Гато Сёдзи

Full Metal Panic!

Юноша встречает девушку

Перевод с английского: tarenstrannik, OtherSide, Blumen_von_Eis

Редактор: Blumen_von_Eis

Главный редактор: russianrailways

Примечания: Blumen_von_Eis и Калашников.

Перед Вами перевод фрагмента первой новеллы из серии Full Metal Panic!, которая носит

название Tatakau Boy Meets Girl.

ВНИМАНИЕ! Данный перевод является любительским, предоставляется бесплатно и

исключительно в ознакомительных целях. Когда новелла «Юноша встречает девушку»

будет издана на русском языке, советую всем и каждому приобрести экземпляр.

Перевод выполнен специально для сайта http://fmp-4ever.ucoz.ru

Хочу выразить особую благодарность его администратору russianrailways и активным

пользователям Dallas, Калашников и Oleg_S за консультации в процессе правки и

моральную поддержку.

Blumen_von_Eis

Пролог

– Соске, слушай внимательно!

Уроки кончились, и вокруг стоял веселый шум, но Канаме Тидори оставалась

серьезной.

Это была миловидная девушка: длинные темные волосы, спускающиеся ниже

талии и перехваченные у концов алой лентой, открытый взгляд, в котором чувствовались

воля и настойчивость. Канаме старательно втолковывала стоявшему перед ней

однокласснику, что надо сделать:

– Нам нужно две тысячи листов формата А4, – она подняла в лицу указательный палец,

подчеркивая важность этой информации. – Они лежат в пачках по пятьсот листов.

Проберись туда и незаметно возьми четыре пачки. Ты понял?

– Так точно, – отрубил тот, к кому она обращалась.

Все в Соске выражало непоколебимую уверенность: его слова, его движения, даже

воротник его рубашки, казалось, являл собой воплощенную решимость. На лице Соске

застыло напряженное выражение, словно перед атакой.

Соске бросил взгляд на дверь учительской.

1

– Ты знаешь, где лежит бумага?

– Да, в глубине комнаты, позади копировального аппарата.

– Хорошо. Повторим план действий.

– Ты отвлекаешь внимание учителя разговором. Пока он занят тобой, я ворую бумагу и

быстро отступаю.

Канаме удовлетворенно кивнула.

– Вообще говоря, это и не воровство вовсе. В конце концов, не наша вина, что объявления

Художественного кружка были напечатаны с ошибками. Мы не крадем – мы возвращаем

недостающее.

Решив не возражать против этого оправдания, Соске сосредоточился на другой

проблеме:

– Что если твои действия не обеспечат нам необходимое прикрытие? Учитель может

догадаться.

– Твоя задача – придумать, как нам войти и выйти незамеченными.

– Хорошо, я разработаю план операции.

– Ладно, Соске, идем.

Канаме направилась в дальнюю часть учительской, вежливо приветствуя всех

преподавателей, кому попадалась на глаза. Наконец она дошла до видавшего виды

ксерокса. Рядом с почти допотопной машиной сидел мужчина лет сорока – господин

Саяма, учитель обществоведения. Он проверял экзаменационные работы. Канаме встала

перед ксероксом, надеясь тем самым помешать учителю заметить Соске.

– Здравствуйте, господин Саяма!

Саяма обернулся к ученице, и стул под ним обрадовано скрипнул.

– Тидори? Что тебя сюда привело?

– Я вчера забыла задать Вам один вопрос...

– Да-да, припоминаю! Мы ведь говорили о Древней Индии?

– Да. Мне хотелось узнать: у всех в Древней Индии были такие причудливые имена, как

Чандрагупта II1?

Саяма громко рассмеялся.

– Это очень необычный вопрос! Знаешь, у этого имени есть свое значение. Империя

Гупта…

БАХ! – раздался резкий звук, словно от взрыва петарды, и откуда-то из-за ксерокса

появилось облачко густого белого дыма.

– Что за…

Канаме оглянулась и с ужасом поняла, что не видит ничего дальше собственного

носа: все вокруг тонуло в молочно-белых клубах.

– Что происходит? – сквозь кашель спросил Саяма.

Дым в мгновение ока распространился по учительской. Послышались недоуменные

возгласы, испуганные вскрики, топот чьих-то ног.

– Да что же творится? – задыхаясь, Канаме облокотилась на ближайший стеллаж.

Кто-то крепко схватил ее за руку.

– Соске?

– Миссия выполнена. Отходим, быстро!

– Ой!

Зажав под мышкой пачки бумаги, Соске потащил Канаме к выходу из учительской.

– Помогите! Пожар! – кричал кто-то из учителей.

Будто в ответ на его мольбу сработала система автоматического пожаротушения, и

с потолка щедро полилась вода из разбрызгивателей.

1 Чандрагупта II – индийский император, правивший ок. 380 – 413 (по другим данным, 415)гг. Расширил

владения династии Гупта за счет завоеваний и династического брака. В фольклоре он выступает как мудрый

правитель, покровительствующий поэтам и мудрецам. (Blumen_von_Eis)

2

– Помогите! Потоп! – завопил другой голос.

Растолкав всех, Канаме и Соске выбежали из учительской и понеслись по коридору

прочь от места происшествия. Они остановились лишь тогда, когда Соске скомандовал:

– Все, здесь мы в безопасности.

Оба вымокли с головы до ног. Канаме пыталась отдышаться и несчастным видом

выжимала воду из подола.

– Что за ужас ты там устроил?

– Это была дымовая граната.

– Что?

– Ты велела мне разработать план операции. Дымовая завеса создала нулевую видимость,

и мы могли взять бумагу, не опасаясь, что они увидят наши лица. Это куда более

эффективный план, чем простой обманный маневр. Для отведения от нас любых

подозрений я потом сделаю несколько телефонных звонков, под видом члена

террористической группировки – ИРА, Японской Красной Армии2 или еще какой-то – и

заявлю о том, что эта организация берет на себя ответственность за произошедшее. В этом

случае…

– ШМЯК! – Канаме правым хуком уложила Соске на пол.

Секунды три он не шевелился, потом быстро встал на ноги.

– Больно, – только и сказал Соске.

– Молчи! Солдафон! Маньяк! И как тебе в голову такое могло прийти? Смотри: бумага

теперь никуда не годится, – Канаме ткнула ему в лицо мокрые пачки бумаги.

– Может, мы сумеем их высушить и все-таки использовать по назначению?

– Ох, какой же ты болван! Знаешь, мне плевать, что ты весь из себя суперсолдат, агент

под прикрытием и все такое! Мозги-то все равно пора уже включать!

Соске молчал, и только на лбу у него выступила испарина – свидетельство тяжелых

душевных мук. Он чувствовал себя, словно кот, которого хозяева бранят за то, он что

принес домой задушенную мышь – им же в подарок! Он пытался помочь, хоть и по-

своему.

Да и Канаме было трудно ругать Соске, зная о его, в общем-то, благих намерениях.

«Вот напасть!» – Канаме схватилась за голову. В конце концов, это не вина Соске, что он

вырос среди войн и разрухи и потому совершенно не представлял, как себя вести в

мирной Японии. Но как бы он ни старался, что бы ни делал, все вечно оборачивалось

против него и создавало проблемы на пустом месте. Как следствие почти все в школе

думали, что Соске – идиот в клинической стадии.

«Проклятье! За что на меня свалился этот придурок?» – пожаловалась сама себе Канаме.

И все же она знала за что, иначе уже давно перестала бы общаться с ним. Была

причина, по которой она была обязана вмешиваться в дела Соске, читать ему нотации и

разгребать последствия его выходок. Была причина, по которой Канаме не могла его

ненавидеть.

Об этом не догадывался никто из одноклассников, считавших Соске просто

повернутым на оружии параноиком. Лишь Канаме знала о тайной стороне его жизни.

Лишь она знала, почему он ведет себя так странно. Вне школьных стен Сагара Соске был

первоклассным солдатом, наемником одной из сильнейших военных организаций в мире.

2 ИРА – Ирландская республиканская армия (Irish Republican Army), одна из наиболее известных

европейских террористических организаций. Целью ИРА является полное изгнание с острова англичан и

присоединение Северной Ирландии к Ирландской республике.

Японская

Красная

Армия

(Nippon

Sekigun),

другое

название

–

Антиимпериалистические

интернациональные бригады. Возникла в конце 1960-х на базе организации «Зенгакурен», устроившей

студенческие акции протеста в Токио в 1968. В качестве целей организации были провозглашены

революция в Японии, установление в ней «чистого социализма» и впоследствии – мировая революция.

(Blumen_von_Eis)

3

Сама Канаме узнала об этом после одного происшествия, сильно сблизившего их.

Она хорошо помнила тот день, наполненный смертельной опасностью, внезапными и

необъяснимыми чувствами, опаленный дыханием страшной тайны... После этого ее жизнь

изменилась раз и навсегда.

А началось все примерно месяц назад.

4

Глава 1. Школьное задание

15 апреля, 21:37 по местному времени

восточные окраины СССР

50 миль к юго-востоку от Хабаровска

Я скоро умру.

Уазик подпрыгивал на ухабах, а она тем временем продолжала беспощадную

оценку собственного положения. Грязь с извилистой дороги крест-накрест

расплескивалась по ветровому стеклу, скрывая очертания леса на горизонте, и так едва

видные в дальнем свете фар. Девушка мельком увидела свое отражение в боковом

зеркале: она нервно кусала большой палец, лицо покрывала мертвенная бледность.

Я должна была загореть на корте. Почему я такая бледная? Когда я последний

раз брала в руки ракетку? Неделю назад? Месяц? Год? Время ничего не значит. Я все

равно не смогу вернуться домой. Проще всего для них будет убить меня прямо сейчас.

– Мы почти на месте, – сказал водитель, мрачный мужчина в военной форме. – Еще

немного, и мы будем в горах. Оттуда ты сможешь вернуться в Японию.

Ложь. Мы никуда не доедем на этой колымаге. Эти люди схватят меня,

накачают транквилизаторами, разденут и снова запрут в капсуле – в глубокой, темной

камере, где нет ничего, где только бесконечно тянущееся время и бессмысленные

вопросы. И сколько бы я ни просила, они не выпустят меня... Я все сделаю, только

отпустите!

Они не услышат. Я даже сама себя не слышу. Постепенно они сломают меня. Все

что мне осталось – это грызть ногти. Это все, что я могу. Это моя единственная

радость. Они царапают и кровоточат. Это потрясающе! Выступает кровь,

растворяется на языке … Ногти, ногти, ногти…

– Остановись! – водитель отвел ее руку ото рта.

Мгновение она рассеянно смотрела на него

– Разрешите мне их грызть. Разрешите или убейте! Разрешите г-г-г-грызть их…

Лицо военного исказилось жалостью, когда ее речь сорвалась на эту судорожную,

прерывающуюся мольбу, когда она начала запинаться, как испорченная пластинка.

Но его жалость внезапно перешла в злость.

– Подонки! Что они с тобой сделали!

Яркая вспышка света позади автомобиля прервала водителя, заставив его резко

вывернуть руль. Полоска света расчертила небо и пронеслась над набравшим скорость

уазиком. Ракета!

Раздался взрыв – искры и осколки полетели навстречу машине. Уазик занесло, а в

следующий миг он опрокинулся и несколько раз перевернулся в пламени. Автомобильные

стекла разбились, и девушку, не пристегнутую ремнем безопасности, выбросило из салона

через боковое окно. Если бы она вздохнула или попыталась закричать в тот миг, вихри

пламени сожгли бы ее легкие. Но она не способна была даже вскрикнуть. Она упала,

больно ударившись плечом о мерзлую грязь, и осталась лежать, словно брошенная на пол

кукла. Она не желала шевелиться.

Но ее затуманенное сознание постепенно прояснялось. Она медленно подняла

голову и увидела развороченный уазик. Задние колеса машины еще вращались в

бесполезном усилии.

5

Девушка попыталась приподняться, но у нее не хватало сил. Плечо было сломано

или вывихнуто, хотя она почему-то не чувствовала боли. Почти ползком она добралась до

автомобиля и увидела истекающего кровью водителя. Его придавило бортом, он был

страшно изувечен, и было видно, что ему остались считанные минуты жизни.

– Вот, возьми, – с трудом прохрипел он, протягивая слабеющей рукой коробку с диском. –

Иди … на юг…

В его глазах стояли слезы.

– Поспеши… Беги…

Вскоре для него все было кончено. В полуприкрытых глазах навеки застыли

страдание и непролившиеся слезы.

Девушка не понимала, почему он плакал. Что это было: боль, страх смерти? Или

нечто иное?

В ней вдруг проснулось желание жить. Она встала, взяла диск и двинулась прочь,

заставляя шагать свои грязные израненные ноги. Она не знала, в какой стороне юг, но шла

несмотря ни на что и кусала на ходу большой палец.

Внезапно небо над ней с шумом разрезали лопасти винта, заревел мотор, втягивая

воздух. К месту аварии быстро приближался вертолет. Деревья вокруг закачались от

создаваемого им ветра.

Девушка посмотрела вверх и увидела серый штурмовой вертолет. У машины был

заскорузлый массивный корпус, чем-то напоминавший изъеденный болячками ствол

старого дерева. «Какой уродливый!» – подумала она.

– Стоять! – раздалось из громкоговорителя вертолета. – Или я буду стрелять.

Однако она не остановилась и все так же пошатываясь брела по дороге.

– Ну, куда же ты? Стой, кому говорят!

Пара пулеметных очередей очертила вокруг нее невидимую границу, комья земли

взлетели в воздух. Девушка упала на колени.

– Дрянная девчонка! Я тебя накажу!

Пока она пыталась встать, опираясь на здоровую руку, несколько коротких

очередей снова взрыли землю вокруг. Стрельба не позволяла ей подняться, и тогда

девушка медленно поползла вперед, не поднимаясь с колен. Из громкоговорителя донесся

издевательский смех:

– Ох, бедная девочка! Посмотрите, как она устала! И несмотря ни на что, она пытается…

– голос пилота внезапно прервался, остался только шум вращающихся лопастей винта. –

Осторожно! Здесь бронеробот! Набрать высоту…

Высокий звук искореженного металла перебил пилота. Полыхнула ослепительная

вспышка, и невесть откуда в носовой части вертолета появился какой-то странный

предмет, похожий на… нож?

Это был гигантский метательный нож, огромный, как и рука, которая его держала.

Лезвие этого невероятного оружия вонзилось точно в нос вертолета, и он сорвался в

головокружительный штопор. Пилот отчаянно боролся с рулем направления, пытаясь

выровнять машину в воздухе. Вертолет летел прямо на девушку, а у нее не было ни

времени, ни желания сдвинуться с его пути. Она застыла на месте, глядя на груду металла,

несущую ей смерть… Вдруг краем глаза она увидела исполинскую фигуру. В последнюю

секунду стальной великан перешагнул ее, расставил руки, уперся крепче ногами в землю и

заслонил девушку собой.

Удар! На снег посыпались обломки фюзеляжа. Скрежет металла и вой турбин

дуэтом сыграли авиационный похоронный марш. Подняв глаза, девушка увидела, что

огромная, похожая на человека фигура удерживает вертолет. Робот напряженно

наклонился, и пар вырывался из суставов на его предплечьях, плечах, бедрах и коленях.

Бронеробот шагнул в сторону от нее, и его громадные ступни подняли в воздух

комья грязи и снега. Он нес вертолет, словно игрушку, и, отойдя на безопасное расстояние

от девушки, закинул его подальше в чащу леса. Раздался взрыв, и в пламени

6

вспыхнувшего пожара стал отчетливо виден силуэт удивительной машины, пришедшей ей

на помощь.

Наконец она смогла лучше разглядеть бронеробота. Он был примерно двадцать

шесть футов в высоту, а его пропорции будто срисовали с атлетов: длинные ноги, узкая

талия, массивная грудная клетка, крепкие руки. Казалось, эту фигуру просто покрыли

металлической броней. Голова робота напоминала шлем летчика-истребителя, в руке он

сжимал свой нож, и за спиной у него, как у обычного солдата из плоти и крови, было что-

то вроде армейского вещмешка.

Это бронеробот, штурмовик!

Механический гигант двинулся к ней.

– Вы не ранены? – спросила машина спокойным мужским голосом. – Мне пришлось

использовать мономолекулярный резак, потому что вертолет был очень близко от Вас.

Моя пушка была бы слишком мощной и небезопасной на таком расстоянии.

Девушка, которая все еще не отошла от шока, ничего не ответила. Бронеробот

опустился на колено, опираясь на одну из своих больших механических рук, и склонил

голову. Это было похоже на сцену из сказки: мрачный великан склоняется перед

принцессой в лохмотьях.

Раздался свист. На груди бронеробота открылся люк кокпита, и оттуда через голову

машины выбрался солдат. Отблески пожара, бушевавшего в лесу позади, четко очертили

его силуэт. Он был одет в черный противоперегрузочный костюм и легкий шлем, что

делало его неуловимо похожим на ниндзя. Пилот ловко спустился на землю.

Молодой азиат с растрепанными темными волосами и пристальным взглядом.

Брови хмуро сдвинуты, рот упрямо сжат.

Пилот был еще совсем мальчик, кажется, он был не старше девушки, которую

только что спас. Но ничего детского не было в его манере держаться, он не производил

обычного для ребят его возраста впечатления наивности и легкомыслия.

В руках он держал аптечку и первым делом спросил девушку:

– Куда Вас ранило?

Как ни странно это было, но он говорил по-японски. Однако она вновь ничего не

ответила.

– Вы понимаете японский?

Девушка почти незаметно кивнула и решилась спросить, указывая туда, где остался

лежать погибший водитель уазика.

– Вы заодно с тем человеком?

– Да, я тоже служу в «Мифриле»3.

– «Мифрил»?

– Секретная военная организация, не связанная ни с одним государством.

Снова девушка не знала, что сказать.

Когда пилот начал бинтовать ее плечо, она внезапно ощутила резкую боль.

Дыхание сбилось, но и через одышку она смогла сказать:

– Он погиб.

– Да, похоже, что так.

– Он пытался освободить меня.

– Такой уж он был человек.

– И Вам его ни капли не жаль?

Молодой солдат на мгновение задумался и сказал только:

– Я не уверен.

Закончив с перевязкой ее плеча и руки, пилот принялся осматривать девушку без

всякого стеснения.

– Что Вы со мной сделаете? – спросила она.

3 Мифрил – легендарный металл с уникальными свойствами в романе Дж.Р.Р.Толкина «Властелин

колец». (Blumen_von_Eis)

7

– Сначала я переправлю Вас с помощью бронеробота в зону посадки вертолета. Он

доставит нас на корабль базирования. Что будет дальше, я не знаю: на этом наша миссия

заканчивается.

– Наша миссия?

Словно в ответ на ее вопрос появились еще два бронеробота, расчищая себе путь в

лесу и постоянно оглядываясь вокруг. Они выглядели почти так же, как и первый, но у

них еще были автоматические пушки и ракетные установки.

– Не беспокойтесь, это мои товарищи.

Боль с новой силой вспыхнула в ее теле. Поле зрения сузилось. Мысли опять

начинали путаться. Она не могла вспомнить, где находится.

– Как тебя зовут? – ослабевшим голосом спросила она.

– Лучше не говорите, не тратьте силы.

– Пожалуйста, скажи…

Солдат заколебался: стоит ли раскрывать себя? Потом он все же ответил:

– Сагара. Соске Сагара.

Прежде чем он договорил это, девушка потеряла сознание.

15 апреля, 16:11 по Гринвичу

Японское море, глубина 330 футов

десантно-штурмовая подводная лодка «Туата де Данаан»4

Вооруженный

планшетом

и

калорийным

батончиком

с

фруктовым

ароматизатором, Соске вошел в просторный ангар субмарины, чтобы поработать над

рапортом о миссии.

Большая часть вооружения на подводной лодке – бронероботы, транспортные

вертолеты, СВВП5 и прочее – находилось здесь. Внимание Соске привлек ремонтируемый

БР, и он ненадолго задержал взгляд на машине.

– Эй, Соске! – позвали его.

Соске обернулся к своему сослуживцу – сержанту Курцу Веберу. Блондин с

большими голубыми глазами и точеным подбородком, Курц выглядел как прекрасный

принц, как звезда из голливудского фильма. Длинные, безупречно уложенные волосы

придавали ему какой-то особый, чуть женственный шарм, обворожительная улыбка

заставляла девичьи сердца биться чаще. Но как только Курц открывал рот…

– Ты что такой напряженный? У тебя запор? Или геморрой?

… все его мнимое благородство разом испарялось.

– У меня все в порядке со здоровьем, – рассеянно ответил Соске, откусывая от своего

батончика.

– А, бесполезно с тобой шутить! Тебя ничем не прошибешь, – махнул рукой Курц и с

интересом уставился на разобранный БР.

Броня машины уже была полностью снята.

– Вскрыли, как консервную банку, да?

– Думаю, механики проводят детальное обследование каркаса.

4 «Туата Де Данаан» – название подводной лодки соотносится с названием мифического племени «Туата де

Дананн», что означает «дети Дану». По преданиям дети богини Дану (Даны) правили Ирландией до прихода

предков современных людей. (Blumen_von_Eis)

5 СВВП – самолет вертикального взлета и посадки. (Blumen_von_Eis)

8

– Ты его заставил потрудиться! Слушай, про тот случай с вертолетом: неужели не

страшно было его хватать вот так?

– Нет. Я не делал ничего, что превосходило бы возможности М9.

Модель бронеробота, которую пилотировал как Соске, так и Курц, называлась М9

«Гернсбек». Это была машина последнего поколения, и она до сих пор не так уж широко

использовалась даже в армиях мировых держав. В сравнении с предшествовавшими

моделями бронероботов М9 имел уникальную мощь и маневренность.

– Не сомневаюсь. М9 – это единственная машина, которая могла бы выполнить твой трюк,

– согласился Курц, усаживаясь на пустую коробку из-под боеприпасов.

Он взглянул на выстроившиеся в ряд М9.

Бронероботы появились в середине 80-х. В то время президент США Рональд

Рейган серьезно поддерживал робототехнику, которая развивалась в рамках

стратегического оборонного проекта «Звездные войны»6.

«Следующий шаг в решении локальных конфликтов!» «Грандиозный технический

прорыв!» «Сбережение личного состава пехоты!» Подстегиваемый воинственной

риторикой, проект бронеробота стал реальностью всего через три года после начала

разработок. Человекоподобная машина, которую не так давно считали неосуществимой

выдумкой фантастов, сейчас могла развивать скорость более 60 миль с час, использовать

множество видов вооружения, и по мощи не уступала танку. Эксперты были в восторге:

ведь не-военные двуногие роботы падали, едва сделав пару шагов.

Какой гений стоял во главе этого проекта? Какие специалисты вели его? «Это

технологии инопланетян!» – гордо заявили уфологи, и продажи их журналов и книг на

какое-то время подскочили. Но в итоге обыватели, далекие от инженерии и военной

промышленности, стали воспринимать бронероботов так же, как крылатые ракеты или

истребитель «Стелс»: как мудреное и дорогое оружие.

В течение примерно десяти лет технология производства бронероботов продолжала

развиваться ошеломляющими темпами. Наконец, они стали опасны даже для штурмовых

вертолетов.

Взгляд Курца прервал мысли Соске.

– Соске, ты слышал? Насчет той девушки…

– Она жива?

– Да. Но выяснилось, что ей кололи какую-то дрянь.

– Наркотики?

– Каннабиноиды7 или что-то в этом роде – это еще не известно наверняка, ясно только,

что это особые препараты из лабораторий КГБ. Я не знаю, что там с ней делали, но эти

опыты были очень жестокими.

– Она поправится?

– Кто знает? Даже если и выздоровеет, то нескоро...

Соске не нашелся, что сказать. Начальство, вероятно, знало, жертвой каких

экспериментов стала та девушка, но сообщать эту информацию Соске или Курцу не

считало нужным. Это было частью их контракта: непосредственные исполнители миссии

редко знали все детали.

6 «Звездные войны» - Стратегическая оборонная инициатива (СОИ — Strategic Defense Initiative) —

американская военная программа, основной целью которой являлось создание широкомасштабной системы

противоракетной обороны (ПРО) с элементами космического базирования. Программа выглядела настолько

фантастической по своим целям и методам их достижения, что средства массовой информации окрестили еѐ

программой «Звездных войн», по названию известного фильма режиссера Джорджа Лукаса. (Калашников)

7 Каннабиноиды – особые вещества, обладающие опьяняющим действием. Могут быть растительного и

синтетического происхождения. Каннабиноиды содержатся в растениях семейства коноплевых и входят в

состав таких наркотиков, как гашиш и марихуана. Существуют также и эндогенные каннабиноиды, т.е.

вырабатывающиеся в человеческом организме. (Blumen_von_Eis)

9

Человек в военной форме, погибший при аварии, был шпионом «Мифрила» из

Разведывательного отдела. Спасение девушки не входило в полученное им задание, он

должен был всего лишь собрать информацию об исследовательском центре КГБ. Но он не

смог остаться безучастным зрителем, и потому, рискуя собственной жизнью, он похитил

подопытную и попытался увезти ее в Японию. Несмотря на гибель сотрудника разведки

диск со сверхсекретной информацией все же попал в руки «Мифрила» благодаря Соске и

его боевым товарищам.

