Annotation

Не знаю, что в данный момент творится в голове Энтони Митчелла, но ты определенно занимаешь там много места. Жизнь для Саманты Саммерс, дочери генерала, вещь не простая. Переезд с континента на континент каждые несколько лет помогает ей выучить четыре языка за рекордное время. Но это так же убивает ее личную жизнь. И когда безумно горячий парень в ее новом городе устраивает ей ад за то, что она кузина девушки, с которой он раньше встречался и, которая его кинула, перспектива нового учебного года заставляет Сэм называть это возмездием. Есть еще одна вещь, даже более раздражающая, чем все остальное вместе взятое. Она никак не может перестань мечтать об этом несносном парне. Переведено для группы: http://vk.com/world_of_different_books

- Анна Катмор, Пайпер Шелли

- Глава 1

- Глава 2

- Глава 3

- Глава 4

- Глава 5

- Глава 6

- Глава 7

- Глава 8

- Глава 9

- Глава 10

- Глава 11

- Глава 12

- Глава 13

- Глава 14

- Глава 15

- Глава 16

- Глава 17

- Глава 18

- Глава 19

- Глава 20

- Глава 21

- Глава 22

- Глава 23

- Глава 24

- Эпилог

Анна Катмор, Пайпер Шелли

Т — это тотальный придурок

Глава 1

— Жизнь не в радость, если в свои семнадцать лет ты не можешь оторваться. А сидя в этой комнате, оторваться нельзя.

Я смеялась над выходками своей кузины, но внутренне съежилась, когда она схватила меня за запястье и потянула из моей комнаты вниз по прихожей виллы. Ярко-розовые ногти Хлои впились в мою кожу. Тот факт, что ее ногти соответствуют цвету ее нижнего белья-всегда-заставляет меня содрогнуться. Я, на самом деле, не нуждаюсь в этой информации, сразу после ужина с моими тетей и дядей, которые были достаточно любезны, чтобы приютить меня на следующие четыре месяца.

Быть дочерью армейского генерала временами было достаточно непросто, в этот раз родители не заставили меня переезжать во время учебного года. Ну, по крайней мере, не в самый его разгар. Было начало ноября. Оставалось время, чтобы влиться в коллектив средней школы и подружиться с кем-нибудь, пока меня не записали в аутсайдеры. Раньше это всегда было моим худшим кошмаром, когда в разговоре возникало слово переезд.

Я схватила с вешалки в гостиной свою черную толстовку, пока Хлоя не прищемила мне руку в двери. Как только я натянула ее на свою рубашку с длинными рукавами, моя кузина посмотрела на меня с раздражением.

— Почему ты всегда мерзнешь, Сэм? Это Калифорния. Здесь можно ходить без пальто даже зимой.

Для тех, кто жил в Гровер Бич всю свою жизнь, это может быть правдой. Но за предыдущие восемь месяцев, я ходила в школу в Каире, и как только вы научились справляться с жарой в Египте, все остальное чувствовалось, будто гуляешь по холодильнику.

— В любом случае, куда мы идем? — Спросила я.

Хлоя толкнула меня в свой белый автомобиль, припаркованный на передней части дома и не отвечала, пока не пристегнулась за рулем.

— В город. Я собираюсь познакомить тебя с еще несколькими моими друзьями сегодня вечером.

Тьфу. Больше друзей Хлои? Значит больше девушек, которые думают, что самое главное в мире — это идеальная прическа. Теперь, это не звучит как удивительный субботний вечер…

Я откинулась назад, подтянула ноги к груди, и закрыла глаза. Шлепок от Хлои через две секунды заставила меня резко развернуться.

— Что?

— Убери свои грязные сапоги с моего сиденья! Это кожа.

Я застонала, но опустила ноги на пол. Это был ее автомобиль, в конце концов, а не Лэнд Ровер моих родителей, в котором никто не заботился о песке на сиденьях, который падает с моих ботинок. В Каире песок был везде.

Мы с Хлоей приехали к городскому кафе, перед которым в линию было припарковано несколько машин. Над дверью вспыхивала надпись «У Чарли», сделанная курсивным стилем из темно-голубых букв.

Я вылезла вслед за ней.

— Это оно? Выглядит симпатично.

Снаружи кафе было красивым, но сегодня вечером никто не сидел за круглыми столиками. Изнутри доносилась тихая музыка 1960-х или 70-х.

— Это только наша первая остановка. Мы собираемся встретиться с Брин, Кер, и Лес. — Хлоя обернулась и послала мне предупреждающий взгляд. — Слушай. Вот правила для сегодняшнего вечера.

— Правила? — Она не могла быть серьезной.

— Ты говоришь только с теми людьми, с которыми говорю я, и если я выпью сегодня вечером, ты не скажешь моим родителям. Поняла?

Ну и дела. Если бы я знала, что получу реальную строевую здесь, я бы позаимствовала форму у моего папы и носила ее в течение веселой ночи с моей кузиной.

Я закатила глаза и направилась через дверь.

Внутри было даже красивее. Каменные терракотовые плитки придавали заведению атмосферу тепла. Бар S-образной формы тянулся вдоль боковой стены, столики из ротанга и уютные кресла стояли по всему залу, напоминая стиль Карибских островов, который был мне знаком — до Египта мой отец два года пробыл на Кубе.

Я моментально влюбилась в это кафе.

— Двигайся, — Хлоя толкнула меня в спину. — Не зевай, стоя в дверях. Наш стол вон там.

Не зевать. Я запомнила это и подавила порыв отдать честь сержанту по строевой подготовке, которая фыркала мне в шею. Сейчас я сильно пожалела, что после ужина не закрыла дверь в свою комнату на засов.

Направляясь вглубь кафе, я посмотрела через плечо на кузину и нахмурилась.

— Хлоя, серьезно, не похоже, что за колонами прячутся папарацци, в ожидании что ты отмочишь что-то скандальное.

Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но глубокий голос пришел с другой стороны.

— Берегись!

Моя голова дернулась, и я резко остановилась за секунду до столкновения с официантом, несущим поднос. Он поднял руку перед пустыми стаканами, удерживая их от падения на пол.

— Ой, простите, — пробормотала я, и отступила назад. Подняв голову, я уставилась в глаза, такие же голубые как небо Египта, и лицо, которое сразу же привлекло меня. Я всегда западала на красивую внешность парней, особенно с такими взъерошенными светлыми волосами как у него. Единственная трудность заключалась в том, что он смотрел на меня так, словно я уже разбила проклятые стаканы. Его жесткий взгляд скользнул мимо меня и хмурое выражение лица усилилось.

Хлоя вышла вперед.

— Здравствуй, Энтони.

Я пыталась выяснить, она старалась звучать кокетливо или высокомерно.

— Принеси мне на стол мартини. — Она посмотрела на меня, размышляя и прижимая палец к губам. — И содовую для моей кузины, — и добавила чуть слышно: — Вечером машину домой поведешь ты.

Я почувствовала желание смеяться, но боялась, что Хлоя использует это в качестве еще одной причины упрекнуть меня, поэтому я сдержалась.

— Я не думаю, что ты получишь алкоголь в этом месте, — прошептала я обратно, затем повернулась к официанту, Энтони. Я думала, Хлоя собиралась представить меня.

Она не представила. Вместо этого она гордо прошла мимо него, к столу в дальнем конце, и села с тремя своими друзьями, которых я встретила ранее сегодня, поправляя свои черное мини.

Отлично. Как идиотка, я стояла перед этим парнем, который просто наклонил голову и посмотрел на меня с вопросительным взглядом. Так как он, казалось, быть другом Хлои, может быть, он ждал, что я сама представлюсь? Я предложила ему улыбку.

— Привет. Я Саманта Саммерс.

Парень закатил глаза.

— Просто уйди с моего пути.

Ох…

Мои плечи опустились, когда я сделала быстрый шаг в сторону, и он протолкнулся мимо меня. Я не была слегка смущенна, но сейчас я знала, что мое лицо светилось, как знак остановки.

— Еще одна Саммерс… — проворчал он. — Неужели, с отвращением? — Как раз то, что нужно.

Распрощавшись с последней надеждой приятно провести свой первый вечер в новом городе, я стиснула зубы и поторопилась к Хлое и ее подругам, не глядя по сторонам и избегая любопытных взглядов вокруг. Сев на место, я опустила голову.

— Что. Это. Было? — Высокий голос Хлои был приятным, как дезинфицирующее средство в моих глазах.

— Что ты имеешь в виду? — Огрызнулась я.

— Разве я не говорила тебе всего минуту назад, чтобы ты не разговаривала с теми людьми, с которыми не должна?

— Что? — Наверное, она сошла с ума. Я не собираюсь слушать эту чушь, после той отповеди, что мне только что пришлось вытерпеть. — Ты первая заговорила с ним. Что с тобой?

— Я говорила с ним, потому что мне пришлось. Он помощник официанта. Но мы не дружим с ним или такими как он.

— Боже мой, Хлоя. Ты когда-нибудь прислушиваешься к себе?

Я была готова встать из-за стола и две мили идти домой пешком. Все, чтобы спасти себя от идиотизма моей кузины. Мои пальцы сжали подлокотники, но я заставила себя успокоиться, когда Энтони подошел к нашему столу. По неизвестной причине, я откинулась на сиденье. Может, это был угрожающий взгляд в его глазах, который помешал мне уйти.

Он толкнул бутылку Рэд Булла через стол, к Хлое и каждому из ее друзей, потом поставил стакан газированной воды с ломтиком лимона на ободе передо мной.

— Что это? — Отрезала Хлоя, поднимая бутылку и толкая ее на Энтони. — Я попросила мартини, а не Рэд Булл.

Энтони наклонился вперед, поставив руки на стол, и посмотрел на Хлою.

— Не думаю, что кому-то из вас есть двадцать один, так что это вам подойдет. Бери это или проваливай, Саммерс.

Когда его суровый взгляд сосредоточился на мне, мои щеки всплыли. Черт возьми, он мог прекратить делать это со мной? Я проглотила сухой ком в горле, поморщилась застенчиво.

— Я та, с содовой, помнишь? Я уверена, что не нужно отчитывать за это.

Что-то появилось на его лице, что заставило его выглядеть намного менее пугающим. Мне потребовалась секунда, чтобы понять, что это были ямочки. Он хотел улыбнуться? Ну, он этого не сделал, но его взгляд точно смягчился.

Через мгновение Хлоя потянулась через стол и постучала по моему стакану с удивительной неуклюжестью. Фонтан воды брызнул по всей длине моих камуфляжных штанов.

— Какого черта… — Я вскочила в то же время, как Энтони отпрянул от стола.

— Осторожно, помощник официанта, — плюнула Хлоя. — Ты только посмотри, что ты сделал.

Энтони смерил ее таким взглядом, будто попросил веревку, чтобы задушить ее.

— Ты с ума сошла? Это сделала ты.

Она выгнула бровь идеальной формы и откинулась на спинку стула, сложив руки под своими сиськами. Ее голос был смертельно холодным.

— Я ничего не трогала. Ты должен попробовать оторвать глаза от меня в следующий раз и сконцентрироваться на простой работе, которая у тебя есть.

Ух, ты, это был Фредди Крюгер, столкнувшийся с «Оно» Стивена Кинга. От них исходили волны взаимной враждебности, без сомнений, дело было не в том, что она была королевой своего окружения, а он всего лишь простым помощником официанта. Почему у меня вдруг возникло ощущение, будто я втянута во что-то сугубо личное?

— Тони! Есть проблемы?

Я повернула голову, чтобы найти высокого мужчину за стойкой бара, смотревшего на нас. Он не был одет в черные брюки и белую рубашку, как Энтони, но носил синюю футболку с черным жилетом на ней.

— Нет проблем, Чарли, — ответил Тони сквозь стиснутые зубы. Затем дернул кухонное полотенце из-за пояса и вытер стол. Когда крышка стала сухой, он перекинул ткань через плечо и бросил на меня взгляд, в который опять вернулось раздражение.

— Могу ли я принести вам что-нибудь другое, что вы и ваши друзья могут опрокинуть?

Слова застряли в горле, когда мне захотелось крикнуть ему, чтобы он не впутывал меня в это. Я не выбирала их в друзья, а Хлоя — ладно, она была семьей и я зависела от нее и сейчас мне стала ненавистна эта мысль. Учитывая то, что я останусь в ее доме на достаточно длительный срок, вариантов у меня было не много.

Я покачала головой. Тони ушел, не сказав ни слова.

Тяга на моей руке заставила меня упасть на сиденье снова. Хлоя нахмурилась очень неодобрительным образом, так она собрала несколько прядей ее очень светлой челки с глаз.

— Есть многое, чему ты должна научиться, если хочешь болтаться с нами, маленькая кузина.

Я была только на шесть месяцев младше нее, но я была маленькой двоюродной сестрой в течение длительного времени, из-за моих несчастных пяти футов и двух крошечных дюймов. Это не беспокоило меня. То, что действовало мне на нервы, было странным, озлобленным отношением Хлои, казалось, появившимся с момента последнего раза, когда мы встречались.

Одна из девушек — Брина или Бринна, я не могла вспомнить точно — хихикнула и открыла сумочку под столом. Каждая по очереди взяла что-то изнутри, кроме меня. Когда я увидела, что они взяли из нее, мои глаза расширились.

— Вы принесли алкогольные дозы в это место? Вы с ума сошли?

— Ш-ш! — Хлоя налила крошечную бутылку водки в ее Рэд Булл, а остальные наклонились ближе и закрыли ее с точки зрения бармена. — Это просто, чтобы попасть в нужное настроение. Чуть позже мы собираемся на вечеринку.

Хорошо, что это было. Мои варианты, можно просто взять и убежать, но я не собиралась терпеть такое дерьмо от Хлои или кого-либо еще.

— Меня не волнует, что вы делаете, но мы никуда не идем. Я ухожу отсюда. Дай мне ключи от машины. Я уверена, что Кристина…

— Керстин, — сладкая блондинка, которая сидела возле Хлои, резко меня поправила.

— …Керстин, или кто-то другой, может отвезти тебя домой.

— Я так не думаю, — засмеялась Хлоя, в ее голосе слышалась злоба. — Ты не будешь ездить на моей машине без меня.

— Ты вытащила меня сюда, и ты вылила ледяную воду на мои штаны. В моей жизни точно не было такого времени. И я, определенно, не собираюсь идти в твой дом. Так что, дай мне эти чертовы ключи. — Я сделала паузу и наклонилась к ней. — Или ты хочешь, чтобы я оставила записку на кухонном столе для твоей мамы, чтобы она прочитала ее завтра? — Мой голос был предупреждающим шипением. — Я уверена, что она бы очень хотела услышать как ты пила свои напитки.

— Ты не посмеешь, маленькая негодяйка!

— Проверишь. — Я протянула руку, кидая моей кузене смертельный свирепый взгляд, который я сдерживала в течение всего дня, так что она запустила свою руку в мои окаймленные, черные волосы и сказала, что я была похожа на ходячий куст, когда она и ее родители забрали меня из аэропорта.

С усмешкой, Хлоя выудила ключи из сумочки и бросила их на мою ладонь. По тому как она стиснула зубы, я задалась вопросом, придется ли мне заплатить за это позже.

Ну и ну, сегодняшний вечер — отстой.

Я выпрямила спину и расправила плечи. Подняв высоко голову, я подошла к помощнику официанта, который остановился у молодой пары и беседовал с ними. Из кармана моих штанов, я вытащила пару долларов и бросила их на поднос.

— Сдачи не надо.

Он смерил меня холодным взглядом. Очевидно, мне не нужно говорить больше. Я повернулась на каблуках и зашагала к двери, только тогда смея дышать. Я зарылась руками в волосы, раздражаясь, что они были длинной до подбородка. Я думала, что было бы здорово обрезать их, прежде чем я пришла сюда, но сейчас это засасывало, как и все остальное.

Вау, какое начало моей новой жизни.

В течение минуты или двух, я сидела на капоте автомобиля Хлои, уставившись на мои мокрые бедра. Ржавого цвета штаны превратились в темные оттенки красного и коричневого. Что заставило Хлою это сделать?

Может быть, кто-то должен поговорить с тетей Памелой о своей дочери. Выпивать в общественных местах, вести себя, как высокомерная задница… это была не та Хлоя, которую я знала, когда мы были моложе. С другой стороны, я не была сплетницей. Я никогда не сдам члена семьи, каким бы глупым человек не был. Но Хлоя не должна знать этого.

Мои мысли вернулись к помощнику официанта. Я ничего, кроме половины его имени, не знаю о нем, но то, как он рычал «Другая Саммерс» заставило меня задаться вопросом, что плохого случилось в прошлом между ним и Хлоей. Она травила его в течение длительного времени? Как бы там ни было, я оказалась на линии огня. Их война была не моей заботой. Прямо сейчас я должна сосредоточиться на том, что стояло передо мной. Я должна была пойти в новую школу завтра, и без Хлои, взявшей меня за руку и показавшей мне все вокруг, это было бы неприятно, как и в любое другое время в прошлом, мне бы пришлось начать все сначала.

Ох, я не могла ждать…

Возвращение к тому месту, где я занимала комнату на том же этаже, что и моя глупая кузина не привлекало меня прямо сейчас. С ключами, свисающими с моих пальцев, я начала топтаться по улице, мой взгляд бегал по маленьким витринам, чтобы отвлечь меня. Но магазины, вдоль тротуара были темными, а некоторые из них имели вращающийся гриль перед ними. Я посмотрела через щели, но не смогла понять ничего.

Прекрасно. Весь город был полон решимости закрыться от меня. Долгий вздох вырвался у меня. Сфокусировав внимание на темном небе, я прогулялась, обогнув некоторые углы, и, наконец, потерялась. С моим сказочным чувством направления, я была хороша в этом. Потребовалось полтора часа, и несколько серьезных ругательств в свой адрес, пока я снова не нашла машину Хлои.

Я поспешила к ней с противоположной стороны, от которой начала. Нажатие на кнопку на ключе дало вспышку фар дважды и отперло двери. Голоса справа от меня обратили мое внимание на вход в кафе. Небольшая группа детей стояла снаружи. Помощник официанта был с ними, а также пара, с кем он вел диалог, когда я уходила ранее.

Жуя нижнюю губу, я притормозила и уставилась на них краем глаза, интересно, должна ли я попытаться поговорить с Тони? Так как он, казалось, решил посадить меня в одну лодку с моей кузиной, не зная меня вообще, это был хороший шанс, чтобы расставить все по местам. Ладно, мысль о Хлое, становящейся багровой, когда она узнала, что я разговаривала с кем-то, с кем не должна была, по ее словам, могла бы подтолкнуть меня пойти на это.

Я пересекла улицу.

— Тони?

Он обернулся. Его улыбка исчезла в тот же момент, когда он увидел меня.

Тьфу.

Сузив глаза, он повернул голову и стал изучать меня, когда я приблизилась. Я знаю этот взгляд. Он означает: «Просто проваливай с моего пути». Беспокойство расположилось в моем животе. Возможно, это не было хорошей идеей. Мой следующий шаг был нерешительным. Но было слишком поздно отступать. Все смотрели на меня.

— Я… — Я сжала манжеты своей толстовки, которая достигла середины моих ладоней. — Я просто хотела попросить прощения. Знаешь, за то, что там произошло. С содовой и…

— Для тебя, — он прервал мое бормотание. — Энтони.

Он возвратился к своим друзьям, и они ушли.

Глава 2

— Добро пожаловать в Гровер Бич, Сэм, — пробормотала я про себя и поплелась к машине Хлои. Ударившись головой об руль, я желала, чтобы она никогда не вытащила меня из дома.

Это была просто моя удача, что я не проявила внимательности, когда мы приехали в город, так что понятия не имела, в какую сторону ехать, чтобы добраться до дома моего дяди. Я ездила кругами некоторое времени, но это все еще не привело меня домой. Конечно, к автомобилю Хлои прилагалась навигационная система, так что я, наконец, забила адрес и позволила женскому голосу направить меня к вилле Саммерсов. Я припарковал машину возле двупольной двери гаража. Спустя несколько мгновений, я воспользовалась ключами Хлои и спрятала их под половик. Позже я отправлю ей сообщение, чтобы дать знать, где найти ключи.

Гостевая комната, которую я занимала, была на втором этаже, и двойные окна выходили на большой сад внизу. Прямо сейчас я не видела ничего, кроме своего расстроенного лица, отражающегося в стекле, на которое я смотрела.

Я пнула свои ботинки в угол и упала поперек кровати. Эта комната была в два раза больше, чем моя старая в Каире, и хотя она была полностью меблирована соответствующими предметами, изготовленными из вишневого дерева, она выглядела довольно пустой без личных украшений. Я не привозила много вещей. Только чемоданчик с моей любимой одеждой, которая в основном состояла из мешковатых свитеров и армейских штанов, и, конечно, мои рисовальные принадлежности.

Мой мобильный телефон лежал на прикроватной тумбочке. Я потянулась за ним, желая поговорить с кем-то и получить сожаления по поводу моего несчастного первого выходного дня. В Египте было на десять часов больше, чем в Калифорнии. Сейчас я могла позвонить маме и, вероятно, застать ее во время завтрака. Но тогда, что бы я ей сказала? Что Хлоя мутировала в суку, и что этот парень в кафе смутил меня, как ад?

Нет, моя мать будет только волноваться, а я не хотела беспокоить родителей. Отпустить меня и так было достаточно трудно для них. Если бы я позвонила маме, мне пришлось бы сделать счастливый голос, а я просто не могла заставить себя сделать это прямо сейчас. Так что я только отправила текст Хлое о ключах, а затем положила телефон обратно.

Вместо этого я решила порисовать. Это всегда помогало мне успокоиться. Повсюду на широком столе перед окном были разбросаны бумага, карандаши и уголь. Перед тем как Хлоя вытащила меня, я начала рисовать Люцифера, дикого жеребца, который иногда использовал нашу территорию вокруг дома на окраине Каира, чтобы побродить. Никому никогда не удавалось прикоснуться к нему, но по каким-то причинам, он всегда подходил ко мне ближе, чем к кому-либо другому. Мой отец говорил, что это, вероятно, потому что он чувствовал связь со мной. Неукротимый и упрямый. А может, он просто любил меня за волосы, которые были черными как смоль, как и его мех.

Как бы там ни было, в то время я наслаждалась присутствием животного и делала его наброски сотни раз. Но сейчас черты, мышцы и тени просто не получались как я хотела. Мне было трудно рисовать по памяти. Я скучала по живой модели.

В два часа ночи, когда Хлоя, наконец-то, прокралась в свою комнату и закрыла дверь слишком громко, я сдалась и пошла спать. Закрыв глаза, я ожидала увидеть Люцифера и широкие декорации египетской пустыни. Но то, что я увидела, было мальчишеским лицом с глазами, которые нахмурились, когда он посмотрел на меня. Я застонала и перевернулась, засунув голову под одеяло. Чертовски уверена, что грубый идиот будет последним, о чем я собираюсь думать перед сном.

* * *

Воскресенье было прохладным. Я почти не видела Хлою. Судя по всему, она привыкла отсыпаться после ночных гулянок. Никому не было до этого дела. Тем более мне

Вечером, я упаковала свой портфель и прошлась по списку всех необходимых вещей три раза. Я не хотела пропустить ничего. Но уже в понедельник утром, я поняла, что упустила одну существенную вещь. Поездка. Хлоя уехала без меня. И не оставила никаких направлений, как добраться до школы.

«Ну и дела, это будет отличным началом в средней школе Гровер Бич» Я зажмурилась и разочарованно выдохнула, потом закинула рюкзак на плечи. Всегда есть возможность попросить тетю Памелу отвезти меня, но это значит, что придется объяснить причины, а я действительно хотела избежать этого сегодня.

Вместо этого я пошла по переулку и спросила дорогу у первого человека на улице.

Старая и, очевидно, глухая леди крикнула в ответ:

— Что ты хочешь?

— Средняя школа Гровер-Бич! В каком направлении? — С надеющимся лицом я указала по очереди влево и вправо.

Теперь женщина улыбнулась.

— Ах. Это в двух милях пути, — она завизжала так громко, что мне стало интересно, считает ли она меня такой же глухой, как и она сама. Она ткнула тростью в левую сторону.

Если я хотела быть в школе до звонка на первый урок, мне лучше побежать. Два ярко желтых автобуса проехали мимо меня, когда я бежала по улице. По крайней мере, теперь я знала, как попасть на него завтра.

Потная и тяжело дышащая, я прибыла к зданию через пятнадцать минут. И у меня все еще было достаточно времени, чтобы найти главный офис и получить свое расписание.

Г-жа Шустер, секретарь, уже ждала меня, когда я открыла непрозрачную стеклянную дверь и шагнула в кабинет. Я говорила с ней по телефону на прошлой неделе, давая понять, какие занятия намереваюсь посещать кроме четырех основных предметов, английского, математики, естественных наук и истории США. Я выбрала журналистику, физкультуру, и затем, конечно, искусство.

Г-жа Шустер рассказала мне о специальном классе, который они предлагали, который назывался Анимация и визуальные эффекты. Я была на подобных продвинутых курсах в Каире, и не могла дождаться, чтобы продолжить учебу здесь. С талантом спокойных рук и вниманием к деталям, моей целью было работать на Дисней Пиксар однажды. Или это, или я бы стала сценическим танцором. Я любила двигаться почти так же, как любила рисовать.

Я подписала несколько бланков, потом секретарь вручила мне мое расписание занятий и карту здания школы. С таким множеством коридоров, было бы чудом, если бы я когда-либо нашла путь обратно.

Я искала путь к кабинету естественной науки с пальцем на карте, то и дело, глядя и проверяя, чтобы я была все еще на правильном пути. Один последний поворот налево и… та да! Подняв подбородок, я смотрела на закрытую дверь с образом хоккеиста на ней. Звук смыва в туалетах и работающих кранов разносился оттуда. Это был, вероятно, не кабинет естественных наук.

Полностью потерялась. Замечательно. Я снова проверила карту. Где, черт возьми, я неправильно повернула?

Дверь внезапно распахнулась, и, с большой бумагой, растянутой обеими руками, я уставилась на лицо Помощника официанта. Прежде, чем я узнала почему, мое сердце подпрыгнуло к горлу.

Тони остановился, прежде чем врезался бы в меня. Он сделал усилие, чтобы смотреть на меня, как будто мой маленький рост раздражал его больше всего. Ой, да ладно, это не было действительно так плохо. Помимо всего прочего, мой рост был просто милым. Он мог бы, вероятно, опереться подбородком на мою макушку, если бы обнял меня.

Подождите. Я же не думала, обниматься? Определенно, не с этой задницей, ни за что.

— Ты собираешься в эту школу? — Спросил он, и его тон, конечно, означал, что это самое худшее, что могло случиться с ним.

— Умм… да. — Черт возьми, я ненавидела свою недавнюю привычку заикаться. Это не было моим разговором. Ну, не нормальной меня, во всяком случае. Я откашлялась и выпрямила спину, которая дала мне последний дюйм, необходимый, чтобы я снова обрела уверенность в себе. — Первый день.

Взгляд Тони упал на карту в моих руках, потом опять поднялся к моему лицу. Выражение его лица изменилось на одно из веселых, когда он изогнул бровь.

— Я так понимаю, твой первый урок в мужском туалете? — Он не дал мне времени на возражения, а осторожно толкнул меня в сторону задней частью руки и ушел.

Я показала язык ему вслед. Потом ударилась затылком об стену и сразу же пожалела об этом, когда боль вибрацией отдалась в мой череп. Хорошо, начнем заново. Я нашла расположение мужского туалета на карте, затем разработала путь оттуда к классу естественной науки. На этот раз я нашла дорогу и с облегчением упала на место в задней части класса.

Толпа студентов появилась со звуками звонка. Один очень высокий парень в черном свитере и капюшоне, надетым на голову, направился ко мне и затем остановился, кидая на меня странный взгляд. Тонкий кабель от наушников iPod бежал по его шеи и нескольким прядям рыжих волос, выглядывающих из-под его капюшона.

— Подвинься, — проворчал он. — Это мое место.

— И тебе тоже доброе утро — пробормотала я, но я не думаю, что он мог услышать меня с наушниками в ушах. Я подвинулась к сиденью рядом с ним, двигая мои книги вместе со мной. Ну, он не послал меня, так что придется сидеть рядом с недружелюбным гигантом, но, по крайней мере, у меня есть, где сидеть.

Учительница зашла за последними ребятами. Ее волосы были выкрашены ярким белым и забавные зеленые очки сидели на ее дерзком носу. Она оглядела комнату, пока ее взгляд не упал на меня. Улыбаясь, она указала рукой, что я должна выйти вперед.

Я знала, что это должно было случиться, но, тем не менее, дрожь прошла по спине при мысли о формальном представлении. По крайней мере, я должна была только семь раз сделать это сегодня, а затем ужас будет окончен.

Миссис Халлшоу, так ее звали, заставила меня встать перед классом и сказать им, откуда я приехала и чем мне понравится заниматься.

Я сунула руки в карманы.

— Меня зовут Саманта Саммерс, но, пожалуйста, зовите меня Сэм. Мой отец генерал армии США, но он выбрал работу за границей, вот почему я была уже в девяти различных школах. — Опираясь на пятки, я прислонилась к доске. — В девяти различных странах.

Некоторые лица в толпе приняли заинтригованное выражение. Один из парней сзади даже присвистнул сквозь зубы.

— Потрясающе, — сказала девочка, ее глаза за очками расширились. Если бы она знала плохую сторону, которая в основном означала отсутствие социальной жизни у дочери генерала, она, вероятно, не сказала бы этого.

— Попробуйте запомнить девять различных карт города, девять карт средних школ и обучение на четырех разных языках, только, чтобы иметь возможность заказать именно этот вид спагетти в ресторане, — сказала я с улыбкой. — Это не так весело на самом деле. И именно тогда, когда вы выяснили, где купить модную одежду в этом новом городе, ваши родители говорят вам, извини, но ты снова должна переехать.

Девушка в очках поморщилась.

— Ой. Это отстой.

— Ты говоришь на четырех языках? — Спросила учительница, и я повернулась, чтобы посмотреть на ее пораженное лицо.

— Да, мэм. Я говорю на английском, португальском, финском, и немного по-арабски.

На самом деле, мой арабский ограничивался основными фразами приветствия и вопросами о цене. Но этого было достаточно, для меня на восемь месяцев в Каире. Мне повезло. Большинство людей говорило по-английски там, и даже школа, в которую я ходила, была одной из частных для американских детей.

— Можешь сказать что-нибудь по-фински? — Спросила еще одна девушка с косичками. Она выглядела немного знакомой. Я подумала, вдруг я видела ее где-то в кафе в субботу вечером.

— Rakastan piirtämistä ja tanssimista, — я вытащила с поверхности моего мозга.

Некоторые дети смеялись над четким иностранным звучанием, но все они, казались супер-впечатленными.

— Что ты сказала? — Потребовала Эффектная Девушка и перекинула свои волнистые каштановые волосы через плечо.

— Она любит рисовать и танцевать. — Ответ пришел от высокого парня с капюшоном и айподом. Его губы были прижаты друг к другу, но он улыбнулся.

Он полностью заставил меня глазеть на него с открытым ртом.

После миссис Халлшоу отпустила меня, и я вернулась на свое место, высокий парень повернулся ко мне и одернул капюшон. Больше не одетый как бандит, он на самом деле выглядел симпатичным.

Он протянул руку.

— Привет. Я Никлас Фредриксон. Ты можешь звать меня Ник.

— Привет, Ник. — Я хотела сказать что-то клевое, но только смотрела на него секунду, потом спросила: — Ты из Финляндии?

— Швеция, на самом деле. Но я жил в Финляндии в течение нескольких лет, прежде чем мы переехали в Калифорнию.

— Круто. — И я действительно имела это в виду. — Как долго ты здесь живешь?

— Шесть лет. Так что… ты любишь танцевать? Чем ты занимаешься?

— Всем понемногу. Балет, хип-хоп, фанк, уличные танцы. — Я усмехнулась, зная, что это звучало, словно я не могу связать моё дерьмо вместе и придерживаться одного стиля. — Я энергична.

Он смотрел на меня, прищурившись, словно раздумывая о чем-то.

— Звучит хорошо. Ты должна поговорить с Алиссой Сильверман. Она мой друг и капитан черлидеров. Я знаю, что она ищет новых участников в команду.

— Ничего себе. — Черлидер. Я смеялась. — Я знаю, что только что сказала это с энтузиазмом, но не думаю, что я тот тип девушек. — Главным образом, потому что я была невысокой и не имела прически для этого; длинная, блондинистая и совершенная. Теперь мне было интересно, была ли Хлоя с черлидерами.

Миссис Халшоу откашлялась, и мы с Ником замолчали на следующие пятнадцать минут. Но когда мы должны были делать эксперимент в парах на какой-то мертвой рыбе, он передал мне маленький кусочек бумаги с номером, нацарапанном на нем.

— Это номер Алли. Если ты хочешь вступить в команду, позвони ей.

— Ладно… спасибо. — Я засунула записку в карман. — Я удивлена, что здесь вообще есть группы поддержки. И Гровер-Бич даже имеет футбольную команду?

— Мы не знаем. Но мы играем в футбол в этой школе.

Я наблюдала одну половину футбольного матча в Финляндии. Не мой вид спорта, на самом деле.

— Ты играешь?

— Да. Я Темная Акула Гровер Бич. Он подарил мне улыбку, показывая, что один из его передних зубов был сколот. Может быть, футбольный несчастный случай. Я старалась не смотреть на него, но это было трудно, когда он не переставал улыбаться.

— Так, гм, на какой позиции ты играешь? Квотербек? Питчер?

Ник наклонил голову, как будто пытался выяснить, на каком языке я в настоящее время говорила.

— Квотербек для американского футбола. И мы уверены, как ад не имеют питчера. Я вратарь.

— О. — Таким образом, он, вероятно, остановил мяч лицом однажды, поэтому, сколот зуб. Я сопротивлялась желанию задать вопрос об этом и вместо этого толкнула тарелку с рыбой к нему, чтобы позволить ему сделать рассечение. — Я не могу трогать мертвых животных. Меня знобит. — Даже сейчас от дрожи мои волосы встали дыбом.

Ник не имел проблем с мертвой рыбой. Он нарезал нее, как будто это была теплая булочка.

После естествознания я прокладывала свой путь через переполненный коридор к американской Истории, а затем далее на английский язык, где обосновалась рядом с девочкой из научного класса с волнистыми каштановыми волосами в очках. Ее звали Сьюзен Миллер, и она оказалась действительно забавной. Мы должны были написать стихотворение о любых фруктах, которые любили, она назвала его «Ода Моему Банану». Я только что глотнула своей кока-колы, в то время как она начала читать стихотворение вслух, и когда все взорвались смехом, я фыркнула кока-колу через нос. Да, я могла быть очень располагающей, когда хотела.

У Сьюзен также была Математика со мной, и так как она услышала мое официальное представление четыре раза сегодня, она взяла его в руки, чтобы познакомить меня с двумя своими друзьями до пятого раза. Симон Сэмпкен, которая была похожа на норвежскую модель в супер обтягивающей одежде и с прекрасными светлыми завитками и Лизой Мэтьюз. Обе девушки казались очень хорошими, даже при том, что Лиза много не говорила. Она, казалось, изучала меня в течение действительно долгого времени. Неловко. Тот факт, что она была одной из той пары, с кем Тони разговаривал в кафе в субботу добавляло, неудобства вдвойне.

— Ты кузина Хлои Саммерс, не так ли? — Наконец сказала она, связывая свои длинные каштановые волосы в высокий хвост.

— Ум, да. Это проблема? — После случая с помощником официанта, я не была уверена.

— Серьезно? Хлозетта — твоя кузина? — Выпалила Сьюзен и толкнула свои очки с металлической оправой дальше на нос. — Я бы никогда не догадалась об этом. Ты как … с небес на землю.

Все засмеялись. Я громче всех. Больше всего, потому что она назвала мою кузину Хлозетта, и я понятия не имела почему.

— Да, она немного… эксцентрична. Я живу с ней и ее семьей, пока мои родители не вернутся в Штаты через четыре месяца. Я не помню ее таким снобом, когда мы были моложе.

— Она как клон Барби, — сказала Симона, затем указала пальцем на Лизу. — Ее слова, не мои. Но у нее есть репутация в этой школе, и не очень хорошая, если ты понимаешь, что я имею в виду.

О, я полностью поняла. Мне нужно только пять минут с Хлоей, чтобы понять это.

После журналистики, эти три девушки вытащил меня с собой в кафетерий. Было хорошо иметь кого-то, с кем я могла сидеть во время обеденного перерыва. Обычно, мне требовалось несколько дней, чтобы подружиться в новых школах. Сегодня было по-другому. Я действительно наслаждалась компанией девочек. И в кафетерии, я также снова увидел Ника. Он сидел за длинным столом с несколькими другими спортивными парнями.

Его рыжие волосы выделялся из всех. Я помахала ему, когда мы прошли мимо них, и он улыбнулся.

— Ты знаешь, Фредриксона? — Прошептала Лиза мне в ухо, когда мы стояли в очереди, чтобы получить обед.

— Да. Финский язык помог сделать первый шаг. — Я улыбнулась ей через плечо, затем заказала тонкий кусок пиццы, стакан воды и вишневый леденец.

Симона схватила половину пиццы, а Сьюзен и Лиза каждая получили свои гамбургеры с картошкой фри. Я последовала за ними по комнате, интересно, где мы сядем. Мой рот открылся, когда мы приблизились к столу с первоклассными парнями, но я быстро закрыла его.

— Эй, Финская Девушка, — сказал Ник и вытащил стул рядом с ним правой ногой для меня. — Как там проходит твой первый день?

Я поставила свой поднос вниз и опустилась в розовое виниловое кресло.

— Лучше, чем ожидалось. — Я улыбнулась, потом откусила уголок своей пиццы.

Он перевёл взгляд со своего загруженного подноса на мой леденец.

— Это все, что ты собираешься съесть?

— Она маленькая. Ей не нужно также много, как тебе, Фредериксон, — сказал кто-то за моей спиной. Слой льда в этом голосе заставил мои плечи сгорбиться, а пицца застряла в горле. Мне не нужно было оборачиваться, чтобы узнать, кто это был.

Тони обошел стол и упал на сиденье между Лизой и Симоной, потом он наклонился к Лизе со своими холодными глазами на мне.

— А почему она сидит с нами? — Мгновение спустя, он поморщился. — Ой!

Лиза улыбнулась ему.

— Это было за то, что ты идиот.

Он сверкнул на неё зубами в подобии улыбки. В то же время, высокий, черноволосый мальчик, которого я видела с Лизой в кафе, подошёл к ней сзади. Он игриво дернул ее за хвост, наклонился и поцеловал в шею.

— Почему ты толкаешь моего лучшего игрока, Меттьюз?

Игрока? Они все играют в футбол, как Ник?

Лиза кратко закрыла глаза и улыбнулась, очевидно, наслаждаясь ласками. Чертовски горячими, кто бы не стал? Парень был сексуальным, как ад.

— Потому что он заслужил это, — она ответила, когда он перекинул ногу через спинку сиденья на ее другую сторону и сел.

— Эй, в чем проблема, Тони? — Ник усмехнулся с полным ртом картофеля фри, и запустил несколько в его лицо.

Тони встретился со мной взглядом через стол. Мне показалось, что он бы предпочел сидеть в другом углу комнаты прямо сейчас. Только, почему он ненавидит меня? Это не было похоже на то, что я имела прокаженную татуировку на лбу или ещё что-то.

Со вздохом я положила свою пиццу вниз, потеряв аппетит. Я вытерла пальцы о белую бумажную салфетку, откинулась назад и сказала:

— Проблема в том, что я кузина Хлои Саммерс. — Что бы это ни значило для Тони.

Все за столом уставились на меня на несколько секунд. Даже Ник посмотрел на меня искоса.

— Ох. Так ли это?

Я кивнула.

— Ты не похожа на неё.

Теперь я смеялась, радуясь, что не только что глотнула своего напитка. Разлить воду через нос перед всеми было последней вещью, которую я хотела.

— Да, мы сделаны не из одной спермы, знаешь ли, — сказала я Нику, закатывая глаза и толкая его в плечо.

— Но Сэм собирается жить с семьёй Хлои, — заявила Симона с сочувствующим взглядом, когда она подала виноград парню с белокурым ирокезом рядом с ней. — В этом же доме в течение четырёх месяцев.

— Ох, это плохо, — сказал парень, который целовал шею Лизы, не отрываясь от вытаскивания огурцов из своего чизбургера. — Эй, Алекс, передай кетчуп.

Парень Симоны послал бутылку катиться через стол к нашему концу, но другой крепкий парень перехватил ее и начал беспорядочно заливать свои спагетти.

— Фу, Саша, оставил бы немного в бутылке? — Лиза вырвала кетчуп из его рук и передала своему парню, который выдавил остатки соуса в свой гамбургер.

Мгновение спустя, Ник заставил меня подпрыгнуть на месте, когда закричал:

— Эй, Аль, притащи свою сексуальную задницу сюда на секунду!

Я перехватила его взгляд через комнату на худую, высокую девушку с волосами, такими чёрными, как мои, только они достигали пояса ее пары клеш, а не только подбородка.

Она поставила свой поднос на стол, окруженный только девушками, затем направилась к нам.

— Привет, ребята, как дела?

— Вы все ещё ищите участников в вашу команду, — спросил Ник.

Тьфу. Чирлидер. Я стиснула свои коренные зубы, желая, чтобы он не делал этого прямо сейчас. Один взгляд на меня, и девушка решит, что чирлидеры и я не совместимы.

— Да. Мы, наконец, убедили Лизу присоединиться к нам, но нам все ещё не хватает двоих. Знаешь кого-то?

Это было настолько забавно, как внезапно оба парня слева и справа от Лизы посмотрели на нее с упавшими подбородками. Высокий с темными волосами изрек с мелькнувшей полуулыбкой:

— Ты сделала это?

— Я только сказала, что пройду обучение, — быстро проговорила Лиза. Потом она цинично улыбнулась через плечо. — Спасибо, Алли.

— О, так ты собираешься поболеть за меня, детка, — ее парень укусил ещё за ухо.

Лиза оттолкнула его как забавного щенка и засмеялась.

— Иди, ешь свой гамбургер, Хантер.

Ник положил руку на спинку моего стула.

— Аль, это Сэм Саммерс. Она только что переехала в Штаты, и я слышал, что она хорошо танцует.

Алисса Сильверман улыбнулась, наклонилась над столом, и протянула мне руку. Ее длинные волосы практически падали в еду Тони. Он отвёл их назад за её плечо и бросил Нику убийственный взгляд, который Ник не заметил, потому что он смотрел на меня. Да, Тони мог заставить Вас чувствовать себя полностью желанными, независимо от того, что Вы сделали.

— Приятно познакомиться, Сэм, — сказала Аль, когда мы пожали друг другу руки. — Какой вид танцев?

— Хм, на самом деле, смешанный. Всего понемногу.

— Звучит здорово. Если ты заинтересовалась, мы могли бы посмотреть, что ты умеешь. У меня физкультура следующим уроком. Есть ли шанс, что ты будешь там?

Я быстро вспомнила график, полученный от миссис Шустер сегодня утром, и кивнула.

— Чудесно. Увидимся позже, ребята. — Она махнула и поспешила обратно к своим друзьям.

О, ничего себе. Это было новым. Я полностью ожидала, что она унизит меня перед всеми несколькими комментария о моей непослушной внешности. Но она оказалась клёвой.

— Это потрясающе, — хихикнула Сьюзен и захлопала в ладоши. — Лиза и Сэм обе будут болеть за нас.

— Я не вижу ничего крутого в этом, — пробормотал Тони, и я знала, что он имеет в виду меня.

Я решила игнорировать его и вместо этого подняла брови на Сьюзен.

— Для нас? Только не говори мне, что ты играешь в футбол?

— Смешанная команда, — пояснила Лиза. — Твоя кузина тоже в команде. Ты не знала?

— Я не много с ней разговаривала с тех пор, как вернулась. Поэтому нет, я не знала. И это полное сумасшествие. Моя двоюродная сестра играет в футбол. — Я покачала головой. — Мы, правда, говорим о Простите-я-не-могу-печатать-на-клавиатуре-потому-что-могу-сломать-ноготь Хлое?

Боже мой, что это было? Разве мистер Холодный и Разъяренный позволяет проскользнуть улыбке на губах? Ну, когда он это сделал, он быстро прикусил их.

— Да, — сказал Хантер. — И она, также, действительно хороша.

Теперь Лиза опустила подбородок, но бросила на него раздраженный взгляд. Я решила, что она была несчастлива из-за этого факта. Может быть, я могла бы спросить ее об этом позже. И ещё немного больше о Тони.

В то время как все ели свою еду, я проигнорировала свою пиццу, развернула леденец и сунула его в рот. Вишневый вкус растекся по моему языку, когда я сосала его с трудом. Вкусно. Я вздохнула.

Когда Сьюзан выгнула брови надо мной за свои очки, я вытащила леденец и направила его на нее.

— Это самая лучшая вещь в мире. Я не ела её восемь месяцев. — Я засунула его обратно в рот, перекатывая со щеки на мой язык. — Ммм, так хорошо. Я могла бы прожить на них всю оставшуюся часть моей жизни.

— Она, как ты с твоими сырными крекерами, — сказала Лиза и локтем игриво ткнула Тони в бок. — Только, она не ставит майонез с этим хлопком.

Майонез с хлопком? О чем она говорит?

Тони кинул Лизе взгляд столь же холодный, как и мне, когда присоединился к нам.

— Она не нравится мне. Больше всего, потому что мелкая. И также, потому что она не должна быть в команде черлидеров.

Его стул царапнул линолеум, когда он встал и понес свой поднос. Спустя несколько мгновений, двойные двери, качаясь, закрылись за ним.

Глава 3

— Я не понимаю. Почему он ненавидит меня? — Я плюхнулась на низкую скамейку в раздевалке и скинула ботинки.

— Не обращай внимания на Тони, — сказала Лиза со страдальческим выражением лица, когда начала расстёгивать джинсы и снимать серый свитер с Микки Маусом через голову. — У него сейчас просто небольшая аллергия на фамилию Саммерс.

— Да, я поняла это. Так в чем же дело? Что Хлоя сделал с ним?

Рот Лизы изогнулся в одну сторону.

— Проще говоря, она ему нравилась, поэтому он переспал с ней прошлым летом, и она бросила его в ту же ночь.

— Святое дерьмо! — Он был с моей кузиной? Мои глаза были, вероятно, больше, чем блюдца прямо сейчас. Неужели Тони был влюблен в Хлою? В это было сложно поверить после того, что я видела, как он с ней разговаривал. Он был холодным, как лед, без какой-либо любви — такой же, каким он был со мной.

Как в тумане, я увидела, что Лиза наклонила голову.

— Ты в порядке? — спросила она.

— Конечно. — Я откашлялась. — Я просто не думала, что Хлоя превратилась в такую суку. Теперь я понимаю, почему он не хотел даже слышать нашу фамилию.

— Да, но это не вся история, — сказала Симона и положила руку на плечо Лизы. Девушки переглянулись и Симона начала улыбаться. — Правда?

Лиза вздохнула, и тогда Сьюзан взяла это на себя. Она действительно любила поговорить.

— Дело в том, что Лиза всегда была влюблена в Тони. Но он не замечал. Или, может быть, замечал, а ему просто не хватало смелости, чтобы сказать, что он тоже любит ее.

Таким образом, он был влюблен и в Хлою и в Лизу? Мысль об этом заставила мою грудь забавно сжаться. Ну, нет, это было не смешно. Как ни странно это раздражало. Я не хотела быть единственным человеком в мире, которого он ненавидел.

— Но в один прекрасный день, — продолжила Сьюзан, не обращая внимание на мое внезапное беспокойство, — пришел Райан Хантер и украл Лизу у Тони.

Лиза рассмеялась.

— Он не крал меня. — Она посмотрела в свою сторону. — Не должен был. Я ушла по своей воле.

— Да, правильно, после того, как двое парней боролись за нее. В ее спальне. — Симона сделала благоговейное лицо.

Тони боролся за Лизу? Она была хорошенькой, чтобы ребята выстраивались в очередь за ней, и обладала естественной красотой. Внезапно, я поняла, что немного завидую ей. Если бы я не подстригла свои волосы, то была бы немного похожа на неё, Тони мог бы найти меня привлекательной и не быть таким ослом со мной. Парни не ведут себя как подонки с девушками, которые им нравятся. Не так ли?

Но почему в этом мире именно я должна беспокоиться? Он просто один глупый мальчик, действующий мне на нервы. Я могла игнорировать его. Это не должно быть так сложно.

Я скользнула в свои кроссовки и завязала шнурки, глядя на Лизу.

— Райан Хантер — это парень с обеда, не так ли? Таким образом, он получил тебя и обозленного Тони?

— Нет, он не злой. — Лиза проскользнула в белую футболку и я тоже. Когда ее голова появилась из воротника, она сказала: — Тони спокоен с тем, как обстоят дела. Мы по-прежнему лучшие друзья.

— Только, больше у него не получится спать в твоей кровати. — Хихикнула Симона, и Лиза хлопнула ее по плечу.

Симон со Сьюзен ускакали вперёд. Лиза и я последовали за ними, и я спросила с непривычной резкостью в моём голосе:

— Тони спал в твоей спальне?

— Да. В течение многих лет. Мы все делали вместе. Это было нормально для нас.

— Ты целовалась с ним? — Я прикусила язык. Черт возьми, я не хотела спрашивать об этом, и я не была даже заинтересована в ответе, так почему, черт побери, он вырвался?

— Нет, не совсем. Он поцеловал меня. Прошлым летом. Но только один раз, уже после того, как я влюбилась в Райана. Почему ты спрашиваешь? — Она сделала паузу и блеснула улыбкой Пепперминт Пэтти. — Ты интересуешься Тони?

— Боже, нет! — И это было так. Я зашагала чуть быстрее в спортзал и поспешила к Симон и Сьюзен, которые болтали с Алли возле колец.

Все трое улыбнулись мне, когда я подошла к ним. Мне стало не по себе.

— Что такое? — Да, они были решительны.

— Симона только что отметила твой идеальный рост, — сказала Сьюзан.

— Мой идеальный рост? — Мой голос звучал сухо. Никто никогда так не говорил. И этим девушки сделали мне очень неприятно. — Идеальный для чего?

Алли вышла вперед и положила руку мне на плечо.

— Ты знаешь, как черлидеры делают те хореографические трюки, где они бросают девушку в воздух и затем ловят её?

— Не-а. Ни в коем случае! — Я отбежала от нее. — Вы же не собираетесь бросить меня в воздухе, как прыгающий мяч. Вы можете бросить Симон. Она больше похожа на ту, кому это понравится.

— Симона хороший танцор, но она трусиха, — сказала Алли и тут же получила толчок в плечо.

— Я не трусиха, — выпалила Симона. — Я просто не доверяю вам, ребята.

— О, отлично. Но я должна? — Они, должно быть, разыгрывали меня. — А почему ты не доверяешь им? Разве вы не делаете этого все время?

Алли потерла шею, морща нос.

— Что именно Ник рассказал тебе о нашей команде группы поддержки?

— Он ничего не сказал. Только то, что вы болеете за мужской футбол. И женский. — Я быстро исправилась после взгляда на Сьюзен, которая на этот раз не надела свои очки. — А что? Что-то не так с вашей командой?

— Нет. Мы клевые. Просто мы не профессионалы и все.

— Что ты имеешь в виду?

— Мы, вроде думали, что это весело, болеть за наших парней, — вмешалась Симона. — В футболе, обычно нет черлидеров, но ребятам нравилось, когда мы приезжали на их игры и исполняли какие-нибудь любительские танцы во время перерывов. Так мы начали смотреть некоторые действительно крутые фильмы о черлидерах и пытались копировать их движения. — Она вскочила и выбросила левую ногу в воздух, размахивая руками, будто держала помпоны.

— Ты хочешь, чтобы я сделала тоже самое? — Сказала Лиза и бросила Симоне насмешливый оскал.

— Да, подними свою ногу, Мэтьюз. Я уверена, что Хантер хочет узнать, что ты носишь под юбкой.

— Хантер узнает после тренировки.

Все смеялись над этим. Только я сделала вопросительное лицо.

— Гм, есть более глубокий смысл, почему ты зовешь своего парня по фамилии все время?

Лиза пожала плечами.

— Он это начал.

— Да, он никогда не зовет ее Лизой, — сказала мне Сьюзен.

— Никогда?

— Нет. Когда он не называет ее Мэтьюз, он зовет ее… детка. — На последнем слове она понизила голос так, что он звучал действительно глубоко и ворчливо. Слишком смешно. Я хлопнула себя по бедрам, когда засмеялась вслух.

После, Алли сказала, что они болели за своих парней, и мне стало любопытно.

— А ты с кем? — Я спросила у нее.

— Она ни с кем, — сказала Симона и улыбнулась. — Все еще. Но она усердно работает над Сашей Торресом. Ты видела его за нашим столом во время обеда.

Я подняла брови на Алли.

— Тот, что с короткими каштановыми волосами? В самом деле? — О, мой Бог. Знала ли она, как он ел свои спагетти? Я догадывалась, что нет, иначе, она могла бы передумать. Или, может быть, нет. Он был горячим, как и большинство из них.

Алли мило покраснела. Чёрт возьми, она работала на него.

— Ты тоже ему нравишься?

Она пожал одним плечом, но улыбка прокралась на ее хорошенькое личико.

— Я надеюсь на это. — Затем она откашлялась. — Во всяком случае, мы должны увидеть, на что вы способны, прежде чем мисс Трент дунет в свой свисток.

Я посмотрела в том же направлении, что и она, и увидела женщину средних лет в спортивной одежде, идущей в спортзал прямиком к оборудованному кабинету. Она держала небольшой серебряный свисток в зубах, но не свистела.

— Хорошо, — сказала я. — Что вы хотите увидеть?

— Ты можешь сделать сальто назад? Это было бы так здорово, — сказала Сьюзен.

Я не могла сделать это в прыжке, но от моих балетных уроков я приобрела действительно немного гибкости, поэтому я наклонилась назад, пока не коснулась линолеума позади моих пяток, затем перенесла свой вес на руки и подняла ноги одну за другой колесом, чтобы снова стать вертикально.

Они открыли рты. Я усмехнулась. Они, конечно, не ожидали этого, и я знала, каким впечатляющим было это движение.

Сьюзан поправила свои волосы, ее глаза были реально большими.

— Черт, это было поразительно.

Алли кивнула.

— Я считаю, что если ты имеешь хотя бы намёк на чувство ритма, то ты с нами.

— Круто. — Я не знала, должна ли быть счастлива сейчас или найти туалет и помыться. С другой стороны, любой танец был лучше, чем отсутствие танцев, так что я попыталась улыбнуться.

— Завтра днём мы будем учить некоторые движения, — сказал мне, Алли. — Приходи на футбольное поле после школы, ты сможешь познакомиться с остальной частью нашей команды и решить, хочешь ли ты присоединиться к нам.

— Ладно. Пока я не имею игрока, чтобы назначать свидания, я приду.

Сьюзен рассмеялась и оплела руки вокруг меня.

— Я могу быть твоим свиданием. — Изобразила она глубоко урчащий голос и потащила меня к остальной части студентов, которые уже начали делать некоторые разминочные упражнения.

Мисс Трент разрешила выбрать игру для сегодняшнего спортивного урока, и мы все проголосовали за волейбол, это единственная игры с мячом, в которой я была действительно хороша.

После физкультуры я собрала свои вещи и поторопилась назад к главному зданию, чтобы найти класс, где у меня, должен был быть последний урок, Мультипликация & Визуальные Эффекты. Я с нетерпением ждала этого времени весь день.

Я проскользнула в дверь со звуками звонка и села на свободное место ближе к учителю, женщине около тридцати, одетой в милое цветочное платье и босоножки на каблуках, которые стучали по полу, когда она шла ко мне.

— Ты, должно быть, Саманта Саммерс. Добро пожаловать на АВЭ, — сказала она, понизив голос, и мы пожали друг другу руки. — Я Кэролайн Джексон. Миссис Шустер сказала тебе, что принести на этот урок?

Я кивнула и открыла свою папку с эскизами, которые нарисовала в течение прошлой недели.

— У меня есть угольный портрет пожилой женщины и движущийся противник. Меня немного беспокоил, этот ребенок в движении, потому что у нас нет никаких детей в семье, а я предпочитаю рисовать с живых моделей. Но я нашла кое-что на Ютубе и работа с этим.

— Ты изобретательная. Это хорошо. — Мисс Джексон улыбнулась. Она изучала каждый из моих рисунков в течение нескольких секунд. — Твои картины вполне профессиональные. Я не была уверена, чего ожидать, когда услышала, что присоединится новый студент, но теперь я вижу, что у тебя определенно есть талант и ты подходишь этому классу. — Она бросила мне одобрительный взгляд. — В начале каждого урока, я хочу обсуждать проекты двух или трех студентов с остальными. Я хотела бы начать с твоего сегодня, если ты согласна.

— Конечно, — сказала я, но непосредственная напряженность завязала мой живот узлом. Я знала, на что способна. Я просто не знала насколько хороши были другие и вписываюсь ли я со своим талантом. Но затем, Мисс Джексон, казалось, получает удовольствие от моих эскизов, поэтому я глубоко вдохнула и заставила себя успокоиться, пока она прикрепляла их на доске.

Класс начал анализировать моего ребенка в движении сначала, и, на самом деле, не очень критиковали его. Им понравился Портрет старой дамы даже больше, и они указали, что я сделала фантастическую работу с морщинами и глубокими линиями вокруг глаз. Это было, когда я, наконец, расслабилась на своем стуле. Я прошла их критический анализ. Вот так.

Наконец, мисс Джексон перешла к моему последнему произведению искусства, Движущемуся противнику. Это был трехслойный эскиз капитана космического корабля, который размахивал вокруг своим световым мечом в руках и перекидывал свой темно-фиолетовый плащ через плечо. На мой взгляд, это было прекрасно. Я работала в течение десяти часов над данным движением. Все, казались впечатленными, и легкая улыбка прокралась на мое лицо.

До тех пор, пока низкое бормотание из задней части класса не вытащило меня из моей эйфории.

— Бог. Что за детское лицо.

Последовал сдерживаемый смех нескольких парней. Волосы у меня на руках встали дыбом. Я не хотела разворачиваться, но чувствовала, что моя верхняя часть тела медленно крутится на месте, пока мой взгляд не упал на холодных глазах Энтони, сидящего в последнем ряду комнаты.

— Мистер Митчелл, есть ли что-нибудь уместное, что вы хотите добавить к этой работе? — Громко сказала мисс Джексон.

Он постучал по губам указательным пальцем, раздумывая пару секунд, затем сказал:

— На самом деле, да. — Он бросил мне быстрый взгляд, продемонстрировав свой восторг на полученный шанс разорвать меня на куски посредством моей работы.

Я обернула руки вокруг себя.

— Хотя телодвижения противника правильны до хладнокровия, первоклассное тело может работать с плохим изображением парня, художник полностью испортил выражение лица. Она явно одержима ямочками на щеках, которые мы уже наблюдали, на первых двух рисунках, и нежно-голубые глаза этого антигероя можно было набросать злее, более свирепым образом. Противник Саманты Саммерс может испугать дерьмо из Винни-Пуха, но вот именно это и пугает.

Весь класс расхохотался. Мне хотелось плакать. Мое лицо горело, как будто я провела на солнце десять часов.

Мисс Джексон сняла мои эскизы с доски, и протянул их мне.

— Спасибо вам большое за ваш анализ, мистер Митчелл, — сказала она саркастическим тоном. — Почему бы нам дальше не посмотреть на вашу работу?

— Конечно. — Ухмыльнулся Тони и подмигнул мне, когда побрел вперед. Это не было хорошим жестом, а чрезвычайно холодным и подлым. Он знал, что мне больно. И этот осел наслаждался этим.

Почему?

Он не мог действительно быть таким жестоким только потому, что Хлоя опрокинула стакан в субботу ночью. Он должен был знать, что я не была впечатлена выходками Хлои и что я, конечно же, не хотела навлечь на него неприятности с кем-либо. Почему он был настолько слепым? И упрямым? Черт возьми!

Тони прикрепил свои рисунки на доске большими, круглыми магнитами.

Мои мысли были выбиты из калии, и у меня отвисла челюсть, когда я посмотрела на них. Он не запечатлел ребёнка с боку как я, но маленький человечек как будто полз к зрителю, что хотелось протянуть руку и взять его. Его соперником был безжалостный рыцарь на чёрном коне. Рыцарь пришпоривал коня с ненасытным выражением.

Но был третий чертеж, от которого у меня действительно перехватило дыхание. Я не знаю, кто эта женщина, но она могла бы быть прекрасной бабушкой кому угодно. На ее лице отображались шрамы долгой, трудной, но счастливой жизни, и даже если ее губы были тонкими и прямыми, вся ее жизнь, ее счастье, ее трудности — это все просвечивалось в ее глазах.

Это было прекрасно.

Я хранила молчание, в то время как некоторые прокомментировали точные темно-серые штрихи и точное использование света и тени. Никто не растоптал уверенность Тони, как он это сделал с моей. Я опустила лицо, чтобы он не заметил мой трепет, когда он захватил свои картины и вернулся на свое место.

Оставшуюся часть урока я сосредоточилась, на том что нам говорила мисс Джексон, поэтому я не испытывала желания размышлять о последнем жестоком поступке Тони против меня. Но, откровенно говоря, мое сердце кровоточило. Если бы любой другой человек сказал дерьмо, вроде этого, о моем рисунке, то я не думала бы дважды об этом. Но увидев, большой талант этого парня, это что-то значило. Возможно, он был прав. Возможно, я испортила проект с антигероем. Придётся прилагать ещё больше усилий для проектов, чтобы не дать ему ни малейшего шанса достать меня когда-либо снова. Все в порядке, проблема решена.

После МВЭ как только все собрали свои вещи мисс Джексон подозвала мне к своему столу.

— Есть цели, которые я хочу, чтобы каждый из моих студентов выполнил в конце этого семестра. Так как Вы уже пропустили несколько месяцев, Вы должны догнать, по крайней мере, самые важные проекты. Приблизительно пять законченных обрабатываемых деталей. Как вы думаете, вы сможете справиться с этим в течение нескольких недель?

— Гм, конечно. — Я шагнула в сторону, чтобы группа детей прошла позади меня. — Что я должна сделать?

Она кратко улыбнулась, затем крикнула через плечо:

— Тони! Пожалуйста, подожди минутку.

Дрожь, вызванная его именем, усилилась внутри меня, когда я обернулась и увидела, что он идёт к нам, сжимая губы.

— Что случилось? — Он пробежался беглым взглядом по мне сверху вниз, затем вернулся к нашему учителю.

Инстинктивно я сделала небольшой шаг в сторону от него и пригвоздила глаза на мисс Джексон с возрастающим ужасом.

— Не могли бы вы дать Мисс Саммерс заметки об основных проектах и объяснить, что она должна сделать? — Спросила его мисс Джексон.

— Черт возьми, нет! — Тони поднял глаза к потолку и неправдоподобно рассмеялся. Я хотела сделать то же самое на ее нелепое предложение.

Мисс Джексон подняла брови.

— Простите?

— Давай, Керри. Это такая избитая фраза. Ты делаешь это только потому, что злишься из-за моей честности ранее.

— Это не было честным, это было ненужным. И это не причина того, почему я хочу, чтобы вы помогли мисс Саммерс.

Несмотря на странность этого диалога, все, что я могла думать, было, ничего себе, он позволяет себе называть ее Керри и не быть отчитанным.

— Нет? Тогда почему? — Проворчал он.

— Потому что ты мой лучший ученик, и нет никого более квалифицированного, чем ты, чтобы помочь ей. — Она улыбнулась, и я подумала, что там был намек на издевательство. Но этого не могло быть. Не между учителем и учеником. И она должна прекратить это прямо в эту минуту. Я не хочу получать помощь от этого парня с чем-либо.

— Меня не волнует, — отрезал он. — Я не хочу давать ей мои записи.

Мисс Джексон вздохнула.

— Прекрасно. Тогда позови Джереми обратно. Я попрошу его поделиться своими записями с мисс Саммерс.

Да. Давайте Джереми. Я бы предпочла его записи.

Но Тони не ушел. Он скрестил руки на груди и отклонился на несколько сантиметров назад.

— Серьезно? Вы хотите поставить ее в пару с Джерри? Парень не может изобразить фигурку с туалетной двери.

Меня не волнует. Позови его!

— Он почти также хорош, как ты, — возразила мисс Джексон.

— Ни в коем случае. — Тони издал лающий смех. — Я не могу поверить, что ты прибегнешь к его помощи.

Ничего себе, она на самом деле задела его гордость? Мне пришлось прикусить улыбку, хотя ситуация не была забавной.

— К сожалению, ты не даешь мне выбора.

— Она даже не будет в состоянии расшифровать его записи. Ты когда-нибудь смотрела на них?

Мисс Джексон улыбнулась, но не Тони. Она улыбнулась мне. Что-то забавное происходило в ее голове, план, о котором знала только она и, судя по ее улыбке, она работала. Я бы желала, чтобы это было не так.

Тони зарычав, бросил свой рюкзак между ног, наклонился, сорвал желтый стикер для записей со стопки на столе и нацарапал что-то на нем. Он протянул мне записку, выглядя ещё более раздраженным, чем обычно.

— У меня сегодня футбольная тренировка, но я буду дома после четырёх. Ты придёшь. Получишь мои заметки. И уйдёшь. Я уверен, что ты умная девочка и сможешь понять, что с ними делать самостоятельно.

Я должна была сказать ему, что он мог сделать со своим очаровательным предложением, но, совершенно ошарашенная, я просто смотрела на маленькую желтую записку в моей руке.

Тони перекинул свой рюкзак через плечо и кинул учителю жесткий взгляд.

— Ваша психология отстойное дерьмо.

— Я тоже тебя люблю, дорогой племянник, — проворковала она ему в след, когда он выходил в дверь.

Глава 4

О, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, у меня было свидание с самым большим идиотом в городе!

Я закатила глаза. Этого не будет. Я ему не нравлюсь, он не хочет иметь ничего общего со мной, и это чувство совершенно взаимно. Я смяла записку с адресом Тони и кинула её в стену за моей кроватью, затем вернулась к своей домашней работе. Он мог ждать до посинения. Меня не будет возле его дома. Не после его такого «О-так-приветствую» приглашения.

Было 15:20 после полудня, когда я закончила делать алгебру и поднялась из-за стола, чтобы выпить чего-нибудь. Маленький смятый листок для записей валялся под дверью прямо у меня на пути. С раздраженным ворчанием я пнула его в сторону. Но когда я вернулась из ванной со стаканом воды, он снова привлёк всё моё внимание. Сдаваясь, я наклонилась, чтобы поднять его.

Глубокий вздох вырвался из меня. Тони был гением, на основе того, что я видела сегодня. Одаренным. И я действительно хотела увидеть его заметки. На самом деле, если я хотела догнать класс, я нуждалась в них. Поэтому, возможно, я могла бы съездить к нему домой, забрать заметки и уйти, прежде чем он получил бы шанс открыть свой чертов рот и снова стать противным.

Или это, или поговорить с Джереми, который не мог нарисовать человечка из палочек. Прости Джереми, но я не могу рисковать испортить что-то из-за негодных заметок. Но перспектива получения помощи от Энтони-придурок-Митчелл переворачивала мои внутренности. Я запустила руку в свои волосы и упала обратно в своё рабочее кресло. Могла ли моя первая неделя в Гровер Бич быть ещё сложнее?

Вероятно, нет.

К 15:50 я приняла решение, потом передумала, затем снова вернулась к прежнему. Мне нужны были заметки, так что я закалила свои нервы для боёв с Тони. Но потом я поняла, что столкнулась с другой проблемой. Придётся просить машину Хлои, потому что, во-первых, я понятия не имела, где находится дом Тони, поэтому мне была нужна навигационная система, и, во-вторых, это могло находиться очень далеко. Я пересекла коридор в комнату Хлои и расправила плечи, но прежде чем постучать я заколебалась.

Она скажет «нет», я знала это. Её раздражающее отношение было для меня неожиданностью, но одну вещь я определенно знала о моей кузине. Если она разозлится, то будет обозлённой несколько недель.

Может быть, если бы я извинилась…

Я втянул воздух через сжатые зубы. Это она была идиоткой, не я. И это заставило мои пальцы ног сжиматься в ботинках так, что захотелось отступить. Но четыре месяца в ее доме — я должна преодолеть свое раздражение и просто всегда ей улыбаться. Я могла сделать это. «Я могу сделать это. Я могу сделать это…» Я постучала в её дверь.

Нет ответа.

Знала ли она, что это я? Я почесала голову, затем снова постучала.

— Хлоя, я могу войти?

Нет ответа.

Я опустила взгляд на носки своих ботинок.

— Слушай, я сожалею о субботней ночи. Можем ли мы, может быть… э… просто забыть об этом?

Нет ответа. Да, этого можно было ожидать после первых двух отвержений. Я повернула ручку и открыла дверь.

— Хлоя?

Ее не было в комнате. Я оглянулась, а затем зашла в комнату, оглядываясь. Все выглядело так же, как в субботу утром, когда я приехала: прежняя, будто идеальная копия спальни в доме Барби. Никакой одежды, валяющейся на светло-сером паркете, никакого домашнего задания, рассыпанного на столе. Наверное, я была единственным неопрятным человеком в этом доме.

Белая мебель из древесины и фиолетовый ангорский ковер заставили меня захотеть принести куклу и начать играть в чаепитие в Стране чудес, как мы делали раньше, когда были младше, и мы с семьей приезжали в гости. Хлоя всегда хотела быть Алисой. Это меня устраивало. А я всегда предпочитала быть Безумным Шляпником

Помимо постельного белья, которое теперь было мягким и синим, а не с Золушкой на фланели, ничего не изменилось в этой комнате. Обшитая деревянными панелями мансарда подобранными в тон паркета, я провела пальцами по одной полосе, когда шла к открытому окну. Комната Хлои выходила на улицу, так что, раздвинув чистые занавески в стороны, я высунулась, смотря вниз. Её машины не было. Чёрт. Теперь у меня была серьёзная проблема.

Мне бы лучше найти тетю Памелу и попросить ее машину, прежде чем она решит поехать в магазин за едой или еще что-нибудь.

