- Моя малютка-императрица

Моя малютка-императрица

Глава 1.

Я была сиротой.

С того момента, как я себя помню, моих мамы и папы уже не было. Всякий раз, когда кто-то просил меня загадать желание, я молилась и говорила:

— Пожалуйста, дай мне семью.

Но никто не хотел усыновлять меня, пока мне не исполнилось восемь.

— Мы живём в эпоху, когда люди едят собственных детей. Сколько еды ты съела сегодня? Ты должна быть благодарна за то, что осталась в приюте.

Так обычно говорил директор. Он не врал.

Это было время войны. Бесчисленное множество людей умирало на поле боя, и тела голодающих людей каждый день громоздились на улицах.

И всё же я не сдавалась.

Мечта о том, чтобы быть любимой мамой и папой и играть с братьями и сёстрами.

Мечта о счастливой и благополучной жизни.

— Директор хочет, чтобы ты пришла к нему в кабинет.

— Я?

Впервые в жизни моё сердце заколотилось, когда мне сказали, что Директор ищет меня.

Может быть, он хочет поговорить о моём усыновлении?

Я бросилась в кабинет директора. Однако вместо пары, которая хотела иметь детей, там был дворянин.

Дворянин?

Я была внутренне разочарована. Дворяне не принимали простолюдинов. Но, на мгновение разочаровавшись, я была удивлена ужасным внешним видом директора. Похоже что дворянин угрожал ему мечом.

— Ты та самая…

В клетке рядом с ним была водяная птица.

— ...Я пришёл спросить тебя кое о чём. Ты слышишь, что говорит Дух воды?

Я посмотрела в глаза птицы.

Я не удивилась, когда впервые увидела птицу из воды. Я и раньше слышала голоса огня, земли и ветра.

Птица сказала мне.

Это ты, я слышала о тебе много слухов.

Я кивнул.

— Да, я слышу его.

— Боже, я не могу поверить, что Ребёнок из Пророчества, которого я искал много лет, действительно был в сиротском приюте.

В этот момент, как ни странно, меч засиял. Дворянин прослезился.

Его глаза обратились к директору. Директор дрожал в углу от страха.

У него было бледное лицо и мятая рубашка, которую ранее помял ему дворянин.

Кроме того, он был одет в рубашку только потому, что его плащ был разрезан мечом.

Бёдра директора были мокрыми. Он намочил штаны.

— П-простите, я не докладывал! Я думал, что это просто детская ложь, – удивлённо воскликнул директор, смотря в глаза дворянина.

— Задержите его! Это Императорский приказ.

— Хи-и-и!

Директор был схвачен в одно мгновение. Я тоже напряглась.

— Этот парень не причинит тебе вреда, – сказал Дух воды в клетке. Похоже, никто, кроме меня, не слышал, что гвоорил Дух. В комнате было всего три человека.

Дворянин снова посмотрел на меня с мечом в руке.

— Этот ребёнок, я заберу его.

На мгновение я отразилась в глазах дворянина. У меня было спокойное лицо, я была маленькой и худой, и на мне была старая одежда, которую я получила от моей сестры-сироты.

На лице дворянина снова появилось скорбное выражение. Но он сдержал свой гнев и произнёс:

— А теперь позвольте представиться. Я Граф Даруан, преданный Великой Императорской Семье Хасфельт.

Я не шевелилась. Это было главным образом потому, что я не могла понять всю ситуацию.

Это было неловко. Во-первых, я никогда не слышала ни о каком уважении в свою сторону.

Но первый человек, который относился ко мне с уважением, был намного старше меня и был дворянином.

Даже если я не получала надлежащего образования, я знала строгость статусной системы.

— Простите, но могу ли я узнать ваше имя?

Аристократ постарался рассмеяться как можно добрее. Но такое большое и сильное тело и улыбка редко подходят друг другу.

— Адель… Меня зовут Адель.

— Адель, это хорошее имя. Фамилия будет добавлена вам в ближайшее время.

— Фамилия?

Значит ли это, что у меня будет семья?

Я очень хотела спросить об этом, но сдержалась, потому что спокойных и тихих детей хвалят. Кроме того, я была слишком молода, чтобы судить о текущей ситуации.

Он - моя семья?

Когда я спокойно моргнула, аристократ посмотрел на меня с лёгким удивлением.

— Прежде всего, пожалуйста, потерпите ещё один день. Это убогое место. Мне сказали, что сохранить секретность – высший приоритет.

Ты хочешь, чтобы я потерпела ещё один день?

Я живу здесь уже восемь лет.

Но дворянин, похоже, искренне сожалел об этом.

— У меня будет семья?

Ох, я всё-таки не выдержала.

Как только я это сказала, я тут же пожалела об этом. Он на мгновение заколебался, но лицо его оставалось дружелюбным.