Повисшую тишину нарушила старшина Мелисса Мао, внезапно появившаяся в

ангаре.

– Вот вы где!

Мелисса была американкой китайского происхождения. На вид ей можно было

дать лет двадцать пять. Короткие темные волосы обрамляли красивое лицо, на котором

явственно читался энергичный характер этой девушки. Мелисса Мао была опытным

пилотом бронеробота. В боевых операциях Соске и Курц часто оказывались в одной

связке под ее началом.

– Хорошо поработали, парни.

Соске что-то невнятно промычал и кивнул.

– У тебя к нам дело, крошка? – сверкнул зубами Курц.

– Убери-ка эту улыбочку с лица. Вечно шута изображаешь!

– И это ты говоришь мне? Мне, Курцу Веберу, модели высочайшего класса? Это

прекрасное лицо украшало собой страницы «Эсквайра»8, чтоб ты знала!

– Ну да, я, кажется, видела. Такой же идиотизм, как в «Горячих головах»9.

– Ах ты ведьма!

Мао с кошачьей быстротой протянула руку и ущипнула Курца за щеку – тот

взвизгнул.

– Как ты меня назвал? – спросила она.

– Я вказал, вто ты савая увная, квасивая и надевная…

– И я так думаю, – заявила Мелисса, отпуская его щеку.

Соске спокойно продолжал есть, наблюдая всю эту сцену. Когда он проглотил

последний кусочек, Мао спросила:

– Вкусно?

Улыбнувшись, Соске кивнул:

– Очень.

– Хорошо. Соске, майор хотел тебя видеть.

– Понял.

– И тебя тоже, плейбой.

– Как? Я думал, у нас отдых! – возмутился Курц.

– Считай, что прежний приказ отменен, – с ехидной улыбкой сообщила Мао. – А я все

равно собираюсь отдохнуть. Если буду нужна, я в ванной, – торжествующе посмеиваясь,

она пошла прочь.

– Если бы она на самом деле знала, что теряет, уже выцарапывала бы у меня на спине свое

имя! – и Курц послал вслед уходящей Мелиссе непристойный жест.

– Это какое-то проклятие? – поинтересовался Соске.

*****

8 «Эсквайр» (Esquire) – популярный ежемесячный журнал для мужчин, издается в США с 1933 г.

Выпускается издательской группой Hearst Corporation. В настоящее время выходит так же в

Великобритании, России, Китае, Греции, Гонконге, Японии, Корее, Голландии, Таиланде, Турции и Чехии.

(Blumen_von_Eis)

9 Чарли Шин «Горячие головы» – пародийная комедия, 1991г., США. В ролях: Чарли Шин, Кэри Элвис,

Валери Голино и др.; режиссер – Джим Абрахамс. Действие происходит на военной базе, а ситуации, в

которые попадают герои, отсылают к известным фильмам. (Blumen_von_Eis)

10

Тук-тук!

– Войдите!

Соске и Курц вошли в маленькую комнату, заставленную стеллажами и

заваленную кипами бумаг. В кабинете сидел за столом высокий мужчина в оливковой

военной форме – майор Калинин. Длинные волосы майора серебрила седина, он носил

аккуратную бородку и усы.

– По вашему приказанию прибыли! – доложил Соске, отдав честь отточенным движением.

– Да, тут мы, – добавил Курц, лениво салютуя.

Словно не замечая поведение Курца, Калинин поднял глаза от документов, с

которыми сейчас работал.

– Вот ваше задание, – майор никогда не ходил вокруг да около.

Он подал Соске и Курцу папку-скоросшиватель:

– Взгляните.

– Есть, сэр, – ответил Соске.

– Так и быть! – сделал одолжение Курц.

В папке обнаружилось объемистое досье. В числе прочего там было черно-белое

фото улыбающейся девочки-азиатки лет двенадцати. На снимке она уютно устроилась

рядом с какой-то женщиной, вероятно, своей матерью. Эту девочку с чистой кожей и

тонкими чертами лица, пожалуй, можно было назвать хорошенькой.

Курц присвистнул:

– Держу пари, из нее вырастет красавица.

– Фото сделано четыре года назад, – сообщил майор, – ей сейчас шестнадцать.

– Тогда где ее новая фотка?

– У нас такой нет.

Соске, привычный к манерам Курца, не обращал внимания на реплики товарища,

сосредоточившись вместо этого на биографии девушки. Согласно документам ее имя

было Канаме Тидори, она жила в Японии, в Токио. Канаме училась в одной из

многочисленных токийских старших школ. Ее отец был верховным комиссаром ООН. У

нее была сестра – одиннадцатилетняя девочка, которая сейчас жила с отцом в Нью-Йорке.

Мать Канаме Тидори умерла три года назад. Была и дополнительная информация: рост,

группа крови, данные из медицинской карты и многое другое – доклад изобиловал

деталями. Одна фраза зацепила внимание Соске: «Вероятность наличия способностей

W……d – 88% (по Статистическому закону Миллер)». Соске понял, что именно слово,

закрашенное черным маркером – настоящая причина, по которой он и Курц получили это

задание.

– Что с ней случилось? – спросил Курц.

– Ничего, – ответил Калинин.– Пока еще.

– Что? – Курц был в замешательстве.

Слегка повернувшись на скрипучем стуле, майор бросил взгляд на карту мира,

висевшую на стене. Карта отображала новейшую информацию о государственных

границах: изолированный от остального мира Советский блок, граница между северным и

южным Китаем, сложная паутина линий на Ближнем Востоке.

– Все, что вам нужно знать – это, что за Канаме Тидори охотятся агенты сразу нескольких

организаций, в том числе КГБ. Они могут попытаться похитить ее.

– Для чего им эта девочка?

– Для того, – отрезал Калинин. – Есть кое-что, что Вам, сержант Вебер, знать не

обязательно.

– Чудесно!

На взгляд Курца, задание было странным. Эта девушка, Канаме Тидори, всего

лишь могла стать мишенью для врагов.

– В чем именно заключается наше задание, – с нажимом переспросил Соске.

11

– Охранять девушку, естественно. Я поручил вам эту миссию, потому что вы оба владеете

японским.

– Разумно.

Отец Вебера был газетным репортером, поэтому до четырнадцати лет Курц жил в

Эдогаве – одном из районов Токио – и теперь безупречно говорил по-японски.

– Я проинформировал также и старшину Мао. Вы втроем будете заниматься этим делом.

Курцу показалось, что им поручают слишком большой объем работы:

– Постойте! Почему только втроем?

Но Калинин был непреклонен:

– Едва ли я смогу выделить больше людей. Этот вопрос уже решен.

– Задача не из легких!

– Поэтому я поручаю ее именно вам.

Соске, Курц и Мелисса не были только пилотами бронероботов – это были отлично

подготовленные солдаты. Они были обучены рукопашному бою, умели прыгать с

парашютом, вести разведку и имели много других полезных навыков. Они были членами

специальной группы, куда шел жесткий отбор из множества кандидатов. Бронеробот был

лишь одним из видов оружия, с которым они имели дело по роду своих занятий.

– Благодаря настойчивости Мао я выделю вам экипировку класса «Б».

Оба подчиненных от удивления едва не открыли рты.

– Мы задействуем в этом задании бронеробот? – уточнил Соске.

– Да.

– Но мы же будем в самом сердце мегаполиса, – возразил Курц.

– Будете работать в режиме ЭМС.

Хотя эта технология еще проходила испытания, многие виды вооружения уже

обладали различными модификациями ЭМС – электронной маскировочной системы.

Основанное на голографии новейшее маскировочное оборудование позволяло спрятать от

радаров и инфракрасных лучей даже довольно большие объекты. А мифриловская ЭМС

была настолько совершенной, что могла свести к нулю видимую часть световых волн.

Другими словами, это создавало полную невидимость. Правда, работа в этом режиме

требовала много энергии, потому в бою ЭМС была практически бесполезна, зато хорошо

подходила для маскировки неподвижного бронеробота, к примеру, в засаде.

– У вас будет М9 с минимальным оснащением, поэтому возьмите еще два запасных

комплекта конденсаторов.

– Понятно, – отозвался Курц.

– Ваше задание строго секретно.

– Извините?

– Если японское правительство что-то узнает, – продолжил Калинин, – это вызовет

лишние проблемы. Поэтому вы должны охранять Канаме Тидори так, чтобы ни она сама,

ни кто-то другой ничего об этом не знали. Вы должны быть готовы ко всему и в любой

момент.

– Это все так… – Курц затруднялся в выборе слов.

– Сложно, – закончил вместо него Соске.

Охранять кого-то без его ведома и позволения было более чем абсурдно.

– Мы нашли способ упростить вам задачу. Канаме Тидори проводит большую часть дня в

государственной старшей школе. Удобнее всего за ней там было бы наблюдать ее

сверстнику, тоже японцу.

– Охо-хо-хо! – дошло наконец до Курца, и он обернулся к Соске, который растерянно

заморгал под его пристальным взглядом. – Не хотите же Вы сказать, что…

– Мы уже готовим документы о переводе учащегося в эту школу, – Калинин подписал

приказ.

12

16 апреля, 11:50 по Гринвичу

у побережья полуострова Цугару, глубина 330 футов

«Туата де Данаан», конференц-зал №1

– Соске, скажи «сы-ы-ы-ыр»!

Соске бросил сердитый взгляд на камеру и Курца, игравшего роль фотографа.

– Ну, давай же! – подбадривал его Вебер. – Ты же хочешь хорошо получиться на своем

ученическом билете?

Сагаре пришлось задействовать мышцы, которые он почти никогда не напрягал.

Получившееся на его физиономии выражение скорее напоминало последствия воспаления

лицевого нерва, чем улыбку.

– Сойдет, – Курц щелкнул объективом.

Лицо Соске моментально вернулось в исходное состояние: на нем вновь была

написана лишь привычная замкнутость. Курц вздохнул.

17 апреля, 21:20 по Гринвичу

у побережья острова Кинказан, глубина 260 футов

«Туата де Данаан», кают-компания

– Что это? – спросил Соске, разглядывая кучу вещей, беспорядочно разбросанных по

столу.

Он вытащил из этого хлама первое, что попалось под руку, и растерянно оглядел

остальное. Перед его угрюмым взором предстали расческа, гель для укладки волос,

портативный CD-плеер, диски Хироси Ицуки и SMAP10, сувениры из храма Нарита-сан11,

приставка Game Boy, часы от Джунко, сигареты, энергетические коктейли, глянцевые

журналы и несколько разных безделушек в том же духе.

Мелисса Мао сияла:

– Я обошла всю подлодку и собрала вещи, которые должны быть у обычного японского

старшеклассника.

10 Хироси Ицуки – один из ветеранов японской эстрады, певец, работающий в жанре «энка» (это

романтическая песня о любви, страданиях и жизненных трудностях, в которой используются как японские

традиционные музыкальные мотивы, так и западные элементы). Вот названия последних альбомов Хироси

Ицуки: Matatabi (2001), Ballade (2003), Hiroshi in the Night Fever (2004) Futarino Itsuki (2005), Sasurai (2006).

В 2008 г. у него вышло два новых альбома: Edo No Temariuta и All Song Collection 2009.

SMAP (Sports and Music Assemble People) – необыкновенно популярный в Японии «бойз-бэнд», в который

на настоящий момент входят Накаи Масахиро (Nakai Masahiro), Кимура Такуя (Kimura Takuya), Инагаки

Горо (Inagaki Goro), Кусанаги Цуѐси (Kusanagi Tsuyoshi) и Катори Синго (Katori Shingo). Участники группы

не только выпускают успешные альбомы, но и ведут собственное телевизионное шоу под названием Smap X

Smap, снимаются в рекламе и телесериалах, постоянно мелькают на обложках журналов. Альбомы

последних лет: Birdman: Smap 013 (1999), 014 (2000) Smac: Smap Music Anniversary CD (2001), Pams (2001),

Mij-Smap 016 (2003), Smap Vest (2004). (Blumen_von_Eis)

11 Храм Нарита-сан – буддистский храм, расположенный в г. Нарито. Официальное название – Narita-san

Shinsho-ji, основан в 940 г. Этот храмовый комплекс известен также под названием O-Fudo-san. Школьники

и студенты, желающие получить покровительство высших сил, посещают Нарита-сан 7-го января. В этот

день они могут поставить там на лоб специальную печать Nanakusa, способствующую, по поверьям,

развитию интеллекта. (Blumen_von_Eis)

13

– Да уж! – слегка озадаченный, Соске взял со стола небольшой квадратный пакетик, в

котором просматривалось резиновое кольцо.

– Это презерватив, – пояснила Мелисса.

– Я знаю. Но я не могу понять, зачем он старшекласснику.

– Не играй дурочку, маленький негодник!

– Да я, собственно, много раз ими пользовался, – сообщил Соске. – В каждый может

уместиться до литра жидкости.

Мелисса приоткрыла рот.

– Если потеряешь флягу в джунглях, презерватив может спасти тебе жизнь, – убеждено

закончил Соске.

– Да неужели? – ошарашено смотрела на него Мелисса.

18 апреля, 10:06 по Гринвичу

у побережья полуострова Босо, глубина 165 футов

«Туата де Данаан», конференц-зал №1

Нажав кнопку на пульте дистанционного управления, Курц показал на

жидкокристаллический экран

– Итак, посмотри: это японские старшеклассники. Внимание…

Курц нажал кнопку воспроизведения, и на экране появилась классная комната с

характерным интерьером. Похоже, что был уже вечер, и в классе осталось только двое

учеников. Хотя в комнате было достаточно места, оба они стояли в углу близко друг к

другу.

– Я считал тебя только подругой детства, – признавался юноша, медленно выговаривая

слова, – до этого момента. Мне нужно было много времени, чтобы понять, как я на самом

деле отношусь к тебе.

– Ах, Тору, – вздохнула девушка и обняла его.

Едва Тору наклонился, чтобы поцеловать ее, дверь со скрипом открылась. Парочка

в углу удивленно обернулась – в дверях стояла другая школьница.

– Наоми! – воскликнул Тору.

– Как ты мог? – крикнула Наоми и с плачем бросилась прочь.

Тору было кинулся вслед за ней, но другая девушка схватила его за рукав и

сказала:

– Не надо, пусть уходит.

Курц нажал на паузу.

– Почему она убежала? – спросил Соске. – Разве девушка в углу не ее враг?

Курц возвел очи горе: просто ужас, не понимает самых обычных житейских

вещей!

– Если только не…, – продолжал тем временем Соске развивать свою мысль, – Наоми

сейчас знает секрет, который ставит ее жизнь под угрозу. Она убежала, чтобы спастись.

Умная девочка!

– Ну, что-то в этом духе, – снова закатил глаза Курц.

14

19 апреля, 03:30 по стандартному времени Японии12

у побережья полуострова Миура

«Туата де Данаан», взлетно-посадочная полоса

«Туата де Данаан» покоилась в море, наполовину погруженная в воду, как

бодрствующий левиафан. Люк ее взлетно-посадочной полосы со стоном отверзся,

открывая площадку, с которой могли стартовать вертолеты, бронероботы и некоторые

виды самолетов.

Транспортный вертолет находился на площадке, ожидая приказа взлетать. На борту

вертолета была разного рода аппаратура для слежения и бронеробот М9.

Поставив свою скромных размеров сумку рядом с сиденьем, Соске пристегнул

ремень безопасности. Он проверил, не забыл ли что-нибудь важное, например,

поддельный ученический билет – но нет, все было на месте, и карточка лежала у него в

нагрудном кармане. Мао, севшая рядом, просматривала его школьное личное дело.

– Ты разрешил внести в эти бумаги свое настоящее имя?

– Да. В Японии нет никаких сведений обо мне. А если возникнут проблемы, я всегда могу

сменить имя.

– А, ну да.

– Все в порядке. Нам пора.

Вертолет начал готовиться к взлету.

– Нервничаешь? В смысле, перед первым в жизни школьным днем? – поинтересовался

Курц со своего заднего сиденья.

– Я сделаю все, что от меня зависит, – ответил Соске.

– Тесса, кажется, беспокоится, – добавила Мао, имея в виду капитана подводной лодки.

– Не удивительно: у нас действительно важное задание, – только и сказал Соске.

Курц и Мелисса синхронно вздохнули. Но прежде чем кто-то из них успел

добавить хоть слово, пилот вертолета сообщил, что пришло время взлетать.

20 апреля, 08:20 по стандартному времени Японии

пригороды Токио, Япония

дорога в 350 метрах к северу от государственной старшей школы «Дзиндай»

– Пустышка, – сердито пробормотала Канаме Тидори.

Карие глаза на минуту задержались на группе школьников, шедших рядом.

Длинные волосы Канаме, скрепленные у концов алой лентой, неторопливо покачивались

из стороны в сторону в размеренном темпе, который никак не вязался с ее стремительной

походкой.

– Совершеннейшее, полнейшее ничтожество! – заключила она, поразмыслив еще минуту.

– Кана, ты собираешься повторять это все утро? – спросила Киоко Токива, ее

одноклассница. – Неужели все было так ужасно?

– Хуже, – стояла на своем Канаме. – Он все болтал и болтал, но, по сути, так ничего и не

сказал. Я согласилась сделать ему одолжение: пошла на свидание. Ты не считаешь, что он

мог бы постараться и найти хоть одну интересную тему для разговора?

12 Стандартное время Японии (Japan Standard Time) относится к зоне UTC+9, в которой находятся,

например, Токио, Сеул, Якутск. ( Blumen_von_Eis)

15

«А ты не могла бы? – подумала Киоко. – Его отец – дизайнер, у него есть друг, который

участвует в национальном футбольном чемпионате. Мне это кажется вполне

подходящими темами, чтобы было о чем поболтать на первом свидании».

Но, не желая рассердить подругу еще больше, Киоко лишь вздохнула:

– Ага.

– В мире столько всего интересного! Сотни тем: биографии полководцев, промышленные

выбросы в Тихом океане, религиозные конфликты на Ближнем Востоке…

– Ага.

– Ты меня слушаешь, Киоко? Или только поддакиваешь?

– Ага.

– Перестань! Можешь ты хотя бы выслушать, чего я там натерпелась? В конце концов, это

ты меня с ним познакомила!

– Но он сам попросил меня об этом, – робко оправдывалась Киоко.

– А если кто-нибудь попросит тебя продать меня в рабство, ты тоже это сделаешь?

– Ага.

– Ха-ха-ха! Ах ты хулиганка! – добродушно рассмеялась Канаме.

Школа уже показалась вдали, и они увидели цепочку учеников, выстроившихся у

входа.

– О Боже! Обыск… – проворчала Канаме, которая уже не раз страдала от такого рода

выборочных досмотров.

– Как всегда. У тебя ничего с собой нет запрещенного? А, Кана?

– Нет. Если только за выходные не успели издать запрет на книги.

В самом деле, в сумке Канаме лежало несколько книг, которые она брала почитать

у друзей: «Жизнь Чжугэ Ляна»13, «Сигналы дельфинов: до свидания и спасибо за рыбу»,

«Чудеса археологии: свитки Мертвого моря были созданы моавитянами»14 .

– Главное, чтобы ты не проносила в школу тайком бомбы и оружие, – пошутила Киоко.

– Скажешь тоже! Какой дурак понесет оружие в школу?

В начале очереди было заметно какое-то волнение: учительница Кагуразака Эри

допрашивала с пристрастием одного из учеников.

– Ты думаешь, можно приходить в школу с такими вещами? Да еще в первый же день?

– Нет, мэм. Простите, я не хотел причинять неудобства.

– Пока не покажешь мне все содержимое сумки, ты не войдешь в здание.

– Но…

Казалось, что этот пойманный с поличным школьник вел себя спокойно, даже

слишком спокойно для такой ситуации. И все же чувствовалось, что больше всего он

хотел бы провалиться сквозь землю прямо сейчас, чтобы перестать привлекать к себе

всеобщее внимание.

– Кто это? Я его раньше не видела.

Хотя новичок был одет в ту же форму, что и все вокруг, он был окружен

атмосферой таинственности. Решительно сжатые губы и настороженный взгляд

придавали юноше несколько суровый вид, но растрепанные, неровно постриженные

13 Чжугэ Лян – китайский полководец и политик, живший в эпоху Троецарствия (181 – 234). Его образ со

временем вошел в китайский фольклор и классическую литературу, там он стал воплощением мудрости и

военной хитрости. (Blumen_von_Eis)

14 Свитки Мертвого моря – рукописи, найденные близ Вади-Кумран (отсюда еще одно название –

кумранские рукописи), содержащие свыше 400 текстов, из которых 175 – библейские. Эти свитки

датируются 3-им веком до Р.Х., они считаются источником древнейших еврейских ветхозаветных текстов и

представляют исключительную ценность для богословов и других ученых.

Моавитяне – семитическое племя, жившее на юго-востоке от Мертвого моря, происходят от Моава, сына

Лота (Быт. XIX, 30-37.). Религия моавитян характеризовалась многобожием при особом почитании бога

Балу (Ваала). Их язык относится к семитской ветви афразийской языковой семьи и обнаруживает родство с

арабским и арамейским языками. Это племя враждовало с израильтянами, впоследствии было

ассимилировано арабами. (Blumen_von_Eis)

16

волосы отчасти смягчали это впечатление. По-мальчишески худощавый, он не выглядел

хилым, напротив, по нему было заметно, что он активно занимается спортом, возможно,

каким-то из видом борьбы. Вполне симпатичный парень, как ни посмотри.

– Мальчик, просто открой сумку! – Эри Кагуразака, которой это все уже порядком

надоело, потянула на себя его портфель.

– Постойте…

– Да ладно! Что у тебя там может быть? Могу поклясться, это сигареты, – она решительно

раскрыла сумку и увидела в ней тетради, учебники и обычные письменные

принадлежности.

Кроме того, внутри лежал самозарядный пистолет15 австрийского производства и

три магазина с патронами к нему. В школьном портфеле также обнаружилась взрывчатка,

детонаторы, несколько шумовых гранат, микроскопическая камера и кусок струнной

проволоки.

– Молодой человек!

– Да, мэм!

– Не знаю, из какой школы ты пришел, но сюда с такими игрушками не пускают. Я это

конфискую до окончания учебного дня.

– Простите?

– Подожди в учительской, урок уже скоро начнется.

Зрители этого маленького спектакля посмеялись и пошли дальше по своим делам.

– Жуть! Он какой-то оружейный фанатик, – решила Канаме. – У меня от него мурашки!

– А мне он кажется интересным, – заявила Киоко.

Бедный Сагара Соске! На поле боя он был как дома, он участвовал во многих

международных конфликтах и был превосходным солдатом. А в старшей школе он стал

всего лишь странноватым новичком.

*****

«Возможно, охрана здесь серьезнее, чем я предполагал», – думал Сагара, пока он и

Эри Кагуразака шли по пустому коридору.

Когда у него потребовали портфель на досмотр, Соске подумал, что миссия уже

провалена. Теперь, когда его оружие было конфисковано, ему ничего не оставалось, кроме

как покорно следовать за учителем в здание, где его, должно быть, будут пытать и

допрашивать. Увидев, что все учащиеся показывают содержимое своих сумок, Соске

понял, что здесь такие проверки – обычное дело.

Минуточку! Значит ли это, что многие ученики приносят в класс взрывчатку и

стрелковое оружие? Соске быстро огляделся, но не увидел ничего, что могло бы

подтвердить или опровергнуть его предположение. Если все вокруг вооружены, это

сделает его охранную миссию немного сложнее. Возможно, даже члены волейбольной

команды, спускавшиеся сейчас в холл, имеют при себе автоматы, как и остальные

ученики.

Однако из-за этого Соске не слишком беспокоился, потому что снаружи был Курц

в М9 «Гернсбек», спрятанном в небольшой роще позади школы. Если бы Соске вызвал его

через свой наручный радиопередатчик, М9 пришел бы на помощь в течение десяти

секунд.

– Урц-6, доложи обстановку, – прошептал Соске в передатчик.

– Я устал и проголодался, – ответил Курц в потайной наушник Соске. – И мне срочно

нужна банка пива!

15 Самозарядный пистолет – пистолет, в котором все необходимые для производства второго и

последующих выстрелов операции (отведение назад затвора, извлечение гильзы, досылание в патронник

нового патрона, взведение ударно-спускового механизма и т.д.) производятся автоматически. К данному

типу относятся 99,9% современных боевых пистолетов. (Калашников)

17

Соске и учительница все еще быстро шли сквозь коридор. Кагуразака Эри

выглядела как типичная молодая учительница: короткая стрижка «боб», серый костюм с

узкой юбкой, сдержанность в манерах.

– Мэм, – начал Соске, – тот пистолет…

– Ты получишь его после уроков, – перебила она.

– Я не об этом. Проблема в том, что он заряжен. Это очень опасно, поэтому, пожалуйста,

ни в коем случае не дотрагивайтесь до спускового крючка.

– А? Ладно.

– Он заряжен разрывными пулями16, у них очень высокая поражающая способность. Даже

случайный выстрел может стать роковым, обращайтесь с ним осторожно, пожалуйста.

– Да. Я поняла. Не беспокойся.

Ясно как день, что ничего она не поняла. Несмотря на ее уверения, Соске все же

волновался.

