Самая смертоносная фраза в главе 1 редакт

У задних ворот университета на корточках у обочины сидел молодой человек в дешёвой футболке. Перед ним на большом куске полиэтилена были аккуратно разложены рядами, словно игральные карты, разнообразные пиратские компакт-диски. Здесь было всё: от аниме и фильмов до развлекательных шоу и сериалов.

Под палящим солнцем парень прищурился, вытирая вспотевший лоб, и одарил прохожих мягкой улыбкой. В его мыслях крутилось лишь одно короткое ругательство:

«Бля!»

— Босс, а у тебя есть те самые диски? — спросил мужчина средних лет, хитро прищурившись и двусмысленно улыбаясь.

Молодой человек сразу всё понял и поднялся навстречу покупателю:

— Конечно. Есть все новинки от Европы и Америки до Японии, художественные фильмы и аниме — всё, что пожелаете. Полное собрание работ Аои Соры, серия про извращенцев в поезде, а также классика — «Те годы, девчонки, которых мы скачивали вместе». Красавчик, выберешь что-нибудь?

Мужчина средних лет облизнул губы:

— Почём?

Молодой человек поднял три пальца:

— Вижу, вы человек знающий, так что темнить не буду. Тридцать юаней за штуку. Скажи же, даром?

— Недёшево, — честно ответил мужчина средних лет, качая головой.

Молодой человек беспомощно и горько усмехнулся:

— Брат, ты думаешь, это обычные болванки по пять юаней, где можно брать всё подряд? В нашем деле рискуешь как наркоторговец, а зарабатываешь как продавец капусты. Отдам за двадцать восемь, меньше никак не могу.

— Ладно, тогда давай последнюю часть «Извращенца в поезде» и «Те годы, девчонки, которых мы скачивали вместе», — немного подумав, кивнул мужчина.

— Договорились, — улыбнулся парень, достал из рюкзака диски и протянул покупателю.

Они были упакованы в пластиковые кейсы с гладкой поверхностью. Обложек не было, а в углу каждого футляра виднелось лишь несколько неразборчиво написанных букв. Мужчина сунул диски в карман, быстро расплатился и ушёл.

— Ну и огромный же у тебя рюкзак… Проверки сейчас такие строгие, а ты, Сяо Жуань, парень не промах, — удивлённо покачал головой торговец фруктами, стоявший по соседству.

Молодой человек по имени Сяо Жуань аккуратно поправил сумку и с улыбкой ответил:

— В том-то и суть. Самая большая прибыль всегда там, где другие торговать боятся.

Словно в подтверждение его слов, вскоре у прилавка появился ещё один парень с довольно сальной внешностью. Наглец многозначительно ухмыльнулся, бросая взгляд, понятный любому мужчине:

— Босс, а у тебя есть диски?

— Конечно, вот же они, — Сяо Жуань с невинным видом указал на разложенный перед ним пиратский товар.

— Да нет, я имею в виду особые диски, понимаешь? — вкрадчиво прошептал тип.

— А, вы про порнографию?

Похотливый парень закивал как заведённый.

Сяо Жуань с извиняющейся улыбкой покачал головой:

— Простите, но таким я здесь не торгую. Обратите внимание на эти DVD, тут собраны все последние голливудские блокбастеры, качество отличное.

Покупатель разочарованно надулся и принялся бесцельно блуждать взглядом по плёнке. Заметив, что парень косится на его рюкзак, Сяо Жуань сам приоткрыл сумку и дружелюбно предложил:

— Ещё у меня есть чистые диски под запись. Можете скачать и записать сами. Взять пару штук?

Этот сальный тип мельком заглянул в сумку, а затем разочарованно развернулся и ушёл прочь.

— Сяо Жуань, а это что сейчас было?.. — нетерпеливо спросил торговец фруктами, как только парень скрылся из виду.

— Он как раз из этих… — Сяо Жуань сделал едва заметный жест в сторону ушедшего.

Торговец с восхищением уточнил:

— И как ты только догадался?

Сяо Жуань улыбнулся:

— Я специально ходил к полицейскому участку, чтобы запоминать лица. Теперь знаю каждого оперативника в нашем районе.

— Ну ты и голова! — воскликнул торговец фруктами. — Ни один продавец дисков до такого ещё не додумался!

— Если хочешь быть мышкой, сначала нужно хорошенько изучить кошку, — Сяо Жуань почесал затылок и застенчиво улыбнулся. — Остальные просто не догадались, да и стеснялись, наверное, крутиться возле участка.

— Чэнгуани¹ идут! Проверка! — внезапно раздался чей-то тревожный крик неподалёку.

— Да чтоб их! Какого чёрта они припёрлись в такое время?! — застигнутый врасплох дядька-торговец вскочил на свой трёхколёсный велосипед с фруктами и рванул прочь так быстро, словно у него загорелись штаны.

В отличие от него, у Сяо Жуаня транспорта для побега не было, но он сохранил абсолютное спокойствие. Парень резко потянул за один край полиэтилена. Диски, до этого разложенные как игральные карты, мгновенно съехали один на другой, образовав ровные стопки. Сяо Жуань ловко перехватил края плёнки, затянул их и завязал узлом.

Вся гора товара была упакована меньше чем за две секунды.

------------------------------

¹Прим. переводчика: Чэнгуань — сотрудники управления городской администрации в Китае, которые борются с уличной торговлей.

Мимо Сяо Жуаня с рёвом и грохотом проносились толпы уличных торговцев. Независимо от того, были у них тележки или нет, они неслись по дороге единым галопом, напоминая табун диких лошадей, поднявших бурю пыли в пустыне Гоби.

Собрав вещи, Сяо Жуань не стал уподобляться этой безумной цепочке беглецов. Он спокойно вытащил из рюкзака большой пластиковый пакет с логотипом какого-то брендового магазина и аккуратно уложил туда завязанный узел с дисками. Затем перекинул рюкзак через одно плечо, взял пакет в руку и невозмутимо достал телефон.

Через минуту к нему подошли сотрудники городской администрации.

Сяо Жуань, уставившись в экран и делая вид, будто никого вокруг не замечает, заговорил в трубку с самым несчастным и измученным видом:

— Староста, ладно ещё я сама всё купила, но ты же не думаешь, что я в одиночку притащу это на верхний этаж? Прояви сострадание, отправь кого-нибудь мне на помощь... Я стою прямо у задних ворот университета... Ага, хорошо, жду...

В этот момент Сяо Жуань выглядел как типичный заезженный студент, которого обременяли поручениями старосты группы. Чэнгуань купился на эту уловку и прошёл мимо хитрой лисы, переключив внимание на других, менее расторопных торговцев, которые не успели сбежать.

Как только проверяющие скрылись из виду, Сяо Жуань неторопливо побрёл в сторону своего логова, неся в руках пакет и рюкзак.

— А чего это ты сегодня так рано? — хозяйка дома заметила Сяо Жуаня, едва он подошёл к дверям.

— Городская администрация устроила облаву, — Сяо Жуань мягко улыбнулся женщине. — Вот и пришлось вернуться.

Тётушка фыркнула:

— Я же тебе сто раз говорила: найди нормальную работу. Тебе самому-то нравится, что тебя каждый день гоняют как собаку?

Сяо Жуань лишь добродушно улыбнулся в ответ:

— В гонконгских фильмах есть отличная фраза: «Самое главное в жизни — быть счастливым». Мне кажется, если тебе в радость то, чем ты занимаешься, то и любая работа приносит удовольствие.

Тётушка скривила губы:

— Ну да, торговать у школы порнухой и портить молодёжь — обалденное веселье!

— Ну зачем вы так, — смущённо почесал затылок Сяо Жуань. — Вот распродам последнюю партию дисков, вернусь в родные края, женюсь и больше пальцем не трону неокрепшие подростковые умы.

Увидев, что беспринципный спекулянт вроде как встал на путь исправления, тётушка удовлетворённо кивнула и ушла к себе.

Через десять минут Сяо Жуань уже свернулся калачиком под одеялом. Окрылённый сладкими мечтами о том, как вернётся на родину богачом, он мгновенно уснул. Да и как тут не уснуть — парень всю ночь напролёт записывал диски, проявив поистине запредельную преданность своему делу!

Вот только Сяо Жуань совершенно не учёл, что мало того что процитировал избитые штампы из гонконгского кино, так ещё и ляпнул фразу, которая гарантированно вела к гибели. «Вернусь в родной город и женюсь» — в любом фильме каждый, кто произносил это, неизменно кончал жизнь трагически, навсегда расставаясь с близкими.

Ложь, повторенная тысячу раз, становится правдой. А фраза, повторенная десять тысяч раз, превращается в проклятие. И вот, один несчастный парень из-за длинного языка навсегда покинул этот мир прямо во сне.

Он попал в другой мир! Сяо Жуань умудрялся бегать от полиции и чэнгуаней, но никак не ожидал, что попадётся в лапы всемогущего бога перерождений.

Попадание в другой мир — это, конечно, круто. Но разве в телепортируемые души обычно не берут отличников, брошенных жён, профессиональных киллеров или писателей? Эй, многоуважаемый бог перерождений, ты уверен, что отправлять в другой мир бесстыдного торговца пиратскими DVD — это вообще нормальная идея?

Глава 2. Материнская любовь слишком жестока.

В замкнутом пространстве, среди кроваво-красных стен и едва заметной ряби воды, маленькая сгорбленная фигурка сосала палец, серьёзно размышляя над вопросом жизни и смерти: почему после сна он очнулся в воде? И почему до сих пор не утонул?!

«Если рассматривать эту ситуацию с точки зрения логики американских фильмов…»

Вероятнее всего, его похитили инопланетяне, пока он спал. Сейчас он лишён зрения, обоняния и подвижности, а самого его поместили в контейнер с питательной средой, где он ожидает своей участи.

Мысль о несчастных подопытных из зарубежной фантастики заставила хрупкое сердце Сяо Жуаня затрепетать: «Если принять эту теорию, то мне остаётся только бороться за восстановление подвижности, чтобы вырваться и вернуться к людям?»

«Завязка в духе главного героя голливудского блокбастера звучит довольно привлекательно, не так ли?» — подумал Сяо Жуань, пытаясь найти каплю юмора в своём бедственном положении. Он пустил изо рта пузырь и продолжил размышлять…

«Однако… если следовать логике бытовых телесериалов, то я, скорее всего, столкнулся с самым популярным сейчас сценарием — перерождением! Причём внутриутробным. Учитывая моё нынешнее, судя по всему, недоразвитое состояние, на каком я вообще месяце?! Чёрт! Откуда у нормального взрослого мужика могут быть такие познания?»

Сяо Жуань принялся ломать голову, пытаясь вспомнить китайские сериалы о попаданцах, которые он смотрел, чтобы извлечь из чужого опыта хоть какую-то пользу. Прошла минута, две, три… Наконец Сяо Жуань не выдержал: «Да твою же мать! Эти бездельники-попаданцы после перерождения только и делают, что бегают за девчонками или парнями, и ни один из них не торчал в околоплодных водах, как я! Я полностью разочарован в этой кино- и телеиндустрии, которая ущемляет права ещё не родившихся попаданцев…»

Гнев гневом, а жизнь продолжается. Сяо Жуаню оставалось только смириться со сценарием и просчитывать варианты. Опираясь на опыт просмотра китайских сериалов, он понимал: раз уж он стал плодом, то теперь нужно просто… ждать рождения. А там, как только определится пол, всё пойдёт по накатанной. Если родится парнем — будет встречаться с девчонками, если родится девчонкой — заведёт отношения с девушками…

А? Кажется, он случайно упустил ещё один вариант? Какой же? Ну ладно, неважно.

Итак, взвесив все «за» и «против», Сяо Жуань принял решение — надо бороться.

Всегда готовься к худшему исходу. Это горький урок, который намертво зазубрили все мелкие нелегальные торговцы двадцать первого века.