Выбежав из комнаты, так как я нашла её, я вприпрыжку сбежала вниз по лестнице и вошла в кухню, где моя тётя мелко нарезала овощи и бросала их в кастрюлю. Не собираясь уходить в ближайшее время. Я расслабилась и с беспечным выражением сказала:

— Привет Пэм.

Она оторвалась от приготовления пищи и вытерла руки о передник.

— Эй, Сэмми. В чем дело?

— Могу ли я одолжить твою машину на некоторое время? Я должна взять некоторый материал для исследования у одноклассника, а Хлоя ушла, поэтому я не могу одолжить ее.

— Конечно. — Она повторно закрепила свой толстый конский хвост медового цвета и пошла со мной в прихожую, где она дала мне ключи. — Так как прошёл твой первый день? Тебе понравились твои учителя? Уже завела новых друзей?

О, она имела в виду кроме Клана Хлои, который путешествовал по коридорам только стаей?

— Да, я встретила некоторых действительно хороших ребят. Знаешь что? Они предложили мне присоединиться к их команде поддержки. — Я криво усмехнулась, но потом поморщилась, задаваясь вопросом, была ли это действительно хорошая идея, в конце концов.

— Но это здорово. Ты любишь танцевать, — сказала Пэм.

— Да, увидим. Я проверю это завтра. Спасибо за ключи. — Я махнула ей рукой, затем выбежал в гараж, залезла в черный Вольво и выехала, как только широкая подъемная дверь была полностью открыта.

Я вбила адрес Тони в навигационную систему, затем снова смяла записку в кулаке и запихнула её в свой карман. Оказалось, что он жил в противоположной стороне города, примерно в двух милях от дома моей тети, и в районе фото с картинки. Я остановилась перед его дверью. Его дом был окрашен в белый цвет и имел низкий заборчик. Небольшой двор начинался с передней части дома, наверное, заканчиваясь садом сзади. Это походило в значительной степени на любой другой дом на этой улице, кроме цвета и дизайна дверей и окон. Значительно меньше, чем особняк моих тети и дяди, он был прекрасен. Я хмыкнула. Слишком хорош для такого придурка как он.

Часы на приборной панели показывали 4:15. Что, если я еще слишком рано? Я за озиралась по сторонам, но не увидела, чтобы он где-то шёл. Он уже, должно быть, был внутри, я просто искала причину не выходить. Я посидела в машине ещё пару минут, глядя в замешательстве в боковое окно. Действительно ли оценки по МВЭ стоили того, чтобы приехать сюда и стоять перед господином Плохие Манеры? К сожалению, я должна была ответить на это с плаксивым да.

Сделав несколько глубоких вздохов, я заставила свои пальцы отцепиться от руля и вышла из машины. Три ступени вели к парадной двери. Я позвонила в звонок и стала ждать, когда появиться силуэт в узорных стеклах двери. Появилась тень и несколько секунд спустя дверь распахнулась. Высокая женщина с кудрями до плеч светлыми как у Тони поприветствовала меня с улыбкой:

— Привет.

— Хм, привет. Я Саманта Саммерс. Энтони домой? — Сжав руки, я понял, что они практически вспотели, и это заставило меня заскрежетать зубами. Как я могла позволить глупому парню превратить меня в комок нервов?

Мисисс Митчелл кивнула и закричала через плечо:

— Тони! Твой друг уже здесь.

Друг? Ни в коем случае.

— Черные волосы? — Пришёл ответ откуда-то изнутри.

Его мать приподняла брови в озадаченном выражении и посмотрела на меня.

— Да. — Она пожала плечами, как бы извиняясь.

Я улыбнулась. Это не ее вина, что ее сын был ослом.

— Дай ей стопку заметок! Это в комоде под стойкой!

Он что не намерен подойти к двери? Меня это устраивает. Я тихонько вздохнула, и почувствовала, как некоторые мышцы грудной клетки расслабились.

Миссис Митчелл, однако, была потрясена поведением сына и попыталась объяснить смущённым, но сочувствующим голосом:

— Он просто пришел домой с тренировки. И еще не принял душ и, вероятно, не хочет выходить весь потный. Мальчики, ты знаешь.

Она поморщилась, и я оценила ее попытку оправдать грубое поведение сына, она понятия не имела, что происходит.

Дверь осталась широко открытой, когда она вернулась к широкому деревянному комоду, чтобы взять для меня заметки, и я мельком увидела внутреннюю часть. Длинная прихожая была разделена и открывалась на несколько комнат по обе стороны. Мне понравились плитки для пола. Они были светло-кремовыми с синей плиткой каждая.

Мой пристальный взгляд метнулся на белокурую женщину, когда она снова закричала:

— Есть два стопки, Тони! Какая?

— Левая, нет, кажется, правая. А, чёрт…

У меня перехватило дыхание, когда он внезапно появился из двери в дальнем конце прихожей. На нём были бутсы и белые шорты с двумя синими полосками с обеих сторон. И всё. Ничего больше. Святое дерьмо! Мои глаза были устремлены на его рельефные грудные мышцы и пресс, которые блестели от пота, в то время как он вытер лицо ярко синей майкой.

Его мама улыбнулась мне, когда он дошел до нас, и оставила нас в покое. Нет! Я хотела закричать ей вслед, но она ушла, не имея ни малейшего представления о моем замирающем сердце.

В тот момент, когда Тони предстал передо мной, я забыла, как говорить. Как ни странно, единственное, на чём я могла сосредоточиться это шесть кубиков его пресса и идеальный живот под ними. Черт возьми, я вызывала жалость! Я подняла глаза к его лицу, только на секунду.

Тони бросил мне раздраженный взгляд. Затем он натянул потную майку через голову и прикрыл раздражающе идеальное тело от моего взгляда.

— Держи, себя под контролем, Саммерс, — проворчал он.

Да хорошо, я работаю над этим.

Он схватил одну из стопок из верхней части комода, положил её в широкую папку и протянул мне, не приглашая меня войти.

— Это основные проекты. Подробное описание прикреплено к каждому эскизу.

Я, молча, взяла у него папку, заставляя мои мысли сосредоточиться на том, что он сказал вместо его тела. Его влажные от пота волосы прилипали ко лбу и вились на макушке. Наряду с разгорячёнными красными щеками, это заставило его выглядеть намного моложе и красивее, чем он был на самом деле.

— Я уверен, ты поймешь, что делать, — отрезал он, скрестив руки на груди. — Если нет, то ты можешь попросить мою тетю о помощи.

Ах, какое разрешение.

— Да, спасибо. — Это вышло плоским, мое разочарование от его произнесенной грубости.

— Просто попытайся не пролить лак для ногтей на мои заметки, ладно?

Простите? Я обидчиво нахмурила брови.

— Я не крашу лаком ногти.

— Да, не имеет значения. — Он ухватился за край двери, и я знала, что через секунду он захлопнет ее прямо перед моим носом.

— Энтони, подожди. Пожалуйста. — Я не знаю, что толкнуло меня заговорить, но в то же время я расправила плечи и вдохнула поглубже, в надежде прибавить дополнительные полдюйма высоты к моему росту.

К моему удивлению он остановился и выгнул одну бровь.

О, Боже, что же мне теперь делать? Я прикусила внутреннюю сторону щеки, затем пробормотала:

— Почему ты так раздражен на меня? Разве я что-то сделала, чтобы тебя обидеть? — Да, очень тонко, Сэм. Мне захотелось прихлопнуть себя, — даже если я действительно хотела узнать.

Его вторая бровь поднялась вверх.

Черт возьми, я загнала себя в тупик. Но я должна была сказать что-то, поэтому сказала первое, что пришло на ум:

— Слушай, я знаю, ты думаешь, что я получила удовольствие, от того что Хлоя высмеяла тебя в ту ночь. Но это не так. — Я пожала плечами. — Я не могу перестать быть ее кузиной, но не понимаю, почему это такая проблема для тебя. Во всяком случае, ты отомстил мне, когда раскритиковал меня на уроке МВЭ сегодня.

Пока он еще молчал, надежда мелькнула на моем лице.

— Так что… Я бы сказала, что мы квиты?

Вялая и холодная улыбка подкралась к его губам.

— Верно, — и он захлопнул дверь прямо перед моим носом.

Ах… да. Теперь мой день точно дерьмовый.

Перестав пялиться на его тень, исчезнувшую за узорчатым стеклом, я потопала со двора, села в машину и рванула домой.

— Проклятый идиот! — Ударив кулаком по рулю, я даже не была уверена, кого проклинала — Тони или себя. Я сделала из себя такую дуру, пытаясь быть дружелюбной. А он был таким идиотом. Я стиснула зубы и еще сильнее нажала на педаль газа. «Не допускай попадания лака для ногтей на них, Саммерс. Не испачкай их пудрой, Саммерс. Пожалуйста, не клади их в стирку» Правильно, потому что это было именно то, что я обычно делала с позаимствованными заметками. Мудак.

Я ударила по тормозам перед пешеходным переходом, чтобы два дошкольника и их бабушка перешли, и выкрикнула свое разочарование на Тони на крышу автомобиля.

— Я тебя ненавижу!

Дети смотрели на меня с недоумением через лобовое стекло, когда старушка быстрее повела их через улицу. Я резко неровно вдохнула через нос, затем поехала дальше.

Вернувшись в гараж моего дяди, я схватила заметки с пассажирского сиденья и вошла внутрь. Бросив их на стол в своей комнате, я упала на кровать и попыталась убить себя и своем горе, надавив подушкой на лицо. Я сдалась после десяти секунд, бросила подушку в угол и посмотрела в потолок.

Почему, ну почему, я должна была столкнуться с этим ужасным парнем в мою первую ночью в городе?

Я села и глазами пробежалась по комнате, пока взгляд не наткнулся на папку Тони. Это был темно-красный картон с разными рисунками на нем. В основном это были причудливые узоры и лица со злыми глазами. Карандашные линии выполнены аккуратно, даже на тех набросках, которые он, очевидно, делал не особо стараясь. Рисовал машинально, слушая учителя — я часто точно также делала со своими папками.

Я встала и перетащила вращающееся кресло на колесиках из угла комнаты к своему столу, села и открыла папку. Внутри находилось пять эскизов: один выполненный углем и четыре карандашом. На каждой картинке заметки, написанные повсеместно. Хотя от красоты его рисунков у меня и перехватило дыхание, но сейчас почерк Тони, привлекал мое внимание больше. При более пристальном рассмотрении я поняла порядок в хаотически сделанных записях. Почерк достаточно мальчишеский, но талант художника просматривался прямо в стильных завитках и пикантных петельках в его G и J. Я провела по ним пальцем, оторвав руки от записей, я закрыла ими лицо. Я, должно быть полностью сошла с ума. Это всего лишь почерк, черт возьми.

Из своего собственного портфеля я достала большой лист бумаги, прочитала инструкции Тони, а затем начала рисовать контур человеческого тела. Задача в том, чтобы одеть человека в одежду в стиле 1960-х годов.

Я была на полпути, почти дорисовав брюки клеш, когда слабое освещение в моей комнате действительно начало действовать мне на нервы. Большое окно было не в силах помочь, когда солнце уже ползет на запад, а моя комната расположена в противоположном направлении на восточной стороне. В столовой, с другой стороны, свет должно быть, поярче. Я упаковала свои вещи и понесла все вниз, где Пэм завершала разливать в аккуратные тарелочки шоколадный мусс, который мы получим на десерт, без всяких сомнений.

— Эй, Сэмми, — сказала она и поставила миски в холодильник. — Ты получила то, что тебе было нужно?

Я подняла две папки по искусству.

— Вот они. Вы не возражаете, если я разложу свои вещи на обеденном столе на некоторое время? Я не умею рисовать при плохим освещении, а эти проекты очень важны. Я уйду еще до обеда.

— Не волнуйся, милая. До него все равно еще больше часа, пока твой дядя не придет домой.

Я разложила свои рисуночные принадлежности на широком столе со стеклянной столешницей и принялась за работу. Человек хиппи без определенного лица на моей картинке получил тёмную платформу и футболку с цветочным узором. Я наслаждалась этим рисунком, потрясающие тени в идеальной одежде, потирая пальцем определенные части, растирая грани. Просто для удовольствия, я изобразила женщину с длинными косами, обрамляющими ее лицо с обеих сторон и тонкий обруч вокруг её головы.

— Рукава должны быть немного шире у запястья. Они, на самом деле, выглядели, как брюки клеш, — сказала моя тетя, когда наклонилась надо мной и изучала мою картину.

— Не слишком ли ты молода, чтобы быть частью этой причудливой эпохи? — Я дразнила ее, но сделала изменения, которые она предложила.

— У меня была тетя, выходившая прямо из того времени. Когда я проводила ночи в ее доме, она часто показывала мне смешные фотоальбомы ее и ее мужа. — Морщины от улыбки пролегли вокруг ее глаз. — Я так смеялась от их безумных нарядов, что иногда она боялась, что я задохнусь.

Дерьмо, я знала, как это звучит. Когда у моей тети начинался один из ее смеховых припадков, она была как пылесос, и было невозможно не смеяться с ней, только из-за этого звука. Тетя Памела всегда была моим любимым родственником, хотя она была связана с нами только узами брака. Дядя Джек и мой отец выглядели одинаково, но в остальном братья имели мало общего. В то время как мой отец был теплым и заботливым, казалось, что Джек был в первую очередь заинтересован в престиже и только, во-вторых, в семье. Постоянно занятой адвокат. Он был хорошим парнем, с этим все в порядке, но после семнадцати лет знакомства с ним, он даже в полтора раза не был ближе ко мне, чем была Пэм, с тех пор, как дала мне чучело кролика Роджера на Рождество, когда мне было четыре года.

Пэм поставила стул рядом со мной и села, облокотившись на стол. Она указала на подол правой штанины на моем рисунке.

— Знаешь, если ты добавишь небольшую складку здесь и большую здесь, брюки будут выглядеть намного шире и более правдоподобнее.

Я попыталась сделать то, что она сказала, и, черт возьми, она была права. Но это было не удивительно. Пэм сама была художницей, делая красивые полотна акварелью и маслом. Коридор и гостиная были оклеены ее удивительными абстрактными картинами людей, пейзажей и зданий. В то время как мои родители сделали все, чтобы поддержать мой талант, тетя Памела действительно понимала, что рисование значит для меня.

— Не возражаешь, если я поставлю свой мольберт и краски около тебя на некоторое время? Цыпленок может жариться без моей помощи. — Она улыбнулась, когда я кивнула.

Очень приятно находиться рядом с ней в течение следующих сорока минут. Пэм забавная, отзывчивая, и всегда приятная в общении. Еще она просмотрела рисунки Тони, и ее впечатлил его большой талант. Ее пристальный взгляд упал на одну подпись, претендующую на утонченный вкус, которая выделилась в нижнем правом углу на каждом рисунке. Она хмурилась.

— И Т это …

— Тотальный придурок, — пробормотала я прежде, чем поняла, что говорю.

Пэм рассмеялась, и я прикусила нижнюю губу. Затем добавила:

— Ну, его зовут Энтони Митчелл, поэтому я думаю, Т это Тони.

— Я вижу. — Она перестала смеяться. — Просто, где я слышала это имя раньше? — Ее лоб увеличился с хмурым взглядом, и она склонила голову, пытаясь соединить данные. — Он высокий и белокурый с голубыми, голубыми глазами?

И с убийственным ртом, предназначенным действовать мне на нервы.

— Да, это он.

— Я думаю, Хлоя встречалась с ним несколько раз прошлым летом. Он очень хороший мальчик.

Я обернулась к ней полностью.

— Хороший? Ха! Это не та сторона, с которой я его знаю.

Пэм почесала лоб.

— В самом деле? Хлоя не говорила ни о ком больше, только об этом парне в течение нескольких недель. Она была так счастлива, когда он, наконец, пригласил ее на свидание. К сожалению, это не продлилось слишком долго. Хлоя плакала днями, когда все закончилось.

— На самом деле? — Как странно. Это как-то расходилось с сюжетом Сьюзен и девушек, рассказавших мне о Тони и Хлоей. Если она бросила его, то почему плакала? И что заставило ее бросить его? Он был мудаком, когда спал с ней? Мне казалось, он был мудаком двадцать четыре часа семь дней в неделю, так что я с легкостью поверю в это.

Я отогнала эту мысль в сторону. Это в любом случае была не моя забота.

Несколько минут спустя Хлоя вошла в кухню с отцом, и они оба остановились на мгновение, уставившись на нас. Пэм и я немного дурачились и так сильно смеялись из-за ее неуместного мазка, который теперь превращал парня на ее картине, который очевидно напоминал дядю Джека, в рогоносца, готового к действию.

— Привет, дорогой, — сказала Пэм, когда Джек подошел, чтобы поцеловать ее в щеку. — К сожалению, мы не слышали, как ты вошел.

— Я заметил. — Он уперся руками в бедра, изучая живопись. — Это — я? И это пририсовали намеренно?

Мы втроем снова рассмеялись, но не Хлоя. Она остановилась у входа в столовую и хмуро смотрела на меня, когда я съела последний кусок своего любимого белого шоколада.

— Привет, Хлоя. — Попыталась я дружелюбным голосом с примирительными нотками.

Она просто фыркнула, а затем провела своими длинными пальцами по своим косичкам.

— Мама, где Роза? Я умираю с голоду.

— Я дала ей выходной, милая. Сегодня день рождения ее сына, и она хотела провести его с ним, — ответила Пэм.

— Отлично. Поэтому у меня должна быть содовая на ужин? — Пробормотала Хлоя.

Памела выкрутилась из рук мужа с гордым сиянием.

— Ужин почти готов. Сегодня готовила я.

— Ты? — Выпалили мой дядя и Хлоя.

Я не знала, что такого особенного в этом, но я и не жила в этом доме достаточно долго, чтобы знать все правила внутреннего распорядка.

— Да. Я, — сказала Пэм через плечо, когда шла к духовке. Я почувствовала ее раздражение. — Я готовила перед тем, как Роза пришла к нам, и никто из вас никогда не жаловался.

Джек положил руку на плечи дочери. Он посмотрел на мою тетю и сказал:

— Не было никакой необходимости для тебя, чтобы пачкать руки, Пэм. Мы можем выйти на обед.

Памела вытащила вкусно цыпленка, пахнущего пармезаном, из духовки и положила его на мраморную столешницу.

— Не большое дело. На самом деле, я всегда любила готовить. Я действительно с нетерпением ждала, чтобы сделать это сегодня. — Ее плечи немного опустились. — Пожалуйста, не портите это для меня сейчас. Давайте просто есть. — Ее теплая улыбка вновь появилась, когда она посмотрела на меня. — Могу ли я попросить тебя очистить стол, Сэмми?

Я вскочила со своего места.

— Конечно. — С этой глупой происходившей драмой, мой зад застыл на стуле, карандаш все еще сжимался между пальцев. У нас не было Розы в Каире, или там, где мы жили в прошлом. Моя мама всегда готовила для нас. Я находила это совершенно нормальным, встретить Пэм на кухне сегодня. Очевидно, что в этом доме такого не было.

Я упаковала свои и Тони эскизы и бросилась наверх, затем вымыла руки и вернулась вниз к красиво оформленному обеденному столу. Я скользнула в кресло напротив моей двоюродной сестры и протянула свою тарелку, когда Пэм раздавала еду.

Все молчали. Неужели готовка для Пэм представляла большую проблему, чем я думала. По крайней мере, казалось, что им нравится ее еда, потому что Джек и Хлоя уплетали так, будто другой такой возможности больше не предвидится.

— Это, — сказала я около куска, указывая своей вилкой на вторую порцию курицы на моей тарелке, — сказочно вкусно, Пэм.

Она посмотрела на меня краем глаза, и ее губы изогнулись в счастливой улыбке.

— Спасибо, дорогая.

Голова Хлои резко поднялась и так быстро, что я чуть не выронила вилку. Она снова хмуро посмотрела на меня, потом на свою маму, и, наконец, снова на меня. Иногда эта девушка совершенно непонятна мне. Все больше причин, чтобы помириться с ней, и помириться быстро.

— Эй, Хлоя, — сказала я и сделала глоток своего лимонада. — Я подумала, мы могли бы поболтаться немного сегодня вечером, может быть, захватим мороженое и посмотрим DVD или что-то еще.

— На самом деле, у меня встреча с Брин и Кэр через час. Мы собираемся посмотреть фильм в городе. — Холодно, безэмоционально. Я ненавидела отвращение, которое она сунула в мою сторону.

— Ты должна взять Сэм с вами, — предложила Памела, и Джек согласился.

Я подумала, что утверждающий взгляд отца был причиной, почему Хлоя, наконец, выдула прядь своих светлых волос с глаз и сказала:

— Хорошо. Будь готова в восемь.

Ладно, не теплого рода приглашение, на которое я надеялась, но это было лучше, чем ничего. Может быть, мы могли бы начать все сначала.

После ужина я переоделась, провела расчёской по моим непослушным волосам и почистила зубы. Я была возле машины Хлои без трех минут восемь, и её глаза выразили недовольство, когда она увидела меня, стоящую там

Мы обе залезли в машину, потом она завела двигатель и поехала по дороге. Это был идеальный момент, чтобы поговорить с ней.

— Слушай, Хло, я хотела сказать, мне жаль, что случилось тогда в кафе. Я была немного напряжена и…

Шины с визгом остановились. Я вжалась в ремень безопасности так сильно, что весь воздух со свистом вышел из моих легких.

— Что, черт возьми, — ахнула я.

Хлоя кинула холодный взгляд на меня.

— Убирайся.

— Что?

— Убирайся из моей машины.

— Почему?

— Потому что, если ты этого не сделаешь, я просто подойду и вытащу тебя за волосы.

О, мой Бог! Что вселилось в эту девушку?

— Хлоя, если это из-за субботнего вечера, позволь мне…

— Саманта, я не имею никакого намерения приводить тебя с собой, чтобы встретиться с моими друзьями. Никогда не имела. Я сказала да, потому что мои мама и папа хотели услышать это от меня, но теперь я хочу, чтобы ты вышла и нашла что-то еще, чтобы этим заняться.

Ничего себе. Я с трудом сглотнула. Ее лицо было словно высечено в граните, поэтому я решила, что дальше спорить бесполезно. Я расстегнула ремень безопасности и открыла дверь, но прежде, чем смогла выйти, я услышала ее холодный голос позади себя.

— И держись подальше от Памелы Саммерс. Она не твоя мать, она моя. Твоя находится очень далеко и, очевидно, не очень заинтересована в тебе, или она не послала бы тебя в мой дом.

Моя грудь сжалась от ее слов. Не потому, что я верила в дерьмо, которое она сказала, а потому, что я не могла понять, сколько ненависти исходит от девушки, с которой я любила болтаться только пару лет назад. Я была слишком выжата, чтобы ответить, поэтому вылезла и захлопнула дверь за собой, направляясь по тротуару, и не оборачиваясь к ней, когда шины завизжали у обочины.

Глава 5

Хорошо, что же произошло с вечером, который пошел не так, как надо, даже не успев начаться? Я присела, внезапно опустошенная, на скамью вблизи от дороги и выловила из кармана сотовый телефон. Я звонила родителям несколько раз после прибытия к моей тете, и я всегда удостоверялась, чтобы мой голос звучал счастливо и не передавал, насколько я скучаю за ним. Но позвонив маме сегодня вечером, я просто разрыдалась в трубку.

Я рассказала ей о неожиданной стервозности Хлои и что она превращает мое пребывание в ад. Я также рассказала ей о словесных пощечинах от Энтони Митчелла. Моя мама слушала тирады многие минуты, не прерывая меня, потом она глубоко вздохнула, прежде чем превратилась в ангела, которого я знала. Она спросила меня о хороших моментах, которые уже случились со мной в Гровер-Битч. Я вспомнила Сьюзен, Лизу и Симон, которым, казалось, я сразу же понравилась, и я также рассказала ей, что Ник Фредериксон надрезал рыбу для меня, когда я не смогла.

Мамин теплый голос успокоил меня. Через некоторое время мы пожелали друг другу доброй ночи, и я пообещала позвонить завтра после школы. Я утерла слезы и снова была в состоянии дышать полной грудью, без покалывания в ней.

Я сидела некоторое время, смотря на темное небо. Интересно, должна ли я просто пойти домой и лечь спать. Да, отличная идея, прийти домой с налитыми кровью глазами от слез. Моя тетя и дядя будут волноваться. И Хлоя оторвет мне голову за это. Я поставила обутые ноги на скамейку и подтянула колени к груди, скользя сквозь новые имена в мобильном телефоне. Может быть, одна из девушек могла бы выйти на некоторое время и выпить чашечку капучино со мной кафе, находящимся недалеко от дома Тони.

Мой палец завис над кнопкой вызова с именем Лизы на дисплее, но я остановилась. Вероятно, она сейчас со своим парнем, и я не хочу им мешать. И вместо Лизы я позвонила Сьюзен.

— Привет, Сэм, что случилось? — Она встретила мой звонок со счастливой улыбкой. — Мы только что говорили о тебе.

— Хмм… Привет, — ответила я. — Кто это вы и почему говорили обо мне?

— Я с Лизой, Симоной, и с нами еще пара ребят. Что ты делаешь? Хочешь прийти и потусоваться с нами?

Я колебалась, раздумывая, кто это некоторые ребята? Но кого бы она ни имела в виду, мне отчаянно необходимо немного отвлечься прямо сейчас.

— Конечно. Где вы, ребята?

— В пляжном домике Хантера. Где ты? Я могу приехать и забрать тебя.

Я быстро огляделась. Я понятия не имела, что сказать ей. Хлоя не уехала слишком далеко, прежде чем выгнала меня, поэтому я решила, что лучше вернуться назад домой и Сьюзан заберет меня оттуда.

— Ты знаешь, где живет Хлоя?

Фырканье прошло по линии.

— Да.

Я рассмеялась над ее очевидным отвращением.

— Знаешь, что? Я буду ждать тебя на углу внизу улицы. Знаешь, где это?

— Такой вариант намного лучше, чем забирать тебя прямо от ее дома. Я буду там в десять.

Я повесила трубку и пошла к месту, где мы должны были встретиться. Сьюзен и я прибыли туда одновременно. Она доехала быстро.

Окно со стороны пассажира открылось. Сияя, Сьюзен наклонилась к окну.

— Тащи скорее сюда свою задницу.

Я села в машину, и мы поехали в тишине. Через пару минут она спросила:

— Что с твоими глазами?

— Долгая история.

Я действительно не хотела говорить об этом.

Но, очевидно, Сьюзан пришла к своим выводам.

— Неприятности в доме Саммерс?

Глядя в боковое окно, я вздохнула.

— Да, вроде того.

— Что, Хлоя снова подбросила дерьма?

Теперь я повернулась к ней.

— Снова?

О чем уже известно этой девушке?

— Правильно, прежде чем ты позвонила мне, Лиза рассказала нам, что случилось вечером в субботу в кафе Чарли.

Я проворчала:

— Проще объяснить так: с ней оказалось труднее жить, чем я ожидала.

Сьюзен посмотрела на меня, потом обратно в ветровое стекло. Она молчала, но я знала, что она умирает от любопытства, желая услышать всю историю целиком — со всеми кровавыми подробностями.

Хорошо.

— Я попыталась помириться с ней, и она сказала, что я могла бы пойти с ней, и ее друзьями посмотреть кино. Но это было всего лишь представление для ее родителей. На самом деле, позже она выкинула меня из машины, давая понять, в недвусмысленных выражениях, что она хотела, чтобы я убралась не только из ее машины, но и из ее дома, и из ее семьи.

— Ой.

— Да… ой. — И Сьюзен даже наполовину не понимала, насколько это действительно больно.

— Ах, забудьте об этой проститутке. Ты можешь общаться с нами в любое время, когда захочешь. Просто позвони мне, и я приду как весна в темницу Саммерс.

Ее юмор ободрил меня, и к тому времени, когда мы достигли жилища Райана — это было милое бунгало недалеко от города только дальше на пляже — улыбка снова изогнула мои губы. Сьюзен направила свою машину на свободное место, которое, похоже, ждало только ее, и мы вылезли. Странное чувство появилось в моём желудке, когда она повела меня к большему крыльцу и постучала в дверь. Изнутри доносился смех. И знакомые голоса. Черт. Мое сердце подскочило к горлу. Тони был с ними. Я не знаю, сколько еще сегодня вечером я смогу от него вынести.

Лиза открыла дверь через несколько секунд, улыбаясь мне. Она проводила меня внутрь за Сьюзен, когда я заколебалась.

— Что же ты ждешь, Сэм? Входи.

Я сделала глубокий вдох, а затем последовала за ней через просторную гостиную и на кухню. Группа людей, сжавшись, сидели вокруг прямоугольного деревянного стола. Некоторых из них я знала, других нет. Все повернулись в нашу сторону, когда мы вошли, и прокричали привет или махнули мне.

Тони качался на двух ножках своего стула, его глаза сузились, нахмурившись.

Конечно, он ничего не сказал.

Я заставила себя отвести взгляд от него и сказала:

— Привет, всем, — для всех остальных.

Лиза указала на стул для меня напротив нее, а также между Ником Фредриксоном и темноволосой женщиной, которую я не видела прежде.

— Это Рэйчел, и ее муж, Фил, — сказала Лиза. — Рэйчел — сестра Райана.

Я поздоровалась с ней, заметив потрясающее сходство брата и сестры.

Все они делили пиццу из пяти огромных коробок, и Райан предложил мне кусок на бумажной тарелке, как только я села. Несмотря на мою улыбку, я все еще чувствовала себя совершенно несчастной внутри, и пицца была последней вещью, которую я хотела. Но я полагала, что было бы грубо отказаться. Я действительно хотела вписаться, так что была вынуждена сделать несколько укусов, но отказалась от второго куска.

— Хлоя снова ведет себя как первостатейная стерва.

Я чуть не подавилась, когда глоток спрайта спустился не в то горло на заявление Сьюзен.

— Почему? Что она сделала на этот раз? — Потребовала Лиза и посмотрела на меня, как будто она абсолютно точно знала, какой ужас я пережила.

Я ничего не могла поделать, качая головой, я прокашлялась, получая глоток воздуха заполнившего мои легкие. Сьюзен не замолчала. Она выболтала всю информацию, которую вытянула из меня по дороге сюда. Мальчики закатили глаза, на лицах девочек отобразилось сочувствие.

— Это так некрасиво, — сказала Симона и ударила Алекса по плечу. — Я не могу поверить, что ты сделал с ней прошлой весной. Неужели, ни один человек никогда не увидит, какая она сука?

Алекс потер место удара на плече и усмехнулся.

— Эй, не бей меня. Я не знал ее тогда. И серьезно, ты не заботишься о таких вещах, как сука или нет, если ты парень. — Он ухмыльнулся на Ника, который рассмеялся, потом наклонился и поцеловал Симону в губы. — Но теперь я с тобой, поэтому нет необходимости беспокоиться, детка. — Он откусил большой кусок пиццы, которую держал в руке.

Разговор вскоре сосредоточился на футболе. Я вытащила один из леденцов, которые всегда носила с собой в кармане, развернула его, сунула в рот и откинулась в кресле, чтобы просто послушать. Пока не заметила, что Лиза смотрит на меня. Я вопросительно приподняла бровь, надеясь, что она скажет, что у нее на уме.

Она наклонилась к столу и понизила голос, чтобы не прерывать обсуждение своего бойфренда с Ником о лучших тактиках, чтобы забить гол с командой из Лос-Анджелеса, которая, по-видимому, называлась Бешеные волки.

— У меня дома будет вечеринка с ночевкой в пятницу. Только мы, девочки. Элли тоже там будет. Хочешь придти?

Это было хорошей идей. Я высунула леденец из своего рта.

— Конечно. Где твой дом?

Лиза оторвала кусок коробки от пиццы и написала свой адрес на нем сверху. Когда она дала его мне, я нахмурилась. Кроме одного числа, адрес был полностью идентичен адресу Тони. Конечно, она говорила мне, что они были лучшими друзьями, но я не осознавала, что они жили рядом друг с другом.

— Вы двое — соседи? — Сказал я, глядя с нее на Тони и обратно, что немедленно дало мне всеобщее внимание. Молодец, Сэм.

— Да, всегда были, — сказала Лиза, с легкой иронией изогнув брови. — Ты знаешь, где живет Тони?

Я не была готова к намеку в ее вопросе. На самом деле, это было совершенно неуместно, но это заставило мои щеки вспыхнуть. Я открыла рот, но была слишком медленной.

— Ой, да ладно, не смеши, — сказал Тони, прежде чем я смогла ответить. Его смех звучал раздраженно. — Моя тетя заставила меня дать ей мои заметки по МВЭ, и она пришла сегодня днем, чтобы получить их. Я не тусовался с еще одной Саммерс. Ты должна меня знать.

Хотя я была готова к дерьму, исходящему из него, то, как он подчеркнул мое имя, ранило меня в грудь.

— Кстати, мелкая… — Он перевел свой свирепый взгляд на меня. — Разве ты не должна быть дома и рисовать?

Да, правильно. Может быть, он тоже хотел показать мне на дверь? Может быть, у него и Хлои один и тот же генофонд? Их манеры ужасны, а я и так была на пределе сегодня.

— А ты не должен быть в кафе, вытирая столы, помощник официанта? — Огрызнулась я.

Остальные всем коллективом затаили дыхание. Судя по всему, я затронула больную тему, и я пожалела о своих словах в тот момент, как высказалась. Пристальный взгляд Тони был холоден как лед, готовый заморозить меня. Его рот изогнулся в подобии усмешки.

— Только по выходным, дорогуша.

Нежность, которую он использовал, имела эффект зерноуборочного комбайна, работающего на моей спине. Наши взгляды встретились в хмуром бою, когда он продолжил:

— Так что, если ты собираешься показаться со своей милой двоюродной сестрой, дай мне знать, и я буду держать столик бесплатно для вас. В подвале. Где мы храним других змей.

Мой подбородок упал к груди и горло болезненно сжалось. Я бы закончила откликаться на его удары ниже пояса.

Лиза ударила его по руке.

— Эй, не высказывай ей это дерьмо. Она уже получает достаточно от своей двоюродной сестры.

— Почему? Она это начала.

— Как? Придя сюда? Переезжая в этот город? Или просто, будучи рожденной Саммерс? — Мое видение затуманилось. Я быстро заморгала от наворачивающихся слез, и поднялась со стула. Прочистив горло, я обратила умоляющий взгляд к Лизе.

— Не могла бы ты показать мне ванную, пожалуйста?

— Конечно, — она шлепнула Тони по голове. — Иногда ты такой идиот.

Я последовала за ней из кухни и в заднюю часть дома, где она показала мне ванную комнату.

— Ты в порядке? — Сказала она, потирая мою руку.

— Да. Мне просто нужно на минутку в ванную.

— Обычно, Тони не такая задница. Хлоя является чувствительной темой, и его бедный мужской мозг требует времени, чтобы понять, что не каждый человек, называющийся Саммерс, такой же, как она.

Я кивнула, не готовая, обсуждать это прямо сейчас, когда новые слезы набегают на глаза. Лиза сжала мою руку, в успокоительном жесте, затем направилась обратно к выходу, и я заперлась в ванной комнате. Я присела на пару минут на край ванной персикового цвета, и высморкалась в туалетную бумагу. Затем я подошла к двойной раковине и плеснула в лицо холодной водой.

Обхватив руками нежно-розовую мраморную стойку, я посмотрела на себя в зеркало. Ах, какой прекрасный внешний вид я создала. Убрав волосы с глаз, я сделала несколько глубоких вдохов. Просто, почему я позволила этому ублюдку попасть под мою кожу так сильно? Он был ослом. Кто-либо, но я не должна была даже думать об этом. Но было невозможно отмахнуться от его насмешек надо мной. По правде говоря, они были больнее, чем я хотела бы признать. Я не хотела снова с ним сталкиваться.

Однако, зависнуть здесь на весь оставшейся вечер не вариант. Мой живот скрутило узлом, когда я повернула замок. Я, молча, выскользнула из ванной, прикрывая дверь. Хриплый шепот доносился до меня из комнаты в конце коридора.

— Что это, черт возьми, было там?

Я узнала голос Лизы и остановилась.

— Что ты имеешь в виду? — Это был Тони, его голос звучал высокомерно.

Инстинктивно я сделала шаг назад и прижалась к двери ванной. Они разговаривают, должно быть, обо мне. И я не уверена, что хочу подслушивать. Но есть ли у меня другой выбор? Подойти к ним поближе? Мне хочется этого даже меньше, чем услышать, что они говорят обо мне.

— Я имею в виду тебя и Сэм. Я не была уверена, собирались ли вы двое разобраться на кухонном столе в тот момент, или хотели вырвать друг другу глотки.

О боже, она, что совсем сошла с ума?

Очевидно, Тони думал то же самое.

Ты с ума сошла, Лиз? — Спросил он ее, подчеркивая каждое слово.

— Тони, я, несомненно, человек, который отлично знал тебя большую часть твоей жизни. Но с тех пор, как Сэм зашла в кафе в субботу, кажется, я не знаю тебя вообще. Почему ты такой придурок, когда она рядом?

— Потому что…

— Потому что, что? — Настаивала Лиза, когда он замолчал.

Я напряглась из-за его ответа.

Но Тони решил задать свой вопрос.

— Почему ты думаешь, что я хочу переспать с ней? Ты ее видела? Она совершенно не в моем вкусе.

Ладно, я знала это, но все же… ой.

— Она милая девушка.

— Она не такая. Она низкая… и придирчивая. Ты слышала, как она назвала меня помощником официанта? И что с ее волосами? Она расчесывает их с фейерверком? Она похожа на Хоббита.

— Энтони Джейсон Митчелл, она — моя подруга, именно о ней ты сейчас и говоришь. Почему, ты внезапно превратился в полного идиота? Кто-то же должен поставить тебя на место.

— Прекрати, Лиз, — раздраженно сказал он. — Ты говоришь, как моя мама.

— Если бы Эйлин Митчелл могла услышать тебя сейчас, она бы закопала тебя в землю до конца века, — резко прошептала Лиза. — Кстати, мне нравится волосы Сэм. — Ее голос звучал гораздо спокойнее. — Это здорово и что-то новое. На самом деле, я думаю о подобном стиле для себя.

Тони рассмеялся.

— Да, сделай это, и Хантер шлепнет твою задницу. А если он этого не сделает, то я шлепну.

Мгновение спустя он вышел из комнаты и пошел прямо на кухню к другим. Он не заметил меня, прижимающуюся к двери ванной, в ужасе от того, что он только что наговорил.

Лиза, однако, заметила меня в тот момент, когда проходила мимо вслед за ним. Она остановилась как вкопанная и поморщилась.

— О, нет. Ты все слышала, не так ли?

— Я кивнула, не в состоянии говорить.

— Мне очень жаль. Мне не стоило загонять его в угол.

Я покачала головой, желая, чтобы она перестала приносить извинения. Это, конечно, не ее вина, что Тони придурок, а я идиотка потому что подслушивала их беседу.

— Не могла бы ты отвезти меня домой? — Умоляла я. — Я не хочу идти туда снова.

Лиза подождала немного, как будто раздумывая, а не склонить ли меня остаться? Наконец, она кивнула сдаваясь.

— Конечно. Просто дай мне время взять ключи от машины Райана.

— Я подожду снаружи.

С кружащейся головой я потащилась через гостиную на веранду, где резко плюхнулась на деревянные ступеньки. На расстоянии от меня всего лишь в двадцать футов, волны разбивались об пляж, и мне так жаль, что я не могу утопить весь гнев и боль в них. Я и так сыта по горло событиями, произошедшими за этот вечер и неприятностями, которые он принес.

Я вдохнула и вытерла нос задней частью руки. Когда две минуты спустя открылась дверь позади меня, я обернулась через плечо. Из нее вышла не Лиза, а ее парень. Он звенел связкой ключей в руке. Во мне все упало вниз, когда он спустился вниз по ступенькам, обернулся, и присел на корточки передо мной.

— Дерьмовый вечер, да? — Сказал он, глядя мне в глаза.

— Ты даже не представляешь, насколько.

— Я сказал Лизе, что отвезу тебя домой. Ты остыла?

— Хм, конечно, — если я убегу подальше от Тони, со мной все будет хорошо.

— Ладно, пошли, — он встал и взял меня за руку, потащив за собой.

Райан повез меня домой на автомобиле, который, конечно, привлекал внимание, где бы он ни появился. Большую часть пути мы молчали, но когда он повернул на улицу, где жила моя семья, он притормозил и в первый раз посмотрел на меня.

— Ты знаешь, он на самом деле не такой придурок.

— Кто, Тони? — Да, верно. — В это трудно поверить, — пробормотала я.

— Серьезно. Он хороший парень. Хороший друг. Я знаком с ним в течение длительного времени. — Он припарковал машину перед домом и отключил двигатель, заставляя меня задаться вопросом, есть ли у него еще, что сказать мне.

Я расстегнула ремень безопасности и повернулась к нему.

— Почему ты рассказываешь мне это?

— Потому что ты нравишься моей девушке, и я убежден, что ты крутая. Похоже, ты будешь часто болтаться с нами в будущем. Я просто хочу, чтобы ты чувствовала себя комфортно.

— Комфортно? — Я горько усмехнулась. — Рядом с Энтони Митчеллом? О, конечно.

— Дай ему, время чтобы… привыкнуть. Так и будет, я уверен. — Райан завел двигатель, но посмотрел на меня еще раз с удивленной ухмылкой. — Он — футболист. Это все самозащита. Ему не нравится, когда кто-то его раздражает

Я подняла бровь, нахмурившись, потому что я вообще не поняла, что он пытался мне сказать.

— Не бери в голову, — рассмеялся он. — Ложись спать и отдыхай. Я думаю, что тебе не помешает выспаться — ты выглядишь выжатой и уставшей. Увидимся в школе. Лиза придержит свободное место для тебя за ланчем.

Я не знаю, обрадовало меня это или испугало. Проводить время с Лизой и ее друзьями круто. Проводить время с Тони это… как операция по удалению гланд без анестезии. Я вздохнула.

— Спасибо, что подвез.

Он пожелал мне спокойной ночи, и я вылезла из машины. Когда он уехал, я направилась к дому, поблагодарив себя за то, что на этот раз у меня имелись ключи. Все дерьмо, которое произошло со мной сегодня, опустошило меня, и я заснула в течение нескольких минут.

* * *

На следующий день перед школой, я скопировала заметки Тони в офисе дяди, намереваясь отдать их ему в ланчем и затем найти место с Алли и ее друзьями, если она позволит. Я достаточно попользовалась великодушием Тони, одолжившим мне свои записи. С этого времени я дам ему широкий простор. Я вернулась в свою комнату, чтобы забрать школьную сумку, затем пораньше вышла из дома, чтобы не пришлось бежать в школу этим утром

На естественной науке было весело. Ник плакал, от лука, который мы препарировали сегодня, но я с нетерпением ждала уроков, на которых буду сидеть рядом со Сьюзен. Она приглашала меня и на науке, но Ник не дал мне уйти.

Лиза, Сьюзен, Симон и я пришли на обед поздно, потому что отвлеклись на плакат, что висит в коридоре, анонсирующий предстоящий футбольный матч. Видимо, этот день был датой трехмесячной годовщины Лизы и Райана. Дело в том, что Лизе не понравилось, что Райан не сказал ей, что будет занят.

Десять минут спустя, когда мы вошли в кафетерий, говоря о том, что парни никогда не ценят важные вещи в отношениях, большинство столов были уже заполнены, а шведский стол почти пуст. С тошнотворным чувством в животе, я бросила взгляд на длинный стол, где сидели Ник и ребята, но Тони среди них не было. Я просканировала взглядом помещение. Дерьмо. Я действительно хотела вернуть ему заметки из рюкзака и в последний раз, переговорить с ним. Но, оказалось, мне и дальше придется носить их с собой. Ладно, по крайней мере, я могу сидеть со своими друзьями без напряга от его присутствия.

Я села в то же кресло, что и вчера, рядом с Ником. Наклоняясь через стол, я спросила Лизу, не из-за меня ли Тони нет здесь. Она поерзала и пробормотала:

— Конечно, нет. — Это прозвучало неубедительно. Я догадалась, что у них был еще один спор после моего отъезда вчера вечером, и это волновало меня. Но я ничего не сказала больше и просто попыталась насладиться маленькой кучей спагетти на тарелке.

Еда была ошибкой, потому что она начала путешествовать назад по моему пищеводу, когда мы должны были сделать колесо и какие-то прыжки на гигантском батуте на физкультуре. Или, может быть, это было только из-за отвращения, которое поднялось во мне, когда я подумала о лицезрении Тони на следующем уроке.

Прежде чем прозвенел звонок на последний урок по МВЭ, я глубоко вздохнула, расправила спину во весь рост и подошла к Тони, сидящему в задней части класса. Он не заметил меня. Я уронила папку прямо перед ним на стол, не заботясь о том, что он в это же время записывал что-то на листке бумаги, и папка приземлилась ему на руку.

— Спасибо, — сказала я настолько безэмоционально, насколько могла.

Он посмотрел на меня и приподнял брови, выглядя всерьез озадаченным для длинного вздоха.

— Ты сделала все проекты?

О. Так вот как он звучал, когда не вел себя как свинья. Хорошим. Но я знала, что заставила его вздрогнуть, и это было единственной причиной, почему он заговорил со мной первым. В настоящее время он, вероятно, пожалел, что открыл рот. И я не хочу тратить еще пару секунд моего драгоценного времени на него.

— Я выполнила первый эскиз, — ответила я уклончиво. — Я скопировала весь твой материал сегодня утром, чтобы свободно разложить его на своем столе, без риска разлить на него лак для ногтей.

Я холодно ухмыльнулась ему, развернулась на месте, и пошла в переднюю часть класса, прежде чем он придумает дерьмовой ответ. Усевшись на свое место, я с удовлетворением выдохнула. Все дело сделано. Отлично.

Мисс Джексон вошла и начала урок. Вскоре странное ощущение, чьего-то пристального взгляда, задерживающегося на моём затылке, заставило меня неловко провести рукой по волосам. Я попыталась сконцентрироваться на нашем учителе, но чувство было трудно проигнорировать. Через двадцать минут, я осмелилась оглянуться через плечо, ожидая увидеть глаза Тони, сверлящие меня со смертельной ненавистью. Но нет. Он сосредоточился перед собой. Но после того как он моргнул, он перевёл взгляд на меня, и мы встретились взглядами. Странно. Я не могла отвести взгляд. Он не смотрел озлобленно, как обычно. Просто… без всякого выражения.

Я стиснула зубы и снова повернулась. Энтони Митчелл, я закончила с тобой

Урок пролетел быстро, я не все успела. Когда прозвенел звонок, я спросила у Лауры Эванс, девушки, сидящей рядом со мной, о проекте домашнего задания. Она позволила мне быстро переписать свои записи, затем я сложила вещи в рюкзак и направилась за небольшой группой людей.

Снаружи, я столкнулась с Алли.

— Привет, Сэм, — сказала она. — Мы собираемся встретиться на футбольном поле через несколько минут, чтобы поучиться. Ты идешь?

После того, как мои затылочные мышцы затекли на уроках, я просто нуждалась в танцах, и так как я решила попробовать стать частью группы поддержки, я кивнула и последовала за ней к краю лужайки в нескольких сотнях метров от кампуса. Мы пришли первыми, и я рухнула под дерево, пока мы ждали остальных. Мало-помалу, они присоединились к нам, и, в конце концов, нас набралось восемь девочек.

Лиза села рядом со мной в индийском стиле и ударила своим плечом мое.

— Как прошло Искусство? Как вел себя болван?

— Да, все было здорово, — я пожала плечами. — Никаких оскорблений на этот раз.

— Хорошо. Я сказала, что надеру ему задницу отсюда до Небраски, если он обидит тебя.

Я оказалась права насчет того что был еще один разговор вчера вечером. В этом не было необходимости, так как отныне каждый из нас пойдет своей дорогой, но, все равно, приятно услышать, что Лиза поддерживала меня. Я ударила ее своим плечом обратно.

— Спасибо.

Мгновение спустя, Элли заставила нас растянуть мышцы, прежде чем мы начали подготовку. Я поставила подошву правой ноги на ствол дерева и сделала растяжку, как привыкла делать в балетном классе, когда была ребенком, потянувшись к пальцам и касаясь лбом коленки.

Но смотреть на свои штаны было скучно, поэтому я повернула голову в сторону, и мой взгляд прошелся по футбольному полю. Некоторые мальчики и девочки бегали на поле. Таким образом, сегодня было совместное обучение. Теперь, повернув верхнюю часть тела в одну сторону и прижавшись виском к коленке, я попыталась найти Сьюзен в толпе. Она должна была быть где-то там, но я не могла ее обнаружить. Вместо этого, я мельком увидела Энтони Митчелла.

Он снова был в белых шортах, и синей майке, и теперь я видела, что у каждого на спине изображена злая красная акула. Такая же, как на баннере, висящем на трибуне, с надписью "Акулы залива Гровер бич"

Тони повернулся, его взгляд прошелся по нашей небольшой группе. Слишком поздно я поняла, что начала смотреть, как он пинает мяч с Ником, и он точно заметил это, потому что его глаза сузились, когда наши взгляды встретились на секунду, прежде чем он отвернулся и побежал к воротам.

Тони

Выбежав с Хантером и другими на поле, я все еще скрежетал зубами над своим отсутствием внимания, когда маленький тролль бросила мой материал на стол и фактически лишила меня дара речи на секунду.

Ник направил мяч в меня.

— Кто-то пинает мяч для разминки?

Мы пинали мяч туда и обратно в течение минуты, бегали по краю поля, стараясь не попасть на линию Хлои. Ну, я и старался. У меня было достаточно увлекательное происшествие прошлой ночью, и я не хотел поцапаться и с ней.

В дальнем конце поля Ник и я поменялись местами, и там я увидел девушек. Алли выбирала время для тренировок с девушками тогда же, когда тренировались мы, чтобы мы могли потом высказать своё мнение. Я был действительно не против. Танец девушек был хорош…. если бы вы были парнем, то вы хотели бы этого, независимо от того, были они профессионалами или нет.

Обычно я наслаждался ими в течение нескольких минут, но затем сосредотачивался на игре и потом говорил им, что они были крутыми. Но на этот раз я знал, что Лиза будет с ними, и мое кровяное давление зашкаливало в ожидании увидеть ее, болеющую за нас.

Я был ошарашен, когда она объявила вчера, что участвует в группе поддержки. Но когда то из-за меня прошлым летом она присоединилась к футбольной команде, так почему бы сейчас не пойти в группу поддержки из-за Хантера? Я искал в небольшой группе ее красивые, длинные волосы. Но, тем не менее, мой взгляд застрял на черной шевелюре похожей на сорняк, примыкающий к телу, который растягивался как чертова банджи — веревка.

Маленький тролль закинула ногу на дерево и наклонилась вперед, как будто сделана из резины. Она быстро отвернулась. Да верно, как будто я не заметил, что она пялилась на меня. Тьфу. При всем том дерьме, которое я вылил на нее вчера вечером, меня удивило, что она все еще может смотреть на меня без рвотного рефлекса. Сегодня она вернула мне назад одолженные ей записи. Они по-прежнему выглядели аккуратно и безупречно.

Черт, Саманта Саммерс, вероятно, хорошая девушка. Она должна быть такой, если Лиз подружилась с ней в первый день. И, с точки зрения логики, я понимал, что она и Хлоя Саммерс не одно и то же лицо, но все же… лучше держать дистанцию с ней. Я получил свою долю неприятностей с одной из них. Мне не нужна еще одна история, с которой я не готов поделиться.

Я помчался с Ником, пасуя мяч взад вперед в верхней части поля.

Я бросил еще один взгляд на девушек, которые теперь тренировали несколько простых шагов под музыку. Лиза рассмеялась, когда все они должны были покрутить бедрами, и я не мог отвести взгляд, пока она выполняла это движение. Почему я не могу оставить эту девушку в покое? Она собрала волосы и завязала хвост на затылке. Ничего такого банджи — тролль не могла сотворить со своими волосами. Она просто смахивала их с лица в попытке запихнуть за уши, и, конечно, у нее ничего не получалось. Слишком короткие, они сразу же падали вперед. Она убрала челку с глаз, затем расстегнула молнию на толстовке с капюшоном и отбросила ее в сторону.

Святое дерьмо!

Она практически ничего не носила под толстовкой. Простой короткий черный топ, который заканчивался прямо под ребрами, прижимая грудь. Топ со шнуровкой на спине, вместе с армейскими брюками и тяжелыми черными ботинками она, казалось, носила постоянно, банджи — тролль вдруг выглядела чертовски круто, как Лара Крофт. Я остановился с мячом под ногой и откровенно наблюдал, как она показала другие по-настоящему крутые движения уличного танца. С учетом того, что она так немного носила на верхней части тела, это было самым сексуальным, что я когда-либо видел.

Боль взорвалась в голове, как мяч, попавший мне прямо над левым ухом. Ругаясь и с гудящей головой, я отступил в сторону.

— Прекрати пялиться на мою девушку, Митчелл! — Прокричал Хантер смеясь, когда подбежал ко мне. Он знал, что я не трону Лизу, пока она встречалась с ним. Но он также знал, что это изменится очень быстро, если они расстанутся. Однако, на сей раз, его подтрунивание не достигло цели.

— Я не смотрел на твою девушку. — Да, верно. Скажи ему, на кого ты, на самом деле, смотрел. Я чуть не рассмеялся над собой. — Ах, забудь об этом. Давай сыграем.

Я поймал футбольный мяч, который он бросил в меня и побежал к противоположным воротам, чтобы участвовать в голосовании в команде Хантера или в команде Винтера я сыграю. Как всегда, я в конечном итоге, был первым выбором Хантера.

Глава 6

Черлидинг — это весело. На самом деле, ничего такого я не ожидала. Когда Алли попросила меня показать им более сложные шаги, все они нашли их довольно крутыми, и я подумала, что не мешало бы навязать их девушкам. В конце концов, стало ясно, что мы не совсем обычные болельщицы, прыгающие, кричащие и садящиеся на шпагат. Мы стремились к сочетанию хип-хопа и фанка. Даже несколько недель в классе Зумба, который я посещала пару лет назад, пригодился мне теперь с шагом сальсы и вращением тела. Мне понравилось, чем мы занимались и остальным девочкам, по-видимому, тоже.

После тренировки мы пошли поесть мороженое, но я ушла рано, чтобы поработать над рисунком. На дом по МВЭ задали сделать эскизы женской фэнтези-злодейки, и мне хотелось сделать хороший рисунок, чтобы наверстать пропущенное время. Я решила изобразить гарпию с кожаными крыльями, клювом ворона и хвостом крысы с копьем на конце. После, я сделала половину другого проекта, домашнюю работу по математике и написала фанк-стихотворение о своих ботинках для английской литературы. Под конец, я, наконец-то, познакомилась с поваром — Розой

Позже, превозмогая тошноту, я сидела на ужине с Хлоей и ее родителями, которые завели очень странный разговор.

— Это была твоя первая тренировка черлидиров сегодня, не так ли, Сэмми? — Памела спросила меня в середине ужина.

Я оторвалась от своей еды и ответила кивком.

— Тебе понравилось?

— Было хорошо. На самом деле, я думаю остаться с девочками. Мне кажется, лучше танцевать с ним, чем ничего не делать.

Пэм широко улыбнулась мне через стол.

— Я уверена, ты сделала правильный выбор.

— Черлидинг, ха! — Рассмеялась Хлоя, толкая отца в бок локтем. — Первые номера занимаются реальным спортом, не правда ли, папа?

Он кивнул и вытер рот вышитым платком.

— Как ты бьешь пенальти? Ты улучшила свои показатели с прошлого лета?

Хлоя ухмыльнулась.

— Я забила семь мячей из десяти на прошлой неделе. Хантер говорит, что я один из его лучших игроков.

Да, это, пожалуй, единственная причина, почему он держит тебя в команде, где никто тебя не любит. Я фыркнула, но быстро сунула ломтик моркови в рот, чтобы задушить звук.

Памела проигнорировала разговор мужа и дочери и посмотрела на меня с блестящими глазами.

— У меня еще есть форма черлидеров со времени учебы в средней школе. Если ты хочешь, то можешь примерить ее потом. Я могу перешить ее для тебя, если она слишком длинная.

Вау, какое отличное предложение.

— Спасибо, но мы не танцуем в формах. Это просто забава, и Алли — наш капитан — позволяет нам носить то, что нравится. Она находит классным, что я ношу армейские штаны и ботинки, потому что это соответствует танцевальному стилю, который мы сейчас практикуем.

Хлоя сосредоточила на мне свои холодные глаза.

— Ты серьезно называешь то топтание и дурацкие конвульсии, которые вы делаете стильными?

Она судорожно задергалась из стороны в сторону, высмеивая нашу хореографию.

— Хлоя! — Прошипела Пэм повышенным голосом, который я не слышала с тех пор, как я и мой двоюродный брат упали в их бассейн за домом, когда нам было семь, полностью одетые.

— Я уверена, что девушки знают, что делают. А так как ты не с ними, ты не будешь обливать грязью их танцы. Не в моем доме. Я понятно выражаюсь?

Как будто для Пэм было недостаточно защищать меня, она положила руку мне на плечо, выражая поддержку. Мою кожу стало покалывать от отвращения во взгляде Хлои. Наконец, её глаза встретились с моими. Под всем льдом в её взгляде, мне показалось, я увидела крошечную вспышку боли. Она вытерла салфеткой губы, бросила её на недоеденный обед и встала.

— Могу я уйти, папа? Я не доделала домашнюю работу.

— Конечно, дорогая, — сказал он ей, и мы посмотрели, как она гордо вышла за дверь.

Я была счастлива, когда ужин наконец-то закончился, и направилась в свою комнату. Я не понимаю, почему Хлоя каждый раз так ревнует Памелу ко мне, казалось, что между мною и ею много общего, касалось это разговоров или совместных действий. Я совсем не старалась украсть у нее маму и заменить ею мою собственную. Я скучаю по родителями, черт возьми. Ничто и никто не заменит их для меня. Проживая в этом доме, я всего лишь адаптируюсь под данную ситуацию и пытаюсь быть хорошим гостем, а не досадной обузой.

Я позвонила маме, потому что забыла позвонить ей после школы, и разговаривала с ней только о хороших вещах, которые произошли со мной спустя какое-то время после нашего последнего разговора. Ей не нужно знать о том, как меня оскорбили прошлой ночью, назвав Хоббитом или о ревнивом представлении ненормальной Хлои. Так прекрасно снова услышать голос мамы. И так приятно услышать, как сильно она и папа скучают по мне, прежде чем мы повесили трубки. После звонка, я почитала немного истории, чтобы сдать завтрашний тест. Большую часть материала я уже выучила наизусть, так что я вообще не беспокоиться о провале.

Среда, на этот раз, прошла мирно, вселяя в меня надежду на то, что и остальная часть недели пройдет тихо. Ничто меня не огорчало. Тони в перерывах обедал с нами, но он всегда держал максимально возможную дистанцию между нами, поэтому я считала безопасным обедать с моими друзьями. Иногда, я ловила его холодный взгляд на уроках по МВЭ, но когда мисс Джексон попросила мои эскизы, чтобы обсудить с остальным классом, он не сказал ни слова. Я подумала, а не из-за угроз Лизы он превратился в тихоню? Если это так, то я очень благодарна ей.

В пятницу я пошла в школу в приподнятом настроении, в трепетном ожидании ночевки у Лизы. Кто-то упомянул о фильме «Тепло наших тел» и о тонне шоколадного мороженого. Хотя я не большая поклонница фильмов про зомби, я, безусловно, воображала Николаса Холта и меня не волнует, какое количество времени он будет поедать мозги, пока, в конце концов, не встретит и не поцелует девушку.

Но во время обеденного перерыва Алисса Сильверман подошла, отодвинула стул рядом с Лизой и уничтожила идею о Николасе и мороженом.

— Простите, ребята, — она окинула нас всех взглядом. — Я не могу прийти на ночевку сегодня вечером. Есть ли шанс, перенести ее на завтра? — Она смутилась, но потом широкая усмешка растянулась на ее губах, как и все остальные, я задавалась вопросом, почему.

— Что у тебя случилось? — Спросила Лиза.

Забавно, но именно Саша ответил на вопрос Лизы. Осторожно, не глядя ни на кого из нас, он поднял кусок пиццы ко рту, не уронив ни капли расплавленного, горячего сыра и сказал:

— Я пригласил ее на свидание, и она сказала да.

Он откусил уголок от кусочка пиццы и застенчиво улыбнулся.

Мы улыбнулись Алли, но никто из нас не проронил ни слова. Мы дождемся, когда закончиться перерыв, загоним ее в угол во время урока физкультуры и узнаем все подробности.

Я увидела, что Лиза радостно пожимает руку Алли, потом она вопросительно посмотрела на нас.

— Всем удобно прийти в субботу?

— Конечно, рассчитывай на меня, — ответила Сьюзен. В то время, как Симон пережевывала большой кусок гамбургера, она смогла только поднять руку.

Я пожала одним плечом.

— Конечно.

Вот и закончился хороший пятничный вечер не успев начаться. От перспективы болтаться в доме моей тети вокруг напыщенной Хлои, я полезла в карман за вишневым леденцом, чтобы подсластить плохое настроение.

— Это значит, что я не увижу тебя две ночи подряд, — Хантер запустил руку под волосы Лизы и надулся.

Я знала, почему он расстроился, хотя большая часть этого расстройства была фальшивой. Некоторые мальчики запланировали провести ночь в лесу, в то время как мы, девочки ночуем у Лизы. Теперь они сегодняшний вечер проведут в лесу, и никто не разрешит им присоединиться к нам завтра.

— Ты уже большой мальчик. Выживешь, — ответила Лиха игриво.

— Или… — Протянул он с усмешкой, — вы девочки могли бы пойти с нами.

— В лесу? — Воскликнула Симон, выронив гамбургер. Да, она не казалась, человеком, который получит удовольствие от ночевки на природе. Но выражение лица Алекса заставило меня поверить, что он просто обязан иметь идею, как сделает это время приятным для нее.

— Конечно, это отличная идея, детка, — сказал он ей. — Мы заснем с тобой в одной палатке и крепко обнимемся в спальном мешке. Я даже пожарю для тебя маршмэллоу на огне.

В следующий момент Симон лучезарно улыбнулась Лизе и сказала:

— Давайте пойдем с ними! — И, я уверенна, что уж точно не жареный зефир повлиял на ее решение так быстро.

Лиза казалась немного скептичной. Она поглядела на Сьюзен.

— Что ты думаешь?

— Если ты идешь, я иду.

И затем все посмотрели на меня.

Внезапно я ощутила дискомфорт. Я засосала чуть сильнее своей леденец на палочке, затем вытащила его со чмоканьем. Помимо Райана и Алекса, там также будет Ник и Тони. Ника я в состоянии вытерпеть, Тони,… вероятно, нет. Сердитый взгляд, которым он одаривал меня, заставлял мой кишечник сворачиваться от беспокойства.

— Я не знаю. Я не большой поклонник походов. Ну. вы знаете, без ванной, теплой воды и кабельного телевидения.

Ник рассмеялся и ударил меня в плечо.

— Давай, Финская девчонка, это будет весело.

— Да, в любом случае, мне нужен кто-то, чтобы спать со мной в палатке, — указала Сьюзен. — Я не собираюсь спать в одиночестве со всеми койотами и медведями там, и вы не сможете объединить меня с одним из этих идиотов. — Она кивнула головой в сторону Тони и Ника, но мы все знали, что она любила их обоих, так что никто не обиделся на ее подтрунивание.

Я поморщилась.

— Ты не найдешь медведей в Калифорнии.

— Не имеет значения. Я хочу, чтобы ты пошла.

— Я тоже, — сказала Лиза и послала мне умоляющий взгляд.

— Да, я тоже, — согласилась Симон.

А потом Алекс, Ник, и Райан все скандировали то, что и девочки. Они действительно польстили мне. Переводя взгляд с одного на другого, моя улыбка становилась все шире и шире. Я не ожидала комментариев от Тони, но другие, однако, по-видимому, ожидали его одобрения. Когда все смотрели на него, он проворчал:

— Простите меня, если я не пришел в бурный восторг.

На сей раз меня не трогал его раздраженный взгляд, как других, учитывая, то что я уже получила приглашение присоединиться к ним. Со сверкающей улыбкой я обратилась к Тони:

— Плохие новости, Митчелл. Я приеду. Смирись с этим.

Уголки его губ изогнулись в неестественной улыбке, он дважды моргнул, смотря на меня.

— О, радость.

Да, было бы, наверняка.

Перед шестым уроком Алли поделилась с нами подробностями. В это утро она увидела Сашу возле своего шкафчика — она чуть не проглотила язык, когда, захлопнув металлическую дверцу, увидела его. Но когда он сказал ей: «Привет, ты же понимаешь, что я уже долгое время преследую тебя? Думаю, настало время пойти со мной на свидание» она полностью была его. Мы были в восторге от мечтательного взгляда в ее глазах.

Переодеваясь после часовой игры в баскетбол, мы обсуждали поход, и я договорилась со Сьюзен, что она подвезет меня. Моя домашняя работа по МВЭ находилась в папке, которую я зажала под рукой и я торопилась попасть в класс до звонка.

Обогнув последний угол, я врезалась лицом в ученика гораздо выше меня. Я отлетела назад и приземлилась на задницу, мои эскизы разлетелись на несколько футов по коридору.

— Блин! Извините, — запыхавшись сказала я, встав на колени и помогая ему собрать выпавшие рисунки. — Я не видела вас.

Он тоже присел, и только когда, протянув к нему несколько рисунков, я поняла, в кого врезалась. Находиться на одном уровне глаз с Энтони Митчелом было что-то новенькое.

Ожидая худшего от него, я напряглась, но он молчал во второй раз на этой неделе, что волновало меня еще больше. Быстро он собрал все свои рисунки, кроме двух, которые я протянула ему. Его глаза были такими широкими, с кристальной ясностью в них был написан ужас, когда он смотрел мне прямо в лицо. Медленно, он потянулся за чертежами.

Легкое подергивание за листки заставило меня взглянуть на них. И тогда я поняла его ужас. Скорее всего, он не хотел, чтобы я увидела эти рисунки. А, может, хотел, но не сейчас, а позже, на уроке, когда он мог ими вызвать хохот. Шутка за мой счет. Мир на долю секунды остановился, когда я выпала их своих мыслей и застыла от шока.

— Боже мой, — прошептала я и с колен упала на задницу. Мои руки тряслись, легкие отказывались наполняться воздухом. Голова кружилась так, словно я слишком сильно раскачалась на карусели.

Мне было ненавистно, что на глаза выступили слезы, ненавистно, что он увидел, как меня это ранит. Но больше всего, я ненавидела, то, что он использовал меня в качестве модели для своей домашней работы по МВЭ. Злодейка, которую он нарисовал, была ведьмой. Кроме того что она была маленькой, что было прекрасно показано, так как он изобразил ее рядом с дверью, ручка которой могла легко проткнуть ей глаз, лицо женщины было поразительно похоже на то, что я видела каждый день, глядя в зеркало. Те же черты, тот же рот в форме сердечка, те же большие темные глаза. Черт, он даже идеально скопировал мои черные волосы. Только у этой женщины был нос длиною с мой средний палец, и он был украшен уродливыми бородавками, из которых торчали волоски. В ее глазах затаилась зло, которое было свойственно фильмам про Гарри Поттера, а не мне, а из чуть приоткрытого рта торчал гнилой зуб. На ее горбатой спине сидел ворон, бросая злой взгляд, а в когтистых руках ведьма сжимала метлу.

— Ты-ты, — хватая воздух ртом, произнесла я. Позволив ему забрать свои рисунки, я закрыла рот рукой, понимая, что мою грудь сотрясают рыдания.

Мудак не сказал ни единого слова. Он просто смотрел на меня так, словно откусил свой язык.

Близко к эмоциональному срыву, я наблюдала, как он засунул рисунки в свою папку, а затем его глаза снова нашли мои. Я знала, что не нравлюсь ему по действительно неприятным причинам, но я никогда не предполагала, что всё настолько плохо.

Я задохнулась.

— Это… Вот, как ты видишь меня? — Одинокая слеза скатилась по моей щеке.

Черты лица Тони ожесточились. Похоже, он пытался не морщиться. Его рука поднялась, чтобы дотронуться до меня. Подобно змее. Подобно врагу. Я находилась в такой сильной истерике, что почувствовала желание зашипеть на него. Но всё, что я смогла, это протянуть дрожащим голосом:

— Нет… о, мой Бог! Только не трогай меня. — Находясь всё ещё на полу, я отшатнулась.

Он не прикоснулся ко мне. Он зажал папку под мышкой, поднялся с пола, и вошел в классе. Как только он ушел, некоторые дети помогли мне собрать мои эскизы, но прямо сейчас я не смогла поблагодарить их за помощь. Я оставила все свои вещи позади и побежала в противоположном направлении, вниз по коридору, к выходу из школы. Со слезами, быстро заполнившими глаза, мое зрение стало расплывчатым. Я пришла в замешательство и в течение нескольких секунд не знала, что делать или куда идти, пока в конечном итоге, не упала на колени в траву под широкой кроной дерева.

Я облокотилась спиной к стволу, подтянула ноги к груди, и закрыла лицо руками. Рыдала навзрыд, так что каждые вздох отдавал болью в чересчур сжатом горле. Ни в коем случае я сейчас не вернусь на урок по МВЭ, или вообще когда-либо.

— Сэм? — Встревоженный, но хорошо знакомый голос заставил меня посмотреть вверх. — Что, черт возьми, произошло?

Да, неудивительно, что с моей удачей, парень Лизы нашел меня здесь, рыдающей, как маленький котенок. Я быстро вытерла слезы, но ничего не сказала ему, так что я просто покачала головой.

— Эй, ребята, проходите! — Крикнул он через плечо небольшой группе учеников, остановившихся около двадцати метров от нас. — Я догоню вас позже. — Тогда он присел передо мной, положив руки на мои согнутые колени. — Т воя кузена снова подкинула тебе дерьма?

И как только я посмотрела в его лицо, слезы потекли у меня вновь.

— Черт возьми! Это Митчелл. — Он вздохнул и опустился коленями прямо на землю, нашел на ощупь пачку бумажных салфеток в рюкзаке и вручил мне одну. Я взяла салфетку и вытерла ею лицо, потом высморкалась и отчаянно постаралась подавить в себе рыдание. Он ожидал в полнейшей тишине, пока я не собралась и, наконец, перестала плакать.