*****

Канаме и Киоко уже сидели за своими партами в шумном классе, когда туда вошли

Эри Кагуразака и Сагара Соске. Подруги обменялись взглядами, без слов говоря друг

другу: «Смотри, это он!» – « Да, тот военный маньяк!»

– Все успокоились, – громко сказала учительница, постучав корешком журнала по доске,

– сели на свои места и замолчали. Сейчас вы познакомитесь с новым одноклассником.

Большинство учеников покорно умолкло.

– Хорошо. Сагара, представься, пожалуйста.

– Есть, мэм! – Сагара сделал шаг вперед и гаркнул: Я сержант Сагара Соске.

Почти в тот же миг он смертельно побледнел от осознания собственной глупости.

– Сервант в полоску? – сострил один шутник с задних парт.

– Сэр Джон напился в доску? – поддержал другой.

– Сержант? Как в армии?

– Все замолчите! Дайте ему самому сказать! – строго одернула их учительница, вновь

постучав по доске журналом, чтобы угомонить класс. – А ты, Сагара, перестань шутить.

– Я прошу прощения.

Никогда раньше Соске не нервничал так, выполняя задание. Бремя ответственности

было чересчур тяжким: одно неверное слово могло привести к провалу всей операции.

Покрываясь обильной испариной, он начал заново:

– Меня зовут Сагара Соске. Забудьте о том, что я сержант. Это все.

– Это все?

– Да, мэм. Это все.

Эри Кагуразака повернулась к ученикам:

– У кого-нибудь есть вопросы?

– Откуда ты приехал, Сагара? – поинтересовался кто-то из ребят.

– Я жил во многих странах: в Афганистане, Ливане, Камбодже, Ираке. Но я нигде надолго

не задерживался.

Класс притих.

– Да, похоже, что Сагара много путешествовал, – сделала вывод учительница. – Если я не

ошибаюсь, тебя перевели к нам из американской школы?

– Это так, – сказал Соске, подтверждая информацию из его фальшивых бумаг по

переводу.

Согласно легенде его предыдущим местом жительства был Фейетвилл в Северной

Каролине17. Хотя сам Соске в действительности там никогда не жил, он знал несколько

16 Разрывные пули – пули, которые разрываются при попадании в цель. К ним относятся экспансивные,

полуоболочечные, пули с готовыми убойными элементами и многие другие типы пуль. Как правило, такие

пули считаются антигуманными из-за тяжѐлых ранений, которые они причиняют. (Калашников)

18

человек, кто бывал в этом городке. Один из учеников поднял руку и, не дожидаясь

разрешения учителя, спросил:

– А чем ты увлекаешься?

– Моделированием оружия! – выкрикнул кто-то сзади, и класс взорвался хохотом.

– Мне нравится читать и рыбачить, – честно ответил Сагара.

Действительно, всегда, когда у него бывало свободное время на Западной

Тихоокеанской базе «Мифрила», он забрасывал удочку в воду и читал справочники по

оружию. Даже когда шел дождь, Соске брал зонтик и сидел на берегу под ним,

погруженный в свой собственный мир.

– А что ты читаешь?

У Соске загорелись глаза:

– Главным образом технические описания и специализированные журналы, например,

справочник «Боевые корабли» информационной группы Джейна, «Солдат удачи»18.

ежемесячник «Бронеробот». Кроме того, я читал японский журнал «Поклонникам БР», в

котором статьи оказались на удивление информативными. Позже мне попался на глаза

вестник Института Военно-морского флота…

Тут Соске понял, что уже потерял внимание ста процентов своей аудитории. Он

склонил голову.

– Не обращайте внимания. Забудьте об этом, пожалуйста.

Не нужно было и просить: никто этого не запомнил, поскольку никто не слушал.

Одна из девочек с ближайших к нему парт подняла руку:

– А какая музыка тебе нравится?

Это был сложный вопрос: Соске редко слушал музыку. На счастье, он вспомнил

диски, которые старшина Мао дала ему перед отъездом на задание:

– Хироси Ицуки и SMAP, – буркнул он.

20 апреля, 15:08 по стандартному времени Японии

старшая школа «Дзиндай», Токио, Япония

клубное крыло, спортивная секция, 3-й этаж.

– Вот больной! – заявила Канаме, развязывая бант на школьной форме. – Нес такую чушь!

Не думаю, что он специально хотел позабавить нас. Наоборот, я считаю, у него с головой

не все в порядке. Он сумасшедший!

Она сняла блузку, повесила ее на крючок и уронила бейсбольную биту, которая

была прислонена к ее шкафчику. Канаме чертыхнулась.

– Видела, как он вел себя во время уроков? Он все время глазел по сторонам. А на

перемене все ходил туда-сюда по коридору. Такой странный!

– Неужели? – спросила Киоко, снимая юбку. – Я не заметила.

– Ужасно странный. Один его вид меня бесит!

– Тогда не смотри на него.

– А я и не смотрю. Зачем мне смотреть на такого придурка? – попыталась оправдаться

Канаме, подтягивая бретельки на бюстгальтере. – А знаешь, что самое – самое мерзкое?

17 Фейетвилл в Северной Каролине – город в США на юге штата Северная Каролина, административный

центр округа Камберленд, 121 тыс. жителей по данным на 2000 г. (Blumen_von_Eis)

18 «Боевые корабли» информационной группы Джейна - английский ежегодный справочник по военно-

морским флотам. Содержит силуэты, тактико-технические характеристики и краткую историю всех боевых

кораблей мира. «Солдат удачи» – популярный американский журнал на армейскую тематику. (Калашников)

19

Пару раз я поймала на себе его взгляд! Он сделал вид, что случайно посмотрел в мою

сторону, но меня так и передернуло. Ужас!

– Многие мальчики на тебя смотрят, Кана. Ты же красавица, – с легкой завистью отметила

Киоко.

Она надела носочки и потянулась за оранжевыми шортами от формы.

– Спасибо, конечно, но думаю, дело не в этом. Такое впечатление, что он что-то задумал.

– Кана, знаешь, ты ругаешься на Сагару без остановки и уже давно.

– Правда?

Широко шагая, Соске пересек школьный двор и остановился у клубного крыла.

Осмотрев здание, он отметил для себя шесть окон на третьем этаже и определил, где

должна быть лестница. Он стал подниматься.

– Да, именно так, – ответила Киоко.

Киоко хорошо знала Канаме и знала также, что ее подруга была очень популярна,

несмотря на ее острый язычок и чрезмерную прямолинейность. Но у Канаме было доброе

сердце: настолько доброе, что ее почти насильно заставили быть вице-президентом

Школьного совета. Осуждать кого-то, кого она едва знала, да еще и делать это у него за

спиной – это было для Канаме необычно.

– Что-то ты слишком много говоришь о Сагаре, который тебя вроде бы совсем не

интересует.

– Не смеши меня! Это совсем не так! Ха-ха-ха! – наигранно расхохоталась Канаме.

Киоко давно дружила с ней, и потому знала, что за таким смехом Канаме обычно

прячет смущение.

– Ладно, идем, – Киоко решила не настаивать на продолжении разговора.

Переодевшись, Канаме и Киоко уже собирались выйти из раздевалки, в которой

еще было много девочек, готовившихся к занятиям в спортивной секции. Но тут дверь с

треском отворилась. Восемнадцать полуодетых девочек уставились на стоявшего в дверях

человека: это был Соске.

– И-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и! – пронзительный девчачий визг заставил дребезжать стекла.

Соске молча стоял на месте и выглядел весьма обескуражено. Упуская

великолепную возможность, он почти не смотрел на раздетых девушек: этих громких

полуодетых женщины он расценивал лишь как дополнительную помеху в выполнении его

задания. Но раз они так орут…

Соске бросился вперед, схватил Канаме и повалил ее на пол. В тот миг, когда они

упали, он ловким движением вытащил пистолет из кобуры на лодыжке.

– Все на пол! На пол! – выкрикнул он, молниеносно развернувшись к двери.

Сагара ждал, наведя пистолет на дверной проем. Разумеется, ничего не произошло.

Продолжая держать Канаме прижатой к полу, он по-прежнему целился в направлении

двери. Соске осмотрел комнату и не увидел ничего, что представляло бы угрозу.

Он ошибся: через пару секунд его окружили восемнадцать разъяренных девушек, и

в глазах у них горела жажда убийства…

Через минут десять они успокоились.

*****

– Ни за что бы не подумала, что у тебя может быть нечто подобное, – сказала Эри

Кагуразака, рассматривая револьвер тридцать восьмого калибра.

– Я прошу прощения за причиненное беспокойство, – кротко ответил Соске.

Он выглядел неважно. Его школьная форма была порвана, на лице виднелись

царапины. Запястья Соске были стянуты за спинкой стула, на котором он сидел, причем

его же собственными наручниками, которые девушки нашли у него на ремне.

20

Соске никогда не любил допросы.

– Это я забираю.

– Только…

– Никаких возражений!

– Только, пожалуйста, разрядите его. Там экспансивные пули19 , это очень опасно.

– Ради всего святого… – голос учительницы беспомощно замер.

Потом она сказала чуть громче:

– Канаме, оставляю его на тебя.

– Что?

– У нас педсовет. Мы планируем школьную поездку. Сагара устроил беспорядок, так что

обсуди это с другими девочками, и решите, как с ним поступить.

Было непонятно, доверяет ли учительница Канаме или просто не хочет брать на

себя ответственность. С другой стороны, она уже ушла. Соске, который смотрел на Эри

Кагуразаку, как камбоджиец на миротворца ООН, пришел в отчаяние, когда она покинула

комнату.

Под сердитыми взглядами стольких разгневанных девушек Соске внезапно пришла

в голову мысль, для него чрезвычайно характерная.

– Согласно Женевской конвенции… 20.

– Согласно чему?

– А, не обращайте внимания…

Вряд ли Канаме когда-нибудь интересовалась Женевской конвенцией. Возможно,

она вообще считала, что Женева – столица Бразилии.

– Ну что, Сагара, о чем ты думал? Подглядывать за девочками в раздевалке – одно дело,

но надо быть круглым идиотом, чтобы ворваться сюда и размахивать оружием. Ты что,

ненормальный? Как эта гениальная идея пришла тебе в голову!

– Гениальная идея? Ты хочешь сказать, что я умный?

Как он мог быть одновременно гением и идиотом? В чем смысл этого

противоречия? Однако Соске вдруг понял, что это не важно. Он лишь хотел, чтобы все

поскорее кончилось.

– Смотри сюда, придурок, – Канаме закатала рукав. – Видишь? У меня из-за тебя весь

локоть ободран. Чем ты сможешь это искупить?

Соске оценил повреждения. Кожа не была содрана, она всего лишь слегка

покраснела. Травмы, которые получил сам Соске во время этой свалки, были намного

более серьезны, но это, кажется, никого не волновало.

– Это быстро заживет, – сказал он наконец.

Аудитория моментально взорвалась возмущенными воплями:

– Вот дурак!

– Больной!

– У девушек все знаешь как долго не проходит!

– Чем ты можешь себя оправдать?

– Извинись перед Канаме!

Соске чувствовал себя как под перекрестным огнем. Насколько он понял, они вовсе

не были ему благодарны за попытку их защитить.

19 Экспансивные пули – пули, в головной части которых сделано углубление в виде воронки. При

попадании в тело такие пули, как правило, разваливаются на несколько частей, причиняя крайне тяжѐлые

ранения. (Калашников)

20 Женевская конвенция — международно-правовые соглашения о защите жертв войны. Приняты 12 августа

1949 года. Гарантируют гуманное обращение с военнопленными и мирным населением в ходе боевых

действий, а так же запрещают посягательства на жизнь и человеческое достоинство, пытки, взятие

заложников, внесудебную расправу. (Калашников)

21

– Прости, что так плохо обошелся с тобой, – сказал Соске. – Но, пожалуйста, пойми, что я

не хотел причинить вред тебе или твоим друзьям.

– Что же ты в таком случае делал?

– Боюсь, у тебя нет права доступа к этой информации.

– Нет права? Говори немедленно!

– Нет. Извини.

Откинув челку со лба, Канаме потребовала:

– Скажи нам, зачем ты пришел сюда.

Быстро подумав, Соске ответил:

– Я хотел вступить в секцию.

Девочки замерли в немом изумлении.

– В моей прошлой школе я был членом той же секции. У меня были неплохие результаты,

и поэтому я надеялся, что вы меня примете. Я уверен в своих силах и думаю, что вы

только выиграете, взяв меня в свою команду. Что скажете?

Соске внутренне похвалил себя за смелое выражение своей внезапной идеи.

– Видишь ли, Сагара, – проговорила взбешенная Канаме, – это… Понимаешь, это

женская софтбольная секция…

Соске обдумал полученную информацию.

– Так, никто кроме девушек не может в ней заниматься?

– Нет, конечно!

– Думаю, в данных обстоятельствах можно сделать исключение. Разве нет?

Тут девушки внезапно схватили Соске вместе со стулом и потащили к лестнице,

намереваясь сбросить его вниз.

20 апреля, 18:45 по стандартному времени Японии

Тѐфу, Токио, Япония

жилой дом, квартира №505

На экране темноволосая девушка открыла дверь в свою квартиру и вошла внутрь.

Когда она заперла дверь, Мелисса услышала мягкий щелчок замка.

«18:50. Ангел дома в безопасности. Никакой слежки за ней», – надиктовала

Мелисса Мао в устройство, похожее на переносную рацию. Она переключила канал,

чтобы взглянуть, что делает Курц на своем М9. Мао, естественно, не могла видеть Курца,

из-за включенной ЭМС, но она знала, что он шел вдоль дороги и через пару минут должен

был вернуться.

Разведывательный отдел «Мифрила» приготовил базу для их операции – что-то

вроде конспиративной квартиры. Канаме жила в доме через дорогу, и ее квартира отлично

просматривалась отсюда. У них не было настоящей обстановки, только дешевый стол и

несколько складных стульев. Но комната была и без того изрядно загромождена

всевозможным оружием и аппаратурой слежения.

– До сих пор не могу прийти в себя от того, как здесь, в Токио, все дорого, – вслух

посетовала Мелисса.

Она прикончила гамбургер, вытащила ментоловые сигареты и закурила. В этот

момент вошел Соске. Мао громко расхохоталась, увидев его: руки сержанта были

прикованы наручниками к спинке стула, который он всю дорогу тащил на себе.

– Соске у тебя появился приятель!

– Это стул.

– Я вижу. Но зачем ты притащил его сюда?

22

– Потому что я не мог снять наручники. Это модель с жестким соединением, а замок

повернут к локтям.

– Стой, дай дух перевести! – смеялась Мао, отпирая замочек на наручниках

универсальным ключом.

– Спасибо, – сказал Соске.

Потом он рассказал о событиях этого дня.

– … вот так все и было. Самым сложным оказалось купить билет на метро на станции

Сенегава, – закончил он свой рассказ. – В чем дело, Мао?

Стараясь не рассмеяться, она зажала кончик носа двумя пальцами и ответила:

– Ничего, просто немного болит голова.

– Возможно, тебе стоит немного отдохнуть.

Их беседу прервал короткий электронный звонок: Курц вышел на связь.

– Это Урц-6, выжатый, как лимон. Может, кто-нибудь из вас со мной поменяется? –

умоляющим голосом попросил он.

М9 сейчас спокойно стоял в импровизированном ангаре в огромном трейлере,

припаркованном неподалеку.

– Курц, тебя никто не заметил?

Курц в ответ начал жаловаться:

– Началось все того, что я только чудом не раздавил какого-то старичка. Все собаки в

радиусе трех километров охрипли от лая. Потом я чуть не разгромил зал игровых

автоматов. Остановился отдохнуть рядом с начальной школой и едва не разбил окно.

Видели бы вы, как они все там переполошились!

По крайней мере, никто не видел М9. С менее искусным пилотом эти маленькие

инциденты могли кончиться плачевно.

– Может, это и не лучшая идея сопровождать ее повсюду на бронероботе, – предположила

Мао.

– Если мы пытаемся обеспечить объекту круглосуточную охрану, то… Да, это почти

невозможно, – согласился Соске. – Я думаю, лучше всего оставлять БР в резерве начиная

с завтрашнего дня.

– Но тогда его датчики и оружие будут совершенно бесполезны, – возразила Мао.

Так как М9 был самой передовой моделью, он был буквально нашпигован

электроникой,

стоившей

десятки

миллионов

долларов.

К

примеру,

его

звукоулавливающая система работала как интеллектуальный фильтр, она распознавала и

предупреждала пилота о потенциально опасных фразах противника типа «взять в плен»,

«разрешаю открыть огонь». Также М9 был оборудован двумя пулеметами, которыми он

мог легко вывести из строя, к примеру, до тридцати единиц небронированной техники.

Говоря откровенно, использование М9 было слишком большим расточительством в

таком задании. Но Мао раньше служила в самой расточительной армии на свете –

вооруженных силах США.

– И все-таки я бы хотела, чтобы М9 был так близко к Канаме, как это возможно. Если мы

будем избегать часов пик и двигаться вдоль реки, все будет нормально.

– Полагаюсь на твое мнение, – согласился Соске.

– Кто-нибудь поменяйтесь со мной! Я вымотался! – стонал Курц.

– Минуту! Тидори кто-то звонит, – Мелисса повернула несколько регуляторов на

аппаратуре и дала Соске свободные наушники. – Хочешь послушать?

– Наверное.

Звонила младшая сестра Канаме, жившая на восточном побережье Америки. Они

непринужденно болтали о самых разных вещах, в том числе и о «сумасшедшем новичке»,

про которого Канаме сказала, что он «все-таки довольно забавный». Когда пришло время

заканчивать разговор, Канаме, казалось, не хотела этого делать.

– Бедная девочка: живет совсем одна! – пожалела ее Мао. – Все ее общение с семьей за

день сводится к этому телефонному разговору.

23

– Я не уверен, что все правильно понял, – сказал Соске, – но спланированная

коммуникация – это хорошая мысль.

Он на мгновение задумался.

– Вообще-то, это странно. При моем общении с Канаме Тидори она была куда более

резкой и агрессивной.

– Ну конечно, она ведет себя по-разному с тобой и со своей младшей сестрой.

– Так и должно быть?

– Да.

– Я запомню. Я также удивлен тем, что она, кажется, не презирает меня.

– А тебя это радует! – подколола Мелисса.

– Что?

Соске повернулся к окну, чтобы увидеть в отражении хоть какой-то след радости

на своем лице по этому поводу.

20 апреля, 11:30 по Гринвичу

Тихий океан, глубина 165 футов

десантно-штурмовая подводная лодка «Туата де Данаан»

– У сержанта Сагары, кажется, возникли трудности с выполнением текущего задания, –

сказала девушка, сидевшая в кресле капитана.

У нее были большие серые глаза; пепельного цвета волосы, заплетенные в косу,

спускались ей на левое плечо. На девушке был стильный бежевый костюм, который был

ей ощутимо велик. На воротничке у нее светились знаки ее ранга. И хотя награды и знаки

отличия, обычные для многих капитанов, отсутствовали на ее груди, эта девушка – Тереза

Тестаросса – была капитаном «Туата де Данаан».

Капитан. Лишь немногие знали причину, по которой она выбрала этот путь. Один

из них, майор Калинин, стоял рядом с ней сейчас в командном центре, который по своим

размерам мог сравниться со зрительным залом небольшого театра. Это был мозг «Туата де

Данаан», управляющий всем кораблем и его боевыми единицами.

– Это будет полезным опытом для Сагары, – высказал свое мнение Калинин.

Юный капитан продолжила изучать доклад старшины Мао, который рассказывал о

приключениях Соске сухим официальным тоном: «Огнестрельное оружие конфисковано.

Подвергся нападению группы гражданских лиц, включая охраняемый объект. Вернулся на

конспиративную квартиру в очень потрепанном виде, прикованный наручниками к

стулу».

– Ничего такого, с чем бы он не справился, капитан.

– Действительно, Сагара – отличный боец. Но несмотря на это я рада, что с ним рядом

находятся старшина Мао и сержант Вебер.

Тереза замолчала и посмотрела на часы – одни по Гринвичу, другие по

стандартному времени Японии – на ее экране.

– Майор, как Вы считаете, долго ли нашим сотрудникам придется пробыть в Токио?

– Несколько недель, пока мы не обнаружим и не уничтожим источник опасности для

Канаме Тидори, капитан, – хотя Калинин был намного старше Терезы, он обращался к ней

с неподдельным уважением.

– Итак, все зависит от успеха нашей операции, – сделала вывод капитан Тестаросса,

разглядывая карту. – Если все пойдет по плану, необходимость охранять Канаме Тидори

отпадет сама собой.

– Так же как и других потенциальных посвященных.

24

– На какое-то время…

– К сожалению, да. Только на какое-то время.

Калинин попросил позволения идти, отдал честь и покинул командный центр.

В то же время

СССР

Окраины Хабаровска

Две машины стояли на пустынном мосту, перекинутом через замерзшую реку.

Казалось, все звуки в этом месте тоже заледенели. Вокруг была мертвящая тишина. Трое

мужчин стояли на середине моста: азиат в элегантном итальянском пальто и двое русских,

одетых в форму КГБ.

– Тихо и пусто, – проворчал азиат, приглаживая зачесанные назад волосы.

У него на лбу был большой шрам – удивительно прямая линия, походившая на след

от пореза ножом или прошедшей по касательной пули. Этот шрам выглядел почти как

третий глаз.

– Прекратите придираться, Вы сами назначили это место для нашей встречи, – сказал

более полный из двоих чекистов, полковник, судя по знакам отличия на погонах.

– Я имел в виду, что в головах у вас тихо и пусто. Так тихо, что пролети мотылек –

услышишь шелест крыльев.

Грузный капитан рядом с полковником резко подался вперед:

– Что ты сказал?

Полковник удержал его. Азиат рассмеялся.

– Хотя бы полковник знает, как надо себя вести в приличном обществе.

– В том, что произошло, нет нашей вины, – протестовал рассерженный полковник. –

Подопытный объект похитили. Скорее всего, у них тоже есть список возможных

посвященных. Без самого объекта мы не можем осуществлять исследование. Дело только

в этом!

Голос полковника звучал раздраженно, и на то были веские причины.

Исследования, о которых он говорил, производились без ведома ЦК партии. Если бы о

провале их тайной деятельности стало известно, его, без всякого сомнения, отправили бы

в лагеря.

– Итак, Гаурон, Вы узнали, чего хочет наш противник?

– Более или менее. Взгляните, – сказал человек со шрамом и протянул полковнику

фотографию, – я улучшил качество изображения, которое вы дали мне.

На фото были смутные очертания бронеробота.

– Он использует ЭМС, поэтому контуры расплываются, как бы растворяются в

окружающем. У него за спиной что-то вроде рюкзака, может быть, он доставляет некую

важную персону на горный склон.

Бронеробот поражал воображение. Его пропорции были на удивление гармоничны

и приближены к человеческим. В изумлении полковник поднял бровь:

– Что это? Я не знаком с этой моделью.

– Это бронеробот «Мифрила», – охотно пояснил Гаурон, – вам о таких продвинутых

моделях только мечтать.

– «Мифрил»?

– Секретная организация, состоящая из наемников. Их армия опережает лет на десять все

армии в мире: лучшее вооружение, лучшие бойцы. Вы о них не слышали?

25

Тень этого загадочного «Мифрила» то и дело мелькала на задворках

международных конфликтов. Эта организация атаковала укрепленные базы боевиков,

уничтожала центры производства наркотиков. По слухам «Мифрил» будто бы

ликвидировал лагеря террористов и предотвращал контрабанду ядерного оружия. Миссия

«Мифрила» заключалась в том, чтобы гасить региональные конфликты, вследствие этого

он не становился на позицию ни одной из враждующих сторон.

– Но на что им сдался мой проект? – полковника интересовало только это.

– Потому что это опасно. Если Ваши исследования будут слишком успешными, это

нарушит баланс сил в мире.

– Поэтому, я полагаю, они попытаются помешать нам заполучить нового посвященного?

Наличие посвященного в лаборатории было жизненно необходимо для успеха

всего исследования. Теперь, когда они лишились девушки, на которой ставили опыты, не

мудрствуя лукаво полковник хотел просто найти другую.

– Я мог бы похитить одну посвященную, но это требует времени. Это сложнее, чем,

например, убить ее, – сказал Гаурон.

– Значит ли это, что Вы хотите повысить цены на свои услуги? – пророкотал полковник.

Гаурон усмехнулся:

– Я не коммунист – я бизнесмен.

– Очень смешно, обезьяна желтолицая! – сорвался капитан. – Для нас незаменимых людей

нет! Как насчет благодарности полковнику, который нанял тебя?

– Я благодарен своим постоянным покупателям, – ответил Гаурон.

– Вы, китайцы, не держите свои обещания! – рычал капитан.

– Какое тонкое замечание! Только я не китаец, – поправил его Гаурон.

– Да без разницы! Все вы одинаковые! Погоди, вот отправлю тебя в уральские шахты, и

твоя желтая рожа сразу почернеет, подонок косоглазый!

– Знаете, а Вы ужасно надоедливый тип, – со скоростью и ловкостью шулера Гаурон

вытащил из пальто револьвер.