Недолго думая, крошечный плод принялся изо всех сил барахтаться своими слабыми ручками и ножками...

Спустя неизвестно сколько времени Сяо Жуань пришёл к неутешительному выводу: грести в этой жиже слишком тяжело, плак-плак-плак.

Раз уж физическое тело подводило, оставался единственный путь — попытаться пробудить легендарные ментальные силы. В конце концов, если уж похищение инопланетянами и перерождение стали реальностью, то почему бы и магии не существовать?

Как продавец пиратских DVD, который лично скачал и записал бесчисленное количество дисков, Сяо Жуань в некоторых вопросах был весьма эрудирован. Он быстро откопал в чертогах разума полезные знания с диска под названием «Йога для похудения»… Парень выровнял дыхание, очистил разум от посторонних мыслей и погрузился в медитацию.

Как оказалось, выхлоп от этой практики был куда мощнее, чем от продажи DVD-дисков у школы. Сяо Жуань быстро почувствовал нечто необычное. Жидкость, заполнявшая всё пространство, явно содержала скрытую силу — тонкую энергию, которая проникала в каждую пору его тела и непрерывно текла по меридианам. По ощущениям это напоминало ледяную минералку, которую в жаркий летний день жадно пьёшь залпом: холодную, но невероятно освежающую, чистую и прозрачную.

Более того, с каждым вдохом в его тело проникал и другой вид энергии, собираясь внизу живота. Она была нейтральной и спокойной, словно тёплая вода. Ничего сверхъестественного, но там, где она проходила, разливалось умиротворение и абсолютный комфорт.

Подпитываемый этими двумя потоками, Сяо Жуань постепенно расслабился, а в голове прояснилось. Он полностью погрузился в высшее состояние транса, когда разум становится абсолютно пустым.

Когда Сяо Жуань очнулся от этого мистического забытья, «ледяная минералка», растворённая в окружающей жидкости, была до капли впитана его истощённой кожей.

Продолжая лениво нежиться в тёплой воде, Сяо Жуань недовольно пустил пузырь: «Что-то эти инопланетяне жадничают. Решили модифицировать человеческое тело, а питательного раствора пожалели. Они что, не видят, какой у них исключительно талантливый подопытный кролик? Или в инопланетных организациях тоже есть славная традиция пилить бюджеты, выделенные на эксперименты?»

Впрочем, Сяо Жуань быстро осознал свою ошибку, потому что до его ушей донёсся едва слышный, весёлый женский голос…

— Жуань Эрдуо, выдай мне сегодня двойную порцию пилюль Сюань Инь! Утечка духовной энергии из моего ложного духовного корня уменьшилась — должно быть, ребёнок поглощает её всё быстрее. У этого малыша точно будет чистая конституция Инь, прямо как у меня!

Пилюли Сюань Инь, ложный духовный корень, духовная энергия, чистая конституция Инь...

Глаза Сяо Жуаня загорелись. Это явно был не фантастический фильм, а мир сянься — мир совершенствующихся! И пускай он не до конца понимал, что такое ложные корни и иньские конституции, сама мысль о том, что воевать с пришельцами не придётся, была… просто фантастической!

Сяо Жуань утёр воображаемые слёзы облегчения и вдруг с удивлением осознал, что к нему вернулась подвижность, причём так плавно, что он и не заметил. Парень осторожно грёб пальцами по воде, глупо ухмыляясь: «Так вот эта ледяная минералка и есть духовная энергия! Безопасно, сердито, а главное — как здорово-то!»

Внезапно пространство вокруг задрожало, и снова раздался женский голос:

— Если духовной энергии всё ещё мало, дитя моё, ты только подай знак маме. Я дам тебе столько сил, сколько пожелаешь.

Услышав это, Сяо Жуань невольно улыбнулся. С такой преданной и заботливой матерью его собственные перспективы после рождения явно вырисовывались весьма заманчивыми, верно?

Духовная энергия вокруг быстро восстановилась, став ещё более плотной и обильной, чем прежде. Вспомнив слова женщины об утечке энергии, Сяо Жуань поспешил успокоить разум и усердно принялся за её поглощение.

Когда парень снова пришёл в себя, он ясно ощутил, что нижняя часть живота — даньтянь — до краёв наполнена тёплой водой, а ледяная минералка полностью заполнила все меридианы тела. Но, как ни странно, при смешивании этих двух потоков не получалось банальной тёплой водички. Напротив, каждый из них чётко занимал свою территорию, абсолютно не мешая другому.

Сяо Жуань слегка недовольно похлопал себя по животу: «Эй, вы же делите одно тело, почему даже не пытаетесь подраться? Как я, обожающий сочные драмы про враждующих братьев, должен на это скучное зрелище смотреть?»

Он попытался немного пошевелиться, но неожиданно упёрся в тёплую, упругую преграду. За то время, что парень провёл в медитации, его тело, похоже, прилично выросло. Пространство вокруг резко сократилось, превратившись из просторного одиночного номера в отеле в тесную примерочную торгового центра.

Мысль о том, что он, взрослый парень, пусть и в теле младенца, находится в таком интимном контакте с внутренним миром женщины, заставила его густо покраснеть и прикрыть лицо ладошками: «Так, Сяо Жуань, без пошлых мыслей. Держи себя в руках. У тебя вообще-то есть чувство собственного достоинства!»

Почувствовав необычное шевеление внутри, женщина провела рукой по животу — Сяо Жуань ощутил, как мягкая сила медленно скользнула по разделявшей их стенке. На этот раз звуки снаружи донеслись гораздо отчётливее.

— Как насчёт того, чтобы сегодня принять сразу пять пилюль Сюань Инь? Дитя моё, ты должен усердно усваивать духовную энергию. Как только ты родишься, мамочка передаст тебе Писание Кунь Юань. Это высшее сокровище секты Небесных Бессмертных, оно тебе точно понравится.

Даже секретные техники подадут на блюдечке? Какая прелесть! Сяо Жуань так и сиял от радости: матери — воистину великие и самоотверженные создания.

Но уже через пятнадцать минут Сяо Жуань безмолвно зарыдал, когда в его меридианы хлынул такой мощный поток духовной энергии, словно в час пик в забитый до отказа автобус впихнули ещё толпу пассажиров: «Мамуля, твоя щедрость не знает границ, но меня уже раздувает! Нельзя же так насильно откармливать ребёнка!»

В голосе самоотверженной матери вдруг прорезались тревожные нотки:

— Руань Эрдуо, скорее иди сюда, посмотри! Почему моя духовная энергия на этот раз так сильно рассеялась?.. С твоими пилюлями явно что-то не так!

Вскоре раздался ещё один голос — мягкий, мужской:

— Шиянь, не волнуйся. Скорее всего, дело в том, что наш ребёнок уже поглотил достаточно духовной энергии... Давай с завтрашнего дня прекратим принимать те пилюли, что задерживают роды, ладно? Пошёл уже одиннадцатый месяц. Если ты скоро не родишь, это пойдёт во вред твоему же организму.

Насильно влитая духовная энергия так сильно сдавила стенки меридианов, что они заныли от боли, готовые вот-вот лопнуть. Сяо Жуань содрогнулся в этой ледяной минералке: «Одиннадцатый месяц… Мамуля, ну ты сильна! Переедание — ещё ладно, но держать меня под замком?! Ты вообще хочешь вырастить вундеркинда или решила устроить нам совместный суицид?»

Властный материнский голос снаружи тем временем отрезал:

— Если бы мой даньтянь не был разрушен, а смертный духовный корень не превратился в ложный, из-за чего я могу поглощать энергию, но не способна удержать её, разве пришлось бы мне использовать пилюли, чтобы обеспечить дитя? И не заикайся больше про отмену задерживающих роды лекарств. Пока ребёнок способен впитать хотя бы крупицу духовной энергии, я его не рожу. Или… тебе просто пилюль своих жалко?

— Да как ты могла такое подумать? Я же алхимик, разве у меня может не хватать пилюль? Просто... Ну хорошо, раз ты так настаиваешь, пусть будет по-твоему, — мужчина поспешно пошёл на попятную.

«Эй, эй, эй! А моё мнение спросить никто не хочет?! У меня сейчас каналы к чертям разорвутся! Я же помру, плак-плак-плак... Неужели я переродился только ради того, чтобы стать наглядным пособием на тему "как гиперопека матери губит детей"?» — Сяо Жуань отчаянно забарахтал руками в знак протеста.

Мать снаружи нежно погладила живот и мягко улыбнулась:

— Вот видишь, малыш со мной полностью согласен.

Раздуваемый изнутри духовной энергией Сяо Жуань сжал кулачки от горя и негодования: «Да это же чистой воды тирания! Нельзя так бессовестно издеваться над плодом, у которого даже права голоса нет!..»

Глава 3. Освобожден после отбытия наказания.

Всего за несколько минут чувства Сяо Жуаня превратились из экстаза в сущий ад…

Нападающий сверху был одержим желанием проникать всё глубже и глубже, в то время как тот, кто оказался снизу, всхлипывал, рыдал и подвергался жестокому давлению. Всё его тело дрожало и пыталось отступить, но в отчаянии он обнаружил, что чужое влияние огромно и пути к отступлению отрезаны со всех сторон...

Меридианы были сожжены дотла, а тело находилось на грани разрушения. Сяо Жуань сжал кулаки от горя и негодования. Кто-нибудь мог объяснить ему, почему находиться в утробе матери опаснее, чем в инопланетном инкубаторе?!

Внезапно Сяо Жуаня осенила блестящая идея: раз уж нет способа остановить вторжение духовной энергии, почему бы не…

Быстро скорректировав дыхание, Сяо Жуань попытался впитать эту теплую энергию, которая была совершенно несовместима с его собственной холодной силой.

Помог ли этот метод?

Конечно, помог!

Духовная энергия в его теле скапливалась всё сильнее, и физическая оболочка разрушалась ещё быстрее...

Именно в этом и заключалась цель Сяо Жуаня.

Чем скорее ты умрешь, тем скорее возродишься!

Сяо Жуань стиснул зубы: если он не мог контролировать свою жизнь, то хотя бы собственную смерть сумеет взять под контроль.

В мире романов существует негласный закон бессмертия главного героя. Есть также закон судьбы, которая вечно идет наперекор твоим желаниям. Независимо от того, какое правило сработало теперь, Сяо Жуань, морально готовый погибнуть от избытка ледяной энергии, был обречен на выживание.

Под неустанным натиском духовно могущественного, но в конечном итоге уступившего гонга, измученный шу стиснул зубы, будучи прижатым к земле. Затем принудительное слияние постепенно превратилось во взаимовыгодное. Тело, обладавшее огромным потенциалом и способное подстраиваться под внешние обстоятельства, взяло на себя инициативу и нашло новый способ хранения духовной энергии в плоти, открыв главу гармоничного обмена силами.

Непрерывное вливание теплой энергии также сыграло решающую роль, защищая даньтянь и восстанавливая ткани, что позволило Сяо Жуаню успешно пережить мучительный процесс разрушения и перерождения. Хотя сам он предпочел бы просто умереть.

Когда последний капилляр наполнился ледяной энергией, Сяо Жуань наконец дождался момента, когда мать решила отпустить его.

Дрожа от холода, вызванного избытком ледяной минеральной силы, Сяо Жуань, покидающий свое узилище, плакал от радости: «Труднее всего вынести доброту любящей матери!»

К этому моменту бедный маленький Жуань уже больше месяца терпел мучительные пытки в этом темном и тесном месте. Если бы он написал автобиографию, она, несомненно, затмила бы любые другие мемуары. Настоящая победа с самого старта — драматическая история жизни, начавшаяся еще во внутриутробном периоде!

После череды бурных и тяжелых потрясений младенец Жуань успешно покинул заточение и явился в мир людей.

Прежде чем он успел открыть глаза, перед его мысленным взором предстала вся картина: светлая и чистая комната, бледнолицая женщина на кровати, мужчина рядом с ней с обеспокоенным выражением лица и глуповатой ухмылкой, а также мокрый младенец, свернувшийся калачиком у ног роженицы...