Моё лицо отразилось в глазах дворянина. Розовые волосы, голубые глаза и слишком маленькое для восьми лет тело. Он говорил медленно, но твёрдо.

— Да. Завтра... Я приеду за вами, как только взойдёт солнце.

— Ты можешь на него рассчитывать, – любезно добавил Дух воды. Я кивнула, глядя в глаза дворянину.

Мне всегда приходилось высматривать директора.

Нет, все дети в приюте так делали.

Тот, кто расстраивал директора, должен был оставаться в одинокой комнате весь день. Чистых комнат не было, кроме комнаты, где жил директор детского дома. Но одинокая комната была особенно грязной, и там было много жуков.

Иногда я тоже сидела в одинокой комнате. Причина была проста. Например, я не избегала взгляда директора.

Кроме того, я всегда была голодна. Даже заплесневелый хлеб не давали как следует, поэтому я постоянно была голодна.

Тем не менее, все в приюте старались хорошо выглядеть перед директором.

Потому что слова директора были важны для знакомства с хорошими приёмными родителями.

Но после визита дворянина всё изменилось. Мне не нужно было убирать приют, что я всегда должна была делать, и мне не нужно было печь печенье, чтобы продавать его на улице.

Даже все детдомовцы в этот вечер ели мясной суп.

Мясной суп! Если не считать того дня три года назад, когда директор был очень рад чему-то, это было нечто такое, чего мы никогда не ели.

[Награда за секретность; награда за секретность.]

Директор продолжал что-то бормотать. Я периодически проверяла саму себя. Я думала, что всё это сон, потому что это было так нереально.

Для дворянина не имело смысла плакать.

Я грезила наяву до следующего дня. Вот почему я не поздоровалась со своей лучшей подругой Мадлен.

— Посмотрите туда. Там кто-то есть.

— Наверное, он кого-то усыновляет!

— Каждый раз, когда кого-нибудь из нас усыновляли, директор брал эту кассу и выходил к воротам!

Услышав внезапный шум, я подняла голову. В тот день, когда я впервые увидела своего отца, я пряталась от солнца в тени под деревом. Ворота старого обшарпанного приюта медленно отворились.

Ки-и-игх.

И вот подъехала очень большая и причудливая карета, которую я впервые видела.

На карете была выгравирована жемчужина с чёрным орлом. Карета остановилась. И вскоре вышел очень благородного вида человек в чёрном мундире. Я видела, как директор бежит к нему. На мгновение у меня перехватило дыхание.

Кто это?

Директор наклонился, что-то сказал и вскоре огляделся. И наши глаза встретились. Я поспешно опустила голову.

Раньше меня запирали в одиночную камеру, потому что я смотрела в глаза директору.

Но вскоре стало тихо.

— ?..

Дети, которые из-за странной атмосферы могли бы много говорить, тоже молчали.

В наступившей тишине мне удалось собраться с духом. Я решила слегка поднять голову. Я медленно подняла голову и увидела его.

Человека, который стоял передо мной.

Моя старшая сестра в приюте выглядела оцепеневшей.

...Красивый.

Я моргнула, глядя на мужчину.

— Так это она?

— Да, Дюк.

Странный человек, которого я никогда раньше не видела.

Чёрные волосы, кроваво-красные глаза. Внешность человека, которого никогда не забудешь с первого взгляда.

Атмосфера вокруг него была пугающей.

Пожалуйста, дай мне семью. Хоть я и умоляла, но никогда не думала, что буду жить с таким молодым человеком.

— Это будет моя дочь.

Только что меня назвали "это".

Человек, которого звали Дюк, был высокомерен и излишне самоуверен. Его высокий рост был устрашающим и харизматичным. Он был слишком молод, чтобы быть чьим-то отцом. И самое главное, у него не было жены, которая была бы моей матерью.

Я даже не видела тех, кого представляла себе своими братьями и сестрами. Пятеро рыцарей с мечами наблюдали за ним из-за спины мужчины.

— У меня будет дочь, пока я не буду замужем? Кто принял решение помешать мне выйти замуж?

Я чувствовала на себе взгляды детей. Мадлен, в частности, стояла поодаль, широко раскрыв глаза, словно удивлённая.

В этот момент меня поразило ощущение реальности.

Дочь.

Моё сердце бешено колотилось.

Но я просто не могла быть счастлива.

До сих пор это было так непохоже на родителей, которые пришли усыновить ребёнка. Во-первых, он был дворянином и имел много рыцарей, а главное, у него не было жены.

И внезапно я кое-что поняла.

Он хочет убить меня.

Но что я сделала не так?

В следующее мгновение мужчина, который, вероятно, должен был стать моим отцом, взмахнул мечом.

Глава 2.

— Я жду этого с нетерпением.