Он сделал это так спокойно и просто, словно доставал сотовый телефон. Алая

точка лазерного прицела высветилась на лбу у капитана.

Выстрел вдребезги разбил ночную тишь. Брызги крови, мозг, осколки черепа

разлетелись по снегу. Тело капитана с уцелевшей частью головы упало на землю с глухим

звуком.

– Так на чем мы остановились? Ах, да! Мы обсуждали условия похищения, – Гаурон

невозмутимо убрал револьвер.

Он посмотрел в документы, которые полковник дал ему раньше.

– Ах, вот! Вот оно, – сказал Гаурон и, оборвав сам себя, внимательно посмотрел на

собеседника: Что-то не так, полковник?

– Это один из моих людей…

– Да ладно Вам! – цинично махнул рукой Гаурон. – Вы же все равно взяли его с собой,

только чтобы попытаться надавить на меня, так? Зато Вам больше не придется нянчиться

с ним. А сейчас давайте закончим наши дела.

Полковник безропотно позволил безумцу со шрамом взять нить разговора в свои

руки.

Просматривая документы, Гаурон насчитал около пятнадцати отдельных папок с

личными делами потенциальных посвященных. Судя по одним лишь фотографиям,

мальчики и девочки были разных национальностей и рас, но все примерно одного

возраста – от пятнадцати до двадцати лет на вид.

– Итак, кого из них я должен похитить? Стойте! Я знаю, знаю – это уже решено! Вы

хотите… – Гаурон перетасовал бумаги, – вот эту девушку! А она, кстати, ничего!

Гаурон протянул полковнику фото Канаме Тидори.

26

А в Токио Канаме и ее друзья оживленно болтали и хрустели картошкой фри из

закусочной под универмагом.

Глава 2. На глубине

23 апреля, 17:32 по стандартному времени Японии

Тѐфу, Токио, Япония

линия Кейо21, станция Тѐфу22, южный выход

А Соске, конечно же, следил за ней, наблюдая за всем происходящим из

противоположного угла закусочной. Он нервно осматривался, притворяясь, что читает

номер «Токио спортс»23 трехдневной давности.

Соске не нравился один посетитель, сидевший за стойкой позади Канаме: лет

двадцать пять, среднего роста, серый берет низко надвинут на глаза. Подозрительный тип

то и дело посматривал на наручные часы. У его ног стоял черный дипломат.

«Что у него там?» – спрашивал себя Соске. Дипломат, похожий на этот, Соске

недавно видел в каталоге антитеррористического снаряжения. Если он все помнил верно,

та модель была оснащена встроенным самозарядным пистолетом, который стрелял, когда

защелкивался замочек.

Расправившись с гамбургером, мужчина встал, держа в руках поднос. «Так-так», –

приготовился действовать Соске, но предполагаемый противник всего лишь выбросил

обертку гамбургера в мусор, оставил поднос на контейнере для отходов и вышел вон.

«Значит, я ошибся. Если только не…, – Соске заметил, что дипломат ушедшего

мужчины все еще стоит на полу, где он его оставил. – Что если?.. Черт!»

Террористам ничего не стоило взорвать толпу народа, чтобы уничтожить одного

конкретного человека. Но разве Канаме угрожало не похищение? Возможно, ситуация

изменилась.

Во всяком случае, у Соске уже не было времени подумать об этом. Он ринулся

через тесную закусочную, опрокидывая столы и расталкивая посетителей, и схватил

дипломат. Судя по весу, внутри действительно могла быть бомба.

Разумеется, его действия не остались незамеченными:

– Сагара? – Канаме не поверила своим глазам.

– Ложись! – расчищая себе дорогу локтями, Соске пулей вылетел из закусочной с

загадочным дипломатом в руках.

«Так, где я могу избавиться от него?» – Соске обвел взглядом окрестности: вечером

в этом торговом квартале было полно народа.

21 Линия Кейо (Keiō Line, не путать с Keiyō Line) – одна из частных линий железной дороги на западе

Токио. Управляется компанией «Keio Corporation». Протяженность – ок. 38 км. Начальная станция –

Синдзюку (Shinjuku), конечная – Кейо Хатиодзи (Keiō Hachiōji), всего 34 станции. На этой линии

расположена ст. Сенегава (Sengawa) – тринадцатая по счету, начиная от ст. Синдзюку. ( Blumen_von_Eis)

22 Станция Тѐфу (Chōfu) – восемнадцатая станция на основной линии Кейо, считая от ст. Синдзюку.

Находится на территории р-на Тѐфу, Токио. От этой станции также начинается линия Кейо Сагамихара,

оканчивающаяся на ст. Хасимото (Hashimoto) в г. Сагамихара (Sagamihara) префектуры Канагава

(Kanagawa). (Blumen_von_Eis)

23 «Токио спортс» (Tokyo Sports) – одна из самых популярных газет Японии. По данным Всемирной

газетной ассоциации, ежедневный тираж этой газеты – 2 425 000 экз. Для сравнения: тираж USA today

(США) – 2 603 000, The Sun (Великобритания) – 3 461 000. (Blumen_von_Eis)

27

Он заметил автостоянку на другой стороне улицы: возможно, там людей будет

меньше.

– С дороги! – крикнул Соске и выбежал на проезжую часть невзирая на поток брани со

стороны водителей.

Вдруг раздался резкий автомобильный гудок! Соске обернулся как раз вовремя,

чтобы увидеть мчащийся прямо на него грузовик. Его водитель тщетно пытался

остановиться, но грузовик, отчаянно визжа тормозами, все же задел Соске и отбросил его

на стоянку для велосипедов на обочине.

Провал… без вариантов…

Соске с трудом поднялся на ноги; голова у него кружилась, и он чувствовал себя

так, будто разучился ходить. Пока он вспоминал, как это делается, к нему подошел тот

самый подозрительный человек из закусочной.

– Эй, парень, ты как? – участливо спросил он, забирая дипломат и открывая его. – Ох,

спасибо тебе! Не знаю, что бы я делал, если бы потерял свои рукописи!

Он дружески похлопал Соске по спине и удалился. А вокруг Сагары тем временем

собралась небольшая толпа: водитель грузовика, Канаме, ее подруги и несколько

прохожих. Все они стояли, глядя на Соске во все глаза. Кто-то выглядел встревоженно,

кто-то озадаченно, кто-то удивленно, но казалось, что все ждали какого-то объяснения.

– Скажи, наконец, что все это значит? – спросила Киоко.

– Я подумал, что там бомба, – смиренно признался Соске, прежде чем снова свалиться на

тротуар.

23 апреля, 19:20 по стандартному времени Японии

Тѐфу, Токио, Япония

жилой дом, квартира №505

– Такими темпами ты не доживешь до конца недели! – посмеивался Курц, обертывая бинт

вокруг головы Соске. – Ты же сам опаснее любого террориста! Расслабься чуток!

– Я стараюсь, – ответил Соске.

Его сегодняшнее фиаско в закусочной было еще цветочками по сравнению с тем,

сколько всего он натворил за последние четыре дня. А последствия его деятельности были

просто катастрофическими.

Не важно, что он старался изо всех сил – Соске никак не мог заставить себя не

реагировать на все так... разрушительно. Чувствуя опасность, он действовал без

колебаний. И его вечно сопровождали шум, грохот и порча общественного имущества.

Он мешал всему классу. Эри Кагуразака и Канаме его уже никогда не простят.

У Соске не кончалась энергия, и синяки на нем не успевали заживать. Даже во

время самых суровых боев Соске еще не приходилось получать столько травм за такой

короткий промежуток времени. Его спустили с лестницы, он пролетел через окно, на него

упала груда книг в библиотеке, он получил несколько ссадин, когда набросился на

гипсовую скульптуру... И это не считая всего прочего.

«Я выпал из привычного ритма», – думал он, и не знал, что сделать, чтобы

исправить это. Ирония судьбы: Соске выживал в течение стольких лет в жестоких боях,

чтобы потом его сгубила какая-то старшая школа!

– Ты не выдержишь такой нагрузки, – решил Курц. – Завтра мы поменяемся. Мао и я

будем наблюдать за школой снаружи.

– А что если враг появится внутри школы?

– Сомневаюсь, что такое может быть. Я вообще не уверен, что Канаме кому-то интересна.

28

– Опасно принимать желаемое за действительное, – Соске не смог удержаться: он не

одобрял легкомыслие Курца.

– Всегда нужно брать в расчет любую возможность…

– Если хочешь попасть под грузовик, – перебил его Курц. – Ты когда-нибудь слышал

выражение «сражаться с ветряными мельницами»?

На лице у Соске было написано, что он не знает, о чем речь.

– Это как если бы борец сумо сражался со своим же маваси24.

– С маваси?

– Ты не знаешь, что это? А ты точно японец?

Курц закончил с перевязкой и отвернулся к окну.

– Одну вещь я не могу понять.

– Ты про маваси?

Курц нетерпеливо закатил глаза:

– Я про Канаме! Она кажется такой … обычной. То есть она симпатичная – нет, она даже

сногсшибательная! – но у нее совершенно обыкновенная жизнь, особенно в сравнении с

нашей.

– Возможно, ты прав.

Даже если Соске ничего другого и не понял в ходе этого задания, он, по крайней

мере, осознал огромную разницу между ним самим и другими ребятами его возраста.

– Так почему за ней охотится КГБ? И зачем КГБ была нужна та девушка, которую мы

спасли во время недавней операции: всего лишь подросток, каких миллионы, а они

почему-то схватили ее. Что, черт возьми, они получат с того, что похитят и накачают

наркотиками этих девочек?

– Я знаю столько же, сколько и ты, – ответил Соске.

– Да, майор не говорит нам всего, это как пить дать.

23 апреля, 21:21 по Западно-Тихоокеанскому времени25

Хабаровск, Советский Союз

здание КГБ

– Когда Вы собираетесь взяться за дело? – требовательно спрашивал полковник КГБ.

Прошло уже три дня со времени его встречи с Гауроном.

– Уже скоро, очень скоро, – отвечал Гаурон на другом конце провода.

Полковник слышал какой-то шум на заднем плане. Гаурон – террорист из

неизвестной организации – звонил из Советского посольства в Токио. Согласно

официальным донесениям посольства, Гаурон почти не покидал здание и редко

разговаривал с кем-то.

– Я как раз делаю кое-какие приготовления. Мы должны удостовериться, что все в

порядке, прежде чем атаковать цель.

– Приготовления? Какие еще приготовления Вам нужны?

– Не будьте так нетерпеливы!

– Что?

24 Маваси – пояс-повязка, в котором выступают борцы сумо. Маваси обматывается несколько раз вокруг

талии и между ног и закрепляется узлом на спине. Стандартная ширина такого пояса – 40 см.

(Blumen_von_Eis)

25 Западно-Тихоокеанское время (Western Pacific Standard Time) относится к зоне UTC+10, в которой

находятся, например, Владивосток, Гуам, Канберра, Мельбурн, Сидней, Порт-Морсби. На территории

России для часового пояса UTC+10 принято обозначение «Владивостокское время». (Blumen_von_Eis)

29

– Вряд ли «Мифрил» позволит нам так просто прийти и схватить ее.

– Вы думаете, что они защищают Кануму? – полковнику с трудом давалось это имя.

Посмеиваясь, Гаурон сказал:

– Похоже на то. Если я не буду осторожен, меня заметят.

– Меня это не волнует! – рявкнул полковник. – Убейте любого, кто встанет на пути, если

это потребуется!

– Боюсь, это невозможно.

– Почему?

– За девчонкой все время следит бронеробот в режиме невидимости.

– И никто до сих пор не заметил? Этого не может быть! Оборудование такого рода…

– Я уже говорил Вам, – неприязненно перебил Гаурон, – их техника опережает на десять

лет все, что существует в мире. К тому же, весьма вероятно, что на это дело брошены их

лучшие бойцы. Если мы пойдем напролом, как стадо дилетантов, они легко смешают нам

все карты.

Полковник попытался было что-то сказать.

– Не волнуйтесь, у меня есть план, – заявил Гаурон и добавил, повесив трубку: Как же Вы

хотите спасти свою шкуру от лагеря, полковник!

24 апреля, 14:38 по стандартному времени Японии

старшая школа «Дзиндай», Токио, Япония

класс 4, второй год обучения

– Вот, пожалуйста! – на доске красовались каракули Канаме, изображавшие список

поручений.

Она обернулась лицом к классу. Перед ней сидели безучастные ко всему этому

школьники: одни играли в кости, другие читали мангу, кто-то просто дремал.

– Эй, народ, послушайте!

– Да мы слушаем, слушаем, – вразнобой отозвались одноклассники.

– У нас всего пять дней до поездки, и нам нужно решить, кто и за что будет отвечать, если

мы хотим, чтобы все прошло гладко.

– Да, конечно! Давайте решим уже и пойдем домой!

Канаме вздохнула.

– Напомните мне, как вышло, что я согласилась быть старостой? – простонала она. –

Ладно, я предполагала, что так и будет, поэтому сама уже распределила обязанности. Что

от вас требуется – это сказать, все ли вас устраивает.

У школьников вырвались одобрительные возгласы.

– Так держать, Тидори!

– Нет проблем, – Канаме быстрым жестом попросила всех успокоиться. – Итак, Онда и

Санемацу, на вас еда. Арияма и Омура отвечают за багаж. Онодера и Судзуки – за

конкурсы.

Она быстро нацарапала на доске имена напротив списка обязанностей. Внезапно на

ее губах появилась чуть злорадная улыбка.

– А мусор – это работа для… Сагары!

Услышав свое имя, Соске вышел из задумчивости и хмыкнул.

– Что-то не так, Сагара?

– Не помню, чтобы я нанимался на эту должность.

– Извини, но это школьное правило: переведенные ученики всегда отвечают за мусор.

Такой у нас порядок.

30

Все засмеялись, и только Соске, видимо, не понял шутки.

– Я этого не знал. Хорошо, я согласен.

– Превосходно! Детали я сообщу тебе позже. Итак, что скажете? – вновь обратилась к

классу Канаме. – Все в порядке?

Вот так один из лучших наемников «Мифрила» единогласно был избран

ответственным за уборку мусора.

24 апреля, 11:13 по Гринвичу

Японское море, глубина 165 футов

«Туата де Данаан», командный центр

– Школьная поездка? – спросила капитан Тестаросса.

– Да, – ответил Калинин, протягивая ей несколько документов и ручку.

– Экскурсия состоится на следующей неделе. Я думаю, стоит открыть новый секретный

канал для связи на время поездки. Подпишите это разрешение, пожалуйста.

Тесса кивнула и подписала документ.

– Какая странная школа: ехать на экскурсию в это время года… А куда они отправляются?

– На Окинаву.

– Ох! – Тереза быстро отвернулась и посмотрела на карту на дисплее. – Вы знали, что я

жила там?

– Нет, мэм.

– Папа хотел, чтобы я пошла в японскую начальную школу, – печально проговорила она.

– Но у меня не получилось подружиться ни с кем из одноклассников, и через некоторое

время я перевелась в школу на базе.

Капитан второго ранга Ричард Мардукас, занимавший на «Туата де Данаан»

должность старшего помощника, кашлянул, вернув Терезу на грешную землю.

– Наверно, не место и не время предаваться воспоминаниям, – извиняющимся тоном

сказала капитан.

– Вероятно, нет, мэм, – ответил Мардукас, прежде чем вернуться к своим обязанностям.

Калинин же продолжал читать свой рапорт, как будто ничего и не случилось.

– У нас есть новая информация, – сообщил он.

– О посвященных?

– Да, мэм. По всей видимости, лаборатория в Хабаровске еще ведет исследования.

Взгляните на это, – Калинин подал Тессе стопку документов.

На первый взгляд это был бесконечный список химических веществ, в котором

кое-что было обведено красным.

– Помеченные вещества редко встречаются в СССР, – пояснил Калинин. – Согласно

нашей информации…

– Исследовательский центр в Хабаровске единственный? – спросила Тесса, перебивая

Калинина.

– Да, мэм, – подтвердил Калинин, уступая руководство операцией Тессе.

– Есть ли способ вывести из строя эту лабораторию, не приближаясь к ней? Может быть, с

помощью наших компьютеров? – предложила Тесса.

Это была хорошая идея. Искусственный интеллект «Туата де Данаан» был на две

головы выше обычной системы управления военных кораблей. Ее процессор был по

своим возможностям сопоставим с человеческим мозгом. Эта система была

сконструирована на основе американской системы боевого управления, и она легко

справилась бы с взломом советской компьютерной сети.

31

– К сожалению, компьютеры этого исследовательского центра изолированы от внешних

сетей, – возразил Калинин, разрушая этот блестящий план. – Нам придется уничтожить

лабораторию физически.

– Понятно. Крылатая ракета?

– Да, мэм, – согласился Калинин. – Стратегическая крылатая ракета, оснащенная

термобарической боевой частью. Лучше всего подойдет «Томагавк» G-типа26.

Капитан Тестаросса какое-то время размышляла над этим, потом она взглянула на

карту. Ученые, работавшие в лаборатории, жили на расстоянии меньше мили от нее.

– Хорошо. Но давайте сведем к минимуму человеческие жертвы: удар будет нанесен в

ночь с субботы на воскресенье. Возьмите последние фотографии со «Стинга» и выясните

как можно больше деталей: кто, что, где, когда.

– Есть! Касательно «Арбалета»… – вместо слов Калинин протянул новую стопку

документов.

Когда он подал их Тессе, она внезапно выронила огромную кучу бумаг, которая

уже скопилась у нее.

– Ой, как неловко! Извините! – тонким голоском лепетала Тесса, пока Калинин и

Мардукас помогали ей собрать потерянные листы.

– Спасибо, – поблагодарил Калинин Мардукаса.

– Не за что, – со сдержанным раздражением ответил тот. – Нет, все-таки, Вам бы

следовало вести документацию в электронной форме, майор, как это делают все

остальные.

– Когда-нибудь я приду к этому, – сказал явно сконфуженный Калинин, подавая капитану

бумаги.

– «Семь обещаний ответственного за уборку мусора»? – прочитала Тесса, подобрав с пола

один из листов.

Окончательно обескураженный майор взял назад рапорт Соске и подал ей нужный

документ.

25 апреля, 16:35 по стандартному времени Японии

пригород Токио, Япония

линия Кейо, поезд до ст.Хасимото27

26 «Томагавк» (BGM-109 Tomahawk; Томахоук) – крылатая ракета (КР) морского и наземного базирования.

Является высокоточным оружием. Существуют стратегические модификации: A, C, D – и тактические: B, E.

Конструктивно-схемное построение и базовые летно-технические характеристики всех моделей идентичны.

Вообще-то, модификации этой ракеты типа G в реальности не существует, крылатая ракета BGM-109

Tomahawk на данный момент имеет пять модификаций: А (с ядерной боевой частью), В (с фугасной БЧ), С

(с моноблочной полубронебойной БЧ), D (с кассетной БЧ) и Е (с фугасной БЧ). Модификации В и Е

используются только против кораблей, а остальные – только против наземных объектов. Очевидно, автор

«изобрел» новую модификацию ракеты, чтобы объяснить наличие не предусмотренной для «Томагавка»

термобарической БЧ.

Термобарическая (объѐмно-детонирующая) боевая часть (ОДБЧ) – боевая часть, использующая распыление

горючего вещества в виде аэрозоля и подрыв полученного газового облака. В средствах массовой

информации часто обозначается термином «вакуумная бомба», хотя точнее было бы название «газовая

бомба». Принцип действия ОДБЧ основан на детонации облака горючего аэрозоля. Благодаря большим

размерам облака (на порядки больше, чем размеры зарядов с конденсированным взрывчатым веществом),

ударная волна сохраняет поражающее действие на большом расстоянии. Взрыв происходит в две стадии:

сначала по команде взрывателя, как правило, бесконтактного, подрывается небольшой заряд обычного

взрывчатого вещества (его цель – равномерно распределить горючее вещество по объѐму облака); затем с

небольшой задержкой подрывается второй заряд (или несколько зарядов), вызывающий детонацию

аэрозоля. (Калашников)

27 Станция Хасимото (Hashimoto) – крупная железнодорожная станция в г. Сагамихара (Sagamihara)

префектуры Канагава (Kanagawa). Здесь останавливаются поезда линий Йокогама, Сагами и Кейо

Сагамихара. (Blumen_von_Eis)

32

Это стало последней каплей. Канаме была зла как никогда.

Аккуратно положив закладку в потрепанную книжку в мягком переплете, девушка

быстро пошла в другой конец вагона, где сидел Соске, притворяясь, что читает

спортивную газету.

– Эй, в чем дело? – жестко спросила Канаме.

– О, Тидори! Какое совпадение.

– Да что ты говоришь! – съязвила она и, выхватив газету у него из рук, пробежала глазами

заголовки. – Что это вообще такое? Ты читаешь старую газету!

– Это мое право.

– Почему ты все время шатаешься следом за мной?

– Не понимаю, о чем ты. У тебя, наверно, мания преследования, – поставил диагноз

Соске.

– Я не такая! Это ты меня доводишь – весь день, каждый день! Если хочешь что-то

сказать, просто скажи и прекрати меня пугать!

– Как я уже говорил, это чистое совпадение!

Канаме застыла, переваривая его заявление, и в этот момент из громкоговорителя

раздался голос диктора, явно подражавшего комментаторам боксерских поединков:

– Дамы и господа! Следующая станция – Кокурѐ-о-о-о-о-о!28

Канаме бросила газету Соске на пол. Наблюдавшая всю сцену пожилая дама была

слегка шокирована. Поезд тем временем подошел к станции, и двери в вагоне с негромким

свистом разъехались в разные стороны.

– Так это все только совпадение?

– Да.

– Ну, если ты так говоришь…

В тот миг, когда дверь уже начала закрываться, Канаме проскользнула через нее на

платформу и показала нос ошарашенному Соске.

– Пока, извращенец!

Поезд тронулся. Канаме не спеша пошла к одной из скамеек.

В этот момент Соске внезапно разбил окно в вагоне и выпрыгнул из него на ходу.

Сгруппировавшись, он приземлился на спину, стукнулся несколько раз, потом покатился

и врезался в металлическую изгородь на краю платформы.

– Нет, он издевается надо мной! – воскликнула Канаме.

Соске лежал пластом и не шевелился. Заметив неладное, Канаме быстро подбежала

к нему, опустилась рядом на колени и осторожно потрясла за плечо.

– Эй, ты как?

Через мгновение Соске вскочил как ни в чем не бывало.

– Все в порядке, просто немного испачкался.

Он стряхнул пыль со своих брюк.

– Ты с ума сошел? О чем ты только думал?!

– Я просто вспомнил, что… что я хотел выйти на этой станции. И это никак не связано с

тобой.

– То есть после того как ты выпрыгнул из окна поезда, ты все еще утверждаешь, что…

– Это только совпадение, – закончил за нее Соске.

Канаме со вздохом опустилась на ближайшую скамью. Соске сел рядом с ней и

достал ту самую спортивную газету, которую он каким-то образом сумел захватить с

собой, прежде чем выпрыгнуть из поезда.

– И это, конечно, всего лишь совпадение, что ты решил почитать именно здесь?

28 Станция Кокурѐ (Kokuryō) – шестнадцатая станция на основной линии Кейо, считая от ст. Синдзюку.

Находится на территории р-на Тѐфу, Токио. (Blumen_von_Eis)

33

– Так точно.

– Невероятно! – Канаме оперлась локтями о колени и положила голову на ладони,

продолжая смотреть на Соске.

Как это ни странно, его поведение не так уж сильно пугало ее. Да, действительно, с

тех пор как Сагару перевели в ее класс, он все время смотрел на нее, однажды ворвался в

раздевалку, следовал за ней, куда бы она ни шла – и так каждый день. Но при всем при

этом он не был похож на похотливого безумца, крадущегося по пятам за своей жертвой.

В нем было что-то особенное. Вряд ли у Соске были по отношению к ней какие-то

неуместные чувства или непристойные намерения. Во всем его облике было слишком

много достоинства, чтобы он мог быть плохим человеком. Словно атлет перед

соревнованиями, Соске излучал решительность и целеустремленность. Он выглядел

спокойным, но было заметно, что он все время собран и глубоко сосредоточен.

Так все же, с какой стати он преследует ее?

– Эй, Сагара!

– Что?

– Если я пообещаю не сердиться, может, скажешь, наконец, что происходит?

– Ничего не происходит. Ничего, кроме ряда совпадений, – ответил он в своей обычной

серьезной манере.

– Ах да, конечно, – уступила она. – Хорошо, раз уж ты совершенно случайно здесь

оказался, можно спросить тебя кое о чем?

– Разумеется.

– Ты долго жил за границей, верно? Ты и во всех остальных школах, где учился, вел себя

так же?

На секунду Соске задумался над вопросом.

– Думаю, да. Вся моя жизнь там была такой же мирной и спокойной.

– А ты не жалеешь, что тебе пришлось уехать от друзей?

– Нет. Я продолжаю поддерживать связь с ними с помощью телефона и письменных

сообщений. Можно сказать, что я и не уезжал от них.

Канаме удивленно посмотрела на него.

– Это ведь не сложно, – добавил Соске.

– А у тебя там есть девушка?

– Я знаю многих девушек, – Соске не понял, где именно.

– Да нет, я говорю: девушка, – с нажимом произнесла Канаме. – Любимая, понимаешь?