«Может ли это быть тем, что в фантастических романах называют божественным сознанием?»

Как только он выпустил свое божественное сознание, то сразу оказался в неловком положении. Даже не проверяя, мальчик он или девочка, Сяо Жуань поспешно сжал ножки, а его лицо вспыхнуло от смущения: «Я только родился, а уже стал свидетелем столь неприглядной сцены! Это же травма на всю жизнь. Я уверен, что заработал травму!»

— Неужели у ребенка тело чистого Инь? — внезапно раздался слабый голос матери.

Сяо Жуань как раз размышлял, не стоит ли ему заплакать ради приличия, как полагается всем новорожденным, когда услышал эти слова. Хотя ему совсем не хотелось демонстрировать свои половые органы незнакомой женщине, разве первым вопросом после родов не должен быть: «Мальчик или девочка?»

Большая ладонь мягко обхватила его за запястье. Сяо Жуань мысленно оценил мужчину, который, по всей видимости, был его отцом: мягкие черты лица, типичный хороший семьянин. Если это тот самый человек, который давал матери лекарства во время беременности, то его зовут Жуань Эрдо. Довольно странное совпадение, ведь у них одинаковая фамилия.

Мужчина достал талисман, направил на него два пальца, и бумага обратилась потоком света, устремившимся к Сяо Жуаню. Мягкая аура окутала всё его тело и мгновенно исчезла, а талисман чудесным образом снова оказался в руке мужчины.

Затем Сяо Жуань услышал, как отец со смехом ответил:

— Это и впрямь конституция чистого Инь.

— Как и следовало ожидать от моего ребенка! — в голосе И Шиянь — так звали его мать — смешались радость и беспокойство. — А что насчет духовного корня?

Сяо Жуань заворочался, пытаясь оттереть мокрое и липкое тело, и втайне поражался: неужели в этом мире культиваторов человеческая природа настолько обесценилась? При рождении ребенка их больше ничего не волнует, важны лишь врожденные данные и скрытый потенциал.

К ладони Сяо Жуаня прижали слегка прохладный, но приятный на ощупь предмет. С помощью божественного сознания Сяо Жуань разглядел фиолетовую нефритовую бусину. Нет, скорее это была бусина-хамелеон, потому что прямо сейчас она меняла цвет с фиолетового на синий, с синего на голубой, затем на зеленый и, наконец, окрасилась в желтый оттенок.

— Ну как? Это Небесный духовный корень? — нетерпеливо спросила бледная И Шиянь с кровати.

Отец, Жуань Эрдо, убрал нефритовую бусину, и его брови разгладились в улыбке:

— Небесный духовный корень — это легендарный талант небожителей, разве может он так просто появиться в мире смертных? У нашего ребенка Земной духовный корень, который встречается один раз на тысячу человек. Это уже огромная редкость!

И Шиянь довольно улыбнулась и закрыла глаза:

— Небеса мне помогли! Весь мой труд наконец-то окупился.

С этими словами И Шиянь мирно уснула.

Глядя на усталое, но облегченное лицо женщины, Сяо Жуань мысленно вздохнул. Хотя эта мать едва не погубила его, её материнское сердце все же было искренним.

Увидев, что жена заснула, Жуань Эрдо поспешно протянул руку и проверил ее пульс. Спустя несколько мгновений его брови разгладились — с И Шиянь всё было в порядке. Тогда он аккуратно поднял Сяо Жуаня и опустил его в таз с горячей водой. После этого Жуань Эрдо отжал платок и принялся обтирать тело И Шиянь, оставив Сяо Жуаня плескаться в воде.

Похоже, в воду добавили какое-то целебное средство, купаться в ней было невероятно приятно. Сяо Жуань удовлетворенно вздохнул, вытянулся всем телом и широко расставил пухлые ножки в крайне неприличной позе — теперь-то никто не помешает ему наконец узнать свой пол!

Между ног сиротливо болтался крошечный, сморщенный отросток.

«Хе-хе-хе! Я всё ещё мужик!»

Его переполнила такая радость, что Сяо Жуань, чья судьба с самого рождения была полна трудностей, не сдержал двух горьких слез. Его счастье в этой жизни наконец-то было гарантировано!

— И как только ты выжил после стольких пилюль Сюань Инь…?

До его ушей внезапно донесся тихий шепот, от которого Сяо Жуань так и замер. Эти слова… произнес Жуань Эрдо!

Он и не заметил, что Жуань Эрдо уже закончил приводить в порядок И Шиянь и повернулся к нему.

Сяо Жуань мысленно вгляделся в напряженное лицо мужчины, и по его спине пробежал холодок.

Что этот парень имеет в виду? Он с самого начала знал, что те пилюли должны были убить плод? Похоже, именно он давал лекарство матери, зная, что оно погубит ребенка... Но разве он не законный отец этого тела?!

Вспомнив бесчисленные мелодраматические сюжеты, Сяо Жуань быстро пришел к единственному выводу: правда была в том, что его мать изменила этому парню, и он — плод этой измены!

Черт, едва он спасся от матери-убийцы, как тут же пришлось столкнуться с коварным отчимом-отравителем? И ведь не прошло еще и часа с момента рождения! Его жизнь — это какой-то безумный боевик? Обязательно ли сюжету развиваться в такой постоянной череде потрясений?!

Глава 4: Жизнь в достатке и ожидание смерти

Когда Сяо Жуань вернулась в реальность, Жуань Эрдуо посмотрел на неё так, словно видел перед собой мертвеца.

По её телу пробежал холодок, и Сяо Жуань тут же разрыдалась: «Уаааа... Мама, спаси меня!»

В глазах Жуань Эрдуо мелькнуло напряжение, и он быстро протянул к ней руку. Сяо Жуань, конечно же, не собиралась сдаваться без боя и начала отчаянно вырываться…

Ей удалось пробудить божественное чутье. Его можно было выпускать и убирать по желанию, но оно оказалось бесполезным — разве что работало как обзорная камера на 360 градусов без слепых зон.

Попытка мобилизовать духовную энергию тоже провалилась. В воздухе совсем не ощущалось привычных теплых потоков ци, а та ледяная энергия, что присутствовала, была слишком разреженной. Без руководства по совершенствованию было невозможно управлять ни внутренними, ни внешними духовными силами. Более того, на границе каналов теплая энергия, казалось, медленно поглощалась ледяными потоками. Черт возьми, нашли время — эти два вида энергии все еще боролись между собой!

В ход пошли руки и ноги... но разница в силах была слишком жестокой и несправедливой.

Несмотря на все сопротивление, маленькая и слабая Сяо Жуань в конце концов оказалась в плену. Глядя на свое жалкое положение, когда она полностью зависела от чужой воли, в её голове крутилась лишь одна мысль: «Моя жизнь кончена!»

«Что случилось?» — наконец, в этот критический момент И Шиянь проснулась от душераздирающих криков Сяо Жуань.

Подняв глаза, И Шиянь увидела Жуань Эрдуо, который держал на весу младенца, размахивающего четырьмя пухлыми конечностями. Выражение её лица внезапно застыло, и И Шиянь, широко раскрыв глаза от недоверия, дрожащим голосом произнесла: «Поднеси сюда ребенка!»

Неприятное предчувствие охватило сердце Сяо Жуань, и она послушно позволила Жуань Эрдуо медленно поднести её к матери.

«Как такое могло случиться...» — не успев договорить, И Шиянь внезапно выплюнула полный рот крови и упала без сознания.

«Шиянь!» — Жуань Эрдуо отбросил Сяо Жуань обратно на кровать и бросился к И Шиянь.

Сяо Жуань была ошеломлена этим неожиданным поворотом событий. Она свернулась калачиком на мягкой кровати, чувствуя себя совершенно потерянной. Она с тревогой поглядывала на мать, которую Жуань Эрдуо уже бережно держал на руках и поил лекарством. В голове Сяо Жуань царил полный хаос: что же с ней не так, раз это с первого взгляда вызвало такой шок у матери…

Когда Жуань Эрдуо снова поднял её, Сяо Жуань, глядя на серьёзное выражение лица мужчины перед собой, невольно почувствовала тревогу: «Старший брат, если ты собираешься убить меня или пытать, хотя бы скажи что-нибудь! От твоего страдальческого лица у меня уже живот болит».

Однако Жуань Эрдуо не сделал ничего плохого. Он просто обмыл Сяо Жуань и запеленал её.

После череды потрясений малышка Жуань больше не могла сопротивляться усталости и вскоре крепко уснула в тёплых и уютных пеленках.

Когда она снова проснулась, в комнате была только Сяо Жуань.

После того как её божественное чутье трижды наткнулось на стену, Сяо Жуань наконец пришла к выводу, что оно не способно проникать сквозь твердые предметы. Голодному младенцу ничего не оставалось, как жалобно закричать, чтобы показать свою острую потребность в еде.

Вскоре дверь распахнулась, и вошёл Жуань Эрдуо.

Сяо Жуань нервно отпрянула назад: «Почему это опять этот непутевый отец? Где мама?!»

Жуань Эр шагнул вперед. Его руки, всё еще пахнущие лекарствами, аккуратно поправили пеленки, в которые была завернута малышка Жуань, а в улыбке мелькнула горечь: «С сегодняшнего дня тебя будут звать Жуань Мэйчжи. Пожалуй, тебе будет лучше ничего не знать».

Сяо Жуань, наконец-то получившая настоящее имя, вдруг почувствовала приступ тревоги: «Я ничего не знаю… Что ты не хочешь, чтобы я знала? То, что ты как отец — одно сплошное разочарование, или что-то о моей матери…»

Жуань Мэйчжи была крайне обеспокоена. Она отчаянно пыталась направить свое божественное чутье сквозь неплотно закрытую дверь, вытягивая его в тонкую линию и продвигая всё дальше и дальше, пока оно не достигло женщины, укрытой тонким одеялом и полулежащей в шезлонге в саду.

Цвет лица И Шиянь был более-менее в порядке, но глаза оставались безжизненными. Она сидела спиной к комнате и смотрела вдаль, словно погруженная в свои мысли.

Она была прямо здесь, так почему же она даже не собиралась подойти и проведать её? Жуань Мэйчжи подавила свои сомнения и отключила божественное чутье. Только тогда она заметила, что Жуань Эрдуо уже поднес к её губам пилюлю.

Застигнутая врасплох, она не успела опомниться, как таблетку запихнули ей в рот. Прежде чем Жуань Мэйчжи попыталась выплюнуть её, пилюля уже растворилась. Приятное тепло разлилось по желудку, мгновенно наполнив пустой живот.

«Не знаю, сможешь ли ты усвоить эту пилюлю голодания. Но пока это всё, что мы можем сделать…» — Жуань Эр вздохнул, погладил Жуань Мэйчжи по голове, повернулся и вышел, закрыв за собой дверь.

Жуань Мэйчжи цокнула языком и нахмурилась: «Пилюли Бигу? Это же стандартный рацион для заклинателей. Неужели этим можно кормить младенца? Хотя у меня и не было желания пить грудное молоко, судя по словам Жуань Эрдуо, похоже, пока придется выживать только на пилюлях Бигу. Куда делось нормальное детское питание? Неужели здоровье матери действительно настолько плохое?»

Однако на вопросы Жуань Мэйчжи в течение следующего года ответа так и не последовало.

С момента её рождения И Шиянь ни разу не заходила в эту комнату. В течение следующего года Жуань Мэйчжи не только подросла, но и значительно расширила радиус своего божественного чутья. Хотя оно по-прежнему не могло проникать сквозь твердые предметы, расстояние, на которое она могла заглянуть из дверного проема, становилось всё больше и больше. Она часто видела И Шиянь, смотрящую вдаль в той же позе, что и раньше. Однако даже когда Жуань Мэйчжи громко кричала из открытой двери, И Шиянь во дворе даже не оборачивалась, словно девочки вообще не существовало.

