если, как сказал Надаль, в него не вселился призрак, понять эту внезапную перемену было трудно.

Но, помимо замешательства, желание неуклонно нарастало. Архен уже несколько раз кончила, и ей было стыдно снова терять контроль. Пытаясь сдержаться, она до боли прикусила нижнюю губу и с силой сжала простыню.

Увы, её выдержки хватило ненадолго.

Чмок.

Амугэ большими пальцами развел её плоть и начал покрывать клитор мелкими, дразнящими поцелуями. Услышав эти влажные звуки, Архен вздрогнула.

— Т-ты!..

Она уперлась ладонями в его лоб, пытаясь отстранить. Его волосы щекотали кожу, а затем Вален поднял голову и начал покусывать её пальцы.

— Ха-а, почему не даешь?

— Лучше я... ах-х, лучше я сделаю это тебе.

— Хочешь, чтобы у тебя губы и горло порвались?

Его голос, ставший низким и хриплым от страсти, упал до шепота. Вален, не выпуская её палец изо рта, расстегнул штаны. Эрегированный до предела член вырвался на свободу, подрагивая от напряжения.

Вален пару раз провел рукой по своему стволу, а затем снова опустил лицо между её ног.

— Ах-х, а! Н-не надо... З-зубами п-перестань, ах!..

— Лизать не даешь, кусать не даешь, так просто смотреть?

— Угу. Да, так будет лучше.

— Еще чего.

Как только его губы коснулись входа, с трудом успокоенное пламя вспыхнуло с новой силой. Горячий рот прильнул к её лону, выпивая соки. Каждый раз, когда раздавался откровенный влажный звук, её бедра вздрагивали.

— Ха-а, ы-ы-ы, а! Т-так нельзя...

Архен била его по спине и мотала головой, но всё было бесполезно. Вален лишь шире раздвигал её ноги и прижимался плотнее.

— А...! Т-ты!

Невыносимое наслаждение давило изнутри. Глаза наполнились слезами, а горло пересохло. Тело горело, словно она проглотила солнце.

Архен сглотнула, пытаясь увлажнить пересохший рот. Удовольствие нарастало не постепенно, а скачками, неудержимо стремясь к вершине.

— Ха-а, х-хватит, а!

— Ха-а, ха-а...

— Ах-х, с ума сойти. А, а!

Разряд тока прошел по позвоночнику. Дыхание перехватило. Он придавил клитор кончиком языка, затем начал дразнить зубами. Архен, задыхаясь, издала стон, больше похожий на всхлип.

— Угх, ы, угх...

— Нравится? Скажи. Каково это, когда я вылизываю тебя, как сучку?

— Слишком... слишком сильно... Странно. Не понимаю, хорошо это или как.

— Это хорошо. Скажи, что хорошо. Я сам возбужден так, что крышу сносит. Ха, твою мать. Надо было давно уложить тебя и вылизать.

Он яростно выплюнул ругательство и, не отрываясь от неё, начал двигать рукой по своему члену. Вены на его предплечьях вздулись от напряжения.

— Ы-х, п-подожди!

Она чувствовала всё: как острый язык проникает внутрь, исследует стенки, собирает влагу и снова атакует самую чувствительную точку. Чудовищное наслаждение, словно удар молнии, не давало передышки. Тело билось в конвульсиях, а из груди рвались беспомощные крики.

— Ха-а, Архен...

Глаза закатывались. Наслаждение, уже достигшее пика, и не думало отступать. Она тяжело дышала, всё тело била дрожь. Хорошо ли это? Это было почти невыносимо.

Но если Амугэ остановится сейчас... это будет разочарованием. Значит, это хорошо. Это точно хорошо.

— Амугэ, с ума сойду... Ха-а, хорошо, а!

Архен одной рукой комкала одеяло, а другой снова зарылась в его волосы.

Тук. Тук. Тук.

Сердце билось о ребра, готовое вырваться наружу. Кровь в жилах превратилась в лаву. Вален вынул язык и, плотно обхватив губами набухший клитор, с силой всосал его.

— Ха-ах! А-а!..

Мир расплавился в адском жаре. Архен, запрокинув голову, могла лишь стонать, полностью отдавшись ощущениям.

Вален потерся носом о её влажную кожу, выдыхая горячий воздух. Он тоже был на грани — его тело неконтролируемо дрожало.

— Кх-х, ха-а...

— Ха-а-а... А!

— Ха-ах, а, ты, я, сейчас...

— Ха-а... Давай вместе.

Почувствовав, что Архен близка к развязке, Вален ускорил движения руки и еще яростнее заработал языком.

Архен задыхалась. Рассудок окончательно покинул её. Она выгнулась дугой, крича от наслаждения.

— Ы-ы, а, а!

— Кх-х-х!..

Мощная волна накрыла её с головой. Тело свело сладкой судорогой, колени дрогнули. От тяжелого, сокрушительного удовольствия её трясло как в лихорадке.