– У меня нет таких друзей. Один из моих коллег – ну, хорошо, друзей – говорит: «Даже

тибетский як не согласился бы стать твоей девушкой».

Канаме засмеялась:

– А у твоего друга есть чувство юмора!

– Я так и не смог понять, что это значит.

– Он всего лишь сказал, что ты на самом деле странный, Сагара.

– Странный?

– Очень! – хихикнула Канаме. – Но все не так плохо. Тебе просто нужно найти хорошего

человека, того, кто полюбит в тебе и это.

– Я запомню. Мне кажется, что ты хороший человек, – заметил он.

– Перестань! Не воспринимай все так буквально, – смутилась она. – И я не о себе

говорила.

– Хорошо. Не обращай внимания.

– Нет, ты точно странный, – поддела его Канаме.

Пока они разговаривали, Канаме ненадолго, всего на секунду, даже прониклась

легкой симпатией к Сагаре. Он был чем-то похож на бездомного пса, который хотел

только одного: ходить за ней повсюду. И Канаме, привыкшая жить сама по себе, вдруг

оттаяла сердцем. «Думаю, все нормально, по крайней мере, пока…» – решила она.

Ее размышления прервал шум подъезжающего к станции поезда.

34

25 апреля, 19:05 по Гринвичу

Японское море, перископная глубина

«Туата де Данаан»

В лунном свете, едва пробивавшемся сквозь толщу воды, подводная лодка была

почти не видна. «Туата де Данаан» казалась огромной акулой, в сто раз больше

обыкновенной. В самом деле, эта штурмовая подводная лодка могла по величине

сравниться с положенным на бок небоскребом.

Гигантская субмарина двигалась в воде тихо, очень тихо. В хвостовой части

открылось одно из пусковых отверстий, откуда появилась ракета. Подняв за собой

высокий фонтан брызг и пены, «Томагавк» взвился в воздух и выпустил крылья.

Достигнув нужной высоты над уровнем моря, ракета полетела на север.

– Запуск произведен. Закрываю люк, – доложил офицер, ответственный за вертикальный

запуск ракет29.

– Превосходно, – объявила Тесса, взглянув на индикаторы безопасности на командном

дисплее. – Глубина триста тридцать футов, курс на юг.

– Есть, капитан, – ответил капитан второго ранга Мардукас, высокий сухощавый

мужчина.

Очки в темной оправе, бледность и костлявые черты лица делали Мардукаса

похожим скорее на ученого, чем на военного.

– Тогда вперед, – поторопила Тесса. – Заполнить основную балластную цистерну. Угол

погружения десять градусов. Увеличить скорость до десяти узлов.

Тесса, подводник со стажем, уверенно отдавала приказы, хотя она сама еще не

вполне освоилась с управлением «Туата де Данаан», которая, безусловно, была самой

высокотехнологичной субмариной в мире.

Тесса знала, что запуск крылатой ракеты мог привлечь много внимания, поэтому

благоразумнее всего было покинуть район запуска как можно быстрее. Капитан

собиралась

использовать

спутник-шпион

«Мифрила»

–

«Стинг»

–

чтобы

проконтролировать поражение цели.

– Есть, мэм, – отозвался штурман.

Он повторил ее приказы, выполняя задания.

– Нам действительно нужно ждать три часа, чтобы узнать результат?

– Да, мэм. Возможно, Вам стоит прилечь на это время, – предложил Мардукас.

Тесса пожала плечами.

– Может, и стоит. Но мне все равно приснятся кошмары.

Как бы то ни было, ракета уже была на пути к цели. Если атака окажется успешной,

КГБ потребуется не меньше пяти лет на восстановление этой базы. Благодаря

напряженному труду разведывательного отдела, удалось установить, что в Хабаровске

находилась единственная на весь СССР лаборатория по исследованию посвященных.

– Майор, если мы уничтожим лабораторию, сможем ли мы отозвать наших людей из

Токио? – спросила Тесса, опускаясь в кресло.

– Да, мэм. Но несмотря на это…

– Да? Что?

29 Установка вертикального пуска (Missile Vertical Launching System) – устройство для подводных лодок,

позволяющее запускать ракеты не через торпедные аппараты, а через люки в верхней части корпуса

субмарины. По сути, это не что иное, как компактная ракетная шахта, встроенная в корпус подлодки.

(Калашников)

35

– Ничего, возможно, я перестраховываюсь, – ответил Калинин, и вид у него был какой-то

обеспокоенный.

26 апреля, 10:38 по Западно-Тихоокеанскому времени

Хабаровск, СССР

здание КГБ

– Наша лаборатория лежит в руинах! – прокричал в телефон полковник. – Это точно была

ракетная атака. Все наши данные пропали! Мы потеряли всю информацию о

посвященных, все до последней капли!

Из трубки донесся безразличный голос Гаурона:

– Очень жаль.

– Продолжать исследования невозможно, поэтому девчонка нам больше не нужна.

– Понимаю. Жаль.

– Да, Вы должны отменить похищение. Мы не сможем заплатить Вам, – перед

внутренним взором полковника пронеслось воспоминание о том, как хладнокровно

Гаурон убил его сослуживца.

– Я понимаю, – ответил Гаурон невозмутимо, даже слишком невозмутимо.

– Это правда? – подозрительно поинтересовался полковник.

– Разумеется.

– Что-то Вы чересчур спокойны, учитывая то, что Ваш источник дохода исчез.

– Он у меня не один, – заявил Гаурон. – Я пойду к кому-нибудь другому, может быть,

даже преподнесу им подарок...

– Подарок?

Вместо ответа в трубке что-то щелкнуло.

– Знаете, что это, полковник? Это один диск, который недавно попал ко мне в руки.

Звучит интригующе, а? И на нем собрана замечательная информация!

– Результаты исследований? Как Вы...

– Секрет фирмы, приятель! Уверен, Вы найдете время написать мне письмо из лагеря,

куда Вас скоро отправит родное ведомство. До свидания, полковник!

Раздался стук в дверь, полковник обернулся к выходу. Не успел он сказать и слова, как

внутрь ворвались трое мужчин в военной форме.

– Полковник Смирнов? – осведомился молодой лейтенант. – Центральный комитет партии

заинтересовался вашей неофициальной деятельностью. Вы обвиняетесь в использовании

государственного имущества в личных целях и причинении значительного ущерба казне.

– Подождите, это не то, что...

– Объясняться Вы будете на Лубянке. Сюда, пожалуйста.

Лубянка. Русские хорошо знали истинное значение этого слова и боялись его

безмерно. «Лубянка» – это означало жестокие допросы и лагерь. Судьба полковника

Смирнова была предрешена: впереди его не ждало ничего, кроме страданий. Он повесил

голову и безропотно позволил солдатам увести себя.

26 апреля, 20:01 по стандартному времени Японии

Тѐфу, Токио, Япония

жилой комплекс, квартира 505

36

В воскресенье у Соске, наконец, был заслуженный выходной, и он весь день оставался

дома.

Около полудня Канаме вышла из своей квартиры. За ней шел Курц, а БР пилотировала

Мао. Соске же оставили наблюдать за домом Тидори. За целый день рядом не появилось

ни одной подозрительной личности. Только одна женщина с ребенком позвонила в

квартиру Канаме, но и она не выглядела опасной. После восьми Канаме вернулась домой

в целости и сохранности.

– Двадцать часов, шесть минут. Ангел дома. Ничего необычного,– произнес Соске в

микрофон.

В этот момент, сияя как медный таз, в квартиру влетел Курц.

– А во-о-о-от и Ку-у-урци! Ха-ха! В чем проблема, Сержант Печального Образа?

От Курца разило пивом. Едва он заговорил, Соске сразу это почувствовал. Не отрывая

взгляд от монитора наблюдения, он заметил:

– Ну ты даешь, Курц! Напиваешься на задании?

Курц примиряюще усмехнулся:

– Ничего не поделаешь! Я хотел ограничиться одной кружкой пива, но Киоко так

настаивала...

– Киоко, подруга Канаме?

– Она самая! Канаме сегодня гуляла с Киоко, Юко и Сиори. Я подошел к ним на улице и

соврал, что потерялся. А потом, – Курц изобразил благодарность: «Спасибо вам! Вы

спасли меня! Японские девушки такие милые!» И хорошенькие. Ха-ха!

Недостаток

изобретательности

сержанту

Веберу

сполна

возмещала

его

самоуверенность.

– Ради всего святого, когда у этого идиота появится хоть немного мозгов? – раздался из

приемника прерываемый помехами голос Мао.

Она на бронероботе уже вернулась в трейлер.

– Это не моя вина, что они были так милы! – запротестовал Курц. – Кстати, было так

приятно пообщаться с этими чудесными девушками, а не с одной стервозной особой, имя

которой я предпочту не называть.

– Курц, наша задача – тайная охрана. Ты не должен так приближаться к объекту, –

напомнил Соске.

– Эй, ты разве не понимаешь? Если с девочкой подружиться, нам будет легче охранять ее.

Это же очевидно!

– Если ты слишком привяжешься к объекту, это может повлиять на твое решение в

критической ситуации. Чтобы сохранять способность рассуждать здраво...

– Это все теория! – прервал его Курц. – В критической ситуации ты в любом случае

будешь больше полагаться на разум. Подумай об этом.

– Но...

– Я не прав?

Соске молча уставился на Курца, не в силах ответить ни «да», ни «нет». Он уже сам не

понимал, что именно только что пытался опровергнуть.

– А знаешь, девчонки мне все уши прожужжали, – начал Курц.– «Тот парень, которого

перевели к нам в класс, очень странный! Ведь так, Кана? Не правда ли, он чудаковатый,

Кана? Расскажи ему про новенького, Кана». Не могу поверить, но они не хотели

поговорить о более важных вещах, например ... например, обо мне.

Соске сразу навострил уши:

– Что они обо мне говорили?

– Ага! Ззначит, хочешь послушать, что они о тебе думают? – Курц торжествовал.

– Нет. Честно, нет. Но это касается миссии, так что я должен знать.

– Так я и поверил! Сначала скажи: «Пожалуйста, сэр, расскажите мне больше».

37

Это требование не привело Соске в восторг.

– Ладно-ладно! Не будь таким ребенком, – Курц вдруг посерьезнел, заметив что-то

подозрительное.

Он придвинулся поближе к экрану.

– Двадцать часов, двадцать одна минута. На балконе замечен подозрительный субъект.

Начинаем разведку обстановки, – отрапортовал Соске.

На мониторе был балкон квартиры Канаме, снятый камерой, расположенной под

крышей соседнего здания. В левом углу экрана одетый в черное человек в трикотажной

маске карабкался по водосточной трубе.

– Он настолько глуп, что пошел один? – удивился Соске, навинчивая глушитель на

пистолет тридцать восьмого калибра.

– Без понятия. Поблизости могут быть и другие. Я проверю машины в окрестностях, –

ответил Курц, схватив лежавшую рядом снайперскую винтовку с ночным прицелом.

– Говорит Урц-2, – сказала Мао по беспроводной связи. – Задача – обезвредить

злоумышленника. Урц-6, с винтовкой на крышу, где установлена камера.

– Урц-6, вас понял.

– Урц-7, обезвредь его немедленно. Я буду наблюдать на автостоянке.

– Вас понял. Дайте мне две минуты.

Перекинув альпинистское снаряжение через плечо, Соске пулей вылетел в дверь.

Через сто двадцать секунд он был на крыше дома, где располагалась квартира Тидори

Канаме. Он зацепил трос за перила и проворно обмотался им сам. Из наушника

послышался голос Курца:

– Это Урц-6, я на позиции рядом с камерой. Никаких признаков присутствия его

сообщников. Может быть, он и в самом деле пришел один?

– Не расслабляться! – отозвался Соске. – Особенно ты, шестой.

– Ты кому это говоришь, балда?

Мао прервала их дружескую перепалку:

– Отличный шанс, Урц-7: Канаме как раз в душе. Постарайся закончить с этим до того,

как она выйдет.

– Урц-7, вас понял.

– Не убивай его.

– Так точно.

Соске тут же соскользнул с крыши. Если не считать легкого шороха веревки в руках,

он спустился почти беззвучно. Через пару прыжков вниз по стене он оказался прямо над

головой непрошеного гостя. А тот настолько сосредоточенно перелезал через перила на

балкон, что даже не заметил Соске.

Оттолкнувшись от стены, Соске мастерски сгруппировался в воздухе и приземлился

позади противника.

– Не двигайся, – Соске приставил дуло пистолета с глушителем к его затылку. – Ты

проиграл. Ни звука.

Неистово дрожа, злоумышленник кивнул.

– Хорошо. Ты ценишь свою жизнь.

Прижав преступника лицом к полу, Соске быстро обыскал его, однако не нашел

никакого оружия, только бумажник. Соске заглянул внутрь и увидел ученический билет.

«Старшая школа «Дзиндай», 2 год, 4 класс, № 10, Синдзи Казама», – прочел он. Перед

ним был одноклассник.

– Шестой – седьмому.

– Что?

– Проверь, что у него в руке.

Соске увидел, что Казама сжимает в кулаке какие-то маленькие клочки ткани.

– Трусики, – ухмыльнулся Курц. – Белоснежные! Отбой.

38

Соске не обратил внимания ни на усмешку Курца, ни на то, что тот сворачивает

оборудование.

– Столько шума из ничего! – проворчала Мао, отступая в закамуфлированном ЭМС

бронероботе.

– Что происходит, в конце концов? – поинтересовался растерянный Соске.

Он снял с «неприятеля» маску. Паренек на полу – тощий, бледный, совсем еще

мальчишка – трясся от страха.

– Простите, простите! Я не буду больше так делать!

– Шшш! – прошипел Соске, направляя дуло пистолета на мальчика.

Уже значительно тише тот произнес:

– Простите! Пожалуйста, не арестовывайте меня.

– Я не из полиции, – ответил Соске. – Но я хочу, чтобы ты объяснил все.

– Вы не будете меня арестовывать?

– Успокойся, – Соске помог парню встать на ноги.

– Спасибо, – поблагодарил тот и вдруг спросил: Эй, ты ведь из моего класса! Сагара, да?

– Ты ошибся.

– Не может быть! Ты же...

Соске взвел курок пистолета:

– Я сказал: ты ошибся.

Отчаянно закивав, парень извинился.

– А теперь, Казама – ведь так тебя зовут? – что ты тут делаешь?

Протянув ему свою «добычу», Казама ответил:

– Сам видишь, ворую нижнее белье. И ты, кажется, занят тем же самым.

– Нет. Я всего лишь случайно оказался поблизости, – быстро солгал Соске.

– Конечно-конечно! – хоть Синзди и был озадачен этим заявлением, спорить он не

решился.

– И какого черта тебе понадобилось нижнее белье Тидори?

– Это не для меня, – мучительно краснея, прошептал Синдзи. – Мурано и остальные…

– Мурано? – переспросил Соске.

Тогда Синдзи Казама обрисовал ему ситуацию. Не секрет, что в каждой школе есть

свои хулиганы. В «Дзиндай» главарем школьной мафии был некто Мурано. Он и его

приспешники узнали, что Синдзи состоит в клубе фотографов, запугали его и отобрали

ценные негативы. Мурано был согласен вернуть кадры только в обмен на нижнее белье

Тидори Канаме.

– Значит, ты стал жертвой шантажа? – уточнил Соске.

– Можно и так сказать, – Казама вздохнул. – Может, эти парни на самом деле не такие уж

плохие. Они просто хотели, чтобы я доказал, что у меня хватит храбрости стащить белье

самой популярной девушки в школе.

Соске в очередной раз убедился, что логики в действиях этих подлецов – никакой.

– Понимаю. А ты не думал, что этим поступком ты очень расстроишь Тидори?

– Думал, – виновато согласился Казама. – Но мне правда нужно вернуть эти негативы.

– А что на них такого было?

– Фотографии бронероботов! У меня были снимки самых разных БРов, но, в основном,

американских, японских и моделей сил самообороны.

– Да ты что? – внезапно оживился Соске.

– Да. Я объехал все военные базы Японии, чтобы сделать эти кадры! Знал бы ты, сколько

сил на это ушло! А ведь бронероботы и твое хобби, Сагара, правда?

– Я бы не назвал это словом «хобби»…

– На Окинаве мне удалось сфотографировать даже M6, принадлежащий силам морской

пехоты!

39

М6 впервые был применен в сражении в начале девяностых. Самой заметной

демонстрацией его возможностей стала война в Персидском заливе. Тогда этот БР даже

показали в новостях. Вскоре М6 вошел в число самых популярных видов вооружения.

– Это была модель А2?

– Она самая! И у него была броня с пассивной защитой.

– Неужели? И какие у него сейчас динамические характеристики?

– Техники на базе сказали, что у этой модели есть определенные проблемы с

балансировкой, – отвечал Синдзи. – Дело в том, что на этих машинах установлена система

управления Роквелла30 MSO-II, у которой не отлажена работа обратной связи, поэтому

когда угол поворота механизмов превышает допустимое значение на три с половиной

градуса, приходится производить корректировку огня вручную.

Соске кивнул, выражая согласие со всей этой тарабарщиной.

– Получается, что эти машины лучше всего применять для атаки из засады или

снайперского прикрытия. Я где-то читал, что новейшие М9 еще очень далеки от

серийного производства... – Синдзи увлеченно захлебывался своей технической

абракадаброй.

Тем временем оба фаната военной техники все еще сидели, подогнув ноги, на

балконе у Канаме. За этим увлекательным для них разговором они совершенно забыли о

неудавшейся краже белья.

– У тебя впечатляющие познания. Ты рассуждаешь об этом так, как немногие

гражданские могут, – похвалил Соске Казаму.

– Мне еще учиться и учиться, – опустив глаза, возразил тот. – Я уверен, что ты тоже много

знаешь, Сагара.

– Спасибо, но я…

Соске так и не удалось проявить подобающую скромность, потому что в тот миг

дверь на балкон с шумом отъехала в сторону. Глаза обоих мальчиков в ужасе

расширились до размеров чайных блюдец. В дверях, оцепенев от испуга или ярости, или

того и другого сразу, стояла Канаме. Широкое полотенце, едва прикрывавшее девичью

грудь, кончалось на экстремальной высоте, оставляя прекрасный вид на стройные ноги.

Крепко держа края полотенца, Канаме потребовала объяснений, что, собственно

говоря, происходит. И пока ее непрошенные гости лихорадочно искали в уме оправдание,

Соске вдруг понял, что все еще держит в руках пару трусиков… Он перевел взгляд с

хлопковых «улик» на их хозяйку, потом обратно…

– Тидори! – пробормотал он. – Какое совпадение!

Канаме безмолвно удалилась в квартиру. У Синдзи и Соске вырвался дружный

вздох облегчения.

Напрасная надежда: Тидори сразу же вернулась. С бейсбольной битой в руках.

*****

– С ума сойти, сколько синяков она тебе наставила! – Курц привязал пакет со льдом к

плечу Соске.

– Не сомневаюсь, что она нас обоих хотела забить насмерть. Казаме еще повезло: я отвлек

Тидори, чтобы он успел перепрыгнуть на дерево под балконом.

– С пятого этажа?

– Да, он сначала упал на вишню, а уже с нее спустился на землю.

– Ты что, убить его хотел?

– Мое счастье, что я сумел сбежать. Только подумай, как разочарован был бы майор

Калинин, если бы меня прибил охраняемый объект.

30 Корпорация «Rockwell Automation» – один их крупнейших производителей средств промышленной

автоматизации. В настоящее время корпорацию входят фирмы «Allen-Bradley», «Rockwell Software»,

«Reliance Electric», «Dodge». (Blumen_von_Eis)

40

– Могу себе представить, какое лицо бы у него было! – расхохотался Курц.

Зная стоический характер Калинина, можно было предположить, что он вздохнул

бы разок-другой, заполнил бы необходимые документы, касающиеся имущества

покойного, и занялся бы следующим делом. Андрей Сергеевич Калинин никогда не

демонстрировал особенных эмоций из-за чьей-то смерти.

– Вот теперь она меня действительно возненавидит, – пожаловался Соске.

Но Курц в ответ только съязвил:

– А я ее понимаю, старый ты извращенец!

В это время Мао, все еще остававшаяся в кабине М9, вышла на связь:

– Народ, я только что разговаривала с «де Данаан».

– Новые распоряжения?

– Да. Миссия завершена, у противника больше нет причин похищать Канаме Тидори.

– Что ты имеешь в виду?

– Мы нанесли удар по лаборатории КГБ, для которой ее хотели похитить. Уничтожено

все, в том числе результаты исследований. Это значит, что мы можем расслабиться на

какое-то время.

– Ага, то есть мы теперь возвращаемся на подлодку? Или что? – спросил Курц.

– Лучше! У нас неделя отпуска!

– Серьезно? Есть! – радостно воскликнул Курц и вскинул руку: Дай пять!

Но Соске не отреагировал, он, казалось, был в легком раздражении.

– Предполагалось, что послезавтра я поеду с классом на экскурсию на пять дней и четыре

ночи.

– Так и будет, – Мао прочистила горло и изобразила начальственный голос Калинина:

«Поезжай и отдохни хорошенько».

– Это майор сказал?

– Да. За поездку уже заплачено, а мы должны расходовать средства целесообразно.

Похоже, это был приказ для тебя.

– Но…

– Просто поезжай вместе со всеми, Соске, – прервал его Курц, опуская, наконец, руку. – И

успокойся. Канаме вне опасности, поэтому забудь о грузе ответственности и попробуй для

разнообразия вести себя как нормальный школьник.

Поразмыслив минутку, Соске согласился:

– Хорошо, я поеду. Думаю, это будет для меня очень познавательное мероприятие.

28 апреля, 09:15 по стандартному времени Японии

аэропорт Ханеда31, Токио, Япония

вестибюль пассажирского аэропорта

Несмотря на приказ «отдохнуть хорошенько» Соске находился не в лучшем

расположении духа. Свободный от обязательств, связанных с выполнением задания, он

решительно не представлял, чем же ему заняться.

31 Аэропорт Ханеда (Haneda Kūkō) – международный аэропорт Токио, расположенный в р-не Ота. Это один

из самых загруженных аэропортов мира, его пассажирооборот составляет более 66 млн. по данным на 2007г.

Сейчас основной поток регулярных международных рейсов в Токио осуществляется через аэропорт Нарита,

в то время как Ханеда предназначен для международных чартерных рейсов и внутренних рейсов.

(Blumen_von_Eis)

41

Вдобавок ко всему на этот раз Канаме серьезно на него обиделась. Когда их

взгляды случайно встретились, она просто-напросто развернулась и ушла в другую

сторону с Киоко и другими девушками.

– Ну, надо признать, тебе не за что ее винить, – подал голос Синдзи Казама из своего

кресла в зале ожидания аэропорта. – Она ведь действительно застала нас на своем

балконе, и в руке и тебя действительно было ее белье.

С тех пор как это произошло, Синдзи и Соске чувствовали себя соучастниками

преступления, их объединяло общее чувство стыда и неловкости.

– Делать нечего. Терпи, Сагара!

– Ладно.

Соске с нетерпением ожидал возвращения на «Туата де Данаан». Почему он

вообще согласился отправиться в эту школьную поездку?

– Так, четвертый класс! – громко сказала Эри Кагуразака. – Достаньте билеты и

приготовьте ваши документы!

Синдзи и мрачный по обыкновению Соске прошли контроль и вместе со всеми

поднялись на борт самолета.

Когда беспокойные школьники наконец сели на свои места, стюардесса,

обслуживавшая этот рейс, вздохнула с облегчением. Кроме участников экскурсии на

борту еще было около восьмидесяти других пассажиров. Поднимаясь на борт самолета,

эти несчастные заранее готовились ко всем прелестям путешествия вместе со

школьниками, в которых энергия так и кипела. В голове стюардессы нарисовалась

картина предстоявшей со всем этим мороки, и она поморщилась.

– Добрый день, – произнес пассажир, только что вошедший в салон. – Не могли бы Вы

подсказать, где находится мое место?

Он подал стюардессе свой билет.

– Да, пожалуйста, следуйте за мной, – девушка улыбнулась деланной профессиональной

улыбкой.

– Мда, не завидую я Вам! Нянчиться со всеми этими ребятишками – то еще удовольствие!

– Все не так уж и плохо, правда, – произнесла она.

– А я бы с удовольствием вышвырнул их всех из самолета на высоте двадцать пять сотен

футов.

Слегка растерявшись, стюардесса пробормотала что-то.

– Если убить этих школьников, полет был бы спокойнее, Вы не находите?

– Сэр, это не…

– Я просто шучу, – сказал пассажир уже серьезно. – А вот и оно!

Мужчина улыбнулся, усаживаясь на свое место, но улыбка у него была отнюдь не

приятная.

28 апреля, 09:58 по стандартному времени Японии

воздушное пространство над Токио

рейс 903 «Джапан Эйрлайнс»32

Пассажирский авиалайнер достиг заданной высоты.

32 «Джапан Эйрлайнс» (Japan Airlines Corporation) – национальная авиакомпания Японии, член альянса

«Oneworld». Компания осуществляет международные и внутренние рейсы и базируется в двух токийских

аэропортах – Нарите и Ханеде.