Будучи младенцем, которого мать полностью игнорировала, Жуань Мэйчжи говорила себе: «Я не буду одинока, потому что одиночество всегда со мной».

Жуань Эрдуо часто приходил, чтобы покормить Жуань Мэйчжи пилюлями голодания, но его взгляд, словно на покойника, по-прежнему вызывал у девочки дрожь. Она невольно задавалась вопросом, сколько отравы подмешано в пилюли, которые она ест.

Жуань Мэйчжи, чьи младенческие проблемы с едой, питьем и туалетом были полностью решены благодаря пилюлям Бигу, рассуждала: «Проблема не в яде. Проблема в том, можно ли изменить его вкус? Глотать это каждую трапезу — слишком жестоко».

Духовная энергия в её теле всё ещё вела войну: теплые потоки и ледяные силы сталкивались друг с другом в соотношении один к десяти. Жуань Мэйчжи ещё не нашла способа восполнить свои силы и могла лишь беспомощно наблюдать, как духовная энергия, которую она кропотливо хранила в теле, ежедневно разыгрывает драму взаимного уничтожения.

Жуань Мэйчжи, будучи младенцем, который явно обладал тайным знанием, но мог лишь беспомощно наблюдать, как у неё его отбирают, вздыхала: «Солнце символизирует моё сердце...»

В мгновение ока холодная луна скрылась за горизонтом, взошло утреннее солнце, и снова настало время кормления.

Жуань Мэйчжи спокойно наблюдала, как Жуань Эр входит в дом, держа в руке ужасную пилюлю голодания. Она на мгновение замерла, колеблясь между перспективой умереть с голоду и риском сойти со ума от отвратительного вкуса, но в конце концов бесхребетно открыла рот и проглотила таблетку. Мысленно рыдая, она тосковала по белому рису, жареным овощам и тушеной свинине… Когда же наконец во рту перестанет быть так безвкусно? Она почти забыла вкус птицы!

«Кстати, сегодня тебе исполняется один год…» — с оттенком волнения произнес Жуань Эрдуо.

«Да, я уже год живу как попало», — подумала Жуань Мэйчжи с ещё большим волнением.

Жуань Эрдуо продолжил со вздохом: «Я никогда не думал, что ты доживешь до этого дня».

«...» — у Жуань Мэйчжи перехватило дыхание, и она молча выругалась про себя: «Брат Рогоносец, ты всё-таки подмешивал отраву в пилюли Бигу?»

«Интересно, сколько тебе еще осталось жить?» — Жуань Эр посмотрел на личико Жуань Мэйчжи, на котором от усердно стиснутых зубов читались одновременно печаль и злость.

«Всё зависит от того, что ты предпочитаешь: медленное отравление или мгновенную смерть», — с грустью подумала Жуань Мэйчжи.

Жуань Эр погладил пухлые ручки малышки Жуань Мэйчжи и тихо вздохнул: «Хорошо... Я буду заботиться о тебе, пока ты жива».

Жуань Мэйчжи попыталась отдернуть ладошки, но не смогла. Она сердито подумала: «На самом деле ты имеешь в виду: "Я буду отравлять тебя за каждый прожитый день"».

Однако, начиная с первого дня рождения дочери, Жуань Эрдуо полностью изменил свое прежнее отношение, которое раньше сводилось к простому кормлению, и стал вести себя как настоящий отец.

Он учил Жуань Мэйчжи говорить... несмотря на то, что девочка всегда неизменно называла своего отца «младшим братом».

Он учил Жуань Мэйчжи ходить и ползать… Хотя, когда Жуань Мэйчжи успешно подползала к нему, он наступал ей на ручки и отказывался убирать ногу.

Он играл с Жуань Мэйчжи... хотя единственное, что девочка любила делать, это шлепать его.

Жуань Эрдуо был человеком добродушным и безропотно терпел все капризы и проступки Жуань Мэйчжи.

Но Жуань Мэйчжи, которую всячески прощали, от этого чувствовала себя еще более неловко: терпимость Жуань Эрдуо больше походила на отношение к умирающему, чем к собственному ребенку.

Жуань Мэйчжи чувствовала себя заключенной, приговоренной к смерти, и еще трагичнее было то, что она не знала точной даты своей казни. Ожидание смерти и без того было мучительным; судьба, неужели ты можешь быть еще более жестокой?!

Глава 5. Контратака детей.

Можно ли назвать Жуань Мэйчжи человеком, который будет просто сидеть и ждать смерти?

Ответ на этот вопрос отлично знали сотрудники полиции и градостроительной службы, которым раз за разом не удавалось провести рейд в этом районе.

Спустя полмесяца, одной из ночей, маленькая фигурка бесшумно скатилась с кровати и заползла под лодку. Когда мальчик выбрался обратно, в его руке уже что-то было — небольшой тонкий мешочек из синей кожи. Это была та самая сумка для хранения, которую Жуань Эрдо каждый день носил с собой.

Сумки для хранения — самые обычные предметы обихода в мире культивации. Каждая из них обладает собственным внутренним пространством, способным вместить огромное количество вещей. Они очень прочные, но при этом легкие, что делает их незаменимыми спутниками для культиваторов — будь то дома, в путешествии или во время грабежа. Поэтому любой практик, имеющий хоть немного денег, носит такой мешочек при себе и держит там почти все свое имущество.

И вот теперь сумка Жуань Эрдо, где хранилась большая часть его богатства, попала в руки Жуань Мэйчжи. Главным же преимуществом мальчика на данный момент — помимо его божественного чутья — оставался возраст. Ну кто станет опасаться ребенка, который только-только научился ползать?

Однако если бы мешки для хранения было так легко украсть, их вряд ли стоило бы называть магическими артефактами.

Жуань Мэйчжи сосредоточил божественное чутье и направил его на горловину мешка. Он быстро обнаружил, что отверстие затянуто тонкой пленкой, преграждающей путь его восприятию.

Жуань Мэйчжи сильно подозревал, что эту печать на мешке оставил Жуань Эрдо. Мальчик отчетливо ощущал: приложи он чуть больше усилий, и его божественное чутье с легкостью проткнет мембрану. При нынешнем слабом теле и полном отсутствии духовной силы, божественное чутье оставалось единственным, в чем он превосходил Жуань Эрдо. Да и в самом деле, не будь его ментальная сила мощнее, разве смог бы он так долго и безрассудно сканировать все вокруг, оставаясь незамеченным?

Однако способность открыть замок еще не означала, что это стоит делать прямо сейчас. Жуань Мэйчжи мог запросто пробить пленку и забрать содержимое. Но ценой этого стало бы то, что великий король демонов Жуань Эрдо тут же получил бы ментальный сигнал и поймал вора с поличным. А застигнутому на месте преступления младенцу оставалось бы только молить о не слишком мучительной смерти.

Жуань Мэйчжи поднял пухлые ручки, взвесил мешочек на ладони и невинно улыбнулся. У него уже появился план, как получить желаемое и при этом не потревожить Жуань Эрдо.

Жуань Мэйчжи аккуратно спрятал сумку в карман и на цыпочках, бесшумно и быстро, направился к двери комнаты. Если бы это увидел Жуань Эрдо, он бы сильно удивился, ведь днем этот ребенок умел только ползать.

Существо, еще недавно бывшее ползающим, в мгновение ока эволюционировало в двуногого примата. Жуань Мэйчжи невинно улыбнулся: привычка притворяться дураком ради чужого заблуждения — весьма полезный навык.

Мальчик тихо приоткрыл дверь и проскользнул вдоль стены к алхимической комнате. Хотя он еще ни разу не покидал этот небольшой дом, он уже идеально изучил его планировку, составляя в уме карту всякий раз, когда открывались двери или окна.

Дом имел форму китайского иероглифа «回» (хуэй). В самом центре находился внутренний двор, а комната мальчика располагалась на южной стороне внутреннего кольца. Слева находилась алхимическая комната, которой пользовался исключительно Жуань Эрдо. Справа — комната для совершенствования, также служившая в основном Жуань Эрдо. На севере находилась спальня Жуань Эрдо и И Шияня; когда И Шияня не было во дворе, он всегда сидел в комнате… и продолжал смотреть куда-то вдаль. Что касается внешних построек, то из-за расстояния Жуань Мэйчжи мог различить в своем божественном восприятии лишь бесконечные ряды дверей.

Войдя в алхимическую комнату, мальчик сразу увидел огромную печь, стоявшую в самом центре помещения. Вдоль левой и правой стен тянулись высокие многоярусные полки: с одной стороны на них аккуратно стояли нефритовые шкатулки с лекарственными травами, а с другой — готовые эликсиры. У противоположной стены высился массивный стол из белого нефрита, на котором были разложены инструменты для обработки ингредиентов: ножи, ножницы, пестики и ступки.

Без малейшего колебания Жуань Мэйчжи направился к белому нефритовому столу, на котором лежало самое необходимое. Кое-как взобравшись на этот слишком высокий для него стол, мальчик достал сумку для хранения, положил ее перед собой и невинно ухмыльнулся. Сразу после этого он обеими руками поудобнее перехватил нож для резки трав и вонзил его прямо в сумку.

Многие алхимические материалы добываются из демонических тварей, из-за чего обладают исключительной твердостью. Поэтому и нож, используемый для их обработки, был невероятно острым — один точный удар, и в прочной коже мешка появилась небольшая дыра.

Какой смысл так тщательно охранять ворота? Неужели они не знают, что стену можно просто проломить? Глядя на результат, Жуань Мэйчжи удовлетворенно кивнул. Он отложил оружие и сосредоточил божественное чутье, прощупывая внутреннее пространство сумки через свежий порез. Цель была близка как никогда…

Содержимое мешка одно за другим всплывало в сознании Жуань Мэйчжи: нефритовые флаконы, нефритовые шкатулки, камни, бусины, одежда… и нефритовая застежка.

Нашел! Это было именно то, чего Жуань Мэйчжи сейчас хотел больше всего: нефритовый свиток с информацией о мире совершенствования. Чтобы стать хитрой мышью, сначала нужно досконально изучить повадки кошки, а этот новый мир как раз и был той самой смертоносной кошкой.

Жуань Мэйчжи взволнованно окутал нефритовый свиток божественным чутьем, но… не смог ничего прочесть. Похоже, в мире культивации нельзя было просто подглядеть содержимое; сначала требовалось установить с ним ментальную связь. Жуань Мэйчжи прижал мешочек проделанным отверстием ко лбу и высвободил духовное восприятие. Наконец небеса вознаградили его за усердие — он смог считать данные! Вот только вся информация хлынула одновременно… @#￥%& Жуань Мэйчжи застигло врасплох, и он едва не лишился чувств от колоссального потока знаний. Впрочем, для продавца пиратских DVD из XXI века подобная мелочь не составляла труда. Прошлый рекорд Жуань Мэйчжи — одновременное открытие десяти видеотрансляций: фильмов для взрослых, мультфильмов, документалок, обучающих видео, сериалов… и все это он умудрялся одновременно смотреть, фильтровать и скачивать. Так что запуск нескольких документов сразу для него был сущим пустяком. Более того, все тексты были написаны традиционными китайскими иероглифами; писать их он не умел, но большинство прекрасно распознавал! Спасибо тайваньским дорамам и группам субтитров, которые так любили традиционную письменность, — до чего же мило~

В сумке Жуань Эрдо нашлось пять нефритовых свитков.

«Наставления по регулированию дыхания» — трактат, объясняющий, как на начальном этапе духовного развития ощутить духовную энергию неба и земли, а также как поглощать и накапливать ее в теле.

«Священное Писание Ветра и Огня» — руководство по мобилизации внутренней духовной энергии для управления силами ветра и огня, что помогало в бою или при выплавке пилюль.

«Вхождение в зеркало медицины» — базовое пособие по алхимии, содержащее рецепты простых эликсиров.