— Хочешь рассказать мне, что произошло? Таким образом, я смогу оторвать голову этому идиоту.

Сострадание Райана тронуло меня. И я почти улыбнулась ему. И прямо тогда я поняла, какой он восхитительный и почему Лиза влюбилась в него.

Я засунула салфетку в карман, прикоснулась ладонями к раскаленным щекам, и, в заключении, провела пальцами сквозь волосы, поднимая взгляд к небу.

— Я столкнулась с ним, — начала я, все еще немного неуверенно.

— Хорошо…

Вернув обратно взгляд на него, я фыркнула.

— И он уронил свои рисунки. На одном из них он изобразил меня.

— О. — Его глаза удивленно расширились, заставляя меня прерваться. Потом он усмехнулся. — Таким образом, ты увидела рисунок, да?

Я нахмурилась.

— Ты находишь, это смешным?

— На самом деле, я нахожу это довольно потрясающим. Так почему же ты расплакалась из-за этого рисунка?

Извините, что? Он пришел сюда сыпать соль мне на рану?

— Потрясающе? Он изобразил меня долбанной ведьмой.

Теперь Райан, выглядел немного озадаченным.

— Ведьмой?

— Да. С бородавкой на носу, с горбом, с метлой и так далее.

— О, — повторил он. Поджав губы, он задумался, его темные брови сошлись в одну линию. — Ну, это совсем не тот рисунок, на котором нарисована ты и который видел я.

Их что, много? Что не так с этим парнем? Это был всего лишь дурацкий стакан содовой, черт возьми, и из-за него он обрушил ад на мою голову.

— Почему он ненавидит меня, Райан? — Взмолилась я.

— Он не ненавидит тебя, Сэм. Сейчас ему просто немного сложно. Твоя кузина оставила глубокий отпечаток на этом тупице.

— Я не понимаю, в чем моя ошибка, — потрясла я головой.

— Так или иначе, мне достаточно его выкрутасов. Ты скажешь другим, что я не приеду сегодня вечером? Я не готова для второго раунда.

— Это не твоя вина и он, несомненно, знает это. И нет, Сэм, ты не откажешь нам из-за него. Лиза и Сьюзен ни за что не позволят тебе. Просто Тони нужно навести в голове порядок, но это не твоя проблема. — Райан сжал мои коленки и его голос стал еще мягче. — Кстати, он нас ждет там. — Он кивнул налево.

Я повертела головой и увидела, как Тони стоит, прислонившись к дереву и держит в руках папку очень похожую на мою. Меня бросило в дрожь.

— Хочешь, я надеру ему за тебя задницу? — Серьезным тоном спросил Райан. — Если захочешь, я это сделаю. В противном случае, я оставлю вас наедине. У парня такой вид, будто ему есть что сказать.

Сраженная, я уставилась на Тони. Его лицо было жестким, но в глазах не было обычной враждебности, когда он смотрел на меня.

— Ладно, наверное, это означает, что не придется надирать задницу. — Райан привстал, оттолкнувшись от моих коленок. — Увидимся позже.

Когда я взглянула на него, он поднял бровь, как бы намекая, что мне не стоит даже думать избежать похода, потому что он лично придет и если понадобится, вытащит мою задницу из дома. В этом я не сомневалась.

Закинув рюкзак на плечи, Райан Хантер подошел к Тони, который оттолкнулся от дерева и смотрел в землю.

— В самом деле, ведьма? — Райан засмеялся и похлопал Тони по плечу. — Друг, ты такой идиот.

Я не хотела, чтобы Тони подходил ко мне, когда Райан ушел. Мне не хотелось, чтобы он что-то говорил. И больше всего мне не хотелось, чтобы он видел мои покрасневшие от слез глаза. Все что мне хотелось это, чтобы он ушел.

Но он не уходил.

Спустя всего несколько секунд, он стоял рядом со мной. Моя папка приземлилась у моих ботинок.

— Ты прогуляла урок.

— Да? Очевидно, ты тоже, — ответила я с теплотой арктического шторма.

— Да, кто-то же должен был принести тебе твои вещи.

— Спасибо, — я перевела свой взгляд с него на свои колени, мой тон стал холодным и острым. — А теперь оставь меня одну.

Медленно Тони сел около меня на корточки, как раньше сидел его друг.

— Оставлю. Через минуту.

Сейчас минута рядом с ним казалась вечностью. Но я полагала, что он уйдет побыстрее, если я помолчу и позволю ему сказать то, что он хочет. Так или иначе, мое горло сейчас было слишком охрипшим, чтобы спорить с ним.

— Послушай…

Я слушала. Но он сделал такую долгую паузу после этого слова, что я случайно взглянула на его лицо. Черт, он действительно выглядел сожалеющим. И я имею в виду действительно сожалеющим, я не знаю, как это объяснить…

Его обтягивающая белая футболку натянулась на груди, когда он тяжело вздохнул.

— Я не знаю, что делать с вами, Саммерсами, вы вытаскиваете из меня все самое худшее. Это просто…

О, ничего себе. Это точно не войдет в историю как самое выдающееся оправдание всех времен.

— Энтони, ты превратил меня в ведьму, — прохрипела я.

— Я знаю… Эта картина никогда не должна была оказаться в моей папке. Это несчастный случай.

— Обрати внимание на то, что в первую очередь ты говоришь о несчастном случае! — Я пыталась докричаться до его непрошибаемой башки.

Он был спокоен.

— Да, это тоже.

Было что-то печальное в его тоне, чего я не понимала.

— Я знаю, что превращал твою жизнь в ад с тех пор, как ты вошла в двери Чарлис. Этого не случится больше. Я буду держаться подальше.

Он встал и ушел.

У меня не было желания возвращаться в класс с покрасневшим и опухшим от слез лицом, так что я пошла домой.

Памела, которая знала мой график, выглядела немного взволнованной, когда увидела, что я вошла в дом:

— Что-то не так?

Я должна была сказать ей, что все было прекрасно и, что у меня просто небольшая головная боль, но когда она положила ладонь мне на щеку и спросила:

— Ты плакала, дорогая? — Я почувствовала, что мое самообладание уменьшилось.

— У меня была действительно, действительно плохая неделя, — я сказала ей. Затем села на один из стульев с высокой спинкой в столовой и спрятала лицо в своих руках, сложенных на столе.

Я ожидала услышать ее обеспокоенный голос, расспрашивающий о подробностях, но слышала только шум из кухни. Наконец, я посмотрела вокруг и нашла ее сидящей рядом со мной. Она пододвинула ко мне чашку, и фруктовый запах клубничного чая донесся до моего лица.

Для себя я решила, что она достойна выслушать подробности о Тони и о том, как он превратил мою жизнь в ад без всяких видимых причин, кроме одной, что он и Хлоя раньше встречались, и у них ничего не получилось. Однако я подумала, что и так слишком далеко зашла, чтобы также рассказать тете о стервозном поведении ее дочери, потому что, я просто как-то не учла эту деталь.

— Трудно поверить, что такой милый мальчик как Энтони Митчелл мог быть так груб с тобой. И ты уверена, что это связано с Хлоей?

— Так мне сказали. — Снова я опустила ту часть, когда она бросила его после того, как переспала с ним.

— Но ты сказала, что он извинился сегодня. Я уверена, если он сказал, что оставит тебя в покое, то так и будет.

— Да, возможно, — я могла только надеяться на это. Но с кемпингом сегодня, шансы были невелики. — Кстати, ночевка, на которую я хотела пойти отменена. Вместо этого, они пригласили меня пойти в поход в лес. Ты и дядя Джек не против?

— Конечно. У нас должен быть где-то в подвале спальный мешок для тебя. — Пэм сделала паузу. — Ты выглядишь обеспокоенно. Думаешь, Тони тоже там будет?

— Я знаю, что будет. И это будет так интересно, — добавила я, взглянув искоса в свою чашку. Но я уже чувствовала себя немного лучше. Затем я вздохнула, поставила чай вниз, и склонила голову к моей тете на плечо. — Всю мою оставшуюся жизнь будет так же сложно с парнями?

Пэм прижалась щекой к моим волосам.

— Эмм… это вопрос с подвохом? — Она обняла меня сильнее, и мы обе засмеялась. — Но станет немного легче, когда они повзрослеют, милая.

— Когда кто повзрослеет? — Голос Хлои донесся до нас из кухни. Я подняла голову за долю секунды до того, как она появилась в дверях столовой. Её шокированное выражение, когда она увидела меня в объятиях ее мамы, заставило волосы на затылке встать дыбом. Яблоко выскользнуло из моей руки и упало на кафельный пол, закатившись под стол.

Я полностью пропустила её возвращение домой. Ужасная ошибка. Я нырнула под стол и подняла фрукт.

Тетя Памела казалось, не заметила шок у меня или у Хлои.

— Мы говорили о мальчиках, — она ответила своей дочери. — Сэм только, что поняла, какими сложными они бывают.

— Уже? — Хлоя повернулась ко мне и послала улыбку, которая не имела ничего общего с дружелюбной. — И так, ты все еще тусуешься с теми лузерами?

— Хлоя, что в тебя вселилось? — Пэм выкрикнула прежде, чем я успела втянуть воздух, чтобы ответить, и, держа руки на столешнице, она встала. — Меня не волнуют твои грубые манеры по отношению к Сэм в последнее время. Она член этой семьи и ты извинишься перед ней сию же минуту.

— Что? — Хлоя озадачено засмеялась.

— Ты слышала меня.

Как и ожидалось, Хлоя не извинилась, и мне было, на самом деле, плевать. Но то, что она сказала своей матери, потом застало меня врасплох, и, поразило меня до ошеломленного молчания.

— Так, значит, теперь ты любишь ее больше родной дочери? — Моя кузина направила снисходительный взгляд на меня. — Эту маленькую негодяйку, которую оставили на нашем пороге. Мне следовало знать, — она повернулась на своих каблуках и устремилась прочь.

Пэм стояла рядом со мной в ужасе. Она погладила указательным пальцем по губам, оборачиваясь сначала к пустому дверному проему потом на меня и обратно. Наконец-то, она сказала.

— Мне жаль, Сэм. Она не имела в виду это.

— На самом деле, я думаю, она это и имела в виду, — это все просто прибавилось к моему необыкновенно плохому дню. И хотя я не могла понять, почему, почувствовала жалость к Хлое. — Но ничего. Ты должна пойти за ней.

Памела пошла к двери, послав мне извиняющий взгляд через плечо.

Я попыталась улыбнуться.

— Спасибо, что выслушала меня, Пэм.

Тони

Положив локти на колени, и взявшись руками за голову, я сел на тренировочную скамейку в стороне футбольного поля, уставившись на маленькие ямки на траве. Я не помню, когда последний раз чувствовал себя так дерьмово. Нет, это была ложь. Я точно знал, когда чувствовал себя так. Это было, когда Хантер и я подрались за Лизу в её комнате. Точнее, когда Хантер обвинил меня в том, что я спал с Хлоей и разрушил мой последний шанс с Лизой. Хотя это была не совсем правда, не было никакого способа, чтобы отрицать, что я по-королевски облажался.

Прямо сейчас я хотел бы повернуть время назад на несколько часов. Ошибки — это отстой. Особенно, когда ты тот, кто их совершает, и они заканчиваются тем, что кто-то плачет из-за тебя.

Как я мог забыть вытащить чертовы рисунки Саманты Саммерс из моей папки? Я никогда не хотел обидеть девушку. Но я вел себя как придурок с ней с того самого момента, как увидел. Никто из близкого круга Хлои никогда так меня не волновал. Так почему Сэм?

Я услышал шаги сзади, но не оборачивался до тех пор, пока Хантер не похлопал меня по плечу и не сказал:

— Чувак, ты облажался. — Он перешагнул через скамью, положил футбольный мяч в грязь у своих ног, и сел рядом со мной.

— Это все твоя вина, — пробормотал я.

Он засмеялся.

— Почему? Потому что это вторая пятница месяца?

— Потому что из-за тебя я впервые засунул рисунки в папку. И после тренировки я забыл их вынуть.

— Ох, минутку, чувак. Я ничего не сделал, только поразился ими вчера. Никто не просил вырывать рисунки у меня из рук.

Да точно, и позволить ему узнать, как внезапно Саманта Саммерс оказалась почти на всех моих рисунках, которые я нарисовал на этой недели, когда не мог объяснить это даже самому себе. Черт побери, я должен был сделать домашнее задание по МЭВ четыре раза, пока наконец-то удалось сделать набросок волшебницы, у которой не было больших карих глаз и милого маленького носика, как у Сэм.

Хантер наклонился вперед и положил локти на бедра.

— Как она их увидела? Вы вешали их в классе?

— Я похож на идиота?

— Тебе действительно нужен ответ? — Он поднял одну бровь. Я чертовски ненавидел, когда он так делал. Девчонки были от этого без ума, но мы были парнями, черт возьми.

— Она врезалась в меня перед уроком, и мои работы разлетелись по коридору.

— Ой, а вот это плохо. — Замолчал Хантер, затем подобрал мяч с земли и прокрутил его на кончиках пальцев. — Во всяком случае, на том рисунке, который я видел, она выполняла упражнение напротив дерева. Куда делся тот рисунок? Я не думаю, что она упала бы в обморок, если бы увидела его.

— Он был прямо под тем рисунком с ведьмой. Мне повезло, что она не особо их разглядывала, когда собирала.

— Почему бы не показать ей его? Готов поспорить, что он ей понравится. И вообще, считается, что девушки любят позировать художникам.

Глубокий вздох зародился внутри меня, но было не круто вздыхать как баба рядом с твоими товарищами по футболу, поэтому я заворчал:

— Она не моя модель.

— Я думаю, она была бы ей, если бы ты позволил.

— Почему ты думаешь, что я хочу, чтобы она была ею? — Затем я добавил более злым тоном: — И почему мы обсуждаем этого банджи-тролля?

Он резко прекратил крутить мяч и уставился на меня, словно я отрастил вторую голову. И усмехнулся.

— О, парень, это делает тебя плохим.

Мне нравился Хантер. Очень. Но иногда он бесил меня, как никто другой.

— Ох, правда, великий пророк? Почему?

Наклонившись ближе в бойскаутском, конспиративном образе, он усмехнулся.

— Потому что ты уже дал девушке прозвище.

Черт.

— Это ничего не значит.

— Это значит, что она тебе нравится.

Я засмеялся, но понял, что голос звучит не так удивленно, как я хотел.

— Ты облажался, Хантер. Она еще одна Саммерс и я не хочу иметь дело с такими, — я выбил мяч из его рук.

Он встал и, подняв, покрутил мяч в руках, повернулся и посмотрел на меня сверху вниз.

— Эй, маленькая принцесса, послушай, что я тебе скажу. И лучше услышь меня, потому что я говорю это только один раз. Не каждая девчонка похожа на Хлою Саммерс, и, определенно, никакая не похожа на Лизу. Так что останови этот ад, ждущий ее, потому что я ее не пущу туда.

— Да уж, — сказал я с тяжелой, циничной усмешкой.

— Что за дерьмо с тобой. Я видел, как ты отшил пятнадцать девушек за последние три месяца, но они все были просто безымянными чиками. Но это… Сэм…, — он пожал плечами. — Она клёвая. И ты это знаешь. Она милая и забавная и, нравится тебе или нет, но девчонки решили, что она в нашей группе.

Черт, где у Хантера кнопка выключения? Я ненавидел, когда он играл роль старшего брата.

— И что?

Он помолчал немного, и я испугался, что он выльет на меня новую порцию дерьма. Но он усмехнулся.

— Это… значит, что мы можем поиграть в такой футбол, — он кинул мяч в меня. Я пригнулся, и он стукнул по трибуне позади меня, отскочил и упал в траву.

— Только ты и я? — Сказал я, беря мяч и, толкая его несколько раз правой ногой.

— Да, ты и я. Та же цель. До трех очков.

Я согласился кивком и подбросил мяч высоко в воздух. Когда он резко полетел вниз, Хантер и я побежали за ним, будто это был вопрос жизни и смерти. Ну, футбол всегда был для нас таковым. Хантер добрался до него первым, но, когда направился к воротам, я скользил со стороны в сторону и плавно взял на себя мяч. Сейчас я бежал, чтобы забить, и первый гол должен быть безошибочным. Только Хантер врезалась в меня слева, и сбил меня с ног. Больно упав на землю, я пополз по траве.

— Какого черта…

Хантер забил.

— Это было нарушение правил!

Он подошел ко мне, кулаки на бедрах.

— Кому ты будешь жаловаться, маленькая принцесса?

Я заскрипел зубами, когда поднялся на ноги и направил мяч короткими ударами обратно к середине поля.

— Я так понимаю, мы играем без правил.

Во втором раунде, я был готов к его сбиванием, и заблокировал его атаку собственной. Но, упав, он протянул руку, схватил меня за лодыжки, и я приземлился в грязь животом, что выбило воздух из моих легких. Я перевернулся на спину и сел, глядя на него.

— Серьезно, руки?

Он пожал плечами, затем кинул мяч через мою голову между столбиками.

— Два, ноль!

По-прежнему сидя на земле, я поднял руки, сдаваясь, потеряв все уважение к его игре без правил.

Он предложил поднять меня.

— В любви и футболе все средства хороши.

Я отказался от его помощи, но почувствовал необходимость убрать ту глупую ухмылку с его лица.

Когда мы вернулись к середине, чтобы начать третий раунд, Хантер дружески положил руку на мое плечо.

— Где твоя защита, Митчелл?

Ударив ногой в грязь, я пробурчал на него, занимая позицию для следующей попытки. На этот раз он не доберется до меня. Я был готов.

Но Хантер снова забил, и я обозвал его всеми ужасными именами, которые придумал, потому что он сумел отобрать у меня мяч, ударив локтем в живот.

— Ох, такие грубые слова из такого прелестного ротика, как твой. — Райан Хантер смеялся надо мной. — Но, наконец-то, мы добрались до сути.

Согнувшись вдвое, я взялся руками за колени и, все еще хватая ртом воздух между ними, проклиная его, плюхнулся на землю и посмотрел вверх.

— И в чем суть? — Я зарычал.

Его смех превратился в кривую усмешку.

— Ты всегда такой обидчивый, когда кто-то рушит твои стены. — Он бросил мяч в меня, и мне пришлось быстро выпрямиться, чтобы поймать его, прежде чем он ударил бы меня в лицо.

Хантер дал мне секунду, чтобы понять смысл того, что он только что сказал. И, Боже мой…

Райан сделал опять ту глупую вещь с бровью, что означило, что он мог отчетливо слышать колокола моего понимания.

— Увидимся позже, маленькая принцесса. И не забудьте взять с собой хорошие манеры.

Я перевернул его и пошел к своему велосипеду.

Глава 7

Собирая вещи на ночь, в глуши, я старалась не впадать в панику при мысли о том, что увижу Энтони Митчелла снова после того, что случилось сегодня. Он обещал оставить меня в покое. Я пыталась убедить себя в том, что все еще может оказаться весело.

Ну да, как же.

Я испустила разочарованный вздох. Все было бы проще, если бы я не выбрала друзей из его круга. Но бросить Сьюзен, Лизу и Симон из-за него? И даже Ника Фредериксона? Я так не думаю. Парень нравится мне, как и остальные.

Я остановилась на середине скручивания спального мешка. Если Тони настоял на том, чтобы быть таким придурком, я просто буду игнорировать его. Я не собираюсь позволить ему испортить мне эти выходные. Будет шестеро других друзей, я должна смириться. С принятием этого решения я почувствовала себя гораздо лучше и смогла, наконец-то, перевести дыхание и расслабиться, когда закончила паковать вещи.

Сьюзен забрала меня около четырех часов на монстре, похожем на Мэтра из Тачек. Только без двух передних зубов.

— Прости за это, — сказала она и скривилась. — Машина моей мамы в мастерской. Это дедушкина. Я клянусь, он точно такая же реликвия, как и эта машина.

Я пожала плечами, бросила свои вещи для похода на грузовое место и забралась на пассажирское сиденье, бросив мою куртку на заднее сиденье.

— Не беспокойся. Это лучше, чем ехать на велосипеде и тащить все вещи на багажнике. — Я осторожно закрыла двери, боясь, что ржавая штуковина распадется на куски под моей задницей.

Музыка с древнейших времен звучала из двух динамиков на приборной панели.

— Ты любишь шестидесятые? — Спросила я.

— Это нормально. Ну, не совсем. Но дедушка сказал, что я не должна трогать радио. Оно всегда настроено на этот канал. Ты хочешь, чтобы я выключила?

— Нет. Оставь. — Радио подходит под мое настроение.

С опущенными стеклами и теплым ветром, раздражающим наши волосы, мы подпевали песне “Леденец на палочке”, которую Сьюзен объявила лейтмотивом Сэм Саммерс. Проехав нескольких миль, Сьюзен свернула с шоссе и поехала вниз по грунтовой дороге. Она проехала несколько минут, пока дорога не привела нас к автостоянке из гравия возле романтичного ручья. Она припарковалась между блестящим черным Джипом и темно-серым автомобилем Хантера, и отключила двигатель.

— Отсюда мы прогуляемся пешком. Это не далеко. Приблизительно полмили.

Мы вылезли из машины, похватали палатки, циновки и спальные мешки. Это не была длительная прогулка, но со всеми вещами, которые мы несли, я вспотела, прежде чем мы достигли небольшой поляны, где все были заняты тем, что устанавливали свои палатки и разводили безопасный огонь.

Я старалась не смотреть на Тони, но мои глаза, казалось, лишились силы воли, когда они высматривали его местоположение. Всегда знай, где враг твой, вот что крутилось у меня в голове.

Я увидела его стоящим коленями на земле спиной к нам. В то время как он устанавливал рейки своей палатки, его белая майка выставляла напоказ рельефные мышцы бицепса.

— Привет, всем! — Крикнула Сьюзен.

В тот же момент, Тони повернулся взглянуть на нас через плечо. Я помедлила, не успев отвернуться, и он поймал меня за тем, как я подглядываю за ним. Я очень старалась выглядеть бесстрастной, но знала, что паника и ненависть написаны на моем лице.

Почему, черт возьми, я не могу игнорировать этого парня

Тони ничего не сказал. Ни мне, ни Сьюзен. Но его робкий взгляд остановился на мне на несколько секунд. В конце концов, он сжал губы вместе сильнее и вернулся к работе. Да, чувствуй себя виноватым, ты — осел!

Ник помогал Тони. Он улыбнулся, когда увидел нас. Лиза быстро мне помахала, потом держала металлический прут, который Райан пытался привязать к земле.

Симона крикнула.

— Эй, ребята, почему так долго?

— Мы не могли рисковать тем, чтобы Мэтр выдыхался, поэтому вели очень медленно, — ответила я.

Симона поморщилась.

— Ты приехала на машине своего дедушки?

Сьюзен пожала плечами.

— Не было выбора. Или так, или пешком.

Мы начали ставить нашу палатку рядом с палаткой Ника и Тони. Я бы выбрала другое место, но, казалось, что этот маленький кусочек земли был для нас. Мы выложили брезент и отсортировали много тонких прутиков. К сожалению, эта вещь шла без инструкции сборки. Мы были полностью потеряны.

Я сидела на земле, скрестив ноги, и изучала элементы.

— Кажется, все они не подходят друг к другу, — пробормотала я.

— Я думаю, что мы должны соединить их вместе, одну в другую, — сказала Сьюзен, держа две планки так, как будто это палочки для еды.

Она права. Планки соединились друг с другом, если мы поворачивали их правильной стороной. Но после пяти минут собирания их воедино в металлические прутья, мы понятия не имели, что делать дальше.

— Отлично, — сказал я. — Что нам теперь делать? Завернуть его в круг и держать над головой всю ночь?

— Или ночевать под открытым небом.

Сьюзен собирала планки в нескончаемую линию, с разочарованным лицом. Потом она отпустила их, и они опрокинулись, лежа поперек места.

Периферическим зрением я увидела, как тонкая ветка указывает на середину нашей линии из планок.

— Вы должны разломать ее здесь. — Раздался голос Тони поверх меня. — Так вы сможете определить, что лишние планки у вас есть по обе стороны.

Какого черта это было? Искупительная жертва? Он мог засунуть ее себе в задницу.

Я не собираюсь следовать любым приказам, исходящим от него.

Но Сьюзан все выполнила. Черт, а если то, что он сказал, не имеет смысла.

— Теперь ты выкладываешь их в форме креста и продеваешь через петли в ткани, — объяснил он терпеливым голосом. Более того, он казался дружелюбным. До некоторой степени, это было совершенно новым для меня и я не потерплю все это после того, как он причинил мне боль.

— Спасибо, — хмыкнула я. — Но я уверена, что мы сможем справиться сами. — Каким-то образом. С большим и большим количеством времени.

— Хорошо, — сказал он, холоднее, чем раньше, и пошел прочь.

Я снова могла дышать.

Теперь я и Сьюзен держали по пруту в руках, смотря друг на друга. Похоже, она, так же как и я, не знала, что делать дальше. Я ненавидела себя за то, что прогнала нашу единственную помощь, но пусть я буду проклята, если буду ставить палатку вместе с Тони.

— Мы можем сделать гамак из этого, — усмехнулась Сьюзен и ткнула меня прутом в ребра, что заставило меня засмеяться. — Или мы просто прокрадемся в палатку Лизы, когда они заснут.

Тони откашлялся позади меня:

— Симона, ты бы сказала девочкам, вставить концы в дыры по углам и привязать центр палатки к кресту.

Я изогнула брови, но остановилась, чтобы окинуть его недовольным взглядом через плечо. Он был не достоин даже этого.

Симона подошла к нам.

— Хм, девочки, — сказала она удивленным голосом, подавляя смех, — вы должны вставить концы в дыры по углам и привязать центр палатки к кресту.

— Мы слышали его, — пробормотала я, одарив Симону раздражительным взглядом.

Она пожала плечами и усмехнулась, когда села на холодильник, наблюдая за тем, что мы делаем.

Было трудновато вставлять колышки в ямки, так как одновременно нам приходилось поднимать середину крестовины, и ткань от этого сильно натягивалась. Это было похоже на попытку засунуть скользкую рыбу в петлю размером с ноготь мизинца. Я бормотала под нос, проклиная все на свете.

Кто-то присел возле меня, и я уловила запах мужского геля для душа.

Обернувшись, я уставилась прямо в глаза Тони. Мне захотелось сказать, чтобы он проваливал, но не успела опомниться, как его руки накрыли мои.

В мгновение я напряглась, затаив дыхание. Я почувствовала на своих продрогших руках тепло его рук.

— Дай мне, — сказал он одновременно спокойным и раздраженным тоном.

Я не хотела. Все что мне хотелось это отпихнуть этого идиота от себя и самой закончить с этой дурацкой палаткой. Но от шока мой мозг отказывался работать, мои руки выскользнули из-под его, и он схватил колышек. Отойдя на несколько футов, я упала на задницу, и увидела, как он легко воткнул конец колышка в нужную ямку.

Игнорируя мое замешательство, Тони и Ник работали вместе, чтобы закончить установку нашего отеля на одну ночь. Спустя пару минут, я, наконец-то, сумела подняться с земли и отряхнуть хвойные иголки и грязь, прилипшие к моей заднице.

Когда мальчики закончили, Тони остановился передо мной, повернул свою голову сквозь плотно сжатые губы, и поднял брови. Что, вероятно, в переводе означало что-то вроде: Вот как ты собираешь палатку, глупая. Было ясно, что он не ожидал, что я что-то скажу. Вероятно, он даже не хотел этого. Затем он прошел мимо меня прямо к костру.

— Спасибо, Тони! — Крикнула Сьюзен ему вслед.

Он поднял руку над плечом, но не обернулся.

— Не за что.

Ага, как же. Это было ничего. Никто не просил его о помощи, так что благодарить его — было последней вещью, которую я собиралась делать сегодня. Черт побери! Жуя губу, я начал выкладывать наши спальные мешки со Сьюзен.

К тому времени, когда мы закрыли на молнию москитную сетку и присоединились к остальным, у костра стало темно. Четыре бревна, разложенные в форме квадрата вокруг костра, служили скамейками. Райан уселся на одно бревно, обхватив его ногами, и Лиза устроилась между его ног, прислонившись спиной к его груди. На другом стволе Симона поглаживала волосы Алекса, голова которого лежала на ее коленях. Сьюзен сидела рядом с Симоной. Так как места на бревне больше не было и мне не хотелось сидеть с Лизой и Райаном, начавшими целоваться, поэтому уселась рядом с Ником на землю, также как и он, используя бревно позади себя в качестве спинки.

Спустя мгновение Тони вышел из своей палатки и сел на землю возле ствола дерева. Он разорвал пакет сырных крекеров, открыл и начал засовывать горсти крекеров в рот. Он не смотрел на меня, и я не буду смотреть на него. Вместо этого, я сосредоточилась на треске пламени.

Ник открыл банку Пепси и передал ее мне.

— Хочешь?

Полуденная жара и возня с обустройством нашего лагеря, вызвала у меня жажду. Я с признательной улыбкой взяла Пепси и выпила залпом пол банки, затем передала ее обратно Нику. Он сделал из нее маленький глоток и поставил на землю, между наших бедер.

У Симоны ушло немного времени, чтобы достать все вещи из холодильника у ручья. Мы накололи сосиски на палочки и кинули картошку в угли в стороне от костра. Между жареными сосисками, мы запекали зефир на палочках.

После того, как мы поели, я вытащила вишневый леденец из кармана, на десерт. Ветер просвистел вокруг костра, и я потерла руки от холода. Казалось, никого не будет беспокоить ветер, кроме меня. Мне еще предстояло привыкнуть к климату в Калифорнии.

— Ты замерзла? — Спросил меня Ник.

— Нет, все хорошо, — я только мечтала, чтобы ветер подул в мою сторону и принес тепло костра ко мне. Я, правда, буду пахнуть жареным, но это лучше, чем мерзнуть, когда остальным тепло и уютно.

— Я бы отдал тебе свитер, но не взял его.

Я засмеялась, когда Ник нахмурился и сказала:

— Не беспокойся, я взяла свой, — только оставила его в грузовике. Прекрасно. — Он в машине Сьюзен, я заберу его попозже, — или нет, прогулка через темный лес, чтобы его забрать, не казалась хорошей идеей.

— Эй, хотите поиграть в правду или вызов? — Спросила Симона, бросив палку в огонь и объявив, что она наелась на неделю вперед.

— Нет… — коллективный стон послышался от парней.

Но у Лизы и Сьюзен было достаточно энтузиазма, чтобы уговорить своих парней, и, наконец, Ник тоже сдался. Я не любила эту игру, потому что, в большинстве случаев, ты должен быть устно или физически сконфужен, но я согласилась, потому что не хотела все портить, и у Тони теперь тоже не было такого шанса, так как он остался в меньшинстве.

— Я первая, — зааплодировала Сьюзен. — Райан, правда или вызов?

— Правда, — сказал он спустя мгновение.

— Почему ты не заполучил Лизу до прошлого лета, когда был так долго влюблен в неё?

Лиза наклонила голову и стукнула его по плечу:

— Да, Хантер. Почему?

Райан быстро взглянул в сторону, и, проследив направление его взгляда, я увидела Тони, наблюдающего за огнем.

— Потому что она была навеки влюблена в лучшего друга, — сказал Райан и погладил руки Лизы, лежащие на животе, — это выглядело так, словно ничего не заставит ее оторвать глаза от симпатичного лица Митчелла.

Мы все засмеялись и даже Тони улыбнулся.

— Ничего кроме тебя, — прошептала Лиза Райану и улыбнулась.

— Правда или вызов, детка? — Спросил он ее.

— Я сегодня храбрая. Вызов.

— Я вызываю тебя поменяться со мной местами и сделать то же, что Симона делает Алексу, — усмехнулся он и через мгновение положил голову ей на колени.

Запустив пальцы в волосы Райана, Лиза попросила Ника перепрыгнуть через костер. Что он и сделал. С пародированием балерины. Это выглядело забавно. Но, когда он спросил меня: "Правда или вызов?", я чуть не подавилась своим леденцом.

Боясь, что он попросит меня сделать что-то глупое, вроде прыганья через костер, где я точно приземлюсь в огонь и стану тостом, я ответила:

— Правда.

Он потер нос пальцем, выглядя так, словно придумывал что-то действительно дерьмовое и жестокое. Но потом, потом он улыбнулся, и я знала, что он только пугал меня.

— Хорошо. Какая самая ужасная вещь, которую говорили о твоем росте?

Дерьмо, я ожидала чего-то вроде: "Каким был твой первый поцелуй с мальчиком?" или "Где ты прячешь ключ от своего дневника?". Этот вопрос застал меня врасплох, и я машинально взглянула на Тони. Он повернулся ко мне, его лицо, как обычно, ничего не выражало.

Я опустила взгляд в огонь.

— Недавно кто-то назвал меня Хоббитом.

Лиза потрясенно вздохнула, но мои глаза вернулись обратно к Тони. Он нахмурил брови и его губы сжались, как он всегда делал, когда чувствовал… что? Сожаление?

— Вау, как грубо, — Ник сказал очевидное, — кто это сказал?

— Неважно, — пробормотала я. Достаточно было того, что это знала Лиза.

— Почему, я люблю "Властелина Колец", — Симона продолжила тему, не представляя о моей личной драме. Она захихикала, наклонившись к Сьюзен: — Я думаю, что Фродо милый.

— Идем со мной в палатку, детка, и я покажу тебе Фродо, — сказал Алекс, обнимая ее за талию.

Я сказала, чтобы Сьюзен ущипнула Симону снова, за поддержку Фродо, когда это было все из-за моего роста, но улыбнулась так, что она знает, что я не приняла ее комментарий лично. Однако Симона показала мне язык, затем вскрикнула, когда её снова ущипнули.

Затем была очередь Сьюзен, и она выбрала Тони.

— Правда или вызов?

— Я не хочу обнимать Симону, потому что тогда Алекс перекроит мое лицо, — он глумился над улыбавшимся Алексом. — Правда.

— Это правда, — Сьюзен послала мне сумасшедший взгляд через очки, чем взволновала меня, особенно, когда ее губы растянулись в зловещей ухмылке.

Ох, парень.

— Давай сделаем вид, что у тебя есть опрос насчет Сэм. Два варианта ответа. Один вопрос: Сэм симпатичная или страшная? — Ох, мне не нравится, как она сказала эти два слова. — Ты поставил бы галочку на уродливой?

Рисунок ведьмы всплыл в моей памяти. Я тяжело сглотнула, неспособная отвести взгляд от ведьмы напротив меня. Это было так убого. Как она могла называться моим другом и в то же время так меня смущать? Каждый знал, что Тони обо мне думает.

— Я бы, конечно…

— Ты знаешь правила игры, Тони, — Сьюзен прервала его короткий ответ. — Если ты выберешь правду и соврешь, то заразишься чесоткой и потеряешь все свои зубы до того, как тебе исполнится двадцать один.

— Что? — Он и я одновременно уставились на нее, но теперь я действительно улыбалась.

— Кто же придумал такую ерунду? — Добавил Тони.

— Это все знают, — сообщила она серьезным тоном. — Никогда раньше не играли в эту игру? — Теперь она мне подмигнула.

Эта девчонка невероятна. Но сейчас мое сердце билось где-то в горле, и я ждала ответа Тони, который упадет на мою голову словно дом.

Тони колебался, и все обернулись к нему с любопытными выражениями на лице. Он взглянул на меня, затем на Сьюзен и скрестил руки на груди.

— Хорошо, я не поставил бы галочку на уродливую.

— Слышите, слышите! — Райан повернул свою голову на коленях Лизы так, чтобы он мог смотреть на Тони. — Еще бывают моменты, когда ты меня удивляешь, Митчелл.

— Иди к черту, Хантер, — Тони послал ему усмешку, кинул в лицо горстку крекеров и переложил его голову на бревно. — Я не понимаю всей этой вашей суеты. Она выглядит хорошо… что тут такого?

Подождите. Я бросила онемевший взгляд на Тони. Перемотайте и повторите эти снова. Под угрозой чесотки, он признал, что я не уродец. Мой рот открылся. Куда же подевалась ведьма? И Хоббит, если на то пошло.

— Да ничего, — Сьюзен послала мне заговорщицкую улыбку. — Твоя очередь, Тони.

Я прочистила горло и боролась, чтобы сохранить свое выражение спокойным и под контролем, пока мы играли дальше, но, по правде говоря, он до чертиков, удивил меня. Я больше ожидала, что он отпустит какое-то дерьмо с чесоткой обо мне и просто скажет всем, что думает, что я выглядела, как не доросшая. Он был именно таким парнем.

Мои мысли все еще путешествовали вокруг его последнего комментария, когда я рассеяно, потерла руки от холода.

Симона наклонилась вперед и спросила, понизив голос.

— Тебе холодно? Ты должна пойти взять толстовку из машины Сьюзен.

Мне было холодно. По-настоящему холодно. Но моя точка зрения не изменилась.

— Я не хочу бродить по темноте в одиночестве, — прошептала я ей в ответ. — Я боюсь, что я никогда не найду дорогу обратно.

Алекс, который только что спросил Тони, правда или вызов еще раз, услышал меня и, видимо, подумал, что это хорошая идея, заставить меня чувствовать себя лучше. Когда Тони выбрал вызов, Алекс сказал:

— Держу пари, ты не пройдешься к машинам вместе с Сэм, чтобы она могла взять свой свитер. — Он сверкнул широкой ухмылкой. — И пока ты там, принеси мой Гаторейд. Он на заднем сидении моей машины.

Все мышцы моего лица перестали работать. Я, должно быть, неправильно расслышала. Или отчаянно надеялась на это, когда медленно повернула голову, чтобы найти ошеломленный взгляд Тони на себе. Почему все вдруг связывают правду или вызов Тони со мной?

Тони мог полностью проигнорировать вызов — сказать, что он выходит из игры и просто счастливо сидеть возле костра. Я бы сделала так. Но в третий раз с тех пор, как мы здесь, это была еще одна уловка.

— Хорошо.

Это все что он сказал.

Он поднялся на ноги и исчез на минуту в своей палатке, затем снова вышел с черным свитером и фонариком в руке.

Когда у него были ключи Алекса, он направился к тропинке, по которой Сьюзен и я поднимались, чтобы добраться сюда, но, пройдя несколько шагов, он остановился и послал меня суровый взгляд через плечо.

— Ты идешь?

С широко открытыми глазами, я сглотнула. Я одарила неопределенным взглядом Лизу, но Райан ответил с едва уловимым кивком в сторону Тони. Его обнадеживающая улыбка заставила меня подняться на ноги. Медленно. Я переступила через вытянутые ноги Ника, и с опаской подошла к Тони.

— Сэм! Ключи!

Звенящая связка летела ко мне со стороны Сьюзен, когда я повернулась, но Тони поймал ее перед моим лицом.

— Давай, Саммерс, — сказал он, и на этот раз он не был раздражен.

Мы шли в тишине. Он шел так быстро, что я чуть ли не должна была бежать, чтобы следовать за маленьким лучом его фонарика. Когда мы добрались к машинам, Тони пошел к черном джипу, а я пыталась открыть древнюю машину Сьюзен. Без фонарика, я делала это на ощупь, но когда открыла дверь, включился небольшой свет и осветил салон. С заднего сиденья, я захватила толстовку и засунула руки в рукава, когда услышала, что Тони закрыл и заблокировал машину Алекса. Я осторожно закрыла двери Мэтра и повернула ключ в замке.

— Я готова, — сказала я и обернулась. Но Тони исчез. Машина Алекса была темной и пустой.

Что? Нет… Он не мог.

— Энтони? — Мой шепот еле прошел через горло, которое пересохло от страха.

Маленький свет внутри машины Сьюзен погас, и я была поглощена кромешной тьмой. Холодная дрожь пробежала по мне.

Я замерзла.

Глава 8

Мое сердце бешено колотилось, громким ревом, заглушающим звуки журчащего ручья неподалеку. Он оставил меня одну?

— Энтони? Ты где? — Прошептала я так, чтобы не привлечь внимание любого безумного психопата убийцы, который ждет меня в лесу.

Черт, он не мог уйти без меня назад. Он не мог быть таким жестоким.

В тот момент я с болью вспоминала Хлою и ее родителей, перед тем как она позже выгнала меня из своей машины.

Тони знал, что я была напугана, и все же он играл со мной. Все то, что он сказал и сделал сегодня днем, было только для шоу.

В тот момент, я проклинала его в пылающие глубины ада.

Шелест деревьев, слева от меня заставил мою кровь застыть. Я сделала крошечный шаг назад, чувствуя холодный металл Мэтра у меня за спиной. Металл и еще что-то.

Тело.

Мое сердце застыло в груди, и я кричала!

Падая на землю, я обернула свои руки над головой для защиты. Словно это могло спасти мою несчастную задницу.

Смех прозвучал надо мной. Звук, который я раньше никогда не слышала, но, в любом случае, узнала. Мне должно было стать легче, но я не могла успокоиться. Луч фонаря блеснул в мое лицо перед тем, как Тони захватил пальцами меня за плечи и поднял, по-прежнему кричащую, на ноги, не в силах удерживать свет, по-прежнему лающе смеясь.

— Ты, проклятый ублюдок! — Я кричал на него, и била кулаками в его грудь. — Ты полный осел! Я чуть не обмочилась в штаны, ты, ты… придурок! — И слезы навернулись на мои глаза.

Теперь он только мог стоять и смеяться, укорачиваясь от моих ударов. Затем одним движением, настолько быстро, что я не видела его, схватил мои запястья и скрутил меня так, чтобы моя спина была прижатая к нему, обнимая и останавливая мои удары. Он бормотал какое-то бессмысленное дерьмо в мое ухо, в то время как я все еще выкрикивала ему всевозможные проклятия, пытаясь привести себя в норму. Только, когда его губы приблизились к моему уху, я услышала, что он говорил.

— Ш-ш-ш, Сэм, прекрати. Все хорошо. Никто не обидит тебя. Я не обижу.

Я сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь взять себя в руки, когда полное изумление привело меня в состояние неподвижности. Он обнял меня. И он был удивительно нежным. Запах его геля для душа подавлял запах хвои и влажной травы, поселяясь в моей голове, как транквилизатор.

Я позволила мышцам расслабиться. Он не обидит меня и не сыграет снова со мной злую шутку. Он просто ушел на секунду, чтобы… сделать что?

— Где ты был? — Прохрипела я.

— Пошел пописать. Я не знал, что ты сойдешь с ума в течение десяти секунд. — Все еще остался след развлечений в его голосе, и я не знала, должна ли ненавидеть его за это, или упасть еще глубже в его объятия. Ощущение было слишком странным.

Зазвонил телефон, и он отпустил меня, вручая мне Гаторейд.

— Что такое? — Ответил он, снова посмеиваясь. — Нет, она просто немного нервная. Все хорошо, — заверил он того, кто звонил и отключился, затем засунул телефон обратно в карман.

Я приковала его мертвым взглядом в темноте.

— Никогда. Не делай. Так. Снова!

— Для своего роста, у тебя сильный удар. — Потирая грудь, он скривился, поддразнивая меня. — Пошли назад. Они беспокоятся о том, что я потерял тебя в лесу.

— Они слышали меня? — Захныкала я.

— Весь Гровер Бич, наверное, слышал твой крик, — он обернул пальцы вокруг моего плеча и заставил меня двигаться.

Когда он снова отпустил меня, я потерла место, которое быстро становилось холодным. Ничего себе, он притронулся ко мне. Я закатила глаза. Но дело в том, что он сделал это по собственному выбору, без тошнотворных звуков, но с небольшой улыбкой, я видела, когда украдкой смотрела на его лицо.

Это был его способ исправить то, что он был таким гадом? Я не могла полностью доверять ему, но если это было так, то я не жаловалась. Мне понравился этот Тони намного больше, чем тот придурок, которого я узнала за последние несколько дней.

Теперь он шел медленно, и мне не нужно было бежать, чтобы догнать его. Это выглядело так, словно ему не хотелось возвращаться. И, с появлением этой его новой стороны — мне тоже. Но я все еще была осторожна.

— Это так ты меня избегаешь? — Спросила я.

— Я, честно, собирался, — признался он низким голосом, — но с моими удивительными друзьями, ты видишь, что это невозможно.

О, то есть, в конце концов, ничего не изменилось.

— Я сожалею, что они отправили меня с тобой, Энтони, — пробормотала я, чувствуя себя словно… хорошо, откровенно говоря, я не знала, что чувствовать сегодня вечером.

Он откинул голову назад, вздыхая, наверно, раздраженно.

— О Господи, ты перестанешь, наконец, называть меня Энтони? Ты похожа на мою бабушку.

— Ты сказал мне называть тебя так, — и, насколько я помню, это воспоминание не было связано ни с чем хорошим.

— Да, я сказал. И теперь я говорю тебе перестать. Меня зовут Тони. — Он остановился и развернул меня к себе, чтобы я посмотрела него. — И не расстраивайся. Я не говорил, что не хочу, что бы ты приезжала, так ведь?

— Хмм, нет. — Мои глаза расширились, когда он положил руки мне на плечи. Я сделала маленький шаг назад.

— Так почему бы нам просто не…

Я не слышала остальную часть его слов, потому что маленький шаг назад привел меня на край речного берега. С истеричным воплем я потеряла равновесие, летя по небольшому склону, кося сорняки, и приземлилась с всплеском на задницу посреди реки. Задыхаясь и бормоча что-то, я чувствовала, что холодная вода заливает мою одежду, но не могла двигаться, как будто это навсегда.

— Сэм? — До меня донесся взволнованный голос Тони. Луч фонарика светил вокруг меня, пока не попал мне прямо в лицо. — Тебе больно?

Я покачала головой, полностью озадаченная.

Я не могла видеть его лицо из-за луча фонарика, ослеплявшего меня, но его внезапный смех раздался на весь лес.

— О, мой Бог. Почему ты не вылазишь?

Да, как я любила сидеть в холодной воде. Свет фонаря прыгал, пока он спускался вниз по маленькому склону. Спустившись, он наклонился вперед, схватил мою руку и потянул к моим ногам. Вода капала с моей одежды, а ботинки промокли.

Тони помог мне вылезти из ручья и вернуться обратно на тропу. Мои зубы стучали. Я ужасно дрожала.

— Я… Я потеряла Гаторейд Алекса.

— Я уверен, что он проживет ночь без него, — он вставил фонарик между двумя ветками, направив луч на нас. — Раздевайся, — приказал он и начал стягивать свой свитер через голову. При этом рубашка под ним задралась вверх, но он одернул ее мгновением спустя.

Я стояла суровая, словно снеговик, в которого уже начала превращаться.

— Чего ты ждешь? — Спросил Тони.

Из меня вырвался нервный смех: — Я не буду рр-раздеваться.

— Ну, да. Ты промокла до костей. Если вернешься с пневмонией, то другие не позволят мне жить с этим. Так что снимай ветровку и футболку. — Тут на его лице появилось что-то новое, чего я не видела раньше. Дразнящая улыбка. — Ты можешь оставить штаны.

Я, вероятно, выглядела ошеломленной этим.

Через мгновение он дотянулся и расстегнул мою ветровку. Я вздохнула, но слишком замерзла, чтобы возражать. Пока он не вытащил руки из рукавов ветровки и не взялся за края футболки.

Я поймала его запястья ледяными пальцами.

— Стоп!

Он ждал.

— Хорошо, — бормотала я. — Я сниму ее, но ты отвернись. — Он не должен увидеть глупый лифчик со Снупи, который я сегодня одела.

— Конечно, — устремив взгляд вверх, Тони отвернулся и повесил свой свитер на плечо для меня, что бы я взяла его, когда была готова.

Я сняла мокрую футболку и бросила ее на другое плечо, что заставило его съежиться и заскулить, а меня улыбнуться. Когда я надела свитер, мне пришлось закатать манжеты три раза, чтобы мои руки были видны. О, черт, в нем было так хорошо. Уютный, теплый, и…

— О, мой Бог, я не знала, что ты, на самом деле, так приятно пахнешь, — сказала я, дразня и нюхая его воротник, когда он снова обернулся.

— Да, ты знаешь, я периодически принимаю душ, — ответил он. Он смотрел на меня пару секунд и, чтобы он там не увидел, заставило его улыбаться. Затем он схватил фонарик и игриво натянул капюшон своего свитера над моей головой.

Он отжал одежду, затем заставил меня идти. Мы отправились обратно бок о бок с ним, с моими мокрыми вещами. Это был только маленький акт доброты, но это не ускользнуло от меня.

Пока свитер Тони сохранял в тепле верхнюю часть моего тела, ноги и ступни начали неметь. Мысль о костре — единственное, что заставляло меня идти.

Когда мы добрались до лагеря и скрип моих промокших ботинок объявил о нашем приходе, все повернули свои головы. Лиза ахнула, увидев меня, Райан дернулся с его лежачего положения, а Сьюзен вскочила на ноги и кинулась к нам.

— Что, черт…

— Она упала в ручей, — Тони оборвал её сухим тоном. — И не смотри так на меня, Миллер. Я её не толкал.

— С тобой никогда не узнаешь, — зарычала Сьюзен. — Ты в порядке, Сэм?

— Да, — сказала я ей, скорчив лицо. — Просто промокла ниже пояса и жутко замерзла.

Она пропустила меня, и я поспешила к костру. Первый поток тепла, который ударил мне в лицо, заставил меня застонать, что всех рассмешило. Я сидела на корточках у костра, все еще с капюшоном на голове, держа руки над огнем. Ох, пламенный рай.

Тони рассказал остальным какие-то смутные сведения о моей оплошности и, как я оказалась сидящей в ручье. Я только слушала одним ухом. Комфортное тепло полностью поглотило меня.

Через некоторое время, я сложила руки на полусогнутых ногах. Покачиваясь взад и вперед на пятках, положив щеку на колени.

С головой набок на коленях, мой взгляд упал на Тони, который сидел перед своим прежним бревном. Мы смотрели друг на друга пару секунд, пока остальные разговаривали о чем-то другом — футбол, как обычно.

Тони сказал очень тихим голосом

— Сними свои ботинки.

Он был прав. Я должна была снять их. От своего отца я знала, что носить мокрую обувь более чем несколько часов, могло причинить сильный вред. Мне хотелось, чтобы мои ноги остались здоровыми, так что я расшнуровала ботинки и высунула ноги, поставив сапоги, так, чтобы огонь мог высушить их. Вскоре последовали мои носки. Я заметила, что моя левая нога была перепачкана кровью, капающей от травмы на моей голени. Подняв ноги, я осмотрела рану. Это был отвратительный порез около двух дюймов в длину. Онемевшая от холода, я не чувствовала никакой боли. Но, похоже, необходимо наложить швы.

Я кинула быстрый взгляд вокруг, чтобы удостовериться, что никто не заметил то, что произошло с моей ногой, и поставила ногу назад. Возможно, это было не так уж плохо. Небольшой лейкопластырь, наверно, мог бы помочь, сказала я себе. Без особых проблем нога могла подождать до завтра. Небольшая царапина не должна портить всем вечер.

Двадцать минут спустя, мои брюки были сухие и теплые, как будто они были только что поглажены для меня. Только они пахли горелым сорняком, как и я вся. Я одела все еще влажные ботинки, чтобы скрыть кровь на моей ноге от других, прежде чем поднялась со своего удобного местечка у огня и пошла искать мою футболку и куртку.

— Дерьмо, — пробормотала я, собирая их.

Взгляд Тони перешел на мокрый узелок в моих руках потом обратно на мое лицо.

— Оставь себе на ночь мой свитер.

Я, правда, этого не хотела, но знала, что он улыбался. В основном по тому, как немного поднялись уголки его сжатых губ. Я кивнула и последовала за Сьюзен в палатку, остальные пожелали друг другу спокойной ночи тоже пошли спать. В своих штанах и свитере Тони я заползла в спальный мешок и застегнула его до подбородка. Свет маленького костра, который мы оставили гореть, светил через синтетический непромокаемый брезент, заставляя тени танцевать на стенах.

— Ты хорошо провела время? — прошептала Сьюзен.

Я наклонила голову в ее сторону.

— М-мм.

— Ты счастлива, что поехала с нами?

Если подвести итог вечера, то Тони и я заключили мир, он не называл меня уродиной, и сейчас я одета в его свитер. Я бы сказала, что это некоторый прогресс после ужасного начала.

— Да, — прошептала я.

Широкая ухмылка медленно расползалась на губах Сьюзен.

— Добро пожаловать в Бэй Шаркс, Сэм.

Я знала, что она имеет в виду под этим. Все давно приняли меня в их тесный круг друзей.

— Спокойной ночи, Сьюзен, — сказала я и вжалась глубже в спальный мешок, закутанная в облако геля для душа Тони

Трудно сказать, сколько времени прошло, когда жгущая боль в моей ноге выдернула меня из лишенного сновидений сна. Я закрыла лицо изгибом моей руки и вздохнула.

Порез беспокоил меня следующие несколько часов. Сон остался в прошлом. Я не хотела включать фонарик и будить Сьюзен, которая счастливо храпела в своем спальном мешке. Огонь погас, так что я была в ловушке в кромешной ночи. Я старалась не стонать, а боль становилась все хуже.

Когда рассвет, наконец, пробрался через лес, я тайком выбралась снаружи, медленно сходя с ума от бьющего давления в ноге.

Застегивая молнию как можно тише, я оставила спящую Сьюзен в палатке. Потом на цыпочках отошла от лагеря. Я не ожидала, что кто-то может встать в такую рань, поэтому была удивлена, обнаружив Райана, прислонившегося к дереву, и Тони лежащего, развалившись в траве вниз по ручью, тихо беседуя.

Когда Райан заметил меня, озадаченное выражение появилось на его лице, Тони запрокинул голову и увидел меня.

— Доброе утро, — сказали оба низкими голосами.

— Угу, привет, — я наклонилась и повернула свое тело, надеясь, что они не заметят огромное пятно засохшей крови на моих брюках.

— Как давно вы ребята проснулись?

— Пару минут назад, — ответил Райан. — Почему ты так рано встала?

— Я…э-э…

Внезапно Тони перекатился на живот, с сердитым взглядом.

— Это кровь у тебя на ноге?

— Гм… нет.

— Конечно, это она. — Он поднялся на ноги и пошел вверх по травянистому склону.

Райан последовал за ним, они оба заставили меня сесть на траву, убеждая показать им ногу.

— Ох, серьезно, это… гмм… — Черт побери, я должна прекратить это глупое бормотание, причем быстро.

Райан вопросительно поднял бровь.

— Ты хочешь сказать это ничего?

— Просто царапина, большое дело.

Он попытался задрать мою штанину, но ткань присохла к ране и я вздрогнула.

— Ничего страшного, — сказал он дрогнувшим голосом и начал аккуратно отдирать ткань от кожи. — Это случилось, когда ты упала в реку?

Я сглотнула и кивнула.

— Почему ты не сказала нам? — Зарычал Тони.

— Я не хотела испортить всем вечер.

Тони закатил глаза, и тут меня пронзила острая боль. Райан отцепил штаны от моей ноги. Рана стала открытой. Я чуть не задохнулась от этого. Он был прав. Это точно не было пустяком. Выглядело ужасно. Кровь, смешанная с грязью и какой-то жидкостью, сочившейся из раны.

— Боже мой, фу, — Воскликнул Тони.

Райан поднял голову к нему.

— У нас осталась вода в бутылках?

Тони кивнул и ушел прежде, чем я успела сказать, что не хочу, чтобы кто-то кромсал мою ногу. Когда он вернулся, я прикрыла рану руками.

— Никто не будет трогать это, — предупредила я смертельным голосом.

Тони присел рядом с нами и положил руку на мое плечо.

— Все в порядке. Хантер знает, что делает. Он сын ветеринара.

Я одарила их недоверчивым взглядом.

— Простите?

Смеясь, Хантер убрал мои руки.

— Не беспокойся. Митчелл просто дурачится. Но я латал себя больше раз, чем могу сосчитать. Доверься мне. Я знаю, что делаю. — Он открутил бутылку и медленно полил воду над моей кровоточащей раной.

Она горела, будто тысячи иголок в одно и то же время пронзили мою ногу. Я сделала глоток воздуха сквозь зубы, особенно когда он вытер стороны чистой салфеткой, которую Тони тоже принес.

Когда большая часть грязи была смыта, рана больше не выглядела так плохо. Просто глубокий отвратительный красный порез. И с середины торчала щепка.

О. Боже. Мой. Я задрожала, когда слабость вторглась в меня. Жуткий холодок пробежал вниз по моей спине.

Оба парня посмотрели друг на друга, потом на меня.

— Ты знаешь, что это нужно втащить, Сэм, — сказал Райан голосом, полным сострадания, но также и решимости.

Да, один лейкопластырь тут не поможет. Застонав, я потерла руками лицо.

— Я даже не знаю, где больница или врач в этом городе.

— Доктор сегодня не дежурит, а до другой больницы двадцать миль, — сухо сказал мне Тони.

Райан по-прежнему держал руку на моей щиколотке, и уставился на Тони с созерцательным взглядом.

— Отвезем ее к моему отцу?

Тони взглянул на свои наручные часы.

— Сейчас 5:15.

— Это только звонок. Я разбужу Лизу и скажу ей, что мы собираемся.

— Пусть девушки спят. Я могу отвезти Сэм к тебе домой.

— Эй, остановитесь, вы оба, — прервала я их. — Я не собираюсь давать ветеринару вырезать что-то из моей ноги.

Райан сжал мою ногу чуть крепче, и посмотрел на меня ободряющим взглядом.

— Я обещаю тебе, что он ничего не вырежет. Но нужны кое-какие стерильные инструменты, чтобы сделать это. Я не хотел бы доставать это только своим пальцем. Тем не менее, — протянул он, положив пальцы на край моей раны, и немного растянув ее, — если ты хочешь, то я могу…

— Нет-ох! — Я прервала его и отодвинула его руки в сторону.

Его ухмылка показала, что он, все равно, никогда и не намеревался вытащить занозу голыми руками.

Я вздохнула.

— Хорошо. Я поеду к твоему отцу.

— Хорошо, — Райан кивнул и тыкнул кнопку на своем телефоне. Вероятно, его родители были на быстром наборе.

— Эй, папа, — сказал он после ожидания, казавшегося вечностью.

— Вчера вечером моя подруга упала, и теперь в ее голени торчит кусочек дерева. Ты можешь ее посмотреть? — Он сделал секундную паузу. — Нет, не Лиза. Её зовут Сэм. Тони будет у нас дома с ней через двадцать минут, — он кивнул Тони, который встал на ноги и потянул меня за собой.

— Пошли, Саммер. Давай залатаем тебя, — сказал он, пока Райан заканчивал звонок.

Мы вернулись в лагерь, где я скользнула в свои ботинки, а Тони принес свои ключи от машины из палатки. Две минуты спустя мы выходили из леса, я, прихрамывающая, и Тони, бросающий на меня взволнованные взгляды.

Тони

— Странный вчера был день, да? — Сказал я низким голосом, идя быстрым подпрыгивающим шагом через лес к своей машине. Я просто должен был что-то сказать.

Она молчала, и это заставляло меня чувствовать себя не комфортно.

Сэм наклонила голову, поднимая одну бровь.

Я немного замедлился, потому что она ужасно хромала со своей больной ногой, и я не хотел подкидывать ей новую проблему.

— Сначала я заставил тебя кричать, потом вытаскивал тебя из реки…

И тогда она громко засмеялась.

— Ты меня не спасал. Я сидела всего лишь по грудь в воде.

— Да, но ты же крошечная, — засмеялся я, чувствуя странное влечение к звуку ее смеха. — Поток мог легко унести тебя.

— Ой, заткнись! — Она стукнула меня по руке и скорчила лицо, но я успел заметить ее усмешку. Это делало нас друзьями?

Я думал, что мне не нужна была еще одна Саммерс в друзьях, но что-то упало у меня в груди от глупого счастья, которое появилось, когда сегодня утром я впервые ее увидел.

Через три хвойных дерева вниз, Сэм откашлялась.

— Тони, можно кое-что спросить?

Мне нравилось, что она назвала меня Тони, но в тоже время я задавался вопросом, не было ли это ошибкой? Это значит, что я пустил ее в зону моих друзей и вытолкнуть ее обратно будет трудно.

— Что такое?

— Это конечно не просто из-за того опрокинутого стакана. Ты можешь сказать мне, почему ты с самого начала меня возненавидел?

Я вздохнул и подумал, что из правды я мог сказать ей и все еще быть в безопасности. Ничего, решил я, в конечном счете, таким образом, единственным ответом, вышедшим из меня, была вымученная улыбка.

— Нет.

— Должно быть, что-то ужасное, если это заставило тебя превратить меня в ведьму, — пробормотала она.

Ты не представляешь, в кого еще я тебя превратил.

— Не расстраивайся, пружинка. Меньше знаешь — крепче спишь.

— Пружинка?

Я напрягся.

— Что?

— Ты только что назвал меня пружинкой, — ее глаза сузились, когда она остановилась и сложила руки на груди. — Что это? Новое оскорбление?

Мое дыхание превратилась в лед в легких. Я, в самом деле, не мог назвать ее так. Что, черт возьми, со мной происходит?

— И тут я подумала, что мы оставили все дерьмо в прошлом, — она ворчала, и заковыляла дальше, оставляя меня позади. — Моя ошибка.

Я догнал ее и прорычал.

— Это не было оскорблением, Саммерс. — Натянув капюшон моего свитер, который Сэм по-прежнему носила, и который выглядел невыносимо горячо на ней, на ее глаза, я игриво толкнул её. Не сильный, просто нежный толчок, но, во всяком случае, она споткнулась и заскулила.

— Вот дерьмо! — Я потянулся к ее руке, чтобы удержать её.

Мягкий смешок нарушил ее нытье. Что… она смеется надо мной? Этот маленький тролль! Ну, я, наверное, заслужил это, что за все, что я сделал ей. За все разы, что она плакала. Но все-таки. Я притянул ее ближе к себе, крепко держа за предплечье и угрожающе прорычал ей на ухо:

— Я должен сбросить тебя в тот ручей снова, девочка.

— Есть еще одежда, чтобы поделиться? — Спросила она, кокетливым и милым тоном

Я не мог перестать представлять её в моей белой майке вместо этого свитера и мешковатых брюк. Выбросив эти захватывающие мысли, я встряхнул головой и выпустил её руку.

Глава 9

Он был таким странным.

Я залезла в темно-красную Тойоту Тони, по-прежнему не уверенная, что думать об этом странном утре и не менее странном разговоре. Мы на пути стать друзьями? Тони мог быть милым, когда хотел. Очень быстро я поняла, что у него милая улыбка.

Но я не уверена, что этого достаточно, для того, чтобы исправить всё то дерьмо, которое он сделал мне на этой неделе.

В любом случае, я не хотела сейчас об этом думать. Во-первых, мне нужно было избавиться от этого противного маленького кусочка дерева в моей ноге. Это причиняло адскую боль, а выглядело еще ужаснее. Я покусывала внутреннюю часть щеки, пытаясь одной болью заглушить другую. Не сработало.

Тони молчал большую часть дороги через лес и теперь, когда он вез нас домой к Райану, я хотела, что бы он что-то сказал. Поговорил со мной, отвлекая от раненой ноги. Он даже мог назвать любым видом мелочи, если опять не закроется от меня.

На зеркале заднего вида он повесил короткую цепочку, а на нее — картинку в пластмассовой рамке. Я протянула руку и поймала ее, что бы взглянуть поближе. Это была счастливая пара с более юной версией Тони Митчелла в середине.

— Ты, должно быть, семейный парень, если это весит у тебя в машине, — сказала я, просто стараясь начать разговор.

— Это не моя машина, это — машина моей мамы, — ответил он, немного улыбнувшись.

— Я надеюсь получить собственную на Рождество. Вот почему я вылизываю столы в Чарлис, — было что-то холодное в его голосе, когда он взглянул на меня.

Я подумала, что он ожидает, что я буду издеваться над его работой. Хлоя, возможно, так бы сделала.

— Это, правда, круто, что ты зарабатываешь на машину. Немногие стали бы так делать.

Точно не моя кузина.

— У меня нет выбора. Мои родители не дарят мне такие огромные подарки, вроде машины, — он фыркнул, и стало ясно, что это его расстраивает. Затем он усмехнулся. — Но они удваивают все, что я получаю, так что, предполагаю, я все равно могу материально проиграть…

— Да, моежшь, — я подождала и ухмыльнулась ему, когда он взглянул на меня, прежде чем повернуть налево на очень знакомую дорогу, — например, ты мог положиться на то, что странная кузина одолжит тебе свою машину.

Тони захихикал. Я была уверена, что если хоть один человек в мире мог понять меня, то это был он.

— Ты не уживаешься с ней? — Захотел узнать он, выезжая на дорогу, ведущую к дому Хлои.

— Раньше мы действительно хорошо жили вместе. Но, кажется, что-то изменилось. И это точно не я. — На этом неловком моменте я замялась. — В любом случае, почему ты везешь меня домой? Я думала, что мы едем встретиться с отцом Райана. — Пугать Памелу в ее постели в 6 утра не казалось хорошей идеей.

— Так и есть. Хантер живет не далеко от вашей семьи. Всего на несколько улиц выше.

Ох.

Когда мы проезжали дом моей тети, я почувствовала желание мгновенно опуститься вниз на сиденье, бросая взгляд из окна на второй этаж, где была комната Хлои.

— Что ты делаешь внизу?

Я подняла голову к удивленному голосу Тони и поняла, насколько низко я сползла на сиденье. Я выпрямилась, откашливаясь.

— Хм, ничего.

Он засмеялся надо мной.

— Чушь. Ты прячешься! Почему?

Я кинула последний взгляд через плечо. Когда мы были вне поля зрения окна Хлои, я расслабилась.

— Это слишком странно, чтобы объяснять.

— Случайное предположение… Ей не нравиться, когда ты болтаешься с парнями, — сказал он, добавив запоздалую мысль, — точнее со мной.

Я зевнула, потому что не знала, что значил его удивленный голос.

— Так, она раньше была милой? — Спросил меня Тони через несколько минут молчания. — Я бы хотел познакомиться с этой ее стороной.

— Поезд ушел, — проворчала я. И затем задалась вопросом, были бы они еще вместе, если бы встретились раньше, когда Хлоя была Хлоей, а не Клоном Барби.

Тони удивил меня, когда спросил:

— Что смешного?

— Хмм? Что?

— Ты внезапно ухмыльнулась. Почему?

Ох. Я не заметила.

— Просто то, как Симона — или Лиза — недавно назвала мою кузину.

Тони повернулся ко мне и поднял одну бровь одновременно с уголками рта.

— Клон Барби?

— Ты знаешь об этом?

— Конечно. Лиза дала мне просраться из-за нее недавно. Это было её любимое выражение, когда она говорила о Хлое.

Прямо сейчас Тони показался мне открытым для разговора, я подумала, что это хороший шанс, чтобы испытать свою удачу снова.

— Так вы были парой… ты и Хлоя?

Его лицо тут же ожесточилось. Но он дал мне ответ… после ощутимо долгой минуты размышления.

— Не парой. Но мы встречались.

— Это, наверно, было очень активное общение. Моя тетя тебя помнит. — Я закатила глаза, — она сказала, что ты был очень милым мальчиком. — Черт, мой проклятый рот доведет меня до беды. И, конечно, я получила результат через мгновение.

— Ты говорила со своей тетей обо мне?

Из-за его удивленного тона я опустила подбородок и посмотрела на свои сцепленные пальцы.

— Мм, да. Я говорила ей, какой ты придурок.

Смех заполнил салон машины.

— Хорошо. Это я представляю.

Тони остановил машину перед впечатляющим особняком и заглушил двигатель.

— Выходи. Мы приехали.

Я смотрела влюбленными глазами на дом Хантера сквозь лобовое стекло. Вау. И я думала, что дом моего дяди огромный. Но этот… можно только надеяться получить карту при входе.

Дверца машины открылась, и оторвала меня от моего ошеломленного глазения.

— Нужно специальное приглашение, Саммерс?

Я посмотрела на лицо Тони, усмехнулась и вылезла. Когда я переложила вес на свою травмированную ногу, она напомнила мне о резкой болью, и я захромала, держась за Тони. Мы не должны были звонить в звонок, потому что дверь открылась, когда мы шли вверх по лестнице.

Женщина с теплыми карими глазами, как у Райана, улыбнулась нам. Ее волосы были светлыми, как у ангела, но она точно была его мамой.

— Тони, дорогой, где ты был все это время? Я не видела тебя неделями, — воскликнула она и поцеловала его в щеку.

— Я работаю сейчас, Джесси, — он просиял, расправляя плечи как самоуверенный дошкольник. Это заставило меня хихикнуть.

— Я слышала об этом. Райан сказал мне, и я встретила твою маму на днях. Она очень гордится тобой. — Миссис Хантер обхватила щеку Тони с ее стороны, повернулась ко мне, протягивая обе руки, чтобы обнять. — А ты, должны быть, Саманта. Я Изабель. Заходи, дорогая. Мой муж уже в своей практике, ждет вас.

Я едва успел поздороваться, прежде чем она потащила меня внутрь, в теплый и уютный дом, что никак не ожидаемо снаружи. Тони повел мимо длительного набора винтовой лестнице, дальше в заднюю часть дома. Хромая, поспешила за ним, чтобы не потерять его в таком месте, как большой парк аттракционов.

Через широкие двери мы вошли в другую часть дома, в которой стоял сильный запах кошачьей еды и дезинфицирующего средства. Она была покрашена в чисто белый цвет, напольная плитка тоже была белой, а подсветка на потолке бросала слишком яркий свет для шести часов утра. Мы прошли еще через две комнаты, одна заполнена разных размеров коробками и контейнерами, где кошки и собаки спали, и еще одна комната, похожая на стерильную кухню. Бинты, шприцы и трубки заполняли шкафчики и сундуки.

За следующей дверью нас приветствовал высокий мужчина, черные волосы которого уже начали седеть на висках, но который, в любом случае, был точной копией Райана Хантера, добавить несколько морщинок вокруг его глаз и очки.

— Тони, — сказал он, пожимая его руку.

— Доброе утро, Джеймс. Это моя подруга Сэм. — Тони кивков указал на меня. — Она была немного неуклюжа прошлой ночью.