Вален замер и тоже содрогнулся в бурном оргазме. Его рука стала мокрой от семени, а горячее дыхание обжигало её кожу.

Архен, не в силах оправиться от потрясения, всё еще сжимала его волосы. Вскоре, обессилев, она откинулась на подушки. Сквозь пелену слез потолок казался размытым пятном.

Вален, ничуть не выглядевший утомленным, покрыл её бедра мелкими поцелуями. Затем приподнялся и прижался головкой члена к входу в её лоно. Почувствовав это, Архен, едва живая от слабости, в испуге распахнула глаза.

Вален навалился на неё сверху и прижался губами к шее. Горячее, сбивчивое дыхание обжигало нежную кожу, а длинный палец без предупреждения проник внутрь.

— Угх...

— Чего так удивляешься?

Архен еще не отошла от недавнего оргазма. Он что, собирается продолжить прямо сейчас?

Вален, вогнав два пальца, прижался своим членом к её бедру и потерся. Каждая часть его тела, касавшаяся её, была не просто горячей — обжигающей. По его мышцам стекал пот, и Архен чувствовала, как он с трудом сдерживает рвущийся наружу порыв.

Он старался контролировать себя, но для Архен всё происходило слишком быстро. Не то чтобы ей не нравилась близость. Просто она и подумать не могла, что с самого утра будет заниматься с Амугэ такими вещами, да и после нескольких разрядов ей требовался отдых. Посидеть, отдышаться, попить воды. Если не торопиться и чувствовать друг друга, было бы намного приятнее.

Архен хотела сказать об этом, но, встретившись взглядом с Валеном, закрыла рот.

Он был не в том состоянии, чтобы слушать.

— Ха-ах!

Он добавил третий палец и твердыми кончиками начал настойчиво стимулировать стенки изнутри. Острая волна удовольствия пронеслась по телу. Бедра Архен задрожали, по позвоночнику пробежала сладкая дрожь.

Вален издал низкий горловой звук и прикусил мочку её уха.

— Я так хорошо разработал тебя языком, что внутри всё мягкое. Можно вставлять сразу.

— А, а... Пальцами... не делай так...

— Почему? Хочешь, чтобы я вставил что-то другое?

— Угх!..

— Извращенка.

Он чувствительно укусил её за щеку и приподнялся. Окинул взглядом свой член, подергивающийся от напряжения над её пупком, обхватил его у основания и прицелился. Раздувшаяся головка ткнулась во вход, скользнула вверх и придавила клитор.

От пронзительного удовольствия Архен вздрогнула, её грудь высоко вздымалась. Вален ленивым взглядом наблюдал за реакцией и нарочно медленно потерся головкой о её набухшую плоть. Архен, с глазами полными слез, замотала головой.

— Не надо, не хочу...

— Чего?

— Чтобы ты так терся...

— Вот так? Или вот так?

— Ах-х, просто... Просто вставь. Вставь, пожалуйста.

— Говори точно. Как ты хочешь?

В его потемневших глазах мелькнуло торжество. Она знала, что Амугэ нарочно мучает её, но сил спорить не было. Ей хотелось как можно скорее избавиться от зудящего возбуждения внизу живота.

С влажными глазами она протянула руки. Схватила член Валена и сама направила его.

Хлюп.

Широкая головка, размером больше входа, прижалась к нему.

— Сюда, быстрее... Ммпф!!

Он грязно выругался и жадно впился в её губы. Его язык, горячий и напористый, вторгся в её рот, исследуя каждый уголок.

— М-м, угх!

Пока она отвлеклась на поцелуй, тяжелая плоть начала проталкиваться внутрь. Ресницы Архен задрожали от ощущения, как он насильно раздвигает её и заполняет собой.

Вален оторвался от её губ и прижался лбом к её лбу. Даже с подготовкой, из-за разницы в размерах, войти было непросто. Он нахмурился и тяжело дышал.

— Ха-а, расслабься. Ты мне член откусишь.

— Как... расслабиться... Ы, угх...

Головка медленно продвигалась вглубь, растягивая чувствительные стенки. Когда же она привыкнет к этому размеру? Ощущение чужеродного тела, заполняющего её до отказа, всё еще пугало.

Кап.

Капля пота с его подбородка упала на шею Архен.

— Ха-а, больно?

— В-всё в порядке. Просто... Кажется, слишком глубоко... ах... заходит.

Он фыркнул, словно услышал нелепость.

— Видимо, ты привыкла к членам других никчемных ублюдков, а не к моему?

Его голос был полон яда. О чем он вообще? Терпя распирающее чувство, она посмотрела на Валена. Его черные глаза, похожие на угли, сверлили её пронзительным взглядом.

— Не было такого... ха-ах, а!.. М-медленнее!