— …

— Один удар, и ты мгновенно умрёшь.

Я не понимаю, о чём он говорит. Мне было трудно даже просто стоять на месте.

— Ты собираешься убить меня?

Меч Герцога взревел. Как будто он обладал собственной волей.

Рыцарь рядом с ним что-то сказал. Рыцаря звали Майкл, как я узнала в первый же день.

— Ваша Светлость, она дитя пророчества.

Герцог долго молчал с очень неприятным выражением лица. Он думал – убить меня или нет.

— Да, я не могу тебя убить.

Он с невозмутимым видом убрал меч, и рыцари подошли поближе. Я рефлекторно обхватила шею обеими руками.

— …

Я тяжело дышала. Вокруг была полная тишина.

В Империи не было никого, кто не знал бы о существовании Герцога. Нет, на всём континенте. Герцога называли Богом войны. Хотя он и не был использован, но я видела его меч перед своими глазами.

Мне удалось взять себя в руки.

Некоторые слова я не могла понять со вчерашнего дня. Дитя пророчества. Усыновление Герцога. Какое непостижимое развитие событий.

Я думаю, он убьёт меня, если я пойду за ним.

Это действительно мой отец?

Мне хотелось кого-нибудь спросить об этом, но все боялись заговорить.

Я инстинктивно почувствовала это. Этот человек – тиран.

Я посмотрела на Герцога и спросила:

— Моя... ты моя семья?

Я не знаю, хочу ли я получить ответ, или я хотела, чтобы он сказал "нет".

Он ответил сразу.

— Да, я Герцог Алкивиад, который будет твоим приёмным отцом.

Однако в то время мне было слишком трудно понять слова Герцога.

— Теперь тебя будут звать Адель Алкивиад. Конечно, долго это не продлится.

Он хочет сказать, что меня скоро вернут?

Я могла подумать лишь об одном.

Это означает временную семью.

Ребёнок, который был усыновлён, часто возвращался в приют в течение нескольких месяцев. Они говорили, что их вернули. Я вспомнила тех детей, которые были серьёзно ранены и были сильно исхудавшими

Неужели и я буду такой же?

Ближайший рыцарь встал на мою сторону.

— Вы должны быть добрее.

— Да, совершенно верно. Императорская семья рассердится, если вы оскверните её уши, Ваша Светлость.

— Я не хочу стоять здесь, пойдём в дом и поговорим.

...Императорская семья? Он сказал "Императорская семья"...

Герцог твёрдо посмотрел на меня и повернул голову. Рыцарь понял и взял инициативу на себя.

— Ха-ха, Принцесса. Хотя Герцог иногда так и делает, он человек сердечный.

Рыцарь попытался успокоить меня. Передо мной стояли рыцари, улыбаясь. Все они выглядели одинаково, хотя и имели разные черты. Единственное, что я сейчас помню отчётливее всего, – это Герцога.

Герцог, нет, я должна называть его своей семьёй.

Как бы коротка она ни была, в этом мире у меня тепреь тоже есть семья.

Вскоре мы прибыли в кабинет директора приюта.

— Ваша Светлость, подпишите здесь.

— И это всё? Как просто.

Герцог взял бумагу в руки и сказал это. На стене над креслом, где сидел директор, висел Имперский флаг. На флаге было выгравировано имя Империи, Хаспелт.

Герцог грациозно взмахнул пером. Я стояла далеко от двери и смотрела в спину Герцога. Герцог отложил перо, как только закончил писать на бумаге.

Директор поднял голову и жестом указал на меня.

— Адель, ты должна написать здесь своё имя.

Директор вдруг протянул мне перо, когда я нерешительно приблизилась.

Атмосфера рыцарей, последовавших за ним, стала прохладной, как и у Герцога, стоявшего напротив директора. Я прожила недолго, но поняла, что сейчас что-то будет.

Рыцарь с мечом сделал шаг вперёд и зарычал, словно зверь.

— Теперь она Принцесса. Простолюдин из среднего класса, директор детского дома - не тот человек, который может говорить с ней в такой манере. Конечно, документы об усыновлении ещё не приняты, но всё же!

Директор посмотрел мне в лицо.

Я была немного удивлена и испугана одновременно, потому что смутно осознавала, что мой статус изменился.

— Миледи, напишите здесь своё имя. Давайте, Принцесса.

Теперь даже директор относился ко мне с уважением.

Принцесса, теперь я Принцесса. Я никак не могу привыкнуть к этому титулу, сколько бы раз его ни слышала.

Я не хотела, чтобы они ругались из-за меня, поэтому поспешила написать своё имя пером, которое неловко схватила. Я не умела читать, но я знала, как написать своё имя.

— Ещё здесь и здесь.

Адель.