42

Никогда прежде не летавшая самолетом Киоко заняла место у окна и прижалась

лицом к стеклу иллюминатора. Был ясный и солнечный день, и она могла видеть весь

Токио.

– Ух ты, вы только посмотрите! Эй, это же Мост-Радуга33! Потрясающе!

– Да, потрясающе, – безразлично буркнула Канаме.

– Ты хотя бы слушаешь, Кана?

– Конечно.

– Смотри: Статуя Свободы34!

– Ага.

– Эйфелева башня35!

– Угу, – монотонно повторила Канаме.

Киоко толкнула ее локтем:

– В чем дело? Ты весь день такая грустная! Что случилось?

– Да нет, ничего, честно.

У Канаме не было ни малейшего желания объяснять, что она злилась на саму себя.

Наивная! Она думала, что смогла понять что-то в характере этого Сагары, когда он

выпрыгнул из окна поезда только чтобы побыть рядом с ней. А потом оказалось, что на

самом деле он псих, извращенец и маньяк!

«Глупо было с моей стороны доверять ему», – подумала она хмуро.

– Это все из-за Сагары? – догадалась Киоко.

– Что? Конечно, нет! Никоим образом! Ха-ха! Ха-ха-ха!

Канаме, как обычно, собиралась отделаться от подруги нервным смехом. Но у

Киоко на сей раз были другие планы на этот счет.

– Он опять что-то натворил?

– Нет, в самом деле, нет!

– Да знаю я! Помнится, только в воскресенье ты говорила, что он и в самом деле может

быть славным парнем; и вот буквально на следующий день ты дуешься и игнорируешь

его. Что он сделал?

– Ничего, правда.

– Ну же, Кана! Даже если ты боишься рассказать об этом другим, со мной-то ты можешь

поделиться! – Киоко взяла Канаме за руку. – Если тебе нужно сходить к врачу, я схожу с

тобой.

– Подожди…

– Не беспокойся, мы заставим Сагару заплатить за это! Я знаю одну женщину-адвоката,

которая вела множество подобных дел. И, кроме того, она хороший человек.

– О чем ты вообще говоришь?!

Прежде чем Киоко успела ответить, самолет кинуло сначала влево, потом вправо,

тряхнуло носовую часть и хвостовую. Киоко тихонько вскрикнула.

33 Мост-Радуга (Rainbow Bridge) перекинут к рукотворному острову Одайба в Токийском заливе. Мост

расположен на высоте 52,4 м от уровня воды и имеет две «палубы»: на верхней находится скоростное шоссе

«Shuto Expressway», на нижней – городская магистраль и монорельсовая линия метро Юрикамоме

(Yurikamome). Мост поддерживают выкрашенные в белый цвет башни, а вечером на нем зажигаются

разноцветные лампочки, работающие от солнечных батарей. Название этого сооружения отсылает к

известному американскому природному памятнику Rainbow Bridge National Monument, расположенному на

юге штата Юта. (Blumen_von_Eis)

34 Статуя Свободы – Киоко видит уменьшенную копию знаменитой статуи, входящую в комплекс

сооружений на о-ве Одайба. Легко заметить, что для создания атмосферы этого развлекательного ареала

использованы популярные образы мировой культуры, в том числе и американской. (Blumen_von_Eis)

35 Эйфелева башня – возможно, имеется в виду токийская телевизионная вышка, которая своим видом

действительно напоминает парижскую башню. А может быть, у Киоко кончилось терпение, и она уже

откровенно издевается над Канаме, которая ее совсем не слушает. (Blumen_von_Eis)

43

– Все хорошо, бояться нечего, – сказала Канаме спокойно, хотя самолет еще продолжало

трясти. – Такое случается, хотя, по правде говоря, мне никогда не приходилось попадать в

турбулентность в такую хорошую погоду.

Школьники, любители сплетен и теорий заговора, загудели, как пчелиный рой,

обсуждая причины болтанки. Канаме краем уха уловила разговор ребят, сидящих перед

ней:

– Эй, что происходит?

– Я не знаю. Но я стопроцентно слышал какой-то хлопок как раз перед тряской.

– Хлопок?

– Динь! – раздался звуковой сигнал.

«Внимание, уважаемые пассажиры! Просим сохранять спокойствие. Мы вошли в

зону пониженного атмосферного давления, по этой причине наш курс был

скорректирован. Сохраняется вероятность турбулентности, но ситуация под контролем.

Вам не о чем беспокоиться».

Динь!

– Странно это все, – проговорила Канаме.

Киоко, встревоженная происходящим, спросила ее:

– Почему странно?

– В таких случаях обычно не говорят: «Просим сохранять спокойствие». Вместо этого

звучит: «Пристегните ремни безопасности» – или что-то в этом роде.

Никто и не догадывался, насколько права была Канаме.

Глава 3

Неудачная поездка

– Хорошо. Нам не нужна паника среди пассажиров.

Выключив микрофон, пилот посмотрел украдкой на стоявшего позади террориста.

Темные волосы, спадавшие вперед отдельными прядями, почти скрывали большой шрам у

него на лбу. По виду его можно было принять за порядочного пассажира бизнес-класса,

если бы не пистолет с лазерным прицелом, который он держал в руках.

– Зачем Вы устроили взрыв в самолете? В голове не укладывается…

– Заряд был очень маленьким. Надо же нам как-то было попасть в кабину.

– Ваше счастье, что нас всех не разорвало в клочья!

– Вероятно, – равнодушно процедил сквозь зубы Гаурон. – Придерживайтесь заданного

курса.

Бледный от страха пилот скользил взглядом по приборам.

– Электроника повреждена взрывом. Нам придется сделать аварийную посадку, иначе...

– Повреждена? – переспросил террорист, вглядываясь в приборы, будто пытался понять

их показания.

– Именно так. Нам нужно вернуться в аэропорт Ханеда. Там Вы обсудите с властями

Ваши требования. Если мы не сядем, самолет может упасть в море.

– Кажется, я понял, что именно плохо работает, – сказал Гаурон и поднес пистолет к

голове пилота. – Неисправность здесь.

Он нажал на спусковой крючок.

Сам выстрел был ужасающе негромким по сравнению с раздавшимся следом

хрустом черепа и тихим всхлипом разрываемых пулей тканей. Пилот умер мгновенно.

– Ну вот, уже не починить, – ухмыльнулся Гаурон собственной шутке.

– Что Вы наделали! – простонал второй пилот.

44

Он взглянул на свою форму, запачканную мозгом и кровью погибшего. В глазах

у второго пилота были страх и оторопь, словно он все еще не мог поверить в

происходящее.

Небольшая красная точка замерцала на его лице.

– Надеюсь, у тебя все будет работать без помех?

– Не стреляйте! Никто больше не сможет управлять самолетом!

– Признаться, я всегда мечтал порулить чем-нибудь в этом роде, – посмеялся Гаурон,

близко наклоняясь к нему. – Скажи, это правда так захватывающе, как кажется с земли?

– Пожалуйста, не убивайте меня!

– Я только спросил, интересно ли это, недоумок.

С мучительной медлительностью Гаурон плотнее обхватил пальцем спусковой

крючок, и как раз в ту секунду, когда он собирался нажать на него, в кабину вошел еще

один террорист – крупный мужчина, примерно шести с половиной футов ростом.

– Гаурон! – рявкнул он.

Хотя на сообщнике Гаурона был приличный костюм и даже очки, его манеры

свидетельствовали о том, что у него нет ничего общего с лощеными «белыми

воротничками».

– Рад тебя видеть, Ко.

– Зачем ты убил пилота?

– Он пытался меня обмануть и выставить дураком.

С удивительной для его комплекции ловкостью Ко выхватил у Гаурона оружие.

– И кто же теперь будет управлять самолетом?

– О, не беспокойся об этом! Я много раз летал на транспортных самолетах.

– Это не одно и то же! И вообще, почему у тебя пистолет, а не нож?

– Нож? Какое варварство! Помилуйте…

Ко в бешенстве схватил Гаурона за лацканы пиджака:

– Слушай, это твое дело, если ты ловишь кайф, убивая людей. Но не забывай: сейчас ты

работаешь на меня и мою страну. Если поставишь операцию под угрозу...

– Не кипятись, – осадил его Гаурон. – Я вежливо обращаюсь с окружающими. Ровно до

тех пор, пока они мне не перечат. Ведь так?

Он похлопал плечу оцепеневшего пилота:

– Как тебя зовут?

– М-моури...

– Итак, Моури, ты уже слышал: я пока не собираюсь убивать тебя. Но если ты не

подчинишься моим приказам, я начну убивать пассажиров одного за другим, пока не

научу тебя слушаться. Ясно?

– Пожалуйста, не надо никого убивать! – прошептал пилот.

– А это от тебя зависит.

Пытаясь успокоиться, Моури кивнул, сглотнул комок в горле и впился взглядом в

приборную доску.

– Я не успел сказать об этом твоему покойному другу, но мои люди сейчас контролируют

здесь каждый уголок. И они вооружены. На всякий случай помни об этом.

– Как вы пронесли оружие на борт?

– Просто я умею ладить с людьми. Мне немного помог один из работников

техобслуживания.

– Вы кого-то подкупили?

– Можно и так сказать, – и его губы искривились в жестокой усмешке.

На самом деле Гаурон похитил семью одного из рабочих и вынудил его

сотрудничать с террористами. После он тщательно устранил все следы: во избежание

неприятностей в будущем.

– Так, а теперь, – Гаурон откуда-то вытащил карту, – следуй этим маршрутом, не

отклоняясь ни на йоту.

45

Бросив взгляд на координаты, пилот побледнел еще сильнее:

– Это же … Мы летим на базу Сунан? В Северной Корее?

– Очень хорошо. Ставлю зачет по географии.

– Нас собьют!

Но Гаурон оборвал его:

– Вот уж это не твоя забота. Если сделаешь все, как я скажу, нас будут только

сопровождать их ВВС. В этом смысле наши северокорейские друзья не так щепетильны.

Продолжай полет, а как только пройдем эту точку, передай им наши данные.

*****

Власти страны только начинали понимать всю серьезность произошедшего, когда

самолет над Окинавой сменил курс и, направляясь на север, пересек границу воздушного

пространства Южной Кореи.

Тем временем чиновники Министерства транспорта были заняты важным делом:

они спорили о том, были ли действия экипажа вызваны техническими неисправностями

или самолет все-таки захвачен. Когда ожесточенные дебаты были в самом разгаре,

неожиданно им положил конец телефонный звонок от представителей южнокорейских

ВВС, подтвердивший, что самолет действительно находится под контролем террористов.

Эта жизненно важная информация сначала прошла по нескольким специальным

каналам связи, затем попала к переводчикам, и лишь почти двадцать минут спустя она

стала доступна участникам совещания в министерстве. Впрочем, в тот же миг ситуация

перешла под контроль Совета безопасности.

Борт 903 меж тем следовал прямо в Северную Корею. ВВС Южной Кореи отозвали

свое сопровождение, когда самолет покинул воздушное пространство страны. Но вот что

было удивительно: со стороны Северной Кореи не наблюдалось никаких попыток

перехвата самолета.

Даже особое антитеррористическое формирование, которым располагало

Центральное управление полиции, было практически бессильно в создавшихся условиях:

на территории Северной Кореи они не смогли бы предпринять активные действия.

Премьер-министр, занятый предвыборной кампанией, узнал об инциденте лишь во

время пресс-конференции, когда его спросил об этом репортер «Эн-Эйч-Кей»36. Пожав

плечами, один из влиятельнейших политиков страны спокойно ответил, что не

располагает информацией на этот счет и сможет прокомментировать захват самолета

только после изучения всех деталей. Затем премьер вернулся к прежним темам пресс-

конференции, а у его недоброжелателей появился новый повод для критики.

Странность положения была еще и в том, что ни одна из террористических

организаций до сих пор не брала на себя ответственность за угон самолета. Силовики и

политики были в легкой растерянности.

Наконец, пришло известие, что по данным американской системы AWACS37 в

Южной Корее рейс 903 совершил посадку на авиабазе Сунан приблизительно в

двенадцати милях к северу от Пхеньяна.

Лишь сами заложники все это время не знали о том, в какой переплет они попали.

28 апреля, 11:55 по стандартному времени Японии

36 Эн-Эйч-Кей – японская общественная телерадиокомпания, одна из крупнейших в мире. (Blumen_von_Eis)

37 AWACS (Airborne early Warning and Control System) – Авиационный комплекс радиообнаружения и

наведения (в русскоязычной литературе принят термин ДРЛОиУ). Это специальное оборудование на

самолете или другом летательном аппарате, которое обнаруживает какие-либо объекты для последующего

наведения на них ракет. (Blumen_von_Eis)

46

Корейская Народно-Демократическая Республика

военно-воздушная база Сунан

И все же смутное чувство, что что-то не так, витало в салоне самолета. Пассажиры

не понимали, почему они до сих пор не прибыли на Окинаву.

Стюардесса ничем не могла им помочь, потому что точно так же пребывала в

неведении.

– Не стоит волноваться, – с улыбкой убеждала она, – будьте уверены, уже скоро мы сядем.

Может быть, нас подвела погода.

Наконец, самолет в самом деле стал заходить на посадку. Пассажиры, сидевшие у

иллюминаторов, видели очертания города неподалеку от аэропорта. Город выглядел

захудало и сонно, кое-где поднимались трубы старых заводов, отравляющие небо густыми

клубами темного дыма. Вид из окна казался кадром из кинохроники, снятой в Японии

много лет назад.

– Я догадывался, что дело нечисто, – с волнением проговорил Синдзи Казама. – Это не

Окинава. Это вообще не Япония!

– Да, так и есть, – согласился с ним Соске.

Еще находясь в небе, они заметили, что некоторое время их сопровождали

истребители F-1638, состоявшие на вооружении южнокорейских ВВС. Кроме того, и

Соске, и Синдзи, понимали, что самолет, направляющийся на Окинаву, не должен лететь

так долго через воды Тихого океана.

Самолет тем временем совершил посадку. В нескольких сотнях футов от взлетно-

посадочной полосы был большой ангар, в котором стояло множество военных самолетов

устаревших моделей. Они были похожи на карпов, которым кто-то забавы ради приклеил

крылья, однако все они были готовы к полету.

– Сагара, это же МИГ-21! Ой, то есть J-7!39

Из иллюминатора также можно было разглядеть несколько стоявших неподалеку

допотопных танков.

– Ух ты! Смотрите: T-34! – Синдзи был вне себя от восторга. – Этим железякам по

меньшей мере лет пятьдесят!

Кроме прочего, в этой экспозиции устаревшей военной техники имелись и

бронероботы: Соске и Синдзи насчитали три штуки.

– Вот это да! Новый РК-92! Они перескочили все промежуточные этапы развития.

Бронеробот советского производства РК-92 обычно имел броню и оружие цвета

хаки, самого распространенного на востоке маскировочного окраса военной техники. В

западных классификациях эта машина называлась «Сэведж» – «дикарь». Соске хорошо

знал эту модель, потому что ему уже доводилось сражаться на подобном бронероботе.

Судя по количеству техники и ее составу они оказались на какой-то авиабазе в

Северной Корее – в этом Соске уже не сомневался.

«И все-таки, что происходит?» – думал он.

Мао получила сообщение от командования, что Канаме больше вне опасности. Но

захват самолета означал, что они рано расслабились.

Это не могло быть совпадением. Кто бы ни организовал все это, он выбрал самый

надежный способ – захватить несколько сотен заложников. Теперь даже «Мифрил»

окажется существенно ограничен в возможностях, им придется быть предельно

осторожными, чтобы спасти всех.

38 F-16 «Файтинг Фалкон» (General Dynamics F-16 Fighting Falcon) – американский многофункциональный

легкий истребитель. Самый массовый истребитель четвертого поколения, состоящий на вооружении

двадцати четырех стран. (Blumen_von_Eis)

39 J-7 (Chengdu Jian-7) – китайская вариация на тему истребителя МиГ-21. (Blumen_von_Eis)

47

Что было хуже всего, они находились в Северной Корее, отношения которой с

Японией были, мягко говоря, напряженными. Спасательная операция на территории

полувраждебной страны была намного более рискованной. Это еще больше осложняло и

без того непростое положение.

– Чистая работа, – Соске не мог не отдать должное своим противникам.

– Что? – обернулся к нему Синдзи.

– Так, ничего.

Соске почти ничего не мог сделать в такой ситуации. У него не было при себе

никакого оружия, иначе его попросту не пустили бы на борт самолета. Даже если бы у

него был сейчас пистолет, вряд ли это принесло бы много пользы.

Кое-кто из пассажиров, очевидно, люди недалекие, начали гадать, что происходит,

и возмущаться задержкой в пути.

– Динь! – прервал их сигнал.

– Внимание, дамы и господа! Благодарим вас, что воспользовались рейсом нашей

авиакомпании, – проговорил мужской голос. – Как вы, возможно, уже догадались, мы

совершили посадку не в аэропорту Наха40. Обстоятельства сложились так, что мы должны

были приземлиться на военно-воздушной базе Сунан в Демократической Народной

республике Корея.

– Это что, шутка? – громко воскликнула Эри Кагуразака, которая, в общем-то, редко из-за

чего-то волновалась.

– Давайте слушать, что они скажут, – предложил ей Синдзи.

– На следующей неделе империалистические войска Америки и их южнокорейские

марионетки организуют совместные учения для устрашения героической Народной

Армии. Мои товарищи в Народной Армии должны сокрушить американский империализм

любой ценой. Даже если для этого нам придется взять в заложники таких прекрасных

людей, как вы. Пожалуйста, посмотрите в иллюминаторы.

Несколько сотен человек прильнули к плексигласовым стеклам, чтобы увидеть

снаружи бронированные автомобили, бронероботов и солдат в форме, окруживших

самолет.

– Они приветствуют вас! Но если вы не будете выполнять наши требования или сделаете

какую-нибудь глупость, например, попытаетесь сбежать – будет открыт огонь на

поражение.

Пассажиры ошеломленно молчали.

– Пожалуйста, оставайтесь на своих местах, пока мы не отпустим вас. На борту есть все

необходимое, чтобы вы спокойно дождались этого момента. Благодарим за

сотрудничество.

28 апреля, 04:05 по Гринвичу

Корейский пролив, перископная глубина

«Туата де Данаан», командный центр

– Нас провели. Они перехитрили нашу разведку, – тихо сказала Тереза Тестаросса.

На главном экране командного центра потоки информации сливались в

головокружительный импрессионистский водоворот: танцевали красные, зеленые, желтые

40 Наха – аэропорт второго класса в г. Наха на Окинаве. Обслуживает авиасообщение с Китаем, Тайванем,

Гонконгом и Южной Кореей. Принимает рейсы из Токио (Ханеда) и других крупных городов Японии.

(Blumen_von_Eis)

48

символы, накладывались друг на друга замысловатые диаграммы. Судя по данным

радиоперехвата, поступавшим с самых разных направлений, некоторые страны уже

развертывали поблизости свои военные подразделения.

– Мы вечно на шаг позади! – посетовала Тесса. – Это так обидно!

– Мэм, порой нам ничего не остается, кроме как реагировать на врагов по мере их

появления, – Калинин подбадривал ее, как умел. – Знаете детский аттракцион

«Кротобойка»?41 Тут то же самое: только когда голова очередного вредителя покажется из

норы, можно его прихлопнуть.

Тесса понимала, что Калинин проявил предусмотрительность, настояв, чтобы

Соске все же отправился в школьную поездку. Но даже хладнокровный майор выглядел

удивленным таким дерзким и смелым ходом противника.

– Кто бы ни стоял за этим, их действия не похожи на обычные приемы КГБ.

– Да, – кивнула Тесса и добавила: Но также не похоже, что это акция правительства

Северной Кореи, хотя инцидент и произошел на их территории.

– Согласен. И те, и другие, всего лишь молча поддерживают настоящих организаторов

этой выходки.

После бомбардировки лаборатории в Хабаровске в «Мифриле» считали, что

результаты проведенных там исследований Посвященных полностью уничтожены.

Однако теперь появились основания полагать, что кто-то все же успел сохранить эти

данные или восстановить их. Этот кто-то, похитивший информацию, должен был

обладать влиянием в военных кругах Северной Кореи и иметь специальное оборудование,

чтобы он мог воспользоваться доставшимся ему сокровищем в лице Канаме.

– Как Вы думаете, кто стоит за всем этим?

– Сейчас трудно строить догадки: мало информации.

– Правительство Северной Кореи сделало заявление о своей непричастности к захвату

самолета. Словно он сам свалился к ним прямо в руки в такой подходящий момент! Они,

практически не скрывают своей радости, что теперь получили рычаги влияния для

остановки совместных учений США и Южной Кореи, – сообщила Тесса, прочитав

последнюю сводку, полученную из Швеции.

Тесса обладала невероятной для обычного человека способностью читать

чрезвычайно быстро и при этом еще говорить о чем-то постороннем.

– Итак, майор, какие у нас шансы на мирное освобождение заложников?

– Вы хотите сказать: заложников, исключая Тидори?

Тесса кивнула:

– Если мы все сделаем правильно, вероятно, сможем договориться о возвращении

остальных четырехсот человек, находящихся на борту лайнера.

– Думаю, правительство Северной Кореи не захочет нагнетать напряжение в регионе. У

них были неплохие показатели развития в прошлом году, только начата разработка

палладиевого реактора, их экономика медленно выбирается из тупика. Северной Корее

сейчас нет никакой выгоды в том, чтобы позволить погибнуть нескольким сотням

японских школьников.

– Верно. Мы должны предоставить северокорейским лидерам возможность

посодействовать освобождению заложников. После этого мы можем найти и спасти

Канаме Тидори.

Они оба хорошо понимали, чему подвергнется Канаме за то время, которое

потребуется, чтобы найти ее и освободить, даже если все пойдет, как задумано. На лице

Тессы мелькнуло выражение отвращения к самой себе. Калинин сделал вид, что ничего не

заметил:

41 Кротобойка (Whack-a-Mole) – популярный аттракцион. Из отверстий, сделанных в большом столе,

периодически выглядывают фигурки кротов. Когда игрок должен бьет по голове фигурки молотком, она

уходит вниз. За отведенное ему время игрок должен попасть по как можно большему числу кротов.

(Blumen_von_Eis)

49

– Что же, план выглядит логично…

– Мы займем пока выжидательную позицию, – перебила его Тесса.

– Очень хорошо. У нас еще есть время. Какие будут распоряжения относительно

резервов?

– Приведите в режим готовности транспортные самолеты на Мериде: задействуйте два С-

1742. Не позднее чем через два часа поднимите в воздух КС-1043. Разработайте план полета

на экстренный случай.

– Есть, мэм, – отозвался офицер связи, приступая к выполнению задания.

– Не стоит забывать о Мао и Вебере, – заметила Тесса. – Подготовить шесть М9

«Гернсбек» и три AV-8 «Супер Харриер»44 к семи ноль-ноль, и… – она взвесила в уме

последнее решение, прежде чем отдать приказ, – и активируйте «Арбалет».

– Есть, мэм!

– А самое главное, не будем беспокоиться. Мы готовы к ситуациям такого рода.

Калинин кивнул и добавил:

– К тому же, террористы даже не подозревают, что у них на борту есть особенный

пассажир.

Действительно, в такой ситуации Соске был чрезвычайно опасен для противника.

– Это правда. Будем ждать, когда он выйдет на связь, – согласилась Тесса. – Оставаться на

перископной глубине.

28 апреля, 17:18 по стандартному времени Японии/Кореи

Военно-воздушная база Сунан, КНДР

борт 903 «Джапан Эйрлайнс»

Несмотря на всю сложность положения школьники на борту захваченного самолета

жужжали, как пчелиный улей. Пока остальные пассажиры сидели и благоразумно ждали

дальнейшего развития событий, учащиеся старшей школы «Дзиндай» боролись со скукой

всеми доступными им способами.

Кто-то резался в ханафуду45 и маджонг46, на других сидениях разложились

«Монополия»47 и «Лайф». У кого-то бренчал портативный караоке-плеер, кто-то,

42 С-17 «Глоубмастер» III (Boeing C-17 Globemaster III)– американский стратегический военно-

транспортный самолет. Состоит на вооружении ВВС США, Канады, Великобритании и Австралии.

(Blumen_von_Eis)

43 КС-10 «Икстендер» (McDonnell Douglas KC-10 Extender) – американский стратегический самолет

топливозаправщик. Состоит на вооружении ВВС США. (Blumen_von_Eis)

44 AV-8B «Супер Харриер» (McDonnell Douglas AV-8B Harrier II) – многоцелевой штурмовик вертикального

взлета и посадки. Состоит на вооружении КМП США, ВМС Испании и Италии. (Blumen_von_Eis)

45 Ханафуда – японские игральные карты. Сам принцип карточной игры был заимствован японцами у

испанских моряков, однако карты при этом претерпели существенные изменения. «Ханафуда» обычно

переводится как «цветочные карты», поскольку масти обозначаются различными растениями,

соответствующими месяцам года. В колоде сорок восемь карт: двенадцать мастей, в каждой масти по

четыре карты. (Blumen_von_Eis)

46 Маджонг ( яп. мадзян) – настольная игра, позаимствованная японцами у китайцев. Комплект для игры

состоит из ста сорока четырех карточек (или костяшек наподобие домино), двух игральных костей и

четырех табличек, обозначающих игроков. Цель игры – собрать из карточек одну из комбинаций, за которые

начисляются очки. При этом выигрывает тот, чья комбинация оценивается наибольшим числом очков.