Том «География континента Юаньчэнь» — по сути, трехмерная карта, показывающая сам континент Юаньчэнь и окружающие его острова, а также духовные жилы, рельеф местности, добычу ресурсов и распределение сил в различных регионах.

Книга «Иллюстрированный сборник духовных материалов — глава об алхимии» богато иллюстрирована и знакомит с десятками тысяч лекарственных материалов, включая компоненты животного и растительного происхождения, а также редкие минералы.

Поскольку время было ограничено, Жуань Мэйчжи быстро закончил изучение раздела об основных составах и убрал сумку с принадлежностями.

Спустившись с нефритового стола, Жуань Мэйчжи направился к шкафу, где хранились готовые эликсиры.

Жуань Эрдуо в основном занимался созданием базовых составов, описанных в древних свитках, предназначенных для обмена и торговли. На полках стояло множество часто используемых средств: пилюли для медитации, составы для укрепления энергии Ци и восстановления сил. Из-за большого количества запасов стеллаж был очень высоким и прочным. Жуань Мэйчжи начал осторожно взбираться по деревянным перекладинам вверх.

Через некоторое время, добравшись до нужной секции, Жуань Мэйчжи внимательно осмотрел флаконы. Выбрав один из них, он убедился, что содержимое соответствует описанию в книге. Эти составы были созданы по традиционным рецептам и предназначались для поддержки сил практикующих. Изучение запасов подтвердило, что мастер строго следовал проверенным методикам алхимии, обеспечивая высокое качество своих изделий.

Глава 6. Мать начинает понимать.

Жуань Мэйчжи спрятал пилюлю голодания обратно в бутылку и поставил её на место. Затем он сделал пару шагов в сторону и подошёл к нефритовому флакону с пилюлей очищения костного мозга.

Ранее из нефритовой записки он узнал, что эта пилюля способна выводить из организма заклинателей примеси и остаточные токсины от эликсиров. Она была крайне полезна для тех, кто часто питался пищей смертных или злоупотреблял пилюлями Пэйюань для быстрого восстановления духовной энергии.

Жуань Мэйчжи высыпал пилюлю на ладонь и проглотил её. Целебная сила тут же растеклась по его меридианам, однако обещанного в нефритовом свитке ощущения очищения от ядов и примесей так и не возникло.

Нахмурившись, Жуань Мэйчжи медленно опустился на floor. Неужели пилюля очищения костного мозга бессильна против его яда? Или Жуань Эрдуо вообще его не отравлял? Может, за его словами скрывается какой-то другой мотив?

Вспоминая заботливое, почти отцовское поведение Жуань Эрдуо в последние несколько дней, Жуань Мэйчжи невольно засомневался. В конце концов, из всех серьезных дорам о совершенствовании он смотрел только «Легенду о мече и фее» да сериал «Шушань», так что его выводы, основанные на этом опыте, вполне могли оказаться ошибочными.

Жуань Мэйчжи крепко сжал в руке мешочек с вещами: «И что теперь... уходить мне или нет?»

«Впрочем, неважно. Сначала нужно проверить, смогу ли я вообще отсюда выбраться». Жуань Мэйчжи собрал пожитки и на цыпочках выскочил из алхимической комнаты. Направляясь к внешней границе поместья, он миновал двор, прошёл по коридору и двинулся к главным воротам… где и застыл как вкопанный.

Божественное чутьё, сработавшее как предупреждающий сигнал, ясно подсказало Жуань Мэйчжи: это поместье надёжно изолировано от внешнего мира, и если он не хочет умереть, лучше не делать ни шагу вперёд.

Жуань Мэйчжи, конечно же, дорожил своей жизнью, поэтому ему пришлось оставить мысль о побеге этой ночью. Вместо этого он принялся осматривать окружающие двор постройки. Раз уж сбежать прямо сейчас нельзя, нужно хотя бы подготовиться к будущему. Обойдя просторную гостиную на южной стороне, ряд гостевых комнат на востоке, спальни на севере и кладовые на западе, Жуань Мэйчжи вернулся во внутренний двор. Теперь он наконец понял, почему ему приходилось каждый день принимать пилюли голодания — в этом доме попросту не было ни кухни, ни уборной…

Луна уже клонилась к горизонту, большая часть ночи осталась позади. Измученный ночной беготнёй, юноша едва держался на ногах. Он вернулся в свою комнату и с противоречивыми чувствами посмотрел на зажатый в руках мешочек. Поскольку уйти не удалось, ему пришлось вернуть вещь на место — под кровать, чтобы не вызвать подозрений у Жуань Эрдуо. Значит, остаток ночи ему придётся провести за заучиванием небесных писаний?

Взглянув на манящую постель, Жуань Мэйчжи заколебался. Он нащупал прореху в мешочке: она была совсем крошечной и находилась на самом дне, так что заметить её без тщательного осмотра было невозможно. Защитное заклинание на мешке уже было нарушено. Даже если вещь вернётся к Жуань Эрдуо, вытащить оттуда нефритовые свитки снова будет проще простого. Так что сейчас лучше… учиться!

Как бы ни была заманчива кровать, чтобы наслаждаться ею, для начала нужно остаться в живых.

Когда Жуань Мэйчжи очнулся от глубокого сна, солнце уже стояло высоко в небе.

К сожалению, его покою быстро пришёл конец. Незваный гость оказался настоящим наглецом: он бесцеремонно схватил Жуань Мэйчжи и принялся грубо ощупывать его с ног до головы — от лица до кончиков пальцев, от груди до пяток, не пропустив даже пах.

«Жуань Эрдуо! Ты что, из убийцы превратился в похотливого извращенца?!» — яростно распахнув глаза после такого бесстыдного осмотра, Жуань Мэйчжи застыл. Перед ним предстала пара невероятно соблазнительных глаз феникса. Боже мой!

«Сяо Чжи, ты проснулся?» — ласково улыбнулся И Шиянь.

«…» — Жуань Мэйчжи искренне засомневался, не спит ли он, ведь этот сюжетный поворот казался слишком абсурдным. Неужели прошлой ночью он умудрился случайно активировать какую-то скрытую квестовую линию?

«Сяо Чжи, я твоя мама. Ну же, назови меня мамой», — мягко и ласково уговаривал И Шиянь.

Взглянув в полные надежды глаза, Жуань Мэйчжи наконец тихо выдавил: «Мама». Хотя весь последний год И Шиянь обращался с ним как с пустым местом, юноша всё ещё смутно помнил ту преданную заботу, которой его окружали в младенчестве.

«Сяо Чжи, у тебя скоро появится младшая сестрёнка», — И Шиянь с широкой улыбкой приложил ладонь к своему животу.

«То есть стоило появиться сестре, как ты решил со мной заговорить? Твоя логика меня поражает», — мысленно хмыкнул Жуань Мэйчжи. Тем не менее, он послушно перевёл взгляд на плоский, без малейших признаков беременности живот И Шияня и негромко позвал: «Младшая сестра».

И Шиянь погладил Жуань Мэйчжи по голове, и его улыбка стала ещё шире: «Раньше я был словно в тумане, одержим ложными мыслями, но теперь во всём разобрался. Сяо Чжи, хочешь, чтобы я позаботился о тебе?»

Жуань Мэйчжи энергично закивал. Это в любом случае лучше, чем оставаться без присмотра под боком у главного подозреваемого!

«Тогда как насчёт того, чтобы я научил тебя распознавать акупунктурные точки?» — снова предложил И Шиянь.

Глаза Жуань Мэйчжи мгновенно загорелись. Он как раз отчаянно переживал, что не сможет разобраться в методах совершенствования, описанных в нефритовом свитке.

Не дожидаясь ответа, И Шиянь ткнул пальцем в его тело и принялся объяснять: «Это точка Таньчжун. Повторяй за мной: точка Таньчжун».

«…» — Жуань Мэйчжи теперь колебался, стоит ли ему притворяться гением или лучше сойти за обычного недалёкого ребёнка.

«Шаньчжун, Шаньчжун...» — И Шиянь с бесконечным терпением продолжал мягко надавливать на центр груди Жуань Мэйчжи.

«Как такой маленький ребёнок, который даже говорить толком не умеет, может различать меридианы и точки?» — Жуань Эр вошёл в комнату и мягко взял И Шияня за руку.

И Шиянь резко отдёрнул руку: «Почему бы и нет? В мире совершенствования едва научившиеся говорить дети уже начинают изучать основы. Я жду, когда Сяо Чжи во всём разберётся, чтобы обучить его Священному писанию Куньюань. Как он сможет учиться, если не освоит точки на раннем этапе?»

«Ты действительно собираешься его этому учить? Да как он сможет…» — Жуань Эрдуо нахмурил брови.

«Этот "Куньюань цзин" — высший классический трактат, созданный специально для обладателей чистой Инь-конституции. У меня как раз чистая Инь-конституция, так почему я не могу обучать его этому?» — И Шиянь нетерпеливо махнул рукой. — «Разве я не говорил тебе об этом сегодня утром? Ты ведь тогда не возражал?»

«Увы, этот "Куньюань цзин"…» — Жуань Эр хотел сказать что-то ещё.

И Шиянь резко перебил его: «Я всё решил. Это ради блага ребёнка. Чем ты недоволен? И не поднимай больше этот вопрос, если собираешься меня останавливать».

Жуань Мэйчжи задумался: почему Жуань Эрдуо, обычно столь преданный супруг, пытается запретить ему изучать Священное писание Куньюань, даже если ради этого приходится идти против воли И Шияня? Однако, помня простое правило — всё, чему мешает злодей, обязательно пойдёт на пользу, — у него просто не оставалось иного выбора. Он обязан выучить этот трактат!

Однако... раз уж ему предстояло изучать именно «Куньюань цзин», разве всё то время, что он потратил на заучивание текста о регулировании дыхания «Тяоси чжэнь», не окажется потраченным впустую?! Эх, жизнь полна непредсказуемости.

Ясно определив свою цель, Жуань Мэйчжи больше не сдерживался. Его разум уже был зрелым, а мозг подпитывался духовной энергией, так что его успехи в обучении продвигались поистине семимильными шагами. Меньше чем за три дня он полностью освоил все акупунктурные точки и начал пытаться произносить простые фразы, чтобы доказать свою смышлёность и перескочить сразу через несколько этапов.

Сейчас Жуань Мэйчжи стремился учиться как можно быстрее, потому что отчётливо видел, как с каждым днём лицо Жуань Эрдуо становилось всё более тревожным. Даже после того, как тот наконец обнаружил потерянный мешочек под кроватью, выражение его лица ничуть не смягчилось.

Решив изучать «Куньюань цзин» вопреки воле противника, юноша оставил себе лишь один путь: как можно скорее обрести собственную силу… пока Жуань Эрдуо окончательно не сбросил маску вежливости.

[Примечание автора] Происхождение названий трактатов:

«Куньюань цзин» — это методика женского совершенствования, написанная Сунь Буэр.

Сунь Буэр (1119–1182 гг. н.э.), мирское имя — Фучунь, духовное имя — Буэр, даосские псевдонимы — Цинцзин Санжэнь и Сунь Сянгу. Родом из Нинхая (современный район Мупин, провинция Шаньдун) времен династии Цзинь. Вознеслась в Лояне на 22-м году девиза правления Дадин. В 6-м году эры Чжихэ (1269 г.) император Шицзу династии Юань пожаловал ей титул «Истинный человек Цинцзин Юаньчжэнь Шуньдэ». Позже император Уцзун дополнительно присвоил титул «Юаньцзюнь Цинцзин Юаньчжэнь Сюаньсюй Шуньхуа». Входила в число «Семи Истинных Людей Севера». Её последователи, практиковавшие и передававшие это учение, сформировали школу Цинцзин в рамках даосизма Цюаньчжэнь. Сунь Буэр также почитается как прародительница поздних даосских практик женской внутренней алхимии (Куньдань).