Внезапно он ускорил темп, с нажимом проникая глубже. Архен задохнулась от ощущения, что её насаживают на кол. Когда она болезненно поморщилась, Вален потерся губами о её лоб и провел пальцем линию от солнечного сплетения до низа живота.

— Ха-а, почему тебе так тяжело? Ты же знаешь, что там еще много места.

— Слишком... ах, большой, мне трудно.

— Я знаю, что я бессовестный ублюдок.

— Ха-ах...

— Не могу вытащить. Внутри тебя так охеренно хорошо... Ха-а, прости. Потом бей сколько хочешь. Я дам тебе избить себя до полусмерти.

— А-а-а!!

Не успел он договорить, как вогнал член до самого основания. Архен даже не смогла застонать — только беззвучно открыла рот. Она инстинктивно потянулась вниз, пытаясь оттолкнуть его, но Вален перехватил запястье своей огромной ладонью и нежно поцеловал внутреннюю сторону руки.

— Ау... а.

— Архен, ха-а, больно?

Удивленная Архен чувствовала, как дрожат её бедра, но отталкивать его передумала. Она сунула большой палец ему в рот, и он тут же начал его посасывать. Вален без слов понял: «всё в порядке».

Он нежно погладил её дрожащую руку, не выпуская пальца изо рта, и наклонился. Угол изменился, проникновение стало глубже, и с губ Архен сорвался стон.

— Г-глубоко...

— Ты же сама меня подобрала, чтобы я это делал.

— Угх, ты... немного на-назад, пожалуйста...

— Терпи. Если сейчас вытащу, потом будет еще труднее.

Вален прошептал это сквозь зубы и медленно качнул бедрами. Толстый ствол, ворочающийся внутри, вызвал мурашки до кончиков пальцев. Вопреки тому, что он казался готовым сорваться, как жеребец, он ждал, пока Архен привыкнет.

Но он не просто выжидал. Он жадно сминал её грудь, чувствительно щипал соски, утыкался носом в тонкую шею и глубоко вдыхал.

Зачем он нюхает?

Архен, восстанавливая дыхание, вдруг задалась вопросом. Она читала много книг об искусстве любви, но нигде не говорилось о том, чтобы вдыхать запах партнера, как наркотик.

...Амугэ тоже девственник?

Наверное, он пробует всё подряд, чтобы возбудить её. Но это только смущало. Пока она думала, что надо бы одолжить ему те книги, Вален слегка отстранился и резко толкнул.

Шлеп!

— А!

— Я, твою мать, умираю здесь. У тебя есть время думать о другом?

— К-как ты уз-знал? Ах, ментальная магия...

— Ха-а, не неси чушь, сосредоточься на мне.

— Ы-ы, а-а...

Архен почувствовала, как его терпение иссякает, по тому, как он ущипнул её за сосок. Он с трудом сдерживал зверя внутри, подавлял желание быть диким ради неё.

Вален снова накрыл её губы своими и начал двигаться ритмичнее. Поскольку он хорошо подготовил её, даже мощные толчки теперь приносили больше удовольствия, чем боли.

— А, ммф, ты... ах, мпф!

Язык Валена проникал в широко открытый рот Архен. Казалось, он хочет поглотить её целиком, не оставляя ни одного места нетронутым. Он всем телом стремился слиться с ней.

— М-м, п-подожди... Ты... я... дышать...

— Больно? Фух, остановиться?

— Нет, ах... язык... слишком... мне в горло... глубоко... не суй. Угх...

— Тебе уже надоело, что я тебя трахаю?

Вален крепко схватил Архен за плечи и вонзил член до упора.

Шлеп!

Громкий звук удара плоти о плоть. От внезапного сильного толчка у Архен потемнело в глазах. Возбуждение мгновенно взлетело до небес, пронзая мозг.

— А-а, а!..

— Сколько будешь плакать? Фух, бл*дь, тебе нравится, когда больно?

— Нет, нет, а! А!!

✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению!  ➡️ Fableweaver

Страница книги Королева демонов хочет мира в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13

1 - 14

1 - 15

1 - 16

1 - 17

1 - 18

1 - 19

1 - 20

1 - 21

1 - 22

1 - 23

1 - 24

1 - 25

1 - 26

1 - 27

1 - 28

1 - 29

1 - 30

1 - 31

1 - 32

1 - 33

1 - 34

1 - 35

1 - 36

1 - 37

1 - 38

1 - 39

1 - 40

1 - 41

1 - 42

1 - 43

1 - 44

1 - 45

1 - 46

1 - 47

1 - 48

1 - 49

1 - 50

1 - 51

1 - 52

1 - 53

1 - 54

1 - 55

1 - 56

1 - 57

1 - 58

1 - 59

1 - 60

1 - 61

1 - 62

1 - 63

1 - 64

1 - 65

1 - 66

1 - 67

1 - 68

1 - 69

1 - 70

О книге