Blumen_von_Eis)

47 «Монополия» – настольная игра в жанре экономической стратегии. Комплект для игры состоит из

игрового поля, разделенного на квадраты, двух игральных костей и фишек. Цель игры – используя

50

поддерживая старые традиции школьных поездок, рассказывал сальные анекдоты, кто-то

устроил гонки радиоуправляемых машинок в проходе между креслами.

У стюардессы голова шла кругом, учителя пытались создать хоть какую-то

видимость порядка, а школьники… Школьники ни за что не желали угомониться, и

взрослые в конце концов были вынуждены просто махнуть рукой.

Канаме с подругами коротали время за игрой в «Акулину»

– Кана, ты не проголодалась? – спросила между делом Киоко.

Канаме посмотрела на подругу, которая тянула исключительно неудачную карту, и

ответила:

– Ага, интересно, когда мы сможем поесть?

– Может, поблизости есть какой-нибудь магазинчик? – предположила Киоко. – Я бы дала

тебе деньги, а ты бы сбегала и купила нам что-нибудь.

– Ха-ха! Даже если здесь и есть магазин, то, наверно, какой-нибудь «Ир Сен», и уж точно

не «Лоусон»!48

– А чем «Ир Сен» не годится?

– Ты не знаешь? Что за молодежь нынче пошла! – Канаме шутливо покачала головой,

словно старушка на лавочке.

Она обернулась и бросила взгляд на кресла позади. Сагара сидел неподалеку и о

чем-то тихо размышлял. «Значит, вот как он ведет себя в таких обстоятельствах. Что же

он все-таки за человек?» – Канаме рассеянно вытянула карту из руки Соко: это был

джокер.

– Не повезло!

– Это точно. Какая досада! – ответила Соко.

Внезапно все замолчали, словно волна тишины прокатилась от кабины пилотов.

Трое мужчин с автоматами в руках вошли в пассажирский салон. Следом шел четвертый с

пустыми руками и искусственной улыбкой на лице. Он поправил воротник дорогого

костюма и барским жестом развел руками:

– Можете продолжать, не обращайте на нас внимания!

Однако лишь небольшая горстка самых беспечных вернулась к прерванным

занятиям. Все так же улыбаясь, человек в костюме негромко отдал приказ своим

подручным.

– Что все это значит? – тревожно спросила Киоко.

– Эй, ты там! – позвал мужчина тем же голосом, который они недавно слышали из

громкоговорителя.

К кому он обращался?

– Не расслышала? Вот ты, с хорошенькой мордашкой и длинными волосами!

Канаме беспомощно застыла, не зная, что ответить.

– Да, ты, – он подошел ближе и посмотрел на Тидори сверху вниз.

На лбу у террориста был огромный прямой шрам, а глаза смотрели стеклянно и

безжизненно.

– Что Вы от меня хотите? – наконец решилась спросить Канаме.

– Мы хотим снять короткое видео для СМИ, и нам нужна актриса на главную роль.

– Ах, ясно! Только я вам не подхожу для этого: я же всего лишь обычная девочка, –

протестующе забормотала Канаме.

– Глупости! Ты отлично справишься. Все, пойдем.

Молодчики с автоматами подхватили Тидори и заставили подняться.

стартовый капитал, обанкротить других игроков. В России в 1990-е получила большую популярность

вариация этой игры под названием «Менеджер». (Blumen_von_Eis)

48 «Лоусон» (Lawson) – крупная сеть круглосуточных супермаркетов в Японии, состоящая из ок. 9000

торговых точек. Канаме имеет в виду «вечного президента» Северной Кореи Ким Ир Сена, когда шутит, что

даже супермаркет здесь должен носить его имя. (Blumen_von_Eis)

51

– Эй, отпустите! Найдите кого-нибудь другого!

– Кана! – испуганно вскрикнула Киоко.

Неожиданно путь им преградила Эри Кагуразака. Она решительно набросилась на

главаря со всей свирепостью, на какую способен школьный учитель:

– И что это вы такое собрались делать с моей ученицей?

– Это не надолго. Не переживайте, она скоро вернется.

– Я вам не позволю! Возьмите меня вместо нее, – настаивала учительница.

– Тогда наша запись не произведет должного впечатления, нам нужна…

– Да не увиливай, негодяй!

На лице Гаурона появилось ледяное выражение.

– Какое еще впечатление вы можете произвести, захватив самолет с толпой пассажиров на

борту? Только самое отвратительное! А теперь вы хотите похитить ребенка? Что за

дрянная душонка у Вас! Какие бы причины у Вас на это ни были, будьте уверены…

Гаурон усмехнувшись извлек пистолет из-под полы костюма. Маленькая алая

точка обозначилась на лбу Эри Кагуразаки:

– От Вас слишком много шума.

– Что, простите?

Террорист неторопливо взвел курок…

БАМЦ! – все вздрогнули от внезапного звона, гулко разнесшегося по салону.

Однако это был не выстрел, а всего лишь лязг металла. Пассажиры обернулись в

сторону, откуда раздался этот звук: один из учеников не спеша поднимал с пола в проходе

поднос и вилку.

– Извините, – сказал Сагара и вернулся на свое место, словно ничего и не произошло.

Гаурон впился взглядом в Соске, внимательно изучая его лицо, но тот сидел,

опустив глаза, и молча разглядывал чашку, которую держал в руках. Остальные ребята

высунулись из-за спинок кресел, словно суслики из норок, и, затаив дыхание, переводили

взгляд с Гаурона на Соске и обратно.

Но Гаурон лишь хмыкнул и потерял всякий интерес к неловкому ученику. Он

убрал пистолет и скомандовал своим подчиненным:

– Все, идем. Больше нам здесь ничего нужно.

Террористы двинулись к выходу, увлекая за собой Канаме прочь от ошеломленной

учительницы.

Только в этот момент до Эри Кагуразаки дошло, что она была на волосок от

смерти. В тот же миг она потеряла сознание. Ученики бросились ей на помощь,

послышались крики: «Врача! Есть здесь врач?»

А Соске тем временем как ни в чем не бывало прошел через весь салон и скрылся

на кухне. Там он оперся рукам на раковину и наконец смог выдохнуть.

Идиот! До чего же глупо было нарочно привлекать к себе внимание противника!

Но в тот момент это был единственный способ сохранить жизнь Эри Кагуразаке.

В нем боролись противоречивые чувства. Соске знал, что защита учительницы не

входит в его задание, но отчего-то подался своему внезапному порыву. Он так и не смог

понять, почему подверг себя и свою миссию такому риску ради спасения этой женщины.

Мгновение, когда враг смотрел на него, показалось ему вечностью. Соске

потребовалась вся его сила воли, чтобы скрыть свою ярость за смирным и даже чуть

испуганным выражением лица.

«Просто чудо, что он не узнал меня!»

Соске немного размялся, подготавливая себя к тому, что ему предстояло.

Действовать надо было быстро: Канаме Тидори оказалась в руках врага.

«Ответственность за ситуацию сейчас на мне», – решил про себя Сагара.

Внутри самолета не было никакой охраны: солдаты противника находились

снаружи, следя главным образом за тем, чтобы никто не вышел. Топливные баки были

пусты, а значит, не было и возможности взлететь. Все пути контакта с внешним миром

52

Гаурон перекрыл, выведя из строя систему связи авиалайнера. В сущности, борт 903

превратился сейчас в огромную тюрьму.

А Соске должен был совершить побег.

Добраться бы до своего багажа! Тогда появилась бы возможность связаться с

«Туата де Данаан» и продолжить поиски Канаме.

Убедившись, что никто не следит за ним, Соске забрался в кухонный

грузоподъемник и спустился по шахте в багажный отсек. Вскоре темноту прорезал луч

карманного фонарика. При его тусклом свете Соске обыскал огромные багажные

контейнеры. И, в конце концов, перелопатив горы сумок, он смог найти свою

собственную.

Он быстро вытряхнул на пол одежду и туалетные принадлежности, и в конце

концов его руки нащупали то, что он искал – мощный спутниковый передатчик со

встроенным декодером. На его счастье в сумке помимо прочего был электрошокер

мощностью двенадцать тысяч вольт – этого было достаточно, чтобы отключить взрослого

мужчину одним разрядом. Соске рассовал по карманам кое-какие предметы первой

необходимости и пожалел, что не взял с собой ножи или пистолеты.

Едва Соске повесил на плечо передатчик и собрался закрыть контейнер, резкий

звук привлек его внимание. Кто-то открывал багажный люк самолета! Соске быстро

задвинул крышку контейнера и поспешил нырнуть в тень большой груды чемоданов и

сумок.

В отсек вошли несколько мужчин. Соске ужасно хотелось взглянуть на них, но он

предпочел остаться в спасительной темноте. Все что он мог – это забиться еще дальше и

стараться дышать как можно тише.

Террористы направились прямо в его сторону. Их автоматы с негромким звоном

стукались о металлические пряжки ремней. Соске посчитал: один, два… трое. Вероятно,

прошли специальную подготовку. Если его обнаружат, у него не останется другого

выбора – только драться, хотя ему совсем не улыбалось идти в бой с голыми руками.

Еще меньше ему хотелось думать о том, сколько врагов ждало его снаружи.

*****

Джип привез Канаме в один из отдаленных уголков базы.

Она увидела грузовик и два огромных трейлера, стоявших один за другим.

Кажется, это была площадка перед одним из заброшенных терминалов. Шумно гудящие

генераторы на крыше грузовика производили ток для ламп, заливавших всю

близлежащую территорию серебристым ртутным светом. Несколько мужчин с

автоматами стояли на посту около трейлера, напоминавшего по виду телевещательный

фургон.

– Простите, это что?

Не отвечая ей, Гаурон продолжал улыбаться все той же неестественной улыбкой.

Он вывел Канаме из автомобиля и проводил к трейлеру. Тот оказался битком набит самой

совершенной электроникой и медицинским оборудованием, там отовсюду торчали разные

кабели и переходники, стояли компьютеры и мудреные прибамбасы к ним.

За одним из столов перед монитором сидела женщина в белом лабораторном

халате, по виду врач, и пристально смотрела на вошедших:

– Это она?

– Да. Начинайте обследование прямо сейчас.

– Обследование? Что Вы…

– Надень это, – перебила женщина и подала ей голубую рубашку, какие носят больные в

госпитале.

– Зачем?

53

– На твоей форме металлические пуговицы, – ответила та на чистом японском. – Кстати,

если у тебя бюстгальтер на крючках, то и его придется снять.

«Что происходит? – недоумевала Канаме. – И почему все террористы похожи на

японцев?»

– Вы собираетесь делать рентген?

– Что-то в этом духе, только чуть сложнее. Сделаем ПЭТ49, магнитно-резонансную

томографию, магнитоэнцефалографию… Хотя бы это для начала.

Ее слова показались Канаме совершенной белибердой.

– Я думала, вы будете делать видеозапись…

– Поторопись. Ну! Переодевайся быстрее.

– Нет! Это все просто нелепо! Почему я должна…

Сильный удар – и острая боль пронзила затылок Канаме. В тот же миг она потеряла

сознание.

– Это слишком затянулось, – недовольно бросил Гаурон, подхватив бесчувственную

девушку. – А теперь помогите мне ее раздеть.

– Да Вы что! Вдруг это помешает провести обследование?

– Бросьте! Нам всего лишь нужно проверить, на самом ли деле девчонка может быть

полезна.

Доктор гневно возразила ему:

– Вы не понимаете, кто такие Посвященные и насколько они ценны!

– Нет, я понимаю, – отозвался Гаурон.

– Хотелось бы верить, что так. Если уж Вы привезли сюда сверхсекретный «Чодар»…

– Он еще не закончен. А мне пришлось тащить с собой чуть не целый батальон ради этой

штуки. Но это необходимая предосторожность на случай, если наши гостеприимные

хозяева вдруг поменяют свои планы.

– Поразительно, как Вы трясетесь за свою жизнь! Вы же знаете, что Ваши дни все равно

сочтены.

Гаурон перестал поддерживать Канаме, и та, все еще не придя в себя, осела на пол.

Быстрым движением он схватил женщину за горло.

– Не искушай судьбу, – сказал Гаурон, и в его голосе странным образом звучали

одновременно и холод, и затаенный трепет. – Просто заткнись и делай то, за что тебе

платят. Тебе все еще нравится меня дразнить? Хочешь меня позлить, да?

Он плотнее сжимал ее горло, пока на глазах у несчастной не показались слезы,

пока не вырвался хриплый, сдавленный крик боли и исступления. Гаурон щелкнул языком

и отпустил ее.

– Когда будут результаты? – спросил он у пытавшейся отдышаться женщины.

Она с трудом откашлялась и ответила:

– Завтра к утру.

– Можете ускорить процесс?

– Если применить специальные препараты. Правда, пройдет не меньше шести часов,

прежде чем они подействуют, и все равно будут нужны предварительные процедуры и

обследования.

– Тогда Вам лучше прямо сейчас приниматься за работу, – заметил на это Гаурон, – или

мне придется убить и Вас тоже.

*****

На счастье, трое вошедших мужчин не заметили спрятавшегося Соске, хотя и

находились на расстоянии вытянутой руки от него. Из своего укрытия Соске видел только

49 ПЭT – позитронная эмиссионная томография, метод исследования внутренних органов. (Blumen_von_Eis)

54

их спины в пиджаках. Они не были похожи на солдат с базы. Эти трое явно были из числа

террористов, захвативших самолет.

– Ну и где? – спросил один из них.

– Где-то здесь должна быть. В желтом контейнере, а он один такой. Вот!

Троица опасливо обошла кругом желтый ящик, и в этот момент невесть откуда

взявшийся шарикоподшипник упал на пол и покатился, наполняя багажный отсек звонким

грохотом.

– Она же не рванет прямо сейчас? – голос террориста нервно дрогнул.

– Нет. Не взорвется, пока контур не будет активирован вручную.

Мужчины подняли крышку контейнера, заглянули внутрь, и кто-то присвистнул:

– Ого! Она намного больше, чем я думал!

– Зато стопроцентная гарантия, если придется использовать ее на аэродроме. Ладно, за

дело. Там должен быть красный провод сзади: вытащите шнур из разъема и вставьте в

гнездо номер три.

– Есть! Он там.

– Погодите, я еще не готов. Хорошо… Вот теперь замыкайте.

Щелчок. Гудок. Глухой скрежет. Короткий резкий звук…

– Эй, что это?

– Все, больше ничего не трогаем. И не используйте никакие радиоприборы в радиусе ста

футов.

Крышка со стуком закрылась, и Соске услышал, как террористы отряхивают

рукава.

– А кто еще об этом знает?

– Только босс, Сакамото и мы. Никто из местных не знает.

– Эх, какое расточительство! В самолете столько хорошеньких школьниц. Вот бы

прихватить парочку сувениров! Ну, вы понимаете…

– Не будь кретином! Солдаты заметят, а босс нас пришьет на месте.

– А ему не обязательно обо всем знать.

– Я ему сам доложу. Не хочу, чтобы из-за тебя и меня прикончили.

– Полегче, полегче! Я всего лишь пошутил! – оправдывался любитель школьниц, и все

трое тем временем покинули багажный отсек.

Быстро выбравшись из-под груды сумок, Соске подбежал к желтому контейнеру.

Помедлив немного, он все же открыл крышку.

Когда свет фонарика упал на содержимое ящика, подтвердились его худшие

подозрения.

– Вот ублюдки!

Это была огромная бомба. Точнее говоря, в контейнере были две канистры,

приблизительно пять футов высотой каждая, заполненные жидкой бинарной взрывчаткой

– подобные вещества использовались для винтовок бронероботов. Сбоку на канистрах

был прикреплен небольшой короб, который прикрывал электронную цепь и дублирующий

контур. Взглянув на мерцающий красным индикатор, Соске понял, что устройство может

быть приведено в действие в любое время.

Если взорвется бомба такой величины, она разнесет самолет на мелкие кусочки.

Легкий щелчок выключателя, и четыре сотни человек поджарятся, как тост.

Соске знал о бомбах намного больше, чем обычный солдат, но взрывотехником он

не был. К тому же у него не было нужных для разминирования инструментов.

Демонтировать эту бомбу было выше его возможностей: его действия, вероятнее всего,

спровоцировали бы взрыв.

Возможно, террористы решили устроить бойню, чтобы скрыть исчезновение

Тидори. Что же, их план не лишен логики: если освободить потом всех пассажиров, кроме

нее, это вызовет массу вопросов. Они позволят самолету взлететь, а потом взорвут его над

океаном, где будет невозможно собрать все останки погибших. И никто не узнает, что

55

Канаме на борту не было, и тем более не заподозрит, что все это было лишь ради ее

похищения.

Взрыв самолета поставит правительство Северной Кореи в трудное положение, но

вряд ли это событие приведет к военному конфликту. Террористы, несомненно, учли все

подобные нюансы, когда придумывали свой план.

Но почему они готовы зайти так далеко, чтобы заполучить эту девушку? Неужели

она на самом деле обладает информацией, стоящей жизней сотен людей?

Нет, просто он получает удовольствие, убивая людей, и потому он решил сделать

это именно так.

Закрыв крышку контейнера, Соске направился в носовую часть самолета и нашел

небольшой люк, через который выпускалось шасси. Соске был уверен, что сможет

выбраться через него наружу. А уж там он найдет способ связаться с «де Данаан».

*****

Похожий на гроб агрегат, в который поместили Канаме, наводил ужас одним своим

видом.

Это был цилиндр с акриловыми стенками. Время от времени подставка, державшая

капсулу, двигалась, издавая монотонное бренчание. Голову Канаме удерживали в нужном

положении ремни, а специальные очки гнали перед ее глазами поток символов и фигур.

Звезда. Круг. Квадрат. Дерево. Сосуд. Жезл.

Порой появлялось какое-нибудь неприятное изображение. Канаме не могла

сдержать зевоту. Казалось, что это длится уже целую вечность, хотя на самом деле

прошел всего час.

– Не засыпать! – скомандовала доктор.

– Хорошо, хорошо.

Канаме снова вернулась мыслями к создавшейся ситуации. Когда она очнулась, она

уже находилась внутри аппарата и была связана ремнями. На ней была только та тонкая

голубая рубашонка, даже нижнее белье куда-то исчезло. От одной мысли, что этот

мерзкий тип, возможно, видел ее голой, хотелось закричать. Но доктор настаивала на том,

что она без посторонней помощи переодела Канаме.

Критически оценив свое нынешнее положение, Канаме подумала, что должна была

бы бояться сильнее. Спасения сейчас было ждать неоткуда.

«Тот террорист застрелил бы Эри Кагуразаку, если бы увалень Соске не уронил

поднос», – подумалось ей.

Это уже было… Было время, когда смерть ходила рядом, неотвратимая,

неумолимая. Тогда умирала мама. И я могу умереть сейчас. Вернусь ли я когда-нибудь

домой?

Поток темных образов подхватил и понес ее сознание.

*****

В углу склада, находившегося на расстоянии как минимум в четверть мили от

самолета, Соске проворно установил параболическую антенну. Сверившись с компасом в

часах и произведя в уме кое-какие расчеты, он настроил антенну и надел головной

микрофон.

Через несколько секунд он смог связаться с Западно-Тихоокеанской базой

«Мифрила».

– Алло? – услышал он ответ связистки Синохары Сати, отвечавшей за распределение

звонков.

Соске узнал ее голос.

– Урц-7, сержант Сагара. Номер B3128.

56

После небольшой паузы диспетчер подтвердила идентификацию и спросила, все

ли у него нормально.

– Так точно. Соедините меня, пожалуйста, с «де Данаан».

– Минутку, – она перенаправила спутниковый сигнал на подводную лодку.

– Сержант Сагара, Вы в порядке? – первым делом спросила Тереза Тестаросса.

– Да, мадам капитан! – Соске ответил ей куда более официально, чем любой другой

девушке-сверстнице.

Он не вполне понимал, почему именно юная Тереза Тестаросса была капитаном

«Туата де Данаан», но оказывал ей всѐ возможное уважение как своему командиру.

– Слава богу! Подождите немного. Майор, прошу Вас.

– Сержант Сагара, говорит майор Калинин, – отчеканил тот, словно Соске мог его не

узнать. – Доложите обстановку.

– Я на военно-воздушной базе Сунан, – доложил Соске. – Здесь находятся две

полувраждебные друг другу военные группировки: японские террористы, захватившие

самолет, и одно из подразделений местной армии. Но охрана тут слабая.

Соске детально – может быть, даже слишком – описал типы и позиции различных

видов вооружения на базе, расположение зданий и местонахождение самого самолета.

Командиры Соске не удивились, услышав, что террористы уже увели Канаме из

самолета. Тесса была шокирована известием о бомбе в багажном отсеке, но внешне это

проявилось лишь в том, что она еле слышно прошептала:

– О Господи!

– Я не смогу демонтировать бомбу с тем оборудованием, которым сейчас располагаю.

Капитан обдумала его слова и ответила:

– Ясно. Мы обсудим меры противодействия.

– Так точно, мэм.

– Сержант, Вы знаете, где сейчас находится Канаме Тидори? – спросил Калинин.

– Никак нет. Я буду ее искать, но прямо сейчас я не уверен даже в том, что она все еще на

территории базы.

– Хорошо. Действуйте осторожно. Вы нужны нам живым и в боеспособном состоянии,

чтобы осуществить диверсию.

Соске сделал вывод, что, раз «де Данаан» начинает спасательную операцию, его

первостепенная задача – обеспечить безопасность пассажиров.

– Вас понял.

– Благодаря Вам мы теперь хорошо представляем силы противника. Вы сможете еще раз

выйти на связь…

– …в двадцать два ноль-ноль по местному времени? – добавила Тесса.

– Так точно, – согласился Соске. – Майор, есть еще кое-что важное.

– Да, что именно?

– Главарь террористов – Гаурон.

Соске услышал, как изменилось выражение лица Калинина.

– Он выглядит чуть иначе с тех пор, как мы сталкивались с ним последний раз, но это, без

всякого сомнения, он.

Соске сказал «мы», имея в виду их общее с Калининым прошлое, еще до того, как

они стали служить в «Мифриле».

– Я считал, что его уже нет в живых.

– Я тоже. Но он выжил. У него на лбу огромный шрам там, куда попала моя пуля.

– Он тебя узнал?

– Нет, сэр. К счастью, я сильно изменился с тех пор.

Перед мысленным взором Соске мгновенно предстал он сам, каким он был в то

время. Тогда он был меньше ростом, у него были длинные непокорные волосы и лицо,

темное от солнца и пыли.

57

– Теперь я понимаю, откуда там бомба, – заключил Калинин. – Не теряйте бдительность,

сержант Сагара.

– Урц-7 принял. Конец связи

Разобрав антенну, Соске поднялся на ноги, чтобы уйти.

– Не двигайся! – скомандовал из-за его спины мужской голос с легким акцентом.

Особую убедительность этим словам придавал взведенный курок.

28 апреля, 20:32 по стандартному времени Японии

Желтое море, перископная глубина

«Туата де Данаан», третья палуба, коридор B

– О чем Вы говорили с сержантом Сагарой? – поинтересовалась Тесса, пока они с

Калининым шли по направлению к конференц-залу, где вскоре должно было начаться

совещание оперативного штаба.

– Вы имеете в виду наш разговор о Гауроне? – уточнил Калинин.

– Да. Вы его знаете?

Она остановилась у двери конференц-зала, ожидая ответа. Майор нахмурился, но

все же сказал после небольшой паузы:

– «Гаурон» по-китайски означает «девять драконов». Опасный террорист, которого мы так

называем, по слухам, имеет гражданство девяти различных государств. На настоящий

момент на нем лежит ответственность за, как минимум, тридцать терактов и два взрыва

самолетов. Но западные антитеррористические организации по-прежнему практически

ничего о нем не знают.

Тесса вспомнила, что в личном деле Калинина упоминалась его служба в советском

спецназе.

– Несколько лет назад Сагара и я уже сталкивались с Гауроном. Мы скрывались тогда от

КГБ, присоединившись к одному исламистскому партизанскому отряду в Афганистане.

Для Тессы эти сведения не были новыми. Она знала, что Калинин в свое время

попал в поле зрения КГБ и некоторых советских секретных военных организаций. В

СССР он считался дезертиром.

– КГБ отправил Гаурона, чтобы тот нашел нас. Однажды, когда меня не было в лагере,

Гаурон атаковал его с помощью двух бронероботов и практически стер с лица земли.

А об этих событиях Тесса слышала впервые.

БР был самым грозным наземным оружием на тот момент. В отличие от танка

бронеробот мог действовать практически где угодно: хоть в горах, хоть в джунглях.

Против этого оружия человек был беспомощен, как муравей.

– Многие погибли, в том числе женщины и дети, – продолжал Калинин. – Может быть,

если бы я был там, этого бы не случилось.

Понимая всю тяжесть этих воспоминаний, Тесса лишь молча кивнула.