Когда Хэ Лунсян в эпоху династии Цин составлял «Сборник женской внутренней алхимии», он включил в него 17 трудов в 19 томах, одним из которых и был «Куньюань цзин». Эта же методика вошла в состав цинского компендиума «Дачэн цзеяо».

Глава 7 Изучение техник

Казалось, И Шиянь полностью отказался от прежней отстраненности. В последние дни он стремился находиться рядом с Жуань Мэйчжи круглые сутки, желая передать ему все базовые знания о культивации.

Жуань Мэйчжи не понимал причин столь резкой перемены в родителе, но все же был ей рад. Впрочем, его повседневное положение ничуть не улучшилось — ему по-прежнему приходилось принимать пилюли голодания вместо трех обычных приемов пищи в день.

После изучения основ Дао следующим шагом стало освоение меридианов. Благодаря полному послушанию со стороны Жуань Мэйчжи, И Шиянь всего за два дня добился впечатляющих результатов в обучении.

— Сяо Чжи... можешь еще раз показать мне свои акупунктурные точки и меридианы? — мягко попросил И Шиянь.

«Да я уже трижды повторил все от начала до конца, сколько можно?» — мысленно вздохнул юноша.

Жуань Мэйчжи заметил нерешительность И Шияня по поводу дальнейших занятий и понял его логику: в глазах взрослого он все еще оставался слишком мал. Хорошая память — это прекрасно, но понимание техник совершенствования невозможно развить одной лишь зубрежкой.

Однако стоило Жуань Мэйчжи вспомнить о яростном противодействии Жуань Эрдуо его занятиям по трактату «Куньюань цзин», как он решил взять инициативу в свои руки. Возможно, именно в этом писании скрывался ключ к его спасению. В конце концов, он отчетливо помнил чьи-то слова о том, что долго он не протянет!

После того как Жуань Мэйчжи еще раз подробно перечислил все меридианы и точки, он пустил в ход все свое детское обаяние и решительно потребовал настоящую технику:

— Мама, я все это уже выучил, мне не нужно повторять. Я хочу узнать что-то новое…

После недолгого колебания И Шиянь приложил ладонь к своему животу, а затем наконец поднял Жуань Мэйчжи на руки и отнес в комнату для практик.

Едва переступив порог, Жуань Мэйчжи отчетливо ощутил, что концентрация духовной энергии здесь была в разы выше, чем в остальных частях поместья.

И Шиянь помог Жуань Мэйчжи сесть на молитвенный коврик, скрестив ноги, а затем достал из-за пазухи нефритовую пластину. Он нежно прикоснулся к ней с выражением глубокой ностальгии на лице и что-то тихо забормотал — то ли обращаясь к Жуань Мэйчжи, то ли разговаривая с самим собой…

— Сяо Чжи, это высшее сокровище моей Секты Небесных Бессмертных — Трактат Куньюань. Практиковать его могут только те, кто обладает чистым телом Инь или близким к нему телосложением. Главное свойство этой техники — способность поглощать духовную энергию со скоростью, намного превосходящей другие методы. Как только духовная энергия накопится до такой степени, что начнет естественно циркулировать в теле, можно будет непрерывно впитывать Инь неба и земли даже без целенаправленной медитации.

Иными словами, пока вокруг достаточно духовной энергии, практикующий эту технику может накапливать ее в десять раз быстрее, чем обладатель точно такого же духовного корня, и благодаря этому стремительно продвигаться по рангам.

— Твой родитель был всего лишь обычным человеком со посредственным духовным корнем, — продолжал И Шиянь. — Я начал практиковать эту технику в пять лет, достиг десятого уровня стадии Конденсации Ци в пятнадцать, заложил фундамент в двадцать пять и достиг стадии Великого Совершенства Возведения Фундамента в сто тридцать… Если бы не тайный удар в спину, из-за которого повредился мой даньтянь и полностью разрушилась культивация, я, вероятно, уже сформировал бы Золотое Ядро.

Глядя на слегка нахмуренные брови И Шияня, Жуань Мэйчжи подумал только об одном: тот настолько хорошо сохранился, что вообще не выглядел на сто с лишним лет!

При упоминании прошлого И Шиянь помрачнел, но быстро взял себя в руки, скривив губы в усмешке:

— Ну и что, если меня выгнали из секты? Они и не подозревают, что я уже полностью скопировал Трактат Куньюань! Мои духовные корни разрушены, но тело — нет. Как только я сформирую чистое тело Инь и достигну стадии Золотого Ядра, я посмотрю, как эти люди будут умолять меня о возвращении!

К концу монолога И Шиянь был уже на грани безумия. Жуань Мэйчжи невольно отпрянул. В его голове сами собой возникли классические образы персонажей из фильмов и сериалов, которые фанатично воспитывали детей ради мести, а те в итоге шли убивать собственных отцов. Черт, ну и везенье.

И Шиянь, глядя на Жуань Мэйчжи, серьезно сказал:

— Сяо Чжи, сейчас я передам тебе Трактат Куньюань. Жаль только, что мой духовный источник поврежден и я не могу накапливать духовную энергию. Иначе, если бы я мог просто направить поток энергии по твоему телу, ты бы сразу все понял. Разве пришлось бы мне тогда учить тебя этому слово в слово?

Жуань Мэйчжи перевел взгляд на нефритовую пластину в руке И Шияня, размышляя о возможности быстрого самообучения.

Немного подумав, И Шиянь внезапно развернулся и вышел. Вернулся он с небольшим тазиком, наполненным льдом, и маленькой угольной жаровней.

«Что происходит?» — совершенно сбитый с толку, Жуань Мэйчжи озадаченно наклонил голову.

И Шиянь шагнул вперед, перехватил пухлую ручку Жуань Мэйчжи и засунул ее прямо в колотый лед.

Жуань Мэйчжи вздрогнул от резкого холода и попытался вырвать руку, но И Шиянь не собирался его отпускать и лишь сильнее прижал ладонь к ледяному крошеву.

— Это холод, Сяо Чжи. Ты запомнил это ощущение?

Жуань Мэйчжи поспешно закивал и, запинаясь, произнес:

— Я… я помню.

Затем И Шиянь поднес все еще замерзшие пальцы Жуань Мэйчжи к маленькой угольной жаровне. Волны тепла обдали кожу, мгновенно рассеивая холод, и Жуань Мэйчжи невольно вздохнул с облегчением.

— Это тепло. Сяо Чжи, ты должен помнить и его, — снова сказал И Шиянь.

Жуань Мэйчжи смутно догадался, чего от него хотят, и согласно повторил:

— Тепло.

И Шиянь прекрасно знал об идеальной памяти Жуань Мэйчжи. Ничего больше не объясняя, он крепко сжал руку мальчика и снова потянул ее — на этот раз к самому пламени жаровни.

Видя, как его ладонь оказывается все ближе к раскаленным углям, Жуань Мэйчжи отчаянно завырывался:

«Мама! Ты серьезно?! Даже если в мире культивации ожоги легко лечатся, зачем быть настолько безжалостным!»

К счастью, И Шиянь не стал прижимать руку Жуань Мэйчжи к горящим углям, остановив ее в опасной близости:

— Это жар.

«Понимаю», — Жуань Мэйчжи поспешно отдернул руку, которую родитель наконец отпустил, все еще испытывая затаенный страх. Неужели это все?

И Шиянь поставил тазик со льдом на маленькую угольную жаровню и осторожно провел пальцем по узору на ее боку. Внезапно жаровня испустила кольцо красного света, и лед в тазике мгновенно растаял, превратившись в воду.

Жуань Мэйчжи с восхищением рассматривал этот высокотехнологичный продукт из мира культивации: «А это действительно интересно. Было бы еще лучше, если бы в чашу можно было бросить какие-нибудь коренья или эликсиры».

И Шиянь взял таз с водой и поднес его к губам Жуань Мэйчжи:

— Открой рот.

Жуань Мэйчжи послушно открыл рот и сделал глоток... Ужас, почему это обычная пресная вода? Мама, ты мог бы хотя бы сахаром ее посыпать!

После того как Жуань Мэйчжи насильно напоили, опустошив половину таза, И Шиянь прикоснулся к его раздувшемуся животу и серьезно сказал:

— Это распирание. Ты должен запомнить это ощущение.

Жуань Мэйчжи, обхватив живот руками, слабо произнес:

— Я запомнил.

Внезапно И Шиянь протянул руку и чувствительно ущипнул Жуань Мэйчжи за ягодицу. Юноша ахнул от неожиданности и сердито уставился на него.

И Шиянь спокойно пояснил:

— Это боль.

«Я понял», — Жуань Мэйчжи хотелось заплакать, да слез не было.

— А теперь повтори, что ты только что почувствовал? — И Шиянь принялся проверять усвоенное.

— Холод, тепло, жар, распирание, боль, — быстро отчеканил Жуань Мэйчжи, до смерти опасаясь, что ему устроят повторный сеанс наглядной демонстрации.

— Очень хорошо, — И Шиянь погладил Жуань Мэйчжи по голове, и выражение его лица стало серьезнее, чем когда-либо. — Сяо Чжи, моя культивация полностью разрушена, и я не могу ощутить поток духовной энергии в твоем теле. Твой отец находится лишь на четвертом уровне стадии Конденсации Ци, его контроль над энергией слишком слаб, чтобы исследовать твои каналы без риска повредить меридианы. Поэтому, если у тебя возникнут какие-либо сомнения или ты почувствуешь, что что-то идет не так, немедленно прекрати практику и расскажи мне обо всех ощущениях. Не смей действовать безрассудно, понял?

Жуань Мэйчжи был ошеломлен этими словами. Ранее он с подозрением относился к внезапному порыву И Шияня заняться его обучением. Но услышав такое, он изменил свое мнение. Похоже, пусть методы воспитания у И Шияня и были суровыми, он все же искренне любил своего ребенка.

— Мм! — Жуань Мэйчжи энергично и с улыбкой закивал.

И Шиянь усадил Жуань Мэйчжи в позу «пяти сердец, обращенных к небу»:

— Закрой глаза, успокой разум, ощути духовную энергию между небом и землей, найди место, где расположен твой даньтянь…

Под руководством И Шияня Жуань Мэйчжи вскоре действительно уловил странное ощущение...

— Что-то не так? — поспешно спросил И Шиянь, заметив, как изменился в лице Жуань Мэйчжи.

Жуань Мэйчжи смущенно указал на свой живот:

— Его распирает.

И Шиянь недоуменно нахмурился:

— Этого не должно быть. Ты ведь еще не поглотил ни капли духовной энергии, так почему даньтянь кажется переполненным?

Жуань Мэйчжи мысленно заскрежетал зубами: «Боже мой, ты что, уже забыл, как только что насильно влил в меня целое море воды?!» Поскольку он попал в семью заклинателей, где все принимали пилюли голодания вместо обычной еды и не имели проблем с естественными потребностями, юноша теперь отчаянно соображал, как выразить свою приземленную проблему словами, которым его еще просто не успели научить.

И Шиянь слегка надавил на живот Жуань Мэйчжи, пытаясь руками нащупать скрытую внутри аномалию.

«Не дави! Я больше не могу сдерживаться…» — Жуань Мэйчжи со слезами на глазах осознал, что он действительно… действительно это сделал. У детского тела была кошмарная координация, хоть рыдай!

Но... почему штаны сзади остались абсолютно сухими?

Жуань Мэйчжи растерянно посмотрел вниз, однако вокруг не обнаружилось ни единого мокрого пятнышка. Он четко помнил, что на нем было обычное нижнее белье, и никаких подгузников он точно не надевал!

И Шиянь тем временем продолжал напряженно размышлять, почему у ребенка так внезапно вздулся даньтянь.

Пусть конфуз и остался незамеченным, Жуань Мэйчжи вовсе не горел желанием продолжать практику в таком виде. Недолго думая, он резко поднялся и задел таз, опрокинув оставшуюся половину воды прямо на себя. Но произошло чудо — в мгновение ока его промокшие штаны снова стали сухими.