Я знала, что это был неподходящий момент, чтобы остановиться на этом, но на самом ли деле он только что называл меня другом? На мой недоуменный взгляд, Тони прищурился, как будто точно знал, что у меня сейчас на уме прямо. В конце концов, он пожал плечами и позволил Мистеру Хантер сделать шаг вперед, чтобы пожать мне руку.

— Привет, Сэм, я Джеймс Хантер. Райан сказал, что есть кусок дерева в ране. Иди сюда, и дай мне взглянуть. — Он проводил меня, устроив на металлическую поверхность.

Снимать мой ботинок и пододвигать штанину, было действительно непросто. Не

— Как вы думаете, мне нужны швы, сэр? — Спросила я его, хмуро глядя на свою ногу.

— Хмм, — он схватил пару латексных перчаток со своего кофейно-коричневого стола, который занимал половину комнаты, надел их и потрогал маленький осколок указательным пальцем.

Я сморщила лицо, кусая нижнюю губу, чтобы задушить хныканье в горле от немедленной боли.

— Наверное, швы не нужны, Сэм, но, когда я вытащу этот кусочек, будет немного больно, — мистер Хантер поднял брови. — У меня нет права делать тебе местную анестезию. Так что если ты хочешь, чтобы это сделал специалист, я могу позвонить доктору Декеру и отправить Тони с тобой на Пизмо Бич.

Я не знала, где это место, и не хотела больше ждать, чтобы вытащить занозу. Это чертовски больно; удалить ее не могло причинить гораздо больше боли.

— Нет, пожалуйста, сделайте это.

Он кивнул и прошелся, чтобы взять несколько вещей: большой пластиковый шприц, наполненный прозрачной жидкостью, несколько мягких прокладок, пинцет и повязку. Пока он ставил все эти вещи рядом со мной на металлическую кроватку, Тони наклонился, чтобы осмотреть мою влажную рану.

— Противно, — на его лицо укрепилось выражение брезгливого страха, но, когда он поднял голову и увидел меня, смотрящую на него с возрастающим ужасом, то быстро надел обнадеживающую, однако, фальшивую усмешку.

— Он уверен, что это не так плохо.

Я бросила на него ироничный взгляд.

— Да, верно. Интересно, сказал бы ты то же самое, если этот кусок дерева застрял бы в твоей ноге.

— Не волнуйся, Сэм, — сказал Мистер Хантер. — Через минуту все закончиться. Позволь мне сперва просто очистить рану. — Он держал в руках большой пластиковый шприц и взял тампон с маленькой стопки, которую принес. Затем он поставил мою ногу на стол, согнув в колене, для лучшего доступа.

Я была готова ко всему, но не к резкой, сводящей с ума боли, которая распространилась по всей голени, как только он решил капнуть жидкостью в рану.

— Святое дерьмо, это… О, боже мой! Черт возьми! — Я крикнула, спрыгивая с койки, потому что не знала, что еще делать, и прыгала, прихрамывая хаотично по комнате. Я стиснула зубы, выкрикивая больше проклятий, и наклонилась, потом прислонилась к стене, где, наконец, упала на свою задницу, спиной сползая вниз, на холодную плитку. Я вдыхала воздух через нос, зубы стиснула так крепко, что могла слышать хрустящий шум внутри своего черепа.

Тони смотрел на меня с явным интересом, в то время как мистер Хантер казался еще немного обеспокоенным. Слава Богу, жжение начало ослабевать через несколько секунд, так что я снова могла нормально дышать.

— Дерьмо. Это больно!

— Ты все еще хочешь, чтобы я удалил занозу без анестезии? — Спросил доктор осторожно.

Я могла надеяться только на то, что дезинфицирующее средство было худшей частью процедуры, так что я кивнула, но почувствовала, что мое сердце спускается в штаны. Тем не менее, я была в комнате с двумя мужчинами. Я не собиралась поджимать хвост.

Тони подошел ко мне и протянул руку. У меня не было времени, чтобы даже подумать, принимать ее или нет, потому что он уже схватил мою и поднял на ноги.

— Давай, Саммерс. Не играй слабую здесь киску. Я знаю, что ты сильнее, чем это.

Несмотря на мое мучение, он сумел рассмешить меня. И когда он помогал мне вернуться на металлический стол, у меня было время, чтобы полностью прощупать его бицепс, в то время как я держалась за его руку. Они не только выглядели как камень, они такими и были на самом деле. И его кожа была теплой и гладкой.

— Отличная рука, Митчелл, — подразнила я его, проводя пальцами по внутренней стороне его бицепса, но это скорее больше было отвлекающим маневром для меня, чем комплиментом для него.

Тони захихикал.

— Теперь ты веселишься, Саммерс? — Он не убирал мою руку.

— Да. По крайней мере, ты некоторое отвлечение. — Я показала ему язык.

М-р Хантер помог мне вернуться на диагностический стол.

— Готова ли ты к удалению занозы? — Спросил он с ободряющей улыбкой.

— Да. Думаю, да. — Я едва могу позволить куску дерева пустить корни во мне, не так ли? Но когда он наклонился вперед, чтобы схватить занозу с помощью пинцета, я вздрогнула. Я выдернула ногу прочь прежде, чем он начал вытаскивать занозу.

Мои щеки покраснели от стыда, я быстро вернула ногу на место.

— Извините, я не хотела этого делать.

Он выглядел немного сомневающимся.

— Следует ли нам подождать еще минуту, Сэм?

— Нет, нет. Я в порядке. Действительно. Просто продолжайте. — Я махнула рукой, призывая его продолжить.

М-р Хантер схватил занозу пинцетом, но я пока не дала ему вытащить ее. Я не могу ничего с этим поделать мое мужество, как будто, пошло напиться… без меня.

— Нет! Черт. Пожалуйста. Подождите! — Слова, из меня вылетали в произвольной последовательности, и я закрыла рану, как только он отпустил занозу, оставив ее в моей ноге. — Может быть… Я не знаю. Может быть, нам стоит просто подождать, пока… пока она не выпадает сама по себе? — Мой голос был плаксивым. Чересчур отчаянным.

Джеймс Хантер проявил милосердие и не подталкивал меня дать ему разрезать мою ногу.

Тони сел рядом со мной и наклонился к моему уху.

— Соберись, Саммерс. Это закончится через секунду. И ты знаешь это не хуже меня, что этот чертов осколок не выпадет сам. — Он откинулся назад, чтобы я могла видеть его ухмылку. — Если ты хочешь, можешь снова потрогать мои мышцы для отвлечения. Или я могу потрогать твои. — Он, не колеблясь, обнял меня за предплечье. — Ах, там нет мышц, — объявил он шутливо. — Ты слаба. Прямо, как я ожидал.

Я сильно толкнула его с металлического стола.

— Это научит тебя не называть меня слабой, — поругала я его с улыбкой.

— Точно. Ты самая сильная из семи гномов, — он потер грудь, как будто я сильно ударила его, и на этот раз его дразнение моего роста не беспокоило меня. Было ясно, что он докучает мне по определенной причине. В то время как мои мысли сбились с пути, Мистер Хантер воспользовался моментом, чтобы поймать осколок снова, и уже готов был вытащить его.

Я только покачала головой на него, борясь с растущей паникой.

— Я знаю, что Тони пытается отвлечь меня, потому что вы думаете, я не почувствую боли. Но это не сработает. Я это почувствую. И это будет больно… разве вы не можете просто дать мне один из этих уколов для собак или коров, чтобы моя нога онемела?

Я заскулила.

Тони сомнительно поднял бровь.

— Для коров? Серьезно, Саммерс? Это вырубит тебя на несколько дней.

— Я не против.

— И почему ты думаешь, что мое отвлечение не сработает? Я довольно таки хорош в этом.

Я почувствовала, что рука врача сжимает мою щиколотку, крепче удерживая меня на месте, но я должна была ответить Тони, прежде чем я смогу сказать доку, чтобы оставил мою ногу в покое.

— Нет, это не так. На самом деле, ты — отстой.

— Правда? — Он потянулся к моей руке и в то же время, схватил что-то из вещей Мистера Хантера, которые лежали на поверхности. — Так, что же это такое? — Держа небольшой аэрозольный баллон всего в паре дюймов от моей кожи, он, должно быть, брызнул им, потому что в следующий миг я почувствовала странные ощущения, ледяные брызги на моей руке… и жгучая боль в голени.

— Тпру, что вы делаете? — Закричала я на обоих в шоке и отбросила руку и ногу в сторону.

Тони вспыхнул сказочной отбеленной зубной пастой усмешкой на меня, пока Мистер Хантер протянул кусок дерева размером с долбанную зубочистку между пинцетом.

— Ты… ты обманул меня!

— Разве ты не рада, что мы это сделали? — Спросил Тони, все еще с усмешкой.

Я сделала хмурое лицо. Но, в конце концов, я была счастлива, что осколок вытащили, и неважно как они сделали это. Упираясь лбом в мое согнутое колено, я закрыла глаза и испустила долгий вздох.

Нежная рука сжимала мое плечо. Я думал, что это доктор, но спустя мгновение Тони сказал так близко к моему лицу.

— Хорошая работа, Саммерс.

Я повернула голову и увидела, что он сидит напротив меня на столе.

— Я не думал, что ты способна спрятать половину дерева у себя в ноге, — он завел меня и подмигнул.

Осколок был гораздо длиннее, чем я ожидала. Конечно, он так болел.

— Может быть, я должна оставить его себе как сувенир. Чтобы он всегда напоминал мне о дне, когда Энтони Митчелл назвал меня другом, а не чумой. — У меня промелькнула насмешливая улыбка, но спустя мгновение я отпрянула назад, когда Мистер Хантер сделал новый заход, чтобы обработать на мою рану.

Он очистил её еще раз, прежде чем наложил повязку на ногу.

— Все выглядит хорошо, но я хочу, чтобы ты меняла повязку каждый вечер, а потом приходи ко мне через три дня для осмотра.

Я кивнула. Хантеры были почти соседями. Будет не трудно найти дорогу сюда. Я пожала его руку и поблагодарила, прежде чем покинула кабинет вместе с Тони через другие двери. Мы пошли назад к машине Тони, но когда он разблокировал двери, я не решилась сесть.

Прогулка к дому моей тети займет пять минут, и теперь я могу легко это сделать, когда моя нога аккуратно перемотала повязкой. Кроме того, я больше не хочу быть обузой для Тони, даже если утро с ним было удивительно приятным, не смотря на боль и остальное.

Мне в голову пришла мысль. Если мы действительно были на пути стать друзьями, он бы, наверное, стал настаивать на том, чтобы подвести меня домой, неважно, что я скажу. Прямо как в лесу, когда он и Райан не отпустили меня, перед тем как осмотрели рану. Так что, это может быть моим окончательным тестом.

— Что такое? — Спросил Тони, прервав мои размышления, уже одной ногой внутри автомобиля и другой на руле.

— Ничего. Я думаю, что могу дойти отсюда домой. Это не так уж далеко.

Тони изумленно смотрел на меня около секунды, затем повернул голову, посмотрел вниз на дорогу и обратно на меня. Он наморщил лоб.

— Ты уверена?

Уверена ли я?

— Эмм, да. Не велика беда.

— Хорошо, — он пожал плечами. — Я полагаю, увидимся в понедельник на АВЭ. — Он опустился на водительское сидение, закрыл дверь и завел машину.

Я ждала, что он опустит окно и пригласит меня сесть в машину, чтобы отвезти меня домой после всего. Но окно не двигалось. Тони отъехал прочь от тротуара, и Toyota стремительно стала небольшой красной точкой, когда он умчался от меня.

— Хорошо, — пробормотала я, глядя ему вслед. Очевидно, дорога нашей дружбы закончилась перед домом Хантера.

Глава 10

Незадолго до семи часов, в субботу утром, я выскользнула через парадную дверь своего дома. Я не ожидала, что кто-то будет внизу, но Памела уже не была в постели, и я присоединилась к ней на кухне, чтобы выпить чашку чая и съесть тосты. Когда она увидела, что я хромаю, я рассказала ей о случае с ручьем и занозе в ноге, и что я встретила Джеймса Хантера, ветеринара.

После ее первоначального беспокойства о моем несчастном случае, я могла бы сказать, что она была рада услышать, что Тони и я двигаемся дальше, особенно после моего вчерашнего срыва. Она погладила мои волосы.

— Видишь, не все так плохо, как кажется на первый взгляд.

Я рассмеялась.

— Дело в том, что спустя неделю дела с Тони по-прежнему плохи.

— Некоторые парни просто медленней открываются. Учитывай это. И если он отвез тебя к Джимми Хантеру, то он выглядит тем парнем, которого я помню.

Да, может быть.

Мы недолго сидели, потому что мой дядя присоединился к нам в пижамных штанах и белой футболке, его волосы торчали под сумасшедшим углом. Я никогда не видела дядю Джека таким… хорошо, раньше я никогда не видела его по утрам. Были видны морщинки усталости вокруг его глаз.

— Доброе утро, Сэм, — пробурчал он, так же устало, как и выглядел.

Когда он взял кружку и влил в себя чашку ошпаривающего кофе, я наклонилась к Пэм.

— Что с ним такое?

— Он всю ночь не спал, пытаясь найти своего Константина, — ответила она, шепча, как и я.

— Его что?

— Его Вачерон Константин. Это его черные наручные часы, очень дорогие. Он снял их вчера после работы, но когда захотел одеть их после душа, то не смог вспомнить, куда положил их.

Джек потягивал черный кофе, впиваясь взглядом в Пэм, поверх края своей кружки, затем он поставил ее на стол и сел на один из кожаных барных стульев.

— Я помню, где их оставил. На тумбочке в спальне. Я сто раз тебе говорил. — Он посмотрел на меня.

— Ты нигде их не видела, Сэм?

Попытавшись вспомнить, видела ли я часы моего дяди раньше, я покачала головой. Даже если бы я прошла мимо, то уверена, что не обратила бы внимания.

— Извини, нет. Но я могу помочь поискать их. Дайте только принять душ и смыть вонь от дыма и костра, и мы сможем охватить вместе весь дом.

Памела приняла мое предложение, несмотря на то, что дядя Джек был настроен скептически. Не знаю, о чем именно он думал, но он заставлял меня чувствовать неловкость.

Я проковыляла в спальню, взяла чистую одежду и приняла горячий душ, заботясь о перевязанной ноге. Когда я вышла из кабины, то поняла, насколько я в действительности устала. Немного поспать было бы прекрасно. Но я должна помочь дяде найти его часы, потом, может быть, сделать домашнюю работу. Надеюсь, я смогу вздремнуть после обеда, особенно если хочу быть бодрой на вечеринке с ночевкой у Лизы.

Вытерла волосы полотенцем, я одела широкие серые штаны и черный свитер. Я собрала свою одежду вместе со свитером Тони и отнесла в стирку. Он, конечно, не захочет получить толстовку, пахнувшую костром и печеной картошкой.

Выйдя из ванной, я увидела Хлою волочащую ноги на автопилоте вниз по коридору ко мне. Она была одета в ее шелковый розовый полуоткрытый домашний халат, с розовой ночной рубашкой под ним. Ее волосы были растрепаны.

И, черт побери, они были черные.

— Что черт… — Я застыла на месте и уставилась на нее с открытым ртом.

Хлоя зевнула, убирая пряди ее недавно окрашенных волос с глаз.

— Возьми себя под контроль, Саманта. Это просто цвет. — Она прошла мимо меня в ванную и захлопнула дверь.

Просто цвет. Черт. Это мой цвет волос. Она украла его!

Хлоя всегда ненавидела черный. Она была натуральной брюнеткой — прежде чем начала краситься в блондинку. Она ненавидела темные волосы, всю свою жизнь.

Приросшая к месту, я почесала голову. Кто или что, черт возьми, заставило ее сделать это?

Не мучайся над этим, Сэм. Это не твоя забота.

Отбрасывая мысли о черных волосах моей кузины, я пошла искать своего дядю, чтобы помочь ему отыскать часы за миллионов долларов. Я слышала, как он разговаривал с моей тетей в своей спальне, и присоединилась к ним. Сейчас Джек переоделся в черные брюки и серую рубашку. Он снова выглядел презентабельно, когда он открыл один за другим ящик комода напротив кровати, роясь в каждом из них.

Пэм сидела на краю двуспальной кровати и держала голову в руках.

— Может быть, ты просто подумал, что снял их, потому что ты делаешь так каждый день? Мы должны начать искать их в остальной части дома.

Джек настаивал, что он бы не оставил свои часы нигде, кроме как на поверхности массивного деревянного комода, где Пэм также хранила шкатулку с драгоценностями и некоторые фотографии Хлои. Мы обыскали комнату сверху донизу вместе еще раз, но ничего не найдя, мы продолжили поиск в ванной, прихожей, гостиной, столовой и на кухне. Если эти Валентин или Константин часы еще где-то внутри, они, должно быть, стали невидимыми.

Мы сдались спустя несколько часов… дядя Джек был расстроен до костей, и мне было жаль свою тетю, потому что он, кажется, винил её в том, что она была недостаточно внимательна, когда вчера убирался дом.

Я пошла назад в комнату и опустилась на кресло у стола, готовая рисовать. Я закончила большую часть проектов на этой неделе. Остался еще один.

Окончательный рисунок должен отображать скорость. Любой вид скорости. Всего лишь за секунду, я придумала отличную идею. Прочитав в понедельник заметки Тони, я увидела, что Тони решил изобразить "американские горки", и я не могла дождаться, чтобы начать работу над эскизом. Для моей темы скорости я выбрала скачущую галопом лошадь.

Я начала набрасывать в общих чертах сильное тело Люцифера, его вытянутую в линию шею, прижатые уши и вытянутые ноги. Но в конце, что-то показалось мне неправильным. Я не могла сказать точно, что, но предположила, что, должно быть, это его ноги. Используя ластик, я сначала внесла незначительные изменения, затем все больше и больше изменяла его, и, в конце концов, разорвала листок с рисунком, отбросила его в сторону, и начала с нуля.

Во второй половине дня, я повторила эту процедуру еще три раза, полностью уйдя в свою работу. До тех пор, пока мой мобильный телефон вдруг не зазвонил рядом со мной на столе и не вырвал меня из моей сосредоточенности.

— Хей, — ответила я.

— Ты хочешь, чтобы я забрала тебя, — сказала Сьюзен бодро в динамик.

— Что? Сколько времени? — О нет. Я полностью забыла о Лизе и ее ночевке.

— Шесть пятнадцать. Мы должны быть там через пятнадцать минут. Не похоже, что ты готова.

— Умм…

— Почему ты не готова, Сэм? Ты не откажешься. Я не позволю, — она сделала паузу, затем продолжила не-очень-требовательным тоном. — Если только у тебя проблемы с ногой? Райан сказал этим утром, что ты пошла к ветеринару. И так… тебе нужна операция или что?

Какой бредовый фильм пронесся в голове у Сьюзен, боже мой!?

— Нет, Сьюзен. Мне определенно не нужна операция. Я просто заработалась. Я буду готова через десять минут, если тебе подходит.

— Фантастика. Я просигналю, когда доберусь туда. — Она сделала паузу, затем добавила конспиративный тон к ее голосу. — Я буду парковаться немного дальше, вниз по дороге. Я не хочу, чтобы меня снова видели перед домом Хлои. Люди начнут думать, что я дружу с ней.

— Но ты мой друг. И я тоже тут живу.

— Да. Точно, — Сьюзен драматически вздохнула. — Полагаю, я должна пересилить эту часть себя. Увидимся через десять минут.

Когда она повесила трубку, я все еще смеялась над ее забавными выходками.

Я оставила свой рабочий стол в беспорядке из скомканной бумаги, карандашей, ластика, и наполовину пустой бутылкой минеральной воды.

Ночевка — что люди туда берут? Я поинтересовалась, пока я упаковывала пижамные шорты и майку. Потом почесала голову и повернулась на месте. Дополнительная пара носков не повредит. Действительно толстые шерстяные носки, чтобы я не замерзла в комнате у Лизы. И одеяло?

Дерьмо. Это первый раз, когда я вспомнила о спальной мешке Памелы. У меня не было возможности забрать его домой. Моей первой мыслью было вернуться в лагерь и забрать его. Но это была глупая идея. Сьюзен бы, несомненно, упаковала его для меня.

Я одела сапоги, перекинула рюкзак через плечо и спустилась вниз, чтобы попрощаться с тетей Памелой.

— Повеселись, Сэмми! — Крикнула она мне вслед, когда громкий двойной гудок прозвучал снаружи, и я вышла за дверь.

Двигатель Мэтра все еще работал, когда я забралась в него, и Сьюзен медленно тронулась, прежде чем я успела закрыть дверь. Я бросила ей недоверчивый взгляд.

Сьюзен пожала плечами.

— Не жалуйся. Я остановилась, чтобы позволить тебе сеть. Это ничего для тебя?

Не задерживаясь не на секунду дольше перед домом моей семьи, я залезла в машину. Я покачала головой, из-за ее остроумного высказывания, ради глупого поступка и пристегнула ремень безопасности

Когда мы прибыли на улицу, на которой также жил и Тони, Сьюзен остановилась перед соседним домом, который выглядел один в один с домом Тони. Но вместо небольшого бассейна, который теперь я могла рассмотреть в саду Митчелла, у Лизы был гараж. Я схватила рюкзак с заднего сиденья, не решаясь выйти.

— Ты принесла мой спальный мешок? — Спросила я Сьюзен с надеждой.

— У меня его нет. Я несла сегодня утром в одиночку столько вещей, что просто не смогла принести твой спальный мешок. Тони захватил его. Он сказал, что вернет его тебе позже.

— Я думала это ночь без мальчиков.

— Так и есть. Но тебе нужно где-то спать, не так ли? — Сьюзен кивнула мне, чтобы я выходила из машины. Она заперла дверь и обошла, чтобы запереть и мою, древним способом — с ключами в замке. — Не беспокойся, Сэм, — сказала она потом. — Я уверена Тони знает как вести себя с тобой сейчас. В любом случае, я думаю, вы двое не плохо поладили вчера. Я имею в виду то, что он одолжил тебе свитер и все такое.

И он отвез меня к ветеринару

— Я не переживаю из-за него. — Больше нет. — Я просто не хочу испортить девичник. Я пойду к Тони и заберу мешок прямо сейчас.

— Его нет дома.

— Откуда ты знаешь?

— Тренировка по футболу до половины восьмого. Остынь, Сэм. Он отдаст тебе его, когда вернется домой. Никто не будет против.

Хорошо, если она так говорит.

Мы подошли к дому Лизы, и Сьюзен вошла, не волнуясь о том, чтобы позвонить. Я остановилась на пороге, испытывая неловкость, но она схватила рукав моей толстовки и потянула внутрь.

— Её родителей нет дома сегодня вечером, и Лиза сказала, что мы должны просто подняться в ее комнату. Расслабься. Я думаю, что в последнее время я зависаю чаще в этом месте, чем в своей собственной комнате. Все круто.

Я взобралась на полу-винтовой лестнице за Сьюзен и последовала за ней в комнату слева. Лиза, Элли и Симона уже были там, и спорили из-за первого фильма, который они хотели бы посмотреть сегодня вечером

— Всем привет, — я быстро помахала туда, где все сидели на кровати.

Лиза вскочила и сняла рюкзак с моего плеча.

— Дай мне это и располагайся. — Она поместила его на вращающийся стул перед ее столом, который был перегружен книгами и некоторыми другими вещами. Едва ли это могло быть местом, где она делала свою домашнюю работу.

Я оглядела остальную часть комнаты, и поняла, что она мне нравится. Небольшой беспорядок, одежда, брошенная на мебель и различные предметы, такие как расческа, бутылка с апельсиновым соком, и коробки от DVD засоряли ковролин. Это больше походило на дом, чем любая комната в доме кузины. Комод и шкаф были размещены против двери, hi-fi система, и на другой полке рядом со столом стоял широкоэкранный телевизор.

Ох, Николас Холт на экране; я была готова к этому.

И мне повезло, Алли и Симон разделили мой энтузиазм по поводу фильма. Мы все вместе подвинулись, чтобы каждый сидел на кровати, и мог смотреть фильм. Мы надели наши пижамы. Алли, Лиза и я надели шорты и топы, а Сьюзен носила длинные фланелевые штаны и рубашку. Супер-модели Симоне пришлось превзойти всех нас, одев длинную из серебристого атласа ночную рубашку.

Мы проглотили три коробки пиццы, и Николас, должен был, обхватить руками Терезу Палмер и выпрыгнуть из здания, потому что их окружили зомби, когда свист снаружи привлек наше внимание.

— Это к тебе, Сэм, — сказала Лиза, не отводя взгляда от экрана.

Я не понимаю, что она имеет в виду, во всяком случае.

— Да

Лиза схватила пульт дистанционного управления DVD-плеером и остановила полу падающих Николаса и Терезу.

— Нет… нет! Не останавливай! Поцелуй… я хочу увидеть поцелуй. Арр.

Но было слишком поздно.

— Твой спальный мешок прибыл, — Лиза встала с кровати и подошла к открытому окну, выглядывая наружу. — Эй, ребята, — сказала она, и я услышала её удивление.

— Вы все одеты, девчонки? — Послышался голос Райана Хантера, озорной, как всегда, когда он разговаривал со своей девушкой.

— Да. Но вам лучше не подниматься сюда. — Послышался шорох, как будто дерево дрейфовало на ветру, и оборвал Лизу на полу слове на мгновение. — Это против правил, — сказала она с игривой резкостью и в то же время попятилась от окна. Она повернулась к нам. — Извините, девочки. Я надеюсь, что это нормально, если ребята зайдут на минуту?

Ребята? И зайдут как? Я крепко обняла колени у груди, чувствуя себя немного неловко, одетая в пижаму.

— Саша с ними? — Прошептала Алли взволновано.

— Я не могу разглядеть его в темноте, — пробормотала Лиза. — Их там много.

Райан был первым, кто залез через окно. В то время как он обнял Лизу сзади и поцеловал в висок, Тони, Ник, Алекс, и даже Саша Торрес последовали за ним. В комнате стало неожиданно многолюдно, и она заполнилась дикой болтовней.

Тони подошел к кровати и швырнул свернутый красный сверток в меня. Я поймала спальный мешок Пэм и держала его на коленях.

— Спасибо.

Он кивнул, затем его взгляд упал на повязку на моих босых ногах.

— Сексуальные носки, Саммерс. Что там с раной?

Я загнула пальцы.

— Не болит, и не хромаю больше. Я полагаю, лес не для меня.

Он улыбнулся, и эта улыбка была… Вау… достаточно привлекательная, чтобы удержать мое внимание на пару безмолвных секунд.

— Знаешь, — сказала Лиза Тони сзади, — ты мог бы бросить его на пороге. Нет необходимости приводить половину футбольной команды сюда, чтобы доставить его.

Он обернулся, и его улыбка стала еще шире.

— Виноват твой парень, красивая девушка. Это он появился у моего дома десять минут назад, таща меня сюда.

Я не совсем уверена, почему, но уголки моего рта поползли вниз от такого взгляда на лице Тони. Я ничего не могла поделать, но мне не понравилось, как он изумленно уставился на Лизу. И Райану, видимо, тоже не понравилось.

— Отвали, Митчелл, — он предупредил Тони с насмешливым тоном в голосе, и спрятал Лизу за свою спину. — Она моя.

Лиза хихикнула, когда ее парень обнял её. Она, вероятно, привыкла к мальчишеским шуткам и приставаниям Тони. Я нет. Святое дерьмо, это укололо меня прямо в сердце, задело и вывело меня больше, чем отсутствие возможность посмотреть на сексуального Ника Холта с друзьями.

Слишком странно.

Я перелезла через ноги Сьюзен с постели и пошла в ванную. Я была в уборной только полчаса назад, но мне нужна была минута, чтобы привести себя в порядок. Откуда, черт возьми, это неприятное чувство в груди? Я, конечно же, не могла ревновать к Лизе. Это исключено. Не из-за Энтони Митчелла.

Я взглянула на себя в зеркало.

— ТЫ. Отстой.

Да, я отстой. Когда, черт возьми, у меня возникли чувства к Митчеллу? Он не в моем вкусе. Или, может быть, в моем, потому что я всегда западаю на голубоглазых блондинов…

Но сегодня вечером я отказалась.

Я расправила плечи и проглотила глупую сухость в горле. Но когда я хотела выйти из ванной, я не смогла заставить себя открыть дверь. Я сжалась, вспомнив, что была одета в мальчишеские шорты и глупые розовые шерстяные носки. Ох, что за каторга. Почему я не могла взять долбанную длинную пижаму, как Сьюзен сегодня вечером? Или даже шелковую рубашку, как Симона. Ей определенно не было стыдно носить её перед Алексом.

Я припала спиной к двери. Контролируй себя. Контролируй! Сейчас не время для паники. И я, вероятно, ошибаюсь. Я неправильно истолковала эту боль в груди. Точно. Ничего подобного, типа увлечения прямо здесь быть не может. Я только была раздражена, потому что Лиза получила все внимание в комнате, а я не получила ничего. Ну да, так, должно быть, так и было.

Ха-ха, мое эго смеялось надо мной. Как будто, ты когда-либо была тем человеком, который просит внимания в комнате.

Я сказала своему эго, куда оно может пойти со своим смехом и настойчиво потянула дверь ванной. Хрустя зубами, я пошла назад в комнату Лизы и обнаружила, что все развалились поперек комнаты; Сьюзен и Алли все еще на кровати, Лиза на коленях у Райана на вращающемся кресле, и Ник, Саша и Тони дерутся за пульт для hi-fi устройства в углу.

Я предполагаю, девичник был официально окончен. Здорово.

Глава 11

Я схватила свой спальный мешок, развернула его у изножья кровати, и села, скрестив ноги. Вскоре Ник сел рядом со мной.

— Привет, финская девочка, — сказал он и толкнул меня плечом. — Ты ускользнула по-тихому и пропустила все веселье утром.

— Я не специально, Райан отправил меня к своему отцу лечить мою ногу, — я поморщилась, — я бы лучше осталась с вами, чем прижигала эту царапину.

Кто-то опустился вниз с другой стороны от меня, и я удивилась тому, что это был Тони. Рада, что смогла посмотреть ему в лицо, не чувствуя необходимости немедленно поцеловать, я расслабилась. Это была ошибка. Нет никакого безумного влечения. Тьфу. Я в безопасности.

— И ты должен был слышать, как эта малышка ругалась, — он сказал Нику. — Я обещаю, что ты никогда не слышал ничего подобного. — Тони наклонился и сказал мне, понизив голос, — от девушки.

Усмешка растянулась на моих губах.

— Меня страдающую ты находишь это забавной, не так ли?

— Вовсе нет, — он слишком очевидно закусил губу, стараясь не улыбаться. — Я определенно страдал с тобой. Ты выглядела таким бедным щеночком, свернувшись в том углу. Я боялся, что ты начнешь тявкать на меня в любую секунду, — к концу этой строчки, он смеялся так сильно, что я почувствовала желание засунуть свой ботинок в его горло.

Хихикая, потому что его хорошее настроение было заразительным, я одарила его самым лучшим смертельным взглядом, который могла сделать при таких обстоятельствах.

— Я тебя ненавижу.

Смех Тони перешел в улыбку.

— Меня это не беспокоит.

Но теплый взгляд, которым он одарил меня, говорил, что ему есть до этого дело. Он знал, я на самом деле так не думала — больше нет. И он выглядел счастливым по этому поводу, что создавало уютное ощущение у меня в груди. Отличающееся от того, которое я чувствовала ранее.

Заиграла музыка и оторвала мое внимание от Тони. Это был ремикс какой-то старой итальянской песни. Саша, который выиграл борьбу за пульт дистанционного управления, расположился на полу рядом с нами. Через несколько ударов он перешел к следующей песне и еще к следующей. Он сделал это столько раз, что Сьюзен, наконец-то, потеряла терпение, наклонилась с кровати и выхватила пульт из его руки.

— Если вы, парни, хотите остаться, — предупредила их она, — следуйте нашим правилам. Мы говорим, что будет дальше.

— Ох, и что будет дальше, любительница книг? — Подразнил ее Райан, поглаживая рукой предплечье Лизы.

— Ник поцелует Терезу. Это должно произойти, — вмешалась я, улыбаясь Сьюзен через плечо. — Включите фильм снова.

— Кого я поцелую? — Спросил Ник, сбитый с толку, но заинтересованный идеей поцеловать кого-нибудь.

Все засмеялись.

— Не ты, глупый, — сказала ему я.

— Николас Холт. Вы, парни, пришли прежде, чем мы посмотрели лучшую сцену в фильме.

Сьюзен перезапустила DVD и Ник с Терезой еще раз вылезли из бассейна.

Тони поднял брови.

— Эу, фильмы с поцелуями? Это то, что вы, девчонки, делаете на девичниках?

— Это то — чего мы ждали всю неделю, — выдохнула я, глядя на Тони. — Так что, ради Бога, помолчи.

Он испустил раздраженный стон, падая на кровать, но я его проигнорировала. Потому что в этот момент я и другие четыре девчонки готовы были упасть в обморок от Больше-Не-Зомби-Ника.

Единственной проблемой стало то, что внезапно я перестала видеть Ника и Терезу, потому что в голове появилась картинка, где на экране были я и Тони. Я выпрямилась и вздохнула. Дерьмо. Не то, чего я хотела.

Повернув голову, я взглянула на Тони и обнаружила, что он смотрит на меня. Я не знаю, о чем он думал, но мы смотрели друг на друга до неловкости долго. Медленно, он поднял одну бровь.

Я улыбнулась и покачала головой, снова отвернувшись. О нет, это было слишком странно. Я должна сконцентрироваться на чем-то еще, или сойду с ума с той бабочкой, порхающей в моем животе.

Я думала, что если и влюблюсь в кого-то из парней, то это будет Ник Фредериксон, потому что он настоящий милашка. Но Тони? Тот, кто не давал мне проходу с самого начала? Этого не может быть — этого не будет.

Я опустилась обратно на кровать, как и парни, и, скрестив руки на груди, уставилась в телевизор.

Черт. Я могла чувствовать глаза Тони на своем лице. Мое сердце стало биться тяжелее. Пожалуйста, пожалуйста, остановись. Я не хочу этого.

Я не шевелилась, пока фильм не закончился. Но как только это произошло, я встала с пола и плюхнулась на кровать рядом со Сьюзен.

Где угодно, лишь бы подальше от Энтони Митчелла.

— Парень, этот поцелуй был горяч, — воскликнула я, обмахивая себя старой открыткой с Лизиной тумбочки. Конечно, не поцелуй сделал меня всю горячей и нервной, но никому не нужно знать об этом.

— Да, горячий, — повторила за мной Симона.

— Кто-то хочет мороженного? Я думаю, что нам всем оно нужно, Лиза.

— Согласна.

Она встала с колен своего парня, и мы все последовали за ней вниз. Там мы собрались вокруг прямоугольного обеденного стола. Лиза раздала всем миски с клубничным и ванильным мороженым.

На всякий случай я выбрала место подальше от Тони. Но то и дело я незаметно посматривала на него. Тем не менее, он не вернул мне ни одного из моих взглядов. Ни единого. Он был занят своим мороженым и обсуждением с Алексом новой видео игры под названием GTA или что-то наподобие этого. Я прекратила смотреть на него, и позволила втянуть себя в дискуссию с девочками, о том, какие вымышленные существа самые сексуальные: вампиры, оборотни или демоны.

Как будто было что обсуждать.

— Вампиры, конечно, — заявила я. — Что, никто из вас не смотрел Дневники вампира? — Единственный парень в мире более горячей, чем Николас это Джозеф Морган. Светлые волосы, голубые глаза… просто такой красавчик. Но, может быть, так думаю только я.

— Вампиры? Серьезно, Саммерс? Я думал, тебе нравятся больше маленькие существа. Например, один из семи, ну ты знаешь, — сказал Тони, и полностью сразил меня ухмылкой.

— Семи?

— Гномов, — сказал он и подмигнул мне.

Я выхватила вафельную трубочку из середины упаковки и бросила ее в Тони, который отклонился в сторону, прежде чем она попала ему глаз. Просто поразительно, как ему сходят с рук все насмешки о моем крошечном росте все эти дни… Я бы никогда не догадалась, что фактически наслаждаюсь его подтруниваниями. Даже если он и заслуживал удар ногой в голень.

— Так, кто из них самый сексуальный, Саммерс? Чихун или Простачок?

Все засмеялись. Даже я. Но я не могла позволить ему остаться безнаказанным.

— Иди сюда, и я покажу тебе Простачка, — я соскочила со своего места и бросилась вокруг стола, но, прежде чем я добралась до него, он тоже встал и побежал в гостиную.

Тони изящно перескочил через темно-коричневый, L-образный кожаный диван и использовал его в качестве барьера между нами. Я остановилась возле журнального столика, сердито смотря на него.

— Что, сейчас ты испугался крошечного гнома? — Передразнила я его, и рванула вперед на диван, не обращая внимания на легкую боль в ноге. Но его уже там не было, прежде чем мои ноги снова коснулись пола, я обернулась, и нашла его на расстоянии в пять футов от себя.

Что я здесь делала, гоняясь за Тони? Он был больше, он был худее, он был быстрее, и я никогда не поймаю его. Даже если и поймаю, что мне делать с ним? Опрокинуть его на пол и заставить извиниться? Ну, это вариант.

Он заметил мою неуверенность, и, на самом деле, начал нахально петь “Хэй-Хо”. Прежде, чем понять, я сделала один быстрый скачок вперед и толкнула Тони на диван, приземлившись на его грудь.

Его руки обхватили меня, а он, откровенно удивленный, смотрел мне в глаза.

Тогда он начал дрожать от смеха подо мной.

— Оперативно, — выдавил он между своим кашлем.

Я боролась, сидя на нем как могла, не давая ему схватить меня, но не сумела причинить ему большего вреда, кроме как ущипнуть или пощекотать, потому что через одно мгновение он захватил мои запястья. Я оказалась в очень странной позиции, обхватив ногами бедра Тони, старалась освободить свои пальцы и пощекотать его.

— Теперь, что у тебя запланировано, Саммерс? — Он насмехался надо мной. — Тебе бы понадобилось два твоих роста, чтобы по-настоящему опрокинуть меня.

— Я уже опрокинула тебя. И все равно получу, что хочу. Просто подожди. — Я переложила всю свою силу в руки, но этого было недостаточно. Я только заставила Тони Митчелла громко захохотать.

— Ребята, я под карликовой атакой. Может кто-нибудь, пожалуйста, помочь мне? — Закричал он, повернув голову в сторону входа в гостиную.

Я жадно выхватывала пальцы, но ничего хорошего у меня не получилось. Хватка Тони достаточно мягкая, но одновременно и твердая. Как бархатные наручники.

Зашли Ник и Райан, и оба заглушили смешок, когда увидели меня, нападающей на их друга.

— Хорошо проводите время, ребята? — Спросил Райан, в то время как Ник вышел вперед и обхватил своими руками мое тело, чтобы легко снять меня с Тони.

Я кричала, я смеялась, и я задыхалась. Я легкомысленно прокляла их всех за объединение против одной беспомощной маленькой девочки. Ник прижимал мою спину к своей, держа меня в плену, пока Тони не сел и не провел рукой по волосам.

— Тебе бы лучше не спать сегодня вечером, Митчелл, потому что я знаю, где ты живешь, — зарычала я на него. Но в следующее мгновение, угроза была забыта, потому что рука Ника скользнула на мой живот, удивляя меня.

— Что это, черт возьми? — Сказал он, и без предупреждения задрал вверх мой топ, оголяя живот, чтобы мельком посмотреть на него через плечо.

Я втянула воздух и отступила от него.

— Прости? — Но я не успела опустить свой топ обратно достаточно быстро. Он уже увидел в пупке пирсинг. Я бы и так показала ему, если бы он попросил, но поднимать вверх мой топ перед Тони и Райаном едва ли отличная идея. Мне повезло, что он остановился и не потянул топ немного повыше, потому что я обычно не ношу лифчик под пижамой.

Тони склонил голову, выглядя впечатленным.

— Мило.

— Здорово, — сказал Ник. — Было больно делать это?

Да. Но по сравнению с болью этим утром, это чувствовалось, как укус насекомого.

Я сжала губы и кивнула.

Райан ухватился за дверную раму и наклонился в кухню.

— Детка, у Сэм пирсинг в пупке.

— Я знаю, — ответила Лиза. — Я видела его в день обучения черлидингу. Выглядит круто, да?

— Да. Могу я сделать пирсинг на брови прямо сейчас?

— Я так не думаю.

— На губе?

— Нет.

— На соске? — Он выглядел сладко, когда пошевелил бровями для нас.

— Нет! — Наступил решительный конец этого разговора. Все выглядело так, что этот спор происходил у них и до этого вечера.

— Женщины, — пробормотал Райан, расстроено надув губы, и сел на другую сторону дивана. — Они находят все прикольным до тех пор, пока у их парней этого нет.

— Я не знаю, — пожала я плечами и присела на подлокотник дивана, положив ноги на сиденье. — Я думаю, что любила бы своего парня с пирсингом соска.

Затем на лице Райана появилась ухмылка.

— Детка…

— Нет, Хантер, — оборвала его Лиза. Она подошла и начала массажировать ему плечи. — Мне нравятся твои соски такими, какие они есть, чистыми и без колец в них.

Райан поймал ее за запястья и потянул ее через плечо вниз, к себе на колени, заставив захихикать. Он обнял ее, шепча что-то на ухо, что заставило ее покраснеть и улыбнуться. Потом она укусила его за мочку уха, и Райан игриво зарычал. Они, несомненно, были самой сладкой парой, которую я знала.

Каждый нашел себе место на диване, за исключением Алекса и Симоны, которые удобно устроились на ангорском ковре перед журнальным столиком.

— Что ты еще планируешь на сегодняшний вечер, любительница книг? — Спросил Райан у Сьюзен, выглядывая из-за головы Лизы.

— Я знаю, — предложил Тони, — мы могли бы сыграть в покер на раздевание… и снять твои сексуальные носки, Саммерс.

Он просунул указательный палец в мой левый носок, нежно вытащил и усмехнулся мне.

Я хлопнула его по руке, но ощущение от его прикосновения к чувствительной коже моей ноги оставались даже тогда, когда он убрал руку.

— Это предполагалось как ночь фильмов, — сообщила Сьюзен ребятам. — Какие желания, что посмотреть дальше?

Предложением Элли были "Сумерки".

Мальчики сразу перевернули пальцы вниз и сделали кислые лица.

— Ладно, тогда, может быть, Титаник? — Спросила Сьюзен.

— О, да ладно, вы же не ожидаете, что мы будем смотреть снобистскую ерунду, — пожаловался Алекс, а другие ребята поддержали его.

— Прости, но это не ваша ночь, — заявила Симон, смотря на своего бойфренда дразнящим взглядом. — Вам повезло, что мы позволили вам поболтаться с нами и не выгнали вас.

Алекс закатил глаза, крепче прижимаясь к своей девушке.

— Так мы не можем просто найти компромисс? Поцелуи и действия?

Все мы обсудили это. На самом деле, это не было плохой идеей.

— Какой фильм? — Спросила Лиза.

— Аватар? — Одновременно сказали Тони и я. Я посмотрела вниз на него, и он улыбнулся в ответ.

Мы все обрадовались этому фильму и решили остаться внизу, где было больше места. Лиза сбегала наверх за диском. Я скатилась с подлокотника и удобно устроилась рядом с Тони на единственном свободном месте на диване.

— Ужасный вкус в носках, но отличный в фильмах, Саммерс, — сказал он мне.

Тот факт, что он не может оставить мои носки в покое, заставил кровь прилить к щекам.

— Ничем не могу помочь, — честно сказала я. — Мне все еще холодно в новом климате.

— Я это вижу. У тебя спортивная гусиная кожа. — Тыльной части ладони он провел по моему плечу вверх и вниз… и полностью изменил мое представление о нем. Тони, должно быть, заметил мое удивление, и ему, наверно, стало неловко, потому что он убрал руку и откашлялся, быстро взглянул на пальцы и сменил тему.

— Так, как твое наверстывание упущенного по урокам АВЕ?

— Неплохо. Я закончила четыре рисунка и начала последний сегодня.

Я поймала его пристальный удивленный взгляд.

— Ты быстрая. Что осталось?

— Скорость. Я хочу изобразить скачущую лошадь, — и, вспомнив проблемы, возникшие днем, я наморщила лоб.

Он заметил мой хмурый взгляд и спросил:

— Что?

— Просто… Это так сложно для меня — рисовать без живых моделей. Я думаю, что мне потребуется несколько дней, чтобы закончить.

Тони, казалось, мгновение обдумывал мой ответ, но больше ничего не сказал, потому что Лиза вставила DVD в плейер, выключила свет и включила фильм.

Я опустилась пониже на диване, разместила ноги, как и все остальные на журнальном столике, и наблюдала, как два синих парня переходят на личности, пока облако соблазнительного аромата геля для душа Тони не окутал меня. Я несколько раз глубоко вдохнула, совершенно расслабилась, и вскоре поняла, что не мешало бы немного вздремнуть днем.

Мои глаза начали закрываться. Я боролась, чтобы удерживать их открытыми. Блин, в комнате полно одноклассников. Я не могу просто заснуть рядом с ними и быть тем самым слабым звеном. Будет так неловко? Особенно, когда Тони сидит рядом со мной. Что делать, если я разговариваю во сне?

Что, если я храплю?

Я должна выдержать и досмотреть фильм.

Но отсутствие сна вчерашней ночью в итоге подействовало, и я все-таки проиграла.

* * *

Кто-то нежно провел рукой по моим волосам.

— Сэм, пора вставать.

Мягкий шепот Тони вытянул меня из сна, где я становилась синей, и президент Соединенных Штатов пытался поймать меня для нового странного зоопарка. Я подняла голову и стукнулась обо что-то… твердое. Боль пронзила мой череп.

Откинувшись назад и открыв глаза в первый раз, я потерла больное место, стараясь сосредоточиться. Я наполовину лежала, наполовину опустилась коленями на диван, мой топ закатился на спине, и уголок моего рта влажный.

Все вставали и девчонки прощались со своими парнями. Только Тони оставался на диване рядом со мной, расположив ноги на журнальном столике. Он стонал и прижимал руку ко рту, зажмурившись.

Не понимаю, что случилось.

Потом он взглянул на меня, засунул палец в рот и достал его. На кончике была кровь.

— Спасибо за удар головой. Ты заставила меня прикусить язык. И это после того,

как я позволил тебе проспать на моем плече половину фильма и пускать слюни на мою рубашку.

Мои глаза увидели влажное пятно на его зеленой футболке. Все еще растерянная после сна, я вытерла губы тыльной стороной ладони. Мои щеки пылали от стыда.

— Извини, — прокаркала я.

Тони нахмурился, глядя на меня. Не могу винить его за это. Он встал с дивана и пошел к остальным.

— Парни, подождите, я с вами.

Я помахала остальным, они пожелали мне спокойной ночи и выскользнули в дверь. Только Тони не обернулся. Я слышала, как он попрощался с Лизой и тоже ушел.

В доме сразу стало тихо. Я хотела пойти наверх и залезть в свой спальный мешок. Но, внезапно, на мне оказалась куча заинтригованных взглядов.

— Что? — Спросила я девчонок, когда они загнали меня в угол, садясь вокруг меня на диван.

— У нас действительно не было возможности поговорить с прошлой ночи, — пропела Симона.

— Была, — возразила я. — Мы разговаривали, когда мы со Сьюзен приехали сюда.

Алли Сильверман широко усмехнулась.

— Мы говорили о твоей ноге, но не об очевидном факте.

— И о чем же?

— Ты и Тони, — Сьюзен повторила усмешку Элли. — Что-то изменилось между вами после похода.

Я почувствовала тошноту.

— Хм, может чуть-чуть. Но, все же, ничего грандиозного.

— Ничего грандиозного? — Лиза подняла одну бровь.

— Я знаю, только одну девушку, которой он позволял спать у себя на груди.

Груди? Я думала, что это было плечо.

— Возможно, у него не было выбора, когда я вырубилась.

— Поверь мне, если бы он захотел, тот у него бы был выбор.

Возможно, Лиза была права. Я была рада, что он не отпихнул меня, как надоедливую старую собаку. Это было бы еще более неловко.

— Спать на его груди было удобно? — Спросила Сьюзан.

— Я спала. Откуда мне знать? — Ох, ради Бога, они могли отстать от меня? Почему я чувствую себя, как на допросе?

— Ты знаешь, — низким голосом сказала Алли Симоне, — Я, думаю, она влюбляется в него.

— Знаешь, — ответила Симона, — я, думаю, ты права.

— Отстаньте, девочки, я ни в кого не влюбляюсь. И это не честно — вытягивать информацию из того, кто только что проснулся. — Я встала с дивана, ожидая с раздражением, что они пойдут со мной наверх. Было полвторого утра. Мне нужен был сон.

К счастью, девочки сжалились надо мной, и все мы поднялись в спальню Лизы, чтобы лечь спать. Но спустя две минуты после того, как свет был выключен, и стало тихо, Лиза прошептала:

— Знаешь, Сэм? Я думаю, что ты тоже ему нравишься.

Глава 12

Я никак не могла заснуть после слов Лизы. Она действительно думает, что я нравлюсь Тони? Если верить слухам, то она знает его лучше, чем кто — либо еще, и если она так сказала, то, скорее всего, это правда. Но есть и другой более важный вопрос: хотела бы я нравиться ему?

Я не могла сразу ответить на этот вопрос, и меня это раздражало. А что, если ответ — да? Это значит, что я влюбляюсь в Тони. Серьезно, безвозвратно. Это все усложняло.

Я отказалась обдумывать это всю ночь. В какой-то момент я начала петь про себя глупую песню, чтобы заставить замолчать свой разум. Почему это оказалась песенка гнома "Хей-Хо". Прекрасно, Сэм. Но, в конце концов, это сработало, и я провалилась в сон.

* * *

Утром мы с девочками позавтракали, что плавно перетекло в ленч. В этот раз никаких разговоров о Тони Митчелле. Теперь мы допрашивали Элли Сильверман, потому что она очень сильно прижималась к Саше во время просмотра фильма прошлой ночью. Сьюзен предложила, чтобы мы загрузили анкетный опрос с YourDatingServices.com, чтобы дать Саше в школе в понедельник и посмотреть, подходящая ли он пара для Элли.

Когда я собрала вещи, и Сьюзан отвезла меня домой, был уже полдень. Джек встретил меня в холле, когда я вошла в дверь. Он выглядел торопящимся, пытаясь обуться, надеть жакет, и вытащить деньги из бумажника одновременно.

Он протянул мне двести долларов, которые выглядели, будто их только что отпечатали.

— Ты можешь отдать их тёте, когда она вернется? — спросил он меня, убирая бумажник в карман жакета.

— Меня вызвали на срочное совещание, и меня не будет допоздна. Это деньги для Джеба Дженкинса.

— Садовника?

— Да. За дополнительные часы. Он приедет сегодня. Памела должна будет уже быть дома.

Он уже почти скрылся за дверью, когда я крикнула:

— А где Пэм?

— На ленче с Джесси Хантер.

Дверь захлопнулась за ним, и я осталась в тишине дома. Ну, не совсем. Хлоя забарабанила мне в дверь чуть позже и потребовала, что бы я выключила музыку, хотя я повторяла танец, потому что она не могла заснуть со своим похмельем под такую музыку.

Я все еще не могла привыкнуть к ее иссиня-черным волосам, но уважала ее желание. Все-таки это был ее дом, а не мой. Находя более тихое развлечение в рисовании, я попыталась закончить рисунок со скоростью. Но это расстроило меня больше, чем вчера, и я решила отдохнуть и сходить вниз сделать сэндвич.

Пэм уже вернулась и была в гостиной, когда я спустилась. И, посмотрите-ка, принцесса очнулась от ее прекрасного сна. Хлоя смотрела телевизор, пока Памела пыталась повесить новые занавески на широкие окна. Я достала двести долларов из кармана и протянула тете, передавая слова дяди Джека.

— Ох, — тетя нахмурилась, — Джебедайя звонил пять минут назад. Его жена больна и он сегодня не сможет придти. — Она прошла в холл, чтобы найти кошелек и сложить туда деньги. — Отдам ему позже на этой неделе.

Я пожала плечами, не думая об этом, и пошла к холодильнику, набирая еду в руки и неся ее к столу. После того, как я съела свой бутерброд с индейкой в кухне, я возвратилась в свою комнату, но остановилась перед лестницей, которая вела вниз в спортзал моего дяди. Я никогда не тренировалась там, но в прошлом Хлоя и я часто играли в просторной комнате, притворяясь, что оборудование для занятий фитнессом было пиратским кораблем или вагоном принцессы. Стены были звуконепроницаемы. И это подкинуло мне идею.

— Пэм? — крикнула я, поворачиваясь. Когда она заглянула, я спросила ее: — Как ты думаешь, Джек будет возражать, если я позанимаюсь танцами в спортзале?

— Конечно, нет, дорогая. Просто иди туда. — Она улыбнулась и снова исчезла в гостиной.

Я побежала наверх, переоделась в черные шорты из хлопка, фиолетовый топ на бретельках и теннисные туфли, схватила айпод, и бросилась обратно в тренажерный зал. По дороге я захватила бутылку воды из кухни.

Зал был расположен прямо под цокольным этажом, и поскольку участок находился на небольшом склоне, они построили подоконную стенка с видом на сад. Теплый свет залил комнату. Я подключила свою музыку к звуковой системе, пристроенной возле стены, и отодвинула некоторые легкие тренажеры. Положив руки на бедра, я осмотрела комнату.

Идеально. Моя собственная танцевальная студия. Довольная улыбка подкралась к моим губам.

Я сделала простую балетную разминку, потом включила плейлист, который в основном состоял из латиноамериканских песен с сильным, прыгающим ритмом, которые мы использовали в моей бывшей группе по Зумбе. Ely-T — мой любимый исполнитель из этого плейлиста, и я выбрала микс с танцевальными элементами акробатики и сальсы. Я вспотела уже спустя десять минут. Это был удивительный способ потерять саму себя. Музыка, если это был правильный ритм, заставляла меня не думать ни о чем. Ненадолго, были только я и ритм.

Я танцевала перед окном-стеной и наслаждалась послеобеденным солнцем, которое обернуло меня в свой свет и тепло, мое пульс прыгает от тренировки. Скрестив ноги, я развернулась на месте.

И отскочила с криком, прижав руки к груди.

— Какого черта…

Тони оперся на дверной косяк, руки свободно сложены на груди. Безумно долго я не двигалась, и музыка была всем, что я слышала.

Как долго он наблюдает за мной? Неудобное тепло смущения захлестнуло мое тело. Но, учитывая то, что я была насквозь мокрая и красная от тренировки, Тони, вероятно, даже не заметил мой румянец.

В, конце концов, оборвав зрительный контакт, я подошла к звуковой системе и отключила музыку. Полотенцем из стопки на полке, я вытерла лицо и декольте, сдерживать свое рваное дыхание.

— Кто тебя пустил? — наконец сказала я.

Тони не отошел от дверного косяка, и его самообладание не изменилось. Только взгляд его следовал за мной.

— Мама Хлои.

— И как давно это было?

Один уголок его рта, поднялся в ухмылке.

— Ты должна поворачиваться чаще, когда танцуешь.

Ага, как же. Он не расскажет мне, как долго я была объектом его слежки.

Придурок.

Я пила минеральную воду, путешествуя в другую сторону комнаты, где села на одну из силовых скамей Джека и, не отрывая взгляда от Тони, я зарычала:

— Итак…?

Он поправил воротник своей белой рубашки с короткими рукавами, затем засунул руки в карманы джинсов.

— Итак, что?

— Итак, есть более глубокий смысл твоего визита?

На мой суровый тон, его усмешка исчезла, и он нахмурил брови.

— Да ну, я вообще-то пришел не телевизор с тобой смотреть.

— О, правда? — протянула я саркастическим тоном. Какой позор! Я могла бы снова удобно устроиться на его плече. Если бы не была до сих пор в шоке, видеть его в студии. — Тогда в чем твой план?

Небрежной походкой, Тони пересек комнату и зацепил одной рукой металлический тренажер Джека напротив меня.

— Можешь сходить в душ, а потом пройтись со мной недолго?

— Зачем? У меня больше нет встречи с ветеринаром.

Это заставило его улыбнуться.

— Нет. Я хочу показать тебе кое-что.

— Кое-что? — я подняла одну бровь.

— Кое-что клевое. Тебе понравится.

— Откуда тебе знать, понравится мне или нет?

— Ах, я думаю, у меня есть идея. Теперь ты мне доверишься и пойдешь со мной, пожалуйста?

— Загадочный и настойчивый, — я сделала еще один глоток напитка. — Вот что я скажу тебе: я пойду, если ты скажешь, куда мы собираемся.

— Нет, не скажу. Это сюрприз.

Мне не понравилось, как он улыбнулся, и подчеркнул последнее слово. Но он меня чертовки заинтересовал и, откровенно говоря, чем дольше я смотрела на его накачанные бицепсы, как он закинул руки вокруг металла, тем больше мне хотелось пойти. Но было неловко идти с Тони, так же было неловко узнать, что он наблюдал, как я танцевала.

— Я не люблю сюрпризы, — сказала я ему наотрез.

Тони медленно подошел ко мне.

— Все девушки любят сюрпризы.

— Я не все.

— Правда, ты не как все. — Он сказал это так тихо, когда он присел на корточки передо мной, что маленькие волоски у меня на руках торчали как иголки.

— У нас было дерьмовое начало, — продолжил он, — я обидел тебя. Теперь я пытаюсь исправить это. Ты позволишь мне?

— Эм, я не знаю, — там был этот циничный оттенок в моем голосе, но правда была в том, что я действительно не знаю. Находится с ним вчера утром было также, как быть с одним из моих друзей. Но, глядя на Тони сейчас, мое сердце сжалось в несколько лишних ударов. Вещи так сильно изменились за последние пару дней, что я не знаю, чего я хочу больше.

Как будто он прочитал мои мысли, склонил голову и приподнял брови.

— Так, чего же ты боишься?

— Ничего, — ответила я. Слишком быстро.

— Тогда, пойдем со мной. И если это поможет, — выпрямившись, сказал он, протягивая одну руку ладонью вверх и прижав другую к груди. — Я торжественно клянусь, что не причиню тебе никакого дерьма.

Я подавила смех, кусая внутри мою нижнюю губу, и слишком раздраженно вздохнув.

— Хорошо. — Поднявшись со скамейки, я показала пальцем на свое лицо. — Но этому лучше стоить того.

Без предупреждения Тони схватил меня за талию и подтолкнул к двери.

— Ты скажешь мне позже, стоит ли. Теперь иди. Мы опаздываем.

— Опаздываем куда?

— Увидишь, — потом он добавил: — Возьми свои вещи для рисования.

Что? Зачем? Этот парень должен быть бастардом Разочарования. Я свободно дернула рукой, чтобы закрыть дверь, когда мы покинули спортзал, а потом поднялась на несколько ступенек на цокольный этаж дома.

Когда мы дошли до лестничной площадки, Хлоя как раз выходила из гостиной. Она замерла, а ее лицо вдруг стало пепельным. Я не знаю, было ли уместно сказать что-то или просто проигнорировать ее и подняться по лестнице в свою комнату.

Тишину нарушил Тони, даже если только и шепотом в мою сторону:

— Я буду ждать снаружи.

— Увидимся через минуту, — ответила я, оставаясь привязанной к верхушке лестницы.

Тони прошел мимо Хлои. Я не могла видеть его лицо, но то, как взгляд Хлои прошелся по нему, я догадалась, что он задержал на ней взор на протяжении вздоха.

Потом я услышала, как он сказал с холодом в голосе:

— Интересное изменение, Саммерс.

Должно быть, он имел в виду ее волосы.

Когда Тони ушел, и я осталась одна со своей кузиной в коридоре, я получила полную мощность ее смертельно сердитого взгляда.

— Ты с ума сошла? Привести Мит…

— Прости, Хлоя, — я прервала её, — но у меня нет времени на это дерьмо. — Я знала, к чему это приведет, и прямо сейчас я предпочла бы принять душ и увидеть Тони снова вместо того, чтобы слушать нелепое ревнивое дерьмо от нее. Положив одну руку на перила, я продолжала подниматься по лестнице, через две ступеньки за раз, и оставила ее стоять в коридоре.

Я приняла душ в рекордно короткий срок и проскользнула в ржаво-красные и коричневые камуфляжные штаны, которые носила во время моей первой ночи в Гровер Бич. Было достаточно тепло, поэтому я надела черную футболку с подмигивающим смайликом впереди.

Оставляя шнурки своих ботинок как обычно не завязанными, я быстро упаковала свой альбом и некоторые карандаши в свой рюкзак, выскользнула из комнаты, проверяя обе стороны коридора, чтобы снова не столкнуться с Хлоей. Ее нигде не было видно, но внизу Памела поймала меня, проходящей на цыпочках мимо гостиной. Она подошла к двери и понимающе улыбнулась мне.

— Это был Энтони Митчелл, не так ли? — сказала она тихо.

Я кивнула.

— Все изменилось между вами?

Я снова кивнула.

— Это отлично. Я рада за тебя, Сэм.

— Хлоя не рада. Она будет ненавидеть меня вечно.

Памела вздохнула, сжав губы.

— Я поговорю с ней об этом.

— Нет, пожалуйста, не надо, — я умоляла свою тетю и взяла ее руку. — Она и так думает, что я пытаюсь украсть тебя. Пусть это останется между мной и ею. Мы решим это… как-то.

Пэм посмотрела на меня, как будто не имела ни малейшего понятия о том, что происходило между мной и Хлоей, но я знала, что она заметила это с самого начала.

— Окей.

— Спасибо, Пэм, — отпустив ее руки, я пошла к двери.

Памела пошла со мной.

— Куда вы собираетесь?

— Понятия не имею, — заскулила я. — Он не говорит.

— Только не допоздна. Завтра в школу.

— Не буду. — Надеюсь. Правда в том, что у меня нет ни малейшей идеи, когда Тони вернет меня назад.

Я вышла на улицу и закрыла дверь. Во дворе не было никакой красной машины, на этот раз Тони сидел на зеленом горном велосипеде, опираясь локтями на руль.

— У вас есть велосипед? — спросил он меня. Когда я покачала головой, он поморщился:

— Я так и знал, но, к сожалению, не смог взять машину своей мамы сегодня, так что тебе придется ехать здесь, — Тони выпрямился и постучал по рулю.

Мой рот открылся.

— Ты меня разыгрываешь.

— Это единственный выход. Идти слишком далеко. Так что встряхнись, Саммерс, и тащи свой зад сюда. — Он ухмыльнулся, потянулся и схватил меня за руку, оставив без выбора, когда потянул меня вперед. Пытаясь выровнять велосипед, он позволил мне подняться на руль, что было не так уж легко, как это всегда выглядело в кино, и снял мой рюкзак с плеч, чтобы держать его во время поездки. Когда я села, свесив ноги, и ухватилась железной хваткой вокруг холодного металла, он медленно выдвинулся вперед и начал крутить педали на велосипеде вниз по улице.

Мы набрали скорость. Это было чертовски страшно. Дрожащее скуление вырвалось из меня.

— Расслабься. Я делал это сотни раз. — Его нос задел мои волосы или возможно это мои волосы несли ему в лицо из-за езды, когда он сказал мне эти слова тихо на ухо.

— Ты может и да, но я нет, — захрипела я. Мои ладони начали потеть, давая мне ощущение, что я теряю хватку. — Как далеко нам ехать?

— Просто за город. Около трех миль.

Тони должен был стоять все десять минут езды, потому что я бы закрывала его обзор, если бы он сидел. Когда дорога перешла немного в гору, и он был вынужден вдавиться в педали еще сильнее, он положил лоб на мое левое плечо, и я могла не только слышать его напряженное дыхание, но также ощутить его через ткань своей рубашки.

Линии домов, наконец, постепенно исчезали по сторонам, замененные сочными зелеными долинами. Удивительно свежий запах проносился вокруг нас, но мне было интересно, что он хотел здесь, где не было ничего, кроме травы, деревьев, и встречающегося время от времени домов через каждые несколько сотен метров.

Белая изгородь справа от нас, огораживала дикую местность с горсткой лошадей. Темные животные были прекрасны. Я наблюдала, как они пасутся под теплым полуденным солнцем, и не заметила, что Тони замедлился до тех пор, пока мы вдруг не остановились на углу забора. Тропинка вела в сторону от дороги, мимо пастбища до миленького участка.

— Слезай. Мы должны идти от сюда, — сказал Тони мне. — С тобой на руле путь слишком выбойчатый.

Я соскочила с велосипеда и повернулась к нему лицом с вопросительным взглядом.

— Ты знаешь людей, которые здесь живут?

— Да.

— И мы собираемся их навестить?

— Не их. Лошадей. — Тони прислонил свой велосипед к белому забору и зашагал в сторону дома. — Ты сказала, что тебе нужна живая модель. И так… Та-да. — Он, вроде как, пропел последние слова, когда широко раскинул руки, словно подарил мне этот загон и лошадей.

Я улыбнулась.

— Я никогда не думала, что скажу это, но ты потрясающий, Энтони Митчелл. — Желание обнять его возросло внутри меня, но я сопротивлялась и проскочила впереди него, насвистывая двумя пальцами, чтобы привлечь внимание ближайшей лошади.

Это был великолепный черный жеребец с одной белой задней ногой, и меткой в форме меча на его лбу. Вырвав горсть травы возле изгороди и, не отпуская ее, я выманила животное ближе. Жеребец поймал траву между губами, затем толкнул меня в плечо и оттолкнул на пару шагов назад. Он вовсе не выглядел таким высоким с расстояния.

— Кто здесь живет? — потребовала я, следуя за Тони вверх по тропе, и оставив коня позади. — Твой друг?

— Не друг. Семья. И ты знаешь её.

— Её? — Я нахмурилась. Кого я знала из его родственников? Но потом меня осенило. — Мисс Джексон?

— Да. Это участок моей тети, — его тон был немного напряженным. Он перелез через железный барьер, недалеко от прекрасного белого дома с темно-серой крышей и широкими окнами, выходящими в загон. — Она разводит лошадей так долго, как я могу помнить.

В отличие от Тони, я не перелезла, но, пригнулась под двумя металлическими прутьями параллельно земле.

— Ты уверен, что она не возражает, что я пришла сюда с тобой?

Тони подождал, пока я снова выпрямилась.

— Я позвонил ей сегодня утром. Она с радостью поможет тебе с твоим проектом по АВЭ и подумала, что это была замечательная идея. Надеюсь, это поможет получить мне пять в ее классе в этом году.

Это удивило меня.

— Твои рисунки потрясающие! — я прикусила язык и быстро исправила себя, пытаясь звучать менее восторженно. — Ну, они очень хорошие, правда. У нее нет выбора, кроме как поставить тебе пять.

— С моей тетей моим учителем? Ты не представляешь, какая она требовательная со мной. Это совершенно несправедливо. Я должен делать все в три раза лучше остальных только, чтобы получить те же оценки.

— Она, вероятно, знает, что у тебя талант и хочет вытащить его наружу. Я думаю, это восхитительно с ее стороны.

Тони остановил меня суровым взглядом.

— Ты бы не говорила так, если бы она была твоей тетей. — Затем он позвонил в колокольчик, и мы ждали перед входной темно-коричневой дверью, чтобы нас поприветствовали.

Мисс Джексон открыла дверь всего спустя полминуты; она широко улыбнулась, когда увидела нас. Также как и с Джесси Хантер, Тони поцеловал свою тетю в щеку, когда поздоровался с ней. Было мило наблюдать за ним, когда проявлял хорошие манеры.

Мисс Джексон пожала мою руку с энтузиазмом.

— Саманта. Это так хорошо, что ты здесь. Тони рассказал мне о твоих трудностях с рисованием лошади по памяти. Я уверена, тебе будет легче с одним из пород в загоне.

Я поблагодарила её за приглашение и эту возможность, потом радостно последовала за Тони через двор к романтическому месту за домом.

Перегруженная яблоня росла посреди луга, рядом с пастбищем. Несколько фруктов лежали на земле, но большинство из них все еще висели на ветках. Я устроилась в тени спиной к дереву, вдыхая насыщенный запах листьев и плодов. Тони протянул мне рюкзак с моими принадлежности для рисования. Я положила блокнот на бедра, сильно сжав карандаш, и не могла дождаться, чтобы начать работу. Была только одна проблема.

— Лошади слишком далеко.

Тони, который только что лег спать на мягкую траву, посмотрел на меня. Он точно знал, чего я от него хотела.

— Хорошо, — простонал он и вынырнул снова, перелезая через забор. Он сунул два пальца каждой руки в рот и свистнул так громко, что я вздрогнула. Как и я, раньше, он сорвал какую-то траву с земли и махнул рукой на уровне глаз ближайшей лошади, что приподняло ее голову на сигнал. Бурый зверь шагнул ближе, поел траву, затем опустил вниз голову и начал пастись рядом с забором.

Тони повернулся ко мне.

— Счастлива?

Я одарила его робким взглядом, качая головой.

— Черного?

— Ох, Саммерс! Серьезно?

Улыбка появилась на моих губах, когда я кивнула.

— Хорошо. — Закатив глаза, он побрел прочь. Немного спустя, он вернулся вдоль внутренней стороны ограды загонов, ведя великолепного жеребца на темно-синем поводке, которого раньше не было. Тони, очевидно, знал все об этом участке и лошадях.

— Я впечатлена, — призналась я, когда он подошел и сел рядом со мной.

Тони поднял брови над пустым листом и ткнул меня.

— Ты должна работать.

Со счастливой улыбкой на губах, я начала рисовать контур тела коня с несколькими простыми очерками, непрерывно глядя на модель. Когда скелет был закончен, я начала добавлять слой за слоем, превращая лошадь в движущееся животное. Но вскоре я столкнулась с другой проблемой.

Тони, должно быть, заметил мое беспокойство, когда я начала жевать свой карандаш вместо того, чтобы рисовать им на бумаге.

— Что такое? — потребовал он.

— Конь не двигается. Я не могу закончить, если он так и будет стоять как скала, — я повернула умоляющий взгляд на него. — Думаешь, сможешь заставить его как-то двигаться?

Он пожал плечами и поднялся на ноги.

— Я могу попробовать. — На пути к черному жеребцу, он поднял яблоко и потом помахал им перед ртом животного. Когда конь напряг шею, чтобы поймать фрукт, Тони вытянул руку и сделал несколько шагов влево. Он забрался на изгородь и уселся на верную рейку. — Ну-ка сюда, лошадка, лошадка, лошадка.