– Я поклялся отомстить. Две недели спустя мне представился шанс. Гаурон преследовал

нас в горах Пакистана. Мы заманили его в засаду: я был приманкой, а Соске стрелял из

укрытия. Были свои сложности, но Соске смог подстрелить Гаурона.

– Но тот избежал смерти?

– Выходит, что так.

Тесса начинала понимать, каким опасным противником был Гаурон. И все же было

трудно поверить, что он может убить несколько сотен человек, только чтобы скрыть

похищение. Она бы и не предположила, что кто-то, пусть даже террорист, способен на

58

такое, если бы Соске не предупредил о бомбе. Гаурон, казалось, заранее насмехался над

любыми попытками вернуть заложников домой живыми и невредимыми.

– Что же, – проговорила Тесса с несвойственной ей холодной усмешкой, – мы заставим

этого Гаурона дорого заплатить за его грехи.

– Да, мэм.

Хотя Тесса была в сущности спокойной и кроткой девушкой, она жила в том же

самом мире, что Калинин и Соске, ходила по той же земле. И в том же мире существовал

Гаурон. Она понимала, что это ее долг – быть порой жестокой. В конце концов, Тесса

командовала «Туата де Данаан», самым совершенным и мощным орудием убийства,

когда-либо созданным человеческими руками: мощь этой подводной лодки была такова,

что она могла уничтожить миллионы людей, если потребуется.

– Детали обсудим позже. А теперь пора начать оперативное совещание.

Калинин и Тесса вошли в темную комнату, где их уже ожидали шесть человек –

главы остальных отделений «Мифрила».

28 апреля, 20:33 по стандартному времени Японии/Кореи

Корейская Народная Демократическая Республика

военно-воздушная база Сунан

– Повернись. Медленно.

Соске поступил, как ему было велено. Его держал на прицеле офицер местной

армии – здоровенный детина примерно шести футов ростом.

– Ты один из школьников, верно? Странно, что тебе удалось выбраться из самолета

незамеченным.

Сохраняя безопасную дистанцию, Соске заставил себя успокоиться. Военный был

один, в пределах видимости также никого не было.

– С кем ты разговаривал?

– Если Вам так надо знать, то я связывался с…– и тут Соске прервал сам себя, бросив

передатчик прямо в лицо офицеру.

Это застало его противника врасплох: он еле-еле успел увернуться, отбив

радиостанцию в сторону в самый последний момент.

Но этой доли секунды Сагаре как раз хватило, чтобы сократить дистанцию. Ударом

ноги он выбил пистолет из рук мужчины, и оружие, пролетев по пологой дуге, с громким

стуком упало на землю.

– Какого… – даже не успев толком удивиться, верзила почти рефлекторно ответил Соске

прямым ударом в челюсть.

И хотя Сагара успел поставить блок, удар был настолько мощным, что заставил его

отшатнуться. Соске подался назад и сделал это вовремя, потому что в ту же секунду перед

его лицом просвистел тяжелый ботинок. Он вновь смог увернуться, но следующие атаки

не заставили себя долго ждать. Для своих габаритов противник был поразительно быстр и

ловок.

– Ты серьезно думаешь, что сможешь справиться со мной?

Он уверенно теснил Соске. Тот отступал все дальше и дальше, уклоняясь от

ударов, пока чуть не споткнулся о какой-то бетонный блок. И это внезапно возникшее

препятствие неожиданно сослужило ему хорошую службу. Соске оттолкнулся от блока и

высоко подпрыгнул, целясь коленом прямо в челюсть противнику.

59

Издав слабый стон, офицер рухнул на землю. Он сильно ударился затылком об

асфальт, его зрачки закатились. Однако Соске не остановился на достигнутом: он

вытащил из-за пазухи электрошокер и нажал на кнопку.

– Уб-б-блюдок, – выплюнул напоследок побежденный, крупно содрогаясь всем телом.

«Да, эффект от шокера оставляет желать лучшего», – огорченно подумал Сагара.

– К-к-т-т-о-т-т-т-ы-ы?

– Я – ответственный за мусор.

Когда судороги, вызванные разрядом тока, прекратились, Соске заткнул рот своему

пленнику и тщательно связал его, используя все мало-мальски для этого пригодное, что

удалось найти на складе. Потом он осмотрел передатчик: устройство было сильно

повреждено, из него даже вывалилась часть электронных плат. Соске пощелкал несколько

раз выключателем, но никакой реакции не последовало. Теперь у него не было

возможности связаться с «де Данаан».

Тяжело вздохнув, Соске забрал пистолет у лежавшего без сознания офицера и

принялся перерывать свою аптечку первой помощи. В ней были серная кислота, аспирин,

морфин, шприц, несколько повязок и пара других предметов. Наконец, он нашел то, что

искал – небольшую бутылочку со спиртом.

*****

Канаме казалось, что она провела в прозрачной узкой капсуле уже много часов.

Там было настолько тесно, что она даже не могла пошевелиться. Плечи и шея затекли и

отчаянно ныли, но размяться не было никакой возможности. Доктор упорно игнорировала

все просьбы о передышке.

Канаме лежала в капсуле, и перед ее глазами то и дело вспыхивали непонятные

картинки и символы. Каким-то образом доктор узнавала, если Канаме закрывала глаза, и

сразу же командовала, чтобы она продолжала смотреть. Ее мучительница пообещала, что

если она сконцентрируется, эта процедура займет меньше времени. Работа приносит

освобождение – старая выдумка.

Неожиданно изображения перестали появляться, и Канаме окружила темнота.

– Вы закончили?

Лишь странный шум был ответом – тяжелый звук издалека, который словно

доносился со всех сторон одновременно. Канаме стало страшно.

– Что это?

Доктор снова ничего не ответила. На экране теперь стали одно за другим

появляться слова, которые сменяли друг друга примерно раз в две секунды.

море

колоколообразный механизм обратной связи

дерево

внутренняя коэрцитивность

декагональная фаза

Через некоторое время темп начал возрастать: за одну секунду перед ней

проносилось не меньше десятка таких же бессмысленных выражений. Простые и

знакомые слова вроде «море» и «дерево» перестали появляться вообще, и на экране

возникали только формулы и технические термины.

Канаме чувствовала, что с ней творится что-то необычное.

Я как будто помню эти слова… Где же я могла видеть их прежде?

Странные выражения не были знакомы ей, однако каким-то образом Канаме

понимала их смысл. В ту минуту она постигала суть этих понятий лучше, чем величайшие

ученые мира.

«Сплав двумерной квазикристаллической структуры», – думала она, совершено не

понимая, почему ей это приходит в голову.

60

Аргон никелид титана плавка объемноцентрированная кубическая решетка типа CsCl

координационное число 8 магнитокристаллическая анизотропия частичная стабилизация

двуокиси циркония ионы редкоземельных металлов нелинейный гамма-излучение

празеодим тербий диспрозий электроактивный полимер-гель дефекты закалки металла

редукционная передача пластичность электромускулатуры…

Ее мысли неслись свободным потоком.

Топливо D-T термоядерная энергия палладиевый реактор гранецентрированная

кубическая кристаллическая решетка тритий холодный синтез поглощение водорода

электромагнитная невидимость 130 130 130 DMGO максимальная магнитная

восприимчивость производная намагниченности единицы объема вещества по

напряженности поля метатитанат бария структура перовскита обратимый фазовый

переход по магнитному полю углеродная наноструктура композитные материалы

нанокомпонент WPCJζ прессование колоколообразные импульсы m2

Информация раскаленной лавой извергалась из жерла неведомого вулкана. Канаме

бил озноб. Все это ей словно нашептывал кто-то из глубин ее сознания.

Вдруг голос смолк.

Монитор погас, и странный шум затих. Капсула, в которую была помещена

девушка, открылась.

На Канаме навалилась безмерная усталость. Она тяжело дышала, к лицу прилила

кровь. Канаме изо всех сил старалась понять, что с ней случилось: «На что я смотрела?

Это что, был сон?»

– Как ты себя чувствуешь? – спросила доктор, снимая прибор с головы Канаме.

Свет показался ей слишком ярким.

– Ужасно.

– Да, я вижу, – доктор сделала какую-то помету в своих записях. – Но нужно продолжить

обследование.

– Пожалуйста, отпустите меня, – жалобно попросила Канаме. – Хватит с меня этого

обучения во сне.

Доктор лишь холодно усмехнулась в ответ, доставая шприц с каким-то препаратом.

– Обучения? Не говори глупостей! Все эти вещи ты знала с самого рождения.

28 апреля, 22:05 по стандартному времени Японии/Кореи

Желтое море, перископная глубина,

«Туата де Данаан», конференц-зал

– У вас будет мало времени, – предупредил всех собравшихся майор Калинин.

В небольшом конференц-зале сейчас находилось около тридцати человек: бойцы

SRT, пилоты-асы СВВП и вертолетов, пехотинцы. Все сосредоточенно слушали

командира. Мао и Вебер были среди них: услышав о захвате самолета, они сразу же

вернулись на борт «де Данаан».

– Если мы промедлим еще немного, ситуация только обострится. Обычно «Мифрил»

старается не вмешиваться в конфликты, к которым приковано внимание всего мира.

Однако нам, к глубокому сожалению, не удалось предотвратить этот инцидент, – майор

61

сделал паузу, чтобы убедиться, что он не потерял внимание аудитории. – Вот почему мы

собираемся провести спасательную операцию.

На экране у него за спиной появилась спутниковая фотография базы Сунан.

Снимок, сделанный в 15:30, показывал положение самолета и позиции сил противника.

– Первыми пойдут группа воздушной поддержки и десант из шести бронероботов. Далее

следуют штурмовые вертолеты, за ними транспортники и СВВП.

Калинин пояснил детали плана: место посадки вертолетов, боевое построение БР.

Время операции было расписано вплоть до последней секунды.

– Бронероботы будут катапультироваться непосредственно с подлодки с помощью

ускорителей XL-2. Если кто-то из пилотов в течение последних восьми часов принимал

алкоголь, сообщите об этом немедленно.

Ускорители XL-2 были разработаны как раз для подобных задач. Они представляли

собой специальные ракеты, позволяющие запустить один БР на расстояние до двадцати

пяти миль – довольно полезное устройство, чтобы застать противника врасплох.

При упоминании алкоголя Мао и Курц обменялись заговорщическими взглядами.

– Ничего страшного, – шепнул ей Курц, взглянув на часы, – все уже выветрилось.

Калинин меж тем продолжал инструктаж:

– Наша главная проблема – это бомба в самолете.

На экране появилась объемная полупрозрачная модель Боинга-747, в багажном

отсеке было помечено место, где находилось взрывное устройство.

– Согласно информации, которую сообщил сержант Сагара, бомба может быть

активирована дистанционно. Мы должны обезвредить ее, прежде чем террористы

оправятся от нашего первого удара и нажмут на красную кнопку.

– И как мы это сделаем? – спросил один из вертолетчиков.

Калинин в двух словах объяснил как. Кое-кто из бойцов поежился, но большинство

было вполне удовлетворено этим ответом.

– Но, сэр, после этого «Боинг» уже не взлетит.

– Верно. Но топливные баки все равно пусты. У нас не будет времени, чтобы заправить их

во время битвы. Эвакуировать заложников будем с помощью нашего транспорта, – майор

сделал паузу. – Есть, правда, еще одна проблема: у нас слишком много пассажиров.

Действительно, на тот момент на борту находилось четыреста двадцать человек –

никогда еще террористы не действовали с таким размахом.

– Даже если послать все наши транспортные вертолеты, мы не сможем перевезти за один

раз столько людей. Поэтому с тихоокеанской базы на Мериде были подняты два C-I7. Они

уже в пути и дозаправятся над Желтым морем перед началом операции.

– Но в каждом из них все равно только сто пятьдесят посадочных мест, – неуверенно

заметил кто-то из присутствующих.

– Ничего, потерпят. Мы не коммерческая авиакомпания. Транспорт совершит жесткую

посадку, погрузит пассажиров и поднимется в небо в течение пяти минут.

– Пять минут? Это же очень мало!

– Нам бы хоть столько продержаться в таких условиях, – возразил Курц.

– Так и есть, – подтвердил майор. – Военно-воздушная база Сунан располагается

неподалеку от Пхеньяна, вблизи проходит крупная трасса. Вражеские подкрепления

прибудут очень быстро. Защищающие столицу войска – это элитные подразделения, и

нужно по возможности избежать столкновений с ними. Мы постараемся задержать их,

однако все, что мы можем, – заминировать подступы к авиабазе.

– Что если один из самолетов будет поврежден? – спросила Мао.

– Второй должен взлететь согласно плану несмотря ни на что. Даже если останутся

пустые сиденья, – бесстрастно ответил Калинин. – В этом случае возьмите максимальное

число оставшихся заложников в транспортные вертолеты. Если вы вынуждены будете

оставить бронероботов, чтобы освободить место для пассажиров, убедитесь, что

62

уничтожили машины полностью. Эта задача важнее сохранения ваших жизней, хотя

будем надеяться, что до такого не дойдет.

Тяжелое молчание повисло в конференц-зале. Бойцы обдумывали поставленную

задачу.

– Сержант Сагара еще выходил на связь? – спросил пилот БР из второго подразделения.

Калинин покачал головой.

– Нет, и это еще одна причина поторопиться. Повторяю еще раз: в этой миссии нет места

для ошибок, каждый промах смерти подобен. Но есть причина, по которой именно вы

должны взяться за это: только «Мифрилу» по плечу такие задачи. Я рассчитываю на вас.

Вопросы?

Больше вопросов ни у кого не было.

– Тогда можете быть свободны. Вводится режим ограничения по шуму.

Все поднялись со своих мест.

28 апреля, 22:29 по стандартному времени Японии

Корейская Народно-Демократическая Республика

военно-воздушная база Сунан

«Она здесь», – решил Соске.

Из его убежища в тени мусорного бака было отлично видно фургон с тянущимися к

нему кабелями и мощный генератор на площадке перед ангаром.

Благодаря сведениям от захваченного офицера он теперь знал, что Канаме должна

находиться в трейлере. Поначалу пленный ничего не хотел говорить, но Соске сделал ему

инъекцию спирта, и язык у мгновенно захмелевшего военного сразу развязался. Потом

Соске уже не мог остановить его болтовню. Это, конечно, был не лучший способ ведения

допроса, но он сработал. Соске гадал, обнаружили соратники пьяного товарища или нет.

Вероятнее всего, его еще не нашли: узнав все, что было нужно, Соске оглушил его ударом

и сбросил в канализационный люк.

Снаружи грузовик охраняли трое мужчин, вооруженных автоматами. По виду их

нельзя было отнести к солдатам местной армии. Соске взглянул на часы: 22:30 –

последний срок, когда он должен был выйти на связь с «де Данаан».

«Что там происходит?» – недоумевал Соске.

Самым безопасным для него было оставаться незаметным для противника до

прибытия подкрепления. После этого можно было спасать Канаме из рук террористов. Но

Соске не мог отмахнуться от настойчивой мысли о мучениях, которые Канаме могла

сейчас терпеть там, внутри.

Он вспомнил о девушке из лаборатории в Хабаровске. Врачи сказали, что ей

кололи алкалоиды и сыворотку правды. А Соске хорошо знал, какие раны душе и телу

наносят такие препараты.

Ему разом вспомнились и сердитый взгляд Канаме, и тень грусти в нем, и ее

задумчивость, и сияющая улыбка – каждое из выражений ее лица было по-своему

прекрасно.

И все это может быть принесено в жертву бесчеловечному эксперименту!

Он представил закатившиеся глаза, беспомощно открытый рот, бесконтрольно

сочащиеся выделения органов тела, мучительные галлюцинации… Она будет впиваться

ногтями в собственную кожу, расцарапывая ее…

Канаме выживет, но что за жизнь это будет?

63

От этих мыслей Соске захлестнула тревога. Первым побуждением было броситься

спасать Канаме, и это удивило его и сбило с толку.

«Нельзя поддаваться эмоциям, – напомнил себе Соске. – Моя главная задача –

спасение заложников в самолете. Канаме – это цель номер два. Кроме того, эти люди

приложили столько усилий, чтобы захватить ее, хотя бы поэтому, они постараются не

сломить ее силы сразу же. Это, должно быть, медленный процесс».

Внезапно раздавшийся выстрел разорвал цепь его размышлений.

Звук донесся из трейлера. Годами совершенствовавшиеся навыки выживания

подсказывали Соске, что кидаться в драку сейчас не лучшая идея. Могло выйти так, что

из-за его действий теперешнее трудное положение превратилось бы в полный кошмар.

Одна его ошибка могла поставить под угрозу спасательную операцию, которая, возможно,

уже началась.

«Нет, я не должен забывать свои приоритеты. Только дилетант сунется сейчас

внутрь трейлера. Это не мой уровень. И все же… Что если стреляли в Канаме? Что если

она тяжело ранена? А я здесь, снаружи, в двух шагах от нее, и у меня при себе есть набор

первой помощи, но он пропадает зря. А что если там Гаурон? Он издевается над ней,

заставляя молить о пощаде, прежде чем он добьет ее контрольным? Канаме…»

Непривычное чувство, мелкой дрожью поднявшись откуда-то из самого сердца,

захватило Соске целиком. Это было давно забытое, настолько глубоко похороненное в

нем ощущение, что он с трудом вспомнил, как оно называется. Это был страх.

И пока в душе Соске шла борьба, прозвучал второй выстрел.

Забыв впервые в жизни все приоритеты и цели миссии, Соске выскочил из-за

мусорного контейнера.

*****

За несколько минут до первого выстрела в трейлере было неспокойно: Канаме

бесновалась внутри сковывавшего ее цилиндра.

– Прекрати немедленно! Открой глаза и смотри на символы! – кричала ей доктор.

Не обращая на нее внимания, Канаме продолжала биться, как одержимая.

Выглядела она неважно: обильная испарина покрывала лоб, она тяжело дышала и не

слышала почти ничего из-за назойливого шума в ушах.

– Замолчите! Выпустите меня!

Канаме не понимала, что происходит. Она устала от неподвижности, от

бессмысленных образов перед глазами. Но на самом деле она еще долго могла бы служить

подопытным кроликом для своих мучителей, прежде чем это действительно свело бы ее с

ума.

– Выпустите меня, или я разнесу эту чертову штуковину! – кричала Канаме и металась так

яростно, что очки-дисплей соскользнули с ее лица.

– Черт побери! Угомонись уже!

Узкая кушетка, на которой лежала Канаме выехала из цилиндра. Не скрывая своего

раздражения, доктор подошла к девушке и прижала ее голову, чтобы она не могла

пошевелиться.

– Я пыталась сделать все по-хорошему, но ты…

– По-хорошему? Вот стерва!

– Что?

– Вы меня слышали! Знаете, Вы похожи на одну мою учительницу. Она так увлеклась

своей наукой, что совсем забросила семью, и вела она себя как настоящий надзиратель в

тюрьме! – выкрикивая это, Канаме отчаянно дергала связывавшие ее ремни, и они

постепенно ослабили свою хватку.

Заметив это, доктор потянулась, чтобы плотнее зафиксировать ограничители

движения. Но ее руки никак не могли поймать нужные ремни. В этой борьбе Канаме

64

каким-то чудом смогла рывком высвободить правую руку, и по инерции в тот же миг ее

локоть устремился прямо в лицо доктору. От удара женщина отшатнулась, стукнулась

головой о стеллаж и потеряла сознание.

Канаме секунду смотрела на нее, пытаясь определить, жива ли та, прежде чем

поняла, что ее правая рука может двигаться. Ей удалось освободить и другую руку, после

этого она уже легко развязала ремни на ногах.

Доктор бормотала что-то в полубесчувственном состоянии и делала жалкие

попытки подняться. Канаме не знала, что ей делать. Воспользоваться этой возможностью

и бежать? Но куда?

Решив подумать об этом позже, она бросилась к двери трейлера.

– Куда ты собралась? – доктор, все еще не в силах встать, сидя целилась в нее из

пистолета. – Не двигайся. Или пожалеешь об этом.

– Спасибо, но с меня достаточно! Если не возражаете, я…

Пуля с резким звуком вошла в стену трейлера.

– Эй, осторожнее!

Доктор выстрелила вновь, разбив жидкокристаллический экран за спиной у

Канаме. Она смотрела с нескрываемой злобой и, казалось, была готова убить

несговорчивую пациентку.

Но этому не суждено было случиться: дверь распахнулась и на пороге возникли

двое автоматчиков

– Что тут у вас происходит? – спросил один из них, направив дуло автомата в лицо

Канаме.

Он окинул взглядом трейлер.

– Ничего, маленькое недоразумение. Похоже, я немного напугала девчонку, – ответила

доктор.

– Вы стреляли? Вы хоть представляете себе, сколько это оборудование…

– Пять миллионов восемьсот тысяч долларов. А теперь, если не трудно, подержите ее пару

минут.

Доктор с трудом поднялась, достала шприц с каким-то раствором и удалила воздух

из него, выпустив в воздух фонтанчик брызг. Охранники придавили пленницу к кушетке.

– Что это? – взвизгнула Канаме, следя взглядом за приближающимся шприцем.

– Мне не хотелось доводить дело до такого... Этот препарат совсем не полезен для

растущего организма юной девушки. Но кое-кто не захотел пойти нам навстречу, хотя я

предупреждала, не правда ли?

– Прошу Вас…

– Я же говорю: я пыталась сделать все по-хорошему.

Канаме бессильно замерла, понимая, что с двумя мужчинами ей точно не

справиться.

– Пожалуйста, пожалуйста, нет! Я все сделаю! – умоляла она.

– Слишком поздно, – с жестокой усмешкой ответила доктор.

В тот самый миг, когда игла почти вонзилась в кожу, удерживавшие Канаме

мужчины застонали и повалились на пол.

Захваченная врасплох таким неожиданным поворотом событий, она резко села на

кушетке и с удивлением увидела, как доктор в страхе отступает от нее. Она смотрела на

что-то за спиной у Канаме. Медленно, нерешительно Канаме повернулась, чтобы

взглянуть…

– Сагара?

В самом деле, это был ее одноклассник Сагара Соске. В правой руке он держал

электрошокер, в левой – пистолет, на шее у него висел автомат, а запасные магазины были

заткнуты за ремень школьной формы.

– Тидори, ты не ранена? – негромко спросил он.

– А? Н-нет, я в порядке.

65

– Хорошо. Встань позади меня и старайся держаться как можно ближе.

Заслонив собой Канаме, он двинулся в тот угол, где пыталась спрятаться доктор.

– Ты школьник с того самолета? Но как ты смог…

– Здесь я задаю вопросы. Что это за оборудование и для чего вы похитили ее?

– Я не могу тебе этого сказать.

Двумя выстрелами Соске продырявил какой-то сложный прибор рядом с доктором

и вновь навел пистолет на нее:

– Вы уверены?

– Хорошо, хорошо. Не стреляй. Это все нужно, чтобы проверить… на самом ли деле она

Посвященная.

– Посвященная? Что это значит?

– Это сложно объяснить, – пробормотала доктор. – По сути, каждый Посвященный – это

кладезь Темных Технологий, скрывающий в себе информацию, которая может

перевернуть весь мировой баланс сил. Добывать эти знания все еще очень трудно, но

когда-нибудь эта мощная живая система данных…

Внезапно Соске схватил Канаме за руку и бросился за ближайший томограф. В тот

же миг загремели автоматные очереди, полетели искры, дождем посыпались обломки

пластика. Канаме и доктор одновременно вскрикнули. Соске сразу же открыл ответный

огонь, разрядив всю обойму в направлении выхода.

Доктор упала на пол лицом вниз в быстро растекающуюся лужу крови: видимо, она

стала жертвой перекрестного огня.

– Нам надо уходить, Тидори.

– Она… Она убита?

– Она еще жива, но у нас нет ни времени, ни обязанности помогать ей, – взяв Канаме за

руку, Соске буквально потащил ее к выходу.

– Но что это все значит? – Канаме окончательно запуталась в происходящем.

– Потом объясню, – перебил ее Соске.

Рядом с дверью корчился раненый охранник. Держась за живот, он безуспешно

пытался встать на ноги, его трясущиеся руки в последнем отчаянном усилии тянулись к

автомату. Соске пнул раненого в лицо, и тот больше не шевелился.

– Ужас! Что ты творишь?

– Бежим! – скомандовал он в ответ.

– Я не могу так пойти! Мне надо переодеться!

Тонкая хлопчатобумажная рубашка Канаме кончалась намного выше колен. С

таким же успехом можно было выйти в одном белье.

– Забудь, у нас нет времени.

– Мало того что грубиян, так ты еще и озабоченный!

– Я не такой! – запротестовал Соске.

– Враки! Ты ведь рад, что застал меня в таком дурацком виде!

– Конечно, нет. Бежим!

– Тогда кто ты? Просто похотливый дуболом с двумя извилинами?

– Пожалуйста, послушай меня: я здесь потому, что беспокоился за тебя…

Автоматная очередь прервала этот спор. Соске моментально повалил Канаме на

пол, закрывая ее собой.

– А-а-а-а-ай! Убери от меня руки, дурак!

– Говорю же, это совсем не то, что ты думаешь.

– Отпусти меня, маньяк несчастный!

Сколько бы Соске ни оправдывался, сколько бы выстрелов ни грохотало над их

головами, Канаме продолжала ругаться на чем свет стоит.

66