Я трижды написала своё имя там, куда мне указывал директор. Чернила медленно высыхали на бумаге.

Я всё сделала.

Подпись Герцога высохла под той частью, где я написала своё имя. В отличие от моего неприятного почерка, это был изящный и безупречный курсив. У меня было странное настроение.

Вы все уверены, что этот человек – моя семья?

— Мы закончили?

— Да, Герцог. Один экземпляр будет храниться Вашей Светлостью, другой – нашим сиротским приютом, а третий будет представлен Императорскому двору нами, – сказал директор с мрачной улыбкой.

— Ясно.

Герцог взглянул на бумагу, отдал приказ и пошёл в сторону выхода. Я заколебалась и отступила назад. Он равнодушно прошёл мимо меня.

Моя макушка не доставала даже до талии Герцога. Герцог быстро подошёл к двери, даже не обратив на меня внимания.

— Мне нужно кое-что сделать в поместье Морита, поэтому я ненадолго уеду. Отвезите эту в замок.

— Ваша Светлость, а как же ваша охрана?

— Сопровождение этого ребёнка более важное, чем моё собственное. Многие будут стремиться убить её. Какой бы тайной это не было, скгоро все узнают о ней. Не позволяйте никому причинить ей боль. Я не потерплю этого, по крайней мере, пока это моя обязанность.

— Конечно, Ваша Светлость. Я рискну жизнью, чтобы защитить Принцессу.

...рискнёшь жизнью?

Совсем недавно меня чуть не убили.

Я не могла понять, что происходит. Как и другие сироты, которые были усыновлены, я только притворялась здоровой перед моим родителем.

Герцог посмотрел мне в глаза, прежде чем закрыть дверь. Холодные, кроваво-красные глаза.

В них не было никакой доброй воли по отношению ко мне. Глаза мужчины не лгут.

Его тёмные чёрные волосы демонстрировали свою дурную славу на поле боя. Я осталась стоять в оцепенении. Кажется, я стала дочерью Герцога.

...Почему? Как?

— Ум, награда, хе-хе-хе, когда же... кугх!

Голос директора внезапно оборвался. Нахмурившись, рыцарь молча отдал ему мешочек с золотыми монетами. Звон золотых монет был волнующим.

— Ох, спасибо! Благодарю вас, Сэр Рыцарь!

— ...пойдём, Принцесса.

— Ох, это такая честь, что из нашего приюта выходит Принцесса.

Директор был в восторге от денег, которые держал в руках.

Похоже, я была здесь единственной, кто боялся резких перемен. Хорошо ещё, что рыцари встали на мою сторону. Хотя они всё равно замерли, когда Герцог направил меч мне на шею.

— Герцогу потребуется некоторое время, чтобы закончить свою работу, – сказал мне один из рыцарей.

Вскоре я забралась в карету. Технически это не было так, меня подняли на руках рыцари, как Принцессу. Во всяком случае, внутри кареты было просто Божественно. Я была одна, так что я легла на уютную подушку в гордом одиночестве.

Карета ехала довольно спокойно. Я лежала, ссутулившись, на подушке. И вскоре я заснула.

***

Здравствуй.

— ...Привет.

Меня разбудил Дух огня. Он летал в воздухе.

Я тупо моргнула и потёрла глаза тыльной стороной ладони. В глазах у меня всё плыло.

Я всё ещё в карете. Дверца кареты не была открыта.

Не бойся, – прошептал мне дух.

— ...Я в порядке.

Духи всегда появляются передо мной внезапно. И они разговаривают со мной.

Я не помню, когда впервые услышала духов. Просто в какой-то момент духи стали моими друзьями.

Этот дух охранял меня даже в одинокой комнате. Благодаря этому я могла спокойно спать, не дрожа от холода.

Было бы хорошо, если бы духи проявили такую доброту к другим детям, которых посадили в одинокую комнату, но я их не принуждала. Духи должны иметь свою собственную волю.

Мы приехали.

Дух вскоре исчез. Я медленно поднялась с растрёпанными волосами. Вскоре карета остановилась, и кто-то постучал в дверь. Я молчала, и дверь открылась.

— Это резиденция Герцога Алкивиада, где будете жить вы, Принцесса. Вы что, заснули?

— ...да.

За открытой дверью на ступеньках кареты стоял рыцарь. Рыцарь был хорошо одет. Но моё внимание привлекло зрелище, развернувшееся за спиной рыцаря.

Какой огромный. И супер великолепный.

Ослепительный мрамор сиял в солнечном свете. Я нигде не видела такого красивого здания. И оно было огромным.

Мой рот широко раскрылся сам по себе.

— Вау....

— Я помогу вам выйти, Принцесса.

Как и тогда, когда я залезала в карету, меня спускал рыцарь.

Table of Contents

Моя малютка-императрица