Жеребец наклонил уши, но в остальном не двигался.

— Это не кошка, — я сказала Тони, поднимая брови в недоумении.

Он вздохнул, спрыгнул вниз, и пошел назад, к лошади, дразня ее фруктами еще раз.

— Ты хочешь это вкусное яблоко? — Затем он бросил его, как далеко, как только мог. — Пойди и принеси его!

Я хихикнула.

— И это, черт побери, не собака!

— Правда, Саммерс? Тогда скажи мне, каков твой план, чтобы улучшить эту ситуацию? — Его голос был сахарно сладкий.

Я пожала плечами.

— Я не знаю. Пройдись с ним?

Тони вздохнул, раздумывая.

— Ты сошла с ума, Саммерс. — Тем не менее, он схватил синий поводок и двинулся прочь с жеребцом на буксире. Человек и лошадь двигались взад и вперед несколько раз, пока я вносила изменения в свой набросок.

— Быстрее! — закричала я.

Тони начал бегать, жеребец рысью бежал рядом с ним.

Я позволила побегать им несколько минут, а потом сделала еще одну попытку:

— Думаешь, что сможешь пойти немного быстрее?

— Нет, я не думаю, что смогу, Сэм, — Тони, задыхаясь отпустил коня и, согнулся, руками упираясь в колени. Его потные волосы были в беспорядке, он повернул ко мне свое лицо.

Его голубые глаза сияли в ярком свете, щеки у него стали красными, и он закусил нижнюю губу. Он выглядел великолепно, как и в тот день, когда я зашел к нему домой, чтобы взять его записи.

Уголки его рта слегка поднялись, что заставило меня тоже застенчиво улыбнуться.

И тогда я поняла, с шокирующей ясностью, что влюбляюсь в этого парня.

Глава 13

Тони оставил лошадь. Подойдя ко мне, он вытащил мобильник из кармана и набрал номер.

— Эй… Саманте нужно больше движения. Ты можешь прийти и выпустить лошадь?.. Хорошо. — Спрятав сотовый обратно в карман, он усмехнулся. — План Б в действии.

План Б, на самом деле, прибыл спустя три минуты с лонжей и стеком. Мисс Джексон улыбнулась и спросила, какую лошадь я хочу нарисовать. Я указала ей на черного жеребца.

— Ах да, Удар — это моя гордость. Давайте посмотрим, настроен ли он сегодня подвигаться. — Она затянула лонжей его за узду и повела прочь от забора, где жеребец потирал с удовольствием шею.

Дав ему несколько минут, чтобы привыкнуть к корде, мисс Джексон заставила его бегать, а затем скакать галопом по широкому кругу. Он был прекрасен. Жеребец двигался грациозно, власть была видна под его гладкой, блестящей шерстью.

— Я не думаю, что Кэрри может заставить лошадь бегать весь день, так что тебе лучше начать рисовать, — сказал Тони, когда опустился на траву рядом со мной и оборвал мое увлечение плавными движениями Удара.

Я вытащила леденец из кармана, развернула, сунула в рот и начала завершать мою работу быстрыми штрихами карандаша. Тони смотрел, а иногда и давал мне хорошие советы. У него было фантастическое внимание на детали, особенно на свет и тени и он помог мне исправить каждую черточку, которая была изменена, даже всего на миллиметр.

— Ты говоришь так, будто нарисовал много лошадей в своей жизни, — пробормотала я с конфетой во рту.

— Некоторых из них, — ответил он тихо. — Когда я был младше, часто приходил сюда, чтобы рисовать. Керри не возражал. Некоторые из моих рисунков еще висят внутри ее дома.

— Она также научила тебя, как оседлать лошадь?

— Да. Она хотела давать мне уроки верховой езды, — он закатил глаза. — Я действительно не наездник.

Концентрируясь на левой передней ноге и точном размере копыта, я прищурилась.

— Уроки верховой езды звучит круто. Я бы хотела иметь собственную лошадь.

— Керри дает уроки для детей. Ее муж умер давным-давно. Теперь она собирает кучу детей каждое лето, чтобы научить их, как обращаться с лошадьми, а также рисовать, если они заинтересованы.

— Ничего себя, — я стерла неуместный штрих, стряхнула резиновую пыль прочь пальцами и подула на картинку, чтобы очистить её. — Это так мило с ее стороны.

Я поймала краем глаза, как Тони пожал плечами. Он закинул руки за голову и откинулся на ствол дерева, вглядываясь в солнце.

— Дом достаточно большой. Лиза и я часто оставались тут. Она боится ездить верхом, но она любила ухаживать за лошадьми и заплетать их гривы.

Я не ожидала, что он упомянет Лизу передо мной, но поскольку он сделал это, я раздумывала, если бы я могла прощупать его отношения с ней еще немного.

— Сьюзен сказала, что ты по-прежнему влюблен в Лизу. Это правда?

Даже не глядя на него, я почувствовала, как Тони напрягся рядом со мной. Я подняла голову и обнаружила, что он уставился на мое лицо.

— Слишком личное, Саммерс.

Конечно. Я прикусила губу и опустила взгляд на свой рисунок, но это шокированное выражение не давало мне покоя. Он думал, что я не знаю? Или его беспокоило, что я знала? И то, что, в любом случае, это был глупый вопрос? Будто я не знала, что он собирался остановить меня.

Будто я надеялась, что он скажет, нет…

Мечтай, Сэм. Он не заинтересован в тебе.

Тони был добр ко мне сейчас, и я должна быть счастлива от этого. Никогда не будет ничего больше. Даже если его издевательства превратились в игривые насмешки, я не его тип. Все просто.

Я с трудом подавила вздох, жуя гладкую пластиковую палочку от леденца. Это нормально, сказала я себе. Он не должен был считать меня привлекательной или милой, или какой угодно. Потому что я тоже не влюблюсь в него. Я мысленно пожала плечами. Было не слишком поздно для меня, чтобы выйти из этого положения. Я бы просто отказалась от развития более сильных чувств к нему.

К счастью для меня, мой план сработал. Я обратила все свое внимание на проект, я должна была закончить его. После долгой паузы, Тони продолжал рассказывать мне о своих визитах к тете, что меня радовало. Он не имел претензий к этому слишком личному.

— Вон в том лесу, — он кивнул в левую сторону, — мы раньше очень часто болтались. Когда я приходил сюда один, я часто шел туда, чтобы рисовать пейзажи. Только я превращал лес в сказочное место, с троллями и лепреконами, выглядывающими из-за скал, или маленькими эльфами, сидящими на лютиках. Я действительно представлял всё это.

— Это, наверно, удивительное место, — я глянула на него, — ты не против показать мне его, когда мы закончим здесь?

Тони кивнул.

— Если погода позволит.

Повернувшись, я увидела темные тучи, о которых он говорил. Они надвигались на нас, обещая дождь. Ничего страшного. Я закончу рисунок через несколько минут.

Еще несколько карандашных линий с указаниями Тони, и вскоре я получила красивый рисунок лошади, скачущей по полю, перепрыгивая камни и кусты. Это прекрасно, лучшее, что я нарисовала за долгое время.

— У меня есть много информации о том, как рисовать тело, начиная со скелета и заканчивая последними слоями кожи, в моем компьютере. Если хочешь, могу прислать тебе по почте, — предложил Тони, когда я поставила дату и свою подпись внизу картины.

— Конечно, — я вырвала маленький кусочек бумаги из своего альбома и написала на нем свой почтовый адрес.

— Сэмми-точка-Сммрс? — прочитал Тони, подняв одну бровь. — Кто-то действительно зовет тебя Сэмми?

— Моя мама. И иногда моя тётя. — Я сложила рисунок в папку и положила его около своих ног. Потом повернулась к нему с провокационной усмешкой. — Ты думаешь, мне не это не подходит?

Он мгновение смотрел на меня, как будто хотел сказать что-то глупое, как: "Это отличное имя для золотистого ретривера". Но передумал.

— Что бы я ни сказал, вероятно, это не принесет мне пользы.

— Вероятно, нет, — внезапно я вспомнила утро после похода, — почему ты вчера назвал меня пружинкой?

Тони глубоко вдохнул, глядя мне в глаза. Опять слишком личное? Но это обо мне, а не о Лизе. Я была уверена, что он скажет мне правду, но в тот момент, когда он открыл рот, Кэролайн Джексон позвала меня.

— Саманта, если ты закончила с заданием, то не хотела бы прокатиться на Ударе? Я думаю, он был бы рад небольшой тренировке.

Мои глаза расширились на ее предложение.

— Я бы с удовольствием!

— Его упряжь в конюшне, первое стойло справа. Ты можешь покататься с седлом или без, это на твое усмотрение.

Она что, шутит? Без! Я поднялась с травы, стряхивая пыль сзади, и посмотрела вниз на Тони.

— Ты не против, если я покатаюсь верховом немного? Я имею в виду, мы не спешим обратно, да?

— Ничуть.

Не говоря ни слова, я бросилась в конюшню и обнаружила упряжь Удара в шкафчике рядом с широкими откаточными воротами. Повернувшись, полная предвкушения, я нашла Тони у входа. Его руки исчезли в карманах, когда он прислонился одним плечом возле ворот.

— Ты уверена, что хочешь это сделать?

— Сделать что? — спросила я.

— Скакать верхом на этом чудовище?

— Да. Почему нет?

Трудно было сказать, он хотел подразнить меня снова или, он действительно беспокоился обо мне.

— Потому что он такой большой. И ты такая… ну… — его голос изменился. — Ты маленькая.

Я засмеялась, вскочила на куб сжатого сена рядом с ним, и, держась за металлический поручень, склонилась к его лицу.

— Посмотри мне в глаза и повтори это, — дразнила его я.

Наши носы почти соприкоснулись. Я почувствовала что-то странное. Мое сердце заколотилось быстрее, мой желудок словно прокатился в стиральной машине, дыхание стало тяжелым. Я знала это чувство. Последний раз оно появлялось перед первым поцелуем.

Тони захихикал, разряжая обстановку.

— Сумасшедшая маленькая девочка. — Он забрал у меня уздечку и спихнул меня с куба обратно в загон, словно я была его лошадью, а он моим владельцем.

Немного разочарованная, я последовала за ним, но это чувство исчезло, как только Кэролайн Джексон помогла мне запрячь Удара, и Тони пришел, чтобы помочь мне залезть на спину лошади. Он держал меня за лодыжку.

— На счет три, — сказал он, затем быстро посчитал и катапультировал меня наверх. Он прикрыл глаза рукой, когда посмотрел на меня. — Чувствуешь себя хорошо?

Я кивнула. Плечи удара были на уровне головы Тони, но я не боялась лошадей, ни больших, ни маленьких. Прошло несколько лет с тех пор, как я последний раз ездила верхом, но было одной из тех вещей, которые нельзя забыть.

Мисс Джексон шла со мной несколько минут, но когда увидела, что я сама могу управлять Ударом, то отцепила повод.

Тони вернулся под яблоню, и я легко ударила по бокам жеребца, понукая его. Лошадь фыркнула и длинными шагами пошла по загону. Прекрасно реагируя на легкое давление моих ног, Удар позволил мне провести его по кругу, потом по восьмерке, и, наконец, мы пустились галопом из одного конца в другой.

Несколько раз я поглядывала на Тони. Он взял мой альбом и что-то рассеянно в нем рисовал. Я не возражала. Пока он был занят, я не чувствовала угрызений совести из-за того, что развлекалась, пока он должен был меня ждать. Это было недолго, но ему, похоже, надоело рисовать, и он подошел к забору. Он сел на верхнюю перекладину, опираясь ногами на среднюю и положил локти на бедра.

Я замедлила Удара до шага и поскакала к Тони. Он крутил головой из стороны в сторону, когда мы подъехали, встречаясь со мной взглядом.

— Тебе стало скучно? — спросила я его после очередного круга, когда Кэролайн пошла назад в дом.

— Немного, — признался он, — но ты, кажется, отлично проводишь время.

Улыбнувшись через плечо, отъехав уже на десять метров, я сказала громче:

— Это лучший момент с тех пор, как я вернулась в Гровер Бич.

Я толкнула жеребца пятками и пустила его еще раз через пастбище, потом замедлила его перед Тони и приготовилась слазить.

Я нагнулась вперед и перекинула ногу через спину Удара. Когда я скатилась, сильные руки схватили меня за талию, чем вызвали удивленный вздох. Тони мягко поставил меня на ноги.

Я повернулась к нему, уголки моего рта поднимались.

— Ты думаешь, что я слишком крошечная, чтобы что-то делать самостоятельно, да?

Я приготовилась к насмешливому ответу, но не к его нежному настойчивому взгляду.

— Нет, — ответил он, — я подумал, что твоя нога может заболеть, если ты спрыгнешь.

Оу. Я не подумала об этом.

— Спасибо, — сказала я тише, чем до этого.

Вдалеке мы услышали раскаты грома. Это было в нескольких милях, но это напомнило мне о волшебном лесу, который он хотел мне показать.

— Как думаешь, мы успеем сходить в лес и вернуться домой прежде, чем пойдет дождь?

— Возможно. Если пойдем через лес, мы вернемся в город с другой стороны. Расстояние такое же, так что не имеет значения, каким путем мы идем.

Ведя Удара за собой за уздечку, я качнулась вперед и назад на пятках, усмехаясь.

— Похоже на план.

После того как я отцепил жеребца от ремня и отвела к остальным, мы нашли Кэролайн Джексон и попрощались. Когда она пожимала мою руку, я поблагодарила ее за возможность снова прокатиться верхом. Она пригласила меня приезжать еще вместе с Тони, но я сомневалась, что это случится.

Пока Тони забирал свой велосипед, я вернулась к яблоне и взяла свой рюкзак. Затем мы пошли к лесу позади владений мисс Джексон. Небо темнело с каждой минутой, но я не хотела задерживаться надолго. Я только хотела взглянуть, что вдохновляет этого парня.

Через половину мили в лесу Тони прислонил велосипед к каштановому дереву.

— Мы заберемся наверх там, — он указал на обрыв скалы впереди.

— Если ты не несешь в рюкзаке деньги, то советую оставить его здесь.

Достав свой телефон и положив его в карман, я оставила рюкзак около его переднего колеса и последовала за ним на скалу. Хоть она и была высотой не менее двадцати футов, Тони не боялся подниматься. Повсюду из трещин пробивались корни, которые можно было схватить.

Низкая половина, похоже, была самой легкой частью. Тони ждал меня на небольшом участке, покрытом мхом и травой. Он наклонился, я схватила его руку, и он подтянул меня к себе.

Во время рывка я врезалась в него, ударившись об его грудь. Он нежно остановил меня, держа за плечи.

Его мышцы дернулись под моими ладонями, и он наклонился ко мне. Я посмотрела в его голубые глаза, выделявшиеся на фоне серой скалы позади него. Те же самые бабочки, которых я чувствовала в конюшне, вернулись с таким эффектом, что я почувствовала, как земля уходит из-под моих ног.

Но на этот раз что-то было по-другому. Тони не приглушал огонь, который запалил во мне, но, казалось, собирался разжечь его одним только тихим шепотом.

— Осторожнее.

С чем? Опрокидыванием… или приближением слишком близко и игрой с огнем?

Гром, ранее гремевший вдалеке, как будто стал ближе, но я не заметила. Мое сердце так громко билось в груди, неконтролируемо. Слишком сильно для отказа влюбляться в него.

Я пососала свою нижнюю губу между зубами, затем выпустила её, дыхание немного затруднилось. О, черт, он мог бы преодолеть этот последний дюйм между нами и поцеловать меня, пожалуйста? Я жаждала этого.

Тони моргнул. Один раз. Два раза. Потом он закрыл глаза, и глубокий вздох вырвался у него.

Нет, он не собирался меня поцеловать. Ни сейчас, ни когда-либо…

Тони

Она была всем, Поцелуй меня! Поцелуй меня, Тони! Честно, я не знаю, что меня остановило. Все, что я знал, было то, что я глубоко вздохнул, сжимая свои зубы, тогда я отпустил Сэм и отошел назад на маленький шаг. До стены твердой скалы позади меня.

Ее рот открылся, ее темные карие глаза стали огромными, как у того жеребца, на котором она ездила раньше. Ее ноздри немного расширились.

Черт, я обидел ее.

"Снова", — указал сварливый голос в моей голове. Да, я мог сделать это как никто другой. То, что удивило меня, было то, что она позволяла мне поцеловать ее после всего дерьма, которое продолжалось между нами со дня ее прибытия. Можно было подумать, что она спихнет меня от утеса при первой возможности, которую получит.

Но по причине, которую я не мог объяснить мне, она этого не сделала. Девушка просто стояла передо мной с опущенными плечами и выражением, которое щемило мне сердце. Ой.

Хорошей вещью было то, что я знал, как легко отвлечь Сэм и воспользовался шансом.

— Обернись, — сказал я ей максимально мягко, не позволяя огорчению из-за моей ошибки заставить дрожать свой голос.

Её брови нахмурились.

— Хмм?

Я кивнул на пейзаж позади нее, не прерывая зрительный контакт, и на этот раз она нерешительно посмотрела через плечо. Тогда она обернулась и ахнула.

Миссия выполнена. Саманта Саммерс была поражена красотой захватывающего пейзажа перед ней и забыла обо мне. Почему это заставляло меня хотеть обнять ее снова?

Прижавшись спиной к стене, я вцепился руками в свои волосы и с насмешкой посмотрел в небо. Это не могло быть правдой. Я увлекся Сэм Саммерс. Еще одной Саммерс из всех девчонок города. Это было сумасшедствие. Дерьмо, вот это обо мне и женщин из этой семьи, я не могу держаться от них на расстоянии?

Сэм повернулась ко мне… и улыбнулась.

Несправедливо! Я хотел закричать на нее.

— Это просто прекрасно, — вздохнула она.

Я сжал губы в вымученную улыбку, и быстро поднял брови, наклоняя голову.

Сэм снова посмотрела на множество деревьев, кустарников, цветов, корней и лишайников.

— Это выглядит точно так же, как и страница, вырванная из сборника рассказов. Какое очаровательное место.

Она была настолько погружена в разглядывание, что не заметила первые несколько капель дождя, падающие на ее голову. Только когда дождь стал сильнее, она взглянула на небо и стерла капли с лица.

— Думаю, мы упустили наш шанс вернуться домой сухими.

Через десять секунд стало ясно, что она права. Небеса открылись, и на нас хлынул ливень.

Наклоняя голову, Сэм вопила и хихикала одновременно. Она была единственной девушкой, которую я знал, кто мог сделать это и все еще казаться прекрасным. С ухмылкой на своем лице она перевела глаза на меня, спрашивая:

— Что мы делаем теперь?

Я схватил ее руку и потянул к себе, затем показал подобие высокой трещину в обрыве скалы немного выше нас.

— Ты залезешь туда и спрячешься в пещере, — сказал я достаточно громко для нее, чтобы она услышала меня сквозь дождь.

Помогая ей сделать первые два шага, я заставил ее двигаться. Но когда я ее отпустил, спрыгнул с уступа, она остановилась и, взглянув на меня, закричала.

— Что ты делаешь?

— Я заберу твой рюкзак. — С таким сильным дождем как этот, ее рисунок будет испорчен уже через несколько минут.

Короткими перебежками я быстро добежал туда. Я почти шлепнулся на землю. К тому времени, когда добежал до дерева, у которого оставил велосипед, моя рубашка прилипла ко мне, словно вторая кожа. Я забросил темно-красный рюкзак Сэм на плечи и бросился назад к каменному уступу, ведущему в пещеру, где стояла Сэм.

Пещера была узкой трещиной в поверхности, шириной едва достаточной для двоих. Чтобы добраться туда, я должен был подняться на несколько шагов выше, затем допрыгнуть метр до выступа. Сэм отстранилась, насколько могла, стоя на небольшой скале. Я прыгнул к ней немного запыхавшийся и схватился ладонями за скалу, позади ее головы.

Она ахнула, когда мое лицо оказалось в нескольких дюймах от ее.

Вода капала с моих волос на ее милый вздернутый носик. Упавшая капля хотела, чтобы я убрал ее поцелуем. О, парень. Почему эта девушка так возбуждала меня?

Она не была Лизой, я пытался спорить с собой, она кузина девушки, которая собиралась разрушить мои последние годы в средней школе ложью. Я не мог доверять Сэм. Не хотел.

Но я чертовски хотел поцеловать ее пухлые губы.

Осознавая, что я не двигался в последнюю половину минуты, а только смотрел в большие карие глаза Сэм, я немного опустил подбородок. Просто так, чтобы кончик моего носа убрал эту каплю дождя с нее.

Дыхание Сэм ускорилось. Почти на уровне ее глаз, я мог чувствовать его тепло на своей холодной коже. Ее руки коснулись моей груди, неуверенно и легко.

— Ты не должен этого делать, — прошептала она.

Я не должен целовать ее?

— Почему нет? — наклоняясь немного больше, я казался себе более осторожным, чем я думал. Видя кончик моего носа около щеки Сэм, я закрыл глаза и вдохнул фруктовый аромат ее волос.

Ее губы, задевающие мою щеку, вызвали дрожь внизу спины, когда она ответила:

— Потому что, ты на самом деле этого не хочешь.

Две минуты назад я, возможно, согласился бы. Но прямо сейчас я не мог вообразить ничего, что сделаю с большим удовольствием, чем поцелую ее. Всего одно короткое прикосновение к той пухлой нижней губе. Тогда я отступил бы. И все было бы прекрасно.

— А ты хочешь? — я вздохнул и нежно поцеловал ее позади ее уха.

Сэм не двигалась, она вздохнула, просовывая пальцы под лямки рюкзака.

— Это не важно.

— Это важно для меня.

— Я не могу понять, что у тебя внутри.

— Ты не поймешь.

— Посмотри, вот в чем проблема, — почти жаловалась она.

— Ты смущаешь меня. Все, что ты говоришь, кажется, расходится с тем, что ты делаешь. Это действительно — плохая идея. — Несмотря на ее слова, она наклонилась ко мне, прижимая свою щеку к моей. Ради бога, и кто теперь лицемер?

Её кожа была восхитительно нежной, заставляя меня потереться об ее щеку.

— Звучит так, как будто ты никогда не делала ничего глупого в своей жизни, — шептал я ей в ухо.

— Не такого как это. Я думаю, что это изменило бы слишком много… для меня.

Мои ладони все еще касались скалы позади нее, я коснулся ее лба и смотрел ей прямо в глаза.

— Ты слишком много думаешь, Пружинка. — И говоря это, я наклонил голову и приблизил свои губы к ее, не оставляя ей никакого выбора.

Она хотела. Я хотел. Что меня останавливало?

Я прикоснулся к ее нижней губе и мягко укусил ее. Мой язык почувствовал на ней вишневый леденец на палочке, теряющийся в ее мягком стоне

Всего один небольшой поцелуй. Ничего не изменится. Завтра мы будем друзьями. Ничего больше. Ничего. Не. Изменится.

Игнорируя ее слабый протест, я взял ее руки в свои и убрал их от моей груди, сплетая наши пальцы. Ощущение ее мягких рук сделало меня полностью осведомленным о том, насколько хрупкой и маленькой она на самом деле была. Девушка, которая должна была быть защищена… от идиотов как я.

Какого черта я делаю? Мне не нужна девушка. Особенно кузина Хлои.

Сэм была такой замечательной на вкус, что я не мог сейчас остановиться, и не смог бы сделать это и в другой момент. Просто когда она открыла свой рот на мое мягкое приглашение и кончики наших языков стали задевать друг друга, я остановился, пытаясь отдышаться.

Это. Было. Так. Неправильно.

Глава 14

Его губы были на моих губах. Я не хотела сдаваться, но не могла сделать ничего, чтобы остановиться. Мои глаза закрылись, и я наклонилась просто, чтобы в последний раз почувствовать его нежные губы.

Тони погладил внутреннюю часть моих запястий большими пальцами, затем убрал мои руки от себя. Его пальцы перепутались с моими, и он сжал их.

Мои колени стали эластичными. В животе гнездо бабочек вырвалось на свободу. Но внутри я бушевала. Это чувство было настолько красивым для меня, в то время как для Тони… это было только игрой. После его последнего отказа несколько минут назад, было ясно, что поцелуй значил для него вдвое меньше, чем для меня. Я проиграть в этой азартной игре. Потому что положила свое сердце на линию.

Но он не переставал меня целовать.

Его язык соблазнительно прошелся по моей нижней губе, он так легко смог открыть мой рот. Наши губы, двигались в едином мягком ритме. Без каких либо усилий он заставил меня все это делать.

Наши языки соприкоснулись, скользя, друг по другу. Это заставило мое тело почувствовать жар и щекотку, которые сосредоточились внизу моего живота.

И потом все закончилось. Именно так. Тони остановился. Чрезвычайный шок мерцал в его глазах, когда он пришел в себя, и я получила то, чего заслужила, потому что была настолько глупой. Мое сердце падало и падало, пока я, возможно, не растопчу его своими ногами. Или Энтони Митчелл, потому что он делал это прямо сейчас.

Что теперь, Сэм? Счастлива?

Он выпустил мои руки и провел пальцами по своим мокрым волосам, поворачиваясь к лесу, а затем обратно ко мне.

— Ах, Сэм… послушай…

— Нет, — почти в панике оборвала его я. — Просто ничего не говори.

Я не хочу слышать его извинения или ужасные оправдания в такой прекрасный момент. Это не было только его виной. Я должна была знать лучше. В конце концов, Лиза была той, кого он хотел. Не я.

Сделав глубокий вдох, я попыталась отодвинуть свою боль, прежде чем она захватила бы меня. Затем я пожала плечами и даже улыбнулась.

— Мы поцеловались. Этого не должно произойти снова. Все в порядке.

Тони колебался. В нем не было ни капли беспечности. Но, в конечном счете, он кивнул.

Я ушла со скалы, покидая комфортную зону глаз Тони, и вышла под ливень, который ослабел до моросящего дождя за несколько последних минут. Спускаясь по обрыву скалы, я осторожно посмотрела на него между шагами.

— Просто не возвращайся к тому, чтобы быть придурком, — попросила я предупреждающим тоном.

Хитрая улыбка появилась на его лице, и он спросил:

— Могу ли я назвать тебя маленькой?"

Нехотя щелкать его, я показала ему язык.

— Если хочешь получить от меня удар по коленке, то вперед!

Мои ноги коснулись земли, и Тони был внизу через две секунды после меня. Мы пришли к его велосипеду, но вместо того, чтобы сесть на него, он посмотрел в обе стороны вдоль пути, раздумывая.

— Тебе не холодно? — спросил он меня. — Если хочешь, мы можем вернуться к Кэрри домой и подождать, пока дождь не закончится.

Я пожала плечами.

— Да. Немного. Но я предпочла бы вернуться домой.

После короткого кивка, Тони покатил свой горный велосипед в противоположном направлении, откуда мы пришли, и, когда мы покинули лес и вернулись к мощеной улице, он посадил меня на руль, как и прежде. Ветер и дождь хлестали мне в лицо и голые руки, я замерзла. Но холод также вызвал онемение моего разума, и я была рада, что не могла думать о том, что произошло в лесу. Я подумаю об этот позже, когда буду одна в своей комнате.

Тони помог мне слезть перед домом моей тети и протянул мне рюкзак, но, прежде чем я смогла зайти внутрь, он схватил меня за руку и удержал меня. Будучи удивленной, я повернулась к нему.

На мгновение Тони стал выглядеть странно несчастным. Тогда он откашлялся, сильно сжимая мое запястья, как будто ожидал, что я буду бороться, освобожусь и убегу.

— Слушай, я знаю, ты сказала, что все круто, но я… — он сделал паузу и глубоко вздохнул. — Мне очень жаль. Ты хорошая девушка. И мне вроде нравится зависать с тобой.

Я сохранила свое выражение лица пустым.

— Но…

Его ответ требовал времени.

— Но прямо сейчас мне просто не нужна подружка.

— Да, я поняла это, — для него это была либо Лиза, либо никто. — И я сказала тебе, что все в порядке. Я не ищу себе парня, — я говорила бы себе так и остальную часть дня. И, в конце концов, может быть, я бы в это поверила. Натянуто улыбнувшись ему, я вытащила свою руку из его.

— Увидимся завтра на ленче?

— Конечно, — он отвел взгляд.

Я повернулась и поспешила внутрь от дождя и от мальчика, который разбил мое сердце этим днем. Как только дверь захлопнулась, я упала рядом с ней и безобразные, обильные слезы потекли по моим щекам.

— Сэм, это ты? — прокричала тетя из кухни за пару секунд, прежде чем появится в дверях.

Было слишком поздно стирать слезы. Пэм бросилась ко мне, и взяла мое лицо в теплые ладони.

— Дорогая, что случилось? Ты мокрая до костей, и почему ты плачешь?

— Мы попали под дождь, — выдавила я, погрузившись в заботливые объятия тети, всхлипывая ей в плечо. — И он поцеловал меня.

— Кто? Тони?

Кивнув, я подняла взгляд. И это была просто моя удача, что Хлоя стояла за спиной Памелы, ее лицо было полно ужаса. Она не осталась на месте дольше нужного, чтобы услышать конец истории, развернувшись, она бросилась наверх. Мгновение спустя, раздался громкий хлопок закрывшейся двери, эхом пронесшийся по всему дому.

Пэм оглянулась через плечо, не обратив внимания на то, что произошло. Затем она прижала меня крепче к груди и погладила по волосам.

— Если он поцеловал тебя, почему ты чувствуешь себя несчастной?

— Потому что он не хотел этого, — сказала я ей честно. — Я не знаю, почему он это сделал. Но он сказал, что не хочет меня как свою девушку. Он все еще влюблен в мою подругу. Они знакомы всю жизнь.

— Ох, Сэмми. Он наверняка что-то чувствует к тебе, если поцеловал тебя. Может быть, ему просто нужно чуть больше времени, чтобы понять, чего он действительно хочет? — Убирая челку от моего лица, она послала мне обнадеживающий взгляд. — Что за другая девушка, в которую он влюблен?

— Лиза Мэтьюз. Она встречается с сыном Джесси Хантер.

Осознание просияло в ее глазах. Она прижала мягкий поцелуй мне в лоб.

— Будь терпелива. Он увидит, что ты — всё, чем она является. И даже больше.

Я крепко обняла её, за то, что она была здесь для меня, когда я в ней нуждалась. Её утешительные слова много значили для меня. И они на самом деле дали мне надежду, что она может быть права.

Даже если в его планах не было отношений, Тони не поцеловал бы меня, если бы ничего не чувствовал ко мне. И в настоящее время этого было достаточно. Я ценила его дружбу.

Погружение в длинную, горячую ванну помогло очистить мой разум от всего дерьма, которое происходило внутри меня. Выйдя из ванной спустя час, я чувствовала себя легко и на удивление уверенно. Но больше всего я чувствовала себя уютно и тепло в моих штанах и темно-сером овечьем пуловере.

Я плюхнулась на кровать с моим сотовым телефоном в руке и набрала сообщение Сьюзен. Пора было кому-то рассказать об этой странной половине дня. Я только отправила текст, когда мой взгляд скользнул над рюкзаком, который стоял совершенно забытый возле моей двери.

Забирая его с собой на кровать, я достала папку, чтобы осмотреть мою последнюю работу. В это время, я все еще думала, что это было совершенство. Засунув его обратно в папку, я нашла еще один рисунок внутри. Эта был не мой, а со мной.

У меня челюсть отвисла. Это был портрет мой на Ударе, скачущем галопом через загон. Он был сделан светлыми линиями, это просто набросок, но детали были точные, мои волосы, и грива жеребца развеивались на ветру, и Тони удалось даже поймать мой радостный смех. Его подпись в нижнем правом углу вызвала улыбку на моих губах.

Мне было скучно.

Т.

Звук мобильного рассказал мне, что Сьюзен прочитала мое смс и ответила. Конечно, она спрашивала о деталях поцелуя. Я позвоню ей через минуту, но сначала я должна была сделать кое-что еще. Рисунок Тони напомнил мне, что он также хотел отправить мне что-то. Интересно, есть ли письмо от него, которое ждет меня. Я загрузила свой ноутбук, и открыла почтовый ящик.

Там было несколько спам-сообщений, потом одно от моей мамы, в котором она шлет мне фотографии со дня рождения нашего соседа, и два от друзей с Финляндии, на это я отвечу через некоторое время. Но ни одного от Тони. Сердце у меня сжалось немного, но это не испортило мою радость по поводу его рисунка.

Я набрала номер Сьюзен, затем протиснула телефон между ухом и плечом и быстро набрала ответ моим друзьям, пока ждала, когда Сьюзен подымит трубку.

— Хей! Что делаешь? — она взвизгнула в мое ухо. Пораженная я уронила телефон на кровать.

— Много. А потом ничего, — сказала я ей, когда вернула телефон на прежнее место.

— Что ты имеешь в виду под "ничего"? Ты провела день с Тони. Наедине, ради всего святого. Расскажи. Мне. Все об этом.

Я вздохнула и закатила глаза, но тоже засмеялась.

— Он пришел, нашел меня практикующейся в тренажерном зале моего дяди и заставил пойти к тетушке. У нее есть лошади, а мне была нужна живая модель для моего проекта по МВЭ.

— Вау. Он просто вошел в твой дом? Хлоя его видела?

Заканчивая первое сообщение и отправляя его, я ответила.

— Да. Она не была счастлива. Но мне, правда, все равно. Это их проблема, не моя.

— Что было потом? — Из-за любопытства в ее голосе я знала, что она хочет услышать про часть, где Тони поцеловал меня.

— Он посадил меня на свой велосипед, и мы поехали к его тёте.

— Это сработало?

— Да. Было страшно, но мы были в порядке. Я работала над тем рисунком, который был мне нужен, и после я ездила верхом на прекрасном жеребце.

— Тони? — подразнила она меня.

— Ха-ха, — я отправила второе письмо, затем закрыла ноутбук, сосредотачивая все внимание на Сьюзен.

Наступила мертвая пауза на другом конце, затем Сьюзен мечтательно вздохнула в трубку.

— Ах, это так романтично. Лиза была права. Ты действительно нравишься ему.

— Я думала так, когда он поцеловал меня в лесу, — призналась я тогда. — Но он прервал поцелуй до того, как стал горячим, сказав мне, что ему не нужно дерьмо вроде парень-девушка.

— Черт.

— Даа. Вот-вот. Этого больше не случится.

— Позор, — улыбка закралась в ее голос. — Но тебе понравилось? Как это было? Он хорошо целуется?

— Это было… — удивительно, замечательно, сладко и мучительно горячо, — … хорошо.

— Ох, — трудно было не заметить ее разочарование.

В этот момент мой ноутбук издал тихий звук. Я открыла его и нашла новое сообщение во входящих. От Тони. Мое сердце стало скакать зигзагами в груди.

— Эй, Сьюзен, — я сказала, пытаясь скрыть волнение. — Могу я перезвонить тебе позже? Тут… другой входящий звонок.

— Конечно.

Я положила трубку и бросила телефон на подушку. Это должно дать время Сьюзен, чтобы позвонить Симоне и Лизе и рассказать им новости.

Изо всех сил стараясь остановить свое участившееся дыхание, я открыла сообщение Тони.

___________________________

От:

Энтони Дж. Митчелла

Кому:

Саманте Саммерс

Дата:

Воскресенье, 11 ноября 2013 20:59

Тема:

полезный материал

1 приложение (1.65 МБ)

Эй, Сэм,

Здесь материалы о том, как рисовать тела.

Я надеюсь, ты не простыла из-за дождя.

Т.

Хотя сообщение было коротким, он не избегал меня, ведь упомянул что-то личное. Это заставляло мое сердце биться быстрее.

Прикрепленные файлы содержали подробные описания с пошаговыми картинками. Я просмотрела их и не могла дождаться, когда смогу их использовать в своем проекте. Я сохранила их в свою папку, и стала писать ответ.

___________________________

От:

Саманты Саммерс

Кому:

Энтони Дж. Митчеллу

Дата:

Воскресенье, 11 ноября 2013 21:13

Тема:

Не простудилась

Спасибо тебе за материалы. И за то, что спас рисунки.

Сэм

___________________________

От:

Энтони Дж. Митчелла

Кому:

Саманта Саммерс

Дата:

Воскресенье, 11 ноября 2013 21:14

Тема:

Пожалуйста!

Пожалуйста!

Сказать, что я не надеялась на более длинный ответ, было бы ложью. Но чего я ожидала на самом деле? Романтическое письмо с сотнями объяснений относительно того, почему этот день вышел из-под контроля? Ну… девушка может помечтать, не так ли?

Я включила музыку и стала читать инструкции в файле Тони так тщательно, что была поглощена ими больше часа. В конце концов, я потянулась с широким зевком и закрыла все окна, которые были открыты на моем ноутбуке. Последнее было моим почтовым ящиком с входящими, и я с удивлением заметила, что от Тони было новое сообщение. Он послал его двадцать минут назад, но из-за наушников в ушах, я не услышала звона.

___________________________

От:

Энтони Дж. Митчелла

Кому:

Саманта Саммерс

Дата:

Воскресенье, 11 ноября 2013 22:02

Тема:

Я уверен, что даже лошадь была одна…

1 приложение (1.05 МБ)

Я думаю, что это тебе тоже пригодится. Это — то, что я использовал, когда начал рисовать лица.

Тебе действительно нужно избавиться от своей одержимости ямочками, Пружинка;—)

Т.

Во что он играл? Говорил, что я не должна быть одержима его ямочками, потому что у нас нет никаких шансов? На этот раз я не открыла приложение, а сразу написала ответ. Еслм мне повезет — он еще побудет за компьютером, и я получу новое сообщение.

_________________________

От:

Саманты Саммерс

Кому:

Энтони Дж. Митчеллу

Дата:

Воскресенье, 11 ноября 2013 22:26

Тема:

Нет. Не. Надо. Этого.

Это не навязчивая идея, а просто…

Предпочтение— :P

То же самое, как некоторые парни предпочитает более высоких женщин маленьким.

Почему ты называешь меня Пружинкой?

___________________________

От:

Энтони Дж. Митчелла

Кому:

Саманте Саммерс

Дата:

Воскресенье, 11 ноября 2013 22:29

Тема:

Потому что мне нельзя назвать тебя

Крошкой

Я…

Хочу поставить тебя на скалу, когда буду целовать.

ОТПРАВЛЕНО С МОЕГО АЙФОНА

Мое сердце подступило к горлу, когда я перечитала его сообщение несколько раз. Это было так… интимно. "Кусая мою нижнюю губу" — улыбнулась я. Я бы никогда не поверила, что у нас будет что-то интимное. Особенно, когда он продолжал отнекиваться от вопросов о личном.

___________________________

От:

Саманты Саммерс

Кому:

Энтони Дж. Митчеллу

Дата:

Воскресенье, 11 ноября 2013 22:40

Тема:

Ты лег спать? Используешь айфон?

Ты не ответил на мой вопрос.

И я могла бы сказать, что нравлюсь тебе и на уровне глаз. Настолько, что ты укусил мою губу.

___________________________

От:

Энтони Дж. Митчелла

Кому:

Саманте Саммерс

Дата:

Воскресенье, 11 ноября 2013 22:44

Тема:

Играю в видеоигры с Фредриксеном.

Я ответил. Посмотри приложение в прошлом сообщении.

И я не кусал твою губу. Я грыз. Немного.

У тебя классный вкус.

ОТПРАВЛЕНО С МОЕГО АЙФОНА

___________________________

От:

Саманты Саммерс

Кому:

Энтони Дж. Митчеллу

Дата:

Воскресенье, 11 ноября 2013 22:47

Тема:

ОН ВИДЕЛ, ЧТО ТЫ ПИШЕШЬ?

Почему мы говорим о поцелуях?

Это не было настоящим ответом. Ты увильнул.

Сэм.

___________________________

От:

Энтони Дж. Митчелла

Кому:

Саманте Саммерс

Дата:

Воскресенье, 11 ноября 2013 22:51

Тема:

Убери свой капс.

Нет, он не видит, что я пишу. Конечно.

Мы говорим о поцелуях, потому что Фредериксон заставил меня говорить об этом.

Очевидно, он слышал об этом от Хантера, который услышал от Лизы.

Ты сказала Сьюзен, Сэм?

ОТПРАВЛЕНО С МОЕГО АЙФОНА

Дерьмо. Я не осознавала, что новости могут пройти по кругу так быстро. Но тогда мы не говорили, что это должно быть секретом. Это проблема? Хорошо, могло стать ей в школе. Может ему не нравилось, что Лиза знает, что он меня поцеловал. Если бы он все еще пытался отобрать её у Райана, то эта новость могла бы все разрушить. Но в его сообщении, он не выглядел особо рассерженным. Я в безопасности.

__________________________

От:

Саманты Саммерс

Кому:

Энтони Дж. Митчеллу

Дата:

Воскресенье, 11 ноября 2013 23:01

Тема:

Да. Это проблема?

Если так… извини. Но это то, что делают девчонки. Они рассказывают друг другу о всяком дерьме в их жизни.

Скажи Нику, что я передаю ему привет.

___________________________

От:

Энтони Дж. Митчелла

Кому:

Саманте Саммерс

Дата:

Воскресенье, 11 ноября 2013 23:03

Тема:

Не для меня.

ДЕРЬМО? В ТВОЕЙ ЖИЗНИ? Так говоришь обо мне, целующем тебя??

Ник просто уехал. Он хотел дать нам некоторую личную жизнь.

ОТПРАВЛЕНО С МОЕГО АЙФОНА

___________________________

От:

Саманты Саммерс

Кому:

Энтони Дж. Митчеллу

Дата:

Воскресенье, 11 ноября 2013 23:04

Тема:

убери свой капс.

Нам нужна личная жизнь?

___________________________

От:

Энтони Дж. Митчелла

Кому:

Саманте Саммерс

Дата:

Воскресенье, 11 ноября 2013 23:08

Тема:

Это ночь перед школой

Я не думаю, что нужна, но мне нравится, получать что-то от кого-то.

Не должна ли маленькая (я сказал маленькая, а не крошечная) девочка вроде тебя быть в кровати в это время ночи, Пружинка?

ОТПРАВЛЕНО С МОЕГО АЙФОНА

___________________________

От:

Саманты Саммерс

Кому:

Энтони Дж. Митчеллу

Дата:

Воскресенье, 11 ноября 2013 23:10

Тема:

Твоя ошибка.

Я не смогу уснуть, пока ты не узнаю, почему ты так меня называешь.

___________________________

От:

Энтони Дж. Митчелла

Кому:

Саманте Саммерс

Дата:

Воскресенье, 11 ноября 2013 23:16

Тема:

Увидимся за ленчем

Хорошо. Но только потому, что не хочу быть причиной твоей бессонницы.

Это просто прозвище, которое я дал тебе, когда говорил с Хантером когда-то. Ты с девчонками тренировались пока мы играли в футбол. Я видел, как ты делала растяжку около дерева.

Ты гибкая как чертова пружинка…

Теперь спи спокойно,

Сэмми.

;—)

Здесь колыбельная для тебя.

*рабочая ссылка =)*

ОТПРАВЛЕНО С МОЕГО АЙФОНА

Потребовалось несколько секунд, что бы осознать его слова. Мое сердце пропустило удар. Он говорил обо мне с Райаном. И он дал мне прозвище. Все это тогда, когда предполагалось, что он ненавидит меня. Что это значит?

Я нажала на ссылку и не могла поверить в то, что возникло на YouTube.

Белоснежка и семь гномов. "Хэй-Хо." Смеясь вслух, я закрыла свой ноутбук и пошла спать.

Глава 15

Когда я проснулась в понедельник утром, казалось, что я не спала совсем. Я переживала поцелуй в своих мыслях снова и снова, пытаясь вспомнить каждую мелочь. Как он пахнет, как чувствовались его руки, когда они сомкнулись на моих плечах, как с его влажных волос стекали капли на мое лицо. Только неделю назад я думала, что это невозможно, я не могла когда-либо потерять голову из-за Энтони Митчелла. Слишком безумно.

Я ущипнула щеки, чтобы они не были такими бледными, одела мешковатые джинсы и сапоги, и направилась в школу. Сьюзен и Лиза поймали меня у входа, и пару секунд спустя, Элли присоединилась к нам.

— Ребята, кого-то ждете? — спросила я максимально невинно.

Сьюзен схватила меня за руку и потянула меня за собой.

— Ты не перезвонила мне прошлой ночью. Я умирала от желания услышать больше.

— Да, и в это же время ты рассказала Лизе, которая рассказала Райану, и Тони отчитал меня, потому что Ник выуживал информацию.

— Он позвонил тебе? — потребовала она.

— Электронная почта.

Лиза скривила губы

— Он разозлился, что ты сказала нам?

— Нет, это его действительно не волнует. Но, я думаю, что ему на самом деле не нравится говорить об этом, — я вздохнула, останавливаясь перед моим классом Науки. — В любом случае это не большая проблема. Кажется, мы теперь друзья. Вот и все. Так могли бы вы просто не расспрашивать его или не говорить со своими парнями об этом?

Хотя они, очевидно, не купились на “небольшую проблему”, девочки полностью поняли и пообещали держать это между нами.

Ник Фредериксон повернул из-за угла мгновение спустя, и его губы вытянулись в потрясающей, широкой улыбке, когда он увидел меня. Он схватил меня за рукав моей рубашки и потянул в классе.

— Давай, Сэмми.

Я застонала и двинулась за ним, махая рукой друзьям.

— Что он тебе сказал? — пробормотала я, когда мы сели в задней части класса. Я не могла заставить себя взглянуть на него. Почему я вдруг так смутилась?

— Ничего, правда. Только то, что писал тебе вчера вечером, — он сделал паузу и следующее, что я слышала, как улыбка подкрадывается в его голос. — И то, что ему понравилось целовать тебя.

Это заставило меня посмотреть вверх.

— Он так сказал?

Ник сжал губы и кивнул.

— А тебе?

Пожимая одним плечом, я ответила:

— Было хорошо. Но определенно одноразовое дело. Он не мой тип.

— Правда? — Ник наклонил голову, ловя меня на лжи. — Тони сказал кое-что другое.

Мне вдруг стало очень неловко.

— И что Тони сказал?

— Он думает, что ты влюбляешься в него.

Я сглотнула, мои щеки горели изнутри.

— Прости?

— Это то, что он сказал. По-видимому, ты ждала, чтобы он поцеловал тебя весь день. Да, Сэм?

Я ненавидела, как он насмехался надо мной с этим глупым озорством в его глазах, и стиснула зубы.

— Нет, не ждала. — Какое-то время.

Это было только в течение часа.

— В любом случае, — пробормотала я, фокусируясь на ручке в моей руке, с которой я начала играть. — Он поцеловал меня, а не наоборот. Он не должен был делать этого, если это стоило таких усилий.

— Никто не сказал, что так было. Но он думает, что ранил твои чувства, потому что не хочет отношений.

Какого черта Тони сказал это Нику? Он не мог быть уверенным в том, что я чувствую к нему. Но тогда, он прав. Черт.

Краем глаза я увидела, что Ник наклонился поближе.

— Я не буду говорить Тони, но я думаю, что он прав. Ты влюбляешься в него, не так ли?

Что-то в этом парне сбивало меня с толку еще больше, чем в Тони.

Я вздохнула, не желая лгать ему, но я и не могла сказать ему правду.

— Я бы предпочла не думать о Тони прямо сейчас.

— Окей, — сказал Ник спустя пару секунд. — Но если бы ты спросила меня, я бы сказал, что он поцелует тебя в скором времени. Просто подумал, что ты бы хотела знать.

— Он откинулся назад, когда прозвенел звонок, и Миссис Холлшоу зашла в класс.

Он серьезно? Только мысль о том, чтобы целовать Тони ускорила мое сердце вновь. Черт, я действительно должна была взять это под контроль.

— Я не думаю, — прошептала я Нику, когда преподаватель повернулся к нам спиной и говорил о жизни кораллов.

— Почему, нет?

— Очевидно, я не его тип.

— Ох, да брось, Сэм, — он сказал слишком громко, и миссис Холлшоу бросила на него оглушительный взгляд через плечо. Его голос утих еще раз. — Начиная с прошлой пятницы, мы официально знаем, что он думает, что ты хорошенькая, и как вы двое прижались, друг к другу на диване у Лизы на ее спальной вечеринке было более чем просто романтично.

— Я заснула на его плече, — сухо поправила Ника я.

— Да. Как скажешь. — Он закатил глаза.

* * *

Утро казалось бесконечным, и чем ближе приближался полдень, тем тошнотворней мне становилось. После журналистики, я зашла в кафе с друзьями, немедленно сканируя наш привычный стол на наличие Тони.

Он сидел там с Хантером и парнями, спиной к нам. Через секунду мой аппетит изменился от желания съесть бургер к желанию снова поцеловаться с ним. Черт. Я нервно сглотнула.

Когда Сьюзен толкнула меня в спину, потому что я застыла, уставившись на него, я быстро схватила тарелку с картофелем фри и леденец на палочке.

Когда мы присоединились к мальчикам, казалось, будто все они смотрели на меня, но, вероятно, это было просто мое воображение. Я опустила взгляд, поставила свою тарелку вниз и опустилась на стул возле Ника, как всегда. Подняв глаза, я обнаружила, что Тони пристально смотрел на меня через стол. Выражение его лица было пустым, он произнес слово "Хай".

— Привет, — ответила я.

Это все, что мы сказали друг другу в течение всего часа на обеденном перерыве.

Отлично. Он избегал моего взгляда, и всякий раз, когда один из его друзей говорил со мной, он находил что-то еще, чтобы поговорить с кем-то другим, не желая быть втянутым в разговор со мной.

Его отправка всех этих смешанных сигналов сводила меня с ума. Обрадовавшись, когда Симона попросила меня выйти на улицу к её машине, потому что ей нужно было схватить ее спортивную одежду перед физкультурой, я вернула свой поднос и попрощалась с мальчиками.

— Это просто я или он вел себя странно сегодня? — спросила меня Симона, когда мы вышли на уличную стоянку.

— Кто?

— Тони.

Кто же еще?

— Я не знаю. Он игнорирует меня. Кажется, это не отличается от прошлой недели.

— Игнорирует тебя? Ты слепая? Он не мог отвести от тебя взгляд все это время. Ни на минуту.

Извините, что?

— Он ни разу на меня не взглянул, — запротестовала я, окончательно запутавшись.

— Сэм, Сэм, Сэм… — Симона качнула длинными светлыми волосами. — Не знаю, что в данный момент творится в голове Энтони Митчелла, но ты определенно занимаешь там много места.

Правда? Сейчас понять Тони было все равно, что пытаться построить дом из карт. Как только я подумала, что была на правильном пути, все начало рушиться. Поцелуй. Рассказ о том, что он не хочет ничего большего. Отправка мне милых писем. Избегание моего взгляда. Подсматривание за мной, когда я не замечаю. Что, черт подери, это значит?

— Аарр! — Я провела руками сквозь концы волос. — Почему он так странно себя ведет?

Симона приподняла брови и пожала плечами.

— Потому что он — парень.

И это было моим ответом на весь день. Я должна была жить с этим.

После игры в бадминтон на физкультуре, я быстро переоделась и поспешила на АВЭ, намереваясь игнорировать Тони, как он меня. Если проклятый поцелуй оттолкнул нас назад к самому началу, не разговаривать друг с другом, так тому и быть.

Я развалилась в своем стуле, зная, что Тони уже сидел сзади, и вытащила свое портфолио, готовая вручить его мисс Джексон. Когда она вошла, я отдала ей все рисунки и догнала их, она одарила меня очень личной улыбкой, словно она действительно гордилась мною и радовалась тому, что я нарисовала.

— Я знала, что это была хорошая идея, свести вас в одну команду с моим племянником, — прошептала она, отрезая взгляд взад комнаты.

Я не знала, видел это Тони или нет, потому что отказывалась смотреть на его место, и вернулась на свое место.

Когда мисс Джексон начала урок, она сказала нам, что планировала особое задание.

— Ребята, я хочу, чтобы вы поработали в парах сегодня. Один мальчик, одна девочка. У каждого из вас двадцать минут на то, чтобы изобразить партнера, пока он позирует для вас.

В классе стало тихо, потому что все студенты сделали большие глаза.

— Не смотрите так, будто я собираюсь поставить вас в пару с овцой, — заныла она. — Только на этот урок. И поскольку я знаю, как тяжело в вашем возрасте, выбрать случайных партнеров противоположного пола, я сделаю это за вас. Девочки, напишите, пожалуйста, Ваши имена на листке бумаги и положите в эту чашку. — Она достала пластиковую коробочку с верхней полки сзади и положила ее на углу парты Деборы Картер. — Мальчики, каждый выберет одно имя, а затем будете работать в командах.

Звучало как хорошая идея для меня, хотя я знала, что рисовать лица было одним из моих наименее развитых навыков. Затем я вспомнила, что Тони прислал мне вчера вечером, и вдруг я подумала, была ли для этого какая-то причина. Он знал, что мы будем делать это сегодня? Я откинула эту мысль и вырвала бумажку из своего блокнота, написав на ней свое имя. После того, как каждая девушка бросила ее в чашку, мисс Джексон передала ее по кругу, чтобы ребята могли выбрать имя.

Джереми Рис был первым, кто пошел, и он прочитал вслух:

— Стейси.

Кристофер, не помню его фамилию, был следующим:

— Андреа.

— Мелисса.

— Элис.

— Джордан.

Тони был следующим. Мое имя еще не было вытянуто. Что, если он вытащит его?

А что, если нет?

Внезапно я обнаружила, что отчаянно надеюсь на то, чтобы он нашел бумажку с моим именем на ней. Я хотела нарисовать его, иметь повод взглянуть на него, внимательно изучить его лицо. Провести время с ним.

Как будто он мог отчетливо слышать все мои мысли, Тони посмотрел на меня, лист бумаги уже между его пальцами. Он должен был только открыть её и прочитать проклятое имя, но прежде чем он это сделал, его выражение стало мягким, уголки губ подергивались в улыбке.

О, мой Бог, он тоже надеялся, что выбрал мое имя?

Его взгляд упал на листок в его руке, затем вернулся к моим глазам еще раз. Я затаила дыхание.

— Айви, — он прочитал вслух.

Мои плечи и сердце опустились.

Через два имени после Иви, вытянули меня. Роберт, высокий брюнет с голубыми прядями в волосах, должен был быть моим партнером. Он улыбнулся и дернул бровями.

Я взяла все свои принадлежности и встала со стула, как и остальные, собираясь пересесть к Роберту на этот урок. Внезапно кто-то ухватил меня за запястье и развернул меня.

— Куда ты идешь?

— Я… — ошеломленная, я пристально посмотрела в лицо Тони. Тогда я нахмурилась. — К моему партнеру.

— Я думаю, что Роб передумал. Он теперь объединяется с Иви.

— Что? — я недоверчиво взглянула на Роберта и клубничную блондинку, которая только что села рядом с ним, и вернулась к Тони.

— Ты поменялся партнером с Робертом?

Тони пожал плечами.

— Да.

Сумасшедшие бабочки пытались вырваться из моего желудка. Я хотела спросить его, почему и когда он сделал это, но, в конце концов, я не хочу, давить на детали, потому что он ухмыльнулся мне, показал рукой в направлении его стола и сказал.

— После тебя, Саммерс.

Я села на стул рядом с Тони, который Уильям Бэйнс, как правило, занимал, и положила свой блокнот чистой стороной вверх на стол.

— Ты хочешь первым?

— Нет, ты начинай, — он откинулся назад на стуле, переплел пальцы за головой, и, качался на двух ногах. — Давай посмотрим, сможешь ли ты побороть свое пристрастие к ямочкам. — Он подмигнул, а затем один уголок его рта поднялся вверх, создавая ту очаровательную впадинку на его щеке.

Я приподнялась на локтях, наклонилась в его сторону, и подняла брови.

— Я не могу нарисовать тебя без ямочки, если ты так улыбаешься.

Тони посмотрел немного растерянно, но его дружелюбное выражение осталось.

— Я не улыбаюсь.

— Может быть, не нарочно, но улыбаешься.

Я начала вырисовывать черты его лица, стараясь вспомнить несколько советов от информации, которую он прислал мне вчера вечером.

Он прочистил горло, и когда я снова посмотрела вверх, ямочки на щеках исчезли, вместе с его улыбкой. На самом деле, он выглядел немного мрачным, и я подумала, кусал ли он изнутри щеку, чтобы сохранить серьезное выражение.

Двадцать минут пролетели как секунда. Это был слишком короткий срок, чтобы нарисовать живой портрет. Но я была довольна тем наброском Тони, который получила в конце. Когда я показала ему это, он даже не пожаловался на то, что я нарисовала его с ямочками на щеках и улыбкой. Это, на самом деле, заставило уголок его губ снова подняться вверх. Очевидно, ему понравилось, как я видела его.

— Твоя очередь, — напомнила я и устроилась поудобней, потянув одно колено к груди и положив каблук своего сапога на стул. Я обняла руками колени и положила подборок на сгиб своего локтя.

Он выглядел невероятно сосредоточенным, в то время как его глаза переключались с рисунка на мое лицо. Его рот превратился в тонкую линию. Иногда он даже закусывал нижнюю губу. Но в те редкие секунды, когда он фиксировал взгляд на мне, выражение лица его смягчалось каждый раз, и заставило мое сердце трепетать.

По движению его руки, я могла сказать, что он заканчивал и что-то писал на рисунке. Думаю, свою подпись.

— Могу я посмотреть? — спросила я, когда прозвенел звонок, и больше не было времени показывать рисунок учителю или обсуждать его с остальными в классе.

Тони вырвал бумагу из блокнота и протянул вверх тормашками.

— Ты можешь сохранить его, — сказал он с теплой улыбкой, затем подобрал свой рюкзак и ушел.

Я смотрела ему вслед, пока он выходил из класса, сбитая с толку его непонятным поведением. Качая головой, я перевернула набросок.

У меня перехватило дыхание в груди. Пресвятая Мария, что он сделал? Я видела точный портрет каждый день в зеркале, но в этом рисунке было что-то, что показало ту красоту, которую я не видела в себе раньше. Казалось, Тони поймал очень очевидные и очень непосредственные эмоции, которые я не смогла полностью убрать.

Затем мой взгляд упал на строки, где он обычно царапал свою подпись.

Это твой "Я влюблена в тебя" взгляд.

Мои ладони, лежащие на столе, стали потными, и прилив крови выстрелил мне в лицо. Прямо сейчас я была более чем счастлива, что Тони уже ушел, так что он не мог видеть меня сбитую с толку. Неужели это было так заметно? В моем взгляде? Боже мой. Если бы я смотрела на него так вчера, то неудивительно, что он подумал, что я ждала, чтобы он поцеловал меня. Это было написано на моем лице.

Ах! Я закрыла руками рот и уставилась в потолок. Это выходит из-под контроля.

Я не хочу быть влюбленной в Тони Митчелла. Не тогда, когда чувство безответно.

Где, черт побери, выключатель?

Я убрала свои вещи в сумку и пошла домой, мысленно ударяясь головой об стену, чтобы избавить свою голову от Тони. Мне нужно было отвлечься, поэтому я плясала половину дня в тренажерном зале моего дяди. Это помогло… на время. Но до тех пор, пока я была занята всякими мелочами, я была в безопасности. Долгий горячий душ, домашнее задание, и позже громкая музыка и рисование. Я просто не могла позволить, чтобы мои мысли отправились назад в то место в лесу, и помнили ощущение его губ на моих.

Когда кто-то похлопал меня по плечу, я вскочила на стуле, вынимая наушники из ушей. Памела чуть не довела меня до сердечного приступа.

— Черт возьми, ты не должна подкрасться так к людям! — Я часто и тяжело дышала.

Пэм робко улыбнулась.

— Извини, но ты не слышала, как я звала и стучала, из-за музыки.

— Что случилось? — спросила ее я, потому что было еще слишком рано для обеда, а значит у нее была причина придти в мою комнату.

— Ты использовала что-то из моих вещей для рисования на прошлой неделе?

Что за странный вопрос. Если бы я взяла, то сначала спросила.

— Нет. А почему ты спрашиваешь?

— Две мои кисти с волосом куницы исчезли. Нигде не могу найти.

— Извини, я не брала их.

— Хорошо, — Пэм вздохнула, — я уверена, они еще найдутся.

Будем надеяться. Но разве это не странно? Второй раз что-то пропало без вести с прошлых выходных. Как будто неожиданно появился полтергейст в этом доме. Но щетки, наверное, просто закатились под диван.

Я сдула челку с глаз и продолжила свой рисунок. До тех пор пока мои вещи не начали исчезать, все было нормально.

Сьюзен пришла в тот вечер, и мы смотрели несколько повторов "Волчонка" вместе. Это было смешно, как она прокралась внутрь, стараясь, чтобы её не увидели соседи. Ох, это было бы для нее самым страшным кошмаром, если бы люди думали, что она самом деле дружила с моей кузиной. Я могла только покачать головой и рассмеяться.

Рада любому отвлечению, я заставила ее остаться, пока не настало время идти спать. Таким образом, это значило для меня меньше думать о Тони.

К сожалению, это намерение было выброшено в сточную канаву, как только я вошла в школьную столовую на следующий день. Тони не было. И, очевидно, ничто не заставляло так думать о человеке, как его отсутствие.

— Где Тони? — спросила я Лизу в перерыве между откусыванием гамбургера.

Она пожала плечами, и Райан ответил:

— Поехал домой. Сказал, что забыл что-то для его урока искусств.

Я, нахмурившись, посмотрела на мой гамбургер, интересно, что бы это могло быть. Все, что ему понадобится для АВЭ, была бумага и простой карандаш или угольный карандаш, и я знала, что у мисс Джексон их было достаточно на полках в классе для тех, кто забыл свои вещи.

Если только… он хотел избегать меня снова. Что, если он не забыл ничего, а просто не хотел сидеть со мной за обедом? Возможно ли это?

Я отбросил эту мысль, когда Алли подошла к нашему столику и сказала нам, девочкам, что сегодня тренировка черлидеров откладывается до второй половины дня. Очевидно, у нее была встреча с врачом, что напомнило мне, что я скоро должна бы пойти на осмотр к папе Райана снова. Но потом рана зажила действительно хорошо, и не было необходимости, чтобы ветеринар осмотрел её снова.

Прежде, чем мы ушли из кафетерия, я подошла к Райану и сказала и сказала:

— Можешь еще раз поблагодарить своего отца и сказать ему, что моя нога в порядке? Он просил меня зайти через несколько дней, но я не думаю, что это необходимо.

— Конечно, — ответил Райан, выглядя довольным этими новостями. — Он будет рад услышать это.

Я украла у него Лизу, и мы поспешили в спортзал, где снова был бадминтон. Не мой вид спорта, но, по крайней мере, я сегодня не потела, так что могла потом пропустить душ и пораньше придти на урок искусства. Я надеялась встретить Тони прежде, чем начнется урок, и посмотреть на то, что не дало ему придти на обед.

Но, когда Тони вошел в класс, его рюкзак небрежно висел на одном плече, он низко опустил подбородок и смотрел в пол. Он казался полностью равнодушным, молчаливым, как когда он только встретил меня. Черт, простой взгляд или просто "Привет" — я ожидала от него слишком много?

С гневом, растущим во мне, я хотела повернуться на месте и крикнуть, что он был придурком и что я не хочу больше иметь дело с его дерьмом. К счастью, Кэролайн Джексон вошла в комнату после него, и мой порыв пропал. Я знала, что буду жалеть о нем оставшуюся часть года, если не выгоню его из своих мыслей.

Вместо этого я придумала что-то другое, и не менее глупое. Я оторвала уголок листа и написала два слова на нем: "Ты козёл!" Я смяла его в крошечный шар и бросила его в дальний конец комнаты, где он упал на стол прямо перед ним.

Тони весело посмотрел на меня, затем расправил бумажку. Медленно, его пристальный взгляд вернулся ко мне, его правая бровь, вопросительно приподнялась. Я не сказала и не сделала ничего, кроме попытки убить его угрюмым взглядом.

Он казался равнодушным. Все, что он сделал, это смял бумажку снова и бросил ее в мусорное ведро в углу. Тогда он сконцентрировался на мисс Джексон, полностью игнорируя меня всю оставшуюся часть часа.

Глава 16

Вернувшись домой, я проскользнула через дверь, не желая говорить и даже видеть кого-то. Если я и усвоила одну вещь из всего дерьма с Тони то это то, что каждое мое чувство было очевидно для всех. И это отвратительно.

Устало тащась по лестнице, я повесила голову, готовая провести остаток дня в постели, погрузившись в свои страдания, с громкой музыкой, вырывая все мысли об Энтони Митчелле из головы. Но потом я вспомнила, что позже в этот день тренировка группы поддержки, и перспектива танцевать и выглядеть так, как будто мне весело, когда я только хотела орать, заставило меня испустить глубокий вздох.

Бросая рюкзак на пол, я плюхнулась на кровать и уткнулась лицом в подушку. Но стук в дверь вытащил меня из постели мгновение спустя. Я открыла дверь, и обнаружила Хлою, стоящую на пороге с кучей моей выстиранной одежды в руках. Она сделала агрессивный шаг ко мне, заставив меня отступить

Придвинув свое лицо к моему, она прошипела:

— Это мой дом, моя школа, мой город и ты гуляешь с моей футбольной командой. Я сказал тебе не вставать между мной и моей семьей. Но связаться с Энтони Митчеллом была твоя худшая ошибка из всех. Она толкала меня, пока я не наткнулась бедрами на край стола. — Клянусь, я найду способ избавиться от тебя, моя маленькая кузина.

Я могла только смотреть в ее безумное лицо, потеряв дар речи.

Она обернулась и направилась к двери, затем опять развернулась на каблуках и бросила постиранную одежду в меня.

— Твои вещи.

Мгновение спустя она ушла, а дверь захлопнулась за ней.

Куча разбросанной одежды лежит у моих ног, но я не могу заставить себя поднять их. С ладонями, прижатыми к вискам, я беспомощно осмотрела комнату. Почему я не могу вернуть старую кузину обратно? Ту, которая любила играть в "Алису в стране чудес" и которая никогда бы не обвинила меня в краже ее родители и подруг. Что случилось с Хлоей, что заставило ее стать таким монстром? Что я должна делать с этим?

Я не могла справляться с этим дольше. Если бы только четыре месяца прошли, и я могла переехать в новый дом с моей семьей. Начиная ненавидеть этот дом и комнату, где я была поймана в ловушку, я схватила свой серый балахон с полки и сунула руки в рукава, потом сбежала с лестницы и из виллы Саммерс.

Неуверенная куда идти, я пошла на пляж. Там я бросала камешки в волны очень долго. Не очень продуктивное задание. Необходимость поговорить с кем-то росла внутри меня. У Сьюзен сегодня тренировка по футболу, поэтому моим следующим лучшим вариантом была Лиза. С руками, засунутыми в карманы, я направилась к ней.

Саратога-авеню было тихим местом; не много автомобилей, а рядом не было пешеходов во второй половине дня. Дерево в палисаднике Лизы появилось в поле зрения задолго до ее дома. Я замедлила ход, когда достигла его, но вместо того, чтобы переходить улицу и позвонить в звонок, я стояла приросшая там несколько минут, глядя на другой дом.

Почему Тони не мог решиться? Быть хорошим парнем или козлом. Нравится ему или нет. Простые вещи. Мой пристальный взгляд замер на кончиках моих сапог, когда я повесила голову и глубоко вздохнула. Разумнее было бы вернуться домой и забыть об этом мальчике, но я не могла. И когда переднее колесо горного велосипеда появилось в поле моего зрения, я знала, было уже слишком поздно.

— Заинтересована, как выглядит моя комната, Саммерс? — я слышала, что он говорил насмешливым тоном, который заставил мои волосы на затылке подняться дыбом.

Я медленно посмотрела вверх.

— Нет, я действительно заинтересована в том, как парень с такой хорошей мамой, как твоя, может стать таким пренебрежительным придурком.

— Пренебрежительным?

Он поднял брови и оперся локтями о руль ногами, размещенными в широкой стойке по обе стороны от его велосипеда. Он был одет в голубую футболку и его волосы были в беспорядке.

— Если я помню правильно, только вчера я поменялся партнерами с Роберторм, чтобы быть в команде с тобой. Как ты можешь называть это пренебрежительным?

Я наклонила голову.

— А что насчет сегодня? Ты не сказал даже "привет.

Смеясь, он ответил.

— Сегодня… полный отстой.

Ох, он насмехался над моим сообщением? В эту игру могут играть двое.

— Поскольку ты казался хорошо знакомым с каждым моим взглядом вчера, скажи мне, какой это взгляд? — Я дала ему фальшивую улыбку и подняла вверх средний палец, когда начала обходить его велосипед.

— Это твой "мне больно, потому что Тони не говорил со мной" взгляд, — он промямлил, поднимая взгляд к небу, и схватил меня под руку. Я была слишком медленной, чтобы уклониться от его хватки. Он потащил меня обратно на свою сторону.

— Теперь, не убегай.

— Я не убегаю. Я собираюсь увидеть Лизу.

— Лизы нет дома. Она пришла посмотреть нашу тренировку и ушла с Хантером. Так как его машины здесь нет, предполагаю, они поехали к нему.

Я вырвала руку.

— Прекрасно. Я пойду домой.

— В любом случае, почему ты не позвонила ей, вместо того, чтобы блуждать всю дорогу?

— Потому что это было ненамеренно. Мне просто нужно было сбежать от… — Остановившись на полуслове, я сузила глаза на него. — Ах, забудь об этом. — Хрустя зубами, я развернулась на каблуках и с трудом ушла.

— От твоей кузины? — сказал Тони позади меня. Его понимающий голос заставил меня остановиться.

Я повернулась к нему.

— Выглядишь так, как будто тебе нужно с кем-то поговорить. И это не из-за меня, Сэм, это просто очевидно. Так что, если ты дашь мне пять минут, чтобы принять душ, то можешь зайти ко мне, и я поговорю с тобой о том, что пропустил сегодня.

Как он мог быть таким придурком весь день, а потом снова заполучить меня просто тремя глупыми предложениями? Это было несправедливо! И совсем неприятно. Тони не оставил мне выбора. Идя вперед и положив одну руку мне на плечи, он катил велосипед другой рукой.

Я не хотела идти домой прямо сейчас, поэтому мой протест умер, когда он повел меня через улицу. Однако я не позволила ему обнять меня за плечи и толкнула в грудь.

— Отойди. От тебя воняет.

Тони обнял меня крепче, прижимая к своей потной стороне.

— Ах, как будто ты не мечтала об этом запахе день и всю ночь, Саммерс.

Я не мечтала. Не о его запахе пота, в любом случае. Но он заставил меня смеяться.

Тони облокотил свой велосипед на белый фасад дома. Он вытащил ключ из-под половика, отпер дверь и вошел. Я последовала за ним внутрь. Я видела коридор однажды, но умирала от желания увидеть остальную часть дома, особенно комнату Тони. Он провел меня мимо просторной кухни, которая была построена эркером, наверх и через первую дверь справа.

Тони вошел в комнату, снял футболку и бросил ее на кровать, которая стояла у стены между окном и дверью и выступала на середину комнаты. Я колебалась на пороге, вдруг почувствовав себя немного застенчиво и неуверенно, когда он стоял передо мной полуголый. Я старалась не смотреть, но его рельефные мышцы были зрелищем еще тем.

— Музыка? — предложил он, когда подошел к широкому столу у левого окна. На нем было два монитора, серебристо-серая компактная колонка, и очень много рисунков, разбросанных по всему месту. Нажимая кнопку запуска компьютера, он собрал большинство рисунков и спрятал их в широкий, но низкий ящик прямо под дубово-белом столике.

Он обернулся и посмотрел туда, где я стояла в дверях, и попытался расслабиться, в то время, как я не могла отвести взгляд от его потрясающего вида.

— Входи и устраивайся поудобнее, — предложил он. — Я вернусь через пять минут.

Он схватил чистую одежду из гардероба, который был сделан из того же светлого дерева, что и его стол, прошел мимо меня, слегка подтолкнув меня в свою комнату.

Я не была до конца уверена, оставила бы я его в одного в моей комнате, если бы была на его месте, но он, казалось, не против, так что я, неохотно, пошла к его кровати и села на самом краю. Когда его компьютер загрузился, нежная музыка доносилась из всех уголков в потолке. У него, вероятно, был случайный плейлист на авто-старте. Мне было интересно, слушал ли он музыку, когда рисовал, как я.

Через открытую настежь дверь, я могла слышать плеск воды в ванной по соседству.

Нет! Только не позволять своим мыслям блуждать там, предупреждала я сама себя. Но это было легче сказать, чем сделать. Тони голый под струями воды…слишком сексуально. Мое горло пересохло.

Чтобы отвлечь себя от этих роковых мыслей, я начала осматривать его комнату, начиная с кровати. Простые, темно-синие простыни закрывали подушка и одеяло. Кровать была достаточно широкой для двоих. С каждой стороны стоял небольшой куб, на которых находились, лампа, комиксы и пульт дистанционного управления для огромного телевизора, висящего на стене. Окно производило большой квадрат света на полу в центре комнаты, а также украшало один угол кровати.

Мне понравилось у него. Здесь было свежо. Даже темно-синие шторы идеально вписываются в светлый/темный стиль. Но была и еще одна вещь, которая не могла не тревожить меня. Что-то, что сделало эту комнату удивительно привлекательной для меня.

Я блуждала, скользя пальцами по краю стола, потом подошла к открытому окну и выглянула. Отсюда я могла видеть дом Лизы, но ее комната была на противоположной стороне. Я сделала глубокий вдох, вдыхая аромат белых роз, доносившейся из сада внизу. Вдруг меня осенило. Я повернулась и пошла к середине комнаты, делая еще один глубокий вдох через нос.

Это было оно.

Вся комната пахла Тони. Не грязным, потным Тони, но так как он пахнет каждый раз, когда я близко к нему. Смесь кондиционера для одежды и мужского геля для душа. Если бы только я могла налить рюмку из бутылки, чтобы потом нюхать.

Вода остановилась. Я снова быстро села на кровать, молча ожидая его возвращения. Через минуту Тони вошел босиком, одетый в простую белую футболку и голубые джинсы, которые были разорваны на обоих коленях. Два дополнительных, модных отверстия находились на правом бедре. Его волосы были растрепаны, очевидно он не нашел время, чтобы тщательно вытереться полотенцем, потому что капли воды находились на его голых руках, а также по бокам шеи.

Я никогда не видела ничего горячей этого.

Тони подошел к вращающемуся креслу, упал в него и сплел пальцы на затылке, широко расставив ноги.

На некоторое время наши взгляды встретились. Мое сердце начало заикаться. Медленно, улыбка прокралась к губам Тони.

— Никогда не думал, что, в самом деле, ты когда-нибудь однажды окажешься в моей комнате, не так ли?

— Это безумие, — прохрипела я.

— Почему? — В отличии от моего, его голос прозвучал ровно. Мягкий и насыщенный.

Я откашлялась, надеясь, что голос звучал более уверенно, когда я говорила дальше.

— Кстати, ты еще недавно ненавидели меня, а я до сих пор не знаю, почему. Ты был самым подлым парнем, которого я когда-либо встречала. Мой голос зазвучал на ступень выше. — Ты заставили меня чувствовать себя, как кость, застрявшая в твоем горле.

— Вернее абсцесс на моей заднице, — пробормотал он, потом рассмеялся, опуская руки вниз и скрестив их на груди. — Мне очень жаль, Саммерс. Просто ты болталась с неправильными людьми, когда приехала сюда.

— Это я поняла сама. Но в начале у меня не было особого выбора. И ты должен знать, Хлоя не всегда была такой.

Тони в недоумении поднял брови на меня.

Встав с кровати, я подошла к окну и выглянула на мгновение, а затем повернулась и прислонилась к подоконнику, скрещивая свои лодыжки.

— Я была совершенно потрясена, когда услышала от Сьюзен, что ты и Хлоя были несколько близки. — Я знала, что собираюсь ударить по нервам этим, но я вряд ли могла бы получить еще один шанс, как этот момент, чтобы вытащить больше информации из него. Стоило попробовать.

Тони развернулся в своем кресле, чтобы он мог смотреть на меня снова, выражение его лица было пустым.

— Я сказал тебе, что мы никогда не были парой. Мы встречались какое-то время и это все.

— Потому что она бросила тебя, после того как ты переспал с ней?

— Сэм, я не буду говорить обо мне и Хлое.

— Почему нет? Это очевидно, что-то произошло между вами, что заставляет мою жизнь выходить из-под контроля. — Непреднамеренно, мой тон стал суровым, я ухватилась за край подоконника для поддержки.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, она знает, что ты меня поцеловал. И сегодня она угрожала убрать меня с пути, что бы это ни означало. Она уже ненавидит меня, потому что ее мама, и я так хорошо общаемся. — Я покинула место у окна и подошла к противоположной стене. Тони развернулся еще раз, чтобы следовать за мной своим взглядом. Опираясь спиной на дверь, я продолжила: — Но то, что ты и я могли бы быть вовлечены во что то, вывело ее полностью из себя. И я хочу знать, от тебя, почему это так.

— Это вывело её из себя, не так ли… — Тони потер затылок и вздохнул. — Я думал, что должно.

— Ты так думал? — Мой голос повысился. — Но все говорили, что она бросила тебя. Почему ей не все равно? Я не понимаю.

Тони притяну левую ногу к груди, поставил ногу на сиденье, оборачивая пальцы вокруг своей лодыжки, и оперся подбородком о колено. Он смотрел на меня долгое время, губы сжаты, глаза широкие и мягкие. Какого черта? Он мог сказать мне, что случилось?

— Итак… — я осторожно побудила, когда, казалось, он никогда больше ничего не скажет.

Испустив глубокий вздох, Тони облизнул нижнюю губу, потом начал:

— Итак… что бы ты подумала, если бы я сказал тебе, что я никогда не спал с ней?

Я подняла брови и нахмурилась.

— Что?

— Хочешь правду? Я хочу, чтобы ты пообещала, что это останется в комнате, несмотря ни на что.

Тони был готов поделиться секретом только со мной? Я выглядела, наверное, как громом пораженная, потому что он усмехнулся.

— Обещаешь? — потребовал он.

— Я обещаю.

— Ладно, я думаю, это для тебя не секрет, что я… чувствовал некоторую симпатию к Лизе на протяжении долгого времени.

Я покачала головой. Мне сказали, что он был безумно влюблен в нее.

— Дело в том, что я не осознавал, насколько мне нравилась Лиза, пока не начал встречаться с твоей кузиной. Поначалу, было увлекательно и круто, и я думал, что влюбляюсь в Хлою. Но потом однажды я привел её в мою комнату, и она была на мне, я не мог перестать думать о Лиз. И внезапно мне показалось очень, очень неправильно быть с Хлоей.

Тони помолчал достаточно долго, чтобы впитать всю эту информацию.

— Так это не она бросила тебя? — рассуждала я, — ты прогнал ее той ночью, да?

Он кивнул.

— О, Боже мой, — прошептала я. — Поэтому она плакала неделями. Моя тетя рассказала мне об этом. Хлоя была такой жалкой, и я все время думала, почему, когда все думали, что она просто стерва. Ты обидел её.

— И я почувствовал себя ужасно из-за этого. Ровно две минуты. Тогда она пригрозила мне чем-то, чем никогда не нужно угрожать парню.

— Что она сказала?

— Она предупредила меня держать рот на замке и позволить людям думать, что это она рассталась со мной. Спасти ее гордость как-то, я думаю. Или она расскажет всем, что я только лгу об этом, потому что я никудышный в постели.

Даже я могла видеть, как угроза Хлои задела его гордость, когда его голубые глаза стали грустными и щеки порозовели.

— Но твои друзья поверили бы тебе. Почему ты не рассказал им? Почему ты солгал Лизе, ведь это был бы твой шанс вернуть ее?

— Ах, там было другое дерьмо, которое происходило с Лиз в тот вечер. Я практически подтолкнул её в руки Хантера, и он был слишком счастлив, сохранить ее. Я мог бы сказать все, что хотел. Они не поверили бы мне.

— А позднее? Что насчет сейчас?

— Теперь это уже не имеет значения. Они любят друг друга, — он небрежно пожал плечами, его глаза сосредоточились на полу. — Ничто не может изменить это.

— Но ты все еще любишь ее.

Он поднял свой взгляд и ухмыльнулся.

— Люблю?

— Я не знаю. А ты?

— Ну… это на самом деле то, что я пытаюсь выяснить в последнее время.

— Выяснить? Почему? Разве ты не должен знать, что чувствуешь?

— Хмм. — Он сжал губы вместе, потом вдруг спросил: — Ты влюблена в меня, Саммерс?

— Я… эм.… Прости, что? — В долю секунды у меня во рту пересохло.

— Давай посмотрим, если я правильно понял это, — Тони встал со стула и медленно пошел ко мне, его босые ноги шлепали по паркету. — Тебе нравится тусоваться со мной… и тебе, конечно, понравилось меня целовать меня. — Он наклонил голову, выгнув брови. — Затем опять же, я думаю, что я сильно злю тебя, что, вероятно, заставляет тебя проклинать меня.

Он прорвался сквозь мою личную зону и поместил обе ладони на уровне глаз от двери, окружив меня. Мне было интересно, было ли это для того, чтобы он убедил себя в том, что не тронет меня.

— Теперь, скажи мне, Саммерс, это любовь?

Температура в комнате поднялась примерно на двадцать градусов. Я вжалась сильнее в дверь, прижимая руки к дереву.

— Я не знаю, — это был единственный честный ответ, который я могла ему дать. Это вышло хриплым шепотом.

— Видишь? Иногда это просто трудно сказать. Я не знаю, до сих пор ли влюблен в Лиз.

Его нежное дыхание задело мою кожу. Мое дыхание участилось.

— А сейчас ты использовал меня, чтобы узнать, какие чувства к ней испытываешь?

— Нет, Саманта… — Тони произнес мое имя, как будто это была какая-то конфета, которую он пожирал. — Я не использую тебя. — Расслабив плечи, он пододвинул голову немного больше. Его рот был так близко, что я могла чувствовать мягкое прикосновение его губ напротив уголка моих, когда он протянул. — Ты сводишь меня с ума.

Мои колени подкосились. Кровь в жилах нагрелась до невозможного.

— Я… прости?

— Да? — Тони усмехнулся низко и глубоко.

— Чувствую, что должна.

— Ты сделала невозможным для меня держаться подальше от тебя.

— Я не знала.

Тони повернул свою голову, так что его нос прошелся вдоль моих волосы, и он глубоко вздохнул.

— Ты — полная противоположность того, что я всегда думал, я хотел. Дерзкая. Крошечная. С невозможной стрижкой.

Невозможная? Мне нравилась моя стрижка. И то, как он ласкал ее щекой, носом и говорило, что ему тоже нравилась.

— Но ты пахнешь, как ванильный кекс, — продолжал он. — Я смотрел, как ты сосешь эти вишневые леденцы весь день. И тогда твоя маленькая записка на АВЭ сегодня… — его рот был на моем ухе. — Ты хоть представляешь, как мне хотелось вытащить тебя из класса и просто поцеловать?

Казалось, будто мое сердце пыталось проложить путь из грудной клетки. Мои руки дрожали. Я поместила их как раз над его животом, чтобы сохранить дистанцию между нами и удержать себя. Его мускулы подергивались, но он проигнорировал мое небольшое давление. Он только подтянулся ближе.

— Почему я не могу перестать думать о тебе, Сэм?

Возможно, по той же причине, по которой я не могу выбросить его из своих мыслей?

— Противоположности притягиваются? — заскулила я.

Тони улыбнулся, в основном, глазами.

— Ты думаешь? — Он был слишком близко, решительность мерцала в его взгляде. Я не могла отодвинуться больше.

Он собирался поцеловать меня…

Он собирался поцеловать меня, и я не знала, как остановить его. Единственная вещь, которую я знала, было то, что если он сделает это снова, пути назад нет. Один поцелуй может быть случайностью. Второй в течение двух дней был преднамеренным. И на этот раз, если он пойдет дальше, я не позволю ему вырваться. Я страстно желала его. Если он поцелует меня сейчас, то будет иметь дело со мной, на ежедневной основе, потому что я не думаю, что могла бы вынести сближение с ним, а затем снова быть оттолкнутой.

— Не делай этого, если не хочешь, — прошептала я.

Он моргнул раз, его мягкое дыхание ласкало мою кожу.

— Я хотел этого в прошлый раз. И я хочу этого сейчас. — В следующее мгновение, он захватил мой рот соблазнительно медленным поцелуем, который прожигал свой путь по моим венам.

Я вздрогнула так сильно, что боялась потерять пол под ногами. Но потом поняла, что дрожь была только внутри меня. Я была поймана между дверью и телом Тони, его тепло просачивалось сквозь меня.

В этот раз, Тони не стал покусывать мои губы или начинать осторожно. Он просто работал с открытым ртом и начал кружить своим языком вокруг моего. Соблазнительно, медленно и мягко. Я подняла руки вверх и вокруг его шеи, запустила пальцы в его все еще влажные волосы. Я встала на цыпочки, наклонила голову в одну сторону, в то время и заставила его наклониться в другую сторону, слегка потянув его за волосы, и встречала каждый из его поцелуев с нарастающим чувством голода. Я покусала его нижнюю губу сильнее, когда узнала, что могла заставить его таким образом стонать самым сексуальным способом.

Его руки скользили вниз по двери. Они схватили меня грубо за талию, притянув плотнее к нему. Тони так хорошо пах. Мускусный и запретный. А на вкус еще лучше.

Его язык скользнул с яростью против моего, заставляя мой разум кружиться.

Он поднял меня, и я обернула свои ноги вокруг его талии, когда он нес меня. Я знала, что ничего не весила для него. Пару секунд спустя мир упал, и я лежала на спине на его кровати, солнце светило мне в лицо. Тяжело дыша, я отодвинулась назад. Тони приблизился ко мне, как хищник на охоте, низко, ползя на четвереньках. Его глаза были устремлены на мои, сверкающее темно-синие и ненасытные.

Когда лицо его было выше моего живота, он наклонился и легко подтолкнул мою футболку своим носом. Линия, где он задел мою кожу, горела. Потом он закружил своим языком вокруг моего пирсинга в виде стрекозы.

О-о-о боже мой!

Мои пальцы зарылись в постель. Ошалевшая от его интенсивной ласки, я дрожала, мышцы в моем животе подергивались. Я чувствовала дыхание Тони на моей коже, когда он усмехнулся.

— Я хотел сделать это с вечера субботы, — он растягивал слова. Затем он оставил нежный поцелуй на моем пупке и двинулся дальше до тех пор, пока не завис надо мной на уровне глаз. Растянув руки на матрасе по сторонам от меня, он согнулся в локтях и наклонился, чтобы поцеловать меня еще раз.

Опустившись вниз, он стащил сначала один расшнурованный ботинок с мой ноги, потом другой, кидая их на пол, не прерывая поцелуй. Я хотела обернуть ноги вокруг него снова, удерживать его каблуками, подталкивая его, так плотно ко мне, как это возможно. Но шум в кармане моих штанов остановил меня.

— Ты на вибрации, — прошептал Тони с усмешкой.

— Это должно быть кто-то из девочек, — ответила я, оторванная от моей страсти.

Я залезла в карман и достала телефон. Звонок стал громче.

— Не отвечай, — умолял Тони, целуя дорожку от моего уха к уголку рта.

Как он мог быть таким отвлекающим?

— Я должна, — прохрипела я. — Тренировка группы поддержки начинается через несколько минут.

— Пропусти тренировку.

Его рука погладила мою, потом он убрал телефон подальше от меня, бросив его на подушку. Звонок остановился на несколько секунд. Повернув голову, я посмотрела на телефон, сомнительно.

— Расслабься, Банджи, — Тони оставлял сладкие поцелуи на кончике моего носа, и снова на мой рот. — Я уверен, что они могут обойтись без тебя сегодня.

Мне было трудно сконцентрироваться на чем-то, когда он посасывал меня и ласкал. Вскоре наши губы соединились в еще один неистово глубокий поцелуй.

Мой телефон начал гудеть снова. Тони застонал у моего рта. На этот раз он позволил мне сесть и взять свой мобильный. Однако у меня не было возможности ответить на звонок, потому что он выхватил телефон из моих рук, коротко взглянул на экран, затем ответил:

— Лиз?

Я наклонила брови на Тони. Он воспроизвел жест, не сводя с меня глаз, пока говорил по телефону.

— Сэм у меня, — он сделал паузу, слушая, потом продолжил: — Я не думаю, что она придет на тренировку сегодня… Потому что мы застряли с проектом… по АВЭ.

Мое сердце сжалось.

Тони опустил свой взгляд на мгновение.

— Нет. Она в ванной. Я ей скажу, чтобы она позвонила тебе, когда вернется. — Он дал отбой и отдал мне сотовый телефон. Когда я убрала его в карман, он укусил меня, затем поцеловал в шею.

Вся страсть во мне испарилась. Я ничего не чувствовала к нему в тот момент и отвернулась.

Тони присел на корточки. Дырки в джинсах натянулись на коленях. Он уставился на меня с озадаченным взглядом.

— Что?

Я отпрыгнула еще дальше от него.

— Зачем ты это сделал? — мой голос был ровным и холодным.

Он потянулся к моей руке, моргая этими невероятно длинными золотистыми ресницами на меня.

— Потому что я не хочу, чтобы ты уходила.

— Нет, — сказала я резко, отодвигаясь от его прикосновений. — Почему ты солгал Лизе?

— Хмм… — Это было все. Никакого ответа от него.

Моя грудь сжалась, и внезапно стало невозможно дышать.

— Я скажу тебе, почему, — прошептала я, когда понимание и тоска задушили горло. — Потому, что ты не хочешь, чтобы она знала, что ты сейчас делал со мной. Ты надеешься на то, что если останешься свободным, однажды она вернется к тебе. — Осуждающе, я сузила глаза. — Ничего не изменилось. Ты по-прежнему любишь ее. Как ты делал все эти годы. И я просто… я не знаю… в неправильном месте в неправильное время?

Я вылезла из его постели, молясь, чтобы я смогла держать свое дерьмо вместе, пока не выйду из его комнаты. Когда я натянула сапоги, Тони задел мою руку.

— Я сожалею, Сэм. Это просто…

Оборачиваясь к нему лицом, я прошипела:

— Что? Это просто что? Ты не можешь принять решение? Хорошо. Не делай это моей проблемой. Освободи меня, к черту, от этого сумасшедшего дерьма.

— Я бы принял, если бы мог. Но почему-то я чувствую… — он стиснул зубы, глаза его сузились в злые щелки. — Как будто я помешан на тебе. И я просто не знаю, как разорвать это.

— Просто! — крикнула я на него. — Перестать! Целовать меня!

Когда мое зрение начало становится размытым, я выскочила за дверь и побежала по лестнице вниз, не обращая внимания на то, как он кричал мое имя. Я хлопнула входной дверью и всю дорогу домой бежала.

Глава 17

Я была полной развалиной, задыхавшаяся и залитая собственным потом, когда влетела через дверь в свою комнату. Отказываясь поддаваться слезам, я стиснула зубы, откидывая ногами свою одежду, которая по-прежнему лежала на полу.

Это конец. Я покончила с Мистером Энтони — я только играю с тобой — Митчеллом! Если он умрет, мне будет все равно. И пока я была в таком состоянии, он мог засунуть эти чертовы рисунки, на которых изображена я, прямо зад. Доставая их из портфолио, я была готова разорвать их на куски и кинуть в корзину для мусора. Но затем мой взгляд упал на его черный свитер на полу, и у меня появилась идея получше. Мне все еще надо отдать ему этот проклятый свитер обратно.

В ярости закончив пинать все вокруг, я начала убирать свою комнату — хороший способ успокоить мой подогретый нрав и утихомирить гнев. Он не стоит того, говорила я себе снова и снова. Тони не стоит даже того, чтобы о нем думали.

Но я не могла отрицать.

Мне больно.

Больно, когда я думаю о нем, и даже еще больнее, когда я стараюсь не думать о нём. Больно, когда я закрываю глаза. И больно, когда я дышу. Ничего не остановит эту боль. Никто не заставит её уйти.

Я чувствовала себя пойманной в темнице эмоций, которая плотно закрыла свои ворота. Наконец, первые слезы потекли вниз по моим щекам и прожгли горячий след. Злая на себя, я смахнула их в сторону, села на кровать и положила голову на руки. Что нужно, чтобы не чувствовать? Как я могла прогнать эту уродливую боль в груди, и двигаться дальше?

Я не знала.

Но одна кое-что будет по-другому. Неважно, как я себя чувствовала, никто никогда не узнает, как я страдаю. Я закончила играть в открытую книгу эмоций для всех. Нет, я не скажу никому, что случилось сегодня. Я буду улыбаться и притворяться, что в моей жизни все было хорошо.

И я начала прямо сейчас, когда Хлоя открыла мою дверь без стука, уведомляя меня, что ужин готов.

С высоко поднятой головой и своим сердцем под тотальным контролем, это не могло сбить меня с толку, я пошла в столовую и села рядом с моей семьей. Памела снова готовила, жаркое из свинины и овощей, и она с радостью обслужила всех.

Перед тем, как мы начали есть, Джек поднялся из-за стола и направился в гостиную. Секунду спустя, он крикнул

— Пэм, ты не брала последние две бутылки виски?

— Нет, дорогой, — крикнула в ответ Пэм.

Джек вернулся с бутылкой белого вина вместо скотча и снова сел, озадаченный морщинами на лице.

— Они пропали. Я уверен, что оставалось еще две бутылки.

— Они должны быть там, — ответила Пэм. — Я знаю, что мы не открывали те, которые тебе подарил босс на твой день рождения.

— Так я думал.

Я начала резать свинину, не обращая внимания на их разговор. Когда я сунула первый кусок в рот, я вдруг поймала довольный взгляд Хлои на себе. Страшное предчувствие заставило меня остановиться жевать.

— Сэм, ты не брала Скотч на спальную вечеринку у Метьюс в прошлые выходные? — спросила она слишком невинным голосом.

— Нет! Не брала! — крикнула я в ответ. Мое сердце ухнуло к горлу при виде того, как мои тетя и дядя послали мне удивленные взгляды.

— Ох. Моя вина, — напела Хлоя. — Я думала, что видела, как ты брала их наверх. Но я должно быть ошиблась. — Как ни в чем не бывало, она продолжала есть свою еду, игнорируя мое ошеломленное выражение.

— Сэм?

Я обернулась на мягкий вопрос моей тети.

— Ты брала скотч на вечеринку своим друзьям?

— Нет, Памела. Я клянусь, что не трогала эти бутылки. Я не пью алкоголь! Никто из моих друзей не пьет.

— Ах, ты в этом уверена? — Хлоя снова дразнила. — Но тогда ты не была ни на одной из вечеринок Райана Хантера, и поэтому ты, наверное, не знаешь. Там всегда много алкоголя, когда они собираются вместе.

Как, черт возьми, она могла говорить так спокойно и сладко? Я знала, что внутренне она отмечала, что ей выпадала возможность отправить меня на погибель.

— Ну, никто из моих друзей не приносил никакого алкоголя в последний уик-энд. — Мой взгляд застыл на ней. — А как насчет твоих друзей? Ты взяла виски, чтобы отпраздновать с Брин, Лес, и Кэр? — Я подчеркнула каждое имя двусмысленно.

Мускул дернулся в челюсти Хлои, но она не ответила.

— Ну, ну, — дядя Джек вмешался. — Давайте не будем обвинять друг друга. — Затем он прищурился на меня, и я знала, что он имел в виду, что я не должна обвинять его изящную принцессу. — Я не знаю, что случилось со скотчем, но я хочу, чтобы ты знала Сэм, что мы не лжем друг другу и не крадем в этой семье.

Мой подбородок упал на пол. Он обвинял меня?

— Я уверена, что никто в этой семье не вор, — Пэм пришла мне на помощь. — Так почему бы нам просто не закрыть эту тему и насладиться едой, пока она еще горячая? — Она потерла мою руку и тепло улыбнулась. — Не волнуйтесь, Сэмми. Мы знаем, ты не брала виски.

От ее взгляда я поняла, что она мне поверила, но она была только третью жюри. Мой аппетит пропал, я катала свои овощи по тарелке вилкой, но не могла заставить себя съесть больше.

Сегодня был отстойный день, и я была рада, когда я смогла заползти в кровать и закрыть эту главу.

* * *

В среду утром, я проснулась со спазмом в шее — я, должно быть, металась во сне и повесила голову через край кровати. Я проснулась слишком поздно, после размышления, когда будет подходящий момент, чтобы вернуть свитер Тони. Столкнуться с ним сегодня было не то, чего я ждала с нетерпением. Я знала, что это вновь откроет рану, которую он вырезал в моем сердце вчера. Но самое главное, я не хочу ссориться в присутствии моих друзей.

Сворачивая чертову вещь в сумку, я решила отдать её ему после АВЭ. Это был самый безопасный момент. Но это не затянулось до шестого периода или даже обеденной перемены, чтобы увидеть Тони сегодня. Прямо перед Наукой, он ждал меня перед классом.

Прислонившись к стене, он сосредоточился на мне, когда я спускалась по коридору, намереваясь его игнорировать и просто проскользнуть в класс. Мое сердце стучало громче с каждым шагом, я повернула в его сторону. Когда стало ясно, что я не собираюсь говорить с ним, он поднял руку, опираясь на дверной косяк, и заблокировал мой путь внутрь.

— Сэм, мы можем поговорить? — спросил он тихо.

Мне пришлось остановиться, потому что в противном случае я бы наткнулась на него, но я не намерена оставаться.

— Нет, — сказала я холодно, нырнув под его руку, и пошла в класс. Я не смотрела назад, а пошла к своему месту возле Ника. Он слушал музыку в наушниках. Он ничего не заметил. И когда я бросила короткий взгляд на дверь, Тони ушел.

Было трудно вставать утром, притворяясь, что все в порядке. Но у меня получилось. Никто из моих друзей не заподозрил что-то, или, что я страдала молча пока улыбалась. Обед был самой трудной частью дня, потому что, хотя я ожидала, что Тони будет отсутствовать снова, он был там. Он, молча, сидел за столом напротив меня. За весь час, я чувствовала его горящий взгляд на моем лице, но отказывалась смотреть в его сторону.

Ник — был приятным отвлечение, как всегда. Он поддразнивал меня по поводу моего пристрастия к леденцам на палочке, потом попытался вытащить из моего рта. Прежде, чем закончился перерыв Лиза и Райан объявили о вечеринке у Хантера дома на выходных. В субботу была их трехмесячная годовщина. К сожалению, это был также день, когда Акулы будут играть с Бешеными Волками. Разочарование Лизы, что они не могут провести целый день вместе было явным, но она сказала мне позже на физ-ре, что Райан проговорился, что у него есть сюрприз для нее после вечеринки. Это конечно подняло ей настроение.

— Вы с Тони закончили тот проект по искусству? — спросила она меня после того, как мы сделали кувырки по всей длине тренажерного зала.

Не говорить о чем-то было одно дело. Но я ненавидела лгать. Так что я просто кивала и старалась перевести разговор в другое русло. Я не хочу быть дома одна, опять сегодня, поэтому я попросила девочек, если они были свободны на пломбир в полдень.

— Конечно, — согласилась Лиза. Мы можем пойти к Чарли. Тони убирает со столов сегодня, так что он сможет быть на вечеринке в выходные. Уверена, что мы сможем получить один бесплатно. — Она пошевелила бровями, очевидно не зная, как мой желудок упал в ноги.

После физкультуры, я очень разнервничалась, потому что настало время столкнуться с Тони и отдать ему сумку со свитером. Я едва могла сосредоточиться на АВЭ и интересовалась, смотрел ли он на меня сзади или снова игнорирует, как я его.

Когда последний звонок прозвенел, и все собирали свои вещи, я быстро сунула свои вещи в школьную сумку, затем вытащила свитер и поднялась со своего места. Я повернулась, готовая идти в конец комнаты, и ударилась в твердую грудь.

Как ни странно, его чистый аромат, о котором дико мечтают девушки, выдал Тони, и мне даже не надо было смотреть. Но сделав это, я чуть ли не потерялась в глубине его небесно — голубых глаз. Я сглотнула, сдерживая свои ненужные волнения.

Тони наклонил голову, его губы были плотно сжаты, но взгляд выглядел теплым и надежным.

— Вот, — я толкнула ему сумку. — Это твое. — Не дожидаясь еще один момент, я резко обернулась и поспешила уйти.

Отличная работа, Сэм, сказала я себя, гордясь тем, что была достаточно холодной, чтобы не заикаться или показывать свою нервозность. Он не должен видеть, как задел меня. И священные коровы, он задел меня.

Тони

Играла песня "Sail" группы Awolnation. Я лежал на кровати, руки сложены за головой, и изучал потолок. Я делаю это уже последние сорок пять минут. И это никуда не привело. Как и прошлой ночью, когда я делал то же самое время… в течение нескольких часов. Блестяще.

Лиза… Сэм… Лиза… Сэм…

Я люблю одну. И не могу выбросить из головы другую.

Ничто не имело смысла

— Ну и хер с ним, — зарычал я и сел. Наступило время, чтобы добраться до Чарли и отработать свою смену после обеда. Может быть, таким образом, я смог бы перестать думать о девушках, переворачивающих мою жизнь с ног на голову.

Я снял свою футболку и кинул её на спинку моего стула. В выходные Чарли хотел, чтобы я одевал черные штаны и белую футболку, но в течение недели ему было все равно. Пробегая через футболки в моем гардеробе, я вспомнил столкновение с Сэм после АВЭ сегодня. Она отдала мне мой свитер назад.

Я хотел схватить ее за руку и уговорить ее остаться — заставить ее выслушать меня. Попросить прощения. Но на самом деле я даже не знал, что сказать. Она была права обо всем дерьме, что высказала мне вчера. Она читала меня лучше, чем я сам знал себя.

Из полиэтиленового пакета на столе, я вытащил свитер, который она носила в лесу в прошлые выходные. Хотя чертова вещь служила ей как мини — платье, Сэм выглядела очаровательно. Горячо. Черный был ее цветом. Не потому, что он подходит ее безумным волосам. Он дополняет ее красивые карие глаза. Глаза, которые становились мягкими каждый раз, когда она смотрела на меня в последние несколько дней.

Я поднес свитер к лицу и сделал глубокий вдох. Запах моющего средства напомнил мне, как она пахла, когда я нес её на свою кровать. Закрывая глаза, я сжал ткань плотнее, уткнувшись лицом в нее.

Я скучал по ней.

Лиз была со мной, всегда. Она была девушкой Хантера сейчас, но когда мне был кто-то нужен, она была первой, кто придет и выслушает мое дерьмо. Мы всё еще много тусуемся, втроем — ходим в кино, играем в видео игры, ходим на пляж, или встречаемся у неё дома каждую среду вечером, чтобы посмотреть Игру Престолов. Я вижу ее в школе, и иногда даже на тренировках по футболу. Я люблю, когда она рядом. Но когда её нет, я не думаю о ней. Просто нет необходимости. Я знаю, что увижу ее на следующий день или через день.

С Сэм, это совсем по-другому. Я поглощаю каждую минуту с ней, и когда её нет рядом, моя тоска по ней становится еще сильнее. Ничто уже не могло остановить меня от мыслей о ней.

Почему я не мог сказать ей об этом вчера, когда она кричала на меня за ложь Лизе? Ей бы понравилось это услышать. Может быть, это бы имело больше смысла для нее, чем для меня прямо сейчас. Потому что, откровенно говоря, это сильно меня запутало. Я знал, что можно любить двух женщин одновременно. Но я думал, действительно ли это относилось и ко мне. Не было похоже, что я был влюблен в обеих. Только в одну девушку.

Я взглянул на свои часы. Дерьмо. Я опаздывал. Быстро я натянул свитер, упиваясь знакомым запахом еще секунду, затем поспешил надеть кроссовки и засунул свой сотовый телефон и ключи в карманы моей толстовки. Что-то там было непривычно. Я застыл на месте, глядя вниз на себя, когда вытащил свои вещи снова, бросил их на кровать, и сунул руки в карманы еще раз.

Что за хрень? Там были бесчисленные бумажки внутри.

Что Сэм положила туда? Я вынул горсть, изучая клочья, пытаясь понять, что же это было. Карандашные линии были на некоторые из них, другие были совершенно пустые.

Я вынул остальные стружки и вывалил их на мой стол, раскидывая вокруг, переворачивая некоторые. Спустя мгновение, я схватил один с моими инициалами — мой знак на моих рисунках.

Мое сердце пронзила резкая боль, когда я, наконец, понял, что Сэм отдала мне назад с моим свитером.

Глава 18

Сьюзен подобрала меня немного позже, и мы поехали в кафе в городе, где я познакомилась с Тони впервые. Мои колени немного трясло, но я сказала себе, что могу сделать это. Я могу провести вечер с друзьями и не расстраиваться из-за парня, который в данный момент находился там.

Когда мы вошли, его там не было, я последовала за Сьюзен к задней части кафе, где Симона и Лиза уже сидели за столиком возле окна и смеялись над чем-то.

Мы сели с ними, и Сьюзен, закинула локти на стол.

— А где Тони?

— Понятия не имею, — ответила Лиза. — Я уже отправила ему сообщение, но он не ответил.

В этот момент ее сотовый зазвонил на столе.

— В пути, — прочитала она вслух, затем посмотрела на нас с озадаченным лицом.

— На него не похоже не опаздывать куда-то, — указала Симона.

Лиза пожала плечами.

И я постаралась не слушать. Говорить о Тони было последней вещью, которую я хотела делать прямо сейчас. Почему мы не могли просто сделать заказ и получить наше мороженое? К счастью, мужчина средних лет подошел, полминуты спустя и записал наш заказ на небольшой планшет.

Он ушел и успел сделать наш заказ наполовину, когда дверь открылась, и зашел Тони. Мое сердце ухнуло в горле, и пальцы сжались вокруг сахарного пакетика, с которым я играла. Он был одет в черный свитер, который я вернула ему сегодня. Я не рассчитывала на это, но это заставило мой рот истекать слюной странным образом.

С закатанными рукавами до локтей и капюшоном, болтающимся на лопатках, он выглядел невероятно горячо. Темный цвет выделял его загорелую кожу еще более соблазнительно, и это противоречило его взъерошенным светлым волосам.

Поскольку лишь немного посетителей сидело в кафе с нами, его взгляд упал на наш столик первым. В его глазах, когда он увидел меня, было немного боли и злости, возможно, из-за клочья бумаг, которые, он, должно быть, нашел в карманах. Я не знала, как реагировать по-другому, кроме как посмотреть в сторону так быстро, как могла, что было примерно пять секунд после того, как он встретился со мной взглядом.

— Тони, мой мальчик, ты опоздал, — глубокий, рокочущий голос Чарли понесся до нас.

— Да, прости, — сказал Тони. — Я задержался из-за… кое-чего.

— Ах, не беспокойся. Сегодня не много работы. Вот заказ для девятого столика. Ты можешь отнести его своим друзьям.

Черт. Тони подойдет к нашему столику через несколько секунд и принесет наше мороженое. Я не готова столкнуться с ним. Что, если он скажет мне что-то? Что, если он задержится, беседуя с нами?

Что, если бы он просто ушел и ничего не сказал?

Ах, черт, я и мой большой рот. Почему я заказала мороженое?

Я украдкой взглянула туда, где Тони стоял у стойки, спиной к нам. И снова, это была его толстовка, которая привлекла мое внимание. Может быть, потому, что я носила ее только несколько дней назад, и знала, какой мягкой она была, и как хорошо она пахла,

Боже мой.

Мой взгляд путешествовал вверх по его шее к волосами, подстриженным сзади.

Только немного фантазии, я всё еще могла видеть капли воды со вчерашнего дня, скользящие вниз по бокам. Слишком горячо. Я облизала губы. О нет, я должна перестать думать об этом, или я попала.

Заставляя мой разум идти в другом направлении, я снова сосредоточилась на своих друзьях, прислушиваясь к Симоне, которая рассказывала нам о том, как чертовски ревнив Алекс.

— Дамы, — сказал Тони веселым голосом мгновение спустя, и я посмотрела вверх.

Он положил шоколадное мороженое Сьюзен и Лизы перед ними, но его глаза были устремлены на мое лицо. И они не совпадали с его улыбающимся тоном.

Шарада? Чтобы не было подозрительно? Я не сказала девушкам, что мы снова поцеловались. Поскольку ни одна из них не пыталась выудить информацию из меня, я предполагала, что он тоже ни с кем не говорил. Конечно, он не стал бы. Все это, уничтожило бы его шансы с Лизой, если когда-нибудь она рассталась бы с Райаном, в чем я очень сомневаюсь. Но это была только я. Тони, вероятно, молился каждую ночь, чтобы это произошло.

Должна быть, он мечтал найти ее здесь без своего бойфренда. Это означало, что он мог нагло пялиться на нее без угрозы своей жизни.

Его глаза по-прежнему сверлили мои.

— Эй, Тони, — я едва могла заметить голос Лизы, когда она заговорила. — Райан не может прийти сегодня. Так что будем только мы двое.

Одновременно, Тони, и я повернулись к ней.

Повтори, пожалуйста, еще раз?

Я не знаю, что у них за свидание сегодня вечером — даже если втроем. И, черт возьми, меня даже не должно заботить это. Но, услышав, что Тони собирался провести вечер наедине с Лизой, я встрепенулась.

Ох, я не хочу этого чувства.

Уходи!

В душе я кричала, но ревнивая боль осталась.

— Чем занят Хантер? — спросил Тони. Смущенный, удивленный, счасливый.

— Он помогает Рейчел и Филу переехать. Они купили дом в Сан-Льюис.

— Ох.

— Ох? Что такого в том, чтобы помочь? — Лиза вскинула на него свои брови. — Ты не хочешь прийти сегодня вечером?

Я смотрела на Тони, удивляясь, почему его 'Ох' прозвучало, действительно, неуверенно.

Тони не повернулся ко мне, но мельком взглянул на меня перед тем, как ответить:

— Я не могу. Извини. У меня масса домашней работы.

— Снова АВЭ? — застонала Лиза.

— Да. Заканчиваю трудный проект.

— Ты не можешь сделать завтра? Я не хочу смотреть Игру Престолов одна.

— Никак. Завтра срок сдачи.

— Жаль, — захныкала она. — Твоя тетя не должна загружать тебя так много.

Это было больше, чем жаль. Это было совершенно странно, потому что Кэролайн Джексон не давала нам домашнее задание. На протяжении всей недели.

— Может, позовешь кого-то из девочек, — Тони предложил и пожал плечами. — Я уверен, Симона с удовольствием придет и посмотрит с тобой на этих привлекательных парней… если Алекс отпустит её. — Он подмигнул Симоне, и она захихикала.

Оставив нас на секунду одних, он вернулся в бар взять клубнично-молочный шейк Симон и мое вишнево-ванильное мороженое.

Лиза повернулась с разочарованным лицом на нас.

— Ребята. Как они могут предпочесть домашнюю работу вечеру с попкорном и крутыми воинами?

— Могут, потому что они парни. Пообещай им вечер с Ларой Крофт, и они будут в твоем полном распоряжении, — заметила Сьюзен и заставила нас всех засмеяться.

Когда Тони вернулся и поставил чашки перед Симоной и мной, Лиза дала ему последний шанс.

— Уверен, что не хочешь придти?

Тони колебался на протяжении странного момента, а потом ответил:

— Да, — это было странно, потому что он не смотрел на нее, когда говорил это. Он смотрел на меня.

Итак, он променял приглашение от той, которую любит? Вечер наедине с ней? Ради поддельного домашнего задания?

Я не поняла.

Тонко, так, чтобы только Тони мог заметить, я подняла брови.

Его ответом был небольшой наклон головы и сжатие губ. Затем он повернулся и пошел обратно за прилавок выполнять другие заказы клиентов.

— Сэм?.. Эй, Сэм!

— Ммм? — Я повернула головой вокруг, чтобы обнаружить, что девочки разглядывают меня.

— На что ты глазеешь? — спросила меня Симона, потом хихикнула. — Нет, не говори мне. Я уже знаю.

Неприятное тепло хлынуло в мое лицо. Я постаралась охладиться ложечкой мороженого.

— Жаль, что он не хочет завтра прийти ко мне, — шепнула мне Лиза, наклоняясь ближе. — Я планировала пригласить тебя тоже, и сыграть в сваху. — Она выпустила милую улыбку вокруг ложки в ее роте. — Я думаю, что придется ждать до субботы.

Я остановила следующую горсть мороженого перед своим ртом.

— До субботы?

— Да. На вечеринке. Тони будет там… и ты тоже будешь там. Это идеальная ночь, чтобы получить немного романтики от него. Вы отлично провели время на ночевке, и потом он поцеловал тебя один раз, не так ли?

— Я… Да, поцеловал, — я поморщилась, облизывая мороженое с моей ложки. — Но я не знаю… Не похоже, что все так между нами.

— Ох, не играй застенчивую крошку. Он нравится тебе, — поддержала Симона Лизу. — Это до боли, очевидно. И придурку ты тоже нравишься.

— Возможно, — я вздохнула. — Но не так, как вы думаете. — Или как бы я хотела.

Сьюзен наклонилась вперед, закрыв наш совершено очевидный мы-говорим-о-парнях круг, и сказала, что было для нее необычно серьезным тоном.

— Я знаю, почему ты сопротивляешься, Сэм.

Мы все смотрели на неё.

— Ты думаешь, что он все еще влюблен в Лизу, потому что мы рассказали тебе всю ту ерунду о прошлом лете. Но знаешь что? Я думаю, что он изменил свое решение. Ты изменила его.

— Да, она права, — Лиза указала длинной ложкой на Сьюзен, но посмотрела на меня. — Только подумай, как глупо он отвергнул меня. Домашка по искусству… — Она вздохнула и закатила глаза. — Я тебя прошу. Как будто что-то удерживало его от прихода ко мне. Я клянусь, если бы я спросила у него на прошлой неделе, он был бы на моем пороге на десять минут раньше. — Затем она коснулась моего предплечья и усмехнулась.

— Кстати, чем вы занимались в его комнате вчера? Я могла бы сказать, что вы не работали над другим проектом по рисованию.

— Черт, о чем это вы, девочки? — я откинулась на спинку стула, складывая свои руки на груди, и сузила глаза на них. — Я клянусь, что даже ЦРУ не вытянет информацию так, как это делаете вы.

Они улыбнулись в ответ, и Сьюзен указала, словно это была самая очевидная вещь в мире

— Это те, кого ты называешь друзьями, Саманта. Мы знаем тебя лучше, чем ты сама себя. — Она сунула указательный палец в рот и щелкнула им, как исполнители песни “Леденец”. — Привыкай к этому.

Привыкнуть к кучке сумасшедших девушек, которые могли бы заставить меня смеяться, даже когда всего лишь десять минут назад я думала, что хотела орать во всю глотку?

Вы должны любить их.

— Действительно важный вопрос прямо сейчас, ты хочешь нашей помощи в этом деле, или нет? — Симона потребовала, высасывая свой клубнично-молочный коктейль через трубочку.

— Я могу подумать об этом? — скулила я, пробивая ложку в пломбир. Я действительно не хочу никому мешать, но я не хочу задевать их чувства.

— Конечно, ты можешь. Я дам тебе две минуты.

— Что? — мои глаза расширились на Симону.

Она улыбнулась горько-сладко.

— Одна минута и пятьдесят…

— Если я скажу нет, вы в любом случае поможете мне? — в моем голосе была определенное смирение.

— Безусловно, — все трое сказали хором.

Симона добавила:

— Я буду считать это как да. Итак, позвольте мне просто позвонить моему парню.

— Позвонить Алексу? Зачем?

— Он у сейчас Фредериксона, и я думаю, мужчина пойдет сегодня в ход. — Она отодвинула молочный коктейль подальше от себя, взяла свой iPhone, и сильно ударила пальцами по экрану два раза. Затем она прижала трубку к уху. — Малыш, это экстренный вызов. Можешь ты и Фредериксон прийти к Чарли, прямо сейчас? — Она посмотрела на потолок, когда слушала его ответ. — Нет, ничего подобного. Просто тащите свои сладкие попки сюда. — Улыбка мелькнула на ее лице. — Сэм хочет увидеть Ника. Я наберу сообщение и уточню детали.

Я почувствовала, как у меня отвалилась челюсть. Я хотела увидеть Ника? Что Ник сейчас подумает? И что еще хуже, я понятия не имела, почему я хотела видеть его.

— Держись, Сэм, — Симона сказала тихим голосом, отключившись, а затем дико напечатала в сообщении. — Сегодня мы научим тебя, как заполучить пристальное внимание парня.

Я не была до конца уверена, хочу ли научиться у нее, но, когда другие, казалось, были в восторге, я уступила.

— Вот и хорошо. Так каков ваш гениальный план?

— Просто. Ты повеселишься немного сегодня. — Она схватила свой стакан и пососала соломинку снова, хлопая ресницами на меня почти невинно. — С другим парнем.

— Пардон?

— Ты пофлиртуешь с Фредериксоном. Он будет не против. Я знаю, что ты ему нравишься. И ты увидишь, как это заставит Тони подсуетиться и поинтересоваться. Он будет, как щенок в конце дня.

О нет, я хотела скулить. Освободите меня от этого. Но в тот момент Тони прошел, чтобы принять заказ у нескольких парней в двух столиках от нашего. Мое сердце стучало в бешеном ритме в груди, я опустилась ниже в моем кресле, стараясь не следить за ним взглядом.

Девочки сразу поняли, что со мной, и все посмотрели на меня своими ПОНИМАЮЩИМИ взглядами.

Вскоре после звонка Симоны, Алекс и Ник вошли в кафе, сильно смеясь. Они увидели Тони первым и подошли, чтобы поздороваться, и пожать ему руку. Мы не могли слышать, о чем они разговаривают, но Симона хмыкнула под нос.

— Им лучше не рассказать ему о нашем плане.

Потом, Тони тоже расхохотался. Это был удивительно красивый звук. Тот, который заставлял хотеть, чтобы он вернул мой взгляд. Но он этого не сделал. Он вытер прилавок, затем прошел через дверь в смежную комнату, а два других парня подошли к нам.

— Эй, девочки, что происходит? — спросил Алекс, когда перекинул одну ногу через спинку стула Симоны и сел прямо позади нее, двигая ее вперед к краю, и схватившись одной рукой надежно вокруг ее талии.

Ник вытащил стул из-за соседнего столика и развернул его так, чтобы сесть сзади меня.

— Эй, Финская Девушка. Что такого срочного, что ты должна была видеть меня прямо сейчас?

Да, что это было, Симона?

Я пожала плечами.

— Хмм… в самом деле, ничего важного. Итак… вы, ребята играли в видео игры?

Симона стукнула головой об стол.

— Тьфу, Сэм. Это не так работает.

— Что? — Я обернулась к ней, поднимая плечи. — Я просто не думаю, что это очень хорошая идея.

— Что не очень хорошая идея? — захотел узнать Ник, конечно же.

Симона подняла голову, стряхнув волосы с лица, и уставилась на Ника с решительным выражением.

— Ладно, раз Сэм не хочет сделать это, не мог бы ты, пожалуйста, немного пофлиртовать с ней?

Ник смотрел на нее в течение нескольких секунд, затем наклонил голову ко мне, как будто взвешивал идею, но, в конце концов, снова посмотрел на Симону и сказал:

— Что?

Симона зарычала в отчаянии.

— Мы хотим показать Тони, что он должен относится к Сэм более серьезно или она будет с кем-то еще. И нам нужна ваша помощь.

— Неа, детка, — сказал Алекс сзади нее. — Ты не можешь ждать того, что мы предадим одного из наших парней.

— Я могу и, я сделаю, — она примостилась между его ног, так что смогла взглянуть на него через плечо. — Прошлой ночью ты сам сказал, что Митчеллу нужен пинок под зад, чтобы набраться храбрости, чтобы спросить Сэм. Или нет?

— Ну, да. Но я не имел в виду, что мы должны обмануть его. Я имею в виду, он наш друг, в конце концов.

— Да, — Ник послал мне причудливый взгляд. — Не в обиду, Сэм, но я не думаю, что ему бы понравилось, если бы я дразнился с тобой.

— Но в этом и вся суть, — объяснила Лиза. — Если ему не понравится, он поймет, что она нравится ему больше, чем просто друг. Поняли?

Мальчики мгновение смотрели друг на друга. В конце концов, Ник пожал плечами.

Алекс сделал выводы:

— Странная женская логика.

— Ребята! Дайте мне тоже сказать! — проворчала я, потому что не хочу, чтобы кто-то помогал мне заставить Тони ревновать. Я не хочу, чтобы Тони ревновал. Черт возьми, я покончила с ним. Они не могли понять, что ли?

— Нет! — ответили сразу трои девушки.

Превосходно. Я попала.

Ник поспешно придвинулся чуть ближе ко мне.

— Так что, по сути, вы хотите, чтобы я сделал? Сидеть с тобой, как Симпкинс и Винтер?

Я прищурилась.

— На самом деле, я буду чувствовать себя очень некомфортно, если ты сделаешь это.

Он наклонился к моему уху и сказал очень тихим и почти плаксивым голосом.

— Думаю, я бы тоже. — Звуча слишком сладко для его шести футов, он заставил меня захихикать.

В тот момент, я мельком увидела, как Тони оглядывался на нас. Он вернулся из другой комнаты и теперь вытирал столы. Мышца его челюсти дернулась.

Боже мой. Это значит, что глупый план Саманты уже работал?

Тони остановился вытирать столы. Наши взгляды сцепились на расстоянии. Его брови внезапно вытянулись в глубокую V, но взгляд был предназначен не для меня. Он посмотрел вправо от меня, где сидел Ник и только что обнял меня одной рукой за плечи.

— Эй, Тони! — крикнул Ник.

— Ты можешь принести леденец? Я слышал, что она уже на детоксикации.

Потом я почувствовала дыхание Ника напротив моей щеки, когда он прошептал:

— Если он убьет меня, это твоя вина.

— Не моя. Симоны, — прошипела я в ответ.

Тони подошел к нам. Он не сказал ни слова, бросил леденец на стол. Он отскочил с жестким щелкающим звуком, и я поймала его у себя на коленях. Он был с вишневым вкусом. Я посмотрела на его лицо и проворчала хриплое “спасибо”.

Он не ответил. Он повернулся на месте, готовый отправиться снова, но Алекс спросил его что-то о тригонометрии, но я не смогла подслушать, потому что Ник стукнул меня в плечо.

— Эй, финская девочка, ты придешь на наш футбольный матч в субботу и будешь болеть за нас?

Я оторвала свой взгляд от Тони, беспомощно глядя на других девушек. Мы говорили об этом однажды на этой неделе, но, кроме Алли и еще одной девушки по имени Тереза, никто из нас не чувствовал себя готовой для этого. И еще я пропустила тренировку вчера.

— Вы идете девочки? — спросила я их.

Симона пожала плечами. Лиза покачала головой, выглядя также неуверенно, как я себя чувствовала.

— Я не думаю, — сказала она. — Я едва могу запомнить шаги в голове.

— Я бы сказала, что мы пропустим эту и будем болеть на следующей игре, — предложила Симона. — Мы можем пойти посмотреть игру вместе.

— Я так и подумала, — согласилась я.

— Ах, позор. — Ник откинулся на спинку стула и надулся очень не по-мужски. — Я очень хотел посмотреть, как ты танцуешь. Я слышал, это выглядит, — его надутые губы превратились в ухмылку, — горячо.

Я засмеялась.

— Кто это сказал?

Его губы сжались, когда Ник посмотрел на Тони, который все еще стоял рядом с Алексом. Я проследила за его взглядом. Неловкая тишина растянулась между парнями. Медленно, губы Тони искривились в пародии на улыбку.

— Спасибо, Ник.

— Не за что, — ответил Ник, глядя на него с самодовольным видом.

Глава 19

Четверг и пятница были тихими. Слава богу. Мне было нужно время, чтобы успокоить нервы после того, что случилось с Тони. Игнорировать или не смотреть на него в школе, когда мой разум, казалось, навсегда зациклился на нем, становилось все легче и легче. Сьюзен сказала, что он много пялился на меня на обеденном перерыве. Пока он не говорит со мной, мне все равно, убеждала я себя.

Настанет день, когда я, наверное, смогу снова поговорить с ним. Возможно, даже потусоваться и повеселиться, как с другими. Но пока этот день был откинут далеко в будущее, когда я знала, что могу делать все это, и не бороться с порывом броситься на него.

Я также признательна за перерыв от Хлои. Ни единой насмешки от нее до конца недели. Фух. Я снова могу дышать.

Но она была такая молчаливая, что начала пугать меня. Я не доверяю ей. Особенно после того, что Тони рассказал мне о ней, какой коварной она могла быть. Я сохраняла осторожное расстояние.

В субботу, я проснулась раньше, потому что у девочек и у меня был план. Гнедые Акулы хотели встретиться с Бешеными Волками сегодня в два тридцать. И мы решили надеть цвета нашей команды для игры.

Так как черных слакс и голубой футболки казалось недостаточно, мы решили сперва пойти вместе на шопинг, потом встретится с парнями перед игрой и одолжить пару старых футболок у них. Незадолго до полудня я вернулась домой с крутыми бледно-голубыми джинсами, которые я купила в H&M, новой парой темно-красных кроссовок, и соответствующей банданой в сумке. Все, что мне сейчас нужно это запасная футболка Ника, которую он обещал дать мне в среду у Чарли.

После того, как я приняла душ и высушила волосы в дерзком стиле, закрутив концы, я втиснулась в свою новую одежду. Внизу я вращалась перед моей тетей.

— Ты выглядишь великолепно. Мне нравится твоя обувь! — воскликнула она, — ты получила их?

— Да, мои друзья так же получили их. Мы хотим поддержать нашу команду.

Хлоя вошла в комнату после того, как надела свою футбольную форму. Если она хоть немного была бы моей кузиной, а не моим врагом с тех пор, как я живу в ее доме, я бы попросила у нее одну из ее фуфаек. Но она была холодна, как никогда, и я решила, что лучше держаться с Ником.

— Они выглядят дорогими, — сообщила Хлои со знающим голосом, кивнув на мои красные Nike. Затем, она выгнула одну бровь, обращаясь к маме.

— Я удивлена, если сейчас мы знаем, кто взял деньги из твоего кошелька. После этого она хитро улыбнулась и направилась на кухню.

Медленно я повернулась к моей тете.

— Что это она имела в виду?

Памела искривилась, очевидно, не зная, что сказать.

— Ты отдала мне двести долларов для Джека на прошлой неделе. Я хотела заплатить Джеб Дженкинс этим утром, но деньги пропали.

У меня пересохло в горле.

— Пропали?

— Я носила их в своем кошельке всю неделю. Но их не было там этим утром. Таким образом, мы думаем, что кто-то, должно быть, взял их.

Мои глаза расширились

— Ты думаешь, что это я?!

Памела подошла и взяла мои руки, она выглядела искренней.

— Конечно, нет! Я знаю, что ты не вор, Сэмми.

Она вздохнула, мне показалось, что она еще не поняла, что думает.

— Но ты должна сказать мне, если денег, которые отправляет твоя мама, не хватает. Я имею в виду, если тебе нужно что-либо, ты можешь попросить у меня в любое время. Ты знаешь это.

Боже. Она действительно думала, что я взяла их. Как она могла? Если это был Джей, который обвинил меня, я бы могла в это поверить. Но Пэм? Я любила ее, как родную мать. Я бы никогда не украла что-либо у нее и у всех.

Мои руки дрожали. Я вырвалась, и сделал шаг назад. Мое горло сжалось от обиды. Потребовалось немало усилий, чтобы сохранить свой голос устойчивым и холодным.

— Я буду на вечеринке друга после игры. Не ждите меня.

Тогда я повернулась и ушла.

— Сэмми! Подожди. Сэм…

Игнорируя ее просьбу, я выскользнула в дверь. Недоверие моей семьи оставило глубокую рану во мне. Честность — это мой главный принцип. И Памела знала это. Она знала меня. Что заставило ее сомневаться во мне?

Я сглотнула. О, конечно, я знала, чьих это рук дело. Сжимая свои зубы, я пошла немного быстрее. Это было последней каплей. Я не смогу терпеть дерьмо от Хлои. Она заплатит за то, что рушит мою жизнь.

Но не сегодня.

Был солнечный и теплый день, который очень хорошо начался с моими друзьями. Я с нетерпением ждала футбольного матча и еще больше вечеринки в доме Райана Хантера после. Я нашла способ справиться с проблемой под названием "Энтони Дж. Митчелл", не смотреть на него и держаться подальше. Я просто не позволю моей кузине разрушать все это.

После нескольких глубоких вздохов я смогла, наконец, избавиться от гнева и Хлои в моих мыслях. Сегодня я собиралась весело провести время. Независимо от этого.

Когда я достигла футбольного поля, некоторые из игроков уже были там, в середине участка, а другие бегали трусцой назад и вперед между стойками ворот для разминки. Я заметила Сьюзен с ними, Сашу и Алекса. Алли и Симона сидели на передней скамье трибуны. Они обе носили ярко-синие майки с красной акулой на спине, которые получили от Саши и Алекса.

Я присоединилась к девочкам, располагаясь рядом с Симоной. Мгновение спустя Лиза и Райан приехали, идя к нам, рука об руку, Лиза тоже надела майку своего парня. Нервно, я посмотрела на место для Ника. Игра начнется через пятнадцать минут, и я все еще должна была переодеться. Но его нигде не было видно.

Вместо этого мой пристальный взгляд приземлился на Тони. Он сидел на скамье тренера и завязывал свои ботинки. Еще раз я была поражена тем, как великолепно он смотрелся в голубой футбольной форме. Он приехал с остальной частью команды. Девочки поцеловали своих парней и пожелали им удачи в игре.

Сьюзен наклонилась ближе и сказала глубоким голосом:

— Что насчет этого, Саммерс? Хочешь поцеловать меня на удачу?

Я говорила, что люблю Сьюзен? Она заставляла меня улыбаться в самых сложных ситуациях. И для этого я отправила ей воздушный поцелуй, будто я принцесса, а она крепкий парень. Все засмеялись. Даже на губах Тони появилась тень улыбки, когда я украдкой взглянула на него. Это зрелище позволило облегчить часть расстройства в моей груди от происходящих событий.

В один невозможный момент, я тоже хотела отправить ему воздушный поцелуй. Однако он пристально взглянул на меня и поднял свои брови.

Да, верно. Будто я сказала ему, что хотела послать воздушный поцелуй. Я быстро отвернулась. Но тепло прокралось к моим щекам. К счастью, Ник прибыл и, в спешке, бросил синюю ткань на меня.

— Извини за опоздание. Вот твоя майка, Сэм, — сказал он, слегка запыхаясь.

Я поспешила за трибуны, чтобы поменять свой серый верх на синий, но когда я посмотрела на себя, разочарование наполнило меня.

— Ник? — крикнула я, когда шла к остальным. — Сколько тебе было лет, когда ты носил эту майку?

— Четырнадцать.

Когда я повернула за угол, Лиза втянула воздух и Симона подняла руку ко рту.

— Ты всегда был высоким, не так ли? — сказала я Нику с перекошенным лицом.

Он смотрел на меня, поджав губы.

— Может быть, используешь ремень и сделаешь ее мини-платьем?

— Ха-ха, — я подняла край футболки с колен. — Бальное платье, было бы похоже на это. — Короткие рукава почти достигали моих запястий. Мне просто повезло, что я попросила футболку у самого высокого парня в команде.

Сьюзен кашлянула в кулак, а затем невнятно сказала:

— У Тони есть вторая.

— Что? — я даже не была уверена, говорила ли она со мной.

Тони уставился на нее раздраженно.

Сьюзен подняла плечи и испустила резкий вздох.

— Теперь иди сюда, — сказала она ему. — Я знаю, что у тебя есть вторая майка в рюкзаке. Ты всегда переодеваешься в середине игры. Это не убьет тебя, если ты одолжись её сегодня Сэм?

Не отвечая, Тони сложил руки на груди.

— Ради Бога, уже дай ее ей, — Лиза огрызнулась на него, закатывая глаза. — Мы делаем это для всех вас парни. И вы не хотите, чтобы Сэм была похожа на призрак Каспера?

Да, она может быть такой очаровательной. Это вызвало ухмылку у Тони, он уставился на меня долгим взглядом. Затем он наклонил голову с вызовом.

— Ты хочешь её?

Ах, дерьмо. Я взяла бы ее, если бы он бросил ее в меня и ушел. Но, предоставления мне выбора — скорее, вроде, желания, чтобы я попросила об этом — это было подло.

Я начала жевать свою нижнюю губу.

— Конечно, она хочет, — вмешалась Симона.

Тони не сводил глаз с меня.

— Я не с тобой говорю, Симпкинс, — его тон был дружелюбен, но решителен. Он выгнул бровь. — Сейчас?

После еще одного глубокого вдоха, я, наконец, кивнула, бормоча.

— Да. Это было бы здорово, — я закатила глаза.

Уголки его рта приподнялись. Когда он пошел, чтобы принести свою майку, я хмуро посмотрела на Сьюзен и Лизу. Они обе улыбнулись мне самым сладким образом.

Тони вернулся с дополнительной футболкой, перекинутой через плечо. Я потащила её вниз. Прежде чем смогла завернуть за трибуны, он схватил меня за руку. Поворачивая меня назад к нему, он опустил голову и посмотрел мне в глаза. Я сделала вдох. Его взгляд смягчился в следующий миг.

— Не клади бумажные клочки в нее, когда будешь возвращать, — сказал он низким гулом, так что только я могла услышать.

— Не буду, — ответила я, борясь со своим дрожащим голосом. — У меня больше нет рисунков от тебя.

Я высвободилась и вновь зашагала к трибунам, мое сердце колотилось, как барабан. Оказавшись вне поля зрения других, я не смогла не окунуться в запах майки Тони. О, черт, как я скучала по этому запаху…

Я стянула футболку Ника и переоделась в эту. Она была по-прежнему слишком длинной, но рукава доставали только до локтей, а подол свободно висел на середине бедра. Поднимая его вверх на живот, я задела ткань вокруг моей руки, а потом сделала узел сбоку. Таким образом, она изменялась от ночной рубашки к прекрасному топу, демонстрируя мой пирсинг. Гораздо лучше.

Завязав цветной платок вокруг шеи, я встряхнула плечи, чтобы выглядеть расслабленно, прежде чем пойти назад к другим. Никто, в последнюю очередь Тони, не должны знать, как я была взволнована из-за того, что надела что-то от него.

Избегая его взгляда, я подошла к Нику и отдала ему назад его футболку.

Насвистывая сквозь зубы, он подарил мне медленный оценивающий взгляд.

— Мило, Саммерс, — замурлыкал он громко, чтобы все услышали.

Я закатила глаза. Размышляя, действительно ли ему нравилось то, что он видел или он все еще играл в "давайте заставим Тони ревновать", я слегка улыбнулась ему.

Симона удивила меня, воскликнув:

— Черт, Сэм, ты выглядишь горячей в этой майке! Что ты думаешь, Тони?

Теряя всю свою беспечность в одно мгновение, я повернулась к ним. Улыбка сползла с моего лица. Мои ладони стали потными. Что он собирался сказать?

Он долго смотрел на меня. Множество эмоций играли в его глазах, но я не смогла закрепить их. Его взгляд стал пустым.

— Это лучше, чем раньше.

Он пожал плечами, развернулся и отправился на поле.

Все молчали в течение нескольких секунд. Тогда Лиза подтолкнула меня в плечо и, понизив голос, сказала:

— Ах, не бери в голову. Он придурок.

Я сделала глубокий вдох, а затем солгала.

— Мне плевать.

Борьба за мою обычную улыбку вернулась обратно, я спустилась на скамью, поцеловала Ника в щеку и пожелала удачи на игре.

Когда ребята отправились за Тони, девочки и я нашли место на трибунах. Игра началась несколько минут спустя.

Это, вероятно, была не самая интересная игра в мире, но она была первая, которую я когда-нибудь смотрела от начала до конца. Наша команда играла очень хорошо, ведя счет. Райан и Алекс забили в течение первых пятнадцати минут. Потом Бешеные Волки поменялись ролями. Далее Хлоя забила гол и сравняла счет снова.

Сьюзен выглядела потрясающе на поле, хоть и не часто получала мяч и имела всего несколько возможностей забить гол. Но это не имело значения. Казалось, она наслаждается собой.

Во второй половине, Тони и Райан были в ударе, так как оба забили два гола, оставив другую команду далеко позади. Лиза, Симона, Элли и я вскакивали со своих мест каждый раз, кричали и свистели.

Атмосфера среди зрителей была удивительная. Пьянящая. Каждый раз, когда "Темные акулы" забивали, люди начали кричать:

«Осторожно! Оглянитесь! Темные акулы на поле. Мы победим, а вы сдадитесь.

Отступите! Посмотрите вокруг! Они обнажают зубы — вы следите за своей спиной. Акулы готовы к атаке! Вперед Темные акулы!»

Это был гимн команды, все хлопали в ладоши и топали ногами в такт.

Осталось только пятнадцать минут до конца игры, когда Волки очевидно решили, что им нужно поменять стиль на более агрессивный, если они хотели снова вести счет. Один из их игроков женского пола грязно пошел на Сьюзен, когда у неё был мяч. Девушка, с длинными оранжево-красными волосами, пнула Сьюзен в ногу, маскируя удар под несчастный случай. Сьюзен Миллер оглушительно завопила и упала на землю, сжимая колено.

Мое сердце остановилось. Я закрыла руками рот, глядя, парализованно. Затем наши ребята бросились к ней и закрыли мне вид на Сьюзен. Все затихли.

— Что там происходит? — прошептала Элли, шок охватил ее голос

Симона ответила.

— Я не знаю. Мы должны подойти к ней?

Обращаясь к Симоне, я поморщилась, чувствуя тот же порыв.

— Я не думаю, что нам можно.

Потребовались бесконечные тридцать секунд, пока толпа не разошлась, и Райан появился со Сьюзен на руках. Он усадил ее на скамью и девочки подошли к ней.

— Она в порядке? — встревожено спросила Лиза у Райана.

Райан проигнорировал Лизу. Он сконцентрировался на Сьюзен, присев перед ней и вцепившись в край скамьи по обеим ее сторонам, глядя на ее лицо.

— Не вставай. Фредриксон звонит твоим родителям. Они отвезут тебя к врачу.

— Нет, — скулила Сьюзен. Ее лицо было в красных пятнах.

— Я не нуждаюсь в докторе. Я могу согнуть колено. Было больно только тогда, когда она ударила меня. Боль уже ослабла.

— Меня это не волнует. Это было ужасное столкновение. Я хочу убедиться, что ты не порвала связки.

— Хантер прав, — сказала Симона, когда присела на корточки рядом с ней, положив руку на здоровую ногу, — на минуту, мы подумали, что эта сука вывихнула твое колено.

— Хантер! Они хотят продолжения, — крикнул Саша по линии.

Райан кинул взгляд через плечо.

— Я иду! — Затем он встал, быстро обнял Лизу.

— Позаботьтесь о ней, пока не приедут ее родители. Можете принести ей немного льда для колена.

— Я принесу! — сказала я и поспешила ко льду. Мне потребовалось некоторое время, чтобы найти большой ящик, в котором можно принести достаточное количество льда. Загрузив коробку, другой вздох из зала заставил меня развернуться.

Я не знала, что произошло, но на этот раз это был Тони. Он лежал на спине, согнув колени, руками закрывая лицо. Райан протянул ему руку, чтобы он встал. Видимо, это фол — инцидент — все было не так плохо, как в прошлый раз, потому что Тони на секунду вышел после того, как говорил с Райаном. Но когда он вернулся, мое дыхание застыло в горле.

Кровь текла густым потоком из его носа.

Я поспешила к Сьюзен, давая ей лед для колена, и с нетерпением ждала возвращение Тони. Его глаза были стеклянными, но это нормально, когда вас бьют по носу. Он вытер лицо рукавом и сел. Лиза ухаживала за ним, намочив тряпку водой.

Тони взял у нее тряпочку, запрокинул голову, и попытался остановить кровь.

— Расслабься. Это просто кровотечение из носа. Ничего не сломано. — Спустя минуту, он поднялся на ноги. — Я пойду, умоюсь. — Он сделал несколько шагов в сторону здания школы, потом остановился. Слегка спотыкаясь, он прижал ладонь к виску.

— Воу, голова кружиться.

— Что? Наконец-то что ударило в твою придуристую башку? — Я насмехалась над ним ироничным голосом. Только когда он медленно направил удивленный взгляд на меня, я поняла, что я действительно переборщила. — Извини, — пробормотала я и поморщилась. — Я не хотела так говорить.

Его глаза сузились на меня, перед тем, как он направился, покачиваясь.

Я вздохнула и взяла его за локоть.

— Пойдем. Я провожу тебя до туалета.

Положив его руку на свое плечо, я почувствовала, что он не хотел идти со мной, но это было не важно. Он был не в состоянии дойти сам. Я обернула свои руки вокруг его талии и направила ко входу в школу.

Его бок был тесно прижат к моему, заставляя меня вспомнить, как он сопровождал меня из леса в прошлую субботу, и то, как хорошо было проводить с ним время на выходные. Желая снова оказаться там, я задавалась вопросом, где бы мы были сейчас, если бы он не поцеловал меня в воскресенье. Или снова во вторник.

Возможно, мы всё еще были бы хорошими друзьями, которыми мы были в течение некоторого времени.

Мы остановились перед уборной, я скала его лицо.

— Могу я отпустить тебя одного?

— Конечно, Саммерс. Я большой мальчик, — он посмеялся надо мной и скрылся в дверном проеме.

Прислонившись к стене, я считала минуты на больших часах, которые висели в прихожей. Прошло десять минут, а он еще не вернулся. Я стала волноваться. Осторожно я открыла дверь и просунула голову.

— Тони… все в порядке?

— М-м-м.

Его стон слышался снизу. Я нашла его сидящего у стены, его длинные ноги протянулись на белой плитке. Его голова была наклонена назад и два куска ваты были в носу, пропитанные кровью.

Он открыл глаза, как только я подошла ближе и присела на корточки рядом.

— Могу ли я что-нибудь сделать для тебя? — спросила я, не зная, как ему помочь.

Тони медленно покачал головой.

Я была в растерянности. Он, казалось, хотел минуту, чтобы восстановиться.

— Ты хочешь, чтобы я оставила тебя одного?

Наши взгляды встретились. Затем он снова покачал головой.

Тони

Сэм просто уставилась на меня. Я, должно быть, выглядел ужасно с салфеткой в носу и кровью на футболке. Я хотел протянуть руку, прислонить к её прекрасной щеке, и сказать ей, что всё не так плохо, как кажется. Что ей не нужно было беспокоиться. Но, видя, что она на самом деле беспокоиться, я держал свой рот на замке и наслаждался ее близостью, после ужасной прошлой недели без нее.

— Я могу снова намочить бумажное полотенце, если ты хочешь, — предложила она.

Я снял его с моей шеи и протянул ей. Сэм бросила его в мусорное ведро, а затем вытащила два новых из дозатора, подержала их под струей воды и, наконец, снова опустилась на колени рядом со мной. Она осторожно положила руку мне на затылок, заставляя меня наклонить голову вниз, чтобы она могла положить холодные, влажные полотенца на мою шею снова. Я подчинился.

Когда Лиза пыталась почистить мое лицо, я остановил ее, потому что это заставило меня почувствовать себя слабым, кем-то вроде малыша, который не мог ничего сделать самостоятельно. Но здесь, с Сэм, это было по-другому. Молча, я смотрел на нее и наслаждался всем, что она делала для меня.

В течение нескольких секунд она прижимала свою руку к моей шее. Холодные капли воды скользили по спине. Как это могло заставить чувствовать себя тепло? Когда она отпустила меня, я наклонил голову к стене и вытащил окровавленные пробки из своего носа, бросив их в мусорное ведро. Сделав вдох, я проглотил оставшуюся кровь.

— Чувствуешь себя лучше? — спросила Сэм осторожно.

Я кивнул.

Ее красивые глаза сузились до щелочек.

— Знаешь, ты напугаешь меня, если не скажешь что-нибудь отвратительное.

Я позволил улыбке проскользнуть.

Что она ожидала услышать? Что, сняв пробки, я, наконец, мог почувствовать запах ее ванильного лосьона для тела вновь и, что я хотел утонуть в этом аромате? Или то, что при виде ее пирсинга, я вспомнил о самом чувственном поцелуе, который я когда-либо разделял с девушкой?

Ничто не казалось целесообразным.

Я молчал, Сэм хмыкнула. Мне понравился этот звук, даже если это означало, что я снова ее расстроил.

Через секунду дверь распахнулась. Винтер и Торрес зашли, осматривая комнату.

Винтер подошел ближе, протягивая руку к моей руке.

— Эй, приятель. Как твой нос? Перелом?

— Я так не думаю, — ответил я, как только он поднял меня с пола.

Сэм встала на ноги вместе со мной, положив кулаки на талию.

— О-о, теперь он может говорить… — она закатила глаза, потом посмотрела на мое лицо, ее разочарование смягчилось. — Я полагаю, что не нужна тебе больше.

Она понятия не имела, как сильно я хотел, чтобы она осталась. Но благодаря холодной атмосфере между нами в течение последних нескольких дней, я не намеревался рассказывать ей об этом. Я покачал головой.

Сэм поджала губы, ее глаза стали грустными. Она развернулась на каблуках и пошла к двери.

Ладно, это было дерьмово с моей стороны. Твою мать. Я ненавидел, когда я вел себя, как пещерный человек.

— Сэм? — сказал я сквозь шум, который становился громче в уборной от Уинтера и Торреса, которые дурачились в честь победы. Когда она обернулась, я задержал ее взгляд в широком зеркале над раковиной. — Спасибо.

На этот раз она промолчала. Она только один раз кивнула, а затем вышла за дверь.

В это же время вошел Хантер. Он отступил в сторону, чтобы дать ей пройти.

— Эй, Сэм, — признал он ее с небольшим удивлением в голосе.

— Райан, — ответила она. А затем вышла и закрыла дверь.

Хантер встал напротив.

— Митчелл, как твоя голова? Ты придешь на вечеринку сегодня после матча?

Разрывая мокрые полотенца с моей шеи, я поднял брови на него.

— Ты шутишь? — Холодная вода из-под крана охладила мои щеки и смыла остальную кровь. Я вытер лицо насухо, с помощью футболки. — Я когда-нибудь пропускал твои вечеринки?

Райан прищурился, раздумывая.

— Когда твоя бабушка была в городе несколько лет назад.

Я кинул ему кислый взгляд.

— Моя бабушка не в городе на этих выходных.

— А Сэм?

— Что насчет нее?

— Она тоже будет у меня дома сегодня ночью.

— И…

— Это тебя устраивает?

Я пожал плечами.

— Конечно.

Хантер вошел в уборную, чтобы пописать, затем вернулся и помыл руки, спрашивая мимоходом:

— Сэм выглядела немного разочарованно, когда выходила отсюда. Как дела между вами?

Винтер и Торрес, которые хотели уйти в эту минуту, замолчали и остановились на своем пути, по-видимому, тоже ожидая моего ответа.

— Она снова говорит со мной

— Это все? — Хантер копнул глубже.

— Походу да.

Алекс скучающе взглянул в потолок, прежде чем толкнул Торреса за дверь. Когда мы остались одни, Хантер повернулся, прислонился к раковине, и скрестил руки на груди.

— Все в порядке. Ребята ушли. Ты можешь быть честным.

Я обратил свой раздосадованный взгляд на него.

— Почему ты всегда предугадываешь мои ответы?

— Потому что Митчелл… Я. Знаю. Тебя.

Вздох вырвался у меня, что заставило меня чувствовать себя очень неловко, как девочку. Я стиснул зубы и нахмурился.

— Не в обиду, Хантер, но ты ни черта в этом не смыслишь.

— Это так?

— Очевидно.

— Ладно, просто случайная догадка тогда… Ты, наконец, понял, кого на самом деле хочешь, и просто для справки, я более чем рад, что это не Лиза. — Хантер вздохнул с облегчением. — Но теперь Сэм злая, потому что ты поцеловал ее, когда она была не единственной.

Черт. Он читал женские журналы, когда ему было скучно, или что?

— Она, наверное, думает, что ты все еще влюблен в Лизу.

— Когда ты стал таким экспертом, Хантер? — пробормотал я.

— Прошлым летом. Когда это случилось со мной, идиот. Можешь ли ты представить, что я чувствовал, когда Лиза была все время у меня в голове? Я был там, и не хочу, чтобы это вернулось снова.

Вау! Я никогда не смотрел на это с такой стороны. Он знал, о чем говорит. И я обнаруживал много раз в своей жизни, что не мог ничего скрыть от Хантера. После Лизы он всегда был моим лучшим другом. Расположение не изменилось после того, как они стали парой.

Я знаю, что должен быть счастлив, что у меня есть такой друг как он. Кто-то, кто так хорошо знает меня. Но, откровенно говоря, временами это отстойно.

— Сегодня это твой лучший шанс завоевать ее сердце. Вечеринка всегда хорошее место чтобы подцепить.

— Я не собираюсь цеплять Сэм. Я пытался объяснить свои чувства к ней, но она немного упряма как тролль, который не собирается слушать. Ее уход в школе, а затем еще флирт с Фредериксоном открыл мне глаза. Не то что я влюблен в нее, а то, что для Сэм я легко заменим.

— Может быть, ты пробовал не достаточно усердно, чтобы заставить ее выслушать. Знаешь что, Митчелл? Я думаю, что в нашем возрасте, мы не можем позволить себе лениться и просто ждать, чтобы они бросались на нас. Если я и узнал что-то от Лизы, так это то, что всегда будет еще один парень, и если ты будешь не достаточно быстр, то упустишь свой шанс.

Я снова вздохнул

— Она просто так… — Я зарычал, расстроенный протянул руки в свои волосы. — Ты бы видел ее и Фредриксона у Чарли на этой неделе.

Хантер поджал губы.

— Между ними ничего не происходит, поверь мне. Фредриксон знает о твоих чувствах к ней.

— Тебя там не было. Ты их не видел.

— Мне и не надо было быть там. Там был кое-кто, — он ухмыльнулся, — кто мне очень близок.

Волосы на затылке поднялись.

— Что Лиза сказала тебе? — потребовал я.

— Не могу сказать.

— Почему нет?

— Обещал.

— Черт.

Я откинулся к стене, скрестив руки на груди. Что он скрывает? И почему? Фредриксон знал, что мне понравилось целоваться с Сэм. Но она тоже нравилась ему. Может быть, не так сильно, как мне, но порядочно. Он точно подцепил бы ее, если бы она была заинтересована. А иногда она просто казалась такой, черт возьми.

— Если она тебе действительно нравится, — сказал Хантер, — дай ей хотя бы еще один шанс. Таким крутым парням, как мы, не могут причинить боль, верно?

Я знал, что он имел в виду это в едком смысле, потому что он рассказал мне, как сильно страдал после того, как Лиза прогнала его в ту ночь после драки в ее комнате.

— Просто в ней есть кое-что, — признался я, — кое-что, что тянет меня к ней, как чертов магнит. Я не могу удержаться, чтобы не касаться ее всякий раз, когда предоставляется возможность, или просто вдыхать аромат ее волос.

— Или просто целовать ее?

Именно так

— Почему девушки всегда так хорошо пахнут? — заскулил я.

Хантер ударил меня по плечу.

— Потому что они сделаны из конфет.

Смеясь, он вышел за дверь.

Глава 20

Я не хотела идти домой после игры. Я еще не забыла о том, что произошло в полдень. Но я хотела переодеться и снять футболку Тони. Нося ее, я думала о нем слишком много. И это было последнее, что я хотела делать прямо сейчас.

Мне удалось попасть в дом, не будучи замеченным кем-либо. Я на бегу переоделась в мои армейские брюки, черный топ, который зашнуровывался на спине, и темно-серую толстовку, оставив молнию открытой. Я натянула Doc Martens и оставила шнурки развязанными. Затем схватила футболку Тони и спустилась вниз по лестнице, чтобы избежать своей кузины или ее родителей. В качестве члена футбольной команды, Хлоя должна была быть на вечеринке, от этого факта никуда не деться. Нет необходимости встречаться с ней до тех пор.

К счастью, Лиза и Райан договорились, что я должна прийти пораньше и помочь подготовиться к вечеринке. Быть занятой — было моим блестящим планом на сегодняшний день.

Я пришла к дому Райана, когда он и его родители двигали некоторую мебель в сторону. Лиза открыла дверь и затащила меня внутрь со счастливой улыбкой на лице. Конечно, она была взволнована, потому что сегодня была их трехмесячная годовщина, и Райан дразнил сюрпризом, который ждет её позже. Я подумала, что это могло бы быть ожерелье. Я знаю, Лиза очень хотела бы получить его от него.

Увидев меня, Мр. Хантер подошел и положил руку мне на плечо.

— Саманта. Как твоя нога?

— Прекрасно, мистер Хантер, — ответила я и резво попрыгала с одной ноги на другую. — Никаких проблем.

— Прекрасно, прекрасно.

— Вы собираетесь на вечеринку с нами? — спросила я у него.

Док скривился.

— Я так не думаю. Джесси и я предпочитаем уходить в ночь вечеринки. Больше веселья для вас и меньше головной боли для нас. — Он прошептал последнюю часть и подмигнул мне.

Мистер и Миссис Хантер уехали из дому некоторое время спустя.

Лиза и я пошли на кухню и готовили закуски и тарелки с конфетами для вечеринки. Все это время, я носила футболку Тони на плече. Я просто не знала, куда её положить, чтобы не потерять.

— Ты можешь оставить её в моей комнате, — сказал Райан мне спустя какое-то время. — Я отдам её Тони позже. — Он дал указания, где его комната и я поспешила наверх.

Я отказалась вертеться в его комнате, но с первого взгляда, она мне понравилась. Там был широкий цвета капучино стол, размещенный у передней стены. Справа, у окна, были тумбочка и кровать, и слева был огромный шкаф. Мальчишеская комната, крутая, но уютная.

Бросив майку на его кровать, я направилась обратно вниз, чтобы еще немного помочь Лизе на кухне. Она все еще была в рубашке Райана, и по выражению лица, которое появлялось каждый раз, когда он смотрел на нее, я могла сказать, что ему это нравилось.

В семь тридцать, Сьюзен позвонила мне, с просьбой, не мог ли кто-то из нас забрать ее из дома. Она только что вернулась из больницы. Никаких серьезных повреждений ноги, но ей нельзя водить машину пару недель.

Когда я говорила с Сьюзен по телефону, Тони позвонил Райану. Он, не колеблясь, сбросил работу забрать Сьюзен на себя, потому что они еще не были готовы. Около двадцати человек уже пришли, и все больше входили через двери, когда мы говорили. Я не была уверена, чего ожидать от сегодняшнего вечера, но перестала считать людей, когда толпа стала больше.

Музыка грохотала из разных динамиков, размещенных по всей гостиной. Там были высокие, круглые столы, как в бистро, на которых были крекеры и напитки. Те, кто не собирался вокруг них или в разных углах комнаты, начали танцевать на плиточном полу в тусклом свете.

Я промчала из кухни Хантера в гостиную, заполняя некоторые миски с крекерами, потом протанцевала обратный путь через толпу.

Ник прислонился к широкой арке у стены, ведущей в кухню и обеденный уголок. Оранжевая футболка, в которую он был одет сегодня, ужасно сочеталась с его рыжим волосам, но смотрелась очень круто с темно-серыми слаксами.

Ник загородил собой проход и мой путь, опираясь одной рукой на стену, но, кажется, не осознавал это, пока говорил с Райаном и несколькими парнями.

Настроение на вечеринке было заразительное. Я не стала просить Ника двигаться, а просто протанцевала лимбо под его рукой.

— Эй, финская девушка, веселишься? — спросил он меня, когда я снова выпрямилась.

Я улыбнулась ему через плечо

— Безусловно, — легкой походкой я протанцевала мимо Лизы, схватила банку лимонада, которую она предложила мне, и сделала глоток. — Я понятия не имела, насколько большой будет вечеринка. Здесь, наверное, уже больше сотни людей.

— Да… и это даже не половина ожидаемого количества, — ответила Лиза.

Мои глаза расширились, когда я посмотрела на Райана.

— Вы знаете всех этих людей?

Райан отпил свой Рутбир, потом обнял Лизу за плечи с бутылкой в руке.

— Не всех, но большинство. Иногда они просто приводят друзей или их родственников. Я не против. Ты знаешь, чем больше, тем веселее. — Он усмехнулся и поцеловал Лизу в брови. Она повернулась в его руках и встретила его губы, хватая его за воротник рубашки, в которую он переоделся.

Да… это был мой черед выйти из кухни. Ник последовал за мной, изображая рвотные звуки.

— Они никогда не устанут от этого, не так ли?

Я взглянула на него искоса, затем игриво закатила глаза.

— Не скоро, я думаю.

— Говоря о парочках, Финская Девушка, — он потянулся к моей руке и повертел меня под руку. — Как работает твой план с Митчеллом?

Моя улыбка увяла.

— Это не мой план. И ничего не работает.

— Оу. Почему так? — он оттолкнул меня от себя, не отпуская мою руку, а затем подтолкнул меня обратно к себе и поймал меня в легкие объятия. — Он выглядел очень злым в среду. Разве это не означает, что план твоих друзей работает?

— Серьезно, Ник, я не хочу, чтобы Тони был зол. И более того, я не хочу говорить о нём. — Его пылкий взгляд в уборной сегодня было достаточно трудно забыть, даже без напоминания. Две недели прошло с момента нашей первой встречи, и я до сих пор не знаю, что делать с Энтони Митчеллом. Он не пошел к Лизе в среду, но он также не мог принять решение. Если бы я была мудрой, я бы просто вытащила свое сердце из этой игры раз и навсегда. — Он не должен был целовать меня. Так что теперь, я просто стараюсь об этом забыть.

Он притянул меня ближе к себе, наш танец становился немного сексуальней.

— О, если тебе понадобится помощь в этом, — он медленно протянул, — дай мне знать. — По игривому блеску в его глазах и шутливому тону голоса, я поняла, что он не серьезно. Это просто был способ подбодрить меня.

Я откинула голову назад и рассмеялась. Затем подняла ногу и обвила его, потираясь передом об него, вниз и вверх.

— Это было предложение, большой парень?

— Мое предложение всегда в силе, Финская девушка, — он покружил меня вокруг еще раз.

На середине поворота, я застыла на месте.

Сьюзен только что прибыла и стояла прямо передо мной. И рядом с ней был Тони.

Мое сердце запнулось в шоке. Поговорка “в неправильном месте в неправильное время” приняла совершенно новый смысл прямо сейчас, хотя я не могла объяснить себе, почему меня это заботит. Я выпустила руку Ника.

— Привет, Сэм! — Сьюзен перекричала музыку. Она была на костылях, маленькая деталь, которую забыла упомянуть по телефону.

— Хей, — я сказала, но мой взгляд застыл на холодных глазах Тони.

Он глядел на меня на протяжении вздоха. Затем он вышел вперед, и выражение его лица стало пустым.

— Саманта, — сказал он холодно, когда прошел мимо меня. Он быстро исчез в толпе.

Вздохнув, я крепко зажмурилась. Ник положил руку мне на плечо. Когда я посмотрела на него, он прищурился.

— Я поговорю с ним, — предложил он.

— Нет, не надо! Пожалуйста, — это не имеет значения, если Тони увидел нас, или как он понял наш танец. Я не подходила ему, и он не подходил мне. Все просто. Так, в чем, черт возьми, его проблема? Я могла танцевать с кем хотела. Если его сердце все еще принадлежало Лизе, но не мог смотреть на меня как на предателя, потому что я веселилась с другом. Это и ежу понятно!

Я предложила найти место, что бы Сьюзен села, и так Ник не постигнут забавные идеи найти Тони, в конце концов, я схватила его руку и потащила с нами. Сьюзен сказала, что доктор сделал несколько рентгеновских снимков и очевидно был немного обеспокоен ее связками. Даже если они не были порваны, они были полностью растянуты.

Причудливого цвета ленты вокруг ее колена должны помочь. Она подняла джинсы и вытянула ногу, позволяя мне взглянуть на розовые полоски. Если бы ничего другого не было, они выглядели бы классно.

Когда она захотела встать и пойти взять попить, я заставила ее снова сесть и предложила принести ей содовой из холодильника. Ник составит ей компанию, пока меня не будет.

Проталкивая локтями себе путь сквозь шумную толпы в зале, я направилась на кухню, но, перешагнув через дверной проем, я пожалела об этом.

Райан и Тони были там одни. Они говорили настойчиво друг с другом. До тех пор, пока Райан не увидел, как я подхожу, и весь разговор умер в доли секунды. Когда он улыбнулся мне, Тони обернулся.

Он не улыбался.

Мышцы на его руке напряглись, когда он сжал край кухонного стола сильнее. Я могла видеть, как они дергаются под коротким рукавов его белой рубашки. С удивлением я поняла, что он был одет в те же рваные джинсы с того времени, когда я была в его комнате. Те, что заставляли меня пускать слюни.

Я оторвал свой взгляд от него и пробормотала.

— Эмм… просто беру соду для Сьюзен, — я поспешила мимо них и обе пары глаз последовали за мной. Черт возьми, я никогда не опасалась помешать какому-то разговору. И это заставило меня быть более чем уверенной, что они говорили обо мне. Дерьмо.

Я открыла холодильник, нашла колу, захлопнула дверь и выбежала от туда, только потом, осмеливаясь дышать снова. В зале, я столкнулась с Лизой и Симоной. Девушки заметили мое беспокойство и взяли под руку.

— Детка, что заставило тебя так нервничать? — спросила Симона, почти обеспокоено.

— Ничего, — ответила я решительно.

Лиза откинулась назад, пока мы шли, пытаясь хоть мельком увидеть ребят в кухне.

— Я думаю, что знаю, — заявила она. Затем обе девушки посмотрели друг на друга поверх моей головы, и одновременно заявил: “Тони”.

Вдруг, Симона слегка подтолкнула меня влево, выруливая нас всех к длинному столу с едой и напитками.

— Я знаю, что тебе нужно.

— Крендели? — спросила я с надеждой, потому что была уверена, что не буду пить пиво выстроенное там.

— Нет. Мы собираемся за клубникой.

— Клубника? — Звучит не плохо. За исключением того, что клубника плавала в ведерке со льдом для охлаждения вина.

— Ты уверена? — скулила Лиза, удерживая меня, начиная спорить с Симоной. — Клубничный пунш Клаудии — это монстр. Ты не хочешь, чтобы Сэм была в том же положении, как я несколько месяцев назад.

Я понятия не имела, что Лиза имеет в виду, но было интересно увидеть искорку озорства в глазах Симоны.

— Теперь, ты честно хочешь мне сказать, что это был не самый лучший вечер в твоей жизни? Или, скорее, — она, пошевелила бровями, — лучшее утро после…?

Лиза засмеялась.

— Правда, — она взял зубочистку, и воткнула в одну из клубник в миске.

Но прежде чем она смогла засунуть её в рот, кто-то обошел ее сзади и взял фрукт из ее рук.

— О нет, не надо.

Мы повернулась лицом к Райану, который вытащил клубнику с зубочистки зубами и съел ее.

— Почему бы и нет? — протянула Лиза, тайная улыбка мелькнула на ее лице.

Райан взял ее за руки, завел их за ее спину, и сковал ее запястья своими длинными пальцами.

— Однажды уже было такое. Не очень хорошая идея, помнишь?

Лиза склонила голову набок, глядя на него так, что мы все затихли.

— Я помню только, что ты нес меня к себе в комнату.

Наклонившись, он протянул ей на ухо.

— Я могу отнести тебя в свою комнату сейчас, если ты хочешь. Никакая клубника не нужна. — Кроме Лизы, я, наверное, была единственной, кто это слышал, потому что стояла близко. — Или, еще лучше, отнести тебя на улицу на качели.

Он наклонился и закинул Лизу вверх через плечо, она запищала, барабаня его по заднице, чтобы заставить его поставить её. Райан отказался. Он направился через задний выход, смеясь над ее борьбой, но затем он обернулся еще раз.

— Точно, я забыл. Сэм?

— Что?

— Тони ждет тебя на кухне. Он хотел бы поговорить с тобой. — Райан скорчил умоляющее лицо. — Будь милой с парнем. Он сбит с толку, и не я должен все ему объяснять.

О, нет. Мой желудок упал в ноги.

Кто-то мягко толкнул меня в спину. Это была Симона.

— Чего ты ждешь? Хантер сказал, что Тони ждет тебя. Он, наверное, хочет пригласить тебя куда-то.

Или… нет. Насколько я могла судить ситуацию, он хотел поговорить обо мне и Нике и вещах, которые мы не делали. Но почему, черт возьми, я была так напугана? Не я ли решила наплевать на Тони всего час назад? А еще сегодня… и вчера… и практически каждый долбаный день на этой неделе?

Если он хотел знать, что происходило между Ником и мной, я бы, честно сказала ему… ничего. Потому что это было не его собачье дело. И если он намеревался сказать мне, что по-прежнему влюблен в Лизу, я не хотела это слышать. Так зачем идти и видеть его?

Симона ответила на мои мысли, когда я застыла на месте.

— Если ты не пойдешь и не поговоришь с ним сейчас, то будешь жалеть об этом всю ночь.

Я испустила глубокий вздох. Затем вручила ей Колу.

— Ты можешь отдать это Сьюзен?

— Конечно, — Симона выдернула банку из моей руки и оттолкнула меня в сторону кухни. — А теперь иди. И позже расскажи мне все детали!

Я услышала ее смех позади себя, но его быстро заглушила громкая музыка, когда я неохотно пошла в обратную сторону, с которой только что пришла. Подойдя ближе, я мельком увидела, как Тони, сидя на кухонном столе с откинутой головой, прислонившись к буфету, изучал потолок. Я уже почти добралась до арки в стене. Но перед тем как войти в кухню, пропало все мое мужество, и я остановилась.

Парень, который сидел там, был ослом. Он был ослом с самого первого раза, когда мы заговорили друг с другом, и даже поцелуй — или два — не изменят этого. Он дурачился со мной, когда его сердце билось для другой. Для моей подруги. Я действительно, действительно не хотела говорить с ним прямо сейчас.

Собираясь исчезнуть в толпе, я развернулась на каблуке, но недостаточно быстро. Тони наклонил голову, чтобы увидеть, как я бросаюсь наутек.

Я бросился прочь, пробивая быстрый путь через танцоров. Но знакомое очертание в нескольких футах впереди меня заставило меня остановиться, мое сердце остановилось со мной. Я узнала бы эти высоченные каблуки и черное мини-платье. Одна тревожная вещь была в том, что волосы моей кузины пропали. Не все, но две трети её первоначальной длины.

Черт!

Хлоя говорила с парнем с дредами и в кожаных штанах, пробегая рукой через ее недавно подстриженные волосы. О-о, это было бесценно. Я почувствовала желание подойти к ней, оттянуть ее так сильно, чтобы она приземлилась на задницу, и спросить, почему она пыталась стать мной!

Но здесь было не то место, чтобы начинать семейные разборки. Она не получит этого от меня. Не на глазах у всех моих друзей.

Дыша огнем, я сорвалась с места влево, оказавшись перед широкой, извилистой лестницей. Хоть что-то. Это был хороший способ сбежать от Тони. Я бросилась наверх, потом направилась вниз по коридору и, после предварительного стука в дверь, из которой не последовало ответа, я проскользнула в комнату Райана.

Лунный свет проникал через окно, окрашивая комнату в прохладный голубой оттенок. Я не стала включать свет, так как не собиралась задерживаться здесь надолго. Только на минутку, чтобы взять себя в руки.

Мои руки дрожали, и я чувствовала себя слишком теплой. В ярости, что Хлои не стать мной. Опять же, это была не моя кузина, о которой в настоящее время мои мысли кружились вокруг. И вокруг. И вокруг.

Черт побери, Сэм! Соберись, девочка!

Я ругала себя. Как это возможно, что Тони совершенно вывел меня из равновесия, когда я успешно вывела свое сердце из этой глупой игры?

Может быть, потому, что ты не была такой успешной?

Ну, спасибо, дорогое подсознание. Просто вдолби себе это в голову!

Я сделала глубокий выдох, понимая, что могу попасть в беду, если кто-то найдет меня здесь. Но куда я еще могла пойти? Домой, ко мне пришел ответ. Вдруг, мне захотелось уйти. Я устала. Прошлая неделя утомила меня больше, чем я была готова признать, особенно последние обвинения со стороны тети и дяди.

Каков бы ни был план Хлои, мне нужно поговорить с Пэм и расставить вещи по местам. Или я не смогу приятно провести и половину времени в их доме в течение следующих четырех месяцев. Но теперь, попасть свою комнату и залезть под мое одеяло было все, по чему я скучала.

Готовая идти, я окинула комнату одним последним взглядом, и остановила его на футболке Тони которая по-прежнему лежала на кровати, где я ее оставила, ранее. Может быть, сейчас было самое время отдать её ему. И уйти.

Или уйти… и отдать её позже.

Я взяла футболку и тихо закрыла за собой дверь. С сердцем, тяжелым, как скала, я спустилась по лестнице, музыка становилась все громче, когда я опустила взгляд, сосредоточиваясь на каждом медленном шаге.

Хлоя была где-то в толпе. Она, конечно, веселилась. Ник, и также Симона и Алли. Сьюзен, может быть не так сильно, с костылями. Но Райан, конечно, хорошо проводил время в саду с Лизой. Почему я была единственной, кто чувствовал себя подавленно? Почему мучительная грусть причиняла боль моей груди, в то время как всем остальным было весело? Это было больше, чем несправедливо.

В нескольких шагах от нижней площадки, я подняла взгляд с моих ног. И там стоял мой ответ. Спина прижата к стене, руки сложены на груди. Одна нога под углом и подошва его ботинок прижималась к стене. Он опустил подбородок вниз, белокурые пряди его волос падали вперед на глаза, когда он наклонил голову набок и посмотрел на меня.

— Тони, — сказала я, удивленная, делая еще один шаг вниз. Затем я заколебалась.

— Ты не даешь мне шанса, достать тебя сегодня вечером.

— Я не знала, что ты пытался.

— Лгунья, — его голос звучал слишком мягко.

Я открыла рот, чтобы возразить, но ничего не вышло. Поэтому я тут же закрыла его снова.

— Я думаю, ты поднялась наверх по какой-то причине. Не так ли? — Тони отодвинулся от стены, поднимаясь по лестнице ко мне.

Я не могла говорить с ним прямо сейчас. Не тогда, когда мой разум крутится как сумасшедший от… ну, от всего, что произошло за последние несколько недель. Пытаясь сбежать, я обошла его, целясь на нижнюю ступеньку, чтобы начать с нее, а затем спустится. Но я не добралась и до половины.

Тони поднял руки, хватаясь за поручень одной рукой и ложа другую на стену, так что он встал, разбросав руки, на один шаг подо мной, успешно останов мой побег.

Сумасшедшая вещь, то, что теперь мы стояли на уровне глаз друг другa.

— Не так ли, Сэм? — повторил он медленно.

— Я… Я ходила взять твою футболку. Она была в комнате Райана, — я заикалась, делая шаг назад, и схватилась за его футболку сильнее.

Тони пошел за мной.

— О, нет, — он почти усмехался. — Я думаю, ты пряталась от меня.

— Пряталась? — мои глаза расширились; не от смущения, не от его неверного вывода, а потому что он попал точно в цель.

— Да. Пряталась. Ты пыталась избегать меня, Саманта?

Черт, он мог перестать говорить мое имя так чувственно? Это заставило дрожать мои колени.

— Я просто не думаю, что тебе нужно что-то говорить.

— Точно, — теперь он смеялся… мучительный звук. — Все уже было сказано, не так ли?

Для меня, это было правдой.

— Похоже на то. Теперь, если ты не возражаешь, я бы хотела взять свои вещи и пойти домой. — Черт. Получилось хрипло.

— Ты хочешь уйти? — Тони наклонил голову, но его руки остались там, где были. — Так рано? Больше никаких танцев с Ником сегодня вечером?

— Между мной и Ником Фредериксоном ничего нет, — выстрелила я снова, прежде чем смогла даже подумать об этом.

— Я знаю, что между вами ничего нет.

— Правда?

— Да. Фредериксон — один из моих ближайших друзей, — отметил он, фыркнув, как будто не понимая, как я могла упустить очевидное. — В нынешней ситуации он бы никогда не ухаживал за тобой.

Нынешняя ситуация. Точно. Что это было снова?

— Это приводит нас только к одному выводу, — продолжил он.

И к какому?

Тони прищурился.

— Ты пытаешься заставить меня ревновать, Сэм?

О, нет!

— Не намеренно…

В любом случае.

— Но если это произошло… — я скривилась. — Сработало?

— Ну, то… — Тони отрезал недоверчивый взгляд в потолок, покачал головой и улыбнулся. — Больно.

— Ох. Мне жаль слышать это.

Улыбка оставалась на его губах.

— В самом деле?

Нет. На самом деле, мое сердце сделало двойное сальто назад на его признание. Но это был мой секрет.

— Я не хочу быть болью для тебя.

Черты его лица стали суровыми и очень серьезными.

— Дело в том, что я чувствую себя ужасно, когда ты не со мной.

Черт возьми, неужели он только что сказал это? Вслух?

Тони забрал руки от поручня и стены, засунув их в карманы. Я могла бы свободно пройти, если захочу. Он дал мне выбор.

Я решила остаться. Пока.

Но я сложила руки на моей груди, по-прежнему сжимая его рубашку, и пристально смотрела на него, с сжатыми губами. Затем наклонила голову.

— Ты говоришь это сейчас. Но никто не знает, когда ты собираешься изменить свое мнение. Ты целуешь меня. Ты ненавидишь его. Ты поцелуешь меня еще раз. Ты пожалеешь об этом, потому что влюблен в Лизу. Что дальше? Ты целуешь меня, а затем бросишься из класса, потому что не можешь смотреть на меня больше?

Его брови сдвинулись в глубокую, обвиняющую V.

— Я не сожалел о поцелуе. И определенно не ненавидел его. На самом деле, мысли о том, чтобы целовать тебя сводят меня с ума эти дни, — его вздох был моим концом. — Я не могу остановиться.

— Честно говоря, Тони, я не понимаю, чего ты от меня хочешь. Тебе нравится целовать меня, отлично, но ты сказал мне, что не больше. — Я сильно ткнула его в грудь пальцем, борясь с моим растущим разочарованием и слабостью. — Мне надоело твое дерьмо, Ты сказал, что любил тусоваться со мной. Ладно, давай сделаем это. — Я говорила себе в ярости, все громче и громче, фокусируюсь на недовольном виде Тони.

Почему-то это заставило его улыбнуться, что возмутило меня еще больше.

— Но я не думаю, что могу больше делать даже это, — зарычала я, — потому, что каждый раз, когда я с тобой, ты заставляешь мой разум кружиться, и, кажется, что я теряю землю и… и… — Черт! Откуда это взялось?

— Ох, заткнись уже, Банджи, — Тони схватил мои щеки и наклонился вперед, прижавшись своими губами к моим.

Его мягкость застала меня врасплох. У меня перехватило дыхание. С широко открытыми глазами, я увидела, что он закрыл свои, изливая свое сердце в поцелуй. Зрелище потрясло меня. Он был свободен. Свободен для меня, нет ни одной мысли о другой девушке в его голове. Он посвятил себя мне.

Мне одной.

Его футболка выскользнула с моего кулака и упала на лестницу. Я протянула руку и сжала пальцы вокруг его запястья, закрывая глаза и погружаясь в его соблазнительный поцелуй.

Тони отступил назад на крошечный дюйм и посмотрел мне прямо в глаза.

— Я. Никогда. Не пожалею об этом, — выдохнул он

О, черт, он искушал меня так сильно, чтобы поверить ему. Я хотела упасть на него, обнял и никогда не отпускать. Но я не могла этого сделать. Вместо этого, я предупредила его шепотом.

— Тебе лучше не стоит, Энтони Митчелл, потому что я не одна из твоих игрушек, с которыми ты играешь, когда тебе скучно.

Он погладил пальцами вдоль моей скулы.

— Ты только что стала моей единственной игрушкой, Сэм.

А затем его губы снова были на моих. Своим языком он очертил линию моей нижней губы, укусил ее нежно, потом взял в рот и нежно сосал. Вкус вишневой колы взорвался во рту. Поцелуй усилился, заставляя мой ум выйти из-под контроля, когда наши языки соприкасались. Сначала потихоньку, а потом Тони стал смелее, делая то, что он действительно хотел.

Он кружил своим языком вокруг моего, исследуя мой рот, пока я думала, что плыла в двух метрах над землей. Я больше не слышала ни музыки, ни шума вечеринки. Я потерялась в нем.

Где его теплая рука касалась моей щеки, прохладное место осталось, когда он потянул ее прочь и сунул пальцы в свои волосы, держа нежно, но крепко мою шею. Он дернул меня жестче к себе.

Я отпустила его голову, потянула руки вперед, поглаживая гладкую кожу его щеки. Чувствуя, как мышцы работать в его челюсти, когда он жестко поцеловал меня.

Тони погладил костяшками пальцев по моей челюсти и ласкал дальше, вниз по шее, щекоча там мою кожу и заставляя гореть от его прикосновения. Он завел руку к моей спине, скользя между толстовкой и топом, и мягко потянул меня к себе. Когда его теплые пальцы растопырились на пояснице, касаясь обнаженной кожи там, это вызвало дрожь в затылке, которая побежал всю дорогу вниз, до самых кончиков пальцев.

Мои руки скользили по его груди. Я могла чувствовать биение его сердца. Оно колотилось так же быстро, как мое.

Ошеломленная и задыхающаяся, я прервала поцелуй, но как только я это сделала, заметила его счастливые глаза на мне. Улыбка растянулась в уголках моего рта. Тони убрал челку с моего лица и прижал ладонь к моей щеке. Когда он наклонился, я подумала, что он собирается поцеловать меня снова. Но вместо этого он поместил нежный поцелуй, прямо под ухом, прошептал:

— Ты в игре?

— В игре для чего?

— Для девушки… — произнес он протяжно.

Глава 21

Мое сердце всколыхнулось. Тони хотел, чтобы я стала его девушкой. Он попросил меня быть ей. Как я могла не сказать да?

Я усмехнулась, прижимаясь своей щекой к его.

— Только если я могу оставить твою футболку.

Тони отпустил меня, нагнулся и поднял её. Затем он протянул её мне с дразнящей улыбкой.

— В любом случае, на тебе она смотрится лучше.

Когда я взяла футболку, он взял меня за руку, легко переплетая наши пальцы.

— Должны ли мы вернуться вниз? Как ты думаешь?

— Думаю, я хочу сейчас вишневую колу.

Тони засмеялся.

— Хорошо, пойдем, достанем её тебе, — он развернулся и потянул меня за ним вниз по лестнице.

Только тогда я вспомнила, что мы были не одни. Народ до сих пор двигался, танцевал или просто общался. Только несколько ребят стояли около стены с другой стороны зала, их знакомые лица повернулись в нашу сторону, все уставились на нас.

— Похоже, у нас есть зрители, — сказал Тони через плечо, видимо заметив их в это же время.

Мои щеки покраснели.

— По крайней мере, они выглядят так, как будто им нравится шоу.

Лиза прижала ладони к лицу и мило прищурилась. Хантер подмигнул мне, затем показал большие пальцы Тони. Алекс Уинтер прошептал что-то с глупой улыбкой Симоне, и Сьюзен перекинула руки через Ника, который выглядел довольным, как и остальные.

Тони сжал мою руку.

— Ах, да, они так долго этого ждали.

Я широко улыбнулась им, когда Тони не смотрел.

Но не далеко от наших друзей я заметила другую пару глаз, сосредоточенных на нас. Ревнивых глаз. От взгляда пьяной кузины мои плечи поникли.

Хлоя с трудом подошла к нам, как только мы достигли последней ступеньки. Когда Тони впервые её увидел, я почувствовала, как он напрягся от шока.

— Черт, Саммерс, что случилось с твоими волосами?

Она медленно превращается в меня, хотела сказать я, но не стала.

Хлоя стиснула зубы, отвечая ему со смертельным взглядом. Она повернулась ко мне.

— Разве вы не милая пара? — Саркастическая сладость сочилась из её голоса.

— Обломись, Хло, — резко ответила я. — Это не твое дело. — Черт возьми, в этих туфлях, она была такой же высокой, как и Тони, и я должна была наклонить голову назад, чтобы посмотреть ей в лицо.

— Это моё чертово дело, когда этот придурок приходит ко мне домой и трахает мою глупую маленькую кузину.

Моя челюсть отвисла. Что заставило ее сказать это?

Но очевидно, она еще не закончила. Сложив руки под грудью, она посмотрела вниз на меня, слегка наклонившись назад и отображая отвращение.

— Я надеюсь, тебе он понравится. Скудные навыки, к сожалению. Но тогда и ты одна из тех, которых легко удовлетворять, не так ли? Не предъявляешь высокие требования кому-то, пока они позволяют тебе следовать за ними по пятам, как глухому щенку. Ты такая жалкая, маленькая кузина. — Ее голос стал низким и холодным. — Но я думаю, что это делает вас идеальной парой.

Ужас охватил мое горло. Мне пришлось тяжело сглотнуть, прежде чем я могла что-либо сказать. Я говорила, и это было достаточно громко, чтобы остальные в комнате услышали.

— Почему ты такое дерьмо, Хлоя? Что я тебе такого сделала, что ты рушишь каждый мой счастливый момент? Вероятно, вы даже не понимаешь, что ревность показывает твою уродливую сторону? Почему ты не можешь убраться, черт возьми, из моей жизни? — я шагнула вперед и добавила смертельным голосом. — И что ты знаешь о навыках Тони? Ты нев…

— Сэм! — Рука Тони достаточно плотно сжалась вокруг моей, чтобы перекрыть приток крови к пальцам. Он оттащил меня назад. Я посмотрела на него через плечо. Его взгляд острый, он беззвучно шевельнул губами. — Ты же обещала.

— Но…

— Нет, Сэм, — он ослабил хватку на моей руке, но не отпустил. — Она не стоит этого.

Прошла секунда. Я не могла понять, почему он не позволил мне защитить его честь. Но, в конце концов, это не имело значения.

— Ты прав, — сказала я, отворачиваясь от Хлои к нему. — Давай уйдем отсюда.

Я потащила его за собой, и мы направились на улицу.

Тяжелая дверь захлопнулась за нами, превращая музыку в унылый шум. Прохладный ветер развивал мои волосы, когда мы спускались вниз по улице.

Наконец отпустив Тони, я подняла руки к голове, закрывая лицо. Тысячи звезд сияли на небе. Тишина успокаивала. Я вздохнула.

Нежная рука коснулась моих плеч и прижала меня к груди. От того, что я находилась так близко к Тони, волоски на моей шее встали дыбом.

Мягким голосом он сказал мне на ушко:

— Я сожалею о той чепухе, что она выбросила на тебя.

— Она еще не бросила тебя, — промямлила я в его рубашку.

— Очевидно, что нет.

— Это странно, я чувствую жалость к ней, независимо от того, как некрасиво она вела себя там с нами.

— Ничуть. Она может сделать волосы как у тебя, если захочет. Твое сострадание будет самым большим различием между вами двумя.

Я обняла его за талию, наслаждаясь его ласками на моей шее.

— Так, ты тоже так думаешь. Она пытается копировать меня, да?

— Хмм…

— Но почему? Она ненавидит меня, — заскулила я.

— Может быть. Но она также обожает тебя, думаю я. Знаешь ли ты, что подражание — высшая форма лести?

Теперь я наклонила голову назад и взглянула на него скептически.

— Откуда ты взял это?

Тони усмехнулся, расслабляя мою напряженность внутри.

— Информация. Я треккер (поклонники научно-фантастической вселенной «Звездный путь»)

Он был треккером? Осознавая, как мало я знала о нем, обняла его крепче.

— Так тебе нравится "Звездный путь"… что еще?

Он посмотрел вверх на звезды, размышляя.

— Там будут сырные крекеры и майонез для всех. Дельфины. И видео игры. — Он посмотрел на меня снова, с ухмылкой. — И потом, я люблю тебя в том горячем черном топе, который на тебе прямо сейчас.

Это заставило меня засмеяться.

Мы ушли, рука об руку. Добравшись до машины Тони, или вернее его матери, он сказал

— Хочешь, чтобы я подвез тебя?

— Гм, нет, спасибо. Думаю, что я сегодня прогуляюсь, — мне нужно было успокоиться, прежде чем вернуть домой к тете.

Тони надулся. Он выглядел так сладко, что мне захотелось поцеловать его в кончик носа за это.

— Но если ты хочешь, — добавила я низким, обнадеживающим голосом, — то можешь проводить меня домой.

Его надутые губы исчезли, и уголки губ поднялись вверх. Ах, да, он хотел.

Я шла медленно, потому что не хотела быстро добраться к дому моей тети. Мы шли с Тони в темноте легкой танцующей походкой. Он размахивал нашими руками взад и вперед, поглаживая большим пальцем через мои кулаки. Мы не говорили много первое время, что было досадно, потому что единственное, чего мне не хватало, чтобы этот момент был идеальным — звук его голоса и смех.

Мысль об этом заставила меня вспомнить прошлое воскресенье, когда он взял меня в дом своей тети. День с ним и лошадьми был одним из самых лучших в моей жизни. С воспоминаниями также пришел образ картины, на которой он нарисовал меня во второй половине дня. Той, которую я уничтожила.

— Прости, что разорвала в клочья твои рисунки, — я сказала тихо.

Тони посмотрел на меня боком.

— Почему?

— Потому что я думала, что ненавижу тебя.

— Ты думала?

— Ага, ну… — я подняла наши соединенные руки перед его глазами, — очевидно, это не было правдой.

Он улыбнулся.

— Не волнуйся, Пружинка. У меня есть еще один или два рисунка тебя.

Мои плечи опустились.

— Ведьма?

— Нет, не ведьма, — посмотрел он вдаль, нахмурившись, — этот я сжег на днях.

— Правда? — это было новостью для меня, хорошей новостью, — тогда что?

— Хах, не скажу.

— О, пожалуйста, — умоляла я, танцуя в нескольких шагах перед ним, шагая задом наперед, — когда ты нарисовал меня?

Тони улыбнулся, притянул меня к себе и обнял за плечи, не отпуская мою руку, поэтому моя левая рука висела по диагонали моей груди.

— Первый я нарисовал после твоей первой тренировки с группой поддержки.

Я нахмурила свой лоб, думая.

— Это было во…

— Вторник. Твой второй день в школе.

Информация крутилась в моей голове, и я остановилась, как вкопанная. Его рука опустилась с моего плеча.

— Это было перед тем, как Мисс Джексон дала нам отдельную домашнюю работу? — я повернулась к нему лицом, — почему ты рисовал меня тогда? И что ты рисовал?

Хитрая улыбка показалась на его лице.

— Нет, Саммерс. Ты не заставишь меня сказать это прямо сейчас.

— Райан сказал, это выглядело достаточно классно, — пробормотала я, вспоминая, как он нашел меня под деревом в слезах.

— Да, на самом деле, он был единственным, кто видел их. Или один из них.

— Ты покажешь их мне? — умоляла я, когда меня буквально сживало любопытство.

Он рассмеялся, очевидно, чувствуя себя немного неловко.

— Может быть. Однажды.

Хорошо, это было не "нет", так что для этого потребуется немного больше убеждения. И у меня будет огромное количество времени для этого… сейчас, когда он мой парень. О, мой Бог, это слово в сочетании с Тони, заставило миллионы крошечных, возбужденных бабочек вспыхнуть в моем животе.

Тони потянул меня, спрашивая:

— Почему ты всегда носишь камуфляжные штаны?

Я знала, что он сменил тему, чтобы я больше не спрашивала про рисунки.

И я позволила ему сделать это.

— Почему нет? Они мне нравятся. И ты никогда не знаешь, когда они могут тебе пригодиться.

Он поднял брови, отпустил подбородок и посмотрел сомнительным взглядом.

— Пригодиться? — повторил он решительно.

— Ага. Смотри, если мне когда-нибудь надо будет спрятаться от кого-то… — в целях демонстрации я отпустила его руку, прыгнула в один из кустов чьего-то двора и развела руки в глупой "позе та-да", — и никто не сможет меня увидеть. Вот и всё. Я куст.

Смех тони заставил моё сердце сжаться.

— Иди сюда, Куст, — он взял меня за руку и резко потянул меня из куста к его груди. Смотря на меня сверху вниз, он достал веточку и несколько листьев из моих волос, а затем заправил прядь мне за ухо, — ты же знаешь, что сумасшедшая, верно?

Я улыбнулась ему.

В то же время, его мобильник раздался из его кармана. Он вытащил его, изучил дисплей и набрал сообщение.

— Кто тебе пишет? — спросила я.

— Хантер хочет знать, где я, — закончив, он снова переплел наши пальцы и мы продолжили идти. Но через несколько секунд пришло еще сообщение, — он просит меня придти в его дом на пляже завтра днем. Большинство ребят из команды будут там.

Приглашение? От меня не ускользнуло то, что мой телефон не жужжал от сообщения. Я хотела надуться, но не стала. Вместо этого я наградила Тони милым взглядом.

— Могу я пойти с тобой?

— Нет, ты слишком сумасшедшая, Куст.

Игриво он спрятал меня под его рукой.

Выпрямив плечи, я посмотрела в его насмешливые глаза.

— Я могу быть нормальной.

— О, правда? Я умираю от желания увидеть это.

С недовольной гримасой я показала ему язык.

— Расслабься, Пружинка, — усмехнулся Тони, — на самом деле Хантер сказал "Возьми Сэм", — он дразнил меня, закатив глаза.

Глупая улыбка на моём лице становилась все шире и шире.

— Дай мне свой номер телефона, — потребовал он, — я позвоню тебе перед тем, как забрать.

Мы подошли к моему дому, и я села на бордюр тротуара, диктуя номера, пока он их вбивал. Тони опустился рядом со мной, вытягивая ноги на улицу. Они были на много длиннее моих.

— Мой папа говорит, что есть шанс, что я вырасту еще немного до восемнадцати лет, — почему-то сказала я Тони. Возможно, я хотела защитить свой рост перед ним.

— Это круто, но ты мне нравишься такой, какая есть.

Он сказал это так рассеяно, так естественно, что это звучало намного правдивее всего, что я слышала от него ранее. У меня отвисла челюсть, но он этого не заметил, так как до сих пор был занят с его телефоном.

В следующее мгновение мой телефон зазвонил в кармане. Я достала его.

— Это ты мне звонишь?

Тони отключился до того, как я могла бы ответить на его звонок.

— Да.

— Зачем?

— Теперь у тебя тоже есть мой номер. И если тебе позже будет скучно одной в твоей комнате, можешь написать мне.

Он подмигнул мне, взбурлив мою кровь. Писать смс Тони. Это как писать ему по почте, только лучше. И мне очень понравилось читать электронные письма, которые он присылал мне на днях.

Предвкушение расползлось приятным чувством в моей груди. Я постаралась скрыть это от него, потому что чувствовала себя немного глупо из-за этого. Пальцем я очертила контур одной из дыр на его джинсах.

— Так ты ждешь, что позже я отправлю тебе сообщение?

— Нет, — его ответ получился ровным и безэмоциональным, но в следующий момент в его глаза появился озорной блеск, — но я надеюсь, ты это сделаешь.

О, он мог бы получить его. Теперь я не могла дождаться, когда войду внутрь и подумаю о милом сообщении с пожеланием доброй ночи, которое отправлю ему.

— Будь осторожна, — прорычал он с усмешкой, кивая на мою руку на его бедре, которая до сих пор играла со свободными нитками.

— Почему?

— Ребенок, больше чем ты, затерялся в этой дыре.

Он заставил меня смеяться. Когда я не убрала свою руку, он вдруг дернулся ко мне и издал рычащий звук, как будто он был волком, и хлопнул меня по руке.

Он меня ужасно шокировал. Я вздрогнула, а затем засмеялась, по-настоящему рассмеялась, до слез.

Уставившись на меня, зачарованно, он ждал, пока я успокоюсь. Я вытерла глаза тыльной стороной ладони.

— О нет, я снова заставил тебя плакать, — сказал он, поднимая мой подбородок своим кулаком и лаская большим пальцем мою губу, улыбаясь.

— Ага, но суть в том, являются ли слезы хорошими или плохими? Ты можешь заставлять меня плакать как сейчас в любое время, когда захочешь.

Легкий ветерок пронесся около нас. Я застегнула свою кофту, немного дрожа. Тони был одет только в рубашку с короткими рукавами и совсем не выглядел замерзшим. Но моя дрожь не осталась незамеченной. Он встал с бетона, взял за руку и поднял меня тоже.

— Уже поздно и ты замерзла. Тебе уже лучше пойти внутрь.

Я кивнула.

— Ты собираешься вернуться на вечеринку?

— Неа. Только вернусь, чтобы забрать мою машину, — он окутал меня в крепкие объятия, держа мои руки между его и моей грудью. Тепло от его рук проникало через ткань моей кофты, но все равно дрожь усилилась. Доже мои губы дрожали, когда Тони легко поцеловал в них.

— Ледяная девушка, — жаловался он с усмешкой, — тогда никакого поцелуя на ночь, — отпуская, он проводил меня по подъездной дорожке, но остановился перед лестницей, ведущей к двери. — Увидимся завтра.

— Да.

Завтра. Я улыбалась.

Молча, я вошла и на цыпочках поднялась наверх.

Принимая душ перед сном, я думала о том, как звучит смех Тони и от этого у меня кружилась голова. Потерянная в своих мыслях, я забыла о времени и простояла под теплым душем почти полчаса. Он должен быть уже дома. Надеюсь, он еще не лег спать, я до сих пор хотела послать ему милое сообщение. Только вот, что я должна написать?

Когда я вернулась в комнату, проблема была решена. Он уже написал мне смс, пока я была в ванной.

ЕСЛИ ТЫ ЕЩЕ НЕ СПИШЬ, ПРОВЕРЬ СВОЮ ПОЧТУ. НЕ НА ТЕЛЕФОНЕ. СДЕЛАЙ ЭТО НА СВОЕМ КОМПЬЮТЕРЕ.

Мое сердце подскочило к горлу. Другое письмо? Что он не мог сказать мне в коротком сообщении? И почему я не могу посмотреть это на моем смартфоне? О, этот парень заставляет меня напрячься. Я бросилась к своему столу и загрузила ноутбук.

Нервничая, я дважды набрала неправильный пароль.

Когда я, наконец, получила доступ к моему почтовому ящику, меня дожидалось одно письмо.

___________________________

От:

Энтони Дж. Митчелл

Кому:

Саманта Саммерс

Дата:

Суббота, 17 ноября 2013 23:57

Тема:

Зачем ждать?

7 вложений (12.27 МВ)

Сэм… я знаю, что сказал однажды, но этот вечер так же подходит, как другой, я думаю. Здесь рисунки. Мне жаль, что ты видела самый уродливый из них на прошлой неделе. Т.

Я взглянула на картинки в слайд-шоу для просмотра, но после третьего я открыла их полностью, один за другим. Мой рот открылся, а глаза расширились. Все семь файлов были отсканированными карандашными рисунками меня в разных позах, которых я была в течение последних нескольких недель. Он проставил везде дату и подписал их своим отличительным Т.

На первом рисунке я делала растяжку перед деревом. Волосы попадали на глаза, так как я наклонилась, чтобы взяться за лодыжку и приклонить голову к моему колену. Он нарисовал меня такой, что я выглядела немного стыдливо… как будто была поймана за подсматриванием за ним. Черт, он нарисовал это по памяти? Я не могла в это поверить. Так много мелких деталей. Это было безупречно. И так красиво.

Я перешла к следующему рисунку. Он был датирован 11/8/13. Двумя днями позже. На этом я сидела за столом в кафе и сосала леденец. Этот рисунок заставил меня хихикать.

Следующий был от 11/9/13. Я сидела на корточках под деревом, руки сложены на согнутых коленях и лицо закрыто руками.

11/11/13. Я сидела на корточках перед костром, грея руки перед огнем. И я была одета в черную толстовку Тони.

11/12/13 он нарисовал два рисунка. На одном, я стояла перед сказочным лесом, сгорбившись, дождь лил на мою голову. Я улыбалась ему. На другом рисунке — о, черт побери — я танцевала.

Все рисунки были великолепны. Но последний удивил меня больше всех. Это был точно такой же рисунок, который он рисовал на уроке АВЭ, который я разорвала перед тем, как вернуть его отправителю. Тони продублировал его — в прошлую среду. В день, когда я вернула ему его толстовку.

Откинувшись в кресле, я переплела пальцы за головой и изучала экран, как мне показалось, вечность. Рисунки поплыли перед моими глазами. То, что я увидела в своей голове тогда, было то, как он смотрел на меня во время этого урока. Как он смотрел на меня в туалете сегодня, когда он не хотел, чтобы я уходила. И как он смотрел на лестнице в доме Райана Хантера сегодня вечером, незадолго до того, как поцеловал меня. О-О, он мог заставить девушку мечтать.

Сделав глубокий, счастливый вздох, я улыбнулась себе, и затем набрала ответ для Тони.

___________________________

От:

Саманта Саммерс

Кому:

Энтони Дж. Митчелл

Дата:

Воскресенье, 18 ноября 2013 00:41

Тема: Я не могу поверить, что ты сделал это! Дорогой сумасшедший сталкер! Рисунки красивые. Спасибо, что показал их мне. Увидимся завтра — ) Сэм

Ему понадобилось сорок секунд, чтобы ответить.

___________________________

От:

Энтони Дж. Митчелл

Кому:

Саманта Саммерс

Дата:

Воскресенье, 18 ноября 2013 00:42

Тема: Я не могу поверить, что ты сделала это! Я с нетерпением жду встречи. И я тоже закрыл свой ноутбук, выключил свет, и забрался в кровать, улыбаясь, как Чеширский кот.

Глава 22

— Мама! Папа! Быстрее! Что-то не так с Самантой!

Эм… Что? Что-то не так со мной? Я заставила себя открыть глаза и застонала. Яркий свет ослепил меня. Черт, который час?

Перевернув голову набок, я заслонила мои глаза руками, бороться против смертоносной головной боли. Слишком мало сна. Смутно, я заметила, что моего одеяла не было.

Обеспокоенные голоса доносились снизу, затем поспешные шаги стали ближе. Я отбросила руку от лица, несколько раз моргнула, пытаясь сфокусироваться. Свет в комнате и в коридоре был включен. За окном была темнота. Я знала, что не могла спать больше часа или двух.

— Боже мой! — рявкнул глубокий мужской голос.

Не представляя, почему три человека внезапно оказались в моей комнате, я села в кровати, массируя место между глазами.

— Что происходит? — пробормотала я. — В доме пожар?

— Сэм! О, Боже!

Одетая в светло-голубой халат, тетя упала на колени перед моей кроватью, нажимая ладонью на мой лоб, а затем на мои щеки, плечи, и предплечья.

— Ты в порядке?

Я подтянула ноги к груди.

— Да. Конечно.

Просто смертельно устала и смущена, как ад.

— Почему все так расстроены?

Внезапно глаза Памелы стали столь же широкими как ее фарфоровые блюдца. Она отклонилась подальше, но крепко держала меня за плечи.

— Саманта… ты пила?

Что это за глупое изменение темы? Я, нахмурившись, глядела на нее.

— Нет.

Тогда я мельком увидела позади нее дядю, поднимающего мое рабочее кресло с пола. Оно упало? Как странно. И не только мой стул. Двери моего гардероба были распахнуты настежь, одежда валялись на полу, и — черт!

Мой ноутбук лежит открытый и перевернутый рядом со столом, вокруг куски разбитого экрана.

— Было землетрясение?

— Если бы только! — огрызнулся Джек. Он стоял передо мной босиком в длинных фланелевых штанах, грудь обнажена. В каждой руке он держал бутылку для показа. Одна пустая, другая содержит небольшое количество — чего? Я читаю квадратную черную марку. Скотч?

— Когда ты выпила их? — требовал мой дядя, повышая голос с каждым словом.

Сбившись с толку, я подняла свои брови.

— Я не пила их.

— Не ври, Саманта. Это бутылки, которые пропали с нашего склада, — гремел он, — когда, черт возьми, ты выпила их?

— Джек! — Памела крикнула, шокированная, и обернулась к нему. Она, конечно, не ругала своего мужа так. Никто.

Во рту пересохло. В голове все плыло.

— Я не брала их. И не пила. Клянусь.

— Ты клянешься? Ты пахнешь, как пивоварный завод, и ты честно уверяешь меня поверить тебе?

Я пахну, как что? Дерьмо. Как только он сказал это, я почувствовала тяжелый запах алкоголя в комнате. Но откуда он появился, я не могу сказать. Я открывала и закрывала свой рот несколько минут. Звук не выходил из меня. Это было очень странно. Я не пила алкоголь на вечеринке. Что сейчас происходит в мире?!

Затем мой взгляд упал на Хлою. На ней была пижама и ее волосы были в беспорядке от сна, так что она, должно быть, пришла домой, некоторое время назад. Она стояла позади своего отца и сделала испуганное лицо.

С трудом сглотнув, я вновь пыталась вернуть мой голос.

— Так или иначе, почему вы все в моей комнате? И который час?

— Сейчас три утра, Сэмми, — ответила моя тетя.

Но муж отверг ее своим сердитым криком.

— Мы пришли сюда, потому что ты напугала Хлою. Она услышала шум в твоей комнате и пришла, чтобы проверить тебя. Потом она нашла тебя в этом хаосе!

Хлоя цеплялась за руку отца, ее глаза на мне. Она фактически дрожала.

— Ты кричала. Я думала, ты дралась с кем-то. Потом я услышала грохот и пришла в твою комнату, однако там никого не было, а ты лежала на кровати. Я не могла разбудить тебя. Я была так напугана.

Если это было только шоу, то она чертовски хорошая актриса. Но я не поверила ни одному слову.

— Ради всего святого, о чем ты говоришь? — кричала я. — Я пришла домой до полуночи и легла спать на час позже. Все было прямо в то время. Я не пила на вечеринке или после нее, и я уверена, что не мусорила так в своей комнате!

— В этом и проблема с выпивкой, — воскликнул Джек. — Ты не хозяин себе больше. Ты не знаешь, что делаешь в этом состоянии.

— А вы не знаете, о чем говорите! — Я потерла виски, пытаясь сосредоточиться. Неужели они все сошли с ума?

— Я узнаю пьяного подростка, когда вижу его. И так как ты поймана, можешь отдать другие вещи, которые ты украла у своей тети и у меня.

— Что? — крикнула я на него, распрямляя спину и вытягивая ноги подо мной. Меня трясло от холода и ужаса.

— Ты знаешь, что я имею в виду! Мои часы. Двести долларов из кошелька Памелы. — Он убрал руку от Хлои и начал открывать ящики моего стола, один за другим.

— Где они?

— Джек, я прошу тебя, — заныла моя тетя, подходя к нему и мягко дергая его за руку. — Это просто большое недоразумение. Сэм никогда не украла бы у нас.

— Ведь так?

ВЕДЬ ТАК?

— А как, черт возьми, ты называешь это, Пэм? — он сунул две блестящих сотни, которые только что вытащил из моего нижнего ящика, перед ее лицом.

Я сглотнула.

Все повернулись ко мне.

— Я не оставляла их там, — прошептала я. — Я не брала их.

Мой полный мольбы взгляд нашел глаза Пэм.

— Пожалуйста, поверьте мне, тетя Пэм. Я не крала ваши деньги.

— Сэм… — ее голос прервался.

— Теперь ты видишь, что она оказывает плохое влияние на нашу дочь? — прошипел Джек Памеле. — Мы никогда не должны были соглашаться принять ее. Иди и позвони Миранде. Скажи ей, что мы отправляем Саманту домой на первом же рейсе, который можем получить.

— Что?!

Он выгонял меня? О, боже мой. Почему? Что я сделала? Это была ошибка — не моя вина. Разве он не видит это? Он не может отправить меня домой.

Мое сердце чуть не выдало меня. Я не хотела уезжать.

— Джек, я не знаю, — моя тетя прохрипела, когда оторвала взгляд от меня, держа мужа за руку. — Может быть, это просто… я не знаю. — Она закрыла рукой рот, больно взглянув на меня и обратно на Джека. — Мы должны спуститься вниз и поговорить об этом. Может быть, этому есть объяснение. Может быть, у Сэм просто проблемы. — Она снова повернулась ко мне. — Есть ли у тебя проблемы, Сэм? Ты хочешь поговорить о чем-нибудь? Может быть, я… я не прислушивалась достаточно внимательно? Пожалуйста, расскажите мне, что случилось.

— Ничего не случилось. Я клянусь, это не я. — Стоя на коленях на кровати, я обернула руки вокруг себя, но это не принесло утешения. Слезы забили горло.

— Это не твоя работа, растить эту девочку, Пэм. Если у нее есть проблемы… — он схватил почти пустую бутылку Скотча, держа ее перед ней, — и у нее определенно есть, тогда это обязанность ее родителей заботиться о ней. Иди и позвони Миранде. Сейчас же.

— Посредине ночи. По крайней мере, давай подождем до утра, чтобы поговорить с ними.

— Почему? До Египта полдня от нас. Ты доберешься к ним в обед.

Очевидно, Пэм хотела сказать больше, но через секунду она снова закрыла рот. Взглянув на меня печальным взглядом, она повернулась и вышла из комнаты, обрекая меня на погибель.

Джек обнял Хлои плечи потом.

— Иди спать, дорогая. Все под контролем. Тебе не нужно больше беспокоиться. Мы позаботимся об этом. — Он поцеловал ее в лоб, и выпустил её. Держась за ручку, он взглянул на меня через комнату в последний раз. — Приберись здесь, а утром собирай свои вещи. Мы забронируем тебе билет домой как можно скорее.

Дверь захлопнулась.

Мой мир разрушился.

Я сидела на своей кровати в течение нескольких минут, глядя на закрытую дверь. Дышать было трудно. Из-за слез я ничего не видела. Мое тело дрожало.

Что мне сейчас делать?

Я медленно поднялась с матраса. Мои ноги были холодными. Я подошла к середине комнаты, обернулась, посмотрела на весь беспорядок на полу. Я почувствовала себя чужой в моей комнате. Кто мог это сделать?

Но я уже знала кто. И я знала также почему. Хлоя предупреждала меня, боже мой. И я не приняла ее всерьез. Наша ссора с ней вчера позволила ей ухватить за эту возможность. Теперь она помешала мне. Они выбросили меня из своего дома.

Я рыдала в ладони, мои гуды были влажными и на них ощущался привкус соли из-за слез.

На автопилоте я ходила по комнате и подобрала раскиданные вещи. В конце концов, мои руки были загружены, и я просто не знала, что делать дальше, поэтому я бросила одежду, снова, сев на край моей кровати. Бесконечное время, я смотрела вдаль. Наконец, я закрыла глаза, в надежде, что это был всего лишь плохой сон. Но когда я снова открыла их, хаос все еще был там. Ничего не изменилось.

Минуты тикали. Постепенно я вышла из шока. Моя паника нарастала.

Мама. Мне нужно было позвонить моей маме. Рассказать ей что случилось. Рассказать ей правду, потому что к этому времени, Джек определенно поговорил с моими родителями и подал им ложь обо мне пьющей и разносящей комнату.

Телефон! Телефон! Где мой телефон? Перемещая вещи с моей тумбочки и письменного стола, я безумно искала чертово устройство, но не могла найти нигде. Далее я вырыла себе дорогу сквозь одежду на полу, прощупывая внутри карманы моих штанов и толстовки. Ничего нет. Где еще он может быть? Я должна была поговорить с моей мамой!

Наконец, я перешла на сломанный ноутбук снова и нашла свой мобильный под ним. Я всегда отключала рингтон на ночь, так что ничего не слышала. Там было несколько пропущенных вызовов

Мои пальцы дрожали, когда я набрала маму в быстром наборе и прижала трубку к уху.

— Сэм? — моя мама расплакалась, ее голос напряжен от беспокойства. — Где ты была? Я пыталась дозвониться тебе последние полчаса.

— Извини, мама, — я всхлипнула, из-за чего поперхнулась своими слезами. Говорить было уже невозможно.

— Моя дорогая. Все в порядке, милая? Твой отец разговаривает с Джеком по телефону сейчас. Расскажи мне, что случилось?

Я рыдала и заскулила еще несколько раз, пока любящий тон моей матери, наконец, успокоил меня.

— Успокойся, дорогая, — сказала она мягко. — Сделай глубокий вдох. А теперь расскажи мне, что случилось.

— Я была на вечеринке прошлой ночью. Я не пила. Я пришла домой рано. — Фыркнув, я вытерла нос тыльной стороне моей ладони. — Затем они все прибежали в мою комнату и разбудили меня. В моей комнате беспорядок. Но я не делала этого. Я обещаю, мама. Пожалуйста, поверь мне! — Мой голос надломился. — Мне никто не верит. Они все думают, что я пьяна. И что я украла деньги и алкоголь у Джека и Пэм. — Новые, горячие слезы стекали вниз с моего лица.

— Шш, милая. Все хорошо. Мы найдем выход из ситуации и позаботимся об этом.

— Я знаю, что произошло. Хлоя ненавидит меня. Она предупредила меня днем ранее, что избавиться от меня. Я встречаюсь с этим парнем. Тони. Я рассказывала о нем. Мы вместе сейчас. И она ненавидит меня за это. И она ненавидит меня, потому что Пэм была мила со мной.

— Хлои? Ты не говорила, что у тебя были проблемы с ней?

— Потому что я не осознавала, что всё было так уж плохо. — Свернувшись калачиком на постели, я прижала мои ноги плотно к груди одной рукой, в то время как держала телефон возле уха другой рукой. Слезы падали на подушку. — Она ужасно относилась ко мне, с тех пор, как я приехала сюда.

— Так что, она ревнует?

— Да.

— Ты рассказывала об этом дяде и тете?

— Джек не хочет слышать. Он кричал на Пэм. Они не верят мне, — я всхлипывала, — мам, я не хочу возвращаться в Египет. Мне нравится здесь. У меня есть друзья. Пожалуйста. Я хочу остаться.

— Ох, моя малышка, — моя мама вздохнула. Я знала, что она чувствовала мою боль. — Я боюсь, что они не хотят нас слышать и увидеть реальную проблему, нет ничего, что мы можем сделать для этого. Джек рассказал твоему отцу, что он уже забронировал билет на завтра. Может быть, будет лучше, если ты приедешь домой сейчас, и мы подумаем об этом вместе.

О, Боже мой, нет!

Он уже купил билет? Так быстро? Я сжала губы вместе, сдерживая больше слез из моих закрытых глаз. Если бы мне пришлось вернуться в Египет, я бы не видела Тони больше трех месяцев. До тех пор, пока мы, наконец-то, не переехали бы в Штаты весной. Я не хочу быть без него так долго. Или без Сьюзен. Или Лизы, и Симоны, и Ника, и Райана.

— Я не хочу уезжать, — прошептала я, на пределе.

Моя мать сделала глубокий вдох.

— У тебя середина ночи. Иди спать, Сэмми. Отдохни. Я позвоню тебе еще раз утром. Затем мы найдем решение. Не беспокойтесь, моя дорогая.

Я не хотела идти спать. Но очень устала. И я уже не могла держать глаза открытыми. Поэтому я согласилась. Но мое сердце болело, и впервые в моей жизни я была так напугана

— Я люблю тебя, мама. Пожалуйста, верь мне.

— Я верю тебе, Сэмми. И я тоже тебя люблю. А сейчас иди спать. Я позвоню тебе утром.

Я прижимала телефон к уху, пока моя мама не отключилась, затем я позволила скользнуть ему сквозь пальцы. Он упал на подушку. Обнимая подогнутые ноги обеими руками, я плакала до тех пор, пока у меня не было больше слез. И, в конце концов, уснула.

* * *

— Сэм?

Нежный толчок разбудил меня. Я открыла глаза. Они были липкие и опухшие.

Пэм сидела у моей постели. Она гладила мои волосы, ее лицо с мягкими, но скорбными чертами.

— Как ты себя чувствуешь?

Я нарушила тишину.

— Ты хочешь спуститься вниз и позавтракать?

Я покачала головой.

— Мне принести что-нибудь сюда?

Я вновь покачала головой.

Моя тетя помолчала мгновение, ее пальцы пробегали мягко по лбу.

— Я так сожалею о прошлой ночи, и всех ужасных вещах, которые были сказаны, Сэмми. Но ты не должна была напиваться. Ты слишком молода.

— Я не пила.

Пэм вздохнула.

Я закрыла глаза.

— Ты не веришь мне.

— Сэм… ты должна была прийти ко мне, если у тебя были какие-то проблемы. Я знаю, что ты была расстроена из-за этого парня, но…

Сконцентрировавшись на ней, я прервала ее.

— Мы вместе.

Она склонила голову.

— В самом деле? Теперь это… хорошо.

— Хлои все еще увлечена им. Ты можешь представить, как она чувствует себя?

Я — хорошо…

Мой голос стал резче.

— Ты можешь представить себе, Пэм?

— Я думаю, это расстраивает её.

— Она ревнивая. Она ненавидит меня.

— Она, конечно, не ненавидит тебя. — Моя тетя, нахмурившись, посмотрел на меня, так будто она страдала от боли. — Вы — двоюродные сестры. Вы всегда так хорошо ладили вместе.

— Ты знаешь, что это изменилось. Ты видела это. Почему ты отрицаешь это сейчас?

Пэм взяла меня за руку и, держала ее на коленях.

— Не все ли равно?

Черт, конечно, не все равно. Я вырвала руку.

— Очевидно не для тебя. Или Джека. — Слезы снова жгли мои глаза снова, но я боролась, стараясь сохранить над ними контроль. По крайней мере, пока моя тетя была со мной. — Я лечу домой сегодня вечером?

Она медленно кивнула.

— Я не смогла отговорить Джека от бронирования на ближайший рейс.

— Когда?

— В десять часов. У тебя еще есть время, чтобы попрощаться с друзьями. Она помолчала, потом добавила: — Я сожалею.

— Да, Я тоже, — я закрыла свои глаза. Для меня этот разговор был окончен.

— Послушай, Сэм. Может быть, это лучший выбор. И ты приедешь сюда обратно в следующем году со своими родителями, возможно, ты и Хлоя начнете заново.

Конечно. Как будто я действительно хотела этого. Если бы я не была так близка к слезам, я бы рассмеялась. Когда я молчала в течение следующих нескольких минут, моя тетя, в конце концов, поняла, что больше не о чем говорить. Она погладила мои волосы в последний раз, затем матрас поднялся, когда она поднялась на ноги и молча вышла.

На низкий звук закрывающейся двери, я открыла глаза снова, пялясь в стену и пытаясь удержать слезы.

Мой мобильный телефон начал мигать на тумбочке. Звонок. Моя мама держит свое обещание. Я потянулась за телефоном и ответила.

— Мама?

— М… нет.

Дерьмо. Тони!

— Привет, — прохрипела я, борясь за ровный голос.

— Хей. Ты странно говоришь. — И он звучал встревожено.

— Я… это… — сделав глубокий вдох, я старалась взять себя в руки. Невозможно.

— Сэм? Что произошло?

— Они отправляют меня домой, — выдавила я, в конце концов.

— Что? Кто? Твоя семья? — казалось, что Тони хотел залезть в телефон, чтобы получить больше информации.

— Мой дядя. Хлоя обманула меня. Все разрушено. Я должна вернуться в Египет.

— Черт. Когда?!

Я боролась со слезами, но, в конце концов, проиграла эту битву.

— Сегодня вечером.

Глава 23

Я взглянула на свои часы. После того, как я сказала Тони, что случилось в моей комнате, он сказал, что встретит меня на улице через десять минут. Это дало мне достаточно времени, чтобы умыться, надеть темные брюки и черный свитер. Сняв свою майку, я, наконец, поняла, откуда шел запах виски. Хлоя, должно быть, выплеснула его на меня, пока я спала.

Кого это волновала? Точно не моих тетю и дядю.

Оставляя комнату, как она была, я потащилась вниз по лестнице и мимо кухни, где Пэм и Джек, казалось, снова спорят… из-за меня. Я не стала останавливаться или слушать.

Памела, должно быть, заметила меня, хотя бы потому, что она крикнула:

— Сэм?

— Я буду на улице, — пробормотала я.

Тони ждал уже на другой стороне улицы, прислонившись к капоту машины своей матери. Я подошла к нему, и он притянул меня в крепкие объятья. Я вздохнула на его груди, расслабившись впервые за семь часов. Но только на мгновение. Я ничего не могла сделать, чтобы удержать панику и боль от моего сердца.

Стряхивая волосы с моего лба, он пристально посмотрел на меня.

— Ты выглядишь несчастной.

— Я чувствую себя несчастно.

— Сколько у нас есть времени?

До чего? Пока я буду вынуждена покинуть страну, и не увижу его четырнадцать недель?

— Я не знаю. Рейс в десять. Мне нужно собраться и… — тяжесть поселилась в моей груди. — И я хочу увидеть других и попрощаться.

Тони положил свою теплую ладонь на мою щеку.

— У нас есть несколько часов, чтобы придумать план.

Я фыркнула.

— План?

— Я не собираюсь отпускать тебя, Сэм.

Он был таким милым. Я положила свою руку на его, упершись в его ладонь.

— Я не знаю, что мы сможем с этим поделать. Джек непреклонен. Он думает, что я плохо влияю на Хлою.

— Ха! Я должен войти в дом и сказать ему кое-что о его дочери, — проворчал он.

Но я не могла позволить ему. Во всяком случае, он бы только изменил все к худшему.

— Я не могу поверить, что мне самом деле стало жаль мою кузину прошлой ночью, — сказала я тихим голосом. — Как глупо с моей стороны.

— Это не ты глупая. А она. И ей придется держать ответ передо мной позже. Но сейчас мы должны выяснить, что делать с тобой. Ты поговорила с родителями?

— С мамой. По крайней мере, она верит мне. Но она не знает, что делать тоже. Это не в ее руках.

— Я понимаю, — его голос звучал ровно, когда он посмотрел над моей головой вдаль. — Итак, все зависит от нас. — Тони вдруг отпустил меня и кивнул в сторону пассажирского места. — Залезай.

— Куда мы собираемся?

— Встретится с Хантером и остальными в его пляжном домике. Я позвонил ему по пути к тебе.

Я колебалась, бросая взгляд на дом. Мой телефон был по-прежнему в комнате, и мама пока не звонила мне. Памела также ожидала, что я вернусь обратно в ближайшее время.

— Я должна сказать им, что ухожу с тобой?

— Сэм. Они отправляют тебя назад в Египет. Через десять часов. Они, вероятно, рады избавиться от тебя.

Вау, это прозвучало грубо. Но это была правда.

— Ты, на самом деле, хочешь пойти сейчас и притвориться, что все еще примерная племянница, спрашивающая разрешение?

— Я полагаю, что нет.

— Не беспокойся. Если мы не сможем найти выход, — прорычал он, — я привезу тебя назад вовремя, так что ты сможешь собраться и добраться до аэропорта.

Испустив глубокий вздох, я обошла машину и забралась в нее. Он повез нас из города, прямо к милому бунгало, которым владели Хантеры на Мисти Бич. Две знакомые машины были припаркованы напротив него: серебристо-серая Ауди, на которой Райан отвез меня домой однажды и черный джип Алекса. Лиза и Симона сидели со своими парнями на диване в передней части комнаты, когда мы вошли. Увидев меня, обе девушки вскочили, окружили и крепко обняли.

— О, боже мой, Сэм. Это так ужасно, — воскликнула Лиза. — Как Хлоя может быть такой жестокой?

— Да, что за сука! — зарычала Симона.

Они потащили меня к дивану и усадили. Тони опустился рядом со мной, потянув меня за руку к себе на колени и переплел свои пальцы с моими. Он, вероятно, даже не знал, как это утешало меня. Я посмотрела на него, пытаясь выдавить краткую, благодарную улыбку.

В этот момент дверь открылась, и Ник вошел с хромой Сьюзен на его руке. Райан встал так, чтобы она могла сесть. Ник первый раз не поздоровался со мной, с его вечно подбодряющим" Эй, Финн девушка", но на этот раз он изучал меня с встревоженными глазами.

— Расскажи нам, что случилось, — побудил меня Алекс. — Хлоя правда сорвалась?

Я выдала им все факты. Насколько знала их. В конце концов, тут было семь человек, разглядывающих меня с открытыми ртами.

Алекс присвистнул сквозь зубы.

— Глубокая жопа, детка.

— Огромная жопа, — согласилась Сьюзен. Затем она наклонилась вперед, топая одним из ее костылей по полу. — Хорошо. Что мы делаем?

Я подняла свои брови на нее.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, мы, конечно, не позволим этой бимбо выиграть. Помимо этих двух девчонок, — Сьюзен кивнула на Лизу и Симону, — ты мой самый лучший друг. Я не позволю тебе уехать домой. Ни в коем случае. То, что нам сейчас нужно — это план.

Уголки моего рта дернулись.

— Тони сказал то же самое, только несколько минут назад, — подавляло то, как эти ребята не принимали дерьмо… от кого-либо. — Но поскольку мне только семнадцать и я материально зависима от моей семьи, я не вижу выхода. Мой дядя хочет, чтобы я убралась из его дома. И мои родители не смогут переехать в Штаты до весны следующего года. — Я поморщилась. — Я так влипла.

Тони обнял меня за плечи и притянул к себе. Его ласковые пальцы рисовали маленькие круги на моем затылке. Я испустила долгий вздох.

— У тебя нет других родственников в Штатах? — спросила Симона.

— Моя бабушка, — я сказала ей. — Но она живет в Бостоне. Это не совсем поможет моей проблеме, если я перееду к ней.

Тишина в комнате. Все смотрели озадаченно. И тогда я впервые поняла, что им было так же страшно, как и мне. Они не хотели потерять меня, а я не хотела потерять их

За последние две недели я впервые поняла, что значит иметь настоящих друзей. Людей, которые заботились о тебе.

Я хотела прижать их всех в крепкие объятия и никогда не отпускать. Но прямо сейчас, я могла только обнять одного из них. Я уткнулась в плечо Тони, обернув руки вокруг него крепко-крепко. Он был единственным, кто мог меня услышать, когда я прошептала:

— Я не хочу уезжать.

Так мы просидели долго. Никто не произнес ни слова. Только глубокие вздохи звучали в комнате время от времени.

Внезапно Тони поднялся на ноги, поразив меня и других.

— Мне нужно выбраться отсюда, — просто сказал он и зашагал к двери.

Я смотрела ему вслед, над спинкой дивана, пока дверь не захлопнулась. Повернувшись к остальным, я заметила взгляд Райана на себе. Он поджал губы и, казалось, о чем-то размышлял. Наконец, он вздохнул и пошел за Тони.

Лиза предложила нам что-то выпить, и мы пытались найти решение моим страданиям. Но поток идей был скудным. Положение казалось безвыходным. Тупик. И чем раньше я бы это приняла, тем лучше для меня. Я не хочу провести свой последний день в грусти.

Я хотела провести его с Тони.

Извиняясь перед остальными, я вышла на улицу. Тони сидел на качелях на крыльце, откинув голову назад, изучая крышу, когда он мягко раскачивался взад и вперед. Райан прислонился к столбу рядом с лестницей, ведущей вниз к пляжу. Оба парня молчали.

С руками, засунутыми глубоко в свои карманы, я подошла к Тони.

— Может, прогуляемся? — сказала я, понизив голос.

Он поднял голову и смотрел на меня в течение нескольких секунд. Затем кивнул, встал и взял меня за руку. Когда мы прошли мимо Райана, он положил товарищескую руку на плечо Тони и ребята коротко посмотрели друг другу в глаза, но ни один из них не сказал ни слова.

Райан вошел внутрь, и когда мы прогуливались вдоль пляжа, наши пальцы переплелись. Волны, разбивающиеся о берег были единственным звуком за долгое время. Я задавалась вопросом, почему Тони был таким тихим. Но в тоже время, я не знала, что сказать.

Мы прошли около полумили, когда он, наконец, обрел дар речи.

— Это отстой. Но ты знаешь, это вполне возможно.

— Хмм? — я повернулась к нему. — Что ты имеешь в виду?

Тони остановился и потянул меня в свои объятия, посмотрев на меня многозначительным взглядом.

— Отношения на расстоянии.

Мое сердце наполнилось радостью от его слов, и все же печаль пронзила мою душу.

— Ты готов это сделать?

— Весна, да? — он попытался улыбнуться. — Я думаю, могу подождать столько.

Я встала на цыпочках и оставила скромный поцелуй на его губах.

— Знаешь, иногда я думаю, куда делся тот мудак, которого я встретила пару недель назад.

Он ухмыльнулся.

— Я могу закинуть тебя на плечо и бросить в море, если это заставит тебя чувствовать себя лучше.

Что, собственно, заставило меня чувствовать себя лучше, была его попытка подбодрить меня. Я любила его за это. Вытягиваясь так высоко, как только могла, я сомкнула свои руки вокруг его шеи. В свою очередь, он обернул свои вокруг моей талии и притянул меня плотно к себе. Он вздохнул близко к моему уху, затем сказал:

— Должны ли мы вернуться?

Назад во времени. На четырнадцать дней назад. Начать по-другому. Сделать все еще лучше. Да, я бы хотела этого. Но я знала, что он имел в виду, назад в пляжный домик Хантера. Отпустив его, я кивнула.

Когда мы добрались до бунгало, Райан говорил по телефону, заказывал пиццу для всех. Пицца Хаус была не очень далеко, и молодой парень принес еду десять минут спустя. Мы сидели вокруг стола на кухне, и вместе с остальными я заставила себя съесть кусочек.

— Может, моя мама может поговорить с твоей тетей, — предложил Райан между двумя укусами. — Они подруги. Мы можем попытаться.

— Она может попробовать, но это все равно не поможет. Это не Пэм мы должны убедить. Она пыталась поговорить с моим дядей прошлой ночью, и снова этим утром, я думаю. Но он не будет слушать.

— Он — адвокат. Они могут быть настоящими ослами, — указала Сьюзен.

Рядом со мной, Тони встал и подошел к холодильнику. Повернувшись, он держал две банки передо мной. Вишневую Колу в левой руке и простую Колу в правой. Я указала на Вишневую Колу, улыбаясь, потому что он напомнил мне о нашем поцелуе прошлой ночью, и поставил другую обратно в холодильник. Открыв банку, поставил ее передо мной, затем подошел к окну и, оперся задом на подоконник.

Я наслаждалась, наблюдая за ним в течение следующих нескольких минут, стараясь запомнить каждую деталь. На потом.

Одна ямочка появилась на его щеке, когда он понял, что я смотрю на него. У него была самая очаровательная улыбка, которая могла быть у парня. Солнечный свет, заливающийся через окно, подчеркивал золотые полосы в его белокурых волосах. Его голубые глаза горели желанием.

— Если только бы ты могла пожить в отеле ближайшие несколько месяцев, — услышала я, как сказала Сьюзен.

Да, это была хорошая идея, и она бы, вероятно, была возможна, если бы я была на несколько лет старше, имела работу, и могла за это заплатить.

Лицо Тони изменилось, его глаза сузились.

— Отель… — повторил он. Затем внезапно выпрямился. — Конечно. Миллер! Ты гений! — Он шагнул к ней, наклонился и поцеловал в макушку.

Каждый испуганно взглянул на него, но Тони это не волновало. Он бросился вокруг стола, схватил меня за руку и дернул меня вверх.

— Живей, Банджи!

Когда он вытащил меня из дома, я бросила недоуменный взгляд через плечо на остальных, но они, казалось, так же растерянны, как и я.

Тони не дал мне времени, чтобы задать вопросы или даже подумать. Держа за руку, он потянул меня к своей машине и заставил залезть в нее. Взревел двигатель, когда он повернул ключ в замке зажигания, и с визгом шин, он уехал.

Оказавшись на дороге, он сместился смешно и выудил свой сотовый из заднего кармана, дважды провел большим пальцем по экрану, нажал, и держал телефон возле уха.

Взглянув на меня, он не стал объяснить, что замышляет, но секундой позже он сказал кому-то по телефону:

— Привет, это Тони. Ты дома? Мне нужно поговорить с тобой.

Тони

Как маньяк, я устремился вниз по улице. Прямо сейчас, меня не волновал штраф за нарушение правил дорожного движения. Все, что имело значение это найти способ, чтобы моя девушка осталась со мной.

Черт побери, слово по-прежнему звучало странно для меня, даже в моей голове. Но это была лучшая странность. Улыбка подкралась к моим губам.

Сэм прочистила горло, и, когда я взглянул на нее, она подняла брови.

— Может, ты расскажешь мне, куда мы едем и, что делает тебя таким счастливым?

Я мог бы рассказать ей. Вообще был скудный шанс, что мой план сработает, но это было единственным вариантом.

Нет, не скудный шанс, но достаточно хороший, исправил я себя сурово. Он должен сработать. Точка.

Наклоняясь, я взял ее за руку и погладил костяшки большим пальцем.

— Мы собираемся найти новый дом для тебя. Временно. Я знаю, что ты полюбишь его. Ты уже была там. — Я отпустил ее, чтобы быстро переключить передачу.

Краем глаза я заметил, что ее взгляд был по-прежнему устремлен на меня. Она задумалась на секунду, затем спросила с ноткой неуверенности в голосе:

— Кэролайн Джексон?

— Точно. Помнишь, я рассказывал тебе, что она принимает студентов на время каникул? — Ох, это был блестящий план. Волнение в моем голосе было слышно даже мне.

Кэрри любила детей и подростков вокруг себя, и в настоящее время, она жила одна. Летний сезон закончился, и все дети вернулись домой в начале сентября. Весь чердак был освобожден, и свободен для пользования. Это было прекрасное место для Сэм, чтобы жить.

— Да. Но это нечто совершенно иное. Я здесь не для отдыха. Мне нужно найти место на четыре месяца. Ты действительно думаешь, она согласится, чтобы я жила в ее доме так долго?

— Я молюсь об этом.

Притормозив, я повернул на дорогу к ее дому и остановился перед воротами. Сэм вылезла со мной. Я протянул ей руку и торопливо потащил через двор. У нас было мало времени, и я не знал, сколько времени потребуется, чтобы убедить тетю.

Дверь открылась прежде, чем мы добрались до нее. Кэрри выскочила на улицу и приподняла мое лицо. Она выглядела чертовски напуганной.

— Тони! В чем дело? Что-то случилось с твоими родителями? Ты напугал меня своим звонком.

Я отпустил Сэм и взял обе руки своей тети.

— С ними все в порядке. Речь не о них. Мы попали в беду, Сэм и я.

Ее глаза стали еще шире, когда взгляд метался между нами.

— Боже мой! Полиция преследует вас?

Я одарил её раздражённым взглядом.

— Нет. — Черт, о чем она думала? — Мы можем войти? Мы немного спешим. Я всё тебе объясню.

— Да, конечно, — она вела меня за собой, но бросила на меня встревоженный взгляд через плечо.

Я потащил Сэм за собой.

Много дров было использовано для этого просторного загородного дома, и, как только я переступил порог, спокойствие сошло на меня. Возможно, это связано с тем, что у меня есть только хорошие воспоминания об этом месте. Счастливые времена. Смех. Теплое молоко с медом и печеньем вечером

Даже сейчас тарелка, наполненная шоколадным печеньем, стояла на сером прямоугольном столе в столовой. Присаживаясь на верхнем крае, я стащил одно. Я предложил Сэм, но она покачала головой. Ее взгляд метался довольно нервно по комнате. Легко дернув за руку, я заставил ее сесть рядом со мной и подарил ободряющий взгляд.

— Все будет в порядке, — прошептал я.

Кэрри опустилась вниз, напротив нас, скользя пальцами по столу.

— Что происходит?

Я сделал глубокий вдох, затем начал с истории Сэм. Моя тетя терпеливо слушала. Она знала, что я никогда не был лжецом и что я не стану делать этого и сейчас, хотя ее брови поднялись в той части, где Хлоя якобы разыграла хаос в комнате Сэм.

— Хлоя Саммерс… — задумалась она. — Это имя не кажется знакомым. Я полагаю, она никогда не была в моем классе.

— Она не такая уж талантливая в Искусстве, — сказала Сэм тихим голосом. Потом она добавила: — Она играет в футбол, — как будто это всё объясняло.

Я бросил Сэм вопросительный взгляд.

— Я играю в футбол.

Она повернулась ко мне и просто пожала плечами, беспомощная улыбка дернулась на ее губах. Ее рука прокралась к моей, сжимая ее. Ладно, это сошло ей с рук.

— И теперь вы хотите, чтобы я сделала что? — спросила нас Кэрри. — Я должна поговорить с твоими тетей и дядей, Саманта? Я уверена, если бы ты объяснила им всё, как вы рассказали мне, они бы поняли и позволили тебе остаться в их доме.

Сэм покачала головой.

— Мы не просим твоей дипломатической поддержки, — я проинформировал Кэрри с иронией. — Мы просим у тебя комнату.

— Комнату?

На удивленное восклицание моей тети, плечи Сэм опустились. Я знал, что она бросила надежду в ту же минуту.

Но я нет.

— Да. Ты открываешь общежития здесь в течение лета. Я знаю, что ты любишь детей вокруг. Сэм не будет бременем. И она может помогать тебе в конюшне.

Кэрри вздохнула.

— Это не так просто, Тони.

— Почему бы и нет? — Она делала это более десяти лет. Это звучало просто для меня.

— В первую очередь, родители детей, которых я принимаю в течение летних каникул, всегда общаются со мной. Мы говорим, мы встречаемся, они узнают меня, и мы заполняем своего рода контракт. Я не просто собираю детей с улицы и даю им дом на пару недель.

— Ты можешь поговорить с ее родителями сейчас.

— Они здесь?

— Нет. По телефону.

Сэм потянула меня за руку, заставляя посмотреть на нее.

— У меня нет с собой телефона.

— Можешь взять мой. — Я вытащил его с кармана. — Дай мне их номер.

— Подожди, — Кэрри протянула руку над столом, опустив на мою, чтобы остановить меня от набора. — Что тетя и дядя Сэм скажут, если я возьму их племянницу, не спрашивая их?

— Черт с ними! Им насрать на нее. Ты действительно думаешь, что им не все равно?

— Энтони, — предупредила она меня резко.

Сжав губы, я сделал длинный вдох через нос.

— Да, извини.

Бросив взгляд на Сэм, Кэрри склонила голову набок. По крайней мере, она, казалось, готова обсудить дело.

— Как скоро ты должна съехать?

Сэм повернула мою руку в своей, и посмотрела на наручные часы.

— Прямо сейчас, — сказала она нерешительным голосом.

Эта информация заставила мою тетю вздохнуть. Она, наверное, подумала, что у нее больше времени, чтобы все обдумать. Несколько дней. Ну, мы не можем дать ей этого.

Над дверью, часы показывали, что было три двадцать. Если мы не сможем убедить Кэролайн, мне придется отвести Сэм обратно к ее дому, чтобы она могла собраться и приготовиться отправиться домой. Моя грудь сжалась.

— Пожалуйста, Кэрри. Поговори с её родителями. — Если я звучал отчаянно, все это было не зря. Я не мог потерять свою девушку

Кэрри откинулась в кресле, скользнув пальцами по ее животу. Она изучала нас двоих бесконечные полминуты. Затем покачала головой.

Черт.

Я крепко зажмурился, чувствуя, что мое сердце перестанет работать.

— Я не могу поверить, что я делаю это, но ладно, дай мне поговорить с твоими родителям по телефону, Саманта.

Что? Мои глаза резко открылись на тётины слова. Она согласилась?

— Я не пока ничего обещаю, — предупредила она нас, положив локти на стол. — Я только собираюсь поговорить с миссис Саммерс и услышать, что она думает.

Это было всё, о чем мы могли попросить ее. Вбивая номер, который сказала Сэм, я с трудом сдерживал свои надежды улыбкой. На первом гудке, я протянул ей телефон.

По быстрому дыханию Сэм, я мог бы сказать, она нервничала так же сильно, как и я.

— Мам? Привет, это я, Сэмми, — она переместила свой остекленевший взгляд на меня, и я положил руку ей на щеку, стараясь выглядеть уверенно. — Прости. Я была с друзьями и забыла телефон дома. — Сэм помолчала, чтобы вдохнуть полной грудью. — Я в порядке. Сейчас я нахожусь в доме тети моего друга. Она хочет поговорить с вами об одной идее. Возможности для меня остаться… может быть. — Еще одна пауза. — Хорошо. Я дам ее телефон сейчас.

Сэм протянула телефон Кэрри, которая встала из-за стола и пошла к двери.

— Здравствуйте. Я Кэролайн Джексон, учитель вашей дочери по Искусству. Я слышала, что есть проблема с ее семьей…

Дверь закрылась за ней, и мы больше ничего не слышали.

Глава 24

Через окно кухни Кэролайн Джексон, мы увидели, как она блуждает туда-сюда по двору, разговаривая с моей мамой по телефону. Черт, как долго это займет? Тони и я ждали больше десяти минут. Мои нервы были на пределе, я глубже прижалась в его объятиях, нуждаясь в тепле и безопасности, которые ощущала с ним.

— Это безумие, — прошептала я в темно-зеленую ткань его тонкого свитера. — А что, если мои родители не согласны? И что, если бы твоя тетя, в конце концов, скажет "нет"?

— Перестань думать так, Банджи. Это сработает. Это наш единственный шанс.

— Черт возьми, я ненавижу ждать.

— Я тоже, — он погладил пальцами мои волосы. Внезапно он отстранился от меня и схватил меня за руку, оттаскивая меня в сторону двери.

— Куда мы идем?

— Я хочу тебе кое-что показать. Все лучше, чем просто растущие корни здесь и крушение наших нервов. — Он потащил меня вверх по деревянной лестнице, которая вилась вокруг высокой, белой колонны, поддерживающей верхний этаж. Там была галерея с тремя дверями. На стене весели картины, фотографии и рисунки, все последние безошибочно подписаны Т.

Тони не дал мне времени, чтобы изучить их. Он подошел к последней двери, толкнул ее и вошел внутрь.

Когда я последовала за ним, мое дыхание застыло в горле. Боже мой, это место было прекрасным.

Деревянная крыша наклонялась вниз по обе стороны, её светло-бежевый цвет согревал комнату, в которой иначе были бы только эти серые и белые стены. Там были квадратные окна с крестом, сделанным из тонких деревянных планок на трех стенах, с видом на загон для лошадей и сад, где я сидела с Тони в прошлые выходные. У одной стены была кровать королевского размера с белыми простынями и тумбочкой с другой стороны, выполненной в том же стиле, что и крыша. Светло-голубой ковер лежал в длину всей комнаты, останавливался в шаге от просторной, запавшей гостиной с телевизором, синим диваном, маленьким журнальным столиком. Две высокие книжные полки были забиты книгами для любого возраста. Там был также широкий рабочий стол на другой стороне комнаты, мини-кухня, и дверь, которая, похоже, вела в маленькую ванную.

Я прошла вглубь комнаты и развернулась на месте.

— Кто здесь живет? — я вдохнула.

— Это одна из трех гостевых комнат. Самая симпатичная.

— Комната для гостей? Это чертова студия. — Черт возьми, там было достаточно места, чтобы танцевать.

— Ты хочешь жить здесь в течение следующих нескольких месяцев, Саманта?

Тихий голос тети Тони заставил нас повернуться к двери. Кэролайн Джексон стояла там с теплой улыбкой на губах.

Ох, Господи, в небесах.

— Я хочу!

— Твоя мама хотела бы снова с тобой поговорить, — её улыбка стала шире, она протянула мне телефон Тони.

— Мам?

— Привет, милая. Это то, что ты действительно хочешь?

Не в силах остановить себя, я разразилась слезами, тяжело всхлипывая в телефон. Мой плач, очевидно, выбил Тони из колеи. Он прищурился на меня и изрек:

— Хорошие слезы?

Слезы капали из глаз, и я кивнула:

— Да, я действительно хочу этого. Можно я останусь здесь?

— Я так хочу увидится с тобой. Но я желаю тебе только лучшее, моя милая. Сейчас я позвоню Памеле. Джек должен отменить вылет.

Я попрощалась с мамой и повесила трубку, отдавая Тони его сотовый телефон обратно. Он сунул его в карман, затем обвил свои руки вокруг меня, с облегчением выдыхая в мои волосы.

— Нам лучше быстро убрать твои вещи от сюда, прежде чем Хлое придет в голосу сжечь их, — дразнил он меня, заставляя смеяться.

Мисс Джексон согласилась, что мы поговорим обо всем на свете, таком как домашние правила, опека, уход за лошадями, после того, как я устроюсь. В то время как Тони отвез меня назад в город, он проговорил с Райаном по телефону и передал хорошие новости. Даже я могла слышать, как банда вопила, и выкрикивала на заднем плане. Это заставило мое сердце трепетать внутри груди.

Когда мы добрались к дому моей кузены, и я вышла из машины Тони, он пошел со мной.

Как только я ступила через дверь, Помела выбежала из кухни, с размаху обнимая меня.

— О-о, Сэмми! Где ты была? Мы так беспокоились. Мне пришлось позвонить Джесси Хантер, чтобы услышать от ее сына, что с тобой все в порядке и ты не убегаешь.

Я тоже кратко обняла ее.

— Моя мама звонила тебе? — спросила я холодным тоном.

Памела отстранилась, смотря на мое лицо.

— Да, она звонила. Она сказала, что ты собираешься переехать к своей учительнице. Ты думаешь это хорошая идея?

— Серьезно, Пем, ты думаешь, идея отправить меня обратно в Египет была лучше? — огрызнулась я.

Медленно тетя покачала головой и прошептала:

— Я рада, что ты нашла способ остаться.

Я не могла больше злиться на нее. Она старалась изо всех сил, я знала это. Я сжала ее руку, давая понять, что я ценю все, что она сделала для меня.

Но я ненавидела своего дядю.

Когда он спустился по коридору к нам, я выпрямила плечи и держала свое выражение в узде.

— Я собираюсь собрать свои вещи, — сказала я тете. Шествуя мимо дяди, я признала его отрывистым и резким: — Джек.

— Миссис Саммерс. Мистер Саммерс, — услышала я, Тони говорит им сзади меня, его тон такой же резкий, как и мой. Он последовал за мной наверх, и войдя в мою комнату, он ахнул: — Черт побери!

Глядя на него через плечо, я ухмыльнулась.

— Что? Ты не поверил мне?

— Я поверил. Это просто… Я не думал, что всё так плохо.

— Для меня тоже это был немного неприятный шок, когда я проснулась.

Тони собрал мою одежду. Я сложила и поставила её на кровать, потом сложила ее в чемодан, с которым приехала сюда. Сверху я положила свои рисунки, плеер, туалетные принадлежности, и несколько книг, которые привезла. Мои школьные учебники я поместила в мой рюкзак, и убрала свой сотовый в карман. Ну, теперь должно быть всё.

Когда я обернулась, Тони осматривал мой ноутбук. Большая часть экрана исчезла, и включить его было невозможно. Он поймал мой грустный взгляд.

— Не волнуйся. Мы найдем тебе новый.

— Не в этом дело, — сказала я слабо. — Все фото на нем, файлы, документы. Как будто целая куча воспоминаний пропала.

— Я дам Фредериксену взглянуть. Он разбирается в компьютерах. Он, вероятно, может достать твои файлы и сохранить на флэшку

Дай бог.

Мы отнесли мои вещи вниз к его машине, и загрузили в багажник. Потом пришло время прощаться. Тони ждал в машине, пока я направилась обратно в дом. Памела стояла в дверях.

Я остановилась перед ней, глубоко вздохнув.

— Хорошо, я полагаю, что это всё. Я готова идти.

— Береги себя, Сэмми. — Она взяла обе мои руки в свои. — И если тебе нужно что-нибудь или с кем-то поговорить… дай мне знать.

— Ты все еще не веришь мне, не так ли?

— Я пытаюсь. Но мы ведь говорим о Хлое. Я не могу поверить в то, что она могла сделать такое с тобой. Просто посмотри на нее сейчас. Она обрезала свои волосы и покрасила их в черный цвет. Ты многое для нее значишь, раз она хочет быть похожей на тебя.

Ага, как же. И какое было дурное влияние с моей стороны.

Я покачала головой, давая надежду.

— Передай, Джеку, что я сказала "до свидания", ладно?

Памела кивнула, отпуская мои руки.

— Я буду скучать по тебе, Сэм.

— Береги себя, Памела, — я развернулась на каблуках. Стук закрывающейся двери заставил мое сердце вздрогнуть.

Но фиаско еще не закончились. Машина Хлои промчалась по улице в тот момент. Она припарковалась позади Тони, вышла, и прошагала ко мне на высоких каблуках, от которых ее бесконечные голые ноги казались еще длиннее. Сложив руки на груди, она презрительно ухмыльнулась мне.

— Готова ехать домой, маленькая кузина?

Я хотела выцарапать ей глаза. Но какой в этом толк? Я выиграла. Она просто не знает об этом.

— Зачем ты это сделала? — спросила я в ответ холодным голосом. — Зачем надо было делать это, чтобы от меня избавиться? Ты думала, что вернешь Тони назад, как только я уеду?

Шок от моего обвинения сверкал в ее глазах, хотя она и пыталась скрыть это за беспечным смехом. Но затем боль взяла верх.

— Меня не волнует, верну ли я его обратно. Я просто не хочу, чтобы ты была с ним. Ты приехала сюда, и украла у меня всё. Тебе пора уехать, Саманта.

Я вспомнила чаепития в стране чудес. Переодевание в принцесс с одеялом, накинутым на плечи. Притворяясь, что мы были дельфинами в бассейне…

Но это была не та девушка, которую я помнила. Счастье ушло из ее смеха, тепло в глазах прекратилось. Я могла сейчас отвернуться и не чувствовать, как покидала любимого родственника позади. Но сначала ей нужно было знать.

— Я полагаю, никто еще не сказал тебе. Я переезжаю к тете Тони. Она рада, что я буду там.

Хлоя резко вдохнула.

— То, что ты сделала, было так хреново. А теперь оказывается, что тебе не удалось избавиться от меня. До Свидания, Хлоя. — Я резко обернулась, пытаясь обуздать свое трясущееся тело, и подошла к машине Тони.

Как только я села рядом с ним, он повернул ключ зажигания и тронулся. Я не смотрела из окна или на свою кузина, когда мы проехали мимо нее. Мой взгляд застыл на моих сцепленных руках.

* * *

Мы сидели на диване в пляжном домике Райана. Все, кто пришел вместе в это утро, и также Алли и Саша, которые стали парой официально с прошлой ночи. Как Тони и я.

Я расположила голову под его подбородком, поставив ноги на диване, и наслаждалась поглаживанием моих волос и шеи. Странно, насколько моя жизнь изменилась за последние двадцать четыре часа. Все встало на место. Я была расслаблена, счастлива и ужасно влюблена в парня, находящегося рядом со мной. То, что он сделал для меня сегодня, было больше чем удивительно.

Когда Райан пошел на кухню, Тони громко крикнул с леденцом между зубами, который украл у меня минуту назад.

— Принеси мне колу, пожалуйста?

— Конечно. Кто-нибудь еще хочет? — ответил Райан

Сьюзен и Алекс крикнули да. Лиза тоже начала заказывать что-то, но телефон Райана зазвонил на кофейном столике и оборвал её. Она подняла голову, ее брови сдвинулись вместе.

— Это Бринна, — сказала она.

Райан высунул голову из кухни.

— Поставьте ее на громкоговоритель.

Лиза нажала кнопку и положила телефон обратно на стол.

— Эй, Брин! — крикнул Райан из кухни. — Что случилось?

— Хантер! Ты должен помочь мне!

Мгновенно, все в комнате выпрямились на ее напряженный из-за слез голос.

Потрясение путешествовало через каждый мой нерв. Это было плохо.

Райан вернулся в гостиную, раздавая напитки, и в то же время спроил:

— Что случилось?

— Это Хлоя. Она пропала.

— Что значит, пропала? — вскочила я.

— Саманта? Это ты? — Я не мола определить, была ли она рада, услышав мой голос, или шокирована. — О, это так ужасно.

— Скажи мне, что происходит, — коротко сказал Райан, возвращая внимание к себе.

— Хлоя пьяна. Она разбила свой автомобиль вдребезги.

Я прикрыла рукой рот, представляя, как Хлоя протискивается за руль разбитой машины, и старалась послушать, что Брин пыталась сказать нам, между ее бурным рыданием.

— Она позвонила мне десять минут назад и сказала, где найти ее машину. Теперь я здесь. Она выглядела так плохо, Хантер. Я не могу поверить, что Хлоя вышла из нее живой. Но она ушла. — Стало еще больше рыданий на другом конце провода.

— Почему она ушла? Куда она ушла? — требование Райана было достаточно интенсивным, чтобы Бринна подавила ее слезы и говорила.

— Я не знаю. Она больше не отвечает на звонки. Я думаю, она была на пляже, когда звонила мне, потому что я слышала шум волн

— Ты звонила её родителям?

— Нет. Она запретила мне, сказала, что все хорошо, но ее машина не выглядит хорошо, и я не знаю, что мне сейчас делать. Может, я должна сообщить в полицию или пойти к ней домой и поговорить с ее мамой.

— Я не хочу, чтобы она вела в таком состоянии, — прошептал Райан нам.

Сразу же, Алекс поднялся с дивана, потянув Симону с ним. Райан кивнул благодарно.

— Уинтер и Симона приедут, и заберут тебя, — сказал он снова громче.

— Где ты?

Как только Бринна дала нам свое месторасположение, Симона и Алекс развернулись к двери. Я кусала ногти, когда слушала то, что Райан говорил далее.

— Теперь сядь где-нибудь и дождись ребят, чтобы встретиться с тобой. Хлоя разбила машину рядом с Авила Бич. Если она пошла вниз, к берегу, то мы найдем ее.

— Хорошо… я, правда, надеюсь, что с ней все в порядке, — паника в голосе Бринны прошла через меня, прежде чем она отключилась.

Райан повернулся ко мнею

— Ты не хочешь увидеть своих тетю и дядю? Им нужно знать.

Конечно, они должны. Но после всего, что случилось, я не подходящий человек, чтобы рассказывать им. Я встала с дивана, мои колени внезапно задрожали.

— Я лучше пойду с тобой и поищу Хлою.

— Я могу пойти к твоей тете, — предложила Сьюзен. — В любом случае с этими костылями, я не могу ходить по пляжу.

— Ладно, — согласился Хантер, хватая Лизу и его куртку, готовясь идти. — Фредериксон, ты можешь подвести Сьюзен?

Ник кивнул.

Мы все бросились к машинам и отправились.

Тьма давила на окна. Я сосредоточилась сильнее на жутких кругах света, что фары Тони бросали на дорогу перед нами, но мой разум затих. Что, если с Хлоей не все в порядке?

Она выглядит так плохо, Хантер!

Истерический голос Бринны звучал в моих ушах. Хлоя была такой жестокой сукой. Но я не хотела, чтобы она пострадала.

Наполовину незаконченный леденец появились в моем поле зрения.

— Чтобы успокоить твои нервы, — сказал Тони. — Может быть, сахар вернет цвет твоему лицу.

Я почувствовала холод и онемение. Мои пальцы дрожали, когда я взяла у него леденец, сунула в рот, и снова посмотрела в окно. Я сосала конфету рассеянно, пока, наконец, не начала жевать пустую палочку.

Задние габаритные огни Audi Хантера мелькнули темно-красным на расстоянии. Мы были там. Тони остановился за ним, и мы вышли, чтобы встретить остальных.

Соленый ветерок донес к нам из моря. Холод забрался под мой свитер. Тони притянул меня плотно к себе и заговорил.

— Ладно, ребята, мы делаем это так. Хантер, ты и Лиз поднимается по пляжу. Сэм и я пойдем вниз. Алли, ты и Саша обыскиваете улицу здесь. Тот, кто находит ее первым — звонит остальным. Пошли.

Мы ушли, используя фонарики на телефоне в темноте.

— Хлоя! — все кричали в короткие промежутки времени. Голоса позади нас быстро поблекли.

Таким темпом, что было тяжело дышать, пройдя несколько сотен метров, Тони, и я направились вниз по пляжу. Не было никаких признаков ее, и с многими следами на песке было невозможно сказать прошел ли кто-то здесь недавно.

— Как ты думаешь, с ней все в порядке? Спросила я, не в силах скрыть тревогу в голосе.

— Если она смогла уйти от машины и также позвонить Бринне, может, все не так плохо. Но если она пьяна, она может попасть в беду прямо здесь. С водой и тому подобное.

— Это, наверное, моя вина, что она напилась сегодня вечером.

— Нет, Сэм! Это точно не твоя вина. С тем, что произошло прошлой ночью, ты видела, что у нее серьезные проблемы. — Он сделал паузу, вздох сорвался с его губ. — На самом деле, я думаю, что это связано со мной, а не с тобой.

Я посмотрела на Тони, ожидая, что он объяснит мне, но мы не перестали идти.

— Я слышал, что она сказала тебе сегодня. О том, что не хочет, что у тебя был я. Я никогда никому не говорил, но время от времени, она по-прежнему присылает мне сообщения.

— На самом деле? — ахнула я. — Что же она пишет?

Тони откашлялся, и я могла быть уверена, что из-за этой темы ему было некомфортно.

— Иногда она просто пишет бессмысленное говно. Например, где она в данный момент, и не хочу ли я прийти и встретиться с ней. Другой раз она просит второй шанс.

Боже мой. Моя кузина была в отчаянии. Она любила Тони больше, чем я думала. Ей должно быть, несказанно больно видеть его со мной сейчас. Неудивительно, что она потеряла его. Может быть, я отреагировала бы так же, если бы было наоборот.

Нет.

Но, в конце концов, я могла понять ее действия и ненависть ко мне.

— Мы должны найти ее, — прошептала я испуганно.

— И мы найдем, — уверил меня Тони.

Но чем дальше мы забирались, тем больше я теряла надежду, когда мы не смогли найти ее нигде. Никто не звонил. Где она, черт побери?

— Может быть, мы должны вернуться и поискать где-нибудь еще? — предложила я. — Если она действительно здесь, внизу, мы должны найти ее, — последние слова застыли в горле. Луч моего фонарика попал на пару сброшенных туфель. Высокие каблуки.

— Хлоя! — захрипела я, обернувшись, освещая пляж на столько, как только могла. — Хлоя, если ты здесь, черт побери, ответь!

— Сэм, — спокойно сказал Тони на секунду позже, положив руку на мое предплечье. Когда я посмотрел на него, он указал впереди нас.

Я проследила направление его руки и, затаив дыхание, услышала рыдания молодой женщины. Хлоя сидела на песке, достаточно далеко, чтобы волны задевали её ноги и талию. Она уткнулась лицом в сложенные на груди руки, которые лежали на ее согнутых коленях.

Парализованная, я стояла и наблюдала, как моя кузина плачет. Потом я нашла силы в себе еще раз и сделала шаг вперед.

— Хлоя, — сказала я достаточно громко, на этот раз для того, чтобы она услышала меня за грохотом волн.

Она подняла голову и посмотрела на фонарик, щурясь. Над правой бровью у неё был жуткий порез, и кровь струились по одной стороне ее лица.

— Саманта… — сказала она невнятно. — Что, черт возьми, ты здесь делаешь?

— Ты попала в аварию. Мы пошли искать тебя.

За спиной я услышала, как Тони звонил остальным, говоря им, где мы нашли ее. Они будут здесь очень скоро. Я снова сосредоточилась на моей кузине. Когда я подошла ближе, мое сердце вырвалось из груди.

— Давай, мы отвезем тебя домой.

— О, нет… — она почти пропела. Затем она дернулась вверх и пошла прочь от меня назад, в море. — Нет! Уходи. Я тебя ненавижу! — Она споткнулась, падая боком в воду, но поднялась на ноги снова. — Я не хочу когда-либо видеть тебя снова.

Я застыла на месте, боясь напугать ее еще больше. Конечно, она потеряла контроль над своим телом. В кромешной ночи, мы бы никогда не нашли ее, и она исчезнула бы в волнах.

— Хлоя, ты ранена. И в растерянности. Позволь нам отвести тебя домой е тете Пэм. Твои родители позаботятся о тебе.

— Нееет! — она взвизгнула, едва не оглушив меня. — Они не могут узнать. Машина разбита. Папа меня убьет.

— Они не будут злиться. Они будут просто счастливы, что ты выжила. Теперь, выходи из воды, пожалуйста! — Я сделала еще один предварительный шаг к ней, но Хлоя сразу же отпрянула назад, и в этот раз она споткнулась, теряя равновесие, и полностью ушла под воду.

— Хлоя, — крикнула я, бросаясь вперед.

Но она вынырнула прежде, чем я достигла волн, разбрызгивающих воду.

— Заткнись, сука! Ты дерьмо! Уходи! Оставь меня в покое! Почему ты не можешь вернуться в Египет и уйти на хуй из моей жизни?

Сердце у меня упало к ногам. Я не отступила ни на шаг.

Нежная рука легла мне на плечо. Тони. Я совсем забыла, что он тоже был там.

— Позволь мне поговорить с ней, — прошептал он мне на ухо.

Шокированная словами моей кузины, я не могла ответить, но позволила ему просто двигаться вперед.

Душераздирающе нежно, он сказал:

— Эй, Хлоя.

— Тони? — она звучала так, будто не верила своим ушам.

— Да.

— Что ты здесь делаешь?

— Я пришел с Сэм. Ты заставила нас волноваться.

— Ага, как же! — Она фыркнула пьяным смехом. — Как будто тебя когда-нибудь волнует, как я себя чувствую.

— Почему ты думаешь, что нет? — он вскинул голову и сделал шаг вперед. Либо она пропустила это, либо была не против, что он идет к ней, потому что не кричала на него, чтобы остановить. Его ноги были в воде.

— Потому что ты бросил меня? — сказала она сквозь стиснутые зубы, снова пятясь назад. — Потому что ты не отвечал на любые мои звонки и сообщения! — С когтями на пальцах, она сгребала влажные волосы со своего лба, прижимая ладони к вискам, выглядя безумной. — Потому что ты, блядь, никогда не говорил со мной, когда мы вместе тренировались!

Медленно, Тони зашел глубже в волны. На этот раз я даже чуть не пропустила это.

— Я пытался дружить с тобой… после того, как мы встречались. Но ты ясно дала понять, что дружба невозможна для нас. — Еще два шага. Море залило его джинсы до колен. Ему до неё сейчас было всего две протянутые руки.

— Да. Потому что я была влюблена в тебя! — Она начала всхлипывать снова, ее руки свободно упали обратно в воду. — И я не могу перестать, даже сейчас!

Я прижала обе руки ко рту, в ужасе от её признания. Пьяная, как сейчас, она, наверное, не вспомнит позже, но, должно быть это многого ей стоило. Прямо сейчас, я не хотела ничего больше, чем взять ее в руки и успокоить. Но пропасть между нами была слишком глубока.

— Я сожалею, что так обидел тебя. Позволь мне позаботиться о тебе сейчас. — Тони шел, и хотя Хлоя скулила и сказала ему " нет", она больше не отступала. Она просто стояла по пояс в воде и плакала в холодную ночь.

То, что произошло потом, сделало мне больно до глубины души. Тони протянул руку, взял ее лицо в свои ладони и прижался лбом к ее. Я не слышала, что он сказал ей тогда, но знала, что это было что-то очень интимное и личное. Хлоя потянулась вверх и сжала пальцы вокруг его запястья, медленно качая головой, глотая слезы. Он гладил ее влажные волосы, затем прижал ее плотно к себе.

При взгляде на них, стоящих так близко в луче моего фонарика, мое сердце остановилось, и горло затянулось. Держи свое дерьмо вместе, сказала я себе. Должна быть простая причина для этого. Но когда Хлоя обняла его за шею, и он позволил ей это, я хотела упасть на колени и плакать.

Тони наклонился и поднял ее на руки, вытянув из воды. Ее хватка на нем стала еще крепче, поскольку она уткнулась лицом в его горло. Повернувшись, он вынес ее из моря.

Мое дыхание застыло в легких, когда я наблюдала, как они идут мне навстречу. Я знала, что не смогу убрать эту картину из моей памяти до конца жизни.

— Возьми её туфли, — сказал мне равнодушно Тони. Он не остановился и не подождал меня. Направляясь назад той же дорогой, по которой мы пришли, он нес мою кузину через ночь.

Тони

Без тебя, я не хочу больше жить.

Слова звенели в моей голове снова и снова — всю дорогу от полицейского участка, где Сэм и я должны были дать показания о событиях сегодняшнего вечера, пока мы не прибыли в дом моей тети. Я заглушил двигатель и вытащил ключ, но не мог заставить свое тело двигаться, чтобы выйти из машины.

— Тебе холодно? — прошептала Сэм. Это первая фраза, которую она сказала мне с того момента, как я пошел в море за ее кузиной.

— Я замерз, — ответил я столь же тихим голосом, наклонив голову назад и уставившись на крышу автомобиля.

— Ты должен идти домой и принять душ, чтобы согреться.

— Через минуту. — Было кое-что, что я хотел сказать ей сперва. Что-то, что я не рассказал полиции и родителям Хлои, когда они нашли нас на пляже с Хлоей. Я сделал глубокий вдох и медленно выдохнул воздух. — Ты все еще ненавидишь свою кузину?

Когда Сэм ничего не ответила, я искоса посмотрел на нее. Губы у нее слегка сжались, когда она, молча, изучала меня.

— Ты ненавидишь ее? — спросила она, в конце концов.

Скажи, что любишь меня. Скажи, что любишь меня, или я утоплю себя сегодня вечером.

Я… Люблю тебя.

— Нет… мне жаль её.

После очередной долгой паузы, Сэм прошептала:

— Мне тоже. — Судя по звуку, я знал, что она не говорит всей правды, даже когда она продолжила: — Я просто рада, что, наконец, она сказала родителям, что это она разгромила мою комнату и положила деньги и бутылки виски. И также о том, что случайно сломала часы ее отца и спрятала их потом, потому что она была напугана. — Она вздохнула. — Но она по-прежнему ненавидит меня.

— Она переступит через это. Просто дай ей немного времени.

— Да, может быть. Но забудет ли она тебя?

И ты её?

Немой вопрос сверкал в её глазах.

Я не мог ответить на её реальный вопрос немедленно. Потому что я не хочу лгать Сэм.

— В конце концов, она забудет. Но в море, когда я держал ее в своих объятиях, я кое-что понял. — Повернув голову в ее сторону, я сглотнул, и это поранило горло. Сэм выглядела перепуганной. Я знал, что ей было больно, когда она увидела, как я нес ее кузену, обняв. — То, что она чувствует ко мне… оно не меняется в течение длительного времени. И я не могу выбросить ее из своей жизни полностью. Это было ошибкой думать, что смогу.

Губы Сэм слегка дрожали.

— Что ты имеешь в виду?

— Хлоя нестабильна. Я был ответственным за то, что случилось с ней сегодня вечером, потому что я не обратил на нее внимания. Она может сделать что-то безрассудное как это снова.

— Думаешь, что она суицидальна?

Я кивнул.

— Потом, это, конечно, не твоя вина. Ты ей ничего не должен. — Ее больной взгляд упал на мою руку на рычаге переключения передач. — Просто скажи мне одну вещь.

— Что?

— Когда ты держал ее в воде… — Она снова посмотрела на меня. — Что ты говорил ей?

— Я предпочел бы не говорить. — Слова вышли болезненным дыханием.

Сэм начала жевать свою нижнюю губу. Затем шмыгнула носом.

— Я понимаю. — Она отвернулась, открыла дверь, и вышла.

Твою мать!

Я тоже вышел, обошел машину, и поймал ее руку, прежде чем она смогла уйти от меня.

— Ты не понимаешь, в том то и проблема, — сказал я, более сурово, чем я предполагал. — Я не имел в виду то, что сказал ей. Ей нужно было услышать это, поэтому я просто выплюнул это, но я… Черт побери. — Не имел это в виду. Потому что есть только одна девушка в этом мире, которой я действительно хотел это сказать в тот момент. Или сегодня, или вчера, или в прошлые выходные, когда поцеловал тебя в лесу.

Отпустив ее руку, я приподнял ее щеки и заставил посмотреть в мое лицо, чтобы она увидела правду в моих глаза.

— Я никогда не говорил это девушке, потому что никогда не чувствовал этого раньше. Даже Лизе.

Ее глаза распахнулись, но в следующий миг она оттолкнулась от моего живота, выражение ее лица непроницаемо.

— Прекрати. Я не хочу слышать этого.

Я знал, что она сомневалась в каждом слове, что я только что сказал.

О, девочка, не заставляй меня падать на колени перед тобой.

— Меня не волнует, веришь ты мне или нет. Потому что это, правда, и нравится тебе это или нет, тебе придется, черт возьми, смириться с этим. Я люблю тебя, Банджи. Только тебя.

И тогда я поцеловал ее так сильно, что она ахнула возле моего рта. Пришло время для неё увидеть, услышать и почувствовать то, что я чувствовал к ней. Там не было места для сомнений или споров. Она была моей девушкой. И я не намерен когда-либо позволить ей уйти от меня снова.

Когда ее губы оставались напряженными и закрытыми, я побоялся, что она собиралась пнуть меня в живот. Но даже это не смогло бы остановить меня. Я прижал свой рот сильнее к её, поглаживая ее щеки пальцами.

И тогда она расслабилась. Давление её маленьких рук возле моего живота стало слабее, потом она вцепилась в мой свитер, потянув меня ближе к себе.

Я коснулся своим языком стыка ее губ, и она открыла свой рот для меня. В этот раз, я не нежничал с ней. Я не мог. Мне была так нужна эта девушка, что боль пронеслась по всему телу, сосредоточиваясь в маленькой точке на левой стороне груди. Я нашел ее язык, играл с ним, танцевал с ним, скользнул в ее рот медленно, соблазняя ее любить меня точно также, как я любил ее.

На вкус она восхитительная. Сладкая. Нежная. Как вишневая конфета и Сэм. И когда она поднялась на носочки, закинув руки вокруг моей шеи, я знал, у меня была она. Вся она. Она была моей. Не осталось никаких сомнений.

Дыхание у нее было горячее на моей коже, когда она поддалась на мои требования, исследуя мой рот своим языком. Ее изящное тело прижалось ко мне, заставляя меня хотеть почувствовать каждый её дюйм. Мои руки упали с ее лица, чтобы перемещаться вверх и вниз по ее спине; раз, два. В третий раз, я сжал ее свитер между пальцами и поднял его вверх. Сэм вздрогнула, когда я коснулся ее обнаженной кожи там, давая мне один чертовки хорошее чувство.

Я прикусил ее нижнюю губу. Затем прервал поцелуй, смотря в ее глазах всего лишь с несколькими дюймами пространства между нами.

— Не уходи от меня, — вздохнул я. — Было так трудно завоевать тебя.

Сэм взяла мое лицо в свои руки, притянув меня к себе, так чтобы она могла оставить краткий, нежный поцелуй на моих губах.

— Я не собираюсь, — прошептала она и поцеловала меня снова, и снова. — Я не собираюсь, Тони. Никогда. — Ее губы вдруг стали на вкус солеными и влажными, но не разрешала бы мне посмотреть на нее. Она просто поцеловала меня, и поцелуй стал глубже, сильнее, и голоднее.

Хорошие слезы, сказал я себе. Должны быть. Я слизнул их с ее губ, встречая ее голод с тем же рвением на еще один долгий момент. Время, казалось таким незначительным, когда я был с ней.

— Страшно, как легко я могу заставить тебя плакать, — тихо сказал я напротив ее потом.

Губы Сэм растянулись в улыбке.

— Ты можешь только потому, что я люблю тебя.

Запуская пальцы в ее волосы, я поцеловал ее в лоб, затем прижал к своей груди, положив подбородок на макушку. Она идеально подходит мне.

— Я так устала, — прошептала Сэм возле моей рубашки. — Я чувствую, что могу уснуть прямо здесь.

Было хорошо, что мы все получили отговорки, чтобы остаться дома вместо школы завтра. Сэм могла поспать.

— Пошли, отведем тебя внутрь, и в постель, Банджи.

Она позволила мне провести ее до дома, зажав под рукой. С ключом Кэрри, который она ей дала сегодня, отперла дверь, потом повернулась ко мне. Я готов был сказать "доброй ночи", но Сэм не отпускала мою руку.

— Ты можешь поспать здесь сегодня вечером? Там, со мной. Не так, как… ты знаешь. Рядом со мной, так что я не буду одна?

Кэрри, конечно, не будет против, но я знал, что моя мама до сих пор ждала меня. Я сказал ей, в полицейском участке, что я только отвезу Сэм в дом моей тети, а потом вернусь домой. Я послал ей короткое сообщение, сказав, что я буду дома завтра утром.

Сэм улыбнулась мне, когда я положил трубку обратно в карман. Мы прокрались наверх, в ее комнату, и она упала на кровать, на спину.

— Какой странный день… — растянула она слова.

— Безусловно… — Я открыл гардероб, зная, что у Кэрри всегда хранится запасная одежда на верхней полке для детей, которые приехали сюда. Белая футболка и легкие серые хлопковые шорты подойдут на ночь. Поворачиваясь к Сэм, я дал ей полуулыбку. — Не возражаешь, если я сбегаю в душ? Я чувствую себя промокшим до костей.

На меня она не посмотрела, просто пренебрежительно махнула рукой.

— Иди. Я приготовлю постель к этому времени.

С одеждой под рукой, я пошел в ванную. Следующие три минуты я наслаждался горячими брызгами воды, согревающими меня сверху вниз. Черт, я так нуждался в этом. Я вытерся полотенцем, провел рукой по влажным волосам, затем скользнул в одолженную одежду.

Когда я вернулся в комнату, зрелище Сэм по-прежнему лежащей на кровати, заставило меня улыбнуться. Молча, я подошел к ней. Глаза ее были закрыты, дыхание глубокое и ровное. Она выглядела очаровательно.

Стоя на коленях перед ней, я расстегнул ее ботинки и осторожно снял с её ног, по одному за раз. Потом её носки

Штаны?

Я задавался вопросом, встав снова. Никто не мог спать в армейских штанах. И то, как она лежала наполовину на кровати, не доставит трудностей, чтобы снять их, не разбудив. Толстовка доставит немного больше проблем, и тогда я невольно разбудил ее.

Её глаза открылись в уставшие щели.

— Тони? — прошептала она, но я сомневался, что она действительно увидела меня.

— Ну же, детка, — прошептал я, когда поднял ее на руки, понесет вокруг кровати и осторожно положил ее вниз. Её голова утонула в подушке. Она уже провалилась в сон прежде, чем я смог натянуть одеяло на ее тело.

Я выключил свет, затем тоже скользнул под одеяло. Во сне Сэм повернулась и уткнулась носом в меня. Я вдохнул прекрасный аромат ее волос, когда заснул с моей девочкой в моих руках.

Эпилог

Я проснулась утром в объятиях Тони. Я всегда делала по утрам в субботу. В течение последних четырех месяцев он спал в моей постели каждые выходные. Иногда я спала в его, но мы оба предпочитали спать в моей комнате, потому что Кэрри была намного менее надоедливая и любознательная, чем Эйлин Митчелл.

Поднимая голову от его груди, я посмотрела на его прекрасное лицо.

— Привет, — сказала я.

Тони улыбнулся.

— Привет, тебе.

— Сколько времени?

— Слишком поздно, чтобы поразвлечься в постели, если ты хочешь выглядеть блестящие и приятно, когда твои родители приедут.

Я наклонила голову, чтобы взглянуть на часы на моей тумбочке.

— Десять тридцать? Дерьмо! Почему ты не разбудил меня? Они будут здесь через полчаса. — Вылезая из протестующих объятий Тони, я схватила пару обрезанных джинсов и синюю футболку и бросилась в ванную, где поспешила через мою утреннюю рутину.

Когда я вышла пятнадцать минут спустя, Тони застелил кровать, прибрал пол, и избавился от нашей сброшенной одежды с прошлой ночи. Одетый в черные джинсы и рубашку, он стоял перед зеркалом и проверял, как выглядело лучше, верхняя пуговица расстегнутая или застегнутая.

Я подкралась сзади него. Стоя на цыпочках, положила подбородок на его плечо и встретилась с его взглядом в зеркале.

— Ты нервничаешь? — дразнила я его.

Тони прищурил лицо таким образом, что мне захотелось поцеловать его.

— Я собираюсь встретиться с генералом Генри Саммерсом через несколько минут. — Он повернулся и обнял меня. — Так или иначе, я чувствую, что должен побрить голову и одолжить твою армейскую одежду.

Я громко рассмеялась и сказала:

— О нет, Энтони Митчелл, не надо. — Я взъерошила его великолепные золотые пряди, которые он зачесал на одну сторону, пока они не упали своим обычным прекрасным способом на лоб, снова. Затем я расстегнула воротник его рубашки, давая ему возможность дышать и, надеясь, расслабиться. — Ты слишком сильно беспокоишься. Мои родители замечательные. Ты полюбишь их.

— Я уверен, что они такие. Я просто волнуюсь, что они могут не одобрить меня, как парня их дочери.

— Кто вообще может не одобрить тебя? — Поднимаясь на цыпочки, я снова прижала быстрый поцелуй к его губам. Затем расстегнула пуговицы на манжетах и закатала рукава до локтей. — Не могу поверить, что ты выбрал рубашку с длинными рукавами. Ты не подаешь заявление на работу в правительство.

Я закончила с первым рукавом, когда шум подъезжающей машины к дому Кэрри донесся через открытое окно. Прилив волнения, схватил меня за нос. Я улыбнулась лучезарной улыбкой Тони, потом развернулась на каблуках и выскочила за дверь. На полпути по коридору, я поняла, что Тони не идет. Я запнулась, поплелась обратно, и поволокла его со мной в этот раз.

Он так сопротивлялся, я чувствовала, что волочу лошадь позади себя.

— О, ну давай же, — скулила я. — Он не собирается застрелить тебя.

Тони глубоко вздохнул, но не стал двигаться быстрее. На площадке посередине лестницы, я услышала знакомые голоса моих родителей, приветствующих Кэрри, которая встретила их на улице. Я больше не могла держать свой восторг в узде. Выпуская руку Тони, я прыгнула вперед и направилась к двери. Внизу, у ворот, мои мама и папа стояли рядом с Кэролайн, болтая, смеясь, пожимая руки. Мой отец был в своей обычной армейской одежде, а мама была в ярко-желтом весеннем платье, которое она, должно быть, купила недавно, ее волосы завязаны в высокий хвост.

— Пап! Мам!

Они повернулись ко мне, их выражения меняются от дружественного к блаженному.

— Сэмми! — закричали оба, и мой отец развел руки. Я бросилась к нему и закинула свои руки вокруг его шеи. Он крутил меня вокруг и вокруг и вокруг. Я была на вершине мира.

Он поставил меня, чтобы я могла раздавить мою маму в сердечном объятии. Было так хорошо чувствовать ее снова. Вдохнуть ее знакомый запах духов. Услышать от нее слова:

— Ах, моя милая малышка, я так по тебе скучала.

Когда она выпустила меня после целой вечности — и даже это было слишком рано для меня, — я повернулась, чтобы увидеть, вышел ли Тони. Застенчивый, как потерянный ребенок, он стоял возле двери. И, черт возьми, он застегнул эту чертову верхнюю пуговицу своей белой рубашки. Я только покачала головой на него и захихикала.

Поскольку все на него смотрели, он не мог не подойти. Не так неохотно, как прежде, слава богу, он шел к нам. В двух безопасных футах от моего папы, он остановился и признал его с решительным:

— Сэр.

Я скользнулп в его сторону и прошептал ему на ухо:

— Ты такой трус, Энтони Митчелл. — Затем познакомила его с мамой. Она протянула руку, чтобы пожать ему руку двумя своими; ее способ отблагодарить его за то, что он сделал для меня в прошлом ноябре, когда я думала, что должна была лететь обратно в Египет.

Тони расслабил немного и одарил её теплой улыбкой. И она исчезла в момент, когда я познакомила его с отцом.

— Приятно встретиться с вами, генерал, — сказал он, артикулируя каждое слово. Я почти написала в штаны, когда он на самом деле отсалютовал.

Папа тоже засмеялся и хлопнул его по плечу.

— Не нужно быть настолько формальным, парень. Меня зовут Генри.

Явно всё еще не убежден, Тони кивнул.

— Генри.

Я обхватила его за талию, чтобы дать ему немного уверенности и ярко улыбнулась, подняв на него глаза. Медленно, мышцы его спины и живота расслабилась под его кожей.

Кэрри провела нас в заднюю часть дома затем, туда, где она поставила стол с приветственным бранчем. Я была голодна и жадно ела, в то время как мои родители наверстывали всё, что упустили из моей жизни. Там было много чего сказать.

Прежде чем я это заметила, полдень миновал, и пора было собираться ехать в мой новый дом. Я попрощалась с Кэрри долгим объятием. Она пригласила меня прийти в гости к ней и Удару всякий раз, когда я захочу.

— Он точно будет скучать по вашим ежедневным прогулкам по лесу.

Тони загрузил мой чемодан в багажник своей новой машины, черного блестящего Фольксвагена Polo, в то же время, и теперь он держал дверь открытой для меня. Когда я вышла, то вдруг вспомнила, что я забыла что-то.

— Моя толстовка всё еще в ванной. Я вернусь через секунду, — крикнула я, когда метнулась назад в дом и вверх по лестнице.

Я бросилась за угол, схватила свитер и поспешила к двери. Но тогда я не смогла заставить себя уйти. Окна были по-прежнему открыты, и они искушали меня, бросить последний взгляд на загон, где лошади лениво паслись дни напролет. Чудесный аромат свежей травы и сена донесся до меня. Я глубоко вдохнула.

Если бы моя кузина не была такой ужасной со мной прошлой осенью, я никогда бы не получила шанс жить здесь. Что, вероятно, оправдывает выражение, что у каждой тучки есть серебряная полоса.

Хлоя быстро оправилась от аварии, и ребята даже позволили ей остаться в футбольной команде… после моей с Тони мольбы. Сьюзен покачала головой на меня, но в глубине души она знала, что это был правильный поступок. Это заняло время до Рождества, но моя кузина наконец-то решила извиниться передо мной. В этот раз я была рада принять. Здорово помогло то, что она окончательно потеряла интерес к Тони, и я могла расслабиться, когда он был на тренировке.

Памела и я сделали это привычкой встречаться раз или два раза в неделю и общаться… о школе, друзьях, доме, Тони, рисовании. О чем угодно. Всегда было что-то, о чем мы могли поговорить. И с Джеком… ну, я не могу сказать, что я действительно в восторге от него после того, как он выбросил меня из своего дома. Но это было приятно слышать, что он всегда спрашивал у Памелы, как я поживаю после наших встреч.

Всё было в полном порядке. Я стала по-настоящему счастливой девушкой в очень красивом городе, с удивительными друзьями и великолепным парнем, который меня любил.

Когда я вынырнула из своей задумчивости и повернулась с глубоким вздохом, то увидела, что Тони в дверях стоял, скрестив руки на груди.

— Будешь скучать по этому месту, не так ли? — он спросил, его голос нежный и понимающий. Он оттолкнулся от двери, подошел ко мне, и погладил своими руками мои волосы, мою шею, мои плечи и мои руки. Потом обернул руки вокруг меня и крепко обнял.

Я подняла подбородок, пытаясь улыбнуться ему. Но не смогла. Мое сердце немного болело от мысли уехать.

— Я не могу поверить, что четыре месяца уже прошли и мне надо ехать сейчас. У меня столько прекрасных воспоминаний об этой комнате. — Мой взгляд упал на подушку, которую Тони забыл взбить после себя утром. Первая ночь, которую он спал здесь со мной, всплыла в моей голове. — И, так или иначе, они все связаны с тобой, — выдохнула я, глядя в его глаза снова.

— Мы создадим новые воспоминания в твоем новом доме, — сказал Тони, сбрасывая челку с моего лба.

Я наклонилась к его ладони. На этот раз мне удалась улыбка. Та, что я навсегда сохранила для него.

Тони наклонился, чтобы поцеловать меня. Не страстно или с яростью. Он поцеловал меня, как будто лучшие воспоминания все еще впереди нас.

Затем он отстранился, взял меня за руку, переплел свои пальцы с моими, и вышел вместе со мной. Когда я закрывала дверь, больше не чувствовалось, что я оставляю что-то позади. Чувствовалось только, как закрывается первая глава очень длинной истории.

Table of Contents

Анна Катмор, Пайпер Шелли Т — это тотальный придурок

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Эпилог