До Жуань Мэйчжи вдруг дошло: значит, эти вещи на нем на самом деле были замаскированным магическим артефактом-подгузником!

Глава 8. Таблетки для приема внутрь ядовиты.

— Жуань Эрдуо! — громко позвал И Шиянь.

В ответ тут же явился призванный зверь. Жуань Эрдуо отозвалась:

— Что случилось?

— Прежде чем продолжить, отведи Сяо Чжи переодеться, — И Шиянь посмотрел на опрокинутый таз, затем на слегка опавший живот Жуань Мэйчжи и, кажется, обо всем догадался.

— Хорошо, — кивнула Жуань Эрдуо, и отец отпустил бедного мальчика.

Жуань Мэйчжи менял одежду каждые три дня, так что успел к этому привыкнуть. Он совершенно спокойно позволил Жуань Эрдуо раздеть его догола, натянуть чистое белье, верхнюю рубаху и затянуть пояс. Готово!

Жуань Мэйчжи свирепо уставился на старое тряпье, валявшееся на полу. Он был полон решимости запомнить, как выглядели те штаны, и больше никогда, ни за что в жизни их не надевать! Кто вообще знает, как очищают эту впитывающую ткань…

Закончив с конфузом, Жуань Мэйчжи вернулся в комнату для практик и официально начал свой путь в культивации.

Под чутким руководством И Шияня Жуань Мэйчжи быстро и успешно направил поток холодной духовной энергии в свои меридианы, сливая его с циркулирующими внутри силами. Он медленно вел эту ледяную, словно родниковая вода, энергию вперед, пока она наконец не устремилась к даньтяню… Но стоило ей достичь цели, как оказалось, что его даньтянь уже занят теплой духовной энергией водного типа.

В этот момент битва на истощение, и без того непрерывно шедшая в его теле, достигла нового апогея. Жуань Мэйчжи мобилизовал свежие силы и бросил их на штурм даньтяня. Всего за несколько мгновений одна десятая часть той холодной духовной энергии, что за прошедший год уменьшилась почти вдвое, была уничтожена. Мягкая же энергия, изначально занимавшая даньтянь, пострадала меньше, но все же истощилась как минимум на один процент.

Жуань Мэйчжи был так зол, что готов был колотить по полу и царапать стены: наконец-то он освоил первоклассный навык, но стоило начать практику, как культивация покатилась вниз. Какого сценариста он так оскорбил? Даже в самом извращенном порно так не издеваются над главными героями!

Юноша не посмел и дальше продвигать технику. Он немедленно рассеял армию ледяной духовной энергии, отправив ее обратно по своим местам, лишь бы держалась подальше от даньтяня — этого жестокого поля битвы.

Жуань Мэйчжи открыл глаза, нахмурился и тихо сообщил родителю:

— Даньтянь. Два вида Ци, теплая и холодная. Они уменьшаются.

В глазах И Шияня мелькнуло понимание:

— Ты имеешь в виду, что в твоем даньтяне уже есть теплая энергия, которая препятствует проникновению ледяной Ци, и при контакте они взаимно уничтожают друг друга?

Жуань Мэйчжи кивнул.

— Значит, это действительно врожденная истинная Ци, неудивительно… — И Шиянь посмотрел на Жуань Мэйчжи со сложным выражением лица, но быстро взял себя в руки: — Сяо Чжи, ты помнишь, как эта врожденная Ци оказалась в твоем даньтяне?

Жуань Мэйчжи, естественно, не был настолько глуп, чтобы признаваться, будто обладал сознанием и памятью, будучи еще плодом во чреве, поэтому лишь безучастно покачал головой.

И Шиянь с некоторым сожалением вздохнул:

— Так называемая стадия Конденсации Ци — это процесс непрерывного поглощения духовной энергии неба и земли до тех пор, пока тело не заполнится ею до предела. Хотя даньтянь и служит ядром для хранения сил, на первых порах вовсе не обязательно собирать все именно там. Сяо Чжи, сначала тебе нужно впитывать духовную энергию и непрерывно циркулировать ее по меридианам, как описано в трактате, пока все каналы твоего тела, кроме даньтяня, не наполнятся до краев.

По-видимому, осознав, что усложняет объяснение, И Шиянь переспросил:

— Ты понимаешь, о чем я?

— Понимаю, — ответил Жуань Мэйчжи. — Я просто буду ходить вокруг да около, а внутрь заходить не стану.

Притворяясь ребенком, Жуань Мэйчжи больше не проронил ни слова. Он послушно закрыл глаза и сделал все так, как велел родитель. Хотя часть сил все еще поглощалась врожденной истинной Ци каждый раз, когда поток проходил мимо даньтяня, это было куда лучше прежней беспорядочной групповой драки и полномасштабного сражения на уничтожение.

В процессе циркуляции духовной энергии те силы, что изначально таились в плоти и крови, тоже вернулись в меридианы. Спустя час духовная энергия в теле Жуань Мэйчжи наконец замкнулась в полноценный, непрерывный цикл.

В то же мгновение юноша отчетливо ощутил, как превращается в живой пылесос. Любая духовная Ци, едва приблизившись к нему, мгновенно впитывалась внутрь. Казалось, каждая клеточка его тела теперь способна поглощать энергию и служить для нее безупречным каналом. Меньше чем за час духовная энергия в комнате для практик была выпита Жуань Мэйчжи без остатка.

Почувствовав, что силы в теле не просто полностью восстановились, но и немного возросли, Жуань Мэйчжи втайне возликовал. Неужели это и есть то, о чем говорил И Шиянь: «Как только духовная энергия накопится до такой степени, что начнет естественно циркулировать в теле, можно будет непрерывно впитывать Инь неба и земли даже без целенаправленной медитации, накапливая силы в десять раз быстрее остальных»? Да какая там десятка! Не будет преувеличением сказать, что скорость возросла в сотню раз!

Жуань Мэйчжи с удовлетворением открыл глаза и увидел, что родитель смотрит на него со смесью гордости и тревоги. Мальчик улыбнулся и произнес:

— Духовная энергия в комнате… исчезла.

— Поистине, земной духовный корень достоин своего имени. Жаль только… — И Шиянь опустил взгляд и ласково погладил Жуань Мэйчжи по голове. — Хоть духовной энергии Инь здесь гораздо больше, чем в остальных частях поместья, это место все же не сравнится с истинными духовными жилами, на которых воздвигнуты великие секты.

Заметив уныние родителя, Жуань Мэйчжи решил ковать железо, пока горячо. Он ловко перехватил нефритовую пластину и, подражая И Шияню, прижал ее к своему лбу, после чего нарочито удивленно воскликнул:

— Ах!

— Что? — И Шиянь ущипнул Жуань Мэйчжи за пухлую ручку.

Жуань Мэйчжи намертво вцепился в нефритовую пластину и наотрез отказался ее отдавать, бесстыдно включив детское обаяние:

— Тут что-то есть, я хочу посмотреть!

— Посмотреть? — И Шиянь был приятно удивлен тем, что Жуань Мэйчжи без всяких подсказок интуитивно понял, как считывать информацию с нефритовых артефактов.

— Да! — Жуань Мэйчжи поспешно прижал пластину ко лбу, изо всех сил стараясь запомнить текст.

Он не боялся, что И Шиянь узнает о его успехах, но очень не хотел, чтобы о его истинной силе прознала Жуань Эрдуо. Самообразование и сокрытие реального уровня культивации были единственным верным решением.

— Внутри иероглифы. Хочешь, я научу тебя их читать? — спросил И Шиянь.

— Хочу, — согласился Жуань Мэйчжи, продолжая крепко сжимать артефакт в кулаке.

И Шиянь не стал спорить. Он просто сидел на молитвенном коврике, рассеянно поглаживая живот, и строчка за строчкой читал ему вслух содержание «Трактата Куньюань».

Жуань Мэйчжи послушно делал вид, что следит за чтением родителя, пока его собственный разум лихорадочно заучивал текст.

Прошло три часа, и солнце окончательно село. Жуань Мэйчжи выучил наизусть весь раздел трактата, посвященный стадии Конденсации Ци. Он одновременно благодарил лаконичный стиль древнекитайского письма и проклинал его за чрезмерную туманность и загадочность!

Вскоре после того, как И Шиянь отвлекся и вернул Жуань Мэйчжи в его собственные покои, на пороге показалась Жуань Эрдуо:

— Сяо Чжи, как ты сегодня продвинулся?

Едва завидев, как Жуань Эрдуо закрывает за собой дверь, Жуань Мэйчжи решительно отвернулся, уткнулся лицом в стену и демонстративно замолчал.

Жуань Эрдуо медленно обошла постель и посмотрела на мальчика сверху вниз:

— Когда я заглянула в комнату для практик, духовная энергия там была выпита почти без остатка. Сяо Чжи действительно очень силен.

«Если ты искренне хочешь меня похвалить, пожалуйста, не делай это таким трагическим тоном, будто от тебя только что ушла жена, ладно?» — мысленно проворчал Жуань Мэйчжи.

— Почему Сяо Чжи молчит? Ты устал? — снова спросила Жуань Эрдуо.

Жуань Мэйчжи жалобно потер глаза и посмотрел на нее:

— Я очень хочу спать. Уходи поскорее.

Жуань Эрдуо поправила на нем одеяло и мягко ответила:

— Раз хочется спать, тогда засыпай.

«Я боюсь спать именно потому, что ты здесь, понятно?!» — мысленно сокрушался Жуань Мэйчжи. Обстоятельства были сильнее его, поэтому юноше оставалось лишь закрыть глаза и лежать неподвижно, словно труп, молча перечитывая зазубренный отрывок из трактата.

Через полчаса Жуань Эрдуо, убедившись, что мальчик крепко спит, тяжело вздохнула. Она достала пилюлю и вложила ее в рот Жуань Мэйчжи. Тот послушно продолжил притворяться спящим, никак не выдавая своего присутствия.

Лекарство мгновенно растворилось, но Жуань Эрдуо выждала еще пятнадцать минут и лишь после этого развернулась и ушла.

Едва за ней закрылась дверь, Жуань Мэйчжи резко открыл глаза, повернул голову и выплюнул изо рта плотный комок черной ткани. На самом деле это был его собственный пояс, потемневший от влаги.

Жуань Мэйчжи брезгливо сплюнул еще пару раз, все еще содрогаясь от пережитого страха. К счастью, он бодрствовал и, едва завидев подозрительные действия Жуань Эрдуо, успел незаметно запихнуть эту впитывающую ткань за щеку. Ну и что, что пилюля растаяла? Девяносто процентов лечебной жижи впиталось в пояс.

Однако при мысли о тех десяти процентах яда, что все же просочились в организм, Жуань Мэйчжи окончательно растерял покой. Попав в тело, остатки лекарства скопились в месте соединения меридианов и даньтяня, практически полностью заблокировав ток духовной энергии к этой критической точке.

Теперь Жуань Мэйчжи без труда мог представить, что случилось бы, проглоти он пилюлю целиком: его меридианы оказались бы намертво запечатаны, даньтянь забит скверной, а путь культивации закрылся бы для него навсегда!

К счастью, доза оказалась ничтожной, и лечебный эффект удалось нейтрализовать совместными усилиями врожденной истинной Ци и духовной энергии. Иначе…

Значит, Жуань Эрдуо действительно желала ему зла?

Глава 9. Рождение младшей сестры.

«Если Жуань Эрдуо поймет, что попытка отравления провалилась, она обязательно найдет другой способ прикончить меня, верно?»

Осознав это, Жуань Мэйчжи медленно сел, скрестив ноги, и попытался остановить автоматическую циркуляцию духовной энергии в своем теле. Через четверть часа…

Юноша лишь тревожно вздохнул: похоже, отключить свой «духовный пылесос» он был просто не в силах.

Раз уж успешно притвориться пустым местом пока не получалось, оставалось только одно — наращивать силы, чтобы при случае сожрать тигра. Жуань Мэйчжи принялся оценивать свои шансы в возможном столкновении с Жуань Эрдуо. Он вспомнил слова родителя о том, что та находится всего лишь на четвертом уровне стадии Конденсации Ци. Согласно Трактату Куньюань, как только духовная энергия замыкается в непрерывный цикл, практик достигает как минимум третьего уровня Конденсации Ци. Четвертый уровень — это когда духовная Ци способна собираться в даньтяне и не рассеиваться. Пятый уровень — это когда даньтянь... шестой уровень — это когда даньтянь...

Жуань Мэйчжи угрюмо замолчал, ощущая в собственном теле иньскую духовную энергию, которая могла лишь кружить у входа в его даньтянь, не имея возможности проникнуть внутрь.

Он не сможет узнать свою точную боевую мощь, пока полностью не истощит затаившуюся в даньтяне врожденную истинную Ци. Но учитывая нынешнее соотношение сил — когда на одну часть врожденной энергии тратится десять частей духовной, — даже если он полностью выжмет из себя всю доступную духовную Ци, это уменьшит запасы врожденной Ци в даньтяне всего на одну двадцатую.

Конечно, это было еще не самое трагичное. Самое трагичное заключалось в том, что первая же строчка, с которой начиналось описание любых боевых техник в Трактате Куньюань, гласила: «Соберите духовную энергию в даньтяне».

«Его собственный даньтянь превратился в чужую территорию, какой смысл теперь что-либо там собирать!» — Жуань Мэйчжи схватился за живот, едва не плача от обиды. Он ведь попал в этот мир явно в наказание… В прошлой жизни он всего лишь продавал пиратские DVD, неужели за это нужно было карать так жестоко?!

Юноша тяжело вздохнул, стянул злополучный пояс и закрыл глаза, пытаясь уснуть. Трагический опыт бесчисленных киногероев научил его главному: когда не можешь придумать эффективный план против надвигающейся угрозы, лучшее решение — как следует выспаться. А уже потом разбираться со всем, что встанет на пути.

На следующий день И Шиянь, как обычно, прикрываясь уроками, безжалостно прервал утренний сон.

Однако, к удивлению Жуань Мэйчжи, родитель на этот раз не повел его в тренировочный зал, а решил остаться прямо в его покоях, чтобы продолжить обучение на месте.

И без того скудная духовная энергия в комнате за ночь была полностью высасана «пылесосом» Жуань Мэйчжи. Рассказывать об этом И Шияню мальчик не собирался: он категорически не желал раскрывать свои карты на территории Жуань Эрдуо.

— Учить иероглифы… — Жуань Мэйчжи уставился на нефритовую пластину в руках родителя.

— Хорошо, — улыбнулся И Шиянь и передал артефакт Жуань Мэйчжи, сидевшему на кровати со скрещенными ногами. — Будет славно, если Сяо Чжи побыстрее во всем разберется.

«Куда уж быстрее, я и так монстр», — мысленно усмехнулся Жуань Мэйчжи. Он привычно прижал пластину ко лбу и принялся молча штудировать Трактат Куньюань.

Лишь после того, как он намертво заучил весь этап Возведения Фундамента, юноша сделал вид, будто погрузился в глубокую медитацию для поглощения Ци. На самом же деле он просто закреплял прочитанное в памяти.

Вечером в комнату вошла Жуань Эрдуо, неся в руках пилюлю голодания.

В этот самый момент И Шиянь как раз расспрашивал Жуань Мэйчжи об успехах в учебе.

Поймав на себе пристальный, оценивающий взгляд Жуань Эрдуо, Жуань Мэйчжи невинно захлопал глазами и произнес:

— До даньтяня никак не дойти. Духовная энергия застряла в меридианах.

Жуань Эрдуо едва заметно прищурилась и мягко улыбнулась.

И Шиянь знал, что в даньтяне Жуань Мэйчжи заперта врожденная истинная Ци, поэтому такой ответ его не удивил. Он погладил ребенка по голове и принялся расспрашивать о тонкостях циркуляции духовной Ци в различных меридианах после ее проникновения в тело.

— Шиянь, отдохни сначала. Ты ведь не заставишь ребенка отвечать на пустой желудок? — с улыбкой вмешалась Жуань Эрдуо и протянула Жуань Мэйчжи пилюлю голодания.

Жуань Мэйчжи взял пилюлю, но вместо того, чтобы проглотить, перевел взгляд на родителя:

— Мама, съешь ты.

И Шиянь опешил. Он взял пилюлю голодания, мгновение поразглядывал ее, а затем послушно отправил в рот и сглотнул.

Жуань Мэйчжи внимательно следил за реакцией Жуань Эрдуо. Не заметив ничего подозрительного, он мысленно констатировал: «Мама не почуял в пилюле ничего дурного, да и Жуань Эрдуо ни капли не занервничала. Значит, в обычные пилюли голодания она действительно ничего не подмешивает».

И Шиянь достал из своего мешочка флакон, вытряхнул оттуда другую пилюлю голодания и протянул сыну:

— Сяо Чжи, теперь поешь ты.

Жуань Мэйчжи послушно принял лекарство. По вкусу оно ничем не отличалось от того, что он ел обычно.

— Кстати, Шиянь, ты ведь впервые сам кормишь Сяо Чжи, — вдруг с улыбкой добавила Жуань Эрдуо.

И И Шиянь, и Жуань Мэйчжи замерли. Глядя на смущенное лицо родителя, Жуань Мэйчжи мысленно хлопнул себя по лбу: до чего же ядовитый упрек. Жуань Эрдуо явно пыталась вбить между ними клин.

— Шиянь, может, ты и дальше будешь сам давать Сяо Чжи пилюли голодания? — снова спросила Жуань Эрдуо.

— Нет, этим по-прежнему будешь заниматься ты, — спокойно отрезал И Шиянь.

На этом он закрыл тему и вернулся к прерванному расспросу о культивации Жуань Мэйчжи:

— Сяо Чжи, когда духовная энергия проходит через море Ци и точку Минмэнь, ты чувствуешь какую-нибудь разницу?

— Нет, — покачал головой Жуань Мэйчжи.

И Шиянь достал еще одну нефритовую пластину и прижал ее к межбровью, словно занося туда новые записи.

Жуань Мэйчжи улыбнулся и произнес:

— Мама слишком щепетилен.

Жуань Эрдуо пристально посмотрела на Жуань Мэйчжи, тихо вздохнула и развернулась, чтобы уйти.

Последующие дни потекли без особых происшествий.

Как обычно, Жуань Эрдуо приходила каждый день, чтобы дать ему пилюлю, но больше не пыталась учить Жуань Мэйчжи говорить или играть с ним.

Как обычно, И Шиянь ежедневно приходил обучать Жуань Мэйчжи культивации и грамоте, тщательно записывая все возникающие в процессе практики трудности. Однако его живот с каждым днем становился все больше.

Как обычно, Жуань Мэйчжи изо дня в день штудировал Трактат Куньюань, поглощая духовную энергию и попутно прикидываясь милым, глупым ребенком. Впрочем, судя по крошечным круглым отверстиям, появившимся в стене, он втайне уже вовсю осваивал методы высвобождения духовной силы и овладел базовыми навыками самообороны.

Десять месяцев спустя в боковых покоях рядом со спальней родилась младшая сестра Жуань Мэйчжи.

Сам Жуань Мэйчжи в это время сидел на корточках у стены за дверью родильной комнаты, внимательно прислушиваясь к происходящему. С тех пор как он ступил на путь самосовершенствования, его слух стал невероятно острым. Спросите, почему он не воспользовался божественным чутьем? Ну, он же помнил, что в душе остается взрослым мужчиной. Подглядывать за рожающим родителем… это было бы уже слишком.

— Мальчик или девочка? — послышался голос И Шияня.

Жуань Мэйсинь отозвалась:

— Мама, на этот раз твой первый вопрос хотя бы совпал с общепринятыми нормами.

— Это девочка, — ответила Жуань Эрдуо.

— Отлично, — отозвался И Шиянь. — Каково ее телосложение?

— Это... слабая конституция Инь, — неохотно признала Жуань Эрдуо.

— Как такое могло случиться?! — вскричал И Шиянь. — Время зачатия ведь идеально совпадало с годом Инь, месяцем Инь и часом Инь, точь-в-точь как у Сяо Чжи! Почему же тело не чистого Инь? Я так и знал, должен был догадаться еще тогда, когда этот ребенок впитал куда меньше силы пилюль Сюань Инь, чем Сяо Чжи…

«Если бы она впитала столько же, сколько я, она бы вообще не родилась!» — мысленно хмыкнул Жуань Мэйчжи.

— Но ведь люди с конституцией Инь тоже могут практиковать Трактат Куньюань? — спросила Жуань Эрдуо.

— Да, — вздохнул И Шиянь. — Это я был слишком требователен. Каким духовным корнем обладает дитя?

— Земной духовный корень, — ответила Жуань Эрдуо.

— Небеса меня не оставили! — воскликнул И Шиянь. — Принеси дитя сюда, я хочу на нее взглянуть…

Убедившись, что родитель благополучно разрешился от бремени и чувствует себя хорошо, Жуань Мэйчжи не стал больше задерживаться и тихо вернулся в свои покои.

И Шиянь души не чаял в новорожденной дочери. Он целый день держал ее при себе, кормил грудью и окружил самой трепетной заботой.

Жуань Мэйчжи оставался без внимания целый месяц. Он уже начал всерьез гадать, не сошлют ли его снова в какой-нибудь «холодный дворец», как вдруг явилась Жуань Эрдуо и отвела его в спальню родителя.

— Сяо Чжи, это твоя младшая сестра. У нее такой же земной духовный корень, как и у тебя, — И Шиянь сидел на краю постели, бережно баюкая младенца и счастливо прищурив глаза.

— А что такое земной духовный корень? — спросил Жуань Мэйчжи, притворившись любознательным ребенком.

Жуань Эрдуо подошла ближе, присела перед Жуань Мэйчжи и терпеливо принялась объяснять:

— Наличие или отсутствие духовного корня определяет, способен ли человек впитывать духовную энергию вообще. А вот качество корня показывает, насколько эффективно он это делает. Качества эти делятся от высших к низшим…

Существуют небесные духовные корни, сравнимые с талантом бессмертных. Следом идут земные духовные корни — удел прирожденных практиков. За ними — обычные и иллюзорные корни, способные впитывать лишь крупицы сил. Еще ниже стоят псевдокорни, которые могут поглощать, но не удерживать Ци, и, наконец, мусорные корни, обладающие зачатками духовности, но почти непригодные для практики. Сяо Чжи и его сестра как раз обладали земными корнями, что делало их прирожденными культиваторами.

— О-о, — Жуань Мэйчжи сделал вид, что все понял.

Он повернулся, сбросил туфли, ловко забрался на постель и спросил:

— Мама, а как зовут сестренку?

— Жуань Муфан. Му — означает «восхищение», а Фан — «юная красота», — тихо произнес И Шиянь. — Твоя младшая сестра очень красивая, правда?

— Да, — Жуань Мэйчжи посмотрел на очаровательную малышку на руках у родителя и невольно улыбнулся.

Младшая сестренка! Он и представить не мог, что после переселения душ обретет не только родителей, но еще и маленькую сестру… Хотя в случае со вторым «родителем» кавычки лучше все же мысленно сохранить.

Страница книги Мужская печь в интернете

Table of Contents

1 Самая смертоносная фраза в главе 1 редакт

Глава 2. Материнская любовь слишком жестока.

Глава 3. Освобожден после отбытия наказания.

Глава 4: Жизнь в достатке и ожидание смерти

Глава 5. Контратака детей.

Глава 6. Мать начинает понимать.

Глава 7 Изучение техник

Глава 8. Таблетки для приема внутрь ядовиты.

Глава 9. Рождение младшей сестры.